Савин Влад: другие произведения.

Вперед в С С С Р (Мв-16)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Оценка: 6.44*219  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    16.08.17. Шлифовка перекомпоновка


   Год 1953 (альт-ист).
   Из речи И.В.Сталина на ХХ съезде КПСС (альт-ист).
   Говоря о будущем, мы неизбежно обращаемся к прошлому. Вопрос о путях дальнейшего развития непрерывно связан с оценкой Октября. Но ни одна революция не проходит по заранее составленному плану, не дает в точности таких результатов, какие ожидали ее участники. И если с Октябрем связаны величайшие прогрессивные перемены в истории нашей страны, то нельзя избежать и вопроса о том, в какой мере нарушения социалистической законности, ущемление демократических прав граждан, и другие негативные явления стали возможными в условиях нового общественного строя. Наше прошлое неоднозначно - в нем слились победы и неудачи, открытия и ошибки, светлое и трагическое, революционный энтузиазм и жертвы, великие надежды и разочарования. Весь опыт социализма представляет собой достояние человечества, его требуется глубоко изучать и осмысливать. Тогда не только победы, но и потери будут не напрасными.
   Некоторые товарищи думают, что у Ленина была завершенная программа строительства социализма в нашей стране. На самом деле, напряженная работа и тяжелая болезнь не позволили Ленину написать научно обоснованную программу, он успел дать лишь первоначальные наметки кооперативного плана, связать идею культурной революции с кооперированием мелкого производителя, и с изменением всех условий жизни. Как конкретно это осуществить, в каких организационных и социальных формах, Ленин проработать не успел, указав лишь подходы. И поиск этих форм и методов вылился в жестокую идейную и политическую борьбу, в обстановке внешней угрозы, остатков внутренней контрреволюции, и нехватке самого необходимого. Те, кто обвиняют нас в "отказе от ленинских норм", забывают, что сами эти нормы, применительно к данному этапу построения социализма, не существовали. Мы были вынуждены прибегать к административным, даже диктаторским мерам принуждения, по отношению не только к бывшим эксплуататорским классам, но и к народу в целом - как например мобилизация в РККА, вместо добровольной народной милиции, или жесткое планирование промышленности и сельского хозяйства, с суровыми карами за невыполнение. Иначе - мы бы погибли. Также, оказались неоправданными надежды на "отмирание" государственного аппарата с заменой его на самоуправление отдельных коммун, добровольно договаривающихся между собой в масштабах страны. В этом, и многих других вопросах, мы не могли опираться на Маркса - который предполагал, что пролетарская революция победит одновременно во всех, или большинстве самых передовых промышленных стран. Империализм, в отличие от марксова, домонополистического капитализма, делает наиболее вероятной победу революции сначала в одной стране, не обязательно самой развитой промышленно. Что означает - наличие лагеря социализма во враждебном окружении, обстановка "осажденной крепости" при постоянной угрозе капиталистической агрессии и обострения борьбы с контрреволюцией внутри. Военные говорят, что уставы пишутся кровью. Так и мы - своей кровью, ошибками, перегибами, определяли еще никому неизвестные законы построения социализма.
   И эти законы - не есть что-то навеки застывшее и завершенное, как Катехизис. Подобно тому, как военное искусство постоянно развивается, с изменением общества, его производительных сил, появления новых видов вооружения. Так и социализм - нельзя построить, сначала выписав проект во всех мельчайших деталях, а затем сооружать все в точном соответствии с бумагой. Приходится творить вживую, на живом общественном организме - и при этом совершать ошибки. Но помнить, что каждая наша ошибка - это лишняя кровь, труд, время и затраты.
   Так дерзайте, стройте - но анализируйте, как и почему. Ищите лучшие пути, задавайте вопросы. Не бойтесь ошибок - но и не медлите с их исправлением. Социализм, это более прогрессивный строй, чем мир капитала - и значит, никто не может помешать победе социализма, кроме нас самих.
  
   Лазарев Михаил Петрович. Мемуары, которые никогда не будут изданы.
   Мир, где товарищ Сталин произносит речь на ХХ съезде, будучи живее всех живых.
   Параллельный нашему прежнему - или тот ему параллелен. Вопрос пустой - как в книжке Перельмана, где говорится, если два тела движутся друг относительно друга, то сказать, какое из них стоит, а какое в движении, в принципе нельзя. Если только нет третьей, независимой точки отсчета. А для меня лично (как и для всех, кто был на атомной подводной лодке "Воронеж" вышедшей в учебно-боевой поход в 2012 году, и оказавшейся в июле 1942 - то ли вследствие неизвестного природного феномена, то ли побочным действием эксперимента потомков или инопланетян, то ли даже волей Господа нашего или его антипода) ответ был ясен. Если мы здесь - то теперь этот мир, наш.
   Здесь Великая Отечественная война завершилась на целый год раньше. СССР потерял на четыре (по другим оценкам, шесть) миллионов человек меньше. И мы встретились с союзниками не на Эльбе а за Рейном, заняв не половину, а две трети Европы - всю Германию, нет тут ФРГ, одна ГДР (включая Австрию), также в соцлагере оказались Народная Италия и Греция. И Проливы наши - Стамбул теперь Царьград. И западная Армения. И север Норвегии. И еще что-то по мелочи. Советский Союз стал гораздо сильнее, и Бомба появилась у нас раньше, чем у американцев - отчасти из-за того, что уран, предназначенный для "Манхеттена" в сорок третьем, из бельгийского Конго попал не в Америку, а к нам. В том славном деле, должном остаться втайне от всех, мы приняли самое прямое участие (прим.авт. - см. Белая субмарина), но еще больше на историю повлияла информация, переданная предкам, на бирже бы такое назвали инсайдерской игрой. Ну а я отвечу - вот только не помню, кто это сказал, Сунь-Цзы, или другой мудрец:
  
   А на войне - одна победа лишь важна.
   Победа все простит - война на то война.
  
   Но что будет дальше, перевели ли мы главную стрелку на путях истории?
   "Вы не коммунист, товарищ Лазарев. Совершенно не понимаете марксистского учения". Да, не признаюсь никому - что хотя вступил наконец Партию, уже в сорок четвертом, но остаюсь во мнении, люди разделяются вовсе не на эксплуатируемых и эксплуататоров. А на кого тогда?
   Маркс пишет (прочел все же, статус обязывает) что рабы не могли осознать свой классовый интерес, поскольку каждый мечтал сам стать рабовладельцем. Простите, но человек так уж устроен, что в массе желает блага прежде всего для себя, любимого - так сколько из угнетаемых и голодных желали лишь сами вырваться "в люди", а не думали о великой идее? В этом смысле, пролетарий Вася Пупкин может ничем не отличаться от Рокфеллера или Ходорковского, и сам с великой радостью станет буржуем, если дать ему волю. СССР рухнул без всякой войны именно потому, что те, кто наверху, решили, что став капиталистами, они будут сытее. И "растлевающая пропаганда Запада" тоже конечно сыграла роль - но думаю, что даже если бы никакого Запада не было, а "наш Советский Союз покоряет" прошелся бы по всему миру, это не стало бы гарантией от "перестройки". Если никуда не делось бы желание элиты, думать прежде всего о себе, а уже после, о прочем?
   Валя Кунцевич "Скунс", один из наших орлов-спецназовцев (когда мы сюда попали, был летехой, сейчас полковник и Дважды Герой, за уран от "Манхеттена" и за Гитлера, притащенного живым и повешенного по приговору Штутгартского трибунала), для себя назначил виновными за все "проклятых америкосов". И искренне считает, что "чем больше их сдохнет, тем лучше - когда помирать буду, то с чистой совестью, что доброе дело успел сделать". Сам мне сказал, вернувшись из Китая, с той Гражданской - которая у нас завершилась в 1949 году, ну а тут мы из Маньчжурии не ушли и Мао не поддержали, и помер "великий кормчий" в пятьдесят первом, схватив дозу, первую атомную бомбу американцы тут не на Хиросиму сбросили (война с Японией окончилась в сорок пятом, но "Манхеттен" несколько затянулся, не успели), а на Сиань, столицу "освобожденного района Китая", 25 августа 1950 года. Нет здесь Корейской войны, поскольку Корея вся наша - а вот в Китае идет до сих пор, с фронтом по долине Янцзы, уже вялотекущая по сравнению с прошлым, китайцы против китайцев, от нас лишь советники, авиация и ПВО, от американцев аналогично. При китайском многолюдстве, может и завершится, еще лет через десять.
   Мы - полтораста человек экипажа атомарины - уже стали для этого мира "своими". Я, в той жизни капитан 1 ранга, не забуду и не прощу, как в ельцинские времена всякие рожи в телеящике вещали, что "России не нужна орава вооруженных дармоедов", "чем тратиться на собственные вооруженные силы, эффективнее встроиться в международные системы обеспечения безопасности", и даже "эпоха национальных суверенитетов уходит в прошлое - и национальные армии уже стали бесполезным анахронизмом". При Путине стало получше, но все равно, защитники Отечества не пользовались и малой долей тех благ и уважения, как в сталинском СССР. Здесь я Адмирал Победы, Трижды Герой (за охоту на "Тирпиц", за уран "Манхеттена", за Средиземное море в сорок четвертом) и орден "Победа", за Японию сорок пятого, про такие мелочи, как квартира в "генеральском" доме на Ленинградке, и денежное довольствие, молчу. Свою судьбу и любовь встретил здесь - Анечка-Аня, и два сына уже, Владислав в сорок четвертом родился, Илья в сорок восьмом, и дочка Оля в пятьдесят первом. Так у Юрия Смоленцева (который главным в "охоте на фюрера" был), и с которым мы почти соседи, квартира в том же доме выше этажом, пятеро! При том что Лючия, бывшая партизанка итальянских Гарибальдийских бригад, еще успевает быть "адъютантом" по службе у моей Анюты. И остальные товарищи чины и ордена получили - мех мой бывший, командир БЧ-5 Серега Сирый, сейчас инженер-контр-адмирал, лауреат Сталинской премии. Большаков Андрей Витальевич, кто командовал приданной нам группе подводного спецназа, сейчас в морской пехоте СССР весьма широко известен (на пару с генерал-майором Цезарем Куниковым, "героем Курил сорок пятого", в этой истории не погибшим на Малой Земле). Елезаров Валентин Григорьич, наш бывший замполит, сейчас служит также у Пономаренко. Золотарев Иван Петрович, у меня был старпомом, сейчас командирство над "Воронежем" принял (остается наш корабль в строю советского ВМФ). Штурман Сан Саныч (капитан 1 ранга Головин), ракетчик "три С" (командир БЧ-2 Серега Скворцов), торпедист "Бурый" (командир БЧ-3 Серега Буров) - тоже при деле все. А у Славы Князева, нашего судового врача, писательский дар прорезался - выпустил книжку "На борту К-25", про наши подвиги в Отечественную, все ж самый результативный корабль советского ВМФ, только официальных побед трехзначный счет цифрами на рубке, а еще неофициальные есть, ну кто впишет линкор "Айову", утонувший во время нашей "урановой" эпопеи? Там правда и немцы отметились, подранка добивая - ну мы не гордые, по мелочи можем и уступить. Тем более что Вольфганга Люта, самого награжденного из героев кригсмарине (кто еще Рыцарский Крест с Бриллиантами имел?) мы тогда же из воды выловили и в Полярном сдали бериевским орлам - так что не суждено было ему в сорок пятом быть по дурости застреленным своим же часовым, а будет сидеть в ГУЛАГе как подобает убежденному и нераскаявшемуся нацисту.
   Так что, история уже с прежнего пути свернула. Для нас, провалившихся в прошлое на семьдесят лет, это стало благом - творцами истории себя ощущаем, а то было ведь сразу по окончании войны, и депресняк, и водка, и даже два случая самоубийства, из-за того что дошло до людей наконец, нет пути назад, и где-то в бесконечности мироздания осталась РФ двадцать первого века и все, к чему они привыкли, а у кого-то и родные - в войну, когда то походы, то ремонт, задумываться было некогда, откладывали на "после Победы", и вот она пришла, дальше что? А вот новый мир творим, и какой он будет - без каких-то прежних ошибок, так от других не застрахован никто?
   Я не большой любитель "альтернативной" фантастики, всякой там "попаданческой" литературы. Но что-то прочесть успел - и всегда смешило меня, когда иные авторы, хорошо написав например про "Варяг-победитель", дальше сочиняют про "альтернативного" царя Николая и иже с ним. Поскольку, пообщавшись уже в этом времени со свидетелями тех событий - представьте, что здесь те, кто вживую видел Октябрь, еще не пенсионеры! - убежден: та Россия была больна революцией, слишком многие проблемы назрели, а верхушка, во главе с самим "николашкой" (характерно, что все его именно так, с пренебрежением называют) прогнила насквозь, и не хотела, и не умела что-то изменить. Ну а товарищ Сталин - имея честь здесь с ним общаться, я глубоко уважаю его, во-первых за то, что он старался не для себя, а для страны и народа, не оставив после себя ни ящиков с драгоценностями, ни счетов в заграничных банках. А во-вторых, здесь Сталин, о будущем узнавший, отличается от себя же самого там. Так же как его ближняя команда - Берия, Пономаренко, Кузнецов, Василевский. Да, было лето сорок второго, самый тяжелый период битвы под Сталинградом - и у элиты СССР не было выбора, кроме как хвататься за любой шанс, или попасть в крематории гитлеровских концлагерей. Но ведь всякие там великие князья в семнадцатом даже за свой интерес не сражались, а в массе удрали за границу в ожидании что кто-то за них восстановит "порядок"!
   Вот только в каком мире придется жить нашим детям и их детям? Мечтаю дожить до здешнего 1991 года, и услышать, "в СССР все спокойно". А будет ли так - не знаю! Ведь диалектика - что сегодня, когда чуть только до атомной войны не дошло, наша верхушка о сдаче и не помышляет. Даже те, кто "лишь для себя" - ума хватает понять, что никто их к чужому пирогу не подпустит. А завтра - если и тут будет "разрядка", и бывшие враги, в лучшие друзья? Если и тут упустят важность товаров народного потребления - и станут заграничные шмотки статусом элиты? А там и до синдрома мумбо-юбо недалеко - "белые такие богатые, у них бусы и зеркальца стоят гроши, а ржавые консервные банки на помойке валяются". И привет, перестройка - не в Горбачеве и Ельцине дело, хоть ты их к стенке поставь!
   Кто-то скажет, не в науке и технике дело, а в людях? Верно - но разве не повлияет на мораль и психологию, превосходящая научно-техническая мощь? И каждый отвечает за то дело, на котором поставлен. Лично я - за советский атомный флот, при том что в этой реальности, советская атомная программа началась еще в сорок третьем, и наша информация способствовала, и уран, не доехавший до "Манхеттена", и лучшее положение на фронте (легче найти ресурсы). Если (не дай бог!) и в этом мире когда-нибудь будет "перестройка и гласность", то какая-нибудь "жаба Лера" станет орать, "как можно было давать ядерную дубинку, тоталитаризму!" - ну а мне плевать, сволочь визжит, значит я правильно делаю. И буду делать - сколько успею, за отпущенный мне век!
   Надеюсь, что Сталин проживет еще долго. Помня, что творилось у нас, когда пришел Хрущев. Который здесь, на удивление, не расстрелян, а мирно сидит Первым в Туркмении - и вряд ли имеет шанс взлететь высоко. Но так уже повелось в нашей стране, что новая власть, это всегда ломка старого, "чтоб ты жил в переходную эпоху". А может выйти - и еще хуже!
   В работе, я гнал от себя мысль - что будет, когда и если и тут начнется "перестройка"? Ведь и в иной истории вовсе не армия, флот и "оборонка" оказались слабым звеном - мы, военные, исполнили свой долг, избавив Россию от "югославского варианта", США и НАТО не решились ни на прямую агрессию, ни даже на ввод "миротворческого контингента". Никогда армия, сама по себе, не подводила нашу страну - военные трудности у нас всегда были отражением общего кризиса. Но что будет, когда предадут свои - те, кто поднялся наверх волею случая, и даже своих прошлых заслуг, станут работать не на страну, а на себя? Наверное, Маркс все же был прав - утверждая социализм лишь после абсолютного монополизма, "сверхимпериализма", того, что Джек Лондон гениально изобразил в "Железной Пяте" - когда частная собственность, само понятие "мое", отбирается у подавляющего большинства населения, и остаются лишь горстка хозяев всего и лишенные собственности пролетарии. Тогда - вся подготовительная работа сделана уже, осталось лишь перехватить управление. Но представить такой идеальный мир, где нет ничего своего - ни имущества, ни семьи, ни интересов - мне становится просто страшно. Или же - тогда и покойный Мао, это истинный коммунист.
   Неужели в этом мире, строя социализм "по китайскому варианту" (насколько я понял изменившиеся тенденции), мы, избегая тех ошибок, скатываемся в новые? И в итоге, весь наш коммунистический Проект, это попытка штурмовать небо, с негодными средствами и закономерным итогом? Снова снился мне недавно мой ночной гость, ничего не говорил, лишь мерзко ухмылялся. Так ведь тот, кто стоит на месте, никуда и не придет?
   Я не знаю, что здесь будет завтра. Но решил для себя, если ты не знаешь, куда идти, делай шаг вперед - то, что должно. Как в ином сне (или альтернативной реальности, кто знает?), где наш "всенародно избранный" сдает страну мировому сообществу, "подпишите вот здесь, и вот ваш чек и ключи от виллы во Флориде" - и я, там командир ракетной лодки, приказываю дать залп, согласно Присяге, ну а что будет после, наградят, расстреляют, отдадут под трибунал, наплевать! Так и в этом мире, я сделал выбор - за СССР. Ну а если это "против прогресса цивилизации", то тем хуже для прогресса. "Даже если моя страна неправа - это моя страна и мой народ".
   Может, я пишу ересь, с точки зрения коммунизма? В любом случае, этих строк не увидит никто. Пока я был командиром "Воронежа", эти тетради, написанные моей рукой, лежали в моем личном сейфе. Теперь же - поверьте, на корабле есть много мест, где можно что-то спрятать. Про этот тайник знает лишь Серега Сирый, но и у него нет ключа. А Иван Петрович дипломатично не спрашивает, что я пишу, сидя один в каюте. И если правдой окажется еще один мой сон, что "моржиху" в завершение пути не разрежут на иголки, а поставят на вечную стоянку (и ведь истинно, там я видел, что у меня два сына и дочь были - так ведь и есть?), то эти записи так и останутся тут лежать, на века.
  
   Рассказывает Валентин Кунцевич "Скунс".
   Не отпускает меня Китай - снится по ночам. Ночной бой на мосту, как мы американцев брали в ножи. Авиабаза Синьчжун, горящий "бульдог", и пиндосовские трупы. Чанкайшисты, толпой бегущие на наши пулеметы. Атомное солнце над авиабазой, горящие остовы ангаров. Наши - русские и китайцы - в общей могиле, которую мы после засыпали, и танком поверх проехали, чтобы никаких следов, вернемся, памятник там поставим. Красный флаг над домом старосты в деревне, освобожденной нами от гоминьдановского ига. И купола парашютов американского десанта - а я, наводя ДШК, кричу второму номеру, ленту подавай, сейчас все приземлятся, и нам хана!
   -Валя! Что с вами? Все в порядке?
   На календаре - июнь пятьдесят первого. Москва, Ленинские Горы, одно из красивейших мест (как раз напротив, скоро начнут строить стадион "Лужники" - у нас его открыли в пятьдесят шестом). Хотя я не знаю уже, что называть "нашей"и "вашей" историей - если мы здесь, и в ту реальность, где были "перестройка", Горбачев и Ельцин, скорее всего, уже никак не попадем, и жизнь наша неотрывно связана с СССР, где жив еще Иосиф Виссарионович Сталин, и никто, кроме отщепенцев, не ставит под сомнение правоту идеи коммунизма.
   А кто поставит - того я могу убить. Как убивал на Галичине "лесную" сволочь, выползавшую из вонючих схронов. Или как мы в сорок девятом в Средней Азии вычищали недобитых баев и басмачей, притворявшихся коммунистами.Я не умею строить и творить, не обучен. Зато меня качественно натаскали убивать. Что бы я делал при установлении мира и коммунизма по всей земле - но точно знаю, что до такого прекрасного далека не доживу, а значит безработным не останусь.
   -Валечка!
   Красивая девушка, в лицо мне заглядывает с тревогой. Медработник она по жизни - Машенька-Мария, "красавица, комсомолка, спортсменка" двадцати лет. Гуляем с ней там, где были мы всей компанией, в год Победы, таким же летним днем, а после убегали от внезапно надвинувшейся грозы. Тогда тут почти что дикая природа была, а сейчас парк с аллеями, скамейками и фонарями, и почти готовая высотка МГУ возвышается невдалеке. А вид остался такой же чудесный, вся Москва как на ладони, и так же ветром тянет с реки, хоть на дельтаплане летай.
   -Ты опять побывал на своей войне? Так завершилась она, мы победили. И заслужили право, немного отдохнуть.
   У тихой речки, у обрыва, и с этой мирной высоты - как там дальше у Маяковского? Только мне, в отличие от того персонажа, мещанский уют не грозит. В этой реальности, Великую Отечественную мы переиграли с намного лучшим для нас результатом, а дальше что будет? Если в Китае, где в иной истории, Мао победил к сорок девятому и своими силами, здесь мало того, что воюют до сих пор и конца не видно, так ведь дошло до прямого участия и наших и америкосов, и до атомных ударов. В Советской (простите, Российской) Армии двадцать первого века - кому довелось под Бомбу попасть? А я и это пережил, год назад - живой остался, и даже дозу критическую не схватил. Хотя черт его знает, вдруг лет через двадцать от рака загнусь, или не дай бог, мои дети тут уродами родятся? Но вот мое право к уже немаленькому фашистскому личному кладбищу, еще и пиндосское добавить, у меня никто не отнимет! Вы мне за все ответите, суки - за разваленный Советский Союз, за нищету девяностых, за моего отца, бывшего профессора, задавленного пьяными мажорами - и вообще, за все!
   -Китай сейчас, это как наша революция и Гражданская? Через много лет, живущие там при коммунизме, будут завидовать тем, кто сейчас историю творит!
   Эх, Машенька, твое счастье, что ты ту войну лишь по агиткам представляешь. А я вблизи видел - это как бы у нас Гражданская, причем где большинство составляли бы не "красные" и "белые", а всякие там батьки-атаманы, затянулась на пятьдесят лет, а после в этот бардак еще бы и Гитлер вторгся (японцы в Китае зверствовали еще круче, чем немцы у нас). И что там сейчас творится, нервным лучше не видеть и не слышать. Когда человеческая жизнь стоит намного дешевле, чем один патрон - а потому, убивать предпочитают самыми зверскими способами, забивая мотыгами, или закапывая живыми. Но ты, Машуня, верь в хорошее - не всем же быть злыми циниками вроде меня? А в пресветлом будущем - это ведь хорошо, что в памяти лишь светлое остается? Или это особенность лишь нашего менталитета - как Куприн написал "Тост", а сами китайцы считали проклятием, "чтоб ты жил в эпоху перемен"?
   -А Ли Юншен, это наверное, как китайский Щорс или Чапаев? И ты видел его, и с ним говорил?
   Конечно - ведь я его в командиры и произвел! Только о том не расскажу, подписку давал. Если официально, американскую авиабазу брал "китайский партизанский отряд", а нас там не было вовсе. И коль потребовалось для пропаганды, командира публике предъявить - я и выбрал самого толкового из наших подручных китаез, и прямо на месте, своей властью произвел в капитаны (как в сорок втором под Ленинградом, маршал Говоров нашего Ваську Гаврилова из капитанов сразу в подполковники, при штурме Мги). И понеслось - статья в "Правде", с портретом китайского героя, и срочно сочиненная "правильная" биография пламенно-твердокаменного борца за народное дело, и заочный приговор от Чан Кай Ши, и наша звезда Героя (первый и пока единственный китаец с этой наградой!), и направление в военную академию в Москву. Где приемной комиссии было строжайше велено, валить абитуриента лишь в случае совсем уж непроходимой тупости - вроде той, как китайские курсанты-артиллеристы изображали на доске траекторию полета снаряда прямой линией, и в точке над целью излом вертикально вниз, "товарищ командир, так тут правильно нарисовано - летит, затем устает и падает". Но Юншен настолько тупым не был, и я его хорошо гонял и натаскивал, так что грызет сейчас гранит советской военной науки. Может и станет китайским Жуковым - если у генералиссимуса Чан Кай Ши реальное образование и опыт, это лейтенант японской Императорской Армии, а подавляющее большинство его "генералов" свой чин за деньги купили, а по меркам Советской Армии, и на ротного хрен бы аттестацию прошли. Надеюсь, что в этой реальности никакой "культурной революции" и боев на Даманском не будет - тем более, что Мао от лучевки помер, и Маньчжурия с севером наши, сидит сейчас в Харбине (столице Маньжурской Империи, как официально) император Пу И, хотя всем известно, что реально власть у товарища Гао Гана и советских. А в Пекине (столице Китайской народной республики) правит товарищ Ван Мин, старый сподвижник Мао, в той истории по его приказу выгнанный из ЦК КПК "за ревизионизм". И Маньчжурия сейчас, примерно как СССР года двадцать пятого (уж наобщался я с теми, кто то время вживую видел и помнит), ну а срединный Китай... Прошлись мы тогда по нему, как Ковпак по оккупированной Украине, попутно устанавливая Советскую Власть! Хотя политика, ядрен вошь, пришлось же мне после за все отчитываться, и на "партийном суде" выслушивать:
   -Товарищ Кунцевич, кто дал вам право творить произвол в захваченных деревнях? Самочинно создавать "комитеты защиты революции", отряды защиты революции, выдавать им оружие, и прямо побуждать бедноту к убийствам без суда и следствия? Причем во главе упомянутых "комитетов" нередко оказывались лица с прямо антисоветскими, мелкобуржуазными убеждениями
   -Учитывая, что в данной деревне советская власть на момент вступления в данный населенный пункт моего отряда не была установлена, сознательной пролетариат, устойчиво стоящий на позициях марксизма-ленинизма отсутствовал как класс - то власть передавалась срочно избранному комитету из состава беднейшего крестьянства, которое безусловно является одним из вернейших союзников Советского Государства. Во главе ставился один из представителей крестьянства, в наибольшей степени выразивший свои симпатии СССР - к сожалению, часто бывало, что в силу малой образованности члены Комитета не понимали всех тонкостей политики советского руководства. Комитет, как единственный законный орган власти в настоящий момент в данной деревне, осуждал и ликвидировал представителей класса эксплуататоров и их приспешников. При этом в силу местной специфики исполнителями казни допускалась излишняя жестокость.
   -Товарищ Кунцевич, вам известно, что решение о полной ликвидации эксплуататорских классов в Китае не было принято ни ЦК ВКП(б) ни ЦК КПК? Так на основании чего вы проводили свой политический курс, без консультации с ответственными представителями указанных органов?
   -В связи с острой военной обстановкой и пребыванием нашего отряда в глубоком тылу противника, провести консультации с ЦК ВКП(б) не представлялось возможным. Позиция же ЦК КПК и ее лидера Мао Цзе Дуна на текущий момент вызывает сомнения в плане ее соответствия политической линии СССР.
   -Товарищ Кунцевич, вам известно, что самосуды, грабеж и погромы, это методы мелкобуржуазные, кулацко-эсеровские либо левацкие троцкистские, но никак не большевистские. Партия сурово осудила подобные перегибы и не допускает их в практике социалистических преобразований в деревне в освобожденных странах Восточной Европы, в Корее и Маньчжурии. Вы троцкист, или мелкобуржуазный националист?
   -Насколько я понимаю, речь идет о территориях, которые находились под контролем вооруженных сил Чан Кай Ши? Где Советской Власти до того не было и нет. Заверяю, и могу доказать, что с нашей стороны никаких случаев мародерства и жестокого обращения не допускалось. Воздействия на местное население осуществлялось исключительно методами агитации на собранных митингах. Ликвидировались, или брались под стражу, лишь вооруженные сторонники Чан Кай Ши - для недопущения их противодействия установлению Советской власти. К сожалению, вновь созданные Комитеты защиты революции в силу незнания последних решений ЦК ВКП(б), неправильного понимания значения социалистической законности и местной специфики излишне жестоко расправлялись с переданными им представителями эксплуататорских классов. Что нередко происходило уже после ухода отряда из данной деревни - так что противодействовать этому мы физически не могли.
   -Товарищ Кунцевич, были частые случаи, когда расправы с "врагами народа и революции" проходили буквально у вас на глазах, чему вы никак не препятствовали. Причем убийствами занимались не только уполномоченные вами члены комитетов и отрядов, но и совершенно посторонние люди!
   -Товарищ Пономаренко, это был народный энтузиазм, вследствие привлечения беднейшего крестьянства к активной политической жизни. Когда годами страдавшие бедняки расправлялись с кровососами-мироедами. И мы не препятствовали этому, считая, что во-первых, местным лучше известна степень виновности каждого, а во-вторых, не желая восстанавливать новосозданные комитеты против Советской Власти. Что имело немаловажное значение, так как исключительно с разрешения вновь созданных органов власти мы могли использовать местные ресурсы для пополнения запасов отряда.
   Ну и так далее. Поскольку искусством коммунистической демагогии успел овладеть в совершенстве - и твердо усвоил, что главное, это суметь к каждому случаю цитату из "Краткого курса" притянуть, хоть за уши. Показать, что я за дело коммунизма и правильную идею всей душой, ну а если перестарался от излишнего усердия, чего-то не понял по малообразованности, то простите. И святой Ленин упаси сказать правду, что для лично для меня тогда было, засунуть "ежа в штаны" господину Чан Кай Ши и его хозяевам-америкосам, чтоб они там подольше смуту усмиряли, ну а сколько китаез в итоге к своему Конфуцию на небеса прежде времени отправится, на это мне глубоко плевать, я Присягу СССР и товарищу Сталину приносил и исключительно перед ними отвечаю, а не перед "общечеловеческим" интересом. Отбрехался все же - и в итоге, в резолюцию вписали:
   -Тов.Кунцевич, находясь на территории, контролируемой войсками противников Советской власти, приложил максимум усилий для выполнения поставленной задачи, а также для насаждения Советской власти в населенных пунктах, активно привлекая беднейшие слои крестьянства к участию в политической жизни и к созданию вооруженных отрядов, способных вести борьбу со сторонниками режима Чан Кай Ши. В ходе рейда товарищ Кунцевич не уделял должного внимания политической работе среди бойцов, однако привлек к руководству отрядом наиболее подготовленных китайских товарищей с целью повышения их военной квалификации и политической сознательности, а также привлекал их к агитационной работе среди местного населения. Однако, во избежание эксцессов, впредь по мере распространения влияния ЦК КПК на новые территории необходимо усилить политическое воспитания членов Комитетов защиты революции и прочих сочувствующих китайских товарищей, а также приложить усилия к повышению их грамотности.
   Мне после Юрка Смоленцев по-дружески разъяснил, чего это свои же на меня взъелись - подумаешь, прикончил сколько-то америкосов, ну нравится мне их убивать, можете считать меня чикатилой (исключительно по отношению к пиндосам и их поручным!). Так нет же:
   -Дурак, у тебя две сотни китайцев было, им бы приказал, а сам в сторонку отошел, не видя - самому-то мараться зачем? Лавры советского "лейтенанта Колли" покоя не дают? Так доигрался, что в Международном Уголовном суде при ООН дело открыто, и ведь просто подтереться этой бумажкой мы не можем, поскольку сами эту контору пробивали, по замыслу, для наказания беглых нацистов и таких вот "лейтенантов Колли", и заинтересованы, чтобы решения этого суда не выглядели профанацией! Спасибо скажи, что личность амеры не установили, в Китае сейчас русских эмигрантов полно, так что "волонтер из бывших белогвардейцев, после погибший в бою с американским десантом", кое-как прокатило. Ли Юншена свидетелем вызывали - так едва отбрехались. Личное мстя, это конечно хорошо - но не тогда, когда подставляет СССР! Считай, что сам свои награды зарубил!
   Зарубил. Базу ВВС США разнесли вдрызг и пополам, тысячу америкосов перебили, два новейших и секретных бомбардировщика В-47 сейчас наши в Жуковском изучают - снять кино про это, так Голливуд от зависти удавится со всеми его рэмбо и терминаторами. И за Отечеством не пропадет - на всех причастных, от моего "крестника" Юншена, до тех, кто и с нами в рейде не был, а что-то в тылу обеспечивал, пролился дождь наград, один я не получил абсолютно ничего! Ладно, что и под трибунал не отдали - а как федоту-стрельцу из ненаписанной пока тут басни, на тебе пятак на водку и пошел отсюда вон. Заплатили, правда, не пятак, а все положенное, со всеми надбавками ("зафронтовые", за звание, за Героя). При том что я и так на полном гособеспечении - в командировке само собой, койка-пайка-продаттестат, но и здесь, в Москве, за роскошную четырехкомнатную квартиру в "генеральском" доме на Ленинградке не плачу ни копейки (по закону, Герои Советского Союза от этого освобождены). По здешней мерке, отдельные квартиры прежде всего семейным положены, а одинокие как я, даже с чинами и заслугами, не редкость что и в коммуналке живут - но "вы ведь женитесь когда-нибудь, товарищ Кунцевич, и детей заведете"?
   Ясно на что намек. Последним из нас, гостей из 2012 года, "неокольцованным" хожу. Семья здесь очень даже приветствуется - даже Юншен сразу двоих красавиц, сестричек-китаяночек из нашего героического рейда приволок, так с ними и ходит: ему можно, он герой! После того, как девушек, "розу" и "орхидею", наша Контора проверила со всем тщанием - сочли, что не подстава, ну кто мог знать, что мы в том городке будем, и успеть агентесс подвести? Так их тут Аня завербовала в свой "дом-два" (не смейтесь, под этим кодом ее команда в официальных бумагах проходит), ну а как Юншен с ними после будет разбираться, его проблемы. А я помню, как в осадок выпал, услышав ответ на вопрос, а как это Мария с такой легкостью с работы отпрашивается, когда я желание изъявляю вместе время провести. Главврач нашего госпиталя так и заявила открыто:
   -Вы, товарищ Кунцевич, Дважды Герой, и были ранены и контужены, исполняя интернациональный долг в народном Китае. А потому, пусть вас наша медработник сопровождает, как бы не вышло чего. На то и особое распоряжение есть!
   Ну, вообще! Ранение с контузией было, под самый конец, когда нас "мустанги" атаковали, и бомба рядом взорвалась, взрывной волной приложило слегка, и осколком царапнуло (а был бы не в бронике, не отделался бы так). Но сейчас я здоров, как Гагарин перед полетом - если молодым фору даю, хоть в кроссе, хоть на полосе препятствий, хоть в стрельбе, хоть в рукопашке (а в спецуре "молодые" - это как минимум год отслужившие, и физически здоровы как лоси), даже на "ковер" или дуэль (краскострелом) спокойно против двоих-троих сразу выхожу, и побеждаю, опыт не пропьешь! Тридцать три мне - возраст вершины. Вот не пойму, отчего в конце века считалось, двадцать лет, и ты для большого спорта уже старик - а в спецуре самый расцвет, это мужики под тридцать и за тридцать? Хотя здесь в нашей олимпийской команде в Лондоне в сорок восьмом тоже были не малолетки. Наша делегация, почти триста человек, практически все виды спорта, взяла золото в шести видах - тяжелая и легкая атлетика, спортивная гимнастика, борьба, стрельба, гребля - но по общему итогу, все же чуть-чуть уступили американцам (хотя у тех было вдвое больше участников). Посмотрим, что будет в следующем, 1952 году, в Хельсинки. Места те же, что в нашей истории - потому что выбраны были еще до войны, для несостоявшихся Олимпиад сорокового и сорок четвертого, решили что по справедливости будет англичан и финнов этого права не лишать. А вот Олимпиаду 1956 года (Мельбурн, в иной истории) здесь Сталин очень желает заполучить в Москву. Сказав слова, понятные лишь посвященным - очень надеюсь дожить, и лично видеть торжество советского спорта. Так что я - вполне мог бы, хоть в олимпийскую сборную сейчас, по здоровью. Да и будь я старым трухлявым американским олигархом (вот не помню, Рокфеллер или Гетти, кого там в нашей истории постоянно сопровождал врач, не оставляя одного буквально ни на минуту, а вдруг клиента кондратий хватит), как бы ты, Машенька, мне квалифицированную медпомощь оказывала, если у тебя в руках лишь крохотная сумочка и зонтик, а не чемоданчик с красным крестом? Но если приказ есть (догадываюсь, от кого), то не возражаю. И с красивой девушкой культурно время проводить куда приятнее, чем одному!
   -Валя, а на войне страшно? Я думала все, а что было бы, если бы и мне пришлось?
   А вот этого тебе - не надо! Тебе больше подходит - такой как сейчас. Доброй, "солнечной", сумела ты такой остаться - в войну мала была еще на фронт, и жила где-то на Урале, хоть и не сыто, но без голода, опасного для жизни и здоровья. У дальней родни - отец твой под Ржевом погиб, мать в оккупации сгинула, а тебя эвакуировать успели. Женщины должны идти воевать лишь в самом последнем случае, когда совсем уже край - а в обычное время, пусть лучше мы знаем, что нас кто-то дома ждет. Наверное та, другая, о ком я думал - до войны была как ты. Но партизанила фрицев убивала, и после Победы не на дембель а в наших рядах, легендой уже стала, "та, кто Первого Украины под расстрел подвела", и кого сам Сталин выслушивает (что преувеличение - обычно мы на Пономаренко замкнуты, ему докладываем и непосредственно подчинены). Умеет казаться быть прежней, вместе со своей подружкой-итальянкой, но "пантерочки мы, мурчим, клубком свернувшись - а когда надо, можем долго гнать и клыками глотки рвать", такую погладишь против шерсти, руку откусит. И - "другому отдана, и будет век ему верна".
   -Валечка, ну что с тобой? Кончилась война, мир - и мы живы все!
   Перемирие, лет на двадцать, тридцать? Поскольку я знаю, что вечного мира не будет - та "разрядка", капитуляцией обернулась! И вопрос лишь, насколько за это время СССР сумеет стать сильней. Сейчас все как в песне, "в буднях великих строек, в веселом грохоте, огнях, и звонах" - радио слушать, или газету открыть, с трудового фронта сообщения, прямо как в войну сводки Совинформбюро. Строят очень много - и жилье отнюдь не для олигархов, даже простой слесарь Петя, живущий пока что в коммуналке, а то и в бараке, свято верит, что когда-нибудь (и в реально ожидаемое время) квартиру ему дадут (и бесплатно!). И каждый год, 1 апреля, указ за подписью Вождя об очередном снижении цен, это лишь Хрущев отменил (не с того ли пошло после у советских людей, про "первое апреля - никому не веря, день дурака"?). И зарплату неуклонно повышают, медленно но верно, так что благосостояние советских людей так же медленно но верно растет - до собственных вилл и яхт далеко, но если посмотреть, как в это конкретное время за бугром живет основная масса народа... После Победы, я не в одном Китае успел побывать, но и в разных европейских странах, и вовсе не туристом, так что тамошнюю жизнь с изнанки видел - и могу заверить, что даже во Франции в городе Париже, в пролетарских кварталах, съемная комнатка, вода в колонке на улице, а удобства будкой во дворе, это обычный уровень жизни рабочего человека, не люмпена-голодранца. А в солнечной Италии, где уже семь лет как социализм (правда, с "европейским" оттенком - не только частные лавочки, кафе, автомастерские и парикмахерские, это обычное дело, но и заводы могут быть "колхозами", в собственности акционеров), все не могут привыкнуть, что безработным и бесквартирным ты не можешь быть в принципе, и право на бесплатные образование и медицину, это тоже твое святое. Да ведь и в иное время, сравнивая жизнь "у нас и там", по умолчанию берут инженера, учителя, врача, ну и прочих "манаждеров" - вынося за скобки, а сколько стоило в СССР и за границей, высшее образование получить?
   Ну а мы, на фоне этого, искореняем всяких там... Я не уголовщину имею в виду, хотя и ее очень сильно поприжали - ну не было у здешних бандитов, высоких покровителей наверху! И давили всяких "черных кошек" самым жестоким образом, как киношный Жеглов (имевший реального прототипа) говорил, "человека убили - расстрельная статья". А уж милиция на московских улицах - по мне, так внешне здорово на царских городовых похожа - и считается эта работа вполне достойной для тех, кто после думает по юридической пойти. Так как в вузах кроме льгот по плате, есть еще льготы по специальности, опять же для "служивших и работающих", если твой ВУС или профессия были близки тому, на что ты хочешь поступить, то будут тебе экзамены лишь вполовину, а на вечернее и заочное тебя вообще без экзамена примут. Так что возрастной и социальный состав студентов здесь ну очень сильно отличается от того, что было в иной истории через полвека - сидят в аудиториях не только и не столько восемнадцатилетние после школы, но и мужики под тридцатник, и даже старше. Учиться ведь не поздно никогда!
   Это было заметно на Первом молодежном фестивале, год 1948. В иной истории он был на год раньше, в Праге. В этой - в Берлине, сразу после восстановления его в статусе столицы ГДР вместо "временной" в Штутгарте. Слышал, что Сталин, прочтя об истории фестивального движения, там совершенно не оправдавшего надежд на продвижении в мире образа СССР, отнесся с прохладцей к идее, "опять фарцовщиков плодить"? И что за беззубый лозунг, "за мир и дружбу", безотносительно к политике - так и будем перед мировым капиталом разоружаться, и свои позиции сдавать? В итоге, фестиваль прошел с оттенком борьбы двух систем, и выяснением, при которой молодежи лучше живется. И стал в большей степени, междусобойчиком соцстран - поскольку например в США никому ехать формально не запрещали, но явно давали понять, что будут после считать тебя "плохим гражданином", с возможными неприятностями после. И даже во Франции, где левые традиционно были сильны, и имели свои организации, случалось, что тех, кто захотел ехать на фестиваль, сначала запугивали и угрожали, а по возвращении избивали и даже убивали. Хотя тут еще и наложился немецко-французский психоз - отношения ГДР и деголлевского режима сейчас даже "очень плохими" назвать будет большой натяжкой. А после прошлогодних событий, когда едва до большой войны не дошло (прим.авт - см. Алеет Восток и Мир или Война), и товарищ Роммель всерьез был готов, вместе с Советской Армией, к "дранг нах Париж", так тем более. Потому, фестиваль 1950 года не состоялся вообще. Что будет в очередной срок, 1952 год, посмотрим.
   А нашему ведомству - работы хватает. "Опричники" мы (прозвище неофициальное, они же "инквизиция" - хотя чаще, зовут первым именем разъездных агентов, "комиссаров с особыми полномочиями", а вторым, аналитиков центрального аппарата и постоянных представителей на местах) по существу же "служба партийной безопасности, разведки и контрразведки" (полный аналог немецкому СД), хотя подчинены мы по факту не Партии, даже в лице ЦК и Политбюро, а Ордену (структура насквозь тайная и неофициальная, объединяющая посвященных в Тайну, ну а во главе, ясно кто). Не подменяем МГБ - если они, хирурги общества, то мы терапевты (или даже, психотерапевты): реагируем на проблему, когда она еще до крайности не дошла, и можно без скальпеля обойтись, лечить функциональные расстройства организма, а не отсекать уже пораженные ткани. А в жизни, по всякому выходит. Как например "узбекское дело" в сорок девятом, когда наш Юрка Смоленцев "Брюс" едва не погиб.
   Средняя Азия, дело тонкое - нет пока приписок, как было в наши семидесятые, когда узбекские товарищи с московскими премии за несуществующий хлопок делили. Но лозунг "стране нужен хлопок" уже есть - и ради такого, гнали в узбекские поля и старого, и малого, и больного, умри, но собери. С феодальным зверством, как при каком-нибудь эмире бухарском - плохо работающих, били плетьми: если в тюрьму, кто тогда работать будет, штраф взять просто нечем, ну а пороть прилюдно, лучший стимул не лениться. Причем наказывали даже не обязательно за невыполнение плана, а если ты хоть сто процентов сдал, но по выработке последним оказался, или среди трех, пяти, десяти последних. Так как план по хлопку стал товаром: район перевыполнивший мог часть своего хлопка на неудачливого соседа перекинуть, разумеется не бесплатно, а за какие-то ништяки. А потому, начальство обращалось с колхозниками, как с рабами. С силовой поддержкой не только местной милиции, но и банд собственных нукеров-надзирателей, обеспечивающих трудовую дисциплину (самые грязные дела, ментам все же поручать стремно). И это все сходило с рук в военное время - хлопок любой ценой. Оставалось незамеченным и в первые годы после Победы - до поры, до времени.
   Это выплыло на свет, когда домой стали возвращаться фронтовики. Которые никак не хотели быть поротыми рабами - тем более, видя, что призывы начальства к труду на благо родины сочетаются с освобождением от этого труда не только самого начальства, но и его деток, и родни. Кроме того, если поначалу хлопковая повинность касалась лишь колхозников в узбекской глубинке, а русские, будучи преимущественно городским населением, специалистами, ИТР, квалифицированной рабсилой, были от этой каторги избавлены - то после и они оказывались вовлечены в разборки, и через фронтовое братство, и через смешанные семьи (особенно, военного времени - прежде, когда узбечки выходили за русских, то обычно уходили в город, а в войну стало, что и наши женщины из эвакуированных шли замуж за местных, и не только городских). Но русским, даже привыкшим к сталинскому колхозу, казалось средневековьем то, что они увидели на хлопковых полях - а районные "баи" реагировали так, как им привычно, несогласных не только избивали, но и убивали, при полном попустительстве милиции и прокуратуры (если в городах, особенно таких как Ташкент и Самарканд, в органах обязательно наличествовали и русские, то в деревне, исключительно местные кадры, да еще и нередко связанные с начальством родством).
   И пришлось московским товарищам (среди которых был и Юрка Смоленцев) в сорок девятом заняться тем же, что в иное время в гораздо более поздние годы в тех же местах творили Гдлян с Ивановым. Тут же выяснилось, что иные из районных товарищей никакие нам не товарищи, а вообще, бывшие басмачи, за которыми грешки тянутся еще с тех времен - кого-то взяли быстро, кто-то подался в бега, да не в одиночку, а с бандой тех же нукеров, хорошо хоть иностранного участия найти не удалось. А вот конфискат был, как будущие времена, золото кувшинами, и зачем какому-то райкомовскому двести элитных ковров, найденных в его сарае? И девятеро погибших из числа "московских", были потери и у ОМОНа (в этом времени, полный аналог жандармерии, с бронетехникой и егерской подготовкой) и у армейских частей (привлеченных, поскольку иначе было не усмирить - банды прорывались за кордон), а местных гражданских сколько пострадало - правда, и с бандитами было, по законам чрезвычайного положения, то есть пойманных с оружием в руках, или на месте преступление, исполняли в кратчайшее время и без суда, да и прочим, меньше "четвертака" не светило. А затем настало "утро байской казни", когда по всему Узбекистану массово сменялось руководство, от районного звена до самого верха. И разборки в Москве, что с хлопком делать - пока не придумали ничего лучше, чем закупить какое-то количество в Китае, в Индиях (которых в этой реальности, не два, сама Индия и Пакистан, а целых шесть штук), да хоть в Эфиопии и Судане! А на сезонную работу на плантациях массово привлекать китайцев - хлопкоуборочные комбайны уже есть, но слишком грубо работают, коробочки мнут. Чувствую, история еще не завершена, и Узбекистан еще ждут потрясения, пока там лишь большой пожар потушили. И завтра, снова туда, возможно что и мне?
   А пока, правило с войны: если выдалась минута отдыха, пользуйся на все сто, завтра ее уже не будет. За эти дни, были мы с Машей в театрах, в Третьяковке, в лучших ресторанах обедали, даже на футбол она со мной ходила (сама попросилась!), и просто катались по Москве. Из "китайской" премии, я сорок тысяч рублей (новых, после реформы 1947 года) потратил на автомобиль ЗИМ. В прошлой жизни, смотря старое советское кино, я год съемок примерно определял по автомобилям на улицах в кадре - здесь тоже, самая распространенная марка, это "победа", которой мы заслуженно можем гордиться, редкий случай, когда нам удалось оказаться в автостроении, впереди планеты всей! Поставьте рядом "победу" и "эмку" (или "мерседес", "форд", "фиат" - выпуска сороковых), сразу разницу увидите. У прежних машин - кузов на массивной раме, крылья и подножки наружу, при тех же общих габаритах, внутри тесно, багажника нет, вещи если только на крышу привязать. У "победы", несущий кузов-понтон, все убрано внутрь, сидишь удобно, локтями не пихаешь соседа, багажник в корме, и форма обтекаемая - скорость больше, расход бензина меньше. Эта схема стала массовой в пятидесятых, но "победа", это 1946 год! Сделана добротно, выпущена огромным тиражом (в нашей истории - за четверть миллиона экземпляров). И внутри все на уровне - расположение приборов и рычагов удобное, даже радиоприемник есть и часы (для этих годов, редкость). Единственный минус, это покатый задок (и то, не сам по себе - вспомните машины двухтысячных, как часто у них похожая форма), и сквозь крохотное окошко ничего позади не видно, за корму обзор как у грузовика. Так у "эмки" с этим не лучше - и движение пока еще не настолько интенсивное, а сделать окно побольше, мне авторитетно разъяснили, можно, но выйдет дороже, так как кузов несущий, и задняя панель тоже в общей прочности и жесткости участвует. Усиливать придется - есть у "победы" и версия-кабриолет, со срезанным верхом, только стоит заметно больше двадцати тысяч.
   Я "победу" еще в той жизни видел - в начале двухтысячных, у отца моего приятеля, резво бегала на дачу и по плохим дорогам, это сколько же было машине лет? И в этой реальности сделают их не под четверть миллиона, а побольше, если лицензию продали и в ГДР и в Народную Италию - и гонят там с конвейера, как назвали соответственно, "катюшу" и "лючию". Там у "москвича" было, когда в один и тот же кузов ставили разные узлы, и переход на новую модель постепенно, как например "москвич-403", вариант со старым кузовом от "407" а внутри узлы частично уже от "408". Так же и у "победы" здесь начинка может быть хоть от "мерседеса" - да и кузов меняется, делают уже и что-то сильно похожее на "волгу", с таким же багажником, и пикап, и уже упомянутый кабриолет (самая редкая модель - и дороже, и нашему климату не подходит), и полноприводную версию, "победа-джип" (она же "борзая" - прозвище за высокую посадку). Цена за обычную комплектацию - сейчас, после очередного снижения, девятнадцать тыщ с небольшим. При зарплатах, у рабочего от 700 до 1000 рублей, у инженера от пяти до восьми тысяч, у академика или директора двенадцать - пятнадцать в месяц. Так что купить "победу" вполне подъемно, хотя большинство их на улице, казенные - место частного автомобиля прочно заняли "москвичок" (в девичестве, "опель-кадет"), и "пионер" (в иной истории известный нам как знаменитый "жук-фольксваген"), конкуренция как в ином мире между "москвичами" и "жигулями", кому-то одно нравится, кому-то другое. При цене сейчас, 8200 - 8500. Кстати если вы думаете, что в сталинском СССР личное автовладение категорически не поощрялось, то поинтересуйтесь историей завода КИМ, который после стал "москвичом" - и какая марка должна была на нем выпускаться еще в 1940 году (и даже сделали их штук пятьсот). Советский автопром всегда нес на себе печать "оборонки", но мобпотенциал "москвича" не смотрится совершенно, это чистый "автомобиль для народа" (как горбатые "запорожцы", которых в Советской Армии не бывало даже в тыловых конторых). Знаю, что "победы" (как и джипы в иное время) подлежат военно-мобилизационному учету - но вот "москвичи" и "пионеры" от этого избавлены (что дополнительно служит фактором, привлекающим их в глазах населения). Иное дело, что с бензином в СССР до недавнего времени было негусто - учреждениям выделялся лимит на каждый месяц, и как хочешь, так вертись. Кстати, это не только с бензином было - вот у Ильфа и Петрова, поймет ли читатель двадцать первого века, за что жильцы выпороли Лоханкина, ну подумаешь, лампочку в туалете забыл выключить, много ли нагорит? А фиг вам - в те времена на квартиру тоже выделялась квота, сколько-то киловатт-часов, и ответственные товарищи еженедельно приходили счетчик проверять, и если уже потратили, то вас отключаем, и до конца месяца сидите в темноте! Так что если в те времена какой заслуженный товарищ свою машину имел - то заправляться он мог лишь за счет лимитов своей конторы. Но сейчас, когда пошла нефть из Поволжья, не с одного Баку, да и румынское Плоешти гонит к нам половину - появились уже бензозаправки, отпускающие всем желающим, пока еще мало, десяток на всю Москву, но народ у нас не избалованный пока, а автовладельцев и вовсе негусто.
   Ну, мне "москвича" покупать несолидно. ЗИМ, вот это по мне - хотя бензин жрет, как грузовик. Тоже революционная машина - по такой же схеме, что "победа". Хотя после оказалось, что для "членовозов" кузов на раме все же предпочтительнее. Но и ЗИМ хорош - ход мягкий, в салон хоть всемером, входишь почти не пригибаясь. И уже из будущего заимствование - ремни и даже подушки безопасности (правда, пока лишь в "добровольной" комплектации), а по самому максимуму, печка и даже кондиционер (и на холод и на жару)! И цвет (по которому, казенную машину от частной сразу отличишь - на госслужбе автомобили исключительно черной или армейски-защитной окраски, это и в позднем СССР было, вот кто там черные "москвичи", "жигули" и "запорожцы" видел, а "волги", так завсегда), а частники даже здесь свои малолитражки уже по-разному окрашивают. Но мой ЗИМ казенно-черный (так как, хотя формально числится в свободной продаже, но доподлинно знаю, что во всей Москве их частных, одна штука, моя). А так они положены конторам не ниже областного уровня, и главкам министерств (райкомовские на "победах" ездят) - и те, кто может заплатить как за две "победы", как правило, имеют в пользовании казенный транспорт с шофером. Так что я с погонами полковника и за рулем черного ЗИМа выгляжу как офицер-порученец или адъютант какого-то очень большого Чина - с соответствующим отношением здешних гайцов (тут они называются ОРУД). В иной жизни (бесконечно уже далекой), слышал историю времен позднего СССР - когда некий большой начальник где-то на северах (но сохранивший за собой жилплощадь, в столице), привез свою любимую дочу поступать в универ (парня бы около себя придержал, ну а девочка там одичает). Жена у него то ли померла, то ли сбежала, дочку воспитывал один, и к семнадцати годам это дите имело жизненный опыт и охоты на медведя, и управления грузовиком. И чтоб девочка не толкалась по утрам в метро, папа привез ей списанную "волгу", Газ-24 - как положено, черного цвета (каковых, повторю, в частном владении тогда не бывало). Студенточка, привыкшая к северам и рулю "камаза", ездила как Шумахер, и при том искренне считала гайцов милейшими людьми, а вовсе не первыми врагам автовладельцев, "за все годы, хоть бы кто и когда остановил"! Не понимая, что среди "мастеров машинного доения" просто не было желающих связываться с транспортом явно из серьезной Конторы (а может быть, даже из самого обкома). Так и я, внаглую пользуюсь подобным обстоятельством (стараясь все же не слишком борзеть), и штраф пока не платил ни разу. А с гаражом не проблема, при "генеральском" доме есть прямо во дворе, да и на улице оставить, какой идиот найдется, чтоб ЗИМ угонять? Впрочем, и автоугоны пока что в милицейской статистике, намного большая редкость, чем были в наше время.
   Остальной автопром на московской улице - довоенные встречаются, те же "эмки", и "зис-101", иномарки понемногу, со всей Европы, трофеи (не только частным порядком, конторы тоже приходовали). В провинции "козлики" Газ-67 ездят, очень подходящие для предколхозов, агрономов, ветеринаров, лесничих, местных участковых, кому еще по территории надо мотаться, в армии их сейчас заменяют на новую модель, Газ-69. Грузовые - в большинстве, линейка, начиная с "буханки" (так же, в Ульяновске делают), далее Газ-51 (удачная была машина, раз почти полвека выпускалась), за ней "ЗиСы" (которые у нас были Зилы), и тяжеловозы "медведи" (название по фигурке на капоте - знак Ярославского завода), похожи на наши КрАЗы, но Минского производства. А "бескапотные" (из ГДР и Италии) как-то не пошли, хотя знакомы нам хорошо (у немцев такие еще в войну были) - но водилы говорят, непривычно, неудобно, и боязно. Что нового появилось - контейнеры в кузовах (вводится в СССР с сорок шестого, единый стандарт для водного транспорта, железных дорог и автомобилей). Ну и конечно, можно увидеть и довоенные полуторки и трехтонки (хотя вот попробовал я сесть за руль Газ-АА, это жесть! Руль крутится туже, чем на "камазе", тормоза не то что отсутствуют, но их эффективность близка к нулевой, обзор крайне хреновый, ну а удобно устроиться в кабине нельзя никак, по крайней мере с моим ростом, локти и колени мешают). Есть, как я сказал, и грузовые "иномарки" от соцстран, а вот ленд-лизовские встречаются редко - хотя знаю, что в провинции не так, вдали от чужих глаз. Поскольку по договору, все взятое мы должны были после вернуть (а пиндосы, тут же под пресс) - ну так и у нас кто-то придумал, под конец войны, списывать машины при каждой мелкой поломке как уничтоженные в боевой обстановке (пуля щепку от кузова отбила - фатальное повреждение). И загонять такими образом полученные мертвые автомобильные души в места вроде какого-нибудь колхоза "Красный партизан", куда ни один иностранец не заглянет. Так что бегают по российским сельским дорогам и "студебекеры", и "виллисы", и "доджи три четверти" - пока запчастей хватит, и то, наши умельцы наладились заменять своим.
   Вообще, отечественная конструкторская мысль здесь развивается в гораздо большей связке с международной. Чего стоят гонки "формулы-один", где наши с самого начала плотно корешились с итальянцами. С задачей проверки перспективных технических решений - подобно тому, как в авиации из победителя на кубок Шнейдера, гоночного "супермарина" после вырос знаменитый истребитель "спитфайр". Конечно, "формула-1" декларируется как действо мирное и аполитичное, ну-ну! Вот скажите, чем военная техника от гражданской отличается - тем, что работает в гораздо более напряженном режиме, тут экономичность по-другому меряют: если тебя подобьют, то и говорить не о чем, а потому выжимают из конструкции лишние километры в час, пусть и ценой меньшего срока службы (до Победы еще дожить надо) и больших текущих затрат. И машины для автогонок - к чему ближе? Какой случай отдельные узлы и технические решения отработать, а что гласность, открытость и соревнования, так еще лучше, с аналогами вероятного противника сравнить еще до того, как придется платить кровью! Так что еще поглядим на чемпионов "формулы" в этой истории - а впрочем, Шумахер здесь в ГДР родится через шестнадцать лет, так что тоже за соцлагерь будет выступать! Пока же, поскольку развитие советского автопрома признано стратегической задачей, кооперация идет: от нас ресурсы, спонсорская помощь, участие в конструировании, от немцев и итальянцев их доля передовых идей. И нет в этой истории шарашек, куда бы немцев к нам вывозили, нехай лучше у себя работают, а мы оценим результат. История "формулы" пока лишь начинается, и ожидает стать совершенно отличной от того, что было у нас. А влияние ее на технический прогресс, и политику - посмотрим!
   Ну и прямую помощь никто не отменял. Удачная у немцев получилась машинка, "унимог". Первоначально задумывалась как "в помощь фермеру" - выглядит как трактор "Беларусь", только с большими колесами и спереди, и сзади, кабина вперед, как положено автомобилю, а позади грузовая платформа. Вышла же серия, от названной сельхозмашины (даже не знаю, как ее обозвать), до легкого вездеходного грузовика (на знакомый нам Газ-66 похож), бронетранспортера на том же шасси (корпус гробиком, башенка с пулеметом), и даже машины городских коммунальных служб (колеса обычного размера). Такие были куплены и нами, так как со спецтехникой в СССР всегда был затык - на улице сегодня видел, едет и подметает щетками.
   Москва на вид - как из старых фильмов. Сталинские высотки уже стоят (в иной реальности, Иосиф Виссарионыч их увидеть не успел), в количестве восьми (к семи известным у нас, добавилось здание Наркомтяжмаша в Зарядье, в нашей истории на его основании была возведена гостиница "Россия"). А жилые кварталы по окраинам похожи на время более позднее - пятиэтажки которые мы знаем как "хрущевки" (идея вообще-то не кукурузника, а французов, ну а сам облик очень похожий был еще в Швеции в тридцатых). Вечером море огней, неоновые вывески, особенно в центре. А я здесь когда-то в иной жизни бегал, сорок лет тому вперед, и сейчас иной раз узнаю места, до боли похожие, понимая умом, что нет тут меня еще и в проекте, и родители мои, дети еще. Для Адмирала, да и для Юрки Смоленцева, уже все ясно - они тут корни пустили, своих детей родили. А меня - будто держит что-то извне, не принимает меня тут, и чем тут кончится история, не знаю. Самое наглядное (и тревожное) для меня отличие (или кажется мне?) что нет тут такого пацифизма (лишь бы не было войны) любой ценой - и будущая война, атомная (а какая еще может быть, сам уже испытал!), не то что желательна, но вполне возможна. Может, весь этот мир до здешнего девяносто первого и не доживет?
   Прохожие вид имеют характерный - у нас бы сказали, стиль "милитари": есть тенденция у парней, не просто форму на дембеле донашивать, но и косить под защитников Отечества даже тем, кто не служил. Частный сектор тебе что угодно сошьет - как например, ботинки-берцы (знакомые здесь по военным кино), внешне очень на казенные похожи, хотя я бы их на марш-бросок надеть не рискнул, развалятся, или короткие до талии "летчицкие" куртки-кожаны на молнии, сам такую ношу, предмет ленд-лизовского обмундирования - хотя то, что на улице видим, девяносто девять процентов, это не оригинал, а здесь уже пошитое. Стиляги тут не то что неизвестны, но лишь "для своих", на квартире собраться в клубном прикиде, вроде цветного пиджака и брюк дудочкой, а по улицам так не ходят. А вот женщины наоборот, "устали от сапог и шинелей", хотят одеться в яркое, внимание привлечь - поскольку после войны "на десять девчонок по статистике девять ребят", а где-то наверное и еще меньше. Мария со мной под ручку, слева (девушки, кто с военными, так ходят - чтобы их кавалер мог встречным чинам честь отдавать), и при полном параде, по форме "бэтвумен", как я эту моду называю - шелковое платье с широченной юбкой-клеш, поверх "летящий" плащ без рукавов, свободно развевается и шелестит. Как порыв ветра, то кажется, Машеньку сейчас унесет, тем более что я, мило беседуя, как бы ненароком выбираю путь ближе к Москве-реке, где дует сильней - и смотрю, как на девушке то облепит все, рисуя стройность фигуры и округлость форм, то взметнет высоко, открыв ножки выше колен; зрелище глазу приятное, но мне интереснее, не обнаружится ли у нее там кобура, как я знаю, агентессы "инквизиции" носят - вот почти уверен, что девочка это наш кадр, но хочется убедится точно. Мария улыбается, слушая мои рассказы о китайских приключениях (если хочешь, "с самим Ли Юншеном" я тебя хоть завтра познакомлю), и героически делает вид, что погода ее совсем не волнует. Только шляпку с вуалью сдернула, в левой руке несет - вдруг сдует, такую дорогую, ну а подол выше головы не улетит!
   Эх, Машенька, не узнаешь ты никогда (не скажу я, чтобы девушку не огорчать), что выбрал ее из многих (мы, герои войны, молодые еще, тут у женщин просто бешеной популярностью пользуемся) исключительно оттого, что очень она на некую иную особу похожа: рост, фигура, даже лицо немного, а если в профиль и под этой шляпкой с широкими полями, вас можно даже перепутать, на первый беглый взгляд. А скажу лишь - эту шляпу ты всегда надевай, когда мы вместе, очень тебе идет, а если ветром унесет, новую купим. Сколько денег у меня осталось, даже не помню, то ли десять, то ли пятнадцать тысяч (месячная зарплата академика), в сейф бросил и забыл. Это после того, как я на ЗИМ потратился и нашу культурную программу, включая поход в "итальянскую моду" (по секрету, одел я девушку с ног до головы, и еще вещей набрали, на все сезоны - накидка-пальто на осень, еще несколько платьев, шляпки летние и осенние, обуви несколько пар, два зонтика, тростью и новомодный складной, сумочки, перчатки, и прочие женские мелочи - не только чтоб барышне сделать приятное, но и желая, чтобы Мария и нарядами была похожа на ту, другую). Ну и еще радиолу купил, "телефункен", уже с переключателем для пластинок на число оборотов 33 и 78. А больше и тратить-то мне не на что, даже на ЖКХ расходов не имею, как уже сказал - в отличие от любого преуспевающего манагера в году 2012, у которого апартаменты с ипотекой и крутой джип с автокредитом, и попробуй не уплати, сразу банк все заберет. А вот взгляну на того же Юрку со своей итальяночкой - и белая зависть берет. Может мне жениться все же? Красивая девушка, не дура, и даже если "кадр", что с того? Ведь не дозволят ко мне, и совсем посторонней, это Люншену повезло, так он не носитель нашей Тайны!
   Помню я - как еще на Севере, Елена Прекрасная (из твоей команды), уже упомянутого Ивана Петровича охомутала. Так наш старпом тоже удивлялся, что это, как выпадет свободное время, так Леночка свободна всегда? Время сталинское, военное - со службы уйти без спроса, это не просто проблема, но и статья может быть! А я-то знал, что Аня ей сказала, ты уж постарайся, подружка, считай это твоим заданием и работой. И ведь живут - совет да любовь: может быть и брак по расчету счастливым, коль расчет правильный? Но все равно, как-то не так - когда не я выбираю, а мне подводят. Люншен, ну ты кобель, как меня на повороте обошел!
   А буквально назавтра был вызов к Пономаренко - приказ, инструктаж, есть вопросы? И перрон Ярославского вокзала, как когда-то я в Китай отбывал. Провожали меня лишь Маша и Юншен, вместе с обеими сестричками, Лан и Куанг - все забываю, которая "роза", а кто "орхидея". Мария с "подругами самого Ли Юншена" мгновенно общий язык нашла, китаяночки по-русски уже свободно - и вот, три дамы в сторонке стоят и мило меж собой щебечут. Ну что за мода, как у мусульман - в этих плащах-парусах, фигуру скрывающих, и шляпках с вуалью, прячущей лица, женщин друг от друга лишь по росту различишь. После Мария ко мне подошла, и сказала тихо:
   -Ты возвращайся. Я ждать буду. Заявление бы подали - ехала бы с тобой.
   Вуаль откинула - и поцеловались мы. Может и в самом деле мне жениться, когда вернусь, чтоб хотя бы род свой продолжить - ясно же, что не светит мне ничего с той, о ком думаю сейчас? И будет после законная супруга, достойная представительница "смоленцевок", будущих агентесс и "образцовых советских жен" в одном флаконе, на меня докладные Куда Надо втайне писать? Верю и знаю, что у той, с которой все начиналось - с нашим Адмиралом, любовь по-настоящему. А у этой? Юншену легко - его сестрички, не связанные ни с какой Конторой, и на своего повелителя смотрят абсолютно преданными глазами - конечно, не хочется им назад в свою деревню, где до сих пор как в веке семнадцатом живут, вполне себе цивилизовались, тут поверишь в британскую сказку про цветочницу и профессора фонетики - вот только интересно, как они между собой разбираются, "он один, а нас двое"? А у Маши глаза блестят - плачет? Да куда я денусь - не на войну ведь еду? Вернусь!
   А из репродуктора, заполняя паузу между объявлениями, песня звучит:
  
   Надежда, мой компас земной
   А удача, награда за смелость.
  
   В этот раз с соседями по купе не слишком повезло - ими были, торгфлотовский морячок, возвращавшийся в Архангельск после отпуска на югах (да не в Крыму, а в Болгарии!), какой-то мутного вида кооператор, и толстая тетка деревенского вида. Так что поговорить было не с кем - хорошо, ехать не как до Харбина, и какое мне дело до вас до всех, а вам до меня? Представитель какой-то там заготартели тоже молчал, и за карман пиджака хватался - лежал у него там не ствол, а что-то бумажное и плоское (наметанным глазом, определить нетрудно), деньги везет и боится, как бы не украли? Тетка тоже говорила мало, зато в обед угощала нас, "рыбки домашней попробуйте, копченый сиг", ну и конечно, вечером, "мужики, выйдите все, пока я подготовлюсь ко сну". А вот морячок трещал не переставая - немного отъехав, мы уже знали, что зовут его Валерий Степанович, "но можно просто Валера", сам он из Саратова, но подался в свое время на север, деньгу зашибать, после того, как срочную отслужил в Печенге, не флот, а сухопутные, повоевать не пришлось, не успел, но море понравилось, особенно в плане заработка, ну а к труду мы привычные - и про семью рассказал, и вообще, "адрес своей квартиры, где деньги лежат". Находка для шпиона - да нет, вроде ничего секретного я не услышал. А Болгария ему не показалась - "тот же Крым, только еще и говорят не по-нашему, хотя и похоже".
   -На пляже хотел поваляться. Мог бы на пароходе, от Одессы до Батуми, и назад - так я морем на работе сыт.
   А мне не доводилось, пока. Хотя не прочь бы был, чтоб на белом пароходе музыка играет, на палубе стоять, и красивая девушка рядом. Этим летом уже никак - а в следующее, если выпадет, хоть на недельку? Слышал, что Анна так мечтает, со своим Адмиралом. Ну, до следующего лета еще дожить надо - шучу! А может, и нет.
   Интересно (все равно, скучаю, так хоть мозг занять), мог бы кто-то из моих попутчиков быть врагом-шпионом? Не таким, как на плакате, "не болтай, враг подслушивает" - выглядывает из-за угла тип с гнусной рожей, в темных очках и с поднятым воротником, таковых ни одна разведка у себя не держит. Но пластику движений скрыть труднее, и у меня уже инстинкт, оценивать незнакомца на предмет, опасен ли в рукопашке или с ножом. Хотя для шпиона, актерские качества, наблюдательность и психологизм куда важнее, чем с двух рук стрелять и бить морды - да и настоящий ликвидатор в драку вступать не будет, а внезапно выстрелит или нож воткнет, или незаметно яд всыпет, или что-то взрывающееся подкинет. Однако же, боевая подготовка даже "штирлицу" нужна, на последний случай, как летчику парашют - и уверенность дает, и кто знает, сколько наших подпольщиков-разведчиков в войну погибло, именно потому что у них, людей мобилизовано-штатских, такого шанса не было, может быть кто-то и сумел бы вырваться, или на крайняк, немцев с собой на тот свет захватить. И конечно, боевые умения волю развивают, стремление драться до конца. Оттого, у нас даже "смоленцевок", не говоря уже про штатных агентов и агентесс "инквизиции", натаскивают на довольно приличном уровне, соответствующему первому спортивному разряду, или даже кмс - пластика меняется, но можно танцами оправдаться, или физкультурой. Касаемо же моих попутчиков - по физическому состоянию и моторике никто из них на боевика не тянет, да и зачем агента с дорогостоящей подготовкой, на место, к секретам не допущенное, внедрять? Хотя как хозяин квартиры, что-то спрятать, передать - возможно. Тьфу, о чем я - так скоро истинным сталинским палачом стану (в версии новодворской), "если вы пока на свободе, то это не ваша заслуга, а наша недоработка".
   В Архангельске расстались. На вокзале, я к военному коменданту - Молотовск (пока еще не Северодвинск) город закрытый, туда абы кто въехать права не имеет. А дальше, рядом совсем, и местные товарищи предупреждены, меня уже машина у поезда встречает. Летеха-порученец мне незнаком - а все прочее вокруг, таким близким кажется: здесь самая первая наша база была в этом мире, с осени сорок второго. Место при завода, специально оборудованное для стоянки и техобслуживания атомарины - сколько раз "Воронеж" возвращался сюда, и сейчас, кто из экипажа на дембель уйти решили, в подавляющем большинстве здесь осели, у Курчатова на "Арсенале два", в Северном Кораблестроительном, и конечно же, на Севмаше. Из-за них я сюда и приехал - в тихое мирное время.
   Сталинское время. Не жестокое, а жесткое: провинился - отвечай. И с безусловным приматом общего над личным, что уроженцам более поздних времен непривычно. Мы тоже мобилизовываться умели - но в форс-мажор, когда война, беда, пожар. А в мирное время, мы приучены - что по справедливости: как общество ко мне, столько же и я обществу. Те, кто в этом времени с нами были завязаны - включая Берию и Пономаренко - к этой нашей особенности привыкли, и учитывают; да и меньше она была на виду, пока шла война. Но вот Победа, мир настал - и далеко не все местные в Тайну нашу посвящены. Вот и повалили проблемы - которые я приехал разруливать.
   Город растет и хорошеет - в центре бараков уже не осталось, сплошь новые многоэтажные дома (те, которые после "сталинками" назовут), асфальт, тротуары и фонари, на Первомайской настоящий парк разбит, а не пустырь с пылью. На Полярной целый квартал корпуса Кораблестроительного Института занимают (давно уже не филиал Ленинградского, а равный ему). Не только автобус - уже и трамвай ходит, по Ленина, от завода на юг, до Второго Арсенала. И народ на улице вид имеет, ну совершенно не бедный - тут интеллегенции (высокооплачиваемой) много, да и на заводе заработки очень хорошие. Личных машин пока мало - Архангельское шоссе еще не спрямили и не расширили, ездить особо и некуда - зато попадаются, даже не знаю как назвать, снегоболотоходы? Отдаленно похожие на снегоход "буран", у моего знакомого в 2012 такой был - только вместо гусениц здесь более распространены широкие колеса-"дутики", с которыми машина еще и становится амфибией, как на поплавках, и хорошо идет не только по снегу и льду; впрочем, зимой вместо передней пары колес можно лыжи поставить. Собирают такие машины (с мотоциклетными моторами, и немецкими, и от нашего ИЖа) тут, на Севмаше - и тоже в свободной продаже, любителям охоты, рыбалки, грибов и просто вылазок на природу. Ну просто день и ночь - в сравнении с тем, что было в войну!
   "В Свердловске нас, эвакуированных, направили на радиозавод. Жить было негде, сначала мы ночевали в сушильном цехе на досках, но затем нас оттуда прогнали, сказав что не положено. Местные жители нас на квартиры не брали - все было переполнено. Работали по 18 часов в сутки, кормили нас один раз в день, мисочка кипятка с мерзлой капустой, без соли, и сто грамм хлеба. Зимой, в мороз, у нас не было теплой одежды и обуви, затем выдали какую-то жуткие, не знаю даже как назвать, подошва из деревянной доски, к ней брезентовый верх, и веревки, привязать все это к ногам. На все наши требования и мольбы, что нет больше сил - начальство отвечало, потерпите, сейчас идет битва за Сталинград, все посылаем туда, будьте сознательны".
   Таких "мемуаров" я прочел - на "Войну и мир" хватит! Вот что скрывалось за скупыми словами наших дедов, "в Отечественную было тяжко". Сейчас на Севмаше давно уже и рабочий день восемь часов (а в субботу, пять), и снабжение в магазинах нормальное, и платят, как я сказал, хорошо (даже с вычетом займов на восстановление народного хозяйства), и отдельные квартиры дают семейным (особенно тем, кто с детьми), и даже личный транспорт удивления уже не вызывает. Но кончилась война - и разница в психологии у нас, "попаданцев" из двадцать первого века, и людей сталинского СССР, стала очень заметна! В том числе и в том, что для нас норма, а тут предосудительно, и даже наказуемо. А мы, люди из будущего, непонятным образом попавшие в это время, были здесь внесены в особые списки - и как владеющие Тайной, и как носители уникальных для этих лет знаний. Что вызвало неожиданное следствие: по факту, иммунитет от преследований "кровавой сталинской гебни". В случае серьезного преступления, или не дай бог, измены, разговор был бы по всей строгости - но такого не было (слышал я, что даже Родик, наш либерал-демократ, из штатских спецов, в том походе к нам прикомандированных, сейчас исправно служит в минно-торпедном КБ). Но битая морда партийного секретаря, это по здешней мерке, вполне на политическое дело тянет!
   Особенно если бить грамотно - Логачев И.С., бывший главстаршина в "Воронежа", а сейчас мастер в цеху на Севмаше, рукопашкой увлекался всерьез. Настолько, что новичков тренировал, наравне со Смоленцевым - обнаружив у себя хороший педагогический талант. У секретаря, товарища Нилина П.А., сломан нос и сотрясение мозга. А коллектив в большинстве поддержал Ивана Семеновича - не иначе, этот партийный, крыса тыловая, лишь пасть умеет разевать, изрекая лозунги? Так меня для того и прислали - конечно, я здешнему СССР присягу давал, но своих обижать не позволю. Чем ветераны походов на "моржихе" (как нашу К-25 ласково свои звали, это для фрицев мы были Полярным Ужасом), подводники, орденоносцы (в победный год, ни у кого из экипажа меньше трех наград не было) сумели предков так достать?
   Предъявляю свой мандат, занимаю выделенный кабинет, начитаю разбираться. Первым делом обвиняемого требую - слава богу, не в кутузке сидящего, а всего лишь под подпиской. Чтоб мне по существу рассказал, что они с партийным не поделили.
   -Это еще в прошлом году началось, осенью. Ладно, двадцать процентов зарплаты облигациями выдают, привыкли мы уже, тем более что и оставшегося на жизнь хватает. А этот Нилин с почином выступил на собрании, мобилизуем внутренние резервы - пусть каждый себе по минимуму оставляет, а все остальное, стране на восстановление. И чтоб мы все подписали. А я встал и сказал, шиш! Двадцать процентов ладно, мы все понимаем - но остальное, честно заработанное. И мужики меня поддержали, и не только наши, с "моржихи". Отступил партийный - но злобу затаил. Татьяне, это жена моя, пенсия была положена, за отца, офицера, погибшего на фронте. Так вызывают ее в партком и говорят - время сейчас нелегкое для страны, и подумай, не нужны ли эти деньги кому-то больше, чем тебе, откажись, будь сознательной. Ну, я к ним прибегаю и ору - вы что, о..ли? Они тоже в крик. Но обошлось. Мы в очереди на отдельную квартиру стояли, комната в коммуналке у нас большая, уютная, но хочется все ж чтоб полностью свое. В этом году должны были заселиться. И тут мне предлагают "добровольно" отказаться - у тех трое детей, а у нас пока одна Маришка. Так я на заводе с сорок шестого, ну ты же знаешь, как на дембель ушел - а эти, без году неделя. А мне говорят, подожди еще годик, максимум два. Ну я и послал их подальше - а если через годик еще кто-то с детьми объявится? А мне выговор, с формулировкой "за мещанство". В этом году в отпуск собрались, к Черному морю. В поезд уже сели, тут меня посыльный находит, и передает приказ, срочно вернуться на завод, производственная необходимость. А там выясняется, что никакой необходимости нет, начальник цеха сам удивлен - стали разбираться, это Нилин приказ отдал. Ну я его там при всех и... Не сдержался. Да вы у мужиков поспрашивайте - примеров таких, тьма! Я понимаю, что для страны и народа - но мы ж не винтики, и для себя на что-то право имеем, если заработали честно!
   Что ж Иван Семенович, я тебя услышал. И уж постараюсь, чтоб вытянуть. Но ты тоже хорош - ну зачем при всех бить? Уж мог бы и в темном переулке, да чтоб не узнали - как я в Китае однажды - нет, убивать не надо было бы, но вот побить такую гниду даже ногами, это не грех. Или что-нибудь позорное придумать... Ладно, иди!
   А этот Нилин оказывается, не трус и не сволочь! А из "политруков сорок третьего года" - тогда по уставу, стали на самую низшую должность ротного политрука, идейно выдержанных сержантов ставить, за кого сами солдаты одобрят - две недели обучения, и офицерские кубари в петлицы. С одной стороны, это низовой политсостав резко оздоровило, а кому везло, то и выше поднимались. С другой же, и потери среди таких политруков были выше, чем у строевых офицеров - кому в атаку первым бежать, бойцов поднимая, и для немецких снайперов цель, и конечно, в плен их фрицы не брали. Но если мужик честно отвоевал, аж две "славы" (была у политруков привилегия, право на этот солдатский орден) и две медали (не юбилейные), так какого черта он на своих наезжает?
   Тем более, все сказанное Иваном Семеновичем подтвердилось. Фактов о злоупотреблении партийцев - вагон и десять тележек. Мне особенно случай запомнился - паренек (не наш, не с "моржихи") с девушкой в зале ДК сидит, тут по трансляции объявляют, "такому-то прибыть на завод", ну а "у меня с Валюхой серьезные намерения были, объясниться наконец", но вдруг случилось чего? А оказалось, что "для мобилизации и воспитания коммунистического духа - ну а девушка понять должна, если не мещанка". Читаю, и чувствую, что начинаю звереть. Вызываю этого Нилина и спрашиваю, пока еще спокойно - ты чего, товарищ, фигней занимаешься? Не понимаешь, что люди и так по работе выкладываются - у вас в цехах шесть заказов стоят, и еще по мелочи. А ты, самка собаки, мешаешь, подрывая обороноспособность СССР!
   А он отвечает, спокойно глядя мне в глаза:
   -Считаю воспитание морального облика советских людей не менее важной задачей, чем строительство флота. И абсолютно недопустимым - что сейчас, когда мировой империализм угрожает нам атомной войной, иные товарищи так и норовят урвать что-то себе, вместо того, чтобы стране отдать. Невзирая на прошлые заслуги - напротив, с таких должен быть еще выше спрос.
   Товарищ Нилин, а я вот считаю, что политическая работа меряется результатом. Как на войне было: в обороне, враг не прошел, в наступлении, взяли высоту - значит, хорошая была политработа. На трудфронте, выполнили план - аналогично. А не выполнили - никому ваши собрания и резолюции не нужны. Не согласен - спорь, возражай.
   -Не согласен. Это - лишь одна сторона. Воевать и работать и капиталисты умеют. А я не хочу, чтобы нашу Победу и мечту о коммунизме растащили по собственным углам!
   Как партизан на допросе. Абсолютно убежден в своей правоте. Но ты хоть понимаешь, что на одном энтузиазме и идее, не уедешь далеко? Это как форсажный режим, для особого случая - а если на нем постоянно гонять, мотор запорешь прежде времени! В войну - да, можно. И люди терпят - если двадцать процентов зарплаты отдают. Ну вот какого черта ты к товарищу Логачеву прицепился? Что, была производственная необходимость, товарища в отпуск не дозволять, ты мне честно ответь?
   -Товарищ не показывал должной сознательности. И нуждался в ее воспитании, для своей же пользы. Что было даже более важным, чем производство.
   Так где в трудах классиков марксизма-ленинизма сказано, что получать честно заработанную зарплату, это запрещено? А вот про 8-часовой рабочий день там было. И слова товарища Сталина (после узбекского дела), что эксплуатации трудового народа при социализме быть не должно, и если некоторые товарищи стараются энтузиазмом масс прикрыть собственную глупость и нераспорядительность, то это нехорошо, и должно караться по всей строгости закона. Вам неизвестно, что даже на фронте был принцип материальной заинтересованности? И за сбитый самолет, подбитый танк - денежная премия полагалась?
   -Лично я свою премию, как и все положенное мне денежное довольствие, перечислял в фонд обороны. Чтоб еще один снаряд по врагу.
   Так это было твое право. А не общая обязанность, которую ты хочешь навязать всем. Или твоя партийная работа, это плодить врагов Советской власти? Не понимаешь, что люди на нее озлобятся, считая тебя, ее представителем?
   -Наши советские люди и сообщают. О нездоровой обстановке в коллективе, рвачестве и мещанстве - когда работают не ради того, чтоб больше дать стране, а затем, чтоб заработать лишнее и на себя потратить. Настаиваю, чтобы гражданин Логачев был наказан по всей строгости закона - рукоприкладство я готов ему простить, как коммунист коммунисту, но идейному мещанству прощения быть не может. Особенно когда оно служит примером для подражания - причем прошлые заслуги этого гражданина сей факт еще усугубляют. Вот список тех, кто злостно не проявляет коммунистическую сознательность - настоятельно прошу вас с этим контингентом разобраться.
   -Партия во всем разберется, для того меня сюда и прислали. Свободен пока!
   Что ж, будем именем Партии порядок наводить! Такой, как я его понимаю - если тут, на "пилотном" проекте построения светлого будущего (и воспитания коммунистической личности, но без перегибов) такое творится, что же в среднем по стране? Однако мораль читать не буду - усвоил уже твердо, успешная тактика здесь должна быть иной. По принципу дзюдо - аппелируя к "краткому курсу", как я после китайских приключений отбрехивался. Для начала, вызываю ответственных товарищей (включая и Тех Кому Надо - то есть, местное ГБ), и даю накачку. Что тут у вас за бардак - вам известно, что ложные доносы, клевета с целью дезорганизации, это как раз один из методов врага? Кто у нас самые активные доносчики, фамилии? Почему материал не систематизирован - срочно отберите, список всех, кто у нас такой бдительный, и с детализацией, на кого пишет? И статистическую обработку провести - среднеарифметическое, на кого и от кого сколько поступает, с разбиением по категориям персонала. Не знаете что такое среднеарифметическое - у научников спросите. Да, и главное - насколько доносители сами сознательны, как они производственный план выполняют, или как тот петух из басни Михалкова, кукарекнул и отлынивает.
   Сделали, принесли. Как и ожидалось, доносят большей частью на сослуживцев - один участок, одна бригада, один цех. И несколько личностей обнаружилось, что действительно, явные "сачки", лодыри, зато изображают общественную работу. Этим вздрючка по-полной - вот я понимаю, что хорошая общественная работа, это процент выполнения плана, и как ты, свою норму делая на восемьдесят процентов, смеешь обвинять того, кто дает сто пятнадцать? Еще такое повторится - пойдешь по статье за заведомо ложный донос. Свободен... пока!
   Но вот один персонаж меня заинтересовал. Федор Скамейкин, 1923 года рождения, беспартийный, из крестьян, откуда-то с Вологодчины. По работе - твердый середнячок, претензий не имеет. Студент на вечернем - особенность Северного Кораблестроительного, что тут в отличие от Ленинградской Корабелки, очень много таких, что на учебу после смены - похвально, вот только по документам у тебя семь классов, в этом времени для поступления в вуз обязательного аттестата за десятилетку закон не требует: подразумевается, что иначе ты экзамены не сдашь, а если уж сдал, значит достоин. Однако я знаю, что такие самородки, особенно среди деревенских, большая редкость. Ладно, бывает и такое - а по учебе у тебя успехи явно выше средних, ну, талант! Призывался в сорок первом, но повезло тебе на передовую не попасть, служил в 355 стрелковой, Карельский фронт, это под Мурманском, в роте подвоза, занятие малогероическое, но медаль "за боевые заслуги" за тобой числится, демобилизован в сорок четвертом. И дивизия расформирована - хотя можно однополчан отыскать, только дольше это будет. Направлен на Севмаш по разнарядке - помню, было такое у нас на Карельском фронте, когда демобилизуемых после Победы агитировали к нам на завод, и согласившимся сразу предписание и "подъемные" выдавали. Прибыл, работает, с сорок девятого учится на вечернем. И все - но заинтересовал он меня, потому что стучал на всех с усердием дятла, причем не только на своих непосредственных сослуживцев, но и по всему заводу. Уделяя особое внимание нашим, с К-25. И при этом оставался беспартийным, что выглядело странно.
   -Так для пользы дела же, товарищ подполковник! Даже по малости - ведь если кто-то в малом от генеральной линии партии отклонится, и останется безнаказанным, то завтра он уже по-крупному совершит, вплоть до измены и диверсии!
   Когда он мне такое сказал - у меня как у собаки, будто шерсть на загривке дыбом. Поскольку логику эту я слышал в телеящике в веке двадцать первом. Где какая-то не наша морда, говоря по-русски с акцентом, разъясняла, чем плох правовой нигилизм - и приводила в оправдание именно такие слова, "если сегодня безнаказанно в малом, завтра будет убийца-маньяк, или иная крайне опасная личность". И что именно потому у них норма, что приходит сосед к соседу в гости на уикэнд, а после стучит в налоговую, мне кажется что такой-то живет не по средствам, проверьте пожалуйста - и после они продолжают оставаться друзьями, какие обиды, я ж тебе услугу оказал! А здесь, в сталинском СССР, где по словам Новодворской "все на всех стучали", я слышал, "сегодня он играет джаз, а завтра родину продаст", в анекдоте, но вот ни разу, от сотрудников кровавой сталинской гебни! Все ж национальный менталитет роль играет - если во все времена, по числу доносов Куда Надо на душу населения с большим отрывом лидировала Германия (что Кайзеррайх, что Рейх, что ГДР или ФРГ), за ней были Англия и США, а вот мы то ли на шестом, то ли на седьмом месте. Для выводов маловато, так что идите пока, товарищ Скамейкин. Вот только тобой я займусь теперь всерьез!
   Для начала - напрячь вологодских товарищей. Запрос по линии даже не ГБ а "инквизиции", чтоб быстрее - сообщить все, что об этом гражданине, а заодно и о его семье, известно по месту его рождения. Ну и фотографию его послать, просто так, на всякий случай. Согласно анкете, он круглый сирота - отец, Скамейкин Степан Алексеевич, 1898 г.р, в РККА служил еще в Гражданскую, затем в колхозе работал, в сорок первом мобилизован и под Ленинградом без вести пропал. Мать, Акулина Ивановна, 1899 г.р., умерла в сорок седьмом - вроде, не старая еще, хотя война недавняя, голод, ослабленный организм? Брат младший, Трофим, умер еще перед войной, в 1939, от туберкулеза. Ну, деревня на то и деревня - все всех знают и помнят, может какие-то странности и всплывут?
   Ответ пришел через четыре дня. Которые прошли ну совершенно буднично - и слежка, установленная за гражданином Скамейкиным (и еще двумя, показавшимися мне интересными) ничего не дала. Прочел я расшифрованное - ну, сцука, сейчас ты у меня за все ответишь! Арестовать немедленно - и с осторожностью, объект не лопух, возможна спецподготовка!
   Отчего так? А запросил я из Управления материалы по одному прежнему делу. За номером 441039, год сорок четвертый, портреты фигурантов. Нет пока в обиходе "фотороботов", тут и отсутствие матчасти влияет (чтоб в каждом отделе, проектор и пленка для слайдов), и отсутствие систематизации - слышал, что у американцев уже есть система "айденти-кит", когда у каждого полицейского есть набор карточек, типовые глаза, носы, уши и прочее, и достаточно по телефону код передать, чтоб собрать портрет разыскиваемого как картинку-паззл. У нас, на такое глядя, тоже пытались, так оказалось, что население СССР этнически более разнообразно, типизовать детали не удалось. Так что рисуют у нас рожи по старинке, художник по описанию свидетелей.
   Было в сорок четвертом - что шестеро британских шпионов высаживались с подлодки, в районе Киркенеса. И подбирал их некто Олаф Свенссон, он же Олег Свиньин (знакомая личность, еще с сорок второго). Он тогда сразу и попался, раскололся до донышка, и описание дал, кого на свой баркас взял и где высадил. Поскольку Заполярье все ж не Москва, тут каждый новый человек на примете - то ловили гостей упорно и успешно. Четверых взяли, один при задержании убит, а еще с одним было сомнение. Когда нашли труп, уже объеденный песцами - попал человек на дороге в пургу и замерз, там такое и в начале мая бывает. Но были при нем пистолет, комплекты документов на разные имена, и крупная сумма денег - так что без сомнения, точно, не наш! Тем более, что о пропаже наших в то время и в том месте, информации не было. И все бы хорошо - но смотрю на рисунок, "объект пять", на гражданина Скамейкина отдаленно похож. Так ведь изображение по памяти, не фотография - и семь лет прошло!
   А главное. Сообщили вологодские товарищи - что личность на фотографии ("наш" Скамейкин) деревенские опознали как "приятель нашего Федора, в сорок седьмом приезжал от него весточку передать". А гражданка Скамейкина А.И. умерла тогда же, во время его приезда - на радостях решила в бане попариться, и с баней сгорела. И никто приезжего не обвинял, "да как же можно, да и какой ему интерес". Лично я деревенских вполне понимаю: в войну, если товарищ на побывку или по иному случаю, в твои родные края ехал, и с ним весть домой передать, это было святое! Подумать не могли, что ты, гад, свидетельницу убирал - Вологда от Молотовска не так далеко, а вдруг мать решилась бы приехать? И вспоминаю Валеру-морячка, с которым сюда ехал - не иначе, пересекся ты в дороге с настоящим Федором Скамейкиным, и он тебе все про себя растрепал, и что демобилизованный (значит, не хватится его никто), и на Севмаш едет (а тебе туда и надо).
   И когда эту мразь доставили, я ему первым делом качественно дал в морду. Чтоб показать, ты здесь никто и звать никак! И после, первый мой вопрос был, даже не его настоящее имя. А другое:
   -Зачем ты, сука, мать убил - которая и так сына от твоей руки потеряла? Была в том военная необходимость?
   А он так спокойно, кровь сплюнул, плечами пожал, и отвечает:
   -Я не убийца, а солдат. Сожалею, но иначе было нельзя. Она мне писала, упрекала, что не приезжаю, а затем сама сюда ехать хотела.
   Считает себя военнопленным, сволочь? Самое поганое, что чисто теоретически, имеет на то основание: вдруг в Москве решат его "обменным материалом" использовать, если кто-то наш попадется? Конечно, объект, отработавший несколько лет в Молотовске, обмену не подлежит: мало ли какие мелочи он дома вспомнит, особенно если его гипнозу подвергнут, есть уже и такое. Но случаи-то всякие бывают! Жалко, что я не умею, как Смоленцев - в позвоночник ударить по-особому, и позже (может, и через год) при нагрузке, ущемление нерва, и паралич. Если бы на тебе нашей крови не было, может и имел бы я к тебе какое-то уважение, как к коллеге, исполняющему долг и приказ. А так - ты для меня что-то вроде клопа, которого раздавить, это благое дело.
   Раскололи мы этого козла до донышка - и добрым словом, и битием, которое определяет признание. Оказался сынок какого-то русского эмигранта, на английской службе. Союзник бывший, успел против немцев повоевать, а теперь вот к нам со злом тайно приполз. Со Скамейкиным было, как я и предположил - эх, Федор, сам ты свой приговор подписал болтовней, вот и решил шпион такой случай не упускать. Рации у него нет, про других агентов (если таковые и есть) он не знает, сам же он имел контакт в Архангельске, условный знак, и встреча в пивной с моряком иностранного торгаша, передать ему добытую информацию, или же экстренный отход. На этот последний случай в экипаже должен быть кто-то похожий внешне, с ним надо обменяться документами и одеждой, а после отхода судна появляется "отставший", и что транспорт ушел с полной командой, можно списать на ошибку пограничного контроля. А вот тут подробнее - что ты уже успел узнать и передать?
   Напоследок я спросил, просто ради своего интереса:
   -Как же ты, русский, и против своей Родины, пусть и бывшей, работаешь?
   А он и отвечает, спокойно и уверенно:
   -Я люблю Россию - которая была частью цивилизованного мира. Как до вашей революции. Ненавижу - ту, которая себя этому миру противопоставляет и ему угрожает. Хочу, чтобы стало как прежде.
   Ну слава богу, при Ельцине тебе жить не придется! Вхождение в западный мир - вот только отчего-то у всех адептов этой идеи, это подразумевает не равенство, а подчинение. А я вот не понимаю, чем лично я меньше какого-то англичанина или янкеса? И какого черта я должен свои кровные интересы считать ниже забугорных? Но этого я, понятно, тебе не скажу - зачем?
   А после - был приказ от Пономаренко, ответом на мой рапорт, возвращаться в Москву. Такая вот выдалась миссия, без шума и стрельбы. И первая, где я никого не убил.
   Хотя этой мрази я напоследок подарок вручил. Вдруг его и впрямь на нашего провалившегося "штирлица" обменяют? Но вот детей у тебя не будет никогда - после хорошего, от всей души, удара сапогом по причинному месту!
   Уезжал с чувством полностью выполненного долга. Так как все любители сигналов дружно заткнулись - кому охота дело разоблаченного шпиона продолжать?
   И пусть мне кто-то попробует сказать, что Первые отделы занимаются фигней - убью!
  
   Коллективное письмо от группы коммунистов и комсомольцев Северного машиностроительного завода (г.Молотовск) в Москву.
   Товарищ Сталин! В то время как наш советский народ успешно решает задачу построения коммунизма, отдельные лица, имеющие в прошлом несомненные заслуги перед СССР, сознательно искажают коммунистическую идею, потворствуя насаждению в массах идей эгоизма, стяжательства, мещанства, безусловно чуждых советскому строю! Подобно персонажу из пьесы Маяковского "Клоп", они говорят - "я хорошо воевал, я хорошо работаю, и имею право честно заработанное потратить на себя". И эта буржуазная точка зрения, к сожалению, находит поддержку среди некоторых ответственных товарищей, а также несознательных масс.
   Да, принцип материального поощрения при социализме имеет место. Но истинно по-коммунистически будет, если премированные товарищи станут рассматривать это прежде всего, как возможность увеличения своего добровольного вклада в общее дело! В недавние военные годы, при том, что мы жили гораздо хуже, испытывая нужду во всем - наши советские люди сдавали деньги на постройку танков, самолетов, кораблей для фронта, для Победы. Теперь же иные из тех же товарищей, что особенно печально, не желают участвовать даже в займе на восстановление народного хозяйства, сверх минимальной обязательной доли. Не видя, что СССР по-прежнему живет во враждебном капиталистическом окружении, и на достижение окончательной победы социализма над капитализмом требуется весь ресурс, какой мы можем дать! Каждый должен спросить себя - максимально ли он вкладывается в общую работу, не оставляет ли себе неиспользованный резерв? "Я честно заработал, не украл" - нет, ты именно украл, если потратил на себя то, что мог отдать обществу.
   Товарищ Сталин, особенно обидно, что эти несознательные товарищи в оправдание своих поступков приводят, "а Партия о этому поводу ничего не постановила", и даже "товарищ Сталин ничего не сказал". Считаем, что проблема коммунистического воспитания советских людей должна сейчас стать одной из главнейших, и быть обязательно отражена в решениях Партии. Мы ни в коей мере не призываем вернуться к временам "военного коммунизма" - когда работали за койку в казарме и паек. Речь идет всего лишь об усилении пропаганды коммунистического образа жизни. Чтобы поступать неправильно было стыдно.
  
   И снова Валентин Кунцевич "Скунс".
   -Прочел? - с ухмылкой спросил Пантелеймон Кондратьич - а ведь "Клоп", это там прямо про тебя. Ну и что скажешь, насаждатель буржуазных предрассудков? Тебя с чем туда посылали?
   -Так ведь и они тоже хороши - отвечаю я - кукарекнули, "все не так", а предложить свое ? И хочется и колется - сами понимают, что "военный коммунизм" не выход, его еще Ильич раскритиковал. Но ничего не могут придумать кроме "пропаганды", ну призывайте, все отдать, себе по-минимуму, чтоб лишь с голода не сдохнуть. И чем это от проклятого царизма отличается, как там у Горького, "машины высосали долю жизни из живых придатков - и прожив так лет пятьдесят, человек умирал".
   -Товарищ Кунцевич, вы передо мной валенком не прикидывайтесь - прищурился Пономаренко - сам поймешь свою промашку, или подсказать? Что шпиона поймал, хвалю. А отчего после того, как ты там побывал, народ не успокоился, и такие вот письма самому товарищу Сталину шлет? Ну а товарищ Сталин мне - с резолюцией, разобраться, и что я отвечу? А все потому, что товарищ Кунцевич вообразил себя Александром Македонским: пришел, увидел, всех в страх вогнал, велел стоять-бояться, и уехал с чувством выполненного долга.
   -Так я Партии впрямую приказывать не могу - отвечаю я - а лишь рекомендовать. Ну а что они сами этого Нилина вышибли с парторгов да еще и партбилет на стол с формулировкой "за подрыв авторитета Советской Власти", и неофициально, что со шпионом в приятелях ходил, так это я не виноватый. Моя воля, была бы формулировочка "за глупость, как безнадежного идиота". Вижу, не понял, не вразумился, если его подпись под этой писулькой стоит. И остальные - сами, выходит, признались в противодействии линии Партии. Можно и их тоже на партком, и к ответственности!
   -И сколько таких придется вычищать? - спросил Пономаренко - товарищей, которые все же делом верность коммунистической идее доказали. К власти их подпускать не стоит, а рядовыми коммунистами, в самый раз. А вы их - как обухом по башке. Вместо того, чтоб несознательных переубедить, чтоб такого больше не писали.
   -А как такое из мозгов выбить кавалерийским наскоком? - спрашиваю я - вот у светила нашего будущего, Аркадия Стругацкого, что он с братом на пару напишет, про "Понедельник в субботу", искренне ведь, что даже в Новый Год отдыхать предосудительно, в отпуск на машине едва ли не криминал, ровно в шесть по трудовому законодательству с работы лишь отрицательные персонажи уходят, и вообще, трудовые будни это праздники для нас. Пропаганды хотите - так будет вам пропаганда: а отчего бы не выпустить Райкина, "чего крутится - привяжите к ноге динамо", где-то на компе должно быть, да вы ведь видели. Любую самую лучшую идею можно довести до абсурда - заставь дурака богу молиться, он ладно бы себе, не жалко, тебе лоб расшибет! Я же кому угодно, хоть вам, хоть товарищу Сталину скажу - на одном энтузиазме и сознательности далеко не уедешь, экспериментально установлено нашей историей. И уж совсем погано, когда энтузиазмом пытаются компенсировать руководящую дурь. Личное и общее должно быть в равновесии - это и называется диалектический подход.
   -Ты образование получать собираешься? - спросил Пономаренко - место в Академии тебя давно ждет. Или тоже будешь старанием, свою дурь замещать?
  
   Рассказывает Лючия Смоленцева (Винченцо).
   Я заглянула в будущее. И мне стало до ужаса страшно.
   Я настолько же русская коммунистка, как и итальянская католичка. От Веры - вера в то, что мир, в котором я живу, справедлив, красив и гармоничен - а если это где-то в чем-то не так, то исключительно по воле Творца, высшего замысла которого мы просто не видим. А от Идеи - стремление построить эту гармонию здесь, на земле, и если не "сейчас" то в обозримом будущем. Страна Мечты, это не сказка а быль. В моем понимании, все люди - равны и не равны, одновременно. Равны в том, что Творец каждому от рождения вложил свою искру, которую можно и должно разжигать. А не равны - в том, что этот высший дар, кто-то сбережет, поддержит и разовьет, на счастье и себе, и людям, а кто-то пренебрежет, или распорядится во зло. И мне рассказывали, что Ленин, самый первый из русских коммунистических вождей, сказал - наша цель, обеспечить трудящимся высокий уровень жизни? Нет, это и капиталисты дать могут. Наша цель - обеспечить каждому полное развитие его духовных, умственных и физических способностей, в меру его таланта. Не ручаюсь за точность цитаты, но смысл был такой.
   И советские в этом преуспели. Когда мы с Анной были в Ленинграде, моя подруга и наставница на Невском проспекте обратила мое внимание на красивое здание с башней, рядом с Гостиным Двором.
   -Бывшая Государственная Дума, это как парламент был еще при царе. А вот там, позади башни - музыкальная школа, хотели меня туда отдать учиться, но слуха не оказалось. Эту школу, для талантливых детей, открыли в 1918 году, по просьбе питерских рабочих. Она не закрывалась даже в Блокаду.
   Мадонна, а я вспоминаю, как моя мама, работая прислугой в Риме, покупала мне книжки - и каждый раз выбирая между ними, и лишней булкой, или куском сыра, или бутылкой молока! Маркс прав - что для капиталиста идеальными работниками были бы придатки к машинам, чапековские "роботы", а не люди; образование им нужно лишь столько, чтобы выполняли работу (и лучше - меньше, дешевле будет платить). А в СССР я видела, как людей всячески побуждали получать образование, заниматься в каких-то кружках - понятно, что иные из них были важны для армии, как водить машину, нырять с аквалангом, метко стрелять, знать радиодело. А к чему тогда отнести, организованные походы рабочих с заводов в театры, экскурсии в музеи? Не говоря уже о том, что само образование тут очень доступно!
   У нас в Италии, человек из низшего сословия не мог и мечтать поступить в университет. Не только из-за того, что на него бы смотрели там как на плебея - но и потому, что у него не было денег, заплатить за обучение. В СССР же хотя высшее образование пока что не бесплатно, но стоимость его (за год) меньше месячного заработка рабочего. И существуют многочисленные льготы, как например, полная отмена платы для награжденных орденами и медалями (а таких, среди советских мужчин, после войны, немало), или половинный размер для всего лишь отслуживших в армии, или отработавших после школы на производстве. (прим. - к сожалению, альт-ист.). Кроме того, распространена практика, когда перспективные студенты уже в процессе обучения заключают договор с будущим работодателем (заводом, НИИ или КБ), который вносит за них плату, в обмен на обязательство после отработать у себя не три года по "распределению", а шесть (срок обучения плюс диплом). В целом же, жизнь в СССР организована так, что каждый может развить свой талант, имея к тому желание. Что это, как не высшая справедливость?
   Да и я с прошлого года прохожу обучение в одном очень интересном заведении! Но о том расскажу чуть позже.
   А в той реальности, что мне показали? Под маской так называемой "толерантности" процветают самые гнусные пороки! Европейские города заполнили толпы каких-то грязных дикарей (мадонна, я вовсе не расистка - но ведь есть разница между человеком, стремящимся к культуре, и тем, кто сознательно не желает подняться выше обезьяны?). Семьи объявлены "пережитком". Дети мечтают стать бандитами и проститутками. Святые отцы - педофилы. Уголовные преступники - депутаты парламента. И продается, и покупается - абсолютно все (мадонна, я вовсе не монашка и не аскет - но надо же и меру знать, нельзя измерять человека исключительно кошельком)!
   И если тот мир одержит победу и здесь, в этой истории - это будет проигрыш не только Советов, но и моей Италии. Не только коммунизма, но и Веры (значит, мир не справедлив, не гармоничен, и Творец отвернулся от него). Может, я говорю ересь, как с точки зрения коммунистической идеи, так и Святой Церкви? Но я так вижу картину - и не умею иначе.
   И тяжелее всего мне потому, что я пока не сделала ничего, чтобы отвратить торжество сатаны! Я не совершала подвигов, которые мне приписывают - в фильме "Битва за Рим", первые наброски сценария которого я держала в руках еще восемь лет назад, в первый свой год в СССР, и который наконец сняли совместно, русские и итальянцы, о событиях сорок четвертого года, и где меня играет некая Софи Лорен (пока еще начинающая актриса) - я просто ангел мщения, убивающая немцев сотнями, и причастная решительно ко всем славным событиям! А ведь я даже не была еще партизанкой, когда повстречалась с моим рыцарем, не присутствовала с ним на встрече с Его Святейшеством в Ватикане, не плыла к острову Санто-Стефания, высадившись с подводной лодки! И в поезде Гитлера я не спасала жизнь своему рыцарю - напротив, он из-за меня там едва не погиб! Лишь наше венчание в соборе Святого Петра, по королевской церемонии, проводимое самим Папой, было в действительности (и то, платье у меня было совсем другое). Ну а после мне не выпало случая быть чем-то полезной - разве что тогда в Киеве, но там я всего лишь ходила вместе с Анной, а когда на нас напали бандеровцы, то очень напугалась, и делала "как учили".
   Единственная польза была - что мой рыцарь, мой муж, предельно серьезно отнесся к тому, что возможно, мне самой придется защищать свою жизнь. И он учил меня всему, что умел сам (хотя до его таланта мне далеко) - стрельба из самого различного оружия, на скорость, из неудобного положения, по быстро движущимся и внезапно появляющимся мишеням, рукопашка, нож, бой в лесу, в здании, плавание и ныряние с аквалангом (до десяти метров - глубже мне мой рыцарь запретил, "норматив для матросов-срочников, а глубже уже особенности есть"). Конечно, я всегда буду слабее противника-мужчины - но как сказал мне мой рыцарь, у меня отличная скорость и ловкость движений, "а при правильной технике, большая сила и не нужна". Я тренировалась, мечтая что буду прикрывать спину своему мужу. А он категорически отказывался даже слышать об этом.
   Я все-таки уговорила его дозволить мне прыгнуть с парашютом. И поняла, насколько он боится - он, не страшащийся абсолютно ничего! - что я как-то пострадаю! Он заставил меня пройти весь курс подготовки со всем тщанием - после того, как медицинский осмотр признал меня абсолютно здоровой. Сначала был даже не самолет, а кусок кабины с люком, стоящий на козлах, и из этого люка надо было научиться выпрыгивать правильно - упереться в края руками и ногами, затем резко оттолкнуться, максимально вперед, не коснувшись плечом края люка (иначе, тебя может закрутить в прыжке). После, меня подвесили на стропах, в полуметре над землей, и я должна была научиться управлять куполом (тяни вот за это). Затем я спрыгивала с помоста (где-то с высоты моего роста), учась правильно приземляться, сразу на обе ноги, сведенные вместе, и падать на бок. Я выучила действия при нештатных ситуациях - если не отделится вытяжной фал, если основной парашют не раскроется, если тебя навалит на чужой купол (ногами пробежаться по нему, в сторону), если тебя несет на крышу или стену дома (так же успеть пробежаться, пока твой купол не погас), и множество других случаев. Мой рыцарь лично сложил мои парашюты, основной и запасной, был в самолете рядом, сам прикрепил мне фал, и был за выпускающего, когда я прыгала. Было ли мне страшно тогда - нет, я абсолютно доверяла, что он сделал все, как если бы прыгал сам, ну а мне, лишь лететь до земли! Самолет был Ан-2, условия самые простые - день, отличная видимость, почти безветрие, высота шестьсот метров, внизу ровное поле, от горизонта до горизонта. И я оттолкнулась, как учили (не дожидаясь пинка или затрещины, которыми, как я слышала, инструктора выталкивают замешкавшихся новичков). "Пятьсот один, пятьсот два, пятьсот три" - рывок, и надо мной раскрывается купол, все было так, как мне рассказывали - а дальше, лишь разворачиваться по ветру и смотреть, куда несет. И когда я приземлилась, мой рыцарь уже ждал меня там - хотя прыгал после - после он сказал мне, что прыгал без фала, "чуть затяжным", и обогнал. А после в автобусе мы все (кроме меня и мужа, прыгали еще шестеро), дружно пели "белый купол", и по рукам ходила фляжка - я, конечно, лишь пригубила.
   Второй прыжок был труднее. Начав с того, что меня фотографировали - образ советской женщины, на обложке "Комсомолочки", нашего журнала, я в этот раз была не в нарядном платье, а в бесформенном комбезе, поднимающейся в самолет. Я прыгнула (в этот раз отчего-то было страшнее), рывок более сильный - и я лечу вслед за самолетом, болтаясь на фале! Дернуть за кольцо - нельзя, можно и себя, и самолет погубить!
   Мой муж, стоя в люке, показал мне стропорез. Я кивнула, но вряд ли он мог это заметить. Он ударил по натянутому фалу и я освободилась. "Пятьсот один, пятьсот два, пятьсот три" - и надо дергать кольцо, ведь принудительного раскрытия уже нет. Приземлилась нормально. Причиной происшествия было (к этому выводу пришла "комиссия по расследованию", тут же собранная на аэродроме), что вытяжной фал должен сначала оборвать некую предохранительную деталь внутри ранца, и лишь затем выводить парашют - считается, что веса парашютиста достаточно, развить требуемое усилие, сорок пять - пятьдесят килограмм, но я вешу меньше! А надо было прыгать третий раз!
   Для чего? Как сказал мой муж, значок парашютиста дают не за один а за три прыжка, не просто так. Первый, на адреналине, легкий. Второй, там бывает по-настоящему страшно. Ну а третий - как показывает опыт, кто на него решился, тот так же легко прыгнет и в четвертый, и в десятый, и в сотый - без разницы.
   -Нет, вы можете отказаться, товарищ Смоленцева!
   Отказаться? Тогда выйдет, что и первые два раза будут напрасны, раз они "не в счет"? Да, было страшно. Но победа над собой - столь же важная победа.
   Так появился у меня значок парашютиста. Которым я горжусь не меньше, чем орденом Святого Сильвестра, полученным из рук самого Папы, за участие в поимке Гитлера. Ну а мой рыцарь - вот отчего, стоит ему меня коснуться, и могу думать лишь об одном?
   В сорок пятом у меня родились Петя и Анечка. В пятидесятом - снова двойня, Сережа и Марк. Как я совмещала семью с тренировками и работой? Благодаря нашей "домоправительнице" Марье Степановне, приставленной от Пономаренко ко мне и Анне, двум нашим домработницам, тете Паша и тете Даше, и воспитательницам из детского сада, что находится в нашем же доме на первом этаже - и они часто сами утром забирали детей, а вечером приводили обратно. Ну и еще, мы использовали "адмресурс", как выразился Пономаренко, привлекая в помощь девушек из опекаемых нашей Конторой учебных заведений (если в СССР мальчики, потерявшие родителей в войну, и воспитываемые в особых закрытых школах, называются "суворовцы" и "нахимовцы", то девочки, в подобных школах-пансионатах, отчего-то "смолянки", так же как когда-то при царе).
   -Смоленцевки - поправила меня Анна - Люся, ну неужели тебе не нравится быть экспонатом истории? Кто у нас лицо "русско-итальянской моды", с фотографиями что в "Комсомолочке", что в ленинградском "Силуэте", прямо как у Ильфа и Петрова, дочь Вандербильда? Ну а кто-то сокращает и до "смолянок", кому привычнее - ведь с тех пор и сорока лет не прошло.
   -А вы не стесняйтесь, красавицы - говорил нам Петр Кондратьевич - вон, генерал-майор Василий Петров, Дважды Герой, на Днепре в сорок третьем обеих рук лишился, но до сих пор на военной службе состоит, поскольку командир умелый. Трое солдат-ординарцев при нем, для обслуги - и никто его этим не попрекает. Так и вы, Советскому Союзу по службе нужны, свободными от домашних хлопот - так что для этих соплюшек шестнадцатилетних, помощь вам, как стажировка в будущей работе.
   Верно - из "смоленцевок" штат манекенщиц нашего "дома РИМ" ("русско-итальянская мода") комплектуется, туда "с улицы" почти не берут. И обучаются они в одной из наших школ, а самым толковым дорога открыта в Академию. Анна сказала, когда-то это были просто Курсы по подготовке сотрудников ВЧК, основанные сразу после русской Гражданской войны. В Академию переименовали в пятьдесят первом.
   -Люся, ну ты сама подумай. В двадцатые у чекистов случалось, даже начального образования не было, если из крестьян - а потому, первой задачей было дать хоть школьный курс. А сейчас в СССР семилетка обязательна, а сюда учиться фронтовики приходят, с практическим опытом оперативно-следственной работы - если и попадется кто необразованный, для таких есть подготовительный факультет. Ну и главное - новый курс ввели, чему мы обучаемся.
   -В наше время, такого не было - рассказывал мне мой муж - готовили контрразведчиков, оперсостав, переводчиков, технических специалистов. И не более того!
   Политический факультет. Все для стабилизации своей власти и дестабилизации враждебной! Как осуществить революцию простую, или "бархатную", как это назовут в будущем, или "ползучую" (прототип второй из названных, термин товарища Грамши) - как "раскачивать лодку", нагнетая общественное мнение, грамотно вести пропаганду, проталкивать нужных политиков, вступать в политические союзы, и конечно, сочетать легальную деятельность с тайной, вплоть до террора, убийств. Соответственно - как грамотно играть на стороне власти, пресекая подобную деятельность противника. Как учитывать местные особенности - классовый состав населения, его религию, обычаи, экономику. Проведение избирательной кампании "своего" кандидата и срыв таковой, от противника. Ну и контроль в спокойное время - отслеживание общественно мнения, выявление причин недовольства, персоналий, организации. Работа с различными "общественными объединениями", как направлять их деятельность мягко, но ненавязчиво, в нужную сторону.
   Отдельно шла подрывная деятельность - у любого общества есть свои "болевые точки", в массовой психологии, социальной сфере, экономике. Любая, самая лучшая идея может быть доведена даже не до абсурда, а до своей противоположности - русский великий химик Менделеев говорил, "не бывает вредных веществ, бывают вредные концентрации". К примеру, американцы стремятся к свободе, это альфа и омега их представлений о правильном устройстве общества. Что же, это прекрасно - результатом вдумчивой работы может стать резкое противопоставление представлений о свободе в разных социальных и территориальных группах населения. Или - противостояние отдельных штатов и федерального правительства. Или отказ некоторых социальных групп, под "флагом личной свободы", от исполнения своих обязательств перед обществом. Конечно, для реализации таких задач нужно время - и очень хорошие знания по психологии, индивидуальной и массовой, истории, музыке, медицине, страноведению. И все это тоже нам преподавалось!
   Музыка тут при чем? А известно (от будущего) - басовые ритмы, точнее, низкие частоты, снижают активность коры головного мозга. Так что внедрение и продвижение соответствующей музыки может нанести недружественной стране куда больший урон, чем дивизия террористов. А если сделать частью молодежной моды потребление легких наркотиков, той же марихуаны, то, в долгосрочном плане это может нанести больший вред, чем проигрыш противником немаленькой войны. В общем, современное воплощение древнего римского принципа "Разделяй и властвуй".
   -Это было сильной стороной нашей партии большевиков - говорил нам преподаватель - когда эсэры замыкались на терроре, а меньшевики и прочие буржуазные партии на парламентаризме, именно большевики развивали комплексную программу. Даже враги говорили, что "большевистская пропаганда - главное их оружие". Ленин еще до революции 1905 года учил, "не увлекаться лозунгами, не брезговать и малыми делами, повышающими авторитет Партии в глазах масс". Ну а его труд "Задачи отрядов революционной армии", написанный в девятьсот пятом, на злобу дня, мы вчера подробно разбирали. Наша победа в Октябре не была случайностью. В Петрограде, всего за три дня до штурма Зимнего, контрреволюция пыталась организовать казачий крестный ход - который должен был перерасти в погром "безбожников", засевших в Советах под руководством "германского шпиона" Ленина. Заплатили атаманам, выдали водку рядовым станичникам, проинструктировали полковых попов. Казачьи полки должны были идти в полном вооружении, верхом, даже с артиллерией! Все было готово к шабашу - конечно, казаков было мало, в сравнении с численностью питерских рабочих, солдат запасных полков и матросов Балтфлота - но это были фронтовые части с боевым опытом и религиозным фанатизмом; надо было знать тех, дореволюционных казаков, их усердие в вере, чтоб понять, каково было большевистским агитаторам, посланным в казачьи казармы. Однако это удалось - казаки против революции не выступили. И мы победили!
   Анна рассказывала мне, чем они занимались на севере, обеспечивая информационную "дымовую завесу" вокруг подлодки из будущего. Как кормили американца мистера Эрла дезинформацией (прим.авт - см. Днепровский Вал), и про операцию "русские женщины, это наше национальное достояние", против падких на развлечение морячков с союзных торгашей. А что мы делали в Киеве (тоже ведь была пропагандистская война), и в Ленинграде в пятидесятом?
   -Ваши таланты, это хорошо! - сказал Пономаренко - но система всегда будет лучше кустарщины. И как напишет ваш приятель, товарищ Стругацкий, "долго внушать голодному, что он сыт, нельзя, не выдерживает психика". Вообще, диалектика выходит: тактические вопросы решить можно "пожарной командой", а чтоб всерьез и надолго, нужна правильная стратегия и ресурс - но и они без должного умения, станут пустой тратой материала. Кстати, ваши "смолянки" были задуманы как клуб "образцовых советских жен", если уж такая тварь как некая Боннэр, академика Сахарова с верного пути сбила - ну а эти девочки, когда повзрослеют, должны уметь на своих мужей влиять ненавязчиво, но в правильном направлении. Что из этого выйдет, после посмотрим - а пока что, учиться, и еще раз учиться!
   Факультет уже получил среди своих, целых два неофициальных названия - "мадридский двор" и "иезуиты". Студенты - как бывшие "песцы" Северного Флота, или ребята, на фронте служившие в СМЕРШ, так и наши девчонки (которых мы в школе чему-то учили, так что процесс шел). Контрразведывательная и диверсионная подготовка, это не наш профиль - но знать ее мы обязаны. А еще пока что малораспространенные в СССР социология и психология. Искусство пропаганды своей и подрыв вражеской. Ораторское искусство - как "толпу держать". И конечно, чисто боевые дисциплины - исходя из здравого рассуждения, что подобная деятельность вызовет у оппонента большое желание ее пресечь, не стесняясь в средствах. Обычная физкультура - гимнастика и бег, для разминки, в зале, на стадионе, и на природе, бег по пересеченной местности, "волчьим шагом", или совсем новое, с психорегуляцией, когда группой бежишь долго-долго, и не устаешь (прим.авт. - "медитативный бег", Питер, конец восьмидесятых. Кто у Валеры Швецова занимался, летом Комарово зимой Шувалово, откликнетесь автору, буду рад!). Плавание, рукопашный бой, холодное оружие (как нож, так и например, палка и нунчаки), стрельба (как в тире, так и при прохождении "лабиринта", или дуэль, красящими шариками). Причем мы, девушки, приемы отрабатывали и в обычной одежде, "а мало ли когда вам придется" (понятно, что платьев было жалко, так что специально для занятий шили из прочной дешевой ткани, нашего особого фасона, с юбкой-солнцеклеш, не стесняющей движений. Быстрое выхватывание оружия, и сразу стрелять, с бедра, не целясь (и даже, руку за спину заложив и ствол из-под левого локтя выставив - конечно, так лишь совсем накоротке). Мне это умение применить на практике пока не довелось, а Инне с первого курса случилось, когда ее поздно вечером пытались ограбить, так было, две пули и два трупа, и поскольку личности были быстро опознаны, по наколкам и отпечаткам пальцев, как рецидивисты, то от милиции к нашей Инночке была лишь претензия, зачем в головы стреляла, нам они для допроса были бы полезны. Так напугалась сильно - тогда действовала на автомате, а после чуть со страху в обморок не грохнулась там же. Это как же, если учили тебя в скоротечных огневых контактах бить в корпус - а попала одному в лоб, второму в висок, а если бы мимо, ну повезло тебе. Хотя вспоминаю, как мне было страшно тогда в Киеве в сорок четвертом, когда бандеровцы хотели меня и Анну убить, или после, когда озверелая банда штурмовала горком на Владимирской горке, где мы сидели.
   И партийно-политическое воспитание! Пономаренко сказал - если его упустить, то при успехе Проекта получим страшное: беспринципных авантюристов, профессионально обученных брать власть. Нам только кадры будущей "перестройки" готовить не хватает! Что также подразумевает процесс творческий - слышала я, что в будущем изучение марксизма-ленинизма было поставлено так, что вызывало лишь отвращение. А нам - искренне верящие в успех коммунизма нужны!
   адровый резерв даже не для Партии, а для высшего руководства - сказала Анна - те, кто завтра, возможно, на самые высокие посты.
   Мадонна, вот мечтала когда-то в университет попасть! Глядя на интересную, веселую и беззаботную жизнь римских студентов. А сейчас у меня времени, минуты лишней нет! Кроме учебы и тренировок, у меня есть еще и работа в "РИМе" - как заметил Пономаренко, в той истории мы свой советский стиль не создали, бездарно все возможности упустив, а это задача важнейшая, и в плане изживания у наших людей низкопоклонства перед западом и пропаганды советского образа жизни; а кроме того, есть идея провести отслеживание общественного мнения, "социологический эксперимент", а попросту, новые веяния моды как быстро будут распространяться и в каких общественных группах? Даже детям своим приходится тепло урывками отдавать - как я Валентину завидую с его "отпуском", мне в театр или кино вечером выбраться, проблема! И попробуй объяснить это девчонкам, когда они видят на обложке очередного номера "Силуэта", как я, нарядная, позирую, опершись на дверцу "победы"-кабриолета! После того снимка, эти открытые "победы" в России стали "лючиями" называть - при том, что этим именем уже официально названы "победы" итальянского выпуска, которые однако если в СССР попадут, то в разговоре не отличаются никак. Нет у меня собственного кабриолета, хотя водить я умею - но за мной обычно казенная машина заезжает. И никогда бы я за руль "лючии" не села в широкой шляпке, ее сразу ветром унесет! Но фотография получилась эффектная. Перепечатанная и за границей, и не только в Италии, но и во Франции и США - как ответ на утверждения их газетеров, что в Советском Союзе женщины ходят исключительно в валенках и ватниках.
   И еще кино было. "Иван-тюльпан", как я Жерара Филипа в плен беру, как мы с ним на шпагах сражаемся, и катаемся по лесу верхом на медведях (на съемках, на бедных маленьких лошадок шкуры нацепляли). И еще один фильм, где мы с Анной вместе снялись - но про него я или Анна в другой раз расскажем.
   -Будут вам, красавицы, великие дела - сказал Пономаренко - вы только не подведите.
  
   5 марта 1953 года, Иосиф Виссарионович Сталин чувствовал себя хорошо.
   Обманул, значит, костлявую! Так хотелось прожить еще лет десяток - до восьмидесяти четырех, для кавказца не возраст. Не для себя, для страны прошу - господи, если ты есть! А если нету - то тем более, доживу. Теперь, когда знаю.
   Там - даже не столько расслабился, это уже следствие. Курс потерял - вот причина. Казалось, вывел страну, как корабль, в тихую гавань; конечно, есть еще впереди проблемы, но мелочь, в сравнении с тем, что до того. А там, где кончается движение вперед - начинается загнивание, распад.
   Ведь реально могло тогда, в семнадцатом, с Россией как с Китаем - если бы за Февралем не последовал Октябрь! Армия разложилась, окраины бунтуют, промышленность не функционирует, хлеба нет, медобслуживания нет, зато Германия и Антанта, имея боеспособны и отмобилизованные армии, готовы начать интервенцию - и вышло бы в итоге, война всех против всех, при вторжении врага внешнего, голоде и эпидемиях, распад на множество национальных и удельных "княжеств", разоренных, отсталых, грызущихся между собой - и в положении полуколоний Запада. "Единая неделимая" - да вожди белогвардейщины между собой договориться не могли, и отечеством вразнос торговали. Впрочем, эсэры с меньшевиками тоже - кто помнит, что и Северная область, и Урал, и Поволжье, и Сибирь, первоначально были советскими республиками, "берите столько суверенитета, сколько сможете" (прямо как Ельцин в девяносто первом), а золотопогонные диктатуры появились там после, и с одобрения большинства, чтобы порядок навести. Советскими, но не большевистскими, вот они, "Советы без коммунистов" - история справедлива, и всем вариантам шанс дает, а отбирали в те Советы еще по спискам Учредиловки, и кончилось чем? И что характерно, под властью тех Советов никакого расцвета демократии не наблюдалось - а поскольку кушать хочется, то реквизиции, террор против несогласных, и погромы, и грабежи. Большевики контролировали лишь Москву, Питер, центральные губернии - но и там крутились самые поганые комбинации: не то чтобы Свердлов, Литвинов, не говоря уже об "иудушке" Троцком были прямыми агентами Запада, скорее уж как в Одессе, "не понять, где кончается Беня и начинается полиция", но взаимопроникновение интересов имело место. Интересно, "мэйбани" считали себя патриотами Китая, или хотя бы сами перед собой были честны?
   В русском языке аналога понятию "мэйбань" нет - западники, которые были против славянофилов, это очень отдаленное приближение. Более подходит слово "компрадоры" - те, кто живут продажей богатств Отечества за рубеж, или обслуживают сей процесс. А попросту - "пятая колонна". Как сказал не сам Франклин Рузвельт, но кто-то из его команды, "если мистер Смит, живущий в Канаде, даже считающий себя патриотом Британской Империи, покупает исключительно американские товары и в своем бизнесе завязан на американских контрагентов, чьи интересы он подлинно будет защищать как свои"? Может, когда-то китайцы изобрели порох и бумагу, но вот в начале двадцатого века в Китае не было другой столь же влиятельной, богатой и образованной прослойки, кроме мэйбаней. Именно они стали у руля буржуазной китайской революции - и ведь это вполне могло быть и у нас, если бы не большевики. Так как высший класс Российской Империи, говоривший по-французски лучше чем по-русски, и отдыхавший на курортах Ниццы и Баден-Бадена, был по мировоззрению к мэйбаням весьма близок.
   Такой могла быть "Россия, которую потеряли". Или блаженный мир "царя Михаила" - в реальности, пустого прожигателя жизни, никак не проявившего себя делом. Товарищ Сталин, будучи реалистом, а не мечтателем, не сильно любил фантастику - однако же, книги, попавшие в прошлое на борту "Воронежа", прочел внимательно. В том числе и весьма популярный в начале двадцать первого века жанр про "попаданцев" и прочие "альтернативки". Худлит, конечно - но ведь оттого, что Жюль Верн предсказал "наутилус", не следует, что атомные подлодки невозможны - сейчас в Молотовске у стенки Севмаша тому доказательство стоит. А вы, товарищи, "СССР, который будет", увидеть не хотите?
   Выстояли, в войне победили - на год раньше, чем в той истории. И потомки-попаданцы показали себя очень неплохо. Но гораздо больший эффект дала их помощь "второго рода", полученная от них информация. А теперь проявляется и "третий уровень".
   Там, в будущем, в кого только писаки своих героев-попаданцев в прошлое, "вселением душ" не отправляли? В царя николашку даже неоднократно - но вот в него, товарища Сталина, лишь один случай вспомнился, у Звягинцева в "Одиссее". Признание того факта, что николашка второй без вселенца со сверхзнанием, это полный ноль - а он, Иосиф Виссарионович Сталин, в истории все же остался Фигурой? Так без всякой фантастики - он, товарищ Сталин, Вождь и Отец великого советского народа, узнав будущее, стал другим.
   Конечно, тут и здоровье сыграло свою роль - не было инсультов ни в сорок пятом, ни в сорок девятом (кто предупрежден, тот вооружен, ну а советская медицина все-таки что-то может). Но также и увиденное за Гранью - что толку от титулов (вроде "лучшего друга советских физкультурников"), памятников, и именований в свою честь, если даже это тотчас же развеется прахом? Доклад Хрущева на Двадцатом съезде не был случайностью - можно сгноить Никитку на Колыме, но ведь приняли же это партийные массы и народ, почему? Да по той же причине, что вся Партия не стала продолжать "дело Сталина", даже на словах, не делать из него икону, как из Ильича.
   И по той же причине, по которой меня там отравили. Из заключения вскрытия моего тела, опубликованного почти через полвека. Фальшивка - да нет, очень похожа на правду!
   Причина лежит на поверхности. Подчиненные (самые близкие, самые верные) устали жить под топором - и желали моей смерти, просто из собственного самосохранения. Можно разоблачить десять подобных заговоров и казнить виновных - но одиннадцатый завершится успехом. Что там и случилось - было ли истинным "дело врачей"? А какая разница? И даже Лаврентий - наверное все же на нем не было прямой вины (иначе бы всего через три месяца на него повесили бы не "английского шпиона", а мою смерть) - но вот то, что он там принял мой конец с радостью и облегчением, это бесспорно.
   Как это изменить? Элементарно - никого не казнить по произволу. А лишь за реальные преступления, заслуживающие казни. Чтобы все верили, не нарушаешь правила - тебя не тронут. Берия был первым, с ним пришлось разговаривать самому - но сохранить для страны "самого эффективного менеджера", того стоило. То же самое относилось к членам Ордена (как еще назвать товарищей, посвященных в Тайну) - за них сейчас можно быть спокойными, они не предадут!
   Сталин усмехнулся, вспомнив запись разговора некоторых товарищей с "Воронежа" (ничего личного, безопасность государства). "Что будет когда Сам помрет - да ничего хорошего, конкретно для нас". Дальше зашел разговор о хрущевской чистке той истории - ведь товарищи сейчас по штату "инквизиции" проходят, они же "опричники", а там спецуру (разведку и ГБ) трясли как в тридцать седьмом, кого-то как Судоплатова на пятнадцать лет (а сейчас, согласно УК, будет и на все двадцать пять), а кому-то и высшую. А уж скольким людям жизнь и карьеру навсегда поломали, не счесть! После трясли партийные кадры, затем армию (с увольнением Жукова) - "короче, мужики, от добра добра не ищут". Любопытно, что мысль самим оказаться "жертвами сталинских репрессий" собеседникам отчего-то и в голову не приходила - издержки демократического воспитания конца века?
   Пожалуй, что тот Сталин вполне мог бы избавиться от тех, кого счел бы "политически опасными", без всяких сомнений. Но в том-то и дело, что здесь он видел свою главную кадровую ошибку этих (послевоенных) лет. Паранойя что ли сыграла, или инсульт повлиял на здравомыслие - но там он с крайним подозрением относился к любым "горизонтальным" связям внутри верхушки, усматривая в них опасность заговора (и ведь прав был!) - вот только лекарство оказалось хуже болезни, и к тому же, как уже сказано, совсем не лекарством, в конечном счете. Однако там он с маниакальным упорством бил "по площадям", сам плодя своих врагов, взамен уничтоженных. Теперь же - снова вспомним запись того разговора:
   -А все ж, Бушков был неправ. Когда писал, что "Партия задавила нарождавшийся класс управленцев". На деле, так эти управленцы союз и разорвали. Какая разница - формально у них посты членов Политбюро, или сталинских наркомов?
   -Витальич, ты поясни, не понял? Это где ты при товарище Сталине такое видел - там же все вроде были за идею. По крайней мере, на словах.
   -Так это уже позже было - хотя, при Сталине образовалось. Группировки - военные, и связанная с ними "оборонка". Добывающая промышленность (особенно нефтянка - экспорт). Энергетики. Ну и конечно, партбюрократы, и спецслужбы. Вроде и не враги - но каждый, со своей колокольни, тянет ресурсы на себя, а их не хватает. Ну и конечно, товары для народа в загоне (что и аукнулось). Могли что-то в "ручном режиме" править, как например ВАЗ построили - но и было это каплей в море, и не хватило надолго (особенно, качество ползло). А вот единой воли на самом веру, чтобы порядок навести, не было. Брежнев на Вождя все ж не тянул. А демократией - выходило, у кого больше голосов.
   -Сталина на них не было уже, блин!
   Иосиф Виссарионович усмехнулся. А ведь правы оказались товарищи, если вспомнить, что было. Для чего в войну и понадобился Государственный Комитет Обороны. Сейчас его функции выполняет Совет Труда и Обороны - и Орден, если внимательно взглянуть. Недооценил он там ситуацию - или испугался, старый дурак, что станет ненужным своему же окружению. А в нем видят высший авторитет и арбитра, для всех, кто каждый на своем месте хорош - Лазарев с Кузнецовым, по флотским делам, Василевский по армии, Берия по промышленности и передовым технологиям, Пономаренко по идеологии, пропаганде, воспитанию и образованию. Ну а товарищ Сталин их всех рассудит - и перечисленные товарищи с этим согласны!
   Ведь мы, можно сказать, с построением материально-технической базы коммунизма в целом, справляемся. Уж куда успешнее, чем в той ветви истории (если все ж предположить, что наше время к тому, это не прошлое, а параллельное). Количественно, правда, скачок меньше, чем хотелось бы - все ж мы разрушенное войной восстанавливали, и лишь в сорок восьмом на довоенный уровень по промышленности вышли. А вот качественно, с учетом того, что и от гостей из будущего узнали, и в Европе затрофеили, день и ночь! Нефтехимия (а то всю войну высокооктановый бензин с ленд-лиза шел), получение пластмасс и синтетических волокон (тросы, амортизаторы, ткань для парашютов, да и одежда и обувь). Металлургия (широкое внедрение кислородно-конвертерного метода - который в будущем очень сильно потеснит традиционный мартеновский). Электротехника (всякое важное, вроде охлаждаемых роторов и быстросрабатывающих реле). Электроника (полупроводники, в ближайшей перспективе и интегральные схемы на единой плате - хотя и лампы новой схемы, как "стержневые", оказались очень к месту). Дизеля с турбонаддувом, и газовые турбины - последние, даже не только и не столько на транспорте. Если КПД обычной электростанции на мазуте, тридцать-сорок процентов (котлы, и паровые турбогенераторы), то у газотурбиной, с теплоутилизационным контуром - за шестьдесят, и это при том, что агрегат ГТД гораздо компактнее парового, на железнодорожную платформу влезает. А мы ведь не настолько богаты, чтобы тратиться на устаревшие технологии? На железных дорогах идет активное вытеснение паровой тяги, тепловозами, вкупе с электрификацией пока что основных магистралей - интересно, а газотурбинные локомотивы здесь окажутся ко двору, или как и там, не успеют, уступят мощным электровозам? А внедрение в практику контейнерных перевозок позволило резко увеличить грузооборот и сократить издержки - причем впереди всех оказались даже не моряки и не железнодорожники, а речники. Ну и военным понравилась сама идея контейнера, он же кунг, вагончик самого разного назначения, легко транспортируемый и устанавливаемый на простейший фундамент, а то и просто на землю.
   Хотя уже отмечены случаи использования контейнеров не по назначению. А именно для замены временных складских построек, гаражей, и даже личных сараев и дач. И если у нас ОБХСС не дремлет, то в Маньчжурии и Корее это приобрело характер эпидемии, когда порожние контейнеры после разгрузки пропадают неизвестно куда. Поскольку по недосмотру, считаются не дорогостоящей собственностью грузоотправителя или перевозчика, а "оборотной тарой", если стереть или закрасить маркировку на стенке, то и концов после не найти. Отправили груз например из Москвы в Харбин, доехал нормально, получатель доложился о приемке, ждите порожний контейнер назад - и нету! Транспортная милиция и прокуратура с ног сбиваются - что, особое правительственное постановление издать, "о наведении порядка в сфере контейнерных перевозок"?
   Еще из нового, отсутствующего в иной истории - восстановление интереса к дирижаблям. Эти казалось бы, безнадежно устаревшие летательные аппараты, по предварительным расчетам будут очень полезны для доставки тяжелых грузов в труднодоступные районы (вертолеты уже летают, но их предел пока что, пара тонн нагрузки, а взлетно-посадочную полосу для тяжелого транспортного самолета построить где-нибудь в Якутии, это адски затратное дело), а также как летающие радары ПВО. Особенно если наполнять их не водородом а гелием. У военных (тех, кто был допущен к информации "Рассвета") тут же появилась мысль еще и о летающих батареях противосамолетных и противокорабельных ракет дальнего действия (когда таковые появятся) - летает над нашей территорией, чтоб вражескую ПВО не смущать, далеко видит и так же далеко стреляет. Пока построено десяток "блинов" (именно эту форму, чечевицу, а не сигару, сочли более подходящей для такой работы и службы), ожидается анализ и обобщение результата.
   И суда на подводных крыльях. И на воздушной подушке, в чем мы пока что впереди планеты всей (в войну еще успешно использовались левковские катера). И фамилия Алексеев (главный конструктор водолетающих судов) тоже в Особом списке. "Кометы" уже в серии с прошлого года, ходят и по Волге, и на Черном море. Есть и КВП "Ирбис", сначала делавшийся для морской пехоты, но оказавшийся очень полезным и на северах, для доставки грузов по бездорожью.
   Компьютеры. МЭСМ был все же больше экспериментальной машиной. Первой серийной была "Стрела". Причем наряду с лампами уже использовались транзисторы. Товарищам Лебедеву, Рамееву, Бруку были созданы все условия - что ж, товарищи оправдали возложенные надежды и затраченный ресурс, надо будет наградить! Еще Сталин помнил фамилию Овселян - именно он там будет главным конструктором ЭВМ очень удачной серии "Наири" (первой, целиком на полупроводниках). Сейчас этот товарищ, совсем еще молодой (1933 г.р.), попавший в СССР после долгих мытарств (в Ливане родился, а то Ближний Восток этой истории, где по нему потопталась сначала немецкая армия вторжения под командой камрада Роммеля, затем турки, англичане, а под конец победоносная Советская Армия, очень не похож на тыловое захолустье, каким был там), учится на физфаке Ереванского университета - задумывается ли он, чья рука заботливо убирает все препоны с его жизненного пути? Ты только учись, товарищ Овселян Грачья Есаевич, твори! А мы уж позаботимся, чтоб не пришлось тебе под конец жизни эмигрировать, и прозябать за границей, поставив крест на науке. И всем разработчикам вычислительной техники поставлена твердая задача - обеспечить совместимость между собой, соответствовать единому стандарту. Идем, пока что опережая Запад - интересно, станет ли здесь русский, языком программирования?
   Ну и конечно, ракеты и атом. Наибольшие результаты были достигнуты именно там, где трудились три Главных Управления, замыкавшиеся непосредственно на ГКО (в войну) и на ЦК Партии (когда ГКО упразднили). Атомное, ракетно-реактивное, электроника. Не было в этой истории Фау-2, падающих на Лондон, а оттого эффективность ракетного оружия осталась сугубо теоретической. В итоге, в настоящий момент СССР, это единственная страна, имеющая на вооружении баллистические ракеты с ядерными боеголовками (уже в войсках - пока что шесть бригад двухдивизионого состава, итого в каждой по восемь мобильных пусковых и сложное обеспечивающее хозяйство, включая полк ПВО и батальон противодиверсионной обороны). Ракеты, конструктивно близкие к Р-5 иной истории (там принята на вооружение пятью годами позже), с пока еще моноблочной боеголовкой, и дальностью 1200 км (потому и приходится выдвигать их на территорию ГДР). Залегендированные под ПВО дальней зоны (а как еще спрятать от чужих глаз столь крупногабаритные объекты, двадцать метров в длину?), немецкие товарищи тоже постарались, обеспечив строительство района базирования, с подъездными путями и железобетонными бункерами, похожими на те, в которых в войну субмарины стояли. Из-за малой дальности пришлось делать ракеты мобильными, а из-за массогабаритов - железнодорожными, есть и колесный вариант, но только для автострады, не для грунтовых дорог. Считается, что в угрожаемый период ракетные поезда выдвинутся из депо в заранее подготовленные районы старта, и возьмут на прицел объекты в Англии, Франции и Дании - прежде всего, порты, военно-морские базы, и авиабазы ВВС США. А на территории СССР проходят формирование и курс боевой подготовки еще четыре бригады. У англо-американцев, сделавших ставку на бомбардировщики, пока что ничего подобного нет!
   Зенитные ракеты тоже есть. Система "Беркут", она же С-25, вошла в строй в прошлом, 1952 году. При ее создании использовался и трофейный немецкий задел ("вассерфаль", и тому подобное), а также кооперация с ГДР. Не только в изготовлении некоторых узлов (все ж точная механика у немцев пока лучше нашей), но и в конструкторской работе, у нас товарищи Берия-младший, Куксенко, Расплетин, от ГДР Меллер и Хох с фирмы "Аскания". И стоят уже первые в мире ЗРК на защите Москвы и Берлина, и полным ходом идут работы по мобильному варианту, который в ином времени станет знаменитой С-75 - задача поставлена, уже осенью предъявить на государственные испытания, и сразу в массовое производство, и на вооружение. Причем параллельно с сухопутной версией разрабатывается и морская (товарищ Лазарев настоял).
   Водородную бомбу СССР испытал в пятьдесят первом. Американцы - пока только собираются. Полным ходом идут работы по атомному флоту - в пятьдесят первом были готовы три атомных "вождя" - "Ленин", "Маркс", "Энгельс", в пятьдесят втором сошли со стапелей первые две атомарины, сейчас готовятся еще четыре. В Молотовске работает реактор на берегу - по сути, первая атомная электростанция, дает ток на народохозяйственные объекты. Там, в мире "Рассвета", США до семидесятых имели над нами превосходство. Здесь, по числу атомных зарядов, у нас уже равенство, а по суммарной мощности, перевес у нас. Но ничего не сделать с географией - нам до американской территории достать куда сложней, чем им до нашей. А Европу мы могли на гусеницы танков намотать и в той реальности, начни капитализм Третью Мировую! Впрочем здесь, тем более, наш исходный рубеж за Рейном, по границе с Францией. И Испания пока что, дружественный нейтрал (хотя давят на короля и каудильо заокеанские эмиссары, и пряником-кредитами совращают, и едва ли не оккупацией за неуступчивость грозят). И Турция тоже нейтрал (хотя безусловно, враждебный) - но отлично понимает, что появление на ее территории чужих войск и военных баз, СССР однозначно воспримет как "казус белли".
   Авиация - тоже пока все хорошо. В развитии и потенциале. На реактивные истребители перевооружены уже все строевые полки, поршневые Як-9, Ла-11 и Та-152 лишь в учебках, ДОСААФ и на северном рубеже остались, все же привередливы реактивные к качеству аэродромов. Причем Миг-15 уже меняются на Миг-17П, и готовится к принятию на вооружение Миг-19 (а вот с ним намучились - целая серия катастроф при доводке, следствие ускоренного прогресса). И так же как там, Миги идут в ВВС, а истребители Сухого в ПВО, хотя и там "мигарей" хватает. Фронтовая бомбардировочная авиация вся перешла на Ил-28 (хотя "фронтовая", это вопрос - по отношению к Англии, и вообще, европейскому ТВД, "илы" могут и за атомных стратегов сойти. Но остались еще и многочисленные штурмовые полки (расходное "пушмясо" будущей войны, но под прикрытием реактивных, вполне еще могут работать), хотя в авиации уже появилась поговорка, "курица не птица, штурмовик не военлет", и выражение "военный летчик четвертого класса", которым пилоты реактивных между собой называют штурмовиков. Есть уже и дальние реактивные - Ту-16 выпускается с пятьдесят второго, причем в этот раз моряки перетянули одеяло себе, большая часть идет в авиацию ВМФ, окончательно вытесняя оттуда вконец устаревшие и небоеспособные "дорнье" (которые еще оставались там наряду с Ид-28Т). К концу этого года ожидается, что и Ту-95 завершит испытания и пойдет в серию. И для них уже готово оружие - противокорабельные крылатые ракеты, хотя систему наведения все еще доводят.
   С гражданской авиацией хуже. На внутрисоюзных линиях с пассажиропотоком вполне справляются Ил-14 (удачный был самолет там, довели и тут), а также оставшиеся многочисленные пока еще Ли-2, а в Сибири и на Дальнем Востоке и Ю-52 встретить можно (неубиваемый, прочный самолет, выдерживающий самое грубое обращение и посадки). Для местных перевозок отлично летает Ан-2, ну а в ДОСААФ и у многих мелких авиапредприятий и По-2, особенно с кабиной-"лимузином". А вот из больших, четырехмоторных - пока самыми распространенными в Аэрофлоте остаются "юнкерс-290", итальянские "бреда", и даже оставшиеся с войны "йорки". Хотя летает уже Ил-18 (сразу проектируемый под турбовинтовые), вот-вот должен в серию. И Ту-104 почти уже готов, временной мерой. А на чертежах рождается нечто, не имеющее аналогов в той истории - "совместный" проект (СССР, ГДР, Италия) и такое же будущее производство, предтеча "евролайнера", отдаленно похожий на Боинг-707 - но с широким фюзеляжем, причем предполагается, что четыре движка на пилонах будут двухконтурные, экономичные. Это при том, что у англичан лишь в этом году "Комета" полетела (пока еще не разбилось ни одной, но мы-то знаем). А в США все еще летают поршневые "констеллейшены" и ДС-6.
   И вертолеты - как же без них? Ми-4 делают большой серией, причем лицензию передали и ГДР и в Италию. Используют и как местный транспорт где-то в Сибири, и "рабочая лошадка" в войсках. Хотя есть мнение, что нужна (для переднего края) и машина поменьше, вроде американского "ирокеза", отличившегося в том Вьетнаме.
   Пока же - в Китае идет вялотекущая война над бассейном Янцзы. Прежде всего, воздушная (если говорить о непосредственно нашем участии). И в роли "убийцы мигов" выступает не Ф-86 "Сейбр", здесь так и оставшийся опытным прямокрылым неудачником, а Ф-88, более крупный и тяжелый, мощный двухмоторник. Бои идут с переменным успехом - Миг-15 американцу уже уступают (хотя и тут, сильно от уровня пилота зависит), а вот Миг-17, наоборот, ну и конечно, китайцам, что все еще на поршневых в большинстве летают, не позавидуешь. Ну, для того и нужны локальные конфликты, чтоб оттачивать тактику и проверять вооружение.
   А в целом, в СССР все спокойно, благосостояние советских людей растет. Продовольственную проблему успешно решаем, пришлось хорошо вложиться в пищевую промышленность, холодильную технику, да и в простое хранение продуктов - причем тут помогают и уже новые технологии, как например сразу упаковывать зерно в полиэтиленовые рукава, а если еще и инертным газом заполнять, так вообще. Новые кормовые агрокультуры, хлорелла и люпин, да и та же кукуруза, если использовать ее как зеленую массу, не дожидаясь вызревания початков. Морепродукты - причем с широким внедрением комплексной переработки, прямо на борту судна, не дожидаясь прихода в порт. С введением особых экономических зон - в Охотском море, например, так пришлось японских браконьеров гонять, пока те не уразумели, что это наши воды и ловить здесь имеем право только мы! На основании какого закона, если международное морское право знает лишь 12-мильную прибрежную зону? А вот мы так постановили - и любое судно-нарушитель в нашей зоне будет арестовано и конфисковано! Японцы скрипели зубами - но ввиду нашего очевидного военно-морского преимущества (собственный ВМФ Японии после проигранной войны ограничивался немногими патрульными кораблями, ну а американцы в эти дела предпочитали не влезать), вынуждены были принять наши правила. Хотя и нашим рыбакам возле японского побережья (за исключением Хоккайдо, где ТОФ мог прикрыть) было лучше не появляться, и тем более, в японские порты не заходить. Но не будет тут никаких "дрифтерных войн", как там, в пятидесятые! (прим.авт. - к сожалению, реальность нашей истории. Когда японцы хищническим выловом нанесли невосполнимый до сих пор ущерб рыбным запасам нашего Дальнего Востока. После того как США в одностороннем порядке ввели 200-мильную зону у своих берегов, категорически не пуская туда чужих рыбаков - а Хрущев не сообразил ввести то же у нас. И японцы, не входя в наши 12-мильные воды, целой флотилией занимали место напротив устьев камчатских рек, куда рыба шла на нерест).
   Для простого советского человека многое из вышеназванного было невидимо (если конечно, он не был знаком с чем-то по службе или работе). Он видел лишь, что жить становилось лучше, легче и веселее. Что в магазинах появлялись товары, лучшего качества и новой номенклатуры, что снижались цены, а зарплата напротив, росла. И сдать такую страну, и народ-победитель, в бандитский капитализм - не дождетесь! Даже через сорок лет, когда меня не будет. Дело за малым - правила Ордена распространить на всю Партию и госаппарат. Или же - позаимствовать у будущей РФ (тут Сталин скривился, такую страну к огрызку свели, ну а если бы еще дольше, к размерам Московского княжества, как угодно заокеанским советникам?), пост Президента, который есть глава и исполнительной, и законодательной власти. И оставить Правительство для стабильности, текущей работы, а Орден для развития, внесения нового, и Президента (или Верховного) над ними арбитром. Для всех де установить правила, высший приоритет, это естественно, благо для всего СССР - ну а прочее, по договоренности, и пока ты эти правила соблюдаешь, тебя никто не тронет, а за заслуги, и наградят. Ну а кто не поймет - что ж, с ними по всей строгости. А то есть уже некоторые товарищи, которым свое место выше всего дороже.
   Кстати, надо будет и прецедент создать - почетной отставки. Чтоб не боялись - с ответственного поста, только по немилости и ногами вперед. И если служил "беспорочно" - то с сохранением всех выплат, жилья, отдыха, медобслуживания (особенно это - товарищи ведь зачастую в возрасте уже, и здоровье на службе надорвали).
   И главное дело конкретно для него, товарища Сталина - готовить себе смену. 5 марта этого года - обманул старую с косой, но увидел, аж холодом повеяло, что сам он все же не вечен. И не было у него, по большому счету, ничего - ни дома, ни семьи, ни богатства - ничего, кроме этой страны. В которую он вкладывал всего себя - и никак не хотел принять, что через тридцать, сорок, пятьдесят, да сколько угодно лет после, все пойдет прахом. Смену - нет, не смену, а новый порядок, те самые Правила, нарушать которые никому не дано. А преемником на его место - да хоть Пономаренко! Тем более, что он, Сталин, и в той реальности об этой кандидатуре помышлял. Вот только не будет он Вождем, а лишь Первым среди прочих. И второй эшелон ему в помощь - из молодых, Мазуров, Машеров, Косыгин, Устинов. И конечно наши "гости" и примкнувшие к ним - Лазарев с супругой, Смоленцев со своей королевой итальянской, и другие с "Воронежа" - мы пока не закоснели, не забюрократизовались, и любой, кто с талантом и способностями, может взлететь высоко.
   Лазарев, как доложили, мечтает до девяносто первого года дожить? Ну а он, товарищ Сталин - столько, сколько сможет, пока ум ясен и здоровье позволяет. Пока еще он с работой справляется, главного на "капитанском мостике" страны.
   Как там фильме про Ивана Грозного - в новой редакции, там песня звучит, из будущего. Не в сюжете, а музыкальным фоном в конце.
  
   Схиму перед смертью принял Царь Иван
   Завершив свое служенье
   Учиненный образец оставил нам
   Для последнего сраженья
   Подвигами наших предков я горжусь
   Час пробьет для русских звездный
   Во святых у Бога молится за Русь
   Царь Иоанн Четвертый Грозный
  
   И он, товарищ Сталин, хотел бы уйти так, когда придет его час. Чтоб память о нем именно такая осталась. А не дурацкие памятники, которые какой-нибудь никитка решит снести.
   И чем не эпитафия будет на его могиле - принял страну с сохой, оставил с космическими ракетами? Товарищам Королеву, Глушко, Янгелю все условия созданы, и полным ходом идут работы на будущем космодроме Байконур. Хотя первый спутник, еще на доработанной "пятерке", а не на "семерке", можно и с Капустина Яра запустить! Дожить бы только, до первого спутника, и до полета первого космонавта. Увидеть день всемирного торжества СССР.
  
   Одесса. Июнь 1953.
   На Дерибасовской хорошая погода. А на всем Черноморском побережье, курортный сезон.
   Мужчина интеллегентного вида шел не спеша, наслаждаясь погожим днем. Свернул с Дерибасовской на Карла Маркса, пересек Либкнехта. На углу Розы Люксембург к нему подошел офицер - форма новая, погоны пехотного капитана.
   -Товарищ, простите, можно вас на минуту?
   И добавил тихо, так чтоб не слышал никто посторонний.
   -Ну, здравствуй, друже "Медведь".
   "Интеллегент" быстро огляделся по сторонам. Оживленная улица, среди бела дня, вон и постовой милиционер прохаживается, не так далеко. Вот только опытный глаз тут же выделил из толпы двоих, идущих следом - и наверное, тут еще люди есть, от тех же самых. Бежать бесполезно - убьют. Крик поднять - еще глупее, тогда пуля сразу. А после "капитан" объяснит милиции, что опознал бандеровца, и это может быть легко проверено. Но если бы его хотели убить, то не подошли бы, а сразу... Ну значит, поговорим.
   В пивной, что на улице Бебеля, было людно и шумно. И офицер (наверное, командированный), о чем-то беседующий за отдельным столиком с человеком профессорского вида, не привлекал ничьего внимания. Хотя за соседним столиком расположились те же двое, что шли позади.
   -Пора неньке Украине послужить, друже звирхник. Смотрю, совсем ты тут запанел, пока хлопцы в схронах дохли. Ничего, настал наш час... Кровью умоются проклятые москали. А о нас - весь мир узнает! Слава героям!
   Идиот - подумал "профессор" - или играет такого? Друже "Крыж", обладатель еще десятка имен и фамилий, даже я не знаю, какое было у него от рождения. Ходил непосредственно под "полковником" Григором, начальником СБ УПА, был у него кем-то вроде следака по особо важным, а заодно и личного палача. Не дурак - иначе бы на этом месте не удержался, тупых мясников долго искать не надо, чтоб заменить. Значит, играет - а заодно, смотрит, что и как отвечу. И если не так - его слова, лучше удавить сто невиноватых, чем одного врага пропустить. А покойный "друже Клим" говорил мне, что ему нравится убивать, "у него от этого встает, как на бабу".
   -Героям слава. Но можно потише, это все же Одесса, а не Станислав. Что до прочего - то Центральный Провод в курсе где я и что делаю, возражений не было. Еще вопросы?
   -Только один, друже. Ты готов в последний раз рискнуть, ради Украины? Всего одно дело - и мы там. В свободном мире. С их чистыми ксивами, и долларами в кармане. Ты ведь хорошо так устроился, в ресторан на пароходе? Сделай так, чтобы на борт приняли хлопцев, и груз. А остальное, мы сами!
   Хлопцев - значит не взрыв в открытом море, и концов не найти. Неужели захват? Если даже и выйдет, куда дальше - из Черного моря не выйти, Проливы у Советов. В Турцию, как в войну немцы из Крыма бежали? Так где гарантия, что турки не выдадут?
   -Не посмеют! - прохрипел "Крыж", когда "профессор" осторожно поделился с ним своими сомнениями - мы ж не сами по себе, сразу радио дадим, и вся Европа и Америка знать будут. Что еще не вмерла Украина. Свой флот вышлют навстречу. И Сталина предупредят, чтоб не смел! Ну и у нас заложники будут - не станут же москали топить своих! Через Босфор пройдем - и ничего они нам не сделают. В ихний Нью-Йорк приплывем, и нас там встретят, как героев! И станем мы мериканскими миллионерами, и заживем как в раю.
   Зверь - подумал "профессор" - если я Люблинский университет кончал, то у него, лишь церковно-приходская школа. И крестьянская, звериная сметка вместо ума, чутье и хитрость, но не интеллект. В лесу работало хорошо, но лезть с этим на мировую арену... Но спорить с ним бесполезно - не поймет, и просто убьет.
   -Ну вот, и договорились! - "Крыж" похлопал собеседника по плечу - значит, сделаешь. Только уж прости, эти двое хлопцев с тобой будут. Пока мы на твой пароход все не войдем.
   -Это невозможно - сказал "профессор" - у нас же режим. А они не в экипаже.
   -Очень жаль - ответил "Крыж" - значит, тебе не повезло. Или все ж что-нибудь придумаешь?
   И он сделал жест, как затягивая удавку.
   -Я сделаю - сказал "профессор" - но потребуются деньги. Это же Одесса!
   -Знаю - ухмыльнулся "Крыж" - настолько Одесса, что вчера у меня в трамвае из кармана сперли бумажник. Так что ты уж потраться из своих, на общее дело - вот не верю ,что такой кабанчик, и жирок не накопил!
   Врет? Или в самом деле - у наших мазуриков, на приезжих нюх. Что было два года назад когда он сам только приехал в Одессу, город с большими возможностями, но для своих. Ему повезло тогда, при случае оказать услугу одному очень уважаемому человеку - кстати, здесь это не обязательно кто-то во власти, в ином случае голос сапожника, который чинил туфли "самому Ивану Соломоновичу", или ветеринара, который лечил любимую собаку кого-то там, значит не меньше. И здесь могут искренне обидеться, если ты кому-то предложишь деньги - хорошему человеку помогут и так, правда, после и к тебе так же могут обратиться, и ты не вправе отказать. Но это сугубо индивидуально - ходы-выходы надо просто знать. Это Одесса, где сам черт не разберет, "где кончается Беня и начинается полиция", где законы и власть, а где большая деревня, междусобойчик между своими. Если только черт не поживет в Одессе хотя бы пару лет, сведя нужные знакомства. Тут даже язык свой - на Привозе можно услышать такой суржик, что его не поймут ни в Киеве, ни в Тернополе. Даже не Украина - тут смешалась кровь русская, хохляцкая, болгарская, румынская, греческая, итальянская, и вообще, одному богу известно чья! Это Одесса - где тому, кто свой, дозволен очень многое.
   Но все же "профессор" был здесь не настолько своим, чтобы за него вступились. И если завтра его труп найдут в подворотне - никто не станет искать убийц, чтобы отомстить.
   -Я сделаю - сказал "профессор" - но если вы завалитесь сами, без меня... Я не отвечаю.
   -Ты не понял - ухмыльнулся "Крыж" - мы все в одной лодке отныне плывем. Или на одном пароходе. И случись что - все вместе в ад отправимся. Тебе все ясно?
  
   Лазарев Михаил Петрович. 22 июня 1953.
   День-то какой. Но не будет войны - нет сейчас дураков, на СССР напасть.
   Наша работа идет - есть в Молотовске (еще не Северодвинске) на юге, за озерами, засекреченный объект, именуемый в бумагах "минно-торпедный арсенал номер два", и лишь посвященные знали, что там не торпедами занимаются, под руководством Курчатова. Исследовательский реактор заработал в октябре сорок третьего - еще не "атомный котел" для выработки энергии, а лабораторный стенд, который однако уже позволял исследовать конструкционные материалы, как они ведут себя под радиоактивным излучением, в широком диапазоне давлений и температур, как меняется их прочность, твердость, пластичность, коррозоустойчивость, как ведут себя сварные швы и клепанные соединения. Тогда же был создан Специальный Комитет при ГКО СССР, ответственный за всю "атомную" тему - после преобразованный в Первый особый главк, замыкавшийся непосредственно на Президиум ЦК ВКП(б). Общее руководство осуществлял Берия, "самый эффективный менеджер", играя в Атоммаше по сути ту же роль что и генерал Гровс в "Манхеттене", за научную часть отвечали академики Александров и Доллежаль, основной экспериментальной базой ("Арсенал два", по соседству с Севмашем) руководил Курчатов - все названные товарищи были посвящены в Тайну (кодовое слово "Рассвет", все документы помечаются грифом ОГВ - "особой государственной важности", более высшим чем "сов.секретно"). После Победы Первому главку были переданы еще несколько заводов, и кроме того, заказы исполняли предприятия, расположенные по всему СССР, и даже в ГДР и Народной Италии.
   Было решено скопировать энергоустановку "Воронежа" - работоспособность конструкции, а значит, правильность принятых технических решений, сомнений не вызывала, имелась какая-то документация, а еще товарищ Сирый Сергей Николаевич, "мех от бога" (за все это и получивший сначала Сталинскую премию, а затем и орден Ленина). Точной копии не вышло, но "эскизный проект" (та же компоновка, все принципиальные решения) был соблюден. Пришлось с ноля создавать целые отрасли промышленности - ну не работали в СССР этого времени с титаном, а ведь нужны были еще такие элементы как гафний (высокая способность захватывать нейтроны, используется в регулирующих стержнях) и цирконий (изготовление ТВЭЛов, и других элементов реактора), всю промышленность по их добыче, выплавке, обработке приходилось создавать с ноля. Какие-то сведения у нас были, но далеко не полные. Хорошо хоть вспомнили про Ковдорское месторождение в Мурманской области, где цирконий у нас добывали (а также, вроде, Томск, Чита, Нижний Новгород - там тоже что-то было). И что обращаться надо с осторожностью, так как пыль циркония на воздухе самовоспламеняется со взрывом. И у всех на слуху было, как лопухнулись у нас с нержавейкой, делая из нее теплообменники парогенераторов на атомаринах первого поколения - и лишь после серии аварий с тяжелыми последствиями поняли, что нужен титан. Как осваивали технологию, история отдельная - достаточно сказать, что первый рабочий образец энергоустановки, про который наши остряки говорили "мотор был очень похож на настоящий, но не работал" (прим.авт. - слова из "12 стульев"), имел в этой части все же нержавейку, как временное решение, чтоб получить хоть какой-то опыт. Реактор был запущен в сорок восьмом, в специально построенном на "арсенале два" бетонном помещении, и уже летом сорок девятого демонтирован (хорошо, серьезной аварии не произошло). А в пятидесятом мы рапортовали Советскому Правительству, что готова к работе первая серийная установка. Та самая, которая после была включена в электросеть города Молотовск, став по сути, первой в мире рабочей АЭС! А заодно и тренажером для экипажей.
   Принятие за "прототип" наших, "воронежских" агрегатов, имело еще одно огромное значение. Зная массогабаритные характеристики и приблизительную компоновку даже еще не созданных машин, можно было уже формировать корпуса кораблей. Первым из которых был ледокол, как и в иной истории носивший имя "Ленин". Смешно, но его эскизный проект был взят из какого-то популярного журнала, вроде "Моделист-конструктор", или "Морская Кампания", нашедшегося на компе нашего штурмана, Сан Саныча, фаната военной и морской истории. Напомню, что эскизный проект - это принятие всех принципиальных технических решений. Пришлось правда скрещивать тот "Ленин" с энергоустановкой подводного крейсера "проект 949" - так что копией корабль из этого времени, так же построенный на ленинградской Адмиралтейской верфи, не был. Хотя бы потому, что вместо 49 тысяч "лошадок" на валу в оригинале, копия едва выдавала 25 тысяч, а спаренная, соответственно, полсотни. При том, что у исходного "Ленина" было 44, так что ледопроходимость (при меньших размерах корабля) даже улучшилась.
   Первый в мире атомный корабль, так как американской лодки "Наутилус" тогда не было даже в проекте. Заложен в сорок восьмом, спущен весной пятидесятого, ударным трудом был готов в июне пятьдесят первого. Выдержали сроки, как у того "Ленина" (с августа 1956 по сентябрь 1959). По мировым меркам, не так уж быстро - у американцев, линкоры "Айова" и "Нью Джерси" строились по два с полтиной года, а один из авианосцев типа "Эссекс" поставил рекорд, четырнадцать месяцев от закладки до подъема флага. И у нас, как в той версии истории, так и в этой, до 1953 года были построены крупные серии эсминцев и подлодок, и больше десяти крейсеров. Такой рывок дал сборочно-сварочный метод: когда в цеху, едва ли не на конвейере, делают крупные детали-секции, из которых на стапеле собирают корпус, как из конструктора. А немцы еще в войну додумались так варить из блоков подлодки, как автомобили.
   Кооперация с ГДР привела к тому, что второй и третий атомные корабли также не несли военный флаг. Германские верфи справлялись с работой столь успешно, что лодок проекта "XXI-бис" в ВМФ СССР было больше, чем "родных" 613-го проекта (а ведь камрады еще и Фольксмарине обеспечивали). Еще они достраивали для нас первую пару авианосцев, "Чкалов" и "Леваневский", выполнили капитальный ремонт (с модернизацией) "Диксона" (наш трофей, бывший "Шеер") и "Таллина" (а это "Лютцов", купленный нами еще в сороковом). Причем немцы традиционно отличались высоким качеством постройки. Поначалу они выполняли наш заказ на некоторое электромеханическое оборудование - а затем, когда в сорок девятом в Москву и Ленинград приезжала делегация германских промышленников и им был показан проект "Ленина", то товарищи капиталисты проявили к нему живой интерес. Но нам не был пока нужен еще один атомный ледокол!
   Тут очень кстати вылез Базилевский (главный конструктор Балтийского завода, также был посвящен в нашу Тайну еще в 1942 году). И предложил вместо "судна ледового плавания", по первоначальному замыслу должному идти в дополнение к ледоколу, такое, что у всех увидевших, поначалу челюсть отпала - этого у нас не строили еще никогда! По крайней мере, в Европе.
   В ВМС США в войну уже были десантные корабли-доки, тип "Эшленд" (назначения ясно из названия), полное водоизмещение в девять тысяч тонн, брали в док-камеру три танкодесантных катера или до четырнадцати пехотно-десантных. Построено их было свыше двадцати единиц - но вот не припомню я, чтобы даже американцы использовали их в коммерческих целях. Из этого числа, пять единиц по ленд-лизу достались англичанам, и три, нам (прим.авт. - к сожалению, альт-история), так что специфику этого типа судов мы знали. И вот, следующий шаг сделан - родился новый класс судов, лихтеровоз!
   В иной истории они оказались в тени контейнеровозов, бывших более универсальными. Ведь где большой грузооборот (а без него, и изощряться не надо) там всегда есть и развитая сеть железных и автодорог. Даже если разгружать в порту вроде Антверпена - работать с контейнерами проще, с доставкой прямо до двери получателя. Но в советской Арктике, все порты вдоль Севморпути - Амдерма, Диксон, Тикси, Певек - стоят как раз в устьях рек, и нет иных дорог рядом, и навигация коротка, так что задержка с разгрузкой критична, и получателем может быть какая-нибудь метеостанция или гарнизон на острове в архипелаге Новая Земля или Северная Земля, где нельзя принять большое судно, но наличествует хоть какой-то причал. Так что работать в режиме, прошел в одну сторону, сбросив груз у каждого пункта, затем вернулся, собрав лихтеры назад - оказывалось быстро и эффективно!
   У нас в иной истории был построен "Севморпуть" в 1988 году. И должен быть заложен второй - но после проклятого девяносто первого года, заказ был отменен, а первенец несколько лет работал на трассе Мурманск- Дудинка, затем его хотели вывести из эксплуатации, "за отсутствием работы", и чем закончилось, не знаю (прим. авт - в связи с провозглашенной Путиным программой освоения Арктики, "Севморпуть" в 2013 поставлен на модернизацию, в 2016 введен в строй и работает, обеспечивая "северный завоз"). 68 тысяч тонн, при мощности почти в 40 тысяч лошадей - для СССР 1950 года это было слишком, в проект было заложено 21 тысяча тонн при одном "воронежском" реакторе. У нас не было свободных верфей под такое - ну что, геноссе, беретесь?
   Работать немцы умели! Корпуса собрали в рекордный срок - два судна, "Карл Маркс" и "Фридрих Энгельс" были готовы также к лету пятьдесят первого, реакторы наши, все остальное сделано в ГДР. Обошлись нам оба "вождя-основателя" каждый в цену как полтора крейсера "68-бис" ("Ленин", чуть больше двойной цены крейсера). Учитывая что этих крейсеров для советского ВМФ за те же годы построили тринадцать, то нельзя сказать, что "атомная" программа ввергла советскую казну в чрезмерные расходы. Не ледоколы - но корабли ледового плавания, с мощными машинами, ледовым поясом, и ледокольным форштевнем. Самостоятельно могут идти через лед толщиной до одного метра, а с ледоколом - сквозь любой, хоть многолетний арктический.
   И этим кораблям не предполагалось стоять без дела! Перевозки народнохозяйственных грузов от Мурманска на Дальний Восток и обратно пока еще были эпизодическими - но шел регулярный и увеличивающийся грузопоток из Норильского промышленного района, по Енисею и западному сектору Севморпути. Большие средства вкладывались в развитие северных портов, в гидрографическое обеспечение. Работали научные экспедиции на побережье и островах. Строились военные объекты - радиолокационные станции, аэродромы. Велись геологоразведочные работы - информация об огромных нефтегазовых богатствах Тюмени, Ямала, арктического шельфа вызвала интерес в Москве на самом верху, и пусть пока добыча обойдется дорого, и хватает для нужд СССР нефти Баку, Поволжья и Маньчжурии - но рост потребности в ней был уже заложен Госпланом в следующие пятилетки. И появление в Советской Арктике сверхмощного ледокола, а также грузовых судов нового типа, означало улучшение транспортного обеспечения в разы, если не на порядок.
   Переход кораблей на Север, летом 1951 года, проходил в большом беспокойстве. Были сведения, что американцы что-то замышляют - предположительно, от атаки "неопознанной" подлодки, до мин по курсу (в Балтике старые мины времен войны вылавливали еще в шестидесятые). В обеспечение перехода были включены новые эсминцы "Острый" и "Озорной". Но в Северном море (зона господства британского флота), англичане и американцы могли легко собрать куда большие силы.
   -А если привлечь ваш корабль? - спросил меня Кузнецов.
   -Привлечь можно - отвечаю я - но риск учтите. Там глубины - атомарине будет тесно, как слону в бочке. Зато обнаружить ее легко. Я бы на месте американского адмирала, о таком узнав, и на "вождей" бы рукой махнул, ради более ценной добычи. Как минимум, записать акустику, "портрет" цели, пригодится в будущей войне. Ну а при благоприятных условиях, и атаковать могут, после дипломаты отпишутся. С середины Норвежского моря легче - там уже наши базы недалеко, и так прикрытие обеспечить можно.
   -Значит, американцы бросятся на охоту? - произнес Кузнецов - ну что ж, поможем им в этом деле!
   Как наша разведка доводила до вероятного противника "утечку информации", мне неизвестно. Наша "моржиха" К-25 в назначенный день вышла из Полярного на плановые учения в Баренцевом море. Когда же "Ленин", "Маркс", "Энгельс" и эсминцы вошли в Северное море, рядом тотчас появилась объединенная эскадра - три новейших американских эсминца с самой лучшей гидроакустикой, три британца, также в версии ПЛО, французский эсминец "Вильнев", датский "Виэллемос", норвежец "Слейпнир", голландец "Де Рейтер". Не приближаясь к советским кораблям, они утюжили море вокруг, переменными курсами. Пока ничего не обнаружили - но всем было известно, что заметить "моржиху" очень нелегко, так что отсутствие результата лишь прибавляло охотникам азарта. А советские корабли, будто не замечая суеты вокруг, шли на север, держа скорость пятнадцать узлов. Реяли на мачтах красные флаги - не бело-сине-красные флаги ВМФ. Но по Корабельному уставу, во время боя и в виду неприятеля, на грот-мачте поднимается Государственный флаг СССР, по виду совпадающий с торговым.
   На широте Тронхейма появилась советская эскадра - крейсера "Минин", "Чапаев" и шесть эсминцев. И с "Ленина" передали союзникам:
   -Спасибо что проводили. Но дальше мы сами. Счастливого плавания.
   А "моржиха" так и не появилась.
   И после, в рассказе о всей этой истории, западные журналисты будут приписывать одни и те же слова самым разным Чинам, от командующего британским флотом до директора ЦРУ:
   -Кажется, русские нас нагло поимели, в этот раз.
   Ну, "проблемы негров - шерифа не волнуют". Может быть, кто-то здесь лет через пятьдесят расскажет с литературным даром, как создавался советский атомный флот. И какую роль сыграл наш "Воронеж" - еще в сорок пятом начавший использоваться, подобно штатовскому "альбакору" иной истории: для отработки методики гидродинамичеких расчетов, чтобы выбрать наиболее оптимальную форму корпуса быстроходных подлодок. Нас обвешивали датчиками, измеряющими давление и скорость течения, и мы выходили на полигон. А после данные обрабатывались математическим методом "большого параметра" (тоже, привет из более поздних времен). Первым проектом была торпедная лодка-истребитель, по виду и тактико-техническим данным больше похожа на "проект 671", чем на атомных первенцев той истории, "проект 627", он же "Ленинский комсомол". И очень большое внимание уделялось снижению шумности.
   -Может быть, первую серию без ухищрений построим? Главное, чтоб сам принцип отработать, как пойдет?
   -Так вы понимаете, что громко шумящая лодка в реальной боевой обстановке, это гроб? Мы не настолько богаты, чтоб тратиться на небоеспособные памятники конструкторской мысли!
   Все механизмы на амортизаторах. Покрытие на корпусе. Тщательный подбор гребных винтов - шесть вариантов сменили, чтобы уменьшить кавитацию и "пение". Но результат того стоил! По шуму, атомарина оказалась сопоставимой с дизельной "XXI-бис", идущей в режиме "подкрадывания". Первая пара лодок подняла флаг в пятьдесят втором. А на Севмаше уже закладывались следующие. С учетом немецкого опыта - корпусные секции делались не только здесь, но и в Ленинграде, Кирове, Горьком, Череповце. Реакторы изготовлялись медленнее. А часть оборудования опять пришлось заказывать у немцев!
   Командиром первой из атомарин был Федор Видяев - тот, кто первым встречал нас в сорок втором, и благодаря нам, не погиб в сорок третьем - капитан 1 ранга, герой японской войны сорок пятого года. Он выходил с нами на "Воронеже" еще во время охоты на "Тирпиц", прошел у меня школу "белых акул" - и без сомнения, из местных кадров был наиболее готов к должности командира атомарины. Я завидовал ему, узнавая в нем себя, молодого - к сожалению, адмиралы в боевые походы уже не ходят. Удатся ли ему сделать то, что не дозволили мне в сорок четвертом - пройти на атомарине подо льдами Северного Ледовитого океана, от Полярного до Берингова пролива? Чтобы поставить точку в затянувшейся китайской войне.
   А со стапелей Севмаша сходят новые лодки. Вторая пара сейчас стоит у достроечной стенки, третью готовимся спускать, и еще две в работе (итого к 1956 году ожидается, что в строю будет десять единиц). У американцев пока ничего подобного нет - по нашей информации, атомарины у них раньше пятьдесят шестого года не появятся. А у нас уже ведутся работы над следующими классами лодок - ракетными (пока еще противокорабельные, крылатые). Ну и не следует забывать про дизельные лодки, которых у нас больше четырехсот единиц на всех флотах (считая и малые, тип XXIII). И еще сотню субмарин имеют дойче камрады. Так что хотя у американцев больше авианосцев и линкоров, под водой у нас подавляющий количественный и качественный перевес. В сумме с береговой авиацией (полностью перевооруженной на реактивные) и легкими силами флота - мы можем говорить о нашем господстве в морях, примыкающих к нашим берегам. А в океане - еще будем посмотреть! Ведь недаром товарищ Сталин здесь категорически не поддержал армейцев, желавших подчинить флот себе, как было в той истории? Если считать, что армия, это "короткая рука", обеспечивающая угодный нам порядок вблизи наших границ, ну а флот, в перспективе - в любой части земного шара. А значит, главная работа еще впереди.
   А пока - имеем право на отдых. Лично я, в отпуск на Черное море (в этом мире) в первый раз, пока удавалось лишь в санатории за Питером, в городе Приозерск (был Кексгольм, переименовать уже успели). Так отдых в Крыму или на Кавказе сейчас очень рекламируется для советских людей, все курорты, здравницы и санатории после войны уже восстановили, путевки больше по предприятиям распространяют, но и в свободной продаже есть. А крымско-кавказская линия, от Одессы до Батуми, сейчас работает, как до войны. Заботилась Советская Власть об отдыхе народа уже тогда - шесть теплоходов типа "Абхазия" (бывших в то время нашими самыми лучшими, крупными и быстрыми пассажирскими судами) были построены еще в конце двадцатых. Все они в войну погибли, от немецких бомб, прорываясь со снабжением в осажденные Одесу и Севастополь. Ну так мы за то с немцев по праву возмещение стребовали - забрав себе десяток их "пассажиров".
   Теплоход "Магдалена", построен в Данциге в 1928, у нас получил название "Победа", и в иной истории, ходил на той же крымско-кавказской линии до конца семидесятых. Отход из Одессы, с заходом и стоянками в Севастополе, Ялте, Новороссийске, Сочи, Сухими - день, а где-то и два, чтобы успеть осмотреть местные достопримечательности. Затем три дня в Батуми, и назад. Как все выглядит - посмотрите старый советский фильм "Запасной игрок", где снимался молодой совсем Вицин. Кстати, та его роль лично мне нравилась больше, чем штамп одного из гайдаевской троицы. А фильм собираются и здесь выпускать - обязательно схожу посмотрю, что получилось. Как моя Анюта в прошлом году поучаствовала - "Высоту" пересняли, ну совсем не похожую на оригинал.
   Но - это в России 2012 года, где никому не был интересен простой офицер с Северного флота, ездил я в отпуск без всякого надзора. Здесь же, не дай бог кого-то из нас, пришельцев из другого времени, украдут или убьют американские шпионы. Мало охраны на берегу - Пономаренко настоял, чтобы весь комплект билетов на этот рейс, четыреста штук, был распределен исключительно между "своими", отпускниками из "инквизиции", центрального аппарата министерства ВМФ, армейского и флотского спецназа, просто армейцев и моряков, с семьями, по утверждаемому списку. А еще на борту подразделение спецназа ЧФ, "бойцовых котов" (откуда такое название, у Юрия Смоленцева спросите), специально обученных боевым действиям на корабле и абордажу (то есть проникновению на оный, вражеский). И "песцы", такой же спецназ, но с СФ - опять же, благодарите Пономаренко, злостно воспользовавшегося правом "инквизиции" привлекать для своих нужд любую вооруженную силу СССР; по документам мероприятие оформили как учения и обмен опытом. И Черноморский флот проводит плановые учения по проводке конвоя - только вместо парохода, условно изображающего ордер транспортов, к которым нельзя подпускать врага, вы правильно поняли, кто - конечно же, наш лайнер, два новейших эсминца, "Озаренный" и "Ослепительный", в эскорте. На нас что, турки собираются напасть - которые здесь даже не член НАТО, по договору 1944 года, не имеют права размещать на своей территории иностранные войска и военные объекты (иначе СССР имеет право "предпринять такие действия, какие сочтет нужным"); Черное море в этой версии истории, по факту наше внутреннее море, ну а грозный турецкий флот, имея самыми современными кораблями несколько эсминцев и подлодок довоенной постройки, по боевой мощи даже Черноморской эскадре уступает в разы (без учета нашей эскадры в Средиземке и ВМФ Народной Италии).
   -А вам известно, товарищ Лазарев, что в Турции сейчас активно действуют "Серые волки"? И что представители этого якобы тайного общества занимают многие ключевые посты в турецкой армии и на флоте, имея самую тесную дружбу с ЦРУ США? И что в Аджарии, это где Батуми находится, еще наличествует турецкая агентура и даже вооруженные банды. От этих фанатиков, "вернем Проливы и Армению", можно ждать всего - так что и войска Закавказского военного округа будут в состоянии повышенной боеготовности. Поскольку на месте американцев, ради достоверной информации о будущем - это вашего захвата, коль вы не поняли! - я бы и десанта не пожалел, наплевав на любые потери, а тем более на каких-то турок. Может быть, и перестраховка - но береженого, бог бережет!
   Это столько людей подняли, ради меня одного? Ладно, войскам учения положены. Но может тогда и наших с СФ вызвать, пусть тоже на солнышке отдохнут?
   -Конечно, вызовем. Но не всех. На море, как на войне, всякое случается - так что уж простите, на самый последний случай...
   Вот так и собрались - наших "воронежцев" с десяток. Я со всей семьей (отдых, всем вместе!). Смоленцевы, тоже полным составом. Валя Кунцевич (на удивление, не один, а с девушкой). И еще десяток "смолянок" из модного дома Лючии (все проверенные, сознательные, комсомолки, спортсменки, и просто красавицы), для разбавки мужской компании. В Одессу приехали 19го числа. "Черное море", одиннадцатиэтажную башню у самого порта, где я останавливался в иной жизни, когда меня в этот город заносила судьба, еще не построили, и всю нашу компанию (в узком смысле, а не все четыреста отпускников) заселили в "Красную", на Пушкинской. Никакие враги-шпионы нас не беспокоили - наш "детский сад" доставлял гораздо больше хлопот. Все же нам удалось выбраться в город, и даже посетить Одесский художественный музей. В порту стоял громадный пароход "Адмирал Нахимов", тоже трофей, бывший "Берлин" (и старый знакомый - в сорок пятом здесь он штабным кораблем был, когда "двадцать первые" лодки из Германии на Дальний Восток перегоняли, как раз успели на японскую войну). А 21го должна была прийти наша "Победа", выгрузить пассажиров завершившегося круиза, и вне расписания, через два дня, со всей нашей компанией уйти к Батуми.
   Но "Победа" в порт так и не пришла. Накануне в 19.00 вышла из Ялты. 250 миль, где-то семнадцать часов хода. Последняя радиограмма с судна была в 22.10 - что на борту все в порядке, плановое время прибытия в Одессу в 12.00. Так как все уже было готово к операции (простите, учениям ЧФ), то забеспокоились не когда вышел назначенный срок, плюс навигационный запас, а когда пост СНиС на Тендровской косе не сообщил о входе "Победы" в зону видимости, в ожидаемое время. Послали радиограмму, ответ не получили - и тут уже встревожились всерьез! Предположили самое худшее, что теплоход был атакован неизвестной подлодкой.
   Самолеты обнаружили горящую "Победу" в 110 милях к юго-востоку от Одессы, рядом были видны шлюпки с людьми. В это время в море уже находились эсминцы "Внушительный" и "Верный", вышедшие из Севастополя - получив координаты, они были на месте через час с четвертью. Пока не уточнили, что произошло, спасением людей занялся лишь один, в то время как второй вел противолодочный поиск. И лишь через полчаса на берег ушла радиограмма, позволившая немного успокоиться - не война!
   Но случившееся еще будет предметом тщательного расследования. И виновные понесут суровое наказание. Уж очень некстати произошло!
  
   Теплоход "Победа", 20 июня.
   Вечер, накануне завершения рейса.
   Радиотехник на судне считается уже офицерским составом. При этом ему не в лом попутно исполнять обязанности судового киномеханика (так как это оплачивается по отдельной ставке). Но вот черная работа - для нее матросики есть! А потому, кто у нас от вахты свободен, слушать приказ - подготовить фильмы, взятые в рейс, к сдаче на культбазу (а попросту, перемотать как положено). Отставить разговорчики - исполнять, время пошло!
   Фильмы хранились в кладовой, частью уже упакованные в жестяные коробки, частью (которую и надо было перемотать) прямо на столе, рулонами. Там же были патефонные пластинки, около 2 тысяч. В те годы (до середины пятидесятых) пленка делалась из нитроцеллюлозы - прочной, износостойкой, но легковоспламеняющейся и горящей даже без доступа кислорода. При перемотке на ручном станке пленка вдруг заискрила и вспыхнула, от нее загорелись рядом лежащие мотки, в несколько секунд пламя охватило кладовую. Матрос схватил огнетушитель (висящий, как положено, на стене), на крик "пожар" прибежали еще двое членов экипажа, из кают начали выглядывать еще не спящие пассажиры. Но огонь разгорался, пленка горела как порох, вот уже из кладовой вырвался огненный смерч, охватил ковровые дорожки и фанерные переборки кают. Пламя, вытягиваемое по коридору мощной струёй воздуха, дошло до трапа, ведущего в вестибюль вышележащей палубы, и оттуда по двум вертикальным шахтам лестницы достигло верхнего мостика. В считанные минуты огонь охватил центральную часть судна, в том числе штурманскую, рулевую и радиорубку, каюты капитана и штурманов. Вахтенный радист, застигнутый огнём, выскочил из рубки через иллюминатор, не успев передать сигнал бедствия. Капитан приказал дать SOS по запасной рации, однако она уже сгорела в штурманской рубке. Общесудовую пожарную тревогу пришлось объявлять судовым колоколом.
   Тушением занимались несколько случайно образовавшихся групп. Минувшая война сыграла свою роль: к аварийным учениям, в том числе и пожарным, на флоте в то время относились предельно серьезно, подготовка экипажа была высочайшей, а кому-то не так давно приходилось и на практике свои навыки применять. Потому, распространение огня в нос и корму удалось остановить, локализовать пожар, а затем, уже с помощью аварийных партий, высадившихся на борт с подошедших эсминцев, окончательно погасить пламя. Но всех пассажиров, кто не мог оказывать помощь, успели еще в самом начале высадить на шлюпки - по счастью, стояла тихая погода, со слабой волной. Полностью выгорела надстройка, где помимо жилых и служебных помещений экипажа, были каюты "люкс" и первого класса - каюты второго и третьего классов, расположенные в корпусе судна, не пострадали. Повезло также, что пожар начался до полуночи, когда многие пассажиры еще не спали. Но все равно, число жертв достигло сорока двух - и лишь двое из них были членами экипажа (матрос-виновник остался жив, хотя и получил ожоги). И страшным было то, что подавляющее большинство среди погибших составили женщины и дети. Так что будет еще суд, и самые строгие оргвыводы в отношении виновных.
   Результатом будет также, что в СССР по итогам этого случая полностью прекратят выпуск горючей кинопленки (что фирма "Кодак" сделала всего лишь годом раньше). Перейдя сначала на диацетат целлюлозы (негорючий, но менее прочный), а затем на триацетат, уже не уступающий нитроцеллюлозе по основным параметрам.
   Имеет ли история "эластичность"? Ведь в иной реальности, пожар на теплоходе "Победа", произошедший по такому же сценарию, случился в 1948 году.
  
   Лазарев Михаил Петрович. 21 июня 1953.
   Пожар, он и в Одессе пожар! "Победу" только на следующий день притащили, а виновных, и начсостав доставили на "Внушительном" уже к обеду. И прямо пред очи уже созданной Комиссии. Занятой прежде всего выяснением извечного вопроса "кто виноват" - поскольку он и был в данный момент самым важным.
   К удаче для следствия, были налицо свидетели начала пожара: матрос- виновник, два его помощника, и двое из пассажиров, кто волею случая, первыми выглянули, "что случилось, не нужна ли помощь" - а затем успели выбежать наверх, в отличие от тех, кто замешкался в каютах. Так что, после анализа личностей свидетелей, и экспертного заключения специалистов аварийно-спасательной службы, версия о злом умысле, а тем более, о подготовленной диверсии, была отметена. Но не позавидую теперь тем, кого крайними объявят - этому матросу (виновен, при любом раскладе), радиотехнику, который за киномеханика (чье заведование, пусть даже временно), старпому (кто непосредственно за противопожарные мероприятия отвечает), ну и конечно, капитану (который на судне отвечает за все). Кары будут в интервале от десяти лет до вышака (люди ведь погибли), плюс пожизненное лишение морских дипломов (капитану и старпому, даже когда и если отсидят, уже ни на каком судне мостика не видать). Но дело Комиссии лишь указать причины и кто виноват, а на сколько лет каждому конкретно, это уже наш самый гуманный советский суд решит.
   А у одесских товарищей вопрос, что с нами делать. Отправить обратно - так Москва за минус сочтет. И у командования ЧФ учения уже в общефлотский план боевой подготовки внесены и со всеми инстанциями согласованы. Ну и просто не хочется отпуск портить - так ждали! В общем настроение у всех - ниже плинтуса.
   И тут начальник Черноморского пароходства вносит предложение. Тут "Нахимов" стоит, он по расписанию должен уйти утром 24го, по штату полторы тысячи народу берет (а не четыреста, как "Победа"), и на нем больше пятисот мест незаполненными остались - хватит, чтобы всех вас принять. Так что если пожелаете...
   Мы, конечно, желали. Грешен, но лично я террористическую угрозу воспринимал чисто теоретически. И лично наблюдая, что творилось в порту - к причалам, без проверки документов и тщательного досмотра, мышь не проскочит, не то что американские диверсанты! Стояли в несколько периметров, милиция, ГБ и флотская контрразведка. Экипаж "Нахимова" за оставшееся время досконально проверить было невозможно - но по заверению Первого отдела пароходства, никто из команды ни в чем подозрительном и порочащем не был замечен, анкеты чистые у всех. Пассажиры тоже, все поголовно - "не был, не состоял, не привлекался". Присутствовал среди них единственный иностранец, британский журналист - аккредитован в СССР, все разрешения получил. Мало было военных, что тоже хорошо - напомню, что здесь по закону, офицеры вполне могли ходить с оружием и в неслужебное время, не отбирать же табельные пистолеты у всех "не наших"?.
   -Михаил Петрович, уж не обижайтесь, но на палубе рядом с вами будут находиться двое "песцов" - серьезно сказал Юра Смоленцев - я инструктаж лично провел. С народом тоже беседа проведена, чтоб оружие при себе, в каютах не оставлять. В целом, я не думаю, что может быть угроза - но осторожность не помешает.
   И добавил, усмехнувшись:
   -Валя "Скунс" сказал, что постоянно рядом будет - и пока он живой, ни с вами, ни с Анной Петровной, ничего не случится. А убить его сложновато - если его даже атомная бомба не взяла!
   С этим и отплыли. Прибыли в порт организованно, погрузились всей толпой - и наконец, швартовы отдали. Красота!
   -Я все не верила, что это будет! - сказала Анюта, прогуливаясь по палубе, под руку со мной - представляла, как мы вместе, по морю, на большом белом пароходе, не верила! Как я счастлива - эта минута, остановись!
   И прибавила через минуту:
   -А мне все еще тревожно. Ну такой у меня противный характер - когда хорошо, начинаю бояться, что сейчас не будет хорошо!
  
   Москва - Одесса. Разговор по ВЧ.
   Что значит, "товарищ замминистра решил"? С товарищем Лазаревым еще разговор будет - а вы куда смотрели? Пока следствие еще не закончено. Я вам таких "свидетелей" при желании толпу найду - думаете, американская разведка не сумеет?
   А если подумать? Что значит, вчера еще никто не знал, что на "Нахимове" пойдут. А если теракт на "Победе" был как раз для того и подстроен? А я не знаю, какой такой план может быть у врага! Это вы должны знать - а если не разобрали, грош вам цена! Вы понимаете, что если что-то случится, то отвечать будете конкретно вы - и куда строже, чем какой-то матрос с "Победы"?
   Слушайте, вы что, вчера погоны получили? Доложили бы что на "Нахимове" что-то случилось, неполадки в машинах, да мало ли по вашей морской части можно придумать!
   Где "Нахимов" сейчас? Что, к Севастополю подходит? Севастопольские товарищи указания получат - а вы молитесь, чтобы не случилось ничего. Все, конец связи!
  
   Анна Лазарева.
   Как мне было хорошо! И как страшно, что вот сейчас не будет хорошо!
   Много слышала про Одессу - но никогда не была в ней прежде. Мне она показалась похожей на Зурбаган Грина, каким я его представляла - многокультурный, веселый, беспорядочный, залитый солнцем. Или Грин свой город с Севастополя писал? Туда придем, сравню и оценю.
   Еще мне в Одессе музей запомнился - а в нем картина Зинаиды Серебряковой, "Жатва". Очень светлая, "ефремовская", такими могли бы героини его "Андромеды" быть, даже не верится, что написана до революции еще. Ну и конечно, я лестницу оценила, Оперный театр и памятник Дюку. Так хотелось больше по улицам походить - но нельзя. Не только из-за безопасности - детей оставить на кого? Марь Степановна, Галя и Надя посидят конечно - но все ж нехорошо, сами, с Лючией, гулять убежали, а им в гостинице сидеть?
   Пароход большой такой, как городской квартал. А наша каюта-люкс, ну прямо апартаменты! Я на военных кораблях бывала, там палубы и переборки, это гладкая сталь - а тут внутри все резным деревом отделано, и бронзовые поручни с завитушками на трапах, на стенах канделябры, под ногами ковры. В салон войдешь, как в музее - картины на морскую тему, бронзовые барельефы, и музыка играет. Слышала я, что этот пароход, прежде называвшийся "Берлин", на трансатлантических рейсах ходил - наверное, в нашей каюте, какой-нибудь миллионер, Крупп или Рокфеллер ехал? А теперь тут наши советские люди отдыхают!
   На корабле даже бассейн есть! И место вокруг, как на пляже - лежаки, шезлонги. А я загорать боюсь - вдруг кожа облезет? Непривычная я к такому солнцу - в Одессе с зонтиком ходила, как старорежимная барышня. А Лючия уже успела возле бассейна свой купальник показать. Который в иной истории "бикини" - ну а у нас, "лючия".
   Это целый спектакль был, в начале июня - показ в "РИМе" летних мод. Новинка, силуэт "суперклеш", прямо от шеи, верх открытый - на русский сарафан похоже, но короткий, всего на четверть ниже колена, а то бы смотрелось тяжеловесно. Ткань - легкий, цветастый ситец. Рекомендуется для юных девушек, стройных, исключительно для отдыха - на женщине в возрасте смотрится странно, толстушка в нем будет совсем тумбочкой, и на работу в таком не пойдешь. Но молодым, в отпуск, на курорт - очень эффектно!
   А после выходят девушки еще раз, все вместе, и фон на сцене как небо голубой, с ярким нарисованным солнцем, освещение яркое, и музыка тягучая, восточная, как по пустыне через барханы. Вступают на дорожку, руки вскидывают - а там решетка внизу, как дунет, и платья взлетают к головам! И купальники видны, те самые, "бикини" - вроде, есть уже такие у американцев, но у нас в новинку, оттого и прицепилось имя "лючия". Сразу в них выходить, это все же как-то не очень - а вот такая находка, в самый раз, да и фильм "Высота" уже весь Советский Союз посмотрел.
   Я и Лючия сейчас так одеты - в жару приятно, когда без пояса и развевается свободно. На палубе юбки как паруса надувает, женщины все за подолы держатся. А мы не стесняемся совсем, в купальниках под платьями нам совершенно не стыдно стройные фигуры показать. Итальянка на голову шарф повязала, чтоб прическу не растрепывало, лицо солнцу подставляет, мне говорит о пользе загара. А я большую соломенную шляпу придерживаю (летала уже, и хорошо что не за борт), зонтик здесь не раскрыть, вырвет из рук. Валька с нами ходит, тоже не один, а со своей девушкой под ручку - неужели женится наконец, наш последний герой? А вот Юрка Смоленцев появлялся, и снова куда-то пропадал, не видно его было нигде. Римлянка беспокоилась, где ее рыцарь (она своего мужа зовет "мой кавальери", наедине или в присутствии лишь своих), на что Валя ответил что ее благоверный бегает где-то в низах судна. Что с кем-то завел роман да еще так внаглую, это вряд ли, не был он в таком прежде замечен - а что проводит рекогносцировку на случай возможных проблем, это как раз было на него похоже. Ну а мне не хотелось думать ни о каких служебных делах - в мирное время, война бесконечно далеко.
   А море за бортом - совсем не такое, как на севере. Там оно даже летом кажется суровым, холодным. А здесь - вот окунуться бы, не терпится мне, как на пляж придем! В Сухуми или Батуми - слышала уже, что в Севастополе оба пляжа, что Учукуевка, что Омега, от Морвокзала далеко, а в Ялте пляж очень неудобный, каменистый. Дельфинов бы увидеть еще! Здесь есть бассейн, я говорила уже, но тесный и маленький, не поплаваешь - хотя даже там, когда мы решили искупаться, нас двое ребят из "песцов" страховали, водолазы высшей категории - и не смейтесь, я и Лючия плаваем отлично, а за Владика и Илюшу мне страшно, маленькие, а вдруг захлебнутся? Затем я Олюшку покормила и уложила спать, под присмотром Нади, одной из "смоленцевок", что с нами отдыхать поехали (старшей над нашими девушками была Марья Степановна, но ей же тоже хочется на море взглянуть). Владик и Илюша бегали, играли, и донимали нас вопросами - ой, а каково Лючии справляться с четверыми? А у меня было, как мечтала я давно, со своим Адмиралом, на большом белом пароходе, и никуда не надо спешить, и нечего бояться - вот стоим мы на палубе, и любимый человек меня за талию обнимает, хорошо-то как! Блистающий мир - волны бегут навстречу, и мы будто летим, как в том романе Грина, ветер меня подхватывает, платье треплет, шляпу все-таки сорвал и унес, солнцу меня открыв - ну просто беда моя, головные уборы терять, но это ничего! Чудесный день - лучший в моей жизни. И хотелось, чтобы он не кончался.
   К вечеру ближе, пора было идти к обеду. Я в каюту зашла, переодеться для ресторана - подумала еще, прицепить браунинг под платье, как мне в Киеве жизнь спасло. Не стала - решив, что кругом свои, обстановка самая мирная, расслабляющая, где тут враг? Снова вышла на палубу, напоследок свежим воздухом подышать - увидела, что море белыми барашками покрылось, ветер усилился, выл и свистел. Так наш отдых только начинается - завтра снова будет солнечный погожий день!
   Ресторан был, не хуже чем "Арагви" в Москве или "Астория" в Питере - по блюдам, обслуживанию, интерьеру. Я ела уху, жаркое с картошкой, салат, чай со сладостями, фрукты, вина не пила совсем. Кушанья нам подавал молодой подтянутый официант, затем его куда-то отозвали, и к нашему столу вышел благообразный человек лет пятидесяти, с профессорской бородкой. Лицо его мне показалось смутно знакомым, но лишь когда он, наклонившись, стал собирать со стола посуду и взглянул на меня в упор, я его узнала. Девять лет назад он был без бороды, на вид гораздо моложе, и фигура более худая.
   Василь Кук. В сорок четвертом был во главе Киевского мятежа. Второй по иерархии УПА на территории Советской Украины - а сейчас, после гибели Шухевича, формально, первый. Хотя у бандеровцев теперь как у пауков в банке - атаманы меж собой грызутся, мечтая сбежать за кордон не с пустыми карманами, и кто награбил больше, того запросто могут убить, чтоб ценности себе. Ну это их проблемы - а Кук вот он, на нем за все его дела наверное, десять высших мер висит, ему терять абсолютно нечего!
   И он тоже понял, что я его узнала.
  
   Василь Кук "Медведь", генерал УПА.
   Очень хотелось жить. Исключительно ради дела - ведь умный человек имеет привилегию, строить мудрые планы, когда умирать идут ни на что больше не годные дураки. И очень не нравилось, когда таким дураком хотят сделать его самого.
   Где были эти снобы, янки и англичане, когда хлопцы умирали под москальскими пулями? Плохо в мире быть слабым - пешкой, которую большие Игроки-Державы охотно разменяют за малое улучшение собственной позиции. Именно такой была эта акция - и только пан Крыж, по-житейски хитрый, но ничего не видевший кроме ридной Ровенщины, мог поверить в обещанные миллионы. Чтобы двадцать человек, причем не моряков, могли бы захватить большой пароход, а после удержать его под контролем - Кук тоже не был моряком, но какое-то представление уже год работая на судне, успел получить - это была абсолютная авантюра с микроскопическими шансами на успех. Но если успех и не требовался, а все затевалось лишь ради того, чтобы американские газетенки могли прокричать над нашими трупами про "СССР - тюрьму народов", или что там придумают еще?
   Один умный человек, пан Казимеж (даже жаль, что пришлось убить его в тридцать восьмом, интересный был собеседник) говорил, что Польша была бы величайшей и славной державой, не населяй ее масса быдла, недостойного своей страны. Так называемый украинский народ оказался еще большей сволочью - ради сытости и прочих благ готов отказаться от языка, веры, памяти, приняв взамен чужое, москальское! В Польше Советы роздали мужичью панскую землю, сказав, что "если вернутся паны, все назад отберут" - и бывшие холопы стали массово сдавать коммунистическим карателям воюющих за свободу Речи Посполитой героев АК. На Украине же большевики объявили о замене колхозов "товариществами по совместной обработке земли" - и если раньше селяне работали, все в общий "колхозный" котел, откуда бралась доля на нужды УПА, то после пришлось приходить за "налогом" к каждому отдельному хозяину. В итоге, резко возросло число предателей, "зрадныков", и самые жестокие кары уже не помогали. Хотя возможно, мясники из СБ перестарались, убивая по малейшему подозрению и даже просто, для устрашения - а в итоге, когда убить и вместе с семьей могли любого, без разницы, зраднык или нет, это уже вызывало злобу, а не страх. Теперь последних "лыцарей" добивают в лесах, как диких зверей. Где ты, Украина, неужели вмерла наконец?
   А сейчас - самому бы остаться живым! Когда начнется, держаться в стороне - и позаботиться, чтобы после не уцелели свидетели. Не только Крыж с его бандой - но и хлопцы из экипажа, Грицько, Марко и Андрий, кто помогли ящики с оружием в трюм протащить. Пусть дохнут кретины - долг умных, сохранить себя для будущей борьбы! Может, придет еще время... И кому тогда он, Кук, будет нужен - постаревший, вышедший в тираж, ему уже сорок, а лавры всеукраинского диктатора, как пан Пилсудский, где-то в бесконечном далеко! Москали проклятые, ненавижу! И приходится улыбаться им, прислуживая - руки сноровисто делают уже привычную работу, поднести полные блюда, забрать пустые. Вспоминая, как хлопцы в схронах жрали пустой суп из крапивы и отвар из хвои. Оттого он, Кук, и перебрался из леса сюда, в комфорте и сытости приятнее, ну а что к стенке приставят, если попадется, так в схроне шанс выжить сейчас еще меньше. Пируют москали - вот за тем столиком, сам Лазарев, "Адмирал Победы", с женой и детьми. А за одним из соседних, "сама Лючия Смоленцева", что в кино снимается, лицо ее на афишах - москальские фильмы, про войну и ударный труд, Кук не выносил, хотя вынужденно смотрел, чтобы не выделяться из коллектива (иначе, донесут ведь). Зато ему доставляло удовольствие, проходя по залу ресторана, представлять как бы он сейчас сидел важным паном, на том месте, где этот москальский адмирал, к нему подводили бы связанных москалей, а он приказывал, убить, убить! А москальских баб, каждую в схрон с десятком изголодавшихся хлопцев - и что с того, что ты актриса, или жена какой-то шишки, чем выше ты взлетела, тем приятнее тебя топтать.
   Сам Кук предпочитал пользоваться услугами доступных женщин, на одну ночь. Помня о судьбе купринского "штабс-капитана Рыбникова", а еще опасаясь, что постоянная любовница окажется приставленной от СБ, и вполне может его сонного прирезать или удавить. Но природу не обманешь - и всматриваясь в холеные лица москальских сучек, он сначала пытался представить, каковы они в постели, а затем с еще большим удовлетворением воображал эти лица в гримасе боли и ужаса - как у той учительши, в сорок четвертом, живучая была, долго помирала! Жена адмирала сидела к нему спиной, Кук нагнулся над столом, забирая пустые тарелки и столовый прибор, женщина взглянула на него - и Кук похолодел, узнав ту, кто была "Ольховской" в Киеве тогда. Судя по ее взгляду, она его узнала тоже! И он, словно зверь, с размаху сунул лапу в капкан! Оружия нет - а в ресторане полно военных, и у многих кобуры видны! Если эта тварь крикнет - ему не уйти.
   А если так - нож в руке, столовый, с тупым концом, но его достаточно, чтобы приставить к шейке москальского щенка? И - дернешься, закричишь, я твоего отпрыска зарежу! А ты, мальчик, сейчас пойдешь с дядей к выходу, для дядиного спокойствия, я еще пожить хочу, хоть день, хоть час, но мой! Затеряться на судне, а когда к берегу подойдем, прыгнуть за борт, пробковый жилет украсть нетрудно - все лучше, чем гарантированный расстрел!
   Было радостно наблюдать за лицом москальской сучки в эту секунду! И тут сначала нож исчез из руки каким-то волшебным образом, а затем в плечо ударила такая боль, что хотелось взвыть! Локоть задран в потолок, ладонь неестественно вывернута и сжата как в стальных тисках, на цыпочки приходится вставать, чтобы было не так больно.
   -Не дергайся, урод - голос сзади, прямо в ухо - или руки оборву совсем. И ноги обломаю тоже - тебя к виселице на тачке повезут.
  
   Валентин Кунцевич.
   Аня Лазарева сидела за соседним столиком, в трех шагах от меня - то говорила что-то нашему Адмиралу, то озабоченно наклонялась к детям, Илюшке и Владику. Веселая, нарядная, и просто ослепительно красивая. Хотя, так выглядят все счастливые женщины. Наглядный пример образцовой советской семьи.
   Здесь был не общий стол, а отдельные круглые столики на четверых. Маше, рядом со мной, не нравилось, что я смотрю не на нее, она скучала и надувала губки. А когда она отворачивалась, я видел ее профиль, очень похожий на Аню. Хотя Маша моложе почти на десять лет. Может и впрямь, жениться мне, махнуть на все рукой? Уж если, простите за откровенность, сейчас билеты у нас в одну каюту - вопреки правилам, для пароходов и гостиниц, что "лицам, не состоящим в браке, запрещено". Интересно, кто в нашей Конторе билеты распределял - сильно подозреваю, что та, кто напротив сидит.
   В зале все свои - Мазур, Репей, Дед, Нукер, Акула - легенда советского спецназа, из той команды, что поезд Гитлера брали. И семейство Смоленцевых здесь, за столиком от "адмиральского" с другой стороны. Юрка "Брюс", рядом Лючия блистает, и двое старших детей. Младшие двое, как и Анина годовалая дочка, в каютах остались, под присмотром Марь Степановны и нянь из "смолянок". Музыка играет, снаружи темнеет уже, мирный вечер, тишь да покой. Что там после обеда в плане - культмероприятия, танцы или кино? А после, по каютам, и мы с Машей тоже - так не в первый раз, а вы что думали? Утром уже в Севастополе проснемся, согласно расписанию. День стоянка, экскурсии - вечером, продолжение круиза.
   -Ты пацанов видел? - озабоченно спросил Юрка, подсев ко мне - которые, житомирский детдом.
   Я кивнул. Мальчишки, на вид в возрасте от пятнадцати до семнадцати, как мне сказал пассажирский помощник, "дети совработников и милиционеров, убитых бандеровцами". Занимали целый ряд кают третьего класса на палубе Е (самой нижней). Но так как у нас не какой-нибудь там "Титаник", где "чистую" публику отделяют от нечистой, то детдомовцы бродили по всему пароходу, группами по трое-четверо - в разговоры не вступали, держались скованно, озирались по сторонам.
   -Тебе ничего не напоминает? - сказал Юрка - классический же случай, чему нас учили!
   Теоретически, да. Признак подготовки не теракта, а именно захвата объекта. Предварительная рекогносцировка - и обязательно группами, контроль друг за другом, чтоб никто не сорвался, не сболтнул. И минимум контакта с людьми - чтоб психологически с кем-то не зацепиться, не дрогнуть, не пожалеть в решающий момент. Если бы это были селюки бандитского вида, я бы первым озаботился принять меры - полномочия у нас были, устроить шмон на предмет оружия, с детальной проверкой документов, и для предосторожности, не выпускать подозрительную публику из кают. Но детдомовцы - может, они просто "дикие" такие, впервые в жизни выбрались на море?
   -Проверим - отвечаю - после пройдем к капитану, договоримся. А пока - ну будь ты человеком, дай пообедать!
   Капитан по закону, на любом корабле, царь и бог - полномочный представитель Советской Власти. И даже нам, с нашими "корочками", прежде чем что-то устраивать на вверенном ему судне, полагалось хотя бы уведомить и составить план действа, координируясь с экипажем.
   -Ну, смотри - сказал Юрка - после обеда, сразу пойдем.
   И ушел к своей итальянке. А я продолжил поглощать десерт. Ну не было в зале никаких подозрительных личностей! Если не считать таковым британского журналиста, мистера Гарднера (единственный иностранец на борту), у дальней стенки сидит, тоже лопает - но на боевика уж точно не похож! А официанты, это вроде как предмет интерьера. И видно было, что никакого оружия у них нет, и спрятать негде, и по пластике на обученных рукопашников они никак не походили, а один так вообще, в возрасте был - борода, лицом на попа похож. Ходит, прислуживает, никакой видимой угрозы не представляет. Так поначалу казалось мне.
   Я сначала лицо Ани увидел, как оно исказилось - страх и ненависть одновременно. В следующую долю секунды - нож в руке этого гада, и у шеи пятилетнего Илюшки Лазарева. А еще через микросекунду меня со стула выкинуло. Слышал еще на фронте, что бывает такое, время будто замедляется - "Кот" (в миру, Саня Мельников) мне рассказывал, как фриц на него "шмайсер" наставил с трех шагов, и пули из дула медленно вылетали и как мухи двигались, глазом видны, и можно было успеть извернуться, свинцовый рой обежав, и фрицу лопаткой по шее. Так у меня сейчас то же самое - все вокруг как в стоп-кадре, один я двигаюсь, этого урода и так бы достал, он ведь спиной ко мне был, и в паре шагов всего, но он пацана мог бы порезать (и не говорите, что нож столовый, тупой - вашего сына на этом месте представьте?), так что сначала я нож у него забрал (на клинок рукой давление, противнику же одним большим пальцем надо удержать), вот не люблю я этот прием, всегда себе пальцы порежешь, но с тупым столовым прибором нефиг делать - ну а после руку ему вздернул, кисть вывернув (айкидошное "санке", кто знает), второй рукой проконтролировать успел - нет у урода спрятанного оружия, безопасен. И тут лишь время назад вернулось, вокруг шум, суета.
   -Это Кук - с облегчением говорит Лазарева - Киев, сорок четвертый. Мне приговор тогда вынес.
   И вдруг взрывается, и с криком "ах ты, бандеровская сволочь", пытается совершенно по-бабьи выцапать Куку глаза. А он лишь головой мотает, поскольку даже шажок сделать не может, приподнявшись на носки, иначе боль в руке просто нестерпима.
   -Тревога! - командует Юрка, мгновенно врубившись в ситуацию - Репей, к капитану, объявляйте "ураган". Дед, Нукер, Тюлень - за Адмирала и семью, головой отвечаете, в каюту, и оттуда ни шагу! Аня - прекрати, эта тварь нам живой нужна. Люда (это он так Лючию называет, когда при всех), ты тоже, с Аней и детьми в каюту, и наших возьми. И девушки на тебе, обеспечь в помощь, за детьми смотреть. Мазур, Акула - с нами, сейчас этого колоть будем.
   Вспышка - кто-то нас фотографирует. Англичанин, собака - Гвоздь, Кот, пленку изъять! Десяток наших, под командой троих "песцов", семейство Лазаревых окружили, и все вместе из ресторана исчезли. А мы эту бандеровскую погань взяли под руки и повели - не слишком далеко, кто знает, сколько их еще по кораблю бегает? Нашлась каюта (первый класс) капитана Кудрявцева (из пономаренковской команды, отпускник). Кука деловито прикрутили к стулу, в одних подштанниках (допрашиваемому, уверенность снижает, ну и нам для удобства работы), в морду дали пару раз (тоже не для садизма, а чтобы морально сломать). Он уже оклемался, и даже пытался хорохориться - "легко бить связанного человека, герои". Так это еще даже не начало.
   -Четвертая степень - говорит Юрка - время пошло.
   В иной реальности у "кровавой сталинской гебни" даже в тридцать седьмом не было регламента воздействия на подследственных. Здесь же даже в бумагах расписано, когда следователю дозволена лишь первая степень (просто беседа - с теми, чья виновность еще под сомнением, могут и невиноватыми оказаться), и боже упаси превысить. Вторая, это прессинг исключительно словесный (но эффективный - как в фильме, Глеб Жеглов с карманником Кирпичем). Третья - физическое воздействие без видимых следов и не причиняющее необратимого вреда здоровью (например, здоровые зубы без наркоза сверлить) - если есть желание объект перевербовать, как ему после сообщникам на воле объяснять увечья? Четвертая, это лишь бы допрашиваемый не сдох. Ну а пятая - чтоб не сдох нерасколотым. "Эликсир правды" уже есть, еще в войну и наши, и немцы, и союзники пользовались скополамином - но, используя эту гадость, заранее не известно, клиент язык развяжет, или помрет от непереносимости. У нас же о пентотале натрия слышали все - по крайней мере, читатели шпионских романов. А Слава Князев, наш корабельный врач, достаточно хорошо учил фармакологию и разнообразные химии, чтобы набросать примерную формулу препарата и грубую схему его получения - не знаю, сколько трудов положили доверенные фармакологи Всеволода Николаевича, но к концу 1943 года пентотал в СССР появился. Но и это не панацея - нет полной гарантии, что пациент, вместо того, чтоб говорить "правду, только правду и ничего кроме", не начнет словесный понос "что угодно следователю", или просто отрубится. Также - надо ждать, когда лекарство подействует. Ну и дорогой - выдают только на особо важные операции и едва ли не по ампуле, под роспись. У нас есть - но если все же не так подействует, придется долго ждать, пока клиент вернется к годной кондиции. Так что дедовские методы, они надежнее, хехе! К тому же с такой сволочью (одно лишь перечисление с кратким описанием его грехов, и не всех, а лишь нам известных, на десяток страниц тянет) и палачом быть не грех.
   -Слушай сюда. Сначала мы тебе руку будем ломать. Левую - тебе же еще признание подписывать. Начнем вот так - ну ты не ори, подумаешь, пальчик один сломали! Сколько ты других приказывал - жечь, на куски резать, или распиливать заживо, как семью одну, на волынском хуторе, в сорок шестом - а самому не доводилось объектом, ну вот сейчас узнаешь, как это. Еще пальчик - ну что орешь, больно, но это ж не на пилораму привязать вдоль, со стороны ног, и отца семейства последним? А когда у тебя пальцы закончатся, сломаем каждую косточку на твоей руке, до плеча. И это лишь начало. Я в Китае такого насмотрелся - у китайцев, чтоб ты знал, тюрьмы и каторги почти что нет, там предпочитают наказывать телесно, и за тысячу лет таких высот достигли, чертям в аду впору у них учиться искусству пыток. Относительно мягким считается, когда с тебя кожу заживо дерут, лоскутами - у тебя это впереди, когда твоя левая рука закончится, я тебе обещаю.
   -Все равно расстреляете - сипит Кук - пшеклятые москали.
   Это с чего у тебя польский акцент прорезался - ах да, без пары зубов говорить... И я ведь не блефую, а в самом деле готов сделать с этой мразотой как обещал:
   -А еще в Китае мне показывали "тысячу надрезов" - и пытка, и казнь. Когда от тебя сначала отрежут маленький кусочек, а затем прижгут раскаленным железом, чтобы ты не сдох от потери крови - тут я электроутюг видел, сойдет. И еще раз так, и еще. У великого мастера получалось три тысячи раз, пока клиент живой и в полном сознании. Такому с малых лет учат, профессия палача в Китае наследственная, мне до того далеко - но уж сотню раз тебе обеспечу. Ты еще нас умолять будешь, чтобы тебя добили, тебе пуля милосердием покажется, вот только ты его от нас не дождешься. Дальше будешь играть в молчанку - сдохнешь так, что чертей стошнит. А будешь умным - мы тебя в Севастополе сдаем, какое-то время до суда посидишь с удобствами, да и судьи будут беспристрастны, ведь не их детей ты хотел зарезать? Есть у тебя даже крохотный, но шанс, если сотрудничество тебе зачтут, вместо вышки получить двадцать пять лет на солнечной Колыме - но это если ты до Севастополя доживешь. Ну, что выбираешь?
   Время поджимает. Слабо верится, что Василь Кук. "генерал" УПА, и здесь один, без банды. Да еще и с нашим "отдыхом" совпало - на кого нацеливались, сволочи, на нашего отца-Адмирала, или на Аню, исполнить еще тот поганый приговор? И когда узнают, что их главаря повязали - у банды не останется иного выхода, кроме как действовать немедленно. Какой бы малый шанс на успех ни был - потому что дальше не будет и его.
   Вот отчего объявлен "ураган", план заранее обговорен с капитаном и экипажем судна - все наши подняты по тревоге, и "песцы", и "коты", да и пономаренковские отпускники чего-то стоят, вооружены, и против бандеровских селюков могут сражаться как минимум, на равных. То есть у нас уже наготове рота качественно обученных абордажников, морской спецназ, и у них на подхвате почти двести человек в "команде поддержки" (за вычетом членов семей). И с командирами эсминцев обговорено, при нужде могут высадить к нам на борт матросов, по взводу с автоматами, к бою на корабле подготовлены куда лучше лесовиков. Уже взяты под охрану мостик, радиорубка, машинное и котельное отделения, электростанция - что еще могут придумать бандеровцы, ну не может у них быть достаточного количества квалифицированных моряков, не разберутся они в сложном корабельном хозяйстве. Вот только здесь еще полтысячи гражданских, и крови прольется, начнись тут полноценная война! А мы не знаем, какие на доске фигуры у врага, его план, силы и средства. Так что "генерал" Василь Кук, коли ты нам все добровольно не расскажешь, мы тебя на кусочки разрежем, и нас за это ни один трибунал не упрекнет.
   Хорошо, что осталось всего несколько часов до Севастополя. А радиограмма уже должна уйти, и нас там ждут. Жаль испорченного отпуска советских граждан, кто билеты на этот круиз честно купили - а будет ведь тотальный шмон с проверкой, кто тут у нас засланные казачки - и уж точно, дальше "Нахимов" не пойдет, пока расследование не завершится. Но это все же лучше, чем кровавая баня, или не дай бог, "беслан". А вдруг и в самом деле американцы в игре, "морские котики" у них уже есть? Хотя это больше боевики, а не разведка, не обученные, чтобы за наших сойти, и не может их быть на борту в товарном количестве. А вот агент-контролер от них очень вероятен - будем еще разбираться с "британским журналистом", кто он такой и что на "Нахимове" делает.
   -Здесь двадцать два человека - говорит Кук - старший, "Крыж", из СБ. Двое его помощников. И девятнадцать, "житомирский детдом". На самом деле, они все из "школы отважных юношей".
   Прав Юрка оказался! Зверьки - не путать с обычными сельскими пацанами, на Западенщине также часто исполнявшими всякие поручения бандер, вроде связных или шпионов. "Отважные юноши" (а была и школа "отважных девушек") набирались в большинстве из семей "пострадавших от москальской власти" (попросту, если отца-бандита убили наши), и сдавали "экзамены", пытая и убивая наших пленных и "изменников", они считались "кадровым резервом", будущими атаманами, и находились под опекой и в подчинении даже не УПА, а непосредственно СБ. Брали туда обычно в двенадцать - четырнадцать лет, но бывало, что и в более раннем возрасте. "Школы" обычно находились не в деревнях, а в лесу, так же как самые важные бандеровские объекты, как склады, госпитали, радиостанции - это делалось еще и для того, чтобы звереныши порвали связь с родней, воспитанные в духе слепого подчинения, если старший прикажет умереть, умри, самураи недоделанные! Вот только собственно боевого опыта у них мало, а уж на корабле точно, нет совсем.
   -Чем они вооружены?
   -Сейчас пока ничем - щерится Кук - оружие в трюме номер три, у задней стенки, два ящика, помеченные белой краской. "Шмайсеры", по три запасных магазина, патроны россыпью. И без меня им в трюм не попасть. У "Крыжа" и двоих "воспитателей" пистолеты - больше с собой у них ничего нет. Я ведь предупреждал "Крыжа" что ничего не получится, но этот кретин стал мне угрожать. Вот уж кто виновен намного больше меня - верите, что я не так много, чтобы своими руками, я больше лишь приказывал. Ну а ему нравится самому убивать. И еще он говорил, что получил приказ от американцев, и что нам за это обещаны большие деньги. Это вы сочтете за "сотрудничество"?
   Мазур, по приказу Юрки, быстро исчезает из каюты. Сейчас с бандеровским оружием разберутся - если Кук не соврал. Например, если там не автоматы, а взрывчатка - станем ящик двигать, а он рванет. Так не могут у бандеровцев саперы быть лучшее наших - а правило, "к незнакомому предмету подходи так, будто это ловушка", и "песцы", и "коты" помнят хорошо. Ну а если там и впрямь оружие - то не может быть какой-то хитрой закладки, свои ведь тогда подорвутся, если что-то не так.
   -Я уже устал воевать - говорит Кук - лишь бегать и прятаться, за последние пять лет я фактически был вне борьбы, не нанес вашей стране никакого ущерба. Я уже старый человек и хочу лишь дожить, сколько мне осталось. Готов сотрудничать - в обмен на гарантии, что оставите мне жизнь.
   Пой, пташечка - это как суд решит. Тебе сейчас всего лишь сорок - хотя выглядишь ты, много за полтинник: нервная была жизнь в постоянном страхе, ходить под расстрельной статьей. И про пять лет ты загнул - в ориентировке еще в пятидесятом было за тобой всякое. Но повесить тебя после всегда успеем - а сейчас, пой, а мы будем слушать. Удобная формулировка - что суд решит, ну а конкретно мы никаких обязательств не несем.
   -Мальчики! - в дверях стоит Лазарева, из-за ее спины выглядывает Тюлень - ну что, допросили эту мразь?
   Что за бардак? Анна Петровна, вам сейчас по судну ходить опасно - до конца неясно, сколько тут бандер на свободе. Пока не завершилось, из каюты лучше не выходите. Тюлень, а тебе я еще внушение сделаю, с занесением куда надо - тебе что было приказано? Ты понимаешь, что если с Анной Петровной что-то случится, ты под трибунал пойдешь?
   -Так и Михаил Петрович сейчас на мостике, с капитаном. Говорят с Севастополем, на эсминцах тоже в курсе, спрашивают, помощь нужна?
   -Курва московская! - шипит Кук - жалко, что я тебя в Киеве тогда не...
   И грязно бранится. Аня смотрит на него с брезгливостью, как на жабу, а затем обращается ко мне:
   -Валечка! Я понимаю что он нам пока что живым нужен. Но прошу тебя, дай ему в морду. Чтоб он не смел женщине такое говорить!
   Ну как я даме могу отказать? Даже два раза, не жалко. Вот вся цена твоего "раскаяния" - такого же, как в иной истории, ты так же каялся, а после девяносто первого оказалось, что на самом деле, не жалел ни о чем. И помер ты на самостийной Украине где-то в двухтысячные, ученым-историком Украинской Академии наук, даже памятника удостоен - здесь же очень сомневаюсь я, что тебе даже "четвертной" дадут, ну если только "на опыты". Но ты надейся - тебе еще показания давать, кто там из-за рубежа такой резвый, что такую сволочь поощряет.
   За иллюминатором воет сирена. И мечется луч прожектора, быстро смещается куда-то за корму. Но по трансляции ничего тревожного нет - значит, непосредственно нас это не касается. Акула, карауль пока этого, я тебе в помощь еще кого-нибудь пришлю - а мы с Юркой и Анной Петровной на мостик, узнать новости и перейти к следующему этапу.
   Кук не соврал - оружие в трюме нашлось, два десятка уже не новых МР-40, а также пистолеты "парабеллум" и девятимиллиметровые патроны. Все это в темпе перетащили наверх, в помещение рядом с мостиком, заперли, приставили часового. Затем извлекали "детдомовцев" из кают - "песцы" блокировали коридор, вскрывали двери, если сами не откроют, и выходи все, по одному - тут же обыскивали, и тащили наверх, где уже наскоро оборудовали КПЗ и допросные, капитан Николай Антонович Соболев обеспечил нам все, что мы просили, экипаж судна оказывал все возможное содействие. И удачно, что среди командированных от Пономаренко были сотрудники Конторы по следственной части, так что пленных допрашивали как на конвейере, по стандартному вопроснику, тут же сравнивая ответы. Кто еще был в вашей команде - имена, приметы, во что одет, за что отвечал, в каких каютах находились? Кто был главным, какие приказы от него получали? Какой был порядок взаимодействия, связи? Что собирались делать дальше - если не знали точно, то что думали сами, что говорили другие? Большинство "детдомовцев" поначалу размазывали сопли, скулили, что ничего не знают - но были и такие, кто стали изображать идейных. А последние сомнения в том, что Кук оговорил деток, исчезли, когда мы всю свору зверьков запихнули в три помещения (ну не двадцать отдельных кают выделять?), вот только там уже было спрятано по микрофону, и о чем они там будут сговариваться, мы слушали и писали. Выросли бы через пяток лет бешеные твари, для людей очень опасные - а теперь, мы вас всех на голову окоротим.
   Из "воспитателей" попался только один. Когда в его каюту стали ломиться, он не придумал ничего лучше, как через иллюминатор прыгнуть за борт - на что рассчитывал, кретин, непонятно, до берега еще сорок миль. Это его заметили с "Внушительного" и выловили, даже шлюпок не спуская, а сетью (есть такое приспособление, для спасения большого числа людей, на "выстрелах", откидных шестах перпендикулярно борту, спускается в воду частая сеть как сачок), так что пловца подцепили, и еще багром за одежду, чтоб обратно не нырнул. Сравнив показания пойманных и реестр пассажиров, установили, что на судне затерялись лишь двое, сам атаман и один из его подручных, "детдомовцев" взяли всех. Уже веселее!
   Объявление по судовой трансляции - разыскиваем опасных вооруженных преступников, двое мужчин, один 35-40 лет, 170-175 см ростом, плотного телосложения; второй 25-30 лет, 160-165 см ростом, худощавого телосложения, вооружены пистолетами. Всем пассажирам (конечно, за исключением "наших"), из своих кают не выходить. И обход, с проверкой документов, и сличение фамилий в списке пассажирского помощника, на соответствие занимаемым каютам (мы ведь не знаем, какие еще документы, на какое имя, могут быть у пана Крыжа и его сообщника). Конечно, при желании на корабле не то что человека, но и наверное, живую корову спрятать можно, но это лишь члены экипажа знают (особенно, из числа трюмных машинистов - в самом корабельном чреве, в отсеках двойного дна, в балластных цистернах, есть такие места), а пан Крыж на "Нахимове" чужой, и вообще не моряк. А сообщники из числа экипажа маловероятны - взяли мы уже и троих, кто Куку помогали груз в трюм протащить - клянутся, что про бандитов ничего не знали, считали обычной коммерцией с контрабандой, "ну а расстрельную политику на себя вешать, да вы что, мы советские патриоты". И заперты все проходы с пассажирских палуб вниз, до Севастополя обойдется. Идет проверка пассажиров.
   Ммать! Обнаружился один из сбежавших. Вломился в одну из кают, и семью в заложники взял - какой-то инженер из Харькова, с женой и дочкой. Грозится, что всех поубивает. И один он там, или оба - голос слышали только одного, так второй может, молчит? Деться ему (или им) из каюты некуда, ну если только в иллюминатор и вплавь, но и нам не войти. Отчего я решил лично участвовать - а вот захотелось проверить, что форму не потерял! И чтоб судьбу за хвост подергать, как лермонтовскому Фаталисту. И - а гори все пропадом, вот захотелось, и все! Убьют - так кто здесь обо мне пожалеет?
   -Не пляши - покачал головой Юрка - Валь, что-то не нравишься ты мне сегодня.
   Я лишь отмахиваюсь, к чертям! И нет у меня ощущения, что умру - вот не смейтесь, верю я что такое есть, может человек чувствовать свою смерть заранее - как Серега Куницын, чей позывной я себе взял, необычно печален был тогда, в уже взятом Берлине, за несколько дней всего до Победы. В броник облачаюсь, не штурмовой, "номер пять", который даже "бронегрызы" непосредственно перед атакой надевают, слишком тяжел, и даже не в пехотную "четверку", а в десантный, "номер три", он движений почти не стесняет - и против короткоствола достаточно, а МГ-42 у врага сейчас точно нет. Автомат не беру, лишь по девятимиллиметровому парабеллуму в каждую руку - при бое в помещении, да еще где гражданские есть, работа нужна точная. Чем нравится мне фрицевский пистоль образца 1908 года, что хват очень удобен, большой наклон рукоятки, как продолжение руки, и отдача ствол почти не уводит - когда стреляешь "от бедра", в движении, в падении, в перекате, архиценнейшее качество. И автоматический предохранитель, в связке с очень легким спуском - иначе опасность себе ногу прострелить. Ганфайт - не то, что в ковбойских фильмах, а у нас, гибрид стрельбы с рукопашкой - когда ты, работая вблизи с одним противником, в теме отстреливаешь тех, кто на заднем плане. Или "танцуешь" среди врагов, стреляя во все стороны, а они не могут, из опаски своих положить. Или "дуэль" - выхватывая пистолет, стрелять в приседе, в кувырке, с переворотом, это у Юрки "Брюса" виртуозно выходило, в упражнении с красящими шариками, его никто из курсантов опередить не мог. И самое сложное - то же самое, но когда противник уже на тебя ствол направил, и твой единственный шанс, это пол- или даже треть секунды, сколько ему надо, чтобы выбрать свободный ход курка (вот отчего в ганфайте, очень легкий спуск, это не роскошь а необходимость). Но у Юрки весь прием занимал меньше времени, чем произнести "двадцать один" (как парашютисты и саперы одну секунду отсчитывают). Я от него совсем немного отставал - а вот у бандеровцев такой тренировки быть не может.
   Тварь из-за двери орет - требует американского консула. Ага, счас побежали - найдем тебе консула в море. И чем он тебе поможет - неприкосновенным объявит и с собой уведет? Если только там не просто бандеровец, а кадровый американский шпион, и он надеется своему посольскому какую-то информацию передать, в условном виде, кодовым словом или чем-то еще? Вот только, отчего бы не пообещать?
   -Эй, там! Ладно, будет тебе консул, как в порт придем. Но хотя бы дочку из заложников выпустишь сейчас. Иначе - никакого разговора. И сдохнешь, очень погано.
   Мазур прилаживает заряды на дверь. Штатный инвентарь абордажной команды для вскрытия люков - на магнитах прилепляется, чеку выдернуть, и всего на три-четыре шага отойти, несильно совсем рванет, но любые запоры и петли выносит с гарантией. А после внутрь влетит светошумовая граната - послабее тех что в 2012 году были, но нехорошим людям мало не покажется, заложникам тоже, но лучше временная слепота и глухота, чем бандитскую пулю словить. Хотя если рванет в метре-двух, то рискуешь слух потерять совсем - а если еще и смотреть в ту сторону, то и зрение тоже. Сейчас начнем.
   И тут - из каюты истошный крик, словно там кого-то убивают. Затем дверь приоткрывается, показывается девчонка лет шестнадцати, я хватаю ее за руку и с силой выдергиваю наружу. Черт, гранату достать уже не успеваю, у меня парабеллум в другой руке!
   -Работаем!
   Влетаю в каюту, приседая - навскидку стреляют на высоте груди стоящего человека, так у меня над головой пролетит. Навстречу мужик, в штатском, вооружен - бандит. Стреляю ему в грудь. И получаю страшный удар в броник - причем в спину! Лечу на пол, ощутимо прикладываюсь локтями. Адреналин бешеный, боли почти не чувствую. И даже не оглядываюсь - знаю, что сзади свои, уж на Мазура и Кота я как на себя могу положиться, так что если кто и влепил в меня "дружеским огнем", повторения не будет, с виновными после разберусь. Реальная угроза, это враг впереди - ранен, но опершись на стенку, пытается поднять пистолет. Будь он ближе, я успел бы сделать ему вход в ноги, и опрокинуть, но дистанция еще метра два, так что я стреляю в него еще раз, и еще. Ствол роняет, оседает мешком на пол - если и не убит, то гарантированно небоеспособен!
   Вот теперь можно и за спину взглянуть. Позади свой - Кот. Работаем дальше! Крик впереди - но уже не такой, как если бы убивали, больше похож, что над гробом голосят. Женщина, лет средних, не ранена, но орет истошно. Мужчина в годах, на полу лежит, голова в кровь разбита. И тело девочки-подростка с удавкой на шее. Больше никого в каюте, довольно большой, нет. Мля, значит та, что у двери была...
   -Она тебе в спину шмальнула - говорит Кот - я ей руку подбил, но поздно. Браунинг вышиб, саму сучку ребятам толкнул - но полсекунды потерял, за тобой.
   И протягивает мне крохотный никелированный пистолетик. Браунинг ноль шестого года, калибр 6.35, выпущено их было за миллион, по всему миру хождение имеют - не только у барышень для самообороны, но и у профи, удобно в рукав цеплять, или под штанину, или еще куда, Аня Лазарева такой же под юбкой носит. При стрельбе накоротке, вполне убойно - вот только броник пробить не может, так что мне повезло. Адреналин улетучивается, и спина болит, но вроде в меру, так что ничего серьезного. Юрке Смоленцеву в поезде Гитлера так же в грудь попало, этим же калибром, и в запасной магазин к автомату, так синяк лишь остался. Переживу - а тот, кто на полу валяется, уже нет.
   -Валечка!
   Маша прибежала, с санитарной сумкой на плече. Нет, на шею мне бросаться не надо - а раз ты медработник, быстро на ту девочку глянь, искусственное дыхание, может не поздно еще? Если даже с виселицы обрывались, и живые. Умница, все поняла, в обморок не упала при виде трупа бандита, над дочкой нагнулась. Кот, помоги товарищу медсестре, если она попросит поднять, перенести, ассистировать! А я над бандеровцем наклонился - позже оказалось, что это и был их атаман "Крыж" - жилу на шее пощупал, готов, жмур! Сука, что сдох - мне ж еще выговор будет, что живым не взяли, он про заокеанских приятелей своих должен был рассказать, кто весь цирк заказал - если Кук не врет. Был бы ты хоть тяжелым "трехсотым", но живым, пусть даже после сдох - ко мне тогда бы никаких претензий. А сейчас, мне предъявят, "отчего не по конечностям стрелял?".
   Да, все ж не "Альфа" мы! Не отрабатывали освобождение заложников. Штурм, это все ж другое. Диспозиция была - я (номер первый) у двери (открывающейся наружу, в коридор). Мазур (номер два) с другой стороны, где петли. Кот (номер три) у меня за спиной, так же прижимается к стене. За ним номера четыре и пять - а прочие непосредственно не участвуют, коридор держат, и двери соседних кают. Стандартные действия - дверь подорвать, гранату внутрь, а как полыхнет, врываться, зачищать боеспособных и тех, кто нам не нужен, оставив одного-двух для допроса. Эта сучка нам весь порядок сбила - а дальше, я увидел шанс и рванул вперед. И если по-военному, то победа, на фронте бы и на медаль потянуло - враг уничтожен, у нас потерь нет. А по меркам "Альфы", провал - одного заложника потеряли, и сам чуть не погиб. Хорошо, что сучка про броник не подумала, у нее был наготове пистолетик в рукаве - полсекунды, чтобы выхватить и в спину мне пальнуть, а если бы целилась в затылок?
   Выхожу, злой как черт. Малолетнюю сучку наверх тащите, в импровизированную допросную - сейчас разбираться будем, кто такая, и почему неучтенная? Если ни Кук, ни прочие зверьки, про тебя не знали - а того, что из воды выловили, нам с эсминца не передали еще. С женщины, супруги харьковского инженера, первые показания снять успели - малолетка мало того, что с главарем вместе была, это она в дверь стучалась, жалобным голосом, откройте, помогите, когда по трансляции уже объявили, всем по каютам, запереться и никого посторонних не пускать - так еще, это она, а не Крыж, дочку инженера удавила, ну а атаман ее отца по голове пистолетом ударил, и сучку к двери толкнул. А сам бы снова заперся, и резину тянул, и до Севастополя меньше трех часов осталось - так что у малолетней дряни какой-то шанс был, назовись она именем той, кого задушила, успели бы мы быстро проверить?
   Смотрит нагло. Не говоря ни слова, влепляю ей пощечину - ладонь сложив по-особому, чтобы вышло, как кулаком. Но не в полную силу, чтоб больно было, и унизительно, но все ж не нокаут. И для симметрии, с левой руки тоже. Ты за что девчонку убила, тварь, она тебе что плохого сделала? Нна, еще получи, сука! Согнулась от боли, хрипит. А после, взглянув на нас с ненавистью, выкрикивает - слава героям!
   -Твоих героев щиросвидомых, последних сейчас как крыс по схронам травят. И ты сейчас сдохнешь, если не станешь сотрудничать. Так кто ты такая, откуда взялась, отвечай!
   -Слава героям!
   И так дальше - как заведенный автомат, ответом на любой вопрос. Обкуренная, или псих? Нет, умная и опытная - иначе, с чего стрелять начала, понимая, что даже если бы меня положила, самой никак не уйти? А сообразила, что если мы сейчас в каюту ворвемся и заложников найдем, то тебе конец, а так, хоть отомстить! Личность твою установили - по списку пассажиров (кого на месте нет), затем приметы всех отсутствующих, и опознание соседями по каюте. Ира Стырта из Киева, семнадцати лет - хотя документы скорее всего, липовые. По закону 1947 года, несовершеннолетние к высшей мере не приговариваются - но это в мирное время, и где-нибудь в Москве, или в безмятежной глубинке - и то, предусмотрено, что "в исключительных случаях, особым решением Верховного Суда СССР", можно. А в местности, объявленной "на военном или чрезвычайном положении", бандитов, взятых с оружием в руках, исполняют без всяких оговорок, кто бы ни был. Можно ли наш пароход сейчас на таком положении считать? А если и нельзя - то после проведем.
   Сучку - раздеть, привязать к койке. Что скалишься - думаешь, насиловать тебя будут? Так это для тебя не наказание вовсе - знаю, что "отважных девушек" этому в процессе обучения подвергали, толпой "отважных юношей" или просто СБшников, готовя к будущей работе, "если ради Украины, то не б..ь". А ты, тварь, мне даже и для этого не нужна. Вчера еще, при подготовке к рейсу, в ресторан заглянув, я от повара слышал, что крысы в провизионках донимают. И Юрка посоветовал, организовать "крысиного волка" - крысюков наловить, в бочку, и нехай друг друга кушают, которая последней выживет, будет уже крысиный маньяк-убийца. Мазур, сбегай на камбуз и спроси - если хоть один крыс попался, тащи в банке сюда.
   -Слава героям!
   У тебя что, пластинка сбита? Ничего, сейчас ты по-другому запоешь. Вот и Мазур вернулся - что стеклянная банка, это наглядно, но как мы ее греть будем, жестянку можно было утюгом. Ну, что есть - видишь, девочка, какой крысюк? Сейчас мы тебе это на животик привяжем, вверх дном, и фанеру, горло прикрывающую, вынем. Что дальше будет, тебе сказать? В Китае это называлось "крысиная клетка", и считалось казнью премерзейшей. У этих тварей зубки такие, что прогрызают доски и цемент. А мы даже выйдем отсюда, чтоб не смотреть. И моя совесть чиста - я тебя и пальцем не трону, а за грызуна не отвечаю. Что от тебя останется, за борт выбросят, крабы доедят. И мне за это ничего не будет, кроме благодарности. Мазур, помогай, чтоб крыс не сбежал, лови его по каюте потом!
   -Слава героям! Слава героям!
   Бодрись, не поможет. В дверь стук - кого там еще черт несет? Там Гвоздь в предбаннике, не пустил бы посторонних.
   Входит Аня Лазарева. За ней Лючия, в дверях пара "песцов" из молодых. Анна Петровна, вы не подумайте чего, у нас тут походно-полевой допрос в процессе, с китайской спецификой, вон крыс в банке мечется и пищит, проголодался наверное. Поскольку установлено, что на борту бандер больше оказалось, чем по списку - эта вот неучтенная, и судя по всему, уровнем повыше, чем простые зверьки. А кто такая, и сколько их еще тут, сейчас узнаем. Но вам при этом лучше не присутствовать - уж больно картина неэстетичная сейчас будет, кровь в стороны, и наверняка обделается, от болевого шока. Мазур, ну что, готов крысюка выпускать? А то задохнется еще в банке, зачем мучить грызуна.
   -Слава героям! Слаааваа героооям!
   Аня лишь поморщилась, на сучку смотрит, как на мышь подопытную. С презрением, и каким-то научным интересом. Совсем не похожа на ту Анечку что раньше я видеть привык - от той, солнечной и веселой, "доброй королевы Анны", сейчас лишь запах духов и шелест платья остались - а лицо и взгляд как у капо из женского концлагеря. Впрочем, если бы моего сына кто-то хотел бы зарезать - а у женщин инстинкт выражен еще сильней!
   -Слааава гееерооям!!
   -Героям сала - вдруг отвечает Аня, зло усмехнувшись.
   -Слаава!
   -Сала!
   -Слаава! Ненавижу, москальская тварь!
   -Сала. Подавишься.
   -Убьююю!
   -Зубы сломаешь. Пробовали уже. Сам Кук - с ним у меня давние счеты.
   -Стерва!
   -Меня так звали. Знаешь меня? Откуда?
   -Ненавижу!
   -А я и не хочу - чтоб ты меня любила.
   -Что вам от меня надо?
   -Ты за что девочку убить хотела? Сама, без всякого приказа.
   -За то, что у нее все есть! То, за что мы сражаемся - у нее уже. За то, что нетронутая - когда меня в схроне шестеро валяли, "чтоб готова была, к любому, ради нашей борьбы". А мне после доктор гонорею лечил. Я лишь последний год, в Львове, узнала, что такое настоящая жизнь - и то на время лишь, а после снова, в топку. А у нее это впереди должно было быть - выучилась бы на доктора, или еще на кого. Ненавижу! Она что, живая?
   -Откачали. Ты даже с удавкой работать не научилась.
   -Меня батя берег и жалел. На дело отпускал, лишь когда совсем безопасно, и туда, где гарнизона нет. Мало у меня убитых зрадныков.
   -И сколько же?
   -Восемь, нет, девять всего. Но мы сначала не душили а лишь с парнями ездили, пока они душили, мы вещи зрадныков перебирали, что поценнее, собой взять. И малых мне не доверяли - чтоб с одного удара о печку или об угол убить, как подобает.
   -А сколько тебе лет, по-настоящему?
   -Двадцать один. С тридцать второго года я.
   -Олесь Чума, он же "Крыж", тебе и в самом деле отец? Или ты приблудная?
   -Батя, не сомневайтесь! Бил меня страшно, если в чем провинюсь, но никому другому не дозволял. Говорил всем, это моя доча, и я один на нее право имею.
   -А мамка где?
   -А нету ее. Она учительшей была, еще при поляках. Когда ваши пришли, то хотели ее секретарем в вашу управу взять. А она отказалась, сказав - советского пера в руки не возьму. Ваше начальство тогда сказало - хорошо, отпустим домой, если подпишешь, что бандеровцев будешь выдавать. Она подписала, просто чтобы отпустили. А батя узнал, хлопцев привел и сказал - она зраднычка, делайте с ней что положено, а у меня рука не поднимется, все ж женой мне она была столько лет. И мне сказал - ты станешь зраднычкой, с тобой сделают то же самое.
   -Тоже удавят?
   -Нет, ей, после того, как все натешились, живот вспороли. Она кричала страшно, еще когда ее в яму волокли, и землей забрасывали. Батя после на том месте крест поставил, красивый, сам вырезал. И священника привел, чтобы службу прочел и водой покропил.
   -Ты одна у них была?
   -Нет. Первенец, тоже Олесь, в честь батюшки названный, еще до войны от болезни помер, денег на доктора не нашлось. Нину немцы увели, так и сгинула, может сейчас в германщине счастливая живет. Сонюшка от голода умерла зимой сорок седьмого, когда москали все деревни обложили, и в лесу совсем нечего было есть. Василь зрадныком оказался, когда в пятидесятом прощение объявили тем, кто из леса выйдет и повинится - он вышел, и после в село вернулся, а все знали, что из НКВД отпускают лишь тех, кто не только словами покается, но и выдаст кого-то - ночью к нему пришли, он спрятался, тогда стали его жену Маришку пытать, где Василь, и что сынка годовалого Петрика убьют. Василь вылез, его убили, а после Маришку с Петриком все равно бросили в колодец. Я последняя, выходит, осталась - и кончится на мне наш род.
   -Дура, ой дура - Аня качает головой - ладно! Расскажешь все, что знаешь, вот им. Тогда - будешь жить, может быть. Или же - что сегодня сорвалось, ты будешь виновата, на тебя решат, что ты зраднычка, уж я постараюсь. Ты все поняла?
   Я зато ни черта не понял! Что произошло? У меня такое ощущение было, что эта соплюшка там и сдохнет как партизанка в гестапо, с криком "хероям слава", и даже крыс не поможет, видел я в Китае, что и там попадались отдельные человеческие экземпляры, кто сдохнет прежде, чем сломается.
   Но раз уж так вышло - то куй железо, пока горячо. Мазур, крысюка отвяжи - назад тащить, еще не хватало, в иллюминатор выкинь. Итак, гражданка Стырта Ирина,1936 года рождения, место рождения деревня Стара Гута, на тот момент Волынского воеводства буржуазной Польши - в следственном деле будет записана как в имеющемся документе. Тьфу, ладно тогда с фамилией, если по отцу, то сам черт не разберет - гражданин Завидчук, он же Радослав Вальчак, он же "пан Гжегош", он же Олесь Чума, он же Натан Якубсон, он же "Крыж", какая подлинная? Но надо бы год рождения поправить, раз сама призналась, чтоб ни один судья малолеткой тебя не считал. Ладно, с бюрократией после разберемся - сейчас важно, оперативные показания снять. Например, кто сказал твоему покойному папаше, что американцы готовы долларами заплатить за то, что вы на пароходе учините? Где, когда, при каких обстоятельствах, кто еще при этом был?
   И нашла, кому и чему завидовать, сучка - Полина Лобанова, которую ты убить хотела, тринадцати лет, в Ленинграде родилась, в сороковом. И повезло ей в Блокаду выжить и уже весной сорок второго вместе с матерью, Лобановой Мариной Викторовной, по Дороге Жизни эвакуироваться, а старшая дочка Соня ту страшную зиму не пережила, а родной отец, старшина Плотников, на Волховском фронте погиб, и фамилия Лобанова по отчиму, на Урале в эвакуации мать второй раз замуж вышла за инженера с ХТЗ. Первый раз люди на отдых на море выбрались, и вот такое...
   Но если подумать, они куда счастливее таких как ты. У них страна есть, и Идея, и светлое будущее. Полине Лобановой в этой стране, СССР, жить в счастье. А ты, сучка, если останешься живой (что очень маловероятно) - то на свободу выйдешь через двадцать пять лет, беззубой старухой. Да и тогда, выше места дворничихи тебе не светит ничего.
  
   Анна Лазарева.
   Валя, волкодавом ты был, им и остался. Такие тоже нам нужны - но умные, больше.
   Поймите меня правильно - после того сна, что я видела, как в южном городе, во дворце на площади, люди заживо горели, а прыгавших из окон забивали насмерть - я бы каждой из тварей женского пола, кто бензин в бутылки разливали, привязала бы к животу по банке с голодными крысами, и поставила бы сверху по утюгу. Вот только нам сейчас не месть нужна была, а информация - а это совсем другое дело, и иных методов требует.
   Ты, Валя, в Китае был - а китайской мудрости не усвоил, что кто себя знает и противника знает, тот побеждает всегда, а кто лишь себя знает - то в половине случаев. Только не помню, кто это сказал - спрошу при случае у Аркаши Стругацкого, кто у нас по Китаю спец? Хорошо тебя научили убивать, стрелять, взрывать - но вот с людьми управляться, тут наука психология требуется, а не как в армии, отдал приказ, который должен быть исполнен, а если не исполнен, наказать! Психология - даже общаясь с такими тварями, как эта бандеровская мразь.
   На Верховце самых первых задушили Левчук Палажку и Личко Максима. Палажку попросили дать холодного молока из погреба, она пошла давать молока, а ребята сорвали с нее платок и давай ее душить, а она еще начала кричать, что платок порвешь, задушили и на телегу, тогда поехали за Максимом. Того скоро взяли, так как тот был старенький. Отвезли в Воротневский лес всех. Там люди, обреченные на смерть, выкопали две ямы 4 на 4 и вглубь 4. Других на Верховце прибрали: Ковальчука Тилимона жена долго не признавалась, где он и открывать не хотела, но ей пригрозили и должна была открыть, сказали ей: скажи где он и мы тебя не тронем, она призналась, что в овине в соломе, его вытянули, били, били, пока не убили (он работал в финотделе). А двое детей - Степан и Оля, крепко были хорошие дети 14 и 12 лет. Оля меньшая, то пораздирали на две части, а мать Юньку уже не надо было душить, у нее разрыв сердца получился.
   В Воротневе нашелся один герой. Когда пошли за ним, то он открыт стрельбу, но все закончилось тем, что пожгли дом и ему конец, а люди прямо словно так и надо, никто не оборонялся.
   В Новоселках была комсомолка Мотря, забрали ее на Верховку к старому Жабскому в погреб и давай доставать живой сердце. И старик Саливон в одной руке держал часы, а во второй сердце, сколько еще будет биться на руке сердце, и когда пришли русские, то сыны хотели поставить памятник, т.к. отец боролся за Украину.
   Один наш хлопец ходил к девушке-полячке. Дали ему приказ убрать ее и он говорит: думаю, куда же ее девать, аж идем возле колодца. Я,- говорит, - поднял ее и в колодец. Рано, - говорит, - мать прибегает, плача, спрашивает, не видел ли я, говорю что нет, говорю: идем искать. Идем рядом с тем колодцем, я и мать ее туда.
   Выдушили семью Северинов, а дочь была в другом селе замужем. Приехала в Романов, а родителей нет, она в плач, переплакала, да и давай одежду откапывать, а наши из леса пришли, одежду выбрали, а дочь в тот же сундук закрыли живьем и забросали землей яму. И осталось двое маленьких детей, а были бы детки с матерью, то и они были бы в том сундуке.
   Ходил у нас парень Виничук у девушке. Дали ей приказ, чтобы она его привела в лес Зоротневский, она его завела - нагнули две березы, привязали за ноги и пустили, и сделали из человека две части. Был также в нашем селе Кублюк. Его направили в Котв, Киверцовский р-н, на работу. Поработал неделю, и что же, - отрубили голову Кублюку и на кол насадили, а Кцублюкову дочь взял соседний парень, бандеры приказали убить Кублюкову дочь Соню и Василий сказал: едем по дрова в лес, и там убил.
   Это - из показаний той самой малолетки, что она повидать успела, в чем сама участвовала. Вот так эти твари воевали "за свободу Украины" - героям слава! (прим.авт - факты подлинные, взяты из "Исповедь бывшей бандеровки" - наберите а гугле.) И в отличие от советских партизан, насмерть сражавшихся с немецкими оккупантами и их пособниками - полицаями, "герои" УПА предпочитали воевать с безоружными: свыше девяносто процентов погибших от их рук, это вовсе не военнослужащие Советской Армии и войск НКВД, а мирное население. Которых убивали за то, что ты еврей, поляк, комсомолец, советский работник, или просто показался нелояльным. При том, что в украинской деревне многие связаны родством - так что нередко случалось, что убийцы и жертвы были родней - и это прямо поощрялось бандеровцами, покажи как ты любишь Украину, убей предателей, или убьем тебя. Про "отважных юношей" и "отважных девушек" уже было сказано - добавлю лишь, что в воспитание последних входило групповое изнасилование - "чтоб были готовы к любым методам допроса в НКВД". И среди этих тварюшек, воспитанных с напрочь изуродованной психикой, могли встречаться и фанатичные экземпляры. Считается, что при настоящей пытке заговорит любой - верно, но лишь при условии, что болевой порог окажется ниже смертельного.
   А дальше - мужчинам это понять сложно, они ведь не рожают? А мне приходилось трижды - и хотя говорят, что у меня все проходило относительно легко, я на себе испытала, как это. И (на правах лучшей подруги) наслушалась рассказов Лючии, как мучилась она, такая маленькая, и дважды родив двойню, "я боялась, что умру, и молилась Деве Марии". Есть такая практика снижения боли - сосредоточить взгляд на чем-то и мысленно уйти туда, в точку на потолке, оконный переплет. Или произносить какую-то фразу, как заклинание, также предельно собрав внимание на этом.
   А после я узнала, что такая психотехника описана у йогов. Или в методиках спецслужб. А у японцев это называется "дзен", полная отключка от реальности. Чему только не учат в Академии, на одном очень интересном факультете - но о том я расскажу позже. Пока же - услышав завывание этой малолетней сволочи, я узнала нечто похожее, и решила попробовать. Как разрушить "самогипноз" - в данном случае, зацепиться словами. Не посторонними "заклинанию" (надо же зацепиться) но ломающими его смысл, а лучше, с издевкой и унижением. Слава героям - героям сала!
   Получилось - вошла в контакт. А дальше - еще одна психологическая наработка. Если эта тварь из "отважных девочек", то у нее были наставницы, вбивавшие в ее мозги безоговорочное подчинение. Бывшие когда-то такими как она, прошедшие ее путь - но старше, опытнее, и сильнее, спорить и сопротивляться им бесполезно. А так как нравы в тех краях патриархальные, то женский типаж, который я сыграла - жесткий, совершенно не похожий на местных крестьянок, или совработниц с Востока - опознавался сучкой как "одна из наставниц". А возможно, и в самом деле бывшая Наставница, отчего нет? Если уж сам "генерал" Кук сейчас кается и упрашивает дозволить ему всего лишь дожить свой век не под топором?
   Люся, ты не восхищайся, а запоминай. Если вместе учимся в Академии. А Валя вот отстал, не набегался, не настрелялся. Как после Юрка Смоленцев ему (лишь при своих) выговаривал:
   -Валя, ты что? С тобой вообще, все в порядке? Геройствовать лично, это конечно, хорошо - но когда тебя Пономаренко спросит, чем конкретно ты занимался, ты ему что ответишь? Блин, ну если ты командир, отчего я должен за тебя твою работу делать - это ведь ты должен был еще заранее все тут обследовать, планы разработать на все мыслимые случаи, людей подробно проинструктировать, чтоб команду отдай, и каждый знает свой маневр, ну а когда началось, руку на пульсе всей ситуации держать? Думаешь, мне не хотелось расслабиться, с семьей, в кои веки на море? Или ты рядовым исполнителям настолько не доверяешь, что лично решил их подменять? Ты разницу понимаешь, между старлеем и полковником? Если тебе не нравится, можешь после меня хоть на дуэль вызвать, но только когда все завершим.
   Это правда - большую часть "оргработы" на корабле именно Юрка обеспечил, пока Валя за мной ходил, от бандеровцев охранял. И в ресторане выручил, за что я ему просто очень благодарна (как вспомню, нож у горла моего Илюшеньки, так Кука в клочья порвать хочу!) - но вот Смоленцев тебя сейчас сильно перерос, он своему полковничьему чину вполне соответствует, ну а ты там и остался полевым командиром, не выше капитана, с натяжкой майора.
   Последнего бандюка поймали уже при сходе пассажиров на берег. С вещами, после проверки, и на прогулочные "водные трамвайчики", по три сотни человек каждый берет, прямо до Графской пристани доставим, а там вас в гостиницы и прочие санатории развезут, временно, ну как же можно нашим советским людям отпуск портить? Вот только тех, кто проверку пройдут - список по каютам, проверка документов, беседа с подходящими под словесное описание, не так много нашлось таких, одиноких мужчин, среди пассажиров. Выскакивает из очереди подручный пана Крыжа, и бежит - ну куда ж ты денешься, даже ночью, тут военный порт, и чужие не ходят. Не убежал далеко - собачек спустили, овчарки его догнали, повалили, и слегка погрызть успели, пока подбежали агенты ужасной сталинской гебни, и оприходовали товар. Взяли и из экипажа "Нахимова" троих - те клялись, что ни сном ни духом не подозревали ничего, а лишь помогли хорошему человеку (Куку) груз в трюм без досмотра принять.
   Поскольку Валя формально был старшим от "инквизиции", то именно на него легла организация доставки арестованных в Москву. Смоленцев от этого демонстративно отстранился, сказав Кунцевичу издевательским тоном:
   -Валя, ну сделай хоть это ты сам. Чтоб перед Пономаренко отчитаться. А я хоть день, семье покажу Севастополь.
   Так вот и отдохнули на море.
  
   Из протокола допроса.
   -Итак, Кравчук Леонид Макарович, 1934 года рождения, в деревне Великий Житин, на тот момент Волынское воеводство буржуазной Польши. Отец, военнослужащий Войска Польского (кавалерия), мать из крестьян.
   -Пан следователь, прошу учесть что мой батя, после будучи мобилизованным в вашу армию, погиб в сорок третьем, освобождая Киев.
   -Если так, то ему было бы стыдно за такого сына. Что можете сказать о своем членстве в "отважных юношах" УПА?
   -Бес попутал, пан следователь! Казалось, что за ними сила, и власть. И опять же, подняться, из деревни выйти в люди.
   -И чего тебе не хватало, сволочь? Записки и продукты в лес таскать - ладно, этим у вас все малолетки занимались. Но вот чтобы в "отважные" попасть, надо было очень постараться, себя показать. Выслуживаться не за страх а за совесть, чтоб заметили. И за что же тебе такая честь?
   -Пан следователь, да не знаю я! Наш пан "станичный" меня выбрал, а отчего, не знаю. Приглянулся я ему чем-то!
   -Ты что, дивчина, чтоб от твоей морды серьезные люди млели? Или ваш станичный мужеложцем был? И тебя в этом качестве, заднепроходном, и мобилизовали? Так в протоколе и запишем. Вот будет тебе смех, когда в лагерь попадешь.
   -Пан следователь, клянусь, поначалу не было ничего такого! Я лишь высматривал, запоминал и передавал. Малым совсем был, меня ваши солдаты всюду пропускали, особенно если слезу размазать, мамка в деревне ждет.
   -Поначалу? А после - нельзя было в "отважных", кровью не повязанным. Запишем - правдивых показаний давать не желает, то есть оснований для смягчения приговора нет. То есть, даже если не высшая тебе будет, а четвертной, поедешь в штрафной лагерь за Магадан. Если повезет дожить до конца срока, выйдешь полной развалиной, все лучшие годы жизни долбя кайлом вечную мерзлоту. Даже жаль тебя, дурачок - сотрудничал бы, так место выйдет куда южнее, например Караганда, и срок поменьше.
   -Пан следователь, так не виноватый я! Когда рядом люди из леса, и все со зброей, а у тебя лишь удавка в руках. И говорят - вот этого исполни. Откажешься, самого убьют с тем вместе - а он тебе никакая не родня.
   -И скольких же ты убил? Только честно.
   -Пан следователь, ну не помню я, сколько! И выбора у меня не было, ни разу!
   -Врешь. Уж чем ваше СБ никогда не страдало, так это доверчивостью. И всерьез верить бы тебе стали только после того, как ты уже кого-то, и без принуждения... Или - свою же родню. Потому как "отважные", это не расходный материал в ОУН, а кузница кадров, будущие атаманы и эсбэшники.
   -Пан следователь, бес попутал! Подхватило, понесло... И уже не свернуть.
   -И донесло тебя до личной гвардии пана Крыжа, он же Олесь Чума. В стаю волчат, готовых не задумываясь растерзать любого, на кого атаман укажет.
   -Пан следователь, прошу записать, что в этом качестве мы убивали и своих же. Тех, с кем у нашего атамана был спор. То есть оказывали услугу Советской власти, истребляя ее врагов.
   -И вы совершенно не задумывались, с чего это ваш атаман потащил вас в Одессу, затем на пароход?
   -А как мы могли приказ не выполнить, пан следователь? За такое - убивали сразу. Атаман лишь сказал, скоро за границей будем, свободными и богатыми людьми - если сделаем все, как он скажет.
   -И какой у вас был приказ? Что вы должны были делать на пароходе?
   -Так атаман говорил - захватить капитана, рулевого, механиков, и приказать им плыть куда скажем. А всех прочих убивать, чем больше будет крови, тем лучше.
   -58я, подпункт "организация террора". Считается особо опасным противогосударственным преступлением. Ой, не повезло же тебе, хлопец! Чтоб за такое, и не высшую, это надо очень постараться. Причем положено - не расстрел, а повешение. Особенно не позавидую я тебе, если исполнитель попадется, с вашим братом счеты имеющий. Возьмет тогда вместо веревки, телефонный провод, да такой длины, чтобы ноги чуть земли касались, ох намучаешься! Так же, как вы сельских активистов вешали - око за око, зуб за зуб.
   -Пан следователь, а если я про "Исход" расскажу, это мне зачтется? Чтобы наши, особенно как раз из "отважных", к вам шли, в комсомол, а затем и в Партию вступали, делали карьеру - чтоб когда час придет, вспомнить про ридну самостийну. Только большинство атаманов против - те, про кого известно, что слишком замараны, кому пощады не будет. А также говорят, что кто в "исход" уйдет, про незалежну забудет. Потому отпускать туда не всех, а кому атаманы дозволят, и на кого материал есть, на поводке держать. И чтоб им дорогу расчищать, убивать тех, кто мешает. А после - как в Киеве, в сорок четвертом, тогда не удалось, так после удастся. Чтоб сначала Украина це доминион, а затем и вовсе самостийна, и от можа до можа.
   (прим.авт. - Л.Кравчук, первый Президент Украины в нашей истории, сам признавал факт своего членства в "отважных юношах". Утверждал, что лишь провизию в лес носил - но то, что в тексте сказано про "отважных", соответствует истине, так что выводы делайте сами).
  
   Валентин Кунцевич. Москва, через несколько дней.
   -Ну и чья это была идея? - спросил Пономаренко - подбросить два девятимиллиметровых патрона в каюту иностранного журналиста. Чтоб после найти при обыске, и сунуть англичанина в КПЗ. Дай угадаю - ваша, товарищ Кунцевич?
   Вот умеет человек делать разнос - я, Юрка, Аня Лазарева, Лючия, сидели за столом напротив, но лично у меня было ощущение, что навытяжку стою. Как китайский рекрут, "гельб эффе" (ты, желтая обезьяна!) перед обер-фельдфебелем Фридрихом Вольфом (наемный инструктор из "камрадов" ставший легендой и ужасом во всей китайской Народной армии). Впрочем, разговоры ходят, что именно Пантелеймона Кондратьича сам товарищ Сталин подумывает сделать своим преемником. Что ж, на мой взгляд, кандидатура достойная - ну а что строг бывает, так ведь справедлив, это куда лучше, чем добренький, при котором все вразнос пойдет, как при пятизвездочном Бровеносце?
   -Вообще-то моя - сказала Лазарева - товарищ Кунцевич собирался даже этим не заморачиваться, а по простому. Есть человек, есть камера - этого довольно.
   -А как же с законностью? - усмехнулся Пономаренко - ну вы прям как держиморды, "держи и не пущай". Их консул уже все телефоны оборвал в нашем МИДе. И что отвечать - в СССР могут любого сунуть за решетку, по одному слову офицера ГБ, без формального возбуждения уголовного дела и предъявления обвинений? Зачем тогда надо было патроны подбрасывать, Анна Петровна? На этого англичанина и в самом деле есть показания кого-то из подследственных, или вы его на пушку взяли?
   -К сожалению, атаман убит - ответил Юрка - но вот на что угодно спорить готов, он был в курсе! Ведь как все складывается - если эту акцию задумали в ЦРУ чисто как пропагандистскую, ну не дураки же там сидят, чтоб понять, что двадцати человек (причем не моряков) явно мало, то должны были позаботиться и об информационном обеспечении. Чтоб наготове был свидетель, который тут же даст материал - но тогда и кто-то из бандерья должен был быть предупрежден, этого не трогать! И наверняка это был главарь - но его живым взять не удалось. Однако журналист этого не знал!
   -Я с ним беседу провел - вставляю свое слово - так что мистер все осознал и проникся.
   -Тоже, привязывали ему банку с голодным грызуном? - спросил Пономаренко - или одного обещания китайских пыток хватило?
   -Вот клянусь, что этого мистера и пальцем не тронул - отвечаю я - лишь словами расписал, что бандеровцы делают с теми, кого сочтут "зрадныком". Если настаиваете, сэр, мы вас официально отпустим - но умываем руки, если завтра ваш изуродованный труп обнаружат где-то на одесской свалке. У нас и бандеровцы найдутся, самые настоящие, кто во всем сознается - а мы можем и тем, кто пока еще на воле, по своим каналам информацию слить, что вся эта акция провалилась из-за вас, тогда за вашу голову я и гроша не дам, и поверьте, уехать вы не успеете, до вас раньше доберутся. Или посидите пока в полной тишине и безопасности, а мы решим, что с вами делать - что выбираете? Джентльмен оказался благоразумным.
   -И англичанин поверил в эти сказки? - прищурился Пономаренко - Одесса все-таки не Станислав, бандерье там ну совершенно не всемогуще, это любой, владеющий информацией, скажет.
   -Вот только если у этого мистера было поручение в красках расписать происшествие, то ему не могли не рассказать про ужасных и всесильных бандеровцев! - отвечаю я - было сомнение в самом начале, что этот сэр не в курсах, а ему просто намекнули, быть там и в такое время, что-то должно произойти. Так взгляните, что при обыске изъято - как положено, со всеми формальностями, не отвертится уже, да и почерк его, можно доказать. Блокнот этого мистера - и что он уже успел написать, готовился значит, сенсацию, что Геббельс в гробу перевернется! Подробно расписать успел, как в ресторане на пароходе, Лазарев, известный русский "адмирал Победы", услышав от официанта слова на запрещенном в СССР украинском языке, приказал своей охране выбросить несчастного за борт, что и было исполнено. А дальше тезисно - русские морские офицеры устроили гнусную оргию с убийствами и насилием, над воспитанниками и воспитанницами киевского детдома. Изуродованные детские трупы летели за борт, приманивая акул со всего Черного моря - как когда-то делал нацистский адмирал Тиле. А все выжившие дети и воспитатели были тотчас же арестованы и брошены в тюрьму, чтобы замести следы. Ну и еще, про великую, древнюю и славную Украину, независимость которой растоптана проклятыми москалями. Вражина оголтелый - ну как такого выпускать? Нехай посидит - а после разберемся. Как вы и ответственные товарищи решите - так и будет. Как политически правильно, и с пользой для СССР - прикажете, отпустим, прикажете, будет как я обещал: труп на помойке, и все претензии к бандерью.
   -То есть вы, товарищ Кунцевич, политическую ответственность перекладываете на тех .кто повыше? - усмехнулся Пономаренко - а ваше дело, приказ исполнять? Хотя вообще-то вас назначали главноотвественным, на месте.
   -А я считаю, что Кунцевич поступил правильно - поддержала меня Лазарева - какой был еще путь? Вербовать этого мистера смысла не было - был бы это кто-то, к нам настроенный дружески, как Хемингуэй, тогда да. А этот, раз сам, без принуждения, поспешил написать такое... Как минимум, он заранее был проинструктирован, в каком ключе писать.
   -И он в данном случае просто попка, пешка - добавил Юрка - с главредактором господа из их Конторы побеседовали, он этого вызвал, и дал указания, желаю чтоб так. А то и вовсе, было бы имя, "корреспондент известной газеты, случайно оказавшийся в центре событий", ну а что там после от его имени в номер, дело десятое. Можно было попробовать его вербануть, шантажировать - но смысл? А так - у нас время есть, на свою контригру.
   -И у вас, конечно, уже есть план?
   -А как без этого, Пантелеймон Кондратьевич? - ответила Лазарева - что лучшее оружие против клеветы: правда! Открытый судебный процесс, с максимальным освещением в прессе - где прозвучит, как бандеровцы, по иностранному наущению, хотели захватить мирный пассажирский пароход, взяв заложниками гражданских. И Полина Лобанова, девочка тринадцати лет, расскажет, как ее душили. И Кук, сволочь, но целый "генерал" УПА, расскажет о злобных человеконенавистнических планах. И прочие подследственные. А в завершение, можно записки этого писаки предъявить, с заключением экспертизы, чей почерк - вот какое протухшее блюдо вам хотели скормить. Предварительный перечень мероприятий мы уже коллективно набросали - вот, посмотрите.
   Ай да Анна Петровна, когда ж успела? Когда мы в Севастополь пришли, у нашего Адмирала сразу дела образовались в штабе ЧФ, Юрка Смоленцев хотел своему семейству Севастополь показать - так Аня централизованно с местными товарищами договорилась об экскурсии для целой группы по всем местным достопримечательностям, как раз в этом году знаменитую панораму после реставрации открыли - автобусы подали, и машины для охраны. А я, пока они шедевр художника Рубо оценивали, бюрократией занимался, вплоть до того, за чей счет (с кого списывать) кормить пойманную бандеровскую сволочь по пути на Лубянку. Понятно, что для конкретики, местные товарищи есть - но надо же вникнуть, что подписываешь, во всех инструкциях и подзаконных актах разбираться. Хотя моя воля, я бы бандерье вообще в пути не кормил - авось не сдохнут. В жизни прежней, бесконечно далекой, была у меня знакомая девчонка "рерихнутая", она мало того что мяса не ела, так каждую неделю устраивала абсолютную голодовку, сорок два часа без единой крошки и даже без воды - "восемнадцать часов, из организма шлаки выходят, а следующие сутки, уже полезный эффект" - насколько это полезно, я без понятия, но ведь выдерживала эту пытку регулярно, ну значит эти тоже двое суток стерпят. И не надо меня в чрезмерной жестокости упрекать - слышали бы вы, о чем эти милые "отважные" мальчики меж собой в камере говорили, не зная о нашей прослушке. Мы, русские, для них - как для Гитлера, славянские унтерменши, "Украина це Европа, а Московия, это немытая Азия". Ну так не обижайтесь, суки, что дикие азиаты не дают вам жрать!
   -Валя, у тебя с головой все в норме? - спросил Юрка, когда я высказал это ему, полушутя - знаешь, анекдот, кооперативные реалии известных тебе времен, как Гиви телеграфирует другу Ашоту, "здесь все едят, вези любую гадость - шибко гнилое только не надо, не доедет". Уж если эти "онижедети" для чего-то живыми нужны - то довезти их надлежит в товарном состоянии. Заодно и нам оправдание, что кто-то без зубов - ты диксонские сухари помнишь?
   Ага - сразу вспоминаю Диксон, август сорок второго, пленных фрицев из экипажа "Шеера", которых сухарями кормили - и как Юрка этим сухарем гвоздь в доску забивал. Размачивать их надо в кипятке, или хотя бы в холодной водичке - но дойчам этого не объяснили, и сколько арийских зубов пострадало! Так и тут - отчего у этого подследственного перелом челюсти и шести зубов нет? - а это он в дороге сухарь пытался разгрызть, вы что, какое "прикладом в морду"? Хотя нет тут никаких "кривозащитников" - да и нам терять нечего, мы все равно "кровавое сталинское гебье, душители свободы"! Такие жестокие и кровожадные, что в той истории поверили в "перековку" таких как Кравчук (уж если сам Кук доживал свой век профессором истории!), предпочли забыть прошлое "отважных юношей и девушек", и нашу кровь на их руках, ради внешнего спокойствия и дружбы народов. И дождались твари своего времени, в девяносто первом. Теперь не дождутся - Сталин в курсе, и настроен бандеровщину до конца додавить, надеюсь что судьба нашему Вождю намеряет еще лет десять жизни.
   -Что ж, пусть так и будет - сказал Пономаренко, быстро просмотрев протянутые Аней листки - но остается вопрос последний. Вы, товарищ Кунцевич, чем занимались? Если все решения, планы - от других? Что лично бандитов обезвреживали, это конечно, хорошо, и для старшего лейтенанта Кунцевича было бы просто великолепно, а вот от полковника Кунцевича уже другое ждем. Вы сомневались в квалификации своих подчиненных, что решили в штурмовой группе, первым под пули? Так год не сорок первый - согласно уставу, командир должен лично в атаку идти, когда это обстановкой оправдано. А тут - что изменилось бы, если на вашем месте был бы хотя бы капитан Мазур?
   -Простите, Пантелеймон Кондратьевич, но товарищ Кунцевич принимал в составлении наших планов самое активное участие - решительно сказал Юрка - вот Анна Петровна соврать не даст. Мы ж за орденами не гонимся - какая нам разница на кого запишут? Общее дело делаем.
   -Тоже мне, четыре мушкетера, один за всех и все за одного - буркнул Пономаренко - вы, товарищ Кунцевич, когда учиться пойдете? Если даже товарищ Смоленцева успевает - причем сочетая это с кино, модой, и воспитанием детей. А вы, даже не женатый пока что!
   Именно, что "пока". Вспоминаю, как после всего, мне Маша на шею бросилась, в слезах, и говорила, как ей было страшно, что меня убьют, и "пообещай, что ты так рисковать не будешь" - может и вправду, любит, а не приказом приставленная? И в Севастополе, когда нашли мы с ней все же время по Приморскому бульвару пройтись, она меня под руку держала, будто боялась отпустить. А я, на нее глядя, в той же шляпке, поля лицо затеняют, другую на ее месте представлял - которая, точно знаю, со мной вот так никогда не пойдет! Так может и впрямь, жениться - чтобы кто-то дома ждал? Не хочется ведь всю оставшуюся жизнь, одиночкой? И чтобы после тебя кто-то на земле остался. Как я на счастливые семьи, Лазаревых и Смоленцевых взгляну, так зависть берет.
  
   Оливер Гарднер, корреспондент "Дейли Экспресс".
   Война не завершилась с повешением Гитлера. Она продолжается - и кончится лишь с окончательной победой сил Света над воинством Тьмы!
   Я был в Москве, Киеве, Львове. Ездил по территории, где когда-то была Киевская Русь - европейское государство, правители которого имели самые тесные связи с Европой, вплоть до того, что заключали династические браки, выдавая своих принцесс за европейских королей. Московское царство, от которого ведут родословную Российская Империя, а за ней СССР, возникло гораздо позже - как часть азиатской, татарской Орды. И об этом забывают те, кто сегодня считают русских европейцами, славянами. Но даже Пушкин говорил - поскреби русского, найдешь татарина (прим. авт. - у Пушкина таких слов нет. Это фраза из книги француза Кюстрина "Россия, 1839").
   Меня удивляло, отчего в Киеве (это столица еще недавно существовавшей в составе СССР Украинской республики) население практически ничем не отличается от русских в Москве, там практически не услышишь особой "украинской" речи. И лишь на западе, в Галиции, сохранились островки прежней культуры. Конечно, тут еще сказывается благотворное влияние того факта, что данная территория очень долгое время была частью Польши, затем Австро-Венгерской Империи, но не России. Но также это - влияние изощренной русской политики на присоединяемых землях!
   Я был на пароходе "Адмирал Нахимов", непосредственным свидетелем того печального инцидента. Среди пассажиров был русский адмирал Лазарев, самая загадочная фигура в русской правящей верхушке - очень жаль, что я не успел взять у него интервью. В ресторане он находился вместе с женой (очень красивая женщина, похожая на актрису из одного русского фильма, пользовавшегося большой популярностью), двумя сыновьями и многочисленной свитой. Нам прислуживали вышколенные официанты, среди них был один, очень представительного вида, похожий на священника. Я видел, как он нагнулся над столом Лазаревых - и в следующую минуту там что-то произошло, несчастному официанту скрутили руки и потащили прочь. Адмирал с семьей, как и несколько других важных персон, окруженные охраной, также спешно покинули ресторан. Когда я пытался это сфотографировать, ко мне подскочили двое агентов в штатском, и грубо велели засветить пленку. А всей оставшейся публике было приказано разойтись по своим каютам и оставаться там, до особого разрешения.
   Сейчас о том можно сказать - накануне я имел разговор с представителем украинского Сопротивления. Мне был дан намек, что на корабле что-то должно произойти - и, воспользовавшись вынужденным заточением в каюте, я стал набрасывать в блокноте предварительный план будущего репортажа. Не опасаясь за себя лично - ведь журналисты, это некомбатанты, их не принято трогать, по крайней мере, в цивилизованных странах и в мирное время. Но русские повели себя как варвары - ворвались в мою каюту, все перевернули вверх дном, и мой блокнот стал главной уликой. Еще, у меня якобы нашли боеприпасы - смешно, ведь журналисту совсем не надо лично в кого-то стрелять! - а также заявили, что кто-то из схваченных повстанцев дал показания против меня, и это было действительно опасно. Я не имел дипломатического статуса, хотя британский консул в Одессе был предупрежден и готов был, при моем исчезновении, сделать запрос о моей судьбе. Но русский офицер НКВД, допрашивающий меня, сказал, что если здесь дошло до взрывов и стрельбы, то на корабле действуют законы военного времени - и любого, заподозренного в сотрудничестве с врагом, могут допрашивать с применением пыток, а затем расстрелять, без всякого суда. У него были глаза патологического убийцы, и я понял, что он не шутит. И я дал требуемые показания, и все подписал - как сделал бы на моем месте любой благоразумный человек.
   Про свое заключение в севастопольской тюрьме ничего интересного сказать не могу. Как и про свое этапирование в Москву, в отдельном купе почтового вагона, под конвоем двух офицеров НКВД или СМЕРШ - первые, это советская тайная политическая полиция, вторые, это армейская разведка и контрразведка, при сильном соперничестве друг с другом. (прим.авт. - англичанин плохо знает наши реалии. В описываемое время даже в альт-СССР были уже не наркоматы а министерства, причем госбезопасность отделена от внутренних дел, так что не НКВД а МГБ. Также и СМЕРШ, войсковая контрразведка, был лишь в группах Советской Армии в ГДР, Италии, Маньчжурии, и прочих территориях вне СССР). К чести русских, могу отметить, что меня не били, не пытали, не морили голодом, и содержали во вполне приличных условиях, но строго контролировали каждый мой шаг. Ведь в будущем судебном процессе, я формально считался не обвиняемым, а свидетелем - а приставленные ко мне мордовороты из НКВД, числились "охраной", а не конвоем, и разумеется, моя изоляция была нужна лишь для моей безопасности.
   Суд, проходивший в Москве в июле 1953 года, русские коммунисты могут записать на свой счет как безусловную пропагандистскую победу. На скамье подсудимых оказались не только те несчастные, кто пытались захватить пароход, но и все украинское повстанческое движение - широкой публике, в том числе журналистам, как из СССР и советских сателлитов, так и из свободного мира, было продемонстрировано большое количество свидетельских показаний, документов и фотоматериалов, говорящих о зверствах ОУН, кто-то из моих коллег даже сравнивали это с известным фильмом про "Обыкновенный фашизм". Процесс был безупречно отрежиссирован, главным обвинителем был господин Руденко - тот самый, кто представлял интересы СССР в Штутгарте, в итоге отправив на виселицу Гитлера, Геринга и еще пару десятков высших руководителей нацистского Рейха. И сейчас проводилась однозначная параллель между гитлеровским нацизмом и украинским повстанчеством - тем более, что господин Бандера своим сотрудничеством с гестапо и абвером во время войны дал прекрасный повод для таких обвинений. А у нас в Британии запомнились слова Руденко - что попытка захвата корабля с убийством экипажа и пассажиров по английским законам однозначно считается пиратством, наказуемым виселицей. Эти законы до сего времени официально не отменены - и как бы у вас в Англии сейчас поступили бы с террористами, пытавшимися захватить ваше судно?
   После этой обвинительной речи, мне показалось, сейчас в зале раздадутся аплодисменты и крики "смерть им"! А некий господин, назначенный защитником, по существу поддержал прокурора, заявив:
   -Как можно защищать нацистских преступников, бандитов и убийц? Выполняя свой долг, я рад бы увидеть хоть какие-то смягчающие обстоятельства - но не вижу таковых, кроме словесного раскаяния обвиняемых. Вы поверите им на слово, что "они больше не будут"?
   И никто не замечал, что на скамье подсудимых - в большинстве, дети, не достигшие двадцатилетия (прим.авт. - до 1969г в Англии совершеннолетием считался 21 год). Я видел, как некоторые из них готовы были плакать от страха. Никто не задался вопросом, во имя чего эти юные герои пошли на верную смерть? Если против них, нескольких десятков детей, решившихся на отчаянный шаг ради любви к своей родине-Украине, была высажена на пароход рота морского спецназа, под командой полковника Смоленцева, того самого, что захватывал Гитлера - сотня отборных головорезов, вооруженных до зубов, обученных абордажу, и привыкших убивать не задумываясь, всех на кого им укажут. Лишь двадцать юных бойцов Сопротивления пережили тот бой, оказавшись в плену - а сколько же было безжалостно убито, и трупы их были выброшены за борт, на корм акулам? Сколько умерли от пыток при допросе - если даже меня, иностранца и журналиста, готовы были подвергнуть этому? Отчего среди выживших оказалась лишь одна девушка - с остальными поступили, как в фильме про царя Петра, "в крепости вино и бабы, пей и гуляй"?
   "Герой" Смоленцев был среди свидетелей. Его выступление по духу не отличалось от прокурорского - враги, уничтожить! Я спросил бы его, достойно ли такому как он - гордиться победой над детьми. Но мне никто не дал слова. Смоленцев был великолепен, блистая в парадном мундире с множеством наград - наверное, все женщины из числа присутствующих в зале, завидовали его жене, известной русской актрисе, она также была на пароходе, и выступила свидетелем после своего мужа - рассказав душещипательную историю, как глава повстанцев, Василь Кук (тот самый официант) хотел зарезать ребенка, "но один из товарищей, случайно оказавшийся рядом, схватил мерзавца за руку с ножом". Затем она (как мне показалось, искусственно), пустила слезу, дрогнув голосом, будто говорить "о подобной гнусности" ей было невыразимо тяжело - а когда она сошла со свидетельской кафедры, муж-герой заботливо обнял ее за плечи, помогая пройти на место в зале.
   А я помню, что тогда в ресторане Кук (глава отряда повстанцев, зачем-то переодетый официантом) сам подошел к столику адмирала Лазарева. Он был ко мне спиной, и далеко от меня - но после предельно короткой беседы, из-за соседнего стола вдруг вскочил офицер, и выкрутил Куку руку за спину, причем никакого ножа я не видел. И сразу все понеслось - значит, Лазарев тоже знал? Вряд ли в зале при всех могли быть переговоры - скорее обусловленный ответ, одно или два слова, понятные тем, кто в процессе, согласие или отказ, да или нет. Ответ не понравился Лазареву, и он дал команду - его "адъютант", первым набросившийся на Кука, был тот же офицер НКВД, который допрашивал меня, угрожая пыткой - командир его телохранителей, прикомандированных от русского ГБ? Какие договоры могли быть у адмирала, занимающего высокий пост в советском ВМФ, а не в политике, с украинскими повстанцами? Или Лазарев попутно состоит в штате и другой Конторы?
   А после, вызвали меня. Когда и у судей, и у публики, уже сложилось устойчивое мнение, кто виновен. И этой публике, среди которой были и мои собратья по перу, предъявили мой блокнот - как пример лжи, готовой вылиться на головы западному читателю. Мои оправдания, что это лишь "предварительные наброски", которые в окончательный вариант не вошли бы, вызывали лишь смех в зале, и гневные вопросы судей:
   -И как "пьяные офицеры толпой насиловали украинских девушек, так что крики раздавались по всему пароходу", это тоже наброски? Или как "беременную женщину разорвало на куски, гранатой при штурме", это ваш авторский вымысел? Вы хотите сказать, что у вас "свобода слова" понимается по Геббельсу, "чем чудовищнее ложь, тем скорее ей поверят"?
   Что поделать, господа - человек не совершенен. Так уж повелось, что читающая публика любит смаковать кровь, насилие, убийства - а я, в сочувствии к повстанцам, изобразил то, что хотел изобразить. Но слова прозвучали "не в то время и не в том месте", и эффект был прискорбный. "Дейли Экспресс" от меня открестилась и вышвырнула вон. И меня не брали ни в одну приличную газету - "мы разделяем ваши политические убеждения, мистер Гарднер, но поймите правильно, наша репутация, и доверие читателей...". А когда я, доведенный до отчаяния, обратился к Стэну Уилкинсу из редакции "Экспресс" (кто телеграфировал мне, взять билет на тот проклятый пароход), раз вы меня так подставили, то возместите, а то я ведь тоже могу всякие неприятные вопросы вам обеспечить, то услышал ответ:
   -Оливер, дело не в том, что вы в чем-то виноваты. А в том, что у газеты возникли проблемы из-за вас. И наименьшей потерей для репутации было, сделать вас крайним - ничего личного, просто бизнес. И выслушайте дружеский совет - Британия не полицейское государство, как Советы, но с этими джентльменами, вы поняли, о ком я говорю, лучше не ссориться. Если станете болтать лишнее, то весьма вероятно, станете жертвой грабителей, или вас машина собьет, или случайно выпадете из окна - мало ли что могут придумать... Вы живы, вы дома - а потеря работы, это такая мелочь в сравнении с двадцатью годами в русском ГУЛАГе!
   И тогда я решил написать книгу. Если такие политические взгляды как раз востребованы. Вспомнив, что сказал мне тот человек от украинских повстанцев - которого сейчас уже нет среди живых. Как Советы захватывают мир - и придут сюда, если их не остановить.
   Где Украина, раньше простиравшаяся до Дона, а сейчас сморщившаяся до лоскута земли у Карпат - то, что к востоку, уже она, а некое административное образование в составе России! Отчего в Киеве больше не слышна украинская речь? Неужели эта территория уже заселена этническими русскими (азиатской расы), а европейцы-украинцы вытеснены в Карпаты?
   Но тот безымянный боец украинского Сопротивления открыл мне истину. В любой нации - всегда меньшинство людей, мыслящих национально, исторически. И огромная инертная масса - могущая драться насмерть, когда угрожают ее существованию (вот в чем ошибся Гитлер, что недоучел), но готовая идти за тем, кто ее накормит, оденет, даст работу и жилье, обеспечит порядок (хотя бы и чужой веры и крови) - и стать его частью, забыв свои корни. Подобно тому, как периферия Киевской Руси попала под власть Орды, и стала азиатским Московским царством - а теперь пытается распространить свое влияние обратно на исконно славянские земли. Польша испытала это полтораста лет назад - когда оказалось, что народ в большинстве своем недостоин лучших сынов своей нации, великодержавной шляхты. Сейчас настала очередь Украины. Повстанцы из ОУН-УПА кажутся излишне жестокими - нам, привыкшим к Хартии Вольностей и Конвенциям ведения войн. А как им быть, в войне против собственного народа, большинство которого стало врагами, предателями своей нации? Когда предать гораздо выгоднее, чем сохранить верность? Когда принять чужой порядок - значит, быть сытым и в тепле, а отстаивать дедовский, это добровольно подвергнуть лишениям себя и свою семью. Когда, чтобы удержать под знаменем своих же бойцов, нет никаких иных средств, кроме самого жестокого террора. Даже по подозрению, казнить возможно и невиновных - потому что нет никакой возможности в достоверном расследовании. И нет надежды, что придут освободители с запада, и принесут свободу.
   -Хотя даже если вы придете, и освободите нас, будет тяжко - говорил мне тот человек - слишком многие у нас навеки отравлены русским ядом. И переделать их нельзя - придется убивать. А вы будете морщиться, что это недемократично. А мне придется например, своими руками убивать отца - не благославившего меня на "греховное" дело. Мать - не захотевшую забыть прежние времена. Брата - посмевшего взять оружие против нас. Сестру - не захотевшую порвать с русскими подругами. Жену - не надевшую украинское платье. Сына - за то, что он скажет хоть слово по-русски. Придется разрушить, сломать все, что построили у нас русские - будет тяжко, голодно, при лучине станем сидеть и деревянной сохой пахать - и снова убивать тех, кто недоволен, кто будет готов предать, или хоть задумается о предательстве. Но иначе - не возродится ненька незалежная Украина! Сквозь кровь и грязь, придем мы в Европу - пусть один из десяти нас, из ста, но о прочих и жалеть не надо, недостойны! Так будет, о том песня наша великая - ще не вмерла Украина, вслушайтесь в каждое слово - о том оно, что я только что рассказал. Слава героям!
   Я слышал эту песню, написанную в прошлом веке, причем не украинцем, а группой каких-то поляков, едва ли не ради смеха вольно переведших на украинский широко известную "еще Польша не сгинела". Причем подражание хуже оригинала - у поляков это все же был победный военный марш, а у украинцев вышло жуткое похоронное завывание. Я пытался сейчас повторить те слова - и представил поля, покрытые неубранными трупами, разрушенные города и заводы, и скачущих среди этого щирых казаков с нагайками, выслеживающих, кто тут еще зраднык? Ще не вмерла Украина - и сгинут наши вороги как роса на солнце! Душу вашу мы положим за нашу свободу - и пусть гибнут все враги. Затем я подумал, что это ведь не наша территория, а Советов, и мне стало легко. Русские, может вы и хорошие парни, и помогли нам одолеть Гитлера - но сейчас вы наши конкуренты. И ничего личного - по нашим, англосаксонским правилам, победитель получает все. Так что в мире должен остаться один хозяин, и это будете не вы. Что до украинских повстанцев - то можно уважать этих волков, выбравших вольную жизнь хищника в лесу, а не сытую, скотины в стойле - но опять же ничего личного, нам надо максимально использовать момент, пока волков не выбили, а лес не вырубили под корень. Они как гангрена на пока еще крепком теле СССР - и в этом качестве сыграют свою роль. Но и только!
   Ведь русский прокурор Руденко был абсолютно прав, говоря:
   -Вы кормили, и растили против нас Гитлера - а он взбесился и бросился сначала на вас. Так и тут - неужели вы забыли, как те же бандеровцы на немецкой службе, в осажденном Берлине взбесились и устроили погром своих же, германских хозяев? Как взращиваемые вами шайки вроде норвежского "Асгарда" или французских "Легионов смерти" не гнушались откровенной уголовщины, поправляя свое финансовое положение рэкетом, грабежом, убийствами не только "левых", но и честных коммерсантов, не желающих им платить - при попустительстве полиции и спецслужб ваших "свободных" стран. И вы думаете удержать под контролем террористического зверя, уже почуявшего вкус крови и запах наживы? Если завтра ваш пассажирский лайнер, или самолет, будет захвачен бандой, ради политических целей, или за банальный выкуп? Что скажете вы тогда?
   Вслух конечно, ничего не скажем. Но никто из повстанцев на нашу территорию не вступит. Они нужны исключительно как бациллы в организме СССР, но никак не в нашем. А свобода и демократия - истинная принципиальность в том и состоит, чтоб когда надо, прятать принципы в карман, а когда надо, извлекать снова.
   И я очень надеюсь, что эта книга будет иметь у нашей публики коммерческий успех. И принесет мне намного больший гонорар, чем тот, что я так и не получил за репортаж с "Нахимова".
  
   И.В.Сталин. Из речи, произнесенной по радио 14 июля 1953.
   Некоторые политические деятели и печатные издания западных стран поднимают сейчас вопрос о "независимости Украины".
   Интересно, что бы ответило правительство Великобритании или США тем, кто повел бы речь о независимости например, Шотландии или штата Техас? (прим.авт. - по американским законам, за призыв к сецессии, т.е. отделении от США какой-то территории, смертная казнь.) Так неужели еще есть те, кто не понял, с Советским Союзом в таком ключе разговаривать бесполезно. Уж сколько находилось таких, кто наши земли считал "бесхозными", и где сейчас те желающие? Скольких еще агрессоров нам надо похоронить, чтобы так называемая мировая общественность уверилась в незыблемости советских границ?
   Речь идет никоим образом не о требовании немедленно дать независимость Украине, а о некоем "моральном осуждении" якобы имеющего место угнетения нами украинского народа? Так простите, а что тогда вообще это за заявление, не имеющее целью конечный результат. Но я сейчас хочу обратить внимание на другое - а есть ли вообще объект для требований, существует ли единое целое, именуемое "Украина"?
   В состав еще недавно существующей Украинской ССР входили следующие основные регионы.
   Донбасс - Ворошиловградская и Донецкая области. Чисто индустриальный регион, полностью русскоязычный, самым тесным образом связанный с соседними областями РСФСР, и по этническому составу, культуре, практически ничем от них не отличающийся. Был включен в состав УССР административно, по тактическим соображениям. Желательно было уже тогда, по окончанию Гражданской войны, отыграть назад - исправлено лишь сейчас, регион передан РСФСР.
   Советская Украина - от Донбасса до границы 1939 года. Индустриально-аграрный регион, с развитой промышленностью и коллективизированным сельским хозяйством. Присутствует некоторое количество украиноговорящего населения. Но в целом, также сильно связан с РСФСР, как на хозяйственном, так и на бытовом, родственном уровне.
   Западная Украина - Галиция, Волынь, Закарпатье. Промышленность до недавнего времени отсутствовала, сельское хозяйство мелкое хуторское. Совершенно иной национальный состав, поскольку эти земли никогда не входили в Российскую Империю. Язык совершенно отличный даже от того "украинского", на котором в Киеве говорят. Гораздо большая роль Церкви, причем в отличие от двух первых регионов, и религия другая - униатство (сейчас поверхностно "перекрещенное", после упразднения Унии Святым Престолом, но сохраняющее по сути прежние черты), католицизм, а также иудаизм. Связан с Советской Украиной до недавнего времени был очень слабо.
   И это лишь основные различия! Можно еще назвать Одессу, игравшую роль "южных торговых ворот" Российской Империи, а теперь СССР - и оттого, исторически имеющую как совершенно особый этнический состав, где заметно влияние балканских народов, так и наличие связей не с Киевом, а напрямую, с Москвой. Северо-восток (Сумщина) весьма тяготеющий к России. Или север Волыни - так же, к Белоруссии. Да и даже Западная Украина не едина - четко прослеживаются различия между Галицией-Волынью, Закарпатьем и Буковиной, уж там никто не перепутает закарпатских русинов, венгров, буковинцев и галичан! Так что же связывает между собой столь разнородные части в единое целое, раз уже речь зашла о некоей единой Украине?
   Экономика, общее хозяйствование (раз уж мы материалисты, начнем с этого)? Нет - экономика Донбасса и Советской Украины в гораздо большей степени ориентирована на общесоюзные (как прежде, на общеимперские) нужды - уголь и руда Донбасса, порт Одессы, верфи Николаева и Херсона, и конечно, житница для всей России. Говорить же о каком-то вкладе и направленности экономики Западной Украины вообще нельзя, из-за слабости таковой.
   Этнический состав, культура? Снова нет - различия между Киевом и Москвой гораздо меньше, чем между Киевом и Львовом. Западная Украина резко выделяется на общем фоне - но мы говорим, повторяю, об Украине в целом? И нет ничего, что объединяло бы в этом плане все части Украины - причем отсутствовало бы в РСФСР.
   Общая история? Снова - нет. И опять тут Западенщина в стороне - поскольку до 1939 года, совсем недавних времен, она входила в состав совсем иных государств. А Восточная Украина, что позже стала Советской, сделала свой выбор триста лет назад, словами Богдана Хмельницкого, "навеки с Москвой и Русским народом" - южная же ее часть, бывшее Дикое Поле, вообще прежде не имело своей истории до прихода русских войск, "времен Очакова и покоренья Крыма", и заселялось выходцами из России - ведь не один же гоголевский Чичиков намеревался посылать крестьян "в Херсонскую губернию", и "беглые в Новороссии" были в огромном числе, и на николаевские верфи, где строился Черноморский флот, собирались мастеровые из центральной России. И этот выбор, общей исторической судьбы с русским народом, Советская Украина подтвердила в годы Великой Отечественной войны, в массе поднявшись на смертельную борьбу с немецким фашизмом. А вот с Западной Украиной не все было однозначно, там бывало всякое. Характерно, на ее территории поначалу вовсе не было советских партизан - а после, отряды и соединения, перешедшие с Советской Украины, сражались на Волыни, в южном Полесье, но не в Галичине. Хотя природа там столь же подходящая для партизанского движения, не степь, а горы и леса - из которых мы сколько лет после Победы вычищали бандеровские шайки. С немцами эти "герои сала" не воевали - зато в штыки встретили Советскую Власть!
   А существует ли украинский этнос? Это прежде всего - национальная идея. Так назовите мне идею, лозунг, который увлек бы за собой и уроженца Харькова или Полтавы, и жителя Львова? Когда я спросил об этом в одном кругу товарищей, так мне ответили - есть такой лозунг. Всех увлекал, на фронте - "за Родину, за Сталина, за СССР". Так никто не сомневается, что украинцы, это часть советского народа. А чтобы чисто украинское? Не помнит никто! Не счесть героев, уроженцев Украины, оставивших яркий след в русской, а позже в советской истории. А кто назовет героев чисто украинских, но не русских - вернее, в данном контексте, могущих быть лишь "антирусскими"? Найдутся и такие - Мазепа, Петлюра, Бандера - позор для любой страны, которая имела бы несчастье назвать их соотечественниками!
   Что же остается? Как вышло, что например в 1918 году была провозглашена Украинская Рада? И события, которые развернулись вследствие этого, стоили много крови, прежде всего самим украинцам? Так я напомню - благо, живы еще многие из тех, кто застал те события, кто помнит. Когда некоей личности очень хочется сесть на трон, вообразить себя не кем-то, а "царем украинским". Пользуясь смутным временем, что сейчас не до него - самому бы поправить, руку запустить в казну. И плевать, что первым международным договором независимой Украины была капитуляция перед Германией! Вот только на каждую ушлую личность находится еще более ушлая и подлая, которой тоже хочется на трон - за Грушевским пришел Скоропадский, за ним Петлюра, ну а после, "под вагоном территория, а в вагоне Директория". Пока наконец не пришла народная, Советская Власть, и навела порядок!
   А как совсем недавно, в год Победы, гражданин Кириченко тоже вообразил себя "царем украинским", и в сговоре с бандеровцами устроил Киевский мятеж? Как после показывал на допросе, желал, чтобы "Украина це доминион", со своей армией, посольствами, внешней торговлей - ну а он там полновластный правитель, вроде старорежимного гетмана. Вот только еще до подавления мятежа, со своими дружками власть не поделил, успели передраться насмерть. А Киев пришлось штурмом брать, и сколько пролилось крови - бандитов не жалко, жаль дураков, кто им поверил. Тогда, в Киеве, главным от бандеровцев был Василь Кук, "генерал" УПА. Тот самый, который сейчас хотел наш пароход захватить, и бежать за границу. Поняв, что "царем украинским" ему не быть уже никак.
   Так что же сейчас стоит за словами наших западных "друзей" о независимости Украины? Приятные воспоминания о временах, когда "самостийную" грабили все, кому не лень - немцы, поляки, румыны, даже греки. Не говоря уже об англо-французских интервентах, которые высадившись в Одессе и следуя за армией Деникина, грузили в эшелоны и на корабли все ценное, до чего могли дотянуться. Именно потому такие как Василь Кук надеются на то, что на Западе их встретят с распростертыми объятиями и отблагодарят за верную службу. Ведь "у Англии нет друзей, есть интересы", и "в Европе уже не осталось мерзавцев, которых Англия не жаждала бы взять к себе не службу". И богатый опыт покупки лояльности туземных вождей, которые уже сами обеспечивают на своей территории, британский интерес.
   Советский Союз - не Занзибар? Так они не умеют по-другому. И думают, а вдруг получится? Найдется еще один Кук или Кириченко - и толпа тех, кто поверит, что жить в самостийной Украине которая "це Европа" будет лучше, чем в СССР. И пусть дураки умирают за иностранный интерес - им ведь совсем не надо знать, кто платит их атаману!
  
   Москва, Лубянка.
   Помещение для допроса. Окон нет, мебель прикручена к полу.
   -Осужденный Штеппа доставлен.
   -Так заводи, свободен.... Ну что же вы, Константин Феодосьевич, и вашим, и нашим, всю свою жизнь? И хоть бы при этом не лгали! Были офицером в армии Врангеля, в двадцатом в плен попали - и ведь не расстреляли вас злобные большевики, а дозволили карьеру сделать, и очень неплохую - докторскую диссертацию вы защитили, стали профессором Киевского университета, сначала завкафедрой, затем декан исторического факультета, и депутат Киевского горсовета. И чего тебе не хватало, сволочь? Ах да, с двадцать седьмого, одновременно с профессорством, числились осведомителем НКВД - кстати, ваши доносы на коллег, соседей, и просто знакомых, сохранились у нас в архивах. Там и на вашего наставника Грушевского, который вас считал самым лучшим из своих учеников, тоже есть, вот бы огорчился Михаил Сергеевич, если бы довелось ему прочесть, что вы про него пишете.
   Вот только не надо сейчас из себя "жертву режима" изображать. Арест в 1938 году - иные на Колыме сгинули, лагерной пылью, а вы меньше чем через год на свободу, и в университет, на прежнюю должность. И чем вы за то Советской Власти отплатили - при немцах, член Киевской городской управы, редактор поганой газетенки, удостоившийся благодарности самого гаулейтера Коха за гнусные антисоветские пасквили, и в то же время, нештатный агент-осведомитель гестапо (ваши доносы на советских патриотов тоже в архивах есть). При бегстве немцев с Украины, ты, сцуко, еще успел с ними драпануть, и даже в Берлине еще один поганый листок издавал, для власовцев и бандеровской сволочи. Пытался бежать дальше на запад, к американцам, однако в Мюнхене был задержан СМЕРШ. И за все это, по совокупности, даже не "четвертной", а всего пятнадцать лет, это кто ж такую неуместную гуманность проявил? (прим. все факты биографии К.Ф.Штеппы подлинные. Кроме последнего - у нас он был одним из учредителей Мюнхенского института по изучению СССР, активным сотрудником НТС. С 1952 в США, сотрудничал с ЦРУ, умер в Нью-Йорке в 1958).
   Итого, сколько вы уже отсидели, больше половины срока? Увы, Константин Феодосьевич - Военной Коллегией Верховного Суда, дело возвращено на доследование. И по всему, вам на "четвертной" тянет - это если не будет доказана ваша причастность к событиям в Бабьем Яру, тогда вышак. Впрочем, даже если вариант первый - сидеть вам придется не в Караганде, а где-нибудь на северах, и на хлебную должность, вроде учетчика, не надейтесь, с штрафной пометкой в личном деле. Нет, есть еще и третий вариант - ну да, подписка, и "на опыты". Что - простите, не расслышал?
   Ну, вы же образованный человек, Константин Феодосьевич. Приятно с такими иметь дело. Да, есть четвертый вариант - иначе зачем бы вас сюда этапировали, решение суда вам и в лагере могли зачитать, и здравствуй, Колыма! А как вы смотрите на то, чтобы вернуться к профессорству? Нет, не в лагере, ну что за шутки? В Львовском университете.
   Вам воды налить? Ну, чудненько. Конечно, не просто так! Вы, конечно, с последней научной литературой не знакомы? Ну вот, теория "этнологии", кстати, поддержанная самим товарищем Сталиным. Что основа любой нации, это "этнос", то есть коллектив людей, объединенный общей Идеей, то есть целью, а также имеющий уникальные стереотипы поведения, определенные ведением хозяйства, окружающим ландшафтом и историей коллектива. И за эту Идею члены этноса реально готовы жизнь отдать. Да, это и Вера может быть, как в любимые вами казацкие времена был Андрий, сын Тараса, православным, и считался казаком - а как перешел в веру католическую, стал уже поляком. Но вообще-то идея любой может быть - и "За Веру. Царя, Отечество", и "Пролетарии всех стран соединяйтесь", и "За Родину, за Сталина" - важно лишь, чтоб за нее кто-то готов был, грудью на амбразуру.
   Так я вас спрашиваю - вас, первого ученика самого Грушевского - что тогда есть украинский этнос? А нету его вовсе! В козацкие времена, сами запорожцы называли себя "русскими", как синоним православных. Само слово "украинцы" впервые появилось в польских документах шестнадцатого века, для обозначения вспомогательных войск при панах, ну как в эту войну полицаи. Никакой такой "украинской" идеи не было и близко - когда Богдан Хмельницкий провозгласил "навеки с Москвой и русским народом", на Правобережье еще почти полвека паны-атаманы грызлись меж собой, не за ридну Украину, а исключительно, кому первым паном быть, и поляков призывали, себе в помощь, и татар. Флаг ваш желто-синий, это цвета знамени шведского, когда Карл под Полтаву пришел, и велел мазепинцам себе ленты нацепить, чтобы их от русских казаков отличать. Ну а после - настал на Украине мир да покой, под рукой российской, и никаких таких "украинских" побуждений не было, до времен недавних. Что говорите - бунт Кармалюка, в 1830х ? Ну так это чистой воды пугачевщина была, "бей и грабь" - никаких национальных предпочтений и лозунгов не отмечено, и как среди "кармалюков" были на равных и украинцы, и русские, и поляки, и евреи, так и чужих эти робин гуды резали без всякого разбора.
   Так все-таки про этнологию - раз главный признак этноса, это Идея, то ее выразители, это герои, вы согласны? А назовите мне хоть одного героя Украины - чтоб именно за нее, а не за Россию, на русской службе? Мазепа - ну знаете, такой швали в любой нации хватало, вот захотелось на трон влезть, не гнушаясь средствами, было бы выгодно, он хоть за черта и его мать орал, а не только за Украину. А реально, когда появилось "украинство", чтоб против русских? Да, верно - вот какая украинская Идея? А именно - "мы не русские, мы им враги"! И с какого времени это в истории, где впервые отмечено?
   Верно - Австро-Венгрия, ее восточная провинция, конец девятнадцатого века. Подобно тому, как Бисмарк, после присоединения Эльзас-Лотарингии советовал всячески поощрять местный национализм, "чем больше будут чувствовать себя эльзасцами, тем меньше французами". В Вене думали так же - если все "украинские" общества, кружки и тому подобное получали поддержку из австрийской казны. И разведка тоже руку приложила, это ж какая агентура может быть? Были конечно идеалисты, вроде Ивана Франко, которые на эту приманку ловились - приятно ведь, когда твоя нация выше всех, мы культурные европейцы, а к востоку лишь сирые и убогие русские варвары?
   Да нет, не шучу. Вот представьте, каким у вас в воображении рисуется "украинец", пусть даже карикатурно - такой чубатый, толстый, в шароварах. И кому этот образ будет больше соответствовать - киевлянину или галичанину? Вот только вопрос - если Галичина никогда с нашей Украиной в одном государстве не была (ну если не брать совсем уж старину глубокую), то причем тут киевские и полтавские земли? А ведь западенцы всерьез считают, что они, это щирые, ну а прочие, презренные русские полукровки!
   Ну и что мы имеем в итоге? Что украинская "самостийность", есть сознательный проект врагов России - сначала Австро-Венгрии, затем панской Польши, и после Германии. А никакого "украинского" этноса нет - есть лишь географическое понятие "Украина", территория, население, и все! Мы же не считаем отдельным народом рязанцев или сибиряков, хотя отличия и в говоре, и в быте, есть?
   Ну вот, я и рассказал вам всю "генеральную линию", которой вам, ученику самого Великого Грушевского, отца-основателя, надлежит следовать. Нет, сразу все это на головы восторженных учеников валить не надо, не воспримут - инерция мышления, знаете ли... Конкретику с вами еще обсудят, но гнуть надо именно туда. И не дай бог, забудете!
   Ведь приговор ваш не отменен, а приостановлен. И если надо, достанем вас хоть из-под земли! Поедете тогда на "четвертной" в солнечный Магадан - туда сейчас рабочая сила требуется, дорогу до Якутска тянуть, кайлом махать на свежем воздухе при морозе минус пятьдесят.
   Ах да, ну и конечно, подписочку. Как вы делали уже - обязуюсь сотрудничать и сообщать...
  
   Анна Лазарева. Москва, 20 июля 1953.
   -Пантелеймон Кондратьевич! Товарищ Пономаренко! Да что же это такое?! Он же палач, главарь, у него руки в нашей крови! И ему - прощение? Вместо заслуженной петли?!
   -Ну зачем же, прощение? - отвечает Пономаренко - двадцать пять лет, с формулировкой, "учитывая сотрудничество со следствием и искреннее раскаяние". Что это, в нашей практике, тебе напомнить?
   Знаем - если конкретно что-то ценное сообщишь, кого-то из своих сдашь. А "пел" Василь Кук на допросах как соловей, без всякого принуждения. И рассказал многое - например, как организовано было, что видные бандеровцы в города перебирались из схронов и жили там припеваючи. При этом сохраняя связь с лесом - с одной стороны, во избежание дезертирства, запрещено было самовольно "легенду" и адрес менять, не уведомив Центральный Провод (а если такая необходимость экстренно возникала, то надо было на новом месте к "ответственному" подойти, ну прям как прописку оформить). А с другой, и лес о них не забывал, подкидывал на безбедную жизнь, денежные переводы в размере хорошей зарплаты - хотя в последние год-два сильно бандеровская казна обеднела. Что-то касаемо этой системы мы знали, а что-то и нет - не попадался нам прежде кто-то уровня Кука. Этим делом товарищи из МГБ занимались, но и мы были в курсе. А главная работа была иной.
   Тогда в Москву прибыли - и сразу в работу. Срочно организовать процесс, материалы собрать, скомпоновать, все продумать. Кому поручили - вы правильно поняли, "кто у нас больше всего дела имел с кино, а значит с режиссурой". И в полном соответствии с обучением - хорошо справишься, я тебе как практику зачту (в Академии). Организовывали мы спектакль, мысль даже мелькала, а что если настоящего режиссера, кого-то из мастеров, привлечь, естественно, под подписку? Пономаренко резко воспротивился - вас там чему учили? И между прочим, третий год! Так что, пришлось самим. Сценарий составить, в каком порядке все озвучивать - менялось постоянно, как новые материалы находили. О технике позаботиться - чтобы фотографии проецировались на большой экран. Подбор по "ссылкам" - а вдруг потребуется в процессе что-то уточнить, вернуться, углубить - сделали, не мудрствуя, систему перфокарт со спицами, как я еще у Якова Исидоровича Перельмана видела, а на картах номера ячейки в стеллаже рядом - подбор по теме "место, время, личность" несколько секунд занимал. С компьютером было бы проще, и несколько ноутов живы еще - но далеко не все товарищи даже в суде в Тайну посвящены, а уж среди технического персонала, и публики в зале... В общем, обеспечивали все - вот только я на суде не выступала, а сидела с краю сцены в техническом закутке, где архив с ячейками, публика меня и не видела, и лишь судьи знали, что если что, я могу им знаки подать, обязательные к исполнению. Вплоть до временной приостановки на перерыв.
   Разыграли, считай, как по нотам. Люся, учись, завтра может, на моем месте будешь! Как и наши "смолянки", тоже курсантки Академии, кто во время заседаний в зале сидели, смотрели на мой мастер-класс. Наш общий - вы же мне помогали с материалами, как бы я справилась одна?
   Все провели отлично - пригвоздив к скамье подсудимых не только этих конкретных уродов, но и всю бандеровщину, и их иностранных покровителей. И сравнение с фильмом про обыкновенный фашизм - для меня лично была как высшая похвала! И приговор был ясен - зверьков, которые для нас никакого интереса не представляли, к высшей мере, поскольку их конкретная вина в кровавых преступлениях была доказана, убивали они уже, и не раз. А вот Куку, главарю - жизнь! За что?!
   -Пантелеймон Кондратьич, вы верите в его раскаяние? Он же враг - был им и остался!
   -Не верю ни на грош - отвечает Пономаренко - но ты прикинь. Вот он раскаялся, переметнулся - окажет это деморализующее влияние на прочих бандеровцев? Сделает их войну менее эффективной, сократит наши потери? Значит, оправдание уже есть! А насчет прочего - ты не беспокойся. Не светит ему амнистия ни при каких обстоятельствах, а уж тем более, помилование. По секрету скажу, товарищ Сталин, прочтя как он сам в той истории для нацистских преступников смертную казнь отменил, а Хрущев их помиловал в пятьдесят пятом, сказал - "я был старый дурак, но Никитка совсем идиот". И назови мне, у нас хоть один нацистский палач, не обязательно СС, кары избежал? И товарищи в ГДР молчали в тряпочку, не думали вступаться. Так и этого - пусть пока поболтается, зрадныком! Ну а после - или двадцать пять лет от звонка до звонка, причем с пометочкой в личном деле, чтоб живым не вышел, или сразу на опыты, товарищ Зенгенидзе жаловался, ему экземпляров не хватает. Как и эту, Ира Стырта, как ее по-настоящему - туда же.
   -Ну тогда, не возражаю! - мстительно усмехаюсь я - пожалеет еще, тварь, что не повесили.
   Профессор Зенгенидзе Георгий Артемьевич, еще с сорок третьего года поставленный на медико-биологическую лабораторию "Арсенала два" (курчатовского хозяйства), так и остается главноответственным за всю медицинскую часть советского Атоммаша. Включая и лаборатории где на подопытном материале исследуют влияние радиации на живой организм, и способы предохранения и излечения. Помимо ни в чем не повинных мышей, собак, кроликов, морских свинок и обезьян, в состав подопытных входят и люди - согласно закону, приговоренный к высшей мере может добровольно ходатайствовать (в письменном виде), о замене расстрела или повешения на двадцать пять лет медицинских экспериментов. Палачи СС и гестапо, предатели Родины, убийцы-рецидивисты - пусть хоть так послужат во благо СССР! Поначалу в законе было, двадцать пять лет, из которых десять экспериментов, или пятнадцать на опасных стройках народного хозяйства - причем отказ от продолжения по требованию участника, это немедленное исполнение приговора, а прекращение по состоянию здоровья, это двадцать пять лет начиная с этого момента (как правило, тот же приговор, с подорванным здоровьем в лагере не выживают). Затем оставили двадцать пять на весь срок - с расчетом, что до конца не доживет никто. А так как подопытных уже не хватало, то нередко случалось, что подходящему контингенту просто давали подписать уже составленное ходатайство, и лаборатория ждет. Скоро, наверное, придется на невиноватых шимпанзе переходить. Женщины там тоже побывали, для изучения влияния на именно их организм - Вера Пирожкова (сдохла в пятьдесят первом, тварь!), и Тонька-пулеметчица (эта жива пока, ее позже поймали). Теперь и эта гадючка прибавится. Ну а Куку - туда и дорога.
   -Успокоилась? - спросил Пономаренко - а теперь, слушай сюда. Дело предстоит, сродни киевскому тому самому - надеюсь, что в этот раз до мятежа не дойдет. Надо как раз сработать нежно, хирургически - мучеников не плодя. А то - старейший университет в СССР, Львовский, разносить его танками как-то неудобно. Да и Львов город не чисто украинский, а значит, и не бандеровский - там поляков и евреев полно, которые бандер ненавидят. То есть, нет там сейчас у бандер поддержки "на земле", схроновых сидельцев поблизости точно не осталось, возможны еще мелкие бандочки, остатки подполья - в сравнении с тем, что там еще три года назад творилось, как день и ночь. И Первым в Галицко-Волынской ССР сидит с 1951 года знакомый тебе по Киеву товарищ Федоров, а командует Прикарпатским ВО с тех же пор знакомый тебе маршал Ватутин. И все бы хорошо, тишь да гладь, промышленность восстанавливают - но в Львовском и соседнем, Черновицком университете творится очень нехорошее. Можно бы попросту, разогнать и закрыть - но не хочется вот так, сплеча. И такой шанс применить ваше обучение на практике. Вот, прочти - и какие будут предложения?
  
   Москва, коммунальная квартира где-то на Чистых Прудах. Этот же вечер.
   -Вот и съездили в отпуск на море - вздохнула Мария Степановна - бандиты проклятые, нашим советским людям отдохнуть заслуженно не дают!
   -И что им надо, мерзавцам? - недоуменно спросила Катя - мало им, ночами в окна стрелять, как у Шолохова в книжках. Сейчас уже и пароходы захватывать решили?
   -Так ведь бандеровцы, фашисты - сказал Петр Иванович, Катин муж - тем более в газете было, этот Кук у них вроде генерала, а до того, с немецкими оккупантами сотрудничал. Фашисты - которые не зверствовать просто не могут, как волк не способен травой питаться.
   -И еще, подстрекательство со стороны американского и британского империализма - авторитетно заявил майор МГБ Колосков, супруг Марии Степановны - помните, "в Европе не осталось уже мерзавцев, которых США и Англия не желали бы взять к себе на службу"? А любому бандиту в "цари украинские" или какие-то еще хочется, чтобы не просто убивать и грабить, пока не поймают, а считаться политической фигурой. Нам на лекциях рассказывали - у США в своей "зоне Монро" так и получалось: вот был в Никарагуа Сомоса, вор и конокрад, стал президентом, потому что так в ихнем Вашингтоне решили. А еще Трухильо в Доминикане, Дювалье на Гаити, Батиста на Кубе - там для таких президентобандитов сидящих на американских штыках, даже название свое, "гориллы". То есть, обезьяны американские дрессированные, что им скажут, то и делают. И заправляет всем в тех странах чужой капитал, а бандит в президентском кресле сидит, довольный. И у нас они так же хотели: уж я-то с "лесной" сволочью дело имел! В Латвии - но думаю, и в Галиции-Волыни точно так же. Знаете, что присоединения к СССР Прибалтики, американцы так и не признали? И до сих пор существуют в США так называемые "правительства", с чиновниками и офицерами, по всей форме - всякая мразь, не принявшая народную власть и успевшая сбежать, нам не попавшись? (прим.авт. - соответствует нашей истории! Эти "правительства" существовали до 1991 года - оттого, суверенные шпротские республики сразу и очень быстро получили готовый офицерский корпус и "прозападных" чиновников, с резко антироссийской позицией. А вот самостийная Украина должна была приглашать всяких там ... в розницу, ибо готовых "оргструктур" на Западе для нее не существовало). Так что, Мариша, повезло вам сорвать очень крупную вражескую провокацию. Это ведь случайно на "Нахимове" товарищи из Москвы оказались, и с готовой к бою охраной - а если бы только обычная команда и пассажиры? Скорее всего, не удалось бы бандюкам судно в иностранный порт увести - но вот крови бы пролилось изрядно. Потому, очень хорошо даже, что так вышло. А в отпуск съездим еще, да хоть на то же Черное море! Следующим летом поплывем, от Одессы до Батуми, и назад!
   -Одесса, город красивый - сказала Мария Степановна - мне понравилось. Правда, я там больше с детьми сидела. Анна Петровна и Лючия, это персоны государственные, важными делами заняты, с самим товарищем Сталиным встречаются. Мне так и сказано было, "ваша работа, товарищ Колоскова, это их тыл обеспечить - больше сделаете для страны и народа, чем где-то еще". Ну и правильно - необразованная я, без специальности, фельдшер без диплома. Все с мужем по заставам, затем в госпитале, в эвакуацию.
   Катя хотела что-то сказать, но промолчала. Скромничает соседка - для своих лет, пятидесяти нету, выглядит вполне еще. И одевается у самой Смоленцевой, в "итальянской моде". И зарплата у нее (да еще при таком муже) очень даже ничего, куда больше чем у самой Кати, скромной секретарши в стройконторе (а теперь еще и студентки, на вечернем в Институте пищевой промышленности). И жизненных проблем куда как меньше - Петя хочет, чтоб ребенок был в семье, а что тогда с образованием делать? Вот соседка Любочка, в прошлом году родила, и в своем Жорике души не чает, только ее благоверному Сене пришлось снова из студентов вернуться на завод, с вечерним что-то у него не сложилось - чтобы семью обеспечить. Правда, говорит, что ему, как женатому и с ребенком, отдельную квартиру обещали, в следующем году. И пошел он не простым пролетарием, а на место техника, это вроде как "сержантская" должность, если по-военному перевести, и зарплата повыше. Любочку тоже по моде одевает (чтоб дешевле, по выкройкам из журнала, ткань покупает, Люба на машинке сама стучит), Катя старается не отстать, вот выходит вроде конкурса в отдельно взятой квартире. Лишь отдельные вещи, вроде шляпок и туфель, приходится покупать. Но это не слишком обременительно - ведь жить и в самом деле становится лучше, с каждым годом: цены снижают, зарплата хоть и немного, но растет, а товаров в магазинах все больше и лучше!
   -Петенька, милый, а что если нам в следующем году "победу" купить? Кабриолет, как у Смоленцевой? Двадцать три тысячи ведь не так много, у нас ведь вместе в месяц чуть меньше пятнадцати выходит, да и "москвич" можно продать тысяч за семь?
   Девчонки с работы, и Любочка, от зависти умрут, когда я, вся нарядная, как Лючия на той картинке (точь в точь все такое же куплю или сошью!) в собственном кабриолете приеду, на службу, в институт, и домой! Ради такого можно и потерпеть, экономя!
   А бандиты, что нам жить мешают - да пусть они хоть все на каторге сгниют! Слухи ходят (шепотом передаваемые) что сейчас вообще никого не расстреливают - а пойманных душегубов и бывших предателей всех шлют копать уран, где они очень скоро умирают самой страшной смертью. Так ты не делай ничего незаконного - тебя и не тронут!
   А чтоб против СССР, и самого товарища Сталина? Это и представить страшно, как такое может быть!
  
   США. Ранчо где-то в Техасе.
   Когда-то в Британии, среди высшего общества, был распространен "сельский стиль жизни". Поскольку Лондон викторианских времен был ну очень грязным местом - оттого и любовь англичан к черным зонтикам и одежде, чтоб не была заметна оседающая на ткани жирная копоть, составляющая основной компонент лондонских туманов - и джентльмены предпочитали жить в своих поместьях, приглашая гостей. День проходил в прогулках по свежему воздуху, сдобренных развлечениями, вроде игры в крикет или стрельбы в цель, затем надлежало за обеденным столом оценить искусство хозяйских поваров. И конечно, попутно велись беседы - иногда праздные, а иногда и влекущие за собой принятие в парламенте нового закона, заключение торгового союза, или объявление войны. Эпоха таких великосветских раутов завершилась с началом первой Великой Войны - после которой очень немногие из британских аристократов могли содержать большие поместья с огромным штатом вышколенных слуг. Но эстафету подхватили за океаном - что стало не по карману английскому герцогу или графу, было вполне доступно американскому миллиардеру. И конечно, остался главный смысл подобных сборищ - обсудить, оценить и решить, вдали от чужих ушей (а тем более, газет).
   -Итак, джентльмены, в наличии две новости, хорошая и плохая - сказал хозяин - касающиеся всех нас вместе взятых. Хорошая: наша сборная команда вышла в финал. Плохая: кто проиграет в финале, теряет все. При том что противник очень силен - и это я еще не принимаю в расчет возможные тузы в его рукаве.
   -Цифры точные? - спросил второй из присутствующих - а то знаете, есть истина, есть ложь, и есть статистика, хехе! Русские ведь вполне могли и туман подпустить.
   -Мои аналитики стоят денег, что я им плачу - ответил Первый - погрешность допускается, но не влияющая на главный вывод. Советы стабильно показывают экономический рост десять процентов в год, и это еще предельно осторожная оценка. Наш же показатель известен. Итог - лет через двадцать, русский лагерь сравняется с нами по промышленной мощи и богатству. И дальше пойдет таким же темпом. Не боясь кризиса перепроизводства - этого не будет при советской плановой экономике. Где у нас возникла бы Депрессия - русские просто направят избыточный продукт в долгосрочные проекты, великие стройки, развитие науки - да хоть снаряд на Луну запустят, как у месье Жюль Верна. Все это было бы прекрасно - вот только тот мир уже не будет нашим.
   -Нет ли тут преувеличения? - спросил третий джентльмен - все ж слабо верится в русское вторжение через океан. Как и в то, что кто-то может вытеснить нас с наших традиционных рынков Нового Света, "зоны Монро". А уж в одном из вариантов, предложенных вашими аналитиками, сравнение нас с мелкими хозяйчиками, процветающими до прихода монополий, полвека назад - не выдерживает никакой критики, если не прямо оскорбительно. Как вы представляете - распространение русских правил игры, в нашей зоне? Не говоря уже о том, что американский дух индивидуализма совершенно не примет советской "колхозной" системы.
   -Это одна из версий - ответил хозяин - как пойдут события, когда будет пройдена "точка невозврата". Пропасть вроде той, куда уже вот-вот готова рухнуть Британская Империя. Вам напомнить, что в начале века "кузены" были даже больше, чем мы сейчас - признанная всеми Первая Держава, с ведущей экономикой и мировой валютой. И было лишь одно облачко на ясном небе - превосходство немецких товаров, при их лучшем качестве и дешевой цене, Германия экономически догоняла Британию так же как сегодня русские, нас. Именно этот факт был главной причиной первой Великой войны - причем англичане оказались в лагере победителей, но это им не помогло. Джентльмены, я не буду повторять основные положения документа, с которыми вы все уже ознакомились. Я лишь констатирую факт, что фитиль под нами зажжен и отмеряет время. Пусть в конце будет даже не катастрофа (хотя и она не исключена), а "мягкая посадка", разница в данном случае не принципиальна.
   -Наша экономическая помощь Европе? - спросил Второй - или Маршалл ошибался, рассчитывая на каждый потраченный доллар получить пять?
   -Эффект был, окажись под нашим контролем вся Европа - ответил первый джентльмен - ну может, кроме ее нищей восточной окраины, Польшу с Румынией можно было и Советам отдать, это непринципиально. Но русские подгребли под себя большую часть, с Германией и Италией. Что остается нам - Франция и Англия, которые все еще трепыхаются, пытаясь вести свою игру (та история с биржей показала, что даже лягушатников рано сбрасывать со счетов), Испания, что категорически отказывается идти на политические уступки, желая, вот ужас, самой распоряжаться в сових внутренних делах - лавируя между нами и Советами с Ватиканом. Выходит, что мы в полной мере можем гра... "помощь оказать" лишь мелочи - Бельгии, Голландии, Дании, огрызку Норвегии и Португалии. Этого не хватит, для успешного решения наших проблем!
   -Все ж верится слабо - сказал Второй - чтобы русские, и превосходили нас в товарной массе, в удовлетворении потребностей рынка?
   -Вот это привезено из СССР - ответил хозяин, доставая и ставя на стол предметы - ничего секретного, продаются в магазинах в Ленинграде и Москве, и наверное, не только там. Это - транзисторный радиоприемник, вам напомнить когда была запатентована сама возможность заменить лампы кристаллами? Телевизор русского производства не привезли, но прошу поверить на слово, они есть, и качеством нисколько не хуже наших. Или, взгляните на эту фотографию - мотоциклами наших американских парней не удивишь, но русские парни ездят по своей тайге и колхозным дорогам на том, чему у нас и названия нет: четыре колеса, и мотоциклетное седло (или нормальное сиденье), то ли мотоцикл-переросток, то ли автомобиль-недомерок - причем зимой это еще может и на лыжи становиться, вместо передних колес, а шины могут быть размером как у грузовика, работая как баллоны-поплавки на воде или по болоту. Такие машинки, как нам удалось узнать, и в Советской Армии применяются - то есть, это не импровизация, а линия развития. А как вам вот такая игрушка для взрослых - кубик с разноцветными гранями, которые можно крутить, попробуйте, джентльмены - и подумайте, какие миллионы заработал бы у нас тот, кто придумал такую ходовую и занимательную игрушку? И вот это - пластиковая кукла, которую можете купить там в любом киоске. Что в ней революционного, помимо пропорций, не ребенка, а взрослой женщины? Да то, что они делаются в разных образах - и дети будут не играть с одной, раз купили, и рынок затоварен, а требовать от родителей коллекцию собрать, покупать новые, гениальнейшее маркетинговое решение! И поверьте, таких идей у русских много. Собственных - а не подражание и догоняние нас. У нас на глазах, русский медведь сбрасывает шкуру и превращается в кого-то еще более опасного - столь же сильного, но также и быстрого, ловкого, умного.
   -А может быть, если известная вам гипотеза справедлива, это влияние тех, из-за Двери?
   -Может быть - сказал хозяин - но вряд ли, решающее. "Короля играет окружение" истинно не только в политике. Если даже и так, то все русское общество оказалось в целом готово принять и подхватить привнесенное. Но тогда - так ли уж важно, что дало первый толчок? А существенно - что русские нас обгоняют. Даже в том, что мы считали своим.
   -Я прочел все очень внимательно - сказал четвертый джентльмен - но не понял главного: какой вывод? Вы бьете тревогу, но не предлагаете, как потушить пожар. Или - это то, о чем я подумал? Действительно, не стоило сейчас писать, что единственным выходом будет новая великая война - по крайней мере, пока в строй не встанет новое поколение, этой войны не видевшее.
   -Нет - ответил первый джентльмен - война не исключена, но на самый последний выход. Ведь глупо начинать, когда нет полной уверенности в победе - иначе можно кончить, как германский неудачник.
   -Тогда что остается? - задумчиво произнес Второй - если причина, это слишком быстрый русский рост, значит его надо замедлить. Для чего вовсе не обязательна война "горячая" - конкурентная бывает не менее жестока. Только пожалуйста, не надо авантюр, как три года назад - а ведь я тогда вас предупреждал! И что за идиоты на вас работают - из сорта тех, кто, как говорят русские, в услужливости опаснее врага? Я про эту историю с пароходом "Нахимов" говорю, кто не понял?
   -Простите, а в чем дело? - удивился Третий, джентльмен лощеного аристикратического вида - планом и не предусматривалось, что украинским повстанцам удастся захватить судно, а тем более привести его в наш порт. Это должна быть кровавая баня, показавшая Советы в крайне неприглядном виде. Ну а исполнители, это всего лишь расходный материал.
   -Я не ваших наемных гангстеров имею в виду - резко бросил Второй - а тех болванов, что сидят в турецкой резидентуре. У меня ведь свои источники информации есть - о том, что наш военный атташе требовал от турок. Послать самолеты и подводную лодку, атаковать русский пассажирский пароход в мирное время, в нейтральных водах - а после что, опять "шанхай" в ответ прилетит? Слава богу, что даже у фанатиков из "серых волков", это которые "вернем Проливы и Армению", хватило даже не мозгов, а инстинкта самосохранения, не лезть медведю в пасть!
   -Были всего лишь предварительные наметки - ответил Третий - насколько мне известно, не более чем проработка плана, с выделением сил и средств, и проверкой готовности исполнителей. И главную работу по возможности должны были сделать те самые повстанцы - подлодка должна была лишь после забрать захваченный объект. А самолеты-торпедоносцы без опознавательных знаков нужны были лишь чтобы вывести из игры эскорт. Все это были, повторяю, лишь самые предварительные наметки, оставшиеся в воображении некоторых лиц, до реализации дело не дошло. Цель ведь того стоила - как в европейском футболе говорят, "бежать даже за безнадежным мячом".
   -Но не настолько же безнадежным? - не согласился Второй - при таком количестве задействованных людей, причем не наших, а турок, и вы думаете, это не выплыло бы? Или по плану, лодка, приняв на борт интересующее вас лицо, должна была после по пароходу торпеды выпустить, чтобы свидетелей не осталось? Да, а как предполагалось связаться с вашими пиратами, должными сделать главную часть работы? И выходит, что кто-то из этих головорезов был в курсе, кто работодатель? Да, и по-вашему, Сталин бы поверил, что в Черном море откуда-то могли взяться подлодки и самолеты "неопределенной государственной принадлежности"? Это я еще ни слова не сказал насчет того, что если гипотеза о Двери может оказаться правдой, и мы охотимся на одного из "оттуда", то те, кто его послал, могут очень обидеться, и конкретно на нас, черт побери! И на наши головы, вот сюда сейчас, упадет то же самое, что на Шанхайский порт три года назад - "неопределенной принадлежности".
   -Вы считаете, что достоверное знание о Двери, хотя бы факт ее существования, не говоря уже о задушевной беседе с человеком оттуда, не стоило бы любых затрат?
   -Стоило бы - заявил Второй - но уж точно не методом, лезть в темную комнату, где возможно, спит тигр, и вслепую тыкать палкой во все стороны, вот зверюга проснется, и тогда мы узнаем, есть она там или нет. Придумайте что-то более безопасное! Например, действовать строго по закону, то есть по взаимно принятым правилам - ну а все прочее оставить посторонним лицам, никак не связанным с нами. Искать малейшую возможность законно притормозить русский разбег - ну а любые грязные дела, идущие в ту же тему, оставить всяким там "повстанцам".
   -Вы афганский проект имеете в виду? - поинтересовался хозяин - так вношу ясность: перспектив нет. Поначалу британцы, полагая, что имеют значительное влияние на местных племенных вождей (в Афганистане до сего дня клановые традиции имеют больший вес чем закон), подговаривали их к набегам на советскую территорию. Вот только те, кто ушли, назад не вернулись - и более благоразумные соседи тут же забрали и поделили их земли, стада, женщин. После чего эти дикари охотно принимают от наших кузенов деньги и оружие, но находят все новые оправдания не идти через русскую границу сейчас, "а вот завтра, и если вы еще нам что-то дадите". В Лондоне уже требуют нашего финансового участия, "раз уж это была ваша идея". Но я, повторяю, совершенно не считаю этот проект перспективным.
   -Отчего же у Советов так хорошо получилось с Вьетнамом? - спросил Второй - Франция уже на грани разорения, после восьми лет колониальной войны. Помню, что вы говорили когда-то - вьетнамцам не надо платить, они воюют за свою Идею, и коммунизма, и собственной нации. Так простите, неужели внутри советского лагеря нельзя найти недовольных? Забыл, кто из европейцев, Макиавелли или Борджиа, изрек, что чтобы уничтожить вашего врага, не обязательно нанимать убийцу, иногда бывает вернее подстроить, чтобы у врага вашего врага под рукой вовремя нож оказался?
  
   Анна Лазарева.
   Опять Украина!
   Или, Галиция уже - другой совсем это народ, и ССР. Бандеровщину там добивают - но вот проявился там еще один очень опасный фронт. Университеты, Львовский и Черновицкий - где законом дозволено преподавание на украинском; и потянулись туда кадры, с соответствующими убеждениями! В прямых связях с бандеровскими бандами пока не уличены, и напрямую ни к чему противозаконному не призывают, а вот идейно... Украина, это наследница Киевской Руси, це европа - а москали, это потомки Орды, немытая Азия. Вся культура на восток шла от украинцев - без чего дикие москали бы до сих пор по лесам лапу сосали. Курские, воронежские, смоленские земли исторически принадлежали Украине - а москалям место в лесах за Уралом. И вообще, вы, украинцы, во всех отношениях выше варваров-москалей. Такому вот учат - а если и прямо не говорят, то намеком. Хотя есть и такие, кто не стесняются.
   А это опасно тем, что мы знаем - в иной истории, наследственность бандеровщине, дожившей до следующего века, обеспечили не остатки схроновой пехоты, а такие вот взгляды среди интеллегенции. Девяносто первый год - и вот оно, знамя, вот идеи!
   Вдобавок, в Львовском университете распространяются взгляды, что он, действительно старейший из университетов на территории СССР (в 1661 году, повышен в статусе из иезуитской школы, существующей с 1608), является истиной в последней инстанции перед какими-то МГУ и ЛГУ, не говоря уже о прочих. И вопрос о языке принципиальный - будто бы, украинская мова есть язык древнекиевский, а русский, это та же мова, изуродованная татарами. Что никак не способствует интернационализму и дружбе советских народов.
   Аналогично - и по Черновицкому университету. Вся разница, что он историю имеет совсем недавнюю, ста лет не прошло. И оттого, между ним и Львовским даже конкуренция есть - а преподавательский состав так откровенно друг друга недолюбливает. Но те же идеи, "Украина це Европа, сейчас временно под властью Орды москалей".
   -Прочла? - спросил Пономаренко - товарищ Федоров, человек прямой, предлагает разогнать эти гадючники к чертовой матери. Упразднить - и дело с концом.
   -Раз вы так спрашиваете, Пантелеймон Кондратьевич, то значит, не согласны - отвечаю я - закрыть можно, и плевать что там заграница скажет. Но вот что все недовольные, что туда слетелись как мухи на мед, и где они все в куче и на виду, разбегутся кто куда, и возможно, уже не только идеями ограничатся, это бесспорно. И я понимаю, там дело не в немногих главарях, кого изъять можно, а в распространении неправильных взглядов на большую часть студенчества. Тайная организация обнаружена?
   -Пока нет. Но это ж студенты. С неистребимой тягой к полушутейным "тайным братствам". Вот только трудно сказать, что в них в шутку, а что нет.
   -Значит, придется разбираться хирургически - говорю я - чтоб сохранить для СССР старинный университет и основную здоровую массу студенчества. Ну а кого из паршивых овец придется изъять, явно или тайно (арест с приговором, или несчастный случай), а кого достаточно просто опозорить или напугать, это на месте решим.
   -Кандидатуры?
   -А вы будто не знаете, Пантелеймон Кондратьевич? В Академии на нашем факультете, по списку двух курсов, шестьсот восемнадцать слушателей - развернулись бы больше, так преподавателей не хватает. Уровень подготовки оцениваю, по армейской мерке, от сержанта - это те, кто совсем с минимальным багажом туда пришли, как наши "смолянки" до капитана, командира строевой роты - это те, кто уже жизнью терты: фронтовики, следователи, погранцы, милиция. Через два года им уже можно самостоятельные поручения давать - а пока, только на подхвате.
   -А те, кто в Молотовске остался? Из твоей бывшей команды "стерв" и к ним примкнувших?
   -Они там вполне на своем месте. И лучших уже в Академию вытянули, еще в прошлом году, когда увеличили набор. Так что, товарищ Пономаренко, опыт управленческой работы на высшем уровне, только у меня. Приехать, разобраться, посмотреть.
   -Про приговор от УПА забыла?
   -Так бандерью хвост прижали, и Кук у нас. К тому же, приговор вынесли "Ольховской", ну а в Львов приедет совсем другое лицо. Если только от нас утечки не будет.
   -Тебя в Одессе видели. И на пароходе.
   -Так проверить, среди пассажиров "Нахимова" были ли - из Львова и Черновиц. И вообще, с Западной Украины.
   -Сделаем. Еще что потребуется?
   -Марь Степановне помочь - а то ведь не справится одна, с детьми. И моими и Лючии. Есть у меня мысль одна, как легализоваться. Чтоб быть в центре событий, изнутри все видеть, а не взглядом заезжего ревизора. И не заподозрил бы никто. Ну а товарища Федорова и предупредить можно.
   -Надеюсь, Анна Петровна, что в "студентки" вы не пойдете?
   -Нет, Пантелеймон Кондратьевич. Во-первых, к экзаменам надо подготовиться и сдать. Во-вторых, у первокурсницы статус низкий - доверия мало. В-третьих, свободы нет - надо на все лекции ходить, домашние задания делать. В-четвертых, по закону подлости, можно наткнуться на кого-то из бандер, знакомых еще по Киеву - а как студентке обеспечить охрану? И в-пятых, как студентке незаметно и часто общаться с Первым Секретарем?
   -Молодец, чему-то научилась.
   -Значит, нужна команда. Из "своих" или по крайней мере, чтоб они в большинстве. Со свободой перемещения, не вызывающей подозрений ни у кого. И вхожая как в окружение Первого, так и в студенческую среду. В то же время, чтобы и мысли ни у кого не возникло о связи с госбезопасностью. Например, киногруппа, даже не с Московской, а Ялтинской студии (с Довженко нельзя - там у львовских наверняка связи есть, знают, кто есть кто). Приехала снимать, про геройскую казацкую старину - тут и массовка нужна, из местных, и отношения совсем не формальные, и доступ на любые объекты, которые сочтет "киногеничными", если местная власть не возражает, а она вполне может таким гостям навстречу пойти. Вот только, Пантелеймон Кондратьевич, пожалуйста, не надо больше из меня "мерилин" делать!
   Это я про то, что было в прошлом году. Фильм "Высота" товарищу Сталину понравился, и он распорядился его переснять, еще в сорок пятом - но при просмотре остался глубоко недоволен. Поскольку кино, как как вид искусства, еще Владимир Ильич Ленин высоко оценил (прим. авт. - дословно, "Пока народ безграмотен, из всех искусств для нас важнейшими являются кино и цирк" - Ленин), то Иосиф Виссарионович лично дает добро на выпуск каждого фильма "из будущего". Редко что-то выходит на экран в подлинном виде - тут и технические проблемы, с ноута на пленку перевести, и иные, как залегендировать неизвестные имена и лица артистов? Потому, обычно "по сюжету и сценарию" понравившегося фильма снимается его "ремейк", как бы сказали в будущем, с разной степенью близости к оригиналу. Например, "Карнавальную ночь" сделали один к одному, с Ильинским в роли Огурцова, и песня про пять минут, и даже платье у героини такое же. "А зори здесь тихие" - прибавили боевых умений, и старшине Васкову, и кому-то из девчат, там финальный бой в избушке идет с бросанием ножей и приемами русбоя (Юра Смоленцев в консультантах - а Лючия огорчалась, что в актрисы не попала, она тогда в декрете была). "Белое солнце пустыни" - добавили английского майора-советника в банде Абдуллы, а еще долго спорили, не оставить ли Верещагина живым? Решили все же сделать как было - чтоб показать, нельзя в такой войне быть самому по себе, в стороне стоя. Хотя чисто по-человечески, героя жаль. Ну и слышала, что "Иван Васильевич меняет профессию" Сталин одобрил, но никому не удалось увязать оригинальный текст и сюжет пьесы Булгакова с гениальными придумками Гайдая, а без них совсем не то. А мнение Вождя (как последнее решающее слово) - чем снять плохо, лучше не снимать вообще! Так как упустили мы в той исторической реальности, духовное формирование человека-коммунара. Ведь если бы людям в массе было бы не все равно - никакая бюрократия предать не посмела бы! Да и нет у нас "голубой крови", не сложилась пока - руководители в одном котле варятся со всеми. И надо нам, чтобы искусство воспитывало - формировало общественное сознание. А уж "коммерческий успех" тут вовсе не главное - его лишь как индикатор можно рассматривать, и не больше. И далеко не факт, что самое продаваемое, это лучшее - известно ведь, что вниз падать и морально разлагаться может быть приятнее, чем себя развивать! Но и за руку вести прямым морализаторством, тоже нельзя - может вызвать эффект обратный. Вот не знаю про эффект двадцать пятого кадра - у нас к этому поначалу отнеслись предельно серьезно, опыты проводили... и не подтвердился эффект! А вот то, что показывается мимолетно, как само собой разумеющееся - нередко общепризнанную норму и формирует.
   -В целом, хорошие фильмы снимали потомки - заметил Пономаренко - но есть одно обстоятельство. Обратите внимание, чем заняты герои. Начиная где-то с семидесятых годов, резко возросла бытовая тема, а вот труд, работа, практически исчезли! И не надо говорить что неинтересно про "процент выполнения плана", ну отчего американец Хейли умел писать отличные "производственные романы", как назвали бы у нас "Аэропорт" или "Отель", а мы разучились? Это не мелочь - это показатель, что в обществе пошло что-то не так! Когда труд, на общее благо, стал неинтересен, превратившись в повинность, халтуру. Есть мнение, что нашему советскому зрителю нужен хороший фильм на производственную тему!
   Есть мнение - это характерная фраза товарища Сталина. Как и манера, начинать разговор как бы издали, давая настрой. Та "Высота" была добротной в целом картиной - и мы с Лючией как раз тогда в "приемной комиссии" были на "Мосфильме", даже участие приняли - в массовке, по дорожке в парке мимо героев идем, наших лиц под шляпками почти не видно. Но "есть мнение", что можно и нужно углубить, улучшить, усилить! А кто лучше справится, чем тот, кто в иной истории оригинал делал? Александр Зархи (сам он, ясно, о том не знает), известен пока по довоенным еще фильмам "Депутат Балтики" и "Горячие денечки". Актеры - частью те же, но на несколько лет моложе, как например Рыбников, пока еще студент ВГИКа (Пасечник), или Карнович-Валуа, уже артист Театра Ленкома (Токмаков). В романе Воробьева, по которому снят фильм, действие происходит на Урале - по сценарию действие перенесено в Донбасс, прямо не названо, но легко узнать, и по характерному степному пейзажу из окна вагона, и по тому, что восстанавливают "что фашист разрушил". Вспоминают, какой город, какой завод тут были до войны - и говорят, а вот еще краше сделаем! В оригинале, над героями почти не висела недавняя война, лишь Токмаков упомянул, что "ротой командовал" - в новой же версии в кадре появляются, то памятник героям в парке (мимо которого идут Катя с Пасечником), то орденские ленточки на пиджаке Берестова-старшего, то названия улиц, то просто пара слов в беседе, или воспоминания "а как было до сорок первого". Детали, на первый взгляд никак не акцентирующие на себе внимание - но просто присутствующие как данность. Вроде портрета Сталина, показанного мельком на стене. Или разговора о снижении цен. Или слов "да що я тебе Петлюра или Бандера какой - все мы, советские, а уж после русские или украинцы".
   И прорывающееся наружу желание всех - скорее восстановить завод, который был "самый большой в Европе". Мелькнувший в кадре лозунг на кумаче - "дадим СССР больше металла". Слышимый как фон голос по радио, новости с войны, Китай или Вьетнам, как империалисты хотят загнать в колониальное рабство тех, кто слаб. Кто-то из монтажников приходит устраиваться на работу - в военной форме с медалями, только что отслужил - а на следующий день уже трудится наравне со всеми.
   Было предложение сделать "антигероя" Хаенко не просто лодырем и рвачом, но и бывшим полицаем, которого в конце разоблачат. Но Пономаренко сказал - это было бы слишком просто. А вот посмотрят фильм потомки лет через двадцать, и успокоятся, скажут, "у нас таких нет, у всех чистая анкета". И будет такой хаенко в реальной жизни себя советским человеком считать, поскольку "не был, не участвовал". Так что оставьте шпионов и предателей для детективов - а у нас, производственный роман.
   Про повышение жизненного уровня советских людей тоже вставили. Как Берестовы телевизор покупают, КВН с крохотным экраном - но по вечерам теперь к ним все соседи приходят на просмотр. Или как Пасечник Кате складной зонтик дарит, на следующий вечер после сцены в парке с грозой, "никогда в руках не держала - так вот, самый модный, носи". И конечно, вечером или в воскресенье, на культурном отдыхе, героини все в платьях "от Лючии" (заодно и реклама "русско-итальянской моде").
   Лючия после "Ивана-тюльпана" во вкус вошла - и иные товарищи с киностудии также были не против. Все ж думаю, что в "Высоте" ей по характеру больше подошло бы Катю сыграть, а не Машу? Но захотелось попробовать в более драматической роли. Однако:
   -Аня, по роли выходит, я замужем за начальником стройки, и влюбляюсь в другого? Этого даже в книге не было!
   Верно - по роману, Маша всего лишь сестра одного из бригады Токмакова, замуж ее уже в фильме выдали! И Пономаренко заметил - давай не будем разрушать советскую семью? Так что в нашей версии, героиня Лючии, это сестра кого-то, и студентка, судя по чертежам в ее комнате, по технической специальности. Александр Григорьевич Зархи был поначалу не в восторге от навязанной ему непрофессиональной исполнительницы, причем не на последнюю роль - но тут уже Пономаренко оказался непреклонен:
   -Товарищ Смоленцева хочет помочь нашему делу? Пусть попробует - если у нее выйдет стать хорошей актрисой!
   Ну а я... это вышло полной авантюрой! Первоначально в сюжете был задуман новый персонаж, инструктор Партии, приехавший из Москвы, для помощи и контроля. Как высший и справедливый судия, ибо Партия у нас ошибаться не может! Но товарищ, назначенный на эту роль играл даже не плакат, а какую-то ходячую карикатуру! Ну где вы таких инструкторов видели - не так они себя ведут, не так говорят.
   -Анна Петровна, а может вы попробуете? А отчего собственно, это должен быть мужчина?
   Предложил Зархи. И Пономаренко, совершенно неожиданно, поддержал:
   -А в самом деле, Аня! Вы мне жаловались, что некоторые несознательные товарищи вас не принимают всерьез - и "да что баба понимает", и из-за вашего вида. Но тогда это будет полезно, показать всей стране, что у нас бывают и такие Инструкторы! И представьте себе, выглядят вовсе не как "товарищ брекс", или как ее там?
   Когда Пантелеймону Кондратьевичу пришла в голову идея - переубедить его ну очень трудно! Если он уже взвесил и разбивает все твои аргументы.
   -Секретность? Так простите, Аня, уж работа нелегалом вам точно не светит! Если уж вашу личность знали даже американцы, еще в сорок пятом. К тому же ваша должность Инструктора ЦК, это вовсе не секрет, в отличие от кое-чего другого. Попробуйте - тем более, согласно сценарию, играть вам надо будет саму себя.
   Попробовала. И знаете, получилось! Не изрекать с важным видом высшие истины, как товарищ до меня пытался - а как у классика, без нужды не вмешиваться, лишь доброе поддержать, а плохое не дозволить. И после, на себя на экране взглянуть, потомки бы такое "тренингом руководителя" назвали (слышала от своего Адмирала), неужели Пономаренко и это предвидел? В охрану нам дали Вальку Кунцевича (оказавшегося вдруг "невыездным"). И еще с десяток ребят - но Валентин "Скунс", с грозным удостоверением "опричника", был старшим.
   -Надеюсь, от него вы убегать не будете? - сказал Пономаренко - а то в Ленинграде до сих пор ваши похождения помнят.
   Знали бы мы с Лючией, чем это закончится!
   Фильм явно получался! У меня лишь вызывали тревогу, некоторые указания Пономаренко, хотя и с дополнением "если". Чтоб если люди из того будущего увидели этот фильм, то поверили, что мы такие, жили - вовсе не "сталинские рабы", или мечтающие о свободе интеллегенты - что мы были счастливы, довольны, и жили неплохо! Это они нам кажутся... прилично не могу сказать, вот как в фильме один из героев спрашивает, искренне не понимая, "это что ж, при царе тут заводом какой-то один владел, на него тысяча человек горбатились, а он, хоть в Париж шампанское пить, хоть в карты все проиграю" - ну да, это и есть капитализм, считал что чем больше "мое", тем лучше! Но неужели и Пантелеймон Кондратьевич допускает, что и у нас, "перестройка"? За что тогда боролись?
   -Не будет такого! - ответил Пономаренко, когда я прямо его о том спросила - надо, чтобы сама мысль о том не возникала. Чтобы наши люди и думать не могли, как это, тысяча работает, один шампанское пьет. Смотрел я отснятое - на мой взгляд, лучше выходит, чем там! Вот только мнение есть...
   Тут Пантелеймон Кондратьич нехорошо прищурился.
   -Замечание на вас с Ленинграда еще висит? Отрабатывайте, девицы-красавицы, на благо всего советского народа. Есть мнение, по-новому образ советской женщины показать. В СССР конечно, секса нет, а есть любовь - но мы ведь все не монахи, не бесполые? Тем более, все - строго в рамках приличия! Читайте!
   И кинул нам несколько страниц переделанного сценария. Что-о-о?? Товарищ Пономаренко!!
   -А что вам собственно не нравится? Ни поцелуев, ни "обнаженки". Все строго в пределах советской морали. И в соответствии с вашими предпочтениями, товарищ Лазарева!
   Интересно, тот фильм на настоящем заводе снимали? У нас же съемки проходили, что-то в Москве, на окраине (жизнь того городка), или в парке Сокольники (эпизод Пасечник и Катя), или на территории "Мосфильма". На пустыре были сооружены декорации - и отдельно, макет строящейся домны, в мой рост, все очень похоже, даже игрушечные пути внизу проложены, по которым крошечный паровозик с вагонетками ездит. Деталь, которую поднимать должны, в двух видах - и в модельном масштабе, и в натуральную величину (за нее же должен Пасечник цепляться и висеть), к крану подвешена на высоте метров пять, ракурс чтобы снять ее на фоне неба, внизу страховочный батут натянут. Внизу - все как на стройплощадке, какие-то конструкции, вагончики, трубы. Строительные леса, уменьшенного размера - если снизу снимать, то кажется, уходят на высоту этажей в десять! И помост, на который мы должны влезать, на эти леса похож - над землей метра три, но если на фоне неба, то полная картина что на самой верхотуре! Все занимают свои места - камера, мотор, начали!
   Я одета, как мне обычно и привычно, строгое закрытое платье, талия узкая, юбка-солнцеклеш, ткань крепдешин в горошек (подобие того, что я еще на Севмаше когда-то сама сшила - нравится мне и этот рисунок, и этот фасон, что движений совсем не стесняет). На голове у меня шляпа с вуалеткой - это сначала "буржуазным" считалось, но с точки зрения безопасности оказалось удобным, из нескольких женщин под вуалью, кто главный охраняемый объект? И сразу "статусная" вещь для жен начальства, и всех, кто пытается им подражать. Лючия (студентка Маша), согласно сценарию, вид имеет более легкомысленный, платье такого же фасона, как мое, но из дешевого цветастого ситчика, на голове тоже шляпка, простая соломенная (считается отличием интеллегенции, или предмет "на выход"). Остальные все, кто в кадре, одеты по-рабочему - штаны из джинсы (ну очень ткань схожа), у некоторых даже с заклепками - в кино из иного будущего, за уличную массовку бы сошли. Здесь же пока - исключительно прозодежда, прочная, немаркая, надеть ее "на выход" считается за дурной вкус, ну а девушке, так вообще, ни в какие ворота!
   Начали! Два авиамотора пропеллеры крутят, ветер создают, пыль по съемочной площадке летит столбами. У нас с Лючией платья развеваются - но в пределах приличия, мы не раз на улице в такую погоду попадали (и, как Пономаренко верно заметил, затишье у меня отчего-то вызывает тоску, но люблю ветер, свежесть приносящий). Я лишь шляпку рукой придерживаю, и лицо вуалью прикрываю, чтоб не порошило глаза. Вентиляторы я попросила с земли поднять, чтобы дуло чуть сверху вниз, и нам юбки не задирало. Мы девушки советские, приличные - а не какие-то там мерилин!
   Дерябин, начальник стройки орет, почему стоим? Так ветер же, Игорь Родионович, по инструкции нельзя! Перестраховщики, конец месяца, что мы в Центр доложим! Тут я, как лицо из Москвы, вмешиваюсь - доложите об аварии, если случится? Или берете ответственность на себя? Дерябин лишь рукой машет, и уходит. Старый рабочий говорит тихо - у нас так и неделю дуть может, пока еще ничего, а вот после раздуется. Токмаков смотрит, оценивает - и приказывает, все по местам, начать подъем! Здоровенная труба отрывается от земли, и плывет по воздуху на тросах. И тут помреж приказывает, (строго по сценарию), чтобы подуло сильнее - ой, а это уже буря с грозой, буквально сносит, мы даже нагибаемся, чтобы легче устоять, шляпки еле удерживаем, а наши платья треплет как флажки! Трубу в воздухе мотает, и еще ее снизу тросами дергают, для достоверности. Токмаков глядит с тревогой, и я с ним в кадре рядом, смотрю туда же. А ведь по жизни, так нельзя было, в мирное время! А если бы и впрямь авария, да еще с жертвами? На войне можно - там всегда по грани, и шанс считается, проскочит или нет? А Токмаков по сценарию, бывший офицер... выходит, не всегда надо, в жизни как в бой - на войне главное, победа, а за ценой не постоим, ну а когда мир, то можно и нужно с осторожностью? Значит и в игре, на киносьемках, я ценный опыт увидела? И моей героине обоснование - зачем она сейчас за Токмаковым наверх полезет? Да потому что поняла, что тоже виновата, не остановила - а значит, и отвечает!
   Ну вот зачем в кино столько дублей - одного и того же? Чтобы после самый удачный выбрать, ну а прочие как пристрелка? Но тогда, и "девять не лучших к одному хорошему" тоже необходимы? Так неужели сам товарищ Сталин ошибся? Или он не то имел в виду? И ведь не только повтор - камера ракурс меняет, и ветер то слабее, то сильнее. Еще дубль, да сколько их там? Снято наконец!
   Теперь следующая сцена - подъем наверх. Токмаков идет сквозь летящую пыль, широкими шагами, а мы с Лючией за ним бежим, за шляпки схватившись, нас несет и в спину толкает, подолы с ног обрывает. Лестница наверх, как корабельный трап крутая - не держась за поручни, не подняться. Ни на миг не задумавшись, я шляпу отпускаю, ее тотчас срывает и уносит, я вслед даже не смотрю, скорее наверх (все по сценарию). А Маша-Лючия чуть задерживается, ей хочется самой нарядной быть, перед предметом своего обожания - затем решает что любимый человек куда важнее, чем какая-то шляпка. И скажу по секрету, у меня и у Лючии, шляп для съемок была не одна, поскольку после нескольких дублей головные уборы так мялись, ломались, изваливались в пыли, что теряли экранный вид, да и надевать на прическу было неприятно. Сняли наконец?
   Хорошо, что я и Лючия в отличной физической форме! Поскольку изобразить надо было подъем на громадную высоту, то есть много раз взбежали по трапу, камере стоп, спустились, теперь повторить - немного другой ракурс, освещение, тени, и дует то сильнее, то слабее. Что платья развеваются, мы уже привыкли, а как волосы треплет, это просто ужас - а вдруг на экране выйдет (если именно последние дубли в фильм войдут), как у меня на голове прическа, когда шляпу срывает, а через мгновение уже подобие растерзанной швабры? Александр Григорьевич, когда я ему о том сказала, подумав, лишь рукой махнул! Ну, нам проще. Снято наконец!
   Теперь сцена на помосте. Земля рядом - а на экране выглядит, что на десятом этаже. За перила держусь - изображаю, что высоты боюсь, а долг сильнее. Юбки нам вздувает на плечи - тоже по сценарию, и камера на нас, крупным планом!
   -У нас девушки тут в штанах работают - бросает нам Токмаков, фразу из фильма.
   Я лишь отмахиваюсь - не до того, и в интересах дела, можно. Зная, что в кадре мы не в полный рост, а по пояс так что зрители ничего такого не увидят, и товарищи из киногруппы тоже, под платьями у нас нижние юбки надеты, специально на этот эпизод, такие узкие, что по лестнице бегать было неудобно. Захотелось кому-то (неужели самому Пономаренко) эпизод в стиле "советской мерилин" (не снят еще тот фильм в голливуде) - пожалуйста, покажем что мы тоже не бесполые, не монашки! Вот только у нас это не просто так, а часть подвига трудового - когда общее дело для наших советских женщин всего важнее! И, повторяю, на экране все будет выглядеть пристойно - я сценарий читала. И утвердила - уже властью представителя Партии, а не одной из актрис!
   С напряжением смотрю туда же, куда Токмаков - предполагается, что на сцену укрощения трубы. Которую сняли совершенно отдельно, дергая снизу за тросы, Рыбников эффектно прыгал - в одном из дублей сорвался, но ничего страшного, на страховочную сетку упал. Ну а Маша по сценарию на Токмакова смотрит больше, чем на трубу. Ну вот, считается что все закрепили и поставили на место - победа!
   И сразу переход к следующему эпизоду. Моторы ревут на полной мощности, на предельных оборотах - а на помосте, настоящий ураган! Токмаков с облегчением произносит, успели (согласно сценарию). Я изо всех сил в поручни вцепляюсь, испугавшись что меня сдует, платье на мне вывернуло наизнанку, стало срывать прочь, даже нижнюю юбку завертывало вверх, я коленями ее сжимала, а подол над головой завязывало узлом, лицо закрыло, не вижу ничего, Лючия что-то кричит, в шуме ветра не разобрать! Ладно "наша советская мерилин лучше американской", но всему ведь есть мера и приличие! Совершенно не хочу "секс-символом" становиться, как та актрисулька - мы с Лючией сейчас советских женщин вообще изображаем, а не конкретно наши персоны!
   Наконец закончилось! Мы платья поспешно одернули - ой, а помреж произносит, "дубль два"! Сейчас нас снова раздевать будет?! А Карнович-Валуа-Токмаков с усмешкой смотрит, и произносит мои же слова:
   -Если в интересах дела, то можно. Надо, товарищ инструктор, надо! Раз Партия просит.
   Настоящую Мерилин бы сюда, она бы сразу убежала с визгом - а мы терпели! Когда наконец спустились, нас попросили поверх какие-то ватники надеть, и тоже на камеру засняли. Я тогда не поняла, зачем - в сценарии вроде не было? И лишь после, при просмотре уже полностью смонтированного эпизода, мне захотелось сквозь пол провалиться - да что же это вышло такое??
   Говорят, что натурщицы художникам позировали не нагими, а в тонких трико. Вот и мы с Лючией, в легких платьях на ветру, с самого начала были как эти натурщицы-купальщицы, фигуры показывая в мельчайших подробностях! И длилось это целых две или три минуты - а не какие-то мгновения, как у какой-то Мерилин. И как мы бежим, и у нас подолы между ног заносит и облепляет, и на лестнице сплошное бесстыдство, ну а наверху - да там кадры, когда у меня юбка над головой, были самые пристойные, в сравнении с тем, как на мне все обтягивало, и ведь я не видела это тогда! И тоже, это безобразие не секунды на экране, а дольше. А уж под конец - ужас!! Кто сценарий изменил??
   Звоню режиссеру, злая как собака! Александр Григорьевич ссылается на то что "ваш товарищ так сказал". Валька, сволочь, гад, ты что с нами сотворил! Как это выглядеть будет?! Репрессирую! Убью!
   В сцене последней, камера на нас наезжает, по пояс, по грудь, по плечи, только лица - а ветер сильнее треплет наши волосы и платья, захлестывает нас с головой, мы словно тонем, так по сценарию должно быть, "режиссерская находка". Но Валька достал где-то еще два куска такой же ткани, как наши платья. И на экране, после вскрика Лючии, и слов Токмакова:
   - Ну я ж говорил, у нас девушки только в штанах!
   - Ай!! Ничего, если для дела, то все можно! - голос мой.
   Два треплющихся бесформенных лоскута улетают в небо, на фоне облаков. А после, внизу, мы в спецовках, в кадре по пояс, под рабочей одеждой не видно совсем, в платьях мы или нет. Что случилось - домысливайте сами!
   Как я Вальку не прибила, когда увидела, не знаю сама. Орала на него, не стесняясь Пономаренко! И требовала это бесстыдство из фильма убрать! А Пантелеймон Кондратьевич лишь усмехался, а затем выдал:
   -А мне понравилось! Идейно все получилось - как вы, Анна Петровна рассказывали, про ваш партизанский отряд и связную из Минска, как она с донесением шла, ей реку переплыть надо было, и узелок с одеждой утопила, зато донесение и личное оружие спасла. И почти сутки еще пробиралась по лесу, почти нагишом, хорошо что тепло было, но комары. И никто в отряде ее "бесстыжей" не назвал - кстати, как ее звали, не помните? (прим. авт. - случай реальный, но не Белоруссия, а Карелия, 1942, партизанка Мария Мелентьева, Герой Советского Союза, погибла в 1943). Также, фильм внимательно смотря, никакой "обнаженки" я там не узрел, только ваши лица и руки, все строго "облико морале". А что кто-то выдумать может, по своей испорченности - так кто за дураков отвечает? Безобразие убрать - ну, Аня, вы скажете, у вас обеих там великолепные фигуры, стройные и подтянутые, как на физкультурный парад! Нет там никакого неприличия - уж никак не больше, чем на пляже, или шествии спортсменок. Впрочем, красавицы вы мои, давайте вы у себя дома, у своих мужей спросите, можете их в удобное время на просмотр пригласить. А я - у товарища Сталина, что он скажет. Но мое личное мнение, и я его Вождю выскажу - да Мерилин, которая ту сцену еще не сняла, от зависти убьется, и в то же время приличия полностью соблюдены, строго по-советски! Аня, уж вам-то хорошо знакомо: вот идете вы, или другая советская женщина, самых строгих правил и морали, в таком платье, как на вас сейчас, и вдруг ветер подует - и что, она сразу "легкого поведения" стала?
   Спросила я вечером у своего Адмирала - стесняясь, будто что-то неприличное хотела сказать. А он лишь улыбнулся и сказал - солнышко, ты для меня и в платье, и без него самая лучшая и красивая. А если серьезно - то вот на мой личный мужской взгляд, такое легкое платье с длинной летящей юбкой в движении и на ветру выглядит намного эротичнее самого смелого мини, и даже купальника, своей непредсказуемостью и ожиданием - но в отличие от них, еще и целомудренно.
   -Но ведь это все увидят? - возражала я - знаю, что у вас были там всякие мисс, в купальниках, на сцене, но я так не могу!
   -Так ведь не в купальнике и не на сцене? - ответил Михаил Петрович - и мы чай, не мусульмане, чтоб любимую жену на улицу только в мешке выводить, а вдруг увидит кто ее красоту? Будешь женским лицом и образом СССР, что в этом плохого?
   Лючия, когда мы уединились посекретничать, сказала - что Юрка ответил ей ее же словами, сказанными когда-то, что "лучшее украшение для любого синьора, это красивая и нарядная синьорина с ним вместе". А поскольку никакой обнаженки нет, то и католическая мораль не поколеблена! Так что - ничего плохого!
   И наконец Пономаренко передал мне слова Сталина - значит, их Мерилин от зависти помрет, и в то же время, все строго в рамках морали? Это хорошо!
   Так и вышел фильм на экраны страны, в том самом виде. Кстати, пересмотрев его еще пару раз, я сказала бы, что он удался. Во всем прочем!
   А Валька, ну как мальчишка школьного возраста, не отвыкший еще девочек дергать за косы! Когда моя злость утихла, он отдал мне фото - кадры, не вошедшие в фильм, где я и Лючия, стоим на помосте и у нас даже нижние юбки целиком задрало вверх, вот ужас! Валя клялся, что вся лишняя пленка смыта, как положено, и отдана в перезаливку (прим. авт. - тогда было принято, ради экономии, ненужные дубли смывались, и целлулоидная основа возвращалась на фабрику кинопленки для повторного использования). Ну, если он меня обманул, и эти снимки хоть где-то выплывут - я пообещала ему, что точно не забуду, и подвергну репрессиям!
   И никому я это безобразие не показывала, только Лючии. А она (тоже мне, католичка!) внимательно рассмотрев, выдала:
   -Аня, а я вот думала, как нам на подиуме купальники из двух частей показать, чтобы прилично? Так вот же решение!
   Так и вошли в обиход купальники "лючия", одновременно с платьями сверхклеш. В которых мы на пароходе блистали.
   -Ради дела, все можно - усмехнулся Пономаренко - как ваша героиня в том фильме говорит.
  
   Лючия Смоленцева.
   Пусть вечный бой. Покой нам только снится. И наградой - радость от одержанной победы. Что мир стал чуточку лучше и чище, когда умерли очередные враги.
   -Если это враги - ответила Анна - ты ведь помнишь, что нам по медицине читали? В организме иммунитет, это когда бациллы гибнут - но что будет, если заодно и здоровые клетки, с ними? Испанский грипп - когда защита к незнакомой угрозе не готова, и не различает своих и чужих. Когда погибло больше людей, чем на прошлой Великой войне. Люся, ты на товарища Кунцевича не смотри - у него хорошо выходит командовать, но ему нельзя доверить что-то решать; он тактик поля боя, а не политик, не стратег. Его приоритет, уничтожить врага - наш же, достичь цели, блага для СССР.
   Я отлично поняла свою подругу - вспомнив, что сказал мне отец Серхио, легат Его Святейшества в Москве, заодно исполняющий обязанности моего духовника. В каждом человеке есть и добро и зло (за исключением святых, и, распоследних мерзавцев), и долг истинного Наставника в том, чтобы помочь светлой стороне, влияя когда Словом, а когда силой. Но "кто без греха, тот пусть кинет камень" - что будет, если считать грешниками всех, в чьей душе есть лишь малое пятно? И зачем воевать со всем миром, когда можно добиться своего дружеской любовью - так кажется было написано у великого Макиавелли? Этому нас и учат в Академии - "хорошо то, что хорошо для СССР и его друзей".
   Мадонна, разве это плохо, быть счастливой от победы? Мне пишут из Рима, что фильмы, где я снялась, и "Иван-тюльпан", и "Высота", имели в Италии оглушительный успех! А меня неприятно укололо, когда я услышала про Софи Лорен! Сейчас ей всего девятнадцать, но у нее все еще впереди, великие фильмы и великие роли - хотя если подумать, вряд ли здесь она будет работать с Голливудом; там кино моей страны было на какие-то мелкие темы, о жизни маленьких людей, а в этой реальности оно, как заметил мой муж, "на югославское похоже - где партизанская тема была одной из главных". Но талант все равно пробьется - может, этой Лорен ненароком ножку подставить, чтоб не поднялась высоко, я ведь сумею! О мадонна, прости, это ведь грех зависти, неугодный Господу. И Анна, и мой рыцарь, я знаю, этого тоже не одобрили бы никак!
   Значит, надо играть честно. Сняться еще, в столь же удачных фильмах, как "Высота". Вот отчего я была рада, когда Пономаренко подверг план Анны своей критике - ведь его намерение полностью совпало с моим желанием!
   -Кино, это идея хорошая. Вот только отчего "якобы съемки", зачем зря тратить ресурс? Организуйте сценарий и режиссера - Анна Петровна, вы ведь в киноиндустрии уже многих и многое знаете, так что не мне вас учить. Трудно - так нет таких крепостей, что не взяли бы большевики! Возьмите за основу какую-нибудь книгу из будущего, и напрягите своих творческих бездельников, пусть поработают за полученные блага!
   Мы вылетели в Львов в середине августа. Команды и багажа хватило, чтобы загрузить два больших четырехмоторных самолета! К сожалению, мой рыцарь не смог со мной лететь - но, провожая, он напутствовал Валю "Скунса", вновь назначенного "главноответственным" за нашу безопасность, не сбережешь наших дам, вызову тебя на дуэль и пришибу, так что ты постарайся - хочется верить, что он пошутил. За сценариста был Аркадий Стругацкий (знаю и про путь там, его и брата - пока что они романов не пишут, но все у них впереди), я успела оценить его талант, прочтя написанное: ведь сценарий, даже по готовой книге, это вовсе не так легко, надо подробно расписать мизансцены, вроде, "на экране поле и лес, затем камера поворачивается и мы видим героев, верхом на вороных конях", и чтобы все это было выразительно с точки зрения общей идеи фильма, чтобы каждая мелочь играла - в этом и есть талант гения, все учесть. А режиссером был тоже великий, в будущем, пока лишь только получил распределение на Мосфильм, так что это его первая работа. И Пономаренко сказал (и Анна согласно кивнула);
   -Лицо из Особого списка, надо оказать поддержку? Ну так поможем раскрыться таланту, дадим возможности. Устроили ему поступление во ВГИК на два года раньше, посмотрим, какой будет результат. Надеюсь, что вы сумеете обеспечить, чтобы нашего гения там бандеровцы не убили?
   -Так не мальчишка ведь? - ответила Анна - а тридцатилетний уже, фронтовик, в разведке служил, был ранен, имеет награды. Здесь ему не "языков" с той стороны таскать - и мы прикроем.
   -Хотя, жанр ему не собьете? - спросил Пономаренко - все же там он совсем другие фильмы снимал, жалко если тут не будет. У вас же не еще один "Иван-тюльпан" намечается, а что-то героически-историческое, да еще с фантастикой.
   -Талант многоранен - сказала Анна - и ведь там он тоже в самом начале снял совсем не в том жанре. А после за дебют здоровый втык получил, "за политическую неправильность", мог бы вообще из профессии вон. Простите, Пантелеймон Кондратьевич - но мне показалось, что кого-то из заслуженных привлекать нельзя. Взбрыкнет еще, зачем нам в группе нужно напряжение? А этот товарищ - справится.
   Мадонна, а вдруг и мне удастся сняться у него, лет через десять? Хотя это немного и не мой жанр - а впрочем, вспомнив "тюльпан", а отчего бы и нет?
   Львов показался мне чистым и ухоженным городом. Я читала сводку об оперативной обстановке, но все равно, вспоминая рассказы моего мужа, думала, что тут в каждой подворотне банды таких, как этот мерзавец Кук (гори он в аду до страшного суда - а впрочем, на Втором Арсенале в роли подопытного ему будет не слаще!). Нас поселили в отеле "Россия", на площади Мицкевича (самый центр города - рядом бывшая Ратуша, сейчас там самая главная Советская Власть сидит), по традиции на площади должен быть памятник, а тут их было целых два, и не на постаментах, а на колоннах, поэту, в честь которого названа площадь, и статуя Богородицы (о мадонна, я усмотрела в том знак свыше!). Архитектура была похожей на Рим - круглый фонтан, украшенный барельефами дельфинов, зеленые газоны, рядом с нашим отелем, еще один, гостиница "Европейская", за ним здание пассажа (сейчас магазин "Детский мир"). Меня разместили в номере, в котором, как сказали, останавливался австрийский император Франц-Иосиф, когда приезжал в Львов - можете представить, что там была за роскошь! Хотя я тут же подумала, в этих комнатах можно незаметно целую банду разместить в засаде! А мебель из прочного дуба - пожалуй, и пуля из маленького браунинга, какие я и Анна постоянно носим при себе, эти доски не пробьет.
   И когда пришло время визита к местной власти (не только представиться, но и взаимодействие организовать), нам даже не нужен был транспорт, лишь пешком по площади пройти. Была прекрасная погода, солнце и тепло (я даже плащ не стала надевать). Мы шли вслед за присланным за нами порученцем - я, Анна, Валя Кунцевич, и еще Аркадий Стругацкий и товарищ режиссер (как можно без них - тем более, товарищи были в курсе и под подпиской). Еще нас сопровождали четверо ребят из киногруппы ("песцы", старшим Мазур). Порученец сначала выразил недоумение - это лишнее, взгляните в окно, сколько тут милиции и военных патрулей. На что Валя ответил - а вы еще вспомните эрцгерцога в Сараево, тоже там полицаи стояли как столбы, и помогло? Тут я и посторонних прохожих вижу - а если кто-то из них окажется, как Гаврила Принцип?
   Мы шли брусчатке. Ярко светило солнце, журчал фонтан.
   -Двое слева, тридцать метров - вдруг сказал Валька - внимание!
   Двое парней шли к фонтану, нам наперерез. Слишком быстро, целеустремленно, и лицо у одного было напряжено. Одеты легко (то есть, автомат не спрячешь), а для пистолета слишком далеко, для уверенной работы. А вот гранату добросить могут вполне!
   -Как начнется, ложитесь - бросил Валя мне и Анне - работаем лишь мы.
   -Гоголев, твою мать! - заорал порученец, обращаясь к милиционеру рядом - ты, что, этих не видишь? Опять идут!
   Старшина, отдававший нам честь, обернулся - и выхватил не ТТ, а свисток. Двое парней бросились к фонтану, а на них со всех сторон набегали милиционеры. Один успел взмахнуть рукой и кинул в воду букет алых цветов, кажется гвоздик, второго скрутили раньше. Руки за спину, и потащили куда-то прочь.
   -Хулиганье! - сказал порученец - раньше свой мусор к богоматери клали, мы уж устали убирать. Так теперь надумали, в фонтан - а нашим, казенное обмундирование мочить, туда залезая. Сволота рагульская!
   Слава мадонне, мне не пришлось платье испачкать, падая в пыль! А не похожи эти ребята на хулиганов - да и где это видано, чтобы апаши бесчинствовали днем, перед домом власти, и где милиции едва ли не больше чем прохожих? Зато мне вспомнилось (из прочитанного) что это место было традиционным для всяких протестных собраний, еще с 1848 года, и особенно среди молодежи! Смущали лишь красные цветы - я знала, что у бандеровцев этот символ совершенно не принят. Что ж, товарищ Первый Секретарь, придется вам ответить на некоторые неудобные вопросы. Хотя наверное, речь будет Анна вести, как старшая из нас?
   Посланница от Пономаренко (рангом выше, чем обычный министр, насколько я понимаю советскую иерархию). И не только от него - если есть у нее грозный документ с подпись "И.Ст", исполнять ее приказы как мои! И, вспоминая нашу ленинградскую прогулку - если с нами что-то случится, то вся местная власть будет превентивно виновна, пока не докажет обратного, что будет очень нелегко!
  
   Анна Лазарева.
   Товарищ Федоров, Первый Секретарь Галицко-Волынской ССР, встал из-за стола, приветствуя нас. Хорошо знакомый мне по Киеву сорок четвертого, он тогда пост принимал у меня (не у предателя же Кириченко!), когда мы там бандеровский мятеж давили. Поздоровался со мной, с Лючией и Валькой (тоже, знакомы с ним были по тому делу), я представила Стругацкого и товарища режиссера.
   И пожалуйста, не надо официального, "товарищ инструктор ЦК", можно просто по имени-отчеству. Тогда в Киеве я даже к старым и заслуженным партийным товарищам относилась без особого почтения - если они у себя под носом бандеровщину просмотрели, а то и видели что-то, но думали, так будет лучше! Но Алексея Федоровича, партизанского генерала, Дважды Героя и автора известной и здесь книги про подпольный обком - я очень уважаю. И в измену таких людей поверить не могу никак - иначе же и впрямь впору, СССР ще вмерла, тьфу!
   Так что, уважаемый Алексей Федорович, давайте опустим вводную часть беседы об успехах социалистического строительства, и перейдем непосредственно к делу. К докладной записке, за вашей подписью - хотелось бы услышать подробнее о текущей обстановке, что тут не так?
   -Нет тут бандеровщины - сказал Федоров - Львов и окрестности еще до меня, после киевских событий чистили так, что лишь стружка летела. Тут все же центр, и партийная власть, и советская, и командование Прикарпатского ВО - так что порядок у себя под боком наводили жестоко. И Львов, это совсем не украинский город - по переписи, тут украинцы в меньшинстве, так еще до войны было. Тогда здесь бал правили поляки и немцы, еврейская община была многочисленной, даже армяне живут, с незапамятных времен. Сейчас же, русских большинство (а если украинцы, то восточные) - вот не сочтите за славословие, но с Победы мы тут заводов построили: механический, танкоремонтный, авиаремонтный, телеграфной аппаратуры, электроизмерительных приборов, автопогрузчиков, еще обувная фабрика, колбасно-консервная, ювелирная, и конечно, Львовсельмаш. Все это, заметьте, уже в советское время - до нас тут были в лучшем случае, кустарные мастерские. Еще автобусный завод, в следующем году будет готов. И работать на всем этом едут наши, советские люди с Востока, кто бандеровщину на дух не переносит. Поначалу да, трудно было, и убивали наших по ночам, и дома жгли. Так приходилось отряды рабочей самообороны организовывать - благо, многие воевали. Ну и помогало, повторю, что не могли здесь бандеровцы опереться не на украинцев. Поляки лесным "хероям" Волыньскую бойню не простят никогда, а евреи, большой погром сорок первого года. Еврейское население здесь было вырезано на девяносто девять процентов - не самими немцами, а их холуями.
   -Простите, Алексей Федорович, а откуда тогда сейчас взялась еврейская община?
   -Так после со всей Галиции ехали, те кто уцелел. Поскольку на селе евреям было ну совсем небезопасно. Так же и поляки. Хорошо, что не стали с Польшей "населением обмениваться", как были наверху разговоры, вот выслали бы тех, кто к Советской власти лоялен (хотя бы из самосохранения), а получили бы заматеревших упашников, кто за свою самостийность привыкли еще австрийцев резать. (прим.авт. - в нашей истории, к сожалению, такой обмен был проведен. И тогда лишь стал Львов рассадником "украинства"). Немцы еще остались, хотя и в меньшем числе. Ну а армяне - они торгаши, издревле с евреями конкурировали, но и с бандерами вместе им никакого интереса нет сейчас. Сам я здесь с пятидесятого, и уже тогда открытые вылазки УПА в самом Львове и ближних окрестностях были большой редкостью. А теперь, вот честно скажу - выжгли мы здесь бандеровщину, нет тут ничего похожего на прежнюю "ночную власть". В деревнях пока еще всякое встречается, врать не буду. Но вот в городе - никакого страха и почтения у населения перед бандерами нет! Остались ошметки, какие-то одиночки и мелкие группочки - но сидят тихо, как мыши под веником, когда по избе бродит кот. И уж тем более не может быть ничего похожего на Киев - во первых, тут в воинских частях местные призывники не служат, а лишь народ со всего Союза, сейчас отчего-то, сибиряков много. Во-вторых, граница рядом, хоть и народная дружественная Польша, но все же - так что боеспособных войсковых частей, причем не кадрированных, а полного штата, гораздо больше - в случае чего, в двадцать четыре часа можем три дивизии в город ввести, тут бы и пана Кука со всей его киевской оравой прихлопнули как муху. Ну а в-третьих, и главных, нет здесь во власти гнилья - все мы делу товарища Сталина верны! В Киеве ведь, если помните, общий настрой был, не в ту сторону - кому-то в "цари украинские" хотелось, кому-то в министры при них, тьфу, погань!
   -В каждом уверены, Алексей Федорович? А если все же окажется кто-то засланным казачком?
   -Знаете, товарищ Ольховская... простите, Анна Петровна, даже в моем партизанском соединении мы таких засланных от абвера неоднократно разоблачали. Паршивая овца в любом стаде может оказаться - вот только не под силу ей развернуться, если пастух бдит. И у нас ведь тоже свои засланные есть - товарищ Зеленкин, глава управления ГБ, соврать не даст - так что обстановку исправно освещают. С уверенностью могу сказать, сейчас нет в Львове сколько-то сильной и тем более вооруженной бандеровской организации. Мы бы о том обязательно знали! Проиграла УПА свою войну, и это уже всем известно - а мужики, они хоть и необразованные, но не дураки совсем.
   -Тогда простите, Алексей Федорович, на чем же основана ваша тревога? И кстати, не поясните ли - только что, по пути к вам, я наблюдала буквально под вашими окнами непонятный инцидент. Когда двое молодых людей пытались бросить в фонтан гвоздики, а милиция не позволила - причем из слов вашего порученца следовало, что это происходит не в первый раз?
   И тут товарищ Федоров замешкался, на какую-то секунду. Не знал что сказать, или просто слова подбирал?
   -Седалищем чую - подойдет такое объяснение? - наконец ответил он - и не смейтесь, Анна Петровна, уж поверьте опыту старого партизана, помнящего еще Гражданскую. Когда тихо все - а где-то что-то опасное происходит. Да и как партизаны и подполье организовывались в войну - начинали не с разгромленных немецких гарнизонов, а налаживали базы, связь, разведку. Как фундамент заложить - но без этого ничего не построить. Так вот, напряжение какое-то и слухи - и толком, ничего не понять. Похоже, что из университета идет, ну это понятно, дело с финансированием и нацязыками, вы в курсе конечно...
   -В курсе - отвечаю я - но хотелось бы из первых уст услышать, как народ воспринял.
   -Да ясно как! Здесь все ж живут беднее, чем в Москве и даже Киеве, так что для студента стипендия, это большое подспорье. И раньше было напряжено, что те, кто на украиноязычных учатся, в два-три раза меньше получали - ну так перейди на нормальное обучение и всего-то! А как афера вскрылась, что деньги пустили не на то, и "украинцы" ближайший семестр точно, а следующий под вопросом, вообще ничего не получат, так можете представить! Вот только не так много их среди общей массы, а большинство, которые по вечерам учатся, так вообще, рабочие с заводов и строек, целиком и полностью наши люди - эти вообще бузой недовольны, слухи ведь ходят, что вообще закроют университет из-за тех, кому больше всех надо. Так что кто сунулся бы к ним агитировать - а были и такие, разговоры всякие вели! - просто побьют и сдадут куда надо. От преподавателей, как ни странно, хлопот больше - во все инстанции пишут, ссылаясь на всякие параграфы, мой секретариат уже замучился разбирать и отвечать. А нельзя иначе - жалобу о волоките и бюрократизме тотчас сочинят в Москву!
   -Не закроют университет - говорю я - затем нас и прислали, разобраться без крайних мер.
   -Вот только прежде весь сыр-бор политики не касался. Требования были чисто экономические, увеличить финансирование, и конечно, "а мы конкретно не виноватые, за что нас без денег". А две недели назад какая-то зараза листовки разбросала в первый раз - ну сущая ахинея, там и про самостийну Советскую Украину, и про "ленинские нормы" и про вороватую комбюрократию, не было тут ничего похожего раньше. Десять дней назад, это восьмого числа, поймали одного - патруль бдительность проявил. Студентик, Михаил Якубсон, национальность ясна. И на допросе перестарались, забили насмерть. Виновные по арестом - а на площадь под мои окна стали красные цветы приносить, выходит, как протест против Советской Власти. Сначала к статуе богоматери клали, теперь вот в фонтан. А милиция препятствует как может - все ж нарушение порядка! Причем все задержанные в один голос говорят, что никакой организации нет, а цветы бросить они решили исключительно из солидарности. Ну, мы их всех на пятнадцать суток пакуем пока, до выяснения. А вот кто за всем этим стоит...
   -Образец листовки можно?
   Алексей Федорович открыл папку и брезгливо, двумя пальцами за уголок, извлек листок бумаги, протянул мне. Отпечатано на машинке, по-русски (впрочем, машинки с украинским шрифтом, это редкость). А вот содержание любопытно - никаких "бей москалей", а за "ленинские нормы" и против партбюрократии, и вообще, Ленин был за право наций на самоопределение, и про засилье госаппарата ничего не писал! И как в свое время основанный Марксом Интернационал превратился в соглашательское социал-демократическое болото, и потребовалось создать партию нового типа, так и теперь, ВКП(б) - так в тексте, хотя уже который год КПСС, но в разговоре и даже в бумагах иногда, пишут по-прежнему - стала кликой воров с партбилетами, которые сами живут как баре, наплевав на народ. И потому предлагается, строго по ленинским нормам, сначала вспомнить о праве выхода из СССР, а после строить правильную Советскую Власть (народа, а не Партии) в отдельно взятой Советской (Западной) Украине. И тому подобное. Это уже не бандеровцы, это больше на троцкизм похоже!
   Понятно, отчего Алексей Федорович встревожился. Если это какие-то студентики решили поиграть в большевиков, беда невелика. Но он, не только герой, генерал и партизан, но и опытный уже аппаратчик, должен был подумать и о возможной провокации от своих! Чтобы скинуть с поста Первого - тут комбинации возможны всякие. Прислать своих людей, разбросать листовки, и исчезнуть - а после пойдет сигнал наверх, и вопрос из Москвы, а что это товарищ Федоров у себя под носом троцкистской организации не видит? Как это не нашли - значит, плохо искали, или не хотели искать! И какие последуют оргвыводы? Когда после Киева (там ведь не один Кириченко был), Москва даже к намекам на подобное относится очень резко и нервно.
   Ведь трудно найти черную кошку в темной комнате - если там кошки нет?
   -Что ж, Алексей Федорович, я думаю, что нам будет необходимо по конкретике побеседовать с товарищем Зеленкиным. Только давайте сначала товарищей с киностудии отпустим - мы ведь все же фильм приехали снимать, так что рассчитываем на вашу помощь.
   Стругацкий почти что "свой", только не посвященный. Да и товарищ режиссер, как лицо из Особого списка, пусть свидетелем событий будет, чтоб в дальнейшем без демократических искажений. Вот только скучную конкретику им знать не то что не надо, но пользы нет. Им пока нужно что - реквизит, что на месте достать или сделать, и конечно, присмотреть где снимать. И массовку - а вот тут я очень на студентов рассчитываю, благо что занятий еще нет, но в городе уже многие, это когда бедный студент от заработка отказался бы?
   Федоров отдал распоряжения. Вошел помощник-референт, увел Стругацкого и товарища режиссера - все выслушать, согласовать, бумаги оформить. А в кабинете появился старший майор госбезопасности (по армейской мерке, генерал-майор) - формально, чин выше моего, но "инквизитор" во время командировки власть имеет не по чину, а по предписанию.
   Ну вот, мы все взаимно представлены. И пожалуйста, Иван Степанович, без чинов, по имени-отчеству. Так что вы можете сказать об этой истории с листовками?
  
   Валентин Кунцевич.
   Вполне понимаю Алексея Федоровича. Поскольку и у меня устойчивое ощущение, что тут шалят не бандеровцы, а свои. Но конкретно ты в этой истории погореть можешь абсолютно реально. Да еще и руки у тебя полусвязаны - пришибешь не того, под трибунал пойдешь.
   Ну вот не было никогда у бандеровцев в пропаганде - советской риторики! И уж в чем они "проклятых москалей" не обвиняли по отношению к "ридной неньке" Украине, но вот в искажении марксизма-ленинизма, это как бы Адольф евреев в забвении иудейской веры упрекал. Хотя встречался среди оуновцев и образованный народ (особенно в их СБ), кто труды классиков знали (тот же Кук, гори он вечно в аду, или двадцать лет на Втором Арсенале - и еще неизвестно, что легче, хехе! - так он на допросах тоже иногда Ленина цитировал, чтоб пожалели убогого) - но вот использовать это, бандерам даже не идейная зашоренность не дозволяла, а страх, что свои же решат, ты и в самом деле усомнился в великоукраинской идее, и удавят. Зато обвинять "проклятый сталинский режим" в отступлении от ленинских идеалов, было излюбленной темой у троцкистов - так же как для "болотных демократов" следующего века, кричать о "коррупции" Путина и единороссов. И хотя сам пламенный Лейба Троцкий уже тринадцать лет как помер, дело его живет - есть и основанный им Четвертый Интернационал, не гнушающийся сочетать призывы к мировой революции с сотрудничеством с ЦРУ и СИС, "как Ленин от кайзера помощь принимал". Вот только внутри СССР, буде на то желание, в троцкизме можно обвинить любого из старой партийной гвардии - с обвиняемым знаком был? Говорил что-то когда-то на партийных дискуссиях, и даже в прессе? И что с того, что давно это было, "бывших врагов не бывает", 58я статья тебе! Так что хватали не всех поголовно - а прежде всего тех, кто сам в политику заигрался, можно тогда папочку с материалами на тебя из архива достать и сдуть с нее пыль. Великим мастером интриги и борьбы за власть был товарищ Сталин - тут Макиавелли, всю жизнь проходивший у кого-то на побегушках, нервно курит в сторонке. И я Вождя совершенно не осуждаю - поскольку сам на его месте вел себя бы таким же образом (хватило бы лишь не моральных, а иных талантов), ну зачем мне конкуренты на мое место во власти?
   Итак, Якубсон Михаил Григорьевич, 1935 года рождения, был задержан в ночь на восьмое августа, возле дома четыре по улице Советских Партизан (не центр, заводская окраина). И не милицией, а бдительными гражданами, патруль уже на шум подошел. И еще народ повыглядывал, на бесплатное развлечение - так что в толпе мог оказаться и напарник нашего агитатора, милиционеры всех присутствующих не переписали, так надо тех, чьи фамилии в протокол попали, срочно опросить, кого они видели еще, не было ли посторонних. Пока примем, что сообщники (или товарищи) Якубсона об его задержании вполне могли узнать немедленно.
   На допрос он попал лишь восьмого, в 17.15. Долговато - хотя, пока милиция с Кем Надо связалась, приехали, забрали. Но все же надо уточнить - могли бы и пораньше. Следователь, капитан ГБ Перепетько И.М. (записано - уроженец Полтавы, в войну служил в СМЕРШ, имеет явные заслуги в борьбе с бандеровщиной), задавал обычные, предусмотренные протоколом вопросы. Якубсон отвечал возбуждено, прозвучало об "ошибках товарища Сталина", разговор пошел на повышенных тонах. И тут конвойный, сержант ГБ Горьковский И.А., с криком, "ах ты бандеровская сволочь!", ударил Якубсона в голову "дубинкой двойной" (как по-уставному называются нунчаки, ставшие в СССР весьма распространенным полицейским инвентарем). Черепно-мозговая, труп!
   А что конвойный делал в кабинете во время допроса? В самое время войны с бандеровщиной, так было принято - народ в схронах сидел отпетый, вполне могли и на следака наброситься. Но в данном случае, хотя не видел я пока этого Перепетько, сильно подозреваю, что капитан, отвоевавший в СМЕРШ, и восемнадцатилетний студентик, это слишком разные категории даже в рукопашке. Умысел, или инерция мышления сработала? Горьковский под арестом, как положено - характеризуется положительно, в РККА с 1942 года, на оккупированной территории не был, ранен под Сталинградом в октябре 1942, после излечения из армии комиссован, с лета 1943 служил в милиции Харькова, странно что абсолютно никаких отметок, ни хороших, ни плохих, в 1950 был направлен в Львов (как товарища Федорова сюда назначили, так он вытребовал массово себе кадры "в усиление"). Родители неизвестны - фамилия Горьковский не от города, который в мое время снова станет Нижним Новгородом, и не от писателя, "буревестника революции", а от трудкоммуны его имени (той самой, в которой Макаренко рулил), бывшим беспризорникам в ней подобные фамилии и давали, раз своя неизвестна. То есть, личных счетов с бандеровцами у тебя нет - да и мужик тридцати трех лет, воевавший и с десятью годами в милиции (и какими - про послевоенный разгул преступности, братья Вайнеры в романах нисколько не врут), должен себя в руках держать, а не срываться в истерику, как барышня-институтка. Если на голову контуженый, то как в милиции служил, такого должны были раньше отсеять, после первого же неадеквата. На допросе, что действовал по чьему-то наущению, отрицает категорически (даже "наигранно", как в особых отметках в протоколе). Ну, если что-то знаешь, придется тебя трясти по-полной, ты уж прости, сам напросился!
   Что еще странно. Как водится, все знавшие об инциденте - тотчас же попали под подписку о неразглашении. Но красные гвоздики у памятника Мицкевичу появились уже в ночь на девятое! Вместе с фотографией Якубсона с нарисованной черной лентой в углу - иначе бы милиция и не реагировала, мало ли кто решил свой восторг перед поэтом Мицкевичем выразить? И стали с тех пор хватать на площади молодежь с цветами - причем все задержанные в один голос говорят, что решили выразить свое соболезнование исключительно сами, без всякой просьбы и организации. Что кстати, по психологии может быть и правдой, по крайней мере, в отношении части - вот помню я такое явление будущих времен, как "флешмоб", но все равно информация должна была откуда-то пойти, разобраться!
   И агентура среди университетских (уши кровавой гебни), ничего не сообщает! Прежде не раз докладывала о бандеровских кознях - а тут, "не знаем, не видели, пока не установили". Хотя это университет, традиции тайных студенческих братств не Пушкин придумал, в Европе это явление со средневековья существовало, иначе просто не выжить было студиозам на чужбине, в какой-нибудь Сорбонне или Болонье. Причем внутри братств могли существовать еще, для особо посвященных, а бывали и такие, члены которых входили в несколько прочих. Конечно, тут очень много было от игры и пустой романтики - но именно так и начинались всякие там "Молодые Италии", времена марксовой юности, год 1848. Теперь и тут, "Молодая Украина" завелась, с ленинско-коммунистическим приветом? Кстати, а как это со словами "мы не Россия, мы Европа, а они Азия", сочетается, из-за которых Пономаренко нас сюда и прислал? Хотя, если товарищ Сталин провозгласил, "построение социализма в отдельно взятой стране", то у кого-то мозги могли и сюда вывернуться! Это вы зря - когда мы вас разоблачим и вытянем на свет, то рядовым членам, у кого ветер в голове гуляет, вполне можем предложить в наши ряды и колонны влиться, а вот главарям, идеологам, светит строго по закону 58я статья, за подрыв авторитета Советской Власти и призыва к нарушению территориальной целостности СССР. А мы вас непременно поймаем - студентики, это ведь не профи из вражеской разведки!
   Но, в своей экзальтации, вполне могут дойти до стрельбы! Тем более, что оружия на руках с войны еще осталось... В этой реальности с личным оружием куда легче - если ты "наш", то трофейный парабеллум вполне могут тебе оставить, лишь номер записав. В деревне, и винтовки дозволены, мосины или немецкие (лично я видел и арисаки, и манлихеры, и прочую экзотику, но к ней с патронами тяжело), лишь автоматическое оружие в частном владении категорически запрещено. И конечно, гранаты и взрывчатка недопустимы - но "Народную волю" помним, еще семьдесят лет назад, как они пироксилин делали, за десятилетие до того, как он даже на вооружение российской армии был принят? А с безопасностью тут хреново - следака с арестованным наедине оставить боятся, а по площади перед Ратушей болтается любой желающий, тут две гостиницы, и "Детский мир", и жилые дома окнами выходят - а если там кто-нибудь засядет со снайперской винтовкой? Да и смертники с пистолетами, как Гаврила Принцип сараевский вполне могут быть. А если злоумышленники в нашей форме - вижу, военных патрулей и милиции на улицах много, а с взаимодействием у них как? И надо думать, что тем из милиционеров, кто тут на площади часто на посту стоит, лица жильцов этих домов и постоянных посетителей тоже запомнились, чужих заметят?
   Так что работаем - будем выжигать измену. Причем за провал спросят с нас, а награды за успех получать будут местные - мы ведь всего лишь, персонал киногруппы (а что с ксивами "опричников", так это большой секрет).
   И, даже сам не знаю, хорошо это или плохо - Мария со мной. Расписались мы все же, накануне отлета - после того, как сказала она мне, что трое нас будет, месяцев через восемь. Торжества не было - в загс с нами ездили, за компанию, лишь Юрка с Лючией и Юншен со своими "лилией" и "орхидеей" (а китаяночки уже настолько обрусели, что держатся и выглядят совершенно как "ани лазаревы", только с восточным колоритом, и почти без акцента по-русски говорят). И наш Адмирал меня по телефону поздравил, обещал праздник устроить, как вернемся, как раз и он тогда будет в Москве. В самолете Мария рядом со мной сидела, и с таким счастливым лицом! Сколько мы знакомы, с осени пятидесятого, вот могла бы девушка из 2012 года столько ждать - а тут приучены, любимого и с войны! Сказала что будет пока при Анне - ведь Лючия, ее прежний "адъютант", сейчас на своей первой роли.
   А мне тревожно - сам не знаю отчего.
  
   Анна Лазарева.
   -Конечно, мы окажем вам любое содействие! Поскольку понимаем важность показать зрителю великую и славную историю Западной Руси. Которая и в те времена была светочем знаний, в отличие от замшелой и реакционной политики русского царизма.
   В кабинете ректора Львовского университета, товарища Ивана Никифоровича Куколя (вот любопытно, в иной истории он же был ректором?) как положено, висел портрет Сталина. Бородатые персоны в пенсне и сюртуках смотрели со стен в коридорах. В книжном шкафу краснели корешки полного собрания сочинений Маркса. Не наблюдалось никакой враждебной символики, вроде желто-синих лент и флажков. И не было ничего свидетельствующего о затяжной вялотекущей войне с министерством образования - к которой уже ОБХСС подключилась, до госбезопасности дело пока не дошло.
   -Нам нужно лишь некоторое число студентов для массовки - отвечаю я - хотя возможно, что и кто-то из преподавателей тоже сочтет для себя интересным. Поскольку люди на заводах заняты, а в университете до начала занятий еще целых две недели. Этого нам хватит, чтобы снять массовые сцены - ну а в дальнейшем, уже управимся сами. Вас же мы хотели бы просить организовать оповещение. Ну и возможно, какие-то сцены мы будем снимать на территории университета.
   -Конечно, можете всецело на меня рассчитывать! Но если не секрет, о чем будет фильм? Я слышал, что-то историческое - тогда возможно, вам будет полезны квалифицированные консультации? У нас на историческом очень сильные профессорский состав, большие знатоки истории этого края.
   Ну, может быть. Хотя наш жанр не совсем история, а скорее, историческая фантастика. Или "криптоистория" как называл ее Андрей Валентинов, харьковский писатель-фантаст, в этой реальности еще не успевший родиться. По моему замыслу, вся киномиссия была не более чем инсценировкой, но Пономаренко настоял на своем. Решив заодно подкинуть материал для размышлений западным недругам - фильм был намечен не просто история, а то, что в будущем назовут кинофантастикой. За основу взяли "Похищение Чародея" (видела на компе этот фильм потомков - в целом, понравился), изменив лишь место и время действия. И представьте, в галицко-волынской истории нашелся похожий персонаж!
   Юрий Михайлович Котермак, он же Донат, он же Георгий Дрогобыч из Руси. Астролог, врач, философ, библиофил и гуманист эпохи Возрождения, родился в городе Дрогобыче, в 1450 году. Преподавал в Краковском университете, был одним из учителей самого Коперника. Затем ректор Болонского университета, и снова профессор Краковского. Писал предсказания по заказу Папы Римского Сикста IV. В своей книге (издана в Риме, в 1483 году) кроме лженаучного (в угоду Церкви) прогноза, писал также о географии, астрономии, метеорологии, и что населению христианских стран угрожают большие опасности из-за угнетения князьями и господами. А также, что человеческий ум когда-нибудь познает любые закономерности мира. Это вызвало неудовольствие Папы, как раз в том году введшего строгую цензуру всех книг. О последних годах Юрия Дрогобыча известно мало - согласно летописи, он умер в Кракове в 1494 году.(прим.авт. - личность реальная, все приведенные факты подлинные). Но ведь известно, что в историю записывают то, что угодно господам и Церкви. Тем более, что мы снимаем художественный фильм, должный послужить примером прежде всего для юношества.
   Оттого и "крипто" - то что доподлинно неизвестно, но могло быть, ведь не все удостаивается попасть в летописи? Обстоятельства и даже сам факт смерти нашего героя - темные пятна. А вдруг и впрямь было, как в нашем сценарии - что Чародей бежит их Кракова, спасаясь от посланцев Папы, едущих чтобы схватить его и отправить на костер. Бежит в свой родной православный город, где католиков не слишком любят. Тогда папский легат подговаривает польских магнатов собрать армию и напасть на Дрогобыч - история Польши знает таких внутренних войн великое множество, а какой-нибудь пан Потоцкий вполне мог собрать личную (не королевскую) армию в десять, двадцать тысяч. Будут там и приключения с боевыми сценами, и про борьбу славянских народов с западными поработителями, и про любовь (две женщины на одно лицо, ну прямо Шекспир), и смешное (от столкновения эпох). Только отчего у товарища ректора недовольство на лице мелькнуло, когда он услышал слова о "борьбе против запада"?
   -Конечно, с идейной точки зрения, так может и правильно. Но как ученый, вот не могу согласиться. Если так уж вышло, в силу географических причин, названых товарищем Сталиным в своем великом труде "Роль этносов в истории". Что само выживание русского народа в бесплодных северных лесах потребовало строгого подчинения царской власти, а борьба с природой и нашествиями татар поглощала всю пассионарность. То вся культура, наука и искусство на Русь шла с Запада. Этот университет уже существовал, когда не было еще и Петербурга. Реформы Петра, наставившие посконную лапотную Русь на путь прогресса, разве не подтверждение моих слов? И простите, марксизм откуда пришел - вот жили бы мы еще при очередном царе-батюшке, если бы товарищи Маркс и Энгельс не придумали свою теорию, гениально развитую товарищами Лениным и Сталиным? Так может не стоит так резко, все под одно грести - да, были отдельные случаи неоправданной жестокости, но с исторической точки зрения, связь с Европой была для России и русских великим благом. Иначе Московия вполне могла бы скатиться на уровень Китая и быть колонизована скажем, Швецией или Польшей, в Смутное время. А это было бы прискорбно, поскольку русский народ заслуживает своего места в истории, хотя бы своей непревзойденной живучестью, как сорная трава пырей или крапива.
   -Простите, Иван Никифорович, по вашему, русский народ, это сорняк на поле истории? - удивилась я - да вы, товарищ Куколь, коммунист ли?
   Знаю, что коммунист - беспартийному на таком посту невозможно никак. Но все же, в моем вопросе оттенок, понятный не всем: в настоящее время линия Партии такова, что обсуждения, споры, даже неудобные вопросы между "своими" (не в присутствии беспартийных, и уж конечно, не на публику) поощряются больше, чем нерассуждающее повиновение. На мой взгляд, верно - лучше уж открыто говорить будут, чем внешне славословя, внутри затаят. Но есть же пределы!
   -Вы не так меня поняли, Анна Петровна - товарищ Куколь едва руками не замахал - я всего лишь хотел сказать о месте русского народа в братской семье народов СССР! Если Всемирный Советский Союз завтра станет реальностью - в сороковом, Латвия, Литва, Эстония, Молдавия, в сорок четвертом Монголия и Словакия, следующими очевидно будут Маньчжурия, Корея, Уйгурия, ну а лет через двадцать, отчего бы даже и не Германия? И русский этнос хорошо сумел начать, зажечь пожар мировой коммунистической революции - но сейчас в сферу влияния СССР попали нации гораздо более культурные, более развитые интеллектуально - и наверное, этот факт нельзя игнорировать? Отрадно, что товарищ Сталин наконец отдал должное исторической традиции, и могли ли мы еще десять лет назад думать, что над Константинополем взовьется русский флаг, и не будет больше Стамбула, а станет Царьград, и это при нашем отношении к монархии? Лично мне кажется те таким уж невероятным, перенос столицы Советского Союза из Москвы в Киев - о чем ответственные товарищи здесь не раз говорили, как об одной из перспектив, какое это будет возвращение к историческим корням! И в конце концов, прочтите Маркса, где он пишет о роли народов в истории - и прямо делит нации на "исторические", наиболее передовые, к коим относит Германию, Францию, Англию, и "реакционные", в число которых, к сожалению, входит и Россия. Конечно, он имел в виду прежде всего реакционный русский царизм, "жандарма Европы" - но вы же не будете отрицать, что средний уровень культурного, интеллектуального, общественного развития русского этноса ниже, чем любого из европейских? Если в России исторически не было городов, а одни лишь деревни!
   -Это как не было? - удивляюсь я - по-вашему, Москва, это деревня? Да ведь еще викинги называли Русь Гардарикой - "страной городов". А Аркаим - или вы не согласны со словами товарища Сталина, что "мы не Запад и не Восток, мы Север, равно отличный от них обоих"?
   -Как можно! - товарищ ректор даже возмущение попытался изобразить - ну, вы бы еще древний Китай вспомнили. Я же под понятием "город" подразумеваю прежде всего место, где живут горожане. То есть граждане, видите, даже слово не просто созвучно, а прямой синоним, ну не бывает граждан в деревне! Люди с достоинством, подвластные лишь закону, а не произволу монарха и его чиновников - с совершенно иной психологией свободных и ответственных, когда твой успех и благосостояние зависит лишь от тебя, а не от милости свыше, что дало немыслимый прежде взлет торговли, промышленности и наук. В этом отношении, седая древность вроде Аркаима не имеет значения - как все, что было до "магдебургского права", когда "воздух города делает человека свободным", помните эту фразу из учебника? По этому праву жили и Львов и Киев, до перехода под руку Москвы - а на лапотной России-матушке городских обывателей тащили пороть на съезжую, совершенно так же как крепостных крестьян, ну а какие права были у российского "третьего сословия", вы гоголевского "Ревизора" вспомните, эпизод с купцами и городничим. Так что строго говоря, на Руси не было городов - а были огромные деревни, населенные такими же крепостными мужиками. Или, если вам угодно, "слободы" ремесленные и торговые, при гарнизонах царского войска. Может, Новгород был исключением - пока его вольности не растоптала кровавая опричина.
   -Простите, вы "записки Сигизмунда Гербенштейна о московском царстве" имеете в виду? - спрашиваю - при том, что убедительно доказана их лживость и предвзятость? Как и мемуары другого проходимца, вот имя его напомните - который уверял, что неизвестно за какие заслуги и сразу по приезду в Москву, сам Иван Грозный ввел его в ряды опричников, куда далеко не всем русским боярам и дворянам можно было попасть, а иноземцев и вовсе не брали; смачно он описывает зверства опричников, говоря что сам в них участие принимал - только в наших сохранившихся архивах ничего нет про этого "героя", зато упомянут с этим именем и живший в то время, некий "немчин, что кабак держал и в бега подался, чтоб подать не платить". Что до Новгорода, то опять же доказано, не было там такого количества богатых дворов, которые якобы подверглись разграблению - ну а "худые", то есть бедные люди, как записано в летописи, сами приняли в разграблении живейшее участие, а вовсе не были пострадавшей стороной, такое вот раскулачивание шестнадцатого века. И в своих бедах новгородская верхушка была виновата сама - не скрывая, что хочет отложиться от Московского царства и стать чем-то вроде вольной торговой республики. Интересно, как бы отнесся к подобному английский или французский король, если бы один из их богатых торговых городов захотел бы так же поиграть в независимость? Что до "защищенности" горожан - так когда в 1631 году Магдебург был взят армией Католической Лиги, устроившей там жуткую резню, вот уж помогло жителям их "магдебургское право"? Которое, кстати, на территории Российской Империи официально было отменено лишь в 1831 году, ну а в Киеве, так еще четырьмя годами позже? При всем уважении к вам, товарищ ректор, мне истина дороже - я в Ленинградском университете успела отучиться, еще перед войной, там нам историю давали хорошо.
   Почти правда. Историю я слушала не в Ленинграде, а уже в Академии. Поскольку знание истории тоже является идеологическим оружием. А вот интересно мне, если сам ректор этого заведения так думает, что же студентам преподают? Про "диких московитов", принимая Гербенштейна за абсолютную истину? Ох и были бы для тебя последствия, товарищ ректор - будь я сейчас в ипостаси "той самой, которая Первого Украины в сорок четвертом под расстрел отправила", как говорили иные товарищи в провинции, доставая валидол. Партийный суд, это дело серьезное - за неправильные убеждения, партбилет на стол, и слетел бы ты со своего поста в рядовую профессуру. Ну а если конкретика откроется, то дело и Куда Надо передадут - если например, окажется, что был ты в курсе дела с листовками. Но я сейчас всего лишь администратор Ялтинской киностудии Шевченко Анна Петровна, помочь которой товарища ректора настоятельно попросили, референт Федорова при мне звонил.
   -Дорогая Анна Петровна, я всего лишь считаю, что будет политически неправильным, и даже вредным, противопоставлять Европу и славянские народы - ответил Куколь - как при Александре Освободителе, Россия открылась Европе и сделала большой шаг вперед в общественном развитии, так и теперь, раз СССР входит в Европу, то "мы должны взять лучшее из достижений мировой культуры", так ведь сказал товарищ Сталин - если вам угодно, я источник сейчас найду. Впрочем, по вопросам идеологии, буде на то ваша воля, вам интереснее с товарищем Линником пообщаться, это наш заведующий кафедрой марксизма-ленинизма, очень сознательный и идеологически подкованный товарищ, фронтовик, имеет награды. А также, активную жизненную позицию - ведет среди студентов кружок "Юный марксист", где дополнительно, сверх учебного курса, объясняет наиболее сознательному студенчеству преимущества коммунистического учения. С моей же стороны, будьте уверены, можете рассчитывать на любую помощь.
   Вывернулся, угорь! Но интересно, с чего это он перед приезжей так язык распустил? Конечно, гуманитарная интеллигенция всегда была несдержанна. И время, как я уже сказала, сейчас несколько другое, "вольность мысли" в пределах допустимого даже поощряется - а то, порядок речи по бумажке читать, в Партии с тридцать седьмого года пошла, когда выступающий товарищ свой текст предпочитал заранее записывать и Где Надо утверждать, что там ничего недозволенного нет; так и кончилось большевистское ораторское искусство, что зажигало массы и поднимало в атаку полки. Но ощущение у меня, что сейчас ты пытался на события влиять, сдвинуть акцент в будущем фильме, вот не приняла это твоя душа! Что ж, твоих слов я не забуду - пусть и не доказательство для суда, но оперативный материал. Хотя если дойдет до партийного суда, мне и на слово вполне поверят!
   И обязательно уточню - что Маркс о России и русском народе писал.
  
   Лючия Смоленцева.
   Будет фильм нового жанра - историческая фантастика!
   Сначала в кадре лес. Идет бой между партизанами и немецкими карателями. Немцев больше, и они явно одолевают. И тут среди фашистов - вспышка, взрыв, пламя (пиротехники постарались). Меня обучали обращаться со всеми образцами советского пехотного оружия - это очень было похоже на "рысь" при объемно-детонирующем боеприпасе, если бы этот гранатомет мог стрелять очередями. Партизаны добивают уцелевших карателей. Но кто же это так удачно вмешался в бой?
   Перед началом съемок я прочла "Подпольный обком" - о, мадонна, мы в Италии гордимся историей своих "красных гарибальдийских бригад", в которых и я, волею судьбы, успела принять участие, уже несколько книг написано и фильмов снято (и очень даже неплохих!), но это был просто детский сад в сравнении с тем, что было в России! Три, четыре месяца у нас - и два года, даже больше, здесь! И тут не было опытных командиров и умелых инструкторов, учиться пришлось на своих ошибках и крови. И каждому пришедшему в отряд не выдавали немедленно оружие, как у нас. И враг был еще силен - это в Италии сорок четвертого года, отродьям дьявола было уже не до масштабного усмирения своего тыла, когда под русским натиском фронт трещал!
   -У нас тут так же было под конец - сказал Андрей Петрович, прикомандированный к нам от Федорова в качестве консультанта - партизанская территория, куда немцам ходу нет, зато есть регулярная связь с Большой Землей, даже газеты московские мы получали с задержкой всего на пару-тройку дней. Советская Власть была, как до войны - верно написано в книжке, что приходилось нам и сев организовывать, и занятия в школах для детей, и лечили заболевших крестьян в нашей санчасти, даже в качестве органов ЗАГС выступали, семейные события регистрируя. Фрицы лишь большими силами могли решиться сунуться - а в сорок третьем это для них было уже проблемой.
   А у нас по сюжету - небольшой отряд. И связь с Центральным Штабом (совсем без нее уже не было отрядов, к середине сорок второго) эпизодическая, через соседей. Иначе как бы вся история в тайне осталась, без выхода "наверх"?
   -Так если взять год не сорок третий, а сорок второй - ответил Андрей Петрович (на вид совсем штатский человек уже в годах, и не поверишь, что у Федорова ротой командовал, орден и две медали имеет) - и отряд "петушков" под командой какого-нибудь "дяди". "Петушками" мы, пришлые с Востока, местных партизан называли, за красные ленточки на шапках, у нас звездочки были, как в армии. И отчего-то командиры таких отрядов любили себе "позывной" брать вроде "дяди Васи" или "дяди Пети". И место взять, не Волынь, Полесье, а южнее - там тоже леса, но бандеровщины было больше, а оттого не было наших больших отрядов.
   И выходят навстречу партизанам двое, странного вида. У одного что-то вроде большого ружья, у второго контейнер за плечами. Все вместе идут на партизанскую базу. А там гости требуют оставить их наедине с командиром и комиссаром отряда и говорят, что они из двадцать пятого века, миссия у них еще дальше в прошлом, а тут промежуточная опорная точка нужна.
   -Бред полный! - сказал Валя, еще в Москве прочитав первый вариант сценария - двоих даже не боевиков, а ученых, пусть и подготовленных, и направлять туда, где идет война? Немцы, партизаны, бандеровцы - и влезать в этот котел без силовой поддержки? Даже если сами они сверхподготовленные - мало двоих, если один дальше идет, а второй должен быть постоянно на связи, и следить за окрестностями у него возможности нет. В романе Булычева была мирная советская глубинка, года семидесятые, где самая большая опасность, это бдительный деревенский участковый. А в военное время и на территории врага, обеспечение должно быть куда серьезнее, уж если выделили ресурсы на такую операцию. Не меньше группы (двух четверок) спецуры должно работать, чтоб никто хронопутешественников не обидел!
   - Так кто знает, каковы законы хрононавигации? - заметила Анна - если знаю, что даже навигация морская, это наука неточная, есть такое понятие как "невязка", разница между местом вычисленным и фактическим. Раз прямо из своего двадцать пятого века достать не могли, а промежуточная опора посредине потребовалась, значит и ошиблись - целились в год благополучный, промахнулись, и ничего не поделать, надо работать! Про это упомянуть - и Аркадию даже сценарий сильно переделывать не надо.
   Отчего партизаны гостям поверили - так вспоминаю себя, когда впервые увидела "ноутбук" и научилась на нем файлы открывать. Только в фильме секретную технику показывать нельзя - оттого, соорудили что-то очень отдаленно похожее, чемоданчик с кнопками, и нечто вроде проектора, дает изображение на экран. Лес, поле от современных не отличаются - так вот вам город пятнадцатого века: узкие улочки за стеной, и люди имеют вид самый отстало-феодальный.
   -Подумаешь, кино! - не верит командир отряда - я такое до войны в клубе видел. А может, вы немецкие шпионы?
   -А это не кино. Это окно в другой мир - через которое туда можно пройти.
   -А вот мы сейчас и попробуем! И если что не так, после вас к стенке! Петро, за мной, свидетелем будешь.
   И попадают командир с ординарцем на улицу средневекового города. Возникнув из ниоткуда прямо на глазах патруля городской стражи. И священник, подняв крест, кричит "демоны, сгинь!". Тут же набегает еще стража, крики, шум - "демоны! Ловить! Живыми брать!" Эпизод с бегом по переулкам, по коридорам, по стенам, по крышам - ой, сколько труда было, в Львове подходящую натуру найти! На Замковой Горе раньше крепость была, сейчас от нее лишь кусок стены остался. Еще Арсенал есть, здание тех же времен, но сохранилось в целости, поскольку позже использовалось как тюрьма, в более позднее время тут откроют музей оружия - сейчас же тут какое-то военное учреждение, но нам дозволено снимать все, что нам потребуется. Сам генерал Ватутин (знакомый мне и Анне еще по Киеву) приезжал, с нами говорил, приказы отдал. Он же распорядился выделить нам имущество с военных складов, как например сабли и пики (были у польской кавалерии до 1939 года), сапоги (кирзовые, но на экране кто различит?), шинели (похожи на долгополые жупаны шестнадцатого века, чуть лишь перешить), и немецкие стальные каски (у ландскнехтов тех времен были похожие). А в общем, эпизод получился очень похожий на тот, что был в ином совсем фильме, снятом нашим Режиссером - посмотрев который в первый раз я смеялась так, что едва в обморок не падала! Даже диалог один там вышел, слово в слово, только не от тех персонажей.
   Когда в землянке оставшиеся в 1942 году комиссар и начальник разведки кричат гостям - вытаскивайте их скорей! А в ответ - да не успеваем мы окно перенастраивать, уж больно они бегают быстро! Так ловите! И тут в "окно" влетает стрела, и пришпиливает у комиссара шапку к бревну. Партизан отскакивает, тут же в место, где он сидел, втыкаются еще стрелы.
   -Эттто ччто? Они же там покойники все давно!
   -Так видел, как покойники стреляют?
   В окне возникает Петруха - кричит, не могу без командира. Через секунду с той стороны суется чья-то бородатая рожа в шлеме, в ужасе крестится, орет "демоны", и в землянку влетает бердыш. И куда-то попадает - вспышка, дым. Наконец внутрь вваливаются оба партизана, с криком, закрывай!
   -Ну, теперь поверили?
   Командир, трясущимися руками, наливает стакан самогона. И отвечает:
   -А что бы с нами сделали? Если бы поймали?
   -Да головы бы отрубили, как колдунам, согласно "уложению о наказаниях" Жечи Посполитой. Или на костре бы сожгли, это если бы Церковь подключилась. Или осиновый кол в сердце, и закопали бы.
   -Они там что, хуже фашистов?
   -Так ведь 1494 год - жизнь другая совсем.
   "Окном" был холст с большой дырой, на экране смотрелось вполне похоже. "Партизанами", "немцами" и "стражниками" - солдаты, целый батальон, не только для съемок, но и для нашей охраны, как сказал Ватутин, "хоть и не осталось тут бандеровских банд, но лучше подстраховаться, нам с товарищем Федоровым спокойнее будет - если с вами что-то случится, нам перед Москвой ответ держать". И кавалерийский эскадрон - в Советской Армии кавалерия еще есть, "для труднодоступной для техники местности", как Валя Кунцевич пояснил, конные егеря, а не те, кто в атаку с саблями наголо. У нас они будут рейтар изображать - не было тогда еще знаменитых "крылатых" гусар, они появятся буквально через десятилетие после времен, что в наше фильме. Да и доспехи их изготовлять было бы хлопотно - кстати, их крылья были не парадным, а боевым элементом: чтобы на всадника аркан не набросить, ведь польские гусары изначально должны были с татарами биться, против которых прежние польские рыцари оказались слишком тяжелы и неповоротливы. Но очень быстро стали полноценной тяжелой конницей - а от татар южную границу Речи Посполитой защищали нанятые "реестровые" казаки. Военную историю нам в Академии тоже преподавали хорошо!
   Я там по роли "партизанка Таня", девушка-снайпер. Анна усмехнулась и сказала - "меня сыграешь, как у нас было в том же сорок втором, я все тебе расскажу". Оружие у меня по фильму, как у нее тогда было, винтовка СВТ с оптикой - у "мосинки", а особенно у немецкой винтовки "98" отдача слишком сильная, для женщины было бы тяжело, а что у самозарядки меткость хуже, в лесу не столь важно. Еще я в фильме играю пани Анну, возлюбленную нашего Чародея, похожую на девушку из двадцатого века, как сестра-близнец (что в сюжете используется). Есть и дублерша Вера, для сцены нашей встречи, ее там снимают в моем платье и со спины. Как и для эпизода, где мы с Чародеем целуемся - вот не могу я, даже не по-настоящему, даже если мой муж, мой рыцарь, простил бы, все равно, это грех!
   Для съемок мы набрали сто пятьдесят человек массовки. Для "крупного и среднего плана" достаточно - а для сцен, где в кадре войска во всю ширину поля, предполагался какой-то особый метод (со странным названием "блуждающая маска"), позволяющий как бы "размножить" на весь экран копии одного кусочка (подразделения в строю оказывались абсолютно одинаковыми, но кто будет это различать). Тем более, что и экипировать с исторической достоверностью большее число статистов не получилось бы. Как и предполагалось, в подавляющем большинстве студенты университета, пока занятия не начались еще. Парни, девушек и десятка не наберется (для женских ролей наших "смолянок" хватает). Кстати, приехав в университет, я удивилась, что если в высших учебных заведениях Москвы девушек почти одинаковое число с мужчинами, в Львове это не так. Или тут, как и в моей родной итальянской деревне (мадонна, как давно это было!), считается, что женщинам образование вовсе не нужно, чтоб выйти замуж, растить детей? Ну и кто тогда отсталый?
   А еще, при "европейскости" города Львова, меня поразила внешняя бедность его жителей. И в Москве мужчины нередко одеваются в военном стиле - но именно подражая, уж я-то различу пошитое по фигуре и из более дорогой ткани, и с "неуставными" деталями - ну а тут все еще в ходу армейские обноски, потертые, иногда даже не в размер! Про женскую моду деликатно промолчу - я, Анна и наши девушки выглядели просто королевами на львовской улице, даже в воскресный день! И дело было не только в бедности - инженеры и рабочие здесь, как нам сказали, зарабатывают не сильно меньше, чем в Москве, Ленинграде, и даже в городе на севере, куда мы с Анной ездили уже трижды. Но там женщины (и не только жены большого начальства) одеваются вполне прилично - и вещи в большинстве не куплены у нас в "Риме", а сшиты по выкройкам из выпускаемых нами журналов ("Комсомолочка" в Москве, после к ней ленинградский "Силуэт" добавился). И слышала я, что эти журналы можно купить даже в Харбине, но вот здесь во Львове нигде не видела, интересно почему?
   В анкетах нашей массовки, пунктом "национальность" стояло, шестьдесят три - русские, и только сорок восемь - украинцы (прочие - евреи, поляки, словаки, даже двое армян есть). Так что "всеобщий украинский национализм" маловероятен. И как я слышала, пойманных бандеровцев тут даже вешали публично, как в старинные времена, при полном одобрении народа. В то же время я ощущала какую-то скрытую неприязнь, как когда-то на севере в "деле Пирожковой", тогда это меня обидело, я к Анне побежала жаловаться, с чего все началось, сейчас же я усвоила сказанное моей наставницей и подругой, "если ты, твои поступки и слова, твой внешний вид кому-то не нравятся - то это их проблемы". Если конечно речь идет не о тех, чье мнения для тебя авторитетно - товарищей Сталина, Пономаренко, ну а для меня и моего рыцаря, без всякого сомнения. Так что, враги, объявляйтесь скорее, я жду!
   Я иногда ходила по Львову пешком - благо, там недалеко, и погода была отличная. От Ратуши по улице Русской, пересечь улицу Ивана Федорова, свернуть налево на Подвальную, и вот уже Арсенал, через пару кварталов. Или же, не сворачивая, дойти совсем немного до Советской, и тоже налево, перекресток с Дарвина, затем Лысенко, и вот уже улица Кривоноса, что Высокую Гору окаймляет. Или же на север, по проспекту Ленина, затем на Максима Горького, и там за площадью Победы, университет и парк Ивана Франко. Ходила, понятно, не одна - приказом Вали Кунцевича, со мной всегда был кто-то из ребят с киногруппы (минимум двое, с оружием и удостоверениями ГБ), и кто-то из девушек, за компанию. Да и что могло с нами случиться, днем, в центре города, и патрулей тут полно, военных и милицейских. И оружие у меня при себе всегда - маленький браунинг под платьем, подвешенный к поясу от чулок. Оттого, пышная юбка-клеш, чтоб не было заметно, и прорезь по боковому шву, как карман, только руку просунуть. А если я в плаще, то парабеллум во внутренний карман кладу - и рук под плащом не видно, достать оружие могу незаметно. Только секрет наш, похоже, стал уже известен - если в Москве иные из моих знакомых (точно к нашим посвященным не принадлежащие) стали под платьем, как мы кобуру, прицеплять кармашек для ключей, монет и прочей мелочи, "чтобы руку сумочкой не занимать". Вот вернемся, вместе с Анной расследование проведем, откуда утекло?
   На углу Горького и Вересня я в магазинчик заглянула, из любопытства, сопровождающие мои снаружи остались (все же не люблю, как под конвоем - с моим рыцарем, это совсем другое дело). Тут ко мне подбегает девочка, подросток лет четырнадцати, одетая очень бедно и неприметно.
   -Вы Лючия Смоленцева? Тогда возьмите.
   Сует мне в руку свернутую бумажку, и исчезает. И сколько я понимаю, даже если бы удалось ее задержать, последовало бы "меня какой-то дядя попросил за десять рублей, больше я ничего не знаю, отпустите, меня мама ждет". А бумажка оказалась листовкой - никаких "будьте в том месте в такое время" и предложений, чем это будет интересно мне. А такие же фразы о "ленинских нормах" и истинном большевизме.
   -Проверка - только сказал Валя Кунцевич, когда я рассказала о происшествии ему и Лазаревой - хотят увидеть, ты шум поднимешь, или промолчишь. Если второе - значит можно с тобой хотя бы разговор завести на тему. Но ты все равно будь осторожней - если решат, что не договорились, то могут и попытаться убить.
   Анна кивнула. Ну а у меня страха не было, один лишь азарт. Что я наконец смогу сделать что-то по настоящему полезное - и во вред слугам дьявола, что через сорок лет устроят тут поганый шабаш.
  
   Валентин Кунцевич.
   Ну вот и подозреваемые появились! Только нам с ними делать что?
   Батя рассказывал, в самом начале "перестройки" был в Москве в каком-то ДК кружок с таким же названием. И тем же составом - в основном, студенты. Надо думать, самые активные, раз желали узнать что-то сверх того, что вдалбливали на кафедре марксизма-ленинизма (которая, в том СССР, была в каждом вузе, и экзамен по МЛФ в список обязательных входил). Даже в газетах про него писали, сначал хвалебно, и вдруг - "у меня кровь застыла в жилах, когда я узнала, что они еще и вне кружка встречаются, и обсуждают", это уже руководительница их, куратор от райкома в том ДК. То есть "не сметь думать, лишь читайте и запоминайте, что вам говорят". Кружок быстро прикрыли, а что дальше с ними было, батя не сказал, а я в конце девяностых совсем еще пацаном был, с другими интересами - и разговор тот зашел, когда я у бати спросил про прежних пионеров.
   А книжек в доме было много, всяких. Среди них - эстонец Эно Рауд, "Огонь в затемненном городе", или еще, вот автора уже не помню, "Мальчик из Уржума", про молодого Кирова, ну и конечно, "Молодая Гвардия" Фадеева. Вот решили юные пассионарии, что надо нельзя сидеть в стороне - при фашистской оккупации, дело похвальное, вот только эти, похоже, всерьез себя вообразили революционерами-подпольщиками, а нас, царской охранкой? И надо еще посмотреть, не стоит ли за ними кто-то умный и подлый. Хотя бы те же бандеровцы - ведь был у них реально такой план под конец, окрас сменить, в комсомол и даже Партию внедряться, ждать своего часа? Но это, если только "втемную": анкеты наших "марксистов" я уже просмотрел, так там русских, евреев и поляков полно, да и из украинцев никто в щирости не замечен.
   Кстати, та малолетняя шлюшка, Ира Стырта, в Львовском университете год отучилась, на юридическом факультете. Вот только ни малейшей связи ее с "юными марксистами" не было замечено, может плохо искали?
   И собирается кружок не только в университете.. Но и по квартирам, включая даже у самого товарища завкафедрой. Интересно, о чем они будут беседовать? Так вариантов масса - устроить к товарищу Линнику Сергею Степановичу, русскому, 1916 года рождения, члену КПСС, проживающему по улице Базарной, дом такой-то, в отдельной квартире товарищ живет, визит от жилконторы, или санэпидстанции, или просто, товарища участкового с помощником. И поставить незаметно в квартире подслушивающее устройство (уже умеют делать в этом времени, вполне компактные) - а если окажется, что у него по соседству, или выше, или ниже, жилплощадь освободилась, то совсем чудесно, завтра туда наш сотрудник въедет, и стену просверлить (но не до конца, и лишь чтоб для микрофона хватило) нетрудно совсем. В общем, технически проблема решаема. И не надо меня упрекать в "незаконной слежке за советскими гражданами" - нет еще в советском законе ничего насчет прослушки и санкции прокурора, не успели ввести.
   Так о чем вы конспиративно беседуете, товарищи юные мстители? Если на тему абстрактные, то погуляйте на свободе, пока не решим, что с вами делать. А вот если не дай бог, к действиям перейдете, придется вам доказывать, что вы не правы. Особенно если за вами кто-то еще стоит, дирижером.
  
   Магнитофонная запись.
   (юношеский голос) Сергей Степанович, вы уверены, что это надо? Нам не страшно но хочется быть уверенными - что не напрасно.
   (взрослый голос) Надо, Петя, надо. Иначе выйдет, что и Миша Якубсон погиб напрасно. И Игорь Горьковский тоже - вот ты бы смог так, своему помочь уйти, зная что он допроса не выдержит, и товарищей выдаст? И все, кто на фронте погибали "за Родину, за Сталина" - тоже, выходит, зря.
   (другой юношеский голос) Но ведь жить и в самом деле стало лучше? И в смысле свободы - вон, у Кувшинова с матмеха отца выпустили. Реабилитировали по полной, извинились, и даже квартиру пообещали, в очередь поставили уже. А гниль и крикунов жмут и партбилетов лишают, если кроме дури и глотки у тех ничего нет.
   (взрослый голос) А подумать? Что у Ильича написано - подачки от власти, которые не вырваны в борьбе, а дарованы по высочайшему соизволению, могут так же забраны назад. И ты считаешь, что если человека без вины посадили, годы гноили на Колыме, а затем сказали, простите, вы не виноваты - то это все, инцидент исчерпан? Что квартира может потерянные годы и здоровье возместить? А тех кто умер, не дожил - с ними как, тоже реабилитируют?
   (третий юношеский голос) Реабилитируют. Вы же знаете, Сергей Степанович, скольким только из нашей группы бумаги прислали. За тех, кого в тридцать седьмом.
   (взрослый голос) Дурак! Через пятнадцать лет? Прислали - даже не на отца, или дядю, а на какого-то дальнего родственника, значит ближних не осталось уже, куда они делись, ты подумай!
   Ю.1. - Все равно - и к критике стали прислушиваться. Если партийный ошибся - можно указать, и если прав окажешься, тебе лишь спасибо скажут.
   В. - Так даже у тех, кто на самом верху, ума хватило, на грабли не наступать, как царь николашка. Пар выпустить, самых умных и активных заметить и возвысить, на свою сторону привлечь.
   Ю.2. - А сколько построили, даже тут, во Львове? Смотришь - и веришь, что и по всей стране так. И Победа - гордость за страну, за народ.
   В. - Так и умный хороший пастух свое стадо лелеет. Вот так и комвласть - ну зачем ей нищета, править ведь лучше в богатой и сильной стране? И уж конечно, защищать свое от соседской сволочи, вроде Гитлера. Ты чем сомневаться - Ленина открой, вон на полке стоит, и прочти. Чья должна быть власть - рабочих и крестьян. Вот ты бы доучился, на завод пошел - и что, ты бы себя хозяином чувствовал? Или - что партийные скажут, так и будет. Так чья частная собственность выходит - уж точно, не твоя! А как прежде, при "магдебургском праве" было, городской торговой верхушки, так и сейчас, диктатура не пролетариата, а верхушки партийной. И во главе - сам знаешь кто.
   Ю.3. - Так они же не дворяне! Не князья-графья. А были, из таких же как мы!
   В. - Верно. Ну а как в истории всякие королевские династии и дворянские роды начинались? Кто из простых, но с талантом, умудрялся на самый верх - и уже дети его там оставались. Как и сейчас - вот кто у нас самый показатель, "адмирал Победы" Лазарев М.П. ? До войны вообще известен не был, значит пребывал в самом малом чине. Но сумел отличиться, защищая власть - и власть его отметила, думаешь, его дети в одну школу с тобой пойдут а после станут колхозниками или рабочими у станка?
   Ю.1. - а вы бы, Сергей Степанович, если честно, своим бы детям не помогли, имея возможность? Я бы вот, помог. По справедливости это.
   В. - Вот потому Ленин и указал в "Государстве и Революции", что? Правильно, уничтожить государство, пусть не сразу, но постепенно. Поскольку враждебное окружение остается. Следовательно, с ростом силы социалистического народа, социалистическое государство должно слабеть, отмирать. И где вы это видите - хотя бы в сравнении с 1913 годом? После Победы, вот уж повод, нет у нас рядом агрессора, готового напасть, самое время что-то облегчить, отменить - и где? Наоборот, наркоматы министерствами стали. А завтра, ради исторической традиции, снова графьев введут? Если уже сейчас, мне под большим секретом сказали, в Москве отдельные лица, близкие к власти, СССР называют Красной Империей!
   Ю.2. - Но все-таки, Сергей Степанович... Ленин ведь подобные методы осуждал. У большевиков было главное - пропаганда, и борьба за интересы угнетаемого народа.
   В. - В те времена было легче. Сам подумай, кто против власти поднимется - тот, кто получает гроши, за каторжную работу четырнадцать часов в день, живет в грязном бараке и знает, что там и помрет. Или тот, кто работает восемь часов, получает за это довольно, чтоб не бедствовать, видит что цены ежегодно снижают, ждет получения квартиры, уверен что завтра жить станет лучше и веселей? Мишу Якубсона ведь сами рабочие схватили и сдали милиции. Когда будет, как Ленин писал, революционная ситуация, ну-ка, что в ней третье необходимое условие - верно, обострение бедствий и страданий трудящихся масс! - тогда был бы хороший шанс на успех. А сейчас его нет. Как у Горького - "такую кучу, на вилы не поднять, тяжела".
   Ю.3. - Но можно наших поднять. Пусть не всем университетом, но уж точно, не нашей маленькой группкой. Всех брать не посмеют. Значит, выслушают, и будут говорить. И нас тоже услышат.
   В. - И многих ты поднимешь, до того как кто-то донесет, и за вами всеми придут? Искренне веря, что "За Родину, За Сталина", это все - как я сам верил когда-то.
   Ю.1. - И чем это поможет, в историческом плане?
   В. - Тем, что сделает власть комбюрократии хоть чуть менее прочной. А значит, в конечном итоге приблизит время ее падения.
   Ю.3. - Вы, Сергей Степанович, говорили про "эксперимент".
   В. - Да, говорил, Когда верил что Сталин будет соблюдать Конституцию СССР. Где говорится о праве каждой республики на выход. Мы не претендуем на всю территорию - дайте нам возможность самим установить порядок, который мы считаем правильным, в пределах отдельно взятой бывшей союзной республики. Но Киев, год сорок четвертый, показал, что никому не будет дозволено уйти. Танками раздавят. И виновных к стенке, как бывшего товарища Кириченко, Первого в Украине.
   Ю.2. - Так там же бандеровцы были, фашисты, враги!
   В. - А ты думаешь, были бы там не Кук с бандой, а мы, было бы иначе?
   Ю.1. - Но все же, мы не фашисты. И как они, не хотим.
   В. - А я что, приказываю чтоб вы как Кук, захватили пароход с детьми и всех перебили? Нет, расплачиваться должны лишь истинные виновники!
   Ю.2. - Зачем нам тогда это кино? И итальянская актриса?
   В. - Чтобы после нас, уже мертвых, не облили грязью. Не сделали желающих лишь стать "украинскими царями". Чтоб кто-то рассказал, за что мы пошли умирать. И тут эта персона подходит как нельзя кстати. Итальянка, ставшая женой нашего командира и ради того отказавшаяся от своего Отечества - но уж точно, не сталинская фанатичка. Известная не только у нас, но и у себя в Италии. При том что завоеванные страны даже Сталин пока не решается прижимать окончательно, включая в свою "Красную Империю". Если нам удастся сделать ее "нашей", то после будет одинаково хорошо, и если гебье решится ее арестовать и казнить, что без сомнения, повлияет на отношение итальянцев и затруднит их включение в Красную Империю, и если не решится, тогда она расскажет нашу правду и здесь и там.
   Ю.3 - А если она донесет?
   В. - Ну, она не должна будет узнать все, разве только в самый последний момент. И совершенно не верится что известная актриса может быть агентом МГБ. Да и не так гебисты работают - заподозрили бы, прислали офицера ГБ с особыми полномочиями. Фильм ведь снимают по-настоящему - не ради же нас?
   Ю.3. - Ну а если она все-таки не согласится?
   В. - Тогда, как с Голубевым, ведь прошло хорошо? Никто не заподозрил?
   Ю.1. - Погано вышло.
   В. - Отставить интеллегентское чистоплюйство! В борьбе за лучшую жизнь, в белых перчатках остаться никак нельзя - обязательно кровью измажешься.
   Ю.1. - Да я понимаю...
   В. - Но ты сказал, она листовку взяла.
   Ю.1. - Сестренка сказала, да.
   В. - Решили, кто пойдет на контакт?
   Ю.2. - Так кандидатура одна, Марыся из моей пятерки. Она к киношникам устроилась, сумеет.
   В. - Ну, смотри! Мой запрет на все контакты с другими пятерками исполняете, помимо старших?
   Ю.2. - Так неудобно же, Сергей Степанович. Многие же раньше были и кореша, а кто-то и как жених с невестой. Да и как - на одни лекции ходим.
   В. - В университете можно, там напротив, чем больше будет у гэбистов подозреваемых, тем лучше. Но чтоб в прочее время - никаких! Ради дела, потерпите - как революционеры, ради конспирации, даже браки заключали фиктивно. Или он и она, друг друга не видели годами, хотя работали в городе одном. Книжки надо читать - учение, свет!
   Ю.1 - А с "украинцами" поддерживать?
   В. - У вас ума не хватает? За "бандеровцами" сейчас так следят - и уж будьте уверены, весь "комитет по протесту" агентами ГБ набит. Дело их объективно полезно - но вот сейчас надо к ним и близко не подходить! Даже осуждать, и погромче - чтобы после, ГБ совсем со следа сбить, если мы на той стороне, то кто тогда против нас?
   Ю.3. - Но все же, Сергей Степанович... Я вот при всех заявляю, что ваш приказ, если живым попадусь, то оговаривать максимальное число непричастного народа, не выполню. И своей пятерке не передам. Никого не выдам, и сам молчать буду, как партизан в гестапо - но и невиноватых не потяну. Непорядочно это.
   В. - Мальчишка! Дурак! Ты думаешь, попав на настоящий допрос, сможешь молчать? Из тебя даже ремни резать не станут - по секрету скажу, есть у гебья такое средство, что тебе укольчик, и ты становишься говорящей куклой без воли! И сдашь тогда абсолютно всех - вот отчего я и велел, Якубсона... И шанс избежать этого, лишь один - поскольку лекарство очень дорогое. Изображать предельную лояльность, и говорить, говорить, вот только не то. Тогда может быть, на тебя эликсир пожалеют. У МГБ ведь тоже бухгалтерия и отчетность - вколют тебе, не хватит кому-то другому.
   Ю.3. - Так тогда и Горьковский....
   В. - У него легенда другая. Контуженый, и тупой, услышал против Сталина, и психанул. И от этой роли не отступит.
   Ю.1. - Сергей Степанович, ответьте честно. Вы говорили Игорю, что если он не так, вы его Ганнусю убьете?
   В. - Мы на свободе пока? Цель оправдывает средства - ответ ясен.
   Ю.1. - Но это же... Так бандеровцы делали!
   В. - И что? Ради святой цели иногда приходится применять и грязные приемы. Достигнутая цель все оправдает. Как товарищ Ленин деньги на революцию у германской разведки брал.
  
   Анна Лазарева.
   У Лючии лицо было - будто она только что узнала что Юрка ей изменил. И собирается бросить ее, увлекшись распоследней прошмандовкой.
   -Ну что, Люся, прослушала запись? Поняла, как тебя использовать хотят?
   Лючия кивнула. А затем спросила:
   -Аня, я все понимаю. Что Ленин писал свои труды в другое время и в других условиях. И живи он сейчас, возможно уверял бы обратное написанному - так нам на лекциях говорили.
   -Ну да - отвечаю я - так это даже в его трудах, до 1917 года написанных, есть. Где он прямо говорит, что то, что он утверждал в какой-то из прошлых своих статей, сейчас стало ошибочным, и объясняет, почему. Касается тактики социал-демократии, точную цитату не помню, сама после найдешь.
   -Я знаю - говорит Лючия - я слышала о том, и соглашалась. Но раньше не представляла, насколько это может быть разным! Чтобы бывшие "свои" и во враги, которых надо убивать. Этот Голубев, про которого они говорили - я слышала, это весной был студент, убитый в парке, на грабителей списали, так и не найденных - а выходит, свои своего, лишь заподозрив? Так же как бандеровцы, "ты зраднык", и все! Этот Линник, он же воевал, и храбро, раз награды имеет?
   -Политработником был - вставил Валька - но не тыловым, в сорок первом из окружения выходил, под Вязьмой. Под Ржевом ранен был. Второе ранение на Днепре, комиссован. Имеет "Отечественную 2я степень" и "Красную Звезду". Найти и опросить однополчан пока еще не успели, ответ на запрос не пришел.
   -А теперь они, судя по всему, задумали в кого-то стрелять, или что-то взорвать - продолжает Лючия - раз уверены, что "в живых не останутся". И не остановятся, убивать бывших своих. На ту сторону фронта перейти - если не с нами, то за кого?
   -Ну да - соглашаюсь я - вот так предателями и становятся. Не только шкуры, идейные тоже бывают, ты не знала? Кто верил - а после, усомнился.
   Лючия молчит, а после спрашивает:
   -Аня, но как же тогда Священное Писание может быть истинным? Если Христос и апостолы жили две тысячи лет назад? Как тогда верить?
   -А ты сердцу своему верь! - отвечаю я решительно - чтобы делать добро. Что на благо идет - не тебе одной, это "человек человеку волк" выйдет, а твоим близким, народу, стране, Партии, то и хорошо. Мы не англичане, которые могут своим законом любую мерзость оправдать, "что не вписано в кодекс, то дозволено". Ты по сердцу, по совести поступай - и не сомневайся ни в чем. Тогда в свой католический рай попадешь - иначе, если бог не по правде судит, то и не бог он вовсе, а хуже дьявола. У того, по вашей Библии, хоть честно все - согрешил, на сковородку.
   -Аня, ты не понимаешь - Лючия махнула рукой - я сейчас впервые в жизни подумала, а может и в самом деле, бога нет?
   -Кот Шредингера - усмехнулся Валька - Люда, ты не знаешь... Парадокс такой, вот если в коробке сидит живой кот и никак себя не проявляет, и мы не можем это измерить - взвесить, ренгеном просветить - то кота все равно что нет. Вернее, он и есть и отсутствует одновременно, пребывая в некоем пограничном состоянии, туда или сюда.
   -Я не поняла - Лючия морщит лоб - сидит тихо, это ясно. Перейти в состояние "есть", тоже понимаю: замяукает, станет царапаться, выбираться наружу. А как он перейдет в состояние "нет", не исчезая из коробки?
   -Я сказал живой кот - ответил Валька - по условию, в коробке еще ампула с ядом, которая может вскрыться самопроизвольно в любой заранее неизвестный момент времени.
   -Фи! - возмущенно произнесла Лючия - этот Шредингер был просто живодером. Чем кот виноват? Вот не одобряю, когда кошек и собак, на научные опыты - для того такие мерзавцы есть, как Василь Кук! Которых ну совершенно не жалко.
   -Тогда этот Сергей Степанович такой же мерзавец - замечаю я - что сказано в Библии: кто совратит малых, с истинного пути, тому лучше будет, если его еще живого бросят в геенну огненную. За точность не ручаюсь, но смысл тот. И ведь очень вероятно, что он студентов на смерть пошлет, а сам скроется, "моя жизнь более ценна". Такие вот там в "перестройку" все и загубят!
   -Аня, а отчего его просто не арестовать сейчас?
   А в самом деле, отчего не? Да потому что простые решения - не всегда самые верные.
   Во-первых. Ладно, если речь идет о явно готовящемся теракте, мы имеем полное право не заморачиваться юридическими нормами. И если есть по-настоящему серьезные подозрения, виновных можно брать и допрашивать по высшей степени, хоть с "эликсиром правды", хоть с китайскими пытками. Вот только вера его показаниям, если он решит оговаривать повально всех? Даже пентонал натрия, как и "детектор лжи" (в США уже есть, у нас пока спорят о его эффективности), это не панацея: они вытаскивают лишь то что допрашиваемый считает правдой. И известны случаи, когда допрашиваемые даже под пентоналом умудрялись говорить не то - если умели закинуть в психику "это-правда" настолько, что сами верили. Также. применение что пентонала, что полиграфа, требует четко сформулированных вопросов - а мы даже не знаем толком, что эти подпольщики задумали!
   Во-вторых. Тотальные аресты в университете (а бить придется "по площадям", так что по первости и невиноватые в сеть попадут), реально могут вызвать беспорядки. То дело, о котором говорил Федоров - Львовский университет (как и Черновицкий) имел право вести часть курсов на украинском, причем не только на филологическом факультете (что было бы естественно), но и на четырех остальных - историческом, юридическом, физико-математическом, естественнонаучном (в последний входили отделения - биология, химия, геология, география) - оправдывая тем, что значительная часть выпускников шла учителями в школы. Однако по закону, финансирование из союзного бюджета полагалось исключительно русскоязычным, ну а нацязыки, за местный счет. Что влекло, как уже было сказано, большую разницу в размере стипендии студентам и зарплаты преподавателям. И вот, в этом году всплыло, что часть "союзных" денег была незаконно пущена "украинцам", что ж, панове, деньги надо вернуть - а значит, в ближайшем семестре (а то и двух) украиноязычные студенты стипендий не получат вообще. Параллельно, Москва обратила внимание и на порядок распределения выпускников: если согласно закону, получившие дипломы на нацязыке, имеют право работать только на территории этой республики, а за ее пределами такие дипломы не признаются, то раз Галицко-Волынская ССР уже не имеет никакого отношения к Киеву, Харькову, Полтаве, Одессе, что там делают украиноязычные выпускники?
   В итоге, в университете ропот. И напряженное ожидание 1 сентября, когда окончательный вердикт будет оглашен. И если еще масла в огонь подлить, беспорядки будут с большой вероятностью. Самые разные - например, и наши студенты из рабочих вполне могут начать бить украинцев, в пролетарском гневе не разбирая виновных. И что тогда, танки вводить, как в той истории было в Китае на площади с труднопроизносимым названием? Так старинный университет жалко - и конечно, не хочется ломать жизнь десяткам, а может и сотням юношей и девушек - которые после, вполне возможно, не простят.
   И третье, самое главное. Если Сергей Степанович тоже не сам по себе (что весьма вероятно), и от него тянется ниточка, куда? Заграничные или свои? Второе хуже - поскольку в Партии далеко не все были довольны реформаторскими планами товарища Сталина, и нам сейчас только нового тридцать седьмого года не хватает!
   Так что - информация! А взять вражину мы всегда успеем. Как там, в будущем, Новодворская, или еще какая мразь скажет, "бить Лениным по Сталину, Марксом по Ленину, а в итоге обрушить весь советский строй". Ненавижу гадов, раздавить их хочу, без всякой пощады! Или, как верно сказала Лючия, на опыты - вместо ни в чем не виноватых животных.
   Я ведь не забуду, как Илюшенька спросил после, недоуменно:
   -Мама, а что этот дядя хотел со мной сделать?
   Ничего он не мог с тобой сделать плохого - мы все были рядом. А теперь тем более, он ничего не сделает, никому и никогда.
   Зато клянусь, я сделаю все, чтоб перед тобой были открыты все возможности, все дороги. И чтобы ты был обучен по ним идти.
  
   Валентин Кунцевич.
   Снимаем кино - в ударном темпе.
   В бесконечно далекой жизни двадцать первого века, случилось мне поговорить с мужиком, снимавшимся у Сергея Бодрова, название забыл, там про медвежонка было и девушку из цирка (прим.авт - "Медвежий поцелуй"). В массовке - он там одним из охотников был, что по лесу бежали в самом начале фильма, убивая медведицу. Сцена всего ничего, наверное, меньше минуты - а тот человек рассказывал, снимали ее целый день, с кучей дублей, подбирая ракурс, мизансцены, освещение, выехали из Питера по Приозерскому шоссе в лес на какой-то километр с раннего утра, назад их привезли в третьем часу ночи (прим.авт - этим "охотником" был я. Но на экране, к сожалению, себя не нашел). У нас с временем и бюджетом похуже - так что приходится спешить.
   У Пономаренко задания, с двойным или тройным дном, как у некоего персонажа Бушкова. Не имитация съемок кино, ради выявления университетской крамолы, а подлинные съемки. И не просто фильм про древнюю историю, казаков и панов, а еще и какая-то деза нашим западным "друзьям". Оттого и посланцы из будущего - двое, как у Кира Булычева, чтоб сильно сценарий не менять. И про изменения истории - дается прямой намек, что наша временная линия единственная, что в прошлом изменишь, в будущем отразится, коль уж Чародея надо вытянуть в светлое будущее в последний момент перед гибелью, и никак иначе, ведь отчего у нас в истории нет ничего ни про осаду Дрогобыча поляками, ни про смерть Чародея? А не доехал он до города, погоня его настигла, но живым взять не смогла. И решено было, из политических соображений, дело не раздувать, просто исчез бывший профессор Кракова и ректор Болоньи в этих лесах, как не было его. Хотя наш феномен обсуждая, пришли здешние научные светила к выводу, что время наше "параллельное", расщепилось мироздание на линию ту, от года 2012 (значит, сейчас там год 2023й?), и эту, которую мы сейчас по своей воле гнем, поскольку будущее ее не определено никак (приводились и обоснования, которых я не понял - ну не учили меня "гнусной теории Эйнштейна" и всему что еще дальше за ней). А я лично - профессионалам науки на слово верю.
   Эпизод на лесной дороге. В засаде один из Гостей (второй в 1942 году на "техобеспечении" остался), командир отряда "дядя Ваня", его верный ординарец Петруха с пулеметом МГ-42 и снайперша Таня (Лючия). Вот вышло так, что тот проклятый бердыш "блок питания" у машины времени повредил, и пришлось к ней батареи от "бластера" подключить, так что гости из будущего оказались безоружными, от слова совсем. А отчего сейчас получилось заслать четверых сразу - так хрононавигация, наука темная. Может, между двадцать пятым веком и 1942 годом условно, "горы" возвышаются с очень узким и неудобным перевалом, а дальше до 1494, ровный путь под уклон, только катись - о том Стругацкому указано, он текст за героя напишет, чтоб наукообразно. А нам пока надо Чародея перехватить.
   Лес. Солдаты в оцеплении, не только охрана от бандеровцев - чтоб никто нам не мешал, а то уже зеваки подтягиваются с окрестных деревень. Камеру на бронетранспортер прикрутили - операторская работа, она ведь тоже непростая, чтоб в фокусе было, не тряслось, и свет в объектив не бил. Начали, мотор - сначала Чародей проезжает, за ним погоня, десяток всадников с гнусными бандитскими рожами, на узкой лесной дороге для пулемета на ста метрах, идеальная мишень! Очередь (холостыми, понятное дело), всадники и лошади картинно падают, лишь последний, кого тела передних закрыли, успевает развернуться и удрать. Подходят Гость с Чародеем, объяснение, что приглашаем вас в светлое будущее жить, где никого не жгут, и давно установили, что Земля вокруг Солнца вращается, и вообще, наука это самое уважаемое дело. И тут облом! Не хочет Чародей сейчас с нами, очень надо ему в Дрогобыч. И силой не увести - он кинжал достал и себе к груди приставил, вот не пойду я с вами, как бы вам ни нужен, сейчас! Да в чем дело?
   Тут он нашу "Таню" видит. Так в сценарии было - тут я вмешался, как консультант, да вы чего? Кто в прикрытие назначен, должен там и сидеть - а если еще кто-то из врагов подкрадется? Тем более, один из погони удрал - а если он окажется берсерком, как "бойцовый кок"? Так что снайперша должна сидеть как мышь, и бдить - а не выскакивать на базар со всеми! Иначе бы - такое внушение сделали бы, не позавидовал бы персонажу. Так что увидит Чародей двойника своей возлюбленной, уж точно не здесь!
   Сценарий поправили - достаточно одних слов. Что оказывается, есть в Дрогобыче девушка, с которой у Чародея была переписка, причем не о любви, а на высокоученые темы (а почта в Жечи Посполитой в то время уже была - конечно, для тех, кто мог заплатить). И теперь "пани Анну" обвинят в колдовстве и сожгут - а он такого допустить не может.
   И Гость соглашается. Договорившись, что вот вам срок, через три дня мы вас вместе заберем. Объясняет после Командиру, какой прок был бы от силой увезенного, ведь гений, это тонкая натура, в клетке не творит. Командир в сомнении головой качает - не знаю как у вас, а у нас есть такое слово, "надо", и все личное побоку!
   -А у нас по-другому. Если коммунизм, это свобода каждого, вместе со служением всем.
   Интересное кино выходит! Это ведь для наших советских людей будет сказано, кто фильм посмотрят? Что вовсе не обязательно всегда с самоотречением, как на войне?
  
   Лючия Смоленцева.
   Партизанка Таня - это я. И пани Анна из пятнадцатого века, это тоже я.
   Имя для героини предложила я - ну, вы понимаете, в честь кого. Думаю, что и в 1494 году встречались иногда такие девушки, кто не соглашались безропотно принять за свое будущее пресловутые "три К", и хотели чего-то большего, яркого. Как я сама - читала романы и мечтала о рыцаре, а премудрая тетушка София ворчала, ну зачем тебе это, вот выйдешь замуж за приличного синьора, вроде сына трактирщика Паоло, родишь ему детей, будешь помогать заведение содержать. Но пришли русские, и забрали меня в свою Страну Мечты. А живи я в то время, меня вполне мог бы ждать костер - ведь известно сегодня, сколько женщин сожгли в "просвещенной" Европе, лишь за то, что они как-то выделялись из толпы, были не такими как все, да просто умны и красивы!
   Как только я прочла рассекреченные архивы Ватикана - ту их часть, что была украдена немцами, попала трофеями к советским, и по просьбе Папы была возвращена, с условием что с документов снимут копии, и было издание Академии Наук СССР, малый тираж, но я достала и прочла - то мне казалось, рушится небо! О мадонна, там про Святую Церковь такое - про "праведную" жизнь ее служителей, и что творилось в монастырях, и кто восседал на Святом Престоле и в епископских креслах - и это были не сведения для публики, а "внутренние" документы Церкви, достоверность которых не подлежала сомнению!
   Пятнадцатый век - начавшийся с восстания гуситов, и завершившийся появлением протестантизма. Мадонна, выходит что те, кто выступал тогда против Церкви, вовсе не были раскольниками, их критика была вполне справедлива?
   -Не спеши с выводами, дочь моя - ответил мне тогда отец Серхио - если даже Спаситель наш соединял в себе божественное и человеческое, то и любой служитель Церкви, как и любой иной высокой идеи, хоть даже коммунизма, соединяет в себе эту Идею, и бренное человеческое несовершенство. Но следует ли из этого несовершенства, что и Идея плоха? Которая по сути своей, мудра и добра, ибо служит высшему благу людей. У римских язычников было "пусть погибнет мир, но восторжествует закон" - а Церковь же считает, что Добро выше даже Истины. Известно ли тебе, что учение Коперника, что Земля не центр вселенной, а лишь одна из планет, вращающихся вокруг Солнца, подвергалась гонениям Церкви вовсе не из мракобесия, а так сложилось, что в те конкретные годы эту систему активно применяли разного рода чернокнижники, прорицатели, каббалисты и даже прямые служители Врага Рода человеческого? К тому же, коперниковская система поначалу была даже менее точной в описании положения планет на небе, чем прежняя, Птолемея - этого не говорили в светской школе, дочь моя? Лишь с открытием Кеплера, что орбиты планет суть не круги а эллипсы, а также с обнаружением спутников планет, которые тоже вносили свою погрешность, астрономия приобрела вид, близкий к современному - и Церковь никогда его не осуждала! Но вернемся же к предмету твоих сомнений - да, очень многие женщины были осуждены невинно. Однако судьи, такие же люди, и не застрахованы от ошибок. Если совсем недавно и в Советской стране немало людей так же невинно подверглись осуждению и даже казни - и сейчас сам Вождь Сталин признал эти ошибки, и те дела пересматривают, осужденных реабилитируют, и даже выплачивают какую-то компенсацию - но не объявляют о том широко, и уж конечно, не кричат, что вся коммунистическая идея плоха. А представь, что случилось, появись это завтра в "Правде" и других газетах - что стало бы с верой советских людей? Вот так же и Церковь - мы признаем свои ошибки, но никогда не объявим о том во всеуслышание, чтобы не вносить в умы совершено ненужную смуту!
   Анна, с которой я после поделилась содержанием нашего разговора (у меня нет тайн от лучшей подруги - а вот умный совет она может дать), ответила:
   -Правильно твой святой отец сказал! Знаешь ведь - заставь дурака богу молиться, он и себе, и тебе лоб расшибет. То есть - не доводи до абсурда. А главное - чтобы добро было: если оно есть, и всем, значит правильно все. А если зло в итоге выходит, то значит, неправильно. Так и считай!
   О, мадонна, но тогда выходит, что я, то есть пани Анна, никак не могу ощущать себя грешницей? Если я всего лишь, в любопытстве хотела узнать, как устроен мир. Поскольку Господь дал мне ум больше, чем у прочих домашних куриц. Мне восемнадцать (меньше, вряд ли столь юная особа будет проявлять интерес к столь сложным проблемам, а по сюжету, я в переписке с Чародеем не первый год состою, ну а больше тоже не может быть, тогда бы у меня уже был бы муж и дети). Я не высокородная пани, раз в городе живу а не в отцовском имении, но и не из низшего сословия, а дочь богатого купца или цехового старосты. И отец явно любил меня и баловал, давая больше свободы, чем было принято в то время. Хотя возможно, что он о сыне мечтал, а родилась я, вот он и воспитывал меня как мужчину, с большей долей свободы и ответственности?
   А вот люблю ли я Чародея? Мне восемнадцать, ему сорок четыре - но в то время и было принято так, мужчина ведь должен быть хозяином, опорой, а не безусым юнцом! И если я, истинная католичка, испытываю к нему искреннюю симпатию и интерес, то это очень тонкая грань от... Тем более, что Вера отвергает в любви страсть и наслаждение - хотя искренне не понимаю, что тут греховного, если с собственным мужем? По крайней мере, я вижу в Чародее свою единственную возможность вырваться из предначертанного пути, быть выданной замуж за соседа-трактирщика, и всю оставшуюся жизнь провести на кухне! И если Он меня позовет - я пойду за ним куда угодно.
   Ну вот, я написала письмо. Запечатаю сургуч своим перстнем, и пойду отдам почтарю (служанкам лучше не доверять). Встаю, прячу письмо, накидываю плащ... Ну что, снято - следующий дубль?
  
   Пономаренко Пантелеймон Кондратьевич (начальник Службы Партийной безопасности, в разговоре именуемой "инквизицией").
   И сколько врагов нам надо перебить, чтоб нас наконец оставили в покое?
   В данном случае, не уничтожить, а переиграть. Из доклада Лазаревой следует (и иными источниками подтверждается - Киев нас многому научил, в том числе и категорически "не класть яйца в одну корзину" в смысле получения информации) - что сейчас против нас играют не бандеровцы! Ну разве только пешками и на подхвате могут быть, у настоящих игроков. Так как бандеровская карта в игре против СССР окончательно бита!
   Все ж научились мы понемногу и искусству политической рекламы - как еще этот вид деятельности, как оказалось весьма полезный, назвать? Слова из западных газет, что "неудавшийся захват парохода, это как выстрел себе в ногу для сторонников Бандеры" - так еще огромное значение имеет, как свершившийся факт информационно подать. И Анна Лазарева с этим поручением справилась отлично - прав оказался старший майор госбезопасности Кириллов, сумевший еще одиннадцать лет назад увидеть в этой девочке огромный потенциал. Как сумела она организовать процесс над бандеровщиной, по политическому значению равный подавлению Киевского мятежа сорок четвертого года (прим.авт - см. Союз нерушимый). Помимо истории с неудавшимся терактом, на свет божий вытянули все о действиях бандеровцев в карательных подразделениях, не была забыта и Волынская резня. Благо, на процессе было не повернуться от иностранных журналистов - а пойманные с поличным "онижедети", ведь так бы назвали этих тварей в ином времени, на скамье подсудимых ну совсем не "херои", рассказали все о своих подвигах в славу Украины, включая и места захоронений жертв расправ. Мы тут же устроили выезд на места, со вскрытием могил, с фото- и киносъемкой, судмедэкспертизой - и опять же, все в присутствии журналистов. Шок был жутчайший - а тут еще и Кук, "генерал" УПА, надеясь на пощаду, дал подробнейшие показания, как борцы за незалежную не столько с Советской Армией сражались, как истребляли мирное население, кто показался нелояльным, и делали это самыми зверскими методами - "оказались способными учениками у нацистских палачей". Рассказал он и как ОУН заботилось о этнической чистоте будущей незалежной Украины, подобно гитлеровцам убивали евреев и поляков. А знал Кук очень много, включая местонахождение архивов ОУН-УПА, которые благополучно сдал - с докладами 'провидников' и 'куренных', фотографиями расправ, сделанных для отчета, когда мрази еще и не задумывались о возмездии.
   Англичане и американцы поначалу пытались устроить что-то вроде информационной блокады. А иные из их газет даже заикались поначалу, что "это все конечно, ужасно, но борцы за свободу украинского народа были принуждены к крайностям тяжестью великорусского коммунистического ига". Но слишком хорошо в Европе помнили недавнюю войну, и нацистские зверства (в этой версии истории гораздо большие, чем в мире "Рассвета"), видели европейцы фильм "Обыкновенный фашизм" (в иной истории снятый лишь в 1965 году), и не дневник Анны Франк потряс умы, а она сама, живая, выступала на Штутгартском трибунале одной из свидетельниц обвинения, и слишком много было свидетельств о теснейшей связи ОУН-УПА с абвером и гестапо - так что в глазах даже обычного европейского обывателя, быть другом и союзником нацистов окунало в грязь самую высокую цель. Да и еврейские и польские общины в США и Великобритании были не на последнем месте по числу и влиятельности. Ну и конечно, европейский обыватель ужаснулся перспективе, выпустить из бутылки джинна совсем иного, невиданного прежде терроризма - направленного не на представителей власти, а на массу таких обывателей, оказавшихся не в то время не в том месте! Так что, очень скоро репортажи с процесса (названного "мини-Штутгарт") стали печатать и респектабельные буржуазные газеты. И даже убежденные антисоветчики, вроде тех французских редакторов, кто еще недавно печатали статьи месье Фаньера о "коммунистическом вирусе, превращающем людей в зомби" (не иначе, сей месье, пребывая в США, с выходцами с Гаити успел пообщаться), вынуждены были сбавить обороты, чтоб читателей не растерять. Какая "излишняя жестокость", проявленная советским спецназом - а если бы эти мерзавцы захватили британский пароход, вы так же говорили бы о действиях английской полиции? А бандеровцы, это просто исчадия ада, подручные бесноватого фюрера (проклятого одновременно и Папой, и Патриархом), раз посмели посягнуть на безопасность мирных граждан СССР, отправившихся в морской круиз (а если завтра кому-нибудь в Европе это придет в голову?).
   В итоге - поддерживать бандеровцев даже на Западе стало ну очень не комильфо! "Украинский культурный центр" в Гааге, где получал жалованье некий Степан Бандера (эта контора за десять лет сменила наверное, десяток вывесок и мест) без особой огласки прикрыли - надеемся, что чуть подольше, чем в прошлые разы. А самого Бандеру с помпой выдали СССР - жалко, что процесс успел завершиться, ну так мы продолжение организуем. Пока эта тварь на Лубянке показания дает - и ведь ничтожный человечишко, никакой не вождь, не организатор, покойный Шухевич был на голову выше и опаснее - но знамя и символ, однако, что там в будущем говорили, "придет и порядок наведет", вот и пришел, у следователя в ногах валялся (не преувеличение - да и что еще от польского лагерного педераста ждать?). Можно было его и раньше убрать - но больше эффект вышел, что хозяева сами его нам выдали, показали схроновым сидельцам, насколько их ценят, как разменную монету. И теряет бандерье даже в Галицко-Волынской ССР последний авторитет - кто и когда делал ставку на неудачников? И разбегается кто куда, в том числе внедряясь и в органы Советской Власти, комсомол и даже Партию - а вот к этому надлежит отнестись с предельной серьезностью! Уже есть негласное распоряжение - выходцам с Западенщины, в центральном аппарате не работать, не только на союзном, даже на республиканском уровне. Ну и партконтроль не дремлет - любого можем притянуть, "по открывшимся обстоятельствам", если окажется, что ты в "отважных" ходил и кровь у тебя на руках.
   Оборотная сторона - что увидев такое, польские товарищи на своей территории принялись за искоренение "бандеровцев", не особенно стараясь различать их, и украинцев вообще. Что совершенно не по-коммунистически - впрочем, в Польше сейчас даже в их Партии, ПОРП, не разберешь, кого больше, коммунистов или националистов. Причем последние чувствуют себя жестоко обиженными и ограбленными, на СССР и ГДР хвост поднимать боятся, видя соотношение сил - но отыгрываются на "своих" украинцах, которых считают нашими единокровниками. Что очень не хорошо - но обмен населением, бывший в мире "Рассвета", это совершенно не выход, мы у себя бандеровщину почти уже задавили, и теперь на тлеющие угли бочку бензина плеснуть, миллион или два (оценки разнятся) голодных и озлобленных, готовое пополнение для выбитой схроновой пехоты? Так что придется польским товарищам самим свои проблемы решать - товарищ Сталин им свое неодобрение уже высказал. Мы с вами коммунисты или кто - можно и должно, чтобы в рядах Партии, украинец и поляк вместе делали общее дело! И грядет еще постановление "о борьбе с националистическим уклоном", как это на польский перевести. Но к нашему делу это прямого отношения не имеет.
   Сама Лазарева свою проведенную работу считает "технической". Так ведь и должность генсека в Партии поначалу чисто "технической" считалась, не Председатель, не Руководитель, а Генеральный Секретарь. И что вышло, как стал на этой должности товарищ Сталин? Генеральный Прокурор Руденко - больше фигура публичная, ему "вовне" работать, на виду - а кто так скромно и незаметно подумает, что и как на свет подать, чтоб по психологии било сильней? Наградить Анну Петровну надо - заслужила. После львовской миссии и вручим, по совокупности. Если справится, как в Киеве - ой, далеко пойдет девочка, далеко! А собственно, отчего женщине не быть членом ЦК или Политбюро - в Уставе ничего не сказано про запрет. Лет через десять - будет там меня подпирать.
   Итак, сейчас в Львове - не бандеровцы. А кто? Если всего лишь наши "ультракоммунисты", с шилом в заднице (читал "Черные камни" Жигулина, как школьники себя новыми молодогвардейцами вообразили), это самое простое. Можно мозги вправить, внушение сделать и простить -тех, кто совершить не успели ничего наказуемого. Но их вождь, товарищ Линник, под эту категорию точно не подходит! А за ним кто стоит? Архивы уже подняли - вот не нашли у него связей с заграницей, даже гипотетической! Значит - свои? Те, кто новым курсом товарища Сталина недоволен - и тянется ниточка, очень может быть, и сюда, в Москву?
   Взять бы этого Линника, и трясти, по полной. А он (как из записи следует, что он своим питомцам указывал), назовет массу фамилий, голословно обвинив. И ведь не проверить! А товарищ Сталин даже на намеки о новой оппозиции реагирует крайне нервно - нам тут еще нового тридцать седьмого не хватало! Положим, его и не будет, не станут Органы "вал" гнать - но даже ограниченной "охоты на ведьм" хватит, чтоб резко снизить эффективность гос- и партаппарата. И в выигрыше останутся лишь враги СССР!
   Так может в этом и есть смысл? Отчего Львов - вот не верится, что товарищ Федоров замешан! Даже не оттого, что он делом доказал свою верность Советской Власти (Линник и Горьковский тоже воевали, и что?), а то, что Алексей Федорович все ж для Аппарата чужой, нет у него выходов на самый верх (как у Кириченко), да и в амбициях на трон "царя украинского" он совершенно не замечен. Его аппаратного опыта хватило, чтоб заметить непорядок - и тут же встревожиться, и послать сигнал наверх, в понимании, чем это лично для него грозит.
   Лазарева верно отметила - шансов на успех выступления у врага, кем бы он ни был, нет! Окажись сейчас в Львове киевская банда Кука в полторы тысячи рыл и даже побольше - ее бы танками раздавили, растерли в порошок в двадцать четыре часа, и заграница бы в тряпочку молчала, или даже приветствовала! И это любой должен понимать - так на что же они, кто против играют, рассчитывают? А если и в самом деле, цель - провокация, наша жестокая расправа с невиновными, "советские ничем не лучше бандер", ну а если и после будет "охота на ведьм", так это вообще отлично? Ну а Линник с его птенцами, всего лишь жертвенные фигуры.
   Кто тогда организатор? Американцы - вряд ли! Не умеют пока они играть тонко и изящно, "на рикошетах", не отошли от ковбойщины, вломиться, пиф-паф, все лежат. В мире "Рассвета" они чему-то иному лишь в шестидесятые научились. У англичан такой опыт есть, как и многолетняя привычка использовать "борцов за светлое будущее" в своих интересах - но серьезных интересов у них в Галиции нет, а при нынешних раскладах MI-6 вряд ли станет стараться из любви к искусству. Но есть еще одна сила - оппозиция Папе, каковая отнюдь не исчерпывалась кардиналом Лавитрано и его сторонниками (прим - о том см. Страна мечты). Вот у этих есть и мотив, и умение, и возможности для работы в том регионе!
   Мотив - время поджимает! Его высокопреосвященству Фрэнсису Спеллману и его сторонникам и союзникам надо срочно ломать союз Ватикана с нами, пока взаимные интересы не зацементировались намертво, до такого состояния, что даже приход к власти настроенного против нас Папы не сможет разрушить союз - потому, что это чересчур дорого обойдется Святому Престолу, в том плане, что финансовые потери будут огромными.
   Что нам известно по этой фигуре? Спеллмана приводили как образец человека, ухитрявшегося находить общий язык со всеми - и, всегда доводить начатое дело до благополучного завершения. Этот сын ирландского бакалейщика сумел в молодости подружиться с такими людьми, как ныне покойный Гаэтано Бислети, в свое время бывший приором Мальтийского ордена, остающегося могущественным клубом старой европейской аристократии; влиятельнейший Франческо Дука, долгое время руководившим Конгрегацией по чрезвычайным церковным делам - правда, сейчас старенький кардинал тяжело болел, с возрастом у него обострилась болезнь сердца; ближайший помощник Пачелли еще в бытность его государственным секретарем, Доменико Тардини. В более зрелом возрасте, около тридцати и за тридцать, он сумел подружиться с помощником военно-морского министра США Франклином Рузвельтом и архиепископом Эудженио Пачелли - будущими президентом и Папой Пием XII. Эта дружба сохранялась всю их жизнь - надо отдать должное Фрэнсису Спеллману, он умел быть по-настоящему надежным и верным другом.
   Но, была и еще одна сторона жизни и деятельности кардинала Спеллмана, куда менее известная широкой общественности. В мире "Рассвета", именно он, блестящий дипломат и финансист - недаром его первый покровитель, кардинал О'Коннел, находясь в раздражении, называл его 'бухгалтером' - обеспечил во время и после Второй Мировой войны, когда поражение Германии стало очевидно для всех, переход Святого Престола, на весьма выгодных для Ватикана и ориентировавшуюся на него старую европейскую элиту условиях, под покровительство Вашингтона. Он сумел договориться со всеми - и сделал это безукоризненно.
   Сейчас же его обязательства вошли в противоречие друг с другом. Как видный представитель американской элиты, он должен был обеспечить продвижение интересов США в Европе - как один из высших руководителей РКЦ он был вынужден соблюдать заключенный с СССР союз. Судя по имеющейся информации, Фрэнсис Спеллман сделал свой выбор в пользу первой группы своих обязательств. Нет, он не готовил заговора против своего старого друга - очевидно, что тяжело больной Пачелли, которому уже стукнуло 77 лет, недолго будет занимать престол Святого Петра (в мире "рассвете" Пий XII умрет в октябре 1958 года). И кто станет следующим Папой - сторонник союза с СССР, или же, противник?
   В первом случае, за время, которое новый Папа будет занимать престол Святого Петра, союз окрепнет настолько, что разрушить его будет почти невозможно - слишком тесно будут связаны интересы Ватикана и Кремля, слишком большие выгоды от сотрудничества будут получать многие влиятельные люди в Европе, чтобы они согласились на его демонтаж, слишком велик будет укреплявшийся с каждым годом авторитет Советского Союза в Европе, среди рядовых немцев, итальянцев, чехов, люксембуржцев, французов, бельгийцев, чтобы разрыв этого союза, совершенный по инициативе Папы, не нанес тяжелейшего, возможно, смертельного удара по авторитету Католической Церкви.
   Во втором случае, при том условии, что Советский Союз совершит что-то очень нехорошее - и, желательно, неоднократно! - у Папы будет повод и возможность разорвать этот союз, не похоронив при этом авторитет Ватикана среди рядовых европейцев. А что здесь может быть лучше, чем попытка антисоветского мятежа, подавлять которую мы будем, не слишком разбирая правых и виноватых? С условием, что пострадавшими будут не бандеровцы, а вполне себе коммунисты (Советы даже своих адептов не ценят ни в грош).
   И даже не обязательно, чтоб был непременно вооруженный мятеж, подобный киевскому. Было в нашей истории такое, как массовые студенческие беспорядки 1899 года - когда бунтовали университеты Санкт-Петербурга, Москвы, Киева, Казани, Томска, Харькова, Варшавы и Одессы (размах оцените - где Варшава и где Томск), а в Питере к ним присоединились и прочие учебные заведения, включая Военно-медицинскую Академию, Высшие женские курсы, и даже Духовную Академию. Спокойное еще время, никакой революции, большевиков и прочих эсэеров и близко нет. А началось все с пустяка, усугубленного бездарностью царских властей!
   Санкт-Петербургский университет отмечал свое 80-летие. И накануне там вывесили обращение ректора, предписывавшее учащимся "исполнять законы, охраняя тем честь и достоинство университета", и предупреждавшее -- "Виновные могут подвергнуться: аресту, лишению льгот, увольнению и исключению из университета и высылке из столицы". Студенты же сочли этот тон надменным и высокомерным, за два дня до юбилея объявление было сорвано и уничтожено, а на самом торжестве -- аудитория освистала ректора, заставив его прервать свою речь и покинуть трибуну. После чего студенты стали расходиться, чтобы весело отметить праздник в городе и по домам.
   И обнаружили, что Дворцовый мост, а также пешие переходы через лед Невы, заблокированы полицией. Кто отдал такой приказ, доподлинно неизвестно - скорее всего, кто-то из полицейских чинов решил, а вдруг толпа "нигилистов" и под окнами Государя, в Зимнем Дворце, как бы не вышло чего? И никто не озаботился разъяснить студентам смысл происходящего, поговорить, успокоить - а лишь пришибеевское, "не толпись, расходись по домам!".
   Кто по эту строну Невы жил, на Васильевском и Петроградке, те разошлись. Но большая группа студентов двинулась по набережной в сторону Николаевского моста. В сопровождении конных полицейских - "как бы чего не вышло". Это возмутило студентов, "нас конвоируют, словно арестантов", а кроме того, кто-то решил, что полиция хочет перекрыть еще и Николаевский мост. И в полицейских полетели, даже не камни, а снежки! Один из которых очень удачно расквасил нос командиру эскадрона. Который, обозлившись, крикнул - бей, нам из-за этой сволочи студентов ничего не будет! (эти слова для потомков в бумагах сохранились). И конные жандармы врезались в толпу, топча конями, хлеща нагайками, рубя шашками плашмя (хорошо хоть, стрелять не начали). Причем досталось не только студентам, но и случайным прохожим, из "приличной публики".
   Назавтра возмущенные студенты объявляют забастовку, бойкотируя занятия. Ректор не придумал ничего лучше, как вызвать в университет полицию, обозлив и "демократически настроенных" преподавателей. Несколько десятков студентов арестовали, еще больше отчислили с "волчьим билетом" - опять же, не особенно разбираясь конкретной виной во вчерашнем, а кто был неугоден, и просто под руку подвернулся. Скандал однако распространялся, у студентов были родственники, друзья, просто знакомые. И тогда Николай Второй распорядился о расследовании - поставив главой комиссии военного министра Ванновского. "Виновен - в солдаты. Хотя бы они имели льготу по семейному положению, по образованию, или не достигли призывного возраста. Армия и не таких исправляет". Так распорядился царь - по собственной дури, или с подачи генерала, история умалчивает.
   И полыхнуло уже по всей России. Забастовали уже и студенты Московского университета - ответ властей был такой же как в Питере: аресты, отчисления, высылка. Студент Ливен облил себя керосином и сжег, в одиночке Бутырской тюрьмы - родственники утверждали, из-за издевательств стражи, власти - что он был псих. Его похороны в Нижнем Новгороде (откуда он был родом) вылились в антиправительственную манифестацию. И прокатилось по всей Российской Империи, от Петербурга до Одессы, от Варшавы до Томска (дошло бы до Владивостока, если б там университет был). В итоге все ж стихло, подавили, успокоили. Вот только ущерб авторитету царской власти был огромный - как внутри страны, так и за границей (уж как изощрялись европейские газеты, в особенности английские). А среди студентов, кому тогда искалечили жизнь, были например, Каляев, в 1905 году убивший Великого Князя Сергея Александровича, и Борис Савинков (эта персона в комментариях не нуждается), и еще немало ушедших в революцию, кому не повезло достичь такой известности. Положим, эти двое все равно бы сорвались, бунтарь-террорист, это уже характер такой - но ведь наверняка были многие, кто прежде о пути революционера и не помышлял, ведь личная обида, это такой стимул!
   У нас, положим, ума побольше, чтоб на ровном месте врагов Советской Власти плодить. Но и узелок завязывается куда крепче, чем снежок в физиономию ротного командира. Местное руководство (львовский ректор, гражданин Куколь И.Н., и еще граждане, список прилагается) допустили нецелевое расходование бюджетных средств, расплачиваться за которые придется студентам и преподавателям. При том, что край тот ну очень не богатый, и стипендия для иных из студентов была единственным доходом. А товарищ Федоров проблемы вообще не видит, как тогда, генерал Ванновский - "не нравится, на завод иди. Или, коль так хочешь учиться, переходи на русскоязычный факультет". А брожение растет, причем не под бандеровскими лозунгами, что тревожно. Может все же ударить на опережение, устроить в университете "утро бандеровской казни", благо, русскоязычные студенты и преподаватели нас поддержат? Кто благоразумен, тот язык сменит, или на завод пойдет - ну а самые упрямые, и кто не сумеет доказать, что действовал не по наущению ОУН, те на волю выйдут минимум лет через десять, уж простите, спокойствие и порядок в государстве важнее! А если среди них тогда объявятся "савинковы" и "каляевы"? И что еще неприятнее, вешки срежем, не разобравшись, откуда корешки - а если они завтра новые зеленые побеги дадут?
   Что ж, товарищ Лазарева Анна Петровна, придется тебе как в Киеве постараться. Справишься - наградим. А нет - ну, мы ж не звери, и сейчас не тридцать седьмой! Вот только путь к высотам для тебя тогда сильно удлинится - или, будешь ты не более чем женой адмирала Лазарева Михаила Петровича, которого мы все очень ценим и уважаем.
   А товарищу Кунцевичу особо указать. Если этот ухорез опять дров наломает - ответит и за это, и за Китай! Тут игра тонкая предстоит: ведь и уступать нельзя, ишь чего выдумали, советские законы нарушать - но жестко ставить на место, выйдет еще хуже!
  
   Валентин Кунцевич.
   У нас ухорезов хватает - нам умные нужны.
   Эту фразу любит произносить Пантелеймон Кондратьич Пономаренко. Утверждая, что слова не его, а самого товарища Сталина. С одной стороны, это хорошо, путь открыт высоко взлететь, как я за одиннадцать лет от старлея до полковника. Вот только и падать придется высоко, если не справлюсь. По закону Паркинсона - что тебя повышают, пока уровень свой не превысишь, а дальше закономерный провал, и вниз по баллистической траектории. А сталинский СССР, это не демократия, тут отставкой не отделаешься.
   Кстати, сейчас я уверен, что заговор в верхушке РККА в 1937 году был - в этом времени немало пообщавщись с живыми свидетелями тех событий. Причем Тухачевский явно не был марионеткой Троцкого, а вел свою игру, желая получить всю полноту власти, а не стать пусть и лидером одной из победивших группировок - понимая, что даже окажись он одним из победителей, например, 'на паях' с бывшим аптекарем Ягодой, то с высокой вероятностью отравится колбасой на второй день после победы, или на операционном столе зарежут, как товарища Фрунзе, или станет жертвой мести недобитых сторонников Сталина. Такова уж природа подобных игр - два медведя в одной берлоге категорически не уживаются. Вот он и пытался балансировать и угрожать - ох, дурак, ведь трижды прав был Ильич, написавший для всех будущих поколений мануал "как надо брать власть", где один из основополагающих принципов, "никогда нельзя играть с восстанием - а коль начал, надо с предельной решимостью идти до конца", то есть рвать вперед на динамике, по максимуму используя положительный для себя темп операции, иначе неизбежно "мятеж не может кончится удачей - в противном случае зовется он иначе". Но Тухачевский профессиональным революционером со стажем до 1917 года не был, и даже в "октябрьскую" команду не входил - а потому, эти уроки Вождя категорически не усвоил. И нафиг тогда было лезть в политику - или верно говорят, что власть, это самый сильный наркотик в мире, чем больше вкусил, тем больше хочется? Возможно, что сначала Михаил свет Николаевич по уши влез в игру - и, только потом осознал, что попал в цугцванг, начал метаться и выкручиваться посредством блефа и торговли. Вот только ни одна власть в мире, хоть демократия, хоть диктатура, не потерпит таких фокусов от того, кто имеет в распоряжении вооруженную силу, а значит в состоянии устроить этой власти то, что Пиночет устроил Альенде. И никакая власть не останется в белых перчатках, когда почувствует реальную угрозу себе. Кто там кричит о "зверствах кровавой гебни" - поинтересуйтесь, как де Голль наставлял на путь истинный всяких там из ОАС, или как англичане, в начале XX века, объявляли награды за головы борцов за независимость Ирландии, не утруждая себя различиями между политиками и боевиками; или что стало с неким Лонгом, губернатором Луизианы, в 1936 году претендовавшим на кресло президента США, с последующим переформатированием системы реальной власти (причем историки считают, у него могло получиться!), но вот возник откуда-то одиночка-психопат с пистолетом (конечно, никак не связанный с властью - как вы могли подумать такое о великом Фр.Д.Рузвельте, разве мог он приказать "мочить" своих соперников, подобно главарю гангстерской банды?).
   Так что никакой иллюзии насчет доброты и гуманности советской правящей верхушки я не питаю - высшая власть по определению, доброй быть не может. А вот прагматичной, быть обязана - то есть, не выбрасывать без надобности ценный инструмент, каким являюсь я, без хвастовства! При том, что в политику мне и даром не надо, а сам Иосиф Виссарионович (хотя, в отличие от нашего отца-Адмирала, не так часто я Вождя вблизи видел), показался мне вполне адекватным - может и прав Саня Князев, утверждая что в той истории после войны на психику Сталина два инсульта повлияли очень отрицательно?
   -Вам, товарищ Кунцевич, за границу после ваших китайских похождений путь заказан пока. Так что справляйтесь там, куда вас Партия поставит.
   Пономаренко тоже понять можно. Кадровый голод - пока еще в СССР, процент населения с десятью классами меньше, чем в наше время с вузовским был. Я же по анкетным данным, для "партийной безопасности" подхожу идеально - москвич, образованный, с боевым опытом и проверенный в деле. Завидую Васе Гаврилову, с которым мы в 2012 в одних чинах были, старлеи - а теперь у него спокойнейшая (в сравнении с моей) должность командира бригады спецназа СФ (ну подумаешь, буйных викингов втихую топить, и еще боевая подготовка в час "икс" пройтись метлой по вражескому берегу). А у меня в глазах Пономаренко (и наверное, кого-то повыше) репутация "интеллегента" - москвич, из профессорской семьи. Не объяснишь же, что в свое время в училище пошел, чтоб "ботаном"-рохлей не быть, играл крутого, вот маска и приросла. Диверс я, "полевой командир", больше боевик, чем опер, и уж никак не Шерлок Холмс местного розлива. Но ничего не поделать - падать тоже неохота, да и если просто выгонят, что я на гражданке умею? Это в двадцать первом веке с моим послужным списком было бы не проблема устроиться в службу безопасности какой-нибудь компании или банка - ну а тут даже в немаленьком частном, артельно-кооперативном секторе, все терки меж собой исключительно легальные, совершенно не принято собственные "гестапо" держать.
   Итак, следственное дело, номер такой-то. Горьковский Игорь Антонович, 1924 г.р. (так в документах - точная дата неизвестна). Бывший беспризорник, воспитанник трудкоммуны имени Дзержинского. Анкета чиста - не был, не привлекался, комсомолец, затем кандидат в члены ВКП(б), тогда еще не КПСС. После ранения на фронте и излечения, служба в милиции, затем в ГБ. Сержант госбезопасности (чин, равный армейскому летехе), однако в личном деле данных об образовании нет. Сейчас - один из главных подозреваемых, за отсутствием пока что прочих. И "свой", пусть и заблуждающийся - с бандеровской, или иной вражеской сволочью, было бы намного проще.
   Достоверно установлено, что Горьковский не одиночка, член организованной группы. Сектантского типа, пусть и оформлена как политический кружок - есть мудрый учитель-'гуру', и последователи, смотрящие ему в рот. А что есть любая секта - средство решения проблем ее руководителя: психологических, материальных, сексуальных. Правда, по гражданину Линнику пока конкретики мало - что надо лично ему: самоутверждение, переходом от роли скромного преподавателя к роли мудреца, берущегося править самого Сталина? Или банальное желание стареющего мужика создать себе гарем из молоденьких студенток, восторженно смотрящих ему в рот? Или еще что-то, или все в смеси?
   С чего у них все началось? Читал я когда-то много, как подобает профессорскому сыну. И вот запомнилась мне книга Пайпса "Русская революция" (у нас была издана в 2005 году). Трилогия, том первый - "Агония старого режима". Что интересно, американский профессор истории Ричард Пайпс, один из крупнейших в мире специалистов по новейшей истории России и СССР, проводил аналогию между предреволюционными Францией и Россией, ссылаясь не на специалистов тайной войны, служивших Бурбонам и Романовым, а на Алексиса де Токвиля, Огюстена Кошена, других историков и философов, исследовавших феномен деструктивного влияния интеллигенции на общество, точнее, сталкивавшей его из неидеальной жизни в форменный кошмар.
   "Поиск якобинской родословной привел его (О. Кошена) к общественным и культурным кружкам, образовавшимся во Франции в 60-е и 70-е годы XVIII столетия с целью проповедования 'передовых' идей. Эти кружки, которые Кошен назвал 'societes de pensee', сложились из масонских лож, академий, сообществ литераторов, а также разнообразных 'патриотических' и культурных клубов. 'Societes de pensee' проникли в общество, когда там полным ходом шло разрушение традиционных сословных уз. Приобщающемуся к этим кружкам следовало порвать все связи со своей социальной группой, растворив свою сословную принадлежность в сообществе, скрепляемом исключительно приверженностью к некой общей идее. Якобинство явилось естественным результатом этого феномена: во Франции, в противоположность Англии, стремление к переменам исходило не из парламентских институтов, а из литературных и философских клубов".
   Эти кружки, в которых исследователь России может увидеть много общего с объединениями русской интеллигенции столетие спустя, свое главное назначение видели в установлении единомыслия. Единства они добивались не тем, что разделяли общие заботы, а тем, что разделяли общие идеи, которые жестко навязывали своим членам, подвергая яростным нападкам всех, кто мыслил иначе:
   "Кровавому террору 93-го года предшествовал 'бескровный' террор 1765-1780 годов в 'литературной республике', где Энциклопедия играла роль Комитета общественного спасения, а Д'Аламбер был Робеспьером. Она рубила добрые имена, как тот другой рубил головы: ее гильотиной была клевета. Интеллектуалам такого склада жизнь не представлялась критерием истины: они создавали собственную реальность, или, скорее, 'сюрреальность', подлинность которой определялась лишь соответствием мнениям, ими одобряемым. Свидетельства обратного не учитывались: всякий, кто проявлял к ним интерес, безжалостно изгонялся. Подобный образ мыслей вел ко все большему отстранению от жизни. Атмосфера во французских 'societes de pensee', описанная Кошеном, очень походит на атмосферу, царившую в кругах русской интеллигенции столетие спустя. Если в реальном мире судией всякой мысли выступает доказательство, а целью - производимый ею результат, то в этом мире судьей выступает мнение о ней других, а целью - ее признание... Всякая мысль, всякая интеллектуальная деятельность возможна здесь, лишь если находится в согласии с их мыслью. Здесь суждения определяют существование. Реально то, что они видят, правда то, что они говорят, хорошо то, что они одобряют. Так поставлен с ног на голову естественный порядок вещей: мнение здесь есть причина, а не следствие, как в реальной жизни. Вместо быть, говорить, делать, здесь - казаться, мниться. И цель этой пассивной работы - разрушение. Вся она сводится в конечном итоге к уничтожению, умалению. Мысль, которая подчиняется этим правилам, сначала теряет интерес к реальному, а затем постепенно - и чувство реальности. И именно этой потере она обязана своей свободой. Но и свобода, и порядок, и ясность обретаются лишь потерей ее истинного содержания, ее власти над всем сущим".
   Вот откуда ноги растут - у революционной (даже еще не большевистской) нетерпимости русской интеллегенции. Как известный случай, когда "демократические" литераторы требовали у издателя Сытина, "мы с таким-то работать не будем, поскольку он реакционер. Гоните его - а что ему жить будет не на что, так реакционеров не жалко". После это выльется и в "отрекись от своего отца, брата - врага народа" в тридцать седьмом. Пайпс описывает классические объединения сектантов, только не с религиозным, а политическим оттенком - где нет места для фактов и логики, противоречащих 'единственно верному учению'; 'познание невозможно размышлением и наблюдением - оно возможно только личным наставлением имама' (прим.авт - был принцип исмаилитов. Сейчас - всех моджахедов, игиловцев и прочих аллахакбар. Ну как иначе - в шахиды?).
   А как умеют промывать мозги в сектах - бедняга Овертон нервно курит в сторонке, осознавая преимущество индивидуальной работы перед массовым продуктом. На выходе получаются фанатики, биороботы - у которых собственный мозг заблокирован напрочь, оставив лишь один канал, что скажет гуру.
   Тут даже пытка бесполезна. Если в технике "усиленного допроса" я многому научился у китайцев, то в его философии, если можно так выразится, очень полезным для меня было знакомство с герром Рудински (гестапо, это конечно контора поганейшая была, но профессионализм ее отрицать глупо!).
   -Хороший следователь должен быть психологом. Определить у клиента слабое место. Понять, когда он готов сломаться, пойти на сотрудничество. Пытка и избиение вовсе не панацея - но могут быть полезны, когда надо показать клиенту, что он не венец творения, а всего лишь мясо. А оттого, хорошо действует на людей с высоким общественным положением и самооценкой - если только он не идейный фанатик. Простонародье в этом отношении часто оказывается более трудным объектом. Но при должном умении, сломать можно любого. Только совет вам, герр Кунцевич - если решились на физическое воздействие, то перед процессом и во время него желательно присутствие врача, чтобы сначала определить допустимую меру, а затем следить, чтоб пациент не умер преждевременно. И тщательно продумывайте вопросы, чтобы правдивость ответа можно было немедленно проверить. Иначе велика вероятность, что пытуемый ради облегчения своего положения, или с иным злым умыслом, выдаст вам любую дезу.
   И что такого может знать Горьковский - что я мог бы немедленно проверить? Где спрятано оружие, которое в час "Икс" Линник раздаст своим боевикам? Если прав оказался Пономаренко, приславший мне и Лазаревой подробные указания - и главная цель врага, это спровоцировать нас на массовое убийство заведомо невинных людей? Больница, детдом, школа, церковь? Так выйдет еще одно преступление бандеровцев, "группа непонятно чьих боевиков", а вина Советской Власти в чем? А вот университет, это теплее - наши военные и милиция и так уже на взводе, ожидая "бандеровские вылазки", и если беспорядки с националистическим уклоном, пением "ще не вмерла" и желто-синей тряпкой, и вдруг не снежок в физиономию, а выстрелы по солдатам? И будет в ответ тогда такой Тяньцзаминь - что и требовалось доказать!
   Немедленно брать Линника, и трясти его? Так он, по раскладу Пономаренко, уж точно, не ведущая фигура - не сам же он додумался, на заклание, кто-то ему приказал! И далеко не факт, что ему одному, что нет и резервной группы - о которой Линник не знает. Знать он может своего куратора - вот только куратор в такой игре, это не влюбленная барышня, на вызов по первому свистку не побежит, меры предосторожности наверняка есть.
   Так что - пока, колоть Горьковского. Вряд ли он знает много - но сомнительно, что в секте есть еще кто-то из ГБ. А значит, Линник должен был задействовать его для нелегальщины. И он мог что-то случайно видеть, слышать, сообразить.
   Одно непонятно. И Линник, и Горьковский - честно воевали, за нас. И не были в плену - где сломать могли, склонить к сотрудничеству. Вражда к "комбюрократии" вполне возможна - а вот прямая работа даже не просто на врагов СССР, а именно на друзей нацистов (а после поимки Гиммлера, разоблачения сети "асгардов" по всей Европе и на жаловании из ЦРУ, а теперь еще и истории с пароходом - все советские люди убеждены, что бывшие гитлеровцы, и их заокеанские хозяева, это одно и то же), это все ж перебор. Что-то еще должно быть в их мотивации - ухватить не могу.
   Так что, готовлю инвентарь. Не пыточный инструмент - всего лишь фотографии. Пока - перевернуты на столе, изображением вниз. Можно ли то, что я собираюсь сделать, назвать подлостью? Так все же лучше, чем физическое воздействие? А раз уж сам ввязался в такие игры - то не взыщи.
   -Ну и за что ты Мишу Якубсона убил? - первый мой вопрос к арестованному - факт считается абсолютно доказанным. И отвечать тебе за него по-полной. Даже больше - или забыл, что по закону, сотрудники Органов за совершенные преступления подлежат наказанию более суровому, чем простые граждане? Вышак тебе светит, или "четвертной", если повезет.
   Молчит. Лишь смотрит уперто, как партизан на допросе. Обстановка располагает - здание старинное, подвал, потолок сводчатый, низкий, окон нет. В кабинете нас двое - конвой не нужен, если этот Горьковский попробует на меня наброситься, хуже будет лишь ему.
   -Своих же товарищей, сослуживцев, подставил - говорю я, тем же менторским тоном - под расследование московской комиссии, из центрального аппарата. Думаешь, у меня других дел нет, настоящих врагов советского народа ловить? Ладно, студентики - но ты-то как в такое дело впутался? Хоть знаешь, что в основе лежало?
   Я не вру - мандат "опричника" у меня в кармане. Это на людях здесь я сотрудник киногруппы - кому надо, я свои полномочия предъявил. И Горьковский никому на воле передать не сможет, кто его допрашивал - да и не знает он о приезде товарищей с Ялтинской киностудии, его ж еще до того арестовали. Молчишь - ну что ж...
   -В "Тимура и его команду" поиграть решили? Только не по мелочи, соседям дрова таскать, а улучшить сразу весь советский строй? Не сами решили, а слушая мудрого наставника, как гражданин Линник С.С. Вот только не поняли вы, что вас, дурачков, нагло поимели.
   Переворачиваю крайнее фото, ну вот она, Ганнуся, гражданка Полещук А.А., 1930 г.р. Ничего дивчина, только не в моем вкусе, полновата, мне же стройные нравятся.
   -С гражданкой Полещук вы в каких отношениях? Жениться собирались, ну совет да любовь были бы, отчего вдруг передумали - хотя отношения продолжали поддерживать? Впрочем, не ты один такой, как оказалось. Дурак, ой дурак!
   Переворачиваю остальные фотографии, комментируя:
   -А также гражданки Литовченко, Маликова, Коновец, Чумакова - это лишь те, кто уже заявления написали. Как их гражданин Линник валял. Вещая уррам, а также дурачкам, вроде тебя, про революционную организацию, прямо как в романе "Овод". А если кто-то из дураков начнет что-то подозревать - то убирать их, руками других дураков. Как в твое случае, сразу две фигуры прочь, и Якубсон, и ты. Да и Голубев, помнишь ведь, что было, тоже. Тебя ведь Линник от женитьбы отговорил, сказав - дом, дети пойдут, и оба вы для борьбы будете потеряны?
   -Откуда вы знаете?
   Ага, значит в точку попал. Хотя я всего лишь вспомнил роман Горького, как там один герой другому то же самое говорит. Или фразу из какого-то советского производственного романа, "увлекся ею, но боялся, что жена отвлечет от большого и важного дела", в памяти застряло, хотя название и автора забыл.
   -А это он не одному тебе говорил. Вы-то всерьез принимали, играя в подпольщиков - а гражданин Линник смеялся, самый крутой петух вашем курятнике. Ладно, студенты, про всякие там "братства" наслушавшись - но ты-то, мужик уже жизнью тертый и опытный, куда смотрел?
   -Неправда! Сергей Степанович, совсем не такой!
   Я усмехаюсь - понимающе, и мерзко. Не довелось тебе, Игореша, в иное время пожить. "Политкорректное" - когда уже и двух мужиков командировочных в один номер гостиницы селят с ухмылкой, а если педагог с ученицей (или ученицами) имеет отдельные занятия, то сразу обвинение по статье (и не всегда, придуманные). А меня вот Мария почти три года ждала - и ведь я, грешен, по своим каналам проверял, не было ли у нее еще кого-то, и теперь точно знаю, что нет! В этом времени нравы строже, чем в эпоху постсоветского капитализма. Хотя и тут успело быть, "если комсомолка откажет комсомольцу, то значит, она мещанка". И Горьковский тем более должен был про то слышать, хотя и пацаном в те годы был - да и ситуация, когда девушки влюбляются в наставника на пути все равно каком, вполне обычная, ну а про фронтовых пэпэжэ молчу. Так что - поверит!
   -А если так - говорит Горьковский, как обрубая концы - он право имел, по согласию. Эх, Ганнуся!
   И на лице его читаю, "а пусть по такой статье осуждают, до главного не дойдут. Конспирация!".
   -Дурачок - добавляю я - ты не понял, что для тебя, и для Сергея Степановича, и для других, кто в вашей "организации" состоял, разницы нет? Поскольку имеем убийство, совершенное по предварительному сговору группой лиц - ведь не сам же ты решился? - да еще со злостным использованием служебного положения, ну а так как ты был вооружен, и у прочих отдельных личностей тоже оружие нашли, при явной сплоченности в некую "организацию", то вполне можно подвести под статью о бандитизме. В местности, находящейся на особом положении, да еще приграничной - что еще усугубляет. И дело Голубева тоже присоединим, по вновь открывшимся обстоятельствам - так что убийства неоднократные, бандитизм, а теперь еще и сутенерство - вышак всем, по целому букету чисто уголовных статей. Что ты думал, меня напрасно сюда из Москвы сдернули - так мне туда возвращаться, ничего серьезного не раскрыв, просто неудобно. А жаль - уж своего брата-фронтовика я готов был вытащить, но что делать, если ты сам возможности не даешь? Когда вас, вместе с Сергеем Степановичем к стенке поведут, можешь ему в лицо плюнуть - за то, что он написал подробно, в каких позах он твою Ганнусю имел, причем не только в .... Но и другие места!
   -Не смейте так говорить! - аж голос дрожит - если бы не здесь, вы...
   -Цыц! - отмахиваюсь я - хочешь мне в морду, ну попробуй. Только после не обижайся, когда я тебе руки пообломаю. Вот только от этого - то что было, никуда не денется. Поимел вас Сергей Степанович, как последних дурачков! Ну, ему-то по справедливости воздастся - а вас вот даже жалко, лично мне. Я тебя, Игореша, просто понять хочу - ладно, придумали свою "тимуровскую организацию", этим часто пацаны грешили, Гайдара прочтя, дело даже похвальное. Но убивать-то зачем? "Чтоб не разоблачили" - так это от врагов, фашистов прятаться надо, а Советская Власть вам разве враги? Сергей Степанович мне понятен, что он с этого имел. И студенты понятны - начитались, заигрались. Ты мне непонятен пока что - как ты не разглядел, что тебя поимели, как лоха последнего, на фуфло развели на ровном месте, и подписали на расстрельную статью? Ведь не похоже, что у тебя совсем мозгов нет!
   Тьфу ты! Это я погорячился - забыв, что совершенно не в ходу в этом времени, уголовно-блатной лексикон, иначе чем среди уголовников и лагерной вохры. Хотя отсидевшие "политики" вполне могли нахвататься.
   -Вы сами воевали? - спрашивает Горьковский - или в тылу ошивались, пока мы...
   -А за такое и в морду могу! - отвечаю я. И расстегиваю "летчицкий" кожан. Две Золотые Звезды, и целый иконостас прочего (не сами висюльки, все ж форма не парадная, а лишь ленточки - но все равно, впечатляет).
   -Все получены за реальные дела - продолжаю я - как например, Гитлера живым достать, я был одним из тех "песцов". За то вторая звездочка - а за что первая, не отвечу без приказа, скажу лишь, что она мне как пропуск была в ту команду ловцов фюрера, туда самых лучших отбирали. Из осназа не армейского, а НКГБ - или ты думаешь, что мы лишь в своем тылу геройствовали? Так я по ту сторону фронта времени провел, едва ли не больше чем по эту. Разведка, диверсии, затем СМЕРШ - и вот, сейчас "по особым поручениям" служу. Лично отправил на тот свет больше врагов СССР чем ты их видел. Но то были - фашисты, бандеровцы, и прочая антисоветская сволочь. А своего же брата-фронтовика как-то грешно. Так что считай, что вытянул сегодня ты свой счастливый билет - поскольку я искренне хочу найти для тебя смягчающие обстоятельства. И повторяю вопрос - какого черта ты вообще в эту историю влез?
   Упирать на то, что "свой". Доверия достичь, чтобы раскололся. Не одной же Ане Лазаревой в психологию играть? Клюнет или нет?
   Горьковский молчит. Затем отвечает, решившись:
   -За Советскую Власть. Все мы за нее. На словах. А где она - Советская Власть, если все определяет партийное начальство? Мы воевали, и думали, что после Победы заживем - что свобода будет. А стали гайки закручивать еще шибче.
   -Не понял? - удивляюсь я - это где ты закручивание видишь? Если дела пересматривают, даже тех, кого в тридцать седьмом. И выпускают, кого по ошибке, и в правах восстанавливают, и даже компенсацию дают. И вообще, как сказал товарищ Сталин, "жить стало лучше и веселее". Лично мне так вполне нравится!
   Так, а с чего это он на меня даже с сожалением посмотрел, будто свысока? И отвечает:
   -А это не свобода, а подачка. Которую как дали, чтоб народ успокоить, так завтра и отнять могут. А мы - гарантии хотим! Чтоб власть была подлинно народная, как Ленин указывал. Истинно советская - со свободой слова, собраний, гласностью и всеобщим народным контролем.
   Лексикон однако для сержанта - хотя, магнитофонную запись вспоминая, слова гражданина Линника узнаю, которые он своим адептам в мозг вбивал.
   -А сейчас по-вашему, она чья? - спрашиваю я - помещиков и капиталистов? Вот не помню я такого класса, "партийное начальство" - класс пролетариат знаю, крестьянство опять же, ну и конечно, буржуазия с дворянством. Ну а у нас правит кто?
   Ага, замешкался! Вопрос непростой - о классовой сущности и частной собственности бюрократа еще в "перестройку" спорили, батя рассказывал. "Менеджер", наемный чиновник, своей собственности не имеющий, формально пролетарий, он кто? Или гражданин Линник и тут сумел что-то придумать?
   -В "Происхождении семьи, собственности, государства" Энгельс пишет, что эксплуататорские классы формировались именно так - когда наверху оказывались самые сильные, возможно что и по заслугам. А их дети после становились "благородиями". Тогда выходит, что сегодня мы видим рождение нового класса эксплуататоров. Если уже говорят о "Красной империи", погоны вернули, министерства вместо наркоматов. А завтра, снова господ введут? Наследственных - чтоб их детям все, а прочим, как "кухаркиным" раньше?
   -Ну ты сказал! - отвечаю - это как бы в армии, командиров отменить, чтоб никаких генералов и офицеров, все в звании одном? Да и на гражданке, ты любого поставишь заводом руководить?
   -А у Маркса написано - что так эксплуататоры и возникли: из воинских отрядов. В военное время врагов гнули, а когда мир, стали своих. И что противовесом было, очень долгое время, вроде общего собрания, как вече - как весь мир решит, так тому и быть. Чем не Советская Власть? Когда народ выбирает, снизу доверху - сельскую, городскую, районную, областную, и в масштабе всей страны. И никак иначе. У Маркса так предлагалось - а про бюрократов, не говорится ничего!
   -Ты дурак? - начинаю я злиться - товарищ Сталин же писал: как междусобойчиком коммун сделать промышленный гигант, вроде Уралмаша или Днепрогэса? Маркс, а за ним и Ленин в "Государстве и революции" (написанном до Октября) верили, что мировая революция будет сразу. А как быть, если пока что в одной стране и во враждебном окружении? Тут поневоле будет положение осадное, без лишней словоговорилки - в бою и походе, демократия, это смерть!
   -А никто не сказал, что будет легко. Неудобно иначе - так предательство всегда было из-за "удобно, здесь и сейчас".
   -Ну и придут завтра империалисты, те же американцы. Всех завоюют - и прощай свобода. Если армию тоже отменить.
   -Не завоюют, в них стрелять будут из-за каждого куста. Если оружие будет роздано всем. Как например, у швейцарцев.
   -Дурак - отвечаю я - вот я, пока ты в госпитале валялся, с войсками Первого Белорусского Варшаву освобождал. Так немцы там повстанцев химией травили - тебе на курсах ГО рассказывали, что такое фосфорорганика, одна капля на кожу, и ты труп? А радио слушаешь - как французские колонизаторы во Вьетнаме, Алжире, на Мадагаскаре, химию с воздуха лили на партизанские территории, сотнями тонн, по площадям? Немцам рабы были нужны - а американцам нет, им проще всех перетравить, и негров завезти. Как у себя, индейцев перебили - раз работать не хотят, значит их в ноль, а африканских негров на плантации.
   -Не посмеют. Гитлер же против нас не решился!
   -Снова дурак - говорю я - знаешь ведь, что они в ООН всерьез предложили? Что химию против Держав, цивилизованных наций, нельзя - а против бунтующих дикарей можно. А чем первые от вторых отличаются - да тем, что у одних армия есть и потому ответка прилетит, и неслабая, даже бесноватый это понимал. Ну а толпа партизан со стрелковкой, они как дикари и есть. Вот и кончится твоя "свобода".
   -Они не посмеют. Их же пролетариат будет против.
   -Меньше надо "Если завтра война" смотреть - как там немецкие рабочие, под советскими бомбами, "интернационал" поют. А как в жизни было, тебе напомнить? Это при том, что в Германии еще в тридцать третьем компартия была миллионной. А в США коммунистов было меньше, чем членов "Американской нацистской партии", ты не знал? И война у них другая - прилетят бомбардировщики с атомными бомбами, затем химией добавят. У них генерал Лемэй еще в войну хотел "вбомбить Германию в каменный век" - так он сейчас у них главком авиации. И что ты тогда делать будешь - знаешь, сколько стоит, даже один истребительный авиаполк вооружить, обучить, содержать, справятся с этим ваши общины?
   Молчит. Наверное, по этому поводу Сергей Степанович ничего не говорил. Если думал прежде, как власть взять, ну а что дальше, это прекрасное далеко? Или гражданин Линник сознательно о том умалчивал, ведь не мог не понимать того, о чем я сейчас говорю? В этом случае, он с чужого голоса пел - от того, кому выгодно, ну а кто такой в мире есть? Делаю себе зарубку в памяти - учтем! И тут Горьковский произносит:
   -Ну тогда, можно ввести истинный коммунизм в порядке эксперимента, пока на территории одной из республик. Например, этой, Галицко-Волынской. А Москва обеспечивает нам оборону и снабжает товарами, которые в коммунах производить нельзя. А дальше этот опыт постепенно может быть распространен на весь СССР.
   -Слушай, ты и в самом деле дурак, или притворяешься? - отвечаю я - так под солдата Швейка не коси, не поможет. Это как - вас отпусти на волю, но корми и защищай? Ну подумай, какой нам интерес?
   -Воплотить то, что завещал Ленин! - вещает Горьковский, глядя в потолок - что была территория истинного коммунизма, на которой живут люди как в светлом будущем.
   -Кстати, а что писал Ильич насчет того, как порядок поддерживать на всей территории? Если не будет милиции, суда, прокуратуры? И даже прописки - у себя что-то непотребное сделал, к соседям убежал.
   -Это просто. Внутри коммуны все всех знают, и судят по справедливости. А за пределы коммуны выехать дозволено лишь при согласии всех прочих членов, и коллективной ответственности за поведение одного из коммунаров вне ее границ. Тот же кто уедет самовольно - вне закона.
   -Изобрели велосипед! - смеюсь я - так еще в древнегреческие времена было, что чужака, если только он не гость из соседского полиса, с которым мир, запросто можно и в рабы, и убить. Или как в Китае, тоже все дворы по "десяткам" где все за всеми следят, а вне своей деревни ты никто и звать никак. Или Дикий Запад - графьев, чиновников, военщины и полиции нет, полная свобода - чем по-вашему не социализм? Вот только по факту из такой "свободы" выходит - что у кого кольт метче и быстрей, или банда за спиной, или денег хватает такую банду нанять, так тот очень быстро оказывается равнее и свободнее всех прочих.
   Самое главное - поймет ли, что я ему готовлю? Никакого облегчения, тот же вышак или четвертной, но не за высокую идею, а в дурацкой роли по поганой статье? Экстремисты-террористы, они ведь тщеславные - уже если помирать, то хоть со скамьи подсудимых крикнуть, а мы за благое дело (в памяти нас сохраните, пустите в "рай"). И если ты поступишь так же - сказав А надо и Б. Ты конкретику давай, кто, что, когда, а то ведь не поверим? И свое слово я помню - если ты кого-то из своих выдал, то это считается искренним раскаянием, что за смягчающее обстоятельство вполне может быть зачтено. Так будь благоразумен, Игорь Горьковский, заблуждения свои признай, сообщников назови - и тогда пустяком отделаешься. Относительным, конечно - по уголовке ответить придется, убийство все же, но раз гражданин Якубсон сам был членом антисоветской организации, это тоже будет принято в расчет. Так что, лет пять тебе, и лети домой, ну еще поражение в правах, так зачем тебе право избирать и быть избранным, и без того в СССР отлично жить можно. Может даже, дождется тебя твоя Гануся, женишься наконец, остепенишься, детей заведешь, станешь полезным членом советского общества. Хотя конечно, в милиции тебе больше не служить никогда.
   А он на меня взглянул, и спрашивает серьезно:
   -Так может, лично вы для себя уже наметили место в верхушке? А мы, подлинные коммунары, хотим, чтоб все было поровну, для всего народа?
   Я плечами пожимаю. Что там Лючия говорила про "дворянство по праву меча"? Прав был Маркс или кто там еще до него писал - как в древнюю европейскую старину, какой-нибудь Карл еще не великий лез в короли, и были у него самые верные товарищи, кто в битве рядом, "комте", как по-европейски графья будут, ну а кто самый надежный и в военном деле сведущ, тот уже герцог ("дюк", отсюда же "дуче" и "дож"). И прогресс по сути ничего не изменил - наверное, даже в коммунизме Ивана Ефремова должна быть своя элита, "идущие впереди". У европейских графьев потомки измельчали, выродились в паразитов - ну а мы своим постараемся, не дать разложиться. Потому что общество без элиты, это как армия без командиров - что-то такое еще Гегель написал, обосновывая необходимость дворянства (вынужден был прочесть его труд, при какой-то аттестации, помню). Но вслух о том не говорю - как-то невместно. Тем более, что разговор нас пишется - не знают подследственные, что в лампу вмонтирован микрофон, и с пленки после будет заверенный протокол сделан и к делу подшит, а для особо важных дел и сама пленка в архиве сохраниться.
   Только касаюсь рукой груди, где награды. Начиная с самой первой, "Отечественная 2я степень", за немецкую авиабазу Хебуктен, год сорок второй. "Красная Звезда" за Ленинград (там по совокупности, от штурма ГРЭС-1 до новолисинских лесов, как мы там "нечисть" для фрицев изображали). Первая Золотая Звездочка за уран, вместо "Манхеттена" попавший к Курчатову. Отечественная 1й степени - за Варшаву. Вторая "Красная Звезда" - Италия, сорок четвертый. Вторая Звездочка - за фюрера. "Боевик" Красное Знамя - за остров Санта-Стефания, с которого мы Его Святейшество Папу вытаскивали из немецкой тюрьмы. От Папы же, ватиканский орден Святого Сильвестра, да не низшая "кавалерская" а "командорская" степень (как участнику двух дел, спасения понтифика и поимку Гитлера, объявленного врагом рода человеческого), что теоретически дает мне право на итальянское дворянство. И это я еще не все назвал. При личном кладбище больше чем в две сотни врагов СССР (лишь те, кого сам убил, и труп видел).
   А у тебя что в активе, Горьковский Игорь Антонович? Одна медалька "За Отвагу" - за твой первый и последний бой? За то что в бою севернее Сталинграда, август сорок второго, первым поднялся в атаку и увлек бойцов, заменив убитого ротного. И как записано в представлении, лично уничтожил двух фрицев, пулеметный расчет. Это тоже много, по меркам штатским - кто усомнится, пусть представит, как это, встать и шагнуть вперед под огнем. Вот только я куда больше сделал - имею право требовать к себе уважения. И если в прошлом году полковника получил - то помереть надеюсь генералом. И чтобы тот, кто у меня и Марии родится - тоже бы в СССР не дворником или подсобником был!
   -Нельзя быть коммунистом на девяносто процентов - говорит Горьковский - тогда выходит, что на десять оставшихся, предатель, буржуй, мещанин. При всеобщей коммуне никаких наград не будет - за то, что кто-то сделал то, что и так должен. Потому что тот, кто не сделает - предатель и подлежит отбраковке.
   -Это как, пряник убрали, а кнут оставили? - удивляюсь я - а справедливость где? Или осознание выполненного долга, это и есть высшая награда? Но вот ты скажи: клеймя "власть бюрократии" вы говорите, что Ленин отмирание государства оправдывал, что если при эксплуататорском строе оно есть орудие власти меньшинства над большинством, то при подлинном народовластии кого над кем? Так представь .что вы сейчас со своей программой вылезете - всех в коммунизм, стройными рядами и колоннами, а по сути, казарма, койка, пайка и сознательность вместо зарплаты. Вас же народ порвет, как Якубсона не милиция ловила. А еще против вас будут такие как я - и вот не хвалясь, мы многое умеем и могем, и против вас всерьез будем. И если гипотетически предположить, что вы власть возьмете - это какое же против вас будет большинство, да никаким помещикам и буржуазии такое и не снилось! И какой тогда у вас должен быть репрессивный аппарат, чтоб всех в узде держать? И сколько тогда будут стоить ваши вопли о "свободе" - да это такое принуждение выйдет, что Гитлеру впору от зависти удавиться!
   И самое страшное - но о том я вслух не говорю - что мы, в двадцать первом веке, знаем, это возможно. Пол Пот, хунвейбины - под правильными лозунгами, власть тупого и нищего быдла, при тотальном истреблении всех, кто на фоне быдла выделяется. Вот только обязательное условие для того - абсолютная нищета подавляющего большинства населения, чтоб подлинно нечего было терять (иначе, где найти столько хунвейбинов). Так что слава богу, СССР такое не грозит - а вот в Китае, даже без Мао, очень может быть. А уж сколько там таких "горьковских", среди пока еще верных соратников товарищей Ван Мина и Гао Гана? А что там в Синцзяне сейчас творится, в Тибете? Впору о "бремени советского человека" говорить, несущего диким народам свет правильного коммунизма, без впадения в полпотовщину!
   -Так на что рассчитываете, вы, считающие себя истинными коммунистами? А мы, значит, обюрократившиеся оппортунисты? У нас мнение иное - но не о том сейчас. Помнишь, что у классиков написано про революционную ситуацию? Когда "верхи не могут, низы не хотят, ну и обострение бедствий", и где ты видишь хоть что-то? Народ в целом за нас, и к новой революции не стремится. А вы - ну, поиграете в тайное общество вроде пьербезуховских масонов, не страшно. Ведь любое такое общество распадется в бездействии. А любое действие - бессмысленно и обречено. Так на что вы рассчитываете, лбом стену пробивая? Стене от того ничего не сделается - а ваших голов искренне жаль!
   -Поэтому мы и идем на смерть - решительно произносит Горьковский - чтобы другие, когда придет час, знали, что надо делать. Помня о нас.
   Снова чужие слова? Но уже теплее - значит есть и какие-то другие? Кто?
   -Есть такие люди. И когда-нибудь мы победим - и нас вспомнят. А вас - проклянут.
   А вот теперь, работать начнем. Предыдущий разговор лишь присказкой был, в доверие войти, изобразить "доброго полицейского". В собственно допросе же, как учил меня герр Рудински, начинать следует с предельно конкретных вопросов - что, кто, где, когда - причем таких, которые можно немедленно проверить! А уж после можно переходить и к дальней перспективе, и даже к темам абстрактным. Реагируя на каждую ложь или молчание - немедленным причинением боли. Вот и посмотрим, насколько твоя вера тверда, стойкий коммунар!
   -Кто дал тебе приказ убить Якубсона. Гражданин Линник - когда, где, при каких обстоятельствах?
   В ответ - стена. Кажется до клиента дошло, что к чему я веду. Молчит как партизан. Так есть или нет, второй слой? Если бандеры додумались (по показаниям Кука) приказать части своих "законсервироваться" до лучших времен, то может и эти тоже? Так бандерье я бы грубо ломал, методами походно-полевого допроса, ну нет у меня мастерства психологических игр! А с тобой, ну не хочется зверствовать, если можно избегнуть - ладно, и пентонала на тебя не пожалеем, хотя и дефицитный он пока.
   Пентонал не помог. Когда клиента фиксировали, он вырывался так, что держали втроем. Наконец вкололи - и вместо того, чтоб стать куклой, отвечающей на вопросы, объект лишь долбил:
   -Враги идут, идут за рядом ряд. Но коммунары, коммунары, своих не покидают баррикад. На баррикаде горит, горит, взъерошенный флажок...
   И снова - песню эту, что я когда-то в жизни иной, пацаном по радио слышал (авторов только не помню). Как ни пытались мы добиться ответов - клиент в итоге лишь пластинку сменил.
   -Заковали барабанщика в цепи, посадили в каменную башню. Самой страшной мучили пыткой, но не выдал он военную тайну.
   Это откуда? Про цепи и башню вроде, из гайдаровского Мальчиша, а барабанщик тут при чем? Или у клиента так мозг замкнуло? Слышал я в теории, что можно так даже под химией ничего не сказать, если "ум закоротить" на какую-то фразу - но впервые видел в натуре. Что ж - завтра продолжим, когда от зелья отойдешь. И уж прости, но придется тогда тебя по-плохому!
   А ночью Горьковский удавился. Он в камере один сидел - но по недосмотру, в рассчитанной на двоих, с нарами в два яруса. Привязал рукав рубашки к верхнему, обмотал вокруг шеи.
   Так и не узнал, дурачок, что не сидит Сергей Степанович Линник в соседней камере, как и никто пока что, из их "организации". А фотографии девушек - тех, кто в кружок "Юный Марксист" ходили. Если к врагу народа и страны, любые меры дозволены, чтобы из равновесия вывести, для пользы дела. Были ли у гражданина Линника особые отношения со студентками - а я откуда знаю, свечу не держал!
   Мне, пока что, дружеское нарекание от Ани, зачем спешил? И совет, как в Москву вернемся, быть тебе студентом Академии. Что с нашими героями-подпольщиками делать, вопрос - гражданин Линник под колпаком, те из фигурантов, кто у него были тогда, тоже установлены, ведем наблюдение. Но ничего не происходит - даже на обещанную связь с Лючией не вышел никто пока.
   Так что, снимаем кино.
  
   Анна Лазарева.
   В чем польза исторической науки? Не в хранении скучных фактов - имен, дат, цифр. А в сохранении ценного опыта, чтобы повторно на те же грабли не наступать.
   И то, что в титрах будет написано, "фильм не претендует на абсолютную историчность" - не столь важно. Как и в другом фильме нашего Режиссера, так пока и не снятом здесь (хотя собирались, но что-то не сложилось, а теперь и когда снимут, некоторые моменты, уже "занятые" в нашем кино, там будут иными), знаток найдет кучу несоответствий. Что Марфа Васильевна была в статусе жены Ивана Грозного всего пятнадцать дней, причем свадьба состоялась в конце октября - а там в кадре лето. Что алебарду, попавшую в "машину времени", обозвали бердышом. Что стрельцы выступают на войну в парадных красных кафтанах (на походе и в бою носили серые, из некрашеного сукна, похожие на солдатские шинели гораздо более поздних времен), причем налегке, с одними бердышами в руках - а должны быть, еще и пищали-ручницы, перевязь с пороховницей и принадлежностью для чистки ружья, и конечно, вещмешок с солдатским имуществом, заплечный "сидор", такой же как у нашей пехоты в эту войну. То есть, внешний вид российского солдата четыреста лет назад имел больше сходств, чем различий с теми, кто сражался под Сталинградом и брал Берлин. Исключая конечно, вооружение, а также характерные стрелецкие шапки и бороды. Ну и на шинелях-кафтанах цветные клапаны-"разговоры" нашивались, как у нас в Гражданскую было - только цвет обозначал не род войск (пехота красные, кавалерия синие), а конкретный стрелецкий полк. Равно как и конница в том фильме, идет на войну безо всего - а ведь тогда всадники носили хотя бы стеганые или кожаные доспехи. Артиллеристы - что всего две пушки на войско (а Иван Грозный первым в истории массированно применял артиллерию), и в расчете всего один человек, который на передней лошади в упряжке едет? И уж конечно, должен быть немаленький обоз - запас провизии, пороха, ядер и пуль, палатки-шатры, котлы для варки пищи, походная кузница, даже заграждения-рогатки от вражеской кавалерии тогда нередко возили с собой. Но представьте, как бы это выглядело в фильме - совершенно не красочно, без песни про "маруся слезы льет".
   Но у нас батальные сцены будут завтра. А пока - по сюжету, заседание городского магистрата (или как там у них по "магдебургскому праву" высшая власть называлась) города Дрогобыча. Обсуждают один жизненно важный вопрос - что делать с Чародеем? Поскольку от решения зависит, будет город стоять завтра, или нет?
   А отчего не просто, забрали бы наши герои Чародея (хоть вместе с его возлюбленной пани Анной), через три дня, как договаривались - и домой? А не вышло - технические неполадки (тот, влетевший в землянку бердыш, что-то в машине повредил, пока сумели исправить, прошло не три дня, а десять). И пришедший в отряд связной (в этом времени, год 1942) среди прочего упоминает - так города Дрогобыча нет, это ж всем известно! Был еще в пятнадцатом веке взят и сожжен дотла католической армией, и место солью посыпано как проклятое навек. То есть, история изменилась!
   И вот, открывают посланцы из будущего окно, в этот раз прямо в городской магистрат. И попадают прямо на заседание, а по совместительству и суд, над Чародеем.
   Как они язык понимают? Так по воле сценариста (и не сильно далеко от исторической правды) в Великом княжестве Литовском говорили на старобелорусском, который даже наш современник кое-как мог понять. Город Дрогобыч правда, числился в составе собственно Речи Посполитой - но еще оставался осколком древнерусского Галицко-Волынского княжества, разделенного между Литвой и Польшей за столетие до показанных нами событий - то есть, населенный в большинстве православными, говорящими не по-польски. Что не нравилось ни панам, ни епископам, ни королю - тем более что основным промыслом (и доходом) города были солеварни (лакомый кусок).
   И стоит сейчас под стенами Дрогобыча армия "защитников католической веры". Не сумев схватить Чародея, посланец Папы организовал крестовый поход местного масштаба, оперативно собрав и уговорив соседей-магнатов, у каждого из которых было собственное войско, не уступавшее королевскому - святая польская вольность, пся крев! Панов долго упрашивать было не надо - богатый вольный город давно был у них как бельмо на глазу. И никто не вступится - король, кто теоретически мог считаться пострадавшей стороной (раз город платил в казну налоги) не рискнет идти против буйного панства, поддержанного Римом (а то еще и самого от Церкви отлучат!). Так что, все просто и ясно: не выдадут еретика на суд, не станет города Дрогобыча.
   Однако "магдебургское право" исключение не знает. Воздух города делает человека свободным - подвластным лишь магистрату, и больше никому. Какое бы преступление этот человек ни совершил - судить его может лишь городской суд. Своих не выдаем никому - нарушишь этот закон один раз, и не будет больше закона. И не будет больше города Дрогобыча, живущего по Магдебургскому закону.
   То есть, и выдать нельзя, и не выдать нельзя.
   Но бургомистр нашел выход. И обращается к Чародею - не губи город, покинь его. Завтра в полдень, когда истечет срок ультиматума, перед тобой откроют ворота. И мы умываем руки - не будучи ответственными за твою судьбу.
   И тут среди зала открывается проход в иное время, из которого появляются четверо, странного вида. Вернее, трое - один, кто из двадцать пятого века, еще похож на здешнего дворянина, а в остальных тут же узнают "демонов", которых не так давно стража ловила.
   Командир, "дядя Ваня", с немецким автоматом наперевес, на ремне гранаты болтаются.
   Ординарец Петруха с пулеметом МГ-42.
   Женщина, одетая по-мужски, в штанах - снайпер Татьяна с винтовкой СВТ.
   Стоп, а отчего здесь сразу не началось "хватай демонов"? Тут и современное оружие нашим бы преимущество не дало: во-первых, не знают там его возможностей, а оттого и страха не имеют, а во-вторых, совершенно не нужна нам кровавая баня по отношению к городским, еще неизвестно как это Чародею понравится. Хотя по сюжету, партизаны сорок второго года ну совершенно не ефремовские толстовцы, так что если бы войну начали не мы... Положить в пару очередей всех в зале, кроме нашего клиента, ну а его под руки и в Дверь? Вот только города тогда завтра не будет.
   Так что мы пришли с миром - хотя готовы и воевать.
   Вот только лица у местных - даже не напуганные, а ошалелые. И смотрят на Татьяну.
   -Пани Анна?
   Случай не столь уж невероятный - даже товарищ Федоров рассказывал, как в его партизанской дивизии, политрук диверсионной роты Николай Денисов оказался схожим с каким-то польским офицером (совершенно не родственником) как брат-близнец. А в будущем, мой Адмирал говорил, даже конкурсы двойников проводились. Ну а дочку почтенного цехового старосты города Дрогобыча, человека уважаемого и одного из богатейших здесь, все члены магистрата видели не единожды. Разговоры ходили, что она и ведет себя неподобающе благовоспитанной пани, и письма пишет неизвестно кому - но чтобы она и вместе с посланцами нечистой силы? Красные пентаграммы на шапках кто еще может носить?
   Но хоть до драки в первый момент не дошло. И ученый из будущего говорит:
   -На пощаду надеетесь? Зря.
   И открывает на стене экран, как в кино. Если у них век двадцать пятый, то техника должна быть - слышала, какие приборы, изображение и звук записывающие, уже через пятьдесят лет научатся делать, а что-то и в руках держала, и даже пользоваться умею, ну а через пятьсот - могут вполне и голограммы, неотличимые от реальности, писать, сохранять, и передавать. И размер таких устройств, хоть с фотоаппарат "минокс", или еще меньше. Так что - не фантазия. Да ведь и фильм наш - прежде всего, про людей, ну а наука и техника лишь антуражем!
   И видят все - как в одном из шатров, что на поле за городскими стенами стоят, пируют главари католической армии. И первый среди них, главный наш враг и злодей, посланец Папы, Генрих Крамер, доминиканец, инквизитор, автор пресловутого "Молота ведьм". Фанатик, искренне считавший, что послан самим Господом, чтобы спасти мир от ереси. Гордился, что лично отправил на костер несколько сотен ведьм и еретиков. Всегда искал лишь виновных, даже не пытаясь никого оправдать. Размахивая папской буллой, свирепствовал в германских, польских, чешских землях - так, что например, в городе Инсбруке даже епископ выступил против, освободив арестованных Крамером женщин, а самого инквизитора выслал из города, чтоб не случилось бунта. А сейчас он охотится за Чародеем, желая схватить и сжечь.
   А паны, что за столом сидят, недовольны. Спрашивают инквизитора:
   -Вы своего еретика получите, и на костер. А нам, если город ваши условия примет, по домам идти, с вашим святым благословением? Зачем тогда сюда тащились? Мы, знаете, поиздержались! И у нас еще тысяча наемных немецких ландскнехтов - им с каких грошей платить?
   -Не беспокойтесь, дети мои: усердие в защиту Веры должно быть щедро вознаграждено, так указал Господь - отвечает Крамер - и очевидно, что все, кто помогал еретику, и сочувствовал ему, также не должны избежать наказания. Если Дрогобыч сдастся, это всего лишь значит, что мы войдем в открытые ворота, нам не придется стены штурмовать, губя христианские души.
   -Плевать - вставляет слово пан Ржевуцкий, самый важный из всех - пусть убивают моих голодранцев, сколько сумеют, после меньше будет разбойников в моих владениях. Ну а наемников вперед пустить, чтоб после их выжило как можно меньше, сам Господь велел, меньше придется платить!
   -Ваше право, достопочтенный пан - продолжает инквизитор - что до меня, то я претендую лишь на головы преступников, и штраф, который город Дрогобыч будет обязан уплатить Святому Престолу. После чего я удалюсь, исполнив свой долг, ну а вы вправе поступить со схизматиками по собственному усмотрению.
   -Так вы, ваше священство, обещали жителям города неприкосновенность?
   -Сын мой, а разве прежде я не обещал вам, что Дрогобыч будет отдан вам на разграбление на три дня? И стыдитесь - если вы решили, что слово, данное прежде добрым католикам, весит меньше, чем обещанное схизматикам!
   -Отче, а как нам отличать истинных католиков от православных еретиков?
   -А убивайте всех, дети мои - Бог на том свете сам узнает своих, и откроет пред ними врата рая! Я же дарую отпущение грехов всякому, участвовавшему в сем богоугодном деле!
   Может быть, и антиисторично - зачем панам сжигать дотла формально польский же город? Такое было позже, в эпоху Руины, когда между католиками и православными шла война на истребление - не было тогда еще никаких "украинцев", рубеж пролегал по вере, если ты православный, то русский, если католик - то поляк. И не было уверенности, что захватив чужой город, ты его удержишь, а удержав, получишь с него налоги, экономика тогда уже была сильно разорена войной - а оттого, проще было все сжечь, всех перебить. И точно так же было в "цивилизованной" Европе - в Польше, при шведском "потопе", в Германии, в их Тридцатилетнюю войну. Но сделаем скидку на польский гонор - если пану Ржевуцкому попала вожжа под хвост, и он всерьез решил, вырезать еретиков поголовно, заселить по новой своими поляками. И не одни ученые историки будут наш фильм смотреть!
  
   Лючия Смоленцева.
   Стою на стене, у меня в руках винтовка СВТ с оптикой. А внизу - армия врагов!
   Пусть это лишь сцена из фильма. А я представляю, как это было бы по-настоящему! Смотрю я на фильм, где Софи Лорен меня играет - и зависть берет, как она с ручным пулеметом, немцев убивает десятками. Уверенной хочется быть, что я в настоящем бою не струшу, как эта, из "Зорей тихих", что в панику ударилась и старшину Васкова подвела.
   Но мой рыцарь и слышать не хочет, чтоб меня взять с собой. Хотя уже после войны были у него дела славные и опасные - как например Гиммлера, последнего из фашистских главарей, живым поймал. А я о том лишь после узнала! Хорошо хоть, с парашютом разрешил прыгнуть - и то, благодаря тому, что меня Пономаренко поддержал. Интересно, сколько девушек в СССР (и не только) после в аэроклубы записались?
   Я тоже хочу - как Нина (из нашей Академии) там учится, и сама уже летала на По-2. Мне сказали, что этот самолет даже из военных летных школ списывают, но в ДОСААФ он еще долго будет - дешев и прост, а главное, "сам взлетает, сам садится - чтобы на нем разбиться, надо очень постараться". Интересно, что мой муж ответит, когда я ему скажу, о своем желании? Когда в Москву вернемся с этих съемок.
   Пока что - только кино мне и остается. "Иван-тюльпан" как водевиль был, не всерьез - ну где вы в жизни партизан верхом на медведях видели? И кто на войне, дуэльные правила соблюдает - это к эпизоду, где я и Жерар Филип на шпагах деремся, а все смотрят, и русские и французы, про войну забыв? Здесь же, больше на жизнь похоже - даже наш будущий Великий Режиссер сказал, "Люда, у вас отлично получается, вы так вживаетесь в роль". А я всего лишь играю себя - вообразив, что это не кино, а всерьез!
   Мы стоим на городской стене - гости из будущего, все четверо, и магистратские, и городская стража, и просто народ. Ждем возвращения послов к осаждавшим - шестеро самых уважаемых граждан города, представители всех гильдий, и еще настоятель католического храма, чтобы не было сомнений в их свидетельстве. И один из них - отец пани Анны (тоже моя роль). Ее снимем отдельно - мне переодеться минута, прямо поверх одежды из века двадцатого, натянуть длинное и широкое платье с глухим воротом и длинными рукавами.
   -Люся, ты хоть выражение лица меняй - говорит мне Анна - все ж героини твои, разных эпох.
   Внизу на поле солдаты католического войска вкапывают шесть столбов. Затем выводят и привязывают к ним всех шестерых посланников, обкладывают хворостом. Хотя Валя Кунцевич (взявший на себя роль военного консультанта) утверждал, что никто бы не стал в той обстановке возиться с кострами - поставить на колени и саблей рубануть, куда проще. Расстрел - да вы что, в то время огнестрельное оружие уже было хорошо известно, но даже один выстрел из тогдашней "ручницы", это такая процедура, да и порох еще дорог.
   -А с чего бы главпопу так зверствовать? Не дурак ведь - должен сообразить, что легче убаюкать обещаниями, "ну а вешать будем после".
   -Так вера ведь христова. Если ему предложили на распятии клятву дать. И нарушить - свои не поймут. А главное, в Рим донос напишут, что допустил святотатство. Ты в сценарий смотри - эпизод "прием делегации", что завтра снимать будем.
   Все против городских ворот происходит, а где бы горожане возвращения послов ждать могли? И на случай, если защитники Дрогобыча вылазку сделают, строится рядом полк немецких ландскнехтов - каски с рожками, как у солдат вермахта, только в руках пики а не "шмайсеры". И важные паны на конях, и челядь, и просто зеваки, из вражьего войска.
   Отец Анны кричит - все правда! Не сдавайтесь! Услышат ли его - ну, вполне могут, дистанция метров двести, и ветер оттуда. Только и без этих слов все ясно - пощады не будет никому. Если даже своего же брата-монаха не пожалели.
   Если тебе больно - плакать должна не ты, а те, кто в этом виноват. Я вскидываю винтовку - не дожидаясь ничьей команды, или дозволения. Двести метров для СВТ с оптикой не расстояние. Первым должен умереть офицер, командовавший палачами. Затем - солдаты, кто таскают хворост. Вот забегали, засуетились - но никто не сообразил укрыться, залечь, один лишь Крамер, гнида, сразу нырнул за чью-то спину.
   Можно попробовать отбить приговоренных? Но воевода, командующий городским войском, отрицательно качает головой - врагов слишком много, они могут опрокинуть нас и ворваться следом в открытые ворота.
   -Сейчас их будет меньше! -кричит партизанский командир - Петруха, бей!
   И вступает пулемет. МГ-42 с двухсот-трехсот метров по толпе в полный рост, это убойно! Немецкие кнехты валятся рядами, пока наконец не сообразят разбегаться без всякого порядка, кто куда. А я бью на выбор, факельщики убиты все, вот настала очередь и важных панов на лошадях! Вот уже внизу перед воротами нет живых, кроме наших привязанных послов - и тела, очень много мертвых тел валяется вокруг! Воевода приказывает открыть ворота, и выслать конный отряд. Сейчас послы будут спасены.
   Но летят от убегающего врага зажженные стрелы - Крамер про пленников не забыл. И вспыхивают шесть костров. Так что всадники из города успевают лишь, разметав хворост, отвязать от столбов уже мертвые тела. Один лишь отец пани Анны еще жив. И успевает сказать, до того как умереть:
   -Они хуже дьявола. Хоть и с крестами. Не сдавайтесь - никого не пощадят.
   А после, по обычаям пятнадцатого века, к воротам подъедет от осаждавших парламентер, изъявит неудовольствие, как жители Дрогобыча посмели нарушить перемирие во время переговоров (да, тогда это считалось так - ведь на стены не лезли, и ворота не ломали, и значит, стрелять не принято, ну а что послов убивали, это мелочи!), и убить благородных панов Пшесвятского и Закржевского (о простых солдатах и кнехтах и речи нет). И передать, что "пан священник" Крамер своей властью отлучает город Дрогобыч от святой католической Церкви, пока не выдадите проклятых колдунов. Что есть очень серьезно - пусть большинство горожан православные, но ведь и католиков в Дрогобыче немало! И нам только бунта не хватало, а то ведь и ворота ночью откроют!
   О мадонна, но как же это - ведь было, что добрые католики (а особенно, богомерзкие протестанты), приходя на чужую землю, считали еретиками всех, кто не обратится тотчас же в их веру! А русские, православные, а теперь вообще, безбожники, придя в Европу, никого не заставляют переходить в веру свою. И если Бог указал проявлять милосердие - то кто более ему угоден?
   Ведь это было тогда, как я прочла книги по истории. Для поляков-католиков, православные русские были "погаными еретиками", недочеловеками, как всякие унтерменши для истинных арийцев! Вся разница лишь в том, что если не родившийся немцем, не мог им стать - то схизматик, перейдя в католичество, становился полноправным польским паном. И главный мерзавец, Крамер - символично, что он германец, а ведь живи в наше время, наверняка бы носил эсэсовский мундир! Хотя Йозеф Крамер, кто у нас был помощником коменданта Освенцима, и за это повешен - не его ли потомок? То есть наш фильм, о войне с теми фашистами, пятьсот лет назад?
  
   Анна Лазарева.
   Какая улица ведет к вокзалу? Вокзальная - название одно, для Львова и многих других городов.
   Приезжает сам Штеппа - сподвижник и ученик Грушевского (это который, основоположник "украинства"). И говорят, что ему уже обещано место профессора в университете (или даже, место ректора). Бывший капитан Белой Армии, - вот не пойму, ладно, можно простить тех, кто в эту войну тот грех искупил, с немцами воюя, но этот-то, в оккупации будучи редактором поганой газетенки "Украинское слово", удостоился похвалы самого рейхскомиссара Коха за "правильные взгляды". И после, со своими немецкими хозяевами бежал, пойман нашими был уже в Германии, и приговорен - девять лет, выходит, отсидел, мало! И такому, еще и доверили молодое поколение воспитывать?!
   Товарищ Пономаренко, когда я, как только узнала, так высказала ему все, в разговоре по ВЧ, ответил - не беспокойся, он долго учить молодежь не будет. А пусть выступит, всего лишь один раз. После чего - предлог найдем, его отсюда убрать. Ну, если только так...
   Комитет по встрече уже ждет на перроне. Двенадцать парней и единственная девушка - и руках сине-желтые флажки. Чувствуют себя неуютно, жмутся друг к другу - очень непопулярна сейчас бандеровская символика. Милиция приказ получила, не вмешиваться - так вон в отдалении крепкие ребята с красными повязками стоят, "дружина рабочей самообороны". Организованы такие отряды были здесь в сорок девятом, когда уже великие стройки в Львове развернулись, и люди работать приехали со всего СССР - а бандеровщина была еще недодушена, и стреляли тут, и убивали, вот и ходили по улицам "ястребки", охраняя порядок, прежде всего на территории предприятий и в местах своего проживания; ну а как с бандеровцами стало легче, так переключились на борьбу с "уголовкой", включая хулиганье. Винтовок и автоматов ни у кого не вижу, сейчас уже не ходят в патрули с боевым оружием, полученным в военкомате - но пистолеты у кого-то в карманах точно есть. И к ним еще подтягиваются - толпа на глазах растет.
   -Ой, что будет - произнес лейтенант Кармалюк, приставленный к нам от львовской милиции - помнут щеневмерликов! И поделом. Народный, понимаешь, энтузиазм и сознательность!
   -Вам приказ непонятен: обеспечить правопорядок! - сказал Валька - или советским законом уже разрешен самосуд?
   -Порядок, это когда людей не трогают - ответил лейтенант - а тут, сочувствующие бандерам, тьфу! По мне, так если им морды подрихтуют, то за дело.
   -А если этим не ограничится? - спросил Валька - у наших архаровцев я как минимум у троих видел стволы. И нунчаки у многих. И карманы оттопырены - что у них там, ножи, кастеты, или тоже огнестрел? Да еще к ним новые подходят, тоже с чем-то в карманах, но без повязок - и разговоры, счас будем бандеровцев бить. Это как понимать?
   -Народный энтузиазм - сказал Кармалюк - не любят у нас бандер. Особенно на фоне того, что в университете буча, из-за которой, говорят, вообще закроют - а наши рабочие ребята мечтали на инженера или доктора выучиться. Оттого и злые.
   -Лейтенант, ты и в самом деле такой тупой, или ваньку валяешь? - начинает злиться Валька - а если не обойдется битыми мордами, кто-то шмальнет, и начнется? Ты понимаешь, что под трибунал тогда пойдешь?
   -А если с их стороны провокация будет? - спросил милиционер - а нам что, стоять и смотреть?
   -Если это не агрессивные действия, то черт с ними - ответил Валька - нехай воют свое "боже царя", тьфу, "ще не сдохла мать-руина, ну а вонь уже идет". Тебе приказ непонятен, лейтенант? Исполнять!
   -Кармалюк подозвал милицейского сержанта, коротко с ним переговорил, и тот бегом бросился к красноповязочникам - так как поезд уже подходил к перрону. Обычная вокзальная суматоха, "комитет по встрече" замахал флажками - ну вот он, Константин Феодосьевич Штеппа, пухлорожий и гладковыбритый, в костюме с галстуком, вальяжно выплыл из вагона - бодрячком выглядит, хотя припоминаю, в той истории он помрет в пятьдесят восьмом, всего через пять лет. И обступили его встречающие апостолы - ой, что-то от Лючии религиозных словечек нахваталась! - ну да, тринадцать их, считая девицу. Дорогого гостя обступили, кто-то чемодан его подхватил - и повели к выходу из вокзала, едва ли не бегом.
   -Линник тоже здесь - сказал Валька - вон стоит, у стенки. Рядом с нашими черносотенцами - но все ж не с ними а чуть в сторонке.
   -Валь, ну ты скажешь - тихо отвечаю я, чтоб Кармалюк не услышал - наши, советские, рабочие ребята. Сознательные и патриотичные.
   -Хулиганье - заявил Валька - прибежали, лишь бы кого побить.
   Желто-синие явно ждали того же - даже флажки свои поубирали, и мессию своего обступили плотно, будто от выстрелов своими телами прикрывая. Им надо было пройти мимо красноповязочных - нет, беспорядков не последовало, если не считать, что собравшаяся толпа дружно грянула:
   -Ще не вмерла мать-руина, ну а вонь уже идет!
   И проводили обратившуюся в бегство компанию смехом и улюлюканьем. Выскочив из вокзала, те погрузились в удачно подошедший автобус. Красноповязочные тоже начали расходиться. Один подошел к нам - парнишка лет семнадцати, вовсе не похожий на хулигана.
   -Племяш мой, Ванька - сказал Кармалюк - ну что, благодарю за службу! Из-за бдительного несения которой, враги не отважились на провокацию. Но вы глаз не спускайте - а вдруг завтра они еще что-то придумают?
   -А мы их всех запомнили! - ответил племянник - и где живут, узнаем, или знаем уже. После поймаем, без всякого шума, и рожи начистим. Дядя, я ж понимаю - нельзя было сейчас, для авторитета СССР вред, что в европах скажут...
   -Тьфу, ну что за каша у тебя в голове - бросил Кармалюк - имели мы все эти европы, нехай заткнутся! А нельзя, потому что приказа такого не было. Отчего - начальство лучше знает! А нам не положено.
   И покосился на Вальку. Племяш тоже глянул вопросительно, и подобрался весь, будто собираясь встать по стойке смирно.
   -Товарищ из Москвы - пояснил Кармалюк - а это вот, Шевченко Анна Петровна, с киностудии. Слышал ведь, что кино снимают на Замковой Горе? Только Анна Петровна еще и интересуется, как мы тут живем, коммунизм строим - может, будут уже тогда про нас снимать, а не про какую-то историю.
   А на меня - с пренебрежением глянул! Чуть заметным, но все же. Мне это еще по Севмашу знакомо, в самом начале - "фифа выряженная, ну что она умеет". Там, и в Москве, и в Питере, привыкли уже, что женщины одеваются хорошо - ну а тут еще с нами не знакомы. Мне же лучше - от "нарядной фифы" угрозы не ждут. А косые взгляды тех, чье мнения мне не важно - мне глубоко безразличны!
   -Так я пойду, дядя Митяй?
   Ну и нам тут делать больше нечего. Наши подтянулись - Мазур, Кот, Акула, кто нас издали страховали, вместе с местными товарищами. Транспорт ждет - нам еще на съемки надо сегодня успеть!
   Гражданин Линник контакт имел лишь с четырьмя "красноповязочниками" (опознаны как его кружковцы, вот фамилии). А еще он произнес фразу, себе под нос, когда гражданин Штеппа из вагона появился - ну а Кот, будучи в четырех шагах, имея отличный слух, сумел разобрать, даже в вокзальном шуме:
   -Ну, здравствуй, "агнец".
   Это что, кличка, позывной? Срочно информацию поднять, Штеппа и Линник раньше пересекались, когда и где?
  
   Валентин Кунцевич.
   Военное дело - очень простое и понятное. Карл Клаузевиц. И я начинаю думать, что тот немец был прав.
   Снимаем эпизод штурма. Как это должно выглядеть на экране - строится на поле войско, впереди каре немецких наемников, штурмовая пехота, позади них панская кавалерия. И пушки - сделанные очень похоже, из труб, досок и тележных колес, но как настоящие выглядят, если только не совсем вблизи. Численность осаждавших - Стругацкий поначалу вписал в сценарий, двадцать тысяч, как бы у нас, дивизия с усилением. Пришлось ему разъяснить, что по тем временам, такую армию на большую войну собирали - население тогда было существенно меньше.
   -Так в летописях записано, что в веке семнадцатом, даже один крупный польский магнат, вроде Вишневецкого, мог иметь пятнадцать тысяч конного войска.
   -Ага, так во-первых, за сто пятьдесят лет, мобресурса стало побольше. А во-вторых, даже в время "шведского потопа", численность армий составляла порядка десяти-двадцати тысяч. Под Варшавой там сражались (вопрос жизни и смерти Польского королевства!) семнадцать тысяч шведов и бранденбуржцев против сорока тысяч поляков - причем в трехдневной битве, паны были разбиты и Варшаву сдали. А так, согласно истории, вся шведская армия вторжения насчитывала два корпуса, в четырнадцать и в двенадцать тысяч - и этого хватило, чтобы всю Польшу на уши поставить, "потоп", катастрофа, после которой Речь Посполитая так и не оправилась!
   -Это как? Две дивизии, на такую территорию?
   -Так там не только шведы были. Сами поляки, те же магнаты, как дерьмо в проруби болтались, то присягая шведам, то воюя с ними. И бранденбуржцы (то есть немцы), и даже мы, русские, тоже активно участвовали, себе куски отрывая. Ну и правда, мало оказалось - польское войско шведы разбивали не раз, а территорию удержать, у них войск не хватало, ту же Варшаву за войну занимали несколько раз. Но даже на той войне, больше двадцати тысяч войска у одной из сторон в одном месте собиралось редко. Так что урежь осетра - если по летописям, в 1569 году в Дрогобыче жило 1800 человек, то на семьдесят лет раньше, клади полторы тысячи. С вооруженной силой, максимум полсотни постоянной городской стражи, и ополчение могло быть еще сотни три-четыре, на случай набега татар. Против такого, панам трех-четырех тысяч войска хватит. И то даже не для сражения, а как аргумент, чтоб сосед по походу себе больше не урвал. А собственно лезть на стены - на то могли скинуться (особенно с участием Церкви) на немецких наемников, числом в пятьсот-тысячу. Считая что рядовой кнехт получал четыре гульдена в месяц, элитный боец первого ряда - двойную плату, сержант - тройную или четверную, офицеры, к коим также относились знаменосец, барабанщик, лекарь и казначей - шести- или восьмикратную, ну а зарплата полковника оговаривалась особо - правда, и "чрезвычайные" траты полка, если таковые возникали, шли из командирского фонда. При том, что заработок квалифицированного ремесленника тогда - два гульдена в месяц, а подмастерья или крестьянина, один или меньше. То есть нанять тысячную банду на месяц, святому отцу обошлось бы где-то в шесть-семь тысяч гульденов - размер среднего купеческого состояния, для Церкви вполне подъемно. Тем более, если пообещать расплатиться после штурма (за вычетом убитых), и надеяться повесить на побежденных все расходы.
   -Так ведь артиллерия еще. Ее сосчитали?
   А ведь верно - тогда, самый дорогой род войск. Пушкарям все завидовали - получают как офицеры пехоты, а от боя как бы в стороне (ну если только враг до пушек не доберется). И были пушки под стенами, скорее всего, собственностью панов, а не наемников - так тут и пыль в глаза другим панам пустить можно, какая у меня сила, а риск небольшой. Так что в отдельной плате не нуждаются - то панов проблемы, а не Крамера.
   Вообще, достоверность в фильме больше пришлось соблюдать, по части оружия современного. Поскольку зрителями будут не только штатские - но и те, кто служил, и кто воевал, а они хорошо могут оценить эффективность пулемета и снайпера на указанной дистанции, по плотному строю ростовых мишеней. А со средневековой тактикой не знакомы - если сам Великий Режиссер (бывший фронтовик!) предложил дополнить эпизод с послами, огненными стрелами, "для большего драматизма". Искренне полагая, что это такое же простое дело, как в наше время команда, "зажигательные патроны заряжай, огонь". А ведь со стрелами возни было побольше - начнем с того, что у зажигательной стрелы ценного закаленного наконечника не было, к древку прикручивалась пакля, пропитанная смолой, строго в пропорции (слишком хорошо будет гореть - сгорит еще в полете, слишком плохо - эффекта не даст). И обычно у стрелка при этом был "второй номер" с факелом, запаливавший стрелу в самый последний момент. Потому, по жизни в той обстановке, совершенно невероятно, что у поляков бы наготове такие стрелки оказались, и они не запаниковали бы под пулеметом. Но уж больно зрелищной и эффектной получилась сцена!
   Сам же бой, по сюжету - эффектно, но тактически не интересно. Как вояки "генерала" Мо против наших пулеметов у базы Синьчжун. В пятнадцатом веке, дистанции боя были совсем смешные на наш взгляд - зажигательная пуля из снайперской винтовки, в бочку с порохом на артиллерийской позиции, и хороший выходит фейерверк, с летальным исходом для артиллеристов! Которые, как я сказал, и в те времена были куда более ценным и редким персоналом, в сравнении с пехотой. А дальше - чистая арифметика, что кончится раньше, у них люди, или у нас патроны. Если по сюжету, проход из этого времени в 1942 год есть, и нам еще боекомплекта подкинуть успели. И снайперша Таня (Лючия) работает, выбивая командиров (или тех, кто на них похож). И шансы у атакующих, до стены добежать, со штурмовыми лестницами на плечах?
   Отбились. Где-то все же враги сумели влезть на стену, чтоб перед камерой сабельками помахать (не везде же с пулеметом успеешь, фронт широкий) - но отбились. Нам больше возни было все сцены отснять, имея весьма ограниченную натуру - но сделали. В кадре поле с бесчисленными тушками "убитых врагов" - по жизни, куда убитые с прошлого эпизода делись, если ландшафт вполне узнаваем, и кто костровые столбы выкопать успел? А ведь много трупов, за двое-трое суток в жаркое лето, здесь было бы как после газовой атаки - опять же Синьчжунское наше сидение вспоминаю, ой и погано там было под конец, не продохнуть! Но будем считать, что давешний парламентер не только неудовольствие высказать приезжал, но и банально договориться о выносе тел, к взаимной выгоде, тем - своих похоронить по-людски, и мародерка конечно, нам - чтоб не воняло.
   А полностью фраза Клаузевица звучит - военное дело простое и понятное, но воевать сложно. То есть думать особенно не надо, но трудно встать и идти туда, где тебя могут убить. Точно, этому Карлу диверсом не быть.
   В университете какая-то непонятная возня. Чем ближе 1 сентября, начало занятий, тем выше накал страстей. По поступившей информации, "антибандеровцы" (среди которых тон задают именно "кружковцы" Линника) удерживают "украинцев" от каких-либо действий, говоря вроде правильные слова о проклятой бандеровщине, об интернационализме, и "давайте жить дружно, мы все - советские люди". Внешне все замечательно - вот только я отчего-то не верю. И "пятой точкой" чую, но понять не могу, где подвох?
   Следующий эпизод фильма - городские католики, пятая колонна, ночью попытаются ворота открыть, спасая свои души от отлучения. Не зная или не веря, что их тоже собираются резать.
  
   Анна Лазарева.
   В этот раз ректор, товарищ И.Н.Куколь, буквально расстилался в любезности. Даже неудобно было.
   -Конечно, дорогая Анна Петровна, организуем все в самом лучшем виде! Отлично понимаем, что Константин Феодосьевич будет рад пообщаться со своими будущими студентами. А нашему юношеству весьма полезно послушать мысли человека со столь интересным жизненным путем. Ученик самого Грушевского...
   -...подданного Австро-Венгерской империи, и одного из организаторов проавстрийского "легиона сечевых стрельцов", как было написано в обвинительном заключении 1914 года - подхватываю я - ладно, про "шпионаж в пользу оной империи, опускаю", это кровавые палачи самодержавия могли и придумать. Вернувшись в Киев уже после Февраля 1917, гражданин Грушевский (ну не надо морщиться, Иван Никифорович, я "гражданин Российской республики" имею в виду) заявлял, что целью своей деятельности видит формирование украинской государственности и украинского национального сознания - то есть признавая, что на тот момент таковых не было. Был избран главой Центральной Рады, единственными запомнившимися деяниями которой были, договор с Германией о капитуляции и оккупации украинской территории и кровавое подавление большевистского восстания в Киеве в январе 1918 года. После чего, свергнутый Скоропадским, бежал в Вену и пребывал там до 1924 года, когда попросил дозволения вернуться в СССР. Получил кафедру профессора истории в Киевском университете, избран академиком АН СССР, в тридцать первом арестовывался, но быстро освобожден, умер своей смертью на курорте в Кисловодске в 1934. Я ничего не перепутала, Иван Никифорович?
   Ректор качает головой. Не понимая, к чему я клоню.
   -Теперь к гражданину Штеппе перейдем, раз уж о нем речь - продолжаю я - офицер армии Врангеля, не подвергшийся за это никаким репрессиям, затем советский профессор, докторская диссертация по истории европейской культуры. В войну, когда советские люди сражались с германским фашизмом, не жалея себя, гражданин Штеппа в оккупированном Киеве не только редактировал поганый листок, но и писал псевдонаучные статейки о вреде еврейской расы, удостоенные благодарности немцев. При отступлении фашистских войск с Украины, бежал с ними, и был задержан СМЕРШ уже в Германии причем при попытке удрать дальше на запад. Абсолютно никаких свидетельств о его "помощи партизанам и подпольщикам", о чем пишет ваша университетская газета, не найдено - зато есть сведения о его причастности к событиям в Бабьем Яру, касаемо пропагандистского обеспечения, когда он убеждал киевских евреев не прятаться, не бежать, ничего не бояться. И вы, Иван Никифорович, считаете такого человека, достойным примером для советской молодежи?
   Мне интересно, как ректор выпутается? Прояснить для себя его мировоззрение - да и просто, поставить на место.
   -Ну, дорогая Анна Петровна - произнес он наконец, после паузы - однако же если наша Советская Власть и правосудие сочли, что Константин Феодосьевич может занять место среди преподавательского корпуса нашего университета. Кто мы такие, чтобы решения высших инстанций сомнению подвергать? Я так понимаю, что это приказ свыше? Раз мне сам Алексей Федорович звонил.
   -Именно так - говорю я - ну а я в данном случае, лицо совершенно постороннее, которому интересно однако будет послушать. Не смею вас больше задерживать, Иван Никифорович, позвольте откланяться.
   Встаю, иду к двери. В последний момент резко оборачиваюсь - интересно, с каким выражением товарищ Куколь мне в спину смотрит? Ненависть, досада, раздражение - я бы не удивилась.
   Но это был страх, даже животный ужас. Хотя я всего лишь мгновение успела поймать, до того как Иван Никифорович поспешно глаза опустил. Смотрел он на меня - как на явившуюся к нему смерть с косой. С чего бы? Чем для него может быть опасна скромный администратор Ялтинской киностудии, Шевченко Анна Петровна?
   Или же - Анна Петровна Ольховская, "та, которая в сорок четвертом самого Кириченко, Первого Украины, под расстрел подвела". Про нашу "инквизицию" уже чего только не рассказывают! Однако же Алексей Федорович, когда я ему свои полномочия предъявляла, с подписью "И.Ст" - по которым, мои распоряжения для него обязательны, то есть моя власть выше чем его, Первого в республике - то он с интересом прочел, без страха (после сказал - слышал про такие мандаты, но прежде не видел никогда), а затем просто и по-деловому спросил, какие указания будут? Нормальная реакция человека, которому нечего бояться!
   А этот... Значит, он знает? Откуда - раньше мы точно, не встречались. Кто-то из видевших меня в Киеве тогда, узнал? Или из Москвы утечка?
   В коридоре меня встретили Валентин с Марией - администратору киностудии все ж не подобает ходить с полудюжиной боевиков в охране. Ребята внизу в машине ждут, "подвезли по пути", ну а кто-то по территории бродит, как бы из любопытства. Коридоры пустые - сегодня еще 26 августа, пять дней до занятий, и даже приемные экзамены уже прошли. Шаги гулкие, и смотрят с портретов на стенах бородатые лица мудрецов. Мария с любопытством оглядывается, а Валька напряжен, будто сейчас в бой. Поклялся, что "пока я живой, с Анной Петровной ничего не случится" - это он Юрке Смоленцеву сказал, в очень неофициальной обстановке, Юрка Лючии, ну а итальяночка, мне. Эх, Валя, ты бы лучше свои полковничьи обязанности исполнял, до уровня простого телохранителя не опускался! А за себя постоять я и сама сумею - если с Лючией на тренировках почти что наравне (римлянка все ж чуть быстрее и ловчее). И не может тут быть банды нападавших - хотя бы потому, что внезапно мы сюда заехали, никто бы подготовить встречу не успел.
   Но все равно - что-то на нервы давит. Или коридоры - как у Ильфа и Петрова, чем длиннее, тем больше хочется ускорить шаг? Почти бежим уже, так что у меня и Марии плащи развеваются - вот лестница парадная, и главная аллея за ней. Солнце яркое по-летнему, Мария вуаль на лицо поспешила опустить, я не успела еще. И паренек нам навстречу - нас увидел, и застыл, буквально рот открыв. Опасен - нет, скорее растерян, в руках ничего нет, и в карманах не выпирает.
   -Товарищ Шевченко! Анна Петровна!
   Вспомнила я его - вокзал, Ванька, племяш милиционера. И что он хочет мне сказать?
   -Анна Петровна, я хотел сказать... Мы истинные коммунары, за Ленина и коммунизм. И пусть никто не скажет о нас плохо. Мы хотели - как лучше! Мы - не враги!
   Выпалил, и бежать. Валька дернулся было - догнать? Не надо - я ж его знаю, найдем.
   А надо было - чтоб догнал. Так вышло бы лучше. Но кто ж знал?
  
   Тот же день, вечер. Частный дом на окраине Львова.
   -Ребята, я же как лучше хотел! Чтобы нас после, врагами-бандеровцами не считали!
   -А кто тебе дозволил? Нас всех - поставить под удар.
   -Правильно! Болтун - тот же предатель. Только ненамеренно - так какая разница?
   -Ты, Иван, мне всегда казался с гнильцой. Может, ты и о нас все дяде-милиционеру докладываешь?
   -Ребята, да вы что? Я же ничего такого не сказал!
   -А это уже не тебе решать, такого или не такого! Забыл, что нам велено? Любое общение, кроме обычного, как по учебе, или дома с родными, без чего никак нельзя - прервать! Никаких новых связей. А ты - нарушил!
   -Так я же думал, как лучше!
   -Думать ты можешь что угодно - а делать, лишь что дозволено. Без дисциплины нет организации. Вот так же в войну наши подпольщики в гестапо попадали, из-за таких болтунов.
   -А может, все-таки, он предатель?
   -Миха, ну ты чего? Я ж сам рассказал, не стал скрывать! А был бы предателем...
   -А может, ты так алиби себе обеспечивал? Если бы мы все равно узнали.
   -Ребята, да вы что? Ааа!
   -Павло, помогай! Руки ему вяжи! Вот так. И кляп в рот. Ну, что делать будем?
   -Так ясно, что. Что с предателями положено?
   -Спички доставай. Разыграем что ли, кому...
   -Я пас.
   -А тебе особенно - если Иван твоим другом был. Докажи, что сам не предатель!
   -А в морду?
   -Ребята, а может не надо? Нет, не простить - а пусть искупит! Дадим ему парабеллум, и пусть он завтра эту, с киностудии, сам убьет.
   -Ты дурак? А если его схватят, и на допросе он всех нас выдаст?
   -Так чтобы он сразу после застрелился.
   -А если смелости не хватит? Вы предателю поверите?
   -Все равно погано.
   -А ты забыл, чему Сергей Степанович учил? Что коммунизм чистыми руками - не построишь! И придется по крови, по трупам идти - тех, кто не наш. Как революционеры, от дома и семей отрекались.
   -Ребята, ну не надо! Милиция будет расследовать, и что тогда?
   -Павло, а ты прав. Ну так легче можно. Гринь, тащи самогон. Теперь этого подержите, кляп долой, ну пей давай. Пей, сволочь! Павло, нос ему зажми. Еще бутылку!
   -Отрубился. Целый литр, без закуси.
   -Слушай, не будь куркулем! Твоя тетка Ганна самогону еще наварит. Теперь берем его, аккуратно, как пьяного до дому - да руки ему развяжите! И до Кривой дороги, а там пруд, и ночью с мостков навернуться легче легкого, даже трезвому. А чего его туда понесло - никто не знает. А мы не видели - верно, ребята?
   -Только все вместе. Чтоб в сторону - никому. Если не задумывает предать.
   -Точно. Ну, берем - и пошли!
  
   Анна Лазарева.
   Когда вернусь, то разнесу к чертям всю группу обеспечения.
   Слова из "исходника" Булычева? Нет, мои мысли. Почему упустили, что ректор Куколь, и некто Кавалеридзе И.П. - знакомы?
   Гуманна же наша Советская Власть! После киевских событий, как ни старались, вины и соучастия гражданина Кавалеридзе не обнаружили, его роль и в самом деле была не больше чем прихлебатель у стола Кириченко - вот только, "нам в столице Советской Украины, даже АССР, таких нэ надо". И после таких слов, сказанных страшно сказать кем - Ивана Петровича не арестовали, а всего вежливо попросили из Киева! В Житомир, где ему тут же нашлось место в областном культотделе.
   А ведь тогда, в Киеве в сорок четвертом, Кавалеридзе меня хорошо запомнил. И о роли "Ольховской" в последующих событиях - хорошо знал. И как человек художественный, вполне мог приятелю все подробно описать, включая мой портрет. И имя-отчество, Анна Петровна. Дальше представить несложно - после первой нашей беседы, товарищ ректор запаниковал, сопоставив и сообразив, с кем он откровенничал, и связался со своим другом - даже не по телеграфу, тут и телефон межгород работает уже. Вопреки общему мнению, у нас даже Органы не всевидящи, это сколько людей надо тогда на прослушку посадить? Но справка с телефонной станции вот - абонент входящий, гр.Куколь (паспорта при этом спрашивают), абонент исходящий, номер в Житомире, вот спорить могу на что угодно, кто его хозяин!
   Теперь он сюда едет - не иначе, на "Ольховскую", то есть меня, взглянуть, та или не та? Да и со Штеппой он наверняка знаком - до войны оба вместе были в Киеве, в одних кругах, точно пересекались друг с другом! Так что предлог, выступление сего высокоученого мужа послушать, вполне приличный.
   Ладно, есть одна задумка. "Артисты" мы или кто?
   В час назначенный, в университетской аудитории многолюдно. В зале четкое разделение на две группы - одни, кто желто-синие флажки выставить не решились, так все поголовно в вышиванках пришли. А другие, что-то красное на одежду нацепили - хоть ленточку, хоть гвоздику, хоть какой-то значок. Но предупреждены строго, чтобы здесь, никаких беспорядков. Милиции на виду нигде нет, и на территории тоже - но не слишком далеко, возле цирка на улице Первое Мая, стоит отряд даже не милиции, а ОМОН (название как-то само сменило прежние МСМЧ - здесь это даже не милиция, а скорее, егеря-спецназ, обученные работать и в лесу, и в горах, десантироваться с воздуха, гонять банды, и конечно, в их обязанности входит подавление городских беспорядков и лагерных бунтов). Командир наши полномочия видел, и получил приказ, в случае чего, первое - вывести нас всех в целости и сохранности, второе - восстановить правопорядок всеми доступными средствами, рация УКВ у Мазура - через пять минут после сигнала тут будет такое, интерьер искренне жаль! Надеюсь, обойдется без этого?
   Зал, конечно не театр, но с колоннами. И подобие лож по бокам. Вон там, напротив, места ректора и его гостей - ну а мы, всей командой, по другую сторону. Ну вот и они, Иван Никифорович и Иван Петрович, почти гоголевские имена - только играем не комедию! Мило беседуют, вот ректор меня увидел, рукой помахал, я кивнула. И Кавалеридзе на меня посмотрел! Но все же далеко - вот он встал, сюда идет!
   Как бы случайно, Валька, Кот и Акула прикрывают меня собой. А я, пригнувшись, мгновенно оказываюсь за колонной, в окружении наших девчонок. Сбросить плащ-накидку, и шляпку долой - а Мария тотчас же набрасывает, надевает на себя, и занимает мое место. А я в ее плаще, полы запахнула, вуаль со шляпки опустила на лицо. Отчего бы нам одинаковые плащи было не надеть - так если Кавалеридзе заметит, и это натолкнет его на верную мысль? Сейчас проверим, насколько Валька оказался прав - что в этих "летящих" накидках и под вуалью, женщин трудно различить, и что Мария на меня похожа, если смотреть сбоку (как раз со стороны ректорских мест) и издали.
   -Анна Петровна? - и смутился, когда Мария к нему повернулась - простите. Я вас принял за одну свою знакомую.
   Уходит назад. Ну а я - ничего, действо и так досмотрю, снова с Марией не меняясь.
   На кафедре, декан истфака, с вступительным словом - а сам Куколь выходит, выступать побоялся, мало ли что после? Восторги опустим - ну прямо, святой подвижник выходит гражданин Штеппа, при великом учителе. А интересный вопрос - если Грушевский до 1914 в Львовском университете, тогда это Австро-Венгерская империя, свои научные взгляды развивал, то кто ему платил щедро? Вернее, это-то как раз ясно - а вот знал ли Грушевский, что на австро-венгерскую Контору работает, или такой идеалист, что не видел, или догадывался но "не желаю знать"? Это вообще-то "агент влияния" называется, а не агнец невинный! И с чего это он в 1924 из Австрии в СССР запросился, тоже вопрос, сам, или ему подсказали? Никаким шпионом он конечно не был, поскольку к военным и политическим тайнам никто его не допускал - так нас в Академии учили, что хороший агент влияния может быть опаснее банального шпиона!
   Ну вот, закончил? На кафедре сам Штеппа. Волнуется - ну да, на горло собственному визгу наступить! Поскольку я знаю, что сейчас будет - должно быть. Ты уж не виляй, Константин Феодосьевич - ты ведь не хочешь, "по вновь открывшимся обстоятельствам", снова туда, где девять лет провел?
   Не подвел, излагает. В аудитории - гробовое молчание! Жаль, лиц впереди сидящих не вижу. Никто ведь такого, от последнего из живых основоположников украинства, не ожидал! Этого просто не может быть - сейчас Профессор скажет, "если бы, предположим", сведет к отвергнутой гипотезе! Молчание просто звенит, а слова, как бомбы.
   -Как говорится, Платон мне друг, но истина дороже. С научной точки зрения можно уверенно сказать, никакой "общеукраинской" нации нет. Есть нация галицко-волынская, со своей уникальной культурой, историей, языком. И есть юго-западная ветвь, субэтнос, по-современному говоря, великорусской нации - как например, малороссы.
   Нет ни аплодисментов, ни освистывания. "Вышиванные" не могут ни принять сказанное, ни вот так просто отречься от своего апостола. "Красные" напротив, не решаются ни аплодировать врагу, ни возразить против того, с чем согласны. Так что по завершении - гробовое молчание. Оратор с трибуны уже сошел - а зал еще сидит, наверное еще с минуту. Затем все так же в молчании встают - и молодежь расходится. Хотя, вижу как Линник, в окружении нескольких своих кружковцев, что-то им объясняет - хотела бы услышать, что!
   И нам тут делать нечего - пока ректор с Кавалеридзе про меня не вспомнили. Вместе подойдут - и что делать тогда? Так что, в темпе и всей группой, покидаем аудиторию.
   Четыре дня до 1 сентября. Когда будет решаться (вернее, оглашаться) решение по стипендиям. И как на упорство "украинцев" повлияет публичное отречение их апостола от их идей? А кто-то, я надеюсь, благоразумно решит на русскоязычный факультет перейти!
  
   Валентин Кунцевич.
   Эпизод сняли быстро и легко.
   И пусть простят нам зрители натяжку. Верно, что возле Дрогобыча добывали не только соль, но и "земляное масло", в малом количестве (ну куда в пятнадцатом веке - нефть). И вполне возможно (но не вошло в летописи) что Чародей (не только астролог, но и алхимик) задумывался над тем, как его использовать более полезно, чем в примитивных масляных лампах и для пропитки факелов. Ну а перегонный куб в то время уже изобрели - так что имея большое желание, можно получить три бочки бензина (заправлять им автомобили наверное, было бы издевательством над техникой, октановое число черт знает какое - но гореть должно хорошо). А если взять еще щелочь (едкий натр), смешать с глиной (окисью алюминия) и растворить в бензине - то получится напалм. Вопрос лишь, сколько бы времени это заняло
   Наверное, можно было какой-нибудь катапультой забросить их на головы врагов. И что-то придумать с запалом, взять какую-то химию, чтоб на воздухе самовоспламенялась. Так бы и сняли в голливуде. Ну а у нас фантазия не такая богатая - и катапульта не пушка, это при осаде крепости можно упражняться, зарядил булыган, посмотрел куда полетел, поправил противовес и натяжение канатов, чем там меняли силу броска? А чтоб с первого раза попасть куда надо - это случай только в голливуд!
   Так что решили не мудрить. А сделать огненные мины - там, где враг пойдет на штурм с наибольшей вероятностью. То есть, у ворот. И еще одну - оставить на последний случай, в воротной арке. Подрыв - веревка, пропитанная керосином, как огнепроводный шнур. И снайперша Таня, с заряженными в винтовку бронебойно-зажигательными патронами.
   Тут стражники поймали каких-то подозрительных типов. Вообще, по жизни в город должна толпа набежать, со всех окрестных деревень, как привыкли при набеге татар за стенами прятаться - паны ведь тоже не упустят случай себе холопов наловить? Так что, внутри столпотворение, и хорошо что не зима, хоть в сараях и хлевах людей можно разместить. А вот с продуктами, скоро станет туго! Панам впрочем, тоже не сыто - такую ораву, несколько тысяч морд, поди прокорми!
   Оказалось - городские католики решили предать. Открыть ночью ворота - и посланцы должны панов о том известить. На стене повесить - да нет, слишком просто. И командир партизан говорит воеводе - хотят в открытые ворота войти, пусть войдут. Есть у тебя в страже доверенный кто? Пусть он посланцам шепнет, что тоже хочет переметнутся, и их отпускает. А мы гостей встретим!
   И диспозиция на следующую ночь - мины там же, у ворот десяток стражи, и Петруха с пулеметом. Ворота открыли, огонек горит - сигнал. Вот слышно, как несколько сотен сапог топают, и железо гремит - немцы идут. На бег переходят, в ворота врываются. Поджигай!
   Тут в сценарии эпизод "провод перебило", и типа "верещагин, уходи с баркаса"! Когда один из стражников, оставшихся безымянным (а может, ему все же имя дать? И ввести хоть короткий диалог, чтоб чуточку оживить? Что люди и в пятнадцатом веке так же свой дом, свою землю умели защищать - и были в общем, такими же как мы?) хватает факел и бежит к бочке в воротах, навстречу уже ворвавшимся под арку кнехтам. Петруха орет, куда - и зачем, из пулемета по бочке, будет то же самое, но без геройства. Но не знал стражник, что такое пулемет.
   Ну а дальше - вспоминаю виденную мной в бесконечно далекой жизни, печку-"поларис", из железной бочки сделанную. И надпись на стене рядом - напалм в печь не бросать, отбежать не успеете, идиоты! Что такое двести литров напалма, вы в кино могли видеть про вьетнамскую войну, примерно такой емкости баки подвешивались к "скайхокам". Нам, понятно, никто такое не разрешил, по правилам пожарной безопасности - но фанерная модель ворот и горсть магния на пленке выглядят не менее эффектно. И снаружи еще две таких бочки рванули - так что Петруха, в азарте поливающий из МГ-42, это перебор, по жизни из штурмующей колоны никого в живых остаться не должно! Причем по кодексу ландскнехтов, лучшие должны в первых рядах идти - так что от немецких наемников у панов лишь ошметки остались. Снято все? Ну а звуковые эффекты (крики паленой толпы) уже в Москве озвучим.
   А утром узнали - ночью убили пана Штеппу. Поселили его не в гостинице, а в "ректорском" гостевом флигеле на территории университета. Дверь не была взломана - и покойник был одет, то есть еще не спал, и открыл сам. Собака след не взяла, махоркой было посыпано (детективов начитались, сволочи!). Но работали явно не профи, а дилетанты!
   -С чего вы взяли? - спросил Зеленкин (учитывая личность убитого, дело сразу сочли политическим, в компетенции ГБ) - может, маскировались под неумелых?
   Ты что, смеешься, товарищ старший майор? Судя по следам, нападавших было двое-трое (явно больше одного). И господину Штеппе нанесли девятнадцать ножевых ран, в том числе и явно не смертельных - по рукам, то есть он еще защищаться пытался? И в прихожей все перевернуто и кровью вымазано. Когда профессионалу достаточно было, против безоружного и нетренированного человека (а нет никаких данных, что Штеппа чему-то был обучен), один миг, один удар, труп. И никакая "маскировка" не стоит риска в крови измазаться (то есть после от одежды и обуви придется избавляться, а это опять, следы), потери времени (а вдруг еще кого-то черт принесет, кто-то что-то услышит) - даже я бы, на месте убийцы, один удар, мертвая тушка, и исчезал бы немедленно. И ведь похоже (но это уже судмедэкспертиза покажет) что не добили сразу - потерпевший еще некоторое время жил, пытался ползти и встать, а может и кричал. Соседей опросили?
   -Так нет соседей. Квартира самого ректора, в другом крыле. Тут же, на втором этаже должен декан филфака жить, но его в Львове нет, должен завтра приехать. Еще домработница -но она в шесть уходит. И истопник - но лето же, печей не топят.
   Значит узнать, кто предложил гостя сюда поселить? Кто знал, что соседей нет? И отчего наблюдения не было?
   -Так было, но не круглосуточное. Проследили, с кем он встречался, куда ходил днем. И до квартиры проводили. Ну а дальше, с утра снова должны были взять под контроль. Милицейские посты стояли - на Мицкевича, и с другой стороны парка, на Чернышевского. Но не видели ничего!
   Так, лично у меня рабочая гипотеза - что товарищ Линник своих птенцов напустил. Пришли вечером студентики, выразить восторг и уважение профессору, он двери им открыл, ну а дальше - человека ножом резать психологически сложно, в первый раз. И утекли через парк, и в общежитие, или по городским квартирам - уж им-то тут все закоулки должны быть известны!
   А вот вопрос, зачем? Кому выгодна сейчас смерть бывшего ученика Грущевского?
   Ответ на этот вопрос мы получили уже днем. Зеленкин передал донесения агентуры - что среди студентов, и не только, ходят разговоры, что будто бы пан Штеппа к своей речи был принужден органами ГБ, под это его и выпустили (вот ведь, не зная, угадали, падлы!), ну а после он раскаялся и хотел повторно выступить с разоблачением. И его убили, чтоб такого не допустить. Бред полный - уж тогда проще арестовать повторно! Но попробуй убеди в том толпу?
   И ведь 28 августа сегодня. Три дня до начала занятий. Когда должны объявить, что со стипендиями и зарплатами. Беспорядки готовят, чтоб масла в огонь?
   Федоров, как узнал, то предложил вообще, закрыть университет к чертовой матери - временно, до особого распоряжения. Или, по крайней мере, "украиноязычные" потоки. Кому не нравится - тот нехай учится по-русски, бисова кровь!
   Ну нет, мы на такое пока не пойдем. А вот с гражданином Линником небольшой спектакль разыграем. Которого он от нас ну совершенно не ждет - никогда советская госбезопасность так не работала, мы ведь не какие-то "эскадроны смерти"? Помощь только нужна от местных товарищей - и чтоб не вышло в процессе, "своя своих не познаша", и помещение, совсем не похожее на казенное, ну и конечно, транспорт, "доджа три четверти" хватит вполне.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Оценка: 6.44*219  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Межзвездный мезальянс. Право на ошибку" С.Ролдугина "Кофейные истории" Л.Каури "Стрекоза для покойника" А.Сокол "Первый ученик" К.Вран "Поступь инферно" Е.Смолина "Одинокий фонарь" Л.Черникова "Невеста принца и волшебные бабочки" Н.Яблочкова "О боже, какие мужчины! Знакомство" В.Южная "Тебя уволят, детка!" А.Федотовская "Лучшая роль для принцессы" В.Прягин "Волнолом"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"