Савин Влад: другие произведения.

Текущая прода Мв-15

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Читай на КНИГОМАН

Читай и публикуй на Author.Today
  • Аннотация:
    16.01.2017. Коменты и оценки - в общий файл.


   Валентин Кунцевич "Скунс". Где-то в Китае. 24 сентября 1950.
   Мирно сижу на крылечке, смотрю на восход, который алеет.
   Мирный такой китайский городок - вроде, трупы с улиц уже все убрали? Погибших в процессе триумфального шествия Советской Власти - у нас в России было, как записано в учебниках истории, с конца 1917 по начало 1918 года, ну а тут наступило сейчас, нашими стараниями. И это ведь еще цветочки - отняли, поделили, порадовались. Ягодки, а то и просто арбузы-мутанты начнутся, когда плоды победы станут делить!
  
   На колах бунтовщики торчат
   Те, кого вчера мы изловили.
   Длинный-длинный протянулся ряд.
   Крайнему псы ноги откусили.
  
   Не воспевание жестокости - а точное описание духа китайской революции, наблюдаемой сейчас мной лично! Когда расстрелы это роскошь, поскольку патрон, вещь покупная, стоит дороже, чем человеческая жизнь - а оттого, изобретательность в способах лишения оной доходит до таких высот, что у сценариста голливудских ужастиков фантазии не хватит! Впрочем, если в этой реальности в СССР за каким-то чертом станут показывать такие фильмы, я буду смотреть их как забавную клоунаду. После того, что видел здесь.
   Не помню, кто из классиков, Герцен или Чернышевский сказал жене про ожидаемую революцию, "меня не испугают ни пьяные мужики с дубьем, ни резня" - что было бы, если этот интеллегент просвещенного девятнадцатого века здесь бы оказался и увидел как это выглядит в реале? "Русский бунт, бессмысленный и беспощадный" - так китайский еще страшнее: представьте пугачевщину в стране, где тысячу лет существовали ну очень негуманные традиции, как поступать с преступниками и врагами - да еще после сорока лет войны, и гражданской, и с внешним врагом. Когда любой "не наш", это покойник с гарантией: никто не будет с тобой разбираться, проще убить и забыть.
   Еще, я плюну в лицо любому, кто скажет о "переходе к социализму от докапиталистического общества". Поскольку даже у нас в семнадцатом Вождями были люди вовсе не "от станка и от сохи". Уровень образования значит очень много, а с этим в диких странах большой напряг. Хотите представить, что выйдет с "незаконченным начальным", но с большими амбициями, энергией, и обидой (очень может быть, справедливой) за свою голодную жизнь - вспомните булгаковский типаж товарища швондера: как я убедился, наиболее распространенный в КПК! А после из этого вырастет то ли Великий Мао, то ли Пол Пот.
   Лично я же сейчас смотрю на все это безобразие - чисто философски и практически. Вас не обидит услышать, что я считаю себя ответственным исключительно за жизнь, здоровье и благосостояние своих, к кому отношу население СССР, а также тех, кто с нами в одном строю, как мой протеже Ли Юншен и его "сипаи"? А на прочих мне глубоко наплевать!
   Сижу, природой любуюсь. Нервы успокаивает. Вполне понимаю самураев с их утонченным эстетизмом. И в уме сочиняю оправдания, которые дома товарищу Пономаренко предъявлю - благо что коммунистические лозунги заучить успел.
   -Товарищ Кунцевич, кто дал вам право творить произвол в захваченных деревнях? Самочинно создавать "комитеты защиты революции", отряды защиты революции, выдавать им оружие, и прямо побуждать бедноту к убийствам без суда и следствия? Причем во главе упомянутых "комитетов" нередко оказывались лица с прямо антисоветскими, мелкобуржуазными убеждениями
   -Товарищ Пономаренко, учитывая, что в данной деревне советская власть на момент вступления в данный населенный пункт моего отряда не была установлена, сознательной пролетариат, устойчиво стоящий на позициях марксизма-ленинизма отсутствовал как класс - то власть передавалась срочно избранному комитету из состава беднейшего крестьянства, которое безусловно является одним из вернейших союзников Советского Государства. Во главе комитета ставился один из представителей крестьянства, в наибольшей степени выразивший свои симпатии СССР - к сожалению, часто бывало, что в силу малой образованности члены Комитета не понимали всех тонкостей политики советского руководства. Комитет, как единственный законный орган власти в настоящий момент в данной деревне, осуждал и ликвидировал представителей класса эксплуататоров и их приспешников. При этом в силу местной специфики исполнителями казни допускалась излишняя жестокость.
   -Товарищ Кунцевич, вам известно, что решение о полной ликвидации эксплуататорских классов в Китае не было принято ни ЦК ВКП(б) ни ЦК КПК? Так на основании чего вы проводили свой политический курс, без консультации с ответственными представителями указанных огранов?
   -Товарищ Пономаренко, в связи с острой военной обстановкой и пребыванием нашего отряда в глубоком тылу противника, провести консультации с ЦК ВКП(б) не представлялось возможным. Позиция же ЦК КПК и ее лидера Мао Дзе Дуна на текущей момент вызывает сомнения в плане ее соответствия политической линии СССР.
   -Товарищ Кунцевич, вам известно, что самосуды, грабеж и погромы, это методы мелкобуржуазные, кулацко-эсеровские либо левацкие троцкистские, но никак не большевистские. Партия сурово осудила подобные перегибы и не допускает их в практике социалистических преобразований в деревне в освобожденных странах Восточной Европы, в Корее и Маньчжурии. Вы троцкист, или мелкобуржуазный националист?
   -Товарищ Пономаренко, насколько я понимаю, речь идет о территориях, которые находились под контролем вооруженных сил Чан Кай Ши? Где Советской Власти до того не было и нет. Заверяю, и могу доказать, что с нашей стороны никаких случаев мародерства и жестокого обращения не допускалось. Воздействия на местное население осуществлялось исключительно методами агитации на собранных митингах. Ликвидировались, или брались под стражу, исключительно лишь вооруженные сторонники Чан Кай Ши - для недопущения их противодействия установлению Советской власти. К сожалению, вновь созданные Комитеты защиты революции в силу незнания последних решений ЦК ВКП(б), неправильного понимания значения социалистической законности и местной специфики излишне жестоко расправлялись с переданными им представителями эксплуататорских классов. Что нередко происходило уже после ухода отряда из данной деревни - так что противодействовать этому мы физически не могли.
   -Товарищ Кунцевич, были частые случаи, когда расправы с "врагами народа и революции" проходили буквально у вас на глазах, чему вы никак не препятствовали. Причем убийствами занимались не только уполномоченные вами члены комитетов и отрядов, но и совершенно посторонние люди!
   -Товарищ Пономаренко, это был народный энтузиазм, вследствие привлечения беднейшего крестьянства к активной политической жизни. Когда годами страдавшие бедняки расправлялись с кровососами-мироедами. И мы не препятствовали этому, считая, что во-первых, местным лучше известна степень виновности каждого, а во-вторых, не желая восстанавливать новосозданные комитеты против Советской Власти. Что имело немаловажное значение, так как исключительно с разрешения вновь созданных органов власти мы могли использовать местные ресурсы для пополнения запасов отряда.
   Ну и так далее. Забегая вперед, скажу, примерно по такому сценарию и с похожими тезисами, мой отчет и протекал. И вломил мне в итоге Пономаренко совсем за другое - а по политической части в резолюцию вписали:
   -Тов.Кунцевич, находясь на территории, контролируемой войсками противников Советской власти, приложил максимум усилий для выполнения поставленной задачи, а также для насаждения Советской власти в населенных пунктах, активно привлекая беднейшие слои крестьянства к участию в политической жизни и к созданию вооруженных отрядов, способных вести борьбу со сторонниками режима Чан Кай Ши. В ходе рейда товарищ Кунцевич не уделял должного внимания политической работе среди бойцов, однако привлек к руководству отрядом наиболее подготовленных китайских товарищей с целью повышения их военной квалификации и политической сознательности, а также привлекал их к агитационной работе среди местного населения. Однако, во избежание эксцессов, впредь по мере распространения влияния ЦК КПК на новые территории необходимо усилить политическое воспитания членов Комитетов защиты революции и прочих сочувствующих китайских товарищей, а также приложить усилия к повышению их грамотности.
   Но было это много позже. А пока - сижу, курю, пользуюсь привилегией Важного Лица, ничего не делать. Поскольку здесь принято, что каждый должен быть чем-то занят, а пребывать в праздности может только очень большой человек. Ну а поскольку больше меня в этом городишке (как и в паре соседних, куда мы уже наведались) никого нет...
   На соседней улочке женщина кричит истошно. Да, баб и дочек "врагов народа" жалко - как их после, толпой... Повезло тем, кто покрасивше, кого наши себе отобрали - и Ли Юншен тоже выбрал какую-то. И мне предлагал, так я отказался, тут запросто какую-нибудь заразу подцепишь, лечиться как? Ну и китаянки совсем не в моем вкусе! Может и впрямь, в Союз вернусь, какую-нибудь себе найду, из тех Анечкиной команды? Остепенюсь, деток заведу - и на службу буду ходить как в офис, с девяти до шести?
   Я ведь отчего домой не спешил? Не признаюсь никому - что напоследок гульнуть захотелось. Поскольку намекали мне сверху, что как вернусь, получу назначение в центральный аппарат, как наш "кэп" Большаков или его бывший зам Гаврилов. А там, наверху, да еще в сталинское время - я лучше через минное поле проползу с осторожностью, этому меня, по крайней мере, хорошо обучили! Тем более что мы, "инквизиция", хоть погоны и носим, но ближе к ведомству Абакумова, чем к армейцам - а что с этими ребятами стало в нашей истории, как Иосиф Виссарионович помер? И сколько ему в этой истории осталось - три года, пять, десять - ладно, Хрущев в Средней Азии сидит и в Москву хрен попадет, а прочая кодла? А жить мне хочется - вот знаю, что ни по какому "несправедливому обвинению" в ГУЛАГ не пойду, прятаться буду, а если придется, то и убивать, своя жизнь дороже! Так что многие лета товарищу Сталину - и чтоб мне на своем месте остаться, "полевого командира", тут я ни бога ни черта не боюсь, вот это - мое!
   Так что, уйдя с авиабазы, на законном основании воспользовался правом на "свободную охоту" разведывательно-диверсионной группы, выполнившей основное задание. Вышли мы 15 сентября, и девятьсот километров пройти, могли бы уже дня через четыре быть у наших! Но шли мы, петляя и задерживаясь в городках и деревнях, как партизан Ковпак в немецком тылу - и не было вокруг немецких карателей, у американцев в Китае "валентных" войск нет, а гоминьдановское воинство, какие-то ли банды, то ли отряды соседних "енералов", дважды повстречав, мы разгоняли, не сильно напрягшись и без заметных потерь. Так что сегодня, 24 числа, мы еще от фронта километрах в трехстах.
   И кажется, Центр смирился? По крайней мере, больше не требует нашего скорейшего выхода, зато исправно принимает наши доклады, об установлении Советской Власти еще в одном районе (или уезде, как они тут называются). На карту смотрю, на ней за нами как красная клякса расползается, отмеченная красным карандашом... или кровавое пятно? Ведь Верховного правителя над всей территорией мы не оставляли - исключительно, местного масштаба. Впрочем, назначили бы одного из них, ничего бы это не изменило. Поскольку реальная власть тут, это наши две сотни штыков и пять единиц бронетехники - а у любого из местных спросят, ты кто такой и по какому праву вперед лезешь? И будут тут еще разборки, кто круче - однако для Чан Кай Ши эта территория напрочь выпадет из "кормовой базы", зато будет головная боль усмирить. А другой выгоды для нас, СССР, и не надо. Что до мирных китайцев, кому в этой раздаче будет суждено... ну так погулять успели, и счеты свести, так что и помирать не страшно!
   Сижу, воздухом дышу. Смотрю на чистое мирное небо, слушаю пение птичек. Как комариный зуд... да это же самолеты, и много! Ой, не зря еще вчера неприятности чувствовал, пятой точкой.
   -Тревога! Воздух! Всем укрыться!
   Что есть для спецназера главное? Не стрелять с двух рук и лихо кулаками махать. А прежде всего, головой думать.
   Мне Стругацкий рассказывал, японскую притчу (или реальную историю, бог весть). Было у старого самурая три сына, и вот решил он проверить, насколько они достойны. Велел им зайти в его комнату, по очереди - и над шелковой ширмой, заменяющей у них дверь, положил подушку. Старший сын, по прогибу ткани сообразив, что там что-то лежит, рукой подушку снял и вошел. Средний не заметил - но успел на лету поймать. А младший получил подушкой по башке, но прежде чем она упала, успел разрубить ее мечом. И сказал тогда отец старшему - ты уже вступил на путь самурая; среднему - тебе еще надо учиться; младшему - а ты, позор нашего рода!
   И у американских рейнджеров из времен из войны за независимость свой Кодекс был, кажется из двадцати четырех правил. Вроде - "можешь сколько угодно врать посторонним, но своему брату рейнджеру расскажи как все было, поскольку это ценный опыт, возможно что кого-то спасет". А первым правилом стояло - "никогда и ничего не забывай".
   Это я к тому, что звоночек для меня не сейчас прозвучал, а гораздо раньше. Что-то над нами разлетались, неизвестно кто - поодиночке, или парой, пройдут на высоте, или даже снизятся, над занятой нами деревней, как в последние два дня. Не стреляют, не бомбят, лишь пролетят - ну значит, разведчики! А разведка, это лишь этап первый, что за ним последует?
   Ну я и распорядился, вчера с утра еще отправил нашу бронегруппу (два БТР с зенитками в кузовах), и с ней взвод китайцев на "джихад-мобилях" ("доджи" с крупняками) под командой Мазура в соседний городок, километрах в пятнадцати, где мы уже побывали. С задачей - когда "мустанги" прилетят, устроить салют из всех стволов, и местных тоже запрячь, чтоб тоже по улице бегали и стреляли. А в нашем расположении все машины или под деревьями, или в сараи загнали - укрыть постарались, как могли. И чтоб не стрелял никто - а по команде, все укрывались. Мазур отыграл на все сто - по его докладу, один из "мустангов" уходил с дымом и снижением, но падения не видели. Вчера же вечером в наше расположение вернулись. Ну и, помня как нас на авиабазе окопы выручили, местных китайцев напрягли, чтоб они щели отрыли - места самолично выбирал, чтоб и для укрытия, и для обороны сгодились.
   И заодно Ли Юншену выговор сделал. Что ты, как тот младший самурай - до капитана тебе еще расти! Поскольку это сержанту еще простительно, "прикажут, буду делать, не прикажут - пойду по бабам". А был бы ты настоящим офицером Советской Армии, с фронтовым опытом - то это ты должен был сообразить, и приказы отдать, а не я! Что значит, "вы начальник", у тебя язык есть, если не самому приказать, то мне предложение внести? Ну что ты блеешь и смотришь на меня собачьими глазами - вот китаезы, в мозги у них вбито, что в присутствии вышестоящего, собственная инициатива, и даже соображение отключается напрочь! Как биороботы - программу ввел, исполнено, забыл ввести, полный песец!
   Посты бдили - это мы в них крепко вколотили, за самовольную отлучку или сон, выговор с занесением в зубы и грудную клетку. По трое с пулеметом, на краю нашего расположения, окопавшись и замаскировавшись, и дежурные расчеты у зениток (было у нас, я напоминаю, два полугусеничных БТР с "эрликонами", еще два утащенных с базы "бофорса", и больше тридцати крупнокалиберных "браунингов" - хорошая машинка, не хуже нашего ДШК). И сигнал "тревога" - дневальный возле нашего "штаба" бил палкой по подвешенному железному листу - успел пройти за какую-то минуту до того, как на нас обрушились штурмовики.
   "Мустанг" был самолет опасный, вот только с боевой живучестью у него совсем плохо, брони почти что нет - потому амеры ставку делали на скорость и внезапность, не могли они непрерывно землю утюжить, как наши "илы". Конечно, от снаряда "бофорса" никакая броня не спасет, а вот от пехотной стрелковки, помогла бы! А у нас стреляли в небо даже из "калашей". Но лучше всех себя показали расчеты зениток, которых мы натренировали еще перед выходом в рейд, по корейской системе - стрельба по бумажным мишеням, подвешенным на дерево, затем скользящим по тросу. И частые учения уже во время похода, когда ствол без выстрелов наводили по пролетающей вороне. Одного "мустанга" ссадили на пикировании и он врезался в землю. Второй отвалил, дымя, и потянул на юг. Остальные шарахнулись в стороны, и вторая атака была уже с осторожностью и с большей высоты. Зенитчики и тут сумели достать одного, падения не видели, но явно подбили. После чего "мустанги" вышли из боя.
   В городке сгорело с десяток домов. У нас были потери, минимум три автомашины, по людям уточняются, у одной из зениток близким взрывом бомбы побило расчет, но пушка могла стрелять. Ловили бы ворон, не маскировались, не рыли щелей - все было бы намного серьезнее. А передышка была короткой - приближалась вторая волна самолетов, и их было много!
   Только силуэты знакомые! Не бомбардировщики - "дугласы"! Знаю, что у нас, по бедности, их и как бомберы использовали в АДД, но американцы в таком уж точно не замечены! Тогда - это десант, что еще может быть? Ли Юншен, твою мать, живо твоих из щелей - эти бомбить и стрелять не будут! Собраться по подразделениям - подготовиться к отражению воздушного десанта! С нашими, насколько было бы легче - в Советской Армии для пехоты с "калашами" упражнение "стрельба по парашютистам" входит в число обязательных задач курса БП, ну а из ППС, что у наших китаез, по воздушной цели стрелять, лишь патроны зря жечь!
   Прыгают грамотно - двумя волнами. Поскольку десантироваться на населенный пункт - хуже этого, только на скалы! В иной жизни в "прекрасном будущем", годах кажется в восьмидесятых, были учения в Тульской дивизии ВДВ, высадка на полигон, имитирующий городскую застройку. Так потери, сколько там покалеченных было, признали совершенно неприемлемыми! Профессионал на "крыле" (или группа таких профи) может с высокой вероятностью хоть на вершину Эльбруса спуститься - но вот для массового десанта даже этот китайский городок будет проблемой: сколько людей еще до вступления в бой себе ноги-руки-ребра переломают? Считая что скорость при приземлении, пять-шесть метров в секунду - а теперь представьте так на крышу а затем с нее наземь, даже с высоты второго этажа? При том что у десантника еще и на себе навьючено килограммов двадцать, не считая оружия - все его тылы.
   Так что будь я на месте их командира - приказал бы схоже: основные силы высаживаются на поле у окраины (и безопаснее, и быстрее собраться по подразделениям), а рота самых отчаянных и умелых, прямо нам на головы (заранее приняв более высокий процент потерь, в том числе и небоевых), чтобы связать нас боем и открыть дорогу остальным. У американцев же силы разделили примерно поровну - в каждой волне, не меньше батальона (и каждая, числом больше, чем всего у нас бойцов!). Хорошо еще, что вчерашняя уловка сработала - как мы позже узнали, треть десанта американцы сбросили над соседним городком, тоже после бомбежки и обстрела - вечная память тамошнему "комитету защиты революции", да и всем жителям вообще.
   -Автомат возьми - ору Стругацкому - и держись у меня за спиной, не геройствуй!
   Вот писатель - не понял еще, что дело запахло керосином, с любопытством смотрит! Что есть гут - может, в книжку вставит, да и вообще, впечатления пригодятся, первый настоящий бой... если в нем выживет! Хорошо, ППС в штабе нашелся - с ТТ лишь в помещении работать можно, а в полевом бою, только застрелиться! И какое-то число десантников до земли уже неживыми долетят - что с парашютистом делает 40мм снаряд "бофорса", представляете? Да и после крупнокалиберной пули, если ты всего лишь тяжелый "трехсотый", то тебе сильно повезло! Но много их, сволочей!
   -Юншен, твою мать - еще пару пулеметов на южную окраину! Кузьмич - живо к себе, врежь минометами по рисовому полю! И готовься дать залп РС, на последний случай! Скорее, мать вашу, время пошло!
   В "виллис" запрыгнули и умчались. Должны успеть до того, как эти приземлятся! Карту окрестности я в памяти держал - в первый же день осматривал лично, раз уж мы решили тут немного передохнуть и технике обслуживание сделать! Рисовое поле, это вовсе не наш луг, там воды по колено, а то и по пояс, и ноги вязнут, не побегаешь и не проползешь! И если американцы этого не понимают - то тем хуже для них: там один пулемет в окопчике, это очень серьезная проблема, автоматами не подавишь, гранатой не достанешь, и даже если есть с собой станкачи и минометы, негде их установить! Но для того часть десанта на городок и сброшена - наши позиции на окраине взять, и дорогу с поля расчистить! Так что - кто кого?
   Парашютисты уже низко совсем! Хорошо, не знают нашего трюка с гранатой в стакане: если "лимонку" просто кинуть, она рванет, до земли не долетев, ну а если в посуде, кольцо сдернув - то лишь когда стакан разобьется о землю. От нас не только зенитки, крупняки и ПК, уже и "калаши" стреляют - и я не удержался, по одному пиндосу отработал, увидеть успел, как он на стропах обвис. И на окраине пулеметы бьют - было их там два, с крайних постов, всего шесть китайцев, но окопчики отрыты как положено, и запасные позиции, и ход сообщения (не в полный рост, но проползти). Не завидую американцам - быстро дистанцию не сорвать, а под пулями в полный рост, это самоубийство, и кто раненый упал, захлебнется. Если только не "свезло" какому-то числу пиндосов приземлиться вблизи наших пулеметов, и они решатся на отчаянный бросок, не считая потерь - а еще хуже, если у кого-то базука окажется! Тогда нам будет очень погано!
   Бой идет уже по всему городу! Амеры приземлились - и вояки они куда лучше чем чанкайшисты! Хотя в десанте другие не выживают - там отступления нет, или ты победишь, или тебя похоронят! А эти, как мы очень скоро поняли, были зело упорны и обучены! Нас спасала лишь командная игра - слаженно действовать отделением, взводом, вот хорошо, что у нас в программе тренировок (даже для китайцев) уже был "пейнтбол" - не совсем аналог того, в иной истории, сумели уже тут изобрести патроны с краской, заряжаемые в гладкоствольный помповик или револьвер (не получается пока, чтоб из нарезного ствола и в автоматическом режиме). Конечно, это не панацея, и даже в какой-то степени вредные привычки формирует, как например укрываться за кустом или тонкими досками, как за броней - в боевом уставе специально разделены "укрытия от наблюдения" и "укрытия от оружия", так краскострельщики их не различают совсем - а если это в "автопилот" войдет, то может стать смертельным! Но тут еще помогло, что у американцев были в большинстве, "шприцы", пистолет-пулеметы М3, машинка неплохая, раз в той истории на вооружении еще во время "Бури в пустыне" 1991 года состояла, для экипажей боевых машин - но с прицельной дальностью меньше ста метров и низкой пробивной способностью пули, даром что 45й калибр! Так что выходило у нас отбиваться - там, где наши во главе команды: грамотно менять позиции, выбирать цели - или сосредоточенно давить уже севших, или же, лишь прижав огнем тех кто на земле, бить летунов на последних метрах. Хуже приходилось там, где нашего командира убили - тогда китайцы сразу, кто куда, каждый сам по себе, или же, если сержант оказывался с инициативой, все вместе вцеплялись в одну цель, да только не всегда ту, что следовало бы!
   Но пулеметы на окраине стреляли! Вот уже и минометы к ним присоединились - жив Кузьмич, воюет! Ой, не завидую тем пиндосам, кого на поле прижали - им теперь, коли жить хотят, лишь присесть и нырять, голову выставил, вдохнул и снова! В вонючей водичке купаются - поскольку по той же местной агрокультуре, основное удобрение, это дерьмо, так что когда мимо поля идешь, пахнет как из сортира! Только бы наши продержались - а на месте командира тех, кто приземлились на город, я бы приказал, любой ценой наш заслон подавить! И похоже, он так и распорядился - судя по тому, что стрельба перемещается как раз в направлении южной окраины! Куда Ли Юншен пропал, сцуко? Ведь если сейчас тут, в центре, станет легче - то это совсем не повод радоваться, наоборот, сейчас драка по-настоящему и начнется!
   Тут совсем рядом появился противник, и мне, вместе с Дедом и Репеем, пришлось вступить в бой, еще с нами десяток китайцев. Посылаю Стругацкого держать тыл - участок необходимый, но сейчас наиболее безопасный - и бью из "калаша", еще троих ссадил хорошо! Но этих набежало наверное, десятка два - дом их что ли притягивал, приметный, и красный флаг на флагштоке - видно, что штаб! Нас выручал крупнокалиберный "браунинг" на джипе, и то, что у врагов был лишь один пулемет, не выдержавший дуэли - пуля 12.7 любое подручное укрытие пробивает. Мы погасили шестерых автоматчиков - но и у нас Деда зацепило, хотя он продолжал стрелять, и трое китайцев умолкли совсем. И что хуже, замолчал "браунинг", на котором сосредоточило огонь сразу несколько американцев. Но к ним подбегали новые, а это было совсем плохо!
   Диспозиция: наш дом на краю площади (главной, в этом городке). Янки постреливают с противоположной стороны, меняя позиции (ученые, после знакомства с крупняком), но это хоть и беспокоило, не было слишком опасным - открытое место метров на восемьдесят, под огнем не перебежать, и гранату не добросить. И накапливались уже на этой стороне улицы слева и справа, а это уже было серьезно.
   -Командир, с той стороны, похоже, по-немецки орут! - говорит Репей - на нас что, фрицевскую шваль бросили, какую не жалко?
   Ах ты! Слышали мы, что есть у пиндосов наемники для грязных дел (а вы думали, "блеквотеры" лишь в конце двадцатого века появились?). И что немало бывших нацистов, как и в иной истории, попало туда на службу. Но в Китае вроде не было их до того? Пожалуй, надо хоть парочку живыми захватить, как доказательство грязной пиндосской игры. Если конечно, сами уцелеем.
   И тут ударил наш замолкший было "браунинг" на правом фланге - длинной очередью, не жалея ствола. Послышались крики, даже сквозь рев пулемета я различил что-то вроде "шайзе!", кто-то бросил гранату, она не долетела, взорвавшись в соседнем же дворе. С той стороны площади стали стрелять, но безрезультатно, это для АК сто шагов смешная дистанция, и ППС дотягивается, а из "шприца" не достать, и мы в окопчиках, а они в домах и сараях, или за заборами засели, "калаш" это пробивает легко. Так что с фронта огонь быстро ослаб - а наш крупняк взревел снова, поливая огнем соседний двор.
   Переползаю, смотрю - и вижу за пулеметом Стругацкого. Вот прилетит сейчас пуля-дура, и не станет у нас будущего светила советской фантастики - это обо мне не пожалеет никто. Прикидываю, что если выскочить из окопа и сразу за тот куст, затем ползком, можно почти что к колесу джипа попасть, почти не светясь. Репей, прикрой - я пошел!
   Минута - и я на месте. Злой - но сначала разобраться надо, где противник? Вижу четыре тела посреди двора рядом, и еще кто-то за досками лежит. Дохлые - после крупняка раненых не бывает, поскольку в тело или голову, это "двухсотый" без вариантов, в руку или ногу - ампутация, и живой останешься, лишь если немедленно на операционный стол попадешь.
   -Они близко подобрались! - говорит Стругацкий - я их и полил. Как из шланга - по всему, что шевелилось. Когда ленту менял, было страшно - вдруг они сейчас поднимутся и наскочат?
   Повезло тебе, писатель - с первой ленты всех положил. Или не разобрались там, что ты у пулемета один - в нормальном же расчете, второй номер, видя что лента подходит к концу, уже держит наготове следующую, и заправить ее при хорошей тренировке, одна-две секунды. И явно не герои с той стороны - умелые, но о своем выживании думают больше, чем о выполнении задачи. Сгоняю Стругацкого с машины, сам всматриваюсь в дворы справа - но никакого шевеления не вижу.
   И тут на улицу откуда-то высыпает толпа. Местные, вооруженные кто чем, и "комитетчики защиты революции" впереди, эти с американскими винтовками (которые мы и подарили). С той стороны улицы по ним начинают стрелять, и кто-то падает - но тут уже мы поддерживаем огнем.
   -Держи! - ору Стругацкому, кидая ему свой "калаш" - справа прикрывай!
   И разворачиваю пулемет на площадь. Высаживаю почти всю ленту, перенося огонь - по вспышкам выстрелов. Затем прекращаю - потому что толпа уже на площади. Наконец и слева появляется "кавалерия из-за холмов" - бронетранспортер с зениткой, за ней бежит до взвода "наших" китайцев. Двадцатимиллиметровые очереди крошат заборы и строения, в ответ выстрел из базуки, и БТР горит. Но толпа, которую враг счел менее опасной, успевает рассеяться по дворам - стрельба становится хаотичной, раздаются крики, и торжествующие, и истошные вопли, словно кого-то сажают на кол. И бой на нашем участке как-то сразу кончается.
   Зато слышу, как работают наши минометы. И пулеметы на окраине все стреляют - короткими очередями, прицельно. А в городе все тише - кажется, этот бой мы выиграли!
   Площадь перед нашим штабом усеяна телами. Не противника - местных.
   -Истинно сознательными оказались - говорит Стругацкий - погибли за свою революцию, за социализм!
   Ну-ну, думай так - и оставайся в неведении, тебе же еще правильные книжки писать, для наших советских людей! Я же считаю, что китаезы бросились добивать слабейшего, увидев куда клонится чаша весов - ценя возможность затрофеиться даже больше, чем свои жизни! Мы бы проигрывали - они точно так же стали бы бить нас. Но вслух я это не скажу - и ранимой души Аркадия жалко, и он же опять к Бородаю, нашему особисту, с доносом на меня побежит! Не знает, дурачок... вот ей-богу, как вернемся, обязательно гитару возьму, в его присутствии, пока еще неизвестную здесь песню Высоцкого исполню, со словами (глядя в глаза нашего великого писателя) - "кто мне писал на службу жалобы? Не ты - да я же их читал!". Ты пока запомни, еще раз мой приказ нарушишь и вперед вылезешь, обязательно физическое внушение сделаю - и бить буду аккуратно, но сильно!
   А пока что, надо нам ноги уносить из этого гостеприимного городка. Трое с половиной суток на одном месте, это выходит уже слишком много. Отдохнуть хотели - а что вышло...
   Мы потеряли почти половину батальона - в строю осталось семнадцать советских и сто двенадцать китайцев. И сорок шесть раненых, в том числе тринадцать тяжелых (включая шестерых еще с базы, еще двое умерли уже!). Уничтожены бронетранспортер и шесть машин, еще четыре наши умельцы берутся быстро отремонтировать, благо что запчасти есть. Ли Юншену чертовски повезло - он на том БТРе ехал, в последнюю минуту соскочил, и с взводом в пешем строю. Ну, иди сюда, я тебе за инициативу и смелость благодарность объявлю, при всех. А теперь, наедине и неофициально - тебя чему учили, придурок? Это в поле такой боевой порядок оправдан, броня впереди, пехота за ее корпусом кучкуется, прячась от огня. А в населенном пункте наоборот, отделение по одной стороне улицы и дворам, отделение по другой стороне, а броня позади держится и огнем прикрывает! Ты технику по неумелости погубил, и экипаж - из четверых в БТР, трое погибло, один раненый. Нет, виниться не надо - ты выводы сделай, герой! Чтоб до конца нашего похода, снова на грабли не наступать.
   Да, и прикажи своим - чтобы хоть пару америкосов, живыми! А то местные никого нам не оставят. Судя по крикам - те пиндосы, кому повезло бой пережить, сейчас завидуют погибшим. Тащи сюда всех, кого еще не успели прикончить - отберем самых осведомленных и благоразумных, а прочих вернем населению для продолжения процесса.
  
   Ли Юншен, командир отряда.
   Великий и многомудрый Конфуций учил, что основа и высшая добродетель, это послушание. Дети слушаются отцов, жены - мужей, простые люди - чиновников, солдаты - командиров, чиновники и командиры - правителя, и правитель - богов и предков! Когда все послушны, то в государстве порядок, процветание и покой. Когда же кто-то забывает о своем долге - начинается смута.
   И если ты беспрекословно слушаешься того, кто выше - то тебя не могут ни в чем и обвинить.
   А если Отец (будем называть так того, кто стоит над тобой) приказывает тебе неправедно и жестоко - то его за это покарает Небо. Ибо такой человек не может обладать должной почтительностью к своим Отцам.
   Но Высокомудрый командир Скунс, подобно отцу, который заботливо наставляет неразумного сына, ответил - с богами и духами предков ясно, ну а люди разве всевидящи? Как вот он сам, верный слуга Императору Сталину, в этом сражении самолично решал, не ожидая ничьей высшей воли. И даже на поле боя, это в очень давние времена солдаты должны были просто идти строем за офицером, теперь же самый лучший командир не в состоянии отдавать каждому рядовому подробные приказы, куда ему ложиться и куда стрелять. И вообще, в Советской Армии, с победой прошедшей по половине мира, принято, что победителя не судят.
   -Ты капитан, пусть пока и "авансом", или кто? Храбрость и послушание достаточны для рядового. А офицер должен еще и думать. И решать, и отвечать за свои решения. Помня, что "преступное бездействие", это тоже поступок, караемый трибуналом.
   Где границы дозволенного? Скунс снова посмотрел на меня как на неразумного, и ответил, что я волен делать все, что в моем понимании необходимо для победы. Ограничений лишь два - первое, обязательное, это явно выраженная воля вышестоящего командира, когда прямо сказано, сделать что-то и указанный срок, или не допустить того-то. А второе, это общие правила тактики, отрабатываемые на тренировках, наивыгоднейшие в битве, "ведь не ходите же вы на руках"?
   -Ходим - отвечаю я - не вы ли нас учили, в городе передвигаться согнувшись. "чтобы рукой в любой момент можно было коснуться земли"? И на учении, приказывали сержантам бить бамбуком тех, кто движется неправильно? Или в лесу, перемещаться "по-обезьяньи", на всех четырех (прим.авт - способ вьетнамских партизан в джунглях ночью. Сначала рука осторожно ощупывает выбранное место на предмет безопасности и тишины, затем нога подставляется к ней вплотную - и все повторить. По уверениям американцев, при должной тренировке абсолютно бесшумен - и позволяет пройти даже сквозь минное поле, в темноте, не снимая мин).
   -А это уже тактика - отвечает Мудрейший - хотя, ты сам пример привел, когда правила меняются. Если по-обычному, не в бою, мы ходим как люди, то когда подкрадываешься в часовому ночью в лесу, лучше по-обезьяньи! Так поверь - то, чему вас обучали, это готовые рецепты на стандартные случаи в сражении. И нужно не только их заучить, но и понять, зачем - чтобы увидеть, если в каком-то конкретном бою выгоднее окажется поступить не так!
   Я был в смятении. Выходит, у советских за каждый свой поступок можно подвергнуться суровому наказанию? За то, что ты содеял не по своей воле, а по приказу (а в войске иначе и не бывет)?
   -Верно понял - усмехнулся Мудрейший - за каждое свое действие или бездействие, конкретно ты отвечаешь. А уж в какую сторону - от результата зависит. За победу - награда и чин. Наоборот - трибунал. Замечание, предупреждение, расстрел - хотя последнее, это лишь при тяжких последствиях, или твоем злоумышлении. Как например, если ты вступил в сговор с врагом, или к собственной выгоде что-то сделал, в ущерб победе! Так не ошибайся, и не предавай! Вот я - шесть лет назад лейтенантом был, и без единой награды. А теперь...
   Я почтительно склонил голову. Поскольку мне говорили, что Мудрейший приехал к нам из самой Москвы, где сам Император Сталин удостоил его личной аудиенции и благоволения. Что здесь он наравне с самыми большими советскими генералами - и сам, еще пребывая в молодых годах, без всякого сомнения, станет генералом. Значит, он добился такого, потому что в каждом бою находил самый лучший путь к победе? Подобно тому, как у нас когда-то, любой человек, сдав три ступени экзаменов, мог стать чиновником при императорском дворе?
   -Можешь считать так. Сдашь этот экзамен - взлетишь высоко: за товарищем Сталиным награда не пропадет! Не сдашь - ну, опять в батраки скатишься, от помещика палки получать. Выбирай!
   Нет, туда не хочу! А как отец хотел, экзамены сдать - и мне указывал. Военным стать - так если у советских, генерал выше чиновника?
   -Приказывайте, господин! Что я должен сделать самостоятельно? Готов учиться!
  
   Из протокола допроса. Записано по прибытии на территорию советской зоны, подшито к делу.
   Зачем спрашиваете - вы же видели у меня татуировку группы крови? Да, Ваффен СС. Восточный фронт, затем Франция, был взят в плен англичанами - ну вы же помните, "в Европе не было мерзавцев, которые Британия не жаждала бы взять к себе на службу".
   Нас погнали в Африку - надеюсь, вы не будете предъявлять мне счет еще и за диких негров, которых мы учили уважению к белому человеку? В конце концов, кто-то должен заниматься и такой грязной работой. И мы делали ее хорошо - там где мы прошли, больше не бунтовал никто, некому было! А после эти чертовы лимонники продали нас французам. Которые задались целью отомстить нам за то, что мы победили их в сороковом!
   Во Вьетнаме нас кидали во все дыры, затычкой. И относились, как к туземному персоналу - в городе даже не пускали в приличные заведения, "это для господ лягушатников, а не для бошей". Платили не валютой, как своим, а колониальными франками, на которые в увольнении лишь услуги дешевых шлюх можно было купить. И не скрывали, что мы тут лишь затем, чтобы сдохнуть во благо Франции, оплатив свои грехи перед ней. Французские части иногда меняли, офицеров тоже случалось, отзывали в метрополию - а мы должны были остаться здесь навсегда. Поскольку в победу над повстанцами и завершение войны в обозримое время, уже не верили даже сами французы! И для них было лучше, если мы вместо них сдохнем в этих проклятых джунглях!
   Когда-то нас было сорок тысяч. Или пятьдесят - не знаю точной цифры, я не штабист, а всего лишь ротный. Хватало на три дивизии полного состава. Сейчас же, судя по тому, что личный состав там разбавлен какими-то поляками, украинцами, латышами, хорватами, и даже французскими каторжниками, подписавшими контракт взамен тюремного срока, и все равно штат укомплектован едва наполовину - думаю, что нас осталось тысяч десять. Но парашютно-десантный полк был полностью немецким - тысяча человек, три батальона.
   Этой части не было раньше. Ее сформировали как штрафную - чем еще кроме расстрела можно напугать тех, кому и так суждено сгинуть в зеленом аду; однако даже до лягушатников дошло, что если расстреливать нас по каждому поводу, то скоро придется посылать в лес исключительно своих. И кто-то в штабе додумался, что парашютисты могут эффективно оказывать помощь блокированным гарнизонам. У нас не было почти никакой десантной подготовки - повезло тем, кому для ознакомления позволили совершить один, а то и два прыжка, а были и такие, кому лишь теорию прочли, как надевать парашют, за что дернуть и как ноги держать при приземлении. И это при том, что прыгать приходилось не в поле, а на лес. И никто никогда не искал тех, кто оттуда не вышел. Так что потери были, как на Остфронте. Даже хуже - ваши ведь просто расстреливали таких, как мы - а вьетнамцы в части казней столь же изобретательны, как их соседи-китайцы. А поскольку именно мы занимались самой грязной работой по усмирению их деревень - легко представить, что они делали с теми из нас, кто попадался живым!
   Так что когда нам сообщили, что американцы хотят нас нанять, это было как божий дар. Янки во Вьетнаме, это как небожители над грязью, у них карманы полны долларов, перед ними открыты все двери. Нет, американских солдат, участвующих в замирении, я не видел - но в тылу, особенно в городах, американцев можно было встретить очень часто, военных и штатских. Мы слышали, что всю эту войну Франция ведет на американский кредит - и дошло уже до того, что американская помощь поступает прямо сюда, минуя метрополию. У нас и у французов было американское оружие, обмундирование, снаряжение, продпайки, мы ездили на американских джипах и грузовиках - французскими были лишь часть техники, как например древние, еще довоенные танки и броневики. Может быть где-то есть и бедные американцы - но мы видели лишь богатых и довольных, сорящих долларами направо и налево. Если Америка в этой войне оказалась в стороне, да еще и неплохо нажилась на торговле со всеми - то это должен быть кусок рая на земле. Нам предложили американское гражданство, чистые документы, и по десять тысяч долларов на каждого - всего лишь за то, что мы рискнем еще раз. После того, как занимались этим уже шесть лет!
   Нас выдернули из Вьетнама где-то в десятых числах сентября, точно не помню. Дальше мы сидели на какой-то авиабазе где-то в Южном Китае, да, это была база ВВС США, охраняемая американскими солдатами, нас не выпускали за ворота и вообще, не рекомендовали без надобности вылезать из бараков, куда нас запихнули - но по пейзажу и растительности я думаю, что это был именно Южный Китай. Кормили правда очень неплохо, так же как своих - что после французов казалось изобилием! А вместо полковника Малэна - искренне желаю ему живым попасться головорезам из Вьетминя! - поставили американца, представившегося нам "подполковник Рон Николс". Но вряд ли это было его настоящим именем - прошу мне поверить, он не был строевым офицером, а из разведки, или еще какого учреждения. Ну просто видно было, что он мундир надел не так давно!
   21 сентября нам поставили задачу. Да, мы знали и про Синьчжун, и про банду Ли Юншена - в Ханое тоже можно и слушать радио, и прочесть газеты. И судя по тому, что эти якобы "китайцы" так легко разделались с гарнизоном, ну а янки хотели получить живым кого-то из их офицеров - это был как минимум, противник такого же уровня, как во Вьетнаме, "ударный" отряд под командой не местных, а инструкторов из русского осназа - самое опасное, что могло встретиться нам в джунглях! И французы еще пять лет назад обещали награду за живого русского, и половину - за мертвого. Так за все время никто не сумел ее получить - за живого; я слышал, что за убитого было то ли два, то ли три случая, и каждый раз потери были такие... Ну а если там был полностью русский осназ, это еще хуже - но какой у нас был выбор? Сгинуть в джунглях через месяц, через полгода, через год - или, если тебе повезет, лететь в Штаты свободным и богатым человеком? Не знаю как другим - но лично мне просто абсолютно нечего было терять!
   Хотя сомнение было. Перед выброской нам хотели сделать какие-то прививки, "от китайской лихорадки". Не знаю откуда, но пошли разговоры, что на самом деле это то ли медленно действующий яд, то ли бацилла чумы - ведь платить по десять тысяч каждому выжившему, это много даже для американцев? И был едва ли не бунт, американцы уступили. Яд ли это был, мы так и не узнали.
   Приказ был - действовать как мы привыкли. Нас сбросят над каким-то городом или деревней, там мы должны были убивать всех китайцев, а всех русских, и вообще, лиц европейского вида, брать в плен, за это полагалась отдельная плата. Мы были в американской форме без знаков различия, и оружие у нас было - пистолет-пулеметы М3, нам они казались хуже привычных МР-40, но в джунглях при бое накоротке удобнее "томпсонов" и "гарандов". Еще были базуки, по две на взвод, и пулеметы, наши МГ-42 - американский "браунинг-М1919", это просто дрянь! Никакого тяжелого вооружения и техники не было. Рации были по одной на батальон и еще у полковника Николса - причем радисты были не наши, а тоже откуда-то от хозяев.
   И когда нас грузили в самолеты - обычные Си-47, с китайскими опознавательными знаками, хотя пилоты, как я мог видеть, были белые, не китайцы - лично мне хотелось, лишь бы скорее! Или сдохнуть, или завтра лететь за океан белым человеком. А какой еще был выбор?
   Откуда взлетали "мустанги" не знаю, на том аэродроме я их не видел. Про Бомбу тоже, ничего не знаю и знать не могу.
   Герр следователь, прошу учесть, что я не нанес вашей стране большого ущерба. И всего лишь, выполнял приказ. Могу я рассчитывать не на расстрел, а на двадцать пять лет в вашем ГУЛАГе? Или же, готов отбыть весь срок, усмиряя каких-нибудь бунтующих туземцев, там где это нужно СССР!
  
   Анна Ахматова. Из неопубликованного дневника.
   Тема старая - страдания народа. Но пусть поэзия любить ее должна.
   Анна Лазарева сдержала свое слово - устроив мне "творческую командировку" на север. Я согласилась, не в последнюю очередь оттого, что еще в военные годы в обиход вошло большое количество стихов и песен, сочиненных "моряками Северного Флота", некоторые из этих творений можно было назвать талантливыми. Также, наведя справки у знакомых, я узнала, что именно там и в то время началась карьера Лазаревой - не только супруги одного из адмиралов, но и самостоятельной фигуры в советской властной верхушке. Мое любопытство было разбужено, тем более что иные из стихов производили впечатление написанными женщиной - однако сама Лазарева в беседе со мной свое авторство категорически отрицала.
   Кроме меня, в состав делегации Союза Писателей было включено еще несколько малозначащих фигур. Вплоть до некоего Ивана Ефремова, принятого в члены Союза недавно - при том что его открыто назвали "креатурой" все той же Лазаревой - и который пока не написал ничего стоящего, кроме немногих легковесных фантастических рассказов. Однако на его кандидатуре настаивал отдел пропаганды ЦК - так же как и на моей! - прочие же прошли по списку, представленному правлением СП. Чем этот фантазер заинтересовал верхушку Партии? Мне кажется, я нашла в итоге ответ - но о том скажу после.
   Летели самолетом, что было непривычно. Хотя в СССР и существует Гражданский Воздушный Флот, и теоретически, любой советский гражданин может купить билет, реально этот способ путешествовать остается намного менее популярен и реально доступен, чем железная дорога. Надо отметить, что организовано все было с удобствами, и даже комфортом - за что вероятно следует благодарить некоего товарища, прикрепленного к нашей делегации от отдела пропаганды; однако же в Молотовске (первый пункт нашей программы) я заметила, что имя Анны Лазаревой действовало как заклинание, оказывающее сильное влияние на ответственных лиц. Еще меня удивило, что среди этих лиц встречались и женщины - как мне сказали, начинавшие еще вместе с ней, в военные годы. Но наибольшее впечатление на меня произвел сам город!
   Конечно, я читала в газетах о "новом центре советского кораблестроения". Но я ожидала увидеть скопище бараков при заводе, с духовным миром обитателей как в известном романе Горького. В действительности же, судя по кругу нашего общения там, доля высокообразованных людей там была едва ли не больше чем в Ленинграде! Шестой год работал Северный Кораблестроительный институт - который в разговоре называли "университетом". Имелся театр, Дворец Культуры, Дом Офицеров, то ли два, то ли три кинотеатра; сам город выглядел вполне прилично, с кварталами многоэтажных домов, асфальтовыми мостовыми, уличным освещением, автобусами, парком культуры и отдыха. Но главное, что я увидела - особенно когда мы посетили завод! - что "коммунистическая сознательность" и "трудовой энтузиазм" отнюдь не являются пропагандистской выдумкой большевиков!
   Дальнейшие мои мысли возможно, возникли под влиянием разговоров с Левушкой, на которого большое впечатление произвели как последние статьи на тему "этнологии", так и изданная в СССР книга англичанина Тойнби. Но это очень важно - чтобы понять суть и место российской интеллегенции, к которой я причисляю себя!
   Есть два мировоззрения, даже две цивилизации. Первая, назовем ее "патриотической", провозглашает, "пусть умру я, но будет жить мое племя", в доисторические времена, "мой полис" в Древней Греции, "моя страна, моя нация", сейчас.
  
   Спина к спине, плечо к плечу,
   Жизнь коротка, держись приятель -
   Своею кровью заплачу -
   За то, чтоб вы смогли прорваться.
   Пускай сегодня день не мой,
   Зато друзья мои со мною -
   Мы справимся с любой бедой -
   С врагами, с чертом и с судьбою!
  
   Эта песня (которую я слышала за время поездки, даже в нескольких вариантах), чрезвычайно точно отражает этот взгляд. В том крайнем, последнем случае, когда речь идет о жизни всех, как в эту войну - если погибнет "мой полис, моя страна", то моя собственная жизнь не имеет смысла и цены. И не хочется, но надо идти, сражаться и умирать - за ту самую победу, которая "одна на всех, мы за ценой не постоим".
   В повседневной же жизни - вовсе не значит, что все, мыслящие так, это идеалисты-альтруисты, готовые кусок последний отдать ближнему. Но существенно, что на их взгляд, порядок, когда каждому обеспечен кров, пища, и конечно, безопасность, важнее абстрактной свободы! Пусть мне это обеспечат - кто, ну конечно же "справедливый добрый царь", сильное государство, а сейчас, Партия и Советская Власть; да, это сродни спокойной и сытой жизни скотины в стойле - но за забором вообще дикий лес, где выжить нельзя! Такие люди способны на бунт, если власть не выполняет своих обязательств, и на героизм, при войне с внешним врагом - но они даже попав на волю, тут же будут искать того, кто обеспечит им порядок - подобно тому, как беглецы за Урал от царского гнета, обустроившись на новом месте, тут же слали челобитную царю, прислать им воеводу и стрельцов! Мировоззрение, характерное прежде всего для деревни, провинции - то есть, в еще недавнем прошлом, подавляющего большинства русского народа! - но будет неверно назвать его "деревенским" мышлением, хотя деревенская патриархальность лежит в ее корнях; придерживаться его в массе могут и горожане, помнящие, кем были и во что верили их деды и отцы. Причем (особенно после большевистской революции, открывшей дорогу "кухаркиным детям") среди них могут быть (и нередко) вполне образованные, талантливые люди, достигшие больших высот. Лазарева - лучший тому пример; да и ее муж наверное, не был моряком-дворянином в каком-то поколении? Но важно другое - эти люди, кто угодно, но только не рабы, и телом, и духом!
   Вторая же система взглядов - "космополитическая". Возникшая прежде всего в среде интеллегенции и дворянства - когда известный ученый, художник, архитектор, да просто высокообразованный человек, или личность вроде князя Курбского, легко мог пойти на службу к соседнему государю, не считая это изменой и не видя особых обязательств перед местом своего рождения. В последние века развития промышленности и науки, стала широко распространяться по миру, прежде всего среди образованных людей. "Пусть погибнет мир - но будет обеспечена моя свобода". Поскольку все прочее - безопасность, кров, пища - образованному человеку подразумевалось само собой.
   Так вот, я воочию увидела в этом северном городе - место, где нет богемы, творческой интеллегенции (наверное, были отдельные представители, но нам они не были представлены)! И ничего, жизнь не остановилась - напротив, била ключом! Честное слово, я поначалу ощущала себя "товарищем Бываловым", вдруг увидевшим вокруг себя наличие доморощенных талантов! А вот мы, интеллегенты, без рабочих рук прожить не можем - и оттого, наша "свобода" предполагается лишь для своих, а "быдло" должно знать свое место! Но какое число богемы, по отношению к массе народа - учтите еще и большое количество названных мной "образованных деревенских", которые к богеме вовсе не принадлежат! - и как можно всерьез рассуждать о победе нашего мировоззрения?
   Это не удалось даже большевикам в семнадцатом - которые как раз по убеждениям принадлежали к "космополитам" (или интернационалистам, если угодно их название). Сталин же, судя по всему, строит именно Красную Империю - подобно тому, как после Робеспьера пришел Наполеон. В Полярном мне приходилось общаться с офицерами флота, мы даже посетили стоявшую там подлодку К-25, знаменитую "моржиху", ушедшую из Молотовска буквально за два дня до нашего приезда туда. Ее командир, Иван Петрович, показался мне воплощением галантности, а его подчиненные, гораздо больше похожими на гвардейских офицеров Российской Империи, которых мне приходилось встречать в петербургских салонах "серебряного века" - чем на большевистских краскомов из солдатни и матросни! Подобно тому, как офицеры Бонапарта, пусть и выходцы из низших сословий, очень быстро впитали в себя дворянский дух, став элитой своей империи - и судя по тому, что в эту войну в отличие от той мы взяли Берлин, дошли до Рейна, побеждали врага и на суше, и на море, эти люди в полной мере обладают военными талантами, вместе с образованием!
   Итак, мы становимся империей "патриотов". Которые многочисленны, умны, энергичны - и явно не собираются отдавать свою власть, как это позволил царь. Лида Ч. ослеплена ненавистью и не понимает, что ей противостоит вовсе не "толпа", не инертная покорная масса - и что пытаться перевернуть существующий порядок, это будет даже не преступление, а ошибка! То, к чему она призывает - при успехе (маловероятном, но предположим!) приведет к кровавому хаосу и смуте, когда никто, и мы в том числе, не можем быть уверены, что вообще выживем. Нельзя рубить сук, на котором сидим - единственным результатом ее стараний будет бессмысленная гибель, и не дай бог, не одной Л.Ч.!
   Потому что "патриоты", "деревенские" - никогда не примут идеи свободы, приводящей к нарушению порядка - если только жизнь еще не недопустимо плоха! Мы будем для них, в лучшем случае, "баре чудят", а в худшем, врагами и предателями, заслуживающими смерти! И простите, но мне совершенно не импонирует идея Л.Ч., "чем хуже, тем лучше", уж слишком это похоже на смердяковское "чтоб нация умная завоевала нас, нацию глупую, для нашего же блага". Да и Красная Империя стала мне казаться далеко не самым худшим в мире местом - тут вполне можно жить, в том числе и интеллегентному человеку.
   Кто-то будет вопить, что "Ахматова продалась"? Нет - я всего лишь увидела и поняла то, что недоступно им!
   Но я все же поговорю с Лидой, когда вернусь. И если она не послушает - что ж, пусть пеняет на себя!
  
   Юрий Смоленцев. Москва, 24 сентября 1950.
   Лючия пыталась влепить мне пощечину. Затем бросилась мне на шею, и разрыдалась. Любимые женщины - они такие. Особенно когда в положении.
   -На учения уезжал?! А у меня чуть сердце не остановилось, когда я в газете прочла!
   Она была уверена - что раз Генрих Гиммлер, то его охраняла целая армия фанатиков-нацистов. И еще американцы. То есть, операция была, по трудности и опасности - на том же уровне, как мы фюрера брали!
   Забегая вперед, скажу - что так и было в фильме "Объект 36-80", снятом в этой истории в 1962 году. Где был Гиммлер, ногой открывающий дверь в кабинет норвежского короля, и составляющий зловещие планы, совместно с американским послом - и его штаб, многоэтажный подземный бункер, "бывшая база немецких подлодок", где у каждой двери стоят автоматчики в эсэсовских мундирах, а в пещерах у причалов ждут приказ фашистские субмарины - а наверху база ВМС США, и во внешнем периметре американские морпехи, охраняющие "секретный объект". Городок и рыбацкий порт при базе - население, конечно, не знает о соседстве, но по улицам ходят громилы с повязками "асгарда", избивающие всякого, кто "не так посмотрел". Но входит в порт мирный траулер, с группой "песцов" - и в группе среди прочих, есть девушка-боец Анита, прикрывающая спину командиру - Лючия на съемках с аквалангом ныряла сама, без дублерш - хотя где это видано, чтоб мы обычными аквалангами пользовались, от которых пузыри наверх, но не показывать же секретную технику? Боевые сцены эффектные - как мы на базу проникаем под водой, по пути успев сразиться с акулами, и в бункере эпизод в стиле "Индианы Джонса", вражеские трупы штабелями, все горит и взрывается, а мы спешим назад со спеленутым рейхсфюрером, на борт судна, и в море выходим - шторм, волны, молнии сверкают - за нами гонится американская эскадра, но тут всплывает атомарина, успевает наших снять (как эпизод пересадки снимали, в бассейне, а на экране выглядит как шторм баллов в восемь, это рассказ отдельный)! Ну и конечно, морское сражение, и тонущий американский авианосец - и как водится, наши побеждают. Вот только когда в самом финале, главный наш герой (вроде как я) и "Анита" в Ленинграде по набережной идем - Лючия даже перед камерой целоваться с артистом отказалась категорически, пришлось похожую дублершу подбирать и снимать со спины.
   И не расскажешь ведь, что лично для меня самым трудным в том деле было после заниматься писаниной. Хотя отчет, написанный после дела каждым участником, это не бюрократия, а опыт -который тем пойдет, кто после нас. Но муторно - от руки писать, причем сначала начерно, сразу после, пока еще ничего не забылось, затем набело переписать - кто привык к компьютерной правке текста, тот меня поймет! Часть первую я набросал еще на борту "Электрона" - а оставшееся время перехода банально проспал. После того как "Воронеж" вступил нам в охранение, никакой угрозы с воды или из-под воды быть не могло. В сам Нарвик атомарина не заходила, сдав нас под конвой "Статному" и "Свирепому", а затем и истребители над нами стали летать. Так что можно было позволить расслабиться.
   И видели бы вы рожу рейхсфюрера, когда его уже в базе на палубу вывели, и он понял, к кому в плен попал! Вот только не было у него ампулы с ядом, уж это мы проверили. А нам забота, дорогих гостей сначала на гарнизонную гауптвахту везти, срочно освобожденную - вот порадовались гарнизонные "залетчики"! - а после на аэродром, после кому-то здорово влетело, что самолеты немедленно не были готовы. Везли конвоем, с бронетехникой, задействовав целый батальон морской пехоты в охрану и оцепление - в героизм асгардовского подполья, решившего отбить пленника посреди советской военно-морской базы не верилось, а вот попытка англичан или американцев рейхсфюреру рот заткнуть была вполне вероятна, выстрел снайпера, или взрыв фугаса, или нападение диверс-группы с базуками - так что бдили всерьез. В самолет запихнули, не "дуглас" а большой, четырехмоторный, сами погрузились - и на восток, в сопровождении четверки "мигов". Днем 22го сели в Кандалакше, дозаправились, и в ночь на 23 сентября уже были в Москве! Сдали клиентов конвою - Пономаренко лично нас встречал! - и отправились переписывать отчеты. После чего наконец свободны - ребятам в служебную гостиницу, ну а мне, как "москвичу", дозволено домой, даже машину предоставили - поскольку метро не работало уже.
   И было уже упомянутое бурное объяснение с Лючией. Демонстрация мне подрастающего поколения - а после схватила меня моя женушка за руку и потащила в спальню. После чего я понял, каково было нашему коту Партизану...
   История была год назад - когда на север хлопцы с ЧФ приезжали, по делам, и обмену опытом. И среди прочего, подняли вопрос, что неудобно, у черноморского морского спецназа неофициальное прозвище "Бойцовые коты", а талисман, между прочим, к этому названию самое прямое отношение имеющий - у нас живет! Котяра наш (бригадный талисман), которого я самолично когда-то подобрал за Вислой, когда мы сестру Рокоссовского вытаскивали (прим.авт - см. Северный Гамбит) жизнью доволен, усатую ряшку отъел на казенных харчах - на кухне жрет от пуза, на правах старослужащего, но и крыс давит, если попадутся. А с черноморцами пересекся, когда мы в сорок четвертом на Средиземке работали, и кот наш сумел немецкого шпиона поймать, история известность получила, вот и стали "Бойцовые коты". Только простите, хлопче, это наш кот, на довольствие занесен - и хрен мы его кому-то отдадим!
   -Так не о том разговор, мы ж понимаем! А вот если котят от него?
   И притаскивают аж полдюжины кошек - разной окраски, стати и пушистости, из Севастополя до Полярного везли! На любой вкус, какую выберет - или хоть всех сразу?
   -Чистые все - три месяца мы их к котам не подпускали! И после не дадим, пока не окотятся. Чтоб потомство - от вашего героя, без обмана!
   И кто додумался - выпустить к Партизану всех шестерых изголодавшихся по мужикам дам, одновременно? Считалось, что наш кавалер осмотрит, и выберет, как на конкурсе красоты, которая самая-самая... ага, такой мяв, и шерсть клочьями, в четыре швабры едва разогнали по углам, кто сказал, что кошки не дерутся, а лишь коты? Но после все ж не оплошал - пришло после письмо от севастопольцев, что целых два десятка котят родилось, и в талисманы оставить, и хорошим людям раздать, котяра нас во флотских кругах известен, так что потомство "того самого" - вот будут хозяева хвалиться, как в нашем времени победителями каких-то кошачьих конкурсов! У черноморцев даже на эмблеме, котяра мордой на нашего Партизана похож!
   Кстати, потопленный американский авианосец - был. Под норвежским флагом, тип "Индепенденс" - который пиндосы норвежцам продали и через Атлантику перегоняли. Вместе с крейсером, тип "Бруклин", вот юмор, тот самый, который в нашей истории стал аргентинским "Бельграно", и восемью эсминцами. Но на борту были лишь перегоночные команды, технику еще не освоившие толком, так что полностью боеспособной эскадру назвать нельзя. И рассказывал мне после Золотарев, как я с ним повстречался в Москве - задача была практически полигонной, в открытом океане, при свободе маневра, да еще с шестибалльным волнением наверху, когда кораблям уже оружие применять затруднительно, и даже полный ход не развить, а лодке все пофиг. Стрельба по сидячим уткам, плюс десять единиц на официальном счету. И почти четыре тысячи утонувших норвежцев и американцев (были там какие-то их представители и спецы), которых никто не спасал - с плотиков после сняли полторы сотни человек.
   "Асгарду" в нашей зоне пришлось худо. Мы люди гуманные - честно предложили, самим явиться и повиниться, и на ком крови нет, тому наказания не будет. Правда, при допросе оказывалось, что для того раскаяние должно быть искренним - а за искренность считалось, сдашь ты еще кого-то или нет? И кто повиниться не успел, а уличен - мы не виноватые, предупреждали - двадцать пять лет на стройках народного хозяйства, или высшая, если виновен в конкретных делах. Жестоко - так немецкие камрады из "эдельвейса" уличенных "асгардовцев" тут же ставили к стенке, невзирая на возраст и пол (женщины тоже бывали, или активными, или сообщницами, кто знали о деятельности мужей или братьев, и не донесли). Ну а мы были "добрым полицаем", нам же этой землей еще владеть!
   Пономаренко уважаю - дал нам три дня отдыха. Прямо как новобрачным. Насколько это было возможно - с четырьмя детьми, и нашими двумя, и Лазаревыми, и еще у Марь Степановны один. Спасибо этой доброй женщине - когда нам надо было уединиться, мы убегали в нашу квартиру, этажом выше - а весь "детский сад" обитал у Лазаревых.
   После был Ленинград. "Дело Чуковской" которым Пантелеймон Кондратьич озадачил мою жену. Ну а я был в обеспечении и охране - "надеюсь, от вас она не убежит, как от наших товарищей, прогуляться решила, а майору Прохорову взыскание".
   Но это уже другая история.
  
  
  


РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Н.Кофф "Зараза и Черт" (Современный любовный роман) | | С.Волкова "Сердце бабочки" (Фэнтези) | | В.Лошкарёва "Хозяин волчьей стаи" (Любовная фантастика) | | Е.Лабрус "В объятиях Снежной Королевы" (Современная проза) | | Н.Любимка "Страж Огня" (Любовное фэнтези) | | Н.Кофф "Просто так " (Короткий любовный роман) | | К.Юраш "Денег нет, но ты держись! " (Юмористическое фэнтези) | | А.Замосковная "Жена из другого мира" (Попаданцы в другие миры) | | Е.Васина "Крылья для Доминанта" (Романтическая проза) | | М.Эльденберт "Поющая для дракона" (Любовная фантастика) | |
Связаться с программистом сайта.
Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Е.Ершова "Неживая вода" С.Лысак "Дымы над Атлантикой" А.Сокол "На неведомых тропинках.Шаг в пустоту" А.Сычева "Час перед рассветом" А.Ирмата "Лорды гор.Огненная кровь" А.Лисина "Профессиональный некромант.Мэтр на учебе" В.Шихарева "Чертополох.Лесовичка" Д.Кузнецова "Песня Вуалей" И.Котова "Королевская кровь.Проклятый трон" В.Кучеренко, И.Ольховская "Бета-тестеры поневоле" Э.Бланк "Приманка для спуктума.Инструкция по выживанию на Зогге" А.Лис "Школа гейш"
Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"