# Продолжение "Фанфика по Оверлорду" 19.12.2020

Аноним Седрик

## Глава 4


Вечер следующего дня.

– Если верить докладам Ауры об окружающей местности, никаких контактов с другими игроками Иггдрасиля не было. Она сейчас пытается увеличить зону наблюдения до великих лесов на западе от Назарика. Также наш пленный по имени Нигун, видимо, был командиром специального подразделения Писания Солнечного Света Слейновской Теократии, – Альбедо положила лист бумаги передо мной.


– И всё? – сегодня она была особенно тихой и покладистой, ни словом, ни жестом не напоминая о вчерашней встрече и ведя себя столь безукоризненно идеально, что это невольно заставляло чувствовать подвох.


– Да, Момонга-сама, – кротко улыбнувшись и скромно сложив ручки перед собой, поклонилась девушка.


– Альбедо, это шутка? – пробежав содержимое листа взглядом, я не нашёл там ничего нового, помимо уже сказанного демоницей.


– Что вы имеете в виду, господин? – с совершенно искренним непониманием хлопнула жёлтыми глазками красавица.


– То, что он возглавлял одно из Шести Писаний Слейновской Теократии, мы с Шалти узнали ещё в деревне, – как маленькому ребёнку, принимаюсь объяснять девушке прописные истины. – Когда я велел допросить его, меня интересовало всё остальное, что он может поведать. Политические расклады внутри Теократии, состав и возможности других отрядов из Шести Писаний, сколько у них предметов из Иггдрасиля, подобных тому кристаллу, и есть ли что-то большее? Имена правителей их страны и что те из себя представляют как личности, их амбиции, цели, грязные тайны, политические и экономические отношения с другими странами региона и всё, что он знает про эти страны и уже их правителей. Этот Нигун просто в силу положения должен был знать море совершенно секретной и закрытой от общества информации, а вы за целые сутки вытянули из него только то, что нам и так известно?


– Прошу прощения, Повелитель, – Альбедо как стояла, так и рухнула на колено, опуская голову почти до уровня пола. – Я не доглядела и допустила грубую ошибку. Я готова принять любое наказание Владыки и немедленно исправить ситуацию!


– Альбедо… – перед глазами в красках встала сцена первой ночёвки в Карне, – чем закончился ваш вчерашний разговор с Шалти? – пальцы девушки, сжимающие край платья, дёрнулись.


– Ещё раз прошу простить вашу недостойную слугу… – она осеклась. – Нет, я хочу сказать, моим постыдным заблуждениям не может быть прощения, но молю вас, Момонга-сама, позвольте мне служить вам и дальше. В любом качестве, какое будет вам угодно! Только не оставляйте нас! Дайте мне шанс доказать вам свою верность!


– Хм… – вот вам и второй акт Марлезонского балета. – Альбедо, тебе не нужно так себя изводить, я не собираюсь бросать вас и тем более выкидывать, – покинув кресло за столом, подхожу к девушке и кладу руки ей на плечи. – Ну же, встань, – поднимаю вяло сопротивляющуюся надзирательницу. – Давай лучше вернёмся к делу — тебе нужно отвлечься от тяжёлых мыслей. И вытри свои прекрасные глаза, я не хочу видеть, как ты плачешь, – провожу пальцем по щёчке этого чуда, стирая набежавшую влагу. К счастью, перчатки из мягкой чёрной кожи по-прежнему были на мне, а то острые кости — не та вещь, которой удобно что-то стирать.


– Момонга-сама, вы так добры, – глаза демоницы только ещё сильнее увлажнились, – я недостойна этих слов.


– Хватит, – вновь стираю прозрачные ручейки. – Расскажи мне, кто занимался допросом? Неужели Демиургус поставил кого-то некомпетентного на это дело?


– Н-нет, – раскрасневшаяся демоница попыталась взять себя в руки и быстрыми движениями вытерла слёзы тыльными сторонами ладошек, – пленные были направлены на допрос в Ледяную Тюрьму, к лучшему специалисту по пыткам Назарика, особому офицеру по сбору разведданных Нейронист Пэйнкилл.


– Это которая… Худшая работа? – от попытки покопаться в воспоминаниях Момонги у меня зачесалась задняя стенка черепа с внутренней стороны. И чем больше я вспоминал о той хтонической хрени, что эти желтомордые психопаты изобразили для антуража декоративных камер пыток, тем сильнее у меня зудели кости. О, вот и ветерок! Как я тебя ждал, мой хороший! Давай ещё раза три!


– Совершенно верно, – между тем подтвердила Альбедо. – Нейронист принадлежит к группе «Пять худших».


О боже! Запихайте меня в химчистку и залейте самым ядрёным химикатом… Как теперь вымыть из памяти всю эту гадость? Паразиты, тараканы, женоподобные иллитиды с ожирением и характером бодипозитивщицы, а-а-а! Я теперь знаю, что такое бодипозитивщица! Как мне теперь с этим жить?! Почему я не могу даже зажмуриться?! Эти уроды словно соревновались за право создать самое мерзкое воплощение слова «тошнотворность»! Да, я про согильдейцев Момонги, как их земля-то носит с такой фантазией и знанием предмета?!


– Господин? – Альбедо с недоумением наклонила голову, вглядываясь мне в лицо. Не уверен, что она что-то поняла по неподвижному черепу, скорее просто пауза затянулась, но спасибо ей за то, что вывела меня из ступора.


– Да, пойдём, – очередная волна ветра, уже почти не замечаемая, прокатилась по черепу, – нужно проверить, что там происходит, – срочно нужно! А то эти монстры сейчас доведут всех пленных до состояния овоща, исключительно ради любви к искусству, так и не задав им ни единого полезного вопроса...


«Владения» Нейронист могли впечатлить даже самых хардкорных БДСМщиков, просто садистов и совсем поехавших. Всякие крючья, ножи, зубила, непонятная хрень с явно очень нехорошим предназначением… но всё это было лишь просто антуражем. Худшее ожидало впереди.


Хозяйка пыточной встретила нас в приподнятом настроении и радостно улыбнулась, если это можно было назвать улыбкой. Её голова представляла из себя искривлённого осьминога с двумя раскосыми, навыкате, «рыбьими» глазами. Рот прятался между двумя передними щупальцами, выпуская из себя длинный язык, похожий на тонкую резиновую трубку. Раздутое и перекошенное тело напоминало человеческое, но с трупно-белой кожей, как у утопленника, а одежда… Если раньше против женщин в латексе я ничего не имел, то теперь, видя эти облегающие кожаные ремешочки, едва прикрывающие жирную плоть и создающие ассоциации с сеткой, в которую упаковываются некоторые виды колбасы, я понял, что теперь ни ту колбасу, ни даже Альбедо в латексе я видеть больше не смогу.


И всё это трепыхалось при любом движении, в такт шести извивающихся щупалец, спускающихся от головы до бёдер, столь мерзко и отталкивающе, что отвращение смогло пробиться даже сквозь ледяной ветер, обдувающий мой череп в данный момент времени на непрерывной основе.


– Владыка… кх… Момонга… влзп… – пробулькало это нечто, – для меня… кха… большая честь лицезреть вас, – сопровождавшая меня Альбедо чуть поморщилась, уж если и её проняло… н-даааа.


– Нейронист, – ветер всё ещё обдувал мой череп, так что я нашёл в себе силы кивнуть этому перекорёженному созданию, – где командир Писаний, что был доставлен к тебе?


– Он… уже… кончился, – голос монстра звучал печально, – его крики были так прекрасны! Симфония разрываемой плоти! Контральто стонов и воплей!


– Полное отсутствие информации, – ветер, родненький... Спасибо! Как же я хочу эту мерзость и мразоту испепелить на месте! Или не стоит сдерживаться?


– Как? Я же… кхп… предоставила вам все данные! – пробулькало… это.


– Ничтожные крохи! – выступила вперёд Альбедо, что буквально десяток минут назад сама считала «справку» исчерпывающей. – Нам нужно знать куда больше!


– Мргл… но больше он ничего не скажет. Приведите мне ещё… и я разговорю их… кххх, – а идея испепелить эту мерзость кажется мне всё более интригующей. Если бы я был уверен в остальных обитателях Назарика, то уже опробовал бы «Огненный Шторм», для существа двадцать третьего уровня, коим и является Нейронист, этого хватит за глаза.


– Мне нужно его тело, – придётся тратить один заряд Жезла Воскрешения, надеюсь, церковник спятил не сильно и ответы получить будет возможно.


– Я хотела… пхк… отдать его Куфуко… глх… Он говорил, что его детям мало пищи…


– Как ты смеешь? – могильным голосом прошипела Альбедо, покрываясь светло-фиолетовой дымкой высвобождаемой силы. – Ты понимаешь, что говоришь? Произнести подобное после прямого приказа Владыки Момонги… – демоницу начало потряхивать. – Твоё бездумное поведение уже вызвало недовольство Величайшего! Ты полностью провалила порученное задание и умудрилась потерять ценного пленника, на поимку которого Господин отправлялся лично! И после этого ты смеешь ещё и возражать?!


– Конечно нет, я не хотела оскорбить Повелителя! – забыв даже про бульканье, отшатнулась мучительница.


– Этому не может быть оправдания! – продолжала накручивать себя красавица. – Я прикончу тебя прямо сейчас! Только это смоет позор, которым ты покрыла всё население Назарика в глазах Величайшего из всех Высших существ!


– Альбедо, достаточно, – ярость демоницы словно на стенку налетела. – Нейронист, ты понимаешь причину высказанного недовольства?


– Я… Я оговорилась. Конечно, тело того человека должно достаться Повелителю, если он того желает. Нужный вам труп, он в морозилке, я сейчас же его принесу!


– Стой, – чуть повысив голос, останавливаю помчавшуюся было куда-то образину. – Я спросил о другом: понимаешь ли ты, какие обязанности лежат на главном дознавателе Назарика? Что именно ты должна делать на этой должности, по твоему мнению?


– На мне… мргл… лежит ответственность за пытки и наказания для заключённых, посмевших… прх… запятнать собой святое место, где живёт такое возвышенное существо, как Вы. Причинять им боль, страдания и… хрр… извлекать информацию из их сладких криков, – раздутое тело «этого» опять заколыхалось, наводя на мысли, что «оно» в прямом смысле возбуждается от своих слов. – Когда они кричат и плачут, чувствуя… глх… как я поедаю их мозг через ушные раковины, они готовы рассказать всё. Поведать о самом сокровенном, не помышляя о вранье. Этот момент… пфф… самый сладкий. Их мозг, дрожащий в предчувствии смерти, непередаваемо вкусный, а их крики боли, это великолепная песня, посвящённая Владыке Момонге и звучащая в честь славы Назарика!


– То есть как только они готовы всё рассказать, ты пожираешь их мозг? – уточнил я, из последних сил удерживаясь от резких действий.


– Н… Не совсем… мгл… я слушаю их крики и собираю сведения, а когда те перестают содержать в себе что-то полезное, тогда я перехожу к трапезе, восхваляя величие Высших существ.


– Ясно… «Огненный Шторм»! – вал огня накрыл перекошенную фигуру, пара секунд тонкого визга да звук шкворчащего жира. Ну и пятно гари после того, как убийственный жар исчез. Вот и всё, что осталось от главного палача Назарика. Отлично, теперь нужно дать правильные установки для закрепления лояльности. Ветер… спасибо. – Альбедо…


– Да, Момонга-сама? – на зажаривание пусть и очень отдалённого, но всё же «сородича по коммуналке» Альбедо смотрела с растерянностью, медленно переходящей в мрачное торжество.


– В этом нет твоей вины или чьей-либо ещё… из обитателей Назарика. Она была создана такой исключительно по нашей ошибке. Мне жаль…


– Нет! Вы не должны так говорить! – девушка подалась ближе, а её крылья затрепетали. – Нейронист заслужила своё наказание! Она была порочной и дерзкой! Она подвела вас и не смогла понять свою ошибку даже после того, как вы милостиво ей всё объяснили. Вы давали ей шанс, Момонга-сама! Не сожалейте об этом! Предназначение всех нас — служить вам и умереть за вас! Если кто-то окажется недостоин, умоляю, уничтожьте его без всякой жалости, только не сожалейте и не вините себя! И даже… даже если вы сочтёте недостойной меня, только скажите — я сразу же себя убью! Только прошу… – ноги демоницы подкосились, и она рухнула на колени, сжимая руки перед собой в молитвенном жесте и глядя на меня вновь заблестевшими от подступивших слёз глазами. – Прошу вас, Момонга-сама, не говорите так, будто собираетесь нас бросить… Молю вас… Умоляю… Только вы один остались с нами. Наш великодушный Лорд Момонга. Пожалуйста, оставайтесь с нами и властвуйте над нами. Я вас умоляю! Пожалуйста… пожалуйста…


«Ну вот, – думал я, молча опускаясь к девушке и заключая её в объятья, как маленького, нуждающегося в утешении ребёнка, – отвлечься работой явно не получилось. Марлезонский балет, да? Третий акт?»


Что же за беда с этими NPС? Что одна — дитя дитём и в слёзы на полночи, но там хоть комплекция и рост подходят, что другая на колени валится на каждый чих и подсердечной боли в глазах столько, что хоть вешайся от стыда. И ведь на настройки не спишешь. Шалти создавалась как клубок подростковых фетишей, а Альбедо вообще изначально делалась как светлый и чистый ангел, а потом уже ей докрутили демоничности и все связанные с этим навязчивые тенденции, но ведь нигде в них точно не прописано, что они должны убиваться до помешательства от мысли, что чем-то разочаровали главу гильдии.


Как это всё вообще понять? Что они такое? Живые и разумные существа с волей и желаниями? Тогда откуда все эти игровые условности и шаблоны, когда без пинка со всей дури прямо в мозг они даже самые очевидные вещи осознать не способны? Ту же Нейронист взять — в Иггдрасиле пыток не было, как и вообще любого контента уровня 18+, её просто создали для антуража и прописали сценарий в рамках своего понимания этого дела. На описание методов пыток и мерзостных пристрастий палачей их хватило, как-никак азиаты в этом деле толк знают, куда там испанской Инквизиции, но вот внести что-то кроме стереотипного образа застенок жуткой цитадели Зла у приятелей Момонги мозгов уже не хватило. Внешние атрибуты соблюли, и ладушки, а на то, что вся эта обёртка — всего лишь шелуха для реальной сути пыточных дел мастера, плевать. То ли искренне не догоняли, в силу подросткового невежества, то ли поленились расписывать, но итог — вон он, копотью на полу лежит. Извращённое, безумное существо, которое о сути своей должности не то что понятия не имеет, это у неё как раз есть, «добыча сведений» — сама признавалась, но нет, она, зная это, даже помыслить не может, чтобы выйти за рамки прописанных алгоритмов. И плевать, что задача не выполняется, плевать, что её ругают и уже фактически объяснили, что именно делать — там самой мысли о неверности подхода не возникает.


Тогда что? Они просто анимированные болванчики с ограниченным набором поведенческих шаблонов? Но тогда откуда ЭТО в поведении двух совершенно разных NPC, созданных разными людьми, выполняющих разную роль и принадлежащих к разным расам? Откуда у них страх остаться одним? Откуда память о своём существовании в Иггдрасиле, когда они лишь шаблонно ходили по заданному маршруту или неподвижно стояли на постах? Как могут рождаться эти мольбы и эмоции, если брать за аксиому, что они только создают видимость воли и разума?


Ответа нет. Есть только прекрасная девушка, с отчаянной мольбой взирающая на меня сквозь слёзы в нечеловеческих жёлто-зелёных глазах с вертикальным зрачком.


– Альбедо, я не брошу тебя, обещаю, – наверное, подло с моей стороны играть на её чувствах, используя знания, полученные из родного мира, но это сейчас успокоит её лучше всего. – Я знаю, как тебе страшно и больно, но не плачь, ведь ты — мой любимый тёмный ангел, а ангелы не должны показываться на людях с заплаканными глазами. Ну же, прекращай, лучше подари мне свою очаровательную улыбку, – вытираю влагу из-под её глаз, внутренне сожалея, что кости черепа не могут передать тёплую улыбку.


– Лю-любимый… – вычленила самое главное демоница, на глазах покидая чёрный омут отчаяния, – очаровательную…


– Да, – пометка на память: ещё один архиважный бонус реролла — это возможность улыбаться! – И ещё кое-что, – подняв девушку с колен, лезу в инвентарь. – Вот, давно хотел тебе подарить, – на моей руке сверкнуло гильдейское кольцо Аинз Оал Гоун, позволяющее свободно телепортироваться между этажами и обладающее ещё рядом полезных функций.


– Кольцо, кое достойно носить только Высшим Существам... – Альбедо в «священном трепете» потянулась к протянутой реликвии, но вдруг остановилась, и пальчики в белой перчатке сжались в дрожащий кулачок. – ...Нет, – с отчётливо написанной мукой на лице девушка отстранилась, пряча взгляд.


– Нет? – признаться, я сильно удивился. Кажется, в каноне она до небес прыгала от радости, получив это кольцо, собственно, на этот эффект я и рассчитывал.


– Владыка Момонга безгранично добр к нам и сейчас, чтобы утешить свою глупую слугу, предлагает ей величайшую из Реликвий, знак принадлежности к Высшим Существам… – демоница промокнула глаза кулачками, размазав слёзы по щекам. – Но… я знаю, что я недостойна ни этого дара, ни вашей веры, я… не могу принять его.


– С чего ты взяла?


– Я знаю, что Владыка не доверяет нам, – она повернулась ко мне и склонила голову в глубоком поклоне, – ведь мы не сделали ничего, чтобы оправдать его доверие. Нет, – она покачала головой, – мы не сделали ничего, что оправдывало бы наше существование. У вас нет причин доверять нам. Вы даже откладываете своё Перерождение из-за этого, хоть вас и гнетёт ваше нынешнее состояние.


– Тц, Шалти слишком много болтает. Как и Себас.


– Прошу, не наказывайте их! Это лишь моя вина! Как глава Стражей, я полностью провалилась. Если Господин Момонга не доверяет нам… хмык, – Альбедо тихонько плакала, бесшумно, без надрыва, просто незаметно и… полностью обречённо, но что я могу сказать и сделать в этой ситуации? С одной стороны — у меня доведённый едва ли не до истерики и отчаяния Высший Демон, с другой — какой нормальный человек будет хоть в малейшей мере доверять всему тому паноптикуму, что собрался под этими мрачными сводами? Вот только… будет неверно назвать меня «нормальным человеком», не после того, что я уже успел испытать. Пусть это и капля в море, но и её хватило.


– Я и не собирался их наказывать. Лишь констатировал факт, что, получив крохи информации, вы умудрились интерпретировать её самым нелепым образом. И распространить дальше.


– Господин? – Альбедо подняла взгляд к моему лицу.


– Я – Момонга, Владыка Аинз Оал Гоун, Король Мёртвых, Высшее Существо, – «давить авторитетом» низенькую в сравнении со мной девушку было нетрудно. – Сочти я вас недостойными своего доверия, вы бы разделили участь Нейронист, только и всего.


– Т-тогда почему? – отчаяние постепенно уходило из этих прекрасных глаз с вертикальным зрачком.


– Почему я ещё не прошёл через Перерождение?


– Да…


– Этому несколько причин. Первая состоит в том, что сейчас, когда мы оказались в ином мире, у меня нет на это времени. Вторая — бытие нежитью, несмотря на минусы, несёт и массу плюсов, как, например, полное отсутствие необходимости во сне. Ну и самое главное, я ещё не рассчитал Ритуал Перерождения и не определился с той формой, которую я желаю принять по его завершению.


– Простите, Господин, мы подумали, что вы… – покаянно склонила голову глава Стражей.


– Я понимаю. При всей вашей силе, вам очень не хватает опыта. Даже банального жизненного. Это пройдёт, со временем, – я очень на это надеюсь. – Учитесь, развивайтесь, а главное — если у вас появятся сомнения или неуверенность, обращайтесь за советом ко мне, – надеюсь, этого хватит, чтобы после того, как у Демиургуса появится «блестящая» идея препарировать сотню-другую… тысяч человек, он сначала подошёл обсудить её со мной, а не ставил перед фактом. Ну и такой обоснуй позволит мне «сохранить лицо», а то ведь от мыслей «он нам не доверяет» до «он нас боится» не так уж и далеко. А что будут делать кровожадные тёмные твари, почуявшие чей-то страх, лично у меня желания выяснять нет. Особенно с точки зрения того, чей страх они почуяли. Так что это не я бздю… кхм, опасаюсь рероллиться, а просто сейчас не до этого и вообще я ещё не определился, да. Кстати, не совсем это и ложь — с финальным раскидыванием умений пока у меня действительно очень много вопросов.


– Мы приложим все усилия, чтобы оправдать возложенные на нас надежды! – выкрикнула девушка, на глазах оживая.


– Прекрасно. А раз так, я настаиваю на том, чтобы мой любимый тёмный ангел приняла от меня этот подарок! – я вновь протянул ей кольцо…


– Любимый… кольцо… – вот, этой реакции я и ждал! Вот так должна реагировать правильная Альбедо на кольцо от Момонги! Абонент не отвечает или временно ушёл в нирвану. О, взяла, молодец. И надела… на безымянный палец левой руки… кхм… н-да. Ладно, оставим.


– Что же… кхм, – очень хотелось прочистить горло, но увы. – Пойдём. Нам нужно ещё допросить главу Писаний, – ноги сами направились в сторону морозильника, где содержались трупы.


– Да, Владыка, – звонким, словно колокольчики, голосочком отозвалась девушка, со счастливой донельзя моськой поспешив следом. Впрочем, судя по выражению её лица, на несчастного Нигуна ей в этот момент было совершенно наплевать, как и на весь мир вообще.


В холодильнике, помимо слейновского дворянина, лежало и пятеро его подчинённых — садистка явно вошла во вкус, высовав всем беднягам черепа — жутковатое зрелище... Хорошо хоть не всех на обед пустила — тратить заряды Воскрешения на расходный материал крайне не хотелось.


Помимо этого, тело Нигуна было довольно сильно повреждено. Пусть в игре это не имело значения, но тут у нас не игра, быть может, стоит использовать Истинное Воскрешение? Хотя нет, тратить заклинание девятого ранга… обойдётся, к тому же по игровой механике оно просто ресало без потери части опыта, в отличие от Воскрешения обычного. В общем, поднимаем как есть, но исцеляющее зелье держим под рукой. Кивнув своим мыслям, я направил жезл на тело и активировал заклинание.


Золотистый свет окутал труп, на глазах закрывая раны и даже отращивая отсутствующие пальцы, более того, старый шрам на лице, присутствовавший у мужчины ещё до нашего «знакомства», тоже исчез, значит, заклинание возвращает тело к эталонному состоянию, невзирая на давность травм. Запомним. Меж тем, свет погас, и Нигун открыл глаза…


– Ох… к-кофмар… это был профто к-кофмар… – на долю мгновения мне его стало даже жаль. Чуть-чуть. А ещё интересно — проблемы с речевым аппаратом — это из-за неполного восстановления мозга или так и должно быть? И если должно, то почему? Если магия способна восстановить аж целый сожранный мозг, то почему возникают проблемы с куда более простой системой? Было бы любопытно это изучи… Я оборвал мысль, поняв, что уже прикидываю, как половчее организовать сбор статистики. Как же меня достала эта сущность лича...


– Ну что же, разминка закончена, – выкинув лишние мысли из головы, обращаю на себя внимание пленника, – ещё пару раз повторим, и можно будет начать задавать вопросы. Думаю, после Нейронист остальные члены Пятёрки Худших тоже пожелают показать своё гостеприимство нашему уважаемому гостю, – мужик вздрогнул и ме-е-е-е-едленно повернулся на мой голос.


– А-а-а-а-а-а-а-а! – орущий голый мужик… не самое эстетически приятное зрелище. Хотя, после всего, что он пережил, да встретив вновь своего пленителя, да ещё и со снятой маской, за которой у того, оказывается, череп скелета… странно, что он не обделался. Или просто уже нечем?


– Альбедо, позови, пожалуйста, Демиургуса, – жестом открываю портал на седьмой этаж в Пылающий храм — резиденцию главного стратега Назарика. Конечно, девушка могла теперь телепортироваться и сама, но вот Демиургус не мог — кольца действовали только на хозяина.


– Как пожелаете, Владыка! – поклонилась демоница и шагнула в тёмную дымку перехода.


– Нет-нет, пожалуйста, не надо больше, – захныкал абсолютно сломленный человечек, – я… я скажу всё, что вы пожелаете, Владыка… пожалуйста, – жалкое зрелище…


И вновь я скрипнул зубами. Ведь умом прекрасно понимаю, что после того, через что он прошёл, любой бы ныл и ползал в ногах, если бы вообще в здравом уме остался, но всё равно на ум лезет именно это презрительно-высокомерное суждение, будто и не был я сам ещё неделю назад обычным человеком, даже более слабым, чем этот.


Нигун ещё что-то лепетал, пытался подползти к ногам и целовать мантию, молился и клялся в верности… Я наложил на него усыпление. Как жаль, что нельзя наложить такое на себя — забыться на десяток часов было бы очень кстати.