# Продолжение к "Хвосту феи" 13.06.2019

Аноним Седрик

Здоровяк был воистину эпичен. Энергетическая плотность и ёмкость его духовного тела перекрывала таковую у Сэйбер раз в пять, магом он не был, это точно, но вот воином — определённо. С учётом размеров… не удивлюсь, если к нам явился мифический Атлант или кто-то из титанов бросавших вызов Зевсу. На это, кстати, намекала и одежда, точнее почти полное её отсутствие, но в этаком античном стиле. Источал сей кадр флюиды ярости и жажды всех порвать, немного перекрывая по интенсивности даже тот коктейль, что постоянно бурлит в химии тела-носителя симбы. А с учётом того, что свои гормоны я недавно выхолащивал, то вообще никакого сравнения.


Девочка тоже была интересной: твёрдый А-ранг, плюс странная мешанина энергетических каналов и силовых линий, очень отличающаяся от того, что я видел у остальных магов этого мира, да и всех предыдущих тоже. Чары на одежде и подвешенные в боевом состоянии защитные плетения, мешали разобраться вот так — с одного взгляда, но складывалось ощущение, что у неё или отдельно зачарованы какие-то органы или вживлён артефакт, вроде глаза Пурехито. Странной, во всех смыслах, была и её одежда, являющаяся строгим фиолетовым пальто с зимней шапкой в тон. Девочка ста тридцати сантиметров ростом, да ещё с платиновыми волосами и красной радужкой, в этом смотрелась слишком вычурного и слишком… характерно для аниме и того, как японцы видят зимнюю европейскую одежду. В эмоциях царили предвкушение, полная уверенность в своих силах и самодовольство.


-Ой, у тебя гости, - между тем выбралась из-за спины своего Слуги малышка, - но ничего страшного, их я тоже убью, - и улыбнулась. Мило, приветливо и беззаботно. Агрессии в эмоциях — ноль, но при этом совершенно не врёт и действительно намерена всех убить, не допуская и мысли о неудаче...


-Ты кто такая и почему называешь его своим братом?! - разгневанно подскочила Рин, полностью проигнорировав и гиганта, и слова про убийство. Насколько я успел её узнать, в нормальном состоянии она бы вряд ли позволила себе такую беспечность, но усиленный магией алкоголь и дурацкая лекция… несколько дурацких лекций, явно подточили её самообладание на сегодня.


-О, ты, должно быть, Тосака Рин, - девочка сделала шаг вперёд и присела в книксене, - рада познакомиться с тобой! Меня зовут Илия! Илиясфиль фон Айнцберн! – милая улыбка, скромно прикрытые глазки, ну просто образцовая воспитанная девочка из порядочной семьи. - Тебе ведь знакома фамилия Айнцберн?


-Да! - ничуть не смутилась моя девочка-волшебница, - но это не объясняет почему ты называешь этого ОЯШа братом!? - в потерянно хватающего ртом воздух парня невежливо ткнули пальцем. - То есть, тьфу! - мотнула головой Рин. - Почему ты называешь Широ братом?! Только не говори что он и правда этот самый ОЯШ и ты пришла его совращать!


-Что?!… - невозмутимость и торжественное самомнение гостьи смело как шваброй. - Я пришла его убить! О чём вы, японцы, только думаете?! Все в вашей стране такие?!


-Уф, - Рин от облегчения натурально приосанилась. - А то я прямо испугалась, - правая рука легла на сердце, а лицо поднялось к потолку. - А ведь почти поверила этому ненормальному… Ух, как хорошо… - девушка прикрыла глаза и жадно задышала.


-Рано радуешься, - обламываю кайф своей подопечной. - Сейчас ещё окажется, что у них какая-то фигня с глупым недопониманием, по типу: «папу прокляли-убили, но добрые няньки рассказали дочке, что тот её бросил ради пачки печенья и банки варенья. Ну ты знаешь этих нянек с их стремлением «оградить деточку от страшной правды». А потом ещё выяснилось, что у неё есть брат, про которого она не знала, но который, сто пудов, получил больше родительской любви». Ну, короче, вся вот эта бразильская фигня, в антураже аристократического гадства и каких-нибудь «высоких надежд рода».


-Э-э?… - взгляд Рин стал загнанным и она с надежной посмотрела на гостью.


-Ты… - почти сравнялась в жажде убийства со своим Слугой Илия. - Эмия Широ! Твоя смерть откладывается! Берсеркер, убей этого!


-Гра-а-а-а!!! – мужик воспылал, в прямом смысле слова – побагровел и под кожей словно языки огня заструились, и словно стал ещё больше.


-Видишь, я угадал! - успеваю сообщить Рин, чтобы в следующий момент блокировать удар огромного дрына – назвать это мечом не получалось.


Дух-Боженька был и вправду силён и довольно быстр, но не быстрее Лансера. Извлечь из пространственного кармана зачарованную Тьмой и Смертью адамантиевую тяжёлую секиру со вставками из драконьей кости, и заблокировать ей удар, я успел. Топор был точно копией (вернее прототипом) любимого оружия Рори. Всей разницы между ними была одна маленькая, едва заметная надпись «Самому милому и любимому демону на свете. От Создателя» на экземпляре моей «Книги». И ради этой надписи она меня пилила полгода с момента своего воплощения в человекоподобном теле, за-то потом счастья было… насилу отбился от изнасилования. Отбивающийся от изнасилования Высшим Демоном дух-проекция — этот ещё сюр, скажу я вам...


Плавный ход моих мыслей был прерван странным явлением. Я оценил скорость и массу оружия гиганта. Как и вкладываемый им вес собственного тела и подставил свой топор таким образом, чтобы войти в клинч и просто вырвать эту шпалу из рук Берсеркера, но… едва импульс с моей стороны подошёл к нужному рубежу, как мышцы сами собой расслабились, просто отказываясь выдавать нужное усилие.


Я был на полном ускорении, потому успел среагировать. Сигнал мышечной ткани на сокращение, появление импульса... И опять расслабление… Снова… И снова!


Боевой режим! Снятие психологических ограничений, переход на прямое управление мышечной тканью через клетки симбионта, дублирование сигналов нервной системы телепатическими импульсами…


Мы вошли в клинч. Шпала противника остановилась, не в силах продавить мой блок, но и я ничего не мог сделать. Мышечная ткань продолжала расслабляться и даже когда я начал создавать дублирующие волокна из ткани симбионта те тоже начали оказывать. Каждый раз, когда моё усилие приближалось к планке позволяющей хотя бы просто погасить импульс оружия противника, тут же происходил сбой и мышцы расслаблялись. В итоге мне приходилось непрерывно повторять команду мышцам на сокращение, получая вместо одного нормального усилия непрерывную череду малых «колебаний», что работало только за счёт колоссальной скорости восприятия и совершенства нервной системы, но было до омерзения отвратительным решением.


-Не лезьте! - останавливаю уже готовых броситься в бой девушек. - Медея, защищай Рин, Сэйбер, на тебе Широ. Мне не мешать! Эта тварь заставляет расслабляться мышцы! - посылать вперед себя девушек, пусть они будут хоть трижды великими воительницами, и в обычной-то ситуации я терпеть не мог, а тут ещё и столь неудобный противник. Если он также воздействует на Сэйбер, её просто разрубит собственным барьером при попытке блока.


-Зря, - с милой улыбкой прокомментировала крик Илия. - Втроём вы бы продержались подольше, а так ты умрёшь очень скоро, пусть и смог остановить удар Берсеркера.


-Она права! - крикнула Медея уже окружая себя и Рин защитным полем. - Я узнала его – это Геракл! Сильнейший из людей! Мы должны атаковать вместе! – в голосе девушки смешивалось беспокойство за меня и… отчётливая ненависть к гиганту…


-Нет! Стоять на месте! - Геракл… один из Аргонавтов, пусть и самый «вменяемый» из них… относительно… но чувства волшебницы стали мне понятны, а раздражение, вызванное непонятной способностью воина, начало перерастать в откровенный гнев.


Разум же продолжал беспристрастный анализ. Сильнейший из людей? Если это закреплено на уровне всё той же концепции, то… грёбаный мир говорит, что не может быть противника, что превосходит его по физической силе?! Придя к таким выводам, я действительно… разозлился, безумный мир с безумными концепциями, верой и хрен пойми чем.


-Да заколебали! Сильнейший из людей?! Я — НЕ человек! – резко ухожу в сторону, переводя импульс оружия противника на скольжение. Удар шпалы разносит пол, накрывая всё вокруг осколками и снося стены ударной волной.


Рин с Медеей защитил щит, и то их откинуло на пару метров, Широ закрыла собой Сэйбер, отразив каменную шрапнель своим оружием, мелкую хозяйку Берсеркера окружила собственная магия, сводя на нет возможные повреждения. А я уже уже поднырнул под очередной замах этой шпалы, и под подбородок Гераклу вошёл шип топора, создававшегося из расчёта вскрытия шкуры Акнологии и убийства богов. Гигант рухнул на колени, благо я успел вытащить оружие и отскочить. Итого на весь бой – пять секунд реального времени.


-О, вы смогли убить его, - девочка радостно хлопнула в ладоши, - но это вам не сильно поможет. Тем не менее, моё мнение о тебе сильно выросло, Рин! У тебя очень интересный Слуга, раз владеет таким оружием и может так быстро двигаться! Он куда интереснее Сэйбер! – Илия не выглядела испуганной или огорченной. - Но я всё ещё должна убить братика, да и вы кажетесь слишком опасными. Берсеркер! Хватит отдыхать, уничтожь уже его! – и гигант с пробитой головой послушно атаковал своей шпалой из лежачего положения крутанувшись всем корпусом.


Благодаря словоохотливости девочки, неожиданная атака не застала меня врасплох, но выставленный блок помог мало — точка опоры была внизу, а били меня горизонтально. Сила удара же была таковой, что, прежде чем я успел активировать левитацию и погасить инерцию, моим телом пробило телевизор и кусок несущей стены на углу дома.


Хлопок разрываемого воздуха догнал меня в последний момент остановки, а вместе с ним сверху обрушился новый удар уродливого меча Геракла. Рана гиганта исчезла, а свирепое выражение морды лица стало ещё более злобным и, кхм, свирепым.


Смещаюсь от вражеского лезвия и бью пяткой древка ему в солнечное сплетение, но гигант успевает среагировать, отмахиваясь свободной рукой. В этот момент его меч достиг земли и последовал новый грохот, разлёт осколков и...


-ГРАААААА! – от акустического удара меня замутило, а настроение, и окончательно ушло вниз. К тому же, я узнал ещё одну неприятную особенность магического алкоголя, примененного к демонам. Похмелье наступает резко, внезапно, подло и оно тоже демоническое. Ну или Геракл орёт на диво немузыкально, в общем, голова заболела сильно, а желание заткнуть этого козла проявилось с необычайной силой.


-Он ожил?


Широ… ты ОЯШ, а не Капитан! - злобно огрызнулся в мыслях я, уклоняясь от нового удара и пытаясь достать полубога лезвием.


-Магия Воскрешения? – Рин тоже была впечатлена.


-Нет… он откатывает время для себя самого…. Небесный Фантазм, активируемый его собственной смертью. Бессмертие, дарованное Гераклу богами за свершенные им двенадцать подвигов, - Медея прикусила губу.


-Именно, - задрала нос малявка, которую мне очень, очень захотелось отшлёпать, - так что как бы вы ни сопротивлялись, Берсеркер всё равно пересилит все ваши попытки и убьёт вас! Правда он душка?


-Ну всё… - новый удар рельсы этого типа просто выбил у меня из рук топор при попытке себя отвести – каждый его удар становился всё «сильнее» и теперь даже ускоренное мышление не помогало хоть как-то компенсировать расслабление мышц. И это злило.


-Как же вы надоели мне со своими концептуальными вещами! - да, злость – это было основным моим чувством сейчас. На этот чёртов мир с его идиотскими попытками ограничить меня во всём, на откровенные глупость и безумие, что творят его обитатели, на надругательство над здравым смыслом.


Невидимая пружина в груди сжалась и… распрямилась в убийственном потоке наполненного маной Смерти света из глаз. Я хотел проверить энергетические атаки ещё в бою с Лансером?! Теперь проверю!


За некоторое время до этого Кастер.

Странно. Всё очень и очень странно. Но… её всё устраивало. Более, чем устраивало. Кто бы мог предполагать, что всё так выйдет? Злая Героическая Душа. Таковой стала её роль, такой её заклеймили при жизни, обозвав ведьмой, и таковой она стала после смерти. Вечный инструмент и «расходный ресурс». Ей даже пришлось убить своего Мастера, но сожалений не было, он не заслуживал жизни. Похищать, мучить и убивать сотни юных ещё ничего не видевших в жизни девушек — почти детей? И ради чего? Небольшой и убогий камень праны в обмен на десяток истерзанных жертв? Глупо и неэффективно! Сколь же слабы и никчёмны маги этой Эпохи?!


И вот, сбежав из мастерской прошлого Мастера, заодно освободив ещё не принесённых в жертву несчастных, она сама оказалась в роли жертвы. Её «Мастер» как-то договорился с другим Слугой и просто предал её… вот только она уже привыкла к подобному, тем более, от подобных типов и ждала чего-то в этом роде, хотя тот Слуга… с ним тоже что-то было не в порядке, Медея не была посвящена в планы Атрума, но у неё создалось впечатление, что Лансер опоздал почти на день, да и вид у него был сильно потрёпанным и истощённым, тот созданный её «Мастером» камень праны как раз ушёл на его восстановление, чему никто не был рад, видимо, синеволосому копейщику тоже был противен этот способ. Как бы то ни было, но древний воин не был огорчён «трагической гибелью» вроде как своего союзника и ушёл почти что без боя. Оставил одну, без Мастера, подпитки и возможности продолжать войну. Выброшенным инструментом.


И она просто ушла. Прогуляться по городу, вдохнуть воздух ночного леса и тихонько раствориться в его тенях. Без нового Мастера она бы просто исчезла, но такой исход её не пугал… разве что самую малость, но из всех прочих, он был далеко не самым худшим. Лишь где-то глубоко, на самой грани сознания таилось сожаление, что она так и не сможет принять участие в Войне и даже попытаться осуществить своё желание. Но… нет, хватит с неё «Мастеров»- недомагов, что воспринимают её лишь марионеткой. Лучше уж совсем исчезнуть, чем так… Пусть всю свою жизнь ей как раз и приходилось быть этой самой марионеткой. Проклятая богиня с её «даром» «герою», одно имя которого вызывала о Медеи зубовный скрежет… Да, «дар»… для него и проклятие для девушки, обречённой влюбиться в того, кого до этого ни разу в жизни не видела. Предать ради него собственного отца, помочь в убийстве брата, пусть тот и был чудовищем. И… в конце оказаться просто вышвырнутой. Ненужной и презираемой всеми, даже теми, кто знал, что творила она это всё совсем не по своей воле.


Окончательно силы покинули её уже в глубине леса. Ограниченная Командными Заклинаниями прошлого «владельца» и посаженная им же на «хлеб и воду» через почти полностью обрезанную подпитку, она не могла рассчитывать на то, что протянет слишком долго. Медленно и тихо угасать совсем одной, брошенной и проклятой – её судьба повторялась вновь.


Всё изменилось, когда у дерева, к которому она привалилась не в силах больше оставаться на ногах, появился незнакомец. Мужчина вынырнул из теней, словно был их частью. Алые глаза с вертикальным зрачком с научным интересом изучали её, не выражая ни агрессии, ни опаски, ни радости. Мужчина был красив, пусть и выглядел немного необычно, хотя для Слуги это было нормально, но вот ощущения, исходящие от него… По тому, что она смогла уловить их с большим трудом и едва ли не в упор было понятно — перед ней явно стоял Ассасин и удивляться скрытности этого Слуги не приходилось. Сами же эманации были… странными. Да, это было самым подходящим словом.


Дальнейший разговор лишь убедил её в первоначальных выводах. Её новый знакомец был безумен. Он… просто взял и влил в неё огромный объём чистой, приятной и почти сладкой на вкус маны, за долю секунды кратно перекрыв всё, что она получила от прошлого «Мастера». Просто так, жестом мимолётной заботы. И это после того, как она попыталась его убить! Немыслимо! Глупо!... И очень приятно. Она уже и не помнила, когда хоть кто-то проявлял к ней хоть какую-то заботу, разве что в далёком детстве…


А потом он ещё и комплименты начал делать за то, что она пыталась его убить! И, не смотря на обстановку и откровенную неуместность, это доставляло удовольствие… Хотя сами комплименты были странными, немного безумными и… несколько смущающими. Особенно в конце разговора. Пусть её когда-то и называли одной из красивейших женщин мира, но вот её ушами никто и никогда ещё не восхищался… тем более, так.


На этом фоне странная то ли беседа, то ли допрос казались совершенно естественными. Её собеседник определённо был сумасшедшим, но при этом вежливым, учтивым и очень искушённым в магии, одновременно непринуждённым и рассудительным, создавая ощущение какой-то беззаботности, безалаберности и вместе с тем безопасности. Как всё это могло сочетаться в цельную и гармоничную картину девушка не понимала, но живой пример стоял перед ней. Было ощущение, что он словно не всерьёз относится ко всему происходящему. Не самая лучшая черта, но… немногим позже она смогла понять такое отношение.


Маги из иных миров, в самом этом факте не было чего-то сильно запредельного, но вот то, что его призвали в живом виде было действительно необычно, как и его предложение, отдающее полным безумием. Помочь просто так, без выгоды для себя, это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Тем более, после того, как он представился и откровенно предупредил, что его считают чудовищем. Подобная честность привлекала. После всего того, что с ней случилось, честность — это именно то, что Медея начала ценить в людях более любых других качеств. И она согласилась, чтобы очень скоро убедиться, что этот Сефирот, как он представился, действительно был чудовищем, хоть и в несколько ином смысле.


На ходу переделанный ритуал, с внесением правок едва ли не по-живому заставлял проникнуться новым уважением к мастерству мага. Вот так разобраться в чужой школе колдовства и подогнать параметры ритуала под свои желания… даже у неё, усиленной всеми атрибутами класса «Кастер», в лучшем случае, ушло бы несколько дней, но он справился с подобным за пару минут, а потом играючи воплотил расчёты в реальность. На её слова о том, что подобные способности страшны и опасны он лишь улыбнулся и ответил, что и не пытается притворяться «беззубым агнцем». Казалось он даже обрадовался, что она поняла, насколько он может быть опасен. А потом протянул условия «сделки с Дьяволом», на деле оказавшимися просто едва ли не обычным контрактом для наёмника, с некоторыми дополнениями, согласно её состояния, но, по-сути, он просто предлагал подпитывать её маной в обмен на ненападение. Это были хорошие условия, позволяющие даже, при некоторой удаче, получить Грааль. Даже слишком хорошие.


И она спросила, предполагая обман, слишком уж часто её предавали и не ожидать подвоха она просто не могла, но… ей не привыкать и, прописанные в договоре условия её действительно более чем устраивали. Ну а если что-то пойдёт не так… главное, не терять бдительности, хотя и жаль, если этот мужчина окажется таким же, как и все остальные.


Ответ же был… Безумным, страшным и… завораживающим. Так мог бы ответить Отец Богов, но ни Кронос, ни Зевс никогда бы так не ответили. Слишком беспечно, сухо, незначительно… с такой подавляющей практичностью и презрением к свободе воли всего живого, Судьбе и любым святыням. Так мог говорить только безумец отринувший всё присущее человеку, богам и даже чудовищам. Безумец видящий мир бездушным клубком цифр, законов счёта и строчек теорем. Он отрицал Фатум и низводил Судьбы и свершения всех живущих до глупого самообмана и погони за простейшими инстинктами, подвиги Героев равнялись с приготовлением похлёбки, а бесчинства злодеев с выпиванием вина. Это было так немыслимо жутко, что невольно очаровывало.


Она смогла испугаться, но не смогла убежать. Она согласилась... И договор был заключён. После чего к ней потянулась ниточка Силы... Холодной, самодостаточной и инертной, но одновременно безумной, агрессивной и голодной. Единство и борьба противоположностей, заключённых в самих себе. Существо с такой маной не должно было существовать, оно противоречило всем законам мира, было парадоксом, чужаком… но спокойно себе существовало, не обращая внимания на чьи бы то ни было неудобства. А ещё этой маны было много. Действительно очень, очень много. Настоящее чудовище... Но… проклятая ведьма уже не могла пересилить любопытства и отказаться от союза с таким «чудовищем».


Неспешная прогулка по лесу, сопровождаемая разговором всё больше и больше убеждала Медею, что ей, впервые за всю жизнь и смерть, действительно просто повезло. Её новый Мастер был чутким и интересным собеседником, и он не считал её проклятой ведьмой. Да, она честно призналась в том, что убила прошлого «Мастера», но вместо гнева, подозрительности или и вовсе разрыва контракта, к чему она тоже была готова, он просто хмыкнул и сказал, что поступил бы так же. «Никогда не относись к другим так, как не хотел бы чтобы относились к тебе в схожей ситуации». Эти слова ещё долго вновь и вновь всплывали в её памяти.


Видимо, безумие заразно, иначе, Медея бы не смогла объяснить, как так получилось, что она сидит в доме чужого Мастера вместе с вроде бы как Мастером Сефирота и потягивает насыщенный маной алкоголь, отдающий терпкими травами, и от которого по телу распространяется приятная лёгкость совершенно игнорируя её статус Героической Души. А ещё слушает какую-то безумную теорию, что с честным видом выдает этот… шут. Да, именно шут, причём, значение этого слова будет самым первым, исконным. Тот, кто под маской паяца и безобидного дурачка может как сказать в лицо царю, что тот глупец и решения его ошибочны, так и быть телохранителем, шпионом и убийцей на службе у того же царя.


То, что «безумие» Сефирота либо напускное, либо совершенно не мешает ему анализировать обстановку, было видно сразу, но когда он простейшими словами, доступными полному невежде, объяснил что едва не случилось там — в лесу… Она не сразу это осознала. Потребовались объяснения, время, трясущийся стакан в руках, но он… он понял всё сразу. В тот же миг. За краткую, едва различимую секунду, пока её кинжал совершал оборот в его ладони. Она хорошо запомнила, как изменилось тогда его лицо, но поняла что он ощутил лишь сейчас, когда её Мастер успел сделать всё, чтобы подготовить её к этим знаниям.


А потом он превзошёл и это, на корню сбив нарастающие истерику и страх, устроив какой-то безумный балаган, начав всё со здравой и разумной идеи получить себе Сэйбер. И это и правда была хорошая мысль! Медея поддержала бы её всеми руками, но отрицательный ответ мальчика оказался падением в умело расставленную западню, после которой… шут, с полным правом, устроил своё представление, напрочь выметая из мыслей слушателей все следы недавнего потрясения. А уж когда она услышала из его уст о «садодэрэ», да ещё и с таким выразительным взглядом… после чего волей-неволей, но взглянула на этого юношу, Эмию Широ. Что же, тот действительно производил впечатление кристально честного человека, что было уже большой редкостью и сильно импонировало Кастер, так он ещё и призвал такую миленькую Сэйбер! Да и сам тоже был весьма мил… но, нет, быть может, встреться они в других обстоятельствах и да, но… сейчас у неё есть связанное с ней чудовище, так подходящее злой ведьме. Впервые за очень долгое время, Медея не испытала неприязни и отголоска боли от подобного «титула».


Всё изменилось, когда Кастер почувствовала приближение мощного источника маны, но предупредить никого просто не успела – с громким грохотом разлетелась одна из стен и в проёме показался смутно знакомый гигант с маленькой девочкой, держащейся позади. Впрочем, резерв девочки был очень неплох для её возраста и даже в её времена, от такой ученицы не отказался бы ни один маг.


Но градус безумия нарастал, девочка, как выяснилось, пришла за своим братом, неужели в этом безумии Сефирота ещё больше истины, чем она думала? Вот только всего пара насмешливых фраз — и фокус внимания девочки и её ручного монстра с почти что беспомощного парня переключается на «шута». Град чудовищно сильных ударов, приказ ставшего серьёзным Сефирота и её запоздалое предупреждение. Мнимая победа и возрождение врага, которого бы она с удовольствием удавила собственными руками, но вместо этого вынуждена держать барьер, пока её мужчина сражается, защищая… последняя мысль была какой-то странной. Неправильной. Или, наоборот? Разобраться в этом чародейка не успела, потому как Сефирот показал, что действительно может устроить чудовище.


-Как же вы надоели мне со своими концептуальными вещами! - тихий шёпот, переходящий в безумный рёв. Или это был крик? Змеиное шипение? Кастер не могла ответить, просто все инстинкты разом закричали, что рядом с ней стоит Смерть. Хищник, жуткое порождение кошмара.


Но внешне всё оставалось по-прежнему. Внешне.


-ГРР, - Берсеркера не заботили проблемы с голосом у его противника, и он рванул вперёд, дабы добить обезоруженную жертву.


Вот только «жертва» оказалась не так проста. Навстречу древнему герою устремился бурлящий поток алого света прямо из глаз её Мастера, вызвавший у Медеи отчётливый приступ негодования. Огненный луч источал жар, как и положено такому заклинанию, но мало того, что его сотворил Ассасин каким-то совершенно извращённым способом, что уже выглядело странным, так и мана была какой-то неправильной. Привкус тлена и увядания ощущался на зубах, словно его Исток — Смерть. Для Ассасина это было бы логично, но, в таком случае, и цвет луча и эффекты должны были быть совсем иными! Там должен был быть холод, а не жар! Уж та, кто не понаслышке знала о Некромантии и могла призвать едва ли не легион немёртвых, в этом аспекте волшебства ошибаться не могла. Но луч был алым и вполне успешно разбился о лицо Берсерка, прожигая плоть и заставляя того отступить.


И вновь вспышки двух алых лучей, на этот раз выпущенных как и положено с раскрытых ладоней, но ощущавшихся как отражение бездонного неба на дне глубокого колодца. Тлен уступил место густым теням и глубинному Мраку. Древнему, тяжёлому, сокрушающему. И взорвавшемуся яростным Огнём дыхания вулканов, буквально испепеляя всю верхнюю часть тела противника.


«У него несколько Истоков? Как?..»


-Геракл?! Герой древности?! Сильнейший из людей?! - видя, как тело Героя стремительно отматывает для себя время вспять, серебряноволосый мужчина в чёрном кожаном плаще-пальто поднялся из обломков стены в воздух. И новый луч убийственного света из его глаз снёс гиганта, протаскивая его по земле несколько метров, пока не прожёг насквозь. - Мой вид с рождения способен убивать Богов! - тело Сефирота исчезло в краткой вспышке дыма и появившись за спиной у врага. «Ну хоть в этом он нормальный» - не успела завершить свою мысль Медея, как «нормальный» Ассасин вогнал в затылок воина ледяную сосульку, всё так же отдающую эхом гибели для всего живого. - И это. Без! Всякой! МАГИИ!!!


Хруст раздираемого льда ознаменовал новую кончину Берсеркера, чьи голову и тело просто разорвали голыми руками на две равные части.


Это было безумием. Парадоксом. Тем, что не могло существовать. Она уже чувствовала это тогда, когда они заключили Контракт, но в тот момент она посчитала, что это просто очень странный Исток, что так искажает ману, сейчас же... нет, она не могла понять. Всех её знаний не хватало это осознать, но... либо у Сефирота действительно была власть над собственным Истоком настолько чудовищная, что он мог перековывать его без вреда для себя прямо во время боя... или же у него их действительно было несколько. Обе теории выглядели невероятно, а потому, чародейка Эпохи Богов с жадностью наблюдала за сражением, пытаясь понять, кем же и чем же является её Мастер.


Бой же был далёк от завершения. Посиневшая и покрывшаяся коркой инея вооружённая рука гиганта резко развернулась в падении и мощным ударом в незащищённый бок смела своего врага, пробив им потолок, с такой силой, что большую часть крыши и второго этажа дома вынесло наружу, а то немногое что осталось стало стремительно рушиться вниз.


-Тосака! - воскликнул рыжий паренёк, когда на пол рухнули первые балки.


-Спасайся, дурак! - закрываясь кристаллическим щитом в дополнение к защите Медеи, крикнула в ответ Рин, спеша выбраться через пролом на улицу. Кастер отнюдь не стала возражать против такого разумного хода и тоже поспешила.


Не успела осесть пыль, как они все были снаружи. В том числе и полностью восстановившийся Берсеркер.


-Рррр! - гигант первым увидел «Слугу» Тосаки парящего в десятке метров над землёй и одним прыжком оказался перед ним, нанося удар. Но, Сефирот успел вытянуть руку в которую сам собой влетел выбитый недавно топор, на этот раз Медея не почувствовала вообще никакой магии.


Столкновение, от мощи которого по воздуху разошлась ударная волна, вновь раскидало противников. Геракл не умел летать и с грохотом вернулся на землю, оставляя под собой небольшой кратер промявшейся земли, а Сефирот…


Жест свободной руки серебряновласого Ассасина и только что чистые, усеянные звёздами небеса, заволокли чёрные тяжёлые тучи по которым с секундной задержкой заплясали громовые разряды.


-О, Зевс Громовержец… - не веря своим глазам прошептала Медея Колхидская, глядя как десятки широких, в метр и более разрядов, послушными ручейками, протянулись до рук её Мастера, откуда обрушились вниз титаническим столпом света.


Смерть и Тьма, Пламя и что-то ещё, чему у неё не было названия, вплелись в эту первозданную силу природы и погребли фигуру Геракла под собой, будто не гигантом он был, а мелким карликом. Секунда ослепительного света и столп грома померк, оставляя под собой обугленный полускелет и ощутившую резкую нехватку воздуха Кастер. Ведь показанный уровень развития и контроля Элемента превосходил всё, что она когда либо видела.


-Я видела этот приём в аниме, - пробубнила Рин, шокировано глядя на своего "Слугу". - А ещё говорит, что не тот самый... - теперь в голосе была обида.


«Что она несёт?» - успела подумать Медея, пока воздух не разорвал крик потерявшей былую уверенность беловолосой девочки:


-Берсеркер, хватит дурачиться! Я приказываю тебе уничтожить врагов! – по шее и щекам Илии поднялись пылающие будто раскалённым металл метки, показала задействование Командного Заклинания. Теперь древний герой мог сражаться даже за пределами своей и так чудовищной силы.


Мгновение — и Геракл оказался снова цел, а его меч, сжимаемый уже двумя руками, с хлопком разрывая воздух, бьёт по подставленному древку алебарды в руках Сефирота. Грохот и толчок земли, едва не заставивший зрителей повалиться с ног, пришёл с опозданием.


Страшная ударная волна от соприкосновения оружия заставила зажмуриться и ещё сильнее постараться, чтобы не упасть. Беловолосый мужчина был откинут к земле, но не долетев до неё пары метров просто завис в воздухе, скрежеча зубами. Раздробленные от чудовищного удара кисти рук, видимые даже с такого расстояния, стремительно восстанавливались, но насколько больно ему сейчас сжимать оружие и как он вообще смог его удержать, Медея старалась не думать. Геракл же не собирался упускать инициативу и обрушился на противника с новой порцией ударов и… Сефирот отступал, со второго удара вынужденно встав на землю, но продолжал отражать безумные, полные силы и ярости атаки. Иногда, помимо меча, гигант использовал и собственные ноги, с, казалось, невозможной для класса Берсеркера ловкостью и скоростью, отвешивая богатырские пинки, от которых противник далеко не всегда успевал увернуться. Она бы очень хотела помочь своему Мастеру, но всё её внимание сейчас уходило на щит – даже просто ударные волны от атак Берсеркера могли убить обычного мага, а уж шальные осколки – тем более, даже несколько секунд отвлечения для того, чтобы наложить усиливающие заклинания на Сефирота или как следует проклясть Геракла были непозволительной роскошью, ах, если бы только удалось добраться до Сэйбер — она бы смогла прикрыть и дать так нужно время, но круговерть боя их разделила и попытка добраться сейчас могла закончиться фатально. Новое столкновение оружия. Новый грохот и… Ассасин не отступил.


-Р-р-р-ра! - кому принадлежал этот рык? Точно сказать она бы не смогла, удар жутковато выглядящего топора и… Берсеркер делает несколько шагов назад, не в силах сдержать мощи ударов…. Что?! За спиной Сефирота появилось десяток багровых магических кругов, из которых вылетели метательные ножи, буквально сияющие от вложенной в них магии, на этот раз – нейтральной. Вместе с импровизированным залпом, Ассасин сделал ещё один шаг вперёд, потеснив Берсеркера. Если бы ей кто-нибудь сказал, что подобное возможно, она бы посчитала рассказчика душевно больным. Но это происходило на её глазах и было безумием. Сущим безумием.


-Пошли. В задницу. Все. Эти. Концепции! - вновь проревело чудовище, особо даже и не прикидывающееся человеком.


И пошло вперёд, просто задавливая «сильнейшего в мире человека». А меж тем, отбитые Берсерком клинки поднялись в воздух вновь и вновь Медея не ощутила никакой магии, даже в тот момент, когда они, принялись беспорядочно носиться, атакуя гиганта сверху, сбоку, сзади, даже снизу попробовали достать. Геракл уже не помышлял о полноценной атаке. Лишь коротко огрызался. Вот кинжал вошёл ему в глазницу и начал стремительно вращаться, до тех пор, пока не ушёл в голову гиганта по самый кончик рукояти. Пусть воин в мгновение оказался целым, но новые клинки уже пробили его ступни и лишил на долю мгновение манёвра… как раз в тот момент, чтобы чудовищный топор воспользовался возникшей брешью в защите и отрубил воину руку, а следом по самое древко вошёл в тело. В следующую секунду опять целый и невредимый Берсеркер уже отлетал, не в силах удержать удар шипа, располагавшегося на обухе раскрученной алебарды. Наиболее чувствительная к миру Медея ощутила. Как с лёгким хрустом в мироздании что-то сломалось… изменилось и перестроилось, подгоняясь под новые параметры. И что-то ей подсказывало, что данные изменения как-то связаны с её Мастером.


А чудовище продолжало наступать и оно было в ярости, столь огромной, что её эманации буквально били по окружающему пространству, а ещё, в воздухе растекалась мана, вытесняя, подавляя и заменяя привычную реальность, подменяя её другой, подвластной воле и желанием конкретного существа. Пепел, пламя и ощущение окончательной гибели и смерти навалились на плечи людей и духов, оказавшихся неподалёку. Остатки дома, ещё не поврежденные битвой, осыпались серым прахом и гнилью, открывая вид на абсолютно чёрное небо и потрескавшуюся, мёртвую землю.


-Добро пожаловать в Бездну, - улыбнулся серебряноволосый.


-ГРРР, - но Берсеркера не заботили подобные метаморфозы с окружающим миром, и он рванул в новую атаку. Удар и… меч перехвачен голой рукой. Вторая рука Сефирота нанесла сокрушительный удар в грудь гиганта, отрывая того от земли и отправляя в полёт, выпущенное из его рук оружие осталось в хватке существа, ещё так недавно беззаботно потешающегося над подростками.


-Не так быстро! - из кончиков пальцев демона выстрелили гибкие чёрные щупальца, в одно мгновение обвившие Геракла и подтащившие его обратно к «шуту».


Яростно взревев, Берсеркер смог разорвать удерживающие его путы, но враг уже был близок, один рывок и собственный меч Слуги отрубает его руку, орошая мёртвую землю горячей алой кровью. Однако до земли долетает немного, зависнув в воздухе, багровые капли стягиваются в небольшую кровавую сферу, что, спустя долю мгновения, исчезает, впитываясь в тело серебряновласого.


Но это не мешает новой атаке и не успевший защититься Геракл разваливается на два куска, что так же начинают втягиваться в тело своего убийцы мгновенно оплетённые чёрными щупальцами.


-Б-берсеркер! – дрожащим голосом зовёт Илия, но… ничего не происходят.


-Не в этот раз, девочка, - закончив своё дело, Сефирот развернулся к напавшей на них девчонке. - Мы в месте, где всё работает так, как должно. А люди умирают, если их убить.


-Не трогай её! - выскочил откуда-то сбоку Эмия Широ, вставая перед маленькой фигурой враждебного Мастера.


Парню явно было страшно, но за спиной его сжалась маленькая девочка, а потому он был готов умереть, но не сойти с места. И пусть подобный поступок был сущей глупостью, но Кастер была вынуждена признать, Эмия Широ в её глазах значительно вырос. Пусть он не мог похвастаться большой магической силой или развитостью Магических Цепей, но по доблести своей превосходил многих и многих из тех, что позже назвали «героями».


На миг мир застыл, но вот прошла секунда, другая и…


-Широ, за то, что ты защищаешь маленькую беззащитную девочку, хвалю. Ты тут молодец, - голос Сефирота вернулся в норму. - А вот за то, что ты считаешь меня такой мразью и подонком, который броситься её убивать именно тогда, когда в этом отпала всякая необходимость, несмотря на то, что я весь бой упорно не наносил по ней ударов, тебе, как паладину, должно быть стыдно.


-А?…


-Стукнуть бы тебя чуть-чуть за такой плевок в лицо, но не хочу пугать Сэйбер, - мужчина указал взглядом на потрясённо застывшую неподалёку блондинку. - Ещё решит на нервной почве, что я на тебя действительно напал, и бросится защищать. А по поводу Илии... - он перевел взгляд на продолжающую дрожать за спиной парня девочку. - По заднице бы ей надавать за такие походы по гостям, но ладно… Рин, можешь её утешить и успокоить?


-М? - Тосака вздрогнула и хлопнув глазами, быстро кивнула. - Конечно, я займусь!


-Но… - пробормотал школьник.


-Даже не думай, - отмахнулся Сефирот, поворачивая лицо к небу. - Ты — ОЯШ, тебе нельзя доверять успокаивание младшей сестры, помни о том, что я говорил тебе про правила.


-Какие пра… - тут Эмия вспомнил и моментально залился краской, - да я… да вы… нет!


-У неё сейчас истерика и ты можешь вызвать импринтинг, - безжалостно отмёл возражения парня мужчина. После чего небо под его взглядом дрогнуло и они вновь оказались в привычном мире. По лицу тут же ударил ветер и на тело обрушились струи дождя. - Особенно в ракурсе того, что мы вернулись в этот неправильный и безумный мир! – беззаботно рассмеялся безумец, считающий безумием окружающее. Медея же вновь задумалась, стараясь понять, как к этому относиться, но… в глубине её души царило удовлетворение и небольшая капелька сожаления. Ей было жаль, что на месте Геракла не оказался Ясон.