# Продолжение "Крестика" 13.03.2020

Аноним Седрик

«Хотя эта милашка-прогульщица имеет определённые шансы…» – пришла предательская мыслишка навеянная молодым, здоровым организмом при виде обнажённого женского тела в непосредственной близости. Да и кожа у неё, несмотря на то, что выглядела, как камень, на ощупь оказалась тёплой и нежной, что уже заставило приложить усилие дабы прогнать лишние мысли из головы.


Энергетика девушки оказалась не слишком совместимой, но не настолько, чтобы я не смог подстроиться. По всей видимости, она была кем-то из японских духов места, не домовая и не леший, но что-то близкое, возможно в гибриде с кем-то ещё — когда вампиры наводили ужас на Китай, в Японию мигрировали сотни видов всяких монстриков, в какой-то момент чуть ли не превысив человеческое население островов. Тогда много кто с кем перемешался, а я ещё и не был особым специалистом по местным видам. Впрочем, кем именно она была для нашей ситуации значения не имело, так что через десяток секунд работы каменная корка на её коже начала рассасываться и исчезать. Магическое окаменение хорошо тем, что организм так может действительно храниться почти вечно без какого-либо вреда для себя, так что жертва даже истощения не испытывала. А ещё, она пусть и не могла видеть, но прекрасно слышала и осознавала всё, что происходило. Правда, этот момент я выяснил уже на практике, поскольку как именно должны ощущать себя и окружающее жертвы медуз, не знал даже в теории. Как я это узнал? Ну…


– Спасибо! Спасибо! Спасибо! – на меня налетела обнаженная красотка, мигом повиснув на шее и с радостными всхлипами и слезами счастья уткнулась лицом мне в грудь. Чёрт, кажется, теперь я начинаю понимать, почему некоторые так рвутся в герои! Такие женские слёзы мне, определённо, нравились...


– Ну-ну, будет, – аккуратно высвобождаюсь и, скинув форменный пиджак, набрасываю его на плечи спасённой. – Не плачь, всё хорошо, – смотрю ей в глаза, одновременно решительно запахивая свой пиджак на её груди поплотнее. – Поищешь, что-нибудь, что можно накинуть? – ей сейчас нужно отвлечься, и поручить некое нужное и понятное дело тут будет в самый раз. – Я пока займусь твоими подругами…


– Д-да… – заторможенно кивнула, пока ещё не очень осознав значение моих слов. – Да! – осознание подгрузилось и она заметила мой пиджак, тут же схватив и натянув его изнутри. – Спасибо!


Молча киваю, подарив девушке ободряющую улыбку, и направляюсь к секретной студии. Процедура оживления повторилась ещё шесть раз и каждый раз, первое, что делала спасённая, это бросалась на меня со слезами. Сказать, что у меня были к этому какие-то претензии, значило бы нагло соврать, особенно после третьего случая, когда на мне уже не было не только форменного пиджака, но и рубашки с футболкой. А что поделать, если во всей студии не нашлось ни одного обрывка ткани, да и штор в классных аудиториях как-то повесить не удосужились? При этом, надо сказать, что за несколько недель стояния обнажёнными стыдливость у девушек несколько притупилась и они, в общем, были не слишком против посверкать своими прелестями перед спасителем. По крайней мере никаких возмущений и смущённых криков «отвернись» не поступало, а к поискам чем бы прикрыться подключались деловито и без паники.


И, разумеется, именно в тот момент, когда на мне висела последняя жертва медузы, а шесть остальных кучковались рядом, трое (с учётом висящей — четверо) из которых — совершенно обнажённые, должно, было просто обязано что-то случиться.


– Бух! – дверь вынесло вместе с дверной коробкой и куском стены. В помещение влетел боевой боборотень в полутрансформе.


– Астарт, держись! – тут пыль чуть улеглась и вервольф узрел… – О-о-оу-у-у-у-у!


– Къя! – ответили ему мои… ну, собеседницы… наверное. И тут же попытались всей толпой спрятаться за мою спину. Ага, тоже голую.


– Дорогой! – следом за Гином, в помещение влетела моя суккуба. Увидела картину ну и споткнулась в воздухе, по другому и не скажешь, пришлось ловить телекинезом, а то как пить дать — протаранила бы лбом балку.


– Это… кто? – как всегда спокойно и чуть отстранённо спросила Мизори, оторопело вынимая чупа-чупс изо рта.


– Жертвы похитителя, точнее, похитительницы.


– Так, – теперь в многострадальное помещение протолкнулась и Юкари, окину нас всех инквизиторским взглядом, – этот извращённо-извращенческий-извращенец-десу в кругу голых куриц-десу. Ожидаемо. Наш редактор-извращенец-десу, оказался полностью бесполезен. Тоже ожидаемо-десу, – взмах жезлом, часть помещения отгораживается ширмочкой, ещё один взмах и на ширмочке повисают восемь платьев горничных, – а теперь, отлипли от моего извращённо-извращенческого-извращенца и марш переодеваться! – немного подумав, ведьмочка приложила, – Десу!


– Юкари, – я устало вздохнул, видя, как сбитые с толку демонессы (назовём их так, хотя ни одной с чисто-тёмным спектром я среди них не увидел, к сожалению) послушно потянулись за ширмочку под негодующий и жадный взгляд оборотня, – ты ведь понимаешь, что всего парой фраз из героя-спаситея в их глазах превратила меня едва ли не в более жуткого маньяка-извращенца.


– Да, Юкари, как ты могла такое говорить о дорогом?! – возмутилась суккуба, при этом всем своим видом полностью показывая, что целиком на стороне ведьмочки и вообще, во всём её поддерживает. Сговорились.


– А где Мока и Цукунэ? – спросил я, стремясь перевести тему. Пусть мне и не было особого дела до криков о моей извращённости, но, право слово, те были совсем не к месту относительно эмоционального состояния спасённых. Их, конечно, требовалось отвлечь от пережитого, но не клоунадой же на явно неуместную тему.


– Они пошли за Нэкономэ-сенсей, видимо, не могут её найти, – Мизори уже оказалась у меня под рукой и сейчас внимательно наблюдала за «заширмочным пространством», перекатывая конфетку из одного уголка губ в другой.


– Это будет шикарная статья! Так, срочно нужно сделать снимки для первой полосы! – боборотень пришёл в себя и попытался было рвануть за ширму, но…


– Цвеньг!


– Даже не думай-десу! – погрозила ему жезлом гордая дочь Сэндо.


– Ни себе ни людям, – вздохнул волк, впрочем, когда из-за ширмы таки вышли семь миленьких горничных, он был готов простить ведьмочке и куклу-вуду, и тазики и хоть своё бритьё на год вперёд. В общем, наш редактор был покорён и повержен. И принялся брать интервью, да. И героически утешать. Немного подумав, я решил, что не буду ему мешать, он хоть и кобель, но сейчас не полнолуние и нарезки не слетит, а с учётом подвешенного языка, действительно отвлечёт и настроит на позитивный лад. Мне же стоило взять на себя другой вопрос.


– Куруму, Мизори, вон в том шкафчике я видел кучу посуды для натюрмортов, – кивком указываю на дальний угол основной аудитории кружка. – Я сейчас сбегаю за чаем, а вы пока подготовьте здесь всё — им будет полезно запить стресс, – теперь я указал глазами на спасённых.


– А? Да, конечно! – активно закивала почему-то налившаяся краской суккуба.


– Юкари... – собираюсь пристроить к делу и девочку, но взглянув на то, как пристально она следит за телодвижениями Гинея, решительно тиская свой жезл, понимаю, что мои напутствия тут излишни.


– Чего? – покосилась на меня мелкая, одновременно стараясь не разрывать зрительного контакта со спиной оборотня. Выглядело это… неудобным.


– Продолжай в том же духе! Ты молодец, – глажу ведьмочку по голове, благо свою шляпу она где-то потеряла, и не дожидаясь ответа телепортируюсь из здания.


Взять заварку и чайник помещении нашего клуба было делом пяти секунд, найти к ним чего бы пожевать оказалось сложнее, но в моей комнате ещё оставалось немного печенья с шоколадной крошкой испечённого Куруму, так что минуты через три я уже вернулся со всем необходимым и даже ничего не пропустил. Дальше было заваривание напитка, раздача чашек, лёгкое пинание оборотня, дабы не увлекался пикапом во время работы. В общем, всё стандартно, в том числе и то, что от раздачи печенек меня быстро оттеснил дуэт Сэндо с Куроно, образовав между моим телом и семью спасёнными милашками тонкую, но неприступную стену.


И вот я, значит, стою один, весь из себя такой притесняемый и изгнанный в резервацию, потягиваю чёрный чай без сахара из розовой кофейной чашечки, любуюсь тем, как чёрно-белая униформа, кхм, подчёркивает женское очарование милых дам, игнорируя попытки двух других милых дам перекрыть мне обзор, как вдруг…


– С-т!... Студент Астарт! Что вы тут устроили? Что с вашей?!… Почему вы в таком виде?! И во что вы одели этих студенток?! – несчастная Нэкономэ-сенсей замерла в стенном проломе, где некогда располагалась дверь, и потерянно хватала ртом воздух, созерцая нашу компанию. За её спиной угадывали любопытные мордочки Цукунэ и Моки.


– Боюсь, вы ошибаетесь, сенсей, – с притворной грустью, вздыхаю, глядя в лицо кошкодемона. – К моему величайшему сожалению, я не имел удовольствия одеть этих очаровательных девушек, – от того, как я выделил интонацией слово, Мока за спиной учительницы густо покраснела, да и наша классная котейка резко ускорила амплитуду махания хвостиком.


– Н-не заговаривайте мне зубы, студент Д'Эст! – Нэкомонэ воинственно сжала кулаки. – Почему вы стоите голый в учебном помещении?!


– А?... – тут я, признаться, и вправду вспомнил, что одолженную одежду мне так и не вернули, а, значит, выглядеть я мог со стороны... кхм, м-нда... – Ом... Ну что ж... признаю... попытки одеть я предпринимал. И даже достаточно успешно, – нахожу глазами тех девушек, коим как раз и довелось побегать некоторое время в моём пиджаке, рубашке и футболке соответственно. Девушки дружно начали прятать глазки.


– Возьмяутительня! Немедленья оденьтесь! – и хвостом как пропеллером... И ведь на таком расстоянии я прекрасно вижу в её ауре, что вид-то ей как раз нравится.


– Конечно, – покладисто киваю и направляюсь за ширму, где, по логике вещей, и должна была остаться моя одежда.


Логика не подвела. А вот как назвать то, что меня подвело, я придумать затруднялся, ибо... Ну... За ширмой обнаружилась Шираюки, которая... как бы сказать... В общем, сводила близкое знакомство с моими вещами.


– Футболка Астарта... – донёсся до меня мечтательный шёпот из под... футболки. За которой пряталось лицо Мизори. Очень близко пряталось. Нос к носу... если можно так выразиться.


Представив, что с нами сделает наша штатная Мурка, если я сейчас попробую отобрать у своей Снегурочки данный предмет одежды… или просто засвечу Мизори в таком состоянии, я принял мудрое и стратегически верное решение оставить девушку в нирване (и в футболке) и, надев рубашку с пиджаком, вышел перед грозны очи сенсея.


По счастливому стечению обстоятельств… да, так и запишем, кто сказал, что я выжидал? Так вот, по счастливому стечению обстоятельств, первый порыв кошкодемона сошёл на нет, стоило раздражителю скрыться на некоторое время с глаз, ну а там уже и освобожденные пленницы принялись рассказывать свои истории и убеждать сенсея, что я — воплощение героичности, благородства и прямо настоящий «Некромант на чёрном драконе»… э-э-э, в смысле, Рыцарь на белом коне, да. Куруму и Юкари испытывали смешанные чувства, с одной стороны, обе явно мной гордились и всё такое, но вот с другой… тот факт, что «дорогого» от начальственного гнева отмазывает не просто кто-то другой, но этот «другой» ещё и крайне красивые девушки в количестве семи штук, которые, вот буквально только что, висли на нём голышом… в общем, на лицо моральные страдания и жуткие терзания. Как и положено добропорядочнму демону, я наблюдал за этими муками с превеликим удовольствием, не забывая их подстёгивать, улыбаясь спасённым красоткам, но и не давая «жертвам» перегореть, благо тут нужно было лишь приобнимать и гладить по спинке мою суккубу и всё-таки решившую присоединиться к коллективу снежную деву. Ну и бобортень, нельзя забывать о боборотне, что и сам очень старался и, в кои-то веки, имел пусть и не полную, но довольно сильную поддержку от моих девочек на почве привлечения женского внимания, пусть и была она в формате «ладно, пусть этот кобель перетягивает на себя их внимание, лучше он, чем Астарт-десу!». Однако, что-то мне подсказывало, что мысленный подсчёт необходимых скинуть на голову вервольфа тазиков идёт во всю.


И всё бы хорошо, но вечер, что я надеялся было провести, минимум, наслаждаясь красотой и грацией почти десятка юных леди, большая часть которых, в добавок, одета в наряды горничных, а максимум, так вместе со всего двумя красотками, но уже куда более активно, кончился тем, что сначала нас допрашивала Нэкономэ-сенсей, а после — протащили на ковёр к Директору. Всё-таки необоснованное нападение учителя на ученика — это серьёзно. Монстры монстрами, право сильного и всё такое. Но разборки на уровне драки учеников — это одно, а вот так… это ущерб репутации Академии и, как следствие — его главы.


– Да, Хитоми уже написала мне объяснительную, – ответил спокойный голос из-под балахона.


– И что с ней будет? – мне стало интересно, всё-таки, что ни говори, а к красивым женщинам я испытываю определённую слабость.


– Она предала оказанное ей доверие, – всё также спокойно отозвался мой не показывающий лица собеседник. Вот только сейчас даже у меня отчётливо пробежали мурашки по спине. Монстр передо мной был силён. Чудовищно силён и стар. Я не мог различить оттенков его мощи, но даже так, просто сидя рядом, мне было откровенно не по себе. Какая Сила! И как я хочу такую же… нет, большую! И, когда-нибудь, смогу её получить... ну а пока, лучше прикрою своих девочек — им приходится, с одной стороны куда как легче — их чувствительность много ниже, но с другой — тяжелее, поскольку на уровне этого мастодонта, их запасы сил не котируются от слова вообще, а потому и давление даже полностью скрывающего свою суть Директора, их пробирает изрядно, – тем не менее, – продолжил он, – никто не пострадал и, если у вас нет к ней претензий… – все дружно замотали головами, – тогда я просто уволю её.


– Возможно… стоит ограничиться испытательным сроком? – не мог не спросить я.


– Хм… – в тени коричневого капюшона на миг зажглись жёлтые глаза, изучая меня с новым интересом. Монстр задумался, – хорошо.


– В-вот так вот просто? – встопорщила шёрстку наша кошка.


– У вас есть возражения, Нэкономэ-сенсей? – балахон чуть повернулся к блондинке.


– Н-нять, директор-сама! П-простите-ня! – тот лишь коротко кивнул, на мгновение мне даже почудилось что-то вроде смешка.


– Что же, если это всё, то я не буду вас задерживать, – после его слов дверь кабинета распахнулась сама собой. Весь набившийся туда коллектив поспешил как можно быстрее оказаться снаружи, ну а мне выпала роль выходить последним, хотя до этого я был готов поручиться, что сидел если не первым к выходу, то уже точно ближе, чем наша классная, – студент Д’Эст… – окликнул он меня.


– Господин директор?


– Я не был лично знаком с вашим отцом… но я рад, что вы пошли по пути иного вашего предка. Надеюсь, что вы продолжите в том же духе… Доброй ночи.


– Доброй ночи, директор, – эхом откликнулся я, выходя из кабинета в смешанных чувствах.


Всего одной фразой это существо жутко меня запутало. Он знал, что со мной произошло? Откуда? Как? Или он имел ввиду что-то иное? Причём тут «иной предок» и что ещё за «путь»? Вряд ли он имел ввиду мать — той я почти не помнил, да и ничего примечательного в ней не было… хотя теперь я не уверен. И в чём проблема с отцом? Он, конечно, был нелюдимым и немного вспыльчивым, но отходил быстро и, в целом, мало чем выбивался из местного психоделического мироздания, с някающими демонами и суккубами-пуританками, в смысле, был добряком и мировым дядькой, просто напоказ это не выставлял. Или речь как раз о моих, кхм, цинично-собственнических позывах и «бесчеловечных» экспериментах над Цукунэ, с отключением и включением маскировки посреди толпы кровожадных низших? Только кому бы из моих здешних предков такое бы пришло в голову? Эм… вы же не хотите сказать, что речь о Пандемонии и его старой гвардии, с их кредо: «Используй, доминируй, унижай»?


Блин, всего одна фраза, но сколько она повлекла вопросов. Вопросов, не то что ответов, даже намёков на ответы к которым у меня не было. А потому, не став лишний раз терзать себя запутанными идеями и отложив размышления и пустые гадания на благословенное «как-нибудь потом», я занялся тем, чем уже давно должен был заняться — развлечением и ободрением моих прекрасных дам. Разумеется, ни о чём эдаком сегодня, вопреки моим чаяниям, уже и речи быть не могло, но вот просто посидеть, попить вкусного чаю и отвлечься от этих событий… почему бы и нет? По корпусам общежития мы разошлись уже за полночь, уставшие, но успокоенные и, в целом, довольные. Правда, чуяло моё сердце, на этом история не закончится, уж больно многообещающими взглядами обменивались спасённые с моими девочками и чего в этих взглядах не было, так это дружбы и взаимопонимания точно. Всё-таки своей силы я влил в них прилично и пусть импринтинга удалось избежать, но свою «привлекательность» в их глазах я всё равно поднял очень сильно, а если учесть, что на это наложилось героическое спасение… короче, подозреваю, что в женском общежитии, стоит мне скрыться из зоны чувствительности, могут начаться разборки… Ладно, мои девочки — хорошие девочки, никого калечить и убивать не будут, ну а спасённые — не смогут, не сразу после «раскаменения». И только брошенный и забытый всеми Гин печально выл на луну — не смотря на все старания, оборотню так и не «свезло».


Следующее утро вызвало у меня сильнейшее ощущение дежавю, а начиналось всё так… Встретились с Цукуне у выхода, спокойно поприветствовали друг друга и пошли на улицу. Боборотень всё-ещё был недоступен, то ли навылся со вчерашнего дня и отсыпается, то ли до сих пор сидит на крыше и думает о вечном. Барьер всё также отсекал чувствительность и засечь вервольфа «взглядом» не получалось, а заморачиваться с поисковым заклинанием в «загрязённом помехами» магическом фоне мне было лень, хотя идея стоящая и в будущем может и пригодиться… ммм, быть может, подкинуть задачку Юкари? Из размышлениё меня вырвал знакомый голос.


– Доброе утро! – радостно поздоровался с нами позитивный розововолосый вихрь, повисая на Аоно. О, да у них прогресс! Обошлось без утреннего «кусь»!


– Привет, Мока, – кивнул я вампиресе, – девочки, – скрывавшееся за «позитивным вихрем» трио было сграбастано, быстренько ощупано и поцеловано, правда, ощупывание гордой дщери дома Сэндо, равно как и «поцеловывание» её же ограничилось взлохмачиванием волос под ведьмовской шляпкой и чмоком в макушку.


– Утро, – моя Снегурочка привычно спряталась от моего взора, пусть и ко мне же за спину.


– Доброе утро, Астарт! – довольно протянула суккуба, после чего кинула убийственный взгляд себе за спину. А вот там уже как раз был «источник дежавию». Семь источников. И все — наперевес со свёртками.


– Господин Астарт, – начала уже немного знакомая мне смутьянка-прогульщица, – мы с девочками решили отблагодарить вас за спасение и немного приготовили… вот! – мне протянули свёртки.


– Я уже видела это… – Мизори скосила взгляд на Куруму, та намёк поняла и начала закипать, вон как испепеляет взглядом коробочки.


– Там наверняка целый букет чар приворота-десу! И любовных зелий-десу! Мы должны всё изъять и уничт…проверить-десу! – и была она не одинока.


– Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок! – задрала носик одна из красавиц с подарками. – Но, – уничижительный взгляд на верхние достоинства ведьмочки, вернее, то место, где они должны находиться, – полагаю, что нам не требуется применять столь нечестные средства, чтобы заинтересовать понравившегося парня! – намёк был довольно тонким, но вполне очевидным. Команда бывших статуй получает балл!


– Ты на что это-десу, намекаешь…десу? – так, всё, хватит наслаждаться накалом страстей, судя по нахмуренным бровкам колдуньи, ещё немного и над головами засвистят тазики. Да и суккуба со снежной девой напряглись, пусть это трио между собой порой и «выясняет отношения», но они уже сложившийся коллектив и «внешние» поползновения на одного из своих воспринимают напряжённо. С одной стороны, я не мог не радоваться такой сплочённости, с другой же — моё мужское естество молодого половозрелого студента определённо не радовалось тому факту, что «приём в гарем», видимо, окончен. По крайней мере, на какое-то время. Тем не менее, ситуацию нужно было разряжать.


– М-м-м, Натсуми, верно? – обратился я к явному лидеру бывших статуй.


– Да, господин Астарт, – довольно улыбнулась «прогульщица».


– Меня очень трогает ваше внимание и я безмерно польщён угощением от столь прелестных созданий. Правда — вы все очаровательны и прекрасны, но, – поймав Куруму с Мизори за талии, привлекаю девушек к себе, – у меня уже есть невесты, которых я искренне люблю…


– Мест нет-десу! – мгновенно сориентировалась Юкари, успевшая буквально забраться на меня, пусть и не без помощи левитации, и теперь по-хозяйски обняв меня сзади за шею, давила всех авторитетом.


– М-м-м… – на миг стушевалась лидер дам. – А… – помялась, переводя взгляд со счастливо заулыбавшихся Куроно и Шираюки на меня, вверх — на Сэндо и в бок — на замерших рядышком Аоно с Акасией, – а… места любовниц свободны?


– Хрг… – то ли простонала, то ли подавилась ведьмочка на моей шее.


– К-какой разврат! Как нагло и непристойно, – носик Мизори зарылся мне в плечо «отгораживая девушку от мира».


– У нас всё-всё занято! – активно и весьма эмоционально поддержала её суккуба-пуританка, заливаясь краской.


– Точно! Этому извращённо-извращенческому-извращенцу одному будет слишком много-десу! – возмущенно поддакнулис сверху. – Мне его ещё с Мокой-тян свести надо!


– Ых, – сообщил своё мнение о постановке вопроса Цукунэ, Мока просто принялась разглядывать носки своих форменных ботиночек, ища в них то ли легендарное Золото Партии, то ли Смысл Бытия, а может и ответ на главный вопрос жизни, вселенной и всего такого.


– Даже не мечтай, мелочь противная! – мгновенно среагировала на манёвр врага по флангу моя синевласая очаровашая.


– Ты меня не остановишь! Ай!… – ведьмочка резко отскочила, когда между ней и моим телом начал стремительно образовываться лёд. – Холодно же!


– Не лапай дорогого, – тихо, но веско, потребовала Шираюки, прячась всем телом за моей рукой и заглядывая за спину.


– Кхм… – спешу привлечь к себе внимание, а то это уже начинает выглядеть слишком нездорово. – Оригинальное предложение, – осторожно признаю, глядя на Натсуми. Категорически отказывать мешала врождённая вежливость (ага, конечно) и нежелание лишаться общества, как ни крути, чертовски привлекательных девушек, – но давайте обсудим его несколько позже. Как насчёт сегодня вечером в клубе журналистики?


– Хорошо! – радостно улыбнулась «милашка-прогульщица» вместе со своими подружками, – тогда до вечера! Девочки, вперед на пары, мы и так кучу всего пропустили!


– Астарт? – стоило шумной компании скрыться за поворотом дорожки, как меня принялись буравить Негодующим Взглядом. В основном, Юкари, но и мои девочки от неё не отставали.


– Ну, не мог же я вот так просто взять и разбить им сердце после всего того, через что им пришлось пройти? – да, я подло и мерзко взывал к состраданию и совести у демонов и монстров.


– Да, это было бы слишком жестоко, – признала суккуба… мир, хватит делать мне больно! Ай, ладно, чего уж там, я почти привык.


– К тому же, это может помочь нам расширить состав Клуба Журналистики, а значит, не засиживаться порой до ночи за станком.


– А я была бы не против… – закатила глаза Куруму, – вечер, пустые тёмные коридоры, я и Астарт….


– Ну, – крепче приобнимаю синевилосую милашку, – это можно устроить и без сопровождения авралов и судорожной правки материала… К тому же, такой «добро штата» одновременно и замотивирует и нейтрализует Гина-семпая.


– О! – покивала ведьмочка. – Хороший план-десу!


– Ведьма-совратительница… – мертвенно-трагичным, прям для озвучки фильма ужасов, пробормотала мне в плечо Мизори.


– А? – не поняла Юкари.


– Ведьмам нравятся девушки… – всё тем же мрачным шёпотом «пояснила» снежная дева. – Только что была против, а уже одобряет… Подозри-и-ительно.


– Н!… Не правда! – вспыхнула благородная дочь семейства Сэндо.


– Если эти вертихвостки начнут к тебе приставать… – продолжила давить ведьмочку взглядом моя Снегурочка, выдавая в, казалось бы, совершенно не меняющем громкости голосе такие многозначительные обертоны, что просто вах! – Ты — слабое звено! – припечатала она после паузы.


– Да! Точно! – ударила кулачком по ладошке суккуба, до которой дошла придуманная Мизори концепция. – Они же могут купить тебя, обещая помочь свети Моку с Астартом… Вот для чего ты это озвучила! Ты уже запланировала нас предать, мелочь бессовестная! – страшный тёмный демон вышел на тропу войны...


– Не-е-ет! Мне нужна только Мока-тяяян! Мока-тяяян, – на шею зеленоглазой красотки бросились в слезах, – они всё вру-у-у-ут! Не верь им!


– Астарт! – Куруму уже повернула свои прекрасные фиолетовые глаза к моему лицо, постаравшись придать им максимально умоляющее выражение, – ты же не поддашься?!


– Не буду врать, эстетически они мне тоже понравились, но с вами им не сравниться, ведь мы уже столько успели пережить вместе…


– Астарт… – суккуба подалась вперед, отстраняться я, ясное дело, не стал, чем заслужил приятный и уже куда более умелый поцелуй. Вот только привычного подергивания от Юкки-онны почему-то не последовало и это было странно.


– Мизори?


– Стесняюсь… – снежная дева вновь зарылась носиком мне в ключицу, вместе с тем всей позой, как бы, предложив взглянуть по сторонам — на толпу низших, с большим интересом зарабатывающих косоглазие, проходя мимо нашей компании...


Тут и остальные вспомнили, что мы, вообще-то, стоим едва ли не на центральной площади «академгородка» среди толпы левых свидетелей, а ещё…


-А-а-а мы опаздываем! – Мока взглянула на часы и включила режим паники, – быстрее, а то Нэкономэ-сенсей оставит нас после уроков, а сегодня никак нельзя! – и после этого заявления «вдавила педаль в пол», с разгону бросившись в галоп, ну или как назвать движение бешено несущегося вперёд вампира с развивающимся на ветру запасом крови, словно тот какой-то флаг? Ну, вроде тех что порой приделывают к своим железным коням всякие байкеры. Бедный Цукунэ… но Акасия права, пусть я и сильно сомневаюсь, что после всего произошедшего наша боевая Мурка будет оставлять нас после уроков, искушать судьбу не стоит. Так что мы решили последовать примеру отличницы и последовали в класс, пусть и не с таким ускорением.


Занятия прошли штатно и скучно. Никаких вторжений демонов-ренегатов, магических аномалий, поехавших крышей учителей и прочего. Хотя, судя по виду Аоно, что пытался Превозмочь контрольную по математике, вариант с магическими аномалиями и поехавшими учителями понравился бы ему больше. Тем не менее, занятия благополучно завершились и мы последовали в клуб журналистики, где выяснился один факт, о котором я совершенно забыл...


– С Днём Рождения, Цукунэ! – стоило нам зайти в помещение, как Мока вновь прыгнула на своего… ну ладно, почти что парня. В том смысле, что шкала хавчик/романтический интерес в мировосприятии девушки всё-таки переползла с первого ближе ко второму, но им ещё работать и работать, да.


А мне срочно выкручиваться из ситуации с приглашением кучи девушек на день рождения другого парня, с целью обсуждения с ними возможность становления их моими любовницами… Это даже звучит тупо, а уж какая сцена будет, когда они придут… И вот, пока я активно шевелю мозгами, не забывая шарить по окрестностям всеми доступными чувствами, дабы вовремя отследить визит гостей, именинник блаженно жмурится… и всё-ещё не распускает руки! Я уже не знаю, ауры святой у него нет, организм здоров, ориентация тоже нормальная, так что это, побери меня архангелы?! Ухудшение когнитивных функций из-за постоянной кровопотери или он всё-таки по жизни тупенький? Или это со мной что-то не так и на самом деле это я извращённо-извращенческий-извращенец, озабоченный кобель и бабник? Хммм… так, ладно, спасённые девушки! Нужно думать о спасённых девушках, благо сейчас юная вампиреса подводит парня к нарисованному лично ей портрету, кстати, нарисованному с почти фотографической точностью, что, в принципе, логично для монстра с явно мастерски поставленной координацией и моторикой. О, тут и Гин подвалил и, заговорщически шепча, протянул Аоно пачку фотографий, от мимолётного взгляда на которые подросток залился краской. Наш боборотень в своём стиле. О! Вот и те кого я жду! А теперь в темпе вальса...


– Девочки, я буквально на минутку, нужно организовать стол! – шепнул я своим дамам.


– Мы поможем! – подписалась Куруму.


– Угу… – кивнула Мизори.


– А я пока тут наколдую стол и сервиз, – подытожила Юкари.


– Хорошо, – пока мои девочки колдовали сервиз и расставляли его по местам, я метнулся «за едой», благо чары стазиса и общая предусмотрительность позволяют поддерживать пару дежурных ресторанных наборов. Правда, в основном рыбных — что делать, путь к сердцу нашей кошечки лежит через рыбку, да и от залётов отмазываться сей метод помогает, проверено лично, но суть в другом...


– Господин Астарт! – махнула мне рукой Натсуми, всё так же во главе своей стайки стреляющих в меня глазами девчонок, – как удачно мы встретились в коридоре… – да, очень удачно. Нет лучше импровизации, чем тщательно подготовленная.


– О, прекрасные леди, как я рад встретить вас, – я постарался улыбнуться как можно более приветливо, – быть может, вы сможете оказать мне небольшую помощь?


– Конечно! – выкрик из толпы, – всё, что вы пожелаете, господин Астарт!


– Тогда… – я склонился над ушком Натсуми и принялся шептать ей указания под заинтригованными взглядами остальных.


– Так у того паренька сегодня день рождения? – воскликнула слушательница, – и ты нас приглашаешь? Но у нас нет подарков…


– Бросьте, одно ваше присутствие — это подарок, – подольстился я к красавицам, совершенно не покривив душой. Эх, где они все были, когда я искал себе пассий? Ах да, тусовались в Клубе Искусств… ну да ладно, ещё будем посмотреть. В общем, уже через десяток минут я возвращался в клуб вместе с семью «украшениями», вином и закусками. Ах да, а ещё я в этот момент снял маскировку с Цукунэ.


– Астарт?


– А вот и мы! – я указал на следующие за мной, вися в воздухе, пакеты с едой.


– Я наколдую ещё посуды, – мрачно оценив прибывших, отозвалась ведьмочка, всем видом выражая своёнегодование и посыл «будешь должен», адресованный уже мне.


Тем временем, и так довольно весёлые и непосредственные девочки, да ещё с эйфорией от освобождения из каменного плена, не успевшей толком схлынуть, учуяли «нямку». Пусть у них это и не дошло до состояния «а не закусить ли этой вкусно пахнущей штукой», но поздравляли с Днём Рождения Аоно-сан и чмокали в щёки все семь девушек искренне и с радостью. Парень весь залился краской.


– Пс, Астарт, – видя эту картину, шепнул мне Гин, едва ли не пускающий слюни.


– Хм? – приподнимаю левую бровь.


– Если что, у меня днюха через неделю…


– А если я проверю? – опускаю левую и приподнимаю правую бровь.


– У-у-у-у, ты — садист, ещё больше полугода ждать, – пригорюнился боборотень.


– А если я скажу, что пригласил их всех в Клуб и они, вроде бы непротив? – теперь я улыбнулся кончиком губ, видя, как наш редактор едва ли не хвостом пере до мной махать начал.


– Я тебя люблю!!!


– Эй-эй, тише, блохастый! Я исключительно по девочкам! – отпихнул я излишне воодушевленного оборотня. – Будешь должен, – дополняю чисто для галочки и обозначения точки в разговоре.


– Само собой! – истово закивал парень. Н-да, что-то мне подсказывает, что подсунь я ему сейчас контракт, где чёрным по белому будет написано о передачи его души и шкуры в мою полную собственность, он подпишет не глядя. А ведь до полнолуния ещё далеко. Но тут Гинней таки понял, что пока он обнимается со скучным парнем в зелёном пиджаке, вокруг его кохая крутится сразу восемь шикарных цыпочек, точнее семь и одно начинающая косо посматривать на них вампирша, и поспешил исправить сей прискорбный факт. Да, пожалуй, пора с энтузиазмом заканчивать, да и стол уже накрыт — восстанавливаю маскировку.


– Дамы и редкие господа, – встаю за стол и беру в руки тяжёлый бронзовый кубок, выполненный в готическом стиле, Юкари — ты просто прелесть, – прошу минутку вашего внимания! Итак, Цукунэ, – поворачиваюсь к имениннику, – считается, что как встретишь день рождения, так и проведёшь следующий год. Ты встречаешь день рождения в окружении толпы монстров и демонов, в храме истинного вселенского зла и жестокости, иными словами — редакции средства массовой информации... – тут Гин издал некий возмущённый звук, но я его проигнорировал. – И я хочу сказать, это хорошо! Ибо окружающие тебя демоны и монстры, воистину прекрасны! Так выпьем же это, незаконно и даже, некоторым образом, демонстративно, пронесённое мной в учебное заведение вино, за то, чтобы и в дальнейшей твоей жизни тебе приходилось иметь дело с прекрасными и умными демонами, а не ужасными и тупыми! С днём рождения, Цукунэ! Кампай!


– Кампай! – крикнули остальные и кубки взлетели вверх. А потом дамы, включая и моих, принялись по второму кругу расцеловывать именинника. Вот только была одна ма-а-аленькая проблемка. Нет, я не ревновал своих девочек, всё-таки, как раз отношу себя к умным монстрам, а не ревнивым дегенератам, что не отличают дружеский чмок от чего-то большего. Но… много «посторонних» девушек, что «вешались» на паренька, мои игры с маскировкой и принятый на грудь алкоголь, в общем….


– Цукунэ… – розовая обояшка придвинулась поближе, на полную мощь включая режим «глазки».


– Мока… – ордер расстроен, бронепояс пробит, затопление машинного отделения… В смысле, мозги парня словили синий экран смерти и дальнейшее стало предсказуемее некуда.


– Цукунэ… – ещё пару сантиметров ближе и «морг-морг».


– Мока…


– Прости-и-и! – Кусь! Кхм. М-да, кармическое равновесие и мировой баланс восстановлены, шкала хавчик/романтический интерес снова на прежнем уровне.


– Мока, – спрятав личико в ладошке, произнесла Куруму, – ты должна была выпить с Цукунэ. Не Цукунэ, а «С» Цукунэ!


– Простите… – втянула голову в плечи розоволосая красотка. Остальные приглашённые красавицы, кстати, особо встревоженными не выглядели — слухи о том, что Акасия — вампир, по Академии ходили давно, так что открытием это ни для кого не стало. И вскоре застолье продолжилось. Парень, кажется, уже смирился с тем, что окончательно закуской его считать не перестанут никогда и особо не возмущался, а за стоицизм его таки нормально поцеловали и принялись кормить с ложечки, точнее, с палочек. И почему у меня в голове крутится «откармливает нямку»?


Расходились мы вновь за полночь. И Гин вновь выл на луну, потому как… ну да, бравым красавчиком вновь никто не соблазнился. Может парня проклял кто? Что? Кто сказал, что в Натсуми и её подругах всё-ещё слишком много моей силы, да и просто они смогли её прочувствовать едва ли не всей душой… это всё проклятье и карма боборотня, да, так и запишем! Ну а я — проводил до общежития сразу девять ослепительных красавиц (и одну юную ведьмочку с хорошим потенциалом) и отправился к себе. Спать. Но сначала — в душ. Холодный, ибо расшалившиеся под воздействием «запаха» человека девочки, проявляющие к тебе интерес — это прекрасно. А невозможность зайти дальше определённых рамок — нет. Так что холодный душ. Очень холодный. Эх, а ведь Цукунэ сейчас остался с Мокой на романтическом ужине, что я обещал организовать. Быть может, парню даже повезёт за все его страдания… Хотя, кого я обманываю? Ему повезёт, если ужинать будут не им.