# Продолжение к "Син'Дораю" 21.07.2020

Аноним Седрик

***


Ну что ж, как я и думал, сладость триумфа даже самые мстительные сердца настраивает побыть великодушными, да и идея дополнить победное шествие по столице таким наглядным экспонатом была неплоха. В моё время такого никто не делал, но, если рассудить логически, эффект это должно давать хороший, особенно на мирных жителей, далёких от войны, но любящих роптать о несправедливости военных налогов... О чём я совершенно искренне и сказал королю, когда тот решил узнать моё мнение. Судя по реакции, это сломало последние его сомнения.


Впрочем, судьба троллей-полукровок меня мало волновала. Конечно, иногда у меня мелькали мысли о том, чтобы завести собственное ручное племя, всё же фанатиком я не был и насколько презирал Амани, настолько же уважал Чёрное Копьё, племя Зандалар или Сломанный Клык. Однако идея эта была сопряжена с большим риском. Тролли, даже самые адекватные, миролюбивые и благородные, остаются троллями, их инстинкты у них в крови, и в любом их племени может вырасти свой Залазан, как он вырос в племени Чёрного Копья. Залазан был просто талантливым мастером вуду, помешавшимся на власти. У него не было поддержки никаких великих сил или значимых игроков, но даже он смог, так или иначе, привлечь на свою сторону кучу последователей и стать проблемой для своего племени. Проблемой мелкой, которая жива только пока до неё не доходят руки, но всё-таки проблемой. Тем не менее, он был никому не интересен, однако племя, подчиняющееся мне и выступающее моей военной силой, станет интересно очень многим и очень быстро, буквально как только информация всплывёт. Демоны же способны предложить таким вот амбициозным Залазанам очень многое, да и по своему менталитету Пылающий Легион кровожадным дикарям много ближе любых эльфов. Вот и получается, что такое племя в любой момент может повторить судьбу орков, хлебнувших крови Моннороха, и перейти на сторону врага, со всеми знаниями обо мне и фронтом, который удерживают. Нет, может быть, позже чем-то подобным и можно будет заняться, тщательно всё подготовив и обдумав, но точно не в ближайшие годы — сейчас есть масса куда более насущных задач, первый этап одной из которых как раз сейчас и осуществляется.


Разобравшись с трофейными артефактами, заодно подтянув учеников в определении свойств магических предметов и разрушении простейших проклятий, я вплотную занялся храмовой пирамидой. Полдня я честно шествовал из угла в угол, с умным видом рисовал магические круги и рунные цепочки, ковырялся посохом в земле, озабоченно хмурился, сверялся с положением солнца и обеих азеротских лун, в общем, делал всё, чтобы впечатлить зрителей сложностью предстоящего действа. Что-то из моего кривлянья даже было настоящим, в частности, я окружил пирамиду маскирующим контуром, который не позволял любым энергиям, которые будут здесь применены, просочиться за границы миры или прокатиться эхом по близлежащим землям. Это было не слишком нужно — я мог сделать всё то же самое непосредственно во время уничтожения пирамиды, элементарно встроив требуемые элементы в заклинание или наложив контур отдельным плетением, без использования ритуалистики, но девять часов без дела слоняться из угла в угол слишком скучно. Мои актёрские потуги не прошли даром — люди впечатлились и без понуканий старались покинуть руины города троллей поскорее. Оставалось только устроить красочный салют на прощание — и можно было двигаться в обратный путь.


Закончив с приготовлениями, я направился в уже сворачивающуюся ставку владыки Стромгарда.


– Ну вот и всё, осталось увести ваших людей на безопасное расстояние — и можно начинать, – сообщаю Игресу Троллбейну после всех положенных формальностей.


– Может, тебе всё-таки оставить отряд сопровождения? – с беспокойством спросил король. – Я понимаю, что ты силён, но если это так опасно…


– Не стоит беспокоиться, – заверяю монарха. – К тому же, опасно это только для простых людей — эманации от уничтожаемого храма вполне могут свести с ума, пусть я и наложил защиту, мне же ничего не грозит. К тому же, я быстро вас нагоню на своём гиппогрифе.


– А ему это будет не опасно? Ты же говорил о безумии?


– Разум зверя куда проще человеческого, так что моему транспорту ничего не угрожает, – улыбнулся я беспокойству Троллбейна.


– Ну ладно, – тот вздохнул, – но учти, я не буду откладывать победный пир, если ты слишком задержишься! И на лишний кубок вина тогда тоже не рассчитывай! – улыбнулся в бороду мужчина.


– О, как вы жестоки, Ваше Величество, тогда я буду вынужден явиться как можно скорее, – надеваю на лицо печальную гримасу.


– То-то же! – хохотнул король. – Удачи вам, Мастер Эстос!


– Она мне не понадобится, – благодарно склоняю голову...


Люди окончательно собрались и выдвинулись обратно. Несмотря на понесённые потери, настроение у воинов Стромгарда было превосходным, а грядущий по возвращении праздник предавал ногам дополнительной прыти. Не прошло и трёх часов, как последние дозорные арьергарда скрылись в лесу, оставляя меня наедине с творением троллей. Ну что же, в этом представлении осталось внести последний штрих…


Звёздный рубин в навершии посоха вспыхнул, отражая прокатившуюся по арканитовому древку энергию, и заклинание пришло в действие. Атаковать демонической магией было бы глупо — слишком заметные и долговременные это оставит следы на земле, чистая Аркана излишне фонила и пока не давалась мне в должной мере, чтобы с лёгкостью применять чары нужного масштаба, а вот стихия огня подходила идеально…


На вершине пирамиды вспыхнул огненный факел, в первую же секунду поднявшийся узким белым языком на десяток метров. Такт заклятия — и гудящее пламя закручивает спиралью, вытягивая к небу ещё сильнее. Ещё такт — и пожар расширяется, пожирая камень уже в радиусе трёх… пяти… десяти… сорока метров, пока вся пирамида не скрывается в глубине исполинского столба огня, вознёсшегося до облаков. Пламя магическое, так что камень горит, обращаясь в пепел ничуть не хуже древесного сухостоя. Но и пепел этот пережигается в ничто лишь мигом позже. Намоленные скрепы духовных связей рвутся, повинуясь моей воле, сотни лет обрядов, жертвоприношений и участия племенных божков не могут устоять перед превосходящей силой. Пламя ввинчивается вниз, до самых оснований и глубоких подвалов, до давно сгнивших костей тех сотен заколотых несчастных, в кровь и останки которых у древних троллей было принято закладывать краеугольный камень.


Всего пара минут, и от холма с огромной пирамидой остаётся один глубокий обугленный кратер со спёкшимися стенами, а я опускаю руки. Жаль, так же нельзя было уничтожить Цитадель Ледяной Короны — её хозяин играючи бы нарушил структуру чар ещё на этапе создания, да и силы в её стенах было собрано куда больше, чем наберётся во всех храмах троллей за всю историю их народа. Хотя, правды ради, все настоящие магические укрепления защищены от такого рода фокусов, и только сильно заняв их защитников либо заметно их превосходя в грубой мощи, можно устраивать такие представления, как Архимонд перед Далараном…


Мои размышления были грубо прерваны звуком хлопков, какой бывает при полёте кого-то очень большого с могучими крыльями. Пусть звук и был приглушён магией, но мои органы чувств куда острее, чем у обычного эльфа, а потому я смог услышать. И вспомнить, кто рассекал небеса похожим манером…


– Кто ты и что ты тут делаешь? – едва появившись над деревьями, сходу насел на меня с требовательным тоном синий дракон метров восьми в длину. Точнее, драконица… Знакомая драконица.


Она была чуть меньше, чем при прошлой нашей встрече, но этот узор чешуи и отпечаток магии я ни с чем не спутаю. Это для обычных смертных все драконы на одно лицо, но я с ними породнился и, помимо прочего, получил способность отличать друг от друга разных особей с той же лёгкостью, с какой люди отличают друг друга. Но, просвети меня Солнечный Колодец, как она тут оказалась?!


– Уйди, мелкая, не мешай, – подавив тяжёлый вздох, отмахиваюсь от этой девчонки, уже понимая, что по-хорошему разойтись никак не получится. Не с её характером.


– Это я мелкая?! Я в семь раз тебя больше! – оскорбилась Тиригоса, зависая в воздухе передо мной, чем мгновенно доказала мои выводы. Она была гремучей смесью из беспечности, фееричного невезения и неплохого ума… Но недостаточно беспечной, чтобы не заметить странностей, и недостаточно умной, чтобы не подлетать близко, а ведь она ещё и самоуверенная донельзя из-за того, что сильнее любого сверстника раза в два…


– Ну уж «в семь», – качнул я головой, стараясь на неё не смотреть. Если бы ещё попытка заговорить зубы имела шансы на успех… – Тебе сейчас и двухсот ещё нет, а на фоне Азурегоса и Сапфирона ты вообще мелочь пузатая. Как ты сюда вообще попала?


– Ты знаешь старших? – удивилась дракона и повернула голову к кратеру. – Тогда понятно, как ты устроил такое… – с пару секунд она помялась, но потом приземлилась на землю и ответила на вопрос: – Я искала кое-кого и увидела столб пламени, но не почувствовала магии, и мне стало любопытно. А что на этом континенте делает калимдорский гиппогриф? – без паузы перевела она внимание на мой транспорт, дисциплинированно ожидающий рядом.


– Привёз из Калимдора, – вот и конец переговорам...


– Постой! Но ведь Высшие эльфы давно не помнят о Калимдоре, я часто бываю в Кель'Таласе! Я знаю о чём говорю! И почему ты всё время отворачиваешься? Что с твоей магией? – говорил же — не получится разойтись миром...


– И в кого ты такая наблюдательная, Тири? – резкий взмах посохом совпал с распахнутым в удивлении ртом драконицы, но произнести она уже ничего не успела — цепи Пустоты обхватили её тело со всех сторон и прижали к земле, блокируя магию и лишая возможности дыхнуть огнём.


– Хшшш, – рассерженной кошкой, или тут скорее уместно упоминать — змеёй, шипела юная драконица.


– Прости, я этого не хотел, но ты не оставила мне выбора.


– Пусти, демон! – попытка подняться на лапы или поднять голову для плевка окончилась неудачей. Увы для неё, но не двухсотлетней девчонке тягаться с убийцей Малигоса, пусть она даже из Синей Стаи.


– Я не демон... – не успел я ещё договорить, как был перебит яростным рычанием. – Но что-то мне подсказывает, что ты не поверишь.


– Не ври! – задёргалась Тиригоса. – Ты специально всё это время отворачивался, чтобы я не увидела глаз! Но ты слишком хорошо изолировал это место — я насторожилась и напрягла чувства! Можешь не стараться, я почуяла запах твоей магии! Старшие показывали, как ощущаются демоны, и ты — один из них!


– Я не вру... – вздыхаю.


Вот какого пьяного дварфа её вообще принесло в этот забытый всеми богами кусок континента?! И что мне теперь с ней делать? Здравый смысл рекомендовал убить, в очередной раз затереть следы и быстро покинуть эту местность, прихватив с собой набор весьма ценных ингредиентов вроде крови и сердца дракона, но… Тири не была моим врагом. Пусть в том неслучившемся будущем нас нельзя было назвать друзьями, но мы работали вместе и, в отличие от многих других драконов Азерота, с которыми я тоже вынужденно сотрудничал, она заслужила мою симпатию. Она была отчаянно невезучей, но рассудительной и доброй девушкой, которая искренне пыталась помочь драконам стаи Крыльев Пустоты, и даже когда Малигос развязал войну с целью уничтожения во всём мире любых чародеев, не принимала в ней участия, будучи одной из немногих синих драконов, кто сохранил здравый рассудок. Я совершенно не хотел её убивать! Любого другого синего дракона — сколько угодно… ну, может быть, кроме Азурегоса, но… Но как вообще получилось, что из всех синих драконов на меня наткнулась именно она?! Пускать же под нож своих соратников… Нет! Как бы низко падать мне ни проходилось, но есть грани, за которые я не заступлю никогда… во всяком случае, я на это надеюсь. Но и просто взять и отпустить её я не мог. Она меня заложит старшим стаи сразу же по возвращении. Привлекать же внимание старых и опытных драконов я желанием не горел. Конечно, в моём прошлом-будущем этим ящерицам-переросткам было плевать и на Плеть, и на полноценное вторжение Легиона, но мало ли, как они поведут себя сейчас? Тем более, связываться с Легионом и «поставить на место излишне много возомнившего о себе демона» — это две большие разницы и совсем разные риски. Могут и заинтересоваться.


– Я знаю, что ты мне не веришь, Тири, но раз уж мы так неудачно встретились, придётся тебе побыть моей гостьей…


– Откуда ты знаешь это имя?! Кто тебе рассказал?!


– Это долгая история, и я тебе её поведаю, но не здесь и не сейчас. Будь добра, прими сама человеческий облик. Мне бы не хотелось запускать трансформацию насильно — я знаю, как это неприятно.


– Думаешь, я соглашусь куда-то идти с тобой, демон?! – возмутилась драконица, всё ещё пытаясь разорвать путы, но только сама сообщала им свою магическую энергию, делая лишь прочнее.


– Думаю, у тебя всё равно нет выбора, – вздыхаю. – Поэтому прошу, не усложняй и позволь сопроводить тебя под домашний арест, назовём это так.


– Я не сдамся демонам! – вновь задергалась.


– Эх... – ну не мастер я дипломатии, не мастер. Особенно когда нельзя калечить собеседника для ускорения процесса поисков компромисса. – Ладно, у меня нет на это времени, – пасс рукой — и драконье тело стремительно ужимается, уже спустя секунду оставляя в цепях хрупкую темноволосую эльфийку в нарядном костюме по сильвергардской моде.


– Как ты это сделал? – рефлекторно дёрнувшись в путах и неверяще смотря на свои колени, спросила девушка. – Это заклинание знают только драконы!.. – ох, началось… Вернее, сейчас начнётся очередная логическая цепочка на мою голову… – Ты не демон! Ты чёрный дракон! Я сразу поняла! У тебя запах, как у этих негодяев! – ничуть не разочаровала мои ожидания Тиригоса.


– … Так как я всё-таки ощущаюсь, по твоему мнению?


– Как злой чёрный дракон, владеющий мерзкой магией демонов! Как могли вы, мерзавцы, объединиться с врагами всего мира?! – сколько негодования…


– Ну как скажешь… Иллиана, Салдис, помогите мне, – поворачиваюсь к лесу. Не прошло и десяти секунд, как обе были рядом, скидывая с себя невидимость. – Вы всё слышали — я чёрный дракон, объединившийся с демонами.


– Да, господин, вам очень идёт, – сдержанно улыбнулась Тёмная Охотница, не выпуская драконицу из поля зрения. Та же от появления ночной эльфийки-нежити и полноценного демона временно потеряла дар речи.


– Благодарю. Теперь утащим пленницу в мрачные подземелья.


– С удовольствием, Хозя-я-яин! – восторженно протянула Салдис, от возбуждения хлестнув себя кнутом по бедру.


– Монстры! Что вы задумали?! Даже не мечтайте, что я пойду с вами, я лучше убью себя! Я... – при попытке прокусить себе язык и пустить вразнос сокрытую в теле магию Тиригосу парализовало. У неё и при нашей первой встрече шансов не было пересилить мои чары, а уж после того, как я вдоволь напрактиковался вскрывать защиту синих драконов в войне Нексуса — и подавно не осталось.


– Помогите ей встать на ноги и пойдём, времени мало, – открываю портал в свою башню в Стромгарде.


– Вы собираетесь оставить её в живых? – уточнила Иллиана, уже поднимая безвольное тело вместе с демоницей, стараясь при этом не касаться магических цепей.


– Да, – коротко киваю на портал и, пока дамы буквально уносят на руках пленную, передаю гиппогрифу мысленный посыл с просьбой подождать и не волноваться. Ещё две секунды — и я вошёл в сияющую арку сам, захлопывая её за спиной.


– Хозя-я-ин, позвольте отнести её в седьмую камеру, там уже всё готово, – предвкушающе промурлыкала Салдис, прикусывая клычком нижнюю губу.


– Не позволю. Ведите её в девятую, и поторопитесь — паралич скоро пройдёт.


– Ох, – эротичный вздох демоницы был направлен прямо в ушко Тиригосы, – ты должна обязательно поблагодарить потом хозяина, он очень великодушный, – шагающая с другого боку от пленницы Иллиана только страдальчески покачала головой. Я был более привычен, потому выходку проигнорировал.


У суккубов очень своеобразная психика. Несмотря на общую разумность и сообразительность, их сознание, как и у большинства низших демонов, искажено и может воспринимать мир только через призмы садизма или развратности, и если их слишком строго ограничивать в том или другом, то они просто сойдут с ума от нервного напряжения. Для них эти потребности сродни Жажде Магии у эльфов, но если чувство Жажды одинаково и не меняется со временем, позволяя к себе привыкнуть, то сила демонических импульсов, при невозможности себя утолить, только нарастает, в какой-то момент просто разбивая в пыль самосознание и оставляя от низшего демона один безмозглый клубок инстинктов.


– Причинять ей вред нельзя, обижать тоже, – начал я инструктировать Салдис, открывая дверь в камеру и активируя встроенные в стены чары, лишающие узника возможности как убить себя, так и использовать магию. Помещение было мной подготовлено как раз на случай пленения кого-то вроде Тири, кого нельзя отпускать, но и на Калимдор тащить — очень плохая идея. До камеры Иллидана этой комнате было далеко, но сдержать любого человеческого архимага или девять из десяти Магистров Кель'Таласа оно было способно. На молоденькую драконицу хватит с избытком, – распускать руки с иными целями... – я смерил взглядом лицо суккубы. В ответ там тут же отразилось обещание подарить мне неземное блаженство, – запрещено, – бесчувственно растаптываю мечты демоницы.


Кивок на дверной проём — и драконицу заталкивают внутрь. Фиолетовый свет тут же озарил помещение, проступая в воздухе тысячами рунических символов, и быстро погас, успешно спеленав девушку незримыми путами чар. Шевельнув пальцами, я рассеял с тела Тири остатки паралича и цепи Пустоты, позволяя ей не упасть. Драконице хватило одного неловкого шага, чтобы поймать равновесие, а в следующий миг она уже развернулась в мою сторону. В её синих глазах плескалась нестерпимая мечта обрушить на мою голову все кары мира, и ни малейшего проблеска понимания, от чего я её только что спас, давая инструкции Салдис, да и что в принципе от чего-то спас — тоже, но это было и не важно.


– У меня сейчас нет времени всё объяснять, да и ты не готова меня слушать. Поговорим позже, а пока чувствуй себя ка...


– Если ты собрался меня пытать, то не надейся на успех! – перебил меня гневный крик с той стороны, она явно пыталась использовать магию или перевоплотиться, но ничего не получалось. – Я не предам Стаю и не буду помогать вашему безумному Аспекту в его мерзких делишках!


– Да-да, ты молодец. Отдыхай, – покорно согласился я, закрывая дверь. – Иллиана, проследи, пожалуйста, чтобы никаких эксцессов не было. Если я не появлюсь в ближайшие недели, попытайся покормить её где-то через три-пять дней. Слишком не старайся, она всё равно есть не станет, но совсем уж сухари с водой тоже не предлагай.


– Вы уверены, что пять дней — это не слишком?


– Драконы могут не есть годами. Тири ещё, конечно, маленькая и ей надо хорошо питаться, но и с ней за неделю-две ничего не случится.


– Вы её знаете?


– Да. К сожалению, – из комнаты, а камера была вполне неплохой жилой комнатой, раздался приглушённый грохот. – Когда разобьёт всю мебель, новую не давай, – поняв, что там происходит, предупреждаю эльфийку.


– А прибираться там можно? – мурлыкнула Салдис.


– Обсудим после моего возвращения... – в камере раздался очередной грохот, – а пока останьтесь здесь и присматривайте. Думаю, обратный марш армии займёт месяца полтора, за это время со мной ничего не случится, но если у вас что-то произойдёт — сразу докладывайте. Всё поняли?


– Да, господин, – поклонилась Иллиана.


– Конечно, Хозя-я-ин, эта покорная слуга выполнит вашу волю в лучшем виде, – прикусила губку суккуба, косясь на Тёмную Охотницу.


– Рассчитываю на вас, – одновременно с очередным грохотом из-за двери киваю дамам, после чего, вздохнув, открываю портал обратно. Надо было быстро убрать все следы встречи с драконом и догнать армию, пока моё отсутствие не начало выглядеть странным. Надеюсь, там поблизости нигде не бродит Кэлегос, которого только и могла искать Тири. Только этого дегенерата мне сейчас не хватает...