# Продолжение к "Удачному призыву" 05.02.2020

Аноним Седрик

На следующий день.

Утро я встретил в комнате Луизы, по пути прихватив из обители фамильяров соскучившуюся Лейт. Когда я входил, розововласой малышке снился как-то тревожный сон, что-то о семейных ссорах и некой лодке у озера, как я разглядел коснувшись её поверхностных мыслей. Пришлось немного повременить с побудкой и помочь переключить тему сновидения на нечто менее травмирующее. В итоге последние полчаса сна девочка весело дегустировала пирожные и торты в гостиной Гриффиндора, переживая импровизированную сборку из моих воспоминаний о гулянках после каждого из этапов Турнира Трёх Волшебников. «Кино с полным погружением» выдалось на славу, так что, к моменту пробуждения, о том, что ей до этого снилось что-то неприятное, Луиза совершенно забыла.

– Просыпайся, Котёнок, тебе скоро на завтрак.

– М-м-м… Вальтер?... – сонно промычали в подушку. – Ещё минуточку... – и девочка пошла на прорыв в не успевшие до конца закрыться врата царства Морфея, помогая себе вялой попыткой натянуть одеяло на лицо.

– Я бы с удовольствием дал тебе и целый час, но завтрак — самая важная часть дневного питания.

– А-а… – ла Вальер механически села рывком, не размыкая глаз. С пару секунд она покачивалась, пребывая мыслями явно не со мной, после чего заразительно зевнула и сделала «потягушечки», фоня такой замечательной смесью сонности и физической неги, что я невольно расплылся в улыбке. – Что-то случилось? – взгляд волшебницы стал чуть более осмысленным. – И где Сиеста?

– Скоро будет. А насчёт «случилось»… – окидываю взглядом девочку, понимая, что мозг у неё сейчас работает процентов на десять, не больше, но молчать было бы всё равно неправильно. – Я взял Табиту в свои Ученицы.

– А-а-а… – вновь зевнула Луиза. – Это значит, что она теперь поедет с нами, не так ли? – правый кулачок начал растирать заспанные глазки.

– Куда? – не сразу улавливаю направление мыслей девочки.

– К Катлее, разумеется, разве нет? – всё ещё упорно дёргая ручку на вратах в царство Морфея, чтоб её пустили назад, пояснила де ла Вальер. – Хотя, не важно, – ещё один зевок и решительное, на чистом чувстве долга, спускание босых ножек на пол, – главное, чтобы не эта противная Цербст… Я не могу привести в гости Цербст… это совершенно… определённо… немыслимо, – уже шлёпая по направлению в ванную комнату продолжила бормотать себе под нос эта розовая совушка в ночнушке.

Я же серьёзно задумался. Вообще, Луиза была права — политика, будь она неладна, дело такое. С другой стороны, моя мелко-пакостная часть, шептала, что приглашение Кирхе в поместье ла Вальеров послужит хорошим источником головной боли Элеоноре и остальным старшим родственникам моей ученицы, всё-таки за отношение к девочке им стоило дать по ушам, но, ещё немного подумав, я всё-таки отказался от подобной идеи. Как ни прискорбно, но милая розововолосая малышка ещё не прониклась духом Правильного Тёмного Мага и не получала удовольствия от изящной гадости, равно как и к «общественному мнению» всё ещё прислушивалась. И вообще, это — её семья и разбираться с ними должна сама Луиза, я могу лишь прикрыть, но не более. Ну да ладно. Пока я предавался размышлениям, в покои девочки вошла Сиеста и приступила к своим прямым обязанностям по умыванию, одеванию и прочему уходу за герцогской дочкой.


После утренних процедур наступила пора завтрака, девушка спустилась в трапезную, где и встретилась с Табитой и юной фон Цербст. Ну и Таби не стала откладывать разговор в долгий ящик и решила «официально уведомить свою однокашницу об изменении статуса».


– Доброе утро, Луиза, Учитель.


– Доброе, – мы синхронно кивнули.


– Привет! – радостно улыбнулась Кирхе. – Эй, Таби, а почему ты так официально к Вальтеру? Он нас, конечно, учит, но разрешил же обращаться по имени?


– Вчера я стала его личной ученицей. Как Луиза, – пояснила девочка.


– Это правда? – меня прожгли взглядом карих глаз, я кивнул. – Ах, моя подруга… с моим наставником! Как вы могли! – добавив побольше патетике в голос, «возмутилась» девушка с большими… глазами, – я тоже хочу-у-у! – взяла она с места в карьер.


– Нет, – я мотнул головой.


– Нет? Но почему? – быстрый зырк по сторонам. – Или вам, милорд Д’Эст, по душе более миниатюрные девушки? Уверяю вас, я ничуть не хуже, а быть, может, даже и лучше… в некоторых аспектах, – окончание фразы она прошептала таким тоном, что понять её как-то превратно ни за что бы не получилось. Там всё было написано Очень Крупными Буквами. От мордашки Луизы можно было прикуривать, да и Шарлотта порозовела щёчками, хоть и не изменилась в лице.


– Дело не во внешних данных, – качаю головой, – при необходимости и желании, я могу изменить… хм, облик объекта моего интереса, как угодно. Дело в твоём отношении, Кирхе. Ты не сможешь быть моей Ученицей просто потому, что мой путь не подойдёт тебе. Я согласен наставлять тебя и делиться знаниями по магии, но именно Ученичество… нет.


– Вы так уверенно заявляете это, но, быть может, если вы узнаете меня получше… – пусть это и звучало так же фривольно, как и остальные предложения фон Цербст, вот только на этот раз за этим тоном стояло что-то иное. Что-то, куда более глубокое, чем типаж ветреной особы, не способной воспринимать ничего всерьёз. И вот это «что-то» было уже интересно.


– Я подумаю над этим, – я сохранял невозмутимость. Луиза бросала на нас с девушкой недовольные взгляды, но вмешиваться не спешила — моя отповедь на тему личной жизни ей запомнилась хорошо.


– Тогда, я буду ждать вашего решения, – улыбнулась рыжая красотка и сосредоточилась на завтраке.


***


«Конфликт» с Элеонорой приобрёл довольно странную форму. Она чувствовала себя оскорблённой, она кипела от гнева, но, стоило схлынуть первым эмоциям, как эта девушка в очередной раз доказала, что у неё с головой всё более, чем в порядке. Увидев, что задействованные меры не принесли результатов, она стала выжидать и собирать информацию, для начала, оставшись и дальше «гостить» в Академии. Далее пошли допросы непричастных, как уже по пройденной теме (кто, откуда, когда появился, что было при ритуале призыва «фамильяра», а что началось после), так и по новым направлениям (Табита, Кирхе, Гиш, отношения друг с другом, с факультетом, с учёбой). В общем, всё, что только возможно было узнать, она узнавала. Пожалуй, пару баллов в моих глазах ей отыграть удалось. Особенно, когда от слуг смогла наконец узнать, как к её сестре относились здесь целый год. Трупов, конечно, образовываться не стало, но что-то мне настойчиво подсказывало, что у всех этих баронетов-виконтов, что любили позубоскалить о «нулях», в жизни наступят больши-и-ие проблемы. Правда, тот факт, что и в родном доме к Луизе относились… точно так же, причём, начиная от самой Элеоноры и заканчивая дворовыми слугами, пусть последние и ограничивались шепотками за спиной, от неё как-то ускользнуло. Впрочем, поговорка о соломинке и бревне актуальна для любого мира. Плюс, с точки зрения блондинки я нагло лез в чужое дело и ещё и права качал и поучал чужих людей, но, эй, когда это точка зрения посторонних дамочек волновала эгоистичного демона, на чью «собственность» кто-то имел наглость покуситься? Понятное дело, что Луиза — ни разу не собственность, но стыдно мне всё равно не станет. Тем не менее, ла Вальер-старшая, скажем так, «как профессионал», мне нравилась. Если бы она ещё догадалась извиниться перед сестрой… но, увы, никто не идеален. Ну, кроме Рей… Кхм, эти воспоминания лучше не трогать, а то сразу становится слишком тоскливо, грустно и завидно. У меня, конечно, есть Табита, но… Рей слишком идеальна…Нет, не думать об этом.

Между тем, спустя ещё три дня, я завершил доводку алтаря и последние приготовления к ритуалу. И вот, наконец, настал знаменательный день. Дождавшись, пока Академия погрузится в сонную тишину, я подхватил свою горничную и со зловещей ухмылкой, окопался в подвале.

– Будет больно? – робко спросила Сиеста, разглядывая откровенно зловещего вида алтарь в центре сложного геометрического рисунка на полу.

– Нет, хотя по пробуждению ощущения будут довольно специфичны, но, возможно, тебе даже понравится. А пока выпей вот это, – вручаю девушке «эликсир жизни» изготовленный из крови единорога, дабы у её организма была энергия для дальнейшей операции. – Не бойся — это довольно вкусно и эффект приятный, а потом раздевайся и ложись на алтарь.

– Да, господин, – служанка осторожно откупорила флакон и, с приятным предвкушающим мандражом в эмоциях, поднесла к губам. Несколько быстрых глотков — и она напряжённо выдыхает через растерянно приоткрытый ротик, поражённо прислушиваясь к ощущениям в себе.

– Теперь одежда, – напоминаю, забрав из её пальцев опустевший пузырёк и, тем самым, выводя девушку из своеобразного транса — всё-таки первый опыт употребления сильного «зелья» впечатляет, особенно если ощущения не смазывать плохим вкусом.

– Простите, – смутилась своей нерасторопности Сиеста, начав спешно разоблачаться.

Сложив одежду на пол, служанка поспешила забраться на покрытый рунными цепочками камень и вытянуться на нём лицом вверх, после чего резко полыхнула удивлением.

– Что случилось?

– Ничего, господин. Простите, – чем дальше, тем сильнее горничная мандражировала.

– Я чувствую эмоции, Сиеста, и знаю, что ты удивилась. Скажи мне, что вызвало твоё удивление?

– Я… Просто камень тёплый… я не сразу заметила, – призналась брюнетка.

– Понятно, – с лёгким смешком хмыкнул я. – Лежать голышом на холодном камне — вредно для здоровья, поэтому я позаботился об этом моменте. А теперь расслабься, – подхожу к изголовью и кладу руку на лоб девушки, – успокойся, подумай о чём-то приятном и дорогом сердцу, вспомни что-нибудь хорошее, тёплое, спокойное или радостное… – эмоции Сисеты начали меняться — я не пытался прочесть её мысли, но чувствовал, что она старательно выполняла мои указания. – Молодец. А теперь спи, – аккуратно нажимаю на её сознание, отправляя в страну снов, запрограммированную как раз теми образами, которые она воскрешала в памяти. Эмоциональный настрой пациента всегда очень важен и поглощённая позитивными чувствами она перенесёт операцию намного легче, чем без них.

Закончив с предварительной частью, я достал волшебную палочку и начал покрывать кожу Сиесты тонкими, но достаточно глубокими для того, чтобы выступила кровь, порезами, складывающимися в мистические узоры. На них ляжет энергетический каркас, что потом войдёт в тело, сливаясь с теми зачаточными духовными линиями тонкой энергетики, что есть даже у неспособных к магии людей, и, тем самым, формируя основу для сети энергоканалов. В идеале такую операцию надо бы проводить специальным ритуальным кинжалом, который сам по себе вкладывает в выступившую на месте порезов кровь нужный энергетический отпечаток, задавая тон и настроение всего последующего преображения, но кинжала у меня не было, потому и приходилось заменять его универсальным артефактом для проведения ритуалов, вкладывая всё необходимое личной силой. Усложнение, конечно, жуткое, но тратить пару месяцев на обработку чёрной бронзы, ритуальную ковку и зачарование всё равно было сложнее, потому приходилось работать палочкой и резать магией.

Через пару десятков минут и этот этап был завершён, после чего тело девушки стала покрывать тонкая чёрная плёнка из клеток Симбионта. Максимально плотный контакт, так сказать. И вот тело служанки пропитано моими клетками в должной мере для равномерного перестроения, теперь подать маны в алтарь, мысленно подключиться к его «интерфейсу» и… Генетическая гибридизация первого добровольца проекта «Альв» началась.