# Продолжение к "Удачному призыву" 25.01.2020

Аноним Седрик

Увы, пришедшая в себя Элеонора не просто так шла разбираться к ректору. Уж не знаю требовала ли она от него подкрепления для совместного рейда на «босса уровня», или банально хотела использовать его авторитет для влияния на меня, но какие бы мотивы ей ни двигали, итог был очевидно-предсказуемым, так что визиту Османа, где-то через полчаса с небольшим после некрасивой сцены, я совершенно не удивился.

– Господин Д’Эст, – кивнул мне архимаг, после того как вежливо постучался и был впущен в комнату. Луиза, ещё минуту назад, когда я предупредил о приближении гостя, сбежала в ванную, прихватив с собой Сиесту, и оставив меня наедине с недоеденным кусочком пирога.

– Господин Осман, – жестом предлагаю чапродею присесть в трансфигурированное из воздуха кресло, – полагаю, вас привела ко мне настойчивая просьба леди Элеаноры?

– Вы весьма прозорливы, – огладил бороду старейшина, с интересом оглядев предмет мебели, но отнюдь не став задерживаться с тем, чтобы в него сесть. – И что вы намереваетесь делать по тому поводу?

– Ничего, – пожимаю плечами, взяв со стола свою чашку с чаем и телекинезом наполнив такую же для ректора, – зачем мне реагировать на истерики избалованной девчонки?

– Кхм… кхм, – немного покашляв для солидности и старательно удерживая лицо, ректор принял подлетевший к нему фарфоровый сосуд и степенно отхлебнул, как это могут делать только люди с пышной растительностью на лице, в смысле профессионально не давая напитку намочить усы. Было очевидно, что он очень не хотел ссориться ни с наследницей одного из первых лиц государства, ни с непонятным типом, что из воздуха может создавать бойцов уровня треугольника-квадрата, призывать страшных чудовищ, да и ещё и открывать порталы в любой конец королевства буквально щелчком пальцев, но положение обязывало его проявить мужество. – И всё-таки, госпожа ла Вальер — опытная и уважаемая чародейка, к тому же, её происхождение… стоит ли раздувать конфликт?

– У нас нет конфликта, – я сам пригубил чай, – она попросила об услуге, я назвал за неё цену, леди эта цена не устроила, причём настолько, что она решила вымести своё раздражение на моей подопечной. В итоге, я выставил её вон.

– Думаю, я понимаю вашу позицию и, если позволите, – Осман вновь степенно хлебнул чая, тщательно следя за мной, но совершенно не выдавая этого лицом, на котором застыла идеальная маска чудаковатого старикана бескомпромиссно увлечённого чашкой в своих руках, – предположу, что вас не слишком-то волнует положение семьи мисс Элеоноры, не так ли? Но я, как ректор сей Академии, к прискорбию, обделён такой роскошью... – ещё одна пауза для отслеживания моей реакции, которая ничуть не изменилась, оставаясь доброжелательно-понимающей, с явной готовностью к диалогу. – Как мне кажется, на лицо тут семейное дело, и я бы не хотел, чтобы Академия имела к нему касательство...

– О, не беспокойтесь, в крайнем случае, это сведётся к конфликту между мной и леди Элеонорой и, если она пожелает, я буду рад дать ей или выбранному ей защитнику сатисфакцию в любое удобное время.

– Дуэли… – покачал головой Осман.

– Не лучший выход из ситуации, – признал я, – но и не худший. В любом случае, я не собираюсь раздувать их этого трагедии с человеческими жертвами, да и в поместье ла Вальер намереваюсь наведаться в ближайшие несколько недель, думаю, после этой поездки, конфликт так или иначе, разрешится.

– О! Тогда всё станет куда как проще, – улыбнулся старик. – Что же, тогда не буду отвлекаться вас, господин Д’Эст, – чародей в один глоток допил чай и, живчиком, засобирался на выход. – Передавайте мои наилучшие пожелания своей ученице. Доброй ночи.

– Доброй ночи, старейшина, – проводил я до двери ректора, которого заявление о скором разрешении конфликта премного обрадовало. Ну и славненько. – Луиза, можешь больше не прятаться. Ректор приходил передать тебе привет и пожелать доброй ночи.

– Я всё слышала, – проворчали из ванной, пребывая в пограничном состоянии между очередным всплеском сконфуженности и деловитым анализом ситуации.

– Тогда доедай пирог. Тебе ещё над моим заданием думать, а потом у нас практические занятия — нужно наверстать время пропущенное из-за симпозиума…


Ночь того же дня.

Первый урок после перерыва прошёл скомкано. Луиза всё ещё слишком нервничала, Кирхе уже что-то знала и потому тоже всё время отвлекалась и даже Табита, несмотря на всю старательность, мысленно пребывала где-то в стороне от нашего полигона. В общем, не став слишком мучить девушек, я отработал с ними программу-повторение и отправил всех спать. Завтра уже возобновлялись обычные занятия и не приходилось сомневаться, что слухи возьмут новую высоту, благо, Элеонора никуда уезжать из замка явно не собиралась и не привлечь внимания это физически не могло, но это было ожидаемо, а потому не страшно.

Уже поздним вечером, выделив Луизе свою проекцию, дабы та караулила дверь и предотвращала попытки всяких разных личностей устроить девочке лишний стресс, я направился в свои апартаменты. На развлечения не тянуло, поэтому, помогавшая ещё Луизе переодеваться ко сну, Сиеста тоже отправилась баиньки в тёплую постельку, я же привычно засел за книги. Боевой потенциал местной магии не слишком меня впечатлял, но вот их наработки в области извращений… пардон, адаптации стихийной магии под бытовые нужды, внушали мне истинное эстетическое наслаждение.

Однако, помимо самообразования, в эту ночь меня ожидало и иное событие, не слишком неожиданное, но, признаться, случившиеся несколько раньше, чем я мог предполагать. И нет, это не Лейт заскучала в обществе других волшебных животин и решила пробраться в форточку — дракона была сыта, сонна и благодушна, не разу не испытывая желания чудить. Дело было в другом. И началось всё с тихого стука в дверь моих апартаментов.

Прикрыв книгу из библиотеки Академии и наложив на комнату со спящей Сиестой чары тишины, дабы не будить горничную, я поднялся с кресла и открыл дверь, за которой ощущал деловитое сосредоточение одной интересной «книжной девочки».

– Добрый вечер, Табита, – кивнул я гостье, но поверхности очков которой играли блики от неяркого света свечей со стола, придавая её напряжённой позе некоторый флёр таинственности. – Хм, немного непривычно видеть тебя без Кирхе, – пропускаю её в свои покои.

– Добрый. Но три часа ночи. Хотела поговорить, – степенно ответила она на моё приветствие, заодно пояснив отсутствие подруги и цель визита.

– Хорошо, – киваю. – Тогда позволь оказать тебе гостеприимство, присаживайся, – трансфигурирую гостевое кресло. – Закусок? Сока? Вина?

– Сыта, – отрицательно качнула головой волшебница с голубыми волосами и с нескрываемым любопытством пощупала мягкую обивку появившегося из «ниоткуда» предмета мебели, прежде чем усесться на него.

– Сразу к делу? Как пожелаешь, – размещаюсь в кресле напротив и жестом предлагаю девочке начать.

– Хотела попросить… Я... стать вашей ученицей, господин Д’Эст.

– Но я и так учу тебя.

– Да… но… Плохо формулирую, – девочка с досадой поджала губы, глянув в пол и собираясь с духом. – Я... говорила с Луизой… и слышала её сестру.

– Полагаю, там обо мне было мало лестного, – я хмыкнул, припоминая, как девочки о чём-то шептались по пути в женское общежитие после моего урока, пока я сам раскланивался с ректором, вновь изволившим посетить занятие.

– Умею слушать, – невозмутимо встретилась со мной взглядом Табита. – И я… хотела бы… так, – в конце она отчётливо смутилась и замялась. М-м-м, милота, не уступающая моей миленькой ученице.

– Ясно. Но понимаешь ли ты, что такое быть Учеником Тёмного Мага? Моим Учеником?

– Луиза? – чуть склонила голову на бок девочка, в её эмоциях мелькнула изрядная осторожность и даже капля опасений. С одной стороны, некоторая паранойя и осторожность — это просто прекрасно, мой любимый тип характера и учить такого ученика — сущее удовольствие, но с другой, встретить подобное у шестнадцатилетней девочки? Н-да, насколько же «веселым» было её прошлое?

– Да, она моя Ученица, но с ней нас, можно сказать свела и связала судьба, не оставив выбора ни мне, ни ей. Пусть я ни мгновения не жалел об этом и жалеть не собираюсь, но факт остаётся фактом. Ты же сейчас делаешь Выбор. Осознанный, изменить который ты уже не сможешь.

– И что тогда значит... быть вашей ученицей?

– Связь Учителя и Ученика — это связь, чем-то похожая на родственную, но, в большинстве случаев, куда глубже, сакральнее, если можно так выразиться. Можно сказать, что это что-то вроде удочерения. Я не просто передаю тебе знания и помогаю наработать навыки — я разделяю с тобой свой жизненный путь, передаю свою философию, доверяю тепло души и, буквально, делаю своей преемницей — продолжателем всего, чем был я сам. Кому попало подобное не предлагают и далеко не каждый готов на это пойти, ведь в этих отношениях не может быть лжи и фальши. Нельзя кивнуть, скрестив пальцы за спиной, взять знания по магии и плюнуть на остальное — это отношение сразу станет заметно и не позволит получить ничего сверх того, что мог бы получить обычный посторонний человек. К тому же, ты должна понимать — я Тёмный Маг. Я эгоистичен, самовлюблён и мои моральные принципы весьма специфичны. Я считаю вполне допустимыми многие вещи, которые большинство людей сочтут ужасными. И даже вещи, которые я считаю милыми и прекрасными, как например наличие у мужчины нескольких женщин, которых он любит, могут вызвать у общественности шок и негодование. И всё это, так или иначе, будет переноситься на моих Учеников. Подумай, нужно ли тебе это? Хочешь ли ты такой связи? Это трудно, на самом деле трудно. От тебя потребуется полное доверие и подчинение командам Учителя, даже если ты будешь считать их глупыми и бредовыми. Уже нельзя будет в любой момент уйти или выйти замуж и завести семью, если я скажу этого не делать. Ты лишишься своей свободы, пока не сможешь доказать мне, что способна самостоятельно себя защитить, и усвоила всё, что, по моему мнению, должна. И хоть я всегда приду на помощь, помогу словом и делом, подскажу решение проблемы и защищу от любой опасности, этого может показаться слишком мало для обязанностей, которые лягут на тебя. Очень хорошо подумай, ведь я действительно буду крайне навязчивой «наседкой», до тех пор, пока не решу, что ты готова к самостоятельности и свободе.

– А что… потом? – робко спросила Табита, внутри у которой нервы буквально свились в тугую, звенящую струну, а снаружи пальцы до побелевших костяшек вцепились в обивку кресла.

– Потом? Связь никуда не исчезнет, ты останешься моей Ученицей — членом семьи, за которого я порву любого. Но уже и я смогу просить тебя о помощи или совете.

– Просить?

– Ну, если вдруг мне потребуется что-то, чего ты не захочешь выполнить ни в коем случае, то, значит, паршивый из меня вышел учитель, что так и не смог понять характера и мотивов своей ученицы.

– И вы… вот так спокойно рассказываете мне всё это? – голубые глаза моргнули в удивлении.

– Разумеется, я ведь наблюдал за тобой и смотрел, желаю ли я видеть тебя своей ученицей или нет.

– И?…

– Если бы не желал, этого разговора бы и не состоялось. Как если бы ты так и не пришла ко мне. Сделать первый шаг — это тоже часть обучения.

– Понятно, – девочка замолчала, начав буравить пол невидящим взглядом сквозь очки. – Согласна, – спустя почти минуту неожиданно произнесла она, подняв глаза к моему лицу. И когда я говорю «неожиданно» это именно так — в её эмоциях не было никаких всплесков или смен тональности, чтобы заранее предположить готовность дать ответ.

– Уверена? Я всё-таки требую многого.

– Знала. Бесплатно не бывает ничего, – деловитым тоном пояснила Табита, после чего слегка смутилась. – Ждала, что будет дороже. Десять или двадцать лет службы… – замолчала.

– Ты всё твёрдо решила, ещё до того, как пришла ко мне? – поднимаю бровь и получаю в ответ уверенный кивок. – Поэтому просидела до трёх часов ночи? Размышляла?

– Да.

– Хорошо, – улыбаюсь. – Но прежде чем я признаю тебя своей Ученицей ты должна кое что сделать.

– Что? – напряглась Табита, готовясь… делать, что я скажу. Вообще ноль сомнений, такое ощущение, что предложи я ей раздеться до гола — разденется, и глазом не моргнёт.

– Ты должна назвать мне своё настоящее имя, – моя улыбка стала шире. Всё-таки она — очаровашка, даже когда такая серьёзная. – Я не прошу тебя рассказать кто ты и почему скрываешься, я понимаю, что подобные вещи не делаются просто так и не стану давить, пока ты сама не захочешь рассказать, но хотя бы как зовут мою Ученицу я знать должен.

– Могу задать вопрос? – помялась девушка, у которой в душе всколыхнулось… очень многое.

– Конечно.

– Откуда?… – и вновь замолчала, пристально глядя мне в глаза.

– Я чувствую, когда мне врут. А когда ты представлялась за столом, при нашем первом разговоре, ты соврала.

– Ясно... – пальчики девушки опять вжались в обивку кресла, но в эмоциях звенела решимость. – Шарлотта. Меня зовут — Шарлотта.

– Хм, Шарлотта... – эхом повторил я, словно пробуя имя на вкус, одновременно примеряя его к образу сидящей напротив волшебницы. – Красивое имя, но… Нет, «Табита» мне нравится больше, – пришёл я к окончательному выводу. – Ну и раз уж мы перешли к процедуре знакомства, моё второе настоящее имя «Фобос». Вальтер Майер и Фобос Д'Эст, так звучат мои родные имена. Вальтер Д'Эст же — это компромисс под ситуацию.

– Зачем два? – моргнула девочка.

– Так получилось, – вновь улыбнулся я. – Расскажу как-нибудь потом, а пока, – встаю из кресла и, шагнув к волшебнице, приседаю перед ней, чтобы наши лица оказались на одном уровне. – С этого дня ты моя Ученица, Табита. И как твой Учитель, я буду оберегать и защищать тебя, чтобы ни случилось. Не бойся обращаться ко мне, не бойся задавать вопросы, не бойся спорить, если с чем-то не согласна или видишь ошибку в моих аргументах… И будь честной. Не со мной — меня ты всё равно не сможешь обмануть. И не перед окружающими — всем не угодить никогда и всегда найдутся те, кто попытаются использовать твою честность с другими против тебя. Будь честной сама с собой. Всегда отдавай отчёт своим действиям, гляди правде в глаза, не приукрашивай свои поступки перед свой совестью, не оправдывайся, но и не зазнавайся. И тогда… – я замолк, оборвав себя немного сконфуженным хмыком. Сто процентов это Луиза заразила меня высокопарностью, когда общалась с принцессой, вот зуб даю — это всё она! – Впрочем, не будем портить момент громкими речами, – нацепляю на лицо виноватую улыбку. – Просто запомни это моё первое наставление, мне этот подход всегда помогал и, хочу верить, он поможет и тебе.

– Хорошо, – серьёзно кивнула голубовласая лоля в очках. – Теперь? – и выразила глазами готовность вот прям сейчас бежать учиться, тренироваться и проходить испытания, можно всё одновременно и прям на каком-нибудь поле боя. Превозмогатель: режим готовности номер «раз», блин.

– А теперь ты идёшь спать, – обламываю все надежды этого маленького маньяка от магии. – Во-первых, завтра у тебя ещё обычные уроки и ты должна отдохнуть, во-вторых, программу твоего обучения теперь надо слегка пересмотреть, а это требует времени, ну и в-третьих, я сперва должен заняться поправкой твоего здоровья. Очки тебе очень идут, но лучше сделать из них артефакт, который будет позволять тебе видеть магию, а идеальное зрение пусть уж дают сами глаза.

– Как? – поёрзав на кресле, недоумённо моргнула девочка. Я вот тоже задался вопросом «как?». Как можно было всего одним словом спросить сразу столько всего? Я ведь почувствовал интерес и по медицинскому вопросу, и по артефактному, и в плане сроков и даты операции, и по части того, что от неё в этом потребуется, и… Блин. Одно дело иметь воспоминания другой Эмблемы о том, как такое может проворачивать Аянами, и совсем другое — видеть непосредственно и лично в реальном времени. Ох, надо отвечать, а то сейчас «вьетнамские флешбеки» начнутся, а я уже решил не бередить те воспоминания...

– Хм, уже... – прищуриваю глаз, – полчетвертого ночи — не самое лучшее время для лекции... – не успел я закончить фразу, как голубые глаза Табиты неуловимо изменились. Кхм, это была попытка жалобного взгляда? Неужто Луиза подучила? Они, конечно обе девочки хорошие, но эта женская солидарность… Хотя, стоп, Луиза ещё не знает, как её жалобный взгляд на меня действует, значит не она. Инстинкты?… Да, наверняка они. – Ладно, , – вздыхаю, поднимаясь на ноги, – если вкратце, способов масса по обоим направлениям: магия жизни, зелья, классические ритуалы, лечебные артефакты, помощь духов, ну и просто физическое воздействие. Это если навскидку. Касательно нашей ситуации, пожалуй, проще всего будет именно физическое воздействие.

– Как? – ещё раз спросила однозначно будущая правительница королевства лаконичности.

– Я просто могу лечить физические повреждения при контакте, это не магия, а просто физическая способность на уровне умения различать запахи, но требует времени и сосредоточения. Ну а сам метод — это корректировка формы глазного яблока, прозрачности хрусталика и роговицы. В общем, настройка точки фокуса световых лучей, проходящих через глаз… – я вынужденно замолчал, так как она достала из под плаща блокнот и начала записывать. Мне же одновременно захотелось погладить это чудо по голове, тяжело вздохнуть и приложить руку к лицу. – Так, всё. Как твой учитель — постановляю: спать. Твой организм и психика, пока что, не рассчитаны на длительное бодрствование и активную работу по несколько суток к ряду.

В ответ девочка тяжело вздохнула, но всё-таки убрала писчие принадлежности и встала с кресла. Голубые глаза вновь глянули на меня из под очков с той же самой интонацией скрытого давления на жалость, но встретили в ответ прочную стену бесчувствия и диктатуры. С долю секунды девочка ещё что-то прикидывала в уме, но потом молча обозначила прощальный поклон и направилась к выходу. Я прямо ощущал, как ей не хочется никуда идти, а вот послушать лекцию по анатомии — ещё как, но дисциплина-таки победила и, коротко попрощавшись у дверей, Шарлотта всё-таки вышла в коридор. На всякий случай, я попросил мелкого духа воздуха проследить за моей новой Ученицей, а то в таком состоянии с неё станется уснуть где-нибудь на полпути или и того хуже — уйти в себя и заблудиться, переваривая поступившую информацию. Ну а что касается меня — пересмотр учебного плана был заявлен не для красного словца. Любое дело должно быть сделано тщательно и обстоятельно.