Седых Александр Иванович: другие произведения.

Артефактор+ Книга1. Шаг в неизвестность

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
Оценка: 5.04*209  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Молодой недоучившийся маг, входящий в магический орден преследуемый магами - ретроградами, через пространственный портал проваливается в иной мир. В техномире 1941 года такого сюрприза никто не ждал. Заведется такой разрушитель основ науки, натворит штучек бесовских и нарушит порядок в мире. Как бахнет смесь магии и техники в сражениях второй мировой даже представить не просто. Очень опрометчиво для гонителей истинного магического прогресса преследовать такого мага, ибо заграбастав все до чего загребущие лапки дотянулись, молодой маг обещал вернуться. (ЭТО не альтистория, а фантастическая сказка. Все совпадения с реальностью случайны.версия от 02.03.17. ЧЕРНОВИКИ. Более качественный вариант см. раздел покупка, проды.

  
  Артефактор+.
  
  Молодой ученик артефактора, из магического ордена преследуемого магами - ретроградами, попадает в иной мир через пространственный портал. В техномире 1941 года такого сюрприза никто не ждал. Заведется такой разрушитель основ науки, натворит штучек бесовских и нарушит порядок в мире. Как бахнет смесь магии и техники в сражениях второй мировой даже сложно представить. Очень опрометчиво для гонителей истинного магического прогресса преследовать такого мага ибо, заграбастав все до чего загребущие лапки дотянулись, молодой маг обещал вернуться.
  
  
  
  Книга 1. Шаг в неизвестность.
  
  Пролог.
  
  Где–то, кто–то
  — Ты думаешь пора попробовать?
  — Надо же когда–то начинать.
  — А вдруг ничего не получится?
  — Должно получиться. Мы пришли к могуществу путём смерти. Должен быть и путь жизни. В мире должно быть равновесие.
  — Хорошо. Дочь подобрала интересного кандидата. Разрешим ей начать.
  
  Архона настоящее время.
  
  Донесение ищущих ведущему:
  Поисковым отрядом обнаружен маг — артефактор огромной силы, вероятно, по уровню — магистр. Стандартная пятёрка поиска погибла, только успев отправить магического вестника. Магическая блокада места, устроенная артефактором, не позволяла пользоваться разговорниками. Есть предположение, что это последний магистр ордена,из внутреннего круга. Основание — использование в бою большого количества артефактов двенадцатого уровня (высший). Объявлен режим высшей тревоги. К месту столкновения, по пути магического вестника, порталами пробоя, переброшен полк имперской гвардии и сотня боевых магов ликвидаторов, при этом истрачено 70 процентов магии имперских накопителей. Объект локализован в обнаруженном храме ордена артефакторов (имеется небольшой источник). Принимаются меры к уничтожению.
  
  Ответ ведущего ищущим:
  Врага уничтожить любыми способами, для поддержки, порталом придут пять боевых архимагов имперской академии во главе с ведущим. Проверить наличие следов использования внешних порталов перехода. Храм уничтожить и сровнять с землёй.
  
  Глава 1. Тактическое отступление.
  
  Из–за дыма за стеной, через бойницы уже ничего не было видно. Лекс выдернул из сумки последний заряженный амулет огненного шара и быстро выкинул его из бойницы. За стеной глухо бахнуло и раздались вопли. Ответный удар только чиркнул по стене и рикошетом от защиты, ушел свечой вверх. «Ну вот, наверное ещё парочку отправил на перерождение, теперь пора отступать на заранее подготовленные позиции», — подумал он и быстро спрыгнув со стены, побежал к дверям храма, выбитого прямо в отвесной скале.
  Со стороны двора высота стены совсем небольшая, а вот с другой стороны, стена раньше была не меньше двадцати метров, пока не засыпалась осколками ближайших скал, от воздействия различных взрывных артефактов. Пол сотни шагов по песку двора не заняли много времени. Эх, разве мог кто–то из ордена артефакторов подумать, хотя бы пол тысячелетия назад, что самый старый храм ордена будет защищать один воин, да и тот из недоучившегося ученика, с минимумом возможностей. Конечно магистрам артефакторов надо было как–то сразу договариваться с остальными магами и не доводить орден до теперешнего состояния. Хотя эти главные, из нападающих магов, такие твари, с которыми договариваться бесполезно. Правда их понять тоже можно, кто же будет постоянно терпеть меч над своей головой, когда есть возможность от него избавиться. Хороший воин с качественным артефактом, может свободно архимага прибить, так что никакая магия восстановить не сможет. Поэтому, уже четыреста лет, все магические союзы, ордена и кланы гоняют остатки ордена артефакторов по известному миру. Надо сказать им это удается, хотя и с очень большим трудом.
  Конечно сами по себе артефакты вещь весьма полезная и любой маг с удовольствием их использует и будет использовать, но вот то, что надо избавиться от тех артефактов, которые несут серьезную опасность для магов — это непреложная истина для этих самых магов. Артефакторы эту мысль понимать никак не хотели и продолжали изготавливать и очень опасные штучки. Как раз за них и давали покупатели самую хорошую цену. Именно поэтому, последний настоящий мастер–магистр ордена, сейчас за спиной Лекса, в глубине храма, у источника, настраивает портал перехода, а он, самый старший ученик, всего 30-и лет отроду, пытается дать тому время, чтобы спасти семью из двух десятков младших учеников, от семи до двадцати лет, набранных во время постоянного перемещения по дорогам этого мира.
  Четыреста лет учитель бегает от магов ордена ищущих, созданного специально для борьбы с опальными магами, в основном именно с артефакторами. Вот и захотел хоть что–то ученикам передать, соответственно и засветился, ну и как следствие обложили. Только маги не знают, что эту комбинацию они с учителем десяток лет готовили. Даже последним храмом артефакторов пожертвовали. Да и кому он теперь нужен. Кроме небольшого источника, нет тут ничего ценного. Он то и раньше только для обучения использовался. Если все у них получится, то учитель обретёт возможность спокойно подготовить хороших учеников и некоторое время не прятаться от магов.
  Лекс совсем не жалел, что попал в ученики к мастеру. Хороший он человек и маг великий. Хотя магический потенциал у него совсем небольшой, как и у всех артефакторов, но то, что за двадцать лет он дал Лексу, больше нигде в мире получить не удастся. Нет теперь таких знаний. Не учат такому в магических академиях. Не нужны магам руны такой сложности. Им нужно все побыстрее, попроще и помощнее. Кто захочет руну пару дней чертить, чтобы щит поставить? К тому времени тебя уже сто раз закопают. Ну и что, что он от любых воздействий защищает, достаточно в бою и простыми щитами стихий пользоваться. Думать при этом не надо и ставятся за мгновения. Если по тебе артефактами, типа проникающих стрел, лупить не будут, то все нормально, а чтобы такими стрелами не пуляли, надо извести всех артефакторов, под корень.
  Сами маги не понимают, что тормозят развитие, а то и вообще откатываются назад. Теперешние маги не чета прошлым, как говорит мастер. Если бы он раньше высунулся, его бы уже давно достали, а так ещё побегает.
  Очень давно, в руки мастеру попал диплом выпускника магической академии. Точнее он его сам получил, чтобы как–то легализовать свою деятельность на просторах империй. После долгих раздумий, он решил, хотя бы в конце своей жизни, сделать магам большую гадость, а магической науке хороший толчок. Конечно если его жизнь все же не закончится во время какой–нибудь стычки. Для этого необходимо создать свою школу, да не где нибудь, а в столице одной из империй, но до этого, он должен здесь в храме погибнуть как магистр — артефактор и желательно с большим шумом. Вот на его месте Лекс сейчас и находился, то есть с шумом погибал. Как Лексу казалось, с очень большим шумом, можно сказать с грохотом. Такого количества трупов гвардейцев империи и магов ордена ищущих, наверное за последние сотню лет не было, а сколько их ещё будет.
  Лекс особой ненависти к магам не испытывал. Он не застал те времена когда магов-артефакторов истребляли целыми кланами, но вот в руки к ним попадать тоже что-то не хотелось. Учителю нужно только небольшое время для настройки перехода на стационарный портал столицы империи, и потом остаётся замести следы от реального места перемещения. Вот тогда и прибудет в империю старый маг со своими учениками, для создания собственной школы. Сильные маги так и делают в конце жизни и выделяться он среди них не будет. Ученики ему подходят даже с маленьким потенциалом, лишь бы магические потоки видели и поэтому другим школам он большой конкуренции не составит и под него никто особо упорно копать не будет. В школу будет набирать только подходящих для себя учеников и учить по собственным методикам.
  Для нормального артефактора сдать после школы учителя экзамены на диплом простого имперского мага низшей ступени — раз плюнуть. Главное, на экзамене, не показывать возможности полностью, чтобы не получилось, что физических возможностей почти не видно, а студент творит заклинания на уровне архимага. Есть конечно и другие опасности, но это все равно некоторое время спокойной жизни, а главное передача огромного количества знаний, накопленных его орденом за все время существования. Это должно дать толчок развитию магической науки, в какие бы руки эти знания не попали.
  Знаний действительно много, очень МНОГО. Не зря остальные маги боялись ордена. В ордене артефакторов знания не пропадали с гибелью носителя. Каждый маг ордена ведёт дневник — артефакт–накопитель, в который записывает все созданные руны и заклинания, найденные книги и другие знания. После гибели мага, дневник, который сам является очень сложным артефактом, активируется и передаёт всю информацию ближайшему аналогичному дневнику, как правило дневнику старшего ученика или того, на кого этот дневник настроил сам артефактор. Если таких дневников ученика не существует, то знания передаются в дневник ближайшего магистра ордена. Так в ордене идёт накопление знаний.
  Уже длительное время в мире существует всего один магистр — его учитель. Вот поэтому маги-артефакторы, становились только сильнее со временем. Десятки тысяч таких дневников скопились в дневнике учителя и теперь у него будет время разобраться с этими знаниями и научить уже своих учеников. Учитель давно переписал в дневник Лекса все данные, этого хватит ему лет на сто учебы, если конечно у него будут эти сто лет. Знания в дневниках на самом деле уникальные. Так получилось, что к артефакторам попадали представители всех рас этого мира. Конечно эти маги были достаточно слабы и к тому же ограничены клятвами секрета и не могли передавать секретные знания и заклинания кланов, родов или орденов никому другому, но они и не передавали.
  Оказалось, эти клятвы можно обойти. Как раз дневник и позволял обойти клятву мага, хотя только после его смерти, ведь это не маг передавал сведения ордену, а только его дневник и про эту особенность дневника никто другой не знал, кроме самих артефакторов. Поскольку учитель — единственный и последний представитель мастеров-магистров ордена артефакторов, все эти знания попали в его дневник. Теперь бы только немного свободного времени, чтобы с ними разобраться. Но время, время стоит дорого и цена ему — именно Лекс. Все смогут уйти, а Лекс нет. Кто–то должен придержать погоню и сбить настройки портала, иначе беглецы далеко не уйдут. Портальные маги могут прослеживать пути порталов.
  Вот уже три часа Лекс, швыряясь самыми мощными одноразовыми амулетами и артефактами, пытался придержать наседающих магов ищущих и гвардейцев местной империи. Человек тридцать, как минимум, уже положил, но и амулеты кончились. Без них ему стену храма в одиночку не удержать, хоть и длина стены, перегородившей расщелину перед храмом не велика, всего с пол сотни шагов, но внизу за ней теперь столько камней, что можно подойти почти в плотную, да и стрела есть стрела и тоже достать может, ну и маги чем–нибудь приложить вблизи ещё как способны.
  Вот поэтому Лекс занял место за дверью храма и через небольшую щель наблюдал за площадкой между стеной и входом в храм. Хорошее место для боя, чистое, открытое, лучник здесь много беды наделает. Он покопался в теневой сумке, достал лук и колчан со стрелами и приготовился. Спасибо мастеру, собственную теневую сумку отдал, а то бы как свои вещички таскать, а так и веса нет и все под рукой.
  Вот только делать такой артефакт настоящему мастеру артефактору год, а то и больше надо и цена такой сумки огромная, небольшое баронство с парочкой городов купить можно. Сколько туда не положишь, все равно веса не почувствуешь и взять в любое время можно, достаточно представить, что тебе нужно. На самом деле, такая сумка — это специальный портал, только постоянно действующий и завязан он на какой–то источник, а вот на какой, этого уже никто не знает. Артефакторы делать такие порталы могут, но кто такие руны создал и почему они работают, того уже никто не знает, нет тех первых артефакторов. Давно это было, ещё до создания и использования дневников. Мастер конечно может быть и разберётся, со временем, дневник то с некоторыми исходными рунами есть, да вот только времени ему и не дают, гоняют с места на место. Ему теперь хоть что–то ученикам передать, только уже без Лекса. Теперь Лексу платить по счетам и за учебу и вообще за жизнь, которую мастер и так спас, отбив мальчонку у бандитов, напавших на обоз, где тот ехал с родителями.
  Противники долго отдыхать не дали. Накопившись под прикрытием стены, рывком проскочив через зубцы бойниц, они толпой понеслись к храму. Лекс усмехнулся: — Ну что за идиоты, бежать под прикрытием щитов стихий на артефактора. Бред. Явно маги измельчали. Тетива лука запела в его руках. Хороший лучник держит в воздухе пять стрел, а он хороший лучник. Не эльф, однако по людским меркам, вполне приличный стрелок. Со стороны показалось, что волна людей столкнулась с веером стрел и мгновенно рассыпалась брызгами тел. Щиты стихий не помешали стрелам поражать бегущих врагов. Каждая стрела являлась ещё и мощным артефактом. Именно из-за таких штучек ополчились маги на артефакторов. Она спокойно проникала сквозь щиты любых стихий, просто раздвигая руны заклятий и поражая тело противника и никакая регенерация не могла предотвратить смерть. Стрела рассыпалась мелкими лезвиями которые, вращаясь, разрезали тело на части. Вал нападавших стих, просто прекратив свое существование, раненых от теневых стрел не бывает. Лекс увидел, как от стены приближаются пять человек, стандартная защитная пятёрка. Вокруг них струится воздух, как от нагретого камня.
  (Лекс : — Кажется архимаги пожаловали, да ещё защитный купол нацепили. Ну что же, даже артефактными стрелами такой купол не сразу возьмёшь, простым артефактом–амулетом тем более, да и нет уже простых артефактов. Все за стену улетели.)
  Лекс закрыл двери храма и задвинул массивный засов. Провел рукой по рунной гравировке на засове. В магическом зрении было видно, как засветилась руна пассивной охраны. Вот теперь пусть помучаются ломать двери. Отойдя по коридору немножко дальше, Лекс запихнул лук и оставшиеся стрелы в сумку, достал меч и активировав на нем руну свободы, оставил его висеть в воздухе посредине прохода. Это и есть его последний рубеж обороны — артефакт ледяной меч. Это что–то вообще на уровне легенд. Чтобы его создать, ему ещё лет пять учиться надо, но мастер не пожалел его использовать. Такие артефакты маги использовали только в крайнем случае, при реальной опасности гибели. Это артефакт ближнего боя, но мастер его немного усовершенствовал соединив с артефактом призрачного воина и теперь это самостоятельный комплекс. Жаль только зона действия не больше 10 метров от места активации, да и время активного действия ограничено накопителем магии. Хотя конечно, магам его не пройти. На то он и ледяной меч. Он заряжается от любого магического источника, в том числе и от живого, то есть от самого мага. Так что магам с ним сражаться не рекомендуется, бесполезно, смертельный проигрыш обеспечен. Вот и будет сюрприз архимагам, уже начавшим крушить двери храма.
  В голове раздался голос учителя: — Все. Лекс уходи. Мы справились. Закрываю портал. Удачи тебе. Всегда знал, что удача ходит с тобой по одним тропинкам. Возможно из тебя получился бы настоящий провидиц, а не артефактор и поэтому у тебя есть шанс.
  Лекс ответил: — И вам удачи мастер, надеюсь все таки встретимся, хотя, возможно и не скоро.
  Ощущение связи пропало, значит учитель ушел, что же теперь и ему пора. Осталось проверить его последнюю с учителем разработку. В теории она конечно выглядит правильной, а вот на практике проверять придётся ему. Она все таки давала призрачный шанс выжить. Лекс прошёл по извилистому коридору к залу источника. Источником служила небольшая плита, вокруг которой, если посмотреть магическим взглядом, светилась сфера источника. Только смотреть на неё магическим взглядом не рекомендуется, это же источник. Раз глянешь, потом пару дней магически слепым ходить будешь. Источник используют маги для накопления магической энергии. Просто посидишь в нем или рядом и резерв полон. Ну а артефакторы их используют для быстрой зарядки артефактов. Можно конечно и самому заряжать, ну уж очень долго такое дело. Каналы у магов ордена очень слабые, сказываются особенности работы. Артефактор должен владеть как можно более широким спектром каналов управления стихиями. Иначе создавать настоящие артефакты невозможно. Обратной стороной использования множества каналов является их слабость. Именно поэтому обычному магу невозможно стать артефактором, они владеют максимум одной, двумя стихиями, а артефактору нужно минимум семь, иначе можно делать только одностихийные амулеты.
  Рядом с источником, на специальной подставке в виде арки перехода, находился амулет портала, по которому ушел мастер. Тоже уникальная разработка артефакторов, переносной портал, размером с небольшой медальон, таких больше нет в этом мире. Лекс снял амулет с подставки и подвесил на магическом щите, сформировав его над источником. Потом он положил на источник теневую сумку и как можно больше растянул её горловину, а затем привязал магическими жгутами и сумку и амулет к себе. Хотя магических сил у него совсем немного, но ведь рядом источник, черпай сколько хочешь, а держать поток нужно совсем немного времени. Портальный переход штука быстрая. Его внутренние каналы должны выдержать. Теперь наступило время испытаний, того что они задумали с учителем — это вообще из области предположений.
  Если говорить простыми словами, то это попытка уйти по свободному порталу, то есть куда вывезет, но используя настройки другого портала. В общем уйдет Лекс по стандартному порталу амулета, но вот настройки перехода даст теневая сумка, а потом за собой он утянет и портал и сумку. Поэтому маги не смогут отследить ни мастера, ни самого Лекса.
  Лекс встал возле источника и приготовился. Он совсем не герой и конечно боялся, но маги его по любому живым не оставят, а так хоть есть шанс, хотя бы и теоретический. Когда вдали послышался удар упавшей двери храма, Лекс шагнул в горловину сумки.
  В зале источника, сначала как в колодце исчез человек, провалившись в сумку, затем туда нырнул амулет портала, потом исчезла, как бы сворачиваясь, сама сумка и сразу пропало свечение магического источника. Поскольку храм строился в основном с учетом источника, то после его исчезновения, колонны храма сложились и весь свод рухнул вниз, на плиту бывшего источника.
  
  Донесение ищущих ведущему:
  Храм разрушен. Исходящие порталы не замечены. Потери среди гвардейцев до двухсот человек на начальном этапе штурма стен. Маги потеряли восемь десятков. Архимаги, к сожалению, погибли все, в том числе и ведущий. На последнем этапе штурма, после разрушения дверей, они столкнулись с артефактами неизвестной мощности (классификации не поддаётся). По данным предварительного анализа врагом задействовано одновременно неизвестное количество артефактов (много). В результате чего, источник прекратил свое существование, а на архимагов напал не известный артефакт с классификацией — думающий голем (необъяснимо), типа призрачный воин (необъяснимо), вооружённый ледяным мечом (необъяснимо). Наличие такой классификации считается невозможным, ледяной меч разрушает всю не принадлежащую ему магию. Есть предположение, что в связи с безысходностью, с помощью источника проведён обряд развоплощения мага, и вселения его духа в артефакты, но это не объясняет разрушение самого источника. В связи с невозможностью приближения к активированному артефакту (доказано гибелью последнего архимага), оставшимися магами отряда с дальнего расстояния разрушен каменный массив над проходом в храм (в связи с исчезновением источника (необъяснимо), пассивная защита храма разрушилась). Артефакт погребён в массиве и доступ к нему невозможен.
  
  Ответ ведущего ищущим:
  Считайте задачу выполненной. Запретить строительство на месте храма на ближайшие сто лет (гарантированное время разрядки артефакта). Запретить посещение места расположения храма. Выставить постоянно действующую заставу в пол сотни воинов с дежурным магом или даже двумя. Снабдить их магическим вестником. Сменять состав раз в три месяца.
  
  Глава 2. Прибытие.
  
  Лена, свесив ноги, сидела на обрывистом краю оврага и, как говорил дед в таких случаях, предавалась унынию. В их семье жизнь у всех её представителей с какого–то периода шла кувырком. В молодости у деда все было отлично. Прекрасный офицер. Куча наград. Большие перспективы в росте. Жена. Сын. Учеба сына в гимназии. Первая мировая. Потом революция. Смерть жены от случайной пули на улице и военные действия на стороне белых. Как ему удалось сохранить сына в такой мясорубке, никто сказать не может. Сразу после революции ему удалось пристроить сына в случайно сохранившийся детский дом и то уже как помощника воспитателя, да к тому же просто за кормёжку. Родственников не осталось, а таскать за собой подростка под пулями он не хотел. Потом конечно, ему ещё раз повезло — красные сразу не расстреляли, так как в казнях был не замечен, а просто сослали на север. После десяти лет проведённых там, ему удалось разыскать сына, но нормальных отношений с ним уже не сложилось, хотя и неприязни между ними не было. Сын пропитался в детском доме совсем другими жизненными принципами.
  Через некоторое время сын женился на своей подруге из того же детского дома. У них родилась дочь — Лена. Дед в это время переехал в Белоруссию, в село, к своему старому знакомому, который ещё в царской армии служил под его началом, правда позже перешёл командиром в Красную армию. Далеко от столицы и под присмотром бывшего красного командира ему разрешили там поселиться. Лена потом много раз приезжала на каникулы к деду, когда ещё училась в школе. Отец Лены, после нескольких лет работы на заводе в Подмосковье, по спецнабору поступил в военную школу РККА и с отличием окончив её, ушел в армию. Некоторое время Лена с родителями прожила на Дальнем Востоке. Там она увлеклась геологией. Ходила в кружок по геологии при доме культуры. После школы она поехала поступать в геологический институт и к удивлению родителей поступила, одолев при этом совсем немаленький конкурс. Все вроде бы складывалось просто отлично.
  Неожиданно, в 39 году арестовывают отца. У матери оказывается слабое сердце и после ареста мужа, она умирает в больнице. Лена просто не может понять, как мог оказаться отец агентом иностранной разведки, да к тому же японской. В институте учиться становится невозможно. Клеймо дочери врага народа местные активисты приклеили на неё мгновенно. Бывшие друзья отвернулись от неё. Настоящим потрясением для Лены стало предательство её близкого друга, с которым она, не так давно познакомилась и в дальнейшем рассчитывала создать семью. Откровенной удачей оказалось получение письма от отца, которое вывело Лену из пучины полной безнадёжности. Письмо передал ей хороший друг отца, которого все таки отпустили, после аналогичного ареста и тот передал ей письмо минуя тюремную цензуру. Отец в письме лишь подтвердил уверенность Лены в том, что он никакой не шпион, но правосудие в последнее время часто допускает такие ошибки и хорошо, что его просто не расстреляли, заодно с высшим армейским руководством, у которого он ходил в любимчиках. Он просил Лену бросить все и на некоторое время уехать к деду. Возможно скоро все наладится, но лучше некоторое время побыть вдали от столицы. Лена послушалась совета отца и оформив академический отпуск, уехала к деду.
  Уже второй год она живёт с дедом, на не большом лесном хуторе, в пол сотни дворов. Дед работает местным лесником, а она ведёт домашнее хозяйство. Жизнь потихоньку вроде бы налаживалась, вот только писем от отца больше не было и что с ним неизвестно. Учиться Лена не перестала. Она стала учиться самостоятельно, по книгам, время от времени заказывая их в библиотеке ближайшего города, надеясь потом сдать экзамены в институте экстерном. Все бы хорошо. Но в последнее время привязался к ней местный участковый Федор, из соседнего посёлка. Тот ещё урод — наглый, смазливый. От одного его вида Лену просто передёргивало. Уже не один раз Лена отшивала его, но тот никак не успокаивался и от ухаживаний он перешёл к угрозам.
  Лена тяжело вздохнула и попыталась отвлечься от тяжелых мыслей. Она стала вспоминать мамины сказки о сказочных странах и настоящих принцах, которые та знала огромное количество и всегда рассказывала дочери на ночь. Мечты Лены прервал неожиданный треск, сбоку от неё. Повернувшись, она лишь увидела мелькнувшее тело человека, сминавшее кусты на скате оврага. Кто–то из соседей оступился и сорвался с тропинки, проходившей недалеко от неё по краю оврага, — Подумала она. Лена не раздумывая стала спускаться, цепляясь за кустарник, росший на склоне. На дне оврага она обнаружила незнакомого молодого человека, без сознания. На затылке у него образовалась приличная шишка, хотя крови не видно. В каком–то непонятном, полуобморочном состоянии, сама от неожиданности ничего не соображая, Лена с трудом вытащила незнакомца из оврага, по пологой тропинке, по которой мальчишки обычно гоняли коз к роднику. На большее у неё просто сил не хватило и она упала рядом с ним. Немного придя в себя и отдышавшись, она попыталась привести его в сознание. Ничего не получилось.
  Народу вблизи не наблюдалось. Все были на работах. Пришлось аккуратно устроить незнакомца на краю оврага и бежать к деду за помощью. Хорошо тот находился дома. Вместе с дедом, на небольшой тачке, на которой часто возили дрова из леса, они доставили незнакомца к себе домой и дед осмотрел его. Кроме шишки на голове, других повреждений не было. Дед, хмыкнув, вынес решение — Скорее всего сотрясение мозга. Если конечно там есть чему сотрясаться. Это же надо, так навернуться с прямой тропинки. Ничего, отлежится, отоспится и придёт в себя.
  Они вдвоём раздели парня и уложили его на кровать в комнате деда. В карманах не обнаружилось ни чего, ни документов, ни каких–либо ещё бумажек.
  — Плохо, — вынес вердикт дед.
  — Почему? — удивилась Лена.
  — Нет документов, а вдруг шпиён, а мы и так на заметке у местной милиции. Хорошо хоть доктора вызывать не нужно. Скорее всего сам скоро оклемается, — с явным сомнением вздохнул он.
  — Придет в себя, тогда и расспросим и решим, что делать. К тому же, если бы это был шпион, то с документами нормально все было, — решила за всех Лена и деду с этим пришлось согласиться.
  Три дня незнакомец не приходил в себя. Лене пришлось за ним ухаживать. Деду было некогда. Весной, в лесу, у него самая работа и начиналась. Местные пока их тоже не тревожили. Может кто и видел, как они тащили незнакомца из леса, но вопросов никто пока не задавал. Когда Лена ворочала парня, она удивилась его мускулатуре. С виду, вроде ничего необычного, немного похож на гимнаста, но вот мышцы практически не вминались и были похожи на тугую резину. Лицо у незнакомца было вполне нормальное, да и вообще симпатичное, но все таки чем–то оно отличалось, хотя Лена никак не могла понять чем.
  Несколько раз она долго рассматривала лицо лежащего без сознания незнакомца, не понимая, чем он её притягивает. На принца он вообще непохож. Одежда на нем была очень добротная, из хорошо выделанной мягкой кожи, хотя видно, что носилась уже довольно давно. Нижнее белье, которое Лена аккуратно выстирала и сложила рядом с койкой, тоже было вполне обычным, но материал на ощупь походил на мягкий шелк, хотя им не был. Меток производителя на одежде тоже не оказалось. Кожаная сумка незнакомца, которая была при нем во время падения, оказалась абсолютно пустой. В общем вопросов по незнакомцу было достаточно много и Лена с интересом ждала его пробуждения.
  Сколько времени Лекс находился без сознания, после прихода в себя, определить не смог. Внутренние часы, которые имел каждый маг–артефактор, дали сбой. Такое впечатление, что они просто обнулились. Как будто Лекс впервые их запустил. Сил даже открыть глаза не было. Все чувства пропали. Попытался перейти на магическое зрение и почти сразу опять вырубился. Но этого почти, ему хватило, чтобы понять, что он в источнике и только печать артефакта–накопителя не дала ему выгореть, отключив энергоканал.
  Когда Лекс снова пришёл в себя, внутренние часы исправно показали почти двое суток от начала запуска. То есть, судя по всему, в момент прошлого просветления они запустились. Следующим шагом он проверил энергоканал, вроде цел и в норме, да и магический резерв полностью заполнен. Причем по косвенным ощущениям он понял, что по прежнему вокруг, источник. Запустив артефакт диагноста Лекс убедился, что любимая тушка в прекрасном состоянии и даже чувства появились. При этом оказалось, что лежит он на чем–то мягком и укрыт мягким, теплым одеялом. Попробовал открыть глаза. Получилось. Лекс был полностью раздет и лежал, судя по спинке перед глазами, на деревянной кровати. Через небольшое, открытое окно проникали лучи света, в которых отчётливо видны летающие пылинки. За окном слышен шум леса. Помещение небольшого размера, из-за окна на солнечной стороне, довольно светлое. Стены сложены из тесаных брёвен и кроме окна, комната имела ещё низкую дверь, в настоящее время закрытую.
  Отбросив одеяло, Лекс приказал диагносту проверить наличие артефактов и тот послушно высветил на коже руны печатей. Создавать такие печати его научил учитель. В этом случае кожа выступала носителем артефакта и это позволяло хорошо прятаться от магов, так как в пассивном состоянии печать на коже не видна даже в магическом диапазоне, а функции амулета выполняет отлично. Внимательно осмотрев печати, Лекс понял, что все они функционируют нормально и стал размышлять.
  (Лекс: — Итак, что мы имеем? Диагност, поскольку выполнил команды, работает нормально, а это значит убить меня не просто. Он контролирует возможность регенерации тела и вообще отвечает за мою тушку. Накопитель резерва магических сил полностью заполнен и блокировка канала снята. Еще раз включать магическое зрение, что–то не хочется, хватило одного раза. Печать трансляции языков тоже в порядке. Печать скорости и силы на месте и установлена на режим скорости. Это тоже разработка учителя. Раньше было невозможно совместно использовать амулеты силы и скорости, одно мешало другому, хотя плетения рун во много похожи. Учитель придумал специальную руну переключатель, которая позволяла от базовой конфигурации переходить либо к силе, либо к скорости и получалось, что когда нужно, можно использовать либо то, либо другое и руны не конфликтовали друг с другом. Печать морока тоже находилась на своем месте и сигнализировала о том, что Лекс находится в своем естественном виде.)
  Погасив печати, Лекс приступил к более подробному осмотру помещения. Бревна стен обработаны явно вручную, топором, поскольку видны характерные следы. Щели между брёвен заложены каким–то растительным материалом. Пол и потолок обшит идеально стругаными досками, а это показатель хорошего уровня жизни. Материал простыни и одеяла мягкий, очень хорошего качества и имеет скорее всего растительное происхождение, хотя и носит следы непонятной обработки. Кроме того и на простыне и на одеяле имеется крашеный узор. Под простыней, в виде перины, находятся мягкие высушенные растения с приятным запахом. Кровать сделана тоже из струганых досок. Рядом с кроватью расположен простой и без украшений деревянный стул, на котором висит его одежда и лежит теневая сумка. Судя по всему, Лекс в каком–то сельском доме и магами тут не пахнет. Почему же он чувствует себя как в источнике. Дом что, тоже расположен в источнике? Бред.
  Как можно сильнее притушив магический взгляд, Лекс опять попытался посмотреть вокруг и вздрогнув, чуть не свалился с кровати. Вокруг источник. Магические линии невероятной толщины пронизывали все пространство, насколько мог проникать такой взгляд, даже полностью притушенным взглядом смотреть невыносимо больно и Лекс отключил его и снова начал размышлять.
  (Лекс: — Та-а-ак , теперь надо с этим разобраться. Если мыслить логически, то портал сработал и меня куда–то перенесло. Настройки поля переноса задавала теневая сумка, а какое у неё поле никто не знает, но наверное сильное. Получается, портал перехода построен по вектору силы, соизмеримой с силой сумки и его перенесло в местность с магическим полем, сопоставимым с этим вектором. А поскольку в его мире и даже в ветке миров, если учитывать старые данные из сохранившихся книг, никто не слышал о источниках такой мощности, то следует вывод, что это мир не его, и скорее всего даже не его ветвь.
  Это что, выходит у него получилось создать портал в другой мир или даже в другую ветвь. Но ведь это могли делать только древние, сотни тысяч лет назад. Ну ни фига себе у меня приключение намечается. Это какие же маги тут живут, если у них кругом такие источники. Одно радует, наших магов здесь нет, раз он ещё не по ту сторону жизни. Хотя все таки странно, диагност не чувствует посторонней магии, только его печати и огромная сырая мощь источника, теневая сумка совсем не фонит, но на то она и теневая сумка. Ее и в том мире магически обнаружить невозможно. Теперь понятно и почему он потерял сознание при переходе, магический контур был активирован, а при переходе в сильнейшее поле источника, он просто перегрузился и диагност тело вырубил, спасая от перегорания магических каналов. Скорее всего, если бы на его месте оказался обычный маг, он просто бы сгорел от замыкания и перегрузки энергетики организма, а у него есть диагност, который независимо от сознания контролирует состояние. Так что магам таким порталом воспользоваться не удастся, а отключать собственные возможности при переходе никто из них не будет. Это уже радует. Даже если рассуждать только гипотетически, погони за ним не будет.)
  В это время за дверью послышались шаги и Лекс прервал размышления. Он для начала решил наладить отношения с хозяевами. Раз жив и свободен, не будет дёргаться и познакомится с местными. Не похоже, что они плохо к нему относятся.
  Дверь открылась без скрипа и в комнату зашёл старик. Небольшая борода, лучики морщин вокруг глаз и весёлые глаза на загорелом лице. Фигура правда могла бы принадлежать и настоящему гвардейцу. Хотя рост старика был небольшим, но грудь и плечи с мощными руками никак не могли принадлежать немощному старцу. Он был одет в одну безрукавку из какого–то меха на голый торс, добротные штаны из темной материи и мягкие сапоги из гладкой, блестящей кожи.
  - Ну вот и пришёл в себя путешественник, — произнёс он улыбаясь, увидев, что Лекс его разглядывает.
  - Наверное уход за моей тушкой уже надоел вам, — тоже в ответ улыбнулся Лекс. Старик ему в общем понравился, а интуиция его редко подводила. Поскольку Лекс понял его речь, а тот его, то можно точно сказать, что печать языка действует. Вообще–то эта печать довольно занятный артефакт магии разума, он как бы позволяет разговаривать на любых языках его носителю. На самом деле, разговор может вестись на разных языках, но вот образы соответствия транслируются напрямую в мозг и кажется, что люди говорят на одном языке, хотя это совсем не так.
  - Это надо у внучки спросить, она тебя в овраге нашла, и как только ты на такой круче себе шею не сломал, — ответил тот, подошёл к кровати и переложив сумку на пол, придвинул стул и присел на его краешек. Раскрыв одеяло он ладонями слегка помял ему ребра и не наблюдая никакой реакции, сказал, — вроде ничего не сломано. Судя по всему, только оглушило прилично, и сотрясение мозга было, а так все нормально и где ты только такую мускулатуру натренировал. Хрен продавишь.
  - Как же ваша внучка меня сюда тащила, я ведь тяжелый, — немного удивился Лекс.
  - Так тащил то тебя я, она только из оврага вытащила, в который ты с кручи сверзился и крик подняла, хотя я тоже не понял, как она это смогла сделать. Наверное понравился очень, — опять улыбнулся он, и продолжил, — Меня Митрич называют, а как зовут добра молодца.
  - Знакомые зовут меня Лексом, — не стал скрывать тот свое имя.
  - Так ты поляк что ли! То то я смотрю, документов никаких нет. Это плохо — огорчённо вздохнул он.
  - Почему плохо, и какие документы должны быть? - заинтересовался Лекс. Наличие документов характеризовало довольно развитые государственные отношения. Раз документы должны быть у всех, то государство здесь о-го-го. Даже в его мире документы имели только маги, богачи и аристократы.
  - Да вот многие в селе видели, как я кого–то из леса в хату тащил, а я у власти на плохом счету. Как бы ещё проблем не было, — совсем погрустнел тот.
  - А в чем проблемы? — стараясь подробнее все узнать, спросил Лекс.
  - Во власти проблемы, по крайней мере у нас с внучкой, — потрогал он подбородок, опять вздохнул и продолжил, — в свое время воевал я с теперешней властью. Отсидел за это десять лет, а тут не так давно сына, непонятно за что, арестовали. Командиром в армии он служил. Жена то его померла и вот внучку пришлось со столицы сюда забирать, а то ей там совсем житья не давали, как дочери врага народа. А тут ты — неизвестно кто, да ещё без документов. Как пить дать доброжелатели уже в город донесли.
  - Что власть такая страшная, что с ней договориться нельзя? —смотря на огорчённого старика, поинтересовался Лекс. Похоже и в этом мире разговоры с власть держащими весьма проблематичны.
  - Кому и не страшная, а вот моей семье почему–то с нею не везёт, — махнул рукой он. — Да и не договоришься с ней. Кто нас слушать то будет?
  В это время во дворе, за стеной, раздался какой–то шум.
  - Как бы не накаркать, —чуть слышно прошептал старик и резко вскочив со стула, скрылся за дверью.
  Лекс немного поразмышляв, встал и быстро оделся в свою одежду. На всякий случай перебросил сумку за спину и тоже вышел из комнаты. Пройдя небольшой, темный коридорчик и осторожно выглянув во двор, он застал там непонятную картину. Дед стоял справа у забора, держа в руках увесистое полено. У него за спиной пряталась молодая девушка, небольшого роста, с копной длинных густых волос на голове, в простом расшитом цветочками платье. Взволнованное, но не испуганное лицо. Она Лексу сразу понравилась, да и не кричала, не дёргалась, а просто стояла за спиной деда. Перед тем, в ряд выстроились четверо молодых людей. Трое из которых одеты в одежду, похожую на такую, в которую одевались у него на родине, в том мире, обычные селяне. Четвертый, высокий, одетый в какую–то форму и перепоясанный ремнями, стоя чуть в стороне и говорил что–то деду. Лекс прислушался.
  - Ну что ты уперся, — вкрадчиво говорил, улыбаясь, высокий, — допросят твою внучку в городе и отпустят. От неё не убудет.
  - Ага, как сына моего допросили, до сих пор не знаю что с ним, — угрожающе размахивая поленом отвечал старик. — Не получите вы внучку, а тебе Федька не то что девушку, я бы и снега зимой не доверил.
  - Чем я тебе так не угодил? — скривив рожу, огорчился высокий.
  - Ты ей и так прохода не даёшь. Сказала же тебе, ты её не интересуешь, так нет, ты все равно лезешь, — разошёлся старик, продолжая слегка помахивать поленом, отслеживая движения противников. — Думаешь я не знаю, что ты на всех доносы строчишь и меня в Сибирь опять упечь хочешь. Наверное и сейчас на счет внучки подсуетился. А может этот допрос вообще чисто твоя инициатива и в город внучку никто не требует. Вон как рожу скорчил. Точно угадал. Еще и подельников приволок. Одному со стариком не справиться.
  - Ну ты, кулацкая рожа, — взорвался высокий, — все твое семейство враги народа. Давно с тобой надо разобраться. А внучку твою мы чуть позже в органы сдадим, поучим только немножко.
  - Не подходи, зашибу, — заорал старик, замахиваясь поленом на парней, которые попытались к нему приблизиться.
  - Не будем мы к тебе подходить, — быстро успокоившись, с превосходством сообщил высокий. — Я тебя и отсюда пристрелю, как оказавшего сопротивление народной власти, а уж потом мы к внучке подойдём. На лицах парней сразу появились наглые улыбки. Он достал из небольшой сумки на поясе какой–то артефакт и направил его на старика.
  Лексу показалось, что пора вмещаться. Во первых, дед с внучкой ему все таки помогли. Во вторых, не нравился ему этот высокий, да и помощники его свору шакалов напоминали. Кроме того, интуиция вопила, деда с внучкой надо спасать, а ей он полностью доверял. Лекс вышел на ступени перед домом, громко хлопнул дверью и скорчил самую злую свою рожу. Его мастер хорошо тренировал по поводу различных рож, он это называл лицедейством. Такие вроде бы простые способности хорошо помогали в жизни, особенно в отношении некоторых нахальных особей.
  Все четверо парней повернули головы на стук двери. Лекс, спокойным шагом, подошёл поближе к этой группе застывших изваяний и стал немного сбоку от них, так, чтобы дед с внучкой не находились с ними на прямой. С одной стороны это успокоит парней, Лекс теперь не стоял у них за спиной, а с другой стороны, это даст ему некоторое преимущество, в случае ведения боевых действий. По крайней мере воздушный кулак не затронет старика с внучкой.
  - Итак, что тут за шум? — вопросительно приподняв брови и взглянув на деда, спросил Лекс.
  - Это что за клоун тут нарисовался! — Удивился высокий, чуть поворачиваясь к нему.
  - Если я клоун, то ты хвост крысиный, — спокойно сказал Лекс и с еле заметной усмешкой взглянул в упор на высокого, который после этих слов, просто лишился дара речи от неожиданности и потом добавил, — тебе до крысы ещё расти и расти.
  Лекс не представлял, как только этого представителя местных аборигенов не хватил удар. Так покраснела и перекосилась его рожа. Тем временем, не обращая внимание на высокого, Лекс опять обратился к деду, — так все таки, что шумим?
  - Дык…, вот…, убивать меня собрались … — не зная что сказать, удивленно глядя на него, пробормотал дед.
  - Вот эти уроды? — нацепив на лицо зверскую рожу, Лекс по очереди осмотрел всех нападавших, добавив простейшее детское заклинание направленной пугалки. Это заклинание не требовало сложных построений и контроля магическим взглядом.
  Свора высокого подалась от него в сторону, затолкав ещё не полностью пришедшего в себя предводителя. Конечно трудно устоять на месте, когда тебе в глаза смотрит Зверь, именно так, с большой буквы. Учитель называл это взглядом бездны. Еще те были тренировки, надо долго смотреть в зеркало и представлять, что внутри тебя сидит страшная сущность и смотрит на тебя из твоих же глаз. Конечно, сам по себе взгляд и выражение лица не особо напугает более - менее психически устойчивого мыслящего, но вот вместе с соответствующим заклинанием, очень действенное и почти безопасное оружие, если конечно сердце выдержит. Ничего, парни молодые и здоровые. Похоже парни серьезно струхнули, а кое от кого уже потянулся характерный запах, иногда сопутствующий особо впечатлительным людям в случае страха. Лекс понял, с такими хищниками они в жизни не встречались. Понизив уровень голоса почти до шепота и слегка растягивая слова, что очень сильно влияет на психику, продолжил — Еще-е раз–с–с попадётесь мне-е на-а глаза-а, с–с–ниму-у ш–ш–кур-р–ру и пущу-у на барабаны. А теперь, пошли отсюда. — и Лекс в обратном порядке посмотрел им в глаза, слегка добавив мощности заклинанию.
  Высокий оказался самым слабым. Он первый, уронив артефакт, бросился в калитку, завывая от страха, ставшим сразу очень тонким голосом. Остальные рванули за ним следом. Это надо было видеть, с каким треском они столкнулись в узком проёме калитки, пытаясь побыстрее сбежать от него, такого страшного. Лекс не выдержал и засмеялся, через несколько мгновений к его смеху добавился смех девушки, а затем в полный голос засмеялся и старик. Нервное напряжение нашло себе выход. Отсмеявшись, Лекс подошёл к артефакту и подняв его с земли, спросил старика, — Что это такое?
  - Откуда ты свалился? —первой отозвалась девушка, которая быстро вынырнула из за спины деда, — это же пистолет.
  - Последний раз я свалился в овраг, откуда вы меня вытащили, а до этого свалился с такого места, что отсюда не видно и что такое пистолет? — пожал тот плечами, вертя в руках непонятную вещицу.
  - Пистолет - огнестрельное оружие, заряжается патронами, стреляет пулями. Это пистолет системы наган, у нас вся милиция ими вооружена. Понятно? — быстро тараторя отрапортовала девушка. Конечно она на самом деле не знала чем пистолет отличается от револьвера и как правильно называть оружие и поэтому объясняла как могла.
  - Нет, — покачал Лекс головой, тупо уставившись на девушку, — как может заряжаться патронами, а стрелять пулями?
  - Ну что тут непонятного. Это же все просто, — с возбуждением стала рассказывать она, — патрон состоит из пули, гильзы с порохом и капсуля. Боек бьёт по капсулю. Тот взрывает порох. Порох толкает пулю по стволу. У отца был такой же пистолет.
  Девушка выхватила у него из рук револьвер, схватила за рукав и потащила к столу, стоявшему под навесом, у другой стороны забора и там ещё некоторое время рассказывала и показывала, как работает это устройство, усевшись на стул и усадив Лекса на такой же. Старик, немного постояв на месте и посмотрев на них, пошёл в дом.
  В остроумном принципе действия оружия, Лекс разобрался быстро. Ничего магического в нем не оказалось. Заданные им вопросы, по созданию такого оружия, поставили девушку в тупик. Как изготовить материалы для оружия она не знала, точнее знала только в общих чертах и сослалась на каких–то инженеров. На его вопрос, про этих инженеров, она как–то странно на него посмотрела и Лекс понял, пора немного объясниться, иначе дальнейшее их общение может стать проблемным.
  - Ты знаешь, где в мире есть самые труднодоступные места, где живут люди? — вертя в руках револьвер, спросил Лекс, искоса поглядывая на девушку.
  - Наверное в Африке есть такие, — удивленно пожала та плечами, не зная что ещё сказать и взглянула в лицо Лекса.
  - Теперь представь, что такие люди знают о вашей жизни? — задал Лекс ей следующий вопрос.
  - Мало что знают, — согласилась она, и тут же добавила, окинув его оценивающим взглядом и улыбнувшись, — ну ты то на негра не очень похож.
  - Возможно, на негра я не похож, но это не значит, что где–то не может быть людей похожих на меня и не знающих ничего о мире, — вполне логично возразил тот.
  - Хочешь сказать, что ты из Африки? — удивленно приоткрыла она рот.
  - Нет, — Лекс отрицательно покачал головой, — меня принесло из более дальних мест.
  - Так в Антарктиде люди не живут, а от нас дальше мест не бывает, —неуверенно пробормотала она, ещё сильнее удивляясь.
  - А если хорошо подумать! Что может быть ещё дальше, но где могут жить люди? — заулыбался Лекс, уж очень симпатичная у неё была удивленная физиономия.
  - Так ты что, марсианин? — изумлённо спросила она.
  - А кто такие марсиане? — Вопросом на вопрос ответил тот.
  - Это те кто на марсе живут, планета такая в нашей солнечной системе, —уже ничего не понимая, тупо пояснила она.
  - Нет, я ещё дальше живу, скорее всего отсюда мой мир вообще не виден, — честно ответил Лекс. Надо было видеть её недоверчивую физиономию.
  - Как же ты на русском языке так хорошо разговариваешь? — попыталась подловить его она.
  - Я на нем и не разговариваю. Это артефакт транслятор переводит, — опять честно признался тот.
  - Врёшь ты все, наверное, — возмутилась она и тут же заинтересованно поинтересовалась, — чем докажешь?
  - Маги у вас есть? — почти безмятежно спросил Лекс, хотя этот вопрос очень его интересовал.
  - Нет у нас никаких магов и волшебников, это все предрассудки недоразвитых дикарей и детские сказки, — обиделась та, думая что парень её разыгрывает.
  - А как зовут, такую обидчивую особу? — рассмеялся Лекс, наконец почувствовав себя в относительной безопасности, так как не обнаружил фальши в её эмоциональном ответе.
  - Елена Викторовна Маркова. Меня зовут, — продолжала злиться она.
  - Ну а меня Лексом называют и я немного маг, — ответил тот, наблюдая как девушка пытается переварить такую информацию.
  - Опять врёшь, — уже с досадой произнесла она, начиная подниматься из за стола.
  - А если докажу, что магия существует, — тут же предложил он.
  - Попробуй, — она обратно присела на стул, недоверчиво глядя на Лекса.
  - Не пугайся, если произойдёт что–то необычное, — предупредил Лекс. Еще не хватало сейчас её испуганных воплей. Сформировав в ауре знак простого воздушного щита, Лекс подключил его слабым каналом к источнику вокруг. Почувствовав, что щит активировался, Лекс подвёл его под ножки стула, на котором сидела девушка и напитав силой, поднял его на уровень стола. Естественно стул, опираясь на щит, взлетел вместе с девушкой. Конечно такое сделать, раньше, в своем мире, Лекс бы не смог. Слабый у него канал силы, да и резерв небольшой. Но ведь здесь кругом источник, черпай силу сколько сможешь, прямо дух захватывает.
  - О-о-ой, — только и смогла пропищать девушка и зажала рот рукой, боясь пошевелиться. Немного придя в себя, надо отдать ей должное, это время не сильно затянулось, она слегка наклонилась и рассмотрев пустое пространство под стулом, с удивлением в глазах, посмотрела на Лекса, — Как… Как ты это сделал?
  - Долго объяснять, — даже не зная что сказать ответил тот.
  - А научить сможешь? — с какой–то затаённой надеждой в голосе поинтересовалась она. У неё в голове сразу закрутились рассказанные перед сном сказки матери.
  - Не знаю, не приспособился ещё полностью к вашему миру, поэтому боюсь использовать свои возможности. Опасно очень. Легко можно погибнуть, — честно ответил он. Магия на самом деле очень опасная штука, даже для самого мага.
  - Федьку с приспешниками тоже магией прогнал? — полюбопытствовала она и при этом улыбнулась, вспомнив как парни пытались одновременно проскочить в калитку.
  - Нет, это не совсем магия, это ближе к управлению толпой, хотя её небольшой вклад там тоже присутствовал — так же улыбнулся Лекс, вспоминая их незабываемый уход.
  В это время старик вышел из дома и посмотрел в их сторону. То что он удивился, стало сразу понятно по его отвисшей челюсти. Еще бы, наблюдать внучку сидящей на стуле, в воздухе. Надо отдать ему должное, он тоже быстро пришёл в себя и направился к ним. Девушка под его взглядом, поправляя на коленях платье, поёрзала на стуле и попросила, — можно меня на землю вернуть?
  (Лекс: — На удивление психически устойчивое семейство. Мне сильно повезло с прибытием. Прийти в себя с такой скоростью, после потрясения основ мироздания, это о чем–то говорит. Жаль пока не могу смотреть магическим взглядом, а то бы можно было проверить наличие магических каналов у представителей местной приёмной комиссии.)
  Лекс плавно опустил воздушный щит на землю и разрушил его.
  - Уходить нам надо. Федька просто так свое унижении не простит, — нахмурился старик, подойдя к столу.
  - Есть куда уходить? — понимая, что местные лучше знают этот мир, не стал спорить Лекс.
  - Есть. Как не быть. Я давно готовил себе место, на всякий случай. Власть таких как я не любит, —тяжело вздохнул тот. Это было не самое лучшее решение, но другого придумать он не мог. — Тут недалеко, на забоченном озере, остров каменный есть. Там в старину руду добывали, да вот потом дорогу туда забыли, или болото раньше было мельче или оно ещё было в то время озером. Я как–то зашёл в те места и случайно дорогу на остров нашёл. Гребень скалы, под водой, к самому острову тянется и совсем не глубоко. Есть там правда несколько провалов, но это и к лучшему, никто чужой не обнаружит прохода.
  - Тогда надо собираться, — согласился Лекс.
  - Все, что можно я уже сложил в вещмешки, и за вами вышел, а тут у вас черте что творится, — кивнул старик, на сидящую на стуле внучку.
  - Во первых не черте что, а простая магия, а во вторых почему, что можно, надо брать что нужно, — поправил старика Лекс.
  - Так не донесём же через болото, — не согласился старик.
  - Это вы не донесёте, а я донесу, лишь бы в сумку влезло, — снимая сумку с плеча возразил ему Лекс.
  - В твою сумку много не влезет, — попрежнему упирался старик, — я там настоящие вещмешки загрузил.
  - Пошли проверим,- предложил Лекс и направился в дом. Старик с внучкой, с недоверием на лицах, пошли за ним. Пройдя через коридор в большую комнату, которая расположена рядом с той, где Лекс лежал, он увидел на столе два больших мешка с лямками. Без лишних разговоров Лекс по очереди натянул свою теневую сумку на эти мешки. Вид скрывающихся в сумке мешков потряс хозяев. Некоторое время они просто не могли сдвинуться с места. Лекс дал им время немного прийти в себя и сказал:
  — Магия это. Магия. Давайте грузите сюда все что пролезет, я думаю на новом месте нам все пригодится.
  Все ещё с некоторым недоверием, они по очереди, стали подавать ему разные вещи, инструменты, еду и всякие мелочи. Убедившись, что сумка не увеличивается и вес её не меняется, они вместе с Лексом обошли весь дом, подвал и все пристройки. Поскольку теневая сумка настроена только на него, пришлось Лексу самому запихивать внутрь все их вещи.
  Девушка, время от времени, с интересом посматривала на него. Лекс так понял, накапливала вопросы и его интуиция подсказывала, что скоро придётся отвечать на них и простыми ответами он не отделается. Через час они вышли за ворота и по узкой дороге направились к лесу, практически без вещей. Дед гнал впереди корову, за ним внучка тащила на верёвке двух коз, а завершал эту процессию Лекс, с сумкой через плечо и двумя корзинами в руках, в которых кудахтало десяток кур. Деревня оказалась небольшой, всего пять десятков дворов. У последнего дома их встретил мужик. Старик подошёл к нему и протянул руку:
  — Прохор, я на время спрячусь, от греха подальше. Пусть волна уляжется.
  - Правильно, Митрич, — пожав ему руку сказал тот, — извини, нам с властью спорить не с руки, а Федька совсем распоясался. Я отпишу в город, что случилось. Мы с мужиками посматривали за твоим домом, на всякий случай, после его приезда и через забор все видели. Уже вмешаться хотели. Да только тут вся пришлая гвардия со двора и рванула. Чего это они так испугались?
  - Да вот гость пугнул их немножко, — усмехнулся старик, кивнув на Лекса.
  - Сосем запугал бедных, — тоже рассмеялся мужик, — они на телегу вскочили и рванули к посёлку, так что не всякая машина догонит. Ты если что понадобится, приходи. Поможем.
  - Не думаю, что мне теперь помощь понадобится, — задумчиво покачал головой старик, искоса поглядывая на своего постояльца, — скорее вы к нам приходите, если что. Ты знаешь где меня найти.
  - Хорошо, договорились, — мужик опять пожал деду руку и бросив короткий взгляд на Лекса, скрылся за воротами своего дома.
  Когда уже шли по лесу, за деревней, Лекс поинтересовался у деда, кто это был.
  - Бригадир местный. Прохор. Нормальный человек. Это когда я его из болота вытаскивал, тогда и тропу к острову нашёл. — ответил он.
  Через два часа неторопливого хода, по лесным тропинкам, они выбрались к болоту или точнее сильно заболоченному озеру. Потом, ещё час лезли за стариком к острову, по пояс в воде и грязи. Тропа оказалась довольно широкой, относительно ровной и не очень извилистой. Телега точно проедет. Только пару раз пришлось девушку и коз переносить на руках. В местах небольших провалов жидкая грязь Лексу с дедом доставала до подбородка.
  На остров выбрались как раз к вечеру, грязными и мокрыми. Остров представлял собой плоскую скалу, выступающую из болота метра на три. По сведениям Митрича, он почти круглой формы, пятьсот метров диаметром. Взобраться на него можно только с одной стороны, с которой они пришли. Со всех сторон по краю болота он порос высоким кустарником, поэтому крутые склоны не видны. На поверхности, внутри острова, росла только высокая трава и низкий кустарник. Судя по всему, слой земли на камне не очень большой. Лекс запустил щуп диагноста в землю, но тот почти сразу увяз. В материале острова содержание металлов очень велико. Наверное древние рудокопы и срыли всю вершину скалы, а потом стали копать внутрь, добывая руду.
  Не далеко от края острова, располагался узкий вход в пещеру рудокопов. Как раз туда и привёл всех Митрич. Пещера образовалась из огромной трещины, метров двадцать длиной и метра четыре шириной. Похоже, что рудокопы сами расширили естественную пещеру, выбирая руду. Пол тоже выровнен и постепенно, ступенями по два три метра в длину и сантиметров по тридцать в высоту, спускался к дальнему углу пещеры. Там тоже был когда–то проход, но сейчас он завален. Скала представляла собой монолит, поэтому в пещере оказалось относительно сухо.
  - Вот мы и пришли, - устало выдохнул Митрич, зажигая свечу, прикреплённую к выступу на стене. - Там в глубине есть печь. Труба выведена через потолок, так что не замёрзнем и не задохнёмся.
  - Сейчас бы ещё помыться, — мечтательно вздохнула девушка, пытаясь счистить грязь с одежды на пороге этого будущего жилища.
  - Так в чем проблема? — задал сам себе вопрос Лекс и сам же ответил, — сейчас что–нибудь сообразим.
  - Проблема как раз в том, что на острове нет чистой воды, — сообщил Старик, устраивая всю живность рядом с пещерой.
  - Тогда давайте решим так, — предложил Лекс. — Вы вдвоём, с Еленой Викторовной Марковой, занимаетесь приведением нашего жилища в пригодный для проживания вид, а я займусь водой и охотой.
  - Меня можно Леной звать, — смущенно расправляя грязное платье, облепившее её стройную фигурку, пробурчала девушка, а потом все же поинтересовалась, — а где воду возьмёте и на кого охотиться будете?
  - Долго рассказывать, потом увидите, — ушел от ответа тот, — Вот вам моя сумка. Митрич, вытаскивайте из неё все, что мы туда запихнули. Сумка, как вы уже поняли, не простая. Представляете, что вы хотите взять, засовываете туда руки, берете вещь и вытаскиваете. Все понятно?
  Пока Лекс говорил, он сформировал руну привязки, окунул её в ауру Митрича и бросил в сумку. Теперь тот может ей пользоваться, только конечно будет доставать те предметы которые он знает, и которые кто–то туда положил. Чужие вещи взять он никак не сможет. Ту же операцию Лекс проделал и для девушки. После некоторой тренировки, под ахи девушки, старик наловчился доставать вещи из сумки, а Лекс вытащив из неё нож, походный плащ и моток верёвки, вылез из пещеры, оставив хозяев за работой.
  Первым делом он занялся мойкой. Из крупного кустарника на краю острова, ножом нарубил четыре длинных и восемь коротких палок. Связал их обрезками верёвки, между собой, в виде простого, прямоугольного домика. Длинные пошли на стойки, а короткие на крепления по периметру, вверху и внизу. Потом натянул плащ на стойки, и получилась простейшее закрытое помещение. Конечно обычный плащ так не натянешь, но Лекс то кто — артефактор, так что у него такие фокусы с его плащем проходят запросто. Можно и большее помещение отгородить. Но он подумал, что метр на метр, для одного человека в самый раз будет. Теперь можно заняться водой. Сформировав руну щита воды, Лекс прицепил её к источнику и опустил в болото. Мгновенно образовался щит чистой воды. Лекс немного растянул его по высоте и получил цилиндр воды примерно метр диаметром и метр высотой. Должно хватить на некоторое время — подумал он. Затем создал тонкий щит воздуха и с его помощью поднял воду над своей загородкой. Теперь немного подогреем воду. Для этого сформировал совсем слабый щит огня и запихнул его под щит воздуха, закрыв его ещё одним щитом воздуха. Получилась простейшая комбинация слабых щитов, не противоречащих друг другу. Ничего другого, кроме простейших рун, Лекс сейчас создавать не мог.
  Попробуйте закрыть глаза и написать какой–нибудь сложный текст на бумаге. Наверное и у вас ничего хорошего не получится. Вот и у него, без магического зрения, кроме простейших рун, тоже ничего не могло получится. Смотреть в источнике Лекс не собирался. Уже пробовал. Не понравилось. Больше что–то ему не хочется. Осталось создать руну ослабления, настроенную на любую ауру и запихнуть её в центр этого слоеного пирога щитов, что Лекс и сделал. Теперь если поднести руку к центру щитов, оттуда польётся подогретая вода и чем дольше подержать руку, тем горячее она будет, а проведя рукой крест на крест по руне, настройка сбросится. Лекс специально привязал руну ослабления к ауре, чтобы старик и девушка сами могли пользоваться этим не хитрым устройством. Конечно саму ауру Лекс без магического зрения рассмотреть не мог, но вот границы её ощущал и общее представление запихивать в настройки заклинаний вполне мог.
  Вообще хорошо жить в источнике. Своих сил практически не тратится, а то что тратится почти мгновенно восстанавливается. Лекс на себе испытал построенную баню, то есть вымылся и выстирал свою одежду, а потом высушил и себя и одежду ещё более слабой комбинацией щитов воздуха и щита огня между ними, которую повесил на вход в это нужное заведение. Поскольку стало довольно темно, пришлось подвесить ещё руну небольшого светлячка. Ему–то он и не нужен, диагност позволяет видеть и в темноте, на довольно значительное расстояние, а вот людям он явно не помешает.
  Закончив работу, Лекс наведался в пещеру. К этому времени пещера приобрела более жилой вид. В одной стороне располагалась спальная зона с матрасами, подушками и специальной матерчатой перегородкой для спального места девушки, а в другой стороне стояли стулья и табуретки, бочонки и банки с едой, стеллажи с инструментом и другими хозяйственными предметами.
  - Вот теперь видно что здесь люди живут, — улыбнулся Лекс с прохода.
  - Не люди, а грязные аборигены, — поддела его девушка.
  - Кто как, — рассмеялся Лекс, — я то как раз уже человек.
  - Это каким образом? — приглядываясь к нему в полумраке свечи, поинтересовалась та.
  - Так я уже и покупался и постирался, — заинтриговал её Лекс, да ещё и лёгким движением руки подвесил светлячка на свод пещеры.
  - Это что, тоже магия ? — Смотря, то на него, просто сверкающего чистотой, то на небольшого светляка на своде пещеры, не понимая происходящего, удивленно спросила она.
  - Простейшая магия, — согласился тот и направился к выходу, — а теперь пошли за мной, я покажу как мыться.
  Девушка и старик, оставив все, бросились за ним. На верху Лекс показал им как пользоваться своей походной баней, сразу двоим, чтобы не повторяться. Затем, оставив девушку плескаться, они со стариком направились за дровами. Оказалось, что старик забыл захватить дрова для печки, а на острове кроме мокрого кустарника ничего не было. Поэтому они пришли на край острова и опять Лексу пришлось применять простейшую магию. Сформировав слабый щит воздуха, метра три диаметром, он погрузил его в болото вертикально, для уменьшения сопротивления. До этого Лекс проверил щупом диагноста край болота. Оказалось, что слой самого болота составляет всего десяток метров, а ниже находится вода. То есть они находились на скале посреди древнего озера. Щупом глубину Лекс достать не смог, поэтому явно было побольше пятидесяти метров. Пробив слой торфа до воды, Лекс развернул щит горизонтально и начал медленно его поднимать. Вода легко проходила сквозь слабый щит воздуха, а вот торф скапливался на щите, прессовался и поднимался вверх. Таким образом на краю острова появилась гора сухого, прессованного торфа, метра три диаметром и метра три в высоту. После этого, тонким щитом земли, с трех направлений, по очереди, Лекс порезал эту кучу на кубики, удобные для использования. Старик наблюдал за происходящим очень внимательно, и когда действия закончились, восхищённо кивнув на гору торфа, спросил, — У вас что, все так могут?
  - Нет, не все, только некоторые и их очень мало, — отрицательно покачал головой тот. Да и если честно, Лекс у себя ничего такого сделать не мог, не хватало резерва магии даже в накопителе, а здесь его резерв почему–то мгновенно восстанавливался, точнее просто не убывал.
  - А как же тогда ты здесь это делаешь? — не отставал старик.
  - Долго объяснять и сложно, человеку, который не может обращаться к магии, но если коротко сказать, то получается место у вас такое, что позволяет даже слабому магу творить чудеса — туманно объяснил ему Лекс и распорядился, — Берите торф и несите его в пещеру, а я ещё рыбу половлю, пока окно в торфе не затянулось.
  - А можно я посмотрю? — как ребенок, попросил старик.
  - Смотреть можно, — усмехнулся Лекс, вспоминая себе на уроках учителя, — вот только ничего не поймёте, а объяснить трудно.
  - Ничего, я так посмотрю, просто интересно, — остался стоять на месте старик.
  Лекс только кивнул головой, соглашаясь. Сформировав опять слабый, но теперь слегка вогнутый воздушный щит, он направил его в болото вертикально в тоже место, откуда уже выбрал торф. В воде под торфом Лекс провёл им несколько раз влево и вправо над берегом, вытаскивая наверх после каждого прохода. На пятом проходе в щите на верх поднялась огромная рыбина.
  - Сом — радостно воскликнул старик.
  - Съедобная? — поинтересовался Лекс, хотя и сам сразу проверив рыбу щупом диагноста обнаружил, что съедобная.
  - Еще как, — обрадованно подтвердил он, - немного вымочить в чистой воде что бы запах тины ушел и лучше не бывает.
  - Тогда на сегодня еды будет достаточно, — закончил рыбалку Лекс. Он подхватил рыбу, старик нагрузился торфом и они направились к пещере. Сгрузив добычу на камень рядом с пещерой Лекс принялся её чистить, а старик пошёл в пещеру затопить печь. Пока Лекс чистил рыбу, девушка наконец накупалась. Увидев, как она подходит, Лекс вызвал Митрича из пещеры и направил теперь купаться его, а сам торжественно вручил нож Лене и сказал: — Нож. Острый. Руки не резать. Еду готовить. Охотник устал, — затем, не дожидаясь ответа, повернулся и спокойно удалился в пещеру. Завалившись на расстеленный матрас, Лекс просто мгновенно отключился, все таки такими темпами работать с магическими каналами он не привык. Разбудили его, глубокой ночью. Ужин был готов и импровизированный стол, на одной из ступеней пола, накрыт. Они быстро, почти без разговоров из за усталости, очистили приготовленные припасы, и уже в полном составе отправились спать.
  Проснулся Лекс рано утром, на восходе солнца. Все таки печать диагноста позволяет, за счет магии значительно ускорить восстановление сил организма. Пока аборигены досматривали утренние сны, он занялся исследованиями. Максимально притушив магическое зрение Лекс все таки попытался осмотреться. Оказалось, что пещера сильно ослабляет излучение источника, хотя его уровень пока не позволяет активно работать с рунами и создавать артефакты, помехи очень сильны и в магическом взгляде будут искажать творимую магию. Щуп диагноста по прежнему вязнет в структуре стен пещеры. Возможно, если опуститься глубже, уровень источника может упасть до приемлемых значений для создания чего–то нового. Осмотрев дальний угол пещеры, там где образовался завал, Лекс с помощью щупа диагноста обнаружил, довольно длинный, заваленный коридор. За коридором, с трудом, но прощупывалось пустое пространство. Лекс подумал: — Если хорошенько поработать, можно значительно увеличить жилое пространство.
  Покопавшись в теневой сумке, он достал съестные припасы, которые как–то давно они с учителем загрузили из запасов одного замка, в счет оплаты за оказанные услуги. Амулет лечения стоит очень дорого, а прожить с таким амулетом можно, как минимум, вдвое дольше, чем обычно живут люди, так что подвалы с припасами они очистили полностью, а ещё добавили и то, что было на кухне. Несколько раз учитель покупал в городах, целые съестные лавки. Продукты в теневой сумке не портятся, какие положишь те и возьмёшь, даже с той же температурой. Так что на завтрак у них свежий хлеб, сладкие булочки, копчёное мясо, вчерашняя рыба, сыр и многое другое. Лекс даже достал бутылку вина, надо же отметить переселение по настоящему, а то вчерашний ужин не был похож на праздник. Потрясающий запах поплыл по пещере. Из за занавески высунулась заинтересованная физиономия девушки: — Это чем тут вкусным пахнет?
  - Если не поторопишься, можешь не успеть узнать, — улыбнулся ей Лекс, глядя на взъерошенную после сна девушку.
  - Я уже бегу, — она нырнула обратно за занавеску и зашуршала одеждой.
  Старик тоже проснулся и недоверчиво потянул носом воздух:
  — Прибейте меня на этом месте, если не хорошим вином тянет.
  - И ещё каким, — согласился Лекс, слегка тряхнув открытую бутылку, из за чего по пещере поплыл ещё более изумительный аромат.
  - Старый пьяница, — констатировала за занавеской девушка.
  - Быстро ополоснуться и за еду, иначе вам ничего не достанется, сам все сожру, — поторопил их Лекс.
  - Не влезет. Лопнешь, — кинув взгляд на импровизированный стол, показала ему язык девушка, пробегая мимо. — Я первая умываться.
  - Спать меньше надо, что бы первой быть, — поддел её Лекс. — Я давно умылся.
  Старик без слов, тоже бросив взгляд на еду, прорысил на выход. Через некоторое, довольно незначительное время, все собрались за импровизированным столом. Лексу пришлось просветить аборигенов по поводу неожиданных деликатесов. Целый час они ели, пили и разговаривали. Лекс немного рассказал о себе и о своем мире. Дед с внучкой коротко поведали о себе, о своей жизни и о этом мире. Оказалось правителей себе они выбирают и те потом ими правят, правда не единолично, а с поддержкой окружения. Хотя эта форма правления образовалась в стране недавно, тридцати лет ещё нет, а до этого страной правил царь. Немного похожая форма, как в городах — государствах мира Лекса.
  Старик оказался противником новой формы правления и даже воевал с ней, но его сторона проиграла и его сослали на север, где он в каком–то поселении заготавливал лес. Его сын, в это время, сначала учился в каком–то учебном заведении, похожем на магическую школу, а потом попал в армию, да там и остался. Но некоторое время назад, власть опять начала репрессии против разных групп населения, в которую и попал сын старика. Где сейчас сын, старик не знает.
  У девушки в учебном заведении, называемом институт, тоже начались проблемы из-за отца и ей пришлось уехать на время к деду, хотя она и пыталась терпеть, почти пол года. Здесь она живёт уже второй год и помогает деду по дому. Старик работает в местном колхозе лесником, а их деревня занимается торфозаготовками и Прохор у них бригадир. Лекса девушка нашла на дне оврага, расположенного недалеко от деревни, когда собирала лечебные травы для заварки чая. Сама же его и вытащила оттуда, правда на большее сил не хватило и пришлось звать деда. Лекс пять дней лежал без сознания и она за ним ухаживала. Поскольку никаких повреждений у него не обнаружили, решили пока не связываться с доктором, так как никаких документов у него не нашли.
  Время за едой пролетело быстро, надо было устраиваться более основательно. Решили, Лена займётся приспособлением пещеры к нормальной жизни, а они с Митричем оборудуют загон для живности и ещё посмотрят, что можно сделать.
  Лекс вышел из пещеры, походил вокруг, прикидывая как и что тут устроить. Деревьев на острове нет, так что загон ставить не из чего, а тащить бревна через болото что–то не захотелось. Значит придётся делать ещё одну пещеру. Такое решение ему не понравилось. Проще было расчистить старую пещеру от завала, чем копать новую. Посовещался с подошедшим стариком и решили пока для живности ничего не делать. Хищников здесь нет. Уйти с острова они не смогут, а травы здесь очень много. Митрич пошёл доить корову, а Лекс двинулся опять на рыбалку. Так же как и вчера, быстро удалось поймать несколько больших рыбин. Вычистив их, Лекс парочку развесил на шестах вялиться на солнышке, а одну отнёс в пещеру и отдал девушке, чтобы та сварила ухи. Она в это время как раз подготовила там уголок для кухни.
  Обеспечив всех свежим пропитанием на ближайшее время, Лекс все таки решил более основательно заняться пещерой. Заваленный проход не давал ему покоя. Подойдя к завалу, он сформировал мощный щит земли из наваленных камней, а потом начал медленно расширять его. Камни сжимались друг с другом и впрессовывались в своды создаваемого прохода, укрепляя его.
  Резко поднялась температура в пещере, так что пришлось перед собой ещё и щит воздуха выставить, чтобы вещи в пещере не превратились в пепел. Минут пятнадцать, трамбовал проход земляными щитами и, продвинувшись на пятнадцать метров, почувствовав усталость, Лекс остановился. Не привык ещё к таким магическим нагрузкам. Слабый у него магический канал, а перенапрягаться нельзя, так и канал спалить можно и тогда прощай магия.
  Своды прохода, по всей длине, приобрели вид арки и имели вишнёвый оттенок из–за высокой температуры. Поверхность камня практически была доведена температурой до состояния мокрой глины и выглядела отполированной. Только устало присев на ступени пола, Лекс увидел восторженную физиономию девушки. Похоже все время она наблюдала за его действиями.
  — Как ты это делаешь? Научи меня этому, — с надеждой в голосе выдохнула она. То что творил Лекс завораживало.
  - Пока не могу, —устало ответил Лекс, — слишком сильный источник кругом. Мне смотреть больно, а без этого, я не могу сказать, имеешь ли ты способности к магии. Пробьюсь поглубже, там помехи от источника меньше будут, тогда посмотрим.
  - А когда это будет? — поинтересовалась она. Очень уж ей хотелось получить определённый ответ.
  - Может сегодня, может завтра, как работа пойдёт. Там проход ещё метров на двадцать завален.
  - Ты же за пятнадцать минут, пятнадцать метров пробил, а там всего двадцать осталось.
  - Вот на пятнадцать минут меня только и хватило, слабый я ещё маг, мне самому ещё учиться и учиться, — грустно покачал головой тот.
  - Ничего себе слабый, — несогласно пробормотала девушка, подсчитывая. — Метр прохода в минуту, шесть кубометров скального грунта, девяносто кубометров за пятнадцать минут. Как трактор. Подземный трактор. И он ещё говорит слабый.
  - Чего ты там бормочешь? — лениво поинтересовался Лекс.
  - Я в институте на геолога училась, — уже громче пояснила она, — знаю нормы выработки. Такой объём бригадой в этой скале неделю ковырять нужно, и это только достать, а тут сразу арочный проход.
  - Кто такой геолог? — сразу зацепился Лекс и девушка, наверное с пол часа, заинтересованно рассказывала ему о своей специальности, пока тот разобрался.
  Оказывается здесь научились создавать не магические артефакты и вовсю ими пользуются. Это известие его потрясло. Поинтересовавшись, где можно найти обучающие книги или манускрипты, Лекс выяснил совсем интересные вещи. Оказывается большая часть населения грамотно и везде есть библиотеки, в которых находятся печатные книги и изготавливаются они многотысячными тиражами. Лена пообещала договориться с деревенскими мальчишками, чтобы те приносили свои книги - учебники и она научит его их читать.
  Отдохнув, Лекс пошёл добивать проход, а Лена отправилась к печке варить уху, хотя иногда посматривала в его сторону. Через час он закончил работу с проходом и прикрыв его воздушным щитом, оставил остывать, а сам выбрался на верх из пещеры. Старик тоже уже закончил все дела с живностью и просто сидел и грелся на теплом весеннем солнышке. Увидев выходящего из пещеры Лекса, он задумчиво кивнул на гору сухого торфа у входа и спросил: — А можно это же сделать на той стороне болота.
  - Конечно, — кивнул головой Лекс, — а зачем?
  - Это примерно недельная норма бригады Прохора, да ещё высшего качества. Если с ним договориться, то за этот торф он нас питанием полностью обеспечит, да ещё и деньгами добавит.
  - Тогда пошли, сделаем, — предложил Лекс и они направились к тропе.
  Опять пришлось пересечь болото. Только теперь управились гораздо быстрее, живность их не тормозила. Так что через пол часа они оказались на краю болота с той стороны. Провозившись ещё около часа, Лекс по указаниям Митрича, создал четыре кучи сухого торфа, спрессованного и порезанного на небольшие брикеты. Еще через час они были уже в деревне. Митрич нашёл Прохора и долго с ним о чем–то говорил. Лекс особенно не прислушивался и только в конце разговора вспомнил о книгах и подойдя ближе, попросил у Прохора на время дать учебные книги, если они у него есть. Тот недоверчиво поглядывая то на него, то на Митрича, произнёс:
  — Есть у меня учебники от старшего сына, за последние классы. Если устроит, то принесу.
  - Устроит, — сразу кивнул Лекс.
  Прохор зашёл в дом и через некоторое время вынес ему вязанку книг и подавая попросил:
  — Только не портить, а то ещё младшему по ним учиться.
  - Не испорчу, через пару дней верну, мне просто восстановить знания нужно, — скрывая истинные намерения, ответил ему Лекс.
  - И что, правда, что вы за день, как говорит Митрич, кучу торфа накопали? — поинтересовался у него Прохор.
  - Правда. Если не веришь, пошли посмотрим, заодно и подъезды посмотришь, а то за раз все не вывезете.
  - Он и за неделю, все не вывезет, недоверчивый наш, — усмехнулся Митрич.
  - Не могли вы накопать вдвоём такого количества, но все таки пойду гляну, — по прежнему недоверчиво пробормотал Прохор, но все же отправился с ними к болоту. Когда он увидел кучи сложенного торфа, то не поверил своим глазам. Он облазил их все. Мял и нюхал плотные торфяные брикеты и бормотал что–то себе под нос. Митрич с довольной усмешкой наблюдал за суматошными действиями знакомого. Когда тот немного пришёл в себя, то подошёл к ним:
  — Да как такое возможно? Такого качества топлива отродясь не видывал. Даже на заводской сушилке лучше не получить. Про количество уже молчу. А порезано чем? Нам его месяц возить придётся. Вы что экскаватором его копали? Да если и копали, то чем сушили. Ну полный бред. Может мне это мерещится.
  - Чем копали, не скажу, потому что секрет, — ухмыльнулся Митрич, краем глаза поглядывая на Лекса, — но процентов десять дохода ты нам отстегнёшь.
  - Я вам и больше отдам. Качество уж очень высокое. Прибыль артели хорошая будет. — легко согласился Прохор и посмотрев уже на Лекса продолжил, — может ещё что предложите.
  - Почему бы не предложить, — пожал Лекс плечами, — рыба нужна?
  - Какая рыба? — удивился тот.
  - Да та что в болоте живёт, — поддел его Митрич.
  - Не живёт рыба в болоте, — уже совсем неуверенно отмахнулся от его слов Прохор.
  - Ага и торфа здесь тоже нет, — скорчив глупую физиономию, продолжал беззлобно насмехаться над ним Митрич.
  - Если завтра приедете, за торфом, я вам пару мешков рыбы приготовлю, а теперь нам пора домой, — сказал Лекс, заканчивая разговор, уж очень хотелось ему добраться до книг.
  - Договорились, мы завтра утром всей бригадой на подводах подъедем, — согласился Прохор и все ещё что–то бормоча себе под нос и качая головой, направился в деревню.
  Они с Митричем тоже двинулись на остров. Время перевалило за середину дня и хотелось уже основательно покушать. Книги пришлось нести аккуратно, чтобы не залить грязью. Когда вылезли из болота, Лена уже встречала их на берегу:
  — Смылись гулять в деревню. Оставили меня тут вкалывать, как рабыню, работорговцы, — притворно возмутилась она.
  - Молчи, женщина, — по доброму проворчал старик. — Мужчины ходили за добычей.
  - И где же ваша добыча? Кроме пачки старых книг и измазанных в грязи работорговцев, ничего не вижу, — поддержала она шутку.
  - Так мы уже все продали, и даже договор на будущие поставки заключили, — аккуратно укладывая книги на землю, сказал Лекс.
  - Пока денег не увижу, не поверю. А теперь быстро мыться и за стол, а то еда долго ждать не будет, — прикрикнула она на них, как хозяйка уперев руки в боки.
  - Вот и заводи себе такую рабыню. Прощай свобода, - чуть слышно пробормотал старик.
  После обильной еды, и последующей уборки, Митрич пошёл отдыхать, а Лекс с девушкой занялся книгами. Пришлось учиться читать, хотя и не с самого начала, но процесс все таки довольно длительный. Печать транслятора языков, не действует на письменность. Так что пришлось Лене заняться обучением Лекса чтению. Она вслух читала книгу, а Лекс внимательно следил за написанным текстом и сопоставлял звучание с написанием. Постепенно стала вырисовываться структура языка и его написание. Конечно значительные неудобства добавляла терминология, но с пояснениями девушки, дело двигалось быстро. Тем более, она выбрала книгу наиболее простую, использующуюся для начального обучения. Дело сдвинулось с мёртвой точки. Постепенно этот мир стал полнее открываться для Лекса.
  Таким образом он занимался с девушкой целых две недели, пока не одолел все принесённые книги. При обучении чтению книг, процесс обучения был обоюдным. Лена читала и учила его по своим книгам. Лекс же учил читать её на основном диалекте, на котором написан базовый учебник по магии его мира. Конечно сам учебник они читали только во введении в магию, где описывались основные принципы взаимодействия рун и магических потоков, так как без возможности наблюдения потоков, остальное обучение просто невозможно. Но у него нашлись и другие книги на этом языке по истории мира, что было очень интересно для Лены. В общем, за время чтения доступной литературы, Лекс значительно продвинулся в изучении этого мира, так же как и Лена начала понимать его мир.
  Этот мир просто покорил Лекса своими знаниями. Ничего не зная о источниках и потоках магии, люди научились пользоваться свойствами потоков и это при полном игнорировании магической составляющей. А какие они создают артефакты! Это что–то непостижимое. Летать без магии — такое его архимагам даже в страшном сне не приснится. Оружие которым, мага можно запросто уничтожить, может быть использовано любым человеком. Это же рай для артефактора и ад для мага. Материалы, химия, физика, математика, заводы, создание артефактов с помощью других артефактов. Даже те основы, что даны в этих простых учебниках, просто потрясают, и это только основы. Маги у себя многое делали просто на интуиции и на опыте, а здесь все построено очень логично, на базе простых законов описывающих мир. Да, это не полные законы, они многое не учитывают, но даже так, люди здесь построили великую цивилизацию. Хотя и здесь люди мало чем отличаются от людей остальных миров. Те же войны, борьба за власть и за место под солнцем.
  Но мир ему однозначно нравился. Надо только освоиться и научиться работать в мощном источнике. Перспективы просто захватывали дух, хотя и опасности для него тут присутствуют. Все таки единственный маг артефактор на мир — это будет трудно, особенно учитывая войну в правящих верхах. Поэтому сейчас нужно, как можно меньше ему высовываться, и как можно больше учиться, пока не укрепится на каком–то месте, да даже на этом острове. Потом его уже трудно будет к чему–либо принудить.
  Кроме учебы с девушкой, Лекс по пол дня занимался пещерой и немного рыбалкой, результаты которой, ежедневно Митрич относил на край болота, Прохору. В пещере Лекс разрабатывал мощность своего магического канала, а заодно и проводил её исследование. За завалом находилась разветвлённая система проходов и залов. Некоторые созданы искусственно, при добычи руды, некоторые образовались гораздо раньше, вымыванием более лёгких пород. Похоже остров раньше располагался полностью на поверхности и возвышался над озером на очень значительную высоту. Отсюда и вымывание пород водой. Затем произошло проседание земной поверхности и скала полностью ушла под землю, но при этом из за прочности скалы, полностью закрылись все нижние проходы и вода не поступала в пещеру, а накапливалась, в течении времени, в холодных полостях, образуя подземные озера.
  Лекс исследовал и нанёс на карту систему ближайших проходов и залов с относительно хорошей проходимостью, но и они занимали очень приличную площадь. Только длина нанесённых на карту помещений и проходов оказалась около двадцати километров, так что помещениями на ближайшее время Лекс обеспечен. Кроме того, оказалось, на глубине ниже ста метров, скала надёжно экранировала излучение магического источника и снижала его до значений, приемлемых для создания сложных артефактов и комфортной работы с магией.
  После обнаружения подходящих для проживания и работы помещений, Лекс занялся их обустройством. Выравнял полы. Подравнял стены и придал потолкам удобную куполообразную форму. У него в запасе, в сумке, были несколько десятков артефактов местных замковых порталов, так что Лекс на все входы в нужные помещения установил порталы, и теперь можно быстро из одного помещения попасть в другое, даже если оно и находится за несколько километров от первого. В каждое жилое помещение он также установил модули обогрева и освещения, которыми раньше, при рассвете ордена артефакторов, снабжались все помещения в замках. Возле одного из небольших подземных озёр соорудил что–то вроде купальни с подогревом. На все управление артефактами, Лекс установил доступ по ауре на Лену и Митрича, чтобы они могли свободно пользоваться устройствами.
  Удобство доступа через местные порталы в том, что проходя через него, ты мгновенно переносишься в другой, мысленно выбранный портал, достаточно только представить, куда тебе нужно. Отличие амулета портала, от артефакта портала в том, что амулетом может пользоваться только маг, и использовать только собственные силы, или любой другой, но используя специальный магический накопитель силы - ключ, а вот артефактом может воспользоваться кто угодно, у кого есть доступ, и силы будут использованы из самого артефакта. Тот в свою очередь постоянно пополняется от излучения источника, магического накопителя или рассеянного излучения из окружающего пространства. Так же работают и модули обогрева и освещения.
  Еще одна особенность портала в том, что через него пройдут только те, кого ты разрешишь пропустить, остальные его просто не заметят и будут идти дальше по коридору. Раньше в замках даже специальные кольцевые коридоры делали, с кучей портальных переходов. Штурмовать такие замки очень трудно, проще просто стереть его с лица земли.
  Окончив подготовительные работы по обустройству жилья, Лекс показал все хозяевам. Даже имея некоторые представления о его возможностях, они были очень впечатлены параметрами жилища. Девушка сразу припомнила ему обещание научить магии. Пришлось вести их в лабораторию, портал которой Лекс все таки заблокировал от них, ради их же безопасности. Там Лекс по очереди их досканально обследовал с помощью магического зрения.
  Аура Лены и Митрича сильно отличалась от ауры людей его мира и соответственно его. Если его аура похожа на дерево, с соответствующими каналами связанными с основными стихиями, то их аура похожа на замкнутое яйцо. Легко предположить, что это следствие источника с очень большой мощностью вокруг. Если жители мира Лекса старались как можно больше развивать каналы для связи с источниками, то здесь наоборот аура старалась замкнуться в себе и отгородиться от мощности источника. Вот поэтому, сильные маги которые, могли когда–то создавать межмировые порталы, даже если и случайно бы попали в этот мир, погибли бы мгновенно, не справившись с потоком источника. Все развитие мага в его мире направлено на захват энергии источника, но тут то её слишком много. Только такой маг артефактор как Лекс может проникнуть сюда. У него ведь есть постоянный контроль канала с помощью диагноста и он автоматически выключает этот канал при перегрузке, собственно это то и спасло его при переходе.
  Слабые магические отклики на различные стихии Лекс в их телах обнаружил, так что артефакторы из них вполне получатся. Вот только учить их будет очень трудно. Время инициации упущено. Этим надо заниматься ещё в детском возрасте, хотя конечно у артефакторов есть и оригинальные методы обучения, обычным магам недоступные, а архимаги заниматься таким обучением точно не станут. Но если с обучением Митрича возникнуть проблем не должно, то с девушкой они могут быть, уж очень специфическое такое обучение, о чем Лекс и сообщил им.
  - Ничего, мы потерпим, — ответила Лена, дождавшись кивка Митрича и вопросительно посмотрев на Лекса, поинтересовалась. — А в чем особенности?
  - Видишь ли в чем дело, — протянул Лекс, не зная как доступно объяснить им методику обучения и инициации мага–артефактора, — во время такого обучения очень часто нужен постоянный физический и психический контакт.
  - В каком смысле физический контакт, — даже при ровном свете магического освещения было видно как вспыхнуло лицо Лены.
  - Это не совсем то, о чем ты подумала, — смотря на девушку, Лекс тоже почувствовал как уши у него наливаются таким же цветом и пояснил, — Видишь ли, прежде чем начинать обучение, я должен нанести на тело определённые печати. Это специальные невидимые изображения позволяющие использовать возможности организма, которые изначально не поддаются управлению. Вот только эти рисунки, или точнее руны, располагаются по всему телу, в том числе и в очень интимных местах.
  - Я один раз потерплю, — смущенно пробормотала девушка, отводя взгляд.
  - Это не все, — тоже почему-то смутился Лекс, — на определённых этапах обучения я ещё и руку буду держать в этих местах.
  - А без этого нельзя? — спросила она, нервно теребя края платья.
  - Может и можно, но я, к сожалению, таких методик не знаю, — покачал головой Лекс и продолжил. — Но и это ещё не все, при обучении и учитель и ученик считывают чувства и эмоции друг друга, поэтому эти методики в основном применялись в парах отец — сын, мать — дочь, брат — сестра, муж — жена и аналогичных.
  - Я справлюсь, — совсем тихо прошептала она, и потом более уверенно с надеждой смотря ему в глаза, добавила, — мне очень хочется научиться магии.
  - Не бойся — немного подбодрил её он, — это не будет выглядеть как изнасилование, просто очень тяжело открывать на обозрение собственные чувства другому человеку, но не забывай, что и другой открывает тебе также свои чувства. Поэтому если бы ты мне не нравилась, то я бы не смог принять тебя в обучение.
  - Ну тогда мы согласны, учи, — подвёл итоги разговора старик, спасая внучку из очень стеснительного положения.
  - Но и это ещё не все, поскольку обучение не стандартное, то есть через артефакты, то и привязка будет тоже ко мне. Если говорить простым языком, то у вас будет полная свобода воли, кроме предательства именно ко мне. Это похоже на магическую клятву, только немного строже. Клятву может снять более сильный маг, а вот артефактную привязку может снять только сам артефактор её наложивший. Но в вашем случае это будет невозможно, тогда вы потеряете магические возможности. Кстати, я учился также, хотя и в гораздо юном возрасте и как видите живу и не страдаю. Да и моя привязка к учителю никуда не делась, но мне она жить не мешает. Это ведь не управление, живи как хочешь, и где хочешь, только не предавай.
  -Мы согласны, — подтвердила согласие девушка.
  - Хорошо, — кивнул Лекс, — но мне ещё нужно пару дней времени на подготовку печатей.
  Пока Лекс готовил руны печатей, старик с внучкой обживали новые помещения. Учитывая скудность инвентаря, они по максимуму приспособили их к проживанию. Конечно все помещения они занять не могли, но каждый получил по небольшой спальне. Также была выделена общая зала, хотя они пока терялись в её пустоте, все таки помещение площадью тридцать на тридцать метров, и метров пять в высоту — это многовато на трех человек.
  Кухня тоже подходящих для замков размеров. Этак метров сто площадью и тут установлен артефакт подогревателя более крупного размера. Еще у них появилась холодильная комната, там нагреватель работал в обратном режиме и они сложили туда все продукты длительного хранения из теневой сумки и захваченные соленья из дома старика. В общем сумку разгрузили хорошо, хотя и не полностью, там ещё много чего осталось. Еще достали все что взяли у старика в доме, да и Лекс немного добавил некоторых вещей, которые завалялись у него в сумке. Кроме того, в длинной галерее оборудовано место для животных, куда они и были переведены с поверхности.
  Все артефакты Лекс подключил не на прямую от магических потоков, а от артефакта замкового накопителя, который расположил не на самом острове, а притопил на дне озера, под болотом. Все таки остров сильно экранирует магические потоки. Еще пришлось устроить удаленный портал на краю болота, чтобы не чиститься после каждого перехода туда и обратно. Он был установлен в специально замаскированной землянке, прямо рядом с дорогой, по которой селяне вывозили торф с болота и имел выход в систему лабиринтов пещеры, а уже оттуда в жилую часть пещер. Для посторонних людей будет создаваться впечатление, что это подземный ход под болотом на остров.
  Систему охраны Лекс тоже взял уже готовую, на основе замкового артефакта. Сам же её когда–то и создавал по заданию учителя, в качестве упражнения для обучения. Особенностью такого замкового артефакта являлась, возможность встраивания и наращивания на основу защиты различных дополнительных модулей. Мало того, этот артефакт является псевдоразумом, очень похожим на разум самостоятельного голема. Причем он самостоятельно встраивает в себя все совместимые магические заклинания и поддерживает их потом также самостоятельно. Совместимыми являются заклинания, артефакты и амулеты построенные дружественными магами включёнными в защитный контур. То есть если установить временный портал из помещения в помещение, то замковый артефакт обнаружив такой портал встроит его в свою систему и обеспечит автоматической поддержкой.
  Есть у него и другие возможности, но сразу после установки артефакта, полностью все возможности не доступны. Он не знает структуры местности и окружающих его магических контуров, которые присутствуют в любом заклинании или магическом устройстве. Для сканирования и настройки необходимо значительное время и в зависимости от насыщенности разнородными структурами окружающего пространства, это время может доходить до нескольких лет. Учитывая отсутствие большого количества таких структур в округе, время подготовки артефакта к полной работе будет небольшим, максимум месяца два — три. Но когда он заработает в полную силу, можно будет контролировать любую зону в пределах десяти километров, вплоть до построения грузовых порталов в этой зоне, для быстрого перемещения значительных отрядов обороны замка и блокирования чужой магии в этой зоне. Кроме того, в пределах пятидесятикилометровой зоны можно строить маленькие разведывательные порталы для переброски небольших групп разведки, в два — три человека и в этой зоне будет отслеживаться применение чужой магии. Поэтому штурмовать замки с такими артефактами под управлением местного мага, достаточно трудная задача и по силам только очень большим отрядам с мощной поддержкой не одного десятка магов и ещё при наличии огромных накопителей магической энергии, соизмеримых с накопленной замковым накопителем. К сожалению Лекс тоже не мог сразу воспользоваться возможностями артефакта, тот только начал сканирование и когда закончит пока точно не известно.
  Для учеников, в первую очередь, нужно создать печати диагноста и накопителя, такие же как у Лекса. Печать это довольно сложная штука. Необходимо из набора рунных знаков, в магическом потоке сплести своеобразную одежду в виде сплошного комбинезона. Знаки для каждой части комбинезона свои, сильно зависят от ауры и переплетаются между собой различным образом, а потом ещё и накладываются друг на друга. Довольно нудная и тяжелая работа. Хорошо, что у Лекса накопился уже достаточный опыт в этом деле. Все печати для младших учеников учителя и приёмных братьев, делал он, так что за два дня управился. Основу печатей сделал.
  Лекс попросил Митрича сообщить Прохору, что дня три выходить из болота не будут и занялся учениками. Еды они сразу заготовили на несколько дней, потом заниматься ей будет некогда. Лекс напоил их специальной настойкой из запасов, которая позволяла привести тело в расслабленное состояние, необходимое для приживления печатей. Потом усыпил их и занялся девушкой. Так как с девушкой намечались проблемы. Она ему нравилась и по некоторым признакам Лекс ей тоже, а вот это и составляло проблему. Ни каких отношений в момент наложения печатей быть не должно, иначе трудно предсказать к чему такое может привести. Придется откровенно поговорить с ней перед нанесением печатей.
  Лекс присел на стол, положил её голову себе на колени и вывел из сна. Конечно можно было сделать и наоборот, но вот она могла это понять не правильно. Если голый мужик тащит себе на колени раздетую девушку, это на первый взгляд может говорить только об одном. А так она его пока не видит и можно поговорить:
  — Лена, постарайся контролировать себя, некоторые мои операции будут чувствоваться весьма лично, но надо потерпеть, ни в коем случае не напрягайся, это только сильно замедлит операцию.
  - Я буду стараться, —сразу залилась краской девушка.
  - Глаза не закрывай и прислушивайся, будет очень хорошо если ты к концу операции нанесения печати увидишь её и услышишь какую–нибудь мелодию, — выдал Лекс ей последнюю рекомендацию.
  Он аккуратно устроил её голову на столе, слегка помассировал ей виски и проконтролировав полное расслабление мышц, приступил к ритуалу. Активировал свою печать диагноста. Все его тело полностью покрылось рунами, светящимися в магическом взгляде. Взяв заготовку печати, Лекс распаковал её, расправил и накинул на девушку. Подключив щупы своего диагноста к специальным точкам на заготовке и к своим ладоням и запитав их из внутреннего резерва, он принялся разглаживать заготовку на теле девушки, привязывая руны управления потоками стихий к организму. Почти пять часов очень хорошего, а местами и эротического массажа с очень красивой девушкой — это трудно, а точнее очень трудно. Ей было в этом плане конечно не легче, но у этой девушки в душе есть стержень и она практически сама, без его помощи, контролировала свои эмоции, а чем меньше чужой контроль, тем плотнее садится печать на тело. Из неё получится настоящий маг.
  - Я вижу линии на твоем теле, — вдруг выдохнула она.
  - Это немного странно, а посмотри теперь на себя, — продолжая массаж, попросил Лекс.
  - Ух ты, и у себя тоже вижу, только пока под твоими руками.
  - Так и должно быть. Это показывает что печать нормально соединяется с телом, — ободрил Лекс её, хотя непонятно, почему она увидела его печать. Все прежние ученики, которым Лекс накладывал руны, его печать не видели. Что–то такое вертелось в голове. Учитель как–то говорил о таком эффекте. Вот только трудно вспоминать, когда пытаешься массировать тело красивой девушки и при этом контролировать ещё и себя.
  - А теперь и мелодию незнакомую слышу. Красивую, —чуть слышно прошептала она.
  И тут Лекс тоже услышал мелодию. Но этого не должно быть, Лекс с трудом удержался от паники. Не должен он слышать мелодию чужого тела, это чисто внутреннее свойство печати, доступное только её носителю. Неожиданно расход магии по каналу увеличился на порядок и стал прерывистым. Лекс в нарастающей панике, чуть не прервал ритуал, но тут наконец вспомнил рассказ учителя о не стандартных эффектах при наложении печати на тело. Стрессы все таки сильно стимулируют мышление. В некоторых редких и необъяснимых случаях, возникает эффект резонанса. Печати ученика и учителя начинают напрямую взаимодействовать между собой. Не надо им мешать — говорил учитель.
  Лекс успокоился, присел на стол, рядом с девушкой, положил одну руку на голову, другую на грудь девушки, ближе к сердцу и просто стал с интересом наблюдать за процессом с помощью своего диагноста и магического зрения. Руны печатей и их ауры пульсировали и переплетались ещё минут пятнадцать. Его бросало то в жар, то в холод. Наверное девушка чувствовала тоже самое, а потом стихла музыка и все успокоилась.
  - Все, теперь нужно вставать и идти отдыхать, — вытирая обильный пот, приготовленным полотенцем, почти прошипел Лекс. В горле было, сухо как в пересохшем колодце.
  - У тебя, вся магия такая, — подняв на него взгляд, спросила, с трудом поднимающаяся девушка.
  - К сожалению, нет, — подмигнув ей, он тоже подал ей большое полотенце, ещё из замковых запасов и помог закутаться в него.
  - Жалко, а мне понравилось, — озорно тряхнув волосами, девушка чуть прижалась к нему.
  - Вот привыкну обниматься, будешь тогда знать, — усмехнулся Лекс, придавая ей импульс в направление двери, по одному очень мягкому месту.
  - Вот привыкну, хрен ты от меня отвяжешься, — уже у дверей, показав на прощание ему язык, весело рассмеялась она.
  - Так, кажется меня нагло присвоили, но мне это нравится, — мелькнула мысль у Лекса.
  Пару часов отдыха, ещё шесть часов и работа закончена. Особых проблем со стариком не возникло. Воин легко поймёт воина. Лекс отправил Митрича в спальню. Теперь им осталось только целый день, а то и несколько дней, ждать приживления печатей, а Лекс отправился отдыхать. Все таки двенадцать часов почти непрерывной работы с каналами — это очень много. Конечно Лекс заметил, что ему все проще и проще становится с ними работать. Канал разрабатывается и расширяется очень быстро. Похоже действие окружающего источника очень благотворно сказываются на его возможностях.
  Сутки ученики не вылазили из спален. Лекс только постоянно таскал им разные напитки из собственных запасов и успевал обслуживать живность, приведённую на остров. По себе он знал, как трудно первая печать встраивается в организм. На вторые сутки организмы потребовали пищи и приготовленные запасы очень пригодились.
  После наложения печатей на учеников, Лекс вдруг неожиданно обнаружил значительные изменения и в своей ауре. Она стала двойной. Кроме ауры в виде дерева, образовалась ещё одна в виде яйцевидной оболочки. Такую же ауру заимела и Лена. Лекс, после долгих размышлений пришёл к выводу — это произошло из за резонанса, при наложении печатей. К чему это может привести Лекс не понимал, но изменения пока никак не отражались на его возможностях и он просто решил пока этим не заморачиваться. Потом, когда проявятся особенности, тогда и будет думать.
  На третьи сутки они приступили к обучению пользованием печати диагноста. Это первая и одна из важнейших печатей артефактора. Только после долгих лет постоянной учебы и тренировок учитель разрешил Лексу создавать, и то под его присмотром, заготовки будущих печатей. А самостоятельно он стал их создавать всего лишь лет пять назад, накопив достаточный опыт.
  Диагност это набор состыкованных между собой артефактов, расширяющий возможности мага и являющийся каркасом для подключения дополнительных печатей. Это своеобразный скелет, на который будут вешаться другие печати. Это фактически основной инструмент мага артефактора, без которого вообще невозможна качественная работа. Почему его называют диагностом очень сложно объяснить, но это наиболее востребованная его функция. Причем диагностирует он практически все, начиная от твоего внутреннего состояния и заканчивая все внешнее окружение в том числе и живое. Так же он является и своеобразной охранной системой с очень широким выбором функций, ведь с его помощью можно контролировать окружающее пространство, да и много всего ещё. Из-за возможности контроля внутреннего состояния, система регенерации организма носителя резко усиливается, естественно при использовании магических источников. При достаточном магическом резерве носителя, прервать его жизнь весьма проблематично, да и срок жизни резко увеличивается и несколько тысяч лет — это не предел. Кроме того диагност снабжает носителя своеобразными внутренними часами, которые будут идти точно и непрерывно в течение всей жизни с момента запуска. Эти часы очень важны при создании настоящих артефактов. Некоторые руны можно связывать между собой только через определённые промежутки времени после создания.
  Почему сбились при переходе его часы, Лекс так и не разобрался, явно не хватает опыта, но после перезапуска они по прежнему работают и позволяют управлять рунами. Еще внутренние часы будут нужны для других печатей, который в дальнейшем навешиваются на каркас диагноста.
  Печатями их назвал учитель. Раньше, до войны магов с артефакторами, артефакторы использовали аналогичные устройства в виде браслетов, колец, кулонов, которые имели небольшой размер и могли передаваться от мага к магу, но соответственно очень легко обнаруживались. После начала войны, мастеру пришлось отказаться от таких артефактов, найти более скрытные способы для хранения артефактов, и таким способом, оказалось нанесение рун на кожу особым способом, с помощью магического впечатывания. Отсюда и пошло название такого артефакта печатью. Процесс очень похожий.
  Артефакт с одной стороны получился очень громоздкий — вся поверхность кожи человека, но в тоже время и получил много дополнительных возможностей. Кожа ведь тоже регенерирует, а попробуйте уничтожить артефакт который самостоятельно восстанавливается. К тому же отнять нельзя, заблокировать магически невозможно, та же регенерация мешает. Аура человека не даёт обнаружить артефакт, он как бы прячется под ней. В общем достоинств получилось очень много. Конечно без магических возможностей он ничего не делает и обычному человеку просто не нужен, но если у носителя есть хоть минимальные возможности, этого уже достаточно для управления. А если к нему навесить печать накопителя, то даже архимагу с таким артефактором достаточно трудно справиться. Только пятёрка архимагов может завалить настоящего артефактора, да и к тому же с поддержкой простых воинов. Совсем не зря прислали пятёрку архимагов на штурм последнего храма артефакторов.
  Обучение учеников основам пользования диагностом затянулось на несколько дней так, что на свет все выползли только через неделю. Но теперь они могли видеть магические потоки и нормально анализировать состояние своего и чужого организма с помощью щупов диагноста. Правда тут же с помощью диагноста, пришлось дополнительно поставить хороший блок, чтобы они случайно не задействовали собственное магическое зрение на поверхности.
  
  Глава 3. Внешние проблемы.
  
  Наверху их ожидали не очень приятные новости от Прохора. Два дня назад началась война. Соседняя страна — Германия напала на местных и по слухам успешно продвигается вперёд, захватывая все новые территории. Часть мужиков из деревни уже ушли в армию, остальные ждут. Вестей с города пока не поступало. Вообще то Лекса это мало касалось, хотя конечно и неприятно. Только начал налаживать связи и хозяйство, и пожалуйста. Митрич и Лена тоже оказались в не простой ситуации. С одной стороны их как бы преследуют власти, а с другой — это ведь их страна. Местных законов Лекс не знал, предложил пользоваться пока законами его мира. В этом случае выходило, что поскольку они его ученики, то автоматически приняли вассальную клятву и как Лекс решит, так и будет. Конечно воевать ему ни с одними, ни с другими, совсем не хочется. Пришлось серьезно задуматься над проблемой.
  Война для мага — это очень плохое состояние, нет развития, нет дохода, да и опасности добавляется. Постоять в стороне и посмотреть как воюют другие, продать что–нибудь при случае, а в конце перейти на сторону победителя, так всегда поступают маги одиночки. Естественно, если в стране есть мощная магическая академия, тогда маги всегда защищают государство, на территории которого они располагаются. А как прикажите поступать ему. Академии нет. Учеников всего двое. Собственная территория — только остров посредине болота, да и то об этом пока никто не знает. Конечно маг — артефактор даже его уровня, да ещё в мире где нет магов, многого может стоить, но кто же знает его возможности.
  С другой стороны, как раз в войне и можно их показать. Сил воевать с государством у него конечно нет, но и сделать оно ему ничего не сможет, особенно в этих пещерах. Гномы в его мире тысячелетиями так живут. Конечно местное управление явно попытается припахать его по полной, как раба на галерах, ну уж это как он себя поведёт. Мастер в свое время обучал Лекса и принципам управления, и принципам выживания в банке с пауками. Несколько лет они специально жили с мастером при дворе одного князя и Лекс участвовал, по указанию мастера, во всех интригах этого двора. Не забываемый был опыт. В этом мире своя специфика, но обычно люди везде одинаковы, хотя здесь придётся ещё учитывать местный технологический уровень. В общем решил выступать на стороне местных. Когда после раздумий Лекс объявил свое решение ученикам, Лена от избытка чувств бросилась ему на шею и расцеловала. На самом деле она понимала, что ему не было смысла ввязываться в чужую свару. Это ведь не его мир.
  Лекс тут же подхватил её на руки и не долго думая впился в губы. Ему понравилось. Через некоторое время, переводя дыхание, Лекс прошептал ей на ухо, — Готов воевать со всем миром, лишь бы ты с меня не слазила.
  - Какие маги пошли нахальные, отпусти, — покраснев до корней волос пробормотала она, при этом ни как не пытаясь вырваться из его рук.
  - Да. Мы маги такие. Загребаем все что плохо лежит или никому не принадлежит. Вдруг потом пригодится, —довольно улыбнулся тот, опуская её на землю.
  - Что будем делать? — спросил, хитро усмехаясь и глядя на них, Митрич.
  - Пока ничего, но будем готовиться, — неопределённо пожал Лекс плечами.
  - Что значит готовиться? — вопросительно посмотрела на него Лена.
  - Вы думаете, я с вами уже все закончил. Нет, это только начало ваших мучений. Я вам ещё несколько печатей поставлю, вот только тогда можно начинать нормально учиться, — довольно ухмыльнулся тот, и продолжил. — Война пока подождёт, да и обстановка к тому времени прояснится. Может и высовываться не придётся. Ваши правители сами разберутся.
  - Хорошо бы, да верится с трудом, — печально вздохнул Митрич.
  - А что за печати? —сразу заинтересовалась Лена. Возможности диагноста и так её завораживали, а тут ещё что-то новенькое.
  - Во первых, печать накопителя. Вы что, думаете ваших магических сил хватит на что–нибудь существенное. Ошибаетесь, разве что свечу поджечь. С накопителем вы запросто руны третьего уровня сможете использовать, да и больше вам пока не надо. Еще печати силы и скорости, с ними вы сможете на равных даже с вампирами сражаться. Ну и напоследок печать транслятора, для того чтобы могли разговаривать со всеми мыслящими. Да и печать морока я думаю тоже пригодится.
  - Почему я об этом раньше не слышала? И у вас вампиры живут? А я думала они только в легендах встречаются,— очень удивилась Лена.
  - О–о–о…, ты ещё много чего не знаешь, разве можно сразу рассказать о совсем другом мире. Все будем разбирать постепенно и по мере необходимости. А теперь марш еду примерно на неделю готовить, а я пошёл печати создавать, — ответил Лекс и собрался идти в лабораторию.
  - Митрич, предупреди Прохора, что мы неделю точно показываться не будем, — уже на ходу попросил он Митрича из коридора.
  - Вот так всегда. Раз женщина, так готовь еду, — скорчила кислую физиономию Лена.
  - Зато если будешь вкусно кормить, муж не убежит, — взглянув на недовольную внучку, ухмыльнулся Митрич.
  - Нету у меня мужа… Пока…. Значит и готовить не обязательно, — пробурчала Лена, опять краснея под взглядом деда.
  - Зато есть дед и есть учитель, который тоже кушать хочет, да и нам после наложения этих печатей опять ещё как жрать захочется, так что кыш на кухню. Как только сготовишь, сразу пихай в сумку, чтобы потом свеженькое ели, — прекратил пререкания Митрич и приподняв, развернул её и придал рукой ускорение по мягкому месту.
  - Рабовладельцы, — притворно вздохнула Лена и выскользнула за дверь, — я вам это припомню, — донеслось уже издалека.
  Следующие дни Лекс работал на пределе сил. Готовил печати. Пока одна приживалась и ученики спали, готовил другую и так почти без перерыва. С Леной опять при наложении были небольшие проблемы. Ее печати входили в резонанс с его, но совместными усилиями справились.
  Учитывая свое неоднозначное положение в этом мире, Лекс договорился с Митричем и Леной о том, что они не должны показывать свое владение элементами магии и в то же время, как можно быстрее пытаться освоить свойства печатей и основы магии. В любом мире властители старались пригрести под себя людей, обладающих какими–то возможностями, и ему не хотелось бы попасть в какой–то подвид рабства в этом мире.
  Для реализации дальнейших планов по общению с этим миром, Лекс решил создать в пещерах две зоны. Жилая зона будет принадлежать только им и тем людям, кому они будут полностью доверять. То есть фактически только тем, кто будет полностью под контролем Лекса, а значит принесёт ему магическую клятву верности и по рангу станет вассалом или учеником. Промежуточная или буферная зона, будет являться общей для всех людей, так или иначе связанных с ними и на самом деле будет маскировать жилую зону. Реализуя это решение, пришлось подготовить ещё несколько пещер и переходов для размещения людей. Учитывая опыт ведения войн в его мире, где при нападениях на какие–то земли все жители стягивались в крепость, здесь тоже придётся постараться сделать помещения для значительного количества людей, даже просто на всякий случай. Да и потом эти помещения можно будет использовать и для жилой зоны. Переходы между пещерами, в некоторых случаях, придётся делать все равно с помощью порталов, только хорошо их замаскировать и разрешить временно проход для всех.
  Пока Лена с Митричем активно обучались взаимодействию с печатями, Лекс, как горный гном, обустраивал пещеры. На краю леса, у дороги с болот, укрепил подземное помещение со скрытым порталом, который перебрасывал проходящих в систему тоннелей уже под болотом, с таким расчетом, чтобы это казалось подземным проходом к острову. Тоннели выходили в пещеру на поверхности, в которой они обосновались в первый день. Кроме того, пришлось значительно расширить остальные проходы, связанные с этой пещерой и ведущие вглубь острова. Лекс задействовал и расчистил все помещения, ближайшие к выходу и кое где пробил новые связывающие проходы и завалил узкие старые. Таким образом в буферной зоне образовалось около тридцати значительных помещений, с площадью от тридцати до пятисот квадратных метров и парочка залов с площадью в тысячу метров. Так же Лекс открыл доступ к одному из подземных озёр, но это уже опять с помощью скрытого портала, уж очень глубоко оно находилось.
  Естественной вентиляции конечно не хватило, поэтому проблема решилась с помощью узких шахт, пробитых до поверхности и закрытых там воздушными щитами. Значительную помощь в работе, ему оказала книга одного из подгорных мастеров гномов, по оборудованию подземных помещений, подаренная в свое время учителем. У него в теневой сумке скопилась значительная библиотека, за время скитания с мастером по разным королевствам.
  Основная проблема возникла с освещением. Магические светильники ставить нельзя, а факелы будут светить не долго. Можно использовать освещение на базе масляных ламп, но где их столько взять. Посоветовавшись с Леной и Митричем, решили использовать электрическое освещение. У Лены в институте был опыт проектирования шахтного оборудования, как раз электрической части. Вот только самого оборудования пока не было, но это должно решиться с помощью мародёрства, если у них действительно придётся прятаться людям. Контроль за всем происходящим осуществлялся из жилой зоны, за счет охранной замковой системы. Пара недель Лексу понадобилось для проведения всех намеченных работ. Как показали дальнейшие события, эти работы пришлись как нельзя кстати.
  Неожиданно, с точки на краю болот, вышел на связь Прохор. Лекс ещё раньше, на всякий случай, показал ему как пользоваться простым переговорным амулетом, который специально спрятал в землянке с порталом, на краю болота. Тот принёс не утешительные сведения. Армия страны проиграла пограничные сражения и стремительно откатывается вглубь страны. Разрозненные соединения, оказавшиеся в окружении, с трудом пробиваются к своим. Но и это не самое главное. Оказалось, что не далеко от города, самолеты разбомбили железнодорожный состав с эвакуированными и уходя от перерезавших дорогу германских войск, часть людей вышли на их село, а спрятать они такое количество просто не в силах. А прятать их надо обязательно. Большинство из них, раненные красноармейцы и женщины с детьми — родственники командного состава пограничных войск. Если обнаружат, немцы их могут просто расстрелять. Кроме того, Федька милиционер переметнулся к немцам и естественно он знает всех в селе и выдать чужих людей за родственников не удастся.
  - Сколько всего народу ? — поинтересовался Лекс.
  - Около десятка раненых, врач, медсестра и человек сорок женщин с детьми.
  - Прохор, как думаешь немцы будут отбирать у населения продукты питания? — озадачил Лекс его неожиданным вопросом.
  - Если уж в гражданскую свои обирали до нитки, то думаю чужие тоже это сделают — задумчиво произнёс тот.
  - А не лучше ли в таком случае и вам спрятаться, на время? Если что–то прояснится вернуться всегда можно, — предложил ему Лекс.
  - Это конечно можно, но у вас мы же не поместимся, — засомневался тот, но это предложение ему понравилось. Действительно лучше спрятаться от греха подальше.
  - Ты разве не знал, что на острове раньше шахта была? — напомнил Лекс.
  - Как не знать, знаю, так ведь зарушилась она давно.
  - Откопали мы её с Митричем. Там всего ничего засыпано. Просто проход обвалился, — обнадёжил его Лекс.
  - Ну если так, то конечно лучше пересидеть некоторое время. Пойду тогда народ обрадую, — радостно согласился тот. Принцип «бережёного бог бережёт» показал свою практичность с давних времён.
  - Подожди, сначала послушай, что надо сделать, — остановил его Лекс. — Поскольку помещения подземные, то нужно освещение. Для этого обдери всю электрику в деревне и возле неё. Стащи все что найдёшь из механизации, то есть машины и двигатели, да и вообще все что сможешь из механики.
  - Да как же мы это все через болото попрём? — удивился Прохор. Идея с переселением уже не казалась такой хорошей.
  - Не надо через болото, — обрадовал его Лекс, — есть подземный ход на остров. Давай грузи все, что можно сейчас и приводи народ к кучам торфа, что ты вывозил. Там тебя Митрич встретит и покажет вход.
  - А автомобиль пройдёт то по ходу? — с вновь вспыхнувшей надеждой спросил он.
  - Запросто, — подтвердил Лекс.
  - И для живности место найдётся? — опять поинтересовался он.
  - Откуда у вас много живности? — удивился Лекс.
  - Тут такое дело, — слегка замялся Прохор, — председатель колхоза приказал колхозное стадо спрятать, а куда его у нас спрячешь. Две сотни голов, как ни как. Не спрячу я их в своих дворах, а стадо хорошее. Как пить дат заберут антихристы.
  - Тащи свою живность. Места для всех хватит, — рассмеялся Лекс, и подумав добавил, — только тогда побродите с мужиками по округе и тащите все, что можно утащить и прибрать к рукам, надеюсь у нас оно не пропадёт, — обрадовал Лекс его, судя по всему, хомячью натуру.
  - Тогда я побежал. Пусть Митрич ждёт как договорились, — отозвался уже почти на бегу Прохор.
  Закончив разговор Лекс передал Митричу мысленно, с помощью диагноста краткое содержание разговора с Прохором. К сожалению тот ещё не научился отвечать. А вот с Леной Лекс уже общался запросто, поэтому и отвечал на вопросы Прохора практически мгновенно, так как Лена ему постоянно подсказывала, что говорить в некоторых случаях. Все таки по учебникам, да ещё и за короткий срок, освоиться в чужом мире очень трудно. Слишком многого Лекс ещё здесь не понимал.
  Мыслеречь — это очень хорошее средство для общения мастера с учеником. Печать диагноста помимо всего прочего позволяет поддерживать такой канал. Конечно расход магической энергии значительный, но кто же её здесь будет считать. Это в его мире они с учителем общались очень кратко и то в исключительных случаях, а здесь Лекс практически всегда мог задать вопрос ученикам, так же как и они ему. Поэтому и обучение их происходит достаточно быстро, по сравнению с его миром, да и проконтролировать Лекс их может и ошибки указать сразу есть возможность. Вот только скорость обучения у Митрича с Леной различна. Наверное и возраст сказывается, да и резонанс диагностов тоже что–то даёт. Насколько Лекс понял, у Лены обучение будет продвигаться достаточно быстро, так как сама печать диагноста развилась практически до его уровня.
  К вечеру они стали принимать первых постояльцев. Прохор привёз раненых и беженцев на телегах, а сам отправился за селянами. Митрич провёл их через скрытый портал, по подземному проходу на остров. Распоряжались у пришлых пожилой врач и жена одного из пограничных начальников. Лекс еле успел убрать душ у входа в пещеру, совсем забыл про него, надеясь что остальные его проколы не так уж будут бросаться в глаза, хотя бы первое время.
  Лена вместе с врачом занялись устройством раненых, а Митрич с Антониной Павловной, женой начальника пограничного округа, занялись остальными. Хорошо что Прохор передал с обозом все керосиновые лампы, которые нашлись в деревне, а то бы трудно пришлось в пещерах. Все равно освещения пока не хватало. Пришлось быстро и скрытно, на поверхности у болота с помощью различных магических щитов изготовить пару сотен факелов, из сильно спрессованного и высушенного торфа, с пропиткой каким–то маслом, пол бочки которого тоже привёз Прохор. Факела получились хорошего качества и с ярким светом. По примерным прикидкам, один мог гореть до шести часов и при этом практически не давал копоти, но в тоже время хорошо нагревал окружающее пространство. Об отоплении Лекс совсем забыл, так что факела очень к месту пришлись. В пещерах, хотя и не было сильной влажности, температура была не слишком комфортной. Немного подумав, Лекс быстренько наклепал ещё некоторое, достаточно большое, количество факелов, заполнив ими маленькую пещерку. Пусть народ думает, что они были готовы заранее. Митрич, после небольшой переселенческой суеты, собрал народ в одной из больших пещер. Лекс тоже подошёл поближе. Митрич, зажав несколько факелов в трещинах стен, осветил таким образом импровизированный зал совещаний и выступил с краткой речью.
  - Зовут меня Митрич, я здешний лесник. Послушайте меня внимательно, а потом будете задавать вопросы. Вы находитесь в заброшенной шахте. Под болотом. Выход из неё только через подземный проход, по которому я вас провёл сюда. Здесь на стене я прикреплю план подземных помещений. Найти нас практически невозможно, так что можете не бояться. Только очень прошу, по другим проходам не шастать, их много и можно заблудиться. Лишние проходы здесь конечно заделаны, но сами понимаете, что все сразу мы обследовать, за короткое время, не в состоянии. Если кто–то все таки заблудится, то далеко не уходите, лучше сидите на месте, тогда мы вас быстро найдём. Назначение отдельных пещер мы с Антониной Павловной определили и они будут обозначены на плане. По всем вопросам можно обращаться к Антонине Павловне. Она передаст мне. Можно конечно и ко мне напрямую или к внучке. Вы её видели с вашим врачом. Если что–то срочное, можете спросить у мастера. Но лучше у меня, а то он обычно сильно занят. — Митрич закончил свою короткую речь.
  Сразу посыпались вопросы. Митрич утихомирил публику и попросил задавать вопросы по очереди.
  - А кто такой мастер? — спросила женщина стоящая в первом ряду.
  - Вон тот молодой человек, который скромно стоит у стены, — ехидно улыбнулся Митрич, показывая рукой на Лекса, — собственно он хозяин этих хором.
  Нет, Лекс конечно понимал, что дел ещё много, но зачем же их взваливать на него. Хотя придётся помогать и это он тоже понимал, поэтому просто кивнул головой на такое представление.
  - Почему мастер и почему хозяин? — не унималась женщина.
  - Потому что нашёл, открыл и расчистил эту шахту, потому и хозяин. А мастер потому, что жутко секретный тип и поэтому спрашивайте только по делу, на другие вопросы он отвечать не будет, — подробно ответил Митрич, а Лекс только опять кивком подтвердил его слова.
  Они заранее договорились с Митричем и Леной, что Лекс будет выступать в роли особо засекреченного ученого, чтобы иметь возможность не отвечать на некоторые вопросы, ответы на которые он не знал в этом мире или правдиво отвечать на них пока не стоило.
  - Чем мы питаться будем? — спросила пожилая женщина.
  - Прохор передал в обозе еду на некоторое время, готовить еду будете сами, судя по вопросу вы может и готовить можете? И как вас зовут? — ответил вопросом Митрич.
  - Я Вероника Максимовна Хомякова и не смейтесь пожалуйста, действительно завстоловой и конечно могу готовить, — чуть смущенно из-за своей фамилии ответила она.
  - Вот и отлично, — обрадовался Митрич, — вы у нас и будете заведовать столовой, на плане она указана меткой тарелки. И вот ещё, все помещения на плане обозначены соответствующими символами и надписями. Кроме того, в пещерах существуют указатели на стенах с такой же символикой. Это чтобы вы в первое время не заблудились. В столовой есть печь и запас торфа для готовки. Все продукты, переданные Прохором, мы сложили в небольшой пещере рядом. Задняя стена той пещеры обращена к озеру, так что в ней довольно холодно и продукты не испортятся. Так что вам и приступать к своим обязанностям сразу после собрания. Можете выбрать из женщин ещё пять — шесть помощниц и передать список мне или Антонине Павловне, — она будет моим заместителем.
  Систему знаков Лекс подсмотрел у гномов, за свою долгую жизнь в пещерных комплексах они придумали много полезных вещей, так что самое время их использовать.
  - А надолго нам еды хватит? — сразу приступая к своим обязанностям, спросила Вероника Максимовна.
  - Найдем сколько потребуется, — успокоил её Митрич и добавил — это будет не вашей заботой. Снабжением у нас будет заниматься Прохор. Он это может. Поэтому если что нужно и этого не найдётся в кладовой, то обращайтесь к нему. Вот, пока не забыл, много чего из простых вещей, необходимых для жизни, Прохор привезёт к вечеру. Если что понадобится ещё, спросите вечером у меня, а наверное лучше запишите у Антонины Павловны.
  - У нас некоторые дети больны. Простудились после ночёвки в лесу, — сообщила женщина держащая за руку маленькую девочку.
  - Все раненые и больные у нас будут в лазарете, на схеме обозначен цветком. Так что прошу больных отвести туда. Ими будет заниматься доктор и моя внучка, — ответил Митрич.
  - Мне нужно десять человек, после собрания для сборки лекарственных трав на лугу — прервал Лекс Митрича, обратившись к собранию.
  - Митрич посмотрел на своего назначенного зама и та быстро ответила, — я выберу желающих и приведу к лазарету. Вас устроит?
  - Да, — подтвердил Лекс.
  Митрич пообщавшись ещё некоторое время с собравшимися и определив несколько человек ответственных за различные направления деятельности, закончил собрание. Лекс встретил Антонину Павловну с десятком женщин и группой старших детей у лазарета. Она отвела его немного в сторону и сказала, — мы конечно можем что–то собирать, но мы городские жители и в травах не разбираемся.
  - А вам и не надо, — вполне серьезно ответил Лекс, — просто рвите все, что вам понравится, я потом сам разберусь.
  - Первый раз слышу о таком методе собирания лекарственных трав, — с сомнением пожала плечами она.
  - О–о–о … , Антонина Павловна вы, очень может быть, ещё много чего услышите и увидите, о чем даже не подозреваете, — подбодрил её Лекс.
  - Вы знаете, я вам пожалуй поверю и можете называть меня просто Павловной, — внимательно взглянув на него, ответила она. Ее опыт преподавателя высшей школы пока не позволял определить достоверные характеристики её собеседника. Он был непонятен.
  Они подошли к сборщикам и Лекс подробно объяснил, как будет происходить сбор лекарственного сырья. Смысл был в том, что всякое растение годится для лечения чего нибудь. Для него не представляло труда разобраться, как можно применить то или иное растение. Аура растения легко покажет для чего оно может использоваться. Каждая зона ауры отвечает за свою связь со стихиями, а те в свою очередь лечат те или иные болезни. Вот поэтому Лекс и приказал рвать все, что понравится, а потом он просто разберёт все по типам растений. Естественно про ауру Лекс сборщикам ничего не сказал, но пояснил что все растения будут использованы для приготовления различных настоек.
  Еще раньше, выходя в лес, Лекс исследовал многие местные растения. Из за того что они росли в таком мощном источнике их свойства были просто уникальны. Они в сотни раз превосходили действием приблизительные аналоги его мира. Что опять же открывало огромные перспективы по созданию необходимых в магии эликсиров и настоек.
  Выведя народ по проходу на луг, возле болота, Лекс отошёл немного в сторону, за деревья и на краю болота и питающей его речки наловил с помощью щитов мешок крупной рыбы. За тем он достал книгу горных гномов и углубился в чтение. Поскольку предстояло много времени провести работая по обустройству жилья в пещерах, стоило более подробно познакомиться с гномьими технологиями. Время пролетело незаметно. Вдруг Лекс услышал голос над ухом.
  - Что это вы так увлеченно читаете молодой человек.
  Автоматически вынырнув в реальность, Лекс мгновенно просканировал окрестность. Датчики охранной системы пещеры показали отсутствие чужих объектов в окрестности, а вопрос ему задала, тихо подошедшая, Павловна.
  - Да вот учусь потихоньку, — ответил Лекс правду, закрывая книгу.
  - А на каком языке она написана? — поинтересовалась она.
  - Это древний язык, — честно ответил Лекс вставая и засовывая книгу за пазуху в специальный карман, понимая что она успела заметить часть текста. Ответить так посоветовала ему Лена, с которой Лекс быстро проконсультировался по мыслеречи.
  - Вы меня удивляете, — сказала Павловна на незнакомом языке, внимательно поглядывая на него.
  - Это ещё не предел, — ответил, посмеиваясь, Лекс на нем же, печать транслятора при разговоре могла полностью подстраиваться на общение на различных языках.
  - Очень развитый молодой человек, — согласилась она ещё на одном языке.
  - Полностью с вами согласен, — ответил Лекс на этом языке.
  - Я уже даже не знаю, что и думать. Молодой человек владеющий английским и хинди на приличном уровне, да ещё и древним языком, похожим по написанию на арабский, это довольно необычно, даже мне бывшему преподавателю иностранных языков, — сильно удивилась она. Она предполагала что Лекс достаточно образованный молодой человек, но что бы настолько, она не думала. Здесь была какая-то загадка.
  - Давайте сразу будем считать, что это не последние мои способности, так будет проще для вас и можете потом больше не удивляться, — спокойно предложил Лекс.
  - Если у вас есть ещё и другие способности, то конечно удивляться уже не стоит, — открыто улыбнулась она и спросила. — Что будем с травой делать, вроде уже по мешку набрали.
  - Забираем и двигаемся на базу, вот только рыбу прихвачу, — сказал Лекс, поднимая мешок с рыбой.
  - Вы ещё и на рыбалке побывали. Да…, с вами не соскучишься, — покачала головой она, направляясь за ним.
  Собрав народ, Лекс опять провёл их по проходу на остров. Затем направив их в столовую, сам перешёл в закрытую зону и перенёс собранные травы в лабораторию для последующей сортировки. Лена, вызвав его по мыслеречи, попросила зайти в лазарет. Пришлось бросить все и идти туда. Лена познакомила его с капитаном Михайловым Михаилом Михайловичем, бывшим начальником центрального госпиталя пограничного округа и Лекс узнал его историю попадания сюда.
  Тот, в момент нападения, был в инспекционной поездке по медицинским частям округа и война застала его в городке, недалеко от границы. В связи с отступлением наших войск, часть эшелона, была занята раненными из местного госпиталя и его назначили начальником эшелона. Далеко уехать не удалось. Эшелон был разбомблён авиацией противника и много раненых погибло. Удалось спастись только тем, кто мог перемещаться. После бомбёжки все разбрелись в разные стороны, а тут ещё пришли сведения о том, что противник уже далеко впереди и все дороги перерезаны. Вот и пришлось искать пристанище в ближайших населённых пунктах, но подальше от города и их группа вышла к селу Прохора. Лекса вызвали потому, что двое раненых были очень плохи. В связи с отсутствием медикаментов и плохими условиями, началось осложнение.
  - Медикаментов нет. Перевязочных материалов нет. Инструментов нет. Я мало что могу сделать, — чуть не плача, пожаловался ему врач.
  - Может ты сможешь помочь? — с надеждой посмотрела на него Лена.
  - Да что он может сделать, разве что где–то найти по селам медикаменты, тогда я попробую что–то сделать, — безнадёжно махнул рукой врач.
  - Давайте все таки попробуем посмотреть, — не согласился с ним Лекс и попросил привести к этим раненным.
  - Наверное от этого хуже не будет, — согласился врач и провёл Лекса в пещеру, где те лежали на импровизированных носилках.
  - Вызывает опасение вот этот солдат, — сказал он, подведя Лекса к одним из носилок и пояснил, — сквозное ранение плеча. Задета кость и рана воспалилась. Почти все время жар и без сознания. Возможно началась гангрена.
  - Вот с него и начнём, — пробурчал Лекс себе под нос и запустил щуп диагноста в тело раненного.
  Просканировав солдата Лекс выяснил, что как и предполагал врач, в рану попала грязь и кроме того, пуля задела плечевой сустав и кусочек кости засел в мышце, причиняя значительную боль.
  - Лена, давай сбегай к нам и принеси сумку, ты знаешь какую, — попросил Лекс её вслух, чтобы не удивлять сверх меры врача, выполнением беззвучных команд, а сам тем временем размотал повязку и положил руку на рану. При этом, незаметно щупом, он удалил загрязнение и прижал кусочек кости на место.
  К этому времени появилась Лена с теневой сумкой и подала её Лексу. Для виду покопавшись в ней, тот достал эльфийский эликсир жизни. Очень нужная вещь для оживления практически мёртвых объектов. Делал его Лекс сам, по подсказкам учителя, а тому рецепт достался от его погибшего друга, тоже магистра ордена артефакторов, который длительное время жил у князя эльфов и был с ним в хороших отношениях. Эльфы взяли с него клятву о нераспространении этого рецепта. Но он и не нарушал клятвы, просто дневник после его гибели, как и остальные дневники, попал к учителю. До сих пор никто в мире не знает о свойствах дневников артефакторов копироваться при гибели носителя, и они совсем не собираются открывать миру секреты ордена.
  Лекс налил в кружку родниковой воды, из ведра стоящего в этой пещере специально для раненых, капнул туда пару капель эликсира и попросив врача приподнять раненого, аккуратно влил ему в рот несколько глотков полученного состава. Затем потихоньку промыл оставшейся водой рану солдату. Вода с эликсиром, попав в рану, резко вспенилась и мгновенно застыла мягкой пенной шапкой на ране. Надо отдать должное врачу. Смотря на его манипуляции с раненым, он не проронил не слова, и если первое время действия Лекса вызывали явно скептическое отношение, то в конце он уже практически отрыто удивлялся результатам.
  - Что, совсем ничего непонятно? — улыбнувшись спросил Лекс, повернувшись к врачу.
  - Я конечно много чего видел, даже с ненецкими шаманами на севере приходилось работать, но ничего подобного не встречал, — покачал тот головой и продолжил, — если бы я сейчас делал тоже что и вы, раненый орал бы на всю пещеру или постоянно терял сознание от болевого шока, а у вас он даже не дёрнулся, и конечно ваша настойка… С таким действием настроек я не встречался.
  - Это точно, не встречались, — подтвердил Лекс и не стал продолжать эту тему.
  Они обошли всех раненых, некоторые шли на поправку и Лекс щупом просто почистил раны, а вот одному ещё понадобилось тоже промыть рану ноги эликсиром, там уже начиналось заражение ткани. Пояснив врачу, что остатки вспененного эликсира нужно будет убрать только через пару дней и не раньше, Лекс порекомендовал ему связаться с Митричем для решения различных организационных вопросов, связанных с уходом за раненными и больными. Больных, в основном с простудой, можно будет лечить настойкой из трав, которую Лекс обещал сделать к утру. После обхода врач обратился к нему с вопросом которого Лекс уже ждал.
  - Молодой человек. Вы не могли бы пояснить некоторые возникшие вопросы. Я конечно всего знать не могу, но ваши действия мне абсолютно непонятны, да и действие вашего лекарства я даже не могу идентифицировать. Я с таким не встречался.
  - Я просто преклоняюсь перед вашим профессионализмом, — неожиданно ответил Лекс ему и пояснил, — не имея ничего кроме рук и глаз, вы ухитряетесь диагностировать и лечить такие ранения. Все ваши диагнозы абсолютно верны и я тоже даже не представляю, как вы добиваетесь такого результата.
  - Если я предположу, что вы, как некоторые шаманы, можете использовать другие чувства, это будет близко к действительности? — попытался ещё раз прояснить этот вопрос врач.
  - Вы почти угадали, я очень много времени провёл в путешествиях и хотя не являюсь хорошим лекарем, но кое–что изучил у различных народов, — согласился Лекс и при этом абсолютно не соврал.
  - А не могли бы вы поделиться хотя бы некоторыми сведениями? — с надеждой, выдающей в нем искренне заинтересованного человека, осведомился врач.
  - Кое чем я могу поделиться, - легко согласился Лекс, — но не всем, и не потому что не хочу, а потому что воспроизвести те же лекарства невозможно, нет нужных компонентов. А по поводу некоторого воздействия на организм человека, конечно дам несколько уроков. Просто пока недостаточно времени. Вот заселимся в пещеры, тогда подумаем и об учебе.
  Уже ночью прибыл Прохор с огромным обозом. Этот проныра привёл не только людей своего села но и соседнего. Почти сорок телег с предметами первой необходимости и сто двадцать человек мужчин — колхозников с семьями. Еще ему удалось пригнать четыре колхозных автомашины и два трактора, с оборудованием колхозной машинной станции, которая располагалась недалеко от села. Что это такое, Лексу быстро объяснила Лена. Кроме того, он ухитрился снять около десяти километров телефонных и электрических проводов, то есть все провода, что связывали центральный колхозный посёлок с двумя селами. Ничего с посёлка утащить не удалось, там уже хозяйничали немцы. Колхозное стадо он тоже пригнал.
  Почти до утра Митрич, Лена и Павловна распределяли и обустраивали народ и живность в помещениях. Лекс устранился от этих проблем, потому что большую часть просто не мог себе представить и со спокойной совестью большого начальника отправился отдыхать, конечно предполагая, что часть проблем утром ему все равно придётся решать лично. Правда вначале пришлось приготовить самые простые настойки из трав, которые они принесли с луга, Лекс же обещал их врачу к утру. Только после этого Лекс лёг передохнуть.
  Утром проблемы появились. Немного отдохнувший Прохор, обнаружил значительные, оставшиеся пустыми помещения и выдвинул предложение о переносе всех оставшихся запасов еды из амбаров и подвалов двух сел, сюда на остров. Для чего из селян были образованы две рабочих бригады. Вот только после совещания с Митричем, решили создать вооружённый заслон за вторым селом, на случай, если немцы попытаются в это время наведаться в села. Для села Прохора охрана была не нужна, так как оно находилось по дороге дальше и минуя первое в него попасть невозможно. Другой дороги просто не существует. Командовать заслоном естественно пришлось Лексу, поскольку реально он мог состоять из двух селян этого села, вооружённых охотничьим оружием, охотников лесничества Митрича и двух легко раненых солдат из лазарета, с сохранившимся личным оружием, в виде двух винтовок с двумя десятками патронов.
  У Митрича оставалось в наличии, на всякий случай, его охотничье ружье и у Лены пистолет, отобранный ещё в первый день их знакомства, у Федора. Загрузив Лену работой по переборке трав в лаборатории и получив от неё напоследок серьезные пожелания не ввязываться в авантюры и обязательно вернуться, он двинулся выполнять задание. Все загрузились в четыре машины и поехали в село Прохора. Там, оставив первую бригаду с двумя машинами, Лекс с остальными двумя двинулся к второму селу. Он первый раз ехал на таком транспорте. Это немного лучше чем на телеге, намного быстрее, чем на карете и намного хуже, чем в карете гномов. Тряска и пыль в кабине убивали все удовольствие от быстрой езды.
  Подъехав к селу, Лекс приказал водителю остановиться, а вооружённому заслону пока охранять машины. Сам он двинулся на разведку. Как говорил ему мастер, всегда лучше заглянуть в кувшин прежде чем его выпить, и судя по тому сколько лет за ним гоняются маги, эта теория верна. Используя щуп диагноста как локатор, Лекс непрерывно осматривая местность на предмет живности, медленно продвигался по деревне. В этот раз перестраховка не понадобилась, кроме забытой собаки и двух кошек в селе никого не оказалось. Подав условный знак машинам, Лекс подождал их приезда.
  Забрав вооружённый отряд из кузова, он пожелал местному бригадиру спокойной работы. Они двинулись из села по дороге, в сторону основного колхозного посёлка. Охотники предложили засесть у брода, через небольшой ручей, метрах в пятистах от села. В этом месте дорога почти по прямой поднималась от брода в их сторону. С этой стороны, на бугре, начинался лес, а у ручья небольшой кустарник практически оставлял дорогу открытой. Лучше места обороны и придумать нельзя. Так что Лекс быстро согласился. Его войска заняли места под защитой деревьев на бугре, а Лекс назначив старшим одного из раненых солдат, пограничника, решил выдвинуться немного вперёд.
  Перед уходом он договорился со своим воинством о системе сигналов управления. Чтобы не выдумывать ничего нового, Лекс показал им несколько сигналов эльфийских дозоров, подаваемых жестом рук. Тот, кто заметит сигнал первым, будет просто транслировать их остальным, либо голосом если это возможно, либо тоже жестами. Причем немного изменённый жест однозначно показывал, что это приказ вышестоящего командира. Обучение не заняло много времени. Отойдя недалеко за кусты, Лекс активизировал печать морока и практически растворился в растительности. Она конечно не могла полностью спрятать объект, но замаскировать его на фоне других, без проблем.
  Два часа ничего не происходило. Щуп диагноста на двести метров не показывал больших живых объектов, кроме своей засады. Время от времени Лекс снимал морок и высунув руку из кустов подавал сигнал проверки связи. Пограничник из за деревьев отвечал подтверждающим жестом и Лекс опять скрывался в мороке. Неожиданно, вдалеке послышался шум, похожий на звуки издаваемые автомобильным двигателем машин, но только немного звонче. Щуп показал наличие шести объектов быстро приближающихся тройками. Через некоторое время к броду выскочили два мотоцикла с коляской и остановились. В них находилось по три солдата в серой форме. Название транспорта и основные его свойства ему сбросила мыслеобразом Лена, на его вопрос. Лекс подал знак своим, чтобы ничего не предпринимали. Сам достал боевой лук и шесть простых стрел из теневой сумки, которую как обычно, взял с собой в этот рейд.
  Начальник серых достал, какой–то прибор, как подсказала опять Лена — бинокль и стал через него осматривать противоположный берег брода и дорогу на холм. Ничего подозрительного не обнаружив он подал команду двигаться дальше. Лекс, пропустив мимо себя первый мотоцикл, вскинул лук и почти мгновенно перейдя в режим ускорения выпустил три стрелы по заднему, а затем развернувшись три стрелы по переднему. Мотоциклы вильнули с дороги и врезавшись в кусты застряли там и заглохли. Подав команду двое ко мне, Лекс проверив щупом отсутствие живых объектов, вышел из морока.
  - Ну ты даёшь командир, — прохрипел задыхаясь от быстрого бега пограничник, спустившийся с одним из охотников к нему. Лекс в это время выдёргивал стрелы из трупов серых.
  - Шестерых в сердце, трое в грудь, трое в спину, - со знанием дела подтвердил подошедший с ним охотник.
  - Чтоб я так жил, — больше не найдя других слов, выдохнул пограничник.
  - Я даже не заметил первых пять стрел, только шестую и то еле еле, — тоже удивленно покачал головой охотник.
  - А я думал ты штатский, — смущенно пробормотал пограничник, — не–е–ет, так штатские не стреляют, тем более из лука. Да и язык жестов очень уж специфический. Приказывай командир, пока не научишь так стрелять, хрен я от тебя отстану.
  - Тогда бойцы слушай сюда. Всех обобрать. Оружие забрать, и если разберётесь можно использовать. Мотоциклы спрятать. Трупы в кусты. Следы убрать. Я в дозоре. Что непонятно? — бодро скомандовал Лекс.
  - А можно поправку? — спросил пограничник у него.
  - Можно — кивнул Лекс.
  - Я и мой боец можем немного водить мотоциклы, может мы их к себе перегоним, да и вооружение себе поменяем. Это помощнее нашего будет. Два пулемёта на прямой дороге это очень хорошо, — предложил он, поясняя свою мысль.
  - Тогда зови бойца, грузите все в мотоциклы и быстро за холм, а то очень большое подозрение у меня, что это только разведка. Основные силы на подходе. Учитывая количество разведки, силы не маленькие, — согласился Лекс, между делом получив короткую консультацию по поводу пулемётов у Лены.
  - Слушаюсь, товарищ командир, — отрапортовал пограничник и быстро занялся реализацией поставленных задач.
  Лекс опять скрылся в кустах и включил морок. Пока народ занимался сбором трофеев, Лекс активно сканировал окрестности, но пока ничего обнаружить не удалось. Лишь почти на пределе дальности щупа, по течению ручья обнаруживалось наличие чего–то живого, но никакой угрозы оттуда он не чувствовал. Через некоторое время опять наступила тишина. Его бойцы выполнили все приказы и удалились на холм. Еще минут через двадцать, на дороге опять послышался шум и щуп показал наличие большого количества живых тел.
  Первым к броду подошёл объект, опознанный Леной как танк. Поскольку точных его свойств она не знала, то передала только предположительные характеристики. Серьезная штука в этом мире. За танком следовало три, уже знакомых ему, автомобиля, чуть больше тех на которых они приехали в село. Завершали колонну ещё два мотоцикла.
  В принципе, такое количество противника ему вполне по силам, даже не принимая во внимание силы бойцов. Только танк, учитывая его приблизительные характеристики, вызывал его опасение. Поэтому Лекс решил начать с него. Подав сигнал своим, приготовиться к бою, Лекс достал стрелу с одноразовым амулетом накопителем. Несколько штук осталось у него от боя с гвардейцами магов, возле храма. На всякий случай, Лекс сбросил в амулет треть своего магического запаса, который практически сразу восстановился за счет источника. Как только вторая машина колонны оказалась в ручье, Лекс послал стрелу, навесом, в крышу танка. Эффект после попадания оказался грандиозным. Судя по всему стрела пробила крышу и взорвалось что–то в самом танке. Взрыв разорвал танк на части, причём саму башню закинуло метров на двадцать в сторону. Досталось и следовавшей за танком машине, её просто снесло и перевернуло взрывной волной. Тент кузова при этом превратился в почти прозрачное решето, так посекло его осколками. Вряд ли кто в ней выжил. Второй машине досталось значительно меньше, хотя взрывная волна и развернула её почти поперёк брода. Третья машина и мотоциклы практически не пострадали, прикрытые от взрыва двумя первыми машинами.
  Через мгновение тишины, по оставшимся врагам с холма ударили два пулемёта, и защёлкали точные одиночные выстрелы охотников. Оставшиеся немцы стали выпрыгивать из машины и занимать оборону вокруг неё. Мотоциклы попытались развернуться и скрыться в лесок за ручьем. Неожиданно со стороны ручья, с того места, где Лекс чувствовал что–то живое, заработал ещё один пулемёт, судя по звуку, явно побольше ихних и как большой метлой смел мотоциклистов с дороги. Его в разнобой поддержало ещё десяток винтовок с той стороны.
  Немцы, зажатые с двух сторон, отстреливаясь, стали отползать под защиту более плотного кустарника, в сторону от дороги. Тут пришлось поработать луком и Лексу. Пока его стрелки и стрелки неизвестных союзников прижимали врагов к земле, Лекс пользуясь щупом диагноста как локатором, вгонял навесом стрелы в солдат противника. Если от пуль стрелков можно спрятаться за какой–нибудь кочкой, то от навесных стрел укрытия не находилось. Из врагов никто не ушел.
  Осмотрев побоище диагностом, Лекс видел только угасающие ауры солдат противника. Сбросив морок, он подал команду своим. Его подчинённые вынырнули из леса и не спеша стали приближаться к месту боя. Со стороны ручья, откуда ранее стреляли по немцам, тоже появилась группа солдат в зелёных фуражках, как у пограничника и осторожно стала приближаться к разбитой колонне.
  Его пограничник подбежал к Лексу, приложил руку к козырьку фуражки и доложил, — Товарищ командир, наши все целы, раненых нет. По поводу его знака Лекс спросил Лену и та пояснила, что это форма приветствия в войсках.
  - Собирайте все, что посчитаешь нужным в кучи у брода и собери мои стрелы, а то их мало осталось. Судя по всему, вряд ли ещё кто–нибудь пожалует, но на всякий случай пошли бойца с пулемётом на ту сторону брода, пусть присмотрит за дорогой, — приказал Лекс. Стрел ему было не жалко, просто не надо оставлять противнику дополнительных следов.
  - Сделаю, командир, — ответил он и опять отдав честь, пошёл выполнять приказания, мельком глянув при этом на приближающихся союзников.
  От их группы отделился один человек и подошёл к Лексу. Тоже отдав честь он внимательно окинув его взглядом сказал:
  - Знатно приложили фрицев, грамотно и со вкусом. Кто вы такие, командир?
  - Да так, местные мы, видишь гуляем потихоньку, — чуть усмехнулся тот, тоже с интересом посматривая на подошедшего.
  - Ну да, судя по остаткам вон того толстяка, весело у вас тут гуляния происходят, с огоньком, — кивнул он на разбитый танк и затем представился, — старшина Петров, восьмая погранзастава Брестского района. Может помочь чем?
  - У вас машину водить кто–нибудь умеет, — спросил Лекс, показывая на оставшийся на вид целым третий грузовик.
  - Найдется пара специалистов, — кивнул старшина.
  - Тогда пусть посмотрят на транспорт, может удастся использовать, а вы помогите моим собрать трофеи, и притащите раненого немца. Лежит вот за теми кустами, — приказал ему Лекс и указал на кусты. Специально в конце боя он пустил стрелу в плечо одному из немцев. Как показывал диагност, тот лежал пока без сознания в тех кустах, — и кстати, снимите запчасти с разбитых машин и мотоциклов, пригодятся в хозяйстве.
  - Есть, командир, — неуверенно ответил старшина, ожидая от него каких–то действий, но все таки пошёл к своим раздавать приказания. Лена пояснила ему, что по правилам Лекс тоже должен был представиться.
  Затратив около часа, солдаты стащили все, что нашлось на берег ручья у брода. Лекс тем временем допросил раненого немца. Тот сразу не стал упираться и пошёл на контакт. Гельмут Энке оказался водителем последнего грузовика. Их часть серьезно потрепали пограничники при прорыве границы, поэтому их держат пока в тылу наступающих войск, с целью очистки территории от окруженцев и скоро должны были отправить на переформирование. Недавно пришло сообщение о нападении небольшого отряда на склад полка. Охране, с помощью пришедших подкреплений, удалось отбиться от нападавших и их выслали в погоню, усилив отрядом мотоциклистов и танком, с заданием найти и уничтожить эту группу противника, а заодно и уточнить обстановку в селе за ручьем. Связь осуществлялась по танковой рации и руководил операцией офицер, ехавший в танке. На вопрос, как быстро их начнут искать он ответил, что не раньше чем через день. Судя по состоянию допрашиваемого, он очень боялся и полностью правдиво отвечал на поставленные вопросы. Пришлось поощрить такое содействие и вытащив стрелу и обработав рану, Лекс его перевязал.
  - Пристрелите его да и дело с концом, ещё бинты на него тратить, — недовольно буркнул подошедший ко Лексу старшина, неодобрительно посмотрев на его действия.
  - Может тогда и всех немцев заодно перестреляем? — спросил его Лекс, поднимаясь с земли.
  - Нет, Зачем же всех? — удивился он.
  - Так по твоей теории если ты немец и оказался здесь в плену значит одна дорога только в могилу, а то что ему просто могли приказать так действовать его властители, а у него ведь там может быть семья, — вопросительно посмотрел Лекс на старшину.
  - Вы бы видели что они там на дороге творили, — угрюмо пробормотал он.
  - Конкретно этот солдат, — кивнул Лекс на пленного.
  - Не этот так другие, — уперся тот.
  - Вот других и будем закапывать, а этот ещё пригодится, — усмехнулся Лекс. Были на пленного у него кое–какие планы.
  Тут подошёл его пограничник и доложил: — Трофеи собрали. Всего три мотоцикла на ходу, вместе с теми первыми. Еще два можно починить. Полностью цел один грузовик. С остальных сняли запчасти. Оружие, боеприпасы, провиант, запчасти и два неисправных мотоцикла загрузили в этот грузовик.
  Подошел один из его охотников, принёс вязанку стрел, бросил передо ним и спросил: — Командир, а у тебя в роду леших не было.
  - Возможно и были, а что, это что–то бы изменило? — посмотрел на него Лекс. Консультации с Леной, по поводу непонятных слов, уже получались автоматически. Уж очень похожи действия леших на охрану леса у эльфов.
  - Да нет, не изменило, — с долей восхищения сказал охотник и отчитался, — тех что смогли собрать, 83 трупа, из них сорок твои. Практически все в сердце, разница только в том, что часть в грудь, а часть со спины. А на лук можно глянуть?
  - Можно, только в кустах он. Тайничок у меня там. Потом покажу — Ругая себя за прокол, по быстрому придумал ответ Лекс. Автоматически ведь доставал все из сумки, туда и засунул.
  - Хорошо, — согласился охотник.
  - А теперь вернёмся к вам, товарищ старшина, — повернулся Лекс к тому. — По данным немца, это вы наследили у склада и они двигались на охоту за вами.
  - Было дело, — чуть виновато кивнул старшина, — случайно у дороги на склад нарвались, ну и командир скомандовал в атаку. Молодой лейтенант из окруженцев был. Кто же знал, что у них пулемёт в окопе замаскирован. Вот и пришлось быстро отступить, а половина там осталось, на поле, вместе с лейтенантом. Мы ещё некоторое время вокруг ходили, да там столько их прикатило, что пришлось по быстрому уносить ноги.
  - С нами пойдёте? — спросил его Лекс.
  - Если немцев так бить будем, то пойдём, — кивнул он, — нам бы только перекусить маленько, а то три дня без еды ходим.
  - Мы же сейчас еды набрали среди трофеев, — удивился Лекс.
  - Так приказа не было, — развёл он руками.
  - Мы то откуда знали, что они голодные, сейчас накормим, да и сами перекусим, — ответил, на вопросительный взгляд Лекса, его пограничник.
  - Пленного тоже накормите, он нам пригодится, — ещё распорядился Лекс.
  - А откуда вы немецкий так хорошо знаете, почти без перерывов шпарили, — поинтересовался старшина.
  - Я ещё и английский знаю, и хинди, и арабскую письменность и ещё много чего знаю. Наверное хорошо в школе учился, — улыбнулся Лекс, вспомнив недавний разговор с Павловной.
  - Ага, — тоже хитро усмехнулся старшина, — если бы всех так в школе учили, то я бы академиком уже был.
  Тут всех позвали на импровизированный обед и Лекс сделав вид, что пошёл за луком, нырнул в кусты и там достал из сумки лук попроще и только затем пошёл к бойцам.
  Распорядившись увеличить дозор на дороге и отнести заодно еду дозорному, Лекс сел кушать. Между делом во время еды и познакомились. Его пограничника оказывается зовут Федор Гранин, второго солдата Иван Ильин, а старшего охотника Максим Белый. Второй охотник оказался сыном Максима, Иваном и ему ещё не исполнилось семнадцати лет. По дороге то сюда, не очень разговаривали, да и в кабине Лекс тогда ехал.
  После обеда пока бойцы рассматривали его лук, выяснилось что у них транспорта больше чем водителей. Пришлось ему быстро пройти курс обучения на водителя мотоцикла. Гранин коротко рассказал Лексу о всех органах управления этим транспортом, а потом медленно показал как ездить на практике. В управлении для мага не оказалось ничего сложного. Так что через пять минут, проехав несколько раз, туда сюда по дороге, под его наблюдением, Лекс был уже способен не спеша, самостоятельно перемещаться на этом мотоцикле. Оказалось, до армии Гранин был инструктором в мотоклубе и досконально знал этот вид транспорта. В конце тренировки они договорились о том, что Гранин научит Лекса всему, что он знает о мотоциклах, а Лекс его научит стрелять из лука.
  Больше ничего до вечера не случилось. Собравшись и сняв дозор, они двинулись к селу. Подъехав поближе, Лекс послал охотника вперёд, чтобы их бригада мародёров не испугалась приближающейся колонны. Прибыв в село Лекс узнал, что те уже сделали четыре рейса и грузили остатки. Так что с помощью остальных бойцов они быстро загрузились и двинулись на на базу. Теперь в пещерах было все необходимое для обустройства и Митричу с Павловной в ближайшее время отдыхать не придётся.
  
  Глава 4 База.
  
  Донесение начальнику ….района обер-лейтенанту Шмидту.
  …. числа пропала группа лейтенанта Листа (в составе 1- танк, 4‑мотоцикла с пулемётами, 3 грузовика и всего 85 солдат и два унтер-офицера) посланная на преследование банды, напавшей на склад в селе …
  Попытки связи с группой после …. часов, не увенчались успехом. Посланная на следующий день группа фельджандармерии обнаружила следы боя на броде у села …. Группа Листа попала в отлично спланированную засаду и полностью уничтожена. Отсутствует труп одного из водителей. Есть подтверждения, что преследуемая группа бандитов объединилась с ещё одной группой, которая обладает серьезной подготовкой для действия в тылу противника. Состав первой группы 12 – 13 человек с пулемётом крупного калибра. Состав второй группы определить не удалось. Предположительно до 10 человек. Следы оставленные этой группой предполагают наличие лиц с гражданской обувью.
  По данным медицинской экспертизы большинство солдат варварски убито с короткого расстояния с помощью стрел (наконечник одной из них обнаружен в ране). Предположительно, в бою участвовал как минимум один спортсмен — стрелок из лука очень высокой квалификации. Все раны от стрел смертельны — выстрел в область сердца. Предположительно использовался не стандартный спортивный лук, а лук более мощный, так как одна из стрел сначала пробила ранец солдата, а только затем тело.
  Танк уничтожен предположительно бутылкой с зажигательной смесью, заброшенной в открытый люк. Нападавшие воспользовались неповреждённым транспортом для отхода, что также показывает наличие хорошо подготовленных профессионалов. Отсутствие некоторых запчастей на неисправной технике предполагает наличие у диверсантов специальной ремонтной базы с подготовленным персоналом. Последующее обследование сел, по этой дороге, выявило отсутствие мирного населения и каких–либо промышленных и сельскохозяйственных запасов в районе сел … , что также подтверждает наличие в округе хорошо укрытой военной базы противника, охраняемой спецкомандой.
  Опрос оставшегося местного населения, в лице бывшего милиционера Федора Мухина, опровергает наличие каких–либо скрытых объектов в районе этих сел. Хотя и подтверждает наличие неустановленных, лиц на территории села, со специальной подготовкой. (При стычке, до начала войны, у него отнято табельное оружие неизвестным, находившимся в этом селе). По неизвестной ему причине, расследование этого инцидента было прекращено или отложено его вышестоящим начальством.
  По итогам расследования можно предположить, что до начала военных действий была предпринята попытка расконсервации скрытой военной базы противника в указанном районе. Для чего выслана команда в составе хорошо подготовленных военных и гражданских специалистов. После начала военных действий, база оказалась отрезанной от руководства и персонал базы всеми доступными средствами пытается обеспечить себе безопасность и автономное существование.
  В соответствии с вышеуказанным прошу выделить войсковые подразделения для прочёсывания местности в районе сел….
  
  Распоряжение обер-лейтенанта Шмидта.
  В связи с невозможностью выделения в настоящее время указанных сил провести обследование местности с помощью спецкоманды по борьбе с диверсантами, прикомандированной к району. Команда прибудет в ваше подчинение в течение двух суток. Вам в течение указанного времени требуется сформировать группу проводников и поддержки и обеспечить расквартирование команды в посёлке …
  
  Когда прибыли на базу, Лекс быстренько передал все их трофеи в распоряжение Митрича и познакомил его со старшиной. Учитывая отсутствие более крупных чинов в составе образовавшихся сил, старшина Петров и был оперативно назначен военным комендантом базы. Из под его руководства выведен только отряд в составе четырех человек, которые оказались с Лексом в дозоре на дороге. В дальнейшем Лекс рассчитывал использовать их в защите жилой зоны и сформировать из них гвардию. Ему понравились спокойные действия отряда в бою, хотя у охотников вообще не было боевого опыта, а у раненых солдат он тоже был не значительный. Пленного Лекс тоже забрал с собой и устроил его в специальной камере, которую подготовил ранее, как раз для таких случаев.
  На утро, убедившись в том, что руководящий персонал базы полностью справляется со своими обязанностями, то есть приводит её в более жилой вид, Лекс позвал Лену и они отправились в лабораторию. Так как Митрич пока загружен работой по управлению, Лекс решил научить Лену работать с растениями. По пути пришлось захватить еду для пленника, поскольку его камера располагалась в закрытой зоне и доступ туда пока настроен только для троих. Оставив еду пленнику и установив у него пару факелов для освещения, они добрались до лаборатории.
  Разложив растения по группам, Лекс наглядно продемонстрировал ученице принципы применения различных свойств растений с использованием их ауры. Магический взгляд позволял обнаружить нужные каналы в ауре и использовать их для изготовления настоек с заданными свойствами. Конечно за короткое время нельзя передать ученику полный объём знаний, но принципы получения различных эликсиров вполне можно понять. На самом деле составлять простые настойки достаточно легко. Нужно, увидев ауру одного растения, найти в нем требуемый канал силы, для использования одной из стихий и подключить к нему такой же канал другого растения и так цепочкой добавлять следующие ингредиенты составляя при этом руны лечения различных болезней. Необходимо ещё и учитывать различные состояния самого растения. При нагреве или охлаждении его аура будет изменяться и одно и тоже растение можно по разному и в разных состояниях использовать для создания эликсиров. Основная задача при создании эликсира как раз и состоит в том, чтобы с помощью растений, которые находятся в различных состояниях создавать комбинации, рисующие магическими каналами самих растений руны влияния, для воздействия на объект, будь то живой объект или неживой.
  - Так значит один и тот же эликсир можно делать из различных растений, — удивилась Лена, такому необычному подходу.
  - Конечно можно, — подтвердил Лекс, только такими эликсирами и убить можно запросто. Надо же ещё учитывать не только руну собранную из основных каналов ауры растений, но и дополнительные каналы, которые и отвечают за побочные действия эликсира.
  - Тогда получается, что побочное действие может оказаться вреднее чем то, что мы например лечим? - предположила Лена.
  - Абсолютно верно, — подтвердил Лекс, — например может существовать эликсир регенерации кожи, но сердце при его применении просто остановится.
  - Но ведь всегда будут побочные действия, как же тогда делать эликсиры? — не поняла она.
  - А учишься ты для чего, — снисходительно посмотрел на неё Лекс, — каждый дурак имея магическое зрение может составлять эликсиры, но вот не каждый дурак знает нужные руны и ведь каналы ауры можно не только усиливать, но и ослаблять соответствующей обработкой или добавлением растений с противоположным каналом, который и будет гасить паразитное воздействие.
  Показав Лене несколько основных рун воздействия на живые организмы, он начал собирать их из подходящих растений. Лена с горящими от интереса глазами следила за манипуляциями. Через некоторое время она начала повторять его действия и работа пошла. До обеда они варили различные зелья. Удалось качественно собрать всего три не очень сильных эликсира, даже учитывая большую магическую составляющую местных растений, но это было то, что нужно в текущих условиях.
  Первый это эликсир регенерации живых объектов, как назвала его Лена — живая вода. Что в общем то соответствует его назначению, так как он предназначен для заживления повреждений органических тканей. Эликсир намного слабее эльфийского аналога, но свою функцию выполнять будет, хотя и значительно медленнее. Второй, по названию Лены — мёртвая вода — это эликсир убирает посторонние живые и неживые объекты из организма пациента, ориентируясь на его ауру. То есть все что не соответствует этой ауре будет убрано из организма. Третий — это эликсир силы, напиток позволяющий восстанавливать силы организма, этакая энергетическая подпитка организма, что очень немаловажно во время активных действий человека.
  Как раз комбинацию этих эликсиров и составляет эльфийское средство, которое Лекс применил для лечения тяжело раненых. Учитывая недостаточную изученность местного растительного мира, Лекс хорошо перестраховался и соответственно эликсиры слабоваты, даже по меркам его мира. Но ему и не нужно мгновенное восстановление организма, за пару дней тоже пойдёт. Результаты их экспериментов Лекс сразу отправил вместе с Леной на проверку врачу в лазарет.
  После небольшого перекуса в столовой, которая в настоящее время обеспечена всем необходимым, Лекс решил заняться будущими гвардейцами. По его просьбе, Гранин собрал нужный народ в одной из незаселённых пещер. В неярком свете факела размеры пещеры практически не ощущались и создавалось впечатление, что они находились в небольшом помещении.
  - Итак, кто чему хочет научиться? — спросил Лекс усаживаясь на один из валунов у стены.
  - Мне бы стрелять как вы из лука, — напомнил ему о своей просьбе Гранин.
  - А мы бы, не отказались так скрываться, как вы у брода, — переглянувшись с сыном произнёс Белый. То как почти у них на глазах исчезал человек их весьма впечатлило.
  - Всему бы научиться, — попросил Ильин.
  - Тогда надо начинать с самого начала, что невозможно в принципе, но по мелочам можно многое сделать, — устраиваясь поудобнее на камне проворчал Лекс, прикидывая примерный план обучения. — Присаживайтесь поудобнее. Начнем с теории. После того как народ устроился Лекс продолжил:
  - Для начала, необходимо всем присвоить короткие или как бы быстрые имена. Гранин — будешь Гран, Ильин — Иль, Белый — так и будешь Белым, а сын пусть будет Ив. Подчиняться будете только мне. Считайте, что даже генерал не может вам ничего приказать, поскольку он не будет иметь представление о ваших возможностях и соответственно не имеет права вами управлять.
  Теперь по поводу обучения. Учить вас чему–то серьезному уже поздно, это будет переучивание, а переучить на новое очень тяжело, но главное занимает много времени. Поэтому я не стану вас учить новому, просто мы будем развивать ваши навыки. Например каждый из вас может стрелять из своего оружия, но всегда ли он попадает. Каждый из вас может бегать, но далеко ли он убежит и сколько времени сможет бежать. Ответы на эти вопросы совсем не однозначны. В каких–то условиях вы можете сделать одно, в других условиях другое. Так вот вам надо научиться управлять своими возможностями, чтобы всегда пытаться выполнить действие на максимуме.
  Путь к таким возможностям очень долог и труден, да и в наших условиях практически не достижим. Но можно научиться некоторым простым вещам быстро и это сильно облегчит вам жизнь. Начнем мы с самого главного, с интуиции. В основном это врождённое чувство человека, но не каждый им пользуется, даже на несколько процентов. Кроме того его можно ещё и развивать.
  Теперь посмотрим, что это может нам дать. Вы не станете сильнее, быстрее или выносливее, но вы научитесь не совершать ошибок. Например, зачем вам убегать от противника. Вы придёте, сделаете свое дело и уйдете, а он вас просто не увидит. Интуиция на самом деле похожа на ясновидение на короткий отрезок времени. Если правильно прислушиваться к своим чувствам и использовать интуицию, то ваши возможности увеличатся многократно. Вы вот думаете, как я могу так хорошо пользоваться тем же луком? Да просто прислушиваюсь к интуиции и чувствую, попаду или не попаду, с того или иного положения и соответственно корректирую собственные действия. Научившись этому вы будете очень хорошими охотниками. Другой пример — это использование интуиции для скрытного перемещения. Вы просто должны чувствовать, что на вас в данный момент не смотрят, и тогда ваши перемещения просто никто не заметит. Еще один пример — вы собираетесь в рейд и берете дополнительно, то что вам может пригодиться и сразу сколько проблем снимается в пути. И как вам такой план?
  — Это что, подходит ко мне генерал и говорит товарищ Гранин вы должны выполнить то то, а я ему, а не пошли бы вы куда подальше… Так меня же сразу расстреляют, — недоуменно спросил Гранин.
  - Считайте себя всегда на боевом посту, — с усмешкой пояснил Лекс. — Вы стоите на посту, к вам подходит какой–то мужик и выдаёт вам задание. Что, побежите его выполнять? Считайте меня непосредственным начальником и пусть другие задают вопросы не вам, а мне, и это уже будут мои проблемы а не ваши.
  - Так и вас же заодно с нами могут расстрелять, — тоже с поддёвкой возразил пограничник.
  - А пусть попробует, — махнул рукой Лекс, при этом сформировав и подсунув воздушный щит под всю свою будущую гвардию, поднял её в воздух. Свои люди должны знать немного больше остальных, чтобы были уверены в начальстве.
  - Ох…, мать …. — раздались весьма колоритные выражения от всей компании.
  Через некоторое время, комментарии стихли и началось осознание своего положения. Лекс, улыбаясь, сидел довольный на камне и следил за процессом освоения состояния парения подчинёнными. Мягкий воздушный щит слегка пружинил под ними. Народ пытался разобраться с непонятной и невидимой поверхностью, на которой они находились, но из — за недостатка информации все больше впадал в ступор. Весь их жизненный опыт протестовал против возникшей ситуации. Постепенно они начали по очереди приходить в себя, хотя и продолжали как бы сидеть на мягком воздухе. Лекс продолжал молча смотреть на них.
  - И как это понимать? — задал общий вопрос Гранин, после не продолжительного времени переглядываний.
  - Ну… назовём это фокусом, — предложил логичное объяснение Лекс.
  - Если это фокус, то я турецкий султан, — почесал затылок тот. — И много ещё у вас таких фокусов?
  - Судя по всему много, — задумчиво глядя на Лекса, прокомментировал Белый. - Я здесь с детства живу и об этих пещерах не слышал.
  - И факелы ваши в пещерах, это что–то непонятное, — поддержал его сын, — да и ещё много мелочей, типа пол в пещерах ровный. Это сколько же шахтерам нужно вкалывать чтобы пол во всех пещерах выровнять.
  - Да. Это мой прокол. Сразу не подумал, — согласился Лекс, виновато покачав головой.
  - Может вы все таки объясните, — попросил Гранин.
  - Видите ли, трудно сейчас все объяснить. Давайте остановимся на промежуточной версии, которой и будем пока поддерживаться. Хотя я вам могу сказать, что она не совсем правильная, но в общем вполне достоверная. Считайте, что я секретный ученый, открывший некоторые неизвестные законы физики и бежавший с территории Польши, в связи с её оккупацией и на этом пока остановимся, — выдал Лекс им вариант, разработанный ранее с Леной. Надо было продолжать разговор, что бы они не стали задавать других вопросов на эту тему:
  - Теперь по поводу тренировок. Тренироваться будете так. Разбиваетесь на пары и один кидает мокрой тряпкой сжатой в комок по другому. Другой пытается увернуться, а через пол часа меняетесь местами. Сложность в том, что мишень работает с завязанными глазами.
  - Это невозможно, в смысле тот кто не видит, тот не сможет увернуться, — с недоумением возразил Гранин.
  - Еще как сможет, только будете пить специальную настойку. Она обостряет все чувства, только сохраняет действия минут на двадцать. Ваша задача научиться за это время распознавать нужное состояние своего организма, — пояснил Лекс и добавил. — Конечно трудно объяснить это словами, но сами попробуете. Это на самом деле очень просто. Сложность в том, что обостряются все чувства. И уж если тряпка попадёт в вас, то мало не покажется. Это будет равносильно хорошему удару дубиной, хотя последствий даже в виде синяка вы не получите. И ещё одно, тренироваться придётся голышом. Одежда знаете ли сильно трется, а постоянно чувствовать, как с тебя сдирают кожу, знаете ли неприятно. Да и ходить за одно правильно научитесь.
  Эликсир этот разрабатывал один из магистров ордена. Он хотел сделать универсальный боевой состав, при использовании которого человек становился бы равен по силе и скорости вампиру. Результат не оправдал себя, подобрать состав не получилось. Но даже неудача принесла пользу. Полученный эликсир позволял на некоторое время обострить все чувства человека, в том числе и интуицию. Если последовательно использовать его при тренировках, то со временем человек привыкает и начинает пользоваться интуицией и без эликсира. Тоже будет происходить и с другими чувствами, то есть человек начинает лучше слышать и видеть, более тонко различать запахи. Появляются и другие интересные возможности, если конечно их правильно развивать. Был создан специальный курс подготовки бойцов для поддержки магов и даже использовался пару столетий, пока не начались гонения на артефакторов. Вот начальную часть курса Лекс и собирался использовать для обучения гвардейцев.
  - Это получается обучение в виде кнута и пряника. Кнут — это пропущенный удар, а пряник это научиться управлять своими чувствами, — сделал заключение Белый.
  - Очень похоже, — согласился Лекс, — ваша задача, пока вы под действием эликсира научиться разбираться со своими чувствами. Выделять нужные и отбрасывать не нужные, в данный момент чувства. Не зря мишени отводится пол часа. Эликсир действует двадцать минут и десять вам остаётся на закрепление. Потом меняетесь. Эликсир полностью безвреден, поэтому можно тренироваться весь день. На следующие дни будем менять тряпку на камешки, и надо попытаться через неделю уворачиваться одновременно от трех. Кроме того по мере освоения упражнений будем пытаться кидать камешки тоже с завязанными глазами. В общем по методике тренировок, через неделю вы должны научиться использовать чувство своей интуиции в достаточном для охранника объёме.
  - Что значит охранник? —сразу поинтересовался сын охотника.
  - Это первая ступень древнего воинского умения, — пояснил Лекс.
  - А какая же ступень у вас? — поинтересовался тот.
  - Ну скажем магистр, — усмехнулся Лекс.
  - А сколько ступеней между магистром и охранником? — развил вопрос его отец.
  - Много, но при желании научиться можно. Следующий после охранника, воин, после разведчик, следующий гвардеец, за ним мастер и только потом магистр первого уровня. И сразу чтобы не было лишних вопросов — всего у магистра двенадцать уровней и я где–то на третьем.
  - Это где же такие градации мастерства были, я что–то о таком и не слышал? — спросил молчавший до этого Ильин.
  - А вот этого я вам и не скажу, вот дойдёте хотя бы до уровня разведчика и начнёте хоть немного понимать собственные возможности, тогда и поговорим ещё.
  — Почему вы эти знания не передадите нашему правительству, мы же тогда всех этих империалистов быстро разгромим? — спросил сын охотника.
  - Здесь много вопросов может возникнуть, — покачал головой Лекс, придумывая как бы выкрутиться. — Во первых, возьмём тот же эликсир. Его состав очень специфический и много его не сделаешь. Во вторых, его ещё и делать нужно, а кто будет делать. Скажем так, больше нет кроме меня магистров, — и не соврал, почти, действительно нет в этом мире магистров. — Теперь представьте, я прихожу к вашему вождю и говорю, я вот, такой и такой, слишком умный и могу это, причём все это никак не укладывается в вашу науку. Что бы вы ответили?
  - Да как, то над этим не задумывался, — почесал затылок Ив.
  - Тогда считайте, пока, что попали в особо секретную часть и никто другой не должен ничего об моем изобретении знать. Будем воевать и доказывать, что моя теория тоже работает, хотя и не соответствует вашей науке. Поэтому ещё раз напоминаю. Все что вы увидите или услышите здесь на базе, или чему я вас научу не должно выходить за круг допущенных людей.
  - Кто ещё в курсе? — серьезно спросил Гранин.
  - Пока кроме вас, Митрич с внучкой и все.
  - А если сам товарищ Сталин спросит? — поинтересовался Ив.
  - Ну если только Сталин. Ему можно, только чуть попозже, иначе тоже не поймёт и прикажет вас спрятать в места отдалённые, лет на десять, как врага народа, — ответил Лекс просветившись, кто такой Сталин с помощью мыслеречи у Лены. — Теперь берём фляжки, капаем туда по капле эликсира, и выпиваем по глотку те, кто первыми будут мишенями. Пришло время учиться.
  Гвардейцы разбившись на пары приступили к тренировкам. Лекс ещё посидел пол часа, понаблюдал за занятиями, кое–что им подсказал и направился по другим делам. В частности занялся пленным.
  Ему необходимо как можно больше узнать об этом мире из различных источников. У него в сумке были специальные артефакты, которые могут использоваться в том числе и для допроса. На самом деле, это модифицированный магами артефакторами ошейник раба. Он давал возможность использовать мыслеречь при общении носителя с магом, а это в свою очередь очень хорошо помогало, например при допросах. Не подготовленному человеку практически невозможно ничего утаить, да и обмен идёт на высокой скорости. При ответе на вопросы, маг получает и всю сопутствующую информацию, такую как изображения и чувства вспоминаемые носителем. Побег с таким ошейником не возможен. Снять его без команды мага, тоже нет возможности и выйти с ним за пределы контура контроля, опять же невозможно. При удалении от контура появляется сильная нестерпимая боль, а при дальнейшем удалении и смерть.
  Гельмут Энке окончательно пришёл в себя после разгрома колонны, только оказавшись в какой–то подземной камере. Быстротечный бой почти не отложился в его памяти. Простой механик и раньше не горел желанием стать солдатом, но его никто и не спрашивал. Еще в начале нападения Германии на Советский Союз его преследовали одни неудачи. Хотя конечно это как посмотреть. Из за поломки машины, он отстал от своей части и два дня возился в передвижной мастерской с ремонтом двигателя, который никак не хотел заводиться. Когда он наконец добрался до части, оказалось, что её почти нет. Пограничники врага сопротивлялись просто отчаянно. Из двенадцати бронетранспортёров осталось только два, а из двадцати грузовиков всего четыре машины. Восемьдесят процентов солдат убиты или ранены.
  Первые победы дались очень тяжело. Гельмут и раньше думал, что война с варварским соседом вряд ли будет лёгкой. И почему правители Рейха не прислушивались к советам предков по поводу северного медведя. После таких потерь, часть отвели на переформирование, а всех уцелевших, привлекли для очистки захваченной территории от разбитых частей противника. И вот, в первом же выезде, он опять попал под раздачу. Хотя надо признать и на этот раз проведение его спасло.
  Как была разбита колонна, он практически не видел. Когда впереди грохнуло и по тенту и кабине прошлись пулемётные очереди, чудом не задев его и наповал убив фельдфебеля, сидевшего рядом в кабине. Он кубарем выкатился из кабины и замер за переднем колесом под машиной. Если поначалу казалось, что они смогут отбиться, то через короткий промежуток времени, увидев как погибают его сослуживцы, он понял — это конец. Особенно его потряс вид стрелы, как будто выросшей из спины только что стрелявшего рядом солдата. В ужасе он попытался отползти в кусты. Тут резкая боль в плече и он потерял сознание от болевого шока.
  Очнулся он уже связанным. Довольно молодой командир нападавших, на очень хорошем немецком языке, быстро допросил его. Судя по скорости уничтожения колонны, нападение осуществляли настоящие профессионалы, поэтому Гельмуту не было смысла запираться. Если бы он не ответил сразу, то ответил бы потом. Он знал, как может допрашивать гестапо и вряд ли здесь не могут знать аналогичных методов. Похоже его ответы понравились командиру противника и тот, очень профессионально, обработал и перевязал его рану. Оказалось, что в его плече, со стороны спины, торчала такая же стрела, как и у убитого однополчанина.
  Гельмут возблагодарил бога за то, что смерть и на этот раз обошла его стороной. Его даже накормили немецким пайком, взятым здесь же из разбитой машины. Он понял, что зачем–то все ещё нужен противнику и решил любой ценой выжить. И вот, после небольшой поездки на машине, он оказался в темном подвале. На небольшой охапке травы ему удалось даже немного поспать. Через некоторое время в камеру пришли командир нападавших и молодая девушка, они принесли пару факелов и еду. Командир назвался Лексом, девушка Еленой. Они оба прекрасно говорили с Гельмутом по немецки. Если бы он встретил их у себя на родине, то вряд ли отличил от настоящих немцев.
  Лекс разбинтовал и осмотрел его рану. Затем он полил рану настойкой из небольшой бутылочки. На спине у Гельмута что–то зашипело и ноющая боль пропала. Лекс сказал, что приходить к нему будет или он, или девушка и он придёт сегодня попозже. Гельмут понял, он все ещё нужен этому странному командиру. Теперь он подметил несколько особенностей. С виду командир был не вооружён. Но ведь война и солдаты должны быть с оружием, а офицеры хотя бы пистолет должны носить. У этого, как и у девушки не было даже ножа, а вот двигались они как настоящие хищники, ни одного лишнего движения, все абсолютно рационально. Даже когда Лекс ставил на каменный постамент в углу пещеры тарелку с едой, не раздалось ни звука.
  После их ухода, Гельмут обследовал свою тюрьму и тут его ждало очередное потрясение, двери не оказалось, весь дверной проем занимала абсолютно черная поверхность. Это даже поверхностью назвать нельзя. Просто очень темная тень. Рука натыкалась на ровную поверхность, но ведь он точно видел как его посетители туда прошли. Кроме того, в углу камеры обнаружился небольшой родничок с вкусной, холодной водой, стекающей дальше в небольшое ровное отверстие с каменным постаментом, похожем на унитаз в туалете. Конечно Гельмут не был геологом, но на вид весь угол с родником выточен из одного камня, который он даже поцарапать бляшкой от ремня не смог.
  У Гельмута возникало все больше и больше вопросов, на которые он не находил ответов. Зачем затрачивать столько сил для обработки камня в камере. После еды, как воспитанный человек, он помыл за собой посуду и улегся на лежанку. Вопросы требовали ответа, но ответов не было. Часа через три, судя по часам, которые у него никто не забирал, появился ещё один вопрос. Факел, установленный Лексом в специальное отверстие в стене, продолжал гореть ровным и жарким пламенем, просто уменьшившись на половину. Гельмут, давно в детстве, любил со старшим братом лазить по пещерам, у них рядом с домом их было несколько и брат научил его делать факелы из пропитанного маслом тряпья. Эти факелы горели максимум пол часа, а уж теплоты выделяли просто на порядок меньше. Он взял ещё один целый оставленный факел и внимательно его рассмотрел. На вид очень плотный, спрессованный, растительный материал, но при этом достаточно пористый и сердцевина пропитана, судя по запаху, машинным маслом. По эффективности факел напоминал сухой спирт. Чем дальше тем страннее- подумал он, но раз ещё не расстреляли может и дальше повезёт.
  Лекс тихо зашёл в камеру к пленнику и пока он не обратил на это внимания, понаблюдал за ним. Проверил щупом диагноста его рану. Она под действием эликсира, который они с утра приготовили с Леной, практически затянулась. Заодно посмотрел на него и магическим взглядом, благо глубина расположения камеры позволяла его использовать. Магические возможности пленника были практически нулевые. Надо сказать, что Лекс по возможности обследовал на эту тему всех находящихся сейчас на базе и тоже не выявил ни у кого, кроме своих учеников, никаких способностей к магии. Наконец пленник обнаружил, что он не один и вскочил со своей лежанки, где он с весьма задумчивым видом созерцал горящий факел.
  - Можете присаживаться на место, — махнув рукой произнёс Лекс.
  Топ просто выполнил его пожелание и с ожиданием уставился на него.
  - У вас есть два варианта дальнейшей судьбы, — внимательно наблюдая с помощью диагноста за его реакцией, стал объяснять Лекс его положение, — либо вы переходите в полное моё подчинение и выполняете все мои требования, какими бы странными они не казались. Либо я отдаю вас своим людям и что они решат, я не знаю.
  Реакция на его слова, у пленника, судя по данным диагноста, конечно была бурной, хотя на лице она отражалась гораздо спокойнее. Как Лекс понял, он предполагал подобное развитие событий и поэтому не замедлил с ответом.
  - А разве, господин Лекс, у меня на самом деле есть выбор? Думаю я вам для чего–то нужен, а вот вашим людям я ни к чему и предполагаю, что в этом случае меня просто расстреляют.
  - Ну, не все так мрачно, — успокоил его Лекс, — раз вы попали в плен и вас ещё не расстреляли, то эта вероятность все таки не очень велика. Не скрою, у меня есть своя заинтересованность в вашем сотрудничестве.
  - Моя ценность как языка весьма низка, — самокритично признал тот и прямо спросил. — Тогда зачем вам простой солдат? Даже если вы заставите каким–то образом меня стрелять в своих бывших сослуживцев, то результативность моих действий будет все равно приближаться к минимальной оценке. Надо признать, что солдат из меня получился не очень хороший.
  - Я думаю мы найдём кому стрелять. У меня на вас пока немного другие планы, хотя воевать вам против своих, и я этого скрывать не буду, все таки придётся. Так какой вы выбираете вариант — попросил Лекс его определиться. Ему в принципе выбор немца безразличен, для него он подходил в обоих случаях, но все таки хотелось использовать пленника в более полном объёме. Тот однозначно попадал в связи с пленением, в категорию отверженных одиночек, как и в случае с самим Лексом или с его учениками, а на этом уже можно строить более качественные отношения.
  - Тогда я предпочту подчиняться вам, хотя сразу могу предупредить, что некоторые функции, которые противоречат моим мировоззрениям, я буду выполнять отвратительно и не в силу того, что не хочу, а просто в силу того что не смогу, — честно ответил он.
  - Ну что же, честный ответ и это, как не странно, меня радует, — одобрительно произнёс Лекс. Для вида покопавшись в сумке, Лекс достал артефакт — ошейник и подойдя поближе к пленнику, защёлкнул его у того на шее.
  Теперь этот знак покажет всем на базе, что вы в моем подчинении и особо вам не будут задавать вопросов, а если и будут, то вы не обязаны на них отвечать и можете предложить им задать эти вопросы мне напрямую, — сообщил ему Лекс.
  - Наверное у вас на базе все владеют немецким языком, чтобы задавать мне вопросы? — иронически подняв бровь спросил тот.
  - Вы можете не поверить, но такие люди наверняка найдутся, — немного озадачил его Лекс. — Но кроме того, то что надето у вас на шее, по виду напоминающее собачий или рабский ошейник, на самом деле им не является. Скажем так, это очень многофункциональное устройство.
  - А можно ли мне узнать его функции? — заинтересовался тот.
  - Некоторые вы и так можете предположить, некоторые я вам назову сейчас, ну а некоторые вы узнаете со временем. Например, это очень хороший сторож для пленников. Вы просто не сможете покинуть территорию базы.
  - И как он мне может помешать? — удивился немец.
  - А давайте проведём небольшой эксперимент, — достав из сумки простой метательный нож, Лекс бросил его немцу на лежанку. — Вы берете этот ножичек и скажем, пытаетесь им ударить меня, например в руку.
  - Вы не боитесь давать мне оружие? — удивленно рассматривая нож, который он взял в руки, спросил тот.
  - Вы попробуйте им воспользоваться, я разрешаю, — подбодрил его Лекс.
  Тот поднялся с лежанки, неуверенно подошёл к Лексу и попытался ткнуть ножом в руку. И тут, резкий болевой удар по его нервной системе, просто бросил немца на пол и нож выпал из руки.
  - Что это было? — прошептал он немного придя в себя.
  - Одна из функций этого ошейника, и я вам скажу не самая приятная. Тоже самое может произойти и при попытке покинуть базу, — криво усмехнулся Лекс.
  - Но это просто невозможно, — пробормотал немец.
  - Разве ваши чувства не говорят, что это вполне возможно? — задал Лекс ему вопрос, помогая подняться и усаживая его на лежанку.
  - Чувства говорят, но разум понимать отказывается, — покачал головой тот, совсем не понимая что произошло.
  - Тогда я вам сообщу ещё одну функцию этого устройства, — продолжил Лекс, устраиваясь рядом с ним. - Это универсальный переводчик и ещё обучающее устройство для изучения языков.
  - Это как? — удивленно переспросил Гельмут.
  - Теперь вы будете понимать все, что говорится вокруг, не зависимо от того на каком языке это говориться и автоматически получать подсказки для произношения ответа на нужном языке. Отвечать придётся самому, но вот увидите, это не создаст для вас особого труда, а со временем вы просто выучите чужой язык и будете владеть им как своим родным.
  - Сознанием я понимаю, что вы говорите правду, но разум просто отказывается это воспринимать, — недоумевал Гельмут.
  - Ничего, то ли ещё будет, — ещё больше озадачил его Лекс.
  - Но это просто невозможно, я даже не представляю, как такие возможности вообще могут быть реализованы, да ещё в таком маленьком устройстве? — тряся головой и трогая ошейник пробормотал тот.
  - Давайте считать это просто чудом, — подбодрил его Лекс.
  Некоторое время осмысливая полученную информацию, Гельмут пришёл к выводу, что такое объяснение наиболее полно подходит к текущему положению дел и немного пришёл в себя, получив хоть какой-то рациональный посыл, хоть и необычный.
  - И много ещё чудес содержится в этой полоске кожи? — теребя ошейник поинтересовался он.
  - Штук двадцать, — почти подтвердил Лекс его самые пессимистические предположения.
  - Извините меня, но мне пока трудно смириться с вашей информацией, мне надо некоторое время для приведения себя в порядок, — пробормотал немец.
  - Так я для этого и пришёл, — обрадовал его Лекс, — самый лучший метод обработки информации — это переключений на другую информацию, а для этого прошу рассказать о себе.
  Немного подумав, Гельмут согласился и начал рассказывать. При этом по открытому мыслеканалу, через ошейник, к Лексу потекла необходимая информация. Его отрывки из жизни, и работы сопровождались полным потоком дополнительной информации. Конечно, она была пока очень краткой, но для Лекса этого вполне достаточно. Например Гельмут оказался неплохим механиком и долгое время работал в автомастерской. А недавняя его работа по починке автомобиля вообще предоставила Лексу довольно обширный кусок знаний по функционированию двигателя внутреннего сгорания, со всеми его особенностями, которые очень хорошо знал Гельмут. Для Лекса это бесценный поток знаний и технологий этого мира. Конечно местами возникали пробелы в понимании, но Лекс думал, что со временем они тоже заполнятся.
  Около двух часов Гельмут отвечал на его вопросы. Видя, что тот начинает уставать, Лекс решил дать ему время на анализ сегодняшних событий. Чтобы подкинуть ему ещё больше загадок, перед уходом вытащил из теневой сумки походное одеяло и набросил его на лежанку. Кроме того достал оттуда немного разнообразной еды и пару кувшинов. В одном гномье пиво, а в другом простое вино из графских запасов. Ну и уходя подвесил над сводом пещеры обычного светляка. Это заклинание используемое для освещения. Пусть привыкает к необычному.
  Целую неделю Лекс почти не вылезал из подземелья. Учил Лену и Митрича пользоваться новыми возможностями, продолжал обучение пользованием щупа в магии и просто по жизни. Учитывая более быструю скорость обучения у Лены, Лекс ещё занимался с ней и обучением простейших приёмов самообороны и бою на обычных мечах. Это позволяло более полно владеть телом и использовать её возросшие возможности по силе и скорости.
  Оказалось, из за резонанса печатей, она фактически получила его наработанные за всю жизнь приёмы и движения, но вот опыта их использования у неё не было. Хотя и то, что она могла, весьма впечатлило Грана, когда он случайно увидел, что Лекс с ней вытворяют на тренировке. По крайней мере он понял, как ему ещё далеко идти то до такого уровня, потому что видел только их размазанные по пространству движения. Кроме того, Лексу приходилось заниматься будущими гвардейцами и пленником.
  Немец вполне освоился на базе и начал потихоньку разговаривать на русском. Конечно произношении ещё не очень соответствовало нормам языка, но с помощью ошейника оно значительно улучшалось день ото дня. Кроме того, его бесконфликтность и готовность помогать женщинам в повседневных делах базы, значительно снизило негативное отношение к нему, присутствовавшее в начале его появления. Все стали понимать, что у немцев тоже есть люди, которые не очень желают участвовать в войне.
  Еще они вместе с Гельмутом и Граниным, когда тот был свободен от тренировок, потихоньку копались с разбитой немецкой техникой и восстанавливали её для дальнейшего использования, а Лекс потихоньку продолжал разбираться с местными технологиями. По крайней мере одно потрясение основ своих знаний Лекс получил. Оказалось, что в этом мире могут производить небольшие слабые источники магии, их называют магнитами. Лекс читал ранее об этом в учебниках, которые он разбирал вместе с Леной, но никак не предполагал что магнит — источник.
  Это определилось как раз при работе с разбитой техникой. Поскольку в пещерах уровень излучения местного источника падал до небольших значений, Лекс при работе пользовался магическим зрением, и каково же было его удивление когда в деталях разбитого двигателя он разглядел яркое свечение небольшого источника. Когда Гранин пояснил ему принципы создания магнитов, Лекс понял, что только этих сведений уже достаточно, чтобы ему на родине отлили статую из чистого золота в каждом городе, если конечно Лекс попадёт обратно и маги его там не прикончат. А сколько ещё интересного обнаружилось и обнаружится в этом мире.
  Лена с Митричем и помощниками из селян создали в отдельной пещере что–то подобное маленькой мастерской, на базе колхозной моторно–транспортной станции, которую ранее припёр Прохор. В мастерской удалось запустить электрогенератор и запитать от него станки и освещение общей базы, так что теперь житьё почти не отличалось от нормального и только в жилых помещениях по прежнему использовали факела и не столько для освещения, сколько для отопления.
  За неделю лазарет опустел и все раненные солдаты с помощью эликсиров вылечились. Больные дети ещё раньше покинули его стены. Доктор находился на вершине блаженства из за отсутствия работы. Как он пояснил, достиг высшей ступени качества своей деятельности, ведь отсутствие больных это показатель эффективности медицины. Кроме того, он исписал листов десять тетради, по методикам и результатам лечения пациентов эликсирами и методиками Лекса. В связи с отсутствием у него магических возможностей, Лекс показал ему особые точки на теле человека, через которые можно воздействовать на жизненные каналы и проводить лечение. Конечно такое лечение требовало больше времени чем с помощью эликсиров, но эффект был тот же. Доктор был просто в восторге.
  Под командованием старшины Петрова оказалось двадцать три человека, а под непосредственным управлением Лекса ещё четверо его гвардейцев и немец. Доктор категорически отказался принимать командование отрядом, хоть и имел звание значительно выше звания Петрова, но и старшина скинул эту ответственность на Лекса, объяснив это более качественными результатами военных действий. Так что пришлось тому вспомнить свою почти двухгодовую службу в гвардии одного князя в столице, у которого они скрывались некоторое время с учителем.
  Сержанта Лекс назначил главой отряда охраны базы и его люди пятёрками, стали заступать на дежурства на базе и на берегу болота, недалеко от замаскированного перехода. Гранин стал начальником отряда разведчиков и на его долю пришёлся контроль дальних подступов к базе. Его гвардейцы достигли определённых успехов в освоении трудных навыков использования своей интуиции. По крайней мере, стреляли они с любого оружия, которое было у них в наличии весьма прилично.
  Особенно удивился старшина Петров, когда Гранин, на бегу, стреляя с двух рук из немецких пистолетов, поразил секунд за пять шестнадцать мишеней размером с яблоко, разбросанных на расстоянии до тридцати метров. Практически такие же результаты были и у других гвардейцев.
  Митрич вместе с Антониной Павловной полностью наладили быт в помещениях базы. Очень помогло переселение на базу селян со всем их скарбом. Хозяйством и снабжением по прежнему занимался Прохор. Для детей даже пришлось открыть школу, чтобы они от безделья не кружили по пещерам. Среди женщин с разбитого поезда, оказалась и одна с профессией учителя, так что детвору заняли нужным делом. Кроме того их привлекали для работ по уборке помещений и сбору лекарственных трав. В общем в результате всей этой деятельности образовалось отдельное, практически самодостаточное поселение, похожее на небольшой гномий посёлок в мире Лекса.
  Для усиления отряда разведки, Лекс из собственных запасов достал два артефакта кольца подчинения. Эти артефакты выглядят, как небольшие кожаные кольца, надеваемые на пальцы, и предназначены для управления животными. На его призыв из леса быстро откликнулись, только два вида совместимых животных, это волки и ворон. Выбрав подходящие особи, Лекс договорился с ними о совместной охоте. Проведя в лаборатории инициацию колец подчинения, он привязал волка к Гранину, а ворона к Белому. Они конечно предполагали что–нибудь необычное, когда Лекс затащил их в лабораторию и они увидели там волка, спокойно сидящего возле стола на полу и ворона важно расхаживающего по столу. Их состояние, после того как Лекс надел им на руки кольца и они почувствовали связь с животными, Лекс просто не мог передать словами. Это было выражено на их лицах.
  Кольцо подчинения — очень своеобразный артефакт. Он позволяет совместить два разума на уровне достаточном для понимания. То есть разум с большими возможностями может обмениваться данными и командами с разумом более низкого уровня. Конечно обученный маг может управлять животными и напрямую, как делал Лекс при призыве, но с помощью кольца это может делать и не обученный маг и обычный человек. Кольцо позволяет понимать, что объект инициации чувствует в настоящее время, что делает, что видит и приказывать ему выполнять твои команды.
  По настоящему ты конечно не сливаешься с животным, просто ощущаешь его, у тебя как бы появляются дополнительные возможности. Ведь никому не помешает иметь ещё пару глаз и пару ушей. В результате инициации разведотряд базы фактически пополнился крылатым и ночным разведчиками. После некоторого привыкания, Гран и Белый быстро освоились со своими питомцами и по их довольным лицам Лекс понял, что теперь приобрёл настоящих гвардейцев и уже никакой Сталин не сможет им приказывать.
  Учитывая их исследовательский зуд, для проверки новых возможностей, Лекс направил их в месте с остальными гвардейцами на разведку с приказом обследовать ближайшую местность на наличие противника. Для маскировки Глава 5 Гости.в лесу, выдал им четыре комплекта эльфийских плащей типа хамелеон. Эльфы специально изготавливают их для продажи людям. Сами они конечно имеют другие методы маскировки. А вот в мелких людских разборках эти плащи приносят ощутимую пользу, подстраиваясь своей расцветкой под текущую обстановку. Кроме того Лекс их снабдил простейшими разговорными амулетами. Всего через сутки они принесли и новые новости и привели на базу новых людей.
  
  Глава 5 Гости.
  
  Лейтенант Васильев уже вторые сутки кружил по лесам, со своей группой из двенадцати человек, пытаясь оторваться от преследования. Обидно и больно было от того, что не смог выполнить задание, подорвать этот проклятый мост. С самого начала все шло не так. Вместо нормального задания на разведку тылов противника и взятия языка, ему приказали выполнить работу диверсанта. На возражения о не обученности его подчинённых подрывным работам, комполка пояснил, что задание не его, и указав пальцем на потолок, дал понять, что все идёт с верхов и его группа будет усилена. На усиление ему прислали двух подрывников из саперного батальона и одну радистку из штаба дивизии. Посмотрев на такое усиление и ещё раз поймав сочувствующий взгляд командира полка, он понял, это все, что смогло найти начальство, из имеющего в наличии личного состава.
  Приказ получен и его надо выполнять. Используя разрывы в нашей обороне и в наступающих войсках противника, его группа легко прошла за линию фронта и избегая дорог и открытых пространств. Почти без препятствий, за пару дней, добралась до места. Пол дня заняло наблюдение за охраной моста и интервалами прохождения колонн. Все было готово к захвату и сил хватало и возможности были. Немцы не верили в возможность активных действий противника в таком глубоком тылу.
  Вечером, после пропуска очередной большой колонны, группа пошла на захват. Уничтожив охрану, они приступили к минированию. Кто же знал, что небольшая часть колонны где–то задержалась и в этот момент, на большой скорости, выскочила к мосту. Охранение их конечно притормозило, но что могли сделать три человека, даже с пулемётом, против четырех бронетранспортёров и шести машин пехоты. Поняв, что они просто полягут здесь все, если не отойдут, а приказ все равно не выполнят, лейтенант дал команду отступать. Может удастся вернуться позже, хотя в это и не верилось, но у него не было выхода, слишком велик перевес в силах.
  Еще очень повезло, что было всего двое легко раненых из охранения и ночью удалось быстро оторваться от преследования. К утру все же они налетели на прочёсывание. Хорошо, обнаружили немцев первыми и потихоньку ушли в сторону, но к концу дня их все таки вычислили. Снова был бой. Ночью опять удалось оторваться от круживших вокруг групп преследования, но теперь у них один тяжело раненный и ещё двое лёгких, да и силы у людей уже на пределе.
  В середине дня их опять обнаружили и теперь обложили со всех сторон. Немного повезло с местом. Они закрепились на маленьком, поросшим небольшими редкими деревьями, плоском холме, на краю леса. Как раз из леса на них и выскочила цепь прочёсывания. Сержант Никифоров, пулемётными очередями, удачно прижал тех к земле, на некоторое время. Этого времени только и хватило чтобы закрепиться на холме. Но, по большому счету, это уже ничего не решало. Немцы отрезали их от леса, а отступление по полю, ввиду противника невозможно. Пришлось принимать бой. Васильев понимал, немцы не спеша подтянут ещё сил и установив миномёты быстро покончат с его отрядом. Укрыв в небольшой яме по центру холма радистку и тяжело раненного, он залёг с бойцами по периметру. Немцы, под прикрытием своих пулемётов, медленно приближались, короткими перебежками, от дерева к дереву. Никифоров изредка постреливал из пулемёта, короткими очередями, ведя дуэль с немецкими пулемётчиками. Бойцы тоже стреляли одиночными, экономя патроны. Немцы особенно не напирали, ожидая подкрепления. Васильев уже подумывал о попытке прорваться из окружения по краю леса, может быть и выйдет хотя бы часть отряда.
  Неожиданно он почувствовал изменения в характере боя. На левом фланге, со стороны более редкого леса, стрельба медленно стала стихать. То один, то другой немец прекращал огонь и уже не показывался из за деревьев. Вот неожиданно оборвалась очередь пулемёта. Васильев схватился за бинокль. Ствол немецкого пулемёта, выглядывал из под коряги, задрался вверх и был не подвижен. Вот ещё один фриц вдруг вывалился из за дерева и больше не подаёт признаков жизни. Васильев прислушался, что–то непонятное происходило со стрельбой в той стороне. Он явно слышал слабые хлопки пистолетных выстрелов. Постепенно стрельба с той стороны вообще прекратилась.
  Васильев внимательно осмотрел в бинокль все доступной пространство в этом направлении. Такое впечатление, что с той стороны никого нет. Он до боли в глазах всматривался в панораму леса, пытаясь понять что происходит. Неожиданно, недалеко с той стороны, шевельнулись ветки кустов. Лейтенант припал к биноклю. На него смотрел человек в плаще с капюшоном, из которого выглядывала пилотка со звёздочкой, которую четко было видно в бинокль. Человек смотрел ему прямо в глаза, как будто видел, что именно сейчас за ним наблюдают. Он улыбнулся, Васильеву и приглашающе махнул рукой, затем приложив палец к губам показал, что это надо делать по тихому, а потом просто исчез.
  Лейтенант протёр глаза, глянул ещё раз в бинокль. Никого не видно. В мозгу Васильева лихорадочно носились мысли, что происходит, что предпринять. Он все же решил не упускать шанс. Возможно, с той стороны ему кто–то помогает, ещё какая–то разведгруппа. Под шумок боя она по тихому, сзади, перебила наступающих фрицев и даёт возможность ему вырваться из кольца. Не долго думая, он дал команду на прорыв в этом направлении. Быстро похватав вещмешки и подняв раненного, они короткими перебежками двинулись на левый фланг. Немцы, поняв что противник пытается уйти, устремились наперерез, почти не скрываясь за деревьями. И тут ожил тот, замолчавший немецкий пулемёт, с левого фланга. Длинной очередью он практически выкосил всех показавшихся фрицев, а затем короткими очередями в разных направлениях, заставил их надёжно спрятаться за деревьями.
  Когда Васильев пробегал мимо кустов, у которых он кого–то видел в бинокль, то услышал тихий голос: — Две сотни метров по краю, а затем поверните вглубь леса. Там встретят. Мы прикроем.
  Повертев головой и никого не увидев, он повёл людей по указанному маршруту. Через некоторое время за спиной вновь заговорил пулемёт и послышались щелчки пистолетных выстрелов, а затем непонятные вопли фашистов и истеричные крики: — Вервольф, вервольф.
  Когда его отряд удалился на указанное расстояние и повернув в глубину, леса пробежал ещё метров триста, он дал команду остановиться возле большого поваленного дерева и перевести дух. Когда через пару минут успокоилось дыхание и Васильев задумался о том, что делать дальше, раздался тихий, спокойный голос:
  — Ну что задохлики, пришли в себя.
  Народ схватился за оружие и стал смотреть по сторонам. Васильев, дав команду своим людям, - отставить, - сказал. — Чем пугать людей, лучше бы показали куда дальше идти.
  — Ну да, а вы с перепугу ещё стрелять начнёте, —явно с усмешкой, ответил голос.
  — Не начнём, у меня народ выдержанный, — отрицательно покачав головой, ответил Васильев, пытаясь определить откуда раздаётся голос. Не угадал.
  — Тогда, хватит отдыхать и пошли за мной, — ответила фигура, вдруг неожиданно возникшая, казалось прямо из поваленного дерева.
  — Твою …. — только и смог выговорить сержант Никифоров, едва не уронив пулемёт, когда в двух метрах от него зашевелилось дерево.
  — Ну ты и даёшь, — едва выдохнув от удивления, уставился на фигуру Лейтенант.
  Когда человек стянул с головы капюшон непонятного плаща, все увидели лицо обычного мужчины, лет сорока - сорока пяти, с довольной и располагающей улыбкой.
  — С ваших физиономий сейчас только картины писать, — продолжая улыбаться сообщил мужчина и представился, — охранник Белый.
  — Охранник чего? — удивленно переспросил Васильев.
  — Пока не важно, — отмахнулся мужчина. — Я же вас не спрашиваю, кто такие и зачем здесь шляетесь. Вот доберёмся до базы, тогда и будем задавать вопросы.
  — До какой базы? — ошарашенно спросил Васильев.
  — Так вам все сразу и скажи, пошли уж, а то может сейчас немцы набегут, — проворчал мужчина.
  — Как же прикрытие, там же нас кто–то прикрывает? — напомнил о себе Никифоров.
  — А что ему сделается, тому прикрытию, — проворчал мужчина и вдруг как бы отвлёкся, смотря сквозь сержанта и через некоторое время продолжил, — к лесу, по полю три машины прутся с фрицами, а наши уже отошли, сейчас ваш след забьют и догонят.
  — Не понял, а ты откуда знаешь? — опять удивился Васильев.
  — Откуда, откуда, разведка донесла, — слегка недовольно пробормотал мужчина.
  — У вас бинтов не найдётся? — не уверенно спросила радистка, — а то мы на раненного все потратили, а они уже в крови.
  — Ух ты, совсем старый забыл, заговорился, —недовольно хлопнул себя по лбу мужчина. — А ну показывайте своего раненного.
  — Ты что, доктор? — ничего не понимая спросил Васильев.
  — Доктор, доктор, — ответил опять повторяясь мужчина, подходя к тяжело раненному бойцу, лежавшему на импровизированных носилках из двух плащ-палаток.
  — Так, что тут у нас, — проворчал он осматривая бойца. — Действительно кровищи натекло. Наверное просто так не донесём.
  Он достал из небольшого вещмешка под плащом, две одинаковые маленькие фляжки, но с крышками разного цвета. Открутив фляжку с черной крышкой он аккуратно полил забинтованную рану на груди бойца. Раздалось небольшое шипение, но боец был без сознания и никак не отреагировал.
  — Быстро снимаем бинты, — приказал мужчина радистке и вместе с ней начал срезать бинты с раненного. Бинты снимались легко. Когда показалась рана, мужчина ещё плеснул на неё из фляжки. Вода при соприкосновении с кожей слегка зашипела и вспенилась. Закрыв фляжку, мужчина открыл вторую, с белой крышкой и опять полил рану. Пена легко смылась и показалось чистое входное пулевое отверстие. Достав из вещмешка чистые бинты, мужчина опять с помощью радистки забинтовали рану.
  — Теперь до доктора доживёт, — довольно хмыкнул мужчина и приказал, — А ну кто ещё раненные, подходи.
  Он по очереди, таким же образом, обработал раны других бойцов.
  — У меня уже не болит, — удивился один из подрывников, раненых ещё в первом бою, у моста. Остальные раненные тоже поддержали его довольными возгласами.
  — Так мужики не хватайтесь сразу за оружие, сейчас прикрытие с трофеями привалит, а то они сами все не дотянут, — вдруг сказал мужчина.
  Пока все вертели головами, неподалёку раздвинулись кусты и оттуда буквально вывалились, как чертики из табакерки, ещё три человека в таких же плащах, увешанные немецким оружием и сумками с боеприпасами.
  — Ух, ты, — поражённо воскликнул Никифоров и тут же поинтересовался у прибывших. — Вы что всех фрицев там положили?
  — Не-е… , всех не успели, — откинув капюшон плаща, сказал совсем молодой парнишка, — уж слишком быстро они удрали.
  — Как удрали? — ничего не понял Васильев, ошарашенно уставившись на пришедших.
  — А они нашу разведку увидели и рванули так, что мы только их и видели, — ответил ещё один незнакомец, тоже скинувший капюшон.
  В нем Васильев узнал того бойца, которого он видел в бинокль.
  — Разбирай оборудование, а то мы совсем вымотались пока донесли, — сказал тот, сбрасывая немецкое оружие на землю.
  — Да сколько же его здесь? — удивленно охнул один из бойцов Васильева.
  — Один пулемёт с запасной лентой, сорок три автомата, десяток винтовок и боеприпасы к ним. Остальное не нашли. Некогда было по кустам шариться, — авторитетно ответил парнишка.
  — Это что вы втроём этих покосили? — кивнул на оружие Никифоров.
  — Я же говорю, больше не успели. Удрали они быстро, — кивнул парнишка, как будто такое количество противника его совсем не пугало.
  — А где же ваша страшная разведка? — спросил Васильев, зацепившись за предыдущую фразу незнакомца.
  — Да вон рядом с Белым сидит, — ответил незнакомый солдат, указав рукой на первого мужчину, который раньше лечил раненых. Рядом с тем, довольно скалясь, сидел огромный матёрый волк, появившийся неизвестно откуда.
  — Это-о-о..., что-о-о..., волк? — спросила радистка слабым голосом, испуганно прячась за Васильева.
  — Ну кому волк, а кому разведка, — ухмыльнулся неизвестный в пилотке и продолжил. — Ну с разведкой, частично познакомились, с Белым наверное тоже. Меня можно называть Граном, вон тот малой — Ив, а этот бугай — Иль. Теперь вы берете все оружие и бегом вперёд за Белым, а мы опять в охранение. Часа через четыре будем на базе, там будете с командиром разбираться.
  Он не ожидая комментариев, повернулся и дал какой–то знак своим двоим подчинённым, те накинули плащи и практически беззвучно растворились в кустах. Васильев ошарашенно посмотрел на первого мужчину, тот поймав вопросительный взгляд, просто пожал плечами и спрятав вещмешок под плащ сказал:
  — Народ, собирай свои и наши шмотки и потопали на базу, там и будем дальше с начальством разбираться.
  Васильев, все ещё находясь под впечатлением произошедших событий, распределив вещи и оружие по бойцам и забрав носилки с раненным, двинулся за проводником, решив отложить вопросы на потом. Разыгрывать перед ним такой спектакль, только ради того чтобы взять его группу в плен, немцы бы по любому не стали. Да и при выходе из кольца окружения он видел немецких трупов больше чем состав его группы.
  Примерно через четыре часа, неспешного перемещения по тропинкам среди леса, проводник вывел группу к небольшой поляне у болота. На подходе к поляне, возле просёлочной дороги, их остановил дозор из красноармейцев и пограничников в форме РККА. Переговорив с проводником, они пропустили их дальше. Проходя мимо, Васильев обнаружил хорошо замаскированный кустами дзот с крупнокалиберным пулемётом, а рядом ещё два, замаскированных окопчика полного профиля с двумя немецкими пулемётами. В голове у Васильева роем крутились различные мысли.
  (Васильев: — Хорошо живут местные, если так укреплены подходы и откуда тут база, какая-то. Если бы начальство знало о базе, то какой смысл гнать меня с отрядом к мосту. Значит о базе начальство не знало, а о каких базах моё начальство знать не может. Только о НКВД-эшных. Судя по эффективности и скорости с которой местные разделались с фрицами, это ещё те волкодавы. Похоже ОСНАЗ. Надо бы попросить помощи в выполнении задачи.)
  Еще больше вопросов появилось у него, когда проводник повёл их по подземному проходу. Почти триста метров немного искривлённого, но огромного туннеля, по которому можно даже танки гонять, производили серьезное впечатление. Электрическое освещение в большом зале, куда привёл их проводник, тоже добавило впечатлений. Громада зала размером с хорошее футбольное поле, часть которого заставлена столами и явно являлось столовой для местного персонала, просто подавляла. Свет электрических ламп, развешанных по периметру, даже не доставал до потолка и терялся где–то в вышине.
  Пока они, сгрузив на пол вещи и раненного, ждали местное начальство, из проходов то и дело высовывались местные обитатели, большинство из которых составляли женщины и с интересом рассматривали бойцов, но близко не подходили. Через некоторое время, из ближнего прохода появилась группа людей. Один, мужчина среднего возраста, в форме капитана медицинской службы. Второй, пожилой крепенький дедок в старой меховой безрукавке, а третий молодой парень, в гражданской одежде. Васильев, отдав честь капитану, доложил: — Лейтенант Васильев, выполняю особое задание командования с группой разведчиков.
  — Капитан Михайлов, — представился тот и указав на парня, добавил, — а командует здесь вон тот молодой человек. Васильев повернулся к парню и внимательно на него посмотрел. С виду, обычный молодой человек, в потёртом костюме, похожем на охотничью одежду, а вот взгляд никак не вяжется с внешностью. Глаза слишком серьезные, что–то прячется в них опасное. Васильев вдруг понял, что если он или кто–то другой встанет на пути у этого парня, то этот кто–то долго не протянет. Такой взгляд бывает у человека который видел очень много и возможно трупов за его спиной лежит тоже не мало. С трудом оторвав взгляд от глаз парня, Васильев повторил рапорт парню.
  — Меня можно называть мастером или Лексом, а можете просто лешим, — представился тот.
  Васильев немного обалдел от такого представления. Если капитан подчиняется этому парню, то его звание должно быть выше, а с другой стороны он выглядит не старше двадцати и никак не тянет на майора, и звания своего так и не назвал. Что–то здесь не так. Между тем, Лекс приказал капитану заняться раненными, а деду которого назвал Митричем приказал принять, накормить и обустроить бойцов. Потом он повернулся к Васильеву и сказал, — пошли лейтенант, обсудим ваше положение, - и повёл его к длинному столу со скамейками, расположенному неподалёку.
  Когда Гранин доложил Лексу о спасении группы бойцов Красной армии, тот приказал вести их в столовую, а сам нашёл Митрича и врача и они тоже двинулись туда. Когда вошли в зал, Лекс сразу просмотрел незнакомых бойцов магическим взглядом, благо глубина пещеры столовой позволяла это делать. Опять никого с магическими возможностями не оказалось. Какие–то минимальные задатки проглядывали только в ауре командира, но их недостаточно даже для самого слабого артефактора. После того, как врач перевёл стрелки на Лекса и пошёл заниматься раненными, тот отозвал командира бойцов в сторону и принялся его расспрашивать.
  Ситуация с пришедшими бойцами оказалась достаточно простой, при выполнении задания они столкнулись со случайностью, которая не позволила им его выполнить, а потом их уже пытались найти и уничтожить. Лейтенант обратился к нему с просьбой помочь выполнить задание. Сегодня заканчивается поставленный срок. Лекс немного подумал и согласился и для этого у него были предпосылки.
  Гранин наверняка не смог убрать все следы на месте боя и при большом желании можно выйти в зону базы. В таком положении нет ничего лучшего, чем перенаправить поиски в другую сторону, а для этого как раз и можно взорвать мост. Правда гораздо проще и быстрее это сделать ему самому, поэтому отправив лейтенанта к бойцам подкрепляться, сам пошёл готовиться к вылазке.
  План сложился достаточно простой. Он, Гран и лейтенант садятся на мотоцикл и ночью едут по лесным дорогам к мосту. Там Лекс издали стреляет из лука стрелой с артефактом накопителем, их у него ещё штуки четыре в сумке остались, и они быстренько отъезжают обратно. Гран ему нужен на всякий случай, если появятся проблемы с мотоциклом, а лейтенант видел, куда его люди закладывали взрывчатку. Эти места наверняка являлись самыми слабыми у этого сооружения, одно из них и будет его целью.
  У плана нашёлся только один недостаток. Ночью мог видеть только один Лекс, а готовых артефактов ночного глаза у него не было. Придется идти в лабораторию и делать простенькие амулеты кошачьего глаза. Конечно с артефактом его нельзя сравнивать, но на короткое время его вполне хватит.
  Амулет представляет собой обычную повязку на голову из любого кожаного материала, в виде обруча надеваемую на лоб, как можно ближе к глазам. Он усиливает возможности человека в распознавании слабых источников освещения, а этого вполне достаточно для действия в ночное время. Правда и заряда у него хватает не больше чем на месяц, зато делается за пару часов. Позвав Лену по мыслеречи, изготовление амулета будет для неё хорошей практикой в магической науке, Лекс пошёл в лабораторию.
  Лена сразу раскритиковала внешний вид амулета и предложила сделать что–нибудь похожее на изделие этого мира. Некоторое время посовещавшись, они решили сделать очки. Из осколков стекла сделали округлые большие и слегка выпуклые линзы. Оправу сплавили из обрезков медной проволоки. Для повышения прочности обжали все это щитами земли. Разбить стекло или поломать основу теперь очень трудно. Соединив стекла с оправой, Лекс маленькими локальными щитами земли вжал стекло в металл, точнее влил, поскольку в определённом состоянии эти части приобрели пластичность глины.
  Для красоты, на поверхности металла, выдавил повторяющийся узор в виде картинки кошки, а внешней поверхности стекла придал зеленоватый оттенок. Руны кошачьего глаза Лекс нанёс на стекло. Кроме того, тоже по совету Лены, дополнительно наложил руны приближения из амулета глаз орла. Теперь устройство могло работать и как бинокль, причём и днём и ночью.
  Управление с помощью рун закрепил на дужках устройства. Теперь при касаниях пальцами дужки работали регуляторами, типа ближе — дальше, а заодно и небольшим магическим накопителем. По прикидкам, без подзарядки, очки часов триста проработают в непрерывном режиме, а если выключать, то и гораздо дольше. Получилась вещь с виду принадлежащая этому миру, а вот функционально из его. Первый амулет делал полностью сам, Лена только смотрела и давала советы. Кстати по её совету, доделал режим индикатора заряда, чтобы было понятно сколько ещё осталось времени работы. По насыщенности цвета стекла теперь можно судить о оставшемся заряде. Второй и третий комплекты Лекс делал уже с Леной, а последующие десять Лена делала уже сама. Создание простых амулетов под надзором мастера, это очень хорошая тренировка для начинающего артефактора.
  
  Глава 6. Военные игры.
  
  Лейтенант Васильев к концу дня весь извёлся. По его прикидкам до моста около шестидесяти километров, а это десять часов быстрого хода. Если они не выйдут сейчас, то никак не успеют к мосту до рассвета, хотя непонятный командир базы и обещал помочь.
  Разместили их вполне прилично, в просторной пещере с деревянными кроватями в два яруса, причём помещение рассчитано на пол сотни человек. Радистке выделили отдельную койку в женской пещере. Целые разведчики отсыпались после тяжелого рейда, а раненых он ранее посетил в лазарете у капитана. Тот улыбаясь пообещал, что все его бойцы будут скакать козликами через пару дней, в том числе и тяжелораненый. Конечно Васильев был удивлен сообщением врача, но все на этой непонятной базе вызывало удивление и одним фактом больше или одним меньше, уже в общем ничего существенного не добавляло.
  Люди, которых он видел на базе, были довольно разнообразными. Большая часть выглядела как обычные колхозники, но и много женщин в городской одежде. Все они, по своим делам, часто проходили по коридору. Больше всего Васильева поразила пещера с названием школа на входе, в которую он случайно заглянул, проходя по коридору, когда шел из лазарета. Там даже какая–то женщина вела занятия с детьми, хотя сейчас было лето. Несколько раз в коридоре он встречал и таких же бойцов Красной армии, да и в столовой они тоже были. У одного из таких бойцов он и спросил как найти командира. Тот пожал плечами, и сказал что передаст просьбу своему сержанту. Уже к вечеру в помещение зашёл боец в пилотке, который раньше при знакомстве назвался Граном. Увидев взволнованного лейтенанта, он хитро посмотрел на него и сказал: — Ну что, подопечный, поехали твоим мостом заниматься.
  — Как поехали? — опешил Васильев.
  — Просто. На мотоцикле, — пояснил тот, — вот сейчас подготовимся и поедем.
  — Что, вдвоём? — удивленно спросил лейтенант.
  — Почему вдвоём, втроём. Ты, я и мастер, — ответил он.
  — А взрывчатка, а подрывники? — спросил волнуясь Васильев.
  — Зачем нам взрывчатка с подрывниками, я же сказал с нами мастер едет, — ехидно улыбнувшись сказал тот и повернувшись вышел из пещеры в коридор. Пол часа назад командир посвятил его в план намечаемой компании.
  Ничего не понимая, Васильев подхватил автомат и планшет с картой и выскочил за ним. Прошагав по запутанным коридорам метров двести, они вышли в большой подземный ангар. Васильев опять удивился количеству техники, практически по линейке расставленной в ангаре. Здесь находился тентованный немецких грузовик, пара мотоциклов, несколько колхозных тракторов, несколько полуторок. Даже бензовоз стоял в стороне у стены. У другой стены пещеры тарахтел электрогенератор и были установлены несколько станков. У одного из мотоциклов их ждал Лекс. Протянув им пару немного необычных очков, он приказал:
  — Одевайте. Для включения, нужно коснуться пальцем дужки у стекла.
  Не понимая что включать, лейтенант одел очки и коснулся дужки. Ничего не произошло.
  Лекс, поглядев на него, кивнул головой: — Все нормально.
  Лейтенант, не понимая, глянул на Грана, который тоже был в очках. И вдруг он заметил, что стекла в очках Грана окрасились в зелёный цвет. Наверное и у меня так же, а ведь когда я надевал они были прозрачными — подумал он. Гран сел за руль, Лекс сзади, а Васильева посадили в люльку и они поехали. Если езду по тоннелям ещё можно было назвать ездой, то когда они выскочили в лес, это уже была не езда, это гонка. Так быстро Васильев ещё никогда не мчался. Деревья у дороги непрерывной лентой соскальзывали назад. Только когда они выскочили на небольшую полянку, Васильев увидел, что все небо усыпано звёздами. Но ведь ему видно, как днём. С недоумением, едва удерживаясь одной рукой, он приподнял очки и ничего не увидел. Было темно. Опустив очки на место, он опять увидел залитую светом поляну.
  Только через некоторое время, сквозь мешанину мыслей, у него в голове появилась одна здравая. Очки своеобразный прибор для ночного видения. Но откуда он взялся на базе. Васильев не то, что не слышал, а даже и предполагать не мог существования такого устройства. Однако вот оно, у него на лице. Что же творится на этой чертовой базе. Через некоторое время мотоцикл поехал медленнее, а затем вообще съехал с дороги и остановился. Гран спрыгнув с мотоцикла, и указав на поросший кустарником холм сказал: — Вот оттуда, судя по карте, можно и на мост посмотреть.
  — Веди вперёд, разведка, — приказал Лекс и они направились за Граном, вверх по склону. Выбравшись на вершину холма Васильев и вправду в полукилометре отсюда увидел мост.
  — Где вы закладывали взрывчатку? — спросил Лекс у Васильева.
  — Далеко, плохо видно, надо бы поближе, — ответил тот, присматриваясь.
  — А очки тебе зачем? — улыбнулся Лекс и скомандовал, — Проведи пальцем по дужке от глаз к уху.
  Когда Васильев выполнил команду, ему показалось, что мост просто прыгнул на него. Ни хрена себе, эта штука ещё и бинокль — с восторгом подумал он, приноравливаясь к управлению. Рассмотрев мост, он подробно рассказал Лексу, где подрывники закладывали взрывчатку. Что–то прикинув, немного подумав, тот откуда–то достал лук и стрелу, куда–то прицелился и выстрелил. Глянув на мост, Васильев увидел короткую вспышку и затем опора моста с двумя пролётами осыпалась в воду, как будто была из песка.
  — А теперь ходу отсюда, пока не наехали, разные, — приказал Лекс и развернувшись побежал с холма. Остальные рванули за ним. Усевшись обратно в мотоцикл они быстро помчались на базу. Когда и каким образом Васильев оказался в своей пещере, он почти не помнил и учитывая груз навалившихся впечатлений, он мгновенно отключился, добравшись до кровати.
  
  Донесение начальнику ….района обер-лейтенанту Шмидту.
  Довожу до вашего сведения результаты расследования подрыва моста через реку …. При попытки подрыва моста была обнаружена диверсионная группа противника. Попытка подрыва сорвана, но группе удалось уйти. Саперам удалось разминировать мост. Русские не успели закончить минирование. Поднятые по тревоге, ближайшие тыловые подразделения, два дня пытались найти и уничтожить группу, но тем все время удавалось оторваться от преследования. Усиленный стрелковый взвод лейтенанта Вольке, выполняя прочёсывание, обнаружил и окружил группу на окраине леса в районе села ….
  Во время боя, неожиданно с тыла, взвод атаковала другая группа противника, в результате чего взвод понёс значительные потери (т. е. практически полностью уничтожен), до подхода подкрепления. В составе первой группы противника находилось 10 – 12 человек, возможно имелись раненные. Состав второй группы определить не удалось, но не более 5 человек. Уровень подготовки второй группы очень хороший, это специалисты высокого класса. В основном большинство солдат поражены в грудь или в голову из пистолетов системы вальтер, находящихся на вооружении войск вермахта.
  В составе второй группы подтверждено наличие одной или двух больших собак (хотя некоторые, оставшиеся в живых солдаты утверждают, что это большие волки). Некоторые отпечатки следов бойцов второй группы соответствуют следам, найденным на месте разгрома колонны лейтенанта Листа. Найти, с помощью подкреплений и поисковых собак, группу противника не удалось. (след обработан неизвестным препаратом, собаки отказывались идти по следу). Вечером того же дня мост уничтожен неизвестным способом. Эксперты определить параметры взрыва не смогли. Есть предположение, что сработало взрывное устройство неустановленного типа, заложенное при первой попытке взрыва и не обнаруженное ранее саперами.
  
  Распоряжение обер-лейтенанта Шмидта.
  По приказу полковника Мольтке, снят батальон из охранной дивизии СС и ему выдан приказ на прочёсывание леса в районе сел…. При обнаружении отрядов противника окружить и уничтожить их на месте. Основная задача — обнаружить замаскированную базу противника.
  
  Утром Лекса разбудила Лена. Открыв глаза, он обнаружил накрытый стол в его комнате, от которого доносились очень вкусные запахи.
  — Вставай лежебока, — позвала его Лена.
  — После боя воину положено отдыхать, — возразил Лекс, с удовольствием потягиваясь лёжа в койке.
  — Нечего придуриваться. Сам говорил, что теперь нам отдыхать много не надо, а уже десять часов и столовая закрылась, вот и пришлось еду тебе в спальню тащить. Как будто я тебе жена какая–то, — легко стаскивая его с кровати, с довольной улыбкой сообщила она.
  — Ну во первых, спать все таки необходимо, и вернулись мы только под утро, — ворча себе под нос и потирая ушибленный бок, Лекс поднялся с пола.
  — А во вторых? — угрожающе постукивая деревянной ложкой по ладони и наверное выбирая место для экзекуции, спросила она.
  — Во вторых, будить хозяина может и служанка, — пробормотал Лекс, тут же уворачиваясь от её руки с ложкой, пытающейся протаранить его лоб.
  — Да я тебя... — возмущённо брыкалась девушка, пытаясь вырваться из его рук, после того как Лекс быстро скользнул ей за спину.
  — Но жена мне нравится больше, — прошептал Лекс ей на ушко.
  — Так бы сразу и сказал, —сразу прекратила брыкаться Лена.
  — Ну да, а ты бы так сразу и прыгнула ко мне в объятия, — не отпуская рук поинтересовался он.
  — А может и прыгнула, — задумчиво пробормотала она и добавила, — я вчера почему–то боялась, что ты исчезнешь, так же как и появился.
  — Обещаю, без тебя не исчезать, — шепнул Лекс, поворачивая её к себе и увлекая на постель. Потом они потеряли счет времени. Так хорошо Лексу ни с кем не было. Между страстными поцелуями и объятиями, Лекс мельком замечал в магическом диапазоне грандиозные фейерверки при наложении их аур, казалось что разноцветные волны гуляют по всему пространству комнаты. Когда они немного пришли в себя и Лена замерла, обняв его и положив голову Лексу на грудь, тот проверил их ауры диагностом и тихо выпал в осадок.
  Таких магических каналов Лекс не видел никогда. Даже у архимагов магической академии они тоньше на порядок. Если раньше их каналы выглядели как тонкая сетка, то теперь это было дерево, очень большое и толстое дерево.
  Мозг пытался найти объяснения, но знаний не хватало. Из опыта магов его мира известно, что магические каналы можно увеличивать с помощью постоянных тренировок. Но этим можно увеличить канал только на уровень, но никак не на сотню уровней. Единственное объяснение давал только их с Леной резонанс. Похоже, во время их недавних упражнений с потерей контроля, волны внутренней магической энергии из накопителей миллионы раз перетекали туда сюда, разрабатывая и расширяя каналы. При этом слабые каналы просто разрывались и сплетались с более сильными, возможно и образовывались другие новые каналы. Теперь Лекс просто не представлял всех их возможностей.
  Наиболее мощными выглядели известные каналы всех стихий. Ну это и понятно — они были наиболее разработаны. Но ведь образовались и другие, вообще не известные в его мире каналы и тоже достаточно мощные. За что отвечают они, Лекс не знал. Скорее всего это какие–то каналы этого мира, взятые и скопированные из ауры Лены. Теперь им с Леной обеспечены проблемы с обучением на долгие годы. Их ауры выглядели абсолютно одинаковыми. Мало того у него было основательное подозрение, что теперь любое изменение в его ауре будет сразу отражаться у неё.
  Еще исчезли все руны артефактов на коже, то есть Лекс не видел ни диагноста, ни накопителя, ни никаких других. В то же время, Лекс продолжал пользоваться ими. Создавалось впечатление, что артефакты просто растворились в теле, но совсем не потеряли своей функциональности, а судя по всему и ещё что–то приобрели. В общем, похоже кроме жены, Лекс в этом мире получил и очень вкусную плюшку, ведь теперь, если удастся вернуться в его мир Лекс мог поступить в любую магическую академию и получить такие знания, которых никогда не было у артефакторов, им просто не хватало мощности канала.
  Но это будет потом, здесь и сейчас ему нужно закрепиться в этом мире. Только подумать, у него с Леной будет целый собственный мир с огромным магическим источником и безграничными возможностями изучения. Ради этого стоит жить и учиться. Потревожив Лену Лекс спросил:
  — Как ты смотришь на то, чтобы сделать твоему бывшему правительству небольшой подарок.
  — А почему бывшему и почему небольшой? — довольно потягиваясь поинтересовалась она.
  — Ты посмотри на себя, да и на меня магическим взглядом и попробуй оценить результат, — пробормотал Лекс, поправляя ей волосы и целуя в ушко.
  — Ух, ты, — только и смогла сказать Лена, немного отодвигаясь от него, с удивлением осматривая свою ауру. — Это же ни на что не похоже. Такого я в твоей книге даже не встречала.
  — Вот я о чем и говорю, — улыбнулся Лекс, опять притягивая её к себе.
  — А что это значит? —ничего не понимая спросила она, но устраиваясь по удобнее в его руках.
  — Всего навсего, только то, что ты уже не человек, да и я уже не человек, — такой ауры у людей не бывает, да и у магов не бывает, а по этому уже никакому местному правителю ты подчиняться не будешь. Вот помогать можешь, а подчиняться нет. Мы теперь с тобой неизвестные магические существа и даже я не знаю, что это будет значит в дальнейшем.
  — Ну и ладно, мне и с тобой хорошо, а почему небольшой подарок?
  — Потому что магам нельзя различных правителей баловать, иначе они постараются припахать тебя на рабских работах, считая что ты ему что–то должен. Мага нельзя к чему–нибудь принуждать. Это, знаешь ли, чревато тяжелыми последствиями для особо непонятливых правителей. Обычно маги просто идут на добровольное сотрудничество, для каких–то собственных целей. Так и нам нужно идти на такое сотрудничество. Война со всем миром это довольно утомительное занятие для мага. Я думаю, в качестве небольшого подарка, можно сделать пару десятков амулетов кошачьего глаза, таких как ты вчера делала, и пару канистр лечебного эликсира и передать все это с разведчиками их начальству. Пусть те поломают головы и подумают, что это и откуда. У них явно проявится к нам интерес. Раз появится интерес, то появятся и взаимоотношения и если не давать себе садиться на голову, то интерес этот будет взаимный.
  Еще немного повалявшись в постели они встали. Под руководством Лекса, Лена, магическим способом, заново разогрела еду и они с удовольствием пообедали, так как завтрак пропустили по сугубо личным обстоятельствам. Сразу после обеда они, по настоянию Лены, сходили к Прохору и в специальной книге он оформил их отношения по местным законам, а потом ушли в лабораторию и Лена под присмотром Лекса опять занялась амулетами, а тот принялся делать зарядные устройства к ним. Других магов, кроме них, в наличии не имеется и заряжать амулеты никто соответственно не может.
  Зарядное устройство для амулета это довольно сложное устройство, фактически это уже часть артефакта, которая позволяет перегонять сырую магическую силу источника в нужный тип энергии. Не особенно выдумывая, Лекс создал четыре тонкостенных, гранитных ящика, небольшого размера. Примерно на пару килограмм веса. Таких чтобы в них входило десяток комплектов амулетов в виде очков. Потом отполировал внутренние и внешние поверхности. Затем нанёс на боковые внешние стенки, методом выдавливания, различные картинки местных кошек. Крышку сделал стеклянной, только уплотнил её щитами земли, чтобы придать плотность. Внутри стекла крышки, по всей поверхности, выдавил изображение кошачьей мордочки, которая будет появляться когда амулеты зарядятся. И только потом три часа накладывал руны самого артефакта.
  Пока Лекс делал зарядки, Лена успела сделать десяток амулетов. Потом они проверили скорость заряда амулетов. Оказалось, что канал артефакта позволяет заряжать один амулет примерно за одну минуту, соответственно одновременно весь десяток заряжается за десять минут. Лена поворчала по поводу того, что Лекс рабовладелец и пользуюсь её рабским трудом по производству амулетов и одновременно подала гениальную, для его мира мысль, а нельзя ли производить амулеты автоматически, с помощью других амулетов. Как на конвейере, делая с помощью амулета, за один шаг одну магическую операцию в виде наложения нужной руны. В принципе никаких запретов на эту тему Лекс не видел и надо попробовать в следующий раз создать что–то подобное, тем более что амулет кошачьего глаза достаточно простой и с небольшим количеством рун. Но сейчас ему удалось убедить Лену в том, что ей просто необходимо набить себе руку и набраться опыта в изготовлении амулетов.
  В это время Лекса по разговорному амулету вызвал Гран. Он передал, что лейтенант хочет с ним поговорить. Оставив Лену доделывать амулеты, Лекс взял готовые и две зарядки и пошёл на встречу с лейтенантом. Оказалось, что тому нужно по рации сообщить начальству о выполнении задания и получить дальнейшие инструкции. После небольшого совещания решили вывести ночью радистку с прикрытием, подальше от края болота и оттуда послать сообщение. Охранять её будут сам Васильев с пятью бойцами и гвардейцы.
  Когда бойцы все собрались, Лекс раздал им амулеты и показал как ими пользоваться. Кроме того, объяснил Васильеву порядок зарядки амулетов с помощью артефакта зарядки. Амулеты и артефакт зарядки Лекс специально сделал именными. Он не будет работать в чужих руках. Это исключит случайное попадание работающего артефакта в чужие руки. Привязка осуществляется на основе ауры первого хозяина одевшего амулет. Убрать привязку можно с помощью артефакта зарядки, а управлять им может только лейтенант. Привязка Васильева к артефакту зарядки производилась на основе магии крови. Лекс капнул капельку его крови на язык кошки, на крышке артефакта. Конечно и этот артефакт можно передать другому хозяину, но для этого нужно опять капнуть каплю крови предыдущего хозяина на руну управления, а затем туда же каплю нового хозяина. Вся особенность процедуры в том, что невозможно передать управление под принуждением. Магия крови четко реагирует на состояние хозяина.
  Настоящий маг крови сможет изменить настройки, но где же его тут найдёшь. В пояснениях Лекс ни слова не сказал про магию, просто сослался на то, что все это секретные разработки особой лаборатории. Когда народ послушал, получил в руки и попробовал пользоваться полученными артефактами, все тихо и мирно выпали в осадок. Даже лейтенант, хотя он и успел попользоваться уже очками, после подробных объяснений некоторое время не мог вымолвить ни слова. Гвардейцы Лекса хоть и тоже получили в руки такие амулеты в первый раз, конечно кроме Гранина, сидели и слушали спокойно. В отличие от разведчиков Васильева, они уже много чего узнали необычного. После ознакомления с амулетом и утихших восторгов, сержант Никифоров пожаловался на хрупкость конструкции. Лекс просто положил очки на стол и разрешил ему разбить их любым способом. Тот, не долго думая, долбанул по ним прикладом автомата. Когда их нашли под столом, куда те отлетели, на них не было ни царапины. Сержант признавая свою не правоту, пояснил: — А на вид хрупкая вещь.
  После небольшого обсуждения, решили выходить двумя группами. Гранин обеспечивает дальний дозор, а разведчики идут с радисткой прикрывая её. Учитывая предыдущее знакомство с гвардейцами, лейтенант с разведчиками не пытался спорить с таким положением. После совещания, Лекс отвёл Васильева немного в сторону и выдал ему переговорный амулет, такой же как у его гвардейцев. В виде круглого медного диска на шнурке, который вешается на шею.
  Амулет позволял вести переговоры в группе между собой, если его сжать в кулаке или приложить к коже недалеко от головы. Внешний вызов вызывал вибрацию амулета. Недостатком таких амулетов являлось небольшое количество возможных связей. Он позволял работать совместно не более семи амулетам, но пока это особенно и не мешало. Один амулет был у Лекса, четыре у гвардейцев и теперь ещё один у лейтенанта, так что даже ещё один оставался в резерве. Лейтенант конечно подозревал что, что–то с этой базой не так и после последних пояснений и получения новых устройств, о которых он даже не слышал и кроме того не представлял, что такое вообще возможно. Особое недоумение вызывало сравнение, медный кругляш в руке и ящик рации, стоящий перед радисткой.
  Лекс видел, что вопросов у лейтенанта к нему уже накопилось более чем достаточно, но учитывая, что собирается ему попозже ещё подкинуть тем для размышлений, пока сохранял на лице невозмутимую мину. Он явно должен в докладе начальству сообщить о странностях и потребует дальнейших инструкций, а Лексу все равно надо как–то выходить на связь, хотя бы пока с местным руководством. Уже перед выходом к Лексу подошёл Гранин и с сомнением сказал:
  — Мастер у меня необычные предчувствия, прохожу мимо пулемёта, а рука так и тянется его взять, - и помявшись добавил, — и у моих тоже самое.
  - Так в чем же дело? Надо, значит вооружайтесь с запасом, с просыпающейся интуицией лучше не спорить, — подбодрил его Лекс.
  - Тяжело будет тащить, — засомневался тот.
  - А живую воду зачем вы с собой в фляжках носите, она же с эликсиром силы смешана, — задал, очень логичный для него, вопрос Лекс.
  - Что её и не раненым можно употреблять? — удивился тот, даже не думая о таком применении эликсира.
  - Почему бы и нет, это ведь просто очень хороший стимулятор регенерации, а усталость это те же самые повреждения организма. Только не надо увлекаться. Больше глотка за раз не употреблять. Резервные запасы организма не беспредельные и жрать будет хотеться очень прилично, — пояснил и сразу предостерёг Лекс.
  После чего, обрадованный гвардеец помчался к подчинённым. Надо было видеть лица разведчиков Васильева, когда Гранин и компания вывалились из прохода, все с немецкими пулемётами на ремнях поперёк груди и увешанные лентами с запасными патронами. Васильев посмотрел ошарашенным взглядом на это воинство, но ничего не сказал.
  Гранин вывел всех через проход на край болота и оставив с Васильевым проводником Белого, остальных увел вперёд. Растянувшись по тропе, все тоже двинулись за ними. В очках передвижение по ночному лесу трудности не представляло. Через три часа неторопливого движения по лесным тропинкам, они удалились в чащу километров на десять. Васильев, выбрав подходящую полянку, приказал натянуть антенну и провести сеанс связи. Радистка, настроив станцию, отстучала ключом длинное сообщение, переданное ей Васильевым. Голосовая связь уже не работала. Слишком далеко разведка оказалась в тылу у немцев. Посовещавшись с Граниным по разговорнику, Васильев решил ждать ответа на месте, так как прикрытие сообщило, что в пределах пяти километров движения не обнаружено.
  
  Сообщение штабу от Васильева..
  Задание выполнено. При выполнении задания, группа попала в окружение. С помощью спецотряда НКВД окружение было прорвано и уничтожено до 60 солдат противника. Спецотряд является охраной засекреченной подземной базы НКВД. Уровень подготовки бойцов охраны высочайший. Часть из них являются местными жителями. Без поддержки базы задание выполнить бы не удалось.
  База хорошо скрыта на местности. Вероятность обнаружения базы противником отсутствует. Вероятность взятия базы противником, даже значительными силами низкая. На базе находится много местного гражданского населения, есть женщины и дети. В охране базы присутствуют бойцы РККА, ранее попавшие в окружение. База полностью автономна. В наличии имеется собственная электрическая установка, гараж и до двадцати единиц автомобильной техники, собственная ремонтная мастерская, большое количество трофейной техники и вооружений. Недостатка продовольствия на базе не ощущается.
  На базе существует высокий режим секретности. Местные на контакт с составом разведгруппы не идут. Звания и фамилии руководства базы неизвестны, кроме начальника медицинской части капитана Михайлова Михаила Михайловича. Руководит базой молодой человек на вид 20–25 лет, скорее всего имеет хорошую военную подготовку, Имеет несколько кличек — Мастер, леший, Лекс, поляк. Звание не определено, но капитан Михайлов подчиняется ему безоговорочно.
  На базе присутствует уникальное, не использующееся больше ни где и неизвестное, оборудование и устройства. Некоторые устройства выданы для пользования членам разведгруппы. Характеристики устройств передать не могу, по моему мнению секретность превышает все мои полномочия. Все данные получены только на основании того, что нам показали. Жду дальнейших указаний.
  Вася.
  
  Где–то далеко в тылу.
  Начальник штаба дивизии полковник Владимир Иванович Камов несколько раз перечитал принесённую радистами радиограмму, полученную от полковых разведчиков, направленных по его распоряжению на спецзадание. Некоторое время подумав над бумагой, он вызвал начальника контрразведки и передал бумагу ему.
  - Ну что думаешь Константин Михайлович? - спросил он его через некоторое время.
  - Даже не знаю что сказать, товарищ полковник, очень много неясностей, — тоже несколько раз перечитав сообщение, ответил тот. — По данным авиаразведки, мост взорван. Если группу или радиста взяли на отходе, то все равно нет смысла в сообщении о нахождении секретной базы НКВД, слишком похоже на провокацию. А вот если база существует, это может нам дать хороший рычаг на немцев в данном регионе. В сообщении разведчиков слишком много нестыковок, хорошую дезинформацию так не делают. Посмотрите. Охрана базы хорошо подготовлена и в то же время есть местные, значит база существует давно и под хорошим прикрытием, а возможно и вообще была законсервирована.
  Сами знаете, что у нас творилось в армии несколько лет назад. С другой стороны, руководит ей молодой человек с хорошей воинской подготовкой, значит расконсервация произошла недавно. Одна из кличек — поляк. Возможно появился недавно, или перед войной, или сразу после её начала, может быть даже перешёл границу из Польши. Большая вероятность того, что это люди кого–то репрессированного из внешней разведки, по направлению Польши и война заставила их активизироваться.
  Оборудование и устройства, о которых разведчик не стал распространяться даже в радиограмме, показывает наличие некоторой производственной базы для таких устройств. Значит на базе существовала или существует секретная лаборатория с таким уровнем секретности, о котором мы даже не слышали. Судя по тому, что Васильев не даёт даже мельчайших указаний о параметрах устройств, то с его точки зрения это уже является секретом не его уровня.
  - Так что же будем делать? —в раздумье спросил полковник.
  - Раз есть возможность дальнейшего использования группы, давайте дадим ей несколько следующих заданий. Если группа под контролем у немцев, то они вряд ли будут выполнены, а вот если все так, как сообщают разведчики и удастся выполнить следующие задания, то пошлём туда нашего представителя. Нам надо уничтожить гарнизонные склады возле посёлка … , оставленные нашими отступающими частями, в которых хранится большое количество вооружения и различных материалов. Да и немцы свозят туда все, что осталось на дорогах от наших разбомблённых колонн. Еще хорошо бы пощипать аэродром у села … , а то авиация противника почти полностью блокирует переброски наших войск по дорогам в прифронтовой полосе. Наши истребители не справляются. А по поводу представителя, есть тут у меня один лейтенант с подходящим высшим образованием. Вот его и пошлём на самолете. После его подробного доклада и сообщим результаты выше.
  - Ну что же, тогда готовьте приказ группе.
  
  Ответ штаба
  К фронту не выходить. Разрешаем находиться на базе. Следующим заданием будет уничтожение складов, в районе посёлка …. Вторым объектом, выведение из строя или уничтожение лётного состава аэродрома истребителей, вблизи села …. В конфликт с руководством базы не вступать, попросить оказание помощи в выполнении задания. Уточнить у руководства базы возможность принятия самолета с уполномоченным сотрудником НКВД.
  
  Васильев, прочитав расшифровку радиограммы, сообщил Грану, что можно отходить на базу. К лейтенанту подошёл проводник и сказал, поправляя пулемёт:
  - Лейтенант, обратно идём не спеша, внимательно смотрим под ноги и слушаем.
  - Что есть какая–нибудь информация? — вопросительно посмотрел на него тот.
  - Пока нет, но пулемётами мы не зря обвешались. Лучше перестраховаться, — неопределённо пожал плечами Белый.
  - Хорошо, бережёного бог бережёт, хотя я в бога не верю, — согласился лейтенант и дал нужные указания бойцам. На всякий случай он забрал у радистки рацию и закинул себе на плечи.
  Через два часа неспешного хода они оказались на пол дороги к базе. И тут вдали послышалась хорошая перестрелка. Васильев схватился за амулет и запросил Грана, в чем дело. Тот ответил, что сам пока ничего не знает, охранение не дошло до боя. Он начался километрах в трех впереди, почти на окраине болота. Разведчики остановились и спрятавшись в кустарнике под деревьями, стали ждать сообщения передового дозора. Белый сообщил Лейтенанту, что вблизи противника не наблюдается.
  - А ты откуда знаешь? — удивился тот.
  - Разведка донесла, — ответил тот и показал рукой на морду волка, который высунулся из кустов.
  - С вами не соскучишься, - нервно передёрнув плечами, прокомментировал лейтенант, и затем спросил. — Он что все время вокруг нас кругами бегает?
  - Ну наконец–то вы начинаете в чем–то разбираться, — весело подмигнул ему одним глазом проводник.
  Васильев только ошарашено покачал головой. Через некоторое время, на связь вышел Гран и доложил, что немцы в черных мундирах и в большом количестве, прижали к болоту отряд окруженцев в полторы — две сотни человек и среди них много раненых. Фрицы, до четырехсот человек, накапливаются возле них для атаки на рассвете. Позади немецких порядков, на поляне, разворачиваются до десятка миномётов. Судя по всему передовое охранение окруженцев обнаружило фрицев и открыло стрельбу. Васильев с удивлением вспомнил, что ещё ночь. Очки давали прекрасную видимость и если бы не звезды над головой, то отличить пасмурный день от ночи, в очках практически невозможно.
  - Что предлагаешь? — спросил он у Грана.
  - Думаю нужно помочь, а то они утра не переживут. У тебя разведка языков брала? — поинтересовался Гран.
  - А для чего же она существует, — улыбнулся Васильев.
  - Тогда используя темноту, подходите к миномётчикам и стараетесь их тихо убрать, причём всех. Когда пойдёт шум, потому что кто нибудь, все равно, заорёт, Белый накрывает оставшихся из пулемёта, а вы добиваете автоматным огнём. Мы сейчас между миномётчиками и основными силами немцев. Когда у вас начнётся стрельба, мы прорываем середину порядков немцев и выводим окруженцев к вам, а потом все лесом отходим к переходу в базу. Если поспешить, то к рассвету как раз управимся. Ну и конечно перед этим подадим весточку окруженцам.
  - Согласен, надо использовать наше преимущество в ночном зрении, — согласился Васильев и поинтересовался, — а как весточку передавать будете?
  - Ты ворона на плече у парнишки видел, так вот это ученый ворон, он им записку и сбросит, — ответил Гран и даже через переговорник чувствовалась его загадочная улыбка.
  - Если у них волки ручные, так почему не может быть ручных воронов, — мелькнула шальная мысль у Васильева.
  Батальонный комиссар Семенов с трудом разлепил глаза. За последнее время ему, как и другим оставшимся бойцам батальона, очень редко удавалось поспать. Им повезло, что начало войны их застало вне расположения части. Проверенные старички вывели только пришедшее пополнение в летние лагеря для обучения. Правда и вооружены они были только частично. Необходимым для обучения оружием. Но поэтому и не полезли на немецкую танковую колонну в первый же день войны, а потом по пути, в разгромленных гарнизонах, добывали себе целое вооружение и боеприпасы. Изредка вступая в бой с небольшими группами немцев и собирая по пути к линии фронта остатки окружённых частей, они уже вторую неделю прорывались к своим.
  Боеприпасов и провианта и раньше было немного, а теперь просто катастрофически не хватало. Много бойцов ранено. Вчера вообще не повезло. Разведка нарвалась на колонну гитлеровцев и их заметили. Пришлось вступать в бой и остальным. Колонну они конечно пощипали, но тут подошли ещё войска немцев и пришлось отступать в лес. Немцы сразу в лес не полезли, но накопив силы начали прочёсывание и под непрерывным давлением пришлось отойти к болоту, надеясь найти хоть какую–то тропу через него.
  Разведчики очень огорчили, не обнаружив ни каких проходов. Практически сразу от твердого берега начиналась топь. Семенов понимал, что на рассвете предстоит их последний бой, поэтому приказал бойцам отдыхать. Только передовые посты вели вялую перестрелку с постами немцев. Попытка прорваться в ночи провалилась, перевес гитлеровцев слишком значительный. Пока мысли тяжело ворочались в уставшем мозгу, он в темноте разглядел своего заместителя лейтенанта Волкова, который собственно и разбудил его.
  — Что там у вас ещё случилось, лейтенант? — приподнимаясь, устало спросил он.
  - Непонятки какие–то, товарищ батальонный комиссар, —коротко отрапортовал тот.
  - Что за непонятки, говори конкретнее, неужели тропу нашли?
  - Нет, тропу не нашли, хотя весь берег облазили и даже гать пытались мостить.
  - Так что же тогда случилось? — раздражённо прошипел комиссар. Спать хотелось по страшному.
  - Вот, охранению подбросили, — пробормотал тот, протягивая ему свернутый в трубочку листок бумаги.
  - Как подбросили? — сразу просыпаясь от неожиданности, удивился Семенов.
  - Сержант Каримов говорит, слышал вверху шорох крыльев и это сверху упало, прямо ему на голову. Вы почитайте, — посоветовал лейтенант.
  
  Записка Грана
  Командиру неизвестного подразделения. За пол часа до рассвета немцы будут атакованы с тыла по центру их построения. Пулеметным огнём вам будет обеспечен проход по коридору. Минометная позиция на поляне, в тылу немцев, будет захвачена нашими бойцами и подсвечена по краям фонариками. Там вас будет ждать проводник. Ваша задача вывести людей и подобрать трофейное вооружение на поляне. Предупредите своих людей. В бой не вступать. Огня не открывать. Всякий открывший огонь будет считаться врагом и будет уничтожен. Подготовьте людей к марш-броску на 5 километров. Остальные инструкции у проводника.
  
  - На шутку не похоже, да и шутить тут некому, — задумчиво произнёс Семенов, дважды прочитав записку, — давайка на всякий случай поднимай народ, всем готовиться к прорыву и предупреди бойцов по поводу стрельбы, если это парни из разведки, то они ночью и по вспышкам отстреляться могут.
  Приближался рассвет, Семенов вместе с лейтенантом Волковым лежали с бойцами передового дозора и напряжённо вслушивались в тишину леса. Кругом стояла абсолютная тишина. Ночные обитатели леса уже успокоились, а дневные ещё не проснулись. Последнее время даже редкая перестрелка между постами прекратилась. Комиссар дал постам, на всякий случай, команду огня не открывать.
  Вдруг вдали послышались истошные крики и поднялась стрельба. Такого Семенов давно не слышал. Создавалось впечатление, что в бою участвует целый полк и тут же идёт рукопашная. Бой быстро приближался к линии обороны. Вблизи послышался непрерывный треск очередей немецких пулемётов. Наконец сквозь кусты и деревья стали заметны пулемётные трассы упирающиеся в места скопления немцев. При этом непонятные вопли на немецком языке не прекращались.
  - Такое впечатление, что их там режут, — тихо прошептал сержант Каримов, лежащий рядом.
  - Очень может быть, — ответил кивая головой лейтенант Волков. — Я немного знаю немецкий, они там орут - «Спасайтесь оборотни, волки оборотни.»
  - Оборотней не существует, — поправил комиссар, да и с пулемёта оборотни не стреляют.
  - Не скажите товарищ комиссар, — возразил Каримов, — мне ещё бабушка рассказывала, что в горах оборотни живут и горы от людей охраняют, так может и здесь оборотни леса охраняют.
  - Отставить разговоры, — прервал дискуссию Семенов и скомандовал, — смотрите стрельба пошла в глубину леса, словно нам дорогу раздвигают. А ну давайте все вперёд. Начинаем движение. Напоминаю, огня не открывать.
  Он сам выскочил из полуокопа и побежал вперёд в темноту леса. Остальные бойцы похватав вооружение и тяжело раненых бойцов на носилках, бросились за ним. По краям прохода, невдалеке, по прежнему короткими очередями били немецкие пулемёты.
  - Разведка похоже трофейными работает, — тяжело дыша на бегу пробормотал Волков.
  - А впереди тишина, — так же на бегу произнёс комиссар.
  Через некоторое время они заметили среди деревьев сначала свет одного фонарика, а затем и другого. Неожиданно, рядом с ними, бегущий человек в развивающемся плаще похожем на плащ-палатку сказал: — Я проводник. На поляне хватайте мины, миномёты и оружие, сколько можете унести и цепочкой за мной.
  Ошарашенный Семенов просто продублировал команду подчинённым. Через секунду они действительно выскочили на поляну, где было сложено вооружение и ранцы немцев. Не раненные солдаты быстро расхватали трофеи.
  - Не разбредаться, строимся в колонну по двое и выдвигаемся за мной, — опять скомандовал проводник.
  Только теперь в сумерках рассвета, комиссар рассмотрел непонятную фигуру. Мужчина среднего роста, в плаще с капюшоном, с немецким пулемётом на ремне поперёк груди и в больших темных слегка выпуклых очках.
  - Что там кругом интересного, ещё разбредаться, а то я трупаков не видел, — раздался недалеко ворчливый голос Каримова.
  - Каких трупаков? — удивился Семенов.
  - Да вот там куча, штук тридцать, похоже ножами порезали, — махнул рукой в сторону непонятной возвышенности на краю поляны Каримов, явно успевший осмотреть эту кучу.
  Семенову почему–то совсем не хотелось смотреть, что там в куче. Поэтому быстро построив людей в колонну по двое, они двинулись за проводников. Примерно через полчаса быстрого шага проводник предупредил Семенова, который постоянно находился рядом с ним и слышал, как проводник что–то бурчит тихим голосом, что скоро к ним присоединятся ещё бойцы. Буквально через несколько секунд из ближайшего подлеска вынырнула бегущая группа бойцов. Впереди, похоже такой же проводник в плаще с капюшоном и с пулемётом на ремне. За ним обычная разведгруппа в зелёных маскхалатах с автоматами за спиной и с радисткой, у которой на спине виднелся горб переносной рации. У всех чужих на глаза надвинуты такие же очки, как и у проводника. У Семенова немного отлегло от сердца, все таки один вид радиостанции давал уверенность в том, что они уже не сами по себе, они вышли к своим и можно получить новый приказ по борьбе с врагом.
  - Это они нам дорогу пробивали? — поинтересовался Семенов у проводника, после того как неизвестная группа пристроилась в голове колонны.
  - Нет, они миномётчиков били, — коротко ответил проводник.
  - А кто же, нам коридор чистил? — удивился Семенов.
  - Я и компания, — криво усмехнулся проводник, взглянув из под капюшона на комиссара.
  - Коридор пробивали немецкими пулемётами, — раздался из за спины голос Каримова. Немецкие пулемёты только у проводников, только сейчас дошло до Семенова.
  - Это что, вы вдвоём нам проход чистили? — чуть не споткнулся Семенов.
  - Нет, четверо нас, двое остались трофеи прятать, — ответил тот.
  - Как прятать, а как же немцы? — не понял Семенов, опять сбиваясь с шага.
  - Нету больше немцев, — усмехнулся проводник, хитро поглядывая на Семенова и добавил, — Да не пугайся так, комиссар, на твой век ещё хватит фрицев. Просто отошли они. Удрали …, если кто конечно живой остался.
  - И много их осталось? —не зная что сказать, поинтересовался комиссар.
  - 212 штук, наши наблюдали, на всякий случай, пока они удирали. Даже хоронить своих не стали, наверное позже в большем количестве нагрянут, — быстро ответил проводник.
  - А сколько вы положили?
  - 240 мы и 34 разведчики.
  - Ни хрена се, — раздалось из за спины от Каримова.
  Вот так дела, — подумал Семенов, — если пятёрка разведчиков, непонятно как уложила ножами три десятка фрицев, а четверо с пулемётами, в темноте, стреляя на вспышки перебили почти две с половиной сотни, то какая же подготовка у этих проводников. Через пол часа, когда отряд попал на базу, у комиссара возникло ещё больше вопросов.
  
  Донесение командира усиленной роты СС обер-лейтенанта ….
  После нападения большевиков на колонну тылового обеспечения, мне по рации было дано задание, прекратить прочёсывание местности в районе сел …. и окружить и уничтожить обнаруженную группу противника. Противник был окружён и прижат к болоту. Утром я собирался нанести миномётный удар по расположению противника и затем добить его с помощью пехоты.
  Пред рассветом расположение роты подверглось нападению. Вероятно наши посты в глубине леса были бесшумно уничтожены, хотя были выставлены по всем правилам, с двойной страховкой. Затем подверглась нападению группа поддержки в составе миномётного взвода. Большая часть вероятнее всего была убита ножами ещё во сне, остальные расстреляны в упор. Из состава усиления не уцелел никто. Затем противник пулемётным огнём, с поразительной точностью, в ночном бою, уничтожил всю центральную часть окружения и отогнал левый и правый фланги. Все подкрепления направленные в центр были также уничтожены.
  После того как противник перешёл в наступление на фланги, среди моих подчинённых возникла паника. Я не знаю были ли в составе нападавших оборотни, но то, что на нас нападали волки, могу доказать характером некоторых ранений у моих подчинённых и кроме того у меня на глазах был убит фельдфебель Вольке. Зверь, прыгнув на него сбоку, разорвал ему горло и исчез в темноте. Остановить панические настроения солдат я не смог и был вынужден дать приказ на отступление. Прошу направить остатки роты на фронт, поскольку воевать в этих лесах они больше морально не способны.
  
  Результаты обследования поля боя экспертами криминалистами.
  По характерным отпечаткам подошв нападавших можно определённо сказать, что это потерянная разведгруппа, взорвавшая мост в квадрате …. Кроме того, специалисты определённо могут подтвердить наличие в группе двух — трех обученных и довольно крупных волков. Все обнаруженные на трупах укусы в количестве 18 штук приходятся в область шеи. Большинство смертельных ранений на солдатах вермахта нанесено с помощью пулемёта МГ-34, стоящего на нашем вооружении или ножами. Характер ранений подтверждает очень высокий профессионализм противника. Особо необходимо отметить наглость противника. После отхода роты, погибшие солдаты подвергнуты мародёрским действиям, пропали все походные вещмешки и вооружение.
  Выводы специалистов: Так поражать противника в ночном бою просто невозможно, если это конечно не бойцы эстракласса (не уверен но может быть один на 100 000 солдат), а учитывая что таких бойцов было до 5 человек, то могу предположить что–либо у нас не хватает сведений и мы чего–то не понимаем, либо против нас воюют темные силы. Так стрелять из пулемёта, с руки и ночью обычный человек не может. Волки дрессировке практически не поддаются, а по следам выходит, что они нападали вообще самостоятельно, как разумные твари.
  
  После сообщения Грана по разговорнику, пришлось выводить весь наличный воинский состав на встречу окруженцам. Далее суматоха продолжилась. Быстро разместить такое количество солдат на базе ещё то удовольствие. Митрич и Антонина Павловна разводили солдат по пещерам и устраивали их как могли, все таки принять такое количество постояльцев хозяева не рассчитывали. Конечно почти сотню они сразу разместили вместе с разведчиками, да и полсотни раненых поместилось в лазарете. Остальных легко раненых и здоровых развели пока по пустым, свободным пещерам, выдали охапки сена и одеяла для постелей. Пришедшие бойцы были истощены и сильно измотаны. Митрич, по частям, водил прибывших в столовую.
  В помощь врачу пришлось выделить четверых бойцов из охраны базы, так как три санитарки, прибывшие вместе с окруженцами, сами мало чем отличались от раненых бойцов. Гвардейцы тоже удалились в свои помещения. Ночной бой с использованием внутренних резервов и эликсира живой воды, основательно вымотал их. На всякий случай перевели базу в режим полной осады, то есть вывели на базу все внешнее охранение и замаскировали дополнительно внешние огневые точки. С Лексом все рвался поговорить командир пришедшего отряда, но учитывая его состояние, никак не лучшее чем у его бойцов, Лекс все таки убедил его, что лучше решать проблемы на свежую голову. После суматохи с расселением, Лекса выловил Васильев, он протянул ему листок с радиограммой. Тот прочитал её и посмотрев на него спросил:
  — Не поверили?
  — Я бы тоже не поверил — вздохнул тот. Поверить такому сообщению было действительно трудно.
  — А что вы им написали, если не секрет? — поинтересовался Лекс.
  — Какой уж тут секрет, это у вас тут секрет на секрете, — переминаясь с ноги на ногу проворчал он и продиктовал Лексу свою отправленную радиограмму.
  — Ну что же коротко, доступно и непонятно, — прокомментировал послание тот.
  — Так что на счет помощи ? — помявшись спросил лейтенант.
  — Надо, значит надо, — притворно вздохнул Лекс, хотя это как раз то, на что он и рассчитывал. Протянулась первая ниточка к руководству. Теперь надо её укреплять.
  Следующие два дня окруженцы отсыпались, отъедались и устраивались в пещерах с помощью местного населения. Большая часть раненых с помощью эликсиров и забот доктора и санитарок уже переселилась в пещеры. Остались ещё на пару дней только тяжело раненные.
  Используя накопленные Прохором запасы лесоматериалов, солдаты быстро создавали себе необходимую мебель: столы, шкафы, стулья. Остальной необходимой мелочёвкой поделились селяне. Женщины помогли постирать и привести в нормальное состояние форму солдат. Часть солдат пришлось задействовать в столовой, так как поварихи не справлялись с таким количеством прожорливых постояльцев. Васильев вместе с Граниным планировали очередной выход на склад с боеприпасами, Лекс пока не вмешивался, а сам под разными предлогами уклонялся от встречи с командиром окруженцев. Необходимо, чтобы у того накопилось достаточное количество вопросов.
  Они с Леной по ночам расширяли собственные возможности наиболее приятным им способом, а днём пытались соорудить лабораторию по производству амулетов кошачьего глаза.
  Ох и трудная это задача получилась. Изначально необходимо сделать одинаковые заготовки из стекла и из проволоки для дужек. Затем обработать их щитами для укрепления и только потом накладывать руны, другими амулетами копирующими руны. Если создание амулетов копировщиков рун сложности не представляло, то вот работа таких амулетов совместно друг с другом, это что–то невообразимое. Мало того, что воздействие одного амулета с руной должно строго дозироваться в зависимости от состояния заготовки, так ещё и следующее воздействия должно происходить только при достижении заготовкой определённого состояния, при сращивании предыдущих рун.
  В общем ничего путного у них не получалось, пока Лена не придумала каждый шаг воздействия копировальщика сравнивать с артефактом, который содержит всю образцовую вязь рун на текущее состояние заготовки. Копировщик при этом не сразу впечатывал руну в заготовку, а плавно наращивал свое воздействие, и после каждого шага увеличения силы, происходило сравнение с эталоном. Перемещение заготовки происходило тоже автоматически, после окончания каждой операции наложения рун. Этим отслеживались те действия, которые необходимо производить с перерывом по времени между наложением рун. Для упрощения всего процесса, все собрали в одну колонну. Заготовка двигалась снизу вверх, с уровня на уровень, по спирали, подвергаясь воздействиям амулетов копировщиков. Те были расставлены по уровням, по внешней поверхности колонны.
  Они, по настоянию Лены, предусмотрели даже автоматическую нумерацию устройств. Ну и конечно Лекс, в обязательном порядке, ставил клеймо мастера артефактора. Для этого мира Лекс выбрал стилизованные буквы МА. В итоге у них получилась установка довольно большого размера, круглой формы, с диаметром около метра и высотой метров шесть. За то она делала автоматически все операции по изготовлению амулетов одного вида. Достаточно снизу подсовывать пластины стекла и медную проволоку, а сверху снимать готовые амулеты. Всю эту штуку Лекс подключил к замковому накопителю базы.
  Ну почему такие мысли не приходили ему с учителем в их мире, ведь это же имея даже небольшой источник можно просто озолотиться. Хотя даже не подозревая, что такие амулеты делаются магом артефактором, остальные маги наверное быстро бы постарались каким–либо образом избавиться от такого серьезного конкурента.
  Правда в изготовлении амулетов присутствует одна особенность, которая не будет давать нормально работать такой колонне в его мире, это отсутствие одинаковых материалов. Каждый мастер в том мире делает свое стекло и медь. От плавки к плавке состав исходного материала меняется. Поэтому нет возможности автоматической работы с таким материалом. Под каждую плавку колонну придётся перестраивать.
  Толи дело в этом мире, материал стандартизирован и отличия в составе минимальны. Да и кроме того, производство всего одного амулета даже у Лекса, как мастера артефактора могло занять до двух часов, а у обычного мага амулетчика и пара суток не предел. Поэтому такие артефакты в его мире стоили очень дорого, да и труд мага вообще довольно дорог. А тут амулеты делаются сами по себе.
  Они с Леной извели на амулеты всю медную проволоку, которую нашли и все десять листов оконного стекла, которые обнаружили у запасливого Прохора. В итоге после всех этих экспериментов у них на руках оказалось 429 готовых, однотипных и практически одинаковых, амулетов кошачьего глаза в виде очков. По мере изготовления амулетов, Лекс заряжал их в зарядках, пять штук которых сам и сделал за эти два дня. Что интересно, если вдоль колонны установить амулеты копировщики в другом порядке и с другими рунами, то вполне можно изготавливать и другие амулеты.
  Утром по мыслеречи их разбудил Митрич, сообщив что Лекса очень настоятельно требует на совещание куча народа. Пришлось приводить себя в порядок и выдвигаться. Лену Лекс посадил за изучение учебника магии.
  В столовой за отдельным столом собрались все командиры, присутствующие на базе, Митрич с Граниным и старшина Петров, как военный комендант базы. Митрич на правах самого старшего по возрасту решил высказаться первым.
  — Поскольку народа на базе прибыло, необходимо определить кто за что отвечает, а то бардак уже получается, — произнёс он и уставился на Лекса. Остальные тоже не обошли вниманием его тушку, с полным основанием считая Лекса полноправным хозяином базы. Пришлось быстро прикидывать, какие задачи и на кого сваливать и Лекс принялся рассуждать вслух:
  — Значит что касается базы. За собой я однозначно закрепляю всю закрытую часть базы, о которой уже наверняка ходят слухи. Мне непосредственно подчиняются Гранин и его люди и охрана базы, во главе с Петровым. Приказывать им больше никто не имеет права. И не потому, что я так хочу, а по тому что они могут иметь дело с таким оборудованием, о котором больше никто знать не будет и соответственно правильный приказ отдать не сможет. Кроме того, я иногда буду привлекать и военный и гражданский персонал для своих работ. В случае, если кому–то из них окажутся доступны некоторые секреты, я переведу их в свое полное подчинение, — Лекс подождал некоторое время, но возражений не последовало. Наверняка Васильев кое–что рассказал новеньким. Тогда Лекс продолжил:
  — Митрич будет так же заниматься всей гражданской частью персонала базы и внутренним обеспечением, что тоже будет связано с некоторыми секретами. Это тоже не обсуждается. Капитан Михайлов по прежнему будет заниматься медициной, так как никто другой этим заниматься не может. Лекс посмотрел на остальных, но возражений так и не дождался. Пришлось опять продолжать:
  — Руководство военными действиями можно возложить на батальонного комиссара Семенова и его зама лейтенанта Волкова. Опять же не потому, что я так хочу, а по следующим причинам. Во первых, они уже побывали в окружении, побегали, набрались опыта и теперь понимают, что значит ошибки в руководстве. А за одного битого двух небитых дают. Во вторых, поскольку они смогли управлять бойцами в окружении и их не добили, то на базе точно справятся. В третьих, имея такую базу как у нас, в тылу противника и не использовать её, это просто не профессионально. В четвертых, я полностью уверен в том, что руководство, после сообщения Васильева в центр, поддержит такое положение.
  Лейтенант Васильев, имея собственное задание, подчиняться руководству базы не обязан, а вот мы оказывать ему помощь должны. Еще могу сказать только следующее, все что вы здесь на базе увидите или услышите распространению вне базы не подлежит. Это действительно даже для вышестоящего вашего начальства. Без особого распоряжения моего, руководства базы или лиц, определённых в будущем вышестоящим вашим руководством никакая информация отсюда уходить не должна.
  Конечно особого урона вы не нанесёте, поскольку все оборудование защищено от несанкционированного использования, но себе лишних проблем создадите точно. На этом позвольте закончить и послушать ваши предложения.
  Лекс закончил свое сольное выступление и уселся за стол.
  После непродолжительного молчания поднялся комиссар:
  — Ну что же товарищ Лекс нам сжато, но доходчиво высказал свои соображения по поводу управления базой. У меня в принципе нет возражений, конечно в том случае если мою кандидатуру утвердит руководство. Я в общем–то не долго нахожусь в этом месте, но состояние базы и её функционирование меня очень радует. Порядок обеспечивается. По проведённым собеседованиям я могу сказать и о том что военные успехи впечатляют. Имея очень не значительное количество военнослужащих вы умудрились нанести чувствительные удары по врагу. Да и некоторые возможности оборудования с которым меня познакомили очень впечатляют. Если ни у кого нет больше возражений, нам необходимо приступить к обсуждению задачи, поставленной разведчикам Васильева, по уничтожению складов. Первым прошу высказаться товарищу Гранину. По моим сведениям, он получил некоторую информацию о этих складах.
  Гранин достал из трофейного немецкого планшета карту и расстелил на столе. Он указал место расположения складов на карте, показал все возможные подходы и подъезды, места расположения секретов и охраны, состав и расположение охраны, места расположения линий связи и вообще практически все, что касается этого склада, вплоть до того где и что находится. Все военные ошарашенно уставились на него. Даже Васильев, предполагавший нечто подобное, был удивлен.
  — Откуда такие сведения, у вас что свой человек на складах? — только придя в себя, удивленно спросил комиссар.
  — Нет, но сведения точные, есть у нас некоторые возможности, — хитро усмехнулся Гранин и добавил, — но вот товарищ Лекс запрещает о них распространяться.
  — Вы уверены что сведения точные? — уточнил у Лекса Семенов.
  — Абсолютно, — подтвердил Лекс, — Это данные воздушной и наземной разведки.
  — Ну как я сразу не догадался, вот откуда они все знают, — хлопнул себя по лбу Васильев, наконец поняв, что гвардейцы каким–то образом очень хорошо используют животных, в частности ворона и волка, которых он постоянно видит с гвардейцами.
  — Может нам тоже поясните, — заинтересованно посмотрел на него комиссар.
  — Если только товарищ Лекс разрешит, уж очень это необычно и если немцы об этом узнают, то они все отдадут, чтобы нас уничтожить, — с сомнением посмотрел Васильев на Лекса. Остальные тоже уставились на него. Гранин тихо усмехался.
  — Давайте остановимся на полуправде. Пусть Васильев озвучит свои прозрения и будем считать это официальной версией, — подумав согласился Лекс, посчитав, что все равно о полных возможностях общения с животными Васильев просто не подумает.
  — Они могут дрессировать и понимать животных, а те им много чего могут рассказать и о складе, и о местности, и о скрытых постах, ведь на животных никто внимания не обращает, — выдохнул Васильев, указав на Гранина.
  — Это, что правда? — удивленно спросил Семенов, глядя на Лекса.
  — Да, но не вся, — коротко подтвердил тот.
  — Ага, значит есть ещё что–то и если мы это узнаем, то лучше самим запереться в камере и помереть, — пробормотал молчавший до этого лейтенант Волков.
  — Ну не так все страшно, но к немцам вам теперь лучше не попадать, — согласился с довольной улыбкой Гранин, понимая, что кроме Лекса и Митрича, здесь никто больше не понимает действительных возможностей его общения с волком или Белого с вороном.
  — Ладно, считаем сведения достоверными и займёмся разработкой плана, — согласился Семенов.
  После двадцати минут обсуждения, выработали план уничтожения склада. Зная все о нем и имея возможность действовать ночью, это не представляло большого труда. Лекс не вмешивался в обсуждение. Военные всегда любили свои опасные игры. Лекс все таки по натуре был больше авантюристом одиночкой и из этой ситуации ему можно извлечь очень много пользы.
  — А почему бы не доработать ваш план? — спросил Лекс, после окончания обсуждения.
  — Каким образом? — первым поинтересовался Васильев.
  — А давайте не только уничтожим, а ещё и ограбим склад, — предложил Лекс и продолжил. — У нас есть куча автомобилей и водители к ним. На складе есть ещё техника и некоторая наверняка на ходу. Грузимся все на свою технику и мотоциклы. Ночью по просёлочным дорогам подбираемся к складу, берём его по вашему плану. Забираем и грузим все что можно увести и к утру скрываемся на базе. Даже если немного захватим день, то ничего страшного, немцы все равно ничего сделать не успеют. На дорогах до склада всего два поста и ночью они не сменяются, взять их тихо с нашими возможностями можно без проблем. Кроме того немцы и так знают, что в этом месте бродит большая группа окруженцев. И можно вполне предположить, что мы завладели техникой с целью быстрого прорыва к линии фронта. Никто с таким обозом нас не будет искать в лесу или на болоте.
  — А что, может и получиться, — подумав, согласился Семенов.
  — Тогда делаем так. Я сейчас выдам Васильеву ночные очки, двести штук. Он знает как с ними обращаться и выдаст всем бойцам и расскажет как пользоваться. Все потренируетесь в темных пещерах, хотя там и так все понятно. Потом все готовятся к ночному рейду. Проверяем машины и шоферов, можно привлечь и гражданских из колхозников. После чего к вечеру готовим колонну и выезжаем. Гранин с Васильевым на мотоциклах впереди обеспечивают расчистку пути, — подвёл итог Лекс.
  Поскольку больше предложений не поступило, все разбежались готовиться к рейду. Сам рейд получился быстрым и относительно спокойным, чего нельзя сказать о противнике. Гранин с гвардейцами и Васильев с разведчиками уничтожили заставы немцев на дорогах. Животные помогали наблюдать за обстановкой и обнаруживать противника за долго до столкновения. Подобраться на бросок ножа к охране, ночью, в очках, да ещё с помощью эльфийских плащей, было не трудно.
  Большая часть охраны складов вообще находилась в помещении и спала. У нападавших потерь не было, поскольку реально воевали только разведчики и гвардейцы. В плен взяли 22 человека из охраны складов. Солдаты сильно устали только из за работы. Пришлось быстро таскать и грузить ящики, чтобы успеть до утра. Набрали много. К десятку машин, уже находившихся в распоряжении базы, добавили ещё 38 штук. На обратном пути пришлось даже цеплять машины друг к другу, так как такого количества водителей не нашлось. Естественно забили машины полностью. Добыча была значительной, даже четыре танка БТ, которые были на ходу и на них нашлись экипажи из состава бывших окруженцев, удалось забрать с собой. Еще прихватили кучу вооружения о котором Лекс раньше и не подозревал, но короткие справки получил во время погрузки.
  - 6 крупнокалиберных зенитных орудий 85 мм, на колёсном ходу.
  - 8 пушек 45 мм.
  - 16 немецких зениток калибром поменьше на 20 мм и тоже на колёсах.
  - 42 ручных пулемёта ДП дегтярева.
  - 20 станковых пулемётов максим.
  - 17 миномётов 50 мм.
  - 700 автоматов ППШ в заводской упаковке.
  - 20 снайперских винтовок СВТ.
  - 70 простых винтовок СВТ
  - 300 пистолетов ТТ в заводской упаковке
  — Взрывчатки 2 тонны
  — Различных мин 1300 штук.
  - 2 относительно небольшие радиостанции 12-РП, новые в заводской упаковке.
  - 5 тонн консервов.
  - 6 тонн круп и муки в мешках.
  - 2000 комплектов полевой формы.
  - 6 тонн различных материалов типа простыни, одеяла и т. д.
  - 24 тонны боеприпасов, патроны снаряды к взятым вооружениям.
  - 4 прицепные автоцистерны (3 с бензином, 1 с дизтопливом)
  - 2 тонны строительных материалов, краски, растворители, лаки.
  Отдельно Лекс загрузил для собственных нужд полторы тонны оконного стекла и тонну различных кабелей и медной проволоки.
  Все остальное, подрывники Васильева заминировали и взорвали, после отъезда основной группы. Учитывая, что передвигались ночью по дорогам или в объезд сел, реальных следов отхода, ведущих к базе, колонна не оставила. Когда обоз прибыл на базу, вся техника в гараж поместиться не смогла, пришлось быстро подключать новый портал в один из резервных залов.
  Учитывая количество пленных, помещение тюремных камер Лекс забил полностью. Пока оставил смотреть за ними Гельмута. Надо потом будет придумать что с ними делать. В мире Лекса пленные были самым ходовым товаром. Сильные мужчины, способные работать очень дорого стоили. Такого жестокого рабства, как в этом мире, в мире Лекса не было. Там раб мог легко выкупиться или отработав определённое время освободиться, а за убийство раба накладывался такой большой штраф, что не каждый владелец хотел платить большие деньги за такие прихоти. Хотя конечно люди находились разные. В этом смысле военнопленные были идеальной рабочей силой. Освободиться сами они не могли. Работали хорошо, чтобы быстрее выкупиться. Возможно и в этом мире удастся таким образом использовать военнопленных.
  Утром, со спокойной совестью, народ разбежался отдыхать. После небольшого отдыха Лекс нашёл Лену и утащил её в тренировочный зал. Лекс понемногу занимался с ней тренировками с холодным оружием и боем без оружия. Учитывая специфику его мира, куда Лекс все таки хотел вернуться, эти тренировки для неё необходимы, да и самому форму терять не следовало. Раньше он сам показывал ей приёмы и обучал её. Теперь она немного набралась опыта и надо усложнять задачу.
  В качестве тренировочного снаряда в детстве, в своем мире, Лекс использовал деревянного голема, который до сих пор хранился у него в теневой сумке в разобранном виде. Теперь он достал его, собрал и показал Лене. Конечно она уже читала в книге по магии описание такого магического устройства. Там даже приводятся простейшие руны создания аналогичных устройств. Но одно дело читать про что–то, другое увидеть это воочию. Тем более это не простой голем, Лекс его делал вместе с учителем. Выглядел он как грубая деревянная копия большого человека. В него заложены все возможности движений обычного человека и ещё набор большого количества приёмов и различных ударных техник с оружием. Существовала возможность задавать уровень обучения, с соответствующим набором приёмов.
  Конечно тренажер туповат, но учитывая огромный набор приёмов, он как нельзя лучше подходил для начального обучения. Тренировка проходила с имитацией оружия. Размеры, вес и балансировка как у настоящего, а вот кромка тупая, чтобы не было возможности нанести смертельное ранение обучающемуся. Лена поначалу была в восторге от такой игрушки, но когда эта игрушка пару часов гоняет тебя по всему залу и лупит по всем выступающим частям, восторги быстро проходят.
  Во время небольшого перерыва Лена подкинула очень хорошую идею. Если можно создавать таких сложных и почти самостоятельных големов, то почему в его мире не создают простых, которые что–нибудь крутили или поднимали. На самом деле маги конечно создают подобные устройства, но все требует магической энергии и не сырой, а уже обработанной магом или артефактом. Поэтому магу проще один раз взлететь самому или поднять что–то, или сдвинуть если надо, но постоянно питать устройство своей силой маг конечно не будет. Есть ещё накопители магической энергии на кристаллах, но опять же заряжать его кто–то должен. Работа мага стоит денег и очень больших денег, поэтому проще и дешевле крутить что–то с помощью человека или животного. Конечно если у мага есть собственный источник все немного проще и накопители можно заряжать в нем, но источников в том мире мало и стоимость зарядки велика.
  Другое дело — этот мир, здесь море магической энергии и здесь можно делать небольшие источники на базе магнитов, поэтому необходимо подумать над созданием нужных устройств на магической энергии. Пока Лена продолжала заниматься с тренировочным големом, Лекс вызвал дневник и начал восстанавливать свои знания по созданию големов.
  Вообще, магический дневник это довольно значительное создание артефакторов, один из самых хранимых секретов сообщества. Это заклинание сильно связано с диагностом и является магическим накопителем сведений и заклинаний. Своеобразный магический портал, только информационный. Все, что маг видит или делает может быть занесено в этот дневник. Сам дневник не имеет материального воплощения, он навечно связан с самим магом и его сознанием. Управляется он внутренним щупом диагноста или сознанием мага. Вся информация хранится в нем в виде картинок, а сами картинки могут быть трех видов.
  Первый, это запомненные внешние изображения, то что видит глаз мага, в том числе и в магическом диапазоне. Таким образом можно запоминать любое количество страниц книги, что Лекс и делал, просматривая книги этого мира и только потом реально уже в дневнике читал их.
  Второй, это придуманные магические конструкции заклинаний в виде законченного набора взаимосвязанных рун или их части. Если имеешь много магической энергии или большой магический накопитель, то готовые заклинания из дневника можно применять мгновенно. Жаль только в этом мире нельзя применять такие заклинания в не защищённых помещениях. Контролировать построения можно только магическим взглядом, а как раз смотреть в источнике невозможно.
  Третий вид, это собственные записи и комментарии, пишутся внутренним щупом диагноста, как на листе бумаги. Когда маг артефактор занимается со своим дневником у него просто задумчивый вид, поэтому они никогда не пользуются бумагой для хранения заклинаний. Можно понять бешенство других магов, когда уничтожив мага артефактора, они не находят его секретов и соответственно не могут делать такие вещи, как делал он.
  Кроме того дневник позволяет делиться частью или всеми сведениями с таким же дневником ученика, ведь ученик и учитель навечно связаны каналом мыслеречи с помощью печати диагноста. Жаль только канал этот при передаче жрёт уйму магической энергии и пользоваться им часто в том мире, где нет под рукой постоянного магического источника, невозможно. При смерти мага артефактора вся накопленная магическая энергия не пропадает, а используется диагностом для передачи по мыслесвязи информации дневника ближайшему подходящему по параметрам диагносту, а ближайшими как раз и являются либо ученики, либо учитель или магистр, который и являлся учителем учителя.
  В середине дня, Лекса вызвал Гранин и попросил прийти к ним в тренировочную пещеру и начать наконец учить их стрелять из лука. Пришлось ему доставать из теневой сумки несколько простых луков и стрелы и идти учить гвардейцев. Очень ответственно ребята относятся к тренировкам. Уровень подготовки они подняли значительно. Наверное скоро придётся подключать их к обучению рукопашному бою вместе Леной — подумал Лекс. Часа через два он потребовался Васильеву. Встретившись с Лексом, тот немного помявшись, попросил дать ему для разведчиков дрессированного ворона, очень уж ему результаты разведки понравились.
  — Нет, ворона не могу, — ответил на его вопрос Лекс и видя его обиженную физиономию, усмехнувшись, пояснил. — Вороны живут на одном месте и не любят менять территорию, поэтому вам не подойдут. Вам подойдёт вороньё, хоть они и поменьше, но возможности у них для разведки те же, видят прекрасно, слух отличный, да ещё и разговаривать могут если подучить. Вот только волки вам тоже понадобятся, они в основном ночные хищники, а вороны ночью все таки плохо видят и поспать любят.
  — А что и их можно? — с надеждой спросил Лейтенант.
  — Можно, можно, — кивнул Лекс, — но только есть несколько особенностей. Выбери ещё трех человек и через часик вызывай меня.
  Обрадованный Васильев унесся к бойцам, а ему пришлось выйти из базы в лес и опять использовать призыв. Выбрав из животных пару подходящих ворон и волка с волчицей, Лекс привязал их к кольцам подчинения и привёл в лабораторию. Когда Васильев связался с ним, Лекс провёл его с подчинёнными туда же. Усадил их перед животными и птицами. Людям покрупнее, лейтенанту и его пулемётчику сержанту Никифорову, достались волки, остальным вороны. Лекс коротко пояснил особенности работы с животными через кольца.
  Когда до народа дошло, что это не совсем дрессировка, а точнее, совсем не дрессировка, а какой–то симбиоз с животными, то потрясение основ понимания жизни было большими буквами написано на их лицах. После инициации артефактов и небольшого по времени привыкания, у всех возникло очень много вопросов: как, почему, откуда и так далее. На что Лекс только коротко ответил:
  — Все что можно, я вам рассказал, остальное будем считать секретом, да и не нужно оно вам. Меньше знаешь лучше спишь. Только обращаю внимание ещё раз, вы с животными теперь стая. Они не стали дрессированными или домашними. Никому чужому они подчинятся не будут, вы теперь их вожаки. Они позволяют вам видеть их глазами, слушать их ушами и пользоваться их лапами и чувствовать то, что они чувствуют. Но не забывайте, что и они частично воспринимают ваши чувства, те что могут понять. Если на вас кто–то нападёт, они без раздумий бросятся на защиту, поэтому необходимо сразу для них помечать людей дружественными эмоциями. Особенно внимательно относитесь к волкам, это хищный зверь и если ему что–то не понравится, а вы его не остановите, он нападёт мгновенно.
  Учитывая, что со временем они обучаются и многие действия станут делать самостоятельно, в ваших руках страшное оружие, которое ни на минуту нельзя оставлять без контроля. Если вам в данный момент времени они не нужны, прячьте их, пока не обучите поведению среди людей или просто отпускайте в лес. По призыву они все равно придут быстро. Не забывайте их подкармливать и прислушиваться к их чувствам и желаниям, ведь теперь вы вожаки стаи, чем больше вы с ними находитесь в контакте, тем лучше они будут себя чувствовать среди людей.
  Ваше отношение друг к другу, через установленную связь передаётся и вашим животным, на самом деле вы теперь одна стая. Вот почему я стараюсь вывести таких как вы из подчинения других начальников. Те не понимают особенностей отношений между вами и животными. Если начальник начнёт на вас орать, волк просто бросится на него и остановить его будет трудно. Другие члены стаи смотреть на это тоже не будут, своих они защищают до конца.
  Про кольца советую не рассказывать никому. Это иногда бывает единственный шанс выжить если попадёте в плен. Никто не обратит внимание на затёртую полоску кожи на пальце, а животное придёт на помощь в нужный момент или вы сможете сообщить о своем положении товарищам. Звери говорить не умеют, но вот написать пару закорючек на земле вполне смогут, с вашим управлением.
  — Если бы не почувствовал сам, не поверил бы никогда, — выразил одну общую мысль сержант Никифоров.
  — Что же теперь нам с начальством делать, ведь трудно будет что–то объяснить? — задумчиво пробормотал Васильев.
  — С начальством придерживайтесь предыдущей своей версии, по поводу дрессировки, а те кто будет посвящены в ваши возможности, пусть ответственность берут на себя и управляют вами с умом, — посоветовал Лекс и дальше распорядился. — Для проверки и тренировки вам сегодня надо сходить на место встречи с окруженцами у болота и осмотреться кругом. Если все спокойно, то вызовете нашу автомашину и загрузите в неё трофеи, которые Гранин попрятал в овраге, после ухода немцев. Он вам место покажет на карте. Заодно свяжитесь по рации с командованием и сообщите о результатах работы по складам. Если им хватит для посадки самолета триста метров, то пусть присылают самолет со своим человеком. Мы примем их прямо на острове, посредине болота, там есть ровная площадка.
  Согласившись с его предложением, Васильев увел людей и животных из лаборатории, для продолжения знакомства, а Лекс вызвал Лену из тренировочного зала и они занялись магической учебой.
  
  Сообщение Васильева в центр.
  Состав персонала базы увеличился. Выведено из окружения и включено в состав базы 234 человека под руководством батальонного комиссара Семенова Петра Ивановича и лейтенанта Волкова Сергея Викторовича из 91 погранотряда. Они и возглавили военное руководство открытой части базы.
  Склады у села …. уничтожены. Захвачено большое количество советской техники и вооружений. 38 машин, 4 танка и до 60 тонн боеприпасов, продовольствия и другого обеспечения. Уничтожено 42 солдата противника. 22 взято в плен. Потерь нет. Все укрыто на базе. К приёму самолета готовы. Полоса 300 метров с координатами ….. Указатели обеспечим. О дате и времени прилёта просим сообщить. Готовим вторую операцию.
  Вася.
  
  Через некоторое время где–то далеко в тылу.
  Начальник штаба дивизии полковник Владимир Иванович Камов вместе с начальника контрразведки обсуждали полученные из радиоцентра сведения.
  — Ну и что ты теперь на это скажешь, Константин Михайлович? — спросил своего подчинённого полковник, кивнув на лежащую на столе радиограмму разведчиков.
  — Данные авиаразведки и агентурные данные подтверждают уничтожение складов. Целый день было видно зарево в том направлении и слышались сильные взрывы. Такая дезинформация может слишком дорого обходиться противнику, никто на это не пойдёт, — подробно отчитался контрразведчик.
  — Ты хочешь сказать, что где–то у нас в тылу, а теперь в тылу у немцев, находилась наверняка подземная база, в которой может без проблем находиться полторы сотни машин и до тысячи народа и мы об этом не знали? — хмуро спросил тот, нервно барабаня пальцами по столу.
  — Выходит так. НКВД нам не отчитывалось, что и где оно строило. Надо посылать наблюдателя и получить более полные сведения. Другого пути нет. Да и на верх, пока не разберёмся, самим выходить не стоит, — предложил контрразведчик.
  — Запроси все данные о названных в радиограмме людях и надо посылать самолет. Грех упускать такие возможности, если это все правда, — немного подумав и оценив предложение, распорядился Камов.
  
  На следующий день Лекса выловил старшина Петров и ультимативно потребовал его бойцам тоже предоставить дрессированных животных для охраны базы. С внутренним удовлетворением, поскольку события развивались по задуманному сценарию, Лекс эту просьбу выполнил. Теперь в охране базы появилось ещё 16 ворон и четыре волка. Но просто так, Лекс от народа, который потихоньку привязывал к себе, отставать не стал. Наконец–то на тренировке он свел вместе всех, более менее посвящённых в тайны базы, это Митрич с Леной, Гранин с гвардейцами, лейтенант Васильев с разведчиками, включая радистку и подрывников, и старшина Петров со своими бойцами.
  Для начала Лекс для всех прочитал небольшую лекцию о воинском искусстве. Существует в его мире очень совершенная школа воинских искусств, школа теней, позволяющая противостоять сильным противникам. В свое время, один из адептов этой школы стал магом артефактором и соответственно записал все о ней в дневник. Нарушить клятву о нераспространении знаний он не мог, поэтому никого не обучал. После его смерти, через некоторое время его дневник попал к учителю, а он такой клятвы естественно не давал, и поэтому маг мог учиться сам и учить учеников. Вот так Лекс и стал мастером этой школы.
  Приемы школы настроены на бой с очень сильным противником, который и быстрее вас и сильнее физически в несколько раз. Если говорить точнее, то для боя с вампирами. Как говорил учитель, если вампир добрался до вас, и вы обычный человек, то вы труп. Поэтому школа имеет три группы приёмов боя на разных расстояниях. Вампиру все таки для удара необходимо подойти, это раз. Во вторых, надо ещё ударить и в третьих, надо правильно попасть. Вот на это и настроены все приёмы школы.
  Вампир быстрее человека в несколько раз, но и для того, чтобы добраться до вашей тушки ему нужно некоторое время, а вот тут и кроется ваш выигрыш. Вам действовать ближе, значит в результате по скорости вы равны вампиру. То же самое с силой, если вампир вас схватил, то вы труп. А вот если вы всегда оказываетесь в неудобном положении для атаки противником, то преимущество уже у вас. И так по всем принципам школы. Всегда где–то можно откопать и использовать преимущества ситуации.
  Конечно про вампиров Лекс народу ничего такого не говорил, заменив их просто сильными бойцами. Когда он вышел перед ними в полной наряде бойца школы, раздались смешки. А как бы вы восприняли человека, с тремя мечами из которых два коротких по бокам и один средней длины за спиной. На груди, на вертикальной сбруе, крепились два ряда коротких метательных ножей. На мягких сапогах по бокам в специальных ножнах по два обычных ножа. На бёдрах, опять же зафиксированы в ножнах, два ножа покрупнее. На руках в специальных наручных ножнах, десять острых метательных штырей. Поверх плеч тоже в ножнах два метательных ножа. На ладонях специальные перчатки с прорезями для пальцев и с шипами на тыльной стороне ладони.
  Выглядел Лекс конечно смешно, для тех кто не сталкивался с вампирами. Но смешно Лекс выглядел только до тех пор, пока не приказал всем нападать на него. А вот когда они через несколько секунд все разлеглись на полу в различных позах, это произвело впечатление. Учитывая что Лекс кидал все метательные инструменты тупыми концами, большая часть народа обзавелась приличными шишками на лбу. Лене Лекс специально хорошо поддал ручкой по одному очень мягкому месту, чтобы не лентяйничала, поскольку хотя он ей уже много показал, да и дневник она читала, но знать это одно, а уметь это совсем другое.
  - И что это было? — риторически пробормотал Никифоров, ощупывая большую шишку на лбу.
  - Ваша смерть в бою, — спокойно сложив руки на груди, информировал его Лекс.
  - А если бы острым концом, — недовольно пробормотал лейтенант Васильев, подбирая около себя острый метательный штырь и с опаской трогая его наконечник пальцем.
  - И заметьте, это я ещё не применял ножики и режики, — усмехнулся Лекс, с явным удовольствием обозревая живописное поле побоища.
  - Это что, вы один всех нас на базе можете положить, а мы и не заметим? — с опаской косясь на него спросил, поднимаясь и пошатываясь Васильев, а потом сам себе и ответил, — точно положите.
  Гвардейцы Лекса поднимались молча, один раз они видели их тренировку с Леной.
  - Итак, я вам показал только маленький краешек искусства боя и это не предел, я все таки довольно посредственный боец, — подвёл итог Лекс, когда все пришли в себя и поднялись. Теперь отношение к его словам было очень серьезным. Личные шишки очень доступно объясняют некоторым всю глубину их заблуждений.
  - Теперь прошу всем нападать на мою прекрасную половину, — указал Лекс остальным на Лену, а ей по мыслеречи приказал не калечить личный состав. Все таки если задействовать печати силы и скорости, даже без приёмов они с Леной и Митричем равны вампирам.
  Потом началась свалка. Сначала бойцы очень осторожно пытались обращаться с Леной, но после второго вылета из кучи, осторожность была забыта и за неё взялись всерьёз, но это ни к чему не привело. Один за одним они разлетались от неё как воздушные шарики. Даже гвардейцы со своей интуицией ничего не могли ей сделать. Да они хватали её пытались бросить, но вот сил не хватало. Используя собственные возможности она просто запускала их в полет. Митричу же не хватало приёмов, которые уже изучила Лена. О других вообще говорить нечего. Через некоторое время видя бессмысленность нападения все остановились.
  - И что это было? — повторил ранее возникший вопрос и устало вытирая пот со лба Васильев.
  - Это наглядная демонстрация уровня новичка такой школы боя, — пояснил для всех Лекс, ухмыляясь.
  - Говорила мне мама, в сказках все правда, — пробормотал почти про себя Никифоров.
  - Это вы о чем? — спросил его Лекс.
  - Да есть у нас такие сказки про богатырей, типа Илья Муромец, которые в одиночку выходили против войска и побеждали. Боялись их враги, очень, — задумчиво ответил тот.
  Лена по мыслеречи подтвердила, что такие сказки есть и богатыри былинные там описаны и подвиги их тоже описаны. Попросив её быстро передать ему известную информацию и получив её, Лекс удивился: — А маги то здесь были и это были маги его мира. Большинство описанных в сказках предметов существует в том мире. Например скатерть самобранка — это теневая сумка, ковёр самолет — подъёмник в замке, сапоги скороходы — амулет ускорения и другие аналогичные вещи.
  Тысячи лет назад, ещё во время третьих магических войн, жил у них великий архимаг Волх. Во время войны он откуда–то привёл сильную армию и раскатал противников, как лепёшки по столу. Правда остальным его союзникам его возвышение сильно не понравилось и с помощью интриг и предательства они его пристукнули, а потом и сами между собой передрались, что–то не поделив. Теперь, кажется, Лекс начинал понимать, что они не поделили. Обмен по мыслеречи происходит быстро, поэтому всем показалось что Лекс просто задумался, а потом ответил:
  — Скорее всего это именно школа боя ваших богатырей.
  - А откуда вы её знаете? — сразу поинтересовался Васильев, который обратил внимание на слово ваших.
  - Да нашёл книгу в одном из польских монастырей, было время позаниматься этой техникой боя, — выкрутился Лекс, недовольно посмотрев на Васильева.
  - Может быть, может быть, — не очень–то и поверил лейтенант.
  После показа они начали занятия. Лекс с помощью заклинания, благо что глубина расположения зала позволяла экранироваться от источника, загнал всех в транс и в замедленном темпе показал три первых комплекса приёмов ученика школы теней, а потом они вместе в ещё более замедленном темпе выполнили совместно несколько раз эти комплексы, очень похожие на медленный танец. Выведя народ из транса, Лекс приказал повторять комплексы до полной потери сил. Пока ещё действуют установки транса, все будет запоминаться очень хорошо. Теперь народу достаточно заданий для освоения, как минимум на неделю, а вот шлифовать технику выполнения можно и нужно гораздо больше времени.
  Отправив Лену в лабораторию учиться магии, Лекс оставил Митрича наблюдать за процессом и учиться самому. Тому было легче, Лекс по мыслеречи всегда мог наблюдать за ним и сразу корректировать его ошибки. Хотя и сами комплексы сформированы так, чтобы обучающийся не мог совершать ошибок. По другому все эти связки выполнить очень трудно и болезненно для ученика.
  Еще Лекс притащил и выдал для тренировки двадцать комплектов сбруи с полным вооружением, которые были у него в теневой сумке. Больше просто не было, но в дальнейшем он планировал обеспечить и остальных. Тренироваться лучше сразу в сбруе, тогда руки надёжно запоминают позиции на теле где хранится какое оружие и комплекс приёмов становится понятнее. Для тренировки желательно вообще ходить в такой сбруе как можно дольше, чтобы начать чувствовать её как вторую кожу, ведь в бою ценно каждое отыгранное мгновение. Мечи Лекс не выдавал. Обучение приёмов боя на мечах в основном проводилось в последующих комплексах, да и не нужно это на Земле.
  Обеспечив всех заданиями, Лекс наконец решил заняться пленными. По его приказанию Гельмут, разнося еду, постоянно запугивал бывших сослуживцев, рассказывая небылицы о своем злом рабовладельце. Когда Лекс появился перед ними, они в принципе уже готовы были поверить во что угодно, а уж когда тот с помощью печати морока превратился в злобную тварь, приличного размера и с очень с большими зубами, этакий бычок на кошачьих лапах и с головой от крокодила, они были готовы на все. Такая тварь реально живёт в северных лесах его мира.
  На пленных у него недавно появились грандиозные планы. В куче незадействованных тоннелей Лекс планировал создать гномьи оранжереи, в которых гномы в таких же пещерах, выращивали съедобные грибы. Некоторые тоннели для других целей задействовать нельзя, слишком они влажные, а вот для оранжерей самое то. Когда–то давно, в ряды артефакторов затесался гном, по каким–то причинам изгнанный из рода и естественно большая часть технологий гномов стала доступна артефакторам. Они с учителем, пожив некоторое время у гномов, прикупили у тех необходимые саженцы, хотя те и посмеивались про себя, потому что не зная особенностей, нельзя получить результат. Вот и пришло время использовать эти технологии.
  На самом деле грибы в скальных пещерах сами по себе не растут. Сначала надо подготовить плодородную основу, на базе перегнившей древесины. В здешнем случае это будет торф, который содержит все подходящие вещества. Следующим шагом, высаживается специальное растение, похожее на лиану с белыми листьями. Оно имеет огромную скорость роста, лишь бы была вода, почва и темнота, поскольку солнца эта лиана не любит. Вот лиана и будет питательной средой для грибов, которые тоже растут с огромной скоростью. Пара тоннелей длиной в сто метров обеспечивает едой поселение до 10 тысяч гномов. Из грибов можно делать муку и печь очень питательный хлеб, а можно употреблять и напрямую в сушеном, жареном и варёном виде, или солить в бочонках для хранения.
  Сами лианы после сушки и обработки дают отличную основу для нитей. Материал из них получается прекрасный, мягкий, лёгкий и прочный, Хорошо пропускает воздух, и в тоже время не пропускает воду. Гномы делают из материала отличную рабочую одежду, а если его ещё и магически обработать, то канаты из этого материала не уступают по прочности металлу, чем и пользуются гномы, поскольку ковать металлические канаты очень трудно, а штольни у гномов достаточно глубокие. Немцы под руководством Гельмута и будут заниматься разведением таких лиан и грибов. Передав Гельмуту по мыслеречи, через ошейник раба, все сведения по выращиванию грибов и выдав ему из теневой сумки саженцы, Лекс, настроив порталы из тюрьмы в нужные галереи, отправил новых земледельцев заниматься трудом на благо базы.
  Пока Лекс разбирался со своими делами. База опять обустраивалась. Дооборудовались помещения для проживания персонала. Трофеи разбирались по соответствующим складам и все переписывалось. Прохор окончательно заделался снабженцем и завскладом, для чего завёл себе толстую амбарную книгу, в которую и записывал весь учет. Солдаты получили новую форму взамен старой, истрепавшейся от лесных переходов. Также они получили новое вооружение. Теперь у них достаточно автоматического оружия и им пришлось проходить курс обучения по его использованию. Те солдаты, кто знал что–нибудь из вооружения учил этому других. Нашлись у них и артиллеристы, и зенитчики. Подрывники Васильева набрали себе группу солдат для обучения по их профилю.
  Все вооружение в ход конечно пустить не удалось, народу не хватало, даже с учетом того, что некоторые места, в частности зенитчиков, заняло мирное население, в том числе и женское. Пришлось комиссару увеличивать количество бойцов своего отряда за счет добровольцев. Вообще Семенов был очень доволен. Боеспособность отряда значительно выросла. Имея за спиной такой арсенал и такую базу, можно подумать о дальнейшем усилении своей деятельности. Доходившие до него слухи о привлечении к борьбе с фашистами дрессированных животных его только радовали, учитывая предыдущую операцию проведённую без потерь.
  Через три дня пришло по рации сообщение о прилёте самолета. Ночью, охрана базы, кострами указала на острове полосу приземления для самолета. Прилетел маленький, двухместный самолетик. Вместе с лётчиком прибыл лейтенант НКВД для инспекции и принятия дальнейших решений по использованию базы. Он привёз много газет и был быстро передан в руки батальонного комиссара, с которым Лекс заранее оговорил круг информации, которую тот мог открыто передавать прилетевшему.
  Первое время Лекс решил игнорировать инспектора, пусть походит по базе, поспрашивает людей, поговорит с ними, накопит побольше вопросов. Да и стоило посмотреть на его поведение. Вот только после этого он с ним встретится и либо расскажет больше, либо отправит его отсюда подальше, посмотрев на его отношение к людям и на его действия.
  Летчик сразу хотел отправиться назад, но его сначала накормили и врач дал ему глоток живой воды для восстановления сил. Потом Лекс сам вручил ему амулет очки и рассказал как ими пользоваться. Конечно сначала тот отнёсся к амулету с недоверием, но когда лейтенант Васильев кое–что рассказал из своего опыта, да и он сам попробовал им пользоваться, то его восторг был непередаваем. Еще бы, ползти ночью без ориентиров на партизанский аэродром очень трудно, а теперь можно летать как днём.
  Перед отлётом он ещё раз сам подошёл к Лексу и попросил: — Не найдутся ли у них ещё такие очки для его сослуживцев. У Лекса, конечно же нашлись ещё штук тридцать, да ещё и с зарядным артефактом, который он настроил на пилота и показал как им пользоваться. В отдельной коробке Лекс выдал ему 100 штук обычных солнцезащитных очков, полностью похожих на амулет кошачьего взгляда, но им не являющихся и пояснил, что их необходимо раздать знакомым, для прикрытия и маскировки настоящих устройств от разведки врага. По совету Васильева, Лекс взял с него подписку о не разглашении сведений об устройстве и месте его получения. Врач базы нагрузил лётчика двумя десяти литровыми фляжками с живой и мёртвой водой и инструкцией по их использованию, для врачей их полкового лазарета. Выполнив коварный план по распространению неизвестных технологий в этом мире, Лекс со спокойной совестью отправился к себе, где и был отловлен своей ученицей с целью получения нужных знаний и не только.
  Лейтенант НКВД Сизов, получив задание, был удивлен. Ему приказали не вмешиваться в деятельность партизанского отряда, а просто узнать о нем все что возможно. Получил он при этом только данные на нескольких человек из его военного руководства. Причем начальство вскользь предупредило, что военное руководство играет отнюдь, не ключевую роль и возможна встреча, с людьми из его ведомства, но там не так все прозрачно, как хотелось бы начальству. Все интересное началось сразу после его прилёта. Еще когда они с лётчиком вылазили из самолета, он услышал слова лётчика: — Если у партизан такие посадочные полосы, то чем же занимается наш БАО.
  - А в чем проблема? —сразу поинтересовался он у лётчика.
  - Да в том, что у них тут бетонка лучше, чем на учебном аэродроме в Подмосковье, — пояснил свои слова тот.
  Сизов сразу поставил второй вопросик в список особенностей отряда, это к тому, что у отряда вообще есть собственный аэродром. Дальше вопросики посыпались как из рога изобилия. Подбежавшие к самолету бойцы были все с автоматическим оружием и в новенькой военной форме. На партизан они совсем не похожи. Изнуренными и голодными они тоже не выглядели. Под руководством лётчика, они мгновенно развернули самолет на полосе. К Сизову подошёл командир отряда разведчиков Васильев и представился, хотя Сизов и так узнал его по карточке в личном деле. Сизов тоже ему представился и показал документы, которые тот проверил со всей тщательностью. Внешний вид разведчика резко отличался от вида обычного бойца разведроты. Даже сказать что он увешан оружием было нельзя, он был им покрыт. На удивленный взгляд Сизова, он просто пояснил: — Не обращайте внимание, просто для тренировки таскаю.
  Не успев задать вопрос по поводу тренировки, Сизов ещё больше удивился. К Васильеву подбежал боец, опознанный Сизовым как сержант Никифоров, также увешанный оружием, только рядом с ним трусил настоящий матёрый волк. Мельком взглянув на Сизова и при этом полностью проигнорировав его, он доложил Васильеву: — Самолет готов к взлёту. В округе все тихо. Факелы зажигать?
  - Какие факелы, а вы лётчика накормили? Немедленно накормить, успеет ещё налетаться, — распорядился Васильев.
  - Есть накормить, — отрапортовал боец и умелся вместе с волком к самолету.
  - А что это, за собачка рядом с сержантом? — поинтересовался Сизов у лейтенанта.
  - Эта собачка называется Волк дрессированный. Приобрели по случаю в местном цирке, — только усмехнулся Васильев в ответ.
  По тому как лейтенант произнёс слово волк, Сизов понял, что не все так просто в ответе, и в ответе присутствует скрытый слой, который он пока не понимает. Невдалеке послышался треск мотоцикла и Васильев, увидев вопросительный взгляд Сизова, пояснил: — Сейчас немецкая телега подъедет, а то топать двести метров лень.
  Через некоторое время подкатил немецкий мотоцикл с пулемётом в коляске. Водитель был в темных очках. Какого хрена он очки нацепил, ночью и так ничего не видно — подумал Сизов. Васильев усадил Сизова с грузом в коляску, сам сел на заднее сиденье, тоже достал из кармана очки и нацепив их, приказал водителю: — Двигай вперёд, на базу.
  Мотоцикл развернулся и взревев, рванул в темноту. Сизов не успел даже испугаться, только мелькнула мысль: — Идиоты. Ночью на такой скорости, они что смертники. Я не хочу.
  Через несколько мгновений темнота сначала сменилась освещённым тоннелем, а затем и огромным освещённым подземным ангаром, заставленным различной техникой. Свет ламп установленных на растяжках по всему ангару, освещал только пол. Потолок ангара терялся в темноте. Чего тут только не было. Танки, грузовики разных видов, несколько мотоциклов, трактора. Зал размером с футбольное поле в несколько рядов заставлен техникой. Откуда столько? — ошарашенно спросил Сизов Васильева, после остановки мотоцикла.
  - Трофеи, — махнул рукой тот. — Недавно склады взорвали, а перед этим немного прибарахлились.
  - Не хило вы прибарахлились, — удивленно покачал головой Сизов, обозревая эту выставку техники.
  - Это только часть, у нас ещё несколько пещер забито, — похвастался водитель.
  Ну ни хрена себе, партизаны — подумал Сизов, потихоньку переваривая информацию, идя вслед за Васильевым.
  Через некоторое время его привели в небольшую пещеру и познакомили с руководством партизанского отряда. Батальонный комиссар произвёл на него приятное впечатление. Повидавший многое, тертый калач, за которым охотно идут люди. Начальник местного штаба лейтенант Волков, хоть и выглядел молодо, но взгляд был серьезным. Третьим присутствовал пожилой коренастый мужчина, в простой гражданской одежде, но чувствовалась в нем военная косточка, которую не могла исправить даже длительная гражданская жизнь. Точно, или отставной военный или вообще военспец из бывших белых, по возрасту подходит, — подумал Сизов. Его представили Митричем, начальником гражданской части.
  На вопрос Сизова о фамилии, тот в упор взглянув на него, ответил: — Просто Митрич.
  Точно бывший беляк — утвердил свое мнение Сизов, но больше вопросов на эту тему пока не задал. Еще присутствовало два человека в абсолютно такой же экипировке как и Васильев. Это оказались местные начальник разведки Гранин и начальник охраны базы старшина Петров. Одинаковая экипировка бойцов уже наводила на мысль о отработанной системе и хотя форма одежды бойца Красной армии была нарушена, но в условиях партизанского отряда это не выглядело вызывающе. Сизова предупредили, что отсутствует их врач и начальник секретной части, которые сейчас заняты с лётчиком. Сизов пояснил присутствующим свою задачу, — Выяснить для руководства возможности отряда и базы для дальнейшего использования.
  По лицам присутствующих он почувствовал некоторое облегчение и атмосфера разговора немного подогрелась, хотя насторожённость сохранилась. Военные, только после повторной проверки его документов, начали рассказывать Сизову историю их появления на базе. Рассказы о их приключениях, поразили Сизова. Придумать специально такое невозможно. Хотя он и чувствовал, что что–то ему не договаривают, но истории в целом наверняка соответствуют истине. Результаты их действий были на лицо, но вот как они этого добились не совсем понятно. Пришли и взорвали, пошли и спасли, пришли и побили, но как и почему без потерь, он не понял.
  Ему свободно обо всем рассказывали, но когда дело доходило до базы, все начинали переглядываться и замолкать или переводить разговор на другое. Так же необычно было то, что Митрич, совсем без боязни, рассказал ему о себе и своей семье, при этом абсолютно не боялся ни Сизова, ни его принадлежность НКВД. Все присутствующие наверняка знали его историю, поэтому никакого удивления не испытывали. Ответы на вопросы Сизова Митрич строил таким образом, чтобы не задевать интересы партии и правительства, хотя было видно, что многое он не одобряет. Он не оценивал их действия и не делал выводов, а просто приводил факты своей биографии и также было видно, что сейчас ему глубоко безразлично, как поймёт его какой–то лейтенант Сизов из НКВД и какие выводы сделает, и что сообщит начальству о старом, бывшем белогвардейце. Такое его отношение удивляло и озадачивало Сизова, а все непонятное могло привести к неправильным решениям.
  Было ещё в ответах присутствующих темное место — это отсутствующий руководитель секретной части базы. Все вопросы о нем натыкались на стену единственного ответа — спросите его сами, когда он освободится. Два дня Сизов ходил по базе, встречался и разговаривал с людьми, слушал их рассказы, смотрел как они живут. У него все больше появлялось вопросов на которые он не находил ответов. Большинство из них упиралось в руководителя секретной части. Причем все военные и даже гражданские люди отказывались отвечать на вопросы об этом человеке, а многое, если не все в конце концов сводилось к нему.
  Даже когда в паре случаев он попытался надавить на человека, за счет своей принадлежности к НКВД, его откровенно послали, сообщив что если у него есть полномочия, то он напрямую может обратиться к известному человеку и на этом разговор закончился. По косвенной информации Сизов понял, что об этом человеке вообще людям на базе известно очень мало, даже называют его по разному, а о том, что он делает и где живёт вообще не известно, но вот авторитет у него, как бы его не называли, непререкаемый. Еще одно Сизов понял точно, все люди пойдут за этим человеком, чем–то он привязал их к себе. Когда дальнейший сбор информации стал приводить к одним и тем же вопросам, Сизов пришёл к Семенову и потребовал обеспечить ему встречу с неуловимым человеком.
  Тот хитро прищурившись спросил:
  - А вы накопили достаточно вопросов?
  - Дальше некуда, — раздражённо ответил Сизов.
  - Так вот, что я вам скажу, — посерьёзнел комиссар и после небольшой паузы, глядя в глаза Сизову, продолжил, — все это время за вами постоянно следили. После ваших встреч с людьми, все шли ко мне и рассказывали как и о чем вы с ними говорили, где ходили, что смотрели и если бы я посчитал вас недостаточно подходящим человеком, то вы бы вообще не выбрались из базы.
  - Это настолько серьезно? — удивился Сизов.
  - Вы ещё не представляете и даже вообразить не можете насколько серьезно. Присаживайтесь поближе, — кивнул головой на стул комиссар и пояснил. — Ваше спокойствие и внимательное отношение к людям, поражает. Некоторые командиры НКВД считают себя выше других и на вашем месте брызгая слюной и с пеной у рта уже грозили бы мне всеми карами и мне пришлось бы пристрелить такого, как не оправдавшего доверие.
  - Даже так, — поражённо уставился на него Сизов. Такое сообщение от командиров Красной армии по поводу сотрудника НКВД, высказанное ему в лицо, не часто можно услышать.
  - Поскольку проверку вы прошли в основном удачно, я вам открою тот уровень секретности, к которому имею доступ, — не обращая внимание на его высказывание продолжил комиссар.
  - А остальное, как я понимаю, мне расскажет неуловимый начальник секретной части — улыбнулся Сизов.
  - Честно говоря я сомневаюсь, что он вам много расскажет, у него секрет сидит на секрете. Вы думаете я много о нем знаю, так вот вы ошибаетесь. Я не знаю о нем почти ничего, но если это почти ничего попадёт не в те руки, то нам будет не просто трудно, а будет очень трудно, — задумчиво сказал Семенов и качая головой продолжил, — конечно он сам принимает очень серьезные меры по исключению утечки секретов, но это возможно у нас на базе, а что будет за её пределами прогнозировать достаточно трудно.
  - Может тогда просто забыть про эти секреты? — предложил возможный вариант решения Сизов.
  - Думал я об этом, но слишком велик выигрыш в человеческих жизнях, — опять покачал головой комиссар и достав из кармана очки протянул их Сизову. — Что вы думаете об этом?
  - Да обычные очки, у вас на базе у каждого бойца есть такие. Я для интереса пробовал брать и смотреть. Обычные солнечные очки, немного другого типа встречаются в иногда Москве. Когда–то закупались партиями у буржуев, — сращу ответил Сизов.
  - Вы не удивились такому большому их количеству у нас на базе?
  - Удивился конечно, но тут же Польша близко и что было на складах тоже не известно. Вы же могли их и там взять.
  - А вы не обратили внимание на то, как вам боец давал очки? — довольно ухмыльнулся комиссар.
  - Не обратил. Вроде он улыбался, — задумался Сизов, только сейчас он вспомнил такую особенность, а ведь он брал очки у двоих бойцов и оба посмеивались.
  - Так вот, могу пояснить вам кое–что. Это на самом деле не совсем очки, точнее совсем не очки, хотя на них и похожи и сделаны они здесь на базе. На самом деле это прибор ночного видения, называется кошачий глаз. Кроме того, это сорокакратный бинокль и работает он только в руках хозяина, а для других это просто очки. Вот вам небольшая инструкция. Почитайте, — Семенов передал один листок с текстом, недоверчиво смотрящему на него Сизову.
  - Если это все правда и я не сплю, то это поясняет ваши предыдущие слова и действия, — произнёс Сизов, признавая правоту комиссара по обеспечению секретности информации, после того как несколько раз внимательно прочитал инструкцию, которая сама по себе представляла некоторые вопросы.
  - Ага, тоже обратили внимание, — увидев пристальное разглядывание листочка, уточнил Семенов и подал Сизову ещё один листок.
  Тот присмотревшись ко второму листку, взял первый, потом опять второй и ошарашенно уставился на комиссара.
  - У меня ещё пол сотни таких и я не знаю как это сделано, а он нам не говорит, — отрицательно покачал головой комиссар.
  На двух тетрадных листках, почти чертежным почерком, от руки написан текст инструкции, но вот тексты совпадали полностью до каждой завитушки, как будто писались под копирку, вот только цвет текста одинаково черный.
  - Не смываются, затереть невозможно, такое впечатление, что текст выжжен на поверхности бумаги. Проверяли. Кстати, в инструкции не написано, но эта штука как сорокакратный микроскоп тоже работает, наплевав на всю нашу физику с фокусными расстояниями и кривизной увеличительных стекол, — дополнительно сообщил Семенов.
  - Так вот почему вы немцев как слепых котят бьёте, — догадался Сизов, сопоставив полученную ранее информацию и описание прибора.
  - Если бы это было все, — опять вздохнул Семенов, протягивая новый листок.
  - Это–то о чем здесь написано? — указал Сизов на диск, болтающийся на шнурке на шее у комиссара, прочитав новую инструкцию.
  - Да, — коротко ответил тот.
  - И эта штука на самом деле является радиостанцией? — мозг Сизова пытался анализировать полученные сведения, но это было почти невозможно. Весь предыдущий опыт, все его накопленные знания вопили, что это просто нереально, но и не верить комиссару он не мог и тот ответил на невысказанный вопрос.
  - Нет, это не радиостанция, это нечто другое, нам непонятное. Этой штуке все равно где она находится, похоже она работает не на радиоволнах, и в воде, и под землёй, и от расстояния сигнал тоже не зависит. Наверно и между континентами можно переговариваться. В инструкции написано, что расстояние не ограничено, ограничено только количество абонентов. Вот так–то, и это ещё не все. Есть ещё дрессированные животные. Есть ещё методики подготовки солдат. Видели бы вы как стреляют бойцы Гранина, это в принципе невозможно, но они это делают. Вы знаете как местные называют нашего настоящего командира, товарищ леший. И это название наверное наиболее полно передаёт его сущность.
  Я не знаю, кто он и откуда. То, что он не местный, да и вообще не советский, это видно когда с ним часто общаешься. Иногда он не знает элементарных вещей. А мышление у него это вообще, что–то с чем то, непонятное нам. Вот как бы вы поступили, увидев что мальчишки опасно прыгают по скользким камням на ручье. Наверняка либо запретили им это делать или прогнали, а он научил их сохранять равновесие и сказал, что если какой–нибудь баран по дурости сломает себе что–нибудь, то больше он учить его ничему не будет. Так что вы думаете, теперь никто в бараны записываться не хочет и прежде чем что–то делать или бегут спросить разрешение у взрослых, либо делают очень осторожно. Я бы не смог таким образом решить проблему с детьми, а он решил, да ещё с перспективой развития.
  А как он работает с местными, вы бы это видели. Вы думаете откуда у нас такое изобилие овощей и фруктов. Да просто местные колхозники каждые три дня выезжают на свои огороды. Но все это обставлено как военная операция. Сначала разведка проверяет весь периметр работ. Потом выдвигается охранение и только за ними идут колхозники и соответственно видя это, люди ценят такую заботу о их безопасности, передавая излишки провизии в общий котёл.
  Сам он похоже ничего не боится. Знаете, он реально представляет силу НКВД, милиции, правительства, страны наконец, но относится к этому просто как к фактору известной силы. Отношение этой силы к нему самому его практически не волнует. Мои попытки рассказать ему о преимуществах социалистического строя просто разбиваются о его аргументы. Причем он признает многие наши достижения и явно их одобряет, но ко всему относится критически. Если бы он жил у нас, то его уже давно загребли товарищи из вашей организации, точнее сказать попытались загрести, а вот в результате я сильно сомневаюсь.
  - Вы не верите в силу нашей организации? — саркастически усмехнулся Сизов.
  - Я то верю, а вот он нет и результат такого столкновения я предсказать не берусь, — посмотрев на Сизова очень серьезно ответил Семенов и пояснил. — Вы считаете наши бойцы тяжелую сбрую с холодным оружием зря все время на себе таскают? Так я вам скажу, совсем не зря. Лекс три десятка бойцов за несколько секунд с помощью такой сбруи уложил и заметьте боевым оружием, а нападающие только шишками отделались. Точнее описать что там произошло я не могу, не присутствовал, но по словам Васильева это о что–то из области фантастики и так сражались по его словам богатыри в далёком прошлом. И что вы можете возразить на то, что внучка Митрича, девушка двадцати лет и весом в 50 килограмм, потом аналогичным образом катала бойцов по площадке и те ничего не смогли ей сделать.
  Кстати, влиять на Лекса можно только через Митрича и его внучку. Похоже, только из за них он и вынырнул из неизвестности. Да и Митрич не так прост как кажется, хотя он и не очень любит наше государство, но он русский человек и предавать Россию, как он её воспринимает, не будет. Вот фактически я вам рассказал все что знаю, дальше что делать решать вам, хотя конфликтовать с Лексом я бы вам не советовал, пользы от нормального сотрудничества будет гораздо больше.
  Сизов ушел от комиссара сильно озадаченным. Необходимо было серьезно подготовиться к разговору с Лексом. Та информация, которую он получил уже не укладывалась в рамки поставленной ему задачи, она превышала уровень его полномочий и он сомневался даже в том, что достаточно полномочий окажется у его дивизионного начальства. Он представлял, чем может ему откликнуться его решение в будущем, но ничего не делать он, также как Семенов, уже не мог. Договорившись через комиссара о встрече он пошёл знакомиться с лешим.
  Знакомство оправдало все его самые пессимистические прогнозы, в первую очередь для него самого. Этот человек был проблемой и отнюдь не его уровня, и как–то обойти или спрятать эту проблему уже никаким образом невозможно. Только узнав о том, что этот гад, не посоветовавшись ни с кем, отправил с лётчиком устройства, на которые можно смело вешать бирку совершено секретно и после использования уничтожить, Сизов почти потерял дар речи и хорошо, что не высказал вслух все что думал. Аргументы, которые привёл дальше Лекс, все таки немного охладили его пыл и в общем были достаточно логичны и в принципе даже выгодны самому Сизову, в целях повышения его выживаемости.
  Так как по независящим от него обстоятельствам, новые технологии станут доступны для использования и не только он будет носителем секретов, что в условиях военного времени и значения этих устройств сильно повышает его шансы не исчезнуть в застенках его родного ведомства. Учитывая, что Лекс предусмотрел вариант с обманками и обеспечил очки легендой их попадания в отряд из захваченного имущества складов, операция внедрения устройств выглядела обоснованной, но главное снималась опасность уничтожения самого Сизова, при неблагоприятном развитии ситуации с начальством.
  Сизов оценил действия Лекса. Тому удалось построить ситуацию таким образом, чтобы наиболее безболезненно передать эти устройства в войска, минуя высшие инстанции, снизу, и одновременно привязать к себе Сизова, который теперь в любом случае вынужден будет представлять и продавливать решения выгодные Лексу, иначе ему будет плохо с обоих сторон. Зная специфику деятельности своей родной конторы, Сизов получив от Лекса более подробную, хотя и явно не полную, информацию по многим вопросам, засел за составление отчёта руководству, что учитывая уникальность случая составляло очень сложную задачу.
  Сведения, которые в конце концов Лекс представил прибывшему лейтенанту, конечно были ограниченными. В них входило подробное описание использования амулета кошачьего глаза, переговорника, зарядки и методик применения живой и мёртвой воды. Сведения по применению кольца подчинения Лекс припрятал, на будущее, да и изготавливать их гораздо сложнее, и Лекс пока пользовался готовыми, из запасов теневой сумки.
  Они с Леной и Митричем соорудили ещё одну установку производства амулетов, теперь переговорников. Изготавливать их стали из обычных медных гильз. Выглядел такой переговорник как небольшой, круглый медальон с отверстием у края для крепления на шнурке. С одной стороны выбивался номер группы и номер порядка в группе. С другой стороны немного выпуклое изображение головы совы. Заряда хватало тоже примерно на 300 часов непрерывного разговора. Доступ к амулету осуществлялся по слепку ауры и мог сбрасываться при очередной зарядке амулета.
  Основную работу они делали с Леной, а Митрич просто наблюдал и учился. Производительность установки была приличной, до 700 штук за сутки, примерно одну штуку за две минуты, то есть сто комплектов связи по 7 штук в комплекте. Цикл изготовления одного амулета занимал целый час, но ведь они делались параллельно. Такого не мог сделать в день даже весь клан артефакторов в период своего рассвета.
  Следующей на очереди была автоматизация производства зарядок, но эта штука гораздо сложнее и они решили отложить её на потом, тем более что большого количества пока не нужно, а две три в день Лекс и сам мог делать, да и Лену будет учить, это хорошая практика по магии крови.
  Гранин подготовил очередной набор сведений по второму заданию Васильева, немецкому аэродрому. Эта задача была сложнее. Сам аэродром находился почти за 60 километров от базы. Охраняла его рота солдат. Вокруг располагалось 14 зенитных установок различного калибра. На аэродроме находилось постоянно два бронетранспортёра. Недалеко в селе располагалось ещё две роты солдат. При планировании, на совете присутствовал и Сизов.
  После детального обсуждения возможных вариантов, решили остановиться на следующем. Перед выходом проводят переформирование отряда на семерки. Всем бойцам выдают разговорники. У командиров семерок их будет два, для разговора с выше стоящим начальством и со своими бойцами. Сорок девять бойцов вместе с командирами будут составлять манёвренную группу — это семь семерок. Пять манёвренных групп и будет составлять отряд, остальные — это шестая группа, останутся охранять базу. Нападают опять ночью. Выдвигаются мобильной колонной на автотранспорте. Всех людей разбивают на два отряда. Первый, состоящий из трех групп, нападает на аэродром, а второй, из двух групп, делает ловушку — заслон на дороге для вызванных подкреплений. При подходе к аэродрому, по всему пути следования отдельные мобильные группы Гранина и Васильева чистят все разведанные посты и нарушают обнаруженные линии связи. Основной отряд, под управлением комиссара Семенова и при поддержке всех четырех их танков и группы Васильева занимает аэродром. За Васильевым уничтожение постов и секретов противника.
  Второй отряд, с четырьмя крупными зенитками и восемью мелкими, делает засаду на дороге и уничтожает подкрепления. Мест для засады там предостаточно. За Граниным прикрытие засады от разведки противника, если она будет. Учитывая их превосходство в вооружении, особенностях экипировки и неожиданности нападения, особых проблем не предвиделось. Дальнейшие события собственно и показали закономерные результаты и подтвердили эти расчеты. Особых трофеев на аэродроме не взяли. Но все таки отряду достались:
  Трофейный автобус
  Два бронетранспортёра (охрана даже добежать до них не успела)
  12 зенитных установок среднего калибра
  2 зенитки крупного калибра 88 миллиметров
  4 бензовоза с горючим
  4 грузовика повышенной проходимости.
  3 тонны бомб небольшого калибра.
  4 немецких авиационных пушки с запасом боезаряда (5 тыс снарядов)
  2 полевые кухни
  1 грузовик ЗИС с частично разобранным самолетом ИЛ‑2, скорее всего оставленным нашими войсками при захвате немцами аэродрома.
  После проведения операции и доклада по рации, Сизов затребовал у начальства самолет для его возвращения. На следующую ночь самолет прилетел за ним. Что Лекса очень обрадовало, лётчик был другой, но он был с их амулетом кошачьего глаза и сразу потребовал привести его к Лешему. Так Лекс представлялся пилоту прилетавшему первый раз. Когда пилота подвели к нему, а Лекс предполагал нечто подобное, ну не могли такие вещички не понравиться, пилот сразу попросил дать ещё таких же устройств. Эффективность их ночных вылетов выросла даже не в разы, а на порядок.
  Всего за неделю ночных полётов с новыми устройствами, полк, по данным разведки и результатам налётов, разнёс у немцев столько техники, сколько не набил с начала войны, не потеряв при этом ни одного самолета. Немцы не успевали реагировать на ночные налёты. При этом он клятвенно заверил, что о свойствах прибора знают только летающие лётчики, в том числе командир полка. Остальные носят обманки и чужим они выдают их же и даже их особист ещё не в курсе, хотя конечно что–то начинает подозревать и тут уж ничего не поделаешь и рано или поздно он получит информацию.
  Новые приборы нужны для другого полка ночников, лётчики которого уже почти осадили их комполка с требованием рассказать об опыте работы, который приводит к таким результатам. Кроме того, пилот передал аналогичную просьбу от начальника медицинской части по поводу эликсиров. Поскольку у Лекса все было уже наготове, они быстро решили с летуном все проблемы. Кроме запрошенного, Лекс также передал двадцать комплектов разговорников с инструкциями и две канистры с эликсирами от врача.
  На базе образовался избыток эликсиров. Дети и колхозники по прежнему выходили на сбор трав. Лена, уже с помощью Митрича, продолжала изготавливать эликсиры и накопилось почти по две столитровые бочки каждого, а раненых и больных последнее время немного. Сизов конечно немного поморщился, когда увидел, что загрузили лётчику, но Лекс с ним уже договорился раньше, что это чисто его инициатива и Сизов узнает о ней только в штабе дивизии, и то когда наконец особисты на местах разберутся, или он сам заметит у кого–нибудь очки и начнёт разборки, откуда что появилось. Это ему только плюсом будет. Отправив Сизова за линию фронта, Лекс фактически начал новый этап врастания в мир.
  
  Глава 7. Ветер перемен
  
  Донесение оберсту Мольтке от начальника района … обер-лейтенанта Шмидта.
  Довожу до вашего сведения, что в моем районе действует мобильная, хорошо подготовленная и вооружённая группа противника, скорее всего из состава НКВД. Место её базирования определить не удалось. Поисковые группы вермахта следов пребывания противника не обнаружили, что подтверждает наличие у противника хорошо замаскированной базы, значительного размера.
  Учитывая безрезультатные поиски, база скорее всего подземного типа, что существенно затрудняет её поиск. Группа имеет связь с центром по радиостанции. Зафиксированы многочисленные выходы в эфир чужой радиостанции. Скорее всего группа передвигается на автомобилях, и в своем составе имеет танки и артиллерию.
  За короткий промежуток времени уничтожен склад с трофейным вооружением и аэродром истребителей люфтваффе. Выживших при нападениях нет, есть пропавшие без вести. На месте склада из за взрыва и последующего пожара, следов обнаружить не удалось. Посты и секреты на дорогах, вблизи складов и аэродрома, уничтожены холодным оружием. На аэродроме обнаружены только следы стандартной обуви солдат армии противника. Присутствуют также следы автомобилей и танков противника, возможно ранее находившихся на трофейных складах. Но проверить это не представляется возможным из за потери документации при взрыве и пожаре на складах.
  Подкрепление вызванное по рации при нападении на аэродром уничтожено полностью (выживших нет) из специально подготовленной засады. На месте боя имеются характерные следы применения артиллерии и крупнокалиберных пулемётов. Анализ расположения огневых точек противника показывает хороший уровень подготовки командования противника и большой опыт диверсионной работы, особенно учитывая что обе операции проведены в ночное время суток.
  Очень настораживает отсутствие выживших в ночном бою с нашей стороны, что указывает на наличие у противника поисковых животных, собак или волков многочисленные следы которых обнаружены во всех местах нападений. Наличие животных также подтверждается предыдущими сообщениями, о столкновениях с этой группой. Учитывая особо опасный характер действия этой группы прошу провести войсковую операцию по обнаружению и уничтожению указанной группы дополнительными силами, следующими к фронту в составе двух моторизованных и одного танкового полков
  .
  Ответ оберста Мольтке начальнику района … обер-лейтенанту Шмидту
  В кратчайшее время вам необходимо обнаружить место базирования отряда противника. Используйте местную агентуру и все средства тылового обеспечения вашего района. Для оказания помощи вам будет направлен батальон лесных егерей под управлением капитана Бера. Без обнаружения противника бессмысленно вводить в ваш район большие соединения.
  
  Где–то в тылу.
  — Похоже мы переосторожничали, Константин Михайлович и выпустили ситуацию из рук, — сказал начальник штаба дивизии Камов своему подчинённому и давнему другу начальнику контрразведки Константину Юричу, перебирая на столе блиндажа листы бумаги с отчётом Сизова.
  - Да, есть такое дело, — кивнул головой тот, соглашаясь.
  - Как думаешь информация об этом уже далеко разбежалась? — кивнув на отчёт спросил Камов.
  - Думаю… нет. Пока максимум на нашу дивизию, и то отрывочная, учитывая то, что наши снабженцы даже реквизировав у летунов часть обманок и раздав их начальству, ничего не заподозрили. Даже я получив эту вещь особо не обратил на неё внимание, Ну очки и очки, просто по виду немного необычные, да чего только буржуи не делают. Подумаешь, летуны с кем–то по мелочи поменялись. Если бы Сизов их у меня случайно не обнаружил, то вообще их распространение и связь с базой некоторое время не всплыла бы на поверхность. Хотя подозреваю это время было бы не большим. Особисты полков тоже свой хлеб не даром едят. Хорошо что на базе припугнули летунов подпиской о секретности и те пока строго её соблюдают. Хотя результаты их действий уже вызывают вопросы в штабах повыше, да и устройства, по сведениям Сизова, уже во второй полк попали, — подробно обосновал свой ответ Юрич.
  - Остались у тебя прямые выходы на Меркулова? — немного подумав, спросил Камов. - Ты же кажется, некоторое время назад у него работал.
  - Есть в его замах подходящий человек, — кивнул тот.
  - Тогда делаем так. Как говорили древние философы, если нельзя предотвратить процесс, надо его возглавить. Собираем в штабе совещание в составе командиров двух полков летунов с их особистами, Сизова, да нас с тобой. Представляем всю эту авантюру проверкой работоспособности, полученных от партизан устройств. С соответствующим уровнем секретности и с отзывами летунов отправляем Сизова, с его отчётом по твоему каналу напрямую к Меркулову. Командира дивизии подставлять не будем. Я с ним поговорю и объясню ситуацию. Представим это так, как будто это мы произвели проверку такой информации и устройств своими силами, из за необычности их характеристик и только убедившись в их эффективности сразу пустили процесс на самый верх. Как тебе такой сценарий? — вопросительно посмотрел на подчинённого Камов.
  - Сам хотел предложить нечто подобное, — согласился тот.
  - Ну что же, тогда действуем быстро, пока процесс не зашёл слишком далеко и мы можем его контролировать, — подвёл итог начальник штаба.
  Совещание было собрано на следующий день. Командир дивизии тоже присутствовал. Он не согласился взваливать ответственность на начальника штаба, хотя на самом деле до этого и не подозревал о событиях, приведших к этому совещанию. Начальник контрразведки сам вёл протокол совещания. Перед началом со всех присутствующих опять взяли подписку о неразглашении сведений, полученных на этом совещании. Бумага с подписями была подшита к протоколу.
  Сизов начал доклад первым. Он рассказал о действиях партизанского отряда, о применяемой тактике и устройствах, при этом по согласованию с начальством умолчал о базе. Большая часть присутствующих знала некоторые сведения, приведённые лейтенантом, частично, некоторые вообще ничего не знали и поэтому после окончания довольно длительного доклада, по результатам его инспекции, возникло огромное количество вопросов, на которые он давал более развёрнутые ответы, если конечно знал их сам. На вопросы о источниках полученного оборудования, он ответил только то, что они получены от союзников и это не ведущие капиталистические державы. Мало того, технологии используемые при изготовлении этих устройств неизвестны. Принципы действия, противоречащие всем законам физики, непонятны. Аналогов в мире никто не знает.
  После него выступили командиры полков ночных летунов, которые рассказали о результатах применения полученных устройств и медикаментов у себя. Отзывы были только восторженные. Эффективность вылетов возросла на порядки. В последние несколько дней лётчики забыли о проблемах со связью, используя разговорники. Самолеты для разведки прифронтовой полосы противника вылетали только ночью. Действия врага были видны как на ладони. Сразу же, в процессе полёта, пилот сообщал разведданные в полк и эскадрильи с бомбами мгновенно летели на уничтожение противника. В полосе действия дивизии немцы уже две недели с ужасом ждут наступления ночи.
  Если бы не действия соседей, дивизия вообще бы прекратила отступление. Потери фашистов от ночных налётов огромны. Пара старых, легкомоторных самолетов, за один ночной вылет безнаказанно уничтожает аэродром истребителей противника и немцы пока ничего с этим не могут сделать. Наши лётчики легко уходят от них, даже если те поднимаются в воздух. Из за возможностей полученных приборов, в бой идут даже молодые лётчики, не имевшие ранее навыков ночных полётов. Вопросы секретности полученных приборов решены в самих приборах, они просто не работают у других людей, не привязанных к этим приборам.
  После длительного обсуждения и демонстрации возможностей полученного оборудования, на примере устройств привезённых с собой Сизовым, решили отправить его со всеми документами и отзывами лётчиков, к руководству страны, минуя промежуточные инстанции. Конечно все присутствующие понимали важность принятых решений и цену которую они могут заплатить в случае ошибки, но другого выхода никто не видел. Даже особисты, сами испытав приборы в действии, хотя и были слегка обижены на летунов за сокрытие от них такой информации, понимали что чем меньшую цепочку промежуточных инстанций пройдёт эта информация, тем лучше будет для страны.
  Юрич договорился со старым знакомым о срочной встрече лейтенанта Сизова с Меркуловым в ближайшее время, намекнув ему, что сведения которые получил Сизов в партизанском отряде имеют огромное значение для страны в целом и по телефону это обсуждать невозможно. Учитывая, что знакомый давно и хорошо знал Юрича и понимал, что тот просто так не будет подставлять свою голову и требовать встречи своего представителя с руководством НКВД, случилось что–то вообще фантастическое, чтобы тот мог решиться на такой шаг. Он прислал для Сизова из Москвы самолет из состава авиаполка НКВД, на котором тот без приключений добрался до подмосковного аэродрома.
  Там его встретила молчаливая охрана из сотрудников его ведомства и быстро загрузив в машину, вместе с багажом, доставила на конспиративную квартиру, где и произошла встреча с Меркуловым, который очень заинтересовался непонятным визитёром с линии фронта.
  После того, как Сизова, обыскав и только с небольшой опечатанной папкой, ввели в кабинет к Меркулову, он по всей форме представился заместителю наркома НКВД и предъявил ему документы. Также он, набравшись наглости и в душе отчаянно труся, попросил предъявить того свои документы, так как сам Меркулова никогда не видел и в лицо не знал. Тот слегка удивившись и ещё более заинтересовавшись визитёром, показал документы. Тогда Сизов попросил у Меркулова дать ему какой–нибудь острый предмет. Тот подойдя к столу и покопавшись в ящике, достал небольшой перочинный ножик, которым затачивал раньше карандаши и передал его Сизову. Сизов аккуратно, снизу разрезал папку, не трогая печать и сначала немного выдвинул из папки толстый блокнот, из которого проводок уходил внутрь и аккуратно обрезал этот проводок. Выполнив эти манипуляции он, взглянув на удивленного Меркулова, пояснил: — В блокноте двести грамм тротила, взрыватель подключён к печати, при вскрытии мина должна была сработать.
  - Это настолько серьезно, что нужно было применять такие меры безопасности? — спросил впечатленный Меркулов.
  - Вам оценивать наши действия, здесь вся информация, — пожал плечами Сизов, передавая Меркулову тонкую пачку прошитых и пронумерованный листов бумаги.
  Меркулов присел за стол и приказав лейтенанту присаживаться напротив, углубился в чтение. Быстро просмотрев несколько первых листов бумаги, он оторвался и внимательно посмотрел на сидящего напротив Сизова. Хотел что–то спросить, но не стал. Вернулся к первому листу и начал внимательно читать, время от времени возвращаясь назад и перечитывая информацию вновь и вновь. Примерно через час, подняв глаза от последнего листа бумаги, он посмотрел на Сизова, как будто первый раз увидев и спросил, все ещё не до конца поверив в полученные сведения, настолько невероятными они казались: — Это что, все на самом деле существует?
  - Существует, — подтвердил Сизов, понимая как трудно человеку не видевшему реального устройства, воспринять представленную информацию, и затем продолжил, — образцы упакованы в моем багаже, только мина там на много мощнее и как её отключить я не знаю, надо связываться с Юричем, он один может сказать.
  Только почувствовав серьезность предпринятых мер безопасности Меркулов вдруг окончательно понял, что все написанное правда, как бы фантастично это не звучало.
  Выглянув за дверь, он приказал охране занести в кабинет багаж лейтенанта и отпустил их. После того как лейтенант, демонстративно вытащил из кармана разговорник и тут же, через него, вызвал Юрича и получив инструкции, отключил управление миной, до сознания Меркулова окончательно дошли фантастические возможности этой техники.
  Вот так просто, достать маленькую штучку и без настройки и установки антенны, разговаривать с человеком за тысячи километров. Внимательно рассматривая и вертя в руках, передаваемые ему Сизовым, устройства он только качал головой, слушая дополнительные пояснения лейтенанта. Проведя активацию разговорника, Меркулов связался с Юричем и тут же выслушал его доклад о предпринятых мерах безопасности в дивизии, по пресечению утечки информации и полностью одобрил их, оценив профессионализм сотрудников НКВД, руководства дивизии и руководства партизанской базы.
  Они в своих условиях сделали все возможное для проверки информации и оценке свойств полученных устройств, что учитывая их нереальные характеристики, конечно требовало проверки, перед докладом вышестоящему начальству. Только когда начальство дивизии убедилось в возможностях полученных устройств, оно предприняло следующие шаги, вполне адекватные сложившейся обстановке. Как минимум, в дальнейшем требуется отметить всех отличившихся при проведении такой операции. После активации очков и испытания их возможностей, он пришёл в восторг. Реальность происходящего не могли передать никакие бумажки. Немного придя в себя, он спросил Сизова: — кто входит в семерку его разговорника.
  - Я, вы, Юрич, Командир секретной части базы Лекс Леший и ещё три свободны, — четко доложил тот.
  - Правильный выбор, — одобрил Меркулов, и подойдя к телефону попросил соединить себя с Берией.
  - Лаврентий Палыч, есть у меня к вам очень важное дело, которое не терпит отлагательства.
  - Это наверное то дело, что вам привёз спецрейс? — раздалось в трубке.
  - Оно самое, — подтвердил Меркулов, абсолютно не удивившись вопросу.
  - Я жду. Приезжайте, — коротко ответил Берия.
  - Собирай свои вещички, — скомандовал Меркулов лейтенанту.
  - Кое–какие вещички уже ваши, товарищ Меркулов, — уточнил Сизов.
  - Ах да, я же забыл, что активированные вещи только для меня работают. Как же это непривычно. Ну что же, будем привыкать к новым реальностям, — улыбнулся Меркулов.
  Посадив Сизова вместе с его багажом в свою машину, они поехали к Берии. По пути Меркулов расспрашивал лейтенанта о его собственных впечатлениях нахождения на базе, которые не вошли в отчёт и внимательно слушал его ответы, формируя собственное мнение по этому не простому вопросу.
  Сначала к Берии пригласили самого Меркулова и они совещались вдвоём около двух часов. Потом туда пригласили Сизова и он долго отвечал на вопросы Берии. Затем лейтенант активировал разговорник и очки для Берии. Тот так же как и Меркулов соединился с Юричем и довольно долго говорил с ним уже без Сизова, которого попросили подождать в приёмной. Дальше была поездка к Сталину и опять, после долгого ожидания в приёмной, Сизову задавали вопросы и требовали пояснений. После очередного проведения активаций устройств, Сталин, заметив усталое состояние лейтенанта, предложил Берии отпустить лейтенанта отдохнуть и поговорить пока самим, а с лейтенантом ещё поработать позже. Выполняя приказ вождя, лейтенанта под охраной доставили в гостиницу и оставили отдыхать, выставив при этом пост у дверей его номера.
  - Что думаешь Лаврентий, учитывая реально действующие образцы, не похоже это на провокацию? — неспешно закуривая трубку, спросил Сталин, однозначно показав его заинтересованность этой проблемой.
  - Да, это явно не провокация, — согласился тот. — На сколько я знаю состояние современной науки, эти устройства не возможны в принципе, но вот они на столе и работают назло всей нашей науке.
  - Учитывая отзывы лётчиков ночников из дивизии и отчёт лейтенанта Сизова по действиям партизанского отряда, очень хорошо работают, товарищ Сталин, — подтвердил Меркулов.
  - Давайте пока не будем торопиться, товарищи. Лаврентий, ты организуй специальную группу из наших ученых на базе какой–нибудь лаборатории академии наук, по изучению полученных образцов. Только не раскрывай им источник и обеспечь нужный уровень секретности. Пусть они повозятся недельку и выдадут какие–нибудь результаты. Наблюдать за ними, поставь этого лейтенанта, тоже при деле будет, естественно с подстраховкой. Ну ни мне тебя учить. Товарищ Меркулов займётся дивизией и базой. Пошлите туда дополнительно людей, но только наблюдать и помогать, но не вмешиваться в управление. Для работы по этому направлению образуйте особый отдел, с максимальным уровнем секретности и продумайте различные варианты операций прикрытия. Сами понимаете, что если информация просочится к противнику или нашим союзникам, это осложнит ситуацию, а мы в ней ещё далеко не разобрались, — попыхивая трубкой и расхаживая по кабинету произнёс Сталин.
  - Хорошо, мы задействуем в операции небольшое количество проверенных людей и повысим уровень секретности в дивизии. Пусть пока испытывают устройства дальше. Разработают методики применения. А с базой мы наладим более плотные контакты, — согласился Берия.
  - И ещё хорошо подумайте и доложите мне через недельку, ваши соображения на эту тему. Зачем кому то, имеющему такой уровень техники, помогать нам? Зачем бесплатно предоставлять достаточно значительный объём уникальной техники? Сотни образцов, это уже не ручное производство и даже не лабораторное. Причем, они нам явно показывают только то, что реально сейчас нам нужно и мы мгновенно можем оценить преимущества использования их подарков.
  Это явно не наши люди, нет у нас ни такой базы, ни таких технологий, да и наверняка не люди запада. Тогда кто они? Если бы им нужны были деньги, они продали бы знания и устройства на западе, а не раздавали нам даром. Значит им что–то от нас нужно и именно от нас. Тогда что это? Что есть у нас такого, чего нет у других? Если конечно исключить версию, что это русские патриоты, решившие в трудную минуту помочь своей стране, но как вы предположили наука ещё не дошла даже до принципов работы этих устройств, не говоря уже о технологиях изготовления. А теперь идите, думайте, я тоже буду над этим думать, — подвёл итог разговора Сталин.
  
  Глава 8. Ложная база.
  
  После проведённой операции по разгрому аэродрома и отправки Сизова за линию фронта, собрали все руководство базы для планирования дальнейших действий. Немцы не оставят без внимания такие серьезные нападения в своем тылу и надо в ближайшее время ожидать их ответные реакции. После бурного обсуждения различных вариантов, когда народ утомился от споров и стал активно посматривать в его сторону, Лекс наконец предложил:
  — Давайте создадим немцам реального врага.
  На него посыпались различные недоуменные вопросы и Лекс пояснил свою мысль:
  — При хорошо продуманной работе по поиску, есть возможность обнаружить нашу базу и затратив огромные силы, её уничтожить. А оно нам надо? Даже если отбросить вариант уничтожения базы, нас могут просто зажать на маленьком пятачке в болотах и мы будем ограничены в своих действиях. Почему бы не создать невдалеке хорошо укрепленную, но открытую, вторую базу и держать противника там.
  Надо сказать Лекс не просто так выдвинул эту идею. Совсем недавно, точнее утром, он обнаружил заработавший контур замкового артефакта. Подключившись к нему по личному каналу управления, просмотрел результаты настройки. Оказалось артефакт перешёл в режим работы начального уровня. Это позволяло строить мгновенные небольшие порталы, размером метр на два, достаточным для прохода одного человека на расстояние до двадцати километров и большие порталы на расстояние до двух километров. Что особенно радует, на эти двадцать километров они теперь зрячие и могут наблюдать и отслеживать любые изменения в обстановке, через кристалл наблюдений.
  Это специальный артефакт для визуализации информации, в виде небольшого настраиваемого миража. Лекс не поленился и быстренько подключил этот артефакт к замковому. Теперь у него заработал полный комплект артефактов замка мага. Вот и пришло время серьезного разговора с его гвардейцами. Дальнейший допуск их к его тайнам может быть произведён только после принятия магической клятвы. После которой они не смогут нанести ему своими действиями никакого вреда.
  Существует множество вариантов магической клятвы, но наиболее правильной и надёжной является клятва вассалитета. Такая клятва накладывает обязанности не только на подчинённого, но и на самого мага или правителя, что обеспечивает высокую верность вассала и не заставляет его искать возможностей разорвать такую клятву. Вызвав в зал тренировок гвардейцев, Лекс озвучил требование, дальнейшего сотрудничества на более высоком уровне. Оно было достаточно коротким, если Лекс прикажет им прыгнуть в огонь они должны будут это сделать. Время на ответ было специально ограниченным. Но что радует, люди уже хорошо знали его и верили ему и ответили согласием, без раздумий.
  Лекс провёл обряд принесения клятвы на магии крови. Обряд ранее был знаком гвардейцам при активации артефакта зарядки, только теперь приносился на замковом артефакте. Вот теперь Лекс рассказал им о себе очень многое. Для них стали понятны многие его недоговорки, секреты и возможности. Также Лекс объяснил им почему нельзя давать всю его силу и знания правителям этого мира, в том числе тому же Сталину. Да помогать, да кое чему учить, но всегда помнить, что все не идеальны, а особенно правители.
  В его мире были моменты, когда полностью исчезали целые страны вместе со всем населением. Да и все магические войны начинались с непомерных амбиций властителей. Сталин как правитель, тоже не идеален, да и не вечен, и даже если он хорош сейчас для большинства, все таки существует ещё и меньшинство, с ним не согласное и если у этого меньшинства не будет альтернативного выбора все это приведёт к конфликту. Чем мощнее будет оружие в руках конфликтующих сторон, тем более разрушительные войны будут случаться. Что собственно и происходит сейчас в этом мире.
  Надо просто строить не агрессивное государство с продуманной политикой, но с мощной обороной. Не надо уничтожать всех не согласных. Достаточно обеспечить им альтернативный выход, в этом случае конфликт будет протекать более мягко. Гвардейцы вполне понимали этот подход, ведь у них перед глазами была история Митрича с сыном и внучкой, которые уже пострадали от такого подхода, а ведь ни сын Митрича, ни внучка не были ни в чем виноваты, но сделать ничего против государства не могли. А сейчас, тем не менее, помогают тому же государству в борьбе с агрессорами, что совсем не вяжется с предательством.
  Опасность в том, что может оказаться, что альтернативный путь лучше и сильнее, а путь проводимый правителем гибелен. Если этот правитель правильный человек и увидит опасность своего пути, он может его поправить. А вот увидеть собственные ошибки он может только на примере развития альтернативного порядка, а если его нет, то и ошибки не заметны, пока не становится слишком поздно. Конечно гвардейцы не все поняли из его рассуждений, но все больше узнавая Лекса, они просто верили ему и готовы были идти за ним.
  После разговора Лекс показал им секретную часть базы, дал небольшие пояснения по её устройству, в том числе рассказал и о порталах и их возможностях. Вернувшись к замковому артефакту, Лекс рассказал как пользоваться кристаллом наблюдения для отслеживания обстановки вокруг базы. Теперь не надо бегать по лесам вылавливая разведгруппы противника. Вот они, все на виду у наблюдателя и ему только остаётся навести на них группу уничтожения, в том числе можно перебросить такую группу порталом. Все эти возможности произвели на его гвардию серьезное впечатление и если понимать, что другой мир развивался по другому пути, можно легко мириться с такими чудесными возможностями из этого другого мира.
  Вот поэтому его предложение по поводу реального врага, не вызвало вопросов у Гранина в отличие от остальных. Для остальных пришлось придумать и высказать соответствующие пояснения
  — По скольку мы собираемся вести серьезные боевые действия, необходимо вывести из района этих действий все мирное население. В виде фиктивной базы мы выберем скалу, на берегу реки, в 15 километрах от нас. В прямой видимости, через реку, находится большое село с правлением вашего колхоза. Для безопасности необходимо увести к себе население этого и ближайших сел и посёлков в количестве 6-ти штук. Остальным, более дальним поселениям, мы рекомендуем уйти в другие или хотя бы пока спрятаться в лесах, чтобы им тоже не досталось. Конечно опять придётся потесниться и осваивать новые пещеры.
  По моим примерным расчетам нужно принять около двух тысяч человек, но я думаю, учитывая предыдущий опыт, мы справимся. Почему я выбрал именно эту скалу? Да только потому, что туда есть подземный проход, по которому мы и будем снабжать наших людей там. Есть возможность доделать в скале естественные пещеры, соединив их с искусственными и создать там укрепленные огневые точки и пусть немцы их штурмуют.
  Для эвакуации населения нам придётся на время захватить полностью этот район, для чего выбить или уничтожить все посты и места дислокации немецких войск. Вывозить население будем вместе со всем имуществом, запасами продовольствия и животными. Короче будем грабить, пока нас не остановят. По моим прикидкам транспорта у нас хватит. При отходе, оставим хороший след к новой базе, пусть к нам приходят.
  Камень для строительства близлежащих сел брали именно из этой скалы, так что катакомбы там достаточно серьезные. Нам необходимо приспособить их под собственные нужды. Для подготовки новой базы нам потребуется неделя. За эту неделю нужно постепенно и различными методами наводить разведку немцев на это место. Предателей, которые уже выявились со времени прихода немцев, мы с собой брать не будем, — закончил Лекс свою речь.
  Сначала народ обалдел, потом дотошно искал изъяны в этом плане и только после этого посыпались вопросы и предложения по реализации плана. Через некоторое время, обсудив и приняв план за основу, закрепили за каждым его участок работы и принялись его реализовывать. Лексу с Леной и Митричем конечно досталась самая тяжелая часть — разведка и обустройство пещер. На самом деле придётся хорошо поработать с помощью различных вариантов магических щитов для создания новой базы, так же как Лекс создавал основную. Только теперь они будут работать вместе, пора его ученикам развивать навыки и использовать способности в формировании простейших магических рун вслепую, в условиях излучения источника, на поверхности.
  По разговорнику Лекс вызвал Юрича. Предполагая возможную реакцию его руководства по усилению контроля за базой и им самим в частности, попросил перебросить к ним по возможности побольше бойцов, владеющих управлением автомобилями и артиллерийскими зенитными установками. Так же Лекс попросил прислать одного хорошего механика для восстановления захваченного у немцев самолета. Уж очень хотелось самому полетать, конечно перед этим его переделав.
  Поскольку Юрич сразу согласился, Лекс понял, что соответствующие инструкции тот получил и дело в верхах закрутилось. Лекс коротко обрисовал ему план прикрытия базы и тот его одобрил, но спросил, не лучше ли вывести специалистов и оборудование, производящее секретные устройства, на не захваченные территории. Лекс ему ответил, что конечно лучше, но только производить там ничего не получится. Подходящие условия есть только здесь. Уточнив, смогут ли они на базе принимать большие самолеты, Юрич отключился.
  Несколько дней Лекс занимался с Леной и Митричем созданием новой базы. Когда они научились самостоятельно работать с магическими щитами, Лекс оставил их работать, а сам занялся хорошей задумкой, на которую его натолкнула Лена. Лекс начал создавать голема, но не простого, а на базе готового устройства. Первым таким устройством Лекс выбрал крупнокалиберную зенитную пушку 85 мм.
  Маги в его мире легко и быстро создают обычных големов из подходящих материалов: земли, камней, железа и даже воздуха. Магической энергии такое заклинание потребляет немеряно и требует постоянного управления от мага, так как сам такой голем работать не может. Другой подход, более трудный, заключается в изготовлении самого работающего голема, на поддержку структуры которого энергия не требуется, а требуется только на управление. И третий, самый трудный вариант создания голема, строится на базе второго и заключается в том, что основные алгоритмы действия голема закладываются заклинаниями непосредственно в него и поддерживаются отдельными накопителями, а маг только отдаёт общие указания. Таким образом работает и его деревянный голем для тренировок.
  В случае с пушкой, голем должен получиться достаточно простым. Работающая основа есть. Вариантов действия голема очень мало, поэтому руны управления достаточно просты. Голем должен управлять положением ствола, это движения слева направо и сверху вниз, двигаться на колёсах то есть просто крутить их вперёд, назад и поворачивать их, уметь закрепляться на опорах, чтобы погасить отдачу и уметь прицеливаться, ну и ещё конечно заряжать снаряды. Меньше десяти управляющих контуров. Простейший Голем носильщик или землекоп в его мире имеет более тридцати управляющих контуров. Так что построить голема на базе пушки совсем не сложно. Займет время только создание подходящих рун управления и подключение накопителя, так как сырая энергия источника не подойдёт.
  Почему–то никто в его мире не додумался ставить голема на колеса, но ведь это так просто, хотя конечно такие големы очень будут ограничены в своих перемещениях. Шагающие пройдут везде, в отличие от колёсных. Накопитель Лекс создал на основе рубина из кольца, обнаруженного в трофеях. Кстати в трофеях того боя, в котором его подчинённые вызволяли Семенова, и потом привезённых Васильевым, обнаружилось довольно много золотых украшений, скорее всего изъятых немцами в черных мундирах, у населения.
  Основная проблема при создании голема обнаружилась в контуре прицеливания. Он не мог найти цель, поскольку не знал что ею будет и как её искать. Решить напрямую эту задачу Лекс не смог, поэтому решил остановиться на варианте обучения. Прицепил голему простейший охранный контур, только для привязки его к местности. Прицеливаться и обнаруживать цели он будет в дальнейшем с помощью магического щупа, сканируя местность. Обучать его первое время будет обычный человек наводчик, с амулетом управления, который укажет цели. Голем запомнит характеристики цели с помощью магического щупа, который за счет своей ограниченности в пространстве может действовать на значительные расстояния и в дальнейшем сможет уничтожать такие цели по команде и самостоятельно.
  Амулет управления големом Лекс сделал на базе амулета очков кошачьего взгляда, только добавив туда руны управления и связи. Человек в таких очках будет видеть то, что видит голем охранным контуром и щупом, и мысленно выбирать и указывать цель. Для хранения свойств цели и дальнейшего использования пришлось задействовать ещё один кристалл из трофеев и создать соответствующий контур рун проверки. Некоторое время заняло создание механизма автоматического заряжания пушки, но и с этим справился. Теперь обслуживающий пушку человек просто загрузит снаряды в специальный ящик и все.
  В общем в десять контуров Лекс конечно не уложился, остановился на семнадцати. Проверив работу голема в тренировочном зале Лекс остался доволен результатами. Все созданные заклинания Лекс сохранил в своем дневнике и теперь мог ими пользоваться по мере надобности. До конца недели Лекс таким же образом переделал в големов и две зенитки поменьше. К этому времени, к ним на специальном самолете ПС‑84, привезли два десятка солдат от Юрича и забрали столько же детей, из тех семей у кого оказались родственники на не захваченной врагом территории.
  Что Лекса опять порадовало, лётчик прилетел ночью и у него были амулет очки. Значит его изделия потихоньку расползаются по этому миру. От себя они самолет пустым не отпустили. Кроме детей ещё загрузили несколько ящиков с очками и разговорниками и зарядки к ним, а также пару пятидесятилитровых канистр эликсиров. Больше в самолет не влезло. Что его ещё очень порадовало, у двух прилетевших оказались припрятаны разговорники. Обнаружить неучтённую магию охранным контуром замка не составило труда. Значит руководство страны отнеслось к информации серьезно и даже послало наблюдателей, что собственно показывает наличие в этом руководстве адекватных людей, иначе бы послали каких–нибудь управляющих.
  К концу недели новая база была готова. Четыре десятка хорошо укрепленных дотов по всему периметру скалы были готовы принять гарнизон. Скала со стороны реки практически неприступна и контролировала паромную переправу справа от деревни. Круча начиналась сразу у берега, а вот с обратной стороны спуск пологий. Поскольку река практически огибала скалу, это единственный проход к вершине.
  По этому склону проходила основная дорога для вывоза камня. Здесь, как раз начинались основные катакомбы. Основное количество дотов наделали по этому склону. Доты связаны между собой коридорами в скале. Открытые части дотов укрепили специальными, закрывающимися, полукруглыми плитами, обработанными щитами земли до значительной плотности. Под действием небольших противовесов, эти плиты легко расходились как створки и въезжали в специальные ниши по укрепленным желобам в горе, открывая только ствол установленного вооружения.
  Управлял установкой вооружения лейтенант Волков. В верхних укреплениях он поставил самые мощные зенитные орудия, которые могли стрелять и прямой наводкой и вверх по летящим целям. В отдельном коридоре, связывающем два дота в разных направлениях, на самом верху скалы, Лекс подготовил все для установки своего крупнокалиберного голема, а два, которые поменьше, располагались в дотах неподалёку. Големы Лекс пока не устанавливал, их можно установить позже, привезя на автотранспорте. Остальные орудия установили сразу, их легко можно было разобрать и пронести по маленькому порталу который и связывал теперь две базы. Разобрать же големы, не повредив их, невозможно, поэтому их привезут позже, по дороге. Большую часть пушек и крупнокалиберных пулемётов, захваченных ранее на складах, как раз расставили по подготовленным дотам. Для отдыха обслуживающего персонала и личного состава в глубине скалы предусмотрены отдельные помещения с кухней, столовой и собственным складом. Проблем с чистой водой не было, река рядом, а подогрев Лекс соорудил в отдельном скрытом помещении. Проблем с освещением не было, оно просто не нужно. Все бойцы снабжались амулетами кошачьего взгляда и разговорниками. На всякий случай, электричество все же провели в каждый дот. Генератор собрали на базе повреждённого автомобиля.
  Операция по очистке территории от войск противника прошла очень быстро. Зная всю систему охраны и состав подразделений противника это не составило труда. Кроме того, бойцы охраны базы под руководством Петрова и разведчики Васильева усвоив основы трех комплексов приёмов школы теней стали очень опасными бойцами этого мира. Для них бой с поисковыми отрядами немцев и их блокпостами показался прогулкой, по сравнению с тренировками с равными бойцами. Они сейчас даже могли противостоять некоторое время Лене, если она не применяла приёмов школы теней.
  На дорогах по краю контролируемой зоны расположили мобильные группы, на мотоциклах и при поддержке передвижных малокалиберных зениток. Остальное пространство просматривалось из базы замковым артефактом и при необходимости, отряд противника мог быть перехвачен мобильной группой. Когда начали уводить людей в базу, то организовали специальные пункты регистрации на которых сидел боец в форме, со знаками НКВД и опрашивал население о предателях, дезертирах и перебежчиках. Соответственно, обнаружив это, такие люди сбежали из поселений, вот они–то и принесли немцам сведения о нападении. Так как их солдаты, случайно или намеренно попадающие по дорогам в сети мобильных застав, уходить уже не успевали и либо уничтожались полностью, либо частично попадали в плен. Пока немцы сообразили, что от их подразделений нет сведений и появились местные предатели, прошло достаточно времени. Удалось полностью провести эвакуацию населения со всем их хозяйством, даже разобрали и увезли с собой некоторое количество домов и сараев, не считая готового ранее заготовленного на продажу леса. Вот только тогда немцы крупными силами кинулись на заставы прикрытия.
  Первые наскоки партизаны успешно отбили. Танков у немцев не было, а их бронетранспортёры партизанские зенитки пробивали насквозь. Потери противника оказались значительными и им пришлось отойти. Сняв с железной дороги, проходящие на фронт части, включая и танковые, немцы опять попытались смять заставы на дорогах. Но не тут–то было. Дороги всего три и те лесные, а на них подрывники натыкали кучу противотанковых мин, вот на них те танки и налетели. Попытка подавить оборону миномётным огнём тоже не увенчалась успехом, некоторое количество немецких миномётов захватили ранее, а учитывая, что бойцы Петрова и Васильева наблюдая через ворон корректировали огонь миномётов, немцам в перестрелке ничего, кроме потерь, не светило.
  Охренев от такого отпора и огромных потерь в живой силе и технике и не понимая происходящего, немецкое командование было вынуждено все прибывающие по железной дороге войска бросить на эти заставы. Причем двигались немцы со всех сторон, даже со стороны основной базы, мимо болота. Там они тоже напоролись на заслоны, но учитывая их значительный перевес бойцы, постепенно по всем дорогам, отступали к новой базе.
  Потери противника были огромны. После первого же столкновения и нанеся немцам урон, партизаны мгновенно отходили на новые позиции и потом это опять повторялось. Всего потеряли пять человек от случайных смертельных ранений, которые эликсиры вылечить не смогли. Немцев не считали, но набили много. Танкисты тоже отличились, настреляв из засад приличное количество немецких машин.
  Озверевшие от таких потерь немцы, уже не считаясь с ними, только через неделю боев загнали отступающие заставы на новую базу. Тут у них наступил очередной шок. Все подразделения, в том числе и танковые, появившиеся на открытом пространстве, на подходе к базе, оказались под перекрёстным огнём многочисленных дотов и были практически расстреляны в упор, даже не успев отступить. Избегая не нужных потерь, бойцы в атаку не перешли. Подтянув значительные подкрепления, немцам пришлось окапываться на подходах к базе, что в общем–то им не особенно помогало. Пушки, установленные в дотах, стреляли редко но точно, что учитывая летающих живых корректировщиков было не сложно, а вот немцам особо стрелять не в кого, разве что просто долбить по скале. Ситуация через пару дней зависла, обороняющиеся не могли выбраться из базы, а немцы не могли её взять и при этом продолжали нести потери из за артиллерийской дуэли.
  
  Разговор по телефону между оберстом Мольтке и
  командующим тыловым районом и охранными войсками группы армий «Центр» генералом пехоты Максом фон Шенкендорфом.
  — Мольтке, ты что там творишь, почему снял с поезда пехотный полк и два танковых батальона? Сейчас на фронте тяжелая обстановка, наши потери растут и срочно нужны пополнения.
  — У меня не было выхода, господин генерал, тут творится черте что. Откуда–то вывалилась большая русская механизированная группа, в том числе и с танками. Скорее всего недобитые остатки 10-ой армии русских. Они захватили целый район вокруг села … и соединились с отрядом НКВД, охранявшим секретную русскую базу, который ранее уже изрядно потрепал нам нервы. Одного батальона пехоты и роты танков брошенных на уничтожение русских оказалось недостаточно. Наши отряды попали в танковые и артиллерийские засады. Потери достигают 80%. Против нас сражаются отборные отряды НКВД. Только после привлечения дополнительных сил удалось заставить противника отойти. Эти варвары укрепились на обнаруженной наконец базе НКВД и обороняются как фанатики. Пришлось возводить вокруг сплошную линию обороны, иначе они огнём своей артиллерии, из укрепленных дотов базы, сносят все с поверхности.
  — Мне вас учить, как разделаться с дотами, Мольтке? Вызовите наконец авиацию, подтяните артиллерию и сравняете эту базу с землёй.
  — Я вызывал авиацию господин генерал, но это бесполезно. База находится под скалой и бомбами её не взять. Кроме того там сильнейшее зенитное прикрытие. Они сбили 4 самолета при атаке и два сильно повреждены и это из 8 участвовавших в налёте. Летчики больше не хотят лететь под убийственный огонь зениток.
  Навесной огонь артиллерии не даёт эффекта, доты покрыты огромным слоем земли и имеют закрывающиеся щиты. Танки и пушки на прямую наводку мы выкатить не можем, они уничтожаются противником с чудовищной точностью и скоростью. 35 танков уже сгорело перед этой проклятой базой. Попытки ночных штурмов не увенчались успехом, потери оказались ещё больше. Генерал, я просто не знаю что делать. Мне не хватает сил для взятия этой базы.
  — Хорошо, окружите и возьмите их в кольцо, чтобы не могли вырваться. Я постараюсь договориться с Клейстом и перенаправлю вам танковый полк, и два полка пехоты из резерва группы армии центр.
  
  Документ №… специальной исследовательской лаборатории НКВД
  Объект исследования — устройство очки ночного видения типа «Кошачий глаз»
  1. Технология производства не известна.
  2. Стекло очков химически идентично обычному оконному стеклу, но физические свойства сильно отличаются от обычного. При толщине 2,5 мм, по прочностным характеристикам оно соответствует пакету стекол толщиной 50 мм, т. е. является по сути бронестеклом. Дополнительными исследованиями выявлена ненормально высокая плотность вещества, примерно в два раза по сравнению с обычным стеклом. По некоторым предположениям молекулярные структуры вещества впрессовали друг в друга.
  3. Стекло очков не является линзой и преломление или фокусировка света на нем не происходит. Покрытие поверхности стекол зеленоватым оттенком не определено. Состав покрытия не отличается от состава стекла но имеет зелёный оттенок. Хорошо защищает от ультрафиолетовых лучей. Автоматически и практически мгновенно адаптируется для глаза к любому источнику света, можно смотреть даже на солнце, при этом глазу не будет нанесено никакого ущерба.
  4. Материал дужки очков идентичен составу меди обычного медного провода. При диаметре 1 мм по прочностным характеристикам он соответствует прочности прутка меди 20 мм. Но ещё обладает пружинными свойствами. Дополнительными исследованиями выявлена ненормально высокая плотность вещества, примерно в два раза по сравнению с обычной медью. По некоторым предположениям молекулярные структуры вещества также впрессовали друг в друга. По внешней поверхности дужек расположены выдавленные по поверхности изображения кошек.
  Примечание: технология получения изображения такого качества неизвестна, под сильным микроскопом просматривается изображение шерсти животных.
  5. На местах соединения стекол и дужек просматривается плавный переход стекла в металл. Создается впечатление что два подогретых куска материалов сжали между собой и перемешали. Примечание: технология такой работы с разнородными материалами неизвестна.
  6. Очки при использовании обычным человеком являются обычными солнцезащитными очками.
  7. Очки при использовании инициированным человеком становятся прибором ночного видения, биноклем или микроскопом одновременно, работающими и днём и ночью.
  Особенность: все достоинства проявляются только для глаз конкретного человека. Оптический датчик подключённый параллельно не фиксирует особенностей прохода света через стекло очков. Т. е. прибор работает только в связке с глазом конкретного человека. Отсюда вытекают особенности работы прибора и его настойки на человека и привязка к конкретному человеку. Не имея физических основ для увеличения или обработки светового потока, он является физическим катализатором возможностей самого глаза и мозга человека, в обработке поступающего светового потока.
  Примечание: Ничего подобного в науке не существует, даже в виде гипотез, не говоря уже о теориях.
  8. Заряженный или разряженный прибор определяется только инициированным оператором по оттенку цвета стекла. Никакими физическими приборами отличить то или иное состояние прибора не удалось. После окончания заряда прибор прекращает работу (по данным инструкции). Проверить режим полного разряда не удалось в связи с ограничением времени исследования.
  9. Исследование нескольких образцов показывает большую их идентичность. (практически полную т. е. Абсолютные копии) кроме порядкового номера.
  10 . Образец — обманка физически изготовлен на том же оборудовании и по тем же технологиям (номера на обманках продолжают номера полных изделий), только отсутствует часть бионастройки.
  
  Документ №… специальной исследовательской лаборатории НКВД
  Объект исследования — разговорник.
  1. Технология производства неизвестна.
  2. Состав диска соответствует материалу идентичному для производства медных гильз к винтовке Мосина 7,62 мм.
  3. Толщина диска 2 мм. По прочностным характеристикам он соответствует прочности прутка меди 40 мм. Дополнительными исследованиями выявлена ненормально высокая плотность вещества, примерно в два раза по сравнению с обычной медью. По некоторым предположениям молекулярные структуры вещества впрессовали друг в друга.
  4. Голова совы выполнена методом штамповки.
  Примечание: технология получения изображения такого качества неизвестна, под сильным микроскопом просматривается изображение перьев.
  5. Для обычного человека диск остаётся медным диском.
  6. Для инициированного человека диск является приёмопередатчиком звука. Причем для этого необходим физический контакт с телом человека (независимо от места приложения — рука, грудь и т. д.).
  7. Связь настраивается либо по номеру разговорника в группе, либо по мысленному представлению собеседника. Т. е прибор работает только в связке с конкретным человеком. Отсюда вытекают и особенности работы прибора и его настойки на человека и привязка к конкретному человеку. Прибор скорее всего является физическим катализатором возможностей мозга человека (возможно подвид телепатии)
  Примечание: Ничего подобного в науке не существует даже в виде гипотез не говоря уже о теориях.
  
  Документ №… специальной исследовательской лаборатории НКВД
  Объект исследования — эликсир живая и мёртвая вода.
  1. Представленный объект является водным раствором активных биологических субстанций направленного действия и растительного происхождения. (Состав и происхождение определить не удалось).
  2. Первая часть эликсира — т. н. «Мертвая вода» уничтожает все известные виды бактерий и микробов, блокирует болевые ощущения, блокирует все кровеносные сосуды на месте повреждения за счет резкого повышения свертываемости крови, за счет резкого повышения тонуса мышечной ткани осуществляется удаление посторонних предметов, осколков и повреждённых тканей.
  3. Вторая часть эликсира — т. н. «Живая вода» — уничтожает все известные виды бактерий и микробов, блокирует болевые ощущения, вызывает в местах повреждений контролируемый, быстрый рост тканей аналогичных повреждённым.
  Примечание: Препаратов аналогичного комбинированного действия не существует. Отдельные препараты с частичным совпадением некоторых признаков существуют, но имеют значительные побочные эффекты и низкую скорость процесса.
  Вывод: На уровне знаний нашей науки представленные образцы не могут быть изготовлены. Количество новых неизвестных технологий использованных в данных Образцах установить затруднительно но никак не менее 20 физических или биологических процессов. Уровень используемых технологий влияния на мозг и организм человека подразумевает очень развитую науку о человеке как биологическом виде.
  
  Кабинет Сталина
  Сталин, через 10 дней, вызвал к себе на совещание всех людей посвящённых в так неожиданно всплывший секрет партизанской базы. Присутствовали Берия, Меркулов и лейтенант Сизов, как куратор созданной исследовательской лаборатории НКВД.
  — Что вы можете сказать по поводу документов, представленных товарищем Сизовым? — спросил Сталин указывая на совсем небольшую стопку отчётов ученых.
  — Наши ученые однозначно делают вывод о невозможности создания объектов аналогичных представленным, на базе современной науки. Технологии, используемые в представленных образцах, опережают нам известные на столетия, если не на тысячелетия, — хмуря брови и нервно протирая очки сказал Берия. Отчеты ученых его сильно огорчили.
  — Откуда у партизан такие технологии? Что нам может сказать товарищ Сизов? — спросил Сталин, повернувшись к лейтенанту.
  Тот, отчётливо понимая нервозность обстановки в кабинете и недовольство Сталина результатами исследований, поднялся и начал высказывать свои размышления и результаты собственного анализа ситуации, которые он проводил используя предоставленное время:
  — Я не могу оспаривать заключения ученых, тем более что все это время работал вместе с ними. Я могу только передать ощущения и наблюдения за период инспекции базы и то, своими словами, не вошедшие в официальный отчёт, которые возможно добавят сведений для понимания ситуации. Во первых, весь персонал базы это обычные советские люди, но чем ближе и чаще они общаются с Лексом, тем более заметно возрастающее ощущение их внутренней отличности. Это трудно выразить словами. Все только на уровне ощущений. Личность этого, с виду обычного, молодого человека влияет на его окружение. Мне трудно подобрать даже аналогию такого состояния.
  — Вы хотите сказать, что он является для всех вождём, руководителем, — подсказал Сталин.
  — Нет, товарищ Сталин, это не то, — задумчиво покачал головой Сизов и продолжил, — наверное ближе будет термин вожак. Он не заставляет, не приказывает идти за собой. Он предлагает, хочешь иди, не хочешь не иди, но сам, как правило, идёт впереди и берет на себя значительную часть решаемой задачи. Кроме того, вокруг него ощущение силы и спокойствия. Знаете, это понятие «Как за каменной стеной», вот так и с ним. Иногда кажется что на тебя смотрит не двадцатилетний парнишка, а умудренный опытом аксакал. Да и по отзывам людей, участвовавших в боях вместе с ним, руководил он и действовал, как очень подготовленный командир и боец. В начальный период, у бойцов Красной армии, не возникало даже тени подозрения, что он не служит в секретном подразделении НКВД.
  — А что, в последующем такие подозрения возникли? — заинтересовался Сталин.
  — Как же не возникнуть, — немного замялся лейтенант, — тот же командир разведчиков Васильев, общаясь со мной, прямо спрашивал, почему мы не привлекаем к обучению личного состава таких людей как Лекс, значит уже не считал его сотрудником НКВД, но продолжал выполнять его приказания. Создается ощущение, что подготовка Лекса во многих областях знаний, в том числе и в военных, настолько значительная, что наши проблемы для него это игра в песочнице. По некоторым данным, он в совершенстве владеет, как минимум, несколькими иностранными языками, в том числе: немецким, английским, хинди и одним из диалектов арабского. Проанализировав все его военные операции, я пришёл к выводу, что воевал он достаточно много и причём на руководящих должностях. Все его решения четко выверены и подготовлены с максимальным использованием ситуации и учетом многочисленных факторов, что не может быть выполнено без учета огромного опыта. Кроме того, в тех операциях где он участвовал в бою, значительное количество солдат противника уничтожено им. По не подтверждённым данным он прекрасно владеет всеми видами вооружений, в том числе холодным оружием и даже таким экзотическим как лук.
  — Можете считать эти данные подтверждёнными, — прервал его Меркулов, — мои люди, попавшие на базу, собрали некоторые сведения. Он подготовил группу бойцов, в том числе и разведчиков Васильева по непонятной методике, за очень короткий период. В этой школе боя используется холодное оружие, как основной компонент, но не забыты и ударные рукопашные техники.
  При тренировочных схватках наши бойцы ничего не смогли противопоставить бойцам, обученным Лексом. Они условно погибали зачастую даже не приходя в соприкосновение с противником. Добраться до обученного по такой методике бойца очень трудно. При тренировочном бое его радистки, одна против десяти бойцов НКВД, владеющих приёмами самбо и огнестрельным оружием, она вышла победителем. Противник не мог в неё попасть. Она всегда закрывалась чужими телами, при этом пользовалась специальным, метательным, холодным оружием и ножами. В общем страшный боец в рукопашном бою. А по рассказам другого бойца, Елена Маркова, внучка начальника хозяйственной части базы Алексея Маркова, тренируемая Лексом отдельно, сама побеждает всю их группу в общей схватке.
  — Вот я и говорю, — продолжил Сизов, — такая подготовка не может образоваться на пустом месте. Значит где–то есть или были условия для её создания и судя по эффективности, это были очень тяжелые условия, но мы не знаем ничего об аналогичных школах боя, кроме легенд и сказок, в которые давно никто не верит. Не все так просто и понятно с дрессированными животными. Откуда они берутся? Кто их тренирует и по каким методикам обучает? Как достигается такая слаженность работы человека и животного? Здесь вообще только одни вопросы.
  Теперь перейдём ко второму, на базе существует скрытый уровень, к которому имеют доступ только четыре человека, это сам Лекс Леший, Елена и Алексей Марковы и пленный немец Гельмут Энке, поскольку в открытой части базы эти люди не проживают. Кстати, куда деваются пленные немцы, где живут и чем занимаются, вообще не известно. На том уровне один раз побывал батальонный комиссар Семенов, проверяя содержание пленных, но он сославшись на секретность тогда ничего мне не пояснил и лишь констатировал нормальные условия содержания пленных. Вообще с секретностью на базе дело обстоит очень хорошо. Каждый знает только часть информации, необходимой для его деятельности. Слухи и разговоры, блуждающие по базе, зачастую не правдоподобны и скорее всего распространяются намеренно, чтобы запутать вероятного предателя.
  В третьих — сама база. Скрытно выполнить такой объём работ по созданию базы невозможно, если только база не была создана до революции или ещё ранее. По рассказам жителей, последние работы по добычи руды проводились в этом месте лет триста назад. Проходы, помещения и коридоры базы обработаны явно не вручную. С такой чистотой выровнять пол киркой невозможно. Многие проходы, соединяющие пещеры, имеют хорошо обработанный арочный свод высотой более двух метров. Постоянное наличие горячей воды тоже необъяснимо, так как вулканов или горячих источников в округе не наблюдается. На базе не видно систем вентиляции, хотя воздух свежий и она явно должна присутствовать. Расширение жилого объёма базы происходит практически мгновенно, по мере надобности. Как будто помещения уже созданы ранее и просто присоединялись к уже существующим. Все устройства спецназначения и эликсиры Лекс приносит сам, при этом где они делаются, кем и на чем, неизвестно. Это все, что я дополнительно могу сказать по этому вопросу.
  — Кто ещё может что–нибудь добавить? — спросил Сталин, внимательно оглядев присутствующих.
  — По моим последним данным, возле партизанской базы идёт операция прикрытия настоящей базы фиктивной, для отвлечения внимания немцев от основной базы, могу пояснить ситуацию, — сообщил Берия.
  — Давайте послушаем товарища Берию. Может ситуация ещё немного прояснится, — согласился Сталин.
  — Я зачитаю полученные сообщения о результатах боев, — сказал Берия, доставая из папки несколько листов бумаги. — Бойцы отряда Семенова, на несколько суток выбили противника из района сел …. , уничтожив при этом до батальона живой силы и захватив большое количество вооружения и техники. Эвакуировав из захваченных посёлков и сел района все мирное население, они обороняясь от противника, отошли на заранее подготовленные позиции, уничтожив при этом ещё два батальона пехотных и один танковый, которые немцы спешно сняли с поездов, везущих подкрепления к фронту.
  — Скажите нам, товарищ Берия, сколько бойцов всего в отряде товарища Семенова и как они вооружены? — прервав Берию, поинтересовался Сталин.
  — Около 300 человек и очень хорошо вооружены, — ответил Берия, уточнив ответ по своим бумагам, — у них 4 танка, до 6 крупных зенитных орудий 85 мм, 30 зениток поменьше и до 70 пулемётов. Кроме того, все бойцы вооружены автоматическим оружием.
  — Значит хорошо вооружённый, небольшой отряд, под управлением хорошего командира, за короткий промежуток времени, уничтожил как минимум в десять раз больший состав противника? — уточнил Сталин, очень недовольный этим выводом.
  — Да, товарищ Сталин, — подтвердил Берия, — только необходимо отметить, что значительная часть боев происходила в ночное время. У каждого бойца очки ночного видения и разговорник, и они отходили на заранее подготовленные позиции.
  — Получается, что на фронте нельзя хорошо вооружить бойцов и отойти на заранее подготовленные позиции, — ещё сильнее нахмурился Сталин.
  — Скажем так, не всегда получается это сделать, — ответил Берия, уводя взгляд в сторону.
  — И что этому мешает? Партизанский отряд сам себя снабжает и обходится без генерального штаба и бьёт вдесятеро превосходящего противника, а мы не можем? — продолжая хмуриться, задал вопрос Сталин, глядя в упор на Берию.
  — Ну это не совсем партизанский отряд, — покачал головой Берия, — да и дивизия куда попали эти новые устройства, тоже сражается хорошо и наносит значительный урон противнику.
  — Вы хотите сказать, что без этих устройств мы сражаться не можем? — совсем тихо спросил Сталин.
  — Можем, товарищ Сталин, — возразил Берия, — только связь у нас плохая, да и не хватает её, а телефонная связь при отступлении очень не надёжная. Пока сообщение дойдёт, если вообще дойдёт, обстановка уже изменилась и решение получается ошибочным. Уровень подготовки командного состава тоже не достаточный.
  — Это хорошо, что можем, только надо чтобы получалось. Так что там теперь у партизан? —немного расслабляясь, недовольно проворчал Сталин.
  — Ничего. Пока устойчивое равновесие. Немцы подтягивают крупные силы. Партизаны обороняются. Уже у самой временной базы они ещё набили тридцать танков противника, до батальона пехоты и сбили 4 самолета противника, — коротко отчитался Берия, понимая что основная гроза миновала.
  — Почему такие потери у немцев? — заинтересовался Сталин.
  — Да там, не фиктивная база, а настоящий укрепрайон, — пояснил Меркулов, — мои люди сообщают, что такого они ещё не видели. На горе создана эффективная пирамидальная система дотов, по качеству не уступающих самым мощным, известным на настоящий момент, произведениям инженерной мысли. Доты связаны между собой системой глубоких подземных переходов. Каждый дот имеет систему закрывающихся щитов, спроектированную таким образом, что в случае их разрушения они легко заменяются новыми. Эта база связана небольшим подземным ходом с основной базой и снабжается оттуда. Все подходы к новой базе заминированы различными минами и управляемыми фугасами. Учитывая связь и ночное зрение взять такую базу немцам будет очень трудно.
  — Откуда появилась там эта вторая база? —удивленно спросил Сталин.
  — Это скала на берегу реки, где раньше брали камень и образовались катакомбы, — пояснил Меркулов.
  — Но ведь катакомбы это совсем не доты. Вы же это понимаете, товарищ Меркулов? — усмехнулся Сталин.
  — Да, совсем не доты, и даже не инженерные сооружения, но местное население точно говорит, что две недели назад там никаких укреплений не было.
  — Так откуда же они появились? — задал Сталин прямой вопрос Меркулову.
  — Пока непонятно, товарищ Сталин, но характеристики помещений соответствуют описанию основной базы, приведённые товарищем Сизовым, — кивнул на Сизова Меркулов.
  — Получается, по вашим словам, новая база, которую немцы пока взять не могут, появилась в течение недели или двух, без применения тяжелой техники и бетонирования, — подвёл итог Сталин.
  — Да, — подтвердил Меркулов.
  — Ну что же товарищи, тогда переходим к основному вопросу, — закуривая трубку, сказал Сталин. — Кто это нам помогает и зачем ему это нужно?
  — Разрешите мне, высказать свое мнение по этому поводу? — спросил Берия.
  — Послушаем ещё раз товарища Берию, — согласился тот.
  — Итак, кто–то в лице известного нам Лекса Лешего, осуществляет помощь в небольшом размере, представителям наших вооружённых сил по их просьбе. Помощь оказывается устройствами, материалами и знаниями неизвестными нашей науке. Этот кто–то хорошо подготовлен в различных областях нашей науки, в том числе и военной. Хорошо ориентируется в обстановке. Прекрасно знает многие языки и наверняка побывал во многих странах. Однако обосновался он именно в этом месте. Значит что–то его может там удерживать. Помогает он нам скорее всего потому, что связанные с ним каким–то образом люди, проживали на этой территории и война или ещё какие–либо действия заставили их проявиться.
  На связь с руководством он пошёл не сразу, а через время и не напрямую, а посредством передачи некоторой информации и устройств, людям с ним изначально не связанным. При этом средства представлялись именно те, которые могут нас очень заинтересовать. Отсюда мой вывод.
  Раскрывать себя этот кто–то не хотел и начал действовать только под влиянием внешних обстоятельств. Передача технологий немцам ему ничего бы не дала, они и так пока побеждают, а вот помощь нам в тяжелое время принесёт ему в дальнейшем значительные выгоды и он будет поддерживать нас в войне. Я думаю, нам тоже будет выгодно такое сотрудничество и учитывая данные наших ученых, у него большое количество неизвестных технологий, которые могут значительно облегчить наше положение и привести в дальнейшем к победе над врагом. Остается открытым только вопрос, откуда он появился и откуда такие знания, но тут остаётся очень широкое поле для домыслов. У нас не хватает информации. Это может быть и какой–то древний орден, с сохранившимися сведениями прошлого и вообще что угодно.
  — Но что–то он потребует взамен, — задумчиво сказал Сталин, послушав выступление Берии.
  — Наверное да. Потребует. Но я не думаю что это будет что–то очень большое для нас, ведь раньше ему ничего было не нужно, он прекрасно скрывался и обходился без нашего внимания. Наверное он и сейчас постарается не афишировать свое выступление, — неуверенно высказал свою мысль Берия.
  — Итак вы считаете что, необходимо ответить на дружеские шаги, предпринятые этим неизвестным и наладить более плодотворное сотрудничество? — спросил Сталин, по очереди оглядывая собравшихся. Возражений у присутствующих не нашлось.
  — Хорошо. Тогда попрошу товарища Берию взять это дело в свои руки и наметить шаги на взаимное сближение с этим неизвестным. Посмотрим что из этого получится. Прошу сразу докладывать мне по мере развития ситуации, — подвёл итог Сталин.
  После того как все покинули кабинет, Сталин повертел в руках медный кругляш с головой Совы, который ранее настроил на него Сизов и волнуясь, решительно сжал его в руках. Сначала ничего не происходило, но через несколько секунд, как будто из окружающего пространства раздался голос: — Кто вызывает?
  — Товарищ Сталин, — ответил тот, не зная как ещё назваться этому неизвестному человеку.
  — Ух, ты не ожидал, — раздалось в ответ, — не каждый правитель сможет воспользоваться непонятным устройством. Тогда я рад нашему знакомству. Можете называть меня Лекс или Леший, мне так будет привычнее.
  — А что, много правителей вы знаете? — спросил Сталин, успокаиваясь и зацепившись за фразу ответа.
  — Здесь, только вас, а в общем достаточно навидался, — весело ответил голос.
  — Что значит здесь? — удивился Сталин.
  — А как вы относитесь к теории о множественности миров? — задал вопрос на вопрос Лекс.
  — Есть у нас такая теория товарища Циолковского, о возможно населённых дальних планетах и мирах, пока для нас не достижимых, — пожал плечами Сталин, — а причём тут это?
  — Считайте что теория подтвердилась практикой, — произнёс в ответ Лекс.
  — …. — так долго Сталин уже давно не ругался. Уж кого, кого, а инопланетянина встретить в собственной стране, он никак не собирался. Но вся картина сразу выстраивалась в логически понятную цепочку. Чужие устройства. Чужая наука. Чужие технологии. Вот почему ученые не могут разобраться. Наука просто шла по другому пути и не зная основ, понять действие вершины нельзя. Тем более, если этот Лекс суда как-то попал, то эта наука намного превосходят современную науку. Успокоившись, он спросил:
  — Почему вы нам помогаете и что вам нужно?
  — Так уж получилось, случайно попал сюда, а потом просто обстоятельства, — раздалось в ответ, — От вас мне в общем–то ничего не нужно. Просто чтобы мне не мешали, так как особых интересов в вашем мире у меня нет. Захватывать страны я не собираюсь. Мне это не интересно и не нужно. Если вы оставите за мною кусочек территории вокруг базы, достаточно диаметром километров сто и разрешите привлекать к себе небольшое количество людей, мне будет достаточно. Я вообще попал к вам случайно и собираюсь через время вернуться к себе. В свою очередь постараюсь, немного, в меру своих возможностей, помочь вам в войне и передам некоторые знания и оборудование, которое вы будете в состоянии использовать.
  Если хотите помогу и некоторыми советами в управлении государством, а то уже вижу, что накопилось определённое количество ошибок, которые в дальнейшем могут привести к значительным событиям, точнее приводили в моем мире, но управлять уж увольте, не моё это дело. Скучно.
  — Какие ошибки? — недовольно спросил Сталин.
  — Самая большая ошибка, это уничтожение людей, которые в любом случае могли бы принести большую пользу, если создать им условия, даже если это ваши враги. Почему бы не использовать труд врага на вашу пользу. Почему нельзя превратить врага, хотя бы не в друга, так в союзника, просто создайте для него подходящие условия. В мире очень мало бывает непримиримых врагов. К тому же даже таких врагов можно поставить в условия, когда они обратятся за помощью именно к вам, и тогда врагами они уже перестанут казаться, — ответил Лекс.
  — Хорошо рассуждать и ничего не делать, — проворчал Сталин.
  — Почему ничего не делать, — отозвался Лекс, — Например у вас не хватает хороших командиров, но ведь в лагерях сидит значительное количество такого народа и я думаю, не зависимо от своих взглядов, за страну воевать они будут. Тоже самое относится к ученым. Почему ученый работает землекопом? Что он принесёт в этом случае больше пользы чем разрабатывая что–то новое? Да какая вам разница, что он думает или говорит, лишь бы от него польза была, а не вред. К тому же, а вдруг он говорит что–то нужное, что вы пока не понимаете. Тогда дайте ему возможность хлебнуть, того о чем он так настаивает. В 90 процентах случаев ему это не понравится, а в 10 процентах это понравится вам и не грех применять такое повсеместно.
  Это просто мои мысли вслух, но в них есть рациональное зерно, которое можно использовать и затраты при этом минимальные. А вообще–то думать и решать вам. Это ваш мир и ваша страна. Мой взгляд со стороны просто видит те ошибки, которые не приносят вам пользы.
  — Мы подумаем над вашими словами, — задумчиво согласился Сталин. — По текущей работе вы будете связываться с товарищем Берией, но если посчитаете нужным можете обращаться ко мне. А вот говорить про другой мир мы никому не будем, не надо осложнять себе и нам положение.
  Поскольку вы изначально обозначили свою принадлежность ведомству НКВД, мы официально дадим вам звание, например старший майор государственной безопасности. Оно равно командиру дивизии обычных войск, с которой у вас установились дружеские связи. Формально вы будете подчинены товарищу Берии, но фактически будете работать по согласованию сторон, что устроит и вас и нас.
  — Пожалуй я соглашусь с вашим предложением, — ответил Лекс, — пришлите нужные документы самолетом, при случае. И если можно выпишите ещё два документа, хотя бы на сержантов НКВД, для людей из моей внутренней охраны. Они будут подчиняться только мне. Это позволит надёжнее охранять секреты базы.
  — Хорошо, я дам указание товарищу Берии, он с вами свяжется, — подтвердил договорённость Сталин.
  — Ну раз мы с вами в основном договорились, я подготовлю вам небольшую помощь в решении ваших внутренних проблем, — решил помочь Сталину Лекс, для лучшего закрепления дружеских отношений. — Это небольшое устройство по определению правду ли человек отвечает на поставленный вопрос. Оно будет в виде кольца у оператора. Оператор должен касаться тела отвечающего, например держать его за руку. Если правильно задавать вопросы, то можно однозначно определить виновен ли в чем–то человек, правду он отвечает или врёт. При правильном ответе оператор ничего не почувствует, при неправильном от кольца пойдёт холод. Ограничением устройства будет только количество задаваемых вопросов. Нельзя задавать более трех вопросов за сеанс, для одного человека, в противном случае возможны ошибки. Прибор привыкает к отвечающему и будет ошибаться. Но через пару дней опять можно задавать вопросы этому человеку.
  Вопросы нужно продумать заранее, чтобы были возможны однозначные ответы, типа да или нет. Я думаю, нескольким группам необходимо объехать ваши тюрьма и лагеря и выбрать людей пострадавших невиновно. Эти люди будут благодарны именно вам и смогут оказать серьезную поддержку в дальнейшем, даже просто из благодарности за исправление ошибки. Желательно только замаскировать эти устройства более громоздкой бутафорской аппаратурой, с лампочками и индикаторами, для предотвращения не нужных вопросов. Можно сказать, что это открытие секретной лаборатории НКВД. Наверное будет необходимо создать отдельную службу слежения за правильностью назначения наказания, которая будет выявлять ошибки расследований или непрофессионализм ваших следователей.
  — Вы даже такое можете, это очень может пригодиться, передайте мне один такой приборчик, — задумчиво согласился Сталин.
  — Договорились, со следующим самолетом отправлю посылочку с устройствами непосредственно вам. Настройку на вас сделает лейтенант Сизов. Дальше решайте сами, — ответил Лекс и отключился.
  Такого подарка Сталин не ожидал. Это же практически абсолютная проверка всего окружения и исключение ошибок в назначении наказания. А то все стараются лучше перестраховаться и посадить или расстрелять, чем потом получить проблемы. Если прибор будет так действовать, как рассказал этот Лекс, то это решит многие проблемы. Надо дать приказ ученым разработать наборы вопросов на разные случаи и проверить работу прибора. Эх если бы все преданные люди были ещё и умны, это было бы совсем отлично. А сколько ещё тайн и возможностей хранит инопланетянин. Лучше с ним дружить. Как–то же он к нам попал. Уже без опасений он вызвал по разговорнику Берию и коротко, только то, что посчитал нужным, пересказал разговор с Лексом, не упомянув про его инопланетное происхождение. Тот тоже согласился с мнением вождя, о перспективности развития дружеских отношений с неизвестной силой и пообещал в ближайшее время предоставить планы развития этих отношений.
  Неожиданный разговор со Сталиным Лекса порадовал. Нормальные отношения с властью это залог спокойной жизни. А что магу ещё нужно. Жаль немцы пока не понимают изменения ситуации и пояснить им всю глубину их заблуждения ещё не представляется возможным.
  Они подтянули ко второй базе кучу народа и техники и все таки пытаются взять её штурмом. Большие потери их пока ничему не учат. Все попытки атаковать пехотой с поддержкой танков пока благополучно и практически без потерь оборона отбивает. Они ничего не могут сделать с такой обороной. По ночам, бойцы относительно спокойно стягивают себе в гору разбитую немецкую технику. Одно время немцы попытались им препятствовать, но после нескольких неудачных попыток атаковать эти трофейные бригады, они от таких планов отказались, так как понесли ночью ещё более значительные потери.
  Обороняющиеся не пытались их атаковать, пока им этого не надо, а немцы не знают, что с ними делать. Штурмовать укрепленный район в лоб, по единственной дороге они уже пробовали. Обложили все вокруг окопами и врытой в землю техникой, но что дальше. Лекса пока такая ситуация устраивает. Пушечные големы под управлением гвардейцев медленно набираются опыта по обнаружению различных целей, а его люди набираются такого же опыта по управлению големами.
  На самом деле управлять големом просто, только вот много необычного. Вы не крутите всяких ручек, вы просто даёте мысленные команды, а он выполняет их. Первое время смешно было смотреть, как Гранин пытается самостоятельно крутить настройки, когда голем проводит наведение пушки, но люди быстро привыкли к такому поведению, с вида вроде бы нормального орудия. Также выяснились и достоинства и недостатки самостоятельной работы големов. Они сами точно и быстро поражали цели только в том случае, если те двигались не маневрируя или находились на одном месте. Големы не могли точно рассчитывать упреждение при прицеливании по маневрирующей цели, но даже на небольших прямолинейных участках они её ловили и уничтожали, это относилось как к танкам, так и к самолетам.
  Немецким пушкам тоже не повезло, как только они появлялись на прямой видимости, так и переставали существовать, а бить по дотам с закрытых позиций бесполезно. Конечно можно подтянуть сюда и более тяжелые орудия, но Лекс уже готовил ответ и на это действие немцев, самолет то у него был, осталось только правильно его переделать.
  На самом деле, партизаны сейчас немцам не очень–то и мешали. Сидят на базе, в стороне от основных коммуникаций, в окружении, но престиж их был задет. По договорённости с Берией, в газете была напечатана статья об удачных боевых действиях окружённой группировки под управлением дивизионного комиссара Семенова, которая не сдалась противнику и даже в окружении продолжает сражаться и наносить врагу чувствительные удары. Такие сведения очень больно бьют по немецкой пропаганде, и в тоже время поднимают настроение, пока отступающей, Красной армии.
  Немцы занимали полосу не более 5 километров вокруг новой базы и партизаны могли спокойно принимать самолеты на основной базе ночью. При этом самолеты обязательно пролетали и некоторое время кружили на большой высоте над новой базой, создавая видимость снабжения окружённых войск.
  Несколькими рейсами удалось вывести всех детей, у которых оказались родственники за линией фронта. Еще Лекс передал Юричу двести комплектов, по семь штук, разговорников и тысячу очков кошачьего глаза с тысячей обманок. Также к ним прилагались двадцать артефактов зарядки. Под руководством, уже капитана Сизова, была образована специальная группа НКВД, для контроля и управления спецтехникой.
  Первыми, с инструкциями, поступили в войска разговорники, причём сразу на уровень дивизий, полков и батальонов. Руководству Красной армии удалось быстро обеспечить связью тридцать, наиболее боеспособных дивизий, на опасных направлениях. После налаживания связи, можно было распределить и очки. В основном, из за очень эффективного использования в авиации, они разошлись по лётчикам, им тоже достались и разговорники.
  Около пятидесяти лётных полков получилось полностью обеспечить его устройствами. Учитывая особую эффективность применения авиацией этих устройств, потери немцев стали значительно увеличиваться. Инструкции и рекомендации по применению новой техники были заранее наработаны полками ночников, к которым устройства попали первыми.
  Также особую радость проявили врачи в госпиталях, которым достались небольшие партии эликсира. Количество бойцов полностью выздоровевших после ранения значительно увеличилось, особенно учитывая, что такие эликсиры применялись только к тяжело раненным. К сожалению много эликсира сделать не могли. Если в запасах трав которые собирали колхозники недостатка не было, то вот при создании эликсира были проблемы.
  Создавать эликсиры могли только маги, а точнее только Лена и Митрич, поскольку очень уж разнообразным было сырье и надо постоянно видеть ауру растений. Лена тратила шесть часов ежедневно на эту работу, а Митрич под её наблюдением по 4 часа в день. За день у них получалось не более чем по 100 литров эликсиров обоих типов. При расходе по минимуму, на человека приходилось по 50 грамм каждого типа. Это всего на две тысячи раненых в день. Но и этого раньше не было. Многих таких тяжело раненых раньше вообще не спасали.
  Авторитет Лекса на базе значительно укрепился, особенно когда он пару раз появился в военной форме с новенькими знаками отличия, которые вместе с документами прислали самолетом. Теперь все окончательно уверились в существовании очень секретной базы НКВД. Начальником простой базы командир такого уровня не бывает. Также были обрадованы и его подчинённые Гранин и Петров, которые тоже получили документы на сержантов НКВД. Кроме этого, местное начальство расщедрилось и наградило многих бойцов, в том числе и разведчиков Васильева и самого Семенова, орденами.
  На базе, учитывая значительное количество прибывшего местного населения, работ хватало. В первую очередь решалась проблема с жильём. Сильно помогло большое количество привезённого леса и разобранных строений. Местные колхозники, вооружившись пилами и топорами, обустраивали пещеры.
  Остро возник вопрос освещения и отопления. Пока, в большинстве случаев, пришлось обходиться факелами из торфа. Митрич занимался этой проблемой уже сам. Ему приходилось практиковаться в работе щитами и создавать по две, три тонны факелов в день. Охрана по прежнему могла выводить население к ближайшим деревням, для уборки урожая. Немцы, в основном, группировались вокруг второй базы и в глубину леса не лезли.
  Иногда Гранин, через кристалл наблюдений, замечал мелкие группы немцев, углублявшихся в лес и тогда или отслеживали их перемещение своей группой, если они не мешали, или уничтожали их или брали в плен. Большие отряды противника от места окружения новой базы не отходили и их основное снабжение и пополнение приходило с противоположной стороны от города …, где заканчивалась тупиковая ветка железной дороги.
  Появившееся свободное время, Лекс тратил вместе с Леной и присланным к ним, самолетным механиком сержантом Михаилом Лукиным, на восстановление их трофея с разбитого аэродрома. Лукину, все сразу стали его звать Петровичем, было под пятьдесят лет и работал он с самолетами уже довольно давно. Его ещё до войны прислали в полк, вместе с новыми экспериментальными самолетами ИЛ‑2 с завода, для возможной доводки самолетов на месте. С тех пор он прижился в полку и когда Лексу понадобился специалист, на месте лучше него не нашлось.
  Сначала они совместно собрали самолет из тех частей что были. Кое–что пришлось доделать на месте. Потом, почти полностью его разобрали и Лекс с Леной, под руководством Петровича, стали его опять собирать, только при этом и Лекс и Лена, пользуясь своими возможностями упрочняли его детали. Собрав самолет заново, Лекс приступил к изготовлению летающего голема. Лена, прочитав в учебнике по магии все главы о големах, наблюдала за его действиями.
  От топлива Лекс отказался сразу. Двигатель самолета пришлось полностью переделать, точнее вообще выбросить большинство его внутренностей, оставив вал и механику управления. На его базе, он создал простейшего подчинённого голема, вращающего вал и контур управления к нему. Основным големом был сам самолет, причём по управлению совсем не сложный, состоящий из двенадцати контуров управления. Запитал он все это от стандартного магического накопителя на кристалле. Запаса магической энергии, при задействовании всех функций, в том числе и защиты, хватало на 12 часов. Время заряда с помощью специальной зарядки тоже около 12 часов, а Лекс или Лена заряжали его мгновенно. Из–за освободившегося места, появилась возможность увеличить кабину самолета и установить там дополнительное место для пассажира, а что бы он сильно не скучал в случае воздушного боя, снабдить его крупнокалиберным пулемётом.
  Петрович оказал неоценимую помощь при составлении заклинаний и контуров управления. Он досконально знал, когда и как должна работать та или иная часть самолета. Практический опыт этого человека был огромен. Конечно у него возникало очень много вопросов при работе с магами. Как их не задать, видя что металл гнётся или нагревается у него на глазах, без видимой причины, или детали сами поднимаются и сращиваются друг с другом. Жаль он не обладал магическими способностями, но поняв, что реально магия существует, он стал забрасывать Лекса вопросами на тему, почему это все работает. Ну как объяснить слепому на словах, как выглядит реальный мир. Видя его мучения Лена подсказала Лексу:
  — Да сделай ты ему магический глаз, который используется стражниками для контроля за наличием магических заклинаний, я же видела его описание в дневнике. Потом создай амулет щупа, как у нас в печати, несколько простейших амулетов щитов стихий из учебника, только управляемых руками.
  — А это гениальная идея, — обрадовался Лекс, целуя смущенную ученицу,- но это тебе дорого обойдётся, магический глаз и амулеты щитов стихий будешь делать сама, а вот щуп ты пока сделать не сможешь, придётся мне мастерить. Три дня они проторчали в лаборатории, создавая все свои задумки.
  Получилась совершенно уникальная вещь, даже для магического мира. Амулет магического глаза они совместили с очками кошачьего глаза, навесив дополнительную структуру на уже готовый каркас. Амулет магического щупа, Лекс нашёл в своем дневнике, как вариант одной из первых разработок артефакторов в виде перчатки. Двигая пальцами и ладонью можно управлять щупом, делать его тоньше или толще, проникать ближе или дальше. Информацию, снимаемую щупом в виде картинки, они вывели на глаз через одно из стекол очков. Щиты запихнули во вторую аналогичную перчатку. Лекс даже контур управления щитами оставил точно такой же как и у щупа. На одном из пальцев закрепили кольца щитов, при активации нужного кольца, работает управление для соответствующего щита. Для накопителей магической энергии пришлось использовать кристаллы из нескольких ювелирных украшений. Заряжались они в течение четырех часов и хватало их действия тоже часа на четыре. Все таки простые щиты стихий упорядоченной энергии жрут немеряно, а через небольшую зарядку, тоже в виде кольца, много сразу не перекачаешь, это тебе не маг.
  В общем получился недомаг из его мира, но только то, что этим недомагом может быть вообще любой человек переворачивало всю структуру его мира. Теперь обычный человек видит магические потоки и может медленно работать простейшими щитами разных стихий. Да, он не сможет создать новое заклинание, но управлять готовым он вполне может. Но самый главный результат этой работы оказался важен именно им, магам в этом мире. В таких очках Лекс смог увидеть потоки, находясь на поверхности, получил возможность создавать и корректировать сложные заклинания и пользоваться всеми заклинаниями из дневника. Теперь Лекс и на поверхности, среди излучений источника, превращался в полноценного мага, да ещё какого.
  Насколько оказались ограниченными и зашоренными взгляды магической науки его мира. Все привыкли, что не маг управлять потоками не может и никто не предпринимал никаких действий для опровержения этого постулата. Вот так и рушатся мысленные стены, запирающие разум в ограниченном пространстве, достаточно только набраться смелость и посмотреть со стороны.
  Радость Петровича словами передать было трудно. Он, наконец, увидел что они делают и как они это делают и сразу принялся за эксперименты. Для начала, Лекс специально уменьшил силы щитов до минимума, пока он не научится манипулировать ими в перчатках. Собственно говоря получилась своеобразная магия жестов. Когда Петрович понял принципы управления щитами стихий, с помощью жестов и движений пальцев, Лекс вместе с Митричем отправил их создавать новые помещения, там есть где развернуться на полную мощность.
  Хорошо делать добрые дела, Лекс получил себе ещё одного фанатичного приверженца. Для сохранения секретности пришлось с Петровича взять клятву секрета на крови о сохранении полученной информации. Эта клятва ничем его в остальных вопросах не ограничивала, нельзя только рассказывать откуда это и как все это происходит. При попытке выдать эту информацию, человек подчинённый такой клятве просто терял сознание, а при многократных попытках мог и умереть. Это одна из самых удобных возможностей хранить секреты в его мире, и единственными кто смог обойти эту клятву оказались артефакторы, за счет своих дневников, правда после смерти человека, давшего эту клятву.
  В один из дней, в перерывах работы над перчатками для Петровича, Лекс выполнил обещание Сталину и создал пару десятков, колец правды. Стандартный амулет из набора стражника, только Лекс ещё встроил в него преобразователь потоков силы для автоматической подзарядки. Поскольку это не боевое заклинание, то и потребляет оно по минимуму. Пять таких колец Лекс раздал руководству базы. С их помощью выявить предателей или разведчиков противника не составит труда. Лейтенанту Волкову, который и занимался у них на базе вопросами внутренней безопасности, сразу стало на много легче. Не все же время Лексу делать это, наблюдая в пещерах за аурами людей. Надо признаться, за все время ему предатели не попадались. Повезло наверное, просто немцы их по настоящему, всерьёз, по прежнему не воспринимали.
  Остальные пятнадцать, вместе с инструкцией по использованию он, как и обещал, специальным пакетом отправил Сталину, сообщив ему заранее о посылке. Все таки тот не самый плохой правитель, не идеал конечно и со своими особенностями, но по сравнению с некоторыми знакомыми Лекса, он значительно выигрывает. Лекс надеялся, что подарок поможет обеспечить тому некоторую долю безопасности своего правления.
  
  Разговор по телефону между Клейстом (Эвальд Пауль Людвиг фон Клейст 1‑я танковая группа) и генералом Штю́льпнагелем (Карл—Ге́нрих фон Штю́льпнагель 17‑я армия вермахта)
  — Эвальд, ты понимаешь что происходит? Русские воюют не по правилам.
  — Я уже ничего не понимаю Карл. Эти проклятые ночные налёты русских просто уничтожают моих солдат. Они перестали бомбить прикрытые мосты и переправы днём. Они разносят их ночью. Днем летают только их штурмовики и истребители. Точность русских поразительна, с первого захода, ночью, в темноте, они поражают все цели и уходят. Их самолеты, по ночам, просто охотятся за моими танками. Моя группа тает как масло на сковородке. Наши доблестные люфтваффе ничего не могут сделать. Все русские истребители висят днём над обороной русских, похоже по ночам их бомбардировщики летают вообще без прикрытия истребителей.
  — У меня тоже самое Эвальд, я не успеваю подтягивать даже пополнение. Все станции в прифронтовой полосе разбомблены. Их самолеты ночами даже штурмуют переднюю линию фронта, снося мою артиллерию. Попытки сосредоточить что–то для прорыва, оканчиваются только тем, что нам на головы сыплется очередная порция русских бомб.
  Такое впечатление, что русские лётчики ночью видят все как днём, а может быть и лучше. Обнаружить замаскированные танки ночью, на лесной дороге, просто невозможно, а эти варвары находят и уничтожают их. Скоординированность действий русских возросла на порядок. Они меньшими силами удерживают фронт, оперативно перебрасывая войска в места моих ударов. Какие сведения даёт фронтовая разведка, а то у меня совсем пусто? Группам не удается подобраться к противнику ночью, их подпустив вплотную уничтожают. Я серьезно подозреваю, что у противника появилось простое оборудование для ночного боя, в том числе и у лётчиков.
  — У моей разведки аналогично, а абвер что–то не торопится. Похоже у него пока нет никаких данных. Не пора ли временно прекратить попытки наступления. Сейчас как никогда велика вероятность встречных ударов противника.
  — Боюсь, нас могут не понять в верхах, Эвальд. Давай пока доложим нашему непосредственному руководству о реальном положении дел на фронте, а оно уж пусть решает. В конце концов пусть шевелится люфтваффе и абвер. Нам нужны сведения и воздушное прикрытие и нам все равно, есть ли у Геринга вблизи аэродромы или они тоже разбомблены. Без прикрытия мы просто никуда не двинемся.
  — Ну что же Карл, я поддерживаю эту идею.
  
  Из служебной записки сотрудника абвера адмиралу Канарису.
  По данным нашего источника в наркомате обороны под псевдонимом «Лиса», нет никаких сведений о разработке и принятии на вооружение приборов ночного видения. Через каналы подконтрольные источнику никаких данных по данной тематике не поступало. Работы ранее шедшие по этой тематики, свернуты в 38 году в связи с арестом сотрудников академии наук их проводивших. О дальнейшей судьбе этих людей ничего не известно.
  По данным агента «Тополь» в войска центрального и юго–западного фронтов направлены сотрудники центрального аппарата НКВД под значительной охраной. Минуя штабы фронтов и армий они объехали штабы дивизий указанных фронтов, куда были собраны представители от более мелких подразделений, вплоть до батальона. При попытке прояснить ситуацию, агент исчез и на связь больше не выходил. После указанной поездки сотрудников НКВД, на фронтах резко активировались действия авиации противника в ночное время, а также координация действий штабов противника. Интенсивность радиообмена при этом даже уменьшилась. Сейчас проводятся попытки получить информацию по другим каналам.
  
  Немцы опять несколько раз пытались взять штурмом новую базу. Ничего у них не получилось. После потери 7 – 8 танков и роты солдат, их наступление захлёбывалось, да и как наступать, если даже только подойдя к дотам, пехоту встречал перекрёстный огонь пулемётов из более мелких оборонительных точек, а на сплошном камне в землю не закопаешься. Еще Лекс не поленился и из утянутых, разбитых немецких танков, смастерил двух големов с амулетной начинкой. Они по утру выезжали из особым образом сделанного шлюза, становились по краям дороги на самом спуске, в специально для них вырытые укрытия и принимали весь огонь на себя. При этом видна была только верхняя часть танка.
  Как бы немцы не хотели их уничтожить, ничего не получалось. Да и как их уничтожишь, Лекс же на них поставил заклинание воздушного щита, как у амулетов воинов его мира, ну разве что немного помощнее, только щит сделал двухслойным. Собственно сам танк при этом являлся и амулетом. Можно было создать и навесить на танк обычные амулеты щитов, но магической энергии они бы жрали не в пример больше и накопители для них нужны помощнее, а магов для их зарядки в близи может не оказаться.
  Пришлось выдумывать что–то новое. Одна часть щита была очень слабой, но зато практически не потребляла магической энергии, заклинание типа контура охраны. Зато вторая часть щита жрала энергию как боевой маг, но работала только при нарушении контура первого щита достаточно массивным предметом с большой скоростью, например снарядом и заставляло скользить его мимо цели. На остальное голем практически не тратил энергию, поскольку сам имел свойства передвигаться и стрелять без большого дополнительного магического влияния. Наведение на цели, Лекс использовал от големов пушек, которые накопили возможные варианты под управлением стрелков.
  Немцы, с огромными потерями для себя, засыпали эти танки снарядами и минами, перекапывая и кроша камень вокруг, а те постреливая гораздо реже, выбивали подходящие цели. Дуэль шла явно не в пользу немцев.
  Про партизанскую базу, которую немцы не могут взять три недели, даже стали передавать в сводках по радио. Надо думать, визг по этому поводу у немцев поднялся приличный. Они даже попытались ночью устроить бомбовый налёт, используя как ориентиры пуски осветительных ракет и специальные костры в своем расположении.
  Для двух големов, на базе зенитных пушек, нет ничего более удобного, чем заходящий на тебя по прямой самолет. Сколько там прилетало, никто не считал, но 16 штук горело вокруг базы. Больше немцы таких массированных налётов не делали. Уже трудно было подсчитать сколько они стянули к этой базе. Наверное, количество войск приближалось к усиленной дивизии. Обороняющиеся ряды увеличились только ещё одним партизанским отрядом, размером в 120 человек, по наводке из центра вышедшим к болоту, где его и встретило охранение.
  Вовремя Лекс выдал кольца правды. При опросе пришедших бойцов, Волков нашёл одного предателя или разведчика, Лекс не очень–то разбирался, и потом перевербовал. Собственно, после обнаружения, он не очень–то упирался и быстро согласился работать на партизан, некоторое время снабжая противника нужной дезинформацией.
  Пленные немцы, которых накопилось у Лекса уже больше 50 человек, тоже его порадовали. За три недели они запустили гномьи оранжереи, длиной 500 метров. Десять метров приходилось на человека, а это очень не мало. На каждом метре площади лианы росли вертикально в пять рядов, с интервалом в 20 сантиметров и в высоту на два метра. Учитывая, что с одного квадратного метра вертикальной площади одного ряда, снималось более килограмма грибов и можно изготовить квадратный метр прочнейшей ткани это очень много. Если учитывать погонный метр оранжереи, то на метр приходилось 10 кг грибов и 10 метров возможной ткани. Соответственно защитники уже сейчас могли иметь 5 тонн грибов в сутки и 5000 метров ткани, которую конечно ещё нужно сделать.
  Вот и нашлась работа местным колхозникам, которые заканчивали работы на собственных огородах. Быстро соорудив, со своими учениками и Петровичем, подходящие чаны и мельницы из камня, Лекс запустил производство грибной муки. Из металла и запчастей разбитых немецких танков, Петрович собрал простейший конвейер для производства муки. Более простой конвейер, заработал для создания сухих грибов, только там пришлось поставить амулет — специальный пресс, на базе воздушного щита, который сушил, выжимал, прессовал и резал грибы, как раньше Лекс сушил торф.
  Грибы формировались небольшими плитками и если потом подержать эту плитку в воде и затем варить или жарить, то получаем варенные или жаренные, немного сладкие и достаточно вкусные и питательные грибы.
  Для обработки лианы, тоже построили специальную линию. Сначала лиану выжимали. Потом специальными круглыми гребешками на валах вычёсывали, чтобы остались только нити. Затем нити уплотнялись, и утончались щитами земли и попадали на специальные станки, где и должна производиться материя. Всю технологию и сами станки, Лекс нагло скопировал у гномов, а вот приводы к ним, он с помощью Петровича, изготовил из разбитых танковых моторов. Точнее сделал из них простейших големов, которые могли только вращать вал. Заряжал накопители големов Митрич, ему все равно надо разрабатывать свою печать накопителя.
  Сок лианы и её мякоть тоже не терялись. Мякоть прессовалась и из неё получалась хорошая бумага. Цвет мякоти чисто белый, поэтому даже отбеливать такую бумагу не нужно. В зависимости от количества и качества обработки прессом, бумага шла на различные нужды. Сок лианы обладал хорошим чуть сладковатым вкусом и шел у гномов на изготовление различных напитков, поэтому и здесь создали несколько чанов для соответствующей обработки. Пока стали делать напиток похожий на местный квас и остальной сок использовался для извлечения сахара, которого в соке лиане до 3% массы. Остатки от обработки лиан и грибов шли на подпитку новых лиан.
  Всю работу по обработке грибов и лиан стали выполнять местные колхозницы и колхозники. Работа нашлась почти для двухсот человек. Остальные пока заняты на уборке урожая в деревнях и вокруг их, в зоне контроля замкового артефакта. Получается дополнительно к грибам и материи, ежедневно имелось 1000 кв метров хорошей бумаги и 2000 кв метров обёрточной бумаги, две тонны напитка и двадцать килограммов сахара.
  Материал тоже различался по качеству, поскольку волокна изначально сортировались по толщине. Очень тонкие волокна шли на хорошую материю, которая получалась мягкой, тонкой и прочной, хотя и могла немного тянуться. Волокна потолще шли на материю по грубее, для верхней одежды. Совсем толстые волокна шли на верёвки и канаты, по прочности не уступающие стальным, но гораздо легче по весу. Пока материал красился только во все оттенки зеленого или оставался белым.
  Местные женщины быстро прочувствовали хорошее качество материала и стали шить из него себе различную одежду, поскольку ручные швейные машинки были в семьях у многих. То, что пока не находило применения, складировалось в сухих пещерах. За неделю народ самостоятельно обеспечил себя новой одеждой и постельными принадлежностями, правда с малой гаммой цветов, но очень хорошего качества. Остальное стали складывать на склад.
  По привычке колхозники пытались записывать на каждого работающего трудодни, но такая оплата труда Лекса не устраивала. Она полностью гасила инициативу. Поэтому он ввёл оплату специальными чеками, которые сам же и напечатал на своей бумаге, точнее выжег, как обычно делал ранее, по поверхности бумаги с помощью варианта огненного щита, красивые изображения с нужными цифрами, все равно пока подделать их здесь невозможно.
  Учитывая появление местных денежных знаков, все отношения были переведены на них, в том числе оплачивались и военные действия. Колхозные счетоводы быстро освоили методики подсчёта цены различной работы и стали заниматься своей работой. Местные советские деньги тоже принимались к расчету, один к одному и если бы они были в достаточном объёме, то Лекс бы не заморачивался со своими. Собственный банк пока открывать не стал, бессмысленно, поскольку нет потока товаров и не с кем обмениваться.
  В общем подземное поселение стало полностью само-обеспеченным по различным позициям. Основной проблемой стало снабжение второй базы боеприпасами. Подходили к концу те, что взяли на складах. Пришлось договариваться с Юричем о присылке самолетами нужных снарядов. Договорились. Каждую ночь прилетал самолет загруженный до предела, улетал он тоже не пустым. Его стали загружать грибами, материей, качественной бумагой и верёвочной продукцией, которым быстро нашли применение в дивизии Юрича. Снабженцы оказались очень довольными таким обменом. Немцы были наоборот недовольны этим транспортным коридором, предполагая что груз сбрасывают на парашютах на базу, кстати пару ящиков для прикрытия, постоянно сбрасывались на новую базу.
  Предусмотрев такой вариант события, Лекс попросил командование прислать сюда один истребитель с пилотом и пилота для штурмовика, поскольку здесь никто летать не мог. Что и было вскоре выполнено. Этот истребитель постоянно встречал, на всякий случай, транспортника на подходе. Немцы, попытавшись в одну из ночей подкараулить самолет в воздухе, напоролись на прикрытие и были очень огорчены советским пилотом. Он ссадил на землю в ночном бою четырех из восьми немцев, да и те удалились в разные стороны побитыми и потерявшими ориентировку. Почему–то больше встречать этот самолет они не захотели.
  Второй лётчик на штурмовике вылетал каждый день и сначала облетывал самолет после ремонта и для привыкания к новой машине, а потом и начал штурмовать немецкие позиции вокруг новой базы. Это немцев в очередной раз неприятно удивило. Голем самолета в управление не вмешивался, он обучался и запоминал все действия пилота. Воздушный щит установленный на самолет, по аналогии с танковым, обеспечивал ему достаточную защиту. Пилот был в восторге от этой машины. Она намного легче и быстрее стандартного самолета. Горючего ей не надо, работает то от магического накопителя, да и у голема мощность для вращения винта намного больше стандартного мотора, поэтому и скорость больше чем у истребителей. Учитывая хорошее вооружение для штурмовки позиций и очки ночного видения пилота, окружившим базу немцам приходилось не сладко.
  Красная армия продолжала отступать, но уже в большинстве случаев упорядоченно, не давая немцам окружать наши части. Еще не хватало нужной выучки войск и командиров, не хватало техники и боеприпасов, но и потери снизились значительно. Ночная воздушная разведка и ночные удары по противнику, сильно снизили темпы немецкого наступления. Даже если небольшие части Красной армии попадали в окружение, они, используя разговорники, не теряли связи с командованием и либо удачно прорывались к своим, либо получая данные воздушной разведки, сначала хорошо проходились по тылам немцев, а потом опять прорывались к своим.
  Сталин, используя кольца правды и сохранив их секрет, хорошо почистил с помощью Берии свое ближайшее окружение. Причем он отправил людей в войска, на соответствующие должности, а не уничтожил их, как сделал бы раньше. Кроме того, в лагеря были направлены специальные комиссии с большими полномочиями, для пересмотра дел заключённых, в связи с тяжелым положением на фронтах. Через короткое время заключённые постепенно стали возвращаться и попадали либо в армию, либо на заводы или возобновляли научную деятельность. Возвращение заключённых произвело некоторый шок на партийную номенклатуру. Еще бы, многие были возвращены на свои должности и иногда совсем не маленькие, как люди оболганные империалистическими прислужниками и настоящими предателями.
  Это касалось и военных. Многих восстановили в звании и направили в действующую армию. Одновременно среди партийной верхушки прошли чистки, которые на открытых процессах показали и доказали действительную виновность этих лиц в воровстве и предательстве, в том числе на них повесили и предыдущие ошибки в неправильном осуждении многих людей. К тому же, контрразведке удалось практически разгромить в верхнем эшелоне власти все агентурные сети зарубежных противников и друзей. Соответственно некоторые были арестованы, а некоторые высланы из страны.
  Авторитет Сталина и так достаточно высокий поднялся сразу на недосягаемую величину. Еще бы, он вернул неправильно осуждённых и наказал заговорщиков и предателей, которые стали пособниками фашистов и готовили переворот в стране. Большинство людей до конца не понимало, что происходит, но произошедшие перемены радовали и позволяли надеяться на улучшение обстановки, как в стране, так и на фронте.
  Среди сотрудников НКВД прошли слухи о образовании дополнительной службы собственной безопасности, под непосредственным управлением Берии и если те будут улучшать показатели по поимке шпионов за счет липовых дел, то быстро сами поедут валить лес. Отдельным приказом закреплялось право арестованных обращаться непосредственно в секретариат НКВД с прошением о пересмотре его дела и в случае если после проверки специальной комиссией, дело признавалось сфабрикованным или ошибочным, возможно было освобождение заключённого, с соответствующими выводами для лица посадившего этого заключённого. Но, если правильность осуждения подтверждалось, то срок заключения удваивался. После нескольких примерных разбирательств, количество ошибок при вынесении приговора резко сократилось, причём и в ту и в другую сторону. Был даже случай, когда приговорённого уже расстреляли и было обращение от сослуживцев расстрелянного, после чего разжаловали до рядового и отправили на фронт искупать вину уже самого сотрудника НКВД, сочинившего дело.
  Учитывая большую скорость происходящих перемен, конечно появлялись различные недоразумения, но из за реальной возможности решать такие ситуации, обстановка в стране стала несколько спокойнее. Надо отдать должное структурам власти. Молниеносно проведённая реформа всего аппарата управления, только укрепила их и позволила сгладить многие негативные потоки, накопившиеся за прошлое время. Для всего этого Лексу пришлось бросить все дела и изготовить ещё две сотни колец правды и отправить их Сталину, который сам контролировал их выдачу подчинённому персоналу.
  Конечно, Лекс не самостоятельно делал эти кольца. Они с Леной, опять создали автоматическую установку производства и конечно Лекс мог сделать их гораздо больше, но никогда нельзя баловать правителей и решать их проблемы. Да и учитывая возможные в будущем товарные отношения, не следует бесплатно раздавать достаточно дорогие амулеты. Лексу и его людям придётся на что–то жить в этом мире и желательно жить хорошо. Да и нет смысла, как говорится в одной из пословиц этого мира, давать рыбаку рыбу, когда можно дать ему сети.
  Со Сталиным Лекс общался уже достаточно много, особенно по вечерам. Сначала тот пытался расспрашивать Лекса о его мире, но тому было это не выгодно, поэтому Лекс отвечал в общих чертах, без привязки к технологическому уровню и особенностям, но политическую систему мира ему описал. Существование городов государств, которые самостоятельно могут проживать под боком у империй того поразило. Конечно Лекс пояснил, что с помощью специальных устройств сотня подготовленных людей может много бед наделать любой империи. Поэтому всякие империи предпочитают прибирать к рукам такие города политическим или торговым путём. На самом деле, кто же будет напрямую воевать с какой–нибудь магической школой или академией, как правило базирующейся в таком городе. Это можно такое заклинание заполучить, что пока твои маги разберутся пол империи вымрет, и война не принесёт ожидаемого эффекта.
  Правители предпочитают заранее договориться с магами о невмешательстве и тогда войны просто не бывает. Войны ведутся только между небольшими образованиями, без магических школ. Пара десятков не сильных магов погоды не делают, да и не вмешиваются они обычно в такие конфликты. Их не трогают и они никого не трогают. Собственные советы Сталину Лекс тоже никогда не давал, только иногда описывал похожие ситуации его мира и возможные результаты таких ситуаций для различных вариантов действий. Это был просто взгляд со стороны на картину этого мира. Еще Сталин живо интересовался жизнью на базе. Тут скрывать было нечего. Даже ввод собственных денег Лекс обосновал нехваткой наличности на базе и в любом случае за пределами базы они использоваться не будут.
  Все возможности магов Лекс по аналогии заменял на понятные, но приблизительные термины или устройства этого мира. Конечно в его рассказе возможности мага выглядели впечатляюще. Это Лекс делал и с непосредственной целью, которую Сталин похоже понял и принял. Не надо трогать Лекса и его людей, это может очень дорого обойтись и не доставит радости обоим сторонам. Тогда как мирное сосуществование обогатит и того и другого.
  Интересы Лекса в этом мире весьма скромные и расширять он их абсолютно не собирался, тем более конфликтуя с таким государством. Свои проблемы Сталин должен решать сам, но учитывая просто хорошие отношения, Лекс согласен помогать по мере возможности.
  
  Из служебной записки сотрудника абвера адмиралу Канарису.
  По неизвестным причинам наши агентурные сети в верхних эшелонах власти большевиков полностью разгромлены. Небольшой части агентов удалось скрыться. Они предполагают наличие у противника источника в штабе абвера, с доступом к секретным досье сотрудников. Ничем другим одновременный разгром независимых сетей объяснить невозможно.
  Агент «Быстрый» из штаба 20 армии сообщил:
  1.1 о появлении в войсках большого количества новейших, малогабаритных средств связи, построенных на неизвестных принципах. Качество связи и её характеристики приводят в замешательство даже командный состав, который ничего не может предположить о принципах работы связи. По косвенным разговорам удалось определить только общие характеристики, которые выглядят фантастически:
  — устройство очень небольшого размера, напоминающее медальон,
  — устанавливает связь на огромных расстояниях (точные параметры не известны),
  — не подвержено помехам и перехвату,
  — работает в любых средах (под водой и под землёй в том числе),
  — из за габаритов, ограничено по количеству соединений, не более семи абонентов (предположительно),
  — имеет не известную систему идентификации пользователя (работает только с опознанным пользователем),
  1.2 о появлении в войсках средств наблюдения построенных на неизвестных принципах и имеющих следующие характеристики:
  — по виду похожи на солнцезащитные очки фирмы симменс,
  — обладают способностью ночной видимости (по словам качество исключительное),
  — обладают способность бинокля большого увеличения. (днём и ночью),
  — имеет не известную систему идентификации пользователя (работает только с опознанным пользователем, для остальных является обычными очками).
  1.3 Существуют похожие с виду устройства(обманки) не обладающие указанными свойствами.
  По приведённым параметрам произведён опрос офицеров войск осуществляющих сбор трофеев. Выявлено два медальона (описание приводится …) подходящих под описание. Выявлено 4 очков подходящих по описанию (описание проводится …) После проведённого исследования никаких указанных свойств не обнаружено. Технология производства указанных предметов не известна. Физические характеристики материалов не соответствуют самим материалам и материалы указанных предметов обладают ни чем не обоснованной повышенной физической прочностью. Никаких возможных систем идентификации не обнаружено. Дальнейшие исследования зашли в тупик. Возможно к нам в руки попали устройства обманки.
  Наличие у противника указанных устройств объясняют его успехи при ночных налётах и управлении войсками.
  Немцы, выведенные из себя, постоянным упоминанием партизанской базы в сводках новостей, под нажимом выше стоящих штабов, попытались предпринять масштабное наступление на оборону базы. Учитывая огромный перевес в силах им даже удалось в отчаянном броске уничтожить часть дотов, по крайней мере так им показалось. На самом деле были разбиты только закрывающие щиты дотов и они закрылись резервными. Танковые големы Лексу пришлось отводить почти на вершину, поскольку немцы уже пытались расстреливать их в упор и даже таранить. Больше ничего им сделать не удалось и они откатились на старые позиции. Окончательные потери партизан составили всего 3 человека, вылечить которых не удалось в связи с очень тяжелыми повреждениями тела. Потери немцев были огромны. Из 50-ти танков брошенных в лобовую атаку на партизанские укрепления удалось уйти только четырем.
  Атака со стороны реки пехотой и штурм склона с помощью верёвок и лестниц, изначально была провальной. Немцы не знали о сплошном минировании подходов к скале у реки. Потеряв до полка пехоты атака была прекращена. После чего они запросили переговоры, выслав переговорщика с белым флагом. Основной просьбой было предоставить возможность вывести раненых и вынести трупы солдат. Те лежали сплошными валами впритык к дотам. Учитывая небольшое количество партизанских сил, те бы сами не смогли их вывести и такое разрешение было дано. Партизанам тоже не хотелось дышать отравленным воздухом. Кроме того, договорились о параллельной работе и партизанских трофейных команд. Им надо было снять запчасти с разбитых немецких танков. В хозяйстве все пригодится.
  Немцы тоже пошли на такое соглашение. Впервые они вблизи увидели защитников базы. Увиденное произвело шоковое впечатление. Из базы вышли не замученные защитники, а вполне уверенные в себе хозяева, в чистой и необычной военной форме, сшитой местными колхозницами по образу одежды эльфийских разведчиков, с различными дополнениями. Только вместо холодного оружия во многих местах закреплено снаряжение и боеприпасы.
  Каждый показавшийся боец был в каске с чехлом, на манер немецких, вооружён пистолетом и автоматом, с двумя ножами по бокам, а также обвешан как ёлка, дополнительными боеприпасами и на лицо нацеплены очки. Если учесть, что у каждого ещё и рожа чуть не трескается от «недостатка» пропитания, то картина представлялась футуристическая. Поразило немцев и то, что из базы выехала пара их же бронетранспортёров и советский трактор для загрузки демонтируемых деталей. До конца дня каждый занимался своим делом.
  Окончательно добило немцев то, что в середине дня нашим бойцам из базы был доставлен горячий обед и раздавала еду из полевой кухни девушка, одетая в белоснежный халат. Запах еды сильно отличался от запаха той бурды, которой их кормили. А уж когда в воздухе поплыл аромат домашнего вина, они вообще, по мнению многих на базе, на некоторое время отключились, судорожно глотая слюни. В общем операция устрашения прошла в полном блеске, хотя на базе все так и происходило в реальности, но немцы же об этом раньше не знали. Никак не были эти бойцы похожи на партизан. Элитные войска может быть, а партизаны никак. В общем их вид потряс рядового противника. Среди этих бойцов командиров не было видно, но работы выполнялись быстро и согласованно, в отличие от постоянных окриков и приказов со стороны немецких младших офицеров.
  Когда к одному из немцев подошёл боец и обратившись на чистейшем немецком языке предложил обменять их наручные часы на провиант, тот сначала впал в ступор и только через некоторое время придя в себя, согласился провести обмен. Было видно, что с кормёжкой у немцев не очень хорошо. Произведя обмен, довольные стороны разбежались. После не продолжительного времени к этому бойцу заявился тот же немец и предложил обменять ещё партию часов, штук сорок, на предложенное количество провианта, что и было проделано с приличной скоростью, с помощью мотоцикла с коляской, пару раз съездившего на базу за едой. Часы, скорее всего, были сняты тут же, с убитых немцев, собиравшими их солдатами, но похоже стороны это не волновало. Еще одна акция устрашения, проведённая с помощью пленного немца Гельмута, увенчалась успехом. Через некоторое время, когда история дойдёт до их руководства, они будут полностью уверены, что осадой базу не взять. К вечеру все работы были закончены и противоборствующие стороны разбежались по позициям.
  
  Из разговора подслушанного через ворону разведчиками, между генерал–майором Вольфгангом Фишером и подполковником Карлом Маусом командиром пехотного батальона (10‑я танковая дивизия).
  — Ну что Карл, как потрепали нас эти так называемые партизаны? Даже не верится, что такое возможно! Потерять в тылу половину состава дивизии!
  — Нашли что спросить господин генерал. Я изначально не верил, что на партизан могут бросить нашу дивизию, тем более вместо того чтобы укрепить Гудериана. От этого приказа за километр отдавало душком. Но я даже не представлял, что где–то могут существовать такие укрепрайоны. Что они могут охранять в такой глуши?
  — Не знаю Карл, но это что–то очень важно советам. Настоящих элитных бойцов НКВД, да ещё в таком количестве, что попало охранять не поставят. Это же просто переодетые матёрые волчары. Да и оборона построена инженером параноиком. Наши силы в принципе не способны пробить в лоб такую оборону и местность выбрана с умом. Я даже думать не хочу о том, что они охраняют, но маскировка объекта в виде каменоломен, просто идеальна. Хорошая дорога рядом. До станции, и заметь тупиковая ветка, подать рукой. Я даже думаю её специально не довели сюда, чтобы не демаскировать объект. Доставка грузов под идеальным прикрытием, перевозки камня. Судя по наличию у противника тяжелой техники и ремонтной базы, способной ремонтировать нашу технику, под этой скалой спрятан, хороший такой, завод.
  Эвакуация всего мирного населения тоже навевает сомнения. Они знали о базе и куда их могли спрятать, как не в базу? Все это приводит меня к очень грустным мыслям.
  А как они уделали наши доблестные люфтвафе, те просто отказываются появляться над объектом, и их можно понять. Но боюсь нас начальство не поймёт и это будет печально. Мы, до сих пор, не можем определить даже огневые позиции русских, они постоянно меняют расположение орудий по огневым точкам. Это говорит о том что транспортная система внутри укрытий рассчитана на значительные размеры грузов. А танки, наши танки, которые не берут снаряды, это уже из области фантастики или мы просто чего–то не понимаем. Не может танк стрелять с такой скоростью и такой точностью. Эти два бродячих монстра выбили большую часть наших экипажей и только явно побоявшись таранов отступили, практически не пострадав и наутро, как ни в чем не бывало, прикатились на свои позиции. Боюсь нам определённо не повезло с этим приказом. Либо нас перебьют эти так называемые партизаны, либо достанется от начальства.
  — Господин генерал, я согласен на хорошую взбучку от начальства, тем более сейчас я командир двух пехотных полков, после смерти их командиров, точнее того что от них осталось и дальше фронта не пошлют. Пусть понижают обратно до командира батальона. Лишь бы убраться отсюда живым. Это место страшнее фронта. Там известно что будет. Рано или поздно, прорываешь линию обороны и вперёд к победе. Здесь, я уже сомневаюсь в победе, мы даже не пробили внешний контур обороны, а что будет во внутреннем и не взорвут ли эти фанатики нас вместе с собой, в случае осложнений.
  — Ты знаешь Карл, я с тобой согласен. По крайней мере победы нам здесь не видать. Если бы была возможность, я остановился бы на осаде этой базы, но сильно сомневаюсь, что эти фанатики будут сидеть и ждать, когда наши войска закончат свои дела на востоке. Заметь, они утаскивают наши подбитые танки и два из них уже переделали, да так, что мы не можем с ними ничего сделать. А если они переделают ещё десяток. Я очень сомневаюсь, что мы сможем удержать их, даже с нашим численным преимуществом. Просто русских пока устраивает такое положение дел и они выжидают и боюсь, как только мы остановимся, они пойдут вперёд.
  — Я тоже этого боюсь, господин генерал. Учитывая исчезновение нескольких наших групп, удалившихся от места расположения основных частей, есть основание предполагать, что осада невозможна. У русских, явно, есть много выходов из базы, на приличном удалении от зоны окружения. Скорее мы сдохнем здесь от голода, чем эти партизаны у себя на базе. Еще я боюсь господин генерал, что мои солдаты могут и не подняться в следующую атаку, слишком подорван их моральный дух. Идут упорные слухи о том, что роту СС, раньше контролирующую этот район, расформировали и отправили на фронт, в связи с низким боевым духом, а те всего один раз столкнулись в прямом бою с охраной базы. Мы к такому бою ещё не доходили, а что будет в этом случае даже боюсь предположить. Если уж СС оказалось деморализовано, то что остаётся моим солдатам.
  — Ну что же Карл, я выслушал твое мнение и могу сказать, оно мало отличается от моего. Буду просить командование отвести нас на переформирование и отправить на фронт, а здесь с нашими силами делать нечего. Пусть присылают пару, тройку новых дивизий, если хотят взять эту проклятую базу, и боюсь им этого не хватит, такие укрепрайоны в лоб не берутся, а по другому тут не получится.
  
  Глава 9. Новые знакомства.
  
  На время установившегося затишья Лекс решил слетать в гости к Сталину, по его приглашению. Самолет — голем накопил достаточно данных для самостоятельной работы. Летчик фактически научил его летать и стрелять по целям. Лекс мог спокойно лететь давая команды голему, а он уже знал как это делать. Учитывая горячее желание лётчика продолжать летать на таком самолете, пришлось договориться с Юричем, чтобы он разрешил пригнать сюда ещё один самолет ИЛ‑2. Лена должна будет из него самостоятельно создать нового голема, по опыту переделки этого первого самолета. Единственный истребитель прикрытия тоже надо будет переделать. Для Лены это будет очередными учебными заданиями. Петрович конечно не откажется поучаствовать в таком деле, теперь уже на правах помощника. Летчик на ближайшем транспортнике отправился за новым самолетом, а Лекс попрощавшись со всеми, полетел в гости.
  Пришлось ему надевать полученную форму и хотя бы приблизительно, изучить порядки в действующей армии. На кадрового военного Лекс будет похож, но вот многие особенностей знать конечно не будет, хотя используя подсказки по мыслеречи от Митрича, некоторые ситуации можно будет обойти. Тот все таки достаточно долго был в армии. Поскольку заранее договорились о времени вылета с Юричем, тот на всякий случай перестраховался. Еще за линией фронта, в заданном районе, в тылу немцев, Лекса встретила четверка истребителей и сопровождала далеко в глубину обороны Красной армии, даже после прохода линии фронта.
  Перед Москвой они передали эстафету другой четверке, которая и проводила Лекса до посадки на подмосковном аэродроме. Пилоты истребителей были очень удивлены скоростью этого самолета. Явно было заметно, что он спокойно держал их крейсерскую скорость и даже мог свободно уйти вперёд. В полёте Лекс с ними разговаривать не мог, но после посадки, некоторые из них попытались пробраться к самолету, с виду так похожему на обычный штурмовик, но обладающий скоростью истребителя.
  Встречающих лётчиков предупредили, что они должны встречать представителя партизанского движения. Зарулив на стоянку рядом с самолетом Лекса, двое из них захотели поближе познакомиться с пилотом такой необычной машины. Они никак не ожидали, что из кабины самолета вылезет молодой парень в форме старшего майора НКВД. Резко затормозив, они попытались изменить траекторию движения. Поняв их намерения, Лекс помахал им рукой, призывая подойти поближе. Игнорировать приказ вышестоящего командира они не посмели и приблизившись представились. Это были молодые лейтенанты Константин Лихачев и Дмитрий Нефедов, одного из полков авиационного прикрытия Москвы.
  — Что вы хотели узнать? — спросил Лекс их после представления.
  — Да вот, ещё не разу не встречали штурмовика с такой скоростью. Необычно как то. Истребитель не может угнаться за бомбомером, — помявшись ответил Лихачев.
  — А очки у вас в кармане, тоже обычные? — задал вопрос тот, показывая взглядом на такие же, торчащие из его кармана.
  — Это секретные сведения, — улыбнулся, слегка расслабляясь пилот.
  — Какие умные, пошли лётчики, а пытаются задавать такие глупые вопросы, — поддел его Лекс.
  — Какие есть, интересно же, — развёл руками Лихачев.
  — А ну пошли к вашим коням, пока мои встречающие не появились, — махнул рукой Лекс в сторону их самолетов и направился туда, одев свои очки и увлекая лётчиков за собой.
  Была у него одна задумка, которую можно реализовать, используя эту возможность. Собираясь в гости, Лекс сделал несколько заготовок големов, у которых активированы только контура обучения. Выглядели они как небольшой, тонкий квадратик металла размером стороны в три сантиметра. Вот сейчас самое время пристроить парочку. Подойдя к самолету Лихачева, Лекс забрался на крыло и заглянув в кабину пристроил големчика на приборную доску самолета, где он быстро прилип, соединившись с металлом панели и накрыв магическим полем весь самолет. Спустившись вниз и попросив у пилота его очки, Лекс не заметно для того, наложил заклинание связи голема с очками. Хорошо быть полноценным магом. Вернув очки лётчику, Лекс показал ему каким образом, можно включить новый режим очков. Тот сразу провёл такую манипуляцию, руками по дужке очков.
  — Ну ни хрена себе, — вырвалось у него.
  — Ты чего? — поинтересовался Нефедов.
  — Наверное сам сейчас увидишь, — ответил тот, видя что Лекс направился к соседнему самолету.
  Над другим самолетом и очками пилота Лекс провёл туже операцию. Кстати результат был выражен более действенными словами. Конечно пилотов можно понять. Теперь через очки они могли видеть все внутренности самолета, используя систему наблюдения голема. Причем управление было мысленным. Захотелось рассмотреть что–то подробнее, это автоматически приближалось, при этом взгляд как бы проникал сквозь все преграды в виде обшивки или корпуса какого–то устройства. Было ещё несколько возможностей в общении с големом. Например можно видеть только движущиеся детали, ну и некоторые другие возможности. В частности, теперь самолет получив пробоину, мог самостоятельно её затянуть. Голем запомнил текущее состояние системы и теперь мог восстанавливаться в это состояние. Правда при этом расходовались магические силы в встроенном накопителе, но расход был не велик. Это же не магический щит и даже не управление големом, а мелкая коррекция тела голема, когда его масса просто распределяется другим образом. Запаса заряда должно хватить на долго.
  Кроме того, Лекс в него встроил контур подзарядки, правда довольно слабый, но за три четыре дня он полностью заряжал накопитель. Полностью восстановить самолет, конечно энергии не хватит, но мелкие повреждения, в пределах пяти процентов массы, он восстановит мгновенно. Об этой возможности голема, Лекс пилотам не сказал, чтобы не подставлялись в бою. Еще Лекс не сказал о том, что эти големы постоянно сбрасывали полученную информацию в отдельный голем приёмник на базе, в котором она накапливалась для возможности дальнейшего создания големов с контурами управления для таких самолетов. Эти пилоты теперь фактически являлись учителями для новых големов, которые можно строить на базе таких самолетов. Пока они беседовали, подъехал Сизов с охраной и пришлось ехать с ним. Уже удаляясь от пилотов истребителей, с помощью своего обострённого слуха, Лекс услышал часть их разговора.
  — Дима. Ты понял кто это был?
  — Откуда я знаю?
  — А помнишь, что нам ночник рассказывал, что на этот же аэродром груз привозил?
  — Это про базу, партизанскую, что ли?
  — Ага, про неё родимую. Ту что немцы никак взять не могут.
  — Помню, ну и что?
  — А что он про их командира сказки рассказывал, уже забыл. Ему ещё никто не поверил. Тебе не кажется, что этот командир, только что уделил нам толику своего драгоценного времени.
  — Ты думаешь это и был Леший.
  — Я просто уверен. Представитель партизанского движения, командир базы, молодой, служит в НКВД, к тому же летает на самолете, кто же это мог быть? Да и вряд ли кто–то ещё, мог сделать мгновенно, что–то аналогичное с нашими очками, чтобы мы могли так видеть собственные самолеты. Скорее всего, все недавно полученные столь совершенные приборы без его участия не обошлись.
  — Ну ни хрена себе! Ребятам рассказать, не поверят.
  — Ничего, механики поверят, когда ты им остаток патронов в ленте посчитаешь, не открывая люка заправки.
  — А ведь и правда поверят.
  Сизов заметив восторженные взгляды пилотов на рядом идущую персону. Подозрительно щурясь спросил: — Опять что–то учудил?
  — Почему сразу учудил, просто приятно провёл время, пока ты не торопился на встречу, — пожал плечами Лекс, с интересом поглядывая по сторонам.
  — Потому, что там где ты появляешься, начинаются чудеса. А опоздал я тоже по твоей милости. Откуда я знал, что ты летаешь так быстро. Если бы лётчики не связались с командованием на подлёте, я бы сейчас только собирался выезжать, — недовольно проворчал тот.
  Они сели в машину Сизова и поехали в сторону города. На небольшом удалении их сопровождала ещё одна такая же машина с охраной. Лекс первый раз попал в город этого мира. За окном все было интересно. Дома значительно выше домов в его мире. У них редко кто строил больше второго этажа, уж слишком сложно такой дом обслуживать. Разве что у магов или правителей дворцы с несколькими этажами. Размер города тоже впечатлял. Таких больших городов у них не было. Сказывалось наличие крупного транспорта. Телегами много и далеко продуктов не навозишь, поэтому город рос только до предела возможности обеспечения продуктами. Здесь же рост городов этим не ограничивался. Снабжение городов провиантом машинами, поездами и кораблями позволяло строить гигантские города.
  Учитывая сложность снабжения водой и ликвидации отходов, Лекс понимал что местная цивилизация во многом опередила их развитие. Хотя конечно красоты в городе маловато. У них каждый дом это произведение искусства. Здесь же они похожи друг на друга. Правда дворцы здесь тоже попадались, но все таки украшены они гораздо скромнее ихних. Местные строители конечно не могли сравниться с магом земли специализирующемся на постройке дворцов, да и гномы строили тоже очень неплохо, а в чем–то даже лучше магов.
  Лекс понял, что Сизов специально подобрал маршрут подлинней, чтобы показать город. Вот только интересно, он сам это придумал или это чей–то приказ. О чем Лекс и спросил его на прямую. Тот помявшись ответил:
  — Все равно ведь как–то поймёшь, правду скажу или нет. Это приказ Сталина. Повозить тебя по городу.
  — Ну что же, тогда не молчи, расскажи мне о городе, — попросил его Лекс, — интересно же.
  И Сизов начал рассказывать о том когда он появился, что за дворцы, кое–какие истории с ними связанные и ещё многое другое. Рассказчик он был очень хороший. Да и родился сам в Москве и историю города знал очень хорошо. Так что дорога прошла с большой пользой для Лекса. Когда они въезжали в кремль, Сизов тоже немного рассказал о нем. Конечно эту крепость нельзя сравнивать с оборонными крепостями другого мира. Так, по уровню, замок небольшого баронства. Но наверняка для здешней действительности это вполне приличное сооружение. Возвести такое без помощи магов наверняка довольно трудно. Когда они подъехали к дверям здания с охраной на входе, Сизов первым вышел из машины, подошёл к встречающему его человеку и сообщил, что гость доставлен. Тот подошёл к Лексу поближе и поздоровавшись за руку представился:
  — Меркулов Всеволод Николаевич, первый заместитель наркома внутренних дел СССР.
  В ответ Лекс тоже представился:
  — Лекс Леший, - так написано в документах, которые ему выдали ранее.
  Лекс увидел, как у охранников стоящих у дверей слегка округлились глаза от удивления, хотя они даже не дёрнулись на посту. Только спросив Митрича по мыслеречи, Лекс понял ситуацию. Чтобы старший по званию представлялся младшему первым, а тот просто ответил назвав фамилию, это было что–то из нереального. Меркулов, не обратив внимание на подчинённых, пригласил его пройти в здание. Охрана, встретившая их за дверью, тоже смотрела на него удивленными взглядами. Идя следом за Меркуловым Лекс увидел, как Сизов задержался у поста, сдавая свое оружие. Митрич пояснил, для охраны происходит что–то запредельное. чтобы постороннего человека, без обыска, явно вооружённого, пропускали в святая святых, к самому Сталину, это небо должно было упасть на землю. Лекс понял, это приказ самого Сталина. Так он выражает свое полное доверие к его персоне, явно понимая, что используя непонятные приборы и неизвестные возможности, при желании тот, скорее всего, может уничтожить любого человека, как бы его не охраняли.
  Лекс оценил этот жест правителя. Это ещё одно доказательство достаточно широкого его кругозора, понимания ситуации и возможности идти на соглашение. Меркулов, минуя ещё несколько постов охраны, провёл его сразу в кабинет к Сталину. Сизов остался в помещении перед этим кабинетом. Сталина о приходе гостей явно предупредили. Встречал он их стоя посреди комнаты, перед большим и массивным столом, окружённым двумя рядами стульев по краям. Человек небольшого роста, довольно плотного телосложения, лицо имело желтоватый оттенок и покрыто мелкими повреждениями.
  (Лекс:- Если бы его сделать ещё на пол головы ниже и немного шире — вылитый гном.)
  Сделав при появлении Лекса несколько шагов на встречу он протянув ему руку, сказал:
  — Ну вот мы с вами наконец и встретились, товарищ Леший.
  — Как я мог не встретиться с властью территории, на которой оказался, — пожимая протянутую руку, ответил Лекс.
  — Ну я ещё не вся власть, я просто её возглавляю в данный момент, — усмехнулся тот.
  — Так я же и присутствую здесь в этот момент, — поддержал Лекс его усмешку.
  — При товарище Меркулове мы можем разговаривать свободно. Он в курсе всего связанного с вами и будет работать непосредственно по вашему направлению, — указав рукой на ещё одного человека в военной форме, находившегося здесь же, произнёс он.
  — Кто ещё в курсе обо мне? — поинтересовался у него Лекс.
  — Еще знает многое товарищ Берия, но он сейчас в длительной поездке по нашим лагерям и тюрьмам, и активно использует ваши подарки для восстановления справедливости и уменьшения негативных последствий наших предыдущих перестраховок, — ответил Сталин и предложил лексу присаживаться на стулья у стола. Сам остался стоять.
  Лекс сел за крайний стул и поставил вещмешок, в котором была теневая сумка и кое–какие подарки, рядом со столом. Взглянув на Сталина, просканировал его с помощью очков в магическом диапазоне, а заодно и проверил ауру. В ауре обнаружились следы достаточно большого количества повреждений от различных болезней, но в магическом диапазоне, почти на пределе, просматривались минимальные возможности мага. Они не дотягивали даже до возможностей слабенького артефактора, но все таки были, и магические потоки должны быть доступны этому человеку.
  С одной стороны это хорошо для Лекса. Со временем можно научить его кое чему. С другой стороны это может быть плохо для этого мира. Маги довольно плохие управляющие, хотя для этого мира может быть и исключения, учитывая что Сталин довольно долго держится у власти. Как говорят здесь — будущее покажет. Заметив его внимательный взгляд на свою персону Сталин спросил:
  — Что–то увидели интересное?
  — Да как вам сказать, даже не знаю, или интересное, или радостное, а может быть и грустное, — совсем непонятно ответил тот.
  — Не часто так бывает радостное и в то же время грустное, — наклонив голову, и немного прищурившись сказал Сталин.
  — Не часто, — согласился Лекс, — но в вашем случае, это так.
  — Ну тогда поясните подробнее, а мы сами решим, — попросил тот, закуривая трубку.
  — Хорошо, — опять согласился Лекс и продолжил. — У вас целый набор различных болячек и это грустно, но есть некоторые методики по исправлению этого факта. Вы имеете некоторые возможности, которыми обладают в мире очень небольшое количество людей. Эти возможности могут значительно изменить вашу жизнь в сторону усложнения этой жизни, но с другой стороны, она может стать значительно интереснее и многообразнее. Кроме того и сама жизнь может оказаться достаточно долгой, если конечно, кто–нибудь раньше не закопает вас на ближайшем кладбище. Хотя для такого закапывания придётся серьезно постараться и не факт, что оно получится.
  — Даже так, — задумчиво попыхивая трубкой, пробурчал Сталин и спросил. — Про болезни, положим мне кое–что известно, а что за возможности?
  — Вы полностью доверяете товарищу Меркулову? — спросил Лекс, кивая на молчаливо сидевшего напротив него Меркулова.
  — Ну положим полностью я никому не доверяю, иначе какой же из меня руководитель страны получится, но если не верить ближайшим помощникам, то проще сразу застрелиться, — выпустив из трубки небольшое облачко дыма, пробурчал Сталин.
  — Тогда лучше немного показать, чем объяснять непонятные пока для вас вещи, — произнёс Лекс. Оглядев помещение он увидел на столе металлическую пепельницу и медленно пролевитировал её к лицу Сталина. Тот недоверчиво потыкал в пепельницу рукой, не смог её сдвинуть и взглянул на него. Лекс простейшими заклинаниями сжал её в бесформенный комочек металла, а затем опять превратил в пепельницу, но теперь в виде дракона, расправившего крылья и опустил на стол вблизи Сталина. Лекс когда-то копировал такую чашу в гостях у эльфов, вот и применил готовую часть заклинания.
  Послышался громкий выдох со стороны Меркулова. Сталин только немного побледнел, но даже не дрогнул и не отвёл взгляд от пепельницы. Потом он опять внимательно взглянул на Лекса и держа трубку в руках и не приближаясь к пепельнице, спросил: — Что и с человеком так можно?
  — Нет, — ответил Лекс, криво усмехнувшись, — с человеком нельзя. Можно только сжать в комок, а вот дракона не получится.
  — Даже так, — думая о чем–то своем, повторил Сталин.
  — Говорил мне Сизов, что вы один стоите всей базы, не поверил, а зря не поверил, — раздалось со стороны Меркулова.
  — И это сделали вы сами, без помощи каких–либо устройств? — спросил Сталин указывая на пепельницу.
  — Абсолютно верно, — подтвердил Лекс и добавил, — Вам это тоже вполне по силам, конечно с большим количеством металла вам не управиться, а вот с таким вполне.
  — Даже так, — опять, который раз повторил Сталин.
  — Такому можно научиться? — спросил Меркулов, кивая на новое украшение стола. Дракон получился красивым. Лексу нравился такой образ поэтому и заклинание сохранил.
  — Вам нет, а товарищу Сталину можно. И не потому что он руководит страной, а вы нет, просто у него есть врождённые возможности, а вы их не имеете и получить никак не сможете, —подробно ответил ему Лекс.
  — И много народа с такими возможностями? — поинтересовался Сталин.
  — Мало, — ответил Лекс — В моем мире, примерно один на пару тысяч, а в вашем мире возможно один на миллион.
  — Почему такой разброс? — заинтересовался Сталин.
  — Характеристики пространств в мирах разные. Люди с такими возможностями в вашем мире подвергаются большим опасностям чем в моем, поэтому и выживают в меньшем количестве, соответственно и потомство меньше и так далее, — пояснил ему Лекс
  — А что за опасности? — продолжил расспрашивать его Сталин.
  — Каждая ошибка в операциях с силами ведёт к смерти, — ответил тот честно.
  — Как же можно научиться чему–либо не делая ошибок? — удивился Сталин.
  — Ошибки делать можно, только рядом должен быть учитель который может нейтрализовать такую ошибку, а в вашем случае нет учителя и тогда нет учеников, а есть только смертники, — пояснил Лекс.
  — Ну что же мы подумаем над вашими словами и примем решение, а теперь перейдём к другим темам беседы, — сказал Сталин, не спеша прохаживаясь по кабинету.
  — Я бы советовал вам использовать эту вещь сейчас, — сказал Лекс доставая из вещевого мешка витой, серебряный браслет, — Это большой лечебный артефакт, для приведения организма в нормальное состояние, вам сейчас он будет полезен.
  Сталин повертел вещицу в руках, подумал и не найдя ни одного аргумента против, надел браслет на запястье руки. Если бы Лекс хотел нанести ему вред, то с его не известными устройствами и возможностями это не составило бы труда.
  — Пока вы ничего не почувствуете. Организм не должен подвергаться стрессу. Дня через три — четыре появятся первые улучшения и только недели через две — три организм придёт в норму. Правда думаю сильно молодеть вам пока ни к чему, поэтому немного скорректировал его действия, — рассказал о действии браслета Лекс.
  — Он что и молодеть позволяет? — поинтересовался Меркулов.
  — Для того и создавался, — подтверждая, кивнул головой Лекс.
  — И сколько можно прожить с таким браслетом? — спросил тот.
  — Лет триста, точно, если наследники не открутят вам голову раньше. Хотя некоторые жили и дольше, — усмехнулся Лекс.
  — Вот это да! Да за это любой толстосум душу черту заложит, — воскликнул Меркулов.
  — Или теперь постарается меня закопать, чтобы завладеть этим браслетом, как выразился наш дорогой гость, — улыбнулся Сталин, показывая на Лекса трубкой.
  — Бесполезно, — отрицательно помотал головой Лекс, — браслет именной, если его украсть, то для другого действовать он не будет. Его можно передавать только по настоящему желанию самого владельца. Украсть кстати тоже трудно. Защищать владельца он тоже может, в него встроено несколько дополнительных возможностей.
  — Это что меня убить теперь нельзя? — удивился Сталин.
  — Почему нельзя. Конечно можно, — покачал головой Лекс, — Сложно. Убивать долго придётся, пока заряд не закончится. Ну скажем так. Примерно пару минут в жерле вулкана вам посидеть можно. Щиты выдержат. Потом конечно вы труп.
  — А с пистолета? — поинтересовался Сталин.
  — Хоть с пулемёта, много очередей выдержит. Я думаю даже пару, тройку прямых попаданий снаряда выдержит, — улыбнулся Лекс. Похоже подарок Сталина очень обрадовал.
  — И много у вас таких штук? — спросил Меркулов.
  — Мало, — ответил тот и добавил, — точнее одна. А ещё точнее, теперь и у меня ни одной. Даже в моем мире это очень дорогая штука. На её стоимость город купить можно.
  — Серьезный подарок, а нам и нечего в ответ подарить, — задумчиво произнёс Сталин.
  — Ничего, переживу, — совсем не расстроился Лекс, — здесь я узнал столько всего нового, а ещё сколько предстоит узнать, так что мне таких подарков на несколько жизней хватит.
  — Да но это не наш подарок, и мы потом что–нибудь придумаем, — не согласился Сталин.
  Затем Сталин предложил прерваться и покушать. На что Лекс с удовольствием согласился. Некоторое время все занимались дегустацией принесённых прямо в кабинет блюд, потом пробовали различные вина. Некоторые кстати Лексу понравились и тот попросил Сталина, достать несколько ящиков. Сталин и Меркулов попробовали его вина, которые Лекс доставал из теневой сумки. Многие им тоже понравились. Пару десятков бутылок Лекс достал им сразу.
  Они долго допытывались почему Лекс из маленького вещмешка достаёт столько бутылок. Пришлось тому доставать сумку и продемонстрировать её возможности. Впечатленные этими возможностями и её стоимостью в целое королевство, они поинтересовались, а не принц ли Лекс. На что Лекс в коротком варианте пересказал свою историю. Но ни словом не обмолвился о существовании магии, заменив все наукой, хотя на самом деле магия и является наукой, правда развивается на основе интуиции самих магов.
  Со Сталиным Лекс потом все равно отдельно поговорит на эту тему, а больше о магии никому знать не нужно. После еды нашлись ещё темы для разговора. В частности, Сталин поинтересовался, как Лекс добрался на Землю. Лекс рассказал о системах порталов у него на родине и о их возможностях. Собеседники были потрясены такими сведениями. Они даже не мечтали о таком способе перемещения в пространстве. Хотя конечно и у него есть свои недостатки. Портальные устройства, как правило, должны быть с двух сторон. И вначале одно из них надо доставить на удаленное место. В его случае такое условие не сработало. И почему Лекс попал в этот мир он до сих пор точно не представлял.
  Сталин отсюда сделал вывод, что и они не все знают. Лекс этот вывод только поддержал. Разговор закончился тем, что Сталин попросил поездить по институтам и заводам. Может удастся что–нибудь придумать для увеличения их возможностей по производству вооружения, поскольку сейчас в войсках наблюдалась острая нехватка современной техники. Сопровождать в поездке Лекса будет Сизов. Он же может на месте решать и возникающие проблемы. Такие полномочия ему были даны. Лекс в свою очередь попросил допустить его к библиотекам, для просмотра книг по различным тематикам. Сталин, дополнительно к его документам, пообещал выдать ещё один, с которым будет открыт доступ куда угодно в этой стране. Лекс понимал, что Сталин старается любым способом завоевать его полное доверие, уж очень многое он мог предоставить в его распоряжение, для решения всевозможных внутренних проблем. Стране в состоянии войны нужны любые силы для оказания сопротивления сильному противнику.
  Расстались они поздно вечером. Сизов отвёл Лекса в специально выделенные помещения, недалеко от кабинета Сталина и представил охране и обслуживающему персоналу. Охрана была довольно внушительной. Шесть человек постоянно присутствовало за дверью. Договорившись о встречи с ним утром, Лекс отправился отдыхать. Поскольку много времени для отдыха ему не нужно, до утра Лекс по мыслеречи общался с Митричем и Леной. Проверил их успехи в освоении магии и выдал новые задания. Еще они с Леной ещё поработали над совершенствованием самолетных големов на базе Илов и истребителей. В общем ночь прошла с пользой.
  С утра они с Сизовым и охраной отправились на аэродром. Здесь, оставив охрану, они вдвоём на его самолете вылетели в Пермь. Там находился завод по производству моторов к самолетам. Сначала Сизов упирался, приводил различные доводы, о том что так не положено, это опасно, идёт война и кругом могут быть враги, но после разговора со Сталиным по разговорнику, затих. Созвонился по телефону с заводом и договорился о прилёте самолета, прямо на заводской аэродром.
  Его удостоверение произвело на охрану завода достаточное впечатление, а уж от документов Лекса все забегали как ошпаренные. Их усадили в машину и повезли в заводоуправление. Там их встретил главный конструктор авиационных моторов Аркадий Швецов. Оказывается ему позвонил сам Сталин и попросил оказать им содействие. В чем им надо содействовать он конечно не понял, но игнорировать просьбу вождя невозможно. Он проводил их по территории завода и показал все, начиная от подготовки и до конечной стадии производства мотора, отвечая на иногда довольно глупые вопросы Лекса.
  Конечно, откуда Лекс мог знать например технологию изготовления металлов. Таких данных в тех книгах, которые он читал на базе, не было. Они представлялись конструктору очередной проверочной комиссией, которые время от времени приезжали на завод. Лексу важно было понять всю технологию производства двигателей, только тогда он бы смог как–то её изменить. Сложность двигателя Лекс конечно представлял, ведь двигатель ила он разбирал до винтика, но никогда не думал что производство частей двигателя на порядок превосходит по сложности сам двигатель.
  В данном случае Лекс никак не мог помочь увеличить выпуск двигателей на этом заводе. Ведь постоянно Лекс здесь присутствовать не мог. Надо что–то придумать. Тогда Лекс решил ничего не менять, просто дать возможность конструктору самому изменять свое детище, но с использованием других, более прочных материалов. Простейшие артефакты, на базе щитов, Лекс тут соорудить вполне сможет. Поскольку исходные материалы имеют изначально стандартные характеристики, то и воздействия щитов стихий будут вполне прогнозируемы. Пусть люди не смогут ими управлять напрямую, но методом проб и ошибок, с помощью специальных артефактов управления можно тоже работать. То есть сначала настроили вслепую, посмотрели что получилось. Потом поправили настройки и опять посмотрели результат и так много раз, пока результат работы не будет соответствовать заданному.
  Попросив у начальства двух хороших мастеров и помещение на заводе, Лекс принялся работать, точнее творить. Сизов переписал все данные этих людей и взял с них соответствующие подписки. Причем подписки эти мастеров серьезно удивили, не каждый день обычный мастер получает доступ к секретам уровня государственной тайны, а бланки подписок, которые Сизов достал из своего портфеля, промаркированы именно так.
  Для начала, с помощью мастеров и специальной техники, они притащили в это помещение старый, сломанный, пресс для прокатки листов металла, а вот потом для людей начались настоящие чудеса. Лекс сел перед грудой металла и начал приводить его в порядок. Все валы под действием его заклинаний очищались и сжимались, попутно выстраиваясь в нужную конфигурацию. Основа пресса сначала растеклась в плюшку, а затем сформировалась в опорную раму с четырьмя колёсами. На лицевую панель вместо демонтированных переключателей установился сплошной кусок металла, на котором проявились впрессованные контуры управления устройством. Через некоторое время универсальный пресс обрёл свои заключительные очертания.
  Мастера, да и сам Сизов все это время открыв рты от удивления, обалдело смотрели то на Лекса, то на самостоятельно ворочающуюся кучу металла. Лекс специально оставил людей наблюдать за процессом, ведь в дальнейшем некоторым из них придётся делать нечто подобное самим. Теперь пресс позволял обрабатывать поверхности любых деталей особо сформированными магическими щитами, в основном это щит земли и щит огня. По выбору можно применять и другие щиты.
  Больше четырех часов пришлось затратить на обучение мастеров. Трудно управлять процессом видя только конечный результат, да к тому же ещё и управление непривычное. Управлялась эта штука с помощью различных жестов рук над панелью управления. Только заранее надо выбрать режим обработки и форму фигуры. Сложные детали нужно обрабатывать в несколько проходов. Учитывая хорошие знания мастеров по обработке материалов, они уложились в достаточно короткий срок. Для опытных работ мастера притащили из цехов различные бракованные детали и трудились над ними.
  Сначала ничего хорошего не получалось, то не дожмут, то пережмут, то расплавят. Но со временем у них начали получаться и правильные детали. Тогда один из них бежал в тестовую лабораторию для проверки параметров, а другой продолжал обучение. Потом они менялись местами. К концу обучения они вошли во вкус. Еще бы им не радоваться, Лекс же пристроил к установке големчика для обучения. Тот запоминал и накапливал все действия людей. Только в конце обучения Лекс выдал им очки для связи с големом. Теперь не надо бежать куда–то для проверки, они все видели сами, вплоть до брака внутри самого материала.
  Восторгу мастеров не было предела, но Сизов напомнил им, что они ничего не видели и ничего не знают. Установка была собрана из запчастей привезённых приезжими специалистами и у них же те прошли обучение. Вызвав начальника охраны завода, Сизов надавал тому приказов по охране установки и сохранению особого режима секретности. Учитывая полномочия Сизова и Лекса, тот отнёсся к такому заданию очень серьезно. Тут же был издан приказ о постоянной охране установки и персональной охране мастеров на ней работающих. Затем они с Сизовым перекусили из запасов Лекса и отбыли на своем самолете обратно в Москву.
  Аркадий Швецов был в плохом настроении. Вместо работы ему опять надо принимать какую–то комиссию из Москвы. Лучше бы помогли чем нибудь, а не рассылали разные комиссии, но с просьбой вождя, которая имела силу намного большую чем приказ, не поспоришь. На аэродром он сам не поехал, послал начальника охраны. Когда ему сообщили, что вся комиссия прилетела не на пассажирском самолете, а на штурмовике, он сначала посчитал это шуткой. Когда там подтвердили, что эта комиссия состоит из двух человек, но с такими документами, что запросто могут расформировать завод, он быстро поверил. С такими вещами не шутят. Значит Сталину что–то срочно понадобилось на его заводе и скоро могут последовать серьезные перемены.
  В заводоуправлении он встретил двух молодых людей в довольно высоких званиях НКВД. После того, как все представились друг другу, он повёл их по заводу. Рассказывая приезжим о цехах, он не переставал думать о цели их визита. Сразу видно, что в технологии производства они разбираются плохо. Хотя более молодой из них, но с большим званием, похоже неплохо знал материаловедение, может кто из бывших студентов. Закончив осмотр, прибывшие о чем–то посовещались и попросили предоставить им двух специалистов, знающих технологию производства моторов. Пришлось отзывать мастеров из цеха и заменять их временно бригадирами. Почти на шесть часов приезжие и мастера заперлись в отдельном помещении со списанным прессом и время от времени мастера таскали туда сюда различные детали и запчасти. Через четыре часа к нему в кабинет ворвался заведующий тестовой лаборатории.
  — Аркадий Дмитревич, ты только посмотри что они творят, — радостно заорал он с порога и подбежав сунул ему в руки головку цилиндра какого–то мотора.
  — Обычная головка цилиндра, немного похожа по обводам на нашу, только потоньше, наверное на значительно меньшую мощность, — повертев в руках деталь ответил Швецов.
  — А теперь посмотри сюда, — завлаб нетерпеливо сунул листок бумаги в руки Швецову.
  Посмотрев на бумагу Швецов увидел стандартный бланк испытаний, вот только цифры там стояли не правильные или их вообще не было.
  — И что это такое? — непонимающе уставился он на завлаба.
  — Это испытания той штуки, которую ты держишь в своей руке, — ответил смеясь тот.
  — Как испытания? — недоуменно переспросил Швецов, ничего не понимая.
  — Эта головка держит ударные нагрузки на порядок превышающие наши тестовые величины. Только представь себе двигатель стандартных габаритов с мощностью не в 1000 лошадок, а в десять тысяч, да хотя бы в пять, — радостно пояснил он.
  Швецов ещё раз внимательно прочитал показатели на листке и спросил, — А почему некоторые параметры не заполнены?
  — Так нет же данных. Наши тестовые установки не рассчитаны на такие значения. Мы просто не смогли провести все испытания. Прочность превышает все разумные пределы. Я даже не знаю на чем эту штуку испытывать. Ты представляешь что можно сделать с такими материалами? — продолжал веселиться завлаб.
  — Откуда у тебя эта деталь? — заинтересованно спросил Швецов.
  — Смирнов приволок, который с комиссией работает, — ответил завлаб.
  — Откуда он её взял? Приезжие дали? — заинтересовался Швецов, начиная кажется понимать, зачем люди появились на его заводе.
  — В том то и дело, что нет. Это сам Смирнов сделал, — отрицательно помотал головой завлаб.
  — Как сам? — опешил Швецов.
  — А вот так сам. Они там старый пресс переделали и теперь с его помощью такие вещи делают, нам и не снилось. Вот посмотри, — протянул Швецову ещё одну деталь завлаб. На руке у него лежал плоский кусок металла размером сантиметров 10 на 10 и толщиной примерно в два миллиметра. Взяв его в руки Швецов почувствовал вес значительно больший чем должен быть у такого куска железа. Он вопросительно посмотрел на завлаба.
  — Эта пластинка, по всем тестам, выдержит выстрел сорокопятки, в упор и температуру плавления мы достичь не смогли. Не плавится зараза и все, — пояснил завлаб и продолжил, протягивая уже свернутую в цилиндр такую же пластинку металла. — И как сделали вот эту штуку, я просто не понимаю.
  — Я так думаю, это тоже Смирнов сделал? — вопросительно посмотрел он на завлаба.
  — Ты правильно понимаешь, — подтвердил завлаб.
  — Ты хочешь сказать, наши мастера вместе с приезжими, на списанном прессе делают такие вещи? — подводя итоги, спросил Швецов.
  — Я не знаю на чем они это делают, но кроме пресса там ничего нет. А больше никого туда не пускают, — ответил завлаб пожимая плечами и закончил. — Пойду я посмотрю может ещё чего принесли, а ты подумай. Неспроста люди с такими полномочиями к нам прикатили. Да и детальки эти тоже не с проста.
  Щвецов просидел ещё два часа как на иголках, пока ему не сообщили, что комиссия улетела и к нему пришли мастера Смирнов и Ефимов и начальник охраны завода.
  Швецов никогда не поверил бы в то, что рассказали ему мастера, если бы у него перед глазами не лежали результаты их экспериментов. Да и подписка которую с него взял начальник охраны тоже внушала уважение. Не так много людей может соприкасаться с гостайной. Швецов лихорадочно думал, что можно сделать с такими материалами и обработкой деталей и начинал понимать, что предстоит огромная работа по внедрению всего этого в в производство. Чтобы не снижать производства двигателей, уже сейчас можно выпускать часть деталей с новой обработкой, а параллельно готовить полностью новый двигатель. Швецов не представлял, как приезжие, фактически без ничего, смогли создать устройство обработки, поскольку мастера отказались отвечать на такие вопросы, сославшись на подписку. Также он не представлял и принципов действия этого устройства, но результаты есть и ими можно воспользоваться.
  Теперь он сам почувствовал какие–то изменения в государстве. Если раньше только проскальзывали слухи о новых технологиях, разработанных в секретных лабораториях НКВД, то теперь он воочию видел результаты этих технологий. А образование новых комиссий по пересмотру расстрельных дел. А выход из лагерей и тюрем огромного количества ранее осуждённого народа. А само проведение пересмотра дела, когда задаётся всего несколько общих вопросов и сразу выносится решение об освобождении. Недавно на его завод вернулось несколько десятков специалистов и инженеров высокого уровня. Да тот же мастер Смирнов, только неделю назад вернулся из лагеря и вдруг допуск к гостайне. Все таки что–то происходит в верхах, чего он не понимает, но изменения эти в лучшую сторону. Теперь все будет зависеть только от него и его КБ. Чем быстрее они создадут новые двигатели, тем лучше станет нашим войскам на фронте.
  
  Глава 10. Новые эксперименты.
  
  Прилетели в Москву они уже вечером. Под охраной, Лекса опять доставили на выделенную квартиру. Позанимавшись через мыслеречь с учениками, Лекс отправился отдыхать. В следующий день, по плану, у него было посещение библиотек. После того как появился Сизов, они сели в специально для них выделенную машину и поехали в Московский механико–машиностроительный институт. Там через проходную, после проверки документов, они с помощью одного из студентов добрались до библиотеки. До обеда Лекс копался в книгах. Читать времени не было. Лекс очень быстро листал и только визуально запоминал заинтересовавшие его книги по различной тематике. После обеда он ещё успел посетить библиотеку одного радиотехнического института. К вечеру ему удалось запомнить более 600 книг различной тематики, начиная от справочников по различным направлениям и заканчивая книгами и учебниками по фундаментальным наукам.
  Теперь Лекс загрузился знаниями на достаточно большой период времени. Для правильного использования полученной информации необходимо очень внимательно прочитать все это и кроме того осмысление, с магической точки зрения, займёт тоже много времени. Зато для артефактора эта информация на вес золота, а точнее намного больше.
  Ночью, когда попал в свою комнату и уже собирался отдыхать, с ним связался Сталин и попросил по возможности обеспечить ещё несколько заводов, установками на подобие той, что Лекс создал на моторном заводе. Уж очень хорошая штука получилась, по отзывам специалистов и руководства с этого завода. Путем совсем небольшой переделки двигателя, с использованием такой обработки деталей, удалось поднять его мощность сразу в полтора раза и увеличить моторесурс в четыре раза и это только за один день. А что будет дальше.
  Отказывать Сталину Лекс причин не видел, только попросил свести несколько старых прессов аналогичного типа на один из заводов и туда же прислать персонал для обучения. Иначе он затратит очень много времени мотаясь по заводам и объясняя несколько раз одно и тоже. Сталин одобрил такие пожелания и пообещал, за следующие несколько дней все подготовить, а пока предложил слетать в Мурманск, на базу моряков и посмотреть, что быстро можно сделать там для помощи флоту. Пообещав так и сделать, Лекс отправился отдыхать.
  С утра, когда Лекс проснулся, его уже ждал Сизов. Того предупредили о срочном полёте в Мурманск. Быстренько перекусив в местной столовой, они с охраной поехали на аэродром. Там, когда они появились возле самолета, к ним подошёл капитан, начальник аэродромного обслуживания и спросил: — Куда топливо заливать будем, наши механики не нашли в вашем самолете горловины бака на нужном месте?
  — У меня топливо другой системы, его на долго хватает, — ответил Лекс.
  — Ну вам виднее, — флегматично пожал плечами тот и удалился.
  — Все таки, может лучше дозаправиться, лететь то далеко, почти две тысячи километров, а радиус действия ила и того меньше? — спросил его Сизов, когда капитан удалился на достаточное расстояние.
  — Это не ил, у него только вид ила, — объяснил свой ответ обслуге Лекс.
  — То то я заметил, что у нас в кабине не холодно и не дует, - задумчиво кивнул тот, залезая в кабину.
  Лекс дал команду голему на взлёт. Сам в это время занялся перевариванием полученных вчера книг. Его заинтересовали кое–какие вещи по аэродинамике и гидродинамике. С трудом продираясь через дебри формул, поскольку постоянно нужно лазить в справочники и учебники, так как Лекс ещё не достаточно хорошо владел математикой и физикой этого мира, он откопал интересные зависимости, ранее просто подсказанные интуицией.
  Надо сказать вся наука магии строилась на интуитивном подходе. Никто не заморачивался выдумыванием формул. Получилось — хорошо, не получилось — плохо или очень плохо, но тебе уже все равно, в смысле ты труп. Здесь же наука шла от простого к сложному, чисто логическим путём. Но зная и то и другое можно поправить некоторые вещи в формулах. Например в магии нет постоянных констант, а здесь в физике есть. Вот на этом можно и поиграть. Не откладывая в долгий ящик свои предположения Лекс преступил к эксперименту. Начал накладывать на самолет воздушные щиты различных конфигураций.
  Формулы работали прекрасно. Слабый воздушный щит на носу самолета резко уменьшал лобовое сопротивление, и скорость самолета соответственно увеличивалась. Важно только чтобы не перекрывался путь воздуха к винту, поэтому пришлось вынести этот щит чуть впереди самолета. Получилось просто отлично. Вместо текущей скорости в 700 километров, что и так в полтора раза больше скорости обычного штурмовика, реальная поднялась ещё в полтора раза, то есть до 1000 километров. Подъем на большую высоту вёл в соответствии с формулами к падению скорости, так как плотность воздуха уменьшалась и винт тянул плохо. В экспериментах полтора часа проскочили быстро. Сизов в это время игрался со стандартной радиостанцией самолета, которую Лекс так и оставил без изменений, поскольку пока мало что понимал в радио. Неожиданно сквозь треск помех раздался голос
  — Мессеры зажали медика. Квадрат ….. Ведомый сбит. Прикрыть не могу. Прошу помощи.
  — Это где–то не далеко, слышимость хорошая, — прокомментировал Сизов.
  Лекс осмотрелся, но ничего не увидел, мешала облачность. Пришлось бросать заклинание поисковой сети. Хорошо что объектов в воздухе мало. Почти на пределе чувствительности сети, километрах в десяти, немного в стороне от курса, наблюдалось наличие жизни в воздухе. Лекс направил голем в ту сторону, постоянно сканируя пространство в этом направлении. Скоро обнаружилась группа немецких самолетов, точнее восемь штук, которые словно насмехаясь, парами заходили в атаку на пассажирский ПС‑84. Вокруг него крутился, пытаясь отбивать атаки противника, наш истребитель. Судя по силуэту машины это МиГ. Самолет Лекса находился значительно выше и был скрыт слоем облаков. Если сбивать задних может не успеть помочь нашим. Пришлось пикировать на нападающую пару.
  Немцы летели как по линейке, так что даже управлять големом не понадобилось. Две короткие очереди из мощных пушек штурмовика и два дымных следа устремились к земле. Доворачивать самолет не пришлось. Пушки голема поворачивались в значительном диапазоне углов самостоятельно. Немцы с перепугу, как вороны, рванули в разные стороны. Отлетев на некоторое расстояние, они опять собрались в пары и стали кружить вокруг них, обнаружив только присутствие неопознанного штурмовика. Сизову удалось по рации связаться с пилотом истребителя: — Эй там, на тихоходах, все здоровы?
  — Спасибо друг, теперь может продержимся до прилёта наших, — раздалось из динамика.
  — Ты подежурь здесь немного, Мы сейчас немного потренируемся на фрицах, — передал ему слова Лекса Сизов.
  — Ты куда? Их же шестеро. Собьют, — заволновался пилот истребителя.
  — Ты за медиком присматривай, мы им не по зубам, — ответил Сизов, весело посматривая на Лекса.
  Поставив впереди воздушный щит, Лекс мгновенно сократили расстояние до вражеского кольца самолетов. Пилоты немецких истребителей опять не успели среагировать и две очереди пропороли очередную пару близколетящих самолетов. Одна оставшаяся пара бросилась удирать. Вторая оказавшаяся сзади попыталась сесть штурмовику на хвост. Но не тут–то было. Удиравшие не учли скорости и мгновенно были настигнуты. Полагаясь на свое превосходство в скорости они даже не успели сманеврировать, как были уничтожены големом. Оставшаяся пара, на полной скорости, выжимая все из самолетов, рванула в сторону линии фронта. Лекс не стал их преследовать, поскольку поисковая сеть выдала предупреждение о появлении на пределе чувствительности ещё четверки самолетов. Пришлось выключить щит, а то скорость слишком велика и пристроиться рядом с транспортником.
  — Класс! Как ты им дал! — раздался восторженный крик пилота истребителя по рации.
  — Посмотри, там справа ещё четверка приближается, — опять передал ему слова Лекса Сизов.
  — Это наши, эскадрилья моего полка, на помощь прилетели, — сообщил через некоторое время пилот.
  — Вы случайно не в Мурманск направляетесь? — поинтересовался Сизов.
  — Туда, аэродром Мурмаши, — ответил пилот.
  — Тогда нам по пути, в компанию принимаете? — пошутил Сизов.
  — Всегда рады такой компании, — послышалось в ответ.
  — Вы случайно не из Москвы будете? — Раздался незнакомый голос на той же волне.
  — А кто это спрашивает? — поинтересовался Сизов.
  — Командир 147 истребительного полка полковник Головня, — ответил голос.
  — Тогда случайно из Москвы, — подтвердил Сизов.
  — Это мы должны были вас встречать на подлёте, а тут сообщение о нападении на медика, пришлось нестись сюда сломя голову. Только что–то не вижу противника, — пояснил полковник.
  — Вы бы видели как эти москвичи, шесть фрицев в землю вогнали, — раздался восторженный рев первого пилота.
  — Ты ничего не путаешь Василий? Штурмовик завалил шесть мессеров? — недоверчиво переспросил командир полка.
  — А что тут путать, если бы не он, горел бы я вместе с пассажирским на земле. Прибудем на место расскажу. Но вы можете не поверить, так что попросите подтверждение от наземников, по возможности, да и пилоты транспортника подтвердят.
  — Хорошо на земле поговорим. Хватит эфир засорять, — подвёл итог полковник.
  Через некоторое время, без приключений, все приземлились на нужном аэродроме. Встречала, заходившие на посадку самолеты, куча народа. Многие слышали их переговоры по радио. Сначала сел транспортник, за ним истребитель сопровождения, потом они и последними садилась четверка прикрытия. Когда они с Сизовым выбрались из самолета, к ним уже подбегал пилот истребителя. Поскольку Лекс выбирался из кресла пилота, он бросился к нему обниматься:
  - Век помнить буду. Если бы не ты, догорали бы мы кострами сейчас на земле, а так повоюем ещё, — орал пилот, тиская Лекса со всех сторон.
  Сизов стоял тихонько в стороне и с удовольствием следил за этой экзекуцией, поскольку Лекс, на фоне мощного пилота, выглядел просто мальчишкой. Наконец утихомирившись, пилот отстранился и только сейчас понял что он трусит, судя по звёздам на петлицах, старшего майора НКВД. Немного побледнев и переведя глаза на смеющегося Сизова, он заметил и его тоже не маленькое звание. Тут он вообще не нашёл что сказать и просто застыл по стройке смирно. Потом поняв, что надо как–то выкручиваться из ситуации, представился и доложил:
  - Лейтенант Василий Королев, выполнял задание по сопровождению пассажирского самолета с медиками на борту.
  - Старший майор Леший, — улыбаясь представился Лекс и поинтересовался, — как же вы ухитрились подцепить восьмёрку мессеров себе на хвост?
  - Да наверное они нас и поджидали. Третий раз по этому маршруту шли. Я говорил штурману полка, что менять его надо, а он «В следующий раз сменим», вот и попали, — махнул он рукой.
  - Ничего, теперь злее будешь. За одного битого двух небитых дают, — подбодрил его Сизов.
  - Да я то что, живой, а вот ведомого сбили. Когда падал успел сообщить по рации, что машина подбита, а сам не ранен и идёт на вынужденную. Потом я его уже не видел, не до этого было. Теперь не известно где он и что с ним, — покачал головой лётчик и продолжил. — Но я до сих пор не понимаю, как вы этих фрицев одной очередью сразу пару сбивали.
  - Ну предположим, что очередей все таки по две было, да и немцы слишком прямолинейно летели. Так что хорошему стрелку много времени не понадобилось, — ухмыльнулся Лекс.
  - Все равно не понимаю. Я даже мигнуть не успел, а вы уже возле немцев и уже бьёте в упор и так три раза, Это уже не случайность, это закономерность, — не поверил он.
  - А если я скажу, что самолет у нас не простой, а экспериментальный, это добавит тебе понимания, — пояснил ему Сизов.
  - Если только так, но все равно надо же попасть, — не понимал лейтенант.
  - Это ты не видел как товарищ старший майор из пистолета и не только, стреляет, тогда бы всему поверил, — кивнув на Лекса пробормотал Сизов.
  - Я уже и в черта могу поверить, когда штурмовик под управлением почти комдива, хотя бы и экспериментальный, за одну минуту ссаживает на землю шесть мессеров. — согласился лейтенант и махнув рукой в сторону появившихся на полосе людей, сказал, — вот и начальство пожаловало.
  Подошедший полковник отдав честь представился: — Командир 147 истребительного полка полковник Головня, а вы как я понял особая комиссия?
  - Не совсем комиссия, — покачал головой Лекс после представления.
  - Зачем же ещё могут присылать на фронт командиров НКВД с таким званием, да ещё перед этим сам Сталин звонит главкому Северного флота и просит обеспечить все условия для работы? — удивился полковник.
  - А просто посмотреть и себя показать комиссия не может? — улыбнулся Лекс. Летчики ему понравились.
  - Да уж, себя вы уже показали. Не хотел бы я с вами встречаться в воздушном бою. Земля подтверждения прислала. Четверых немцев в плен взяли. Остальные судя по всему погибли ещё в воздухе, — слегка поёжился полковник, глядя на совсем не впечатляющую фигуру Лекса.
  - Вы мою кошечку, боезапасом обеспечьте пожалуйста, а то слегка потратились, — сказал Лекс полковнику, указывая на свой самолет.
  - Почему кошечка, ведь ил штурмовик мужского рода? — поинтересовался Королев.
  - Так ведь это ил — штурмовик, а у моего самолета это только внешний вид штурмовика, а на самом деле это ласковая кошечка, — указал Лекс на кабину самолета. Там, в нижней части самолета, сразу за винтом была нарисована как бы смеющаяся мордочка кошки. Это Лена при создании голема на базе, её нарисовала.
  - Если у вас появятся ещё такие кошечки, пришлите пожалуйста мне. Я с удовольствием поменяю свой МиГ на такую кошечку и буду за каждый вылет ссаживать на землю пару фрицев, — радостно улыбнулся лейтенант.
  - Вот, наверное и ваш транспорт прибывает, — указал рукой на подъезжающий легковой автомобиль, полковник и добавил, — А за кошечку не беспокойтесь, пополним вам боезапас и заправим по полной.
  - Заправлять не надо, у нас топливо другой системы, у вас пока такого нет, — покачал Лекс головой.
  - Хорошо, так и быть, добавим только боезапас, — согласился тот.
  - И охрану у самолета не забудьте выставить — подал свой голос Сизов.
  - Хорошо, сейчас сделаем, а вам пора к начальству, — ещё раз согласился полковник.
  Они с Сизовым сели в автомобиль и водитель, в форме солдата НКВД, повёз их в штаб флота. В штабе уже ждал командующий флотом Головко. Он встретил их очень дружелюбно. Сначала накормил и только потом пригласил к себе в кабинет и там поинтересовался:
  - Зачем товарищу Сталину понадобилось присылать комиссию на северный флот? Вроде все дела у нас идут пока нормально.
  - У нас комиссия по техническим вопросам. Товарищ Сталин дал распоряжение посмотреть, чем можно ещё вам помочь, для улучшения ситуации на севере, — ответил на этот вопрос Сизов.
  - Хорошо, что надо от меня? — спросил Командующий.
  - Нам бы посмотреть вашу ремонтную базу. Побывать на кораблях и подводных лодках. Поговорить с рабочими и экипажами кораблей, — сформировал их задачи Сизов.
  - Это я вам обеспечу, в качестве сопровождающего дивизионный комиссар Николаев вас устроит? — спросил тот.
  - Вполне, — согласился Сизов.
  - А почему, товарищ старший майор помалкивает? — хитро прищурившись, глядя на них, поинтересовался адмирал.
  - Старший майор по технической части, это у нас товарищ Сизов по управленческой — легко улыбнулся в ответ Лекс.
  - Ну если у вас все специалисты по технической части ухитряются за один вылет шесть истребителей противника в землю вогнать, то немцам жить не долго осталось, — ухмыльнулся он.
  - Нет, таких специалистов к сожалению, мало. Точнее он единственный, поэтому товарищ Сталин и попросил оказывать нам содействие, — тихо проворчал Сизов.
  - Кто кому содействие оказывает это ещё тот вопрос. Поэтому о воздушном бое я товарищу Сталину доложу. Нельзя такой случай оставлять без награды. Много нужных жизней вы спасли. В том самолете, что вы фактически спасли, летело наше пополнение врачей для госпиталей флота. Четырнадцать очень нужных специалистов. Можете требовать с меня все, что в моих силах обеспечить. Теперь товарищ Николаев в вашем распоряжении, — сказал адмирал, указывая на вошедшего в кабинет человека.
  Они быстро познакомились с комиссаром и сразу двинулись на осмотр хозяйства Северного флота. До конца дня удалось, почти бегом, проскочить по всем основным ремонтным цехам, посетить и осмотреть эсминец и подводную лодку, которые находились на ремонте. Везде Лекс расспрашивал рабочих и экипажи кораблей о том, как работает то или иное оборудование. Ему все было интересно. Попутно выяснял, где какие проблемы и что хотелось бы получить морякам ещё.
  В основном народ жаловался на устаревшее оборудование, а не на условия жизни или питание. Особенно Лексу не понравились условия на подводной лодке, которую они осмотрели в последнюю очередь. Трудно даже пройти, чтобы не зацепить какое–нибудь устройство. Столько различного оборудования в одном месте Лекс ещё никогда не видел. Он даже не представлял, что могут быть корабли которые двигаются под водой. В книгах, просмотренных ранее, встречались только упоминания о подводных лодках и вот Лекс в реальности побывал на таком судне. Сколько же нужно знать и уметь, чтобы строить такие суда без использования магии. Жаль только, что используется это только в военных целях.
  Конечно Лекс бывал на дне океана, но в коконе защиты много не походишь. Да и сил тогда, поддерживать такую защиту долго у него не было. Пока он бродил по отсекам лодки и приставал к экипажу с глупыми вопросами, появилось очень много интересных идей. Захотелось попробовать их реализовать. Пришлось связаться со Сталиным и попросить отдать лодку в его распоряжение. Когда Лекс говорил с ним из рубки подводной лодки, это произвело впечатление на комиссара и командира подводной лодки, которые постоянно сопровождали их.
  Наверное командир лодки очень сильно желал, чтобы сухопутные большие чинуши из НКВД побыстрее убрались с его корабля и не нервировали экипаж, а тут нквдэшник запросто связывается через какое–то устройство напрямую со Сталиным и требует себе подводную лодку. Было от чего впасть в ступор, тем более что в тишине отсека четко был слышен ответ Сталина. Учитывая вес обещаний вождя, все не сомневались, что лодка будет передана в его распоряжение. Договорившись с командиром подводной лодки о встрече утром, Лекс с Сизовым отправились в штаб. Адмирал уже был поставлен в известность Москвой о том, что одну из современных подводных лодок временно откомандировывают в распоряжение Лекса, что его как командира конечно не радовало.
  Не хотелось бы обострять отношения с руководством флота и Лексу, поэтому он решил предоставить адмиралу небольшую замену. Из теневой сумки, ещё в машине, он достал несколько коробок с подарками. Сизов конечно удивился количеству обнаруженных на сиденье машины коробок, но как обычно промолчал. Учитывая то, что он уже видел вокруг Лекса, это было не самое поразительное и он понимал, что поскольку не зря его заставляют постоянно того сопровождать, рано или поздно ему откроют некоторые тайны, которыми Лекс окутан с головы до ног.
  В общем когда они ввалились в кабинет адмирала, буквально увешанные небольшими коробками, тот слегка удивился. Лекс открыл одну из коробок и молча протянул ему лежащую сверху тонкую книжку. Называлась она «Инструкции пользованием стандартными изделиями отдела М» и ниже была приписка «После прочтения персоналом подлежит уничтожению». На его молчаливый вопросительный взгляд, Лекс кивнув на инструкцию сказал:
  — После прочтения отпадёт часть вопросов, а на остальные я вам не отвечу.
  После чего они с Сизовым уселись за стол. Адмирал, повертев бумажку в руках, тоже сел и углубился в чтение. По мере чтения, по бросаемым на них взглядам, было явно видно какой шквал вопросов бушует в его голове, но он сдерживал себя и внимательно продолжал читать инструкцию, по нескольку раз перечитывая некоторые абзацы. Лекс конечно мог понять его реакцию. Это было стандартное описание возможностей и принципов управления ночными очками, разговорником и зарядкой. Поскольку Лекс не видел своих устройств на базе, то они явно пока ещё сюда не дошли и соответственно их возможности могли вызвать недоверие у человека с ними не знакомого. Но Лекс недооценил слухи, циркулирующие в войсках. Головко явно что–то слышал про эти устройства. Следующими словами он подтвердил его догадки, спросив:
  - Насколько я понял, это те устройства, которые недавно начали использовать на фронте и о которых идут фантастические слухи?
  - Других пока не производим — пожав плечами, ответил Лекс.
  - А что есть и ещё что–то? — удивился он.
  - Вы даже не представляете себе, сколько, — кивая своим мыслям, подтвердил Сизов.
  - Тогда только два вопроса. Сколько устройств мне передаётся и зачем вам подводная лодка? — переходя на деловой тон, спросил он Лекса.
  — На первый отвечу подробно, а на второй только подсказка, — ответил тот и пояснил, — Вот эти четыре коробки с кошкой на крышке — очки, по сто штук в каждой. Вот те четыре с совой — разговорники, всего сто комплектов по семь штук. Те две коробки содержат по одной зарядке. Начинать привязку надо с зарядок и желательно сразу закрепить их за сотрудниками НКВД, которые и будут в дальнейшем обслуживать зарядку и привязку всех устройств. На второй вопрос отвечу вопросом «Как вы считаете, стандартный штурмовик может разогнать восьмёрку истребителей?»
  - Понятно, значит на подводной лодке тоже будет какая–то модернизация, — понимая закивал головой адмирал.
  - Ну что–то типа того. — согласился Лекс.
  - А можно нас где–нибудь устроить на ночь? — поинтересовался Сизов.
  - Совсем забыл, с этими вашими известиями, — хлопнул адмирал себя по лбу, — вас проводят в общежитие моряков, там вам подготовили комнату.
  Вызванный адъютант проводил их в общежитие, а адмирал остался в кабинете и начал названивать подчинённым, согласовывая время их прибытия в штаб.
  В комнате Сизов сразу отправился спать. Понятно что путешествуя с Лексом, он основательно выматывался. У него нет дополнительных резервов и возможностей. Пришлось Лексу его немного подлечить, пока тот спит. Потом Лекс вместе с Леной, используя мыслеречь, занялся предварительными набросками заклинаний для модернизации подводной лодки.
  Одного голема из неё сделать не получится, слишком много механизмов внутри и предусмотреть все контура управления очень трудно, да и поддержка заклинания на таком огромном объекте потребует значительных затрат энергии. Придется использовать нескольких големов в различных частях лодки. Но вот управлять ими, людям без магических возможностей, будет довольно трудно.
  Лена опять предложила оригинальное решение проблемы. Можно использовать обычного духа, многие вельможи его мира, обладающие незначительными магическими способностями, используют духов в качестве домашнего дворецкого. Дух или привидение не могут напрямую воздействовать на материальные предметы, но вот на заклинания и магические потоки они могут оказывать влияния. Конечно заклинания должны быть настроены на такого духа. Весь вопрос заключается только в невозможности общения духа с обычным человеком, не магом. Но тут тоже нашлось решение из этого мира. Современный кинопроектор, позволял переводить изображение на плёнке в звук.
  Они с Леной придумали, как можно использовать этот принцип для общения духа с обычным человеком. Духи воздействуют на магические поля, вот такое поле в виде небольшого миража Лекс и создал. В исходном состоянии мираж или иллюзия будет представлять собой плоское или объёмное изображение какой–нибудь карты. Небольшую часть иллюзии, в уголке, можно использовать для изменения духом её прозрачности, а обычный фотопреобразователь переведёт изменения прозрачности в звук.
  Конечно придётся научить духа распознавать такие колебания и сопоставлять эти колебания со словами, но это не так сложно. Духи ничего не забывают. Остальную площадь миража дух будет изменять в соответствии с обстановкой вокруг лодки. Духи бесплотны, поэтому следить за окружающей обстановкой им проще простого. Слух у духов тоже присутствует и если его обучить различать сигналы эхолокатора, то определить тип корабля и его положение ему труда не составит.
  Единственный недостаток духа, он не может далеко отдаляться от места привязки, но два километра для подводной лодки это иногда очень много. Есть ещё несколько проблем, но они устраняются с помощью обучения. На самом деле дух или привидение это просто потерянная душа. Свое прошлое она практически забыла, а вот переродиться не может, что–то держит её на материальном плане. Для перехода на высший план ей необходима дополнительная энергия и её может предоставить либо маг, либо необходимо обеспечить ей возможность накопить эту энергию самостоятельно, выполняя различные поручения.
  Во втором случае энергия для души более качественная и она может перейти на более высокие планы бытия. Поэтому соглашение с духом для выполнения поручений — очень хорошее решение для этого духа. Кроме того, на духа также легко закрепить заклятия управления големом. Артефакторы очень часто привязывали духа к каким–то предметам и вешали на них различные заклинания, которыми уже управлял дух. Например, одушевлённые мечи ценятся очень высоко.
  Для определения положения лодки, легко можно применить поисковое заклинание наоборот. То есть поисковый амулет будет на лодке, а искомая вещь на земле, будет выступать в виде маяка. Если завязывать многие поисковые амулеты на этот маяк, то имея на корабле такой амулет, всегда можно определить местоположение корабля. Почти до утра они с Леной решали всякие магические задачи по снабжению подводной лодки магическими устройствами. Пару часов перед рассветом Лексу хватило для отдыха.
  Утром их с Сизовым поднял посыльный. Перекусив в местной столовой, в которую он их и привёл, они направились к адмиралу. Там Головко зачитал присутствующим приказ, в котором лодка капитана 3 ранга Уткина передаётся в распоряжение НКВД и в непосредственное подчинение старшего майора НКВД Лешего, начальника специального отдела НКВД под литерой «М». На счет отдела Лекс вначале не понял. Наименование они сами придумали с Леной, для того чтобы запутать разведку противника, если к ним в руки попадут инструкции по магическим устройствам. Оказалось Сталин сам давно подготовил такой приказ, а недавно он вошёл в силу. Приказ о образовании отдела передал Лексу прямо в руки сотрудник НКВД из штаба флота. Теперь этот отдел реально существовал в структуре НКВД и непосредственно подчинялся Меркулову. В приказе существовала единственная фраза поясняющая направление деятельности отдела и звучала она так «Наблюдение и руководство научными разработками военной промышленности».
  Уткин, присутствовавший при оглашении приказов у адмирала, только тихонько вздохнул. Конечно его можно понять. Недавно построенный подводный корабль, пришедший из не очень удачного рейда, передаётся отделу НКВД, который наверняка редко будет его использовать в военных операциях и соответственно славы капитан не получит. Покинув кабинет адмирала, все вместе с Уткиным направились на лодку. Лекс сразу договорился с ним, чтобы они общались без званий, намекнув что совсем недавно носит военную форму и ещё не привык к ней. Сизов немного покривился, но спорить тоже не стал.
  Узнав у капитана, что лодка пока к боевому выходу не готова, но выйти в море может, Лекс попросил капитана пройтись по заливу, а когда будет надо он попросит его остановиться. Тот только пожал плечами — «хозяин барин». Через некоторое время они на дизелях в надводном положении прошлись по заливу. Лекс находясь на мостике, раскинул заклинание по отлову духов. Сначала духи попадались слабые, точнее почти развеянные, но недалеко от выхода из залива, откликнулся нужный дух. Хотя и был он довольно древний, но содержал душу мальчишки, утонувшего в бурю вместе с братом, когда те вышли на небольшой лодке за рыбой. Что–то его держало здесь, в материальном мире. Наверное какое–то не выполненное обещание. Дух забыл свою жизнь, но последние мгновения жизни и очень смутные картинки жизни ещё всплывали в его памяти.
  Вот такой дух Лексу был и нужен. Дух ребенка активнее всего будет воспринимать обучение. Привязав душу к артефакту в виде дельфина, который Лекс подготовил ещё вечером, он приказал капитану двигаться к пирсу. После прибытия команда занялась своими делами, а Лекс один закрылся в рубке и приступил к обучению духа. Часа три заняло обучение духа разговору. Хорошо дух попался понятливый, а то бы он до вечера промучился. Обучение проходило следующим образом. Лекс говорил в специальный микрофон сделанный с помощью слабых магических воздушных щитов. Колебания такого щита от звука приводили к колебаниям специальной закольцованной магической линии. Дух запоминал эти колебания и теперь если надо что–то сказать он соответствующим образом изменял эту магическую линию и воздушный щит тоже колебался создавая звуки. Изменяя магическую линию дух мог теперь нормально говорить с обычными людьми.
  Еще пара часов ушла на обучению духа навигационным картам, пока конечно в самом общем виде, Лекс же не штурман и всего не знал. Пока было достаточно определяться с долготой и широтой и расстоянием до маяка. Маяк Лекс закрепил в штабе флота, на основание мачты радиосвязи. Кто же заметит и обратит внимание на стальной болт, намертво приваренный к мачте. Поисковый амулет, закреплённый в самой рубке лодки, выдавал духу направление и расстояние до маяка. Основное время как раз и заняло обучения духа переводу данных поисковика в значения на карте.
  Несколько часов ушло на обучение духа влиянию на заклинание управления миражом, для наглядного представления данных доступных духу, для человека. В конце концов они совместно добились того, что посреди командной рубки образовался мираж с полным объёмным изображением окрестностей лодки, как под водой так и над ней в диаметре двух километров. Дальше дух не мог удаляться от лодки и соответственно пространство не контролировал. Все это совмещено с плоской картой на самом дне миража. Большую роль играла возможность духа масштабировать эти изображения, приближая или отдаляя некоторые участки объёмного изображения. И последним шагом обучения стало подключение духа к големам, которые Лекс незаметно для людей создал из некоторого оборудования лодки.
  Всего таких големов три. Самый большой, но самый простой — корпус подводной лодки, хотя он и состоял из двух частей внешней и внутренней. Голем этот кроме поддержания самого себя и передачи своего текущего состояния духу, больше ничего не умел делать. Второй голем являлся двигательной установкой корабля и включал в себя весь двигательный отсек с дизельными и с электродвигателями. Этот голем тоже был достаточно простым. Его единственной функцией было вращение валов винтов, причём он мог работать в обычном режиме, как обычное оборудование, а мог использовать магическую силу из накопителя и тогда никакого топлива или электроэнергии ему не нужно, пока накопитель может обеспечить его магической энергией.
  Зарядку накопителя и сам кристалл накопителя Лекс установил тут же в рубке. По его расчетам полного накопителя должно хватить на пару часов магического хода. Потом необходимо заряжаться от зарядки как минимум часов восемь, канал зарядки небольшой. Конечно если использовать двигатели не в полную магическую мощность, то можно двигаться на магическом ходу и напрямую потребляя энергию от зарядки. Учитывая магические возможности двигательных големов, скорость вращения винтов ограничивалась только прочностью самих винтов и валов привода, поэтому троекратное увеличение скорости на магическом ходу можно было смело обеспечивать. Если бы можно было укрепить и некоторые другие детали заранее, ещё при создании лодки, возможно и десятикратное увеличение мощности, но к сожалению разобрать и собрать подводную лодку, как самолет, весьма проблематично. И Лекс остановился на достигнутом.
  Третий голем был составным и состоял он из вооружения лодки. В него входили торпедные аппараты и пушки лодки. Фактически это тоже простые големы, которые могли только прицеливаться и стрелять. Пушки конечно имели намного больше контуров управления, но с аналогичными пушками меньшей мощности Лекс уже встречался на партизанской базе и немного переделать аналогичные големы труда не составило. Все это завязано на духа и он мог представлять и отражать результаты в мираже. Конечно големы требовали ещё обучения и получить такое обучение можно только в походе, куда Лекс и собирался направить лодку. Естественно вместе с собой. Уже вечером, когда Лекс выбрался из рубки и на вопросительный взгляд Сизова ответил: — Все потом, надо отдохнуть, — ему пришлось ещё карабкаться на самый нос лодки и крепить там на корпусе амулет водяного щита. Очень уж ему понравились опыты по ускорению самолета в воздухе и не использовать аналогичный принцип в воде было бы глупо.
  К концу дня Лекс основательно выдохся, и хотя магических сил имел под завязку, моральную усталость сбрасывать со щитов не стоило. Вы когда–нибудь пробовали объяснять ребенку принципы работы электростанции. Вот фактически аналогичным делом Лекс и занимался целый день. Конечно все духу он рассказать не мог, но базовые основы заложил и теперь только постоянное общение духа с экипажем научит его остальному. Духа Лекс предупредил, чтобы он скрывал поначалу свои возможности в общении и маскировался под тупую машину и только когда наладится взаимоотношение с экипажем, точнее наверное не со всем экипажем, а с некоторыми его представителями, тогда можно для этих людей раскрыть свою сущность и действовать совместно. Духу такое взаимодействие будет очень выгодно, чем дольше и качественнее прослужит лодка, тем больший уровень энергии для перехода в высшие миры получит дух.
  Уткина Лекс предупредил, что следующим утром предстоит боевой поход. Тот посмотрел на него достаточно недовольным взглядом, но приказ принял. Как Лекс понял, экипажу предстояла бессонная ночь подготовки к походу. С утра, переговорив со Сталиным и объяснив ему, что провёл небольшую модернизацию лодки, но предстоит проверка в реальных условиях, Лекс получил его разрешение на выход в море. Сталин при этом у него поинтересовался: — не опасно ли будет это путешествие для Лекса. На что Лекс ответил вопросом на вопрос: — А хорошо ли он себя чувствует, — по идее браслет уже должен начать действовать. Тот немного помявшись ответил, что давно так хорошо себя не чувствовал и даже стали проходить некоторые старые хвори. Лекс посоветовал ему пройти хорошее обследование у местного врача, чтобы потом анализировать изменения происходящие в его организме. Тот обещал подумать над этим вопросом. Но все равно приятно когда начальство за Лекса переживает, хотя бы и из своих корыстных побуждений.
  Поэтому пояснил Сталину, что даже если лодка пойдёт ко дну он выплывет. Учитывая его непонятные возможности, Сталин поверил. На этом их разговор закончился и Лекс направился на лодку. Сизов ушел туда раньше, сразу как начался разговор со Сталиным, понимая что иногда чужие секреты значительно укорачивают жизнь.
  На лодке их встречал Уткин с красными от бессонницы глазами. Такой командир лодки Лексу был не нужен, поэтому покопавшись для вида в вещевом мешке, он достал из теневой сумки небольшую фляжку с эликсиром Леныного производства и налив колпачок дал капитану.
  - Что это, нам спиртное перед выходом не положено? — недовольно спросил тот.
  - Ты сначала попробуй, — усмехнулся Сизов, он уже пробовал раньше такой эликсир и точно представлял что после этого произойдёт.
  - Ну раз начальство приказывает, — пожал плечами тот и хлебнул из колпачка.
  Конечно надо было предупредить капитана, но так эффект оказался более зрелищный. Вас когда–нибудь били дубиной по голове, так вот эффект принятия глотка живой воды такой же, только сразу после этого чувствуешь себя заново родившимся.
  - И что это было, с трудом выдохнув воздух? — ошарашенно пробормотал капитан, недоверчиво ощупывая себя. У него сразу прошли все боли в руках и спине после авральной ночной загрузки и сознание просветлело, как после нормального двенадцатичасового сна.
  - Одна из таких же разработок моего отдела, — снисходительно поглядывая на капитана и глазами показывая ему на очки, торчащие у него из кармана, ответил Лекс. Наверняка адмирал постарался и уже выдал эти безделушки подчинённым.
  - Ага и точно эти штуки появились после вашего приезда, — задумчиво пробормотал тот, а потом улыбнувшись, спросил, — А можно хлебнуть из вашей фляжки и экипажу, а то как только мы ночью не крыли нехорошими словами сухопутную крысу, отдавшую приказ на срочный выход в море?
  - Я так и думал, что чего–то не учту при командовании лодкой, так что прошу поправлять в будущем мои необдуманные решения, — виновато пробурчал Лекс и передавая фляжку капитану сообщил, — Не больше одного глотка, а то такой откат начнётся, что потом не обрадуетесь.
  - Остаток вернуть, — напомнил о себе Сизов.
  - Куда мы денемся с подводной лодки, — ухмыльнулся Уткин и вызвав корабельного кока, отдал нужные распоряжения, не забыв напомнить о дозировке. Кок тут же хлебнул глоток напитка, а Уткин с интересом наблюдал за его реакцией.
  - Я тоже так выглядел? — кивнув на приходящего в себя кока, спросил он у Сизова.
  - Все первый раз так выглядят, главное не злоупотреблять, а то откат на самом деле неприятно выглядит, — авторитетно заявил Сизов.
  - И как? — поинтересовался капитан.
  - Да ничего приятного, сначала жрать будешь в три горла, а потом сидеть в одном месте, — пояснил Сизов.
  Кок уже пришёл в себе и с интересом поглядывал на всех и прислушивался к разговору.
  - Закончить подслушивание и подглядывание, выполнять приказание, — рявкнул на него капитан.
  - Есть выполнять приказание, — вытянувшись ответил тот и быстро нырнул в переходной люк.
  - Еще сюрпризы будут? — поинтересовался капитан у Лекса.
  - А как же, что зря я у вас в рубке вчера целый день сидел, — усмехнулся тот.
  - Если это что–то наподобие этого напитка, то я снимаю шляпу, — шутливо поклонился ему Уткин.
  - Пожалуй готовьтесь её съесть или я ничего не понимаю в этом подлунном мире, — слегка косясь на Лекса, сообщил Уткину Сизов.
  - Все зашло настолько далеко? — сделав унылую физиономию, спросил капитан.
  - Если говорить серьезно, то гораздо дальше чем вы даже можете себе представить, — серьезно ответил Лекс.
  - Прошу ознакомиться, — тоже посерьёзнев, Сизов достал из своего вещевого мешка заветную папочку с документами и протянул один листик капитану. Тот удивленно взял его и начал читать. По мере прочтения документа удивление капитана возрастало. Гриф документа — «Государственная тайна» завораживал. А это всего лишь короткая инструкция по сохранности полученных сведений, где за каждое нарушение только одно наказание.
  - Это что, мне даже во сне разговаривать, о том что увижу или услышу, нельзя? — ошарашенно спросил он.
  - Именно так, даже подушка не должна слышать ваших мыслей на секретные темы, — с серьезной физиономией подтвердил Сизов и затем продолжил, — Все члены экипажа обязаны получить подписку о не разглашении, а после похода абсолютно все, включая вас, пройдут спецпроверку.
  - Вот это мы попали, — сдвинув фуражку на нос и почёсывая затылок пробормотал Уткин.
  - Вы все правильно поняли. Абсолютно все сведения касательно отдела «М» относятся к гостайне, и контролируется все это на самом верху, — подтвердил Сизов, ткнув пальцем в потолок.
  - Так что же, теперь я ничего и никому докладывать кроме вас не должен? — с недоумением поинтересовался капитан у Сизова.
  - Нет, почему же, все можно докладывать, но без описания и подробностей, которые могут иметь отношение к гостайне, — пояснил тот.
  - Поскольку мы решили все организационные вопросы. Может пора в путь? — поинтересовался Лекс у капитана.
  - Пожалуй пора. Я думаю кок привёл экипаж в нормальное состояние. Прошу в рубку, — пригласил всех за собой капитан и спустился в люк.
  Они спустились за ним в рубку. Сизов направился собирать подписи у экипажа, а Лекс с штурманом, комиссаром и капитаном остались в рубке. Еще Лекс попросил пригласить акустика. Когда все были в сборе Лекс начал:
  — Поскольку все ознакомлены с условиями хранения секретных данных, могу вам сообщить следующее. Вчера на вашем подводном корабле смонтированы новые приборы, которыми вам предстоит пользоваться. Приборы экспериментальные, до конца не опробованные, но вполне рабочие. Ваша задача научиться ими правильно пользоваться и совместно со мной доработать их на месте. Что непонятно?
  - А почему мы до сих пор не обнаружили этих приборов? — спросил штурман.
  - Плохо искали — ухмыльнулся Лекс, показывая на стену. Там рядом с устройством пожаротушения примостилась зарядка, внутри которой спрятан накопитель.
  - Что делает этот прибор? — поинтересовался капитан.
  - Это источник питания для моего оборудования — ответил Лекс.
  - А остальное где? — ёрзая на стуле спросил акустик, подозревая что его вызвали не зря.
  - Остальное спрятано и поскольку ремонтировать его вы не сможете, то доступа к нему у вас не будет, — пояснил Лекс присутствующим.
  Поскольку все ждали его дальнейшего продолжения, Лекс не стал их обманывать:
  — Во первых, теперь ваша лодка оборудована сверх современным локатором. Правда дальность действия небольшая, всего пара километров, но зато он видит все.
  - Что значит все? — заинтересовался штурман.
  - Морик, покажи товарищу наше положение, — дал вслух команду духу Лекс. Назвал Лекс его от слова моряк, только заменив одну букву, а потом и соответствующую расшифровку придумал. Дух изменил картинку миража, который в невидимом и не активном виде уже присутствовал в рубке.
  Когда над столом рубки сформировалось объёмное изображение, все просто замерли в ступоре. Через некоторое время до штурмана дошло, что показывает мираж и он только восхищённо прошептал: — Ни хрена себе. Если бы мне кто–то сказал, что такое возможно, ни за что не поверил.
  Он стал пристально разглядывать мираж, а потом спросил:
  — А можно карту поднять с нижней части, повыше, чтобы глубина погружения была видна, а то получается что мы над картой летаем и все подводные скалы тоже?
  - Сформулируйте ваше задание более четко и обратитесь к прибору по имени Морик. — приказал Лекс.
  - Морик, поднять карту на изображении на уровень моря, —немного подумав, произнёс штурман.
  - Приказ принят, — раздался в каюте голос и карта плавно поднялась на середину миража, поскольку они находились в надводном положении. Все опять буквально окаменели от изумления, открыв рты.
  - Э-э-то кто, говорит? — удивленно спросил капитан, смотря на Лекса.
  - Для простоты скажем так, это специальный управляющий комплекс оборудования подводной лодкой с названием «Морской особый разговаривающий информационный комплекс» сокращенно Морик, - ответил улыбаясь тот. Все таки приятное чувство, когда народ удивляется произведением мастера артефактора.
  - Что он ещё может? — спросил молчавший до этого комиссар.
  Тогда Лекс им и выдал примерный перечень возможностей:
  — Он видит и слышит все в радиусе двух километров, в любую погоду, днём и ночью. Контролирует состояние подводной лодки и её вооружения, а также может работать вместе с акустиком, только надо обучить его распознаванию по звукам, типов кораблей. Есть ещё много дополнительных возможностей, но о них скажу позже.
  - Этого уже и так больше чем достаточно, — пробормотал капитан.
  - Поддерживаю, с этим бы разобраться, — поддержал его штурман.
  - Тогда начнём со штурмана, — предложил Лекс и опять началась учеба.
  Штурман притащил кучу карт и начал пояснять, что и где обозначено. Дух многого не понимал, приходилось объяснять заново, но другими более понятными словами. Запомненный разговорный словарь духа рос гигантскими темпами. Дух легко понял обозначения глубин и высот на карте и стал их автоматически преобразовывать из плоских в объёмные, не забывая накладывать на карту реальное состояние окружающего пространство гавани. Восторгам штурмана не было предела, особенно когда он уяснил принцип работы поисковика. Совместив данные поисковика и карты штурман смог с точностью до десятка метров определить их положение в гавани. Лекс для себя узнал очень много нового.
  Остальные некоторое время оставались простыми статистами. Потом дошло время и до акустика. Он притащил в рубку обычный граммофон с пластинками где записаны шумы кораблей и пошла учеба по опознаванию звуков. Дух прекрасно играл роль тупого ящика. В результате обучения он на порядок лучше и точнее акустика определял типы кораблей, направление на них и расстояние. Для проверки он определил текущее положение буксира проходящего недалеко от лодки, показав его при этом на карте миража. Поднявшись на мостик лодки, капитан подтвердил правильность обнаружения цели.
  Потом пришлось звать механика и объяснять, что теперь просто так снять какую–нибудь запчасть с двигателей не получится. Голем просто не даст ему этого сделать, считая это нарушением целостности. Поэтому перед ремонтами необходимо согласовывать операции с Мориком, который и даст разрешение на ремонт. Связаться с Мориком можно с любого отсека лодки, он все равно присутствует как бы везде. Порадовали механика и очки, которые Лекс передал ему в качестве бонуса, через них можно осматривать внутренности голема двигателя, не разбирая его. Механик сразу понёсся проверять их работу и через некоторое время явился обратно с довольной улыбкой.
  - Мне уже можно есть свою фуражку? — с унылой миной на лице спросил Лекса Уткин.
  - Нет, ещё рано, давайте попробуем выйти в море, — ответил тот, улыбнувшись.
  Капитан дал команду, и лодка наконец оторвалась от пирса и двинулась в направлении открытого моря. Когда они вышли из залива на простор, Лекс попросил капитана погрузиться на 50 метров и дал команду духу: — Морик включить форсаж.
  Лодка рванулась вперёд, это двигатели перешли на магический привод.
  - Двадцать восемь узлов в подводном положении, вместо максимальных четырнадцати, — потрясённо пробормотал штурман.
  - Это ещё не конец фокуса, — пробормотал Лекс и дал новую команду: — Морик ускорение.
  И вот тут до всех наконец дошло, что у них за корабль.
  - Восемьдесят узлов, почти 160 километров в час, это просто невозможно. Это против всех законов физики. Лодка в принципе не может двигаться с такой скоростью, — пробормотал штурман, недоверчиво оглядывая по очереди всех присутствующих, желая обрести хоть какую–то почву под ногами. Этот невероятный факт просто не укладывался в сознании. Пришлось приводить пояснения, а то он мог записать Лекса в волшебники.
  - Вот формула движения тела в жидкости, на что мы можем повлиять, чтобы увеличит скорость, — написал Лекс на бумаге известную из учебника формулу и подсунул ему.
  - Реально не на что, а теоретически …. — тут он задумался и через некоторое время сообразил, — если каким–то образом уменьшить коэффициент сопротивления, то скорость возрастёт.
  - Вас хорошо учили в школе, — кивнул головой Лекс, — у вас на носу лодки установлено устройство меняющее сопротивление среды, вот поэтому запаса нашей мощности хватает на движение с большей скоростью.
  - Но это же фантастика, — воскликнул он.
  - Это не фантастика, это брат наука, — глубокомысленно заявил Сизов.
  - На вас и так экипаж смотрит как на волшебников, а теперь и подавно в мессии запишут, — глядя на них с Сизовым, проворчал качая головой комиссар лодки.
  - Это ещё не конец похода, — оптимистично поглядывая на подводников сказал Сизов, догадываясь, что Лекс показал ещё не все козыри.
  - Да что же это такое, думал все, приписали к штабникам, подвиги кончились, Отдохнем на базе. А тут такое, — довольно хохоча, схватился за голову Утких.
  В общем поход начался успешно. Экипаж усердно принялся за освоение новых возможностей и дополнительное обучение Морика. Дух все лучше и лучше взаимодействовал с миражом. Картинка получалась более качественной. Капитан и штурман осваивались заново с лодкой.
  Несколько раз всплывали и тренировались стрелять из пушек по мишеням на побережье. Лексу пришлось доработать систему снабжения воздухом. При длительном подводном ходе, воздух в лодке становился слишком плохим, кислорода не хватало. То, что воздух состоит из нескольких газов знали и в его мире, но эти газы практически не использовали. Зачем магу эти знания, если ему нужен воздух, он в крайнем случае просто его сделает.
  Совсем другой подход у гномов. В некоторых пещерах вообще воздух изначально не подходит для дыхания, но они приспособили специальные растения для преобразования плохого воздуха в нормальный. Это маленькие грибковые растения, размножающиеся в подходящей атмосфере очень быстро. Причем если воздух не подходит для них они просто засыпают, как деревья на зиму. Особенность этих грибков в том, что они потребляют опасные газы, а выделяют кислород, причём поскольку поверхность таких грибков просто огромная и кислорода они дают очень много. Реально грибки похожи на очень плотную губку. Поскольку выведены они магическим способом, то и растут под особым заклинанием, этим достигается их регулирование, иначе бы они сразу заполнили все пещеры гномов.
  Такие грибки были у Лекса в теневой сумке. Вот ими он и заселил очень уж ущербную систему регенерации воздуха в лодке. Для грибков одинаково хорошо подходил и метан и углекислый газ. Заклинание накладывалось на сам грибок, поэтому в дальнейшем подпитки не требовало. Воздух в лодке сразу посвежел, что и заметил весь экипаж.
  От вопросов Лекс открестился пояснив, что это не его разработка и очень плохо её знает, хотя пользоваться умеет. В обнаруженных на лодке гидрокостюмах для подводного плавания, в баллонах, Лекс тоже разместил контейнеры с грибками и доработал систему выдоха, чтобы воздух обратно возвращался в баллон. Получилось что заправлять такие баллоны не нужно. Человек мог сколько угодно долго находиться в воде.
  Это же можно сделать с помощью заклинаний воздуха и создать какой–либо амулет или артефакт, но артефакт получился бы очень сложным, а амулет требовал постоянной зарядки. Технология гномов проще и надёжнее. Слухи среди членов экипажа на лодке все таки закрепили за Лексом титул волшебника, хотя и в шутку, да и выбранная фамилия этому способствовала. Кроме того, все выдвигаемые теории для объяснения происходящего на лодке всего не могли объяснить. Подписка о не разглашении затыкала рты, но не мешала думать.
  Да и чудеса продолжались. В целях испытания они нырнули на максимальную глубину и капитан в очередной раз испытал шок. Стандартную глубину в сто метров, даже не заметили. Только на глубине 800 метров Морик сообщил, что достигнут критический предел прочности, с запасом в 10 процентов. То есть ещё на 80 метров ниже не проблема. В это время голем полностью контролировал оба корпуса подводной лодки и сообщал все Морику.
  Вот это уже не мог объяснить ни один закон физики. Ни один корпус подводной лодки из металла не мог выдержать давления на такой глубине, а корпус ведь никто не менял. Про големов никто на лодке не знал, Лекс про них не рассказывал. Теперь все просто поверили, что отдел «М» НКВД это сверх гении науки. В магию по прежнему никто не верил. Лекса это устраивало.
  По разговорнику который оказался у капитана, из штаба передали о вражеском конвое, обнаруженном недалеко самолетом разведчиком. Уткин предложил напасть. Лекс такую инициативу поддержал и они пошли на сближение. Магический привод — форсаж, они не включали очень уж много он жрал энергии, а вот щитом — ускорением, пользовались во всю. Реальная подводная скорость достигала 60 узлов, почти 120 километров в час. Вахтенному и рулевому при такой скорости постоянно надо наблюдать за миражом. Двухкилометровый участок они пролетали за тридцать секунд и соответственно нужно следить, чтобы не напоролись на какую–нибудь подводную скалу.
  За два часа конвой они настигли и скорость двигателей уменьшили, а вот ускорение не выключали. В этом случае шумы, издаваемые подводной лодкой, на порядок меньше обычных, а скорость оставалась приличной. Пронырнув под охранение они оказались в конвое и начали резвиться. Морик прекрасно показывал на мираже положение и скорости всех кораблей конвоя и рассчитать моменты поворотов лодки и пуска торпед труда не составило. Выпустив восемь торпед, сразу ушли на глубину в триста метров и замерли, наблюдая за противником. Семь торпед попали в цель. Одной они промахнулись. Результатом стало шесть потопленных небольших транспортов и один эсминец сопровождения. От попадания ушел один эсминец, по которому они промахнулись и два сторожевика противника, по ним просто не стреляли, торпед жалко на такие цели. Немцы были в панике.
  Морик исправно транслировал вопли капитана сторожевика, оказавшегося в зоне его наблюдения, а Лекс переводил. Немцам показалось что на них напала эскадра подводных лодок русских. Они метались вокруг и сбрасывали в хаотичном порядке глубинные бомбы, которые подводникам были до лампочки. На такой глубине они просто безопасны для лодки, так как взрывались очень далеко. Да и капитан старался держаться не прямо под сторожевиком.
  Когда корабли противника, собрав выживших, направились в ближайший порт, они решили последовать за ними. Пришлось всплыть почти к поверхности, но слабые шумы немцы не заметили. Под прикрытием вражеских судов они спокойно вошли в бухту и легли на дно. Подождав вечера капитан приказал выставить мины, которые были на борту лодки. Достойных целей в бухте не было. Поставив мины, они по фарватеру вышли из бухты. Для Морика не составляло труда показывать на мираже минные заграждения противника. Утром они нагло показались в виду берега в надводном положении. Через некоторое время в порту раздалось последовательно два взрыва. Из порта так никто и не вышел. Явно корабли противника наскочили на выставленные мины и больше не рискуют выйти из порта, до разминирования.
  Несколько дней они бродили возле побережья противника, но больше ничего не встретили. Судя по всему немцы боялись стаи русских подводных лодок, уничтоживших конвой. Тогда они решили сделать дальний поход и добраться до портов Балтийского моря.
  В общем побродили неплохо. Примерно за неделю похода подводная лодка потопила ещё четыре транспорта противника и один военный корабль — эсминец. Лекс облазил все закутки подводной лодки и расспросил экипаж обо всех особенностях оборудования. Ему все было интересно. Лекс загружался новыми знаниями. Еще через несколько дней они вернулись на базу. При входе в бухту лодку встречали очень торжественно. Таких побед в одном походе никто ещё не привозил. Экипаж во главе с Уткиным принимал такие почести впервые, но они понимали, что с теперешними возможностями лодки это не самый большой подвиг, что не мешало принимать почести. Врагов они все же потопили.
  Головко вызвал Уткина к себе сразу после похода.
  - И как ты объяснишь свои подвиги? — спросил он капитана, когда тот вошёл.
  - Нет ничего проще, есть только одно объяснение и это старший майор НКВД, начальник отдела «М» Леший, — лихо отчитался тот.
  - А более подробно можно? — поинтересовался Головко.
  - К сожалению, нет. Давал подписку соответствующему ведомству, — отрицательно покачал головой Уткин, хитро поглядывая на своего начальника.
  - Ну что–то же можно рассказать. Я же должен понять, почему немцы запретили выходить транспортам из портов и орут о нашествии армады русских подводных лодок, — попросил вице–адмирал.
  - Если честно, то моя лодка сейчас на самом деле равна армаде, — помявшись ответил Уткин.
  - А подробнее? — заинтересованно попросил Головко.
  - Вот теперешние тактико технические характеристики лодки. Леший предвидел подобные вопросы от вас и мы набросали все, что нужно для управления лодкой, — ответил Уткин, протягивая адмиралу лист бумаги.
  Основные ТТХ крейсерской подводной лодки К-2 ММ
  1. Дальность похода — не ограничена.
  2. Время нахождения в подводном положении — не ограничено.
  3. Скорость — 60 узлов — беззвучный ход под водой
  - 80 узлов — максимальные ход под водой
  - 100 узлов — максимальный ход по поверхности.
  4. Глубина максимального погружения — 800 метров.
  5. Запас воздуха — не ограничен.
  6. Постоянный обзор пространства (локатор) — 2 км.
  Головко несколько раз перечитал данные на листке. Он оторвал взгляд от бумаги и посмотрел на Уткина — Что, есть ещё и не основные?
  - Есть, — кивнул головой тот.
  - Но ведь это невозможно? — указывая на листок, тихо сказал вице — адмирал.
  - Я тоже так думал, — опять кивнул головой Уткин.
  - Но как можно проделать все это у нас на глазах с обычной подводной лодкой, чтобы она получила такие возможности? — удивленно воскликнул Головко.
  - Если честно, не знаю. И никто не знает, — задумчиво ответил Уткин и продолжил, — просто чертовщина какая-то. Никто из экипажа не видел, чтобы он что–то делал. Просто походил, посмотрел и все изменилось. Как бы вам это передать. Понимаете, всем показалось, что до этого лодка была просто плавающим куском железа, а теперь ожила. Это мнение всего экипажа. Есть ещё одна вещь о которой не написано в ттх, но вам Леший разрешил сказать, это экспериментальный управляющий комплекс. Такое впечатление что он живой. Словами это не передать, надо просто видеть. Этого просто не может быть, но оно есть. Приглашаю пройтись на лодку и поговорить с экипажем.
  - Ну что же можно и проветриться, — согласился Головко и одев фуражку последовал за Уткиным.
  Поздно вечером Головко выбрался на пирс из подводной лодки. Ему даже показалось, что воздух в лодке даже лучше чем на пирсе. Вкуснее что ли. Учитывая объяснения членов экипажа, это могло быть правдой. Он поговорил со всеми членами экипажа Уткина. Впечатление было сильным. Да что там сильным, просто сногсшибательным. Он был совсем не глупым человеком, но объяснить произошедшие на лодке перемены тоже не мог. Как не мог объяснить и перемены происходящие в руководстве страны. Ощущение такое, что все это не обошлось без влияния отдела «М».
  Все необычное появившееся в последнее время связано с ним. Очки, разговорники, вот эта подводная лодка. Теперь понятно, почему штурмовик сбивает истребителей пачками. Что если там стоит аналогичный комплекс управления. К этому добавляются рассказы некоторых командиров, ранее осуждённых за шпионаж и недавно амнистированных и прибывших на постоянное место службы. По их рассказам, там их допрашивали сотрудники НКВД с помощью какой–то машины и однозначно определили, что шпионажа не было. Потом, с чего бы самому Сталину беспокоиться о каком–то майоре НКВД, хотя бы и старшем. Только за последнее время, он звонил трижды и интересовался делами на флоте, хотя фамилия Лешего и не упоминалась.
  Если говорить честно, происходящее вице — адмирала радовало. Да и обстановка на фронтах стабилизировалась. Прорывы немцев прекратились. Судя по всему, у немцев наступила тихая паника. По данным разведки, они лихорадочно меняют свое управление армиями, не оправдавшее доверие фюрера. А как можно оправдать доверие, когда за неделю, после получения очков от Лешего, только его авиация, по ночам, разнесла практически без потерь, три аэродрома противника. Оставив того почти без авиации. Рейд Уткина тоже навёл шороху в портах и на некоторое время прекратил снабжение вражеских войск на севере. Судя по всему, война перешла в стабильную фазу и теперь мы копим силы для ответного удара. Утром ещё предстояла встреча с этим Лешим, перед его отлётом в Москву и Головко решил попросить переделать ещё хотя бы одну лодку.
  Весь остаток дня и всю ночь Лекс занимался анализом и приведением в порядок накопленных данных. Кое–что признал правильным, а что–то можно сделать по другому. Пришлось активно попрактиковаться в магии и создать несколько десятков амулетов в подарок Северному флоту. Утром встретившись с Уткиным на лодке, Лекс провёл некоторою модернизацию, точнее добавил ещё один амулет и подключил его к Морику.
  Это была небольшая переделка стандартного охранного контура. Теперь он работал как простой пеленгатор, обегая расширенным лучом пространство и проецируя все помехи на мираж. За счет того, что теперь не надо контролировать все пространство сразу, во много раз уменьшилось потребление магической энергии. Луч соответственно увеличил свою длину и теперь пространство в 10 километров видно, как на ладони.
  Кроме того, Лекс передал Уткину один интересный артефакт. Этот артефакт позволял делать привязку людей к другим амулетам и артефактам. Теперь Уткин должен брать с собой в поход командиров других лодок и обучать их действиям с новыми возможностями которые будут появляться у их лодок и только после этого передавать им некоторые артефакты и амулеты. На самом деле таких устройств у капитанов будет несколько типов. Первое, это амулет водяного щита, закрепляется на носу лодки. Второе, это амулет локатора с миражем отображения состояния пространства. Третье, это амулет наложения заклинания поддержки роста грибков для восстановления воздуха. Четвертое, это зарядка с накопителем в виде кристалла для питания амулетов лодки. От духов Лекс решил пока отказаться. Возни с ними много для привязки и не будет же Лекс тут сидеть и искать духов для подводных лодок.
  Короче, лень ему повторять пройденное. Может как–нибудь позже. Учитывая возросшую скорость лодок, даже без применения магических големов и хороший обзор без перископов, им и так не составит труда потопить всех противников. Оставив Уткину кучу готовых амулетов, для снабжения подготовленных капитанов и кучу инструкций по пользованию к ним, с соответствующими подписками от Сизова, Лекс отбыл на аэродром. В это время Сизов инструктировал местных сотрудников НКВД по недопущению распространения информации о новых устройствах. Встретились они с ним уже на аэродроме. Там же их поджидал Головко.
  - Поскольку выловить вас не смог, пришлось встречать здесь, — сразу пояснил он.
  - Если вы по поводу модернизации лодок, то я уже все рассказал Уткину и после обучения на своей лодке, он выдаст капитанам нужные устройства и рекомендации по установке и использованию. Теперь он опять переходит в ваше подчинение, — прервал его Лекс.
  - С вами можно не говорить, вы наверное мысли читаете? — удивился тот.
  - Нет ваши мысли я не читаю, просто это вполне логичный ход, — пожал плечами Лекс.
  - А что у других читаете? — улыбнулся он.
  - Лень, долго и муторно, на лице у человека больше написано, — серьезно ответил Лекс.
  - Ну ни хрена себе, пожалуй я больше не буду задавать вам провокационных вопросов, — тоже посерьёзнел тот.
  - Ему вообще лучше не задавать вопросов. Знаете ли дольше проживёте, — насупившись, недовольно проворчал, поглядывая на Лекса, Сизов.
  - Пожалуй я прислушаюсь к вашему совету. Но все равно скажу спасибо от всего флота, — серьезно ответил тому Головко.
  Простились они очень дружелюбно. Головко даже передал им двух зажаренных поросят от экипажа лодки, доля за потопленные транспорты. Лекс не отказался и засунул их в теневую сумку, там они будут сохраннее. На подлёте к Москве их опять встречала четверка самолетов. Пришлось сбрасывать скорость и тащиться вместе с ними до аэродрома. Там их с Сизовым сразу посадили в машину и повезли в кремль. Как только Лекс вошёл в приёмную, его пригласили войти к Сталину.
  Тот явно изменился в лучшую сторону. Пропали оспины на лице. Походка приобрела плавность. Чувствовалась переполняющая его сила. Увидев заинтересованный взгляд Лекса, он кивнул головой: — Да. Ваш подарок делает чудеса. Наши врачи только руками разводят. Говорят ко мне вернулась молодость.
  - Она бы и вернулась к вам и во внешнем облике, только я заблокировал эту возможность. Я думаю для вас пока достаточно внутренней молодости, а то перестанут узнавать, —довольно улыбнулся Лекс, здороваясь с вождём.
  - Вы очень предусмотрительный молодой человек, если конечно молодой, — остро взглянув на него, произнёс Сталин.
  - Молодой, молодой, и ошибок делаю пока слишком много, но за то так жить интереснее, — пробормотал Лекс.
  - Можно задать серьезный вопрос, от ответа на который будет зависеть наше дальнейшее сотрудничество? — спросил Сталин, внимательно глядя ему в глаза.
  - Задавайте. Мне скрывать особо нечего, — согласился Лекс.
  - Почему вы нам помогаете? — с явно чувствующемся внутренним напряжением спросил он.
  - Много различных факторов сошлось, — задумался Лекс, пытаясь ответить честно на этот вопрос, — Во первых, все мои хорошие знакомые на вашей стороне, хотя некоторые и не относятся к вашим почитателям, а некоторые вообще были когда–то противниками. Во вторых, мне не нравятся государства, которые нападают первыми. В третьих, мне нравятся властители, которые не окружают себя роскошью и не расходуют денег понапрасну. В четвертых, большая часть народа вас все таки активно поддерживает. В пятых, вы совсем не дурак. Чтобы вытащить страну из той разрухи в которой она оказалась после гражданской войны, руководство должно обладать достаточным здравомыслием. И наконец в шестых, вы можете признавать свои ошибки, что и показывают ваши действия в последнее время. И вообще мне нравятся люди которыми вы управляете, — наконец закончил Лекс свою задумчиво размеренную речь.
  - Да…, а некоторые, как мне сообщали, даже очень нравятся? — слегка хлопнул по столу рукой Сталин.
  - Я не запрещал вашим людям собирать сведения на партизанской базе. Мне это никак не мешало, — кивнул Лекс
  - Вот теперь я точно уверен, что вы молоды и не собираетесь переворачивать власть в стране. Это вам не нужно, — подвёл итог своих размышлений Сталин.
  - Я вам это с самого начала сказал. Что, не поверили? — спросил удивленно Лекс.
  - Вот станете когда–нибудь руководителем государства, тогда не будете так возмущаться, — улыбнулся тот.
  - Да ни за какие сокровища. Жить постоянно в гадюшнике, — выдохнул Лекс.
  - Вот так все норовят чистенькими быть, а кто же управлять должен и решения трудные принимать обязан, — вздохнул Сталин.
  - Так вас же никто за шиворот в это кресло не тянул. Сами залезли, — ухмыльнулся Лекс.
  - Сам конечно, но ведь мне казалось, что я знал, как надо все делать и делал, — опять вздохнул и согласился тот.
  - Вот и делайте дальше. С такой поддержкой как у вас в народе, может и получится что–то очень приличное. Главное не забывайте исправлять ошибки, а то они имеют свойство накапливаться и погребать под собой все построенное, — посоветовал Лекс.
  - Да от ошибок к сожалению никто не застрахован. Так что же мне с вами дальше делать? — задумчиво как бы сам себя спросил Сталин.
  - Да забудьте про меня. Я пришёл и ушел. Говорил же уже вам, как только подготовлюсь, уйду отсюда. Дела не оконченные меня ждут дома. Это вам здесь жить, — махнул Лекс рукой.
  - Ну сейчас вы же здесь и как–то вас надо включать в жизнь государства. Слишком много в последнее время появляется вопросов у моих соратников и заклятых союзников по поводу новых устройств, которыми снабжается наша армия. И образование нового отдела в структуре НКВД уже не достаточно для объяснений, — покачав головой, не согласился Сталин.
  - Тут я ничем помочь не могу. В политике вашего мира я совсем не разбираюсь. Все времени не хватает, — признался Лекс.
  - Да-а-а, озадачили вы своими устройствами дедушку Сталина, — слегка усмехнулся тот и продолжил, — Есть предложение назначить вас руководителем нового направления в академии наук и назвать его «Нетрадиционные перспективные разработки».
  - Ага, а ваши великие ученые и академики примут меня с распростёртыми объятиями — пробурчал Лекс, понимая что научные круги на веру ничего не примут, а объяснять он не будет.
  - А пусть попробуют не принять. Должность начальника отдела НКВД с вас никто снимать не будет, — хищно оскалился Сталин.
  - Это вы ведёте к тому, что вам ещё нужны люди с такими же способностями как у меня? —вдруг понял Лекс затею Сталина.
  - Я и не сомневался, что вы сразу раскусите эту идею, — почему–то обрадовался он.
  - Интересно. Почему бы и нет, — задумался Лекс. Если переложить поиск одарённых людей на государство, может ещё найдутся люди с магическим потенциалом. Тогда он сказал Сталину: — Вы же наверное понимаете, что у меня найдутся возможности обезопасить себя от возможного покушения, после обучения некоторого количества людей подконтрольных вам.
  - А вы говорите, что не можете мыслить по государственному, — ткнул в сторону Лекса незажженной трубкой тот.
  - Я не говорил, что не могу, я говорил что не хочу, — отрицательно помотал головой Лекс.
  - Сами понимаете, мне не выгодно терять ваше доверие, слишком многое сулят наши хорошие отношения. Что я вам и пытаюсь показать с самой первой нашей встрече — стал не спеша набивать трубку Сталин, искоса поглядывая на Лекса.
  - Да заметил я, заметил. Тут даже слепой сомневаться не будет. Только тогда будет просьба отдавать мне нужных людей если понадобится, что бы они не натворили, — высказал Лекс условие.
  - Договорились, —сразу согласился Сталин, зажигая трубку, — Я думаю это будет не самая большая проблема.
  - Это точно, — поддакнул Лекс и огласил основной список своих условий. — Кроме выше указанного есть следующие условия. Первое, после победы над захватчиками, вы отдаёте мне территорию контролируемую партизанской базой в настоящее время, диаметром 100 километров. Второе, все отношения между нами в дальнейшем будут строиться на денежной основе. Это будет показывать долю влияния друг на друга. Я не претендую на отдельное сто километровое государство. Пусть это будет закрытой экономической зоной с вашими основными законами, но с дополнительными возможностями. Доходы от совместных производств будем делить пропорционально вкладу сторон и их затратам, причём я согласен на то, что все будут рассчитывать ваши специалисты. Ведь если расчеты будут не верными, сотрудничество просто прекратится.
  - Ну что же, я ожидал гораздо больше условий с вашей стороны. Эти нам вполне подходят, — довольно согласился Сталин, после некоторого обдумывания.
  - Тогда есть ещё одно пожелание, — Лекс пристально посмотрел на Сталина, — вам тоже придётся некоторое время затратить на обучение по новому направлению академии. Небольшие способности у вас все таки тоже есть.
  - Я думаю с этим пожеланием мы тоже согласимся, — кивнул головой Сталин, выпуская клуб дыма из трубки.
  - Тогда вот вам небольшой учебник для начала, — Лекс достал из сумки специальную учебную книжку для детей магов. Ее ещё в начале обучения Лена перевела на местный язык. Там были самые начала базовых тренировок для управления магическими способностями. И добавил: — Только большая просьба никому не показывать и не рассказывать о том, что вы прочитаете. Некоторые могут вас неправильно понять.
  Сталин взял книгу и прочитал название «Первые уроки магии». Недоуменно открыв и полистав её он спросил:
  — Это же метафизика какая то, а не наука. Не верится что–то. Неужто и в правду существует волшебство.
  - Волшебство не знаю, а магия как наука существует. Просто ваша наука развивалась на основе логики, а наша на основе интуиции. Вам придётся выучить эту небольшую книжку и только потом можно будет двигаться дальше и я покажу, как можно применять полученные знания. Заниматься упражнениями вам пока можно не более часа в день иначе будет перенапряжение и потом магические каналы будут долго восстанавливаться.
  - Хорошо, я почитаю, — сказал Сталин откладывая книгу и сражу перешёл на другую тему, — Мы собрали со всех заводов устаревшие прессы одной марки, на базе которого вы создали устройство для обработки материалов на моторном заводе и собрали некоторых мастеров с различных заводов, как вы и просили.
  - Тогда я через пару дней с ними поработаю, но два дня покопаюсь опять в библиотеках. Накопилось несколько вопросов на которые надо найти ответы, — согласился Лекс.
  - Ну что же пусть так и будет, тогда согласуйте этот вопрос с товарищем Сизовым, он получит соответствующие указания, — сказал Сталин, мгновенно превращаясь в правителя страны.
  - Я передам ему несколько устройств для обнаружения людей с магическими возможностями. Постараюсь сделать их до завтра. Желательно чтобы кто–то объехал ваши институты и академии и проверил студентов на их наличие. Можно брать студентов и с младших и с старших курсов, все равно они будут изучать совершенно другую науку. Я конечно сомневаюсь, что они смогут сразу найти таких людей, но возможно кому–то повезёт. Потом можно будет проверить и другие категории вашего народа. А то уже получается отделение академии наук есть, а ученых там не наблюдается, — предложил Лекс.
  - Наши желания в этом совпадают, — утвердительно кивнул Сталин, — и ваши устройства конечно помогут в этом деле. Я думаю товарищ Меркулов справится с этим заданием.
  Еще согласовав некоторые мелкие вопросы Лекс покинул кабинет. После чего его опять проводили в знакомую комнату для отдыха. Немного позанимавшись с Леной по теоретической магии, они совместно занялись созданием амулета — детектора магических способностей.
  Дело в том, что стандартный амулет его мира не совсем подходил для поиска магов, уж очень сильно отличались ауры людей этого мира от его. Сначала они методом подбора различных параметров выявили основные особенности собственных аур, которые не ловились стандартным магическим поисковиком магов. Почему собственных? Да потому что теперь Лекс имел ту же ауру, что и Лена и она содержала две составляющих и его мира и здешнего и необходимо выявить только те магические каналы которые существовали в этом мире.
  Потом они долго применяли различные простейшие заклинания из многих магических школ и следили за возмущением в магической составляющей магии. И только после этого создали амулет поиска настроенный на местные ауры. В общем провозились почти до утра. В результате Лекс сделал десять специальных простеньких поисковых амулетов.
  Немного поспав, он следующие два дня затратил на посещение библиотек, а амулеты отдал Сизову для передачи Меркулову, инструкцию по использованию тоже приложил. Почему именно амулеты, а не артефакты? Пока Лекс хотел контролировать процесс поиска. Ему были не нужны не управляемые маги. Слишком дорого обходились миру эксперименты с такими недоучившимися магами. Амулеты требовали магической подзарядки и не заряжались стандартными зарядками. Еще в них встроены специальные счетчики найденных магов, чтобы никто случайно не затерялся в таком ведомстве как НКВД.
  Целый день он просидел в главной библиотеке страны, а следующий затратил на посещение библиотек ещё трех различных институтов. За все время запомнил ещё около двух тысяч книг по различной тематике. Он потом будет разбираться с ними более подробно. Перекачав Лене кучу книг по мыслеречи, Лекс выдал задание усовершенствовать амулет разговорник, чтобы можно увеличить количество доступных собеседников с одного амулета и обойти запрет семи собеседников. Варианты решения Лекс конечно подсказал, но надеялся что Лена придумает ещё что–нибудь. Ее образ мышления кардинально отличался от его и она могла найти новые решения.
  Еще ей дал задание на создание артефакта по автоматическому изготовлению зарядок для амулетов, так как тех что они передали ранее может не хватить для нормального использования. Все таки за время его отсутствия Лена передала самолетами более 10 тысяч очков ночного видения и тысячу комплектов из семи штук, разговорников. Для изучения Лекс сбросил ей и все структуры заклинаний наработанные в морском походе. Возможно ей удастся их доделать в соответствии с местными вкусами. Так что работой Лекс её загрузил, чтобы не скучала. Кстати она пообещала открутить ему голову и превратить в духа, если будет заглядываться на молоденьких студенток и обещание было вполне реальным, учитывая что врать по мыслеречи проблематично.
  На следующий день Лекс поехал на один из подмосковных заводов, где собрали старое оборудование и находились приехавшие для обучения люди. Учитывая его теперешний статус начальника и так далее, у него образовался отдел охраны во главе с Сизовым и сопровождал их не маленький эскорт из двух автомобилей, набитых охраной из бойцов НКВД. Один легковой автомобиль ехал впереди, за ним следовал автомобиль с ним и Сизовым, а последним двигался грузовик с солдатами охраны.
  Прибыв на завод, сразу направились на склад, где хранилось собранное оборудование. Сизов установил двойное кольцо охраны вокруг склада. Внешнее из охраны завода, внутреннее из их охраны. Два часа Лексу пришлось затратить на переделку прессов по созданному ранее примеру. Очень помогла однотипность оборудования, заклинания не пришлось переделывать. Основное время заняло перегонка накопленных команд первого пресса, поскольку его големчик постоянно перекачивал настроенные операции в накопитель базы и теперь Лексу осталось только разобраться, что там понапридумывали его первые ученики. Оказалось очень прилично наворотили. Они умудрились стандартизировать кучу операций по обработке различных поверхностей. Пришлось ему срочно доделать ещё одну функцию пресса. Приделал к основному заклинанию, заклинание небольшого миража который показывал вариант текущей операции и конечно управление к нему, для накопления и запоминания новых операций. Когда удалось доделать все прессы, пригласил на склад мастеров для обучения.
  Народ собрался разный, были и молодые и старые, даже одна женщина присутствовала. Оглядев усевшихся на принесённые скамьи учеников они начали. Именно они. Сначала выступал Сизов и наговорил кучу строгостей по поводу секретности, которые изрядно удивили народ. Прибывая на курсы повышения квалификации, мастера и бригадиры не предполагали резкого изменения своей жизни, а тут все указывало на это. Кроме кучи подписок, они на неопределённой время обзаводились персональной охраной. К каждому были прикомандированы три сотрудника НКВД, которые меняясь, с настоящего времени будут сопровождать их круглосуточно. После такого настораживающего выступления, все поняли, что это не простые курсы и учить их будут чему–то жутко секретному.
  Последующее обучение перевернуло все их представление об обработке материалов. Вначале Лекс рассказал им о возможностях нового оборудования. Учитывая предыдущее выступление и сильнейшую охрану вокруг склада, это уже не походило на фантастику, хотя звучало фантастично. Народ был сильно озадачен, но вопросов не последовало. Вопросы появились когда началась практика и очень много вопросов. Это Лекса порадовало, значит народ на самом деле хочет разобраться в происходящем.
  На многие вопросы по принципу действия установки Лекс не отвечал, ссылаясь на секретность, а вот по работе с оборудованием расписывал все мельчайшие моменты. Как и в первый раз, в начале многое у мастеров не получалось, но через четыре часа непрерывных попыток, кое у кого начало получаться и они стали подсказывать и помогать друг другу. Обучение в таком режиме пошло гораздо быстрее. Все таки люди своего времени могут легче договориться между собой.
  В результате, всего за восемь часов люди научились достаточно прилично, хотя пока и не без ошибок, управлять прессом вслепую и только после этого, Лекс выдал им очки связи с големом пресса и включил отображение миража режимов работы. Вот тогда они наконец поняли все возможности оборудования. На нем можно делать все, от начала обработки заготовки и до конца изготовления окончательной детали. Причем возможности голема позволяли выполнять сразу группу операций по обработке детали автоматически, если они уже выполнялись ранее над аналогичной заготовкой. В общем народ просто влюбился в такое оборудование.
  Глупых вопросов, типа откуда все это, никто больше не задавал. Не каждого заводского мастера будет просто так учить очень высокий чин НКВД. По тому, как горели глаза у людей, Лекс понял, его устройства в надёжных руках и простаивать им никто не даст. Каждому обучаемому выдали личный разговорник и обсуждать все возникающие вопросы по оборудованию они могли либо между собой, либо с куратором НКВД, который будет передавать вопросы разработчикам этого оборудования. Как Лекс понял от Сизова, это будут сотрудники его отдела «М». Наверное впервые в руки гражданских попали такие устройства и это тоже производило впечатление. Свою часть работы Лекс выполнил. Все остальное должны сделать местные структуры. Структуры эти совсем не спали.
  
  Глава 11. Институт.
  
  На следующий день Лекс узнал, что им выделили отдельное строение в одном из институтов и сейчас там проводится переоборудование. Пришлось ехать туда и смотреть место обучения будущих магов этого мира. Ну что сказать, место Лексу понравилось. Сам институт располагался в пригороде Москвы, а их строение, большой трехэтажный дом, ещё дальше на самом краю институтского комплекса. Сразу за домом расположен глубокий овраг, после которого начиналась роща. Хорошо что Лекс приехал в это место. Местный бригадир строителей Павел Петров уже хотел начинать строительство ограды вокруг дома. Пришлось тормозить это действо и переделывать проект на ходу. Ограда с грибками постов Лексу совершенно не понравилась. Она ограждала само строение и небольшую площадь вокруг него. Для магов это не приемлемо. Лекс рассмотрел карту предложенную бригадиром и обвёл местность гораздо большую. В неё, кроме самого дома вошли и овраг и вся роща и ещё огромное поле за нею. Покачав головой бригадир сказал — нам не хватит отпущенных средств для такого объёма.
  — Конечно не хватит, — подтвердил Лекс.
  — Так зачем же тогда вы мне голову морочите, — разозлился бригадир.
  — А за тем, что мы вообще будем строить по другому, — успокоил его Лекс.
  — Не понял, как это по другому? — удивился тот.
  — Во первых, мы не будем городить забор из проволоки. Мы сделаем его из камня, — начал Лекс.
  — Да где же вы столько камня найдёте, а бетона сколько уйдет. Кто нам это разрешит? — прервал его бригадир.
  — А мы сами все сделаем. У вас сколько народа? — поинтересовался Лекс.
  — Предположим двадцать восемь человек. Но где–то ломать камень они не будут, просто не хватит сил. У меня одни старики и подростки. Да и сроку нам отвели неделю, потом другой объект строить, — вздохнув, пояснил он.
  — А транспорт есть какой нибудь? — спросил Лекс.
  — Есть, как не быть. Одна полуторка и старенький трактор. По любому с таким объёмом не справимся, —безнадёжно махнул рукой бригадир.
  — Ну-ка веди меня к своему трактору, — попросил Лекс бригадира. Тот пожав плечами отвёл его за дом. Там, на небольшой площадке стояла грузовая машина и маленький гусеничный трактор. Но что это за трактор, так, только одно название. Из оборудования только большой ковш спереди. Двигатель весь открыт. Двери у кабины отсутствуют.
  — Собрали что могли из старого оборудования, — указав на стального коня произнёс бригадир.
  Для Лекса это устройство вполне подходило. Учитывая огромную мощность местного источника магической энергии, нормальный голем получится. Приказав Сизову достать какую–нибудь маскировку или найти поблизости подходящий сарай, Лекс забрался в кабину трактора и попросив его не беспокоить, занялся созданием нужных заклинаний. Сизов недалеко в институтском дворе нашёл небольшой гараж, вот туда они потом и загнали трактор. Собственно подходящих заклинаний много, но с магами здесь проблема, поэтому надо делать артефакт рассчитанный на человека.
  Конечно основой заклинания должен быть щит земли, но и без огня тут не обойтись, а защиту придётся городить воздухом. Примерно так Лекс работал сам, когда обустраивал пещеры на базе. Основное силовое заклинание Лекс повесил на ковш. Все остальное наложил на корпус. С управлением пришлось повозиться. Не видя магнитных потоков управлять щитами довольно трудно, а давать всем очки с возможностью увидеть магические потоки, Лекс не собирался. Не стоит распространять лишних сведений о возможностях магии. Пришлось ограничиться несколькими режимами.
  В самом простом варианте трактор работал в режиме обычного грейдера, то есть расчищал дорогу на ширину ковша и максимум на глубину этого ковша, выбрасывая грунт в стороны. В следующем режиме грунт выбрасывался в одну сторону. В третьем режиме этот грунт ещё и прессовался дополнительными щитами. Ну а в четвертом ещё и обжигался или сплавлялся щитом огня.
  Проблема только в том, как настроить работу в случае второго прохода трактора по уже проложенному углублению. Смотреть как земля самостоятельно взмывает на нужную высоту конечно приятно, но реальному объяснению на базе основ физики этого мира такой процесс не поддаётся. Пришлось из подходящего металлолома городить ещё два ковша, но устанавливались они вертикально по бокам трактора и направляли поток грунта на заданную высоту. К этим ковшам он приварил дополнительные трубки которые создавали вид подачи горячего воздуха для обжига и холодного для защиты. Правда откуда берётся энергия было непонятно, поэтому пришлось специально создать металлический ящик в который и воткнуть эти трубки. Ящик заварил наглухо и приварил к корпусу трактора рядом с двигателем. С виду все выглядело вполне логично и объяснимо.
  Зарядку с накопителем магической энергии запрятал под сиденье водителя в кабине. Ну и заодно доделал двери из металлолома и вставил туда уплотненные стекла, чтобы не разбивались. Лобовые стекла тоже уплотнил за компанию. Для регулировки температуры внутри кабины настроил два небольших заклинания огня и воздуха, причём заклинание огня могло создавать как подогрев так и охлаждение. Магия льда на самом деле это раздел магии огня.
  Во время работы пришла удачная мысль, сколько можно тратить собственные кристаллы для накопителей. Те, что Лекс отобрал у немце в виде трофеев, закончились. Свои, из его мира тратить не хотелось, не то чтобы жалко, но лишних следов оставлять не хотелось. Такие кристаллы в этом мире явно будут уникальными. Пришлось ему побеспокоить Сталина. Тот подробно расспросил его о том, какие кристаллы подходят, а потом пообещал подобрать подходящие из запасов страны, да ещё и настоял на том, чтобы вместо уже использованных кристаллов вернуть Лексу аналогичные. Такой подход властителя Лекса вполне устраивает, надо будет не забыть потом что–нибудь ему подарить.
  На всю работу Лекс затратил около шести часов времени. Рабочий день ещё не кончился, поэтому когда он выгнал трактор из гаража, строители сбежались посмотреть. Для начала, Лекс сделал несколько кругов перед домом, опустив ковш сантиметров на двадцать. Получилось две отличных лужайки с уплотненными дорожками и аккуратными прессованными бордюрами. После остановки, народ бросился ощупывать и осматривать получившееся произведение. Судя по удивленным и довольным лицам представление понравилось.
  Тогда Лекс направил трактор по маршруту создания забора. Для одного небольшого участка в 50 метров понадобилось шесть проходов. При этом перед стеной возникал углубляющийся ров и росла сама стена за один проход на высоту ковша в пол метра. Результатом работы стала укрепленная и обожжённая стена длинной 50 метров, высотой в три метра и шириной в полметра и ров перед ней шириной в два и глубиной в три метра. На все это Лекс затратил всего пол часа. Сказать что бригадир был в восторге, это значит ничего не сказать. Ближе подходило выражение он был в экстаза. Он уже влюблёнными глазами смотрел на старенький с виду трактор, выдававший такие непостижимые вещи. Следующие пол часа он сам вёл трактор и по подсказкам Лекса переключал режимы работы. Когда он вылез из кабины после очередных 50-ти метров построенного забора, он только восхищённо выдохнул: — Ничего подобного раньше не видел. Сижу за рычагами, делаю, а глазам не верю.
  — Ну что теперь справитесь с заданием? — с улыбкой спросил его Лекс.
  — Конечно справимся. А вы потом его нам оставите? — с надеждой глядя на Лекса спросил тот, нежно поглаживая корпус трактора.
  — Я его у вас и не забирал. Пользуйтесь. Только кучу расписок напишите товарищу Сизову, — ответил Лекс, указывая на своего непосредственного подчинённого.
  — Это нам не привыкать, не первый секретный объект строим, — обрадовался бригадир.
  Работа у строителей закипела. Они разметили места под постройку охранных вышек и ворот, которые придётся им строить вручную и своей полуторкой стали завозить к этим местам строительные материалы. Лекс не стал возвращаться в Кремль и они вместе с охраной расположились в одной из комнат дома, которая пока была переоборудована в общежитие.
  Дом был по настоящему большим, более похожим на дворец. На первом этаже находились небольшая столовая, комната их временного общежития и ещё двадцать небольших помещений под различные нужды. На втором этаже расположены большие залы приспособленные под аудитории. На третьем этажа располагались только жилые помещения в количестве тридцати штук. У каждой такой комнаты имелся выход на балкон, который опоясывал здание на уровне третьего этажа практически со всех сторон. Расположение помещений Лексу понравилось. Все вполне функционально. Охрана частично расположилась на постах, а частично отправилась отдыхать, поскольку никуда выезжать они сегодня не собирались.
  Лекс пошёл прогуляться по территории. Его потянуло к оврагу, надо решать что с ним делать. Самое первое что приходило на ум, это создать пруд для отдыха и учебы. Учитывая не очень подходящую погоду для купания в течение года, придётся этот пруд закрывать. У него появилось желание немного помагичить. Лекс вызвал Лену по мыслеречи и когда она подключилась, начал новый урок обучения.
  Сначала потянулся магическим щупом под землю и нашёл, совсем не глубоко, мощный водяной пласт. Закупорив часть оврага, расположенного на своей территории, с двух сторон обвалами и укрепив его стены, слегка обжав их щитом земли, Лекс пробил в земле скважину до водяного слоя. Образовался мощный родник, который через некоторое время заполнит отгороженную часть оврага и образует небольшой, почти прямоугольный, пруд размером 50 на 200 метров. Пологая часть оврага будет мелководьем а в остальной части глубина будет доходить до двадцати метров.
  Пруд нужно иметь совсем не по его прихоти. Многие заклинания школы воды нельзя выучить не имея достаточного количества водного пространства. Пройдя вокруг огороженной части оврага, Лекс создал круговую дорожку и сформировал возле неё, на небольших расстояниях друг от друга, скамейки. Скамейки сделал из глины, добытой тут же из под земли. Потом, заклинаниями подобия, сформировал на них украшения, виденные им в одном из замков его мира и опять же заклинаниями, с помощью магии огня, превратил их в цветное, непрозрачное, темное стекло. Скамейки приобрели очень красивый вид.
  С четырех сторон пруда Лекс поставил по небольшой беседке, площадью метров тридцать, вид которых он в свое время подсмотрел у эльфов. По аналогии со скамейками сделал их стеклянными. В купола беседок вставил артефакты простейшего морока, созданные тут же из подходящих камней. Эти артефакты будут прикрывать пруд от посторонних взглядов. Артефакты, а не амулеты надо было делать чтобы потом не требовалось постоянно подзаряжать их. Теперь они сами заряжались и будут действовать не зависимо от его присутствия. Особенность заклинаний морока в том, что они отводят взгляд человека от объекта и кроме того не позволяют людям и биообъектам приближаться к накрытой зоне, заставляя изменять направление движения.
  Конечно магам это не помеха. Заклинание очень слабое. Зато постороннее присутствие на закрытом пространстве исключено. Учитывая наступавшее холодное время установил на беседки ещё и слабые щиты огня и воздуха, подключив их к артефакту морока, как бы накрыв четырьмя лепестками все пространство пруда. Теперь внутри объёма будет постоянно держаться нужная температура. Осмотрев постепенно наполняющийся пруд и довольный своей работой Лекс отправился отдыхать, не забыв перед этим проэкзаменовать Лену по всему набору использованных заклинаний.
  Проснувшись утром, он решил пойти посмотреть на заполнение пруда, да и покупаться заодно, раз выдалась такая возможность. У себя на базе Лекс каждый день начинал с купания в подземном озере и последнее время ему этого не хватало. Тут Лекса ждала занятная картина. Два парня и миниатюрная девушка, в спортивной одежде, крутились около пруда, пытаясь пройти сквозь морок, что им никак не удавалось. Натыкаясь на защиту, не замечая её, они поворачивали в другую сторону и не обнаруживали оврага. Потихоньку прокравшись ближе и накрывшись собственным мороком, Лекс услышал их разговор.
  — Ну куда мог деться этот проклятый овраг. Пять минут тут кружим. Мы же не могли заблудиться. Сколько раз здесь были, — недовольно воскликнул коренастый крепкий парень.
  — Ничего не понимаю, — отозвался второй высокий стройный парень, немного похожий на эльфа.
  — Ребята, может строители его вчера засыпали? — подала идею хрупкая девушка.
  — Юлька, ну подумай сама, как может небольшая бригада за день засыпать такой овраг. Мы же ещё вчера здесь занимались, — отозвался крепкий.
  Ага, девушку зовут Юля, — понял Лекс.
  — Нет, тут что–то другое. Что–то изменилось вокруг, но не удается понять, — задумчиво потирая подбородок пробормотал высокий.
  Опппа…, а ведь он маг, — подумал Лекс, переходя на магическое зрение. Очки Лекс теперь носил постоянно. Действительно в ауре высокого наблюдались приличные магические возможности. В его мире он мог стать даже средним магом. Значит в этом мире потенциальные маги ещё существуют и даже мощь источника не смогла их уничтожить, как–то они приспособились. Это Лекса уже радовало. Осмотрев других, он увидел небольшие магические возможности, достаточные для артефактора и у девушки. А вот у крепкого никаких возможностей нет, только в ауре резко пылает большой плотский интерес к девушке. Кстати, у неё такого интереса к парням не наблюдалось. Можно даже сказать, что она этого парня просто терпит. Но как, в одном месте, оказалось рядом два потенциальных мага, когда среди тысяч видимых им людей не нашлось ни одного, кроме Сталина. Тут была интересная загадка и метку на будущее Лекс себе поставил.
  — Вы как хотите, а мне здесь бродить надоело, я пойду досыпать, — сказал крепкий.
  — Можно заниматься и в другом месте, — отозвалась девушка взглянув на высокого.
  — Опять надо палки делать и камни вязать. Нет мне сегодня лень. Вы идёте со мною? — пиная небольшие палки и камни на земле, потягиваясь, спросил крепкий.
  — Нет, я ещё похожу здесь, в крайнем случае позанимаюсь в роще, — по прежнему задумчиво рассматривая пространство, сказал высокий.
  — Я тоже останусь заниматься с Германом, — ответила девушка.
  Значит длинного зовут Герман, — выяснил Лекс.
  — Ну как хотите, а я пошёл, — почему–то обиделся крепкий и удалился по тропинке в сторону общежитий института.
  — Ничего не понимаю, вот тропинка. Она ведёт в овраг, но оврага просто нет. Этого не может быть, — размышлял вслух в это время Герман.
  — Ну и ладно, пошли в рощу, — сказала девушка коснувшись плеча Германа.
  — Ты не понимаешь, — отозвался тот взглянув на неё, — эта тропинка ведёт через овраг в рощу. Мы идём по ней прямо и все время возвращаемся на это место. Если нет оврага, то мы и должны попасть в рощу, а мы возвращаемся. Мы не должны возвращаться, это не правильно. Так не бывает.
  — А давай завтра попробуем овраг найти, а сегодня позанимаемся прямо здесь на тропинке. Просто разминочный комплекс покрутим. Все равно никто не видит. Может в роще леший завёлся. У нас в деревне говорят, если леший кого–то не захочет пускать в лес, то может заморочить так, что и дорогу не найти, — сказала девушка задумчиво осматривая тропинку впереди.
  Лекс про себя усмехнулся. Она практически угадала.
  — Может ты и права. Давай разомнёмся, — ответил парень и они стали неторопливо выполнять комплекс физических упражнений. Когда Лекс понял, что они делают, то непроизвольно почесал затылок. Чем дальше тем непонятнее. Это был искажённый разминочный комплекс гвардии императора одной из империй его мира. Получается, он постоянно натыкается на отголоски давнего присутствия магов в этом мире. Сначала сказки, теперь вот этот комплекс. Лекс присел рядом с тропинкой и снял морок.
  Поскольку он сидел тихо, они его некоторое время не замечали. Первой его заметила девушка, у неё погружение в комплекс было более поверхностное. Она остановилась и уставилась на Лекса, только после этого остановился парень. Он вначале взглянул на неё и только потом перевёл взгляд на то место, куда она смотрела, то есть на Лекса. Вид у Лекса был ещё тот. Сидит на траве скрестив ноги молодой парень в какой–то потёртой одежде, поскольку утром он одел свою обычную одежду, в которой ходил по базе, и задумчиво жуёт травинку, уставившись в никуда.
  — В этом месте поворот на 180 градусов и рука идёт ниже, почти до земли, с приседанием корпуса, — прервал Лекс, затянувшуюся паузу и посмотрел на ошарашенных его замечанием молодых людей.
  — Вы откуда знаете? — только и смог удивленно спросить Герман.
  — Это отражение удара противника сзади, точнее уход от возможного удара и подготовка атаки на него снизу, — пожав плечами ответил ему Лекс.
  — Вы что тоже знакомы с китайской гимнастикой ? — заинтересованно спросила девушка.
  — Нет! С китайской не знаком, — честно ответил Лекс и добавил через мгновение, — это просто искажённый вариант разминочного комплекса подготовки воинов.
  — И что вы его знаете? — недоверчиво спросил парень переступая с ноги на ногу.
  — Знаю, — кивнул головой тот.
  — А показать можете ? — заинтересовалась девушка.
  — Да без проблем, — ответил Лекс и поднявшись встал в начальную позицию. Специально замерев на несколько секунд, чтобы казалось, что ловит концентрацию, Лекс в слегка замедленном темпе, выполнил первую разминочную часть комплекса, всего из сорока позиций. Потом, после кратковременной остановки, прокрутил вторую часть, разогревающую, из 120-ти движений. Замерев на несколько секунд, после последнего движения, он выдал заключительную часть ударно–силовую, из трехсот движений. Застыв на месте, Лекс поклонился потерявшим дар речи зрителям.
  — Ну ничего себе, даже мастер Хо такого никогда не показывал. Против скольких же противников он рассчитан, — восхищённо прошептал парень. Когда–то давно его учитель, уже довольно пожилой китаец, во Владивостоке, показывал ему комплекс боя с двумя противниками. Но то, что продемонстрировал этот человек, выходило за рамки обычного. Такую отточенность движений можно получить только годами непрерывных тренировок, но на старика этот парень не тянул. Герман просто не мог себе представить траектории движения рук и ног этого человека, а он двигался настолько легко, стремительно и красиво, что это просто завораживало.
  — Против постоянной атаки одного лучника и трех мечников, — ответил Лекс.
  — Как это постоянной? — не поняла девушка.
  — Это когда такое количество людей на тебя нападают непрерывно, — пояснил ей Герман.
  — Почему они будут нападать непрерывно? — опять не поняла та.
  — В настоящем бою на тебя всегда нападают непрерывно, — терпеливо пояснил тот.
  — Так, что они вчетвером будут постоянно нападать на обороняющегося? — все ещё не понимая, спросила Юля.
  — Постоянно это не значит, одни и те же. Насколько я понял по этому комплексу, враги будут ложиться четверками после каждой смены позиции, — вопросительно взглянув на Лекса, пояснил Герман.
  — Абсолютно в точку, — кивнул тот головой, подтверждая слова Германа.
  — Где вы этому научились? Нас научить сможете? А то Герман знает намного меньше, — затараторила девушка, с уважением ощупывая значительные вмятины, оставленные его ногами и кулаками на тропинке.
  — Вам то зачем это нужно? — поинтересовался Лекс у девушки.
  — Да пристают, тут всякий, — замялась она.
  — Нет, этому комплексу вас пока учить не буду, — ответил Лекс отрицательно покачав головой и заметив кислую физиономию девушки, добавил, — Во первых, пока учить не буду, а во вторых, научу вас другому комплексу самообороны, более мягкому. В этом комплексе все заточено на уничтожение, а в том который будем учить, все рассчитано на нейтрализацию противника. Зачем вам трупы в обычной драке?
  — Если так, то я согласна, — радостно захлопав в ладоши, согласилась та.
  — А почему вы готовы нас учить и вообще кто вы такой? — задал резонный вопрос Герман.
  — С этого момента, я ваш главный учитель на очень долгое время, — усмехнулся Лекс и достав из кармана куртки удостоверение, переданное ему вчера Сизовым и показал его молодым людям. Герман прочитал вслух:
  — Профессор Лекс Леший руководитель отделения академии наук СССР — «Нетрадиционные перспективные разработки».
  — Почему я о таком отделении АН не слышал? — удивился Герман.
  — Оно только недавно образовано, да к тому же считается секретным, — пояснил им Лекс.
  — Вы же не старше нас? Как вы профессором стали? — удивилась Юля.
  — А что, молодо выглядеть это плохо? — задорно улыбнулся тот, глядя на девушку.
  — Да нет, это я так, не выглядите вы на профессора, — засмущалась та.
  — Это точно, — подтвердил кивком головы парень.
  — Я же говорил Сталину, будут проблемы, — подумал Лекс вслух.
  — Вы и со Сталиным встречались? — удивилась девушка.
  — Он тоже мой ученик. Правда заочник. Времени ему видите ли не хватает, — пожал плечами тот. Отвисшие челюсти и круглые от удивления глаза показали, что ляпнул Лекс что–то не то.
  — К–к–к‑как у-ученик? — только и смог выдавить из себя через некоторое время Герман, продолжая смотреть на него почти круглыми глазами.
  — Также как и вы, теперь мои ученики, — сообщил им неожиданную новость Лекс.
  — Ну мы же учимся на третьем курсе электромеханического факультета, — удивленно воскликнула девушка.
  — Это вы до нашей встречи учились на третьем курсе электромеханического факультета, а теперь вы учитесь на первом курсе факультета Нетрадиционных перспективных разработок, — хитро улыбаясь сообщил им Лекс ещё одну новость.
  — Получается три года коту под хвост, — уныло протянула девушка.
  — Ага, и ещё плюсом десять лет обучения до первого звания, — хищно потирая руки опять обрадовал их Лекс.
  — Это что же за наука такая, на которую десять лет учиться нужно? — возмущённо спросил его Герман.
  — Есть такая наука. Только я сказал десять лет до первого звания, а второе некоторые, особо ленивые, могут получить и гораздо позже. Лет этак через пятьдесят, — ухмыльнулся тот.
  — Да через шестьдесят лет я старухой буду и мне все будет уже до лампочки, — возмутилась девушка.
  — Ты и через сто лет можешь выглядеть такой же красавицей, как сейчас, если даже не лучше, — парировал Лекс.
  — Не поняла, что значит через сто лет как сейчас? — заинтересованно переспросила она. Вот что значит женщина. Как только разговор заходит о красоте, все остальное по боку.
  — Ну в принципе, если кто–нибудь не убьет, можно жить долго. Очень долго, — ответил тот.
  — Это что, вы хотите сказать, что можно прожить молодым больше ста лет, — удивился Герман.
  — Можно, — подтвердил Лекс. Вспомнив своего мастера которому уже за семьсот и некоторых эльфов, которым за много тысяч, если не больше.
  — Вот ни капельки не верю, — упрямо поджав губы сообщила девушка.
  — А я вас и не убеждаю. Бессмысленно это. Пойдемте посмотрим что такое — нетрадиционные перспективные разработки, — сказал Лекс и двинулся вперёд по тропинке. Народ, недоуменно крутя головами, пошёл за ним.
  Прошагав несколько десятков шагов, они оказались у одной из беседок, на берегу пруда, бывшего когда–то оврагом.
  — Какая красота с трудом выдохнула девушка, рассматривая узор на беседке.
  — Узнаю это место. Это тот самый овраг в котором мы всегда тренировались. Только он сильно изменился, — удивленно смотря по сторонам, сказал Герман.
  — И заметьте, за одну ночь, — поддакнул Лекс.
  — Ничего не понимаю, — опять удивленно протянул тот.
  — Откуда все это? — поражённо спросила девушка, внимательно глядя на Лекса.
  — Я вчера немного похулиганил, — усмехнулся тот.
  — И эту всю красоту вы сделали вчера, за один вечер? — указывая на беседку, удивилась она.
  — И эту, и ещё три таких же и ещё много чего, — показал ей Лекс на противоположный берег.
  — Как можно сделать такую красоту за один день? Не понимаю, — вздохнула она, разглядывая беседки и дорожки на окраинах пруда.
  — Примерно вот так, — ответил Лекс и вызвал на поверхности воды, водяного голема, в виде большой кошки. Которая стала носиться по поверхности, ныряя время от времени в воду, а затем выскакивая в другом месте. Молодые люди заворожённо смотрели на искрящуюся на солнце водяную кошку.
  — Что это было? — продолжая восторженно смотреть на поверхность воды, тихо спросила девушка, все ещё пребывая под впечатлением, когда представление уже давно закончилось.
  — Это и есть нетрадиционные перспективные разработки, которые вы будете изучать всю свою жизнь, — серьезно ответил ей Лекс.
  — Но это же противоречит всем законам физики? — удивленно пробормотал парень.
  — Да противоречит, — согласился Лекс, — но кто вам сказал, что вы знаете все законы физики?
  — Ага, значит какие–то законы, для того что мы видели, все таки существуют, — ухватился за эту мысль тот.
  — А я о чем вам толкую. Вот эти неизвестные законы вы и будете изучать под моим руководством, — довольно пробурчал Лекс.
  — Если так то я согласен, начать учиться заново, — сказал тот, глядя Лексу в глаза.
  — Я тоже. Я тоже так хочу, — закричала девушка, хватая Лекса за руку.
  — А куда вы денетесь с подводной лодки, — усмехнулся Лекс, вспоминая адмирала и вызвал Сизова по разговорнику. Через пять минут тот был уже на берегу пруда. Лекс все это время вываливал на бедные головы будущих учеников описание некоторых возможностей которыми обладают маги, не говоря напрямую о самой магии.
  — Вот принимай пополнение, — сказал Лекс ему, когда тот появился на горизонте.
  — Это что кандидаты на обучение? — поняв о чем говорит Лекс, спросил он.
  — Нет, это уже полноценные студенты. Подходят по всем статьям. Так что оформляй бумажки и читай новеньким свои лекции, — пошутил Лекс.
  — Никто не ценит, труд раба на галерах, — притворно вздохнув, тот полез в свой портфель. Следующие двадцать минут и так ошарашенные, молодые люди выслушивали лекцию о правилах теперешнего их поведения в обществе, их ограничениях и преимуществах. Они с удивлением узнали, что теперь являются сотрудниками отдела «М», такой страшной организации как НКВД, со всеми вытекающими последствиями. Документы Сизов обещал выдать уже завтра, а на сегодня планировался их переезд на новое место жительства, в их особняк. Тут же выписав им предписание, на отдельном бланке о том, что они мобилизованы в органы НКВД, он отправил их в институт, улаживать официальные дела. Отправив новых студентов, он неодобрительно осмотрелся вокруг и спросил кивнув на озеро — Опять развлекался?
  — Ну почему развлекался. Готовил место для будущих занятий. Студентов случайно обнаружил, — отперся Лекс.
  — Все у тебя случайно происходит. Где тут плановая экономика? И какой черт занёс меня на твою базу? — проворчал тот.
  — Так все равно же доволен, — подколол его Лекс.
  — Доволен, но с тобой не соскучишься и пошёл я инструктировать охрану по поводу студентов, — согласился он и двинулся к дому. Лекс отрегулировав родник на дне озера, чтобы он прикрывался при достижении заданного уровня воды, тоже двинулся за ним. День начался очень хорошо, хотя и не удалось искупаться.
  
  Из аналитической записки сотрудника абвера адмиралу Канарису.
  1. Попытки внедрить новых агентов во властные структуры СССР и руководство армии или завербовать сотрудников приводят к мгновенному провалу всей сети.
  2. Все старые агенты, даже законсервированные или провалены, или перешли на нелегальное положение. Некоторые, после дополнительной проверки, оказались перевербованы противником.
  3. Вся информация в последнее время добывается нашими агентами только косвенно. (не вступая в прямой контакт с носителями информации).
  4. На фронтах у противника все больше распространяются устройства описанные в предыдущих записках (ночные очки — бинокли, малогабаритные переговорные устройства). Места производства устройств определить не удалось, в связи с большой степенью секретности. По некоторым данным, даже их доставка в места передачи, в армию, осуществляется самолетами с большим истребительным прикрытием. Попытки добыть работающие образцы такой техники проваливаются. Данные об индивидуальной настройке таких приборов на каждого носителя подтверждаются. Наши сотрудники объяснить принципы такой настройки не в состоянии. Работы в этом направлении ведутся. Есть обоснованные предположения, что физические основы материалов самих устройств являются в тоже время и электронными устройствами построенными не на базе вакуумных ламп, а на базе полупроводников. (Перечень аналогичных работ в открытых довоенных источниках прилагается…).
  5. Учитывая огромные ресурсы противника, невозможность скрытой перегруппировки войск для нанесения прорывающих ударов, большие потери в авиации при ночных ударах противника по аэродромам и тяжелое положение на фронтах, вермахт прекратил наступательные операции и перешёл к активной обороне. Оборона противника проходит по линии Перекоп — Днепропетровск — Полтава — Смоленск — Новгород — Ленинград.
  6. По достоверным данным на северном флоте противника появились модернизированные крейсерские подводные лодки. Одна из них только в одном опытном рейде уничтожила более 8 наших кораблей, в том числе и два военных эсминца. Характеристики новых лодок выглядят фантастически и уточняются. (приводим некоторые предположительно
  — скорость от 60 до 80 узлов и в подводном и в надводном положении
  — автономность хода — свыше 40 тысяч километров. (лодки могут ходить в кругосветное плавание)
  — нахождение в подводном состоянии — не ограниченное время (новейшие регенераторные установки)
  — оборудованы новейшими локаторами — параметры не известны (по словам матросов с подводных лодок — «локаторы видят ВСЕ»))
  7. По проверенным данным противник ведёт работы над новейшим истребителем. На одном из моторных заводов противника налаживается выпуск авиационных моторов повышенной мощности. Произошло одно боестолкновение в воздухе нашей восьмёрки истребителей, скорее всего, с экспериментальной моделью такого самолета. С нашей стороны потери шесть самолетов. Оставшиеся два ушли не приняв боя. По отзывам наших пилотов, самолет по силуэту похож на штурмовик противника ИЛ‑2 и скорее всего с таким же бронированием, но из за мощного двигателя обладает огромной скоростью, — свыше 800 км/ч. По отзывам наших пилотов «он догонял их как стоячих».
  8. По достоверным данным, все новейшие разработки противника связаны с образованием в структуре НКВД специального отдела под литерой «М», который и курирует ученых, работающих по этой тематике. Также достоверно известно, что появление новых, модернизированных подводных лодок противника выявлено после посещения сотрудниками этого отдела базы подводных лодок северного флота. Формально отдел подчинён руководству НКВД, но по некоторым данным курируется напрямую Сталиным. Каких–либо достоверных сведений о сотрудниках отдела и его структуре получить не удалось. Руководитель отдела не известен.
  
  До обеда Лекс занимался чтением и изучением книг по радиотехнике, скопированных в библиотеках. Его студенты появились к обеду. Увидев их предписание, у руководства института лишних вопросов не возникло, а если и возникло, то они никак их не высказали, поэтому оформление документов было выполнено почти мгновенно. Лекс наконец узнал фамилии его будущих новых учеников. Девушку звали — Юлия Ивановна Зорина, а парня — Герман Николаевич Лесов. Сизов познакомил их с охраной и поставил на довольствие у старшины. Питание пока предполагалось из полевой кухни, что Лексу совсем не нравилось. Наверное надо постепенно перетягивать сюда кое кого из персонала базы. Очень уж хорошо готовила на базе заведующая столовой Хомякова. С снабжением тоже придётся, что–то делать. Из разговоров охраны, которые не предполагались для лишних ушей, Лекс понял, что кормят их сытно, но не вкусно. По мыслеречи попросил заняться этой проблемой Лену, пусть подготовит продуктов и вместе с завстоловой следующим рейсом перекинут их сюда, да и вообще надо наладить свое снабжение. Лена одобрила эту идею и попросила её тоже забрать побыстрее, ибо соскучилась. Препятствий на этом пути Лекс никаких не видел, потому что тоже уже соскучился, да и ленивый он, кто же новых студентов учить будет. Договорились, что через пару дней Лекс прилетит и заберёт её с собой, а заодно и продуктами в теневую сумку загрузится.
  Юля с Германом попросили отпустить их на вечер в общежитие, на день рождение к подруге, одногруппнице. Лекс согласился, но с условием, что они берут его с собой.
  — С вашим званием все будут чувствовать себя не в своей тарелке, — помявшись ответила Юля.
  — Да, кто же мешает одеть подходящую одежду и документы я показывать не собираюсь, — возразил Лекс.
  — Тогда, никаких проблем, вы идёте с нами и вполне сойдете за студента. Вот потом наши удивятся, когда узнают кто с ними праздновал, — обрадовалась та.
  Пришлось озадачить Сизова вопросом приобретения гражданской одежды, так как ни его сельская одежда, в которой Лекс ходил по базе, ни одежда из его мира, никак не подходила к этому городу. Укоризненно покачав головой и тяжело вздыхая от очередного его шага, тот взяв с собой пару человек из охраны, поехал за одеждой. Еще пятерых охранников Лекс послал на грузовой машине перевозить сюда из общежития его студентов. К вечеру все собрались в их новом доме. Студентам выделили по целой комнате на третьем этаже, куда и забросили все их не многие вещи, свалив все в кучу. Никакой мебели в комнатах ещё не было, хотя матрасами старшина из охраны и на настоящее время завскладом, их обеспечил.
  Ему пришлось немного потрусить на эту тему местного начальника студенческого общежития. Договаривающиеся стороны пришли к взаимному соглашению. Институт обеспечивает их по возможности всем необходимым для учебного процесса и проживания, а они обеспечиваем институт бумагой и дополнительным питанием в студенческой столовой. Столовую кстати Лекс и компания тоже практически захватывают, поскольку распоряжаться и готовить там будет завстоловой с партизанской базы Хомякова.
  На будущее Лекс договорился со старшиной по поводу обеспечения деятельности своего учебного заведения. Тот может менять бумагу, грибы, муку, сахар, материю в больших количествах на что угодно. Некоторое количество всего этого Лекс выдал старшине из своей теневой сумки. Запасы партизанского производства, уже в достаточно больших объёмах, скопились в пещерах базы и требовали реализации. Воздушный мост между базой и фронтом функционировал бесперебойно, но все производимое партизанами вывести уже не мог. Неоднократные попытки сбить их транспортный самолет при подлёте к базе и над линией фронта были обречены на провал. Во первых, он летал только ночью. Во вторых, на подлёте к базе его прикрывал новый, переделанный штурмовик или истребитель. В третьих, Лена и транспортный самолет немного доделала. Голема конечно она создать пока не смогла. Знаний на создание собственных заклинаний ей ещё долго хватать не будет, но нацепить на него два амулета воздушного щита, ей вполне удалось. Теперь скорость самолета позволяла не бояться нападений истребителей. Они его просто не могли догнать. Второй амулет обеспечивал рост грузоподъёмности. Теперь в самолет грузили не две тонны груза, а все десять, лишь бы помещалось.
  Строителей Лекс тоже озадачил постройкой за лесом, в пределах охраняемого периметра, взлётной полосы для приёма авиационных грузов. С использованием переделанного им трактора для строителей это не составит труда. Они были согласны на все, лишь бы Лекс не забирал этот трактор. К вечеру и Сизов появился с гражданской одеждой. Естественно просто так он Лекса не отпустил. Кроме Лекса, со студентами шел он и ещё двое из охраны. Лекс в принципе понимал желание руководства НКВД и Сталина не выпускать его из поля зрения и не препятствовал этому. Очень многие властители в его мире прекращали свое существование по причине потери контроля за ситуацией. Так что власть в этой стране вполне жизнеспособная, если пытается перестраховываться.
  Их появление в общежитии вызвало настоящий восторг у местных девушек. Конечно, когда на сорок девушек приходится пять парней, приход ещё пятерых вызовет у них только положительные эмоции. Тем более, что пришли они не с пустыми руками. Используя запасы из теневой сумки, Лекс заранее достал маленький бочонок вина, пару запечённых уток, одного поросёнка из подарка морячков и ещё килограммов десять разных вкусностей и сладостей сделанных колхозниками.
  Когда они вывалили всю эту гору провианта на стол, радости присутствующих девушек не было предела. Учитывая военное положение, уже ощущалась нехватка продуктов, а тут такое богатство. Девушки сразу утащили Юлю подальше и принялись за допрос с пристрастием — где это она откопала такое количество не знакомых молодых парней, да ещё с таким богатством. Кстати, то же самое ожидало Германа со стороны присутствующих парней, ещё бы, появилось такое количество серьезных конкурентов.
  Надо сказать местные представители мужского коллектива не производили впечатление. Двое из них были типичными местными очкариками, как охарактеризовала их Лена по мыслесвязи. Скорее всего их в армию не взяли из за каких–то болезней. Трое других были представителями другой части населения — сынки богатых родителей или руководящего состава, для которых выбиты специальные брони, чтобы не забрали на фронт. Отношение к этим у Лены было резко отрицательное, наверняка такие же доставили ей много неприятностей в её институте. Среди этих троих присутствовал и знакомый Лексу персонаж, парень который ушел с тренировки у оврага. Судя по некоторым взглядам, он был главным в этой тройке. Лекс прислушался к их разговору с Германом.
  — Что это за фраеров ты сюда приволок? — недовольно спросил тот у Германа.
  — Вечно ты чем–то не доволен, — усмехнулся Герман, — Нормальные парни из нового института, что строится рядом с нашим.
  — Я ни о каком институте не слышал, — удивился тот.
  — Ты много о чем не слышал, — с превосходством пожал плечами Герман.
  — Что–то ты слишком смелым стал, наверное захотел вылететь из института, — прищурившись посмотрев на Германа, констатировал плотный.
  — А что мне вылетать, я и так уже ушел из него, так что навредить ты мне уже не можешь, — опять пожав плечами, с усмешкой глядя на плотного ответил Герман, и через паузу добавил, — Кстати Юлька тоже ушла из института, так что остался ты с носом.
  — Как ушла? Куда ушла? — ошарашенно переспросил тот.
  — Да надоел ты ей своими приставаниями вот она и ушла, вот к тому парню, — Хитро улыбнувшись ответил Герман, указывая на Лекса.
  (Лекс: —
  В принципе он абсолютно не соврал. Чистая правда. Как будто истинный маг говорит. Только правду. Она ушла ко мне …., только не добавил, учиться. Вот паршивец. Я ему это попозже припомню. На занятиях.)
  — А кто это такой ?. Почему не знаю? — приходя в себя, глядя в его сторону с показной ленцой, — поинтересовался тот у Германа.
  — Да я почём знаю! Наверное студент какой–то из нового института, — продолжил ломать комедию Герман.
  (Лекс: — Нет … просто так Герман не стал бы натравливать этого парня на меня, не тот у него психотип. Значит это действительно нужно. Судя по встрече у оврага, это связано с Юлей. Герман с ней как–то раньше зависели от этого парня, а теперь, с уходом из института, не зависят и Герман пытается с моей помощью решить проблему раз и навсегда. Ну что же можно и подыграть)
  — И кто у нас тут такой богатый? — цедя звуки сквозь зубы произнёс плотный, подойдя к нему.
  — Культурные люди при знакомстве сначала представляются, — Лекс решил сразу обострить обстановку.
  — Выходит я не культурный? — нахмурив брови и в упор глядя на него, спросил тот.
  — Очень логичный вывод, — подтвердил Лекс с серьезным выражением лица.
  — Да ты знаешь кто у меня отец? Он тебя просто в землю укатает, — почти задохнувшись от гнева прошипел он.
  — А причём тут отец. Он может быть как раз культурным человеком. Сейчас разговор о тебе, — пожал плечами Лекс не меняя серьезного выражения.
  — Да я тебя сам по стенке размажу, — сжимая кулаки он двинулся на Лекса.
  — А за что? — не меняя положения спросил Лекс, глядя ему в глаза.
  — Как за что? — ошарашенно переспросил он останавливаясь и немного приходя в себя. Видно что–то насторожило его во взгляде Лекса. Такие люди часто интуитивно чувствуют, что лучше обойти некоторых противников. Ибо может быть очень больно.
  — За что по стенке мазать? — пояснил вопрос Лекс.
  — Ну … так…. — не нашёлся тот.
  — Когда придумаешь подойдёшь, а я пока перекушу, — сказал ему Лекс и отвернувшись, направился к столу. Все кругом наблюдали за развитием ситуации и когда она разрядилась таким образом, выдохнули явно с облегчением и тоже бросились за стол, видя как Лекс уминаю сочный пирожок. Девушки сразу взяли ситуацию под контроль и пир начался. Плотный куда–то исчез. Пол часа в основном слышалось только довольное чавканье и короткие тосты завершающиеся стуком стаканов. Вино всем понравилось. Еще бы им не понравилось вино из княжеских запасов, сколько то там летней выдержки. Кстати вино было не сильно алкогольным, так что упиться им проблематично. Когда большая часть продуктов была с удовольствием уничтожена, народ собрался переходить к танцевальным мероприятиям.
  Вот тут и появились новые действующие лица. К ним в комнату зашли три человека, при этом Лекс заметил, как за дверью мелькнул плотный. Они были в форме НКВД, один младший лейтенант, сержант и солдат. Лейтенант направился к нему. В помещение сразу стало очень тихо. Легко предположить, что прибытие этих персонажей связано с плотным. Подойдя ближе лейтенант потребовал:
  — Предъявите ваши документы.
  — А представляться самому разве не положено? — с наглой улыбкой спросил Лекс у него.
  — Лейтенант НКВД Сазонов, прошу предъявить ваши документы, — слегка затвердев лицом, повторил просьбу лейтенант. Лекс не торопясь доставая документы из внутреннего кармана спросил. — Почему только у меня и с какой целью проверка?
  Беря у него документы лейтенант не расслаблялся. Лекс видел, что он контролирует каждое его движение и не упускает из внимания и окружающее пространство, поэтому не заметить знака своего сержанта он никак не мог. Тот смотрел не на Лекса, а на улыбающегося Сизова и похоже с ним он был знаком.
  — Недавно вагон с провизией на станции вскрыли, а тут у вас такое богатство, — кивнул на стол с остатками праздника лейтенант, открывая документы. Прочитав их, лейтенант не смотря на явную выдержку, изменился в лице. Он посмотрел на Лекса, не зная что предпринять. Лекс слегка покачал головой и указал глазами на гражданскую одежду. Тот быстро вернул его удостоверение НКВД.
  — Извините, ошибочка вышла, информатор дал не верные сведения, — козырнув Лексу, он резко развернулся и вместе с подчинёнными быстро покинул помещение. В наступившей тишине, Лекс своим острым слухом услышал короткий монолог за дверью.
  — Ты что же, дерьмо собачье и меня и отца своего под монастырь подвести хочешь? Все, кончились твои весёлые денёчки. Если он тебя завтра на фронт не отправит, я буду очень удивлен. Там, во всяком случае, целее будешь.
  — Да, что такое, явно же жулик, какой–то.
  Раздались звуки ударов и стоны и потом голос лейтенанта
  — Это ты сука … жулик, а этот человек и меня и отца твоего, при желании, в порошок сотрет и если ты завтра не подашь заявление в военкомат, для отправки на фронт, я тебя после завтра в другую сторону отправлю. На севере тоже лесорубов не хватает. Не хватало мне ещё из за тебя в неприятности влетать.
  — Да кто он такой?
  — Ты идиот…. Это начальник нового спецотдела НКВД. Никто не знает, чем он занимается, но приказывать ему может только Сталин.
  Окончания разговора Лекс уже не услышал, поскольку тишина в комнате прекратилась. Начались перешёптывания и очень заинтересованные взгляды в его сторону. К Герману и Юле у присутствующих опять появилось очень много вопросов. Никто ни разу не видел, чтобы лейтенант НКВД отдавал честь гражданскому лицу. Студенты Лекса тоже были удивлены, то что он профессор и как–то связан с НКВД, они конечно знали и то что Сизов сотрудник НКВД в высоком звании, они тоже знали. Герман явно затевая свою авантюру рассчитывал, что Сизов заступится за Лекса при случае, но то, что лейтенант НКВД сбежит от Лекса как угорелый, он никак не предполагал. Явно было видно по его лицу, что Герман сам ничего не понимает, поэтому объяснить ситуацию друзьям не может.
  После небольшого периода перешептываний и тихих разговоров, вино все таки победило и народ придя в хорошее расположение духа, рванулся танцевать. Девушки притащили откуда–то громоздкий аппарат с фигурной трубой, такой Лекс видел на базе, но все время забывал спросить для чего он нужен. Лена пояснила по мыслеречи, что это граммофон и если бы Лекс не был всегда так занят на базе, они бы с ней тоже там потанцевали. Когда студенты его завели с помощью специальной ручки, из трубы раздалась весёлая музыка. Качество звучания было достаточно отвратительным, хотя мелодия приятная.
  Девушки расхватали парней мгновенно, включая и охрану вместе с Сизовым. К Лексу почему–то народ подходить побаивался. Собственно его это устраивало. Лекс выбрался к студентам специально понаблюдать за ними в не формальной обстановке. Это позволит в дальнейшем выстроить систему обучения местных учеников. Слушая разговоры за столом, он на самом деле узнал о многих нюансах студенческой жизни. Например, что заведующий общежитием, вместе с заведующей местной столовой явно воруют, а заместитель декана одного из факультетов берет взятки за сдачу экзаменов и ещё много чего интересного. Чтобы не сидеть одному за столом, Лекс подошёл к полненькой девушке, которая время от времени крутила ручку граммофона.
  — Что без пинка, эта штука не работает? — с улыбкой поинтересовался Лекс, кивнув на устройство.
  — Этот ещё и ничего, только пружина сильно ослабла, пришлось укорачивать, а вот у соседей головка отлетела, теперь наш вообще нарасхват, — тут же пожаловалась она.
  — Кто же её укорачивал?
  — Да кто же, кроме меня с ним будет возиться? Все знакомые парни с механического на фронт ушли, а эти очкарики даже отвёртку в руках держать не могут, — презрительно кивнула она на парней, кружившихся с девушками в танце.
  — А вы значит учитесь на механическом, — констатировал Лекс.
  — Так уж получилось, — пожала она плечами, наблюдая за веселящимися подругами, — у меня отец в мехмастерской всю жизнь работает и я с детства к нему бегала, так и привыкла к железкам, хотя меня с детства к животным тянет. Люблю с ними возиться. Вот только по конкурсу не прошла в медицинский, пришлось поступать на механический, а плохо учиться не приучена.
  — И принцип работы сего устройства знаете? — подмигнув ей спросил Лекс.
  — А что тут сложного, — ответила она и выдала ему небольшую лекцию о грамзаписи и устройстве аппарата. Лекс вспомнил о таком же аппарате у аккустика на подводной лодке, только там вместо трубы наушники, поэтому он сразу и не признал похожее оборудование.
  Как раз в завершение её монолога, в аппарате что–то крякнуло и звук прекратился.
  — Вот, я же говорила, что пружина хреновая, опять соскочила, — расстроилась девушка.
  — Так давайте починим, я помогу, — предложил Лекс.
  — Ну если поможете, то можно попробовать, — усмехнулась она и крикнула куда–то в сторону, — Варь, дай мне свою пилку на минутку. Через несколько секунд к ним подскочила ещё одна девушка и протянув новой знакомой небольшую пилку для ногтей, опять умчалась в толпу. Умело орудуя пилкой девушка раскрутила несколько винтов и открыла боковую крышку граммофона.
  — Нет, пожалуй не получится, пружина вообще лопнула посередине, — со вздохом произнесла она, рассматривая механизм.
  — Давайте я попробую, — улыбнулся Лекс, легко отодвигая её от устройства. Она не нашлась, что ответить сразу, и просто стала наблюдать за его действиями. Лекс надел очки, чтобы видеть магические потоки и чуть не обалдел. Девушка имела все возможности стать неплохим магом жизни и огня. Зоны её ауры, ответственные за эти каналы, были весьма приличными. Третий маг встреченный за короткий период в одном месте, это что–то нереальное. На всякий случай, оглядев всю толпу студентов, Лекс больше не заметил людей, кроме его будущих учеников, с магическими способностями и занялся граммофоном.
  Починить его конечно можно, но зачем. Лекс решил сделать что–то новое. Быстро удалив весь механизм привода, оставил только регулятор вращения и маховик. На маховик наложил руну слабого вихря и управление им прицепил на регулятор. Для считывания дорожки поставил слабый, узкий, наклонный воздушный щит в виде указки и связал его с ещё одним воздушным щитом для создания и усиления соответствующей волны звуков. Указка будет бежать по дорожке и передавать колебания на звуковоспроизводящий щит. Поскольку она привязывается на самую нижнюю точку дорожки, сорваться она не сможет и даже если попадёт на царапину, то по инерции просто проскочит дальше. Добавил небольшой рычажок из ненужных запчастей для регулировки силы звука. На корпус навесил плетения рун слабого магического накопителя для питания устройства. Закрыв боковую крышку сказал:
  — Все принимайте работу.
  — И что, это будет работать? — скептически спросила девушка, с недоверием поглядывая то на него, то на оставшуюся горку запчастей.
  — Смелее, включайте, — подбодрил её Лекс.
  — А где же ручка для завода пружины? — спросила она недоуменно, а потом взглянув на запчасти, продолжила, — ах да, вы же её выкинули, как и трубу для воспроизведения. И как это включать?
  — Двиньте регулятор, — посоветовал Лекс. Девушка коснулась регулятора и произошло настоящее чудо. Как ни в чем не бывало, закрутился диск и фактически ни откуда полилась тихая мелодия, причём качество звука стало на порядок лучше чем раньше, с механического звукоснимателя.
  — Как это возможно? — удивленно хлопая глазами, уставилась на него девушка, — Вы же почти все оттуда выкинули.
  — Так уж получилось, двиньте вот тот рычажок, — пожал Лекс плечами и довольно улыбнулся. Девушка так и сделала и звук усилился до весьма приличного уровня.
  К ним подскочила девушка, которая давала пилку и хлопнув по плечу подружку, заявила, — Маринка ты волшебница, эта бандура не звучала так хорошо даже сразу после покупки. Помни, я в долгу не останусь, — потом сразу умчалась танцевать.
  — Этого не может быть, потому что не может быть, там же нечему работать, — упрямо мотнула головой девушка и опять вопросительно посмотрела на Лекса.
  — Абсолютно верно, с вашей точки зрения там работать нечему, — подтвердил тот её выводы.
  — Ну что–то же там должно работать, раз есть результат? — спросила она, уже ничего не понимая.
  — Я же сказал, с вашей точки зрения, а с моей это выглядит вот так, — пояснил Лекс и передал ей очки, настроив их на ауру девушки. Та нацепила очки и уставилась на устройство. Потом сняла их, посмотрела и опять одела, поводила руками вокруг граммофона.
  — На сколько я поняла, механизм почти тот же, только обычным зрением мы его не видим и никак не ощущаем. Тогда что это такое? — подвела она итог своим наблюдениям и вернула очки.
  — Обычное волшебство, в вашем понимании, — сообщил истину ей Лекс.
  — Ну да, а вы волшебник, — недоверчиво прищурившись пробормотала она.
  — Нет, я не волшебник, я простой маг, — сказал Лекс и накинул на себя морок. Теперь она вдруг увидела перед собой старика с развивающейся бородой, в колпаке звездочёта и расшитом звёздами халате. В общем такого, как Лекс видел на рисунках из сказки.
  — Ух, ты, — вырвалось у неё.
  — Вот где–то так, — прокомментировал Лекс снимая морок.
  — А где же вы настоящий? — спросила она.
  — Да вроде теперь настоящий, — шутливо осмотрев и демонстративно ощупав себя, подтвердил тот.
  — А почему никто, другой не обратил внимание на ваше превращение? — поинтересовалась она.
  — Превращения не было, это обычный морок, направленный на одного человека. Остальные ничего не видели, — пояснил Лекс.
  — И зачем вы мне это показали? Я же теперь спать не буду, — грустно прошептала она.
  — Еще как будете, просто без задних ног, — ухмыльнулся Лекс и продолжил, — после учебы ни на что другое сил не хватит.
  — Это после какой такой учебы? — заинтересовалась она.
  — Уже с завтрашнего дня, вы переводитесь в новый институт, — официальным голосом сообщил Лекс ей новость, а потом подмигнул и добавил, — Некоторые вопросы вам пояснит Юля. А с утра подходите к последнему корпусу в студенческом городке. Вас там встретит товарищ Сизов, который сейчас весело отплясывает с вашей именинницей и объяснит все более подробно. Кстати, вот он как раз у нас на подходе. Сизов конечно не оставил без внимания его манипуляции с граммофоном.
  — Я так понял, ты мне опять работку подкинул? — сообщил он улыбаясь, подойдя поближе.
  — И не только работу, но и очередного студента, точнее студентку, — подтвердил Лекс.
  — Нужен инструктаж? — вопросительно взглянул Сизов на него. Лекс только кивнул головой и отошёл, чтобы не мешать их плодотворному общению. Когда Лекс отошёл от них, его сразу перехватил Герман.
  — Прошу извинить меня за представление, — виновато пряча глаза, пробормотал он.
  — Что очень сильно доставал? — сочувственно поинтересовался Лекс.
  — Не то слово. Его отец капитан НКВД и души в сыночке не чает, а тот этим и пользуется. Мы за него все работы писали. Юльку вообще мечтал в койку затащить, — пожаловался он.
  — Не переживай. Я так и понял. Скорее всего вы его больше не увидите, — махнул рукой Лекс.
  — Как не увидим? Его что посадят? Он на самом деле не такой плохой парень, просто избалован очень, — разволновался тот.
  — Да не посадят, не посадят. Я думаю, папаша после этой истории отправит его куда–нибудь на исправление, — успокоил парня Лекс.
  — А разрешите поинтересоваться, почему лейтенант так тянулся перед вами, — заинтересованно спросил он.
  — Конечно, подчинённые должны знать звание своего начальника, — согласился Лекс и протянул ему свое удостоверение НКВД.
  — Ничего себе, теперь все понятно, — поражённо прошептал Герман, внимательно прочитав его.
  — Завтра вам Сизов тоже выдаст соответствующие документы, — обрадовал его Лекс.
  Еще некоторое время Лекс провёл со студентами и наслушался различных историй из их жизни. Это значительно расширило его кругозор по местным особенностям студенчества. Поздно ночью, точнее уже под утро, они вернулись в свою обитель. С утра, немного поспав, Лекс направился смотреть, как идут строительные работы. За два дня строители успели многое. Весь участок для института огородили трехметровым забором с соответствующим рвом. По верху забора располагалась колючая проволока. Через каждые сто метров за стеной возвышалась шести метровая вышка с бойницами. Для посадки самолетов они утрамбовали почти 400 метров полосы, с шириной в 15 метров. На въезде в их район находились ещё две одинаковых шестиметровых вышки. Между ними были установлены железные ворота. Их охрана уже контролировала этот въезд. Сизов, почесав репу, сделал заключение, что для охраны такой зоны их подчинённых будет не достаточно, но Лекс убедил его в обратном.
  Здесь можно использовать локатор, аналогичный тому что он сделал на подводной лодке. Контроль на 10 километров вполне достаточен, для обнаружения всех несанкционированных перемещений. В общем Лекс поставил в комнате охраны локатор, с проекцией в виде миража, настроил его на живые объекты от 30 кг и выше, и научил личный состав им пользоваться. Поохав и поахав те быстро разобрались с управлением и начальник охраны клятвенно заверил Сизова, что теперь на объект ни одна мышь без разрешения не проскачет. Личному составу объекта Лекс выдал специальные металлические жетончики — метки, которые быстро сделал из небольших гвоздей набранных у строителей. Метка была аналогом ключа, для опознания своих на объекте и привязывалась индивидуально к каждому человеку. На мираже охраны сразу стали отражаться расположение всех им помеченных людей. Больше сотни не активированных меток Лекс оставил начальнику охраны, для выдачи новому персоналу и охране в дальнейшем.
  Весь день Сизов, вместе со свободной охраной и тремя их новыми студентами, готовил комнаты для проживания их самих и нового персонала, который может вскоре появиться. Очень помог обменный фонд партизанской продукции, который Лекс натащил из своей теневой сумки. Старшина охраны Филатов, он же их временный завхоз, много раз за день гонял машину в город. Купить нужные им вещи в магазинах или на рынке, за короткий срок нереально, но на базах снабжения все было в наличии и обменять, то что у Лекса припасено, на нужные вещи оказалось вполне возможно.
  Кладовщики с удовольствием снабдили их необходимым, взамен на муку из грибов, сушеные грибы, сахар, бумагу и материю. В общем на все то, что производила партизанская база и чего только в его теневой сумке было навалом, точнее почти недельное производство. Обеспечив себя всем необходимым, Лекс не затратил и десятой части старого объёма этой недельной продукции. За их товары можно выменять что угодно. На всякий случай Лекс озадачил старшину дополнительной проблемой, которую самому решить было проблематично. Надо как–то наладить сбыт здесь продукции производимой на базе и покупку товаров для жителей на базе. По сведениям Лены, они за последнее время задействовали на работах практически всех жителей из окрестности, переселили их на базу и утроили производство. Немцы никак не оставляли попыток взять их ложный укрепрайон, хотя и не напирали так как прежде, учитывая огромные потери при прошлом штурме. Население было не против того чтобы на время спрятаться от снующих везде фрицев. Тем более, что весь урожай они собрали и под охраной бойцов в летучих отрядах, завезли на базу. Даже кормами для животных база обеспечена на всю зиму. Сейчас на ней находилось около 6 тысяч населения и всем нашлась работа. Кроме того, в гномьих оранжереях уже трудилось свыше 400 военнопленных. В настоящее время, без ущерба жизнедеятельности самой базы, ежедневно на продажу производилось и в основном пока пряталось в пещеры:
  3000 кв. м. — чистой бумаги.
  6000 кв. м — обёрточной бумаги различной плотности
  6 т квасного напитка (или всего 300 кг сухого концентрата)
  100 кг. Сахара
  15 т грибов (прессованных в сухие плитки)
  15000 кв. м. — ткани.
  20 км прочного шнура, канатов и тп.
  300 комплектов одежды (комбинезон по типу эльфийского из двух слоев ткани, нижний обтягивающий из мягкой ткани и верхний грубый из прочной)
  2 т молока
  200 кг масла
  100 кг мяса птицы
  300 кг мяса кроликов.
  2000 яиц
  Треть этих товаров, самолетом, удавалось переправить за линию фронта. Точнее еду и одежду. В связи с увеличением ночного времени и повышения скорости самолета, теперь появилась возможность делать два вылета за ночь и Лекс решил, пусть делают второй вылет сразу сюда, под Москву. Лишними эти товары тут точно не будут.
  Почти весь следующий день он затратил на изучение запомненной литературы, хотя конечно до полного изучения было весьма далеко, слишком уж много он книг себе набрал, да и наук различных в этом мире было великое множество. Остальными работами занимались подчинённые и будущие студенты. К вечеру тем удалось привести в нормальное жилое состояние комнаты будущего института, конечно с использованием того, что добыл старшина. Все подмели и где надо подкрасили. Установили кровати, тумбочки и шкафы для одежды. Восстановили подачу воды в умывальные комнаты и душевые. Юля с Мариной ухитрились вымыть все окна в доме, а Герман с помощниками из охраны, подключил электричество от местной подстанции.
  Ночью прибыл первый рейс с базы, загруженный под завязку товаром и привёз новых людей. Прилетела завстоловой и две уже обученные поварихи из беженцев с поезда, также прибыло три бойца из группы старшины Петрова с двумя воронами и волком, которых тот отрядил на охрану нового объекта. В обратный путь самолет загрузили всяким барахлом, которое наменял старшина Филатов и которое пригодится населению на базе. Кроме того, на одном из складов оказалось тридцать механических швейных машинок советского производства, которые после согласования с Лексом, Филатов обменял на 5 тонн грибов и тоже загрузил в самолет. В общем рейс отсюда пустым тоже не пошёл.
  Уже с утра у всех наступил праздник живота. Захватив институтскую столовую, при молчаливой но внушительной поддержке охраны, Хомякова приготовила настоящую еду из привезённых продуктов. По тому с каким аппетитом все сотрудники и студенты уминали различные блюда можно было понять, что пожалуй такой еды не готовили даже в лучших ресторанах Москвы. Возражений от старого персонала столовой не последовало, поскольку они помогали приезжим готовить и также со всеми ели приготовленные блюда.
  Конечно нельзя сравнивать рацион питания сельского жителя с городским, тем более во время военных действий. Многих продуктов местные не видели уже несколько месяцев. Некоторые блюда из грибов, изготовленных по рецептам гномов, никто вообще кроме персонала базы не пробовал. После завтрака, в столовую началось паломничество местных студентов. Грибное меню выдавалось без ограничения всем желающим и за очень небольшую плату. Вкусный грибной суп с хлебом из грибной муки стоил всего пару рублей. По сравнению с ценами на рынке и в других ресторанах и столовых это было практически даром. Кроме того в меню были и другие блюда из грибов. Грибные котлеты например ни в чем не уступали по вкусу мясным. Гномы тысячелетиями оттачивали свои рецепты и местный, не искушённый потребитель, был просто подавлен количеством предложенных блюд. После завтрака к Лексу подошёл начальник его охраны, младший лейтенант Митрохин:
  — Товарищ Старший Майор, а может есть возможность выделять некоторое количество продуктов для нашего полка внутренней охраны НКВД, а то рацион у нас последнее время весьма ограничен?
  — Да без проблем, пожал плечами Лекс, — согласуйте с вашим старшиной порядок вывоза, я примерное количество товара на обмен ему указывал. В принципе можете оплачивать и деньгами, по ценам столовой или менять на различные крупы.
  — Хорошо бы некоторые блюда готовить здесь на месте. Нет у нас в части хороших поваров. А доставку и оплату мы организуем, — уточнил он.
  Лекс вызвал Хомякову и озвучил предложение лейтенанта. Та не долго думая согласилась, пояснив что персонал будет за деньги работать охотнее и местных поваров разгонять не придётся, поскольку можно обеспечить их работой.
  Когда лейтенант отошёл, она пояснила, что чем больше мы продадим готовых блюд, тем больше выгода, поскольку с одного килограмма сухих грибов выходит до двадцати порций, а это почти 40 рублей прибыли на килограмм продукта. На этом продуктовые дела не закончились. Уже через час его нашёл директор детского дома, расположенного недалеко от института. Он слезно попросил обеспечить питание по их ценам и его воспитанников, поскольку денег отпускаемых им государством на полноценное питание в настоящее время катастрофически не хватало, а цены в столовой оказались на порядок меньше обычных. С одобрения Хомяковой и на это Лекс согласился. Если самолет будет делать ежедневные рейсы, им скорее нужно обеспечить рынок сбыта, а заодно и хорошую рекламу своих товаров. Только пяти тонн привезённых грибов за прошлый рейс им хватит при текущих расходах на несколько недель, а ведь Лекс предполагал ежесуточные рейсы.
  Еще они с директором детского дома договорились на бесплатные работы воспитанников, на его пользу. Очень удобно привлечь детей на сбор лекарственных растений для производства эликсиров и им польза от прогулок на свежем воздухе и стране польза, поскольку за эликсиры Лекс со Сталина денег не берет. Кроме того, Лекс пообещал сшить детям удобные рабочие комбинезоны. Что такое двести маленьких комплектов одежды, даже меньше дневного производства, о чем сразу договорился с Леной и та пообещала прислать детям одежду следующим же ночным рейсом, да и ещё подарки положить.
  Она также сообщила, что немцы предприняли очередной массированный и неожиданный, как они думали, штурм укрепрайона. Ну как может быть неожиданным штурм, когда отслеживаются все передвижения вражеских войск и все разговоры больших начальников этих войск. Вороны разведчиков сутками проходятся по подоконникам штабов или сидят кругом на ветках. В общем очередное их наступление провалилось. Уже десять, переделанных Леной и Петровичем, бывших немецких танков вышли из укрытий и выпустили по боекомплекту снарядов. В общем они снесли всю первую линию обороны немцев вместе с изготовившимися к атаке их танками и вернулись на базу. Немцам не удалось даже повредить ни одного из нападавших. Впечатление создавалось такое, что снаряды просто рикошетят от брони этих танков, хотя реально это работали магические щиты. Кроме того, стационарные пушки базы перепахали снарядами вторую и третью линии их обороны. Учитывая исключительную точность попаданий, потери немцев были просто не реальными. До 80 процентов войск на первой линии было уничтожено, но ни один штаб не пострадал. Случилось то, чего раньше так боялись местные немецкие командиры. База просто продемонстрировала собственные силы.
  Весь оставшийся день Лекс опять посвятил изучению учебников, а вечером поехал на аэродром, сел в самолет и отправился на базу за Леной. Прилетел Лекс как раз во время. Судя по всему немецкое командование разозлилось не на шутку. Они устроили ночной налёт на укрепрайон. Точнее попытались. Несколько десятков их разведчиков из ракетниц, с земли подсвечивали гору, а несколько сотен самолетов пытались сбросить груз на головы защитников. Еще на подлёте Лена сообщила ему эти сведения и Лекс договорился с местными лётчиками штурмовика и истребителя о совместных действиях.
  Те заходил на немецкую армаду с одной стороны, а Лекс с другой. Пришлось серьезно полетать над базой. Сколько Лекс сбил самолетов, не считал, но много, очень много. Расстрелял весь боезапас по удирающим во все стороны вражеским самолетам, хотя он у него и был достаточно большим. Напарники тоже вернулись без боезапаса. Зенитки базы также отметились не слабо. В общем на гору сбросить бомбы немцам не удалось, а вот свою бывшую оборону они перепахали очень капитально.
  Судя по всему, бросались они очень серьезными бомбами. Ночью и на рассвете, партизанским отрядам обороны базы удалось обнаружить в лесу и захватить в плен 156 человек со сбитых самолетов, а ещё большему количеству удалось удрать. У партизан мобильных отрядов не хватило, чтобы всех выловить. От пленных они узнали, что приказ уничтожить базу противника пришёл с самого верха и в вылете участвовало более 250 самолетов.
  
  Из аналитической записки сотрудника абвера адмиралу Канарису.
  1. Однозначно установлена связь между использованием противником новейших разработок и отделом «М» НКВД. Реально, в составе НКВД, отдел появился не давно, но многие факторы показывают, что фактически деятельность этой структуры началась гораздо раньше и была активизирована или выведена из области опытных разработок в связи с началом военных действий. При этом предполагается смена руководства в этой структуре. В настоящее время возглавляет образованный отдел некто по фамилии Леший, что скорее всего, как принято у большевиков, является псевдонимом, поскольку никаких сведений о его существовании до указанного срока не обнаружено, а просто так получить такую должность в структуре НКВД невозможно.
  2. Однозначно установлена связь между отделом «М» НКВД и базой противника в наших тылах группы армий «Центр». Есть большая вероятность того, что большая часть разработок производилась на этой базе. Выявленные данные базы следующие:
  — Дата постройки, предположительно 10–15 лет назад, (возможно и ранее, после прокладки тупиковой ж\д ветки в район базы).
  — Располагается под скальным выступом на излучине реки. Реальный подход только с одной стороны, через топкую местность с единственной насыпной дорогой.
  — Размер может быть определён только предположительно, но даже такая оценка даёт невероятные результаты.
  2.1. Количество персонала — до 20 тыс. человек. (исчезло все население прилегающих территорий, вместе с домашними животными, а это предполагает наличие значительных жилых помещений и других ресурсов)
  2.2. В состав базы входит универсальное производственное отделение, типа небольшого экспериментального завода (наблюдаются многочисленные факты ремонта нашей техники и дальнейшего их использования против солдат вермахта). Объем производства не менее 10 танков в месяц. Соответственно предполагается наличие собственной подземной или подводной электростанции.
  2.3. В состав базы входят огромные складские площади и помещения для техники. (более 150 наших подбитых танков и бронетранспортёров утащены на базу).
  2.4. На базе сосредоточены огромные запасы продовольствия и её персонал недостатка в этом, в отличие от наших солдат, не испытывает. (в окрестностях базы, в посёлках, склады продовольствия пусты и есть большая вероятность того, что это продовольствие эвакуировано на базу).
  2.5 База имеет разветвлённую систему подземных коммуникаций, со скрытыми выходами на поверхность. (неоднократно наблюдались перемещение отрядов противника за пределами базы, на расстоянии до 15 километров, в том числе и с использованием техники, вплоть до танков.)
  2.6. Охрана базы осуществляется отлично подготовленными и прекрасно вооружёнными войсковыми соединениями НКВД. Есть большая вероятность того, что кроме экспериментальной базы здесь существовал и центр специальной подготовки бойцов НКВД. Гарантировано наличие, как минимум, полка НКВД с артиллерийской и танковой поддержкой. Кроме того, солдаты и офицеры, оставшиеся в живых после столкновения с противником, однозначно указывают на то, что все бойцы базы снабжены автоматическим и личным оружием, у каждого имеются очки ночного видения и каждый снабжен переговорным устройством. Остальная экипировка солдат базы тоже на высоком уровне. Все они одеты в одинаковые защитные комбинезоны специального пошива. Аналогичные комбинезоны появились не так давно и в действующих частях противника на фронте. Потери защитников базы не известны, так как не удалось увидеть ни одного трупа вражеских солдат. Характеристики комбинезонов, захваченных в боях на линии фронта, следующие (подразумевается, что у защитников базы они не хуже).
  — комбинезоны двухслойные, внутренний мягкий слой обладает хорошей температурной изоляцией и водоотталкивающими свойствами, хорошо облегает тело и не стесняет движений. Второй слой обладает хорошей температурной изоляцией и водоотталкивающими свойствами, кроме того, в отличие от мягкого слоя, прочность на разрыв весьма значительна. В особенно уязвимых местах во внешнем слое имеются дополнительные прокладки из многослойного (до 5-ти слоев) тонкого и гибкого, неизвестного, тканного материала, который не пробивает пуля выпущенная из пулемёта в упор. (образован своеобразные бронированный каркас), при этом инерция пули гасится не в месте удара, а распределяется по всему каркасу.
  2.7. Укрепления базы рассчитаны на возможность многодневного штурма, в том числе и с помощью тяжелой артиллерии и имеют значительные ресурсы по восстановлению.
  2.8. В охране базы есть самолеты, по силуэту напоминающие штурмовик ИЛ‑2 и истребитель МиГ, только имеющие фантастические параметры. Есть предположение, что это одни из первых, опытных образцов, с аналогом которых уже происходили столкновения у самолетов люфтвафе за линией фронта. Сбить или даже подбить ни один самолет не удалось. Он обладает лёгкой, но прочной броней, которая позволяет ему летать с огромной скоростью и при этом держит удары даже наших крупнокалиберных зенитных пушек 88 мм. Судя по всему аналогичным бронированием обладают и танки, переделанные из наших, разбитых, поскольку их броню не пробивает даже прямое попадание из пушек любых калибров. Аэродром базирования самолетов, так и не удалось обнаружить, осталось только предположить, что может использовать любая подходящая взлётная площадка или имеется быстро собирающаяся система крыльев, для того, чтобы иметь возможность использовать секретные выходы базы для своего перемещения.
  2.9 Учитывая вышеизложенное, можно сделать вывод, что ранее не правильно учитывались параметры базы противника. На самом деле под землёй спрятан целых город со всей сопутствующей инфраструктурой, способный функционировать в режиме полной блокады неограниченно долгое время.
  4. Учитывая фантастическую точность огневых средств противника (поражают любые, в том числе и летящие, объекты, максимум со второго выстрела), целесообразно считать наличие у него автоматических или полуавтоматических систем наведения и прицеливания.
  5. Многократные попытки наших войск штурмовать базу не увенчались успехом из за эффективного расположения базы и значительного превосходства в характеристиках техники. Для уменьшения необоснованных потерь в войсках необходимо от штурмов перейти к режиму осады и создать долговременную линию обороны вокруг базы, вне прямой видимости базы.
  
  Виза адмирала Канариса.
  Сколько можно пичкать руководство отчётами типа — возможно, предположительно, целесообразно считать и т. п. Я больше не намерен прикрывать несостоятельность аналитического отдела. Отправить отчёт дальше по инстанции.
  
  Из стенограммы совещания в ставке Гитлера.
  Гитлер: — Вы что там совсем на восточном фронте перешли в подчинение коммунистам? Мои доблестные генералы, предлагают мне, захватившему всю Европу и почти треть этой вонючей страны, перейти к обороне? Я отдал вам самые боеспособные части и что я вижу? Лееб застрял под Ленинградом, Бок — под Смоленском, а Рунштедт под Перекопом. Мало того, противник по всем радиостанциям передаёт сводки боев возле какого–то укрепрайона, в глубоком тылу у Бока. Как это понимать господа генералы? Как нам объяснит фельдмаршал Бок такой казус?
  Бок: — Но мой Фюрер, кто же предполагал наличие, вдали от основных дорог, у противника хорошо укрепленного района. Это просто против всех военных правил. Эту базу мы обнаружили, когда войска уже продвинулись вперёд на 500 километров.
  Гитлер :— Тогда почему я не слышу об уничтожении этой базы?
  Бок: — Но я больше не могу отзывать дивизии с фронта, нам и так едва хватает сил для удержания такой обширной линии фронта, а подавить базу с помощью резервов не удалось. Мы и так потеряли при штурме больше танковой дивизии.
  Гитлер: — Возле какой–то партизанской базы вы умудрились потерять танковую дивизию?
  Бок: — Это не просто база, это база элитных частей НКВД, да ещё с каким то секретным производством. Мы не знаем что делать с русскими танками Т-34 и КВ на фронте. Их только зенитная пушка 88 мм берет, а тут вообще какие–то монстры, уже переделанные из наших танков. Их вообще ничего не берет. Куда смотрела наша доблестная разведка. При последнем штурме этой базы я потерял 80% состава ещё одной дивизии и ничего не добился. Господа у меня уже нет резервов.
  Гитлер: — И что нам может предоставить по этой теме доблестный господин Адмирал?
  Канарис: — Я подавал вам доклады аналитиков. До войны не было обнаружено никаких сверхсекретных производств. Скорее всего были только единичные опытные разработки новой техники, а обнаружить единичное производство в огромной стране практически невозможно.
  Бок: — О каком опытном производстве вы говорите, только у меня захвачено во время первых боев больше 200 танков Т-34.
  Канарис: — Я говорю, о новых технологиях, которые наши ученые не то что воспроизвести, а даже понять не могут. Я предполагаю, что по этим направлениям науки и техники противник имеет фору в разработках от 15 до 20 лет и эта база как раз создавалась для опытных работ по таким направлениям. В приёмной предоставлены экземпляры экипировки разведчиков — диверсантов противника и некоторые другие устройства с их описаниями и характеристиками. Кроме того оказалось, что почти вся наша резидентура была под колпаком у НКВД и провалилась в течение трех месяцев. Я даже предполагаю, что мы просто опередили Сталина с ударом и он не успел развернуть настоящее производство новой техники и делает это сейчас.
  Гитлер: — Ну что же давайте посмотрим что нам предоставила разведка.
  
  Где–то через пол часа ….
  Гитлер: — Ваши данные адмирал производят впечатление, но это не снимает с вас ответственности за недостаточную информированность о военном потенциале противника. Кто выскажет свои мнения по этому поводу?
  Бок: — надо уничтожить базу противника в моем тылу. Возможно это замедлит или вообще прекратит приток новой техники в войска противника, если нам удастся подорвать их научный потенциал, уничтожив ученых на базе. Хотя я и допускаю, что новейшие научные разработки уже внедряются на заводах противника. Могу сообщить также и то, что штурмом взять эту базу невозможно. У меня нет средств для прорыва таких укреплений.
  Гитлер: — тогда пусть Геринг соберет всех своих асов на центральном направлении и просто сравняет с землёй эту гору. А вы Бок пройдётесь по развалинам. Даже если мы потеряем 10 -15% самолетов, никто уже не станет кричать о не сломленных защитниках русской земли.
  
  Через день те же лица в ставке Гитлера.
  Гитлер: — Итак господа, насколько мне донесли, прославленные асы Геринга потерпели сокрушительное поражение.
  Геринг: — Мой Фюрер, мы попали в ловушку, нас ждали на подходах к базе. Из 255 самолетов принявших участие в налёте, на аэродром базирования вернулось 47, 12 совершили вынужденные посадки, остальные не вернулись, причём многие члены экипажей сбитых самолетов исчезли. Со стороны базы и со стороны фронта мы подверглись атаке не менее полка истребителей противника. Причем они наверняка использовали очки ночного видения и расстреливали наши самолеты, как на тренировке. Наши доблестные лётчики были лишены возможности даже обороняться, но они настойчиво прорывались к цели, не взирая на понесённые потери. Но и над целью мы были встречены настолько плотным зенитным огнём, что прорваться к небольшому пятачку цели не представлялось возможным. Также надо учитывать то, что противник не пользовался зенитными прожекторами, а обнаруживал наши самолеты скорее всего по радиолокатору.
  Бок: — Моя разведка обеспечивающая подсветку целей ракетами донесла, что все бомбы упали им на головы.
  Геринг: — Я больше не могу требовать у моих лётчиков иди в самоубийственную атаку.
  Бок: — А я значит могу требовать это у моих танкистов?
  Гитлер: — Как я могу воевать со страной, когда мы не можем взять всего одну базу.
  Бок: — Но укрепления этой базы превосходят на порядок узлы укрепления линии Маннергейма, а те тоже считаются неприступными.
  Гитлер: — Итак, господа генералы, вы хотите сказать, что мы не можем взять эту базу?
  Канарис: — А зачем нам её брать. Если мы покорим страну, она сама по себе не долго просуществует. Она находится в стороне от всех коммуникаций. Окружить её нормальной обороной и сплошными минными полями и пусть они сидят в своей берлоге. Мы и так потратили непозволительно много ресурсов, они нам бы пригодились на других направлениях. Тем более, что научные разработки явно уже утекли с базы. Необходимо сосредоточить внимание на захвате этих новых технологий в других местах, раз мы их на базе достать не можем.
  Редер: — Господа с базой можно принять такое решение, она никуда не убежит, но что делать мне? Эти проклятые русские, крейсерские субмарины выдавили меня из северных морей и теперь выдавливают из Балтики. Наши даже самые мощные и скоростные корабли не в состоянии бороться с этими сверхсекретными лодками. Они наносят удар и скрываются, а потом снова наносят удар и так продолжается, пока у нас в конвое не кончатся корабли или у них торпеды. Мои научные консультанты говорят, что перемещения под водой на таких скоростях не реальны. Но вот же факты, от них не уйдешь. Противник имеет такие субмарины и их становится все больше. В скором времени наши перемещения по Балтике прекратятся и я не могу гарантировать, что русские на этом остановятся и не начнут выходить в Атлантику. По моим данным их лодки позволяют делать и такие долговременные походы и тогда наша промышленность окажется под ударом.
  Гиммлер: — Насколько я понимаю все упирается в новейшие русские разработки, которые имеет Сталин и начинает внедрение на заводах. Тогда нужно не считаясь с потерями захватить или сами технологии, или оборудование их использующее, или разработчиков. Я думаю в этом случае мы быстрее советов наладим производство новой техники. Вообще желательно работать во всех этих направлениях. Мне кажется, я могу оказать содействие в этих вопросах адмиралу Канарису и мы объединив усилия, достигнем результатов которые адмирал не смог достичь в одиночку.
  Гитлер: — Как бы мне не хотелось признавать вашу точку зрения, но оценив реальные факты, могу констатировать, что Сталин чуть не переиграл нас и только наш гениальных ход с планом «Барбаросса» заставил его показать все карты. Что же, в этом случае нужно переходить к возможности долговременной военной компании. Гиммлеру и Канарису — приложить все усилия к захвату вражеских секретов. Редеру: — заблокировать минными банками все подходы к нашим северным и балтийским портам. Герингу: — увеличить присутствие воздушных сил над морем для своевременного обнаружения вражеских подводных лодок.
  Всем армиям произвести выравнивание линии фронта, для перехода к обороне в зимней военной компании, с разработкой соответствующих планов по обеспечению армии к зимней компании. Для предотвращения потерь, при ночных налётах противника на аэродромы люфтваффе, оттянуть эти аэродромы за пределы эффективной работы самолетов противника и работать против противника днём, используя временные аэродромы подскока. Передвижения колонн войск и снабжения, в прифронтовой полосе, осуществлять только под прикрытием истребителей в дневное время. Усилить зенитное и прожекторное прикрытие полосы фронта и этим обеспечить минимизацию потерь при ночных налётах или наземных операциях противника. Базу противника в тылу у Бока оградить глухими минными полями и оборудовать на достаточном расстоянии сплошную, эшелонированную линию окружения. Попытаться вскрыть систему секретных выходов на поверхность базы и с их помощью произвести штурм базы изнутри, в худшем случае просто прекратить дополнительные поставки защитникам.
  
  Глава 12. Дела домашние.
  
  На базе Лекс долго не задержался. Оставив Митрича за главного, Лекс загрузив большое количество различного товара в свою теневую сумку и забрав Лену с собой, улетел в институт. Грузовой самолет тоже полетел с ними, хотя уже и наступил день, но под его охраной тому ничего не угрожало. В самолете в Москву отбывал и главный врач Михайлов, поскольку ему на замену, на базу приехали ещё два врача и тот передал им все наработанные методики применения новых эликсиров. Также на этом самолете улетали разведчики Васильева, им сейчас на базе мало работы. Теперь он вместе с группой переходил в непосредственное подчинение ставки и как он сообщил Лексу, на некоторое время их отправляют в качестве преподавателей на курсы переподготовки разведгрупп.
  Все сведения по возможности применения животных для разведки, полностью засекретили на самом высоком уровне, а вот методики боевых действий, которые наработал Васильев за время боев на базе и простые приёмы рукопашного боя, очень даже пригодятся разведчикам. Остальное место в грузовом самолете опять загрузили партизанским товаром и подарками для детдомовцев. Там только различного варенья селяне натащили целую тонну. Перелет за линию фронта произошёл с небольшими приключениями. Над ней их попыталась атаковать четверка истребителей. Встреча для них оказалась плачевной. Троих сбил Лекс, а четвертого подранил голем грузового самолета. Лекс не стал его догонять. Пусть кто–то расскажет, что не стоит встречаться с нашими самолетами, а тем более нападать на них.
  Гюнтер Ралль вёл свою четверку истребителей за линию фронта для свободной охоты. Последнее время разведка поставляла все меньше сведений о колоннах противника и пилотам все чаще приходилось летать вслепую или просто прикрывать от налётов противника первую линию обороны. Эти проклятые варвары предпочитали воевать по ночам, а днём над фронтом висело только истребительное прикрытие противника.
  Урон от их ночных ударов по аэродрому на порядок превышал потери от воздушных боев. Все больше вопросов командованию задавали простые пилоты. Почему у этих недоразвитых аборигенов есть приборы ночного видения, а у доблестных лётчиков люфтваффе нет. Гебельс упорно сообщал в прессе, что с ними воюют и проклятые американцы и это они снабжают русских новейшими технологиями, но Гюнтер был в этом не уверен. Его хороший знакомый воевал на западном фронте с англичанами и у тех нет таких приборов. Американцы вряд ли оставили бы союзников в этом случае и наверняка продавали бы такие приборы и англичанам, но этого не наблюдается.
  Легко предположить, что русским их продаёт кто–то другой, ну не сами же они их делают. Вот только если допустить, что они делают их сами, то у Германии возникают весьма большие проблемы. А такие мысли все чаще мелькают в голове Гюнтера. Очень много в последнее время нехороших сведений доходит до низов в войсках. Один переход к обороне чего стоит. Похоже великая сила Германии столкнулась с чем–то не менее великим. Штатный полковой переводчик постоянно переводит желающим радиосообщения русских. Уже почти полтора месяца в тылу у Бока окружённая русская крепость перемалывает вооружённые силы вермахта, а в победных сообщениях Гебельса не прозвучало об этом ни слова.
  Возможно это русские раздувают значение своей крепости, но ведь факт остаётся фактом. А тут ещё по некоторым данным у русских появились новые самолеты, которые на много превосходят немецкие. Правда никто их пока на фронте не встречал, но по слухам они сильно побили несколько групп на севере.
  Ведомый Ральф прервал размышления Гюнтера, — Командир, смотри, там в стороне группа самолетов, идёт к нам из нашего тыла. Они быстро приближаются.
  — Может наши бомберы идут на работу, — высказался кто–то в эфире.
  — Нет, не похоже. Смотрите один большой и один маленький, — донеслось до Гюнтера.
  — Я рассмотрел. Это русский транспортник и их штурмовик. Только что–то скорость у них великовата. Ну что пощиплем русских? — передал Ральф, он всегда отличался хорошим зрением.
  — Идем на перехват, — дал команду Гюнтер.
  — Командир, что–то мне они не нравятся, прут напрямую. Опознавательных знаков нет. Номеров нет. Может это какая–то ловушка, — донёсся голос ведущего второй пары.
  Самолеты противника приближались очень быстро. Оглядев горизонт Гюнтер больше не заметил самолетов и скомандовал по рации:
  — Я с Ральфом беру транспортник. Остальным сбить или связать боем штурмовик.
  — Вечно вы себе забираете самое вкусненькое, — пробормотал ведущий второй пары.
  Его пара вырвалась чуть вперёд, а Гюнтер с ведомым пошёл в верх и чуть в сторону. Гюнтер стал заходить сверху на транспортника и вдруг услышал крик ведомого:
  — Командир! Штурмовик сбил наших, он возвращается. Попробую отвлечь.
  Да что же это такое, — подумал Гюнтер прицеливаясь по самолету, — дожили, штурмовик в одной атаке сбивает двух истребителей. И тут в наушниках опять послышался крик Ральфа: — Гюнтер уходи, это демон. Двигатель разбит я падаю.
  Гюнтер вдруг почувствовал как затрясся от попаданий его самолет. Стрелок транспортника с предельного расстояния открыл огонь и попал. Две короткие очереди пропороли бок самолета и крыло. Самолет резко повело в левую сторону.
  Да что же такое творится, — прорычал про себя Гюнтер, с трудом разворачивая, почти не управляемый самолет, подальше от транспортника и спикировал в сторону леса. Он видел, краем глаза, как штурмовик опять пристроился к транспортнику.
  А ведь мог догнать и добить, с такой–то скорость, — подумал он, уводя самолет в сторону аэродрома подскока.
  Как он добрался до своего аэродрома и как сел, он не помнил. Пришел в себя только когда его уже вытаскивали механики из кабины. Когда он глянул на самолет, ему открылась страшная картина. Обшивка центроплана, начиная сразу от кабины и до хвоста вскрыта очередью крупнокалиберного пулемёта, как консервным ножом. Еще чуть вперёд и также была бы вскрыта его кабина. На левой плоскости, посредине, висели какие–то ошмётки. Как он смог посадить такую развалину, он просто не представлял. Наверное кто–то сильно молился за него в родной Германии. Ни чем другим объяснить это невозможно.
  — Кто это вас так приложил, командир? — спросил главный механик, помогая остальным спускать его на землю.
  — Демон, — пробормотал Гюнтер слова ведомого.
  — Что, всех один? — удивился тот.
  — Всех, — выдохнул Гюнтер и добавил, — Ральф, скорее всего выпрыгнул. Остальных не видел. Только черные хвосты в небе.
  С трудом придя в себя, Гюнтер осмысленно рассказал всем о скоротечном бое. Командир полка Штейн, выслушав его доклад, сообщил: — подобрали, твоего Ральфа наши панцерники. Ранен легко, его отправили в госпиталь. Остальные не прыгали. Видно погибли ещё в воздухе.
  Затем он немного подумал и тихо добавил для всех собравшихся пилотов:
  — То что я вам сейчас скажу, я никогда не говорил, а вы не слышали. По возможности не ввязывайтесь в бои с единичными ИЛ‑2, без опознавательных знаков. Это новейшие, русские, экспериментальные истребители. По некоторым данным это летающие танки, в прямом смысле этого слова. Его даже крупнокалиберное зенитное орудие 88 мм не берет, куда уж нашим пукалкам. Несколько этих, как выразился Гюнтер демонов, такую кучу наших накрошили над партизанской базой, что Геринг до сих пор отойти не может. Так что ты Гюнтер не первый, как говорят русские, сел в эту калошу.
  Возникшее молчание оказалось гораздо красноречивее слов. Каждый думал если у русских появятся такие самолеты не только в экспериментальном исполнении, то как же с ними воевать. Ответ на этот вопрос не было.
  Еще на подлёте к институту Лекс связался по разговорнику с Сизовым и попросил пригнать на взлётную полосу машины и народ для разгрузки. Когда они сели, все были наготове и принялись разгружать и развозить товар, даже Васильев с разведчиками помогал, пока за ними не пришла машина. Первый грузовик сразу загрузили подарками детскому дому и Лена со старшиной и охраной унеслась их дарить. Остальное, ещё одной машиной по очереди, перевезли в подвал института и в столовую. В подвале столовой, где располагалась отдельная холодильная комната, выделили ещё одно помещение, побольше, для хранения быстро портящихся продуктов. Для охлаждения, Лекс на него навесил небольшое заклинание холода. Время от времени надо будет не забывать его подпитывать. Хомякова подсчитала все привезённые продукты и через некоторое время подошла к нему и сообщила: — Командир, если ты не обеспечишь сбыт уже накопленного провианта, то завтра нам не хватит места для хранения. Лекс пообещал решить эту проблему, как можно быстрее. Появилась у него одна интересная идея.
  Взяв с собой Сизова, который никак не хотел отпускать его одного и двух человек охраны, Лекс поехал в детский дом. Когда они там появились, праздник по поводу подарков был в полном разгаре. Дети в это время радостно примеряли обновки. Партизанский цех по изготовлению и пошиву одежды явно перевыполнил планы. Чего тут только не было рабочие комбинезоны, брюки, платья и куча другой одежды, и все это с большим количеством цветовых оттенков. Как пояснила Лена, встретившая его среди этого веселья, на базе нашёлся доморощенный химик, который недавно наладил производство простых красителей на природной основе, а Лена с помощью обычного простейшего амулета закрепления, о котором она вычитала в своем дневнике, дополнила технологию. Теперь краски не теряли цвет даже при многократных стирках.
  Вторая волна детских визгов и неразберихи накрыла их, когда детвора добралась до угощений. Такого обилия различных варений и сладостей они не видели никогда. Только различных ягодных было штук двадцать типов. В общем часа три в детдоме шел непрерывный праздник. Когда шум немного утих и детвора разбежалась по комнатам делиться впечатлениями, Лекс выловил директора детского дома и договорился с ним о том, чтобы он поговорил с директорами ближайших детских домов. Лекс брал на себя обеспечение их провиантом и товарами, производимыми на базе, по самым низким существующим ценам, а они выводят воспитанников на сбор лекарственных растений, которые ещё можно найти осенью.
  Директор обещал поговорить и с директорами и с начальством в наркомате. Своих же воспитанников он уже завтра выведет на сбор растений. Они обговорили с ним все особенности этих работ, их было совсем немного. Доставка к институту обеспечивалась институтской машиной. Все растения должны быть сложены в мешки и рассортированы. Мешками кстати Лекс их тоже обеспечивал.
  Вернулись все в институт к обеду и Лена наконец отправилась устраиваться в их комнату. После обеда к ним подтянулись будущие ученики и Лекс познакомил их с Леной. Сразу объяснил, что с ними будет постоянно заниматься именно она, хотя и обучаться она тоже будет параллельно с ними и сама. Хотя она и получила многие его навыки через резонансный обмен, но правильно их использовать тоже надо учиться.
  При использовании магических заклинаний очень большое влияние оказывает концентрация и правильное манипулирование со своими магическими каналами, а этому без специальных тренировок научиться очень тяжело. От этого к тому же зависит и потребление магической энергии при операциях с магическими потоками для составления рунных заклинаний. Конечно в обычных условиях и простой сосредоточенности хватит, но в бою или в стрессовых ситуациях этого уже не достаточно. Вы можете знать кучу заклинаний, а применить их все равно не сможете и соответственно проиграете. Настоящие маги его мира конечно могут и напрямую работать со своими магическими каналами, без всяких заклинаний и рун, но ведь и расход энергии в этом случае у них огромный.
  Артефактору, с минимальным запасом энергии и слабыми каналами продержаться против мага в прямом бою очень сложно. Вот поэтому и нужно учиться использовать свои ресурсы очень бережно и обладать огромной скоростью построения сложнейших заклинаний, которые могут противостоять грубой магической силе. То есть как и в обычной борьбе, техника противостоит силе.
  В его с Леной случае это уже не так, они получили значительное преимущество. Каналы у них гигантские, но тупо использовать их Лекс просто не приучен, да и заклинания использующие такие объёмы энергий не изучал, но даже используя техники артефакторов, работая большим количеством мелких потоков генерируемых и управляемых рунными заклинаниями, они на порядок превосходили настоящих магов, даже в прямом бою. Не нужных знаний не бывает и чтобы не растерять преимущества в будущем, необходимо постоянно совершенствоваться и поэтому Лекс тоже собирался учиться пользоваться новыми возможностями и обучать учеников по методикам артефакторов.
  Конечно печати он накладывать не будет, поскольку ему они клятву не давали, но и простого обучения основам магии им будет пока вполне достаточно. К вечеру они с Леной сделали десяток простейших учебников по магии с базовым курсом, примерно таким же что и подарил Сталину, только эти учебники являлись и артефактами. Никто посторонний прочесть такой учебник не может, привязка осуществляется к конкретному ученику и соответственно только он может увидеть что написано на страницах. Ночью у них нашлись более приятные и полезные, после достаточно длительной разлуки, занятия, а пара часов сна перед утром вполне хватило для восстановления сил.
  Оставив с утра Лену заниматься с учениками, Лекс поехал на встречу с директорами детских домов, на которой решилось большинство вопросов по поводу снабжения их товарами и их работой по сбору лекарственных трав. Главным по всем работам Лекс назначил директора первого детского дома Сомова Анатолия Петровича, который первым обратился к нему за помощью. У многих директоров вызвало вопросы качество материала. Ничего подобного они ещё не видели. Некоторые даже интересовались как подчинённые Лекса ухитрились наладить поставки такой материи из за границы и были вовсе поражены известием, что это местное производство. Свалив на Сомова все основные дела, Лекс со спокойной совестью попытался отправиться в институт и спокойно заняться собственным образованием. Ага…! Так ему и дали…!
  Васильев позвонил по местному телефону и попросил приехать в учебный полк, где предполагалось проводить подготовку разведчиков по новым методикам. Пришлось ехать.
  Виктор Маркин уже перестал удивляться зигзагам своей судьбы. Сын врага народа, попавший в армию. Дослужился до звания капитана. Его рота была лучшей в дивизии. Сам попал в тюрьму, по явно надуманному обвинению, вместе с многими прославленными генералами. Дочь где–то пропала на просторах страны. Чудом дошедшее до него её последнее письмо, где она писала ему, что не верит в его предательство и уходит из института. Виктор предполагал, что она попытается добраться до деда и очень надеялся на это. Хотя с дедом у Виктора складывались не простые отношения, но внучку тот любил. Больше года Виктор находился в лагере, как и дед ранее, валил лес. Через три месяца, после начала войны, в лагерь приехала спецкомиссия НКВД и по очереди стала вызывать всех на какое–то глупое собеседование. Что оно глупое определилось только тогда, когда заключённые обменялись мнениями. Причем это случилось после того, как опрашиваемый выходил от комиссии. Сами вопросы которые задавались Виктору казались весьма наивными. Вопросы задавал Майор НКВД, а два сержанта держали при этом заведённые за спину руки Виктора. Просматривая его дело майор задал первый вопрос:
  — Вы предавали нашу социалистическую родину?
  — Нет, — честно и коротко ответил Виктор.
  — Вы хотите сражаться с врагом нашей родины, — задал второй вопрос майор.
  — Да, — также коротко ответил Виктор.
  — Вы верите, что Сталин может исправить допущенные в отношении вас и других людей ошибки и руководить нашей страной, — снова спросил майор.
  — Верю, — после некоторого раздумья ответил Виктор.
  На этом собеседование и закончилось. Вот только результаты этого глупого собеседования для всех оказались оказались ошеломляющими. На общем построении были зачитаны фамилии заключённых, которые восстанавливаются в правах и званиях и возвращаются к своей прежней деятельности. Таких заключённых оказалось 90 процентов лагеря. Вот это был настоящий шок. Надо было видеть лицо начальника лагеря. Для него результат работы комиссии тоже оказался неожиданным, но спорить с её выводами он не стал. Наверняка полномочия были достаточными для вынесения таких решений.
  Два дня все лагерное начальство и часть оправданного персонала выписывали командировочные предписания для освобождённых. По просочившимся слухам, эта комиссия или аналогичные прошерстили все близлежащие лагеря и результаты действия во всех случаях оказались аналогичными. В лагерях, в большинстве случаев, оставались лишь десять процентов бывшего персонала и в основном осуждённые по уголовным статьям.
  Сначала бывшие заключённые подозревали, что в стране произошёл переворот, но оказалось, что большинство руководства осталось на местах, хотя некоторые и исчезли. Резкий поворот в деятельности руководства страны был просто необъясним. Никто официально не признавался в ошибках, но их исправление было на лицо. Конечно это можно объяснить тяжелыми поражениями на фронте, но такого объяснения явно не достаточно.
  Виктору выдали предписание явиться в подмосковный военный округ, на место прежней своей службы. Когда он появился в штабе округа, оказалось что его дивизия уже воюет на фронте и его направили на формирование в учебный полк. Подполковник, начальник учебного полка, просмотрев сопроводительные документы и его личное дело по прибытии, отправил его командиром в учебную разведроту.
  Две недели Виктор тренировался сам, вспоминая подзабытые навыки и тренировал личный состав подразделений, начиная от лейтенантов и заканчивая рядовыми. Из всего состава роты, наиболее подготовленными оказались два лейтенанта пограничника и несколько солдат и сержантов, уже побывавших в боях и вышедших из окружения. Вот на них и легла вся тяжесть в подготовке солдат роты. Знающего персонала катастрофически не хватало. Виктор за две недели написал начальству несколько безответных рапортов о недостатках в подготовке будущих разведчиков.
  Наконец, в один из дней, его вызвал командир полка и сообщил, что высокое начальство рассмотрело его рапорты и решило на базе его роты создать учебный центр по подготовке разведгрупп уровня полка и дивизии. Для чего специально отзывается с фронта наиболее подготовленная группа разведки для передачи накопленного опыта. Виктор возразил командиру:
  — Ну как одна группа может накопить достаточно материала для обучения. Нужно обобщить деятельность многих групп и на этой базе проводить обучения солдат.
  — Ты просто не знаешь, кого тебе дают в качестве инструкторов, — улыбнулся командир и добавил, — Как думаешь, много ли разведчиков в настоящее время, за три — четыре месяца боев получили по три — четыре боевых награды, в том числе и ордена.
  — А разве такое возможно?! — удивился Виктор.
  — Невозможно, но факт, — кивнул головой командир. — Ты что–нибудь слышал о партизанской базе.
  — Мельком, что–то попадалось. Просто времени на чтение не хватает, — сознался Виктор.
  — Посиди, почитай, — командир вытащил из стола папку с вырезками из газет и передал её Виктору.
  — Это не может быть партизанской базой, — сообщил Виктор через некоторое время командиру, оторвав глаза от вырезок.
  — Ваши выводы капитан, — спросил его командир.
  — Трудно сказать, — задумчиво теребя подбородок сказал Виктор. — Скорее всего засекреченный подземный исследовательский центр и при этом весьма не маленький, со своей инфраструктурой и собственной охраной.
  — И как думаешь, охрана такого центра и с такой эффективностью слабовата будет? — ехидно поинтересовался командир полка.
  — Судя по их действиям, не слабая там охрана, — согласился Виктор.
  — Так вот, что бы ты знал, те твои инструктора как раз обучались у той охраны и судя по их наградам не слабо там их научили, так что завтра принимай в роту пополнение. Мне сообщили, их самолетом сюда перебросят, — сообщил ему командир.
  Утром в роту прибыла грузовая машина с инструкторами. Виктор вышел встречать новичков у КПП. Из кузова тентованного грузовика не торопясь выбралось двенадцать человек с большими вещевыми мешками. Двое из них держали на поводках огромных собак. Виктор присмотревшись, чуть не ахнул. Это были не собаки, а настоящие матёрые лесные волки. На них даже смотреть страшно, а не то что подойти. Голова сидящей зверюги немного не доходила до груди разведчика. Все разведчики были закутаны в однообразные темные плащи с маскировочными разводами. На голове каски с матерчатым чехлом. Трое из них держали в руках немецкие пулемёты, остальные вооружены облегчёнными автоматами ППД советского производства. Один из разведчиков подошёл к Виктору и козырнув доложил:
  — Старший лейтенант Васильев с группой разведки, прибыл в ваше подчинение.
  Виктор представившись в ответ, продолжал рассматривать выстроившихся напротив разведчиков. Знаков различия, под полностью закрытыми плащами, разглядеть было невозможно, и кроме того во многих местах из под плащей что–то выпирало.
  — А посмотреть можно? — поинтересовался Виктор у разведчика на что–то выпирающее из под плаща.
  — Можно, — улыбнулся тот и распахнул плащ.
  У Виктора слов не нашлось. Он конечно ожидал увидеть нечто подобное, но уж конечно не в таком объёме. Разведчик практически был увешан оружием или чем–то на него похожим. На боку, на ноге ниже пояса пристёгнута кобура с одним пистолетом. С другой стороны почти подмышкой пристёгнута другая кобура немного развёрнутая для удобства доставания оружия. На груди в два ряда закреплены в специальных ножнах короткие ножи, количеством не менее двух десятков. Нечто похожее закреплено и на руках, причём как на верхней части руки, так и на нижней. На боку под руками, но выше пояса, в специальных кармашках располагались запасные обоймы к автомату. Пояс увешан какими–то острыми железками, похожими на маленькие ножи. На брюках нашиты с разных сторон небольшие карманы с застёгнутыми клапанами и в них тоже явно что–то лежит. В общем свободного пространства по площади одежды весьма немного.
  — Да–а–а… — протянул Виктор, а потом поинтересовался у старшего лейтенанта, — и не мешает?
  — Привыкли, да и все распределено рационально, — пожал тот плечами.
  — И что, все это нужно? — кивая на впечатлительный арсенал, спросил Виктор.
  — Не то слово, просто необходимо. Особенно когда втроём успокаиваем зондеркоманду на полтора десятка лбов, —чуть усмехнулся лейтенант.
  — А что были случаи? — удивился Виктор.
  — Не раз, — кивнул головой Васильев, — эти гады последнее время меньше двух взводов не шастали.
  — Да… , впечатляет, — согласился Виктор.
  — А показать что–нибудь могёшь? — с улыбкой попросил Виктор.
  — Без проблем, — ответил Васильев.
  Виктор заметил только два коротких взмаха обеих рук и услышал удивленный возглас за спиной. Когда он обернулся, то слов у него просто не нашлось. Солдат охранявший КПП и стоявший у деревянной будки. Стоял абсолютно неподвижно, боясь даже пошевелиться. Возле шеи прямо под его ушами торчали рукоятки двух ножей.
  — Да… впечатляет… — повторил Виктор. Он даже не заметил откуда разведчик достал эти ножи. — И что все такое могут?
  — Я середнячок, — пожал плечами Васильев.
  — А кто лучше? — поинтересовался Виктор.
  — Надя покажи, — приказал Васильев.
  Последний, небольшой боец в шеренге, оказавшийся девушкой, чуть приоткрыв плащ, что–то сделал под ним. Виктор только успел заметить промелькнувшую в воздухе темную змейку и сразу послышался дробный стук в стене КПП. Посмотрев на стену он чуть не ахнул. Восемь ножей располагались в одну горизонтальную линию, но были воткнуты вертикально, при этом зазор между рукоятками вряд ли превышал пару миллиметров, а ведь расстояние до стены не меньше десяти метров.
  — У неё координация лучше. Наша радистка, — дал пояснение Васильев.
  — Вы случайно не циркачи? — ошарашенно тряся головой, спросил Виктор.
  — Нет. Мы только ученики циркачей, — весело рассмеялся Васильев.
  — Если это ученики, то кто же те кто вас учил? — тоже улыбнулся Виктор.
  — О… это настоящие циркачи, не чета нам недоучкам. Нам ещё учиться и учиться и то вряд ли мы дойдём до их уровня, — сразу погрустнел разведчик, явно что-то вспоминая.
  — Что настолько лучше вас? — спросил Виктор.
  — Не то слово. Это нужно видеть. Хотя в первом приближении можно и показать, — опять обрёл весёлое настроение Васильев. — У вас тут человек двадцать подчинённых по близости не найдётся.
  — Да без проблем обеспечу. Там за холмиком полоса препятствий и сейчас группа в пол сотни голов должна заниматься. — сообщил Виктор.
  — Вот, это в самый раз, — довольно ответил разведчик.
  Виктор с разведчиками, которые подобрали мешки и оружие, двинулись к полигону. Через некоторое время они прибыли к занимающемуся подразделению. Построив всех, Виктор представил своему личному составу прибывших разведчиков. Потом Васильев предложил выбрать два десятка человек для показательного боя. Когда против всей этой группы вышла достаточно хрупкая девушка, все в нерешительности топтались на месте. Виктор тоже был в недоумении. Васильев только усмехнулся на вопросительный взгляд Виктора и сказал обратившись к девушке:
  — Надя, только пожалуйста, не покалечь народ.
  Та только кивнула. Сначала к девушке попытался приблизиться и схватить её один из солдат, но это оказалось не так–то просто. Когда он пытался её схватить, она незначительно и практически незаметно смещалась в сторону и попытка проваливалась, затем последовал короткий удар и боец отлетел на пару метров. Когда на девушку попытались напасть сразу несколько человек, они разлетелись практически сразу. Потом последовали попытки задавить вёрткую девушку и группами и всем скопом, но результат остался тем же.
  — Надежда! Заканчивай издеваться, — прозвучала неожиданная команда Васильева.
  Характер движений девушки тут же изменился. Если раньше это были плавные, казалось заторможенные движения и перемещения, то теперь это были какие–то ломаные быстрые рывки, только их результатом становились лежащие на земле бойцы.
  — Ну ни х… хрена себе, — выдохнул один из подчинённых лейтенантов Виктора, который занимался с этой группой солдат на полигоне, когда на ногах осталась только разведчица.
  — Вот в таком же положении оказываемся мы, когда с нами занимаются настоящие циркачи, — кивнув на живописное побоище, сообщил Виктору Васильев.
  — В жизни ничего подобного не видел, это даже не самбо, а что–то невообразимое, — с трудом приходя в себя выдохнул Виктор, потрясённый показательным боем и поинтересовался у Васильева. — Небось специально девчушку выдвинул, а не бойцов?
  — Да, есть такое дело, — виновато подтвердил Васильев и пояснил, — но зато как просто, наглядно и доходчиво все народу объяснила. Кстати, нам тоже все это таким же образом пояснялось, да и Надежда билась не в полную силу, иначе тут бы трупов было больше чем раненых, да и оружие она из за этого не применяла. С применением холодного оружия она бы все ваши пять десятков в короткий срок положила.
  — Сколько же времени вас готовили? — спросил Виктор.
  — В сумме два месяца, — криво ухмыльнулся Васильев.
  — Что?… — не поверил Виктор.
  — А вот то, что слышал. Я же говорю циркачи, да ещё какие, — подтвердил Васильев.
  — Ничего не понимаю, — помотал головой Виктор. — Это просто невозможно.
  — У них все возможно, — не согласился Васильев, — капитан, ты просто ещё не представляешь, что значит невозможно. К сожалению многого я тебе рассказать не могу, но уж если нас к вам направили, то думаю скоро все сам узнаешь, возможно и сам с директором цирка познакомишься.
  — А что такая серьезная личность? — заинтересовался Виктор.
  — Да не то слово, — кивнул Васильев, а потом задумчиво спросил. — Ты настоящего царя или князя какого–нибудь представить себе можешь?
  — Что значит настоящего? — переспросил Виктор.
  — Ну типа скажет он дружинникам, а не хотите ли вы за меня живота своего лишиться, а те в ответ — с удовольствием государь, — немного непонятно пояснил Васильев.
  — С трудом, но представить можно, — ответил Виктор.
  — Так вот такие князья у него вместо дружинников будут — ухмыльнулся Васильев.
  — Серьезный мужчина, — задумчиво протянул Виктор.
  — Ну да, если только правильно и внимательнее приглянуться, а так с виду простачок, — пояснил Васильев.
  Пол дня приехавшие инструктора устраивались на новом месте, а после обеда они разбились на двойки и начали тренировать солдат. Методика тренировок была Виктору абсолютно не знакома, но он не вмешивался. Вечером к нему подошёл Васильев и уныло махнув рукой, сказал: — Ни хрена с вами не получается.
  — Это почему же, вроде все нормально. Народ кое–какие приёмы разучил, — возразил Виктор.
  — Разучил, — согласился Васильев, — только все это не то, система не выстраивается.
  — Какая система? — удивился Виктор.
  — Видишь ли, если просто выучить приёмы, это будут просто приёмы, как и в самбо и в других школах подготовки рукопашных бойцов. Да, это повысит возможности солдат в бою, но это не даст им нового качества. Будет просто хорошо подготовленный боец.
  — Разве это плохо? — удивился Виктор.
  — Плохо, — вздохнул Васильев, потом попросил. — Ты вспомни как двигалась в бою наша Надежда.
  Виктор попытался вспомнить утренний показательный бой девушки и вдруг понял, что ничего не может вспомнить, только внешнее ощущение красоты боя и ни одного отдельного движения или приёма.
  — Почему…. ? — удивленно уставился он на Васильева, внимательно смотревшего на него. Васильев пояснил.
  — Потому что не было отдельных приёмов, была система. Надежда проводила одновременно по два приёма и из за этого стиль боя как бы размазывался и её движения становились с виду бессмысленными и для противника практически не прогнозируемыми. Самый трудный для неё период боя начальный, когда нападал один боец, там видны движения и она выигрывала только за счет лучшей координации. Потом все гораздо проще. Бойцы не представляли, что она сделает в следующий момент, а она просто уворачивалась, точнее двигалась по мёртвым зонам бойцов. Механика человеческого тела достаточно ограничена и человек не может перекрыть ударными зонами все вокруг, а если ты понимаешь это, то в свалке достать тебя очень трудно. Когда я приказал ей кончать развлечения, она добавила к движениям и удары. Опять же, резко остановить простому человеку свое движение невозможно и на некоторое время оно вполне прогнозируемо, поэтому даже смотреть как это будет происходить не нужно. Надя била в то место где должна быть точка попадания на основе предыдущего движения, а все приёмы это просто упрощение боя.
  — Так почему же вы не можете научить этой своей системе бойцов? — удивился Виктор.
  — Они не могут быстро запомнить комплексы движений системы, а без этого целостность системы распадается на отдельные приёмы и движения и большого эффекта не даёт и ещё из-за этого невозможно качественно работать с холодным оружием, — грустно пояснил Васильев.
  — Ну вы же как–то научились, — возразил Виктор.
  — Э… нет, нас учили. Это трудно объяснить на словах. Лекс загонял нас в какой–то транс, в котором ничего кроме правильных движений не ощущалось. Мы к сожалению так не можем, а он вряд ли согласится учить кучу солдат. У него сейчас другие задачи, — со вздохом сказал Васильев.
  — А если попросить этого вашего Лекса помочь или хотя бы что–нибудь посоветует? — с надеждой спросил Виктор. Иметь три сотни бойцов, по уровню сопоставимых с этими инструкторами, очень хотелось.
  — Ладно, завтра попробую к нему дозвониться и договориться, поскольку другого выхода не вижу, — согласился Васильев. Утром Васильев из штаба полка куда–то звонил и не один раз. Вышел он весёлым. Виктор как раз подходил к штабу.
  — Лекс обещал приехать, — радостно сообщил он Виктору.
  — Это меня тоже, наверное, радует. А кто такой этот Лекс? — поинтересовался Виктор у Васильева.
  — Ну да, я же тебе не рассказывал. Это и есть наш главный циркач, командир, волшебник, мастер и ещё много чего. В общем приедет сам увидишь, — загадочно ухмыльнулся тот, а потом неожиданно перешёл на другую тему:
  — Кстати если узнаю, что кто–то будет обижать наших птичек, натравлю наших собачек.
  — Каких птичек? — удивился Виктор.
  — Вон Надежда кормит, — кивнул головой на столовую Васильев.
  Виктор посмотрел в ту сторону и увидел, как девушка расположилась на скамейке, рядом со столовой и крошит хлеб четырем довольно крупным воронам, а те спокойно сидят у неё на коленях и берут крошки прямо из рук.
  — У вас в цирке кроме волков ещё и вороны присутствуют? —по детски улыбнулся Виктор, повернувшись к Васильеву.
  — А ты думал у нас только наземная разведка? — шутя толкнул его в бок Васильев.
  — Не понял … Вы что ворон на самом деле в разведке используете? — удивленно переспросил его Виктор.
  — Еще как.. — подмигнул ему Васильев, — только это очень большая тайна.
  — Ну и шутки у вас старший лейтенант, я уж было поверил, — выдохнул Виктор.
  — А если я скажу, что не шучу, так вот и поверишь? — серьезно посмотрел на него Васильев.
  — Хрен его знает, судя по наличию волков, которые насколько я знаю практически не приручаются, может вы и с воронами нашли общий язык, — почесал затылок Виктор.
  — Ладно, попробуем подкинуть в ваш перегруженный мозг ещё пару фактиков, — пробормотал Васильев и достав из кармана какой–то медный кругляш, сказал в него: — Надежда, доложить обстановку. Неожиданно откуда–то раздался женский голос: — Периметр под наблюдением. П 1 и П 4 на посту, остальных кормлю. По докладам В 1 и В 2 ночью двое солдат из охраны периметра ходили в самоволку. В 1 проводил их до клуба в селе. П 2 сопровождал далее. Ничего интересного обнаружено не было. Вернулись под утро. П 3 заметил, что повар припрятал две банки мяса в пустой бочке за столовой. Через П 6 установлено, что вечером третий взвод резался в карты после отбоя. Больше никаких происшествий.
  — Отлично, отбой, — ответил Васильев и запихнул кругяш в специальный карманчик.
  Виктор тихо выпадал в осадок. В голове металась куча мыслей. Он явно видел как после разговора девушка, находившаяся на расстоянии больше тридцати метров, прятала что–то в такой же карман. Рация такого размера, а ничем другим этот кругляш быть не может, попросту невозможна. Раз девушка кормит остальных, то П — это птицы и их как минимум шесть штук, а В это скорее всего волки, но они не могут докладывать, это же просто птицы и звери. Полученные выводы не подчинялись никакой логике, но и ничего другого более удобоваримого просто не находилось.
  Васильев с явным удовольствием наблюдал за чувствами потрясённого Виктора, почти написанными огромными буквами на его лице: — Это ещё не все наши цирковые номера. Вот получишь маленькую такую подписочку на всю жизнь, о не разглашении, может и ещё что узнаешь, а так ведь я ничего тебе не говорил, — подмигнул он Виктору и похлопав его по плечу, направился в расположение разведчиков.
  Виктор ещё некоторое время топтался у штаба пытаясь прийти в себя. Он понимал, что ему не хватает информации для анализа, но даже те факты которые ему стали известны просто выходили за грани разумного. Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда — повторял он про себя, когда–то вычитанное им в книге. Слишком много отдельных фактов, наблюдаемых за последнее время, не укладывались ни в какие теории и структуры, начиная с политики и заканчивая говорящими животными.
  Виктор неожиданно понял, произошло что–то очень глобальное, но скрытое от постороннего взгляда и это что–то начинает влиять на все. Так, попытаемся разложить известное по полочкам — подумал он. Система боя не складывается на пустом месте и мгновенно, значит она где–то существовала. Предположим, привезли откуда–то из Японии. Он слышал там есть сложные виды борьбы. Обучение составило два месяца. Если бы эта система была из какой–то страны, там бы давно все солдаты владели такой подготовкой. Такого не наблюдается. Тогда противоречие, с одной стороны раньше никто не знал, с другой стороны развивалась явно очень долго, но обучиться можно быстро. Парадокс.
  Логичных объяснений два. Первое, очень старые знания из древних книг. Второе , внешнее влияние, ведь ещё Циолковский рассматривал множественность миров. Так, теперь посмотрим на животных. О возможности их разговаривать вообще ничего и никому не известно, разве что только в сказках. В этом случае тоже подходят два аналогичных объяснения. Теперь рация. Техническое изделие, которое без заводов создать невозможно. Таких заводов не построено и об их строительстве не известно. Насколько ему известно, для создания раций необходимо иметь очень много различных технологических цепей. Тут однозначно подходит только второй вариант. Судя по всему, наше руководство с кем–то договорилось и этот кто–то начинает помогать нам, а не немцам.
  Все пошло с партизанской базы и немцы никак не могут её взять и явно не смогут, никогда. Если есть такие рации, то скорее всего есть и ещё много всякого и кроме того, если там подготавливаются такие бойцы как эти разведчики, то немцам вообще ничего не светит. Итого получается, что все таки кто–то прилетел и снабжает нас некоторыми технологиями, но совсем не хочет афишировать свое присутствие. А если бы этот кто–то договорился с немцами? Даже думать об этом не хочется. Но каков Сталин, каков жук. Договориться с инопланетянами так, что об этом никто не подозревает.
  Виктор вдруг понял почему выпустили народ и в том числе его из лагерей. Теперь стали и абсолютно понятны задаваемые комиссией вопросы. У них был какой–то детектор, который позволял контролировать достоверность ответов. По спине побежал холодок. Это что получается, теперь НКВД может контролировать вообще все и предательство невозможно в принципе. До Виктора дошло — ни немцы, ни союзники вообще не представляют, что у нас творится. Если НКВД просмотрели все лагеря, то просмотреть все руководство вообще труда не представляет. Только поэтому и исчезли некоторые руководители, а некоторые наверное по прежнему в строю, но только сливают бывшим начальникам такую дезу… Виктор отчётливо понял если бы ему не верили, он по прежнему валили бы лес. Раз под его начало перебросили единственную группу специалистов разведчиков, подготовленных по новым методикам, то скоро он может о многом узнать и подписка, о которой говорил Васильев, совсем не за горами.
  Приехал Лекс к разведчикам, в учебный полк, к середине дня. Васильев встретил его на въезде. С ним был ещё один капитан. Васильев представил его как командира учебной разведроты капитана Виктора Маркова. То что он может быть магом Лекс увидел сразу, поскольку теперь практически постоянно ходил в очках. Судя по характеру потоков и по фамилии, это и есть потерявшийся отец Лены. Его внешнему виду и званию, а Лекс был в форме НКВД, тот не удивился. Скорее всего, Васильев ему что–нибудь уже рассказал. По совсем скромным прикидкам, тут явно прослеживается рука Сталина и его компании. Просто так, капитан попасть именно в этот полк никак не мог. Да и Васильева сюда пригнали тоже не просто так. Лекс почувствовал, что придётся поработать. После того как познакомились, Лекс спросил:
  — Когда из лагеря выпустили?
  — Три недели назад. А откуда вы узнали? — удивился тот.
  — Да так, есть общие знакомые. А они говорили, что вы в лагерях, — пояснил Лекс и связавшись по мыслеречи с Леной, сбросил ей образ капитана. Ее радостный визг, Лекс даже отсюда услышал. «Бросаю все и мчусь к тебе» — сообщила она.
  — Что за знакомые? — поинтересовался капитан.
  — Скоро увидите, — ответил Лекс очень многозначительно улыбнувшись, — а пока покажите все тут.
  Капитан провёл его по полигону, показал казарму бойцов, местную столовую, а потом они заглянули на тренировку. Там как раз разведчики Васильева гоняли местных солдат. Понаблюдав за процессом обучения, Лекс понял в чем появились затруднения. Без специального влияния изучить систему боя практически невозможно, во всяком случае достаточно быстро. Вот только сидеть здесь постоянно для обучения солдат ему не хотелось.
  Если простые магические воздействия по каким–то причинам не возможны, в его мире даже маги переходили на алхимические методы. Чем Лекс хуже? В некотором смысле это даже лучший выход. Лене надо тренироваться в приготовлении зелий, да и студентов припахать можно, им тоже полезно будет. Конечно, приготовление таких составов только на третьем году обучения в магических школах проходить начинают, но никто не заставляет его студентов самостоятельно эликсиры изобретать, а по готовой методике делать их достаточно просто. Лена также делала живую и мёртвую воду и ничего, справилась. Решено, будем тренировать разведку с помощью эликсиров. У него в арсенале есть такой подходящий эликсирчик. Называется — зелье памяти. Жутко дрянная штука. По мозгам лупит основательно, да и достаточно ядовит к тому же. Применять его можно раз в декаду, чтобы организм человека успевал выводить его из тела. Если чаще, то это просто будет изощрённым самоубийством. Одна доза действует всего три часа, после принятия, но в течение этого времени человек может запомнить все, будь это движения, ощущения или информация.
  Если проводить тренировку в таком состоянии, то базовый курс подготовки воинов сильно сократится. Это относится как к изучению приёмов боя, так и к владению различными видами оружия, в том числе и к стрельбе из огнестрельного оружия. Конечно до уровня его гвардейцев им не подняться, интуиция не развивается, но по сравнению с остальными они будут выглядеть на порядок лучше.
  Васильеву с капитаном Лекс рассказал о методике тренировок с применением эликсира. Получается так, с солдатами проводят трехчасовой урок на разные темы, а потом в течение десяти дней они отрабатывают все то, что им удалось запомнить. За это время можно закрепить все полученные знания в навыках и опыте их применения. Конечно до понимания самой системы боя они не дотянут, но вот применять приёмы по месту, научатся запросто. Со стрельбой будет тоже самое, снайперами они не станут, но количество попаданий по мишеням, с различных положений, должно увеличиться до хорошего уровня. Конечно при упорных тренировках, со временем, можно достичь и весьма приличного уровня.
  — Никогда не слышал о таких препаратах, — покачал головой капитан после его объяснений, а Васильев промолчал. Его подозрения по поводу Лекса уже давно и явно превысили границу необычности и он не без основания подозревал о наличии у того ещё многих секретов.
  — О…, вы много о чем скоро услышите, да и много чего увидите, — предсказал ему Лекс.
  — И что, мне за это ничего не будет? — криво усмехнулся тот.
  — Почему не будет?! Еще как будет. Вот например сейчас товарищ Сизов возьмёт вас в оборот и завалит кучей бумаг, — ухмыльнулся Лекс и кивнул на тоже внимательно слушавшего разговор, Сизова.
  — Да товарищ капитан, пора оформить вам допуск к особо секретным материалам, — подтвердил Сизов, доставая из своего портфеля приличную по размерам папку.
  Пока Сизов занимался с капитаном, Лекс поговорил с разведчиками Васильева и проверил их подготовку. За месяц, что Лекс их не видел, они достаточно хорошо научились сражаться. Явно сказались тяжелые тренировки с противником гораздо большего уровня. Учитывая, что Лена гоняла их с использованием возросших возможностей по скорости и силе, навыки закрепились достаточно прочно.
  Конечно до настоящих бойцов тени его мира им ещё далеко, да и мечами они владели очень плохо, но для уровня этого мира их подготовка впечатляла. Васильев рассказал какими глазами смотрели солдаты на его радистку, после того как она провела показательное выступление с группой местных. Теперь авторитет разведчиков Васильева был очень высок, да и наличие наград показывало, что руководство вполне адекватно оценило их заслуги.
  Наконец подошли Сизов с капитаном. Вид капитана был, если мягко сказать, слегка ошарашенным. Такое количество бумаг Марков давно не подписывал. Даже инструкции размером в один печатный лист, которых было десятка три, носили гриф особо секретных. По результатам ознакомления с полученными документами выходило, что Марков выводился из непосредственного подчинения армейского начальства и прикомандировывался к спецотделу НКВД. При этом, он обязан выполнять команды руководства этого отдела даже в том случае, если они шли в разрез с командами любого армейского начальства.
  Цепочка руководящих лиц над ним была удивительно короткой и состояла всего из пяти человек, это были: Сталин, Берия, Меркулов, Леший и Сизов. Марков сразу получил на руки очки, разговорник и два небольших флакончика с живой и мёртвой водой, а ещё ему должны выдать спецкомбинезон и дополнительное вооружение. Инструкции по применению всего этого привели Маркова в шоковое состояние. Учитывая всю его достаточно неплохую техническую подготовку, он просто не представлял, как это все может работать, что явно подкрепляло его теорию об инопланетных технологиях. Окончательно добило капитана появление, из приехавшего автомобиля, его дочери, которая почти на ходу выпрыгнула из автомобиля и с криком: - Папка, привет! — бросилась ему на шею. Марков с нежностью гладил по волосам дочь и не мог сдержать выступивших слез. Остальные отошли, оставив их одних.
  — Как ты, доча? — спросил он, оторвав дочь от себя, заглядывая ей в глаза.
  — Теперь лучше не бывает, — радостно пробормотала она, тоже вытирая выступившие слезы.
  — Было очень плохо? — спросил он, внимательно вглядываясь в лицо дочери.
  — Нет, просто тоскливо, но теперь будет все хорошо. Я не дам тебя в обиду, — улыбнулась она.
  — Ты стала совсем взрослой, мать бы порадовалась, — тяжело вздохнул Марков, продолжая обнимать дочь.
  — Я знаю, — тоже вздохнула Лена, — мне много надо тебе рассказать.
  — Дай я хоть рассмотрю тебя, — улыбнулся Марков сильнее отстраняясь от дочери и внимательно её оглядывая. Свободный комбинезон зеленого цвета, очень похожий на комбинезоны разведчиков, скрадывал фигуру дочери, но стройность фигуры он спрятать не мог.
  — Красавица, — подвёл он итог осмотру.
  — Я знаю, —бодро кивнула Лена, — муж тоже так говорит.
  — Это когда же ты успела, не рано ли? — нахмурился он.
  — Сердцу любить не запретишь, а у меня муж хороший, — пробормотала она, опять уткнувшись лицом в плечо отца.
  — Кто он? — поинтересовался Марков, принимая решение дочери.
  — Ты его знаешь, — сообщила ему Лена.
  — Это что же, кто–то из института? Ты же этих ухажеров не очень жаловала, — спросил удивленно тот.
  — Нет, не из того института, но ты его уже видел, — опять отслонившись и хитро поглядывая на отца, произнесла Лена.
  — Та–а–ак, ну ка признавайся, — он погрозил ей пальцем, отпуская дочь из объятий.
  — И что тут признаваться, вон он стоит, — кивнула Лена на отошедших офицеров.
  — Не понял, — удивился Марков, оглядываясь, — Это что Васильев, что ли?
  — Не…а, буду я ещё на лейтенантов заглядываться. Мне только старшего майора положено, — озорно рассмеялась Лена.
  — Так твой муж — Леший? — чуть не сел на землю Марков, недоверчиво качая головой. — Ну ты даёшь дочка. Как же ты его окрутила или это он тебя?
  — Оба, — пожала плечами Лена, — С ним всегда все очень просто.
  — А он вообще человек, или из этих, из инопланетян? — замялся Марков.
  — Ты всегда был по настоящему умным человеком и внимательным отцом, — кивнула головой Лена и задумчиво продолжила. — Если размышлять логически, то и он, и я, и ты, и дед и ещё некоторые, все мы люди, но от людей мы все таки отличаемся. Мы маги.
  Лена коротко рассказала ему о всех последних событиях в своей жизни и кое–что о Лексе, а потом Марков действительно увидел, чем Лена отличается от других людей. Она провела показательный бой с разведчиками Васильева. Посмотреть его сбежался весь личный состав учебной роты.
  Так двигаться, как двигалась Лена, человек просто не мог. Десятка разведчиков используя весь арсенал изученных приёмов ничего не могла с ней сделать, а только разлетались в разные стороны. С виду можно принять такой бой и за театральную постановку, уж очень эффектно он выглядел. Но Марков видел, с каким трудом разведчики пытались блокировать удары Лены и только прекрасная подготовка давала им возможность обойтись без травм. Иногда движения дочери просто размывались в пространстве. Глаз не успевал за ними следить. Только теперь Марков понял о каком цирке говорил Васильев, да и предыдущий, короткий рассказ дочери пояснял многие моменты. После такой демонстрации возможностей, зрители из бойцов были в полном восторге, а командиры в серьезной задумчивости.
  Командиры реально представляли показанный уровень подготовки Лены, как бойца рукопашного боя и ни какие профессионалы из ОСНАЗа не смогли бы справиться даже с бойцами Васильева, не говоря уже о этой девушке. Даже на взгляд не особо искушённого зрителя, которыми на самом деле были и солдаты и командиры, все показанное было за гранью возможностей человека. Что же тогда может делать сам Леший, если его дочурка вытворяет такое после совсем не продолжительной подготовки — удивленно подумал Марков, — да и бойцы Васильева готовились тоже достаточно короткое время.
  После показательного выступления Лены, Лекс отозвал Маркова в сторону.
  — Ну то, что мы с вами теперь как бы родня, Лена вам уже рассказала, — открыто улыбнулся он капитану, и потом уже серьезно продолжил. — Далее у вас есть два пути. Первый, оставить все как есть и оставаться простым капитаном. Второй, перейти в моё непосредственной подчинение и превратиться в какого–то нового человека, с совсем другими возможностями, ну и естественно совсем с другой ответственностью.
  — Если уж вы сумели, покорить мою дочь, то мне тоже только второй путь и подходит. Да и к тому же, как мне кажется, моё начальство не зря меня сюда направило, и наверняка рассчитывали на нечто подобное, а идти наперекор желаниям начальства у нас не принято. К тому же мои личные желания полностью согласуются с этим. — прозвучал серьезный ответ Маркова.
  — Ну вот и договорились, — подвёл итог Лекс, — тогда завтра вечерком слетаем на несколько дней на базу и проведём все необходимые действия.
  С утра следующего дня Лекс занялся с Леной составлением нужных эликсиров. Детдомовцы уже начали привозить собранные и рассортированные растения. Остальные ученики Лекса тоже привлекались к этому делу, правда пока только в качестве наблюдателей. Конечно сами они пока делать и так ничего не могли, но используя очки — индикаторы магических потоков, которые выдал им Лекс, они хотя бы пытались наблюдать за манипуляциями учителей с этими потоками. Лекс при этом очень подробно объяснял, что он делает, зачем и как.
  Изготовление зелья памяти было разбито на несколько этапов. Первый это сортировка материала. Хотя растения и были уже отсортированы, но даже одинаковые растения отличались по ауре. Здесь уже влияли различные факторы условий произростания растений, да и время сбора тоже влияло на ауру. После сортировки, различные растения соединялись друг с другом и измельчались. Таким образом образовывались несколько десятков кусочков рун созданных из аур растений. Затем некоторые смеси обрабатывались физически, то есть нагревались, кипятились или просто сушились, а некоторые обрабатывались магически. С помощью таких манипуляций усиливались или ослаблялись действия некоторых ветвей аур растворов. И последним этапом шло последовательное соединение этих растворов в единый эликсир, опять же с физическим или магическим воздействием. Фактически только пять процентов технологии производства эликсира зависели от мага, остальное могли делать ученики. Конечно пока без понимания процесса, но зато с контролем магических потоков.
  Практически весь день у Лекса ушел на создание и обкатку технологии производства зелья памяти и только в конце дня он помог Лене аналогичным образом настроить технологию производства эликсиров живой и мёртвой воды, для того чтобы основной объём работ могли производить новые ученики, а Лена участвовала только в магических операциях с растворами. Ночью, он с отцом Лены улетел на своем самолете на базу. Создавать и накладывать печати на Маркова, в условиях источника, на поверхности, Лекс побоялся.
  Через два дня, пока Лекс работал с Марковым на базе, на институт было совершено нападение. Серьезного ущерба нападавшие нанести не смогли. Очень помог магический локатор и бойцы из группы старшины Петрова, со своими воронами и волком. Дежурный боец НКВД, ночью по локатору, вовремя заметил непонятное скопление чужих по периметру объекта, да и дежурный боец из группы Петрова, который нёс параллельное дежурство не сплоховал. Его ворона вовремя подлетела к самой большой группе и тут же был обнаружен подготавливающийся к штурму института немецкий десант.
  Вся охрана, во главе с Сизовым, была поднята по тревоге. Телефонная линия оказалась уже перерезана, но Сизов по разговорнику связался с дежурным сотрудником НКВД, и тот дал команду на ближайшую военную часть. Когда немцы кинулись на штурм, их встретил плотный огонь охраны. Преимущество в ночном бою оказалось на стороне охраны. Ночное зрение позволяло вести прицельный огонь по противнику, в то время как немцы могли ориентироваться только по вспышкам. Наличие бойцов Петрова, которые выполняли функции штатных снайперов, тоже доставляло заметные затруднения десанту. В первые же минуты боя десант понёс ощутимые потери, а потом вообще был прижат к земле огнём защитников. Кроме того, штурма со стороны аэродрома практически не было, преодолев пустую взлётную полосу и небольшую рощу, немцы выскочили к оврагу, но пройти его не смогли. Накинутый на пруд морок не позволил. Он возвращал нападавших назад к роще.
  Ни Лена, ни ученики в бою так и не участвовали, да и вооружения у них не было, а до рукопашной в которой Лена могла побороться с немцами, дело не дошло. Уже через пол часа, подошедшие части окружили и уничтожили основную часть десанта. Несколько человек взяли в плен. Уйти не удалось никому. Вороны и волк охраны не позволили и отследили все их перемещения. После проведённого расследования выявили предателя, который и навёл немцев на институт. Им оказался один из директоров детских домов. Абвер потерял ещё одного глубоко законспирированного резидента, внедрённого более пятнадцати лет назад.
  Похоже немцы накопили достаточно материала, чтобы однозначно связать отдел «М» НКВД и институт с появлением новых технологий на фронте. Они не пожалели восьмёрки тяжелых планёров, выделенных для десанта и старались любой ценой завладеть людьми из института, поскольку до отдела НКВД добраться они пока не могли. После допроса пленных выяснилось, что немецкое руководство посчитало, что основной научный персонал с окружённой немцами базы был вывезен как раз в этот институт. Это доказывали частые прилеты самолета на аэродром возле института. Захват нужных людей позволил бы им открыть завесу тайны над непонятными технологиями, появившимися у русских в последнее время.
  После нападения, Сталин решил увеличить охрану института и своим решением перевёл весь учебный полк с ротой разведки, на территорию института. Тем более, что в связи с призывом в армию студентов, некоторые корпуса общежитий вообще стояли полупустыми. Всех оставшихся студентов перевели в одно общежитие, а остальные отдали военным. Таким образом вокруг отделённой территории института Лекса, выросла ещё одна полоса охраны из солдат учебного полка.
  Лексу не понравилась такая активность немцев и в отместку этому нападению, он провёл показательное наступление на окружение партизанской базы. Четыре, переделанных в големов, хотя и с экипажами, немецких танка вышли со стороны фиктивной базы. Еще четыре таких танка вышли из леса, в тылу окружающих базу частей. Их он перебросил грузовым порталом из основной базы на лесную поляну, а уже оттуда они добирались своим ходом. Прикрытые воздушными щитами и зная полное расположение минных полей, поскольку никакое движение немцев не могло скрыться от вездесущего присутствия птиц наблюдателей и поисковых заклинаний замкового артефакта, танки провели серьезное опустошение порядков противника.
  Сам Лекс вместе с пилотом штурмовика базы несколько раз вылетали на илах и пропахали все лесные дороги по которым бросились отступать немцы. Разросшийся, за счет партизан и окруженцев, до полутора тысяч хорошо подготовленных и обученных бойцов, отряд Семенова вышел из базы и захватил посёлок, где заканчивалась тупиковая ветка железной дороги, а потом, диверсионные отряды Семенова полностью парализовали движение на основной железнодорожной магистрали.
  Используя животных и птиц в качестве дальней разведки, они проникали между постами охраны и взрывали все что можно взорвать. За месяц сидения в подземной базе бойцы получили очень серьезную подготовку. Знающие инструктора, присланные из-за линии фронта научили солдат воевать по настоящему, да и у бывших партизан и окруженцев накопилось достаточно опыта и счетов к противнику. Даже в прямых столкновениях с бойцами базы, если они случались, у немцев не было шансов. Экипировка бойцов Семенова не шла ни в какое сравнение с немецкой. Каждый боец обеспечен прекрасным комбинезоном, с частично бронированными уязвимыми местами, при помощи нескольких слоев укрепленной ткани. Каждый имел с собой комплект небольших фляжек с живой и мёртвой водой, очки ночного видения, разговорник, автоматическое и личное оружие. У бойцов вполне прижился упрощенный жестовый язык эльфов, которому их научил Гранин.
  Недостатка патронов на базе не было, поэтому большинство бойцов стреляло достаточно хорошо, а учитывая что их вели подготовленные бойцы НКВД и армии, у немцев просто не оставалось шансов. Патрули и засады выставляемые противником уничтожались практически мгновенно из за их малочисленности, а значительные отряды подавлялись плотным огнём, с поддержкой танков и артиллерии. Немцам оставалось только бежать. Они лихорадочно стягивали резервы с ближайших районов.
  Основные пути снабжения армии Центр оказались перерезаны. Партизаны, используя панику у немцев, с налёта захватили города Житковичи и Слуцк, где остановившись, начали возводить укрепления и окапываться. За счет военнопленных освобождённых в нескольких лагерях, отряд разросся до трех тысяч. При этом ещё более пяти тысяч освобождённых солдат и командиров были отправлены в села вокруг базы, где их ударными темпами принялось лечить и приводить в порядок мирное население и доктора базы, поскольку те были сильно истощены.
  Все подходящие из Рейха войска, немцы бросили на захваченный район, но потеснить партизан не смогли. На нескольких танкоопасных направлениях стояли неуязвимые партизанские танки. Партизанская артиллерия подавляла противника ещё до того, как он разворачивал свои пушки или миномёты, а пехота противника без поддержки ничего не могла сделать с окопавшимися партизанами. С воздухом у немцев тоже оказались проблемы. Лекс с пилотом партизан за несколько вылетов разнесли практически в пыль, ближайшие четыре немецких аэродрома.
  Захваченные возле городов и на железной дороге военные трофеи обеспечивали партизан достаточным арсеналом, для ведения боевых действий на значительный срок. Практически половина запасов армии Центр оказались в руках партизан, в том числе и часть захваченных ранее немцами складов Красной армии. Из за линии фронта, для обучения, прислали самолет с специалистами знающими немецкую технику. Также на аэродром под Житковичи перебазировался авиационный полк штурмовиков и эскадрилья истребителей. Причем это были полки недавно прошедшие переформирование и получившие новейшие самолеты, с улучшенными характеристиками, только что выпущенные с заводов.
  Для прикрытия городов и аэродрома Лекс снял с фиктивной базы всех големов–зениток и прицепив их к бронетранспортёрам создал блуждающие огневые точки. Таким образом в тылу у немцев, практически на основных коммуникациях, образовался партизанский район приблизительным диаметром в сто километров. Из-за болот и лесов в этом районе перемещаться можно только по ограниченному числу дорог. С одной стороны район запирает город Житковичи, с другой Слуцк. Полная мобилизация местного населения и наличие трофейного вооружения позволили быстро нарастить военные силы до пятнадцати тысяч человек. Конечно качество войск несколько упало, но основной костяк позволял такие действия. На каждого обученного солдата приходилось по десятку не обученных.
  Учитывая общее ошеломление немцев и не готовность их к полномасштабным военным действиям у партизан было время к подготовке. С пленными тоже надо что–то делать. Восемь тысяч немецких солдат и офицеров из состава дивизий, окружавших партизанскую базу оказались в плену. Из-за и так низкого морального духа, подорванного долговременной осадой базы, немцы после окружения их партизанами сложили оружие очень быстро. Куда девать такую массу пленных было непонятно. Пришлось Лексу расширять грибные плантации и пристроить пару тысяч на новые площади, благо обученный персонал из немецких военнопленных уже присутствовал. Еще тысячу можно задействовать на обработке получаемого с плантаций сырья. Остальные тысячи пленных пока использовали на работах по укреплению городов.
  На каждый город Лекс переделал по одному трактору, аналогичному тому что он сделал для бригады строителей в институте. Правда такого же типа тракторов не нашлось, поэтому пришлось ему создавать все руны заново. Хорошо что вообще нашлось два однотипных трактора. Используя эту технику создавать укрепрайоны вокруг городов стало намного проще. За один день такая машина позволяла создать хорошо укрепленную линию обороны длинной в километр. А если делать её не сплошной а участками, то и вообще два — три километра.
  
  Из доклад фон Бока.
  В настоящее время принимаются необходимые меры по нейтрализации группировки противника в тылу армии Центр и недопущения захвата города Сарны. В противном случае, все снабжение армии центр будет прекращено. Вероятно противник в течение нескольких месяцев накапливал силы на партизанской базе в районе села … И возможно ещё в нескольких труднодоступных местах. Из за не эффективной работы разведки, оценка сил противника произведена не правильно. Силы противника в количестве пехотной дивизии и двух танковых полков, с поддержкой большого количества артиллерии и авиации практически полностью уничтожили войска в районе городов Житковичи и Слуцк (две пехотные и одну танковую дивизии). В настоящее время группировка противника блокируется силами резервов армии Центр в составе четырех пехотных и двух танковых дивизий. Этих сил для проведения решительного наступления и уничтожения группировки противника явно недостаточно. Противник применяет в бою значительное количество новейшей боевой техники, параметры которой до конца не известны, но значительно превосходят образцы используемые в войсках вермахта. Основные бои ведутся за города Житковичи и Слуцк. Противник оказывает ожесточённое сопротивление.
  Из-за особенностей местности нет возможности проводить масштабные наступления с поддержкой танков, а на узких лесных дорогах сила танковых ударов не велика. Противник широко применяет тактику танковых и артиллерийских засад, используя отличное знание местности. Поддержка войсковых частей авиацией отсутствует из-за уничтожения аэродромов базирования, в то время как у противника авиация действует с отличного аэродрома в районе города Житковичи. В связи с выше изложенным прошу срочно оказать поддержку за счет резервов других армий.
  
  Сталин высоко оценил действия партизан, хотя и высказал Лексу свое неудовольствие не согласованностью действий. Лекс принял справедливый упрек в свой адрес и пообещал в дальнейшем никаких серьезных действий без совета с ним не предпринимать. Конечно, наличие достаточных сил ещё не повод их демонстрирования. Хорошо, в генеральном штабе были разработаны некоторые планы встречных ударов на центральном фронте. Учитывая недостаточное снабжение немцев резервами, они и были приведены в действие. Прорвав линию немецкой обороны в нескольких местах, окружив и уничтожив или взяв в плен небольшие группировки немцев, советские войска освободили некоторое количество городов и населённых пунктов, но дальнейшую наступательную операцию проводить не стали, учитывая общую не подготовленность войск к таким действиям.
  Очень тяжелый удар по немцам нанесли даже не сами военные действия, а результат появления в глубоком тылу противника значительных освобождённых партизанами территорий и поднятая при этом шумиха в прессе. Конечно никто народу не рассказывал, что так называемые партизаны вооружены и подготовлены гораздо лучше войсковых соединений. Но сам факт наличия такого результата показывал, что миф о непобедимой армии вермахта, которой покорилась вся Европа, оказался на самом деле мифом. Хваленые дивизии не могут справиться с какими–то партизанами в своем тылу, да и мало того, партизаны нападают и освобождают захваченные территории. Получилась хорошая пропагандистская бомба. Теперь даже союзники обратили внимание на непонятки происходящие в тылу немецких войск.
  Потери немцев в результате действия партизан росли очень стремительно, и этому способствовали не только действия Семенова и Лекса, но и действия других партизанских отрядов, которые оказались под непосредственным управлением генерального штаба. Само такое управление осуществлялось с использованием разговорников Лекса, которые были доставлены во все появившиеся в последнее время, крупные партизанские соединения, да и снабжение партизан с помощью ночной авиации было уже хорошо налажено. Это позволяло управлять ими из единого центра и проводимые таким образом операции наносили максимальный ущерб противнику. Поскольку партизаны и советская разведка прекратили использовать для связи обычные рации, процент провалов за счет пеленгации связи исчез и зачастую многие партизанские отряды стали приходить друг другу на помощь в критических ситуациях.
  Лекс все это время работал на базе как стахановец. Кроме переделки танков он переделал в големов ещё десять однотипных, захваченных у немцев, зениток. Конечно при этом множились вопросы к нему от Семенова и его бойцов, но те уже привыкли к ореолу секретности окружающему Лекса, а учитывая его прямое общение со Сталиным эти вопросы никто ему не задавал. На базе вообще было очень много необычного, хотя практически все делалось либо на глазах персонала, либо вообще их руками, но результаты поражали.
  Ну как могли несколько слоев материи держать выстрел из винтовки в упор, а очки, а разговорники, а эликсиры. Экипажи танков и стрелки зенитчики вообще первое время крестились. Малейшие их действия приводили к необъяснимым результатам. Достаточно небольшого усилия приложенного к рычагу управления, а танк или зенитка мгновенно поворачивались в нужную сторону или доворачивал башню. Точность стрельбы этих шайтан–устройств, как их назвали некоторые солдаты из Средней Азии, вообще ни в какие ворота не лезла. Только небольшой поворот в направлении цели приводил к почти мгновенному перемещению туда ствола орудия и если наводчик согласен с целью, достаточно нажать на спуск и цели как не бывало. Неуязвимость танков тоже приводила экипажи в восторг или даже в мистическое поклонение этому оружию. Зачастую только нехватка снарядов и патрон, вынуждала экипаж выводить танк из боя. А с виду обычный немецкий танк, только со звёздами на башне, но какое опустошение проводил он в рядах противника. В последнее время только завидев вблизи такую машину немцы прекращали наступление или даже отступали.
  Через некоторое время наступило затишье. Партизаны готовили укрепления по периметру захваченного района и проводили переподготовку новых солдат и вышедших из госпиталя военнопленных. Немцы накапливали силы для уничтожения ненавистных партизан. По сообщениям прессы, Гитлер объявил руководство партизанского района в лице Семенова личным врагом фюрера. Только сейчас разведке немцев удалось собрать хоть какую–то скудную информацию о партизанах и то со слов самих партизан. Любые попытки внедрить информатора в партизанское соединение мгновенно проваливались, причём вместе со всей оставленной в городах разведывательной сетью, которую знал информатор. Попытки захватить языка тоже проваливались. Все объекты и линии обороны партизан прикрывались как минимум тройной линией наблюдения.
  Информация добывалась только косвенным путём, из обычных разговоров с бойцами базы. Сведения полученные немецкой разведкой поражали и никак не могли соответствовать действительности. Да и на самом деле никто из партизан не обладал полной и достоверной информацией о базе, даже руководство во главе с Семеновым не знало полностью о том, что и как производится на базе, а только использовало результаты. Каждый обладал только частью данных. Управление на базе полностью разграничено. Военные во главе с Семеновым контролировали только военных. Охрана базы и разведка подчинялась коменданту базы Петрову. Всеми гражданскими и секретным производством рулил Митрич. При этом начальники только согласовывали свои действия, не зная ни каких особенностей работы друг друга. Такое положение порождало огромное количество мифов среди населения и солдат, которые по долгу службы в том или ином подразделении базы имели только маленькие кусочки информации. Смешение этих кусочков приводило к фантастическим выводам.
  
  Из аналитической записки сотрудника абвера адмиралу Канарису.
  Из не подтверждённых источников получены следующие данные о противнике в тылу армий группы Центр.
  1. База.
  Подземная партизанская база имеет огромные размеры. Строительство было закончено задолго до начала военных действий. Некоторые помещения имеют площадь более 20 000 кв.М. (примерно 100х 200 метров). Имеется более десяти таких помещений. Население базы составляет по некоторым оценкам до 100 000 человек. Существует закрытая часть базы, про которую вообще ничего не известно. Снабжение водой происходит из подземного озера, размеры которого не известны. Большая часть подземных помещений имеет искусственное происхождение или проведена хорошая обработка естественных пещер. Объем проведённых работ оценить затруднительно, но база строилась не менее 10 лет, с привлечением тяжелой техники и специального проходческого оборудования. Технология работ не известна, применение железобетона и стальных строительных конструкций минимально. Полировка стен подземных коридоров вообще не поддаётся оправданию, с точки зрения необходимости таких работ.
  2. Население. (только открытая часть базы)
  Основу населения базы в настоящее время составляют местные жители, хотя есть и небольшая часть не местных. Все население обеспечено работой, причём до 30% работают на закрытых производствах. По некоторым данным существует несколько видов закрытых производств: швейное, ткацкое, химико–биологическое, ремонтно–механическое, пищевое. Все население одето в специализированную одежду. (Образцы прилагаются, причём куплены свободно у персонала базы). Все население снабжено очками ночного видения (десятки тысяч приборов). Все население снабжено малогабаритными приёмопередатчиками, в простонародье называемые «разговорник» (десятки тысяч приборов). (Описание приборов приводилось в предыдущих докладах).
  3. Производство.
  — ткацкое. На базе работает как минимум несколько ткацких цехов. Источник сырья не известен. На производстве изготавливается несколько видов тканей, причём в том числе и те, что идут на броневставки в обмундирование солдат. Объем производства не известен (предположительно не менее 10 000 кв. м. В сутки.)
  — швейное. Вся одежда персонала базы произведена на месте, из полученных тут же тканей. Объем производства не известен (предположительно не мене 1000 комплектов в сутки).
  — Химико — биологическое. Окраска ткани производится непосредственно на базе. Красители используемые в производстве одежды не известны и имеют биологическую основу хотя и подвергались не известной химической обработке. Ткань не теряет цвет даже при воздействии агрессивной механической или химической среды. Красители полностью инертны и практически не вступают во взаимодействие с внешней средой. Замечено использование бумаги различных типов, начиная от очень качественной и заканчивая обёрточной. Основа бумаги имеет растительное происхождение, но технология производства не известна и явно отличается от аналогичных производств. (Объем производства значителен, но не известен, недостатка в бумаге захваченные территории не испытывают). Аналогичную бумагу использует противник на основном фронте. Иногда на базе используются деньги отличные от советских. Технология их производства отлична от стандартной. (образцы прилагаются)
  — Ремонтно–механическое. Большая часть военной техники — трофейная, восстановленная из повреждённых машин армии вермахта. (Предположительно автопарк насчитывает до 1000 машин различного назначения). При этом возможно противник имеет до 200 танков русского и немецкого производства. Некоторые машины сильно модернизированы. Так в частности:
  — повышена прочность брони (со всех сторон)
  — увеличена мощность двигателя (в разы)
  — имеется в наличии баллистический вычислитель, что повышает точность ведения огня.
  — имеется автоматическая подача снарядов (скорострельность превышает стандартные характеристики установленного орудия)
  Скорость ремонта повреждённых самолетов противника базирующихся на аэродроме превышает расчетную в десятки раз.
  — Пищевое. Объем пищевого производства оценить не удалось, но войска и население противника не испытывает недостатка в пищевых продуктах. Замечено повсеместное использование муки и полуфабрикатов неизвестного состава. Микробиологический состав продукта резко отличается от известных. По своей пищевой ценности он приближается к мясу, хотя имеет явно растительное происхождение. (исследование образцов не дало однозначного ответа о происхождении продукта). Использование аналогичных продуктов обнаружено также на центральном фронте, в Москве и Подмосковье.
  4. Вооружённые силы.
  Основу вооружённых сил составляют особая дивизия НКВД и дополнительные соединения сформированные из окруженцев и местных, но уровень бойцов у всех очень высокий. Предположительно все прошли как минимум двухмесячную специальную подготовку. Структура боевого соединения резко отличается от существующей в РККА и в основном ориентированна на диверсионную работу небольшими мобильными группами.
  Наличие постоянной связи и ночного зрения позволяет таким группам противостоять значительно более многочисленному противнику. Недостатка в боеприпасах и вооружении противник не испытывает, хотя и вооружён в значительном объёме оружием армии вермахта. (танки, зенитки, артиллерия, пулемёты). Личные бронированные комбинезоны позволяют противнику значительно снижать потери при прямых столкновениях с подразделениями вермахта, в то время как наши войска несут огромные и не сопоставимые потери.
  Наличие у противника тяжелых, сильно бронированных танков серьезно осложняет наступательные операции. В настоящее время сведений о потерях тяжелых танков противника не получено. Огромное преимущество противнику дают средства связи. Учитывая мгновенную реакцию противника на перемещения частей вермахта можно предположить наличие у противника не только связи, но и средств наблюдения, обнаружения и локации, на базе тех же технологий используемых в средствах связи. Кроме этого об аналогичных устройствах (специальных локаторах) появившихся на линии фронта стало известно в последнее время.
  5. Секретное производство.
  Скрытая часть базы не может быть меньше открытой части. Там находятся цеха по производству очков ночного видения (как минимум одна высокопроизводительная производственная линия), разговорников (как минимум одна высокопроизводительная производственная линия), оранжереи для производства растительной массы идущей на одежду, питание и бумагу (площади оранжерей сотни тысяч квадратных метров), гидроэлектростанция, исследовательский центр, ремонтный завод.
  Выводы: партизанский район может существовать оторвано от снабжения из-за линии фронта, за счет собственных резервов значительное время. Даже в случае полного прекращения снабжения, основная нехватка может ощущаться только в патронах и снарядах, а поскольку большая часть противника вооружена немецким оружием, то и снабжение происходит за счет разбитых частей и складов вермахта который несёт значительные потери при боевых столкновениях. Только тотальное и многополосное минирование полосы обороны района позволило остановить многочисленные прорывы в линии окружения и как–то стабилизировать положение вокруг захваченного партизанами района. Для проведения штурма указанного района необходимо привлечь значительно большее количество военных подразделений.
  
  После наступившего затишья Лексу наконец удалось закончить обучение Маркова всем основным действиям с печатями, которые он на него накладывал в течение военных действий и получить от того магическую клятву. Только после этого Лекс разрешил ему выйти из закрытой зоны базы. Для получения навыков ведения боевых действий по новым методикам, Лекс передал его под управление Семенову.
  Неожиданно Лекса по разговорнику вызвал Меркулов и сообщил, что при нападении неизвестной группы пропал Сизов. При этом два человека охраны тяжело ранены и только эликсиры подошедшей второй группы охраны помогли спасти их жизни. Сизова пока найти не могут. Существует большая вероятность того, что он находится в плену. Лекс в тот же час вылетел в Москву. На аэродроме его встретила Лена и сразу пожаловалась, что о пропаже Сизова ей ничего не сказали.
  — И что бы ты делала? — поинтересовался Лекс обнимая жену.
  — Что–нибудь бы придумала, например использовала поисковый амулет.
  — Сколько же нам ещё учиться, а тебе так ещё больше, — с улыбкой целуя Лену прошептал Лекс.
  — И ничего там сложного нет, если бы сразу сказали я бы давно сделала, — возразила она, с удовольствием прижимаясь к мужу.
  — Да сделать, я не сомневаюсь, ты бы сделала. Вот только с ним ничего найти невозможно, — огорчил её Лекс.
  — Это ещё почему? — удивилась Лена.
  — Внимательнее надо читать дневник, иногда от какой–то мелочи зависит жизнь мага и я не хочу тебя потерять из за такой мелочи, — продолжая обнимать Лену прошептал ей на ушко Лекс.
  — Виновата. Исправлюсь. Но все таки в чем ошибка? — греясь в его руках спросила та.
  — Поисковый амулет не работает в условиях магических помех, а тут такие потоки, что напрямую он бесполезен. Конечно можно работать по маякам, как я сделал на подводной лодке, но маяка на Сизова я не прицепил, — подробно пояснил Лекс.
  — И что же делать? — погрустнела Лена.
  — Этого ты ещё не учила. Надо смотреть раздел магии крови. Никакие магические помехи не могут помешать этой магии. Она основана на подобии объектов. Помнишь я делал привязку по крови на зарядки, а такие образцы привязки я сразу заношу в дневник. Так что найдём мы Сизова, — приободрил он её.
  — Какой ты у меня умный, — расцеловала его Лена.
  — Я знаю, — усмехнулся Лекс и они направились в институт.
  Перед тем, как засесть за изготовление амулета поиска, Лекс соединился с Меркуловым и доложив о своем прибытии, попросил прислать поисковую группу в институт через пару часов, а к тому времени он обещал узнать где Сизов. Меркулов согласился и пообещал выслать людей. Почти два часа Лекс с Леной создавали амулет, точнее делал он, а Лена просто смотрела и училась. Такие амулеты строились на разделах магии крови. Настоящими магами крови были только вампиры, но в ряды артефакторов затесались и их представители. Поэтому у Лекса были обширные сведения из школы крови. Имея образец крови такой маг может найти носителя в любом месте, да и воздействовать на него на расстоянии, если тот без защиты, различными способами.
  Используя магию Лекс сразу определил, что Сизов жив и находится в нормальном состоянии, но на всякий случай он наслал на него, по установленному каналу крови, лёгкое проклятии и тот потерял сознание. Когда появились люди Меркулова, а это было целых две машины бойцов НКВД во главе с лейтенантом, амулет был готов и исправно показывал направление. С собой Лекс ещё взял пятёрку разведчиков во главе с Васильевым и они начали поиск.
  Поскольку амулет показывал только направление, они с нескольких точек города определили направление и провели линии на карте. Район определился точно и они двинулись туда. После не продолжительных поисков выяснилось, что это районное отделение милиции. После быстрого совещания с Меркуловым решили брать его штурмом, но постараться обойтись без жертв. Как предположил лейтенант, возможно кто–то использовал милиционеров в темную. Лекс приказал бойцам Меркулова окружить здание и никого не выпускать, а внутрь пошли только люди Васильева, лейтенант и он сам.
  Технология захвата здания была достаточно проста. Лекс с помощью щупа сканировал ближайшее пространство и сообщал о наличии людей в помещениях. Если народу немного, то в помещение сразу врывались бойцы Васильева и оглушали их скобяными изделиями. Если людей в помещении достаточно много, например в коридоре, то сначала туда спокойно заходила Надежда, бывшая связистка из отряда Васильева. Она не спеша проходила почти до конца коридора и только тогда в него врывались остальные бойцы и вместе с ней глушили персонал.
  Тихий захват здания произошёл в течении нескольких минут. Лейтенант НКВД был поражён скоростью захвата, такого штурма он ещё не видел. Никто не успел оказать никакого сопротивления. Лейтенант только теперь понял, почему у каждого из этих бойцов уже имеется по несколько боевых наград. Скорость и грозная красота работы разведчиков приводила его в трепет и эти бойцы явно тренировались не на мышках.
  Сизова обнаружили связанным и без сознания в подвале здания. Возле него находилось ещё четыре человека. Двое были врачами и пытались привести Сизова в чувство, а ещё двое были в милицейской форме. При захвате их всех оглушили, не разбираясь. После окончания захвата, лейтенант запустил своих людей в здание и те разоружили всех оглушённых людей и рассадили их по камерам в подвале, где те по очереди стали приходить в себя и сотрудники НКВД начали их допрашивать. Людей находящихся возле Сизова посадили в отдельную камеру. Лекс отчитался Меркулову о результатах поиска и снял с Сизова наведённое проклятие. Тот сразу пришёл в себя. Осмотрев помещение и увидев улыбающегося Лекса, он недовольно ощупывая себя проворчал: — Чего так долго? Из меня чуть душу не вытрясли.
  — Ничего, такие встряски вещь полезная, а то совсем большим начальником стал и сразу море по колено, — укорил его Лекс.
  — Тебе бы такие встряски, — кривясь пробормотал Сизов и нехотя продолжил, — у тебя там твоей бисовской водички не осталось, а то что–то я себя плохо чувствую.
  — Для хорошего человека ничего не жалко, — ответил Лекс, протягивая ему флягу с живой водой.
  — Такое впечатление что по мне слоны топтались, — пробормотал Сизов и сделал глоток из фляги. — Вот теперь то что надо, — встряхнувшись от действия эликсира и потягиваясь проворчал он.
  — Как же тебя взяли? — поинтересовался Лекс.
  — Да ничего сложного, — махнул тот рукой. — Остановил милицейский патруль. Я вышел, чтобы предъявить документы, а они сразу начали стрелять по охране, ну и меня чем–то тяжелым по голове приложили. Кстати, охрана выжила?
  — Им повезло. После твоего отъезда охрана на выезде из института услышала стрельбу на соседней улицы и забеспокоилась. Быстро выслали дополнительный патруль и те обнаружили, твоих тяжело раненых бойцов и разгоравшуюся машину. Судя по всему их посчитали уже не жильцами и добивать не стали или времени не хватило. Старались как можно быстрей увезти тебя. Так что бойцам очень сильно повезло, — рассказал ему Лекс.
  — Ну а я очнулся в этой конуре, в обществе двух врачей и одного милицейского чина, — кивнул головой на стену Сизов, — потом пришёл ещё один хмырь и начали задавать разные вопросы. Пару часов удалось водить их за нос и рассказывать разные небылицы. Пока им это не надоело и они попытались задавать вопросы по серьезному, то есть руками и ногами. В какой–то момент сознание выключилось, а когда включилось ты уже нарисовался посреди комнаты.
  В это время в комнату вошёл лейтенант и сказал:
  — Как и предполагалось милицию использовали в темную. От заместителя первого секретаря горкома партии поступили сведения о возможной диверсии в городе. Причем группа диверсантов переодеты в форму НКВД. Информатор даже указал где вас встретить.
  — То то я подумал, что вопросы мне какие–то не правильные задавали, — почесал затылок Сизов.
  — Судя по всему от вас хотели получить какие–то сведения, но прямого выхода на вас не имели или он очень затруднён, — вопросительно посматривая на Лекса и Сизова предположил лейтенант.
  — Это точно, — неопределённо ответил Сизов, и потом спросил, — Вы там мои вещички нашли?
  — Нашли у начальника милиции, который вас допрашивал и ваши документы и вещи. Сейчас принесут, я уже распорядился. Думаю это их и несут, — кивнув он на дверь комнаты, за которой раздавались приближающиеся шаги.
  Через несколько секунд в комнату вошёл сержант и принёс вещи Сизова. Тот быстро сграбастал разговорник и вызвал Меркулова. Доложив начальству все полученные данные получили приказ возвращаться в институт и пока, до окончания разбирательств находиться на месте. Не долго думая Лекс с Сизовым и дополнительной охраной вернулись в институт.
  Наконец–то у Лекса появилось несколько спокойных дней и он занялся своей учебой и учебой своих учеников. Лекс показал им основные приёмы концентрации сознания, без которых невозможно использовать никакие типы заклинаний. Любой сбой во время создания рун может привести к трагическим последствиям. А ведь применять заклинания необходимо в различных условиях, в том числе и в боевых.
  На самом деле основная подготовка мага и заключается в обучении управления сознанием, ну и конечно в изучении уже известных заклинаний. Учитывая сложность этих заклинаний, серьезные требования предъявляются и к развитию памяти. Даже руны простейших щитов стихий состоят из сотен линий и запомнить их, с не подготовленным сознанием, невозможно. Поэтому тренировка мага на восемьдесят процентов состоит из тренировок тела и сознания и только на двадцать процентов занимают собственно сами заклинания.
  Для ускорения учебы Лекс применил к ученикам тот же эликсир, что и для подготовки разведчиков. С ним обучение проходит проще. Ученику в этом случае, сразу закладываются в память правильные образцы приёмов и физических и психологических. Конечно самому ученику это действие из за мерзкого вкуса используемого зелья, радости не доставляет, но на его долю остаётся только дальнейшая отработка до автоматизма усвоенных знаний. У мага все должно выполняться на уровне рефлекса. Это как для обычного человека способность дышать не думая о дыхании. Не научившись правильно дышать нельзя думать о беге.
  Вот для этого и нужен учитель. Если изначально процесс обучения не правильный, то хорошего мага из ученика не получится. Учитель обладая специальными возможностями, при наблюдении за учеником, сразу выявляет его ошибки и корректирует процесс обучения. Любая не обнаруженная ошибка, может в дальнейшем привести к смерти обучаемого. Для упрощения контроля за учениками у магов существуют специальные амулеты ученика. У Лекса в теневой сумке они тоже были и он снабдил их учеников. На самом деле этот амулет является простейшим блокиратором магических способностей, но с возможностью управления. Подзаряжается он от самого ученика, как раз откачивая у него магические силы. Учитель закладывает в амулет определённую стандартную руну или набор рун, в виде образца, и пока ученик не научится создавать именно такую руну, дальше он не продвинется и кроме неё, амулет не позволяет выполнять никаких заклинаний. Еще одной особенностью такого амулета, является способность произвольно во времени давать задание ученику на создание определённой руны, которая уже была выучена ранее. Время на выполнение при этом ограничено. Команда на выполнение может прийти и ночью во время сна. Пока ученик не научится быстро и правильно выполнять простейшие действия мага, дальше обучение не двигается.
  С помощью такого амулета маг–учитель снимает с себя большую часть нагрузки при обучении. Ему нужно только время от времени закладывать в амулет новые руны заклинания и контролировать окончательный процесс выполнения заданий. Учитывая много тысячелетний опыт обучения магов в мире Лекса, процесс обучения отработан до идеала и если у ученика есть тяга к знаниям, получение нового мага это просто вопрос времени.
  У Лекса амулеты ученика тоже были не совсем обычные. Там уже залиты все основные курсы рун и заклинания по базовым стихиям, и амулет сам открывал следующую руну при освоении предыдущей. Правда заклинания самые простые и большинство из бытовых, более сложные необходимо изучать только под руководством учителя, но для начала этого вполне должно хватить.
  Лексу оставался только контроль и исправление ошибок в обучении и он, вместе с примкнувшей к нему Леной, занялся изучением наук этого мира, по запомненным книгам из библиотек. При таком обучении у них обнаружился интересный эффект. Если они с Леной изучали различные дисциплины, то знания получали сразу оба, как будто каждый одновременно изучал эти знания. Это сильно ускоряло процесс обучения. Но это относилось только к знаниям изучаемым сейчас. То что Лена получила от Лекса при слиянии и наложении печатей, оставалось для неё просто информацией, как в справочнике и для освоения нужно научиться этим пользоваться, хотя такой процесс обучения и проходил у неё гораздо быстрее, чем при обычном обучении.
  Учитывая значительный объём знаний Лекса по множеству направлений, Лене предстояла огромная работа по изучению магических технологий его мира. Но время в их распоряжении было. Их никто не подгонял. Они занимались в свое удовольствие. Работы по зельеварению с учениками Лена тоже не прекращала.
  В конце недели Лексу опять улыбнулась удача. На выходной Лена вытащила его в поход на местный рынок. Местных денег у него скопилось достаточно много, поскольку все не используемые после продажи товаров и продовольствия деньги, Хомякова, на которую в конце концов свалили весь внешний товарооборот, сдавала Лексу. Лена под ручку с Лексом исходила весь рынок и накупила кучу вещей. Охрана их сопровождающая оказалась полностью загружена товаром. На вопрос Лекса зачем столько надо. Она только фыркнула и рассмеялась:
  — Это только вам мужикам достаточно шкуры на тело, а мы девушки любим красиво одеться. Да и не забывай у тебя сейчас не одна ученица, а студенты люди не богатые.
  — Да ладно, покупай что хочешь, только смотри охрана скоро надорвётся, — поднимая руки и сдаваясь, усмехнулся Лекс.
  — Чем смеяться лучше вызови нашу машину и пусть охрана грузит, — пихнула его в бок острым локотком Лена.
  — Да не вопрос, — немного отодвигаясь от неё пробормотал Лекс, вызывая по разговорнику начальника охраны.
  — Какая прелесть. Вот это то что надо, — неожиданно воскликнула Лена, утягивая Лекса к толстой бабке, куда–то между рядами.
  — И что там такое? — заинтересовался Лекс.
  — О, это жутко дорогущая вещь, о которой втайне мечтали все модницы Советского Союза, — восторженно зашептала ему на ухо Лена.
  Бабулька увидев потенциальную покупательницу, расплылась в довольной улыбке и стала нахваливать товар:
  — Красавица знает толк. Настоящие чулочки из Америки. Чистый нейлон. Недавно привезли американские моряки в Мурманск.
  — Покупай все, не пожалеешь. Девчонки будут в восторге, — опять пихнула Лекса Лена.
  — Да без проблем, — ответил Лекс и без торга вытащил и отдал бабульке целую пачку денег, на которую та ошарашенно уставилась.
  — Я тебя люблю, — отходя от бабульки и целуя Лекса прошептала Лена.
  — Я знаю и я тебя люблю, — довольно обнимая её, ответил он.
  — А вот увидишь меня в этих чулочках ещё больше полюбишь, — улыбнулась она.
  — Да что тут необычного, чулки как чулки, — рассматривая одну из пар пробормотал Лекс, — Похоже на шелк только немного тоньше, да и тянутся сильнее.
  Он для интереса выпустил магический щуп и начал исследовать объект. Чем больше он на него смотрел, тем больше приходил в недоумение. С виду обычная ткань, только тянется хорошо и тонкая. Но внутри. Она как бы живая, и как бы не живая, но не мёртвая как у некромантов и абсолютно одинаковая. И вот тут у него что–то переключилось в мозгу. Он сразу вспомнил, где он встречал такую похожую структуру. Это материал основы стационарных порталов, который натягивают маги на арку перехода. Пространственные руны хорошо крепятся только к одинаковым структурам.
  Его теневая сумка имела такую же основу. Такой материал портальные маги делают десятилетиями и стоимость основы зашкаливает за стоимость годового дохода некоторых государств. Да и на самом деле, там где маги ставили портал, со временем образовывалось новое государство или огромный город. Лекс ошарашенно потряс головой, пытаясь прийти в себя. Потом он опять обследовал щупом чулок. Абсолютно точно. Полностью похожая структура. Даже намного лучше, ровнее и однороднее. Лена почувствовала его состояние.
  — Что случилось, дорогой? — по мыслеречи спросила она.
  — Сама посмотри, — Лекс сбросил ей пакетом результаты обследования и собственные выводы.
  — Это значит — мы можем быть сказочно богаты? — удивленно спросила она.
  — Не все так радужно, — отрицательно покачал готовой тот и пояснил, — Если кто нибудь, у меня в мире, узнает что здесь основы порталов продают по медной монетке пучок, то мы не просто богатые, мы сказочно богатые трупы.
  — Не переживай милый, — ободрила его Лена с ехидной улыбкой, ласково поглаживая по голове. — Ты и так числишься там трупом. Так что одним трупом больше, одним меньше, какая разница.
  — Об этом я как–то не подумал, — пробормотал Лекс, прижимая её к себе и уже злорадно продолжил. — Если мы туда вернёмся, там будет не одним трупом больше.
  — Вот это правильно. МЫ вернёмся и боюсь они малым количеством трупов не отделаются. Может мне серьезно некромагией заняться. Чтобы поднимать и убивать, а потом опять поднимать и убивать. За то что преследовали моего мужа. Хотя некоторых я прощу, за то что ты попал сюда и ко мне вообще, — стала рассуждать Лена, довольно поглядывая на Лекса.
  — Злобная ты моя, — обнимая рукой девушку и прижимая к себе прошептал Лекс, опять целуя её и указывая на чулки добавил, — тут у тебя так много интересного, что мне надо некоторое время, для освоения всего вкусного. А туда МЫ обязательно вернёмся и кроме того, некромагия иногда неплохо работает, так что учить ты её все равно будешь.
  Довольные, они ещё несколько раз прочесали рынок и охрана практически полностью заполнила пришедшую машину различными покупками.
  Через неделю после похищения Сизова, с Лексом связался Сталин.
  — Тут у нас возникли не большие проблемы с некоторыми недальновидными руководителями и во избежание недоразумений вам на некоторое время желательно скрыться, — не торопясь произнёс он.
  — Это связано с похищением Сизова? — уточнил Лекс.
  — Да и мне обидно признать, что у нас находятся люди в партии, считающие себя умнее других и не считающиеся с мнением руководства, — недовольно подтвердил Сталин.
  — Вы думаете мне что–нибудь угрожает? — усмехнулся Лекс.
  — Ну я не настолько тупой, чтобы представлять, что вам может серьезно что–то угрожать в нашем мире, — рассмеялся Сталин и добавил — но могут пострадать люди из вашего окружения, а это не очень хорошо. Об институте ещё мало кто знает, а вот ваши с Сизовым фамилии уже вышли за пределы секретных служб.
  — Тогда у меня встречное предложение. Тут недавно мне попались в руки некоторые вещи из Америки. Я интересовался, технология производства у вас не известна, а мне желательно посмотреть как это все делается. Так что я наверное проедусь посмотрю? — закинул удочку Лекс.
  — Кого возьмёте с собой? — через некоторое время спросил Сталин, понимая что удержать Лекса он никак не сможет.
  — Да Сизова и заберу, ну ещё и Лену, — ответил Лекс.
  — Тогда у меня к вам встречное предложение. Тут на днях из Мурманска отходит в Америку транспорт с нашей торговой делегацией по закупкам. Я считаю, что вы можете войти в состав делегации. В этом случае вам проще будет договариваться с американцами, — подумав предложил Сталин.
  — Я не против, — согласился Лекс.
  (Лекс: — Вот Лис, и согласился и под присмотром оставил. Одно слово правитель.)
  — Тогда я пришлю за вами самолет, поскольку члены делегации уже в Мурманске. И ещё, не смогли бы вы произвести его модернизацию, по тому же типу что и два самолета летающие на вашу базу, — с явно слышимой усмешкой произнёс Сталин.
  — Хорошо, — согласился Лекс.
  (Лекс: — Нет, каков жук, я ещё и должен остался.)
  — Ну и как я вас купил? — рассмеялся Сталин.
  — Ничего, все вполне в пределах приличий. По сравнению с некоторыми нашими правителями вы идеал повелителя и мне приятно с вами работать, — отозвался Лекс.
  — Поскольку у нас достаточно хорошие отношения и как мне представляется менять сторону вы не собираетесь, давайте разыграем и противников и союзников. Представим вас третьей стороной, с значительной долей самостоятельности, но в некотором смысле подчинённые мне. Что они там подумают, я конечно не знаю, но тогда снизится давление на СССР по поводу использования новых технологий, а то у меня под дверями в ряд уже союзнички выстраиваются. А в этом случае я сошлюсь на то, что контроль за этими технологиями находится не у меня. Что в общем то в реальности и происходит, — предложил Сталин.
  — Я не возражаю, и можете быть уверены для меня дружеские отношения намного выше денежных. Деньги приходят и уходят, а вот настоящие друзья всегда остаются, — ответил Лекс.
  
  Глава 13. Путешествие в Америку.
  
  Пассажирский самолет DC-3, американского производства, очень похожий на самолеты обслуживающие партизанскую базу, уже к вечеру был на аэродроме института. Весь следующий день Лекс с Леной работали над его модернизацией. Теперь они делали настоящего летающего голема. Если у двух других самолетов использовались только магические щиты и големы стрелковых установок, то этот переделали в голема полностью.
  Причем по прежнему один передний щит воздуха обеспечивал самолет скоростью, а второй нижний давал грузоподъёмность. Третий включался в режиме локатора и гарантировал безопасность от пуль и снарядов. Причем обычно он работал в режиме щупа и только при обнаружении опасности переходил в режим силового щита в месте обнаружения опасности. Вместо пулемёта на верхней части фюзеляжа Лекс установил тридцати миллиметровую зенитку подчинённого голема. Основным големом был корпус самолета вместе с двигателями. Зарядка использовалась такая же как и на подводной лодке. Еще, для точного определения своего местонахождения, Лекс установил на него поисковый артефакт настроенный на маяк привода подводных лодок, который он создал ранее в штабе Северного флота. Кроме того, он в кабину встроил систему управления температурой.
  Лена же развернула работы в салоне. Она переделала все откидные стульчики вдоль борта в удобные раскладные кресла и обшила их прочным материалом с партизанской базы. Весь пассажирский салон тоже отделала светло зеленой тканью собственного производства. Конечно не забыла отгородить и кабинку общего пользования, необходимую для длительных полётов. Несколько иллюминаторов она превратила в бинокли по принципу очков ночного зрения, удалив при этом модуль идентификации, чтобы каждый мог пользоваться. Для удобства полёта на большой высоте она установила пару ёмкостей с грибками для производства кислорода. Герметичность кабины обеспечивал сам голем. Винты самолета работали как от двигателей, так и на магическом приводе. Для удобства пассажиров на борту установили трофейную немецкую, много диапазонную, радиостанцию и переделанный на магический принцип проигрыватель пластинок. Приготовить или разогреть пищу можно на небольшой электрической печке. В общем получился маленький летающий дом.
  
  Совещание в кабинете Сталина.
  — Товарищ Сталин, а вы не боитесь, что такой перспективный объект переметнётся за границу, к союзникам, — спросил Берия, с сомнением теребя бумажную папку на столе.
  — Что вы думаете по этому вопросу, товарищ Меркулов? — спросил Сталин у третьего члена совещания.
  — Думаю, не переметнётся, товарищ Сталин. Ему это не выгодно. Здесь у него уже есть положение, договорённости, соглашения и люди, а там надо начинать все с нуля. К тому же судя по знанию языков, он много где побывал. Так что если бы хотел, то мог остановиться и в другом месте, — быстро ответил Меркулов.
  — Я согласен с таким мнением, — кивнул головой Сталин.
  — Но он же ещё может передать секретные технологии? — возразил Берия.
  — А вы уже разобрались в этих технологиях? — с прищуром глядя на Берию, улыбнулся Сталин.
  — Не получается. Пока, не получается, — стушевался тот.
  — Два месяца лучшие умы страны изучают полученные образцы и даже ничего не могут сказать? — смотря на Берию, как на нерадивого школьника, спросил у него Сталин.
  — Кроме того первого отчёта, новых данных не появилось, даже непонятно за что ухватиться, — грустно подтвердил Берия.
  — И вы считаете у наших союзников за границей ученые намного лучше наших и они с этим разберутся? — ехидно поинтересовался Сталин, он то вполне понимал почему ученые страны не могут разобраться с новыми технологиями.
  — Не думаю, что на много лучше и значит вряд ли разберутся, — отрицательно покачал головой Берия.
  — Как вы думаете товарищ Меркулов, не пора ли посвятить товарища Берию в некоторые аспекты работы с товарищем Лешим? — продолжая внимательно смотреть на Берию, спросил Сталин у Меркулова.
  — Я думаю пора. Поскольку его работа зашла в тупик, — согласился Меркулов.
  Берия удивленно переводил взгляд с одного на другого, ничего не понимая. Сталин спокойно раскурил трубку и через некоторое время спросил, — А вам товарищ Берия, не докладывали об улучшении моего самочувствия?
  — Так точно, докладывали, — удивленно ответил тот.
  — И вас это не удивило? — улыбнулся Сталин.
  — Да вроде ничего странного в докладе не было, —непонимающе покачал головой Берия.
  — Это очень хорошо, — переглянувшись с Меркуловым, произнёс Сталин и ткнув трубкой в сторону Берии, пояснил. — Мы с товарищем Меркуловым изначально старались не посвящать вас в особенности работы с товарищем Лешим. Это было сделано для того, чтобы могли существовать два не зависимых взгляда на все особенности этого дела. Поскольку ваша работа по нему не привела к каким–либо серьезным результатам, можно считать что наша с товарищем Меркуловым точка зрения окажется более правильной, поскольку может объяснить некоторые вопросы по работе с этим человеком.
  Других людей пока привлекать к работе с ним в полном объёме мы не собираемся, а вам для дальнейшей деятельности понадобится нужная информация.
  И дальше Сталин не прерываясь рассказал Берии всю информацию по Лешему и про магию, и про другие миры и даже про возможности магов, из полученного у Лекса учебника. Некоторое время Берия приходил в себя обдумывая полученные сведения. Конечно он понял, что вся информация полностью достоверна. Да и она отлично поясняла все моменты вокруг этого непонятного человека.
  — И вы по прежнему думаете, что там за границей не имея этих сведений в чем–нибудь разберутся? — спросил Сталин у уже приходящего в себя подчинённого.
  — Я думаю не разберутся. Так же как я не разобрался, — задумчиво покачал головой Берия.
  — Ну а то, что от нас к ним утекут какие–либо устройства, так это не очень страшно. Я думаю все равно придётся делиться. Некоторые военные представители союзников и так на нас подозрительно смотрят, учитывая как наше небольшое количество подводных лодок прикрывают Северное и Балтийское моря, — произнёс Сталин.
  — К тому же Леший вместе с Сизовым смотрятся, как обычные молодые функционеры НКВД и за их достаточно короткий срок пребывания за границей там ничего не успеют понять. Мы к тому времени почистим тут наши конюшни, чтобы отбить у наших некоторых партийных товарищей лишний интерес к новому отделу НКВД и продумаем более правильную технологию использования попавших в наши руки возможностей, — добавил Меркулов.
  
  На аэродроме под Мурманском, куда прилетел самолет с Лексом, Леной и Сизовым их уже встречал председатель делегации. Оказалось Сталин заранее предупредил его о прилёте представителей НКВД, пожелания которых нужно рассматривать в приоритетном режиме. Учитывая и так серьезный вес этой организации в стране, не уделить особое внимание таким людям тот не мог. Принимая во внимание достаточно холодную температуру в ноябре, да ещё на продуваемом всеми ветрами аэродроме, его вместе с одним сопровождающим пригласили в самолет.
  — Самсонов Олег Васильевич, руководитель торговой делегации, — представился он, — а это наш штатный переводчик Яранов Сергей Михайлович, — также представил он своего сопровождающего.
  Лексу, как самому старшему по званию, пришлось представить остальных. Причем Лену он представил одновременно и как жену и как секретаря. Увидев многозначительный обмен взглядами между собой у вновь прибывших, Лекс тут же пояснил:
  — Она на самом деле моя помощница и по многим вопросом её мнение имеет приоритет. Жена кстати она тоже самая настоящая, — при этом мыслеречью добавил Лене — особенно учитывая что ты мой основной источник по этому миру, а кроме этого ученица, да и ещё много ещё чего.
  — И вам, для сведения, — продолжила Лена его вступительную речь, тоже внимательно посмотрев на собеседников, — если у вас в делегации есть смазливые вертихвостки и они только попытаются подкатить к моему мужу, хвосты и перья повыдёргиваю и уши бантиком завяжу. Так можете и передать.
  — Она это может, — довольно кивая головой, подтвердил слова Лены Лекс.
  — Кстати, если у них хвостов и перьев нет, то она их сначала им сделает, а уже потом поотрывает, — с серьезным лицом, но едва сдерживая смех, подтвердил молчавший до этого Сизов.
  — Есть одна такая, наша вторая переводчица. Учитывая серьезность ваших сообщений я пожалуй предупрежу её заранее, — слегка поклонившись и приложив руку к сердцу с серьезной миной на лице произнёс Самсонов, а потом хитро поглядывая на Лекса спросил, — А если вы сами подкатите к нашей Оленьке?
  — Ну тогда возможны варианты не только с хвостами и перьями, — задумчиво протянул вслух Лекс, а Лене по мыслеречи добавил, — явно надо с тобой по некромагии позаниматься серьезно, а то что–нибудь напортачишь.
  — Ага, — только и сказала Лена, довольно, взглядом хозяйки, посматривая на Лекса.
  — Похоже мы разрядили официальную обстановку. Не люблю ваши хождения вокруг да около. Располагайтесь как вам удобно. Поговорим, — сам усаживаясь в кресло, произнёс Лекс.
  Все последовали его примеру. Только Лена достала из шкафчика ранее перенесённые туда из теневой сумки продукты и напитки и расставила их на специальном переносном столике.
  — Хорошо живут сотрудники вашего ведомства, — усмехнулся Самсонов устраиваясь на удобном кресле.
  — Не все и не всегда, — криво усмехнулся Сизов, вспоминая свое похищение, — например неделю назад в это же время меня пинали ногами и гладили кулаком по куполу. Так что не все и не всегда сладкие пироги кушаем.
  — То что вы не кабинетные работники и так видно, — согласился Самсонов кивая на награды на груди встречающих. Сталин действительно не поскупился на это. Все деяния людей связанных с Лексом отмечались очень скрупулезно. Даже на груди у Лены красовались два боевых ордена Красного Знамени, полученных за оборону партизанской базы. У Сизова и Лекса наград было больше, а учитывая звезду героя на груди Лекса, вручённую ему представителем Сталина перед самым вылетом из Москвы, это производило впечатление.
  — Немного повоевали, — подтвердил Сизов.
  — Если это немного, то я лучше помолчу, — удивленно пробормотал Самсонов.
  — Да вот дела всякие не дают как–то повоевать, — аккуратно нарезая мясо на тарелку, пожаловался Сизов.
  — Может пилотов тоже пригласим, — спросил переводчик.
  — А что их приглашать, — усмехнулся Сизов, кивая на Лекса, — вон он напротив вас сидит и лыбится.
  — Ну тогда тем более понятно, откуда такие награды, — согласился Самсонов и вдруг встрепенулся, — а не вы ли тот пилот, что недавно тут не вдалеке за один бой шесть немецких самолетов сбили.
  — Было такое дело, — подтвердил Лекс, уже разливая вино по бокалам. Дальше беседа потекла уже проще. Что–то рассказывал Самсонов, что–то остальные. Переводчик предпочитал помалкивать. Оказалось, что делегация ехала в Америку для окончательного согласования текущего списка поставок по ленд–лизу в ближайшее время, а также чтобы выбрать новые объекты поставок из предложенного списка. Некоторые позиции необходимо проверить реально и только потом принимать решение о поставках. Это относилось и к окончательным продуктам типа самолетов, танков, машин и тому подобное, а также и к различным материалам и провианту.
  Как пояснил Самсонов, хотя договора заключены уже давно, почти с начала войны, поставки только пошли и то не в полном объёме. Сама делегация состояла всего из шести человек, разбирающихся в особенностях промышленности и двух переводчиков. Уже в конце разговора Самсонов сказал:
  — У вас тут так хорошо, что и уходить не хочется, а то в гостинице уже холодрыга, а ждать подготовки транспорта ещё целую неделю.
  — Так в чем проблема, — немного подумав Лекс предложил, — Вызывайте своих. Грузимся в самолет и полетели.
  — Позвольте но у вас дальности не хватит, а с посадками на захваченной территории сложности, — удивился Самсонов, не понимая как такое может предложить лётчик этого самолета.
  — Это не проблема, у нас самолет специальный, дальнемагистральный и частых заправок не требует, — не стал вдаваться в подробности Лекс.
  — А договориться с союзниками? Это же все через МИД делать надо, — возразил тот с недоумением.
  — Попробуем обойтись, — беспечно ответил Лекс и достав разговорник связался со Сталиным. Он объяснил ему ситуацию и предложил прямой полет в Америку на этом самолете.
  — А вы уверены что долетите ? — спросил Сталин, после полученных объяснений.
  — Этому самолету все равно как лететь и куда. Хоть через полюс, — подтвердил Лекс.
  — Прямо через северный полюс? —немного удивился Сталин и на некоторое время задумался, а потом произнёс, — А что. Это пожалуй будет очень хорошим решением. Конечно только в том случае если вы гарантируете такую возможность.
  — Гарантирую. Эта птичка пока ещё плавать не научилась, а уж долетит куда угодно —чуть усмехнувшись, ответил ему Лекс.
  — В таком случае я дам задание МИДу для согласования полёта, — произнёс Сталин и затем уточнил. — До Вашингтона долетите?
  — Без проблем, долетим, — ответил Лекс, проконсультировавшись по мыслеречи с Леной. Он ещё не очень хорошо знал расположение других городов мира на карте.
  — Вы там пока не очень высовывайтесь, нам надо подготовиться, — попросил Сталин, намекая на договорённости с Лексом.
  — Я понял. Самолет в полном порядке, от старого не отличишь. Даже дадим полазить и заправить. Пусть почешут затылки, — успокоил его Лекс.
  — Ну тогда. Разрешаю. Летите завтра. Нам нужен день для согласования. Я думаю американцы очень захотят посмотреть, как мы ухитримся долететь до них через северный полюс, — согласился Сталин и завершил разговор.
  Все это время и Самсонов и его переводчик сидели с открытыми ртами. Вот так запросто человек говорит с самим Сталиным, что–то там предлагает. Только теперь до них дошло, с кем они теперь будут путешествовать. Кроме того, у Самсонова тоже был с собой разговорник и инструкцию к нему он читал очень внимательно, да и расписывался за секретность в соответствующем бланке. Хотя инструкция и была достаточно короткой, всего несколько абзацев, но то, что в группе разговорников только семь, он помнил. Значит Лекс входит в группу с самим Сталиным, а по той скорости с которой тот ответил, похоже этот разговорник Сталин всегда носит с собой. Только этот факт убивал наповал все остальное.
  Хотя и девять тысяч километров по стуже и без дозаправки тоже весьма впечатляют. То, что самолет сам по себе необычный, это он заметил сразу как только вошёл. Все таки полетать по Союзу по делам наркомата пришлось достаточно. Договорившись о завтрашнем вылете Самсонов, с переводчиком двинулись в гостиницу собирать вещи и обрадовать состав делегации об изменении планов и записи всех в герои, в добровольно принудительном порядке. Перелет через полюс конечно уже был, но не в таком составе и не на таком самолете. Хотя уверенность пилота и вселяла некоторую надежду, но все таки было боязно, да и отказаться уже нельзя.
  Сразу после ухода Самсонова, в гости пришли командир полка истребителей и знакомые лётчики с подарками и гулянка понеслась с новой силой. Только к утру гости разошлись и хозяева прилегли отдохнуть. Часов в десять прибежал дежурный и сообщил, что вылет им уже разрешили после пяти вечера и к этому времени их заправят топливом. Также он сообщил, что делегация прибудет на самолет к четырем. Учитывая наличие женщин, Лекс попросил Лену немного доделать салон, отгородив часть помещения для женщин. Также надо подумать, чтобы кресла легко преобразовывались в спальные места, поскольку полет может занимать достаточно продолжительное время. Лекс не собирался показывать посторонним реально возможную скорость самолета. Зачем плодить в дальнейшем дополнительные проблемы, показывая собственные возможности.
  Лена прекрасно справилась с заданием. Часть салона самолета прилегающую к кабине пилота Лена отделила от остального помещения, перегородкой. Оборудовала там на всякий случай три спальных места, шкафчик с зеркалом и удобный откидной стульчик. Все это прикрыла подвижной ширмой, для обеспечения прохода из основного помещения в кабину пилотов. Ей конечно бы хватило и кресла второго пилота рядом с Лексом, но необходимо учитывать и наличие других представителей женского пола. Еще, уже с помощью Лекса, они оборудовали в хвосте небольшую кабинку для душа, куда Лена под его руководством напихала кучу небольших бытовых заклинаний, которые обеспечивали нагрев, охлаждение воды, чистку и глажку одежды и ещё различные функции для удобства.
  Все это было сделано таким образом, чтобы обычный человек мог этим пользоваться и все выглядело, как простые устройства. Например сушка, чистка и глажка одежды производилась в отдельном ящике. Сушка кожи и волос представлялась простым встроенным в стену феном. Конечно фен на всю стенку выглядел не привычно, но ничем особенным не казался. Да и зеркало во всю стену на другой стороне душа, выглядело так же вызывающе. Регулирование нагрева воды осуществлялось с помощью обычных ручек, как в кранах холодной и горячей воды.
  Все необходимые материалы для переделки были предоставлены персоналом аэродрома, точнее они просто указали на целую свалку разбитых самолетов на краю лётного поля, где они выбирали необходимые запчасти. Поскольку предполагалось достаточно длительное путешествие, Лена дополнительно произвела украшение основного салона. На иллюминаторы она повесила красивые зеленые занавесочки, изготовленные из материалов произведённых на базе. На пол постелила теплые ковры, стребованные у Лекса из запасов теневой сумки. Ковры очень похожи на хорошие персидские и отличить их от таких на взгляд, невозможно. Кухня тоже немного разрослась. Добавился вместительный шкаф для провизии, часть из которого была под управлением заклинания охлаждения и представляла собой обычный холодильник. Другая часть содержала различные не портящиеся продукты типа круп, сухих концентратов, сахара и других продуктов.
  Поскольку и Лена и Лекс были любителями сладкого, они целую полку заставили различными баночками с мёдом и вареньем. Ну и конечно не забыли винную продукцию. На всякий случай, в самом хвосте самолета предусмотрели небольшой грузовой отсек, чтобы была отговорка откуда может взяться та или иная вещь в будущем. В общем постарались, чтобы в дальнейшем, как можно меньше светить необычными возможностями. Самолет должен казаться необычным, но не невозможным.
  К середине дня, когда уже закончили все переделки, Лексу опять повезло. В одном из разбитых самолетов обнаружился не упокоенный дух одного из пилотов. Договориться о посмертном существовании с духом удалось очень легко и Лекс привязал его к самолету, предоставив полное управление големом. Конечно несколько часов пришлось повозиться, чтобы научить его разговаривать и командовать миражом управления, но учитывая опыт при модернизации подводной лодки, это было не так сложно, да и дух пилота ещё не начал рассеиваться и не потерял своих знаний.
  В мире Лекса подчинить себе духа очень тяжело, и если не было дополнительной подпитки, они самостоятельно существовали очень мало времени и требовали гигантских ресурсов для подчинения. Тут же магический фон планеты позволял духам, при подходящем случае, существовать длительное время, используя только оставшиеся запасы аурной энергии, да и для подчинения не требовалось значительных расходов энергии, поскольку дух долго сохранял некоторое подобие сознания и с ним можно просто договориться. Лекс для удобства назвал его Амур, если расшифровать, то автоматический модуль управления рейдером. Поскольку самолет по возможностям уже напоминал морской корабль такого типа, только летающий. Оставалось только ждать приезда делегации и отправляться в путь.
  Сюрпризы для Лекса на этом не закончились. Неожиданно в составе делегации он обнаружил настоящую ведьму. Ведьма или ведьмак, а в некоторых племенах его мира шаман или шаманка это настоящие маги, только не правильно инициированные. То есть управление и наблюдение потоками им не доступно, поскольку при инициации в таком мощном магическом поле они сразу бы погибли, но вот управление аурой и различными духами вполне возможно и нужно сказать возможности эти совсем не игрушечные. Если обнаруживались такие люди в его мире и в дальнейшем правильно инициировались подготовленным и знающим архимагом, то получались аурные маги, а это очень мощные маги жизни и смерти, причём эти направления объединялись в одном человеке и не конфликтовали друг с другом. То есть этот маг мог одновременно применять и заклинания жизни и заклинания смерти, что для других магов не доступно.
  Ольга Горева не случайно попала в делегацию наркомата тяжелой промышленности, отбывающую в Америку. При своем небольшом возрасте, в двадцать пять лет, она профессионально владела четырьмя языками. Мать с детства учила её английскому, немецкому, испанскому и французскому. Отцом её, как говорила мать, был настоящий граф, которых где–то сгинул на просторах страны в революцию. Хорошо, что их отношения были не официальными и нигде не были зарегистрированы. Поэтому никакие репрессии их семью не коснулись. Мать с дочкой вовремя уехали в Сибирь к бабке, в небольшой городок на железной дороге, у которой и жили все время. И мать и бабка, потомственная ведунья, не жалели сил на воспитание и обучение дочки. Мать работала учительницей иностранных языков и литературы в школе, там же училась и Ольга. Бабка учила её пользоваться травами и заговорами. Их семью в городке хорошо знали из за бабки, обладающей очень скверным для посторонних характером. Местное начальство старалось особенно их не трогать. Раньше уже наблюдались случаи, после которых, некоторых особо ретивых представителей, иногда и закапывали, но уличить в чем–то эту семейку не было возможности.
  После школы Ольга, неожиданно для всех, поступила в техническое училище на специальность — машиниста. Учитывая её способности к обучению, закончить училище с отличием, труда не составило. Еще после практики, в местном депо ей предложили остаться здесь мастером. Возможности полученные от бабки по наблюдению за аурой, Ольга перенесла на механизмы. Заниматься лечением больных у неё душа не лежала, а вот так диагностировать поломки механизмов, кроме неё никто не умел.
  Ведь и у металлов и других материалов есть небольшая аура, а в механизмах она сливается в единую ауру, по которой и можно определить работоспособность механизма и все его недостатки. Еще бы, после нескольких взглядов определить неисправность, паровоза или тепловоза и определить необходимый ремонт никто не мог и ценить такого специалиста можно на вес золота, её и ценили.
  В наркомате Ольга оказалась по чистой случайности. Пожилой инженер, один из представителей наркомата, проверял работу ремонтного депо и пару месяцев жил в городке. Соответственно он заметил перспективного специалиста, точнее специалистку и предложил перейти к нему в помощники, а узнав, что к знанию машин добавляется и знания иностранных языков, тем более постарался приложить все возможности к переманиванию такого специалиста к себе в штат. Такой шаг начальства был совсем в духе того времени.
  Молодые специалисты, с хорошим багажом знаний, легко поднимались наверх по ступеням карьерной лестницы. Кроме того Ольга была очень красивой девушкой. Вот тут многих самцов, падких на такой мёд, ждал серьезный облом. Видя ауру человека, не представляло труда узнать его истинные желания, а нормального человека, которому она бы по настоящему понравилась или в которого она сама бы влюбилась, как–то не попадалось. Некоторые из руководителей, попытавшиеся своими возможностями надавить на Ольгу с целью временного сожительства, быстро оказывались на больничных койках. Ольга не забывала, то чему её научила бабушка. Через некоторое время за ней твердо закрепилась кличка черной вдовы, хотя замужем она никогда не была. Мужской персонал наркомата даже стал ставки делать, на появляющихся время от времени ухажеров. Ольге уже начало становиться скучно на такой работе и она стала подумывать о возвращении в свое родное депо, но тут началась война. При составлении делегации, руководство учло её знание иностранных языков и включила туда в качестве переводчицы.
  Целую неделю они провели в Мурманске дожидаясь формирования конвоя. Ольга почти не покидала комнату в общежитии, которую она делила с местной докторшей, присланной недавно из Москвы, для усиления персонала местного госпиталя. Книги взятые в местной библиотеке её устраивали больше, чем интерес местных самцов. Неожиданно все изменилось. Однажды вечером, после встречи начальством ещё одной части делегации на аэродроме, прибежал сильно озадаченный руководитель делегации Самсонов и приказал собираться на завтра к отбытию. На вопрос о готовности конвоя он только буркнул, что они не поплывут, а полетят. Допрос сопровождающего, его второго переводчика Сергея, немного прояснил ситуацию, но добавил гораздо больше вопросов.
  Только совсем недавно, перед войной, вся страна отмечала подвиг советских лётчиков по перелёту через северный полюс, а тут полет на обычном транспортном самолете на ещё большее расстояние, как–то не укладывался в обычные рамки. Конечно Ольга много помоталась по стране, по различным заводам, с заданиями от наркомата и видела тоже достаточно много современной техники. Но вот таких дальних пассажирских самолетов она не встречала даже в чертежах, и даже не слышала об этом. Это наводило на серьезные размышления. Кроме того, сведения о том, что самолет из состава лётного отряда НКВД и под управлением большого чина из этой организации, тоже давали пищу для размышлений.
  К утру, каким–то образом, информация о том, что пассажирский самолет полетит в Америку через северный полюс, стала известна всему персоналу аэродрома. Если первое время это вызывало полное недоумение, то как только стало известно, что на этом самолете летит сам Леший, для персонала все вопросы были сразу сняты. После объяснений полученных Ольгой от местных, кое–что для неё тоже прояснилось. Оказалось, что Леший как раз и есть тот пилот, который спас, в том числе живущую рядом с ней докторшу и сбил при этом за один полет шесть немецких истребителей.
  По достоверным агентурным сведениям местного персонала, подводники тоже боготворят этого человека и чуть ли не молятся на него. Что он для них сделал не известно. Все молчат как партизаны, лишь глаза закатывают. Но однозначно известно, что после его прошлого приезда результативность действий северного, в основном подводного, флота взлетела вверх ракетой. Соответственно дождь наград посыпался на подводников как с водопада. По мнению этих подводников, если товарищ Леший соберется добираться в Америку через два полюса, то они этому не удивятся и будут уверены, что он туда доберётся.
  Вот с такими мыслями она и шагала к самолету, расположенному на самом краю аэродрома. Уже издали что–то царапало её взгляд. Чем ближе она подходила, тем явственнее для её взгляда проступала плотная дымка вокруг самолета. Такого она ещё никогда не видела. Аура самолеты казалась настолько плотной, что если бы не серый цвет, то Ольга подумала бы что это аура живого человека. Самой близкой из известных ей аур, была аура духа или привидения, но уж слишком она большая и плотная для привидения. Но когда она увидела кто встречает делегацию, она просто превратилась в столб и тупо таращилась на встречающих. Вот такого она точно никогда не видела. Что бы у людей была такая аура, она просто не представляла, а тут таких оказалось двое.
  Аура молодого мужчины в форме большого чина НКВД и молоденькой девушки в форме сержанта НКВД просто подавляла. Огромное золотистое облако пронизанное различными цветными каналами на десяток метров окружало этих людей. Ольга даже проанализировать это поле не смогла. Их аурные отпечатки не поддавались анализу. У неё даже закрались сомнения, а люди ли они. Когда по аурам пробежали волны удивления, а потом и радости соответствующие обычным человеческим эмоциям, она поняла что это все таки люди и они каким–то образом узнали её и наверное определили возможности, и что самое важное вполне по доброму относятся к ней или даже обрадовались её присутствию.
  Сразу после официального знакомства, Лена, так звали эту девушку, утащила её в специальный закуток перед пилотской кабиной и вывалила на неё такой объём информации, что у Ольги просто голова пошла кругом. Ну то, что она является потомственной ведьмой, Ольга и так знала, но то, что на Земле существуют ещё и маги или волшебники, она даже представить не могла. Приведенные Леной доказательства не оставили камня на камне от её сомнений. Конечно, её самостоятельно летающий чемодан или небольшой шарик шаровой молнии, уютно устроившийся на руке девушки, более чем серьезное доказательство существовании магии.
  — Почему вокруг самолета серая дымка? —сразу поинтересовалась она у Лены.
  — Скорее всего ты видишь Амура или голема, а может и их вместе, — немного подумав, ответила Лена.
  — А кто это? — удивленно спросила Ольга.
  — Ну голем это управляемая магом или магическим конструктом, типа амулета или артефакта, неживая механическая конструкция из различных стихий, — совсем непонятно пояснила Лена.
  — А амур? — все же продолжала интересоваться Ольга.
  — Амур это дух или привидение. Я ещё не добралась до этого раздела магии и плохо разбираюсь чем они отличаются. Хотя могу познакомить, — довольно рассмеялась Лена.
  — Как познакомить? — удивилась Ольга, не понимая о чем говорит новая подруга.
  — Да элементарно, — ответила Лена и произнесла, — Амурчик, хочешь познакомиться с красавицей?
  — Эх, ну почему я раньше такую девушку не встретил, — вдруг раздался грустный голос откуда–то из пространства.
  — Кто это? — не поняла Ольга, озираясь по сторонам.
  — Я же сказала, это Амур. Ну дух … Короче… Собственно он тут на самолете всем теперь и управляет, — пояснила Лена и более подробно описала особенности самолета, правда при этом пояснила Ольге, что об этом никто не знает и узнать не должен, поскольку сам Сталин попросил Лекса не афишировать свои возможности и маскировать все под обычные вещи и события. Также Лена рассказала Ольге о том, что та может стать очень сильным магом в некоторых разделах магии, правда только когда они попадут на базу. Пока она выдала Ольге небольшой учебник по основам магии, для самостоятельного изучения. Они ещё достаточно долго говорили на разные темы и даже не заметили как самолет поднялся в воздух и начал свой полет.
  Между разговорами и по объяснениям Лены, Ольга вдруг поняла почему такие одинаковые и необычные ауры у этих людей. Они просто любят друг друга хотя и родились в разных мирах. Даже у обычных людей в таких парах, ауры со временем становятся похожими, а тут шли процессы ещё сложнее. По пояснениям Лены выходило, что они могут замаскировать с помощью заклинаний Лекса собственные ауры по любому образцу, но не хотят этого делать, поскольку не собираются скрываться в этом мире. Теперь для Ольги также стала понятна заинтересованность Сталина в этих людях. Даже не зная всех их возможностей, она стала абсолютно уверенной, что полет через полюс в Америку не представит труда для этой парочки и ей вдруг стало понятно, её жизнь изменилась и эти изменения ей уже нравятся.
  Как только Лекс понял, что встретил природную ведьму, он сразу по мыслеречи передал Лене просьбу рассказать этой девушке все и постараться привлечь её в свою команду, поскольку потенциальными магами такой силы не разбрасываются. Сам Лекс вместе с Сизовым занялся устройством делегации и знакомством их с особенностями самолета, конечно без объяснения как это устроено. Когда все устроились он ушел в пилотскую кабину и дал команду голему взлетать, а потом через некоторое время после взлёта, вернулся в общую кабину. Там как раз собрались все. Народ сразу впал в ступор. Как же, самолет летит, а пилот прохлаждается в салоне.
  — Можете на меня не таращиться. Самолет с экспериментальным оборудованием и снабжен автопилотом, — пояснил для всех Лекс. Хотя в реальности наверное так и было, поскольку контролировал голема дух настоящего пилота.
  — От вас уже не знаешь что ожидать, — передёрнул плечами, сбрасывая напряжение, руководитель делегации Самсонов, — это же надо как самолет отделали. Тут годами жить можно. Все условия получше чем в любой гостинице.
  — Так это и есть самолет для инспекций. Сам Сталин попросил его сделать. Мы просто проводим окончательные испытания, — объяснил Лекс, усаживаясь на одно из свободных кресел.
  — Тогда все становится понятно, — кивнул головой Самсонов, принимая это объяснение, под которое вполне попадали все особенности этого самолета.
  — Если кто не в курсе, лететь нам около 9 тысяч километров, ещё больше тридцати часов. Так что на девушках кухня и еда, а мы мужчины будем отдыхать, — бросив хитрый взгляд на Лену, произнёс Лекс. Конечно самолет мог лететь и быстрее, но Лекс решил не афишировать возможную скорость и лететь на крейсерской, — в триста километров в час.
  — Ну рабовладелец, я тебе это припомню, — показав язык Лексу, притворно нахмурилась Лена, а потом выпалила, — Но маленькими подарками ты теперь не отделаешься.
  Их лёгкая пикировка ослабила напряжённость в салоне, поскольку никто не представлял, как вести себя в обществе этих сотрудников НКВД. Лекс начал интересоваться у членов делегации, кто чем будет в Америке заниматься и куда собирается ехать. Пока девушки гремели тарелками в кухонном закутке, разговор распался на группы по интересам. Сизов с двумя сотрудниками курирующими направление по радиотехнике и энергетике стал увлеченно расспрашивать их об оборудовании производимом в Америке, в частности о устройствах записи на магнитной ленте. Задачу достать при случае небольшое количество таких устройств поставило ему руководство. Лекс расспрашивал химиков, которые должны осуществлять закупки материалов. Он очень хотел попасть на заводы фирмы дюпон. Ему нужно добраться до производителей нейлона и даже если не удасться получить технологию производства, то можно будет осуществлять заказы. Остальные тихо переговаривались между собой обсуждая неожиданно начавшееся путешествие. Когда Лена с Ольгой расставили еду на столе, все опять были поражены многообразию блюд да и самой посудой куда эта еда была уложена.
  — И не надо на нас так смотреть, мы не волшебницы. Все приготовлено в столовой и нам пришлось только подогреть, — рассмеялась Лена, осматривая удивленные физиономии. «Ага, кто бы говорил, ещё какая волшебница» — подумала Ольга, ведь она сама видела, как нагревались тарелки в руках Лены. Посуда тоже произвела впечатление. Все сделано из тончайшего хрусталя. Лекс расщедрился и использовал посуду своего мира хранящуюся в теневой сумке, хотя там такого добра вполне предостаточно. Учитель в путешествиях частенько покупал понравившиеся ему вещи и как правило в значительных количествах. Посуда использованная для обеда, как раз из таких запасов. За некоторые работы, произведённые Лексом для подгорных мастеров, те расплатились посудой собственного изготовления, а все что обычно изготавливали гномы было высочайшего качества. Этот набор посуды содержал растительные орнаменты. Орнамент высочайшей сложности как бы обвивал бока предметов. Отблески света подсвечивали изнутри мельчайшие детали изображений. Лекс его выбрал специально, поскольку подобные или похожие растения встречались в этом мире, а вот объяснить наличие не известных животных из других наборов было бы проблематично.
  — Я конечно был на стекольных заводах, но ничего подобного не видел, — с трудом выдохнул Самсонов, рассматривая такую красоту.
  — И не увидите, — подтвердил Лекс, — ручная работа, специально по заказу Сталина.
  — Все равно, это произведение искусства и даже использовать такие вещи боязно, им бы в музее стоять, — выразил общее время один из сотрудников делегации.
  — А вы попробуйте почувствовать себя, как на царском приёме, когда ещё доведётся попользоваться такими возможностями. Да и пыль в глаза американским капиталистам пустить не мешало бы. Вы ведь не хотите, что бы они думали, что мы до сих пор едим из деревянных тарелок деревянными ложками, — довольная произведённым эффектом, пояснила Лена.
  Вняв её словам и бурчанию собственных желудков, все принялись за еду. Конечно такой ужин весь состав делегации запомнят надолго. Чего только не было на столе, и рыба нескольких сортов, и мясо, тоже нескольких видов, даже гусь запечённый в яблоках и тот присутствовал. А уж выбор блюд из грибов, закусок и салатов был и того больше. Вино нескольких сортов тоже присутствовало. Иногда не представляло возможности определить из чего изготовлено то или иное блюдо.
  — Если американцы увидят такой стол, удавятся от зависти, — пробормотал старичок, сидевший рядом с Лексом, инженер по сплавам, Филимонов, — я даже в лучшие времена российской империи так не питался.
  — Так для этого все и делается, — пояснил Лекс, глянув на него, — Вы думаете мы не пригласим кого–нибудь из них к столу?
  — Пожалуй, вы хорошо изучали психологию, молодой человек. Сытый человек — добрый человек, а в данном случае нам это очень выгодно, —задумчиво кивнув, согласился тот.
  — Я все таки не понимаю из чего сделано это блюдо, — спросил Самсонов Лену, ткнув пальцем на одну из тарелок.
  — А вы как думаете? — спросила его Лена.
  — Трудно сказать, но похоже на каким–то образом обработанное мясо, хотя я и не совсем уверен, — сомневаясь в ответе ответил тот.
  — И правильно сомневаетесь, — ответила Лена, — это всего лишь грибы. Половина этих блюд изготовлено из грибов, да и некоторые виды хлеба сделаны из грибной муки.
  — Да это просто невозможно, — удивился переводчик Яранов.
  — Вполне возможно? Просто надо уметь готовить. К вашему сведению вот тот, жёлтенький напиток в графинчике тоже сделан из грибов, — указала на стол Лена.
  — Ну тогда мы просто уже ничего не понимаю, — с недоумением покачал головой Самсонов.
  — И ничего не поймёте, у вас не хватает информации для анализа, — добавил Лекс.
  — Большая часть провианта на этом столе произведена, на партизанской базе и у нас там в подземных пещерах грибные плантации, — пояснила Лена, удивленным людям.
  — Вот откуда у вас столько наград, а я то все думал, где вы могли так отметиться, — хлопнул себя по лбу Самсонов.
  — А вы думали мне награды дали за красивые глазки? — усмехнулась Лена.
  — Ну мало ли у начальства любимиц или любовниц бывает, — виновато пожал плечами тот.
  — За таких любимиц все начальники ещё доплачивать должны, — довольно усмехнулся Лекс, а потом сказал Лене в слух, — Не хочет ли любимица показать фокус с режиками, — а сам по мыслеречи добавил, — покидайся немного малым комплектом, только не спеши. Ни к чему другим знать твои полные возможности.
  Малым комплектом являлся в сбруе воина тени, набор метательных ножей, крепящийся на бедро, на специальном узком поясе.
  — Да не вопрос, сейчас покажем, — согласилась Лена и попросила Ольгу повесить деревянную разделочную доску на проход в дальнем конце салона, что та и сделала. После чего Лена нагло завернула край юбки со стороны правой ноги, где на удивительно стройной ножке в нейлоновом чулке и показалась закреплённая перевязь с метательными ножами. Быстрыми, резкими движениями она доставала ножи и хлесткими кистевыми движениями металла их в доску. Процесс занял мало времени, но на доске расцвел фантастический цветок розы, в качестве лепестков которого фигурировали метательные ножи, всаженные в доску под различными углами.
  — Ух ты, я тоже так хочу, — раздался голос Ольги, после некоторого удивленного затишья в салоне.
  — Как только, так сразу, — подмигнула ей Лена, намекая на первый разговор после знакомства.
  — Я так думаю, на второй ножке то же самое, — задумчиво пробормотал Филимонов.
  — Как вы догадались? — кокетливо опуская задранную юбку с загадочной улыбкой произнесла Лена.
  — У меня просто нет слов, — выдохнул Самсонов.
  — Ну ни хрена себе, — пробормотал переводчик подойдя к доске и пытаясь достать один из ножей из доски. Ничего у него не получилось. Он с удивлением по пристальнее рассмотрел воткнутые изделия. По краю каждого ножа, шла обратная насечка, что серьезно затрудняло извлечение ножа при обратном ходе. Только с силой, раскачивая нож, ему удалось извлечь его из доски.
  — Идеальная балансировка, настоящий профессионал делал, — опять пробормотал он, подкидывая нож на руке.
  Еще некоторое время все расспрашивали Лену на различные темы. Та немного рассказала им о жизни партизанской базы, показала некоторые товары которые производятся там, их ранее загрузили в кладовку из теневой сумки Лекса. Очень подробно её расспрашивали и о боях проведённых партизанами. Хотя Лена рассказывала обо всем подробно, она не касалась технологий производства, да и магические артефакты, тоже в её рассказе не фигурировали.
  Через некоторое время наговорившись, все отправились отдыхать. Весь следующий день опять велись разговоры. Все познакомились с хозяевами самолета поближе и многое рассказали о себе. Очень понравилось всем рассматривать местность под крылом самолета в иллюминаторы, которые Лена настроила как бинокли. Хотя местность и была однообразной, но что–то притягивало взгляд в этой белой пустыне.
  Почти целый день крутили различные пластинки на проигрывателе. Опять же понравилось качество звука. Некоторые даже интересовались заводом изготовителем этого чуда, и только узнав, что это экспериментальные образцы спецлаборатории и возможно через некоторое время такие устройства появятся в промышленности, отставали.
  Лекс расспросил Ольгу о её жизни и родственниках. Узнав что и мать и бабушка тоже владеют некоторыми способностями, он ещё сильнее обрадовался. Обнаружить семейку ведьм, даже в его мире было большой удачей. Если магу или магическому дому магов удавалось получить себе в услужение и затем доучить даже одну ведьму, их магический рейтинг среди магов сильно повышался. Так хорошо работать с аурой и духами многие маги просто не умели, да и возможностей у них таких не было.
  Кроме того, Лекс ускоренным темпом учил с её помощью английский язык, поскольку пользоваться транслятором конечно проще, но вот читать с ним никак не получится, да и если прослушивать разговор с транслятором на магнитофоне, о котором все уши прожужжал Сизов, то будет слышна чужая непонятная речь. Афишировать родной язык в Америке Лекс не собирался.
  Уже к вечеру следующего дня, на подлёте к Канаде их самолет встретили истребители береговой охраны и сопровождали почётным эскортом на протяжении всего перелёта через страну, а потом передали четверке встречающих американских истребителей. В Вашингтон они прибыли поздно вечером, но толпа присутствующая на аэродроме даже сверху выглядела огромной. Не каждый день в страну прибывает делегация Советского Союза на самолете, через северный полюс. Такого события ни репортеры, ни простые обыватели пропустить не могли.
  По договорённости с Самсоновым Лекс представлялся просто пилотом, Лена считалась бортпроводницей, а Сизов охранником. Свои знаки различия они поснимали. Делегацию после встречающих речей отправили на машинах устраиваться в отель, а они остались на самолете. Сам самолет отогнали тягачом на крайнюю стоянку, возле ремонтных ангаров аэродрома. Через небольшое время к ним пожаловала другая местная делегация, состоящая из персонала обслуживания аэродрома и лётчиков. Начались очередные расспросы и рассказы. Особым вниманием пользовалась конечно девушка. Местные ухажеры так и крутились вокруг неё. Разговоры приносили значительную пользу. Многое здесь оказалось совсем не так как в Союзе. Через некоторое время Лекс осознал, эта страна представляла собой обычную торговую империю, где правят самые богатые кланы. Теперь он понял, как с максимальной пользой провести это время. Он не раз в своем мире посещал и некоторое время жил в таких империях, где все крутится вокруг денег.
  — Лекс выручай, — сообщила Лена по мыслеречи, — этот жирный индюк не даёт нормально пообщаться с людьми, а сам задаёт тупые вопросы. Я конечно могу отлупить его, но как это будет выглядеть.
  Возле Лены сидел шкафоподобный парень и что–то лопотал ей в ушко, стараясь поудобнее приобнять.
  — Ну ка перенаправь его на меня, — ответил так же Лекс.
  — А вот эти вопросы можете задать моему мужу, — громко сказала Лена, отодвигаясь от ухажера.
  — Это кто тут муж у такой красавицы. Мы его немного подвинем, — рассмеялся парень и снова попытался придвинуться к Лене. Ему это не удалось, что–то мешало. Этим что–то оказалась рука Лекса, лежащая у него на плече. Тот попытался движением плеча скинуть эту руку, но не тут то было, она даже не шелохнулась и плечо не сдвинулось ни на миллиметр. Он попытался встать, но опять ничего не получилось. С таким же успехом он мог подняться с гранитной плитой на плече. Местные заметили его неуклюжие попытки освободиться и начали улыбаться.
  — Ну что Тимоти, некоторых мужей похоже не так просто сдвинуть, — подколол его один из местных, который раньше представился как Рей Джонс, старший техник по самолетам.
  — Это мы ещё посмотрим, — прошипел тот, пытаясь подняться или отодрать руку Лекса от своего плеча, что ему никак не удавалось.
  — Мальчик немного не рассчитал норму вина, — усмехнулся Лекс, чуть чуть сжимая захват. От этого лицо парня перекосилось и он начал хватать ртом воздух. Было видно, что ему очень больно и только сила воли не позволяет ему заорать во все горло.
  — Понял. Я все понял, — едва прошипел он.
  — Ну вот и ладненько, — сообщил ему Лекс и выпустил плечо из своего захвата, а потом медленно разгладил рукой, смятую одежду на его плече и отошёл к другой группе.
  — Вот так Тимоти и твой корабль может налететь на рифы, — весело рассмеялся Рей, хлопнув его по другому плечу.
  — У вашего мужа не руки а тиски, мисс. Каким спортом он занимается? — потирая плечо произнёс парень.
  — Лучше не спрашивайте, — пожала плечами Лена.
  — Ну почему же, не только ему интересно. Тимоти наш чемпион штата по боксу и то, как я вижу, спасовал, — поддержал того Рей.
  — Тебя бы в эти тиски, — пробормотал тот, продолжая массировать плечо.
  — Мой муж спортом не занимается, ему некогда, — ответила Лена.
  — Ну чем–то же он занимается, — не отставал Рей.
  — Сейчас воюет, — опять пожала плечами Лена.
  — Как вижу он пилот гражданского самолета, где же он воюет, — поинтересовался Рей.
  — Его просто попросили прокатиться с делегацией в Америку, — пояснила Лена.
  — Ничего себе, прокатиться через северный полюс. Я только подумаю об этом, страшно становится, — передёрнул плечами Рей. — А кстати, как вам вообще это удалось на таком самолете? Насколько я знаю у него максимум горючки на три тысячи километров хватит, а тут девять.
  — Ну это вопрос не ко мне. Мое дело обеспечивать уют в доме, — ушла от ответа Лена.
  — А почему не приказали, а попросили? Разве он не в армии? — ухватился за ответ Тимоти.
  — В армии, — кивнула Лена, — только он сейчас редко летает.
  — Как это пилот и редко летает! — удивился Рей.
  — Так с ним никто связываться не хочет, если он летит, то немцы предпочитают отсиживаться на земле, — улыбнулась Лена.
  — На чем он летает? — продолжал расспросы Рей.
  — На штурмовике, — честно ответила Лена.
  — Немецкие асы боятся штурмовика? — удивился Тимоти.
  — А не из тех ли штурмовиков, которые без номеров, — хитро поглядывая на Лену, задал вопрос Рей.
  — Сами же все знаете, а меня расспрашиваете. Ничего я не знаю и ничего не слышала, — подмигнула ему Лена, логично подумав, что Рей наверняка связан с разведкой. Еще некоторое время велись разговоры на различные темы, а потом все засобирались на отдых, поскольку наступила уже поздняя ночь.
  Перед уходом представителей принимающей стороны, Лекс задержал Рея и попросил:
  — Тут нам немного деньжат не помешало бы, да и продать есть что. Может посодействуете.
  — Почему бы не посодействовать, за небольшую плату, — легко согласился тот.
  — Пять процентов ваши, — понял его Лекс.
  — Согласен, что продаём? — поинтересовался тот.
  — Есть у меня пол тонны материи. Точнее десять тюков. Цену назначишь сам, если сойдемся, то поставки можно наладить в большем объёме с конвоями. Много конечно не будет, но нам на расходы хватит. Материя зеленого и белого цвета. Слабо проводит тепло, Не промокает. Мягкая и лёгкая. Прочная на разрыв. Образцы в пакете. Там же образец изделия, точнее лёгкий комбинезон. Может использоваться лётчиками или разведкой, поскольку имеет подходящие свойства, — подробнее рассказал Лекс и протянул ему объёмный пакет.
  — Хорошо, я предложу знакомым. Но заранее ничего не обещаю, — согласился Рей, забирая пакет и вышел из самолета.
  — Наверняка часть материи пристроим и денежки появятся. А то мне не хочется светить собственными камешками и золотом. Скорее всего у вас такого не будет, а лишние следы нам ни к чему, — пояснил Лекс Лене по мыслеречи.
  Только Сизов остался не доволен встречей с местными, поскольку языка он не знал и практически просидел все время в уголке, изредка с помощью Лекса или Лены отвечая на вопросы. Отправив посетителей, они закрылись в самолете и легли отдыхать.
  Утром их разбудили и миниатюрная девушка из аэродромного обслуживания предложила отвести их в местную столовую. Хотя они могли подкрепиться и в самолете, все таки решили для интереса съездить. Загрузившись в небольшой, тентованный автомобиль, они поехали. Машинка резво бежала по плитам. Девушка прекрасно говорила на русском языке, поскольку была дочерью русской эмигрантки, вышедшей замуж за американца.
  Как понял Лекс, этот американец сейчас был главным на ремонтной базе на этом аэродроме. Соответственно ему удалось пристроить дочь на работу как ремонтника, хотя девушек сюда брали не охотно, но теперь она явно пригодилась, поскольку больше не удалось найти никого из знающих русский язык. Ее закрепили, вместе с машиной, за русскими лётчиками на время их прибывания здесь. Девушку звали Натали Бенсон и она непринуждённо болтала всю дорогу. За пятнадцать минут поездки она умудрилась сообщить всю информацию по машине на которой ехали, рассказать о своей семье и о самолете, который только что сел.
  В столовой кормили не очень, хотя выбор был не маленький. Пища оказалась не совсем привычной. Как такового первого не было, вместо него была разнообразная каша, ещё можно выбрать что–то из мяса и рыбы и запивать это соками или другими напитками, но для разнообразия можно было и так питаться. Когда они уже закончили есть и выходили из столовой, их выловил отец девушки Боб Бенсон. Это оказался мужчина лет пятидесяти, тоже небольшого роста но с таким же темпераментом как и дочка. Он не секунды не мог стоять спокойно на месте и говорил фразы, как будто выстреливал их из пулемёта.
  Оказалось к нему первому обратился Рей с предложением Лекса о продаже материи и на этом торговая операция Рея практически прекратилась, поскольку Бенсон сразу оценил достоинства комбинезона. Для ремонтников это то, что нужно. Тепло. Не промокает. Легкий и удобный. Бенсон сразу предложил высокую цену — десять долларов за метр, поскольку побоялся что такая ткань уйдет на сторону. Сам комбинезон ему тоже понравился. Его форма была достаточно продуманной, даже специальные клапаны в нужных местах для обеспечения циркуляции и регуляции притока воздуха, были предусмотрены и управлялись соответствующими шнуровками. Конечно, как же ему не быть продуманным, если Лекс содрал его форму с эльфийских одежд.
  Поинтересовавшись у Лекса, запатентована ли эта одежда и обнаружив, что патента нет и русские даже не знают что это такое, он сразу вдохновился и предложил свои услуги в патентовании комбинезона и пошиве таких одежд из материала Лекса. Соответственно он запросил у Лекса тридцать процентов прибыли, но он берет на себя все работы по патентованию и пошиву. Как оказалось, у этого человека знакомые были везде. Один из них владел небольшой мастерской по пошиву одежды и мог выполнить срочный заказ. Учитывая скорый приход зимы, Бенсон хотел переодеть весь подчинённый персонал. Чинить самолеты при холоде или дожде очень тяжело, а делать это приходится частенько. Лекс предварительно дал согласие на это, но попросил подождать несколько минут и предупредил, что ему необходимо посовещаться с компаньонами, которые собственно и производят этот материал. Конечно он соврал на счет компаньонов, но со Сталиным поговорить все таки надо. Он обещал ему без согласования никаких серьезных шагов не предпринимать. Выйдя на улицу, он вызвал Сталина по разговорнику:
  — Товарищ Сталин! Тут у меня есть возможность вполне официально создать с местными небольшую фирму по пошиву комбинезонов, как у наших разведчиков. Как вы на это посмотрите?
  — Материя как я думаю ваша? А как она будет попадать к американцам? — поинтересовался тот.
  — Корабли по лендлизу все равно назад почти пустые будут идти. Вот туда и загрузим. Пока немного надо, — предложил Лекс.
  — А какая польза от этого будет Советскому Союзу? — спросил Сталин.
  — Я думаю вам лишние швейные машинки не помешают, а то нашим партизанам очень понравились шить на таких устройствах и я планирую докупить некоторое количество. Да и шьем мы теперь в основном форму и комбинезоны для солдат, так что вам прямая выгода будет, — пояснил свое предложение Лекс.
  — Ну что же я согласен, — согласился Сталин, а потом через паузу добавил, — Даже можете продать, только по хорошим ценам, некоторое количество ваших очков и разговорников.
  — Что сильно союзники донимают? — понял Лекс.
  — Хуже пиратов. Сами пока только на словах помогают, а что–то требуют. Информация о новых устройствах расползается понемногу, — тяжело вздохнул Сталин.
  — Ничего, у меня небольшой запас есть с собой. Продам, не за дёшево, — согласился Лекс.
  — А союзники не смогут разобраться в ваших устройствах и потом повторить их? — поинтересовался Сталин.
  — Ну ваши же ученые наверняка не разобрались. Я думаю и эти не разберутся, — усмехнулся Лекс, а потом пояснил, — Для того чтобы с этим разобраться нужна целая ветвь науки, сравнимая с вашей физикой, а её на пустом месте построить невозможно. Так что не переживайте. Только наше новое отделение академии наук, с моими учениками, сможет разобраться и то не очень скоро. Слишком много нового и вам пока непонятного нужно осмыслить.
  — Хорошо. Только сами там не засветитесь. Ни вам ни нам это не нужно, — предостерёг Сталин.
  — Да понимаю я. Буду стараться особенно не высовываться. В крайнем случае я думаю всплывут только сведения по моей работе в НКВД, — предположил Лекс, соглашаясь с собеседником. На этом, попрощавшись со Сталиным, Лекс закончил разговор и вернулся к Бенсону.
  — Ну что же, господин Бенсон, мой компаньон согласился с вами работать, — сообщил он ему.
  — Не понял? — удивился тот, — вы же ни кому не звонили.
  — У меня переносная радиостанция, всегда с собой. Так что связь с партнёрами я поддерживаю постоянно, — с безразличным видом пояснил пожимая плечами Лекс.
  — А где ваш партнёр находится если не секрет? — недоверчиво поинтересовался Бенсон.
  — Не секрет. В Советском Союзе. Там у него собственная фабрика, — усмехнулся своим мыслям Лекс, поскольку у него там на самом деле есть фабрика и он являлся партнёром самому себе, а Сталин являлся просто хорошим союзником.
  — Как это возможно? Никакая переносная радиостанция не достанет отсюда до Советской России. Я уж знаю. Не первый год обслуживаю самолеты. Нет таких станций, — не поверил Бенсон.
  — У вас нет, а у нас есть, — состроив хитрую рожу, с превосходством сообщил ему Лекс.
  — Ну не может такого быть, — опять не поверил тот.
  — Может. Может, — кивнул головой Лекс подтверждая свои слова, — у меня с собой даже запасной комплект есть. Вот только стоит такая станция очень дорого.
  — Если это правда и у вас в России делают мощные маленькие радиостанции, то они должны стоить огромных денег. А сколько действительно стоят? — уже засомневался Бенсон.
  — Десять тысяч штука, — выдал ему Лекс.
  — Долларов?!! Десять тысяч долларов?!! Ну ни чего себе у вас и цены. Да даже мощная стационарная радиостанция больше восьми тысяч не стоит, — обескураженно возразил Бенсон.
  — Ваша не стоит, а моя стоит. Очень уж сложная штука. Но зато много преимуществ, — пожал плечами Лекс.
  — Ни какие преимущества не стоят такой цены, — не согласился Бенсон.
  — А если эта радиостанция, умещается в ладони, держит связь на любом расстоянии и в том числе под землёй и под водой, ни чем не перехватывается и не может быть использована другим человеком. Правда есть и ограничение, она может соединяться только с семью аналогичными станциями, — серьезно посмотрев на Бенсона, Лекс достал из кармана разговорник и показал ему.
  — Вы меня разыгрываете, эта штука не может быть радиостанцией, — опять не поверил ему Бенсон.
  — А если я вам в долг выдам комплект таких станций из семи штук, поверите? — не смущаясь и не обижаясь спросил у него Лекс.
  — Если в долг… — уже засомневался Бенсон, — а если она сломается?
  — Если сломается, то долг прощается. Если конечно вы их молотком долбить не будете, —слегка усмехнулся Лекс, подумав при этом, что пожалуй только в топке можно испортить такой разговорник.
  — Семьдесят тысяч долларов….. Какие деньги! — с сомнением протянул Бенсон.
  — Вы предложите своему начальству, тоже в долг попробовать, по пятнадцать, если конечно им понравятся эти штуки. При торге скиньте до двенадцати. Если все получится, две тысячи с каждой будут ваши, — посоветовал ему Лекс. Сразу стало видно как защёлкал счетчик в голове Бенсона и загорелись его глаза. Лекс, не долго думая, достал из теневой сумки, которую он взял с собой по привычке, готовый не активированный набор разговорников и инструкции к ним и выдал на руки Бенсону. — Тук конечно инструкция на русском, но я думаю вы разберётесь.
  Потом, наклонившись к нему, он понизив голос прошептал, — Эти штуки работают на собственных аккумуляторах, а ведь за их зарядку тоже можно брать деньги. Ничем другим зарядить эту штуку не удастся, а зарядная станция будет у вас в руках. Хотя по инструкции у таких станций заряда на триста часов непрерывных разговоров, но когда–то это время заканчивается. Так что есть смысл открыть фирму по обслуживанию этих устройств. Да и ещё, некоторые услуги по повторной активации устройств, можно только этой зарядкой делать. Саму зарядку я вам попозже отдам и научу с ней работать. Она у меня на самолете. Подъезжайте попозже к самолету, я вам выдам материю, а заодно и зарядку получите.
  Озадаченный, но довольный Бенсон умчался разбираться с устройствами и договариваться со знакомыми по поводу материи. Они же вернулись на той же машине к самолету. Поскольку особо делать было нечего, Сизов уселся за радиоприёмник пытаясь поймать что–нибудь русское. Лекс с Леной занялись текущей учебой, точнее даже не текущей, а перспективной. После разговора с Бенсоном Лекс подумал, а почему бы не доделать разговорник для переговоров и с помощью радиоволн. Задача уж очень интересная. Прочитав учебники, книги и справочники по радиотехнике, конечно ещё не все, которые имелись в его библиотеке диагноста, он представлял как это все должно работать, но вот как в реальности все это устроить, пока было непонятно.
  На самом деле он ещё на базе исследовал радиостанцию разведчиков. Она, во время работы, представляла собой своеобразный и совсем слабый магический источник. Правда с таким видом источника Лекс у себя в мире не встречался, хотя и знал очень похожий тип излучения, встречающийся при возникновении природных молний или при применение некоторых заклинаний школы огня. Провозившись до обеда, ему удалось подобрать некоторые аналоги процессов обработки сигнала в рации на базе магических рун и по крайней мере теперь можно попытаться воспроизвести аналог рации на магических элементах.
  Времени додумать процесс до конца ему не дали. Приехал Бенсон с дочкой, которая была у него вместо водителя и потребовал материю, потому что с пошивочной он уже договорился. Мужчины быстро покидали тюки с материей в багажник и Бенсон, так как русские отказались ехать в столовую, оставив дочь с ними, умчался пристраивать материю. Пред этим Лекс ещё выдал ему зарядку с инструкцией и произвёл его первичную привязку к этой зарядке. Также он сообщил ему о том, что если начальству новинка понравится, то он предоставит ещё десяток комплектов разговорника.
  Лена, вместе с Натали занялись подготовкой обеда, а Лекс опять погрузился в дебри магических рун. Задача оказалась очень сложной и многие компоненты приходилось стыковать друг к другу впервые. Вообще в магии все строится на совместимости рун. Зачастую любую проблему можно решить используя всего пару тройку рун, но вот накладываться друг на друга они не могут. Зачастую руны различных школ магии конфликтуют между собой и прямое решение не проходит. Маги разбивают цепочки и связки заклинаний на части из совместимых школ, а потом все это стыкуют между собой с помощью специальных рун из нейтральных школ. Вот тут то и имеет значение огромнейший накопленный опыт школы артефакторов. Те имели слабые магические способности от природы, но как правило могли оперировать большим количеством магических каналов своего тела. Каналы то маленькие и не накладываются друг на друга, соответственно артефактор может одновременно оперировать рунами различных школ, держа их рядом и при этом создавая руны нейтральных школ для изоляции и соединения противоречивых рун.
  Лена не стала отрывать Лекса от работы. Они с Натали сварили обед из запасов самолетного шкафа- холодильника и потом вместе с Сизовым прикончили его часть, оставив кое–что на ужин и для Лекса. Лена специально не использовала готовые блюда из холодильника или из теневой сумки, а готовила новые, поскольку явно предполагала, что Натали будет обо все расспрашивать местная разведка. Ведь не каждый день через полюс прибываю делегации.
  Лекс не прерываясь проработал до вечера. Процесс создания нового заклинания просто захватил его. Он первый раз попытался срастить напрямую знания магической и физической школы. Конечно частично он это уже делал в виде магического локатора или щита позволяющего увеличить скорость объекта, но вот чтобы полностью использовать физические законы в магии или магические в физике, это он делал впервые. До конца работу довести не дали. Вечером, вместе с Бенсоном, приехало в гости большое аэродромное начальство.
  Полковник Джо Адамс, начальник специального вашингтонского аэродрома вертел в руках принесённую ему его подчинённым, начальником ремчасти Бенсоном, небольшую зеленую тряпочку. Вроде ничего непонятного, но как–то необычно она выглядела. Ничего подобного он никогда не видел. Материал представлял собой явно прочную ткань, поскольку нити были тонкими, но прилегали друг к другу очень плотно. Вот только остальное было не совсем понятно. С одной стороны ткань выглядела как достаточно плотный шелк, а с другой была мягкой и ворсистой. Да и сама ткань намного легче обычной.
  — И что ты мне приволок? — проворчал он, поднимая глаза на Бенсона.
  — А ты водички налей, или брось эту штуку туда, — посоветовал тот, подавая ему с тумбочки стеклянную банку, которая была Адамсу вместо графина. Адамс послушался подчинённого, этот пройдоха ничего просто так не делал и не советовал, хоть и болтал зачастую без умолку. Он погрузил кусок материи в банку и затем вытащил его. Материал остался абсолютно сухим. После нескольких погружений результат остался прежним.
  — Ну и что? — вопросительно глядя на подчинённого спросил он.
  — А теперь так, — сказал Бенсон, забирая клочок у шефа и опять макнул его в банку. Казалось ничего не произошло. Тряпка вроде осталось сухой. Но как только Бенсон повернул материю другой стороной к полу, откуда–то из материи на пол скатились несколько капель.
  — А объяснить, — удивленно смотря на Бенсона, сказал Адамс.
  — Ну если коротко, то после небольшого исследования оказалось, что материал не совсем прост, и как его сделали непонятно, но эффекты своеобразные. Первое — материал очень лёгкий. Второе — имеет водоотталкивающие свойства, правда с одной стороны, точнее с мягкой присутствует односторонняя водопроницаемость. То есть вода внутрь материала попадает в небольшом количестве, а вот наружу не возвращается. В третьих — если волокна параллельно земле, то вода в них накапливается, если перпендикулярно, то сразу сливается, как будто там внутри насос стоит. В четвертых — не рвется, по прочности не уступает нескольким слоям брезента. В пятых — режется только очень острыми ножницами.
  — И что с этим делать? — не понимая, что от него хочет Бенсон, спросил Адамс.
  — Вот эту штуку. Надевай. — довольно улыбнулся Бенсон, доставая из своей сумки, зелёный комбинезон.
  Понимая, что просто так его подчинённый, а на гражданке даже друг, ничего делать не будет, Адамс снял свою верхнюю одежду и влез в комбинезон. Бенсон подтянул в некоторых местах специальные шнуровки, за счет чего поверхность комбинезона местами немного сморщилась, но облегла фигуру шефа достаточно плотно.
  — И как ты себя чувствуешь? — с интересом спросил он шефа.
  — А ты знаешь, очень неплохо, — произнёс тот, несколько раз присев и повернув туловище в разные стороны, — не жмёт, не давит, не мешает. Да и размерчик подходит. Чувствую себя комфортно.
  — Это ты так думаешь, — улыбнулся Бенсон, — А что ты скажешь, если мне этот комбинезончик тоже по размерчику.
  — Не понял, — удивился Адамс, оглядывая на много меньшего и по росту и по объёму подчинённого.
  — Вот и я тоже сначала не понял, — покачал головой тот, — только когда в эту же одёжку влез Тимоти, ну ты помнишь наш боксёр и точно также почувствовал себя в своей одежде, я немного начал разбираться. Кроме того, что материал немного тянется, стягивающие шнуровки расположены таким образом чтобы, как можно лучше подогнать одежду по фигуре. Но это ещё не все. Помнишь я говорил, что в разных направлениях вода проникает по разному. Так вот этот комбинезончик сшит так, что весь твой пот будет протекать в материю и сливаться к подошвам, где предусмотрен специальный клапан, причём не внутрь а наружу. В общем это не одежда, а произведение искусства и себе я пару штук точно захапаю.
  — И где ты нарыл это богатство? — заинтересовался Адамс.
  — Не поверишь. Русский пилот предложил. У него в России компаньон целой фабрикой владеет, — ответил тот.
  — В Советской России? Владелец фабрики? Не смеши мои тапочки, — возразил Адамс.
  — Вот и я не поверил, — кивнул головой Бенсон, но внимательно поглядев на шефа, который неуклюже стаскивал с себя комбинезон, продолжил, — но возможно это все таки правда. Поскольку это ещё не все. Что ты скажешь об этой штуке? — подал он ему небольшой, круглый медальон.
  — Обычный медальон. Выполнен конечно очень хорошо. Птичка красивая, — неопределённо хмыкнул Адамс, рассматривая вещицу.
  — А вот и не угадал, — довольно ухмыльнулся Бенсон, — можешь верить, можешь не верить. Я кстати тоже до сих пор не верю, но факты упрямая вещь. Так вот, это приёмопередатчик и я тебе скажу, такого я ещё не видел.
  — Не понял. Что значит приёмопередатчик? —опять удивленно взглянув на медальон в своей руке, спросил Адамс.
  — Я тоже сначала не понял, но это уже проверенный факт. На дальность конечно я не проверял, но все остальные сведения подтвердились. Вот почитай инструкцию. Я специально попросил дочку перевод с русского сделать, — сказал Бенсон и протянул шефу листок с рукописным текстом. Тот взял листок, поудобнее устроился в своем кресле и углубился в его изучение. Бенсон уселся в кресло напротив начальника и закурил. Через некоторое время, после неоднократного прочтения совсем небольшого текста, Адамс оторвал взгляд от листка и вновь стал внимательно рассматривать медальон.
  — Не могу поверить. Этого просто не может быть, — выдохнул он.
  — Может. Может, — оторвался от сигареты Бенсон и выпустил из рта кольца в воздух.
  — Как проверял? — поинтересовался Адамс.
  Бенсон забрал у него медальон и сначала вызвал и поговорил со своей дочерью, которая оказалась в это время на самолете у русских, а потом вызвал Тимоти, который в ангаре возился с каким–то двигателем. Адамс четко слышал разговор своего друга с этими людьми и не мог прийти в себя.
  — А теперь гвоздь программы, — довольно улыбнулся Бенсон, рассматривая потрясённую физиономию шефа и он соединился с одним из пилотов, который несколько часов назад вылетел с грузом в Ванкувер.
  — У меня просто нет слов. Если бы не видел, не поверил, — все ещё находясь под впечатлением демонстрации свойств медальона, пробормотал Адамс.
  — И заметьте шеф, эту штуку сделали русские и материю тоже они делают. Да и не верю я в то, что простой пилот без разрешения их всесильного НКВД что–то самостоятельно делать будет. К тому же, ещё один простой вопрос. Шеф, вот вы бы полетели в Россию на простом, пассажирском DC, да ещё через северный полюс? Я, например, ни за какие деньги не полечу, потому что знаю, самолет просто не долетит. А русские долетели. Неспроста это, шеф. Ох Неспроста, — задумчиво качая головой и опять выпуская кольца дыма, произнёс Бенсон.
  — То что это неспроста, я тоже понял, но об этом пусть начальство думает. Я так думаю оно само в шоке и пока не знает, что думать и что делать, а вот что делать нам? — согласился с подчинённым Адамс.
  — А что делать. Деньги делать, — пробормотал Бенсон и пояснил, — материю я уже брату на его фабрику пристроил. Он выкройки комбинезончика скопировал и готовится шить. Я думаю мы с ним неплохо на этом наваримся, даже с учетом всех дополнительных издержек. По десять долларов за метр такой ткани — это совсем немного. На один комбинезон пару метров уйдет, а стоить он будет под сотню. Даже если потом и скинем на половину, то двадцатник с каждого себе в карман положим. А вот с этими радиостанциями проблема. Дорогие они. Я просто не потяну. С нашим процентом, если согласимся их продавать они по пятнадцать тысяч штука, будут, а это серьезные деньги. Правда русский обещал в дальнейшем цены снизятся, но когда это будет и будет ли. Шеф, у вас связи в верхах посерьёзнее. Может закинете удочку. Такая штучка на самолете, корабле или подводной лодке ой как пригодится.
  — Пожалуй ты прав старина. Пусть большие дяди думают, а мы тут денежки пока пособираем, которые почти на дороге валяются, —задумчиво кивнул головой Адамс. — Что касается денег, то пожалуй давай один комплект возьмём себе, за счет расходов на ремонт. Насколько я понял за семь штук это под сто тысяч будет. Четыре штуки ты уже пристроил. Пятую я себе возьму, а ещё парочку мы нашим пилотам передадим, которые на дальних рейсах сидят. Проведем это как испытание новой техники. Так что, вот тебе записка. Двигай к казначею и бери деньги. Отдашь русскому и возьми у него ещё три комплекта. Я пока переговорю с друзьями. Наверняка они заинтересуются и тоже деньги выделят, хотя бы на первую партию, а там посмотрим. Ты с русскими связь не теряй. Мне кажется у них ещё что–то есть. Такие вещи на пустом месте не возникают, а материя и передатчики это вещи из различных опер, да и перелёт этот вообще ни в какие ворота не лезет. Так что я думаю наши русские союзники ещё смогут нас удивить.
  Закончив разговор и получив от Бенсона медальон, Адамс выпроводил друга улаживать дела и стал обзванивать своих приятелей из различных ведомств, согласовывая время встречи и попросив их приехать к нему вместе, чтобы несколько раз не повторяться. А надо сказать такие приятели у него нашлись во многих ведомствах. Услугами лётчиков этого аэродрома пользовались весьма значительные персоны.
  Бенсон, после приветствий, познакомил русских со своим шефом Джо Адамсом. Очень серьезный дядечка — подумал Лекс, рассматривая американца. Внушительная комплекция, совсем не заплывшая жиром, вместе с достаточно добродушным лицом, создавала полною иллюзию старшего дядюшки, но глаза выдавали наличие очень серьезного интеллекта. Такой человек зря свое время тратить не будет. Когда все устроились в салоне самолета, начался основной разговор из за которого и пожаловало начальство.
  — Господин Лекс, или может к вам лучше обращаться товарищ Лекс. Тут мой подчинённый принёс от вас забавную вещицу, хотя и очень уж дорогую, — со значением поглядывая на Лекса, произнёс Адамс.
  (Лекс. — Ух.. Какой опыт в обращении с людьми. В одном предложении куча скрытых смыслов. Если простой пилот согласится на господина, значит не боится испортить отношение с НКВД. Если изменится цена изделия, значит Лекс является отнюдь не рядовым членом делегации и наделён достаточно значительными правами и с ним имеет смысл вести какие–то дальнейшие переговоры.)
  — Обращайтесь как вам удобнее, — безразлично ответил Лекс, — а на счет цены можно договориться, если вы обеспечите нас в счет этой цены кое–каким оборудованием.
  (Адамс — Все таки мои друзья из разведки правы. Это не совсем пилот или точнее не только пилот.)
  — Тогда пожалуй, господин Лекс, я хотел бы уточнить какое оборудование вас интересует, — вежливо поинтересовался Адамс, пригубив предложенный Леной напиток в бокале и чуть не выронил этот бокал от неожиданности. Адамсу показалось, что вместе с удивительным вином, которое оказалось в этом бокале, по его пищеводу пробежал жидкий огонь и мгновенно растворился в его теле, принеся с собой бодрящее состояние. Как будто ты мгновенно омылся под водопадом, но при этом остался сухим, а бодрость и чистота мыслей не пропала.
  — Что это за чудо? — еле выдохнул он.
  — Да варим дома настоечку, для поднятия духа, в свободное от работы время, — ухмыльнулся Лекс, хитро поглядывая на удивленное лицо американца. Лекс ожидал нечто подобное, поскольку знал действие живой воды на организм человека и хотя эликсира в вине совсем мало, буквально несколько капель, но встряска организму все равно была значительной. Аналогичное вино очень ценилось в его мире и эльфы брали за него очень дорого. Здесь же Лекс просто добавил немного живой воды в бочку самодельного вина из партизанской базы и потом партизаны для него все это разлили по бутылкам.
  В это время Бенсон тоже попробовал напиток и его физиономия приобрела такое же выражения удивления, восторга и ещё много какие эмоции поочерёдно промелькнули на нем. Адамс, проследив за взглядом Лекса, улыбнулся, — Вы в очередной раз поразили меня, господин Лекс. Могу сразу признаться, что несколько раз за день удивить меня не удавалось ещё никому и это даёт мне надежду, что наши взаимоотношения будут очень плодотворными для обеих сторон. И кстати как называется ваше вино. Я бы не отказался от пары бутылок.
  (Лекс — Ага…, понравилось. Хитрый лис. А просто попросить нельзя, тогда придётся сильно уступать в переговорах, как первой стороне которая сама что–то попросила. Ну что же немного пойдём на уступки. Покажем что с нами можно договориться. Все равно будешь чувствовать себя обязанным).
  — Видите ли, господин Адамс, вино, как вы могли понять, очень своеобразное и стоимость его весьма значительна, но для деловых партнёров бутылочка найдётся, — ответил Лекс и попросил Лену достать из запасов одну бутылку, что та и сделала, принеся из кладовки специально подготовленную для этой цели бутылку и передала её Адамсу.
  — А все таки какова стоимость такой бутылочки? — поинтересовался Адамс, ставя бутылку на стол.
  — Тысяча долларов за штуку, — ответила ему Лена, получив соответствующее значение по мыслеречи от Лекса.
  — Хм, Не мало, — покачал головой Адамс (Адамс — Но и не очень много, за такой эффект. Да хороший коньяк дороже стоит. Черт… Я чувствую себя на пике формы. Даже если наши идиоты упрутся с покупками, я пожалуй буду договариваться с этим русским), а потом спросил, — О каком оборудовании вы упомянули?
  — Нам нужно оборудование для записи разговоров. У вас производят магнитофоны. Если мы договоримся, то вы на каждую нашу радиостанцию поставите один магнитофон. В этом случае мы на пару тысяч снизим цену устройства. Что, как я думаю, значительно больше цены за ваш магнитофон, но нас такой размен вполне устроит, поскольку в свободной продаже эти магнитофоны ещё не появились, как и наши радиостанции, — ответил Лекс, внимательно наблюдая за американцем.
  (Адамс: — Проклятие… Я недооценил этого русского. Он явно готов к такому разговору и развёл меня как ребенка. Теперь ещё уменьшить цену по любому не получится, нам и так значительно уступили. Но похоже реальная цена устройства значительно ниже.)
  — Я поговорю с моими знакомыми и буду советовать согласиться с вашими условиями — кивнул, соглашаясь Адамс.
  — О каком количестве радиостанций может идти речь, хотя мы и не называем их радиостанциями? — спросил Лекс.
  — На первом этапе, нам хотелось бы опробовать три — четыре комплекта, но если есть такая возможность, я бы взял сразу десяток. Вдруг ещё найдутся потребители, которым понравится такая связь, — ответил Адамс и затем поинтересовался, — и почему нельзя называть радиостанциями?.
  — Ну…, на самом деле принцип действия существенно отличается от радиосвязи, поэтому мы называем их разговорниками, — слово «Разговорник» Лекс произнёс по русски, поскольку правильного перевода в английском не знал и затем продолжил, — Кстати, можете как и сказано в инструкции, не опасаться перехвата сообщений. Настроена каждая группа уникальным образом и никто другой не может подключиться к группе. К тому же, даже разговоры между членами группы тоже кодируются и если нет соединения с этим собеседником, то подслушать других не удастся. Это связано с самим технологическим процессом при производстве устройств. А по поводу количества можно сделать следующим образом. Я вам выдам двадцать комплектов. Можете предлагать их заинтересованным лицам. Если цена и свойства устройств потребителя устраивает, он их вам оплачивает. Деньги, за вычетом ваших с Бенсоном комиссионных, вы перечисляете на мой счет, который мы откроем в одном из банков. Если потребителю устройства не понравились или цена не устраивает, вы их забираете и Бенсон сбрасывает установки привязки. Для этого у него есть специальное устройство управления и зарядки. Обеспечивать услуги заряда будет тоже Бенсон. В дальнейшем, в случае расширения сети обслуживания, я обеспечу вас нужным количеством соответствующих устройств. Если все пойдёт очень хорошо, то у меня здесь в наличии есть ещё сто комплектов разговорников. Из сумм полученных за устройства вы забираете по паре тысяч и на эти средства покупаете для меня магнитофоны и необходимые расходные материалы к ним. Сколько вы на этом сэкономите и с кем будете делиться меня не особенно волнует.
  — Другими словами, вы предлагаете создать компанию по продаже и обслуживанию ваших устройств? — подвёл итог Адамс.
  — Наверное вы правы, так будет значительно лучше, — немного подумав, согласился Лекс. (Лекс: — к тому же потом можно будет расширять торговые операции, да и диагност показывает, что этот человек не врёт и искренне хочет нажиться.)
  — В этом случае придётся тратиться на поддержку структуры компании, то есть на поездки, оплату привлекаемого персонала, рекламу продукции и ещё много чего, — подал голос Бенсон.
  — Да вы правы, — кивнул головой Лекс, — В таком случае я буду отчислять десять процентов с полученных денег на отдельный счет, доступный вам, для покрытия расходов компании.
  — Пожалуй этого хватит, — посчитав что–то в уме, согласился Адамс.
  — И может назовём мы компанию — «Leks & Adams & Benson» или сокращенно «L&A&B» — предложил Бенсон.
  — В принципе я не против, только давайте не будем вспоминать, что эта компания имеет какое–нибудь отношение к Советскому Союзу. Я думаю нужные люди будут в курсе, а остальным это знать не обязательно. Кроме того я представляю не только Советскую Россию, но и как говорил ранее, своего компаньона, у которого личный кошелёк не связан с государственным, — сообщил американцам очень интересную информацию Лекс.
  (Адамс: — Нечто такое у меня и крутилось в голове. Ну не могли советы изобрести нечто подобное. Явно изобретатель со стороны и государство просто предоставило ему свои ресурсы. Конечно Сталин совсем не дурак, но по каким–то причинам не может подгрести под себя этого изобретателя, но все таки контролирует его. Кому нужны записывающие устройства — только службе безопасности, а это НКВД. Тогда что получается — с одной стороны Лекс человек НКВД, с другой стороны это человек владельца изобретений. Отсюда понятно почему такой молодой. Это компромиссная фигура устраивающая и Сталина и изобретателя.)
  — Согласен. Тогда я к вам завтра с утра пришлю адвоката, точнее его Бенсон привезёт. С ним обговорите все условия. Он вам и счет поможет открыть в местном банке, — быстро согласился Адамс.
  — Не вопрос. Все сделаю. Здесь деньги за первый комплект. Деньги полностью, по пятнадцать за штуку. Мы этот комплект себе оставили, —сразу подтвердил Бенсон и протянул Лексу пакет.
  — Давайте не будем мелочиться, — предложил Лекс, — По две берете за реализацию, по две за будущую покупку магнитофонов, Две забираете на обеспечение компании. Итого по девять остаётся у меня. То есть всего сейчас из этих денег моих 63 тысячи, — он отсчитал требуемую сумму и остальное вернул Бенсону.
  — Меня очень радует такое ведение дела. Судя по вашим расчетам можно предположить, что оптовым покупателям вы можете предложить скидку, — прощупывая информированность Лекса, поинтересовался Адамс.
  — Почему бы и нет, — пожал плечами Лекс, — если покупатель возьмёт сразу десять комплектов, можно скинуть по тысячи за штуку, если больше тридцати, то пожалуй можно скинуть и две.
  — А ваш компаньон не будет возражать? — спросил Бенсон.
  — Нет, он нечто такое и планировал, — ухмыльнулся Лекс.
  (Адамс: — Явно цена значительно завышена и дальше будет дешевле. Но черт возьми, если сесть на этот рынок, да ещё без конкурентов. Это же золотое дно. Конечно придётся с кем–то в верхах делиться, но явно потребность в таких связующих устройствах будет довольно значительна, не смотря на завышенную цену.)
  — Тогда считаем, что мы в основном договорились, — подвёл итог беседы Адамс и они с Бенсоном умотали утрясать дела.
  — Я тебе поражаюсь. Разорил капиталистов на огромные деньги и практически на много перевыполнил моё задание. За такой процент из воздуха, они удавятся, но пропихнут на рынок твои изделия. Я ведь в курсе, что у нас в армии уже больше десяти тысяч комплектов крутится, значит их стоимость не столь велика, — с довольной миной на лице, сообщил Лексу Сизов, заходя в салон. Лена за стенкой салона переводила ему беседу Лекса с американцами.
  — Ну я же не мог оставить тебя без помощи. Какой мне смысл менять тебя на другого наблюдателя. Я считаю нет смысла расширять без надобности круг знающих лиц и товарищ Сталин в этом со мною полностью согласен, — развалившись на кресле сообщил ему Лекс.
  — Лекс, а куда будешь деньги девать? — поинтересовался Сизов, тоже присаживаясь за стол.
  — На институт в основном, куда же ещё. Конечно кое–что пойдёт и для базы, но в основном в институт. Слишком много придётся исследовать, а это значит очень дорогое оборудование и соответствующие подготовленные специалисты. Еще конечно много пойдёт на обеспечение безопасности. Остальное по мелочи, — пояснил он Сизову.
  — А я думал себе заберёшь, — протянул тот.
  — Да на хрена мне эти деньги. Так по мелочи на себя потрачу, если что понадобится, ну ещё Лене куплю, что ей захочется. Она там ещё своим ученицам что–то обещала. Нет. Больших трат на себя делать бессмысленно. Больше чем можешь съесть в тебя не влезет, — покачал головой Лекс.
  — А как этому относится твоя жена? — хитро усмехнувшись, посмотрел Сизов в сторону Лены.
  — Да говоря словами моего мужа, на хрена мне деньги. Главное муж есть. Вот он пусть мои хотелки и выполняет, а откуда что взять это его проблемы — зевая ответила Лена, а потом рассмеялась смотря на удивленное лицо Сизова.
  — Ну что за люди! Вот и пойми их! — покачал головой тот.
  — А мы не люди, точнее не совсем люди, — ухмыльнулся Лекс, склонив голову и краем глаза поглядывая на него.
  — Как это не люди? — поражённо застыл Сизов, даже не зная как воспринимать эти слова.
  — Да вот как–то так получилось, — пожав плечами, сообщил ему Лекс и зажёг в руке небольшой светлячок, который выглядел как маленькая шаровая молния. Затем он превратил шарик в небольшого котёнка, который побегал по его одежде и замер на плече. Слабый голем огня это одно из начальных заклинаний школы огня.
  — Ничего не понимаю, — затрусил головой Сизов. Пытаясь избавиться от наваждения. Котенок по прежнему сидел на плече у Лекса и смотрел своими огненными глазами на Сизова.
  — Вот теперь ты один из тех в этом мире, который будет знать нашу тайну. Это просто необходимо сделать, иначе, дальше ты бы не смог с нами работать. Слишком много, наверное, у тебя накопилось вопросов, — явно с притворной грустью, сообщил Лекс.
  — Так кто же ты тогда? — спросил Сизов, понемногу приходя в себя от такой постановки вопроса.
  — Маг, волшебник, шаман и так далее по тексту, — криво усмехнулся Лекс, — Кстати Лена такая же и ещё кое–кто.
  — Черт, я же даже не рассматривал такую идею, сразу отбросив её как бредовую, — хлопнул себя по лбу Сизов и потом поинтересовался, — Ну как я понимаю, один человек это товарищ Сталин, а кто ещё?
  — Второй Меркулов. Он контролирует все наши дела со стороны вашего руководства. Может быть есть уже третий, поскольку уж товарища Берию никак нельзя оставить без такой информации. А вот остальным пока знать ничего не следует, — сообщил ему Лекс.
  — И много ещё у тебя в запасе таких фокусов? — поинтересовался Сизов, указывая на огненного котёнка.
  — Море, — радостно рассмеялась Лена, — ты даже не представляешь, какое море. Амурчик, представься пожалуйста нашему товарищу.
  — Представляюсь. Амур — дух, пилот данного самолета — голема, — раздался голос в пространстве салона.
  — Это ещё кто? — озираясь пробормотал Сизов.
  — Собственно пилот этого самолета, — довольный произведённым эффектом сообщил ему голос.
  — Мне что–нибудь объяснят? — жалобно протянул Сизов, уставившись на Лекса.
  — Конечно объяснят. Ты же не думал, что я постоянно собираюсь возить на этом самолете товарища Сталина, — подбодрил его тот и Лена протянула Сизову небольшую книжку листов на сто.
  — Это что? — спросил он Лекса, забирая книгу у Лены.
  — Пояснения, объяснения и новые вопросы. Это тебе укороченный курс информации.
  — Ничего себе укороченный курс, — взвешивая книгу на руке, пробормотал Сизов. Он открыл обложку книги, на которой не было названия и на первой страницы прочёл — «Основы магии».
  — Когда прочтёшь, тогда немного станешь нас понимать, — подбодрил его Лекс.
  — Тогда я пожалуй займусь чтением, иначе у меня в голове шарики зайдут за ролики, — пробормотал Сизов.
  На этом разговор закончился. Сизов отправился изучать книгу, а Лекс с Леной занялись созданием нового разговорника, с возможностями использования радиоволн. Лекс показал Лене собственные дневные наработки, а Лена показала свои прикидки по модернизации разговорника, которые она проводила на партизанской базе по заданию Лекса.
  Ей удалось решить вопрос, как преодолеть магический барьер в семь соединений. Оказалось, что количество соединения зависит от площади поверхности разговорника, используемой рунами настройки. В то же время, объём контролируемый этими рунами тоже ограничен. Поэтому в данном объёме поместится только ограниченная площадь обычной поверхности разговорника. Так кто же мешает увеличить площадь поверхности. Достаточно использовать не сплошной металл, а пористый как губка, то есть вспененный. Площадь поверхности возрастает весьма значительно. Только приблизительные прикидки дают увеличение раз в тридцать, даже при снижении веса и уменьшения габаритов самого медальона. Теперь разговорник можно создать даже на базе небольших сережек или в виде обычного кольца на пальце и при этом количество соединений будет в разы больше обычного.
  Лекс уже не раз убеждался, что использование науки этого мира серьезно повышает качество и возможности магических конструкций и это очередное подтверждение. Они полностью отдались процессу разработки нового разговорника и к утру два экземпляра такого разговорника были сделаны. При этом использовались очень много разделов и школ магии. Для Лены это было очередным серьезным уроком по основам магии. Один вариант разговорника представлял собой медное кольцо из вспененного металла. При этом, в связи с очень мелкой пористостью материала, кольцо выглядело как серебряное. По внутреннему и внешнему ободку вился рунный узор. Второй вариант был аналогично сделанными серьгами. Причем сами видимые руны являлись частью рунного заклинания, обеспечивающего удобное управление артефактом. Сложность самого такого артефакта возросла в сотню раз, но для автоматического производства такого артефакта это уже не имело особого значения. Да и сама рунная вязь была адаптирована под автоматическое создание, поскольку однотипные руны могли накладываться параллельно по времени, что позволяло уменьшить время создания артефакта. У них получилось достаточно удобное устройство со следующими возможностями:
  — Артефакт управляется только ментально.
  — Привязка осуществляется к одному или нескольким пользователям с помощью магии крови (т. е единственный владелец при условии сохранения добровольности может передать аналогичные права на использование) или при помощи артефакта зарядки его оператором.
  — До ста магических соединений одновременно или в любом сочетании.
  — Выбор абонента по номеру разговорника или по представлению (имеется ввиду представление образа абонента в памяти самого человека).
  — Работа в режиме радиоприёмника или радиопередатчика по одному каналу. Канал выбирается мысленным заданием числового значения частоты или длины радиоволны, либо представлением образа канала из запомненных и уже набранных ранее.
  — Максимальная дальность передачи в режиме передатчика не превышает ста километров, что пока связано с невозможностью реализовать достаточную мощность передающей радиоантенны, магическими средствами.
  — время работы в непрерывном режиме магической связи — до 300 часов.
  — время работы в радио режиме приёма — более 10000 часов.
  — время работы в радио режиме передачи — до 50 часов.
  — время зарядки в артефакте зарядки — 10 минут.
  — имеется возможность принимать информацию как в беззвучном режиме (ментально), так и в режиме ретрансляции звука в окружающее пространство. Причем можно ограничить объём воспроизведения до трех метров, за которыми трансляции и разговора будет не слышно. То есть артефакт можно использовать и как носимое заклинание сферы подавления, для использования при конфиденциальных переговорах.
  Поспать магам удалось всего пару часов, хотя им этого вполне хватило. С утра к Лене заявилась Ольга и сообщила, что сегодня делегация не работает, поскольку все текущие переговоры окончены, а новые представители поставщиков появятся только через два дня. Она не сможет сама сидеть два дня в отеле, поскольку денег ей выдали такое количество, что на них можно только протянуть ноги на американских харчах, а у них в самолете еда лучше чем в ресторане и она никак не хочет упускать возможность вкусно поесть.
  — Ну если подарки себе любимой ты купить не хочешь, то можешь хоть все дни просидеть в самолете, — сообщила ей Лена.
  — Это кто же мне денег даст на подарки? Не ты ли? — поинтересовалась Ольга.
  — Ну уж нет, для этого мужчины существуют, — усмехнулась Лена, кивая на вошедшего в салон Лекса.
  — И сколько этот мужчина может выделить своей будущей подчинённой? — скорчив хитрую рожицу, поинтересовалась она у Лекса.
  — А сколько надо? — спокойно поинтересовался тот.
  — Для начала тысячу долларов, — ответила ему Ольга, даже не надеясь на такую сумму.
  — Хорошо. Даю пять и ты эти дни вместе с Леной готовишь мне еду, — быстро согласился он, пока Ольга не передумала.
  — Что, так быстро и легко нашлись для меня денежки? Ну я так не играю, — притворно обиделась Ольга, а потом весело рассмеявшись и обнимая Лену, прошептала ей на ухо, — Как я тебе завидую.
  — Я сама себе завидую, — так же тихо ответила ей Лена, а потом отодвинулась от Ольги. Окинула её быстрым внимательным взглядом, что–то немного подумала про себя и шепнула ей, — Я на родине тебя ещё с одним мужчиной познакомлю. Он конечно немного постарше будет, но думаю тебе понравится.
  — Ловлю на слове, но сразу предупреждаю мужики от меня быстро сбегают, поскольку боятся, — с грустью в голосе согласилась Ольга.
  — Этот не сбежит, от него только ты сама захочешь сбежать. Зануда он, — усмехнулась Лена, обнимая свою новую подругу.
  — Ну тогда с тебя знакомство, а там посмотрим. И кстати откуда денежки? Неужели большое начальство расщедрилось и выделило вам отдельные средства? — спросила она, устраиваясь в кресле за столом.
  — Ага, от них дождёшься, вам хоть проездные выделили, а мы только на подножном корму существуем, — пошутила Лена.
  — Хороший у вас подножный корм, — покачала головой Ольга.
  — Ничего сложного. Лекс тут вчера с местными небольшую фирму организовал, ну те сразу деньги и выдали за наши товары, — пояснила Лена.
  — А там, — Ольга указала пальцем в верх, — не будут возражать?
  — Там все согласовано, — пробурчал Лекс, — вот только где моя еда? День уже начался, да и местные договаривающиеся стороны скоро пожалуют. Так что, вы двое, марш на кухню.
  — Вот видишь какой у меня эксплуататор в мужьях. Денег ещё не дал, а еду ему подавай, — рассмеялась Лена и ухватив Ольгу за руку потащила её на кухню.
  — Вы там долго не сплетничайте, а то скоро гости пожалуют, а их опять нужно удивить, — напутствовал их Лекс.
  — Не волнуйся муженёк. Приготовим все как надо. Ты только денежки готовь, нам скоро за покупками идти, — показав Лексу язык, Лена скрылась в кухонном отсеке, утащив за собой Ольгу.
  Гости появились только через два часа, то есть почти в 10 утра. Вместе с Бенсонами приехал адвокат — Лесли Кинг, худой мужчина лет пятидесяти, постоянно кутающийся в теплое кожаное пальто. Лекс сразу проверил его диагностом и выявил серьезные заболевания в дыхательной системе.
  (Лекс: — Пожалуй этого человека тоже стоит привлечь на свою сторону. Тем более что его лечение не представит труда, а он наверняка очень хорошо ориентируется в местной денежной обстановке.)
  Натали сразу нырнула к девушкам в кухонный отсек, а её отец остался с адвокатом. Составление договоров и документов по созданию фирмы не заняло много времени, поскольку все вопросы, в основном, уже решены ранее. По поводу материи, договор заключать не стали. Решили, что Бенсону будет приходить материя как товар из России, а он будет просто перечислять деньги за неё на отдельный счет. Туда же пойдут и патентные отчисления за комбинезон, в сумме десяти процентов с прибыли мастерской по пошиву этих комбинезонов. Заявку на патент подготовит вместе с Бенсоном сам адвокат. Бенсон также передал Лексу деньги за первую партию материи, из десяти рулонов, по сто метров. Она потянула на десять тысяч долларов. Так что у Лекса уже скопилась приличная сумма, более 70 тысяч наличными. Так же адвокат порекомендовал несколько банков, в которых можно открыть счета. Этот вопрос Лекс оставил на выбор адвоката, поскольку никакой информацией о надёжности банков он не владел и так как Кинг теперь числился штатным адвокатом фирмы, то ему Лекс и поручил открытие нужных счетов, как главный акционер компании.
  — Почему вы не лечитесь? — поинтересовался у адвоката Лекс, после окончания утряски деловых вопросов.
  — Болезнь слишком запущена. Уже никто не берётся. Как говорят врачи мне осталось максимум два года жизни, — грустно ответил тот.
  — Ну почему же не лечится. Есть вполне реальная возможность вылечиться. Ваша болезнь связана с разрушением лёгочной ткани, а у нас уже существуют препараты восстанавливающие эти ткани, — проинформировал его Лекс.
  — Не слышал о том, что в мире вообще есть такие лекарства, — удивился адвокат и с надеждой в голосе спросил, — а у вас есть возможность достать их?.
  — Есть конечно, даже прямо здесь, мы все таки готовились к полёту через Северный полюс, поэтому аптечка снабжена самыми современными препаратами, — с удовольствием ответил ему Лекс.
  — Если возможно, то сколько это будет мне стоить? — поинтересовался адвокат.
  — Считайте вам повезло, будем лечить вас бесплатно. С меня никто не требует отчёта за использование медикаментов. Ну а при случае вы ещё окажете нам услуги по своему профилю. Подождите немного, я сейчас принесу, — ответил Лекс и вышел из салона. Он добрался до своей теневой сумки, достал оттуда фляжки с настойками живой и мёртвой воды и бутылку местного виноградного вина из партизанской базы. Еще он достал два маленьких горшочка из обожжённой глины, из старых запасов сумки и налил в них немного вина из бутылки. Затем в один горшочек он добавил ложку мёртвой воды, а во второй такую же ложку живой и запечатал горшочки деревянными пробками от бутылок. Для отличия он покрасил крышку горшочка с мёртвой водой в черный цвет, то есть слегка её обжог, а с живой оставил как есть, светлой.
  (Лекс: — Вот и все лекарство. Теперь придётся налаживать у себя подобное производство, а то лекарство есть, а продавать не в чем, поскольку медикам раньше отдавали в бочонках или канистрах и вопрос такой не стоял.)
  Убрав остатки в сумку он вернулся в салон к адвокату.
  — Вот пожалуйста ваше лекарство. Принимать один раз в день, утром перед едой, по небольшому глотку сначала из ёмкости с черной крышкой, за тем с белой, до тех пор пока жидкость не кончится, —подробно пояснил он, поставив горшочки на стол перед адвокатом и затем спросил его, — Вы наверное ещё не ели?
  — Не ел, у меня с утра не бывает аппетита, — подтвердил тот.
  — Тогда пейте лекарство, а потом и покушаем, — скомандовал Лекс.
  Адвокат с опаской глотнул поочерёдно из горшочков.
  — Вы знаете, когда выпил, я прямо почувствовал две волны прокатившиеся по телу — удивленно воскликнул он и с недоверием ощупывая себе грудь, продолжил, — Даже боли мучившие меня все время куда–то делись. Это просто чудо какое то. Я так себя не чувствую себя даже после принятия обезболивающих наркотиков. Господин Лекс вы просто волшебник.
  — Нет. Я не волшебник. Я ещё только учусь, — загадочно улыбнулся Лекс.
  — Как долго продержится этот эффект? — спросил довольный адвокат.
  — Как только вы выпьете все настойки, а я думаю там дня на четыре хватит, вы будете абсолютно здоровы и уж сколько потом проживёте это мне не известно, — обрадовал его Лекс.
  — Поразительно! За несколько дней справиться с неизлечимой болезнью ни одно лекарство не может! Мой жизненный опыт меня никогда не обманывал и вам я почему–то верю. Почему же никто не знает о таком лекарстве? Сколько жизней можно бы им спасти! — удивленно воскликнул адвокат.
  — Лекарство только вышло из стадии экспериментов и совсем недавно стало поступать в лечебные учреждения и госпиталя на фронте, так что информация о нем ещё не распространилась, да и стоимость его весьма велика, хотя советское правительство на своих солдат денег не жалеет, — пояснил Лекс.
  — Пожалуй я поговорю с лечащим врачом, если все окажется так как вы говорите, то я думаю некоторые люди, с аналогичным заболеванием, захотят купить такое лекарство за очень большие деньги, даже за очень очень большие, — задумчиво произнёс адвокат.
  — Разновидность заболевания, для этого лекарства, не имеет значения. Оно универсальное. Воздействию подвергается имунная система человека, да и вообще организм в целом. Насколько мне объясняли наши врачи, которые испытывали его, аналогов по широте воздействия у этого лекарства не существует. Производится оно на единственном предприятии, из очень разнообразного растительного материала, по очень старым рецептам одного из северных шаманов, — немного рассказал адвокату Лекс, подходящую версию о лекарстве.
  — Я конечно не врач, но думаю от заказов на ваше лекарство отбоя не будет, — покачал головой адвокат и немного подумав спросил, — Есть ли у вас возможность поставлять такое лекарство, хотя бы в небольших количествах?
  — Есть, — кивнул головой Лекс и хитро улыбнувшись добавил, — но как вы только что упомянули, за очень большие деньги.
  — Ну я и не сомневался, учитывая ваши предыдущие договора. Уникальные товары. Нет никакой конкуренции и я думаю ещё не скоро появится, — с усмешкой сказал адвокат и предложил, — Давайте я посоветуюсь с доктором и если все получится, в смысле моего выздоровления, мы создадим ещё одну фирму по продаже ваших лекарств. Насколько я понял, вы каким–то образом контролируете или связаны с их производством или производителями.
  — Скажем так, среди производителей есть мои хорошие знакомые, — немного схитрил Лекс, хотя здесь и нет амулетов контролирующих правдивость ответов, но он как–то привык говорить по возможность правдивую информацию.
  — На какую цену можно рассчитывать? — с деловой заинтересованностью поинтересовался адвокат.
  — На первом этапе, давайте сделаем так, сто тысяч за комплект препаратов, в случае подтверждённого результата при их использовании и каждый пятый комплект бесплатный, для лечения людей не обладающих требуемыми средствами, — подумав предложил Лекс.
  — Цена конечно высока, но при подтверждённом эффекте, я думаю пациент, у которого большие проблемы со здоровьем, согласится, да и благотворительность позволит повысить привлекательность компании, — потеребив подбородок произнёс адвокат и внимательно посмотрев на Лекса спросил, — Молодой человек, вы случайно раньше серьезными компаниями не управляли?
  — Нет не доводилось. Но опыту управления учился, — опять почти правдиво ответил Лекс.
  (Лекс: — конечно не управлял, делать мне нечего. Я ими владел, а вот людьми управлял)
  — Сколько можно говорить о делах. Кушать пора, — прервала разговор мужчин Лена, внося в салон большой поднос, уставленный различными кушаньями, которые даже на вид, не говоря уже об умопомрачительном запахе, вызывали аппетит. За ней следом появились Ольга с Натали, которые несли аналогичные подносы с другими подобными продуктами. Девушки расставили еду на столе и сами присели на кресла. На время еды разговоры затихли. Никто из присутствующих не смог проигнорировать такую пищу.
  — Ничего подобного не пробовал. Откуда такая вкуснятина? — пробормотал Бенсон, отваливаясь от стола.
  — У меня аналогичный вопрос, — поддержал его адвокат.
  — Вопрос не ко мне, а к моей жене. Я в готовке не разбираюсь, — подняв руки вверх ответил Лекс и кивнул на Лену.
  — Госпожа Елена, вы посрамили прославленных поваров лучших ресторанов нашего города. Я даже не понял из чего сделана половина блюд на этом столе, но это не помешало мне их попробовать и понять, что ничего подобного я не ел, — встав из за стола слегка поклонился ей Кинг.
  Аналогичным образом поступил и Бенсон. Потом адвокат быстро попрощался со всеми и попросил Бенсона доставить его обратно в город. После того, как девушки убрали со стола, они потребовали у Лекса обещанной поездки в город за подарками и тот быстро согласился, поскольку сам хотел посмотреть на жизнь в этой стране поближе. Натали согласилась провести их в качестве гида и шофера по городу и конечно по магазинам. За что под напором женской части путешественников, хотя Лекс и не упирался, он тоже обещал ей оплатить подарок.
  Путешествие затянулось до вечера. Багажник машины Натали под завязку забили различными вещами. Лена закупила огромное количество подарков, для всех знакомых женского пола. Когда она ещё раз выберется в Америку. Жизнь этой страны разительно отличалась от жизни в Советском Союзе. Если у русских все выглядели и жили примерно одинаково, то тут контраст прямо бросался в глаза. Колеся по дорогам города они видели различные районы. Некоторые из них выглядели как картинка с плаката — «Жить нужно в таких условиях», а некоторые напоминали огромные помойки. Люди жили везде, но в этой области мира бал правили деньги. Есть деньги будешь жить хорошо, нет — плохо. Если не учитывать технологический уровень, можно подумать что Лекс попал в свой мир.
  Натали прекрасно ориентировалась в огромном количестве магазинов, разбросанных по всему городу. Уже под конец поездки Лекс спросил её:
  — Нет ли у вас магазинов, где торгуют различными лечебными травами?
  — Как не быть. Есть конечно. Только самые лучшие находятся в китайском квартале. Это немного в стороне, но мы можем заехать. У меня там даже знакомые есть, — ответила она.
  — Если не трудно, давайте заскочим, — попросил Лекс.
  Натали согласилась и на ближайшем перекрёстке свернула в переулок. После не слишком продолжительного блуждания по небольшим улицам и переулкам они прибыли к настоящему средневековому базару. Точнее так выразилась Лена, увидев это своеобразное зрелище, а вот Лекс просто почувствовал себя дома. Маленькие лавочки торговцев с навесами от дождя и развешанным товаром. Большая галдящая толпа покупателей. Пестрота товара. Рыба соседствовала с одеждой и посудой. Рядом с мясным прилавком торговали сумками и чемоданами. В общем это был настоящий базар. Натали остановила машину и сунув в руки подбежавшему мальчишке несколько монеток и переговорив с ним, повела гостей вдоль прилавков.
  — А не боитесь что нас ограбят? — Спросила Ольга у неё, кивнув на машину.
  — Нет, — улыбнулась та и пояснила, — вот тот парнишка и есть наша охрана. Тут у них все серьезно. Всегда есть люди отвечающие за определённую территорию и если ты их знаешь или они знают тебя, то никаких- проблем не будет. Я часто по заказам мотаюсь в это место и они меня знают. Тут можно найти все и относительно дёшево, хотя конечно иногда бывают и проблемы. В данном случае могут быть проблемы. У них сейчас идёт передел кварталов между бандами, так что давайте не будем задерживаться.
  Натали провела их между рядами в небольшую торговую лавку, точнее уже не лавку, а небольшой магазинчик. Все пространство и стены магазинчика занимали ряды стеллажей, уставленных пакетиками, баночками, мешочками и ещё кучей всевозможных ёмкостей. На верху полок стояли чучела различных птиц, а по стенам развешаны рога и головы зверей и даже над входной дверью находились внушительные рога оленя. Внутри магазинчика стоял непередаваемый запах трав и специй. За прилавком находился пожилой китаец, в просторном халате и в щегольской красной шапочке с рисунком дракона, на голове. Встречала посетителей миниатюрная девушка сразу за дверью. На неплохом английском она спросила — Что угодно господам?
  — Я немного посмотрю товары, — ответил Лекс, сразу направляясь к полкам.
  — Лиу, угостишь гостей чаем, — произнесла Натали, выходя из-за спин девушек. С этой маленькой китаянкой она познакомилась пару лет назад, когда они вместе учились на курсах по вождению автомобиля и с тех пор они дружили.
  — Натали, могла бы заранее сообщить, я бы ещё и твоих любимых лепёшек с мёдом сделала, — обрадовалась девушка, обнимая Натали.
  — Я тут случайно, вот русских друзей привезла, — кивнула головой на вошедших с ней посетителей та.
  — Сейчас всех чаем напоим, — засуетилась девушка.
  Натали поймала её за руку и сначала представила:
  — Лиу, племянница хозяина магазина, — а потом указав на торговца за прилавком представила и его, — Зиан, владелец этого заведения. За тем она представила девушек и Лекса, тот не отозвался, поскольку увлеченно рассматривал товар на полках.
  — Ну зачем же так официально, — произнёс Зиан улыбаясь и церемонно кланяясь, — Ваши друзья, наши друзья. Проходите к нам за столик. Он повёл девушек через узенький проход в другую комнату. В её середине установлен ажурный плетённый столик. Стены увешаны коврами. Вокруг столика стояли маленькие, обитые красным бархатом с золотыми узорами, мягкие скамеечки. Пока все рассаживались, его племянница принесла небольшие чашечки с душистым чаем и вазочку с печеньем. Девушки занялись своим любимым делом расспросами и рассказами, а хозяин немного глотнув чая для вежливости, выскользнул из помещения, чтобы не мешать их разговорам.
  Лекс в это время с интересом рассматривал множество различных трав на полках. Такого огромного выбора он не встречал даже в лучших лавках травников у себя в мире, а уж он побывал во многих столицах различных государств. Кроме того, магическая составляющая силы трав этого мира просто не шла ни в какое сравнение с обычными лечебными травами его мира. Это были даже не сопоставимые величины. Лекс обнаружил несколько растений очень похожих на растения его мира, что ещё раз подтверждало теорию о том, что миры были некоторое время связаны между собой. Эту же теорию подтверждали и различные методики, с помощью которых подготовлены к использованию лечебные травы на полках и Лекс обнаружил их следы на этих травах. Большая часть была высушена и обработана правильно и травы сохранили все лечебные качества.
  — Вас что–то заинтересовало, молодой человек? — поинтересовался у него торговец, вынырнувший из-за дверей.
  — Пожалуй заинтересовало, — потерев подбородок, задумчиво сообщил ему Лекс.
  — У молодого человека, здоровый цвет лица, не беспокоят болезни. Чем такого человека могут заинтересовать пыльные полки старого торговца травами? — хитро усмехнувшись уголками рта, произнёс торговец.
  — Ну болезни можно найти и у других, а вот такие травки на каждом углу не встречаются, — пристально посмотрел на торговца Лекс.
  — Я смотрю вы знаток, господин, — явно притворно, удивился торговец.
  — Пришлось некоторое время заниматься настойками из трав, — кивнул головой Лекс, подтверждая мысль торговца.
  — И что вы можете сказать об этих травах? — указал тот на одну из полок, на которой находились красиво раскрашенные коробочки и пакетики.
  Лекс подошёл к полке. Понюхал коробочки. Просканировал их диагностом, затем он надел очки и проверил все магическим зрением. Взглянув на торговца он отчитался:
  — Прекрасная упаковка, отличный запах, можно употреблять в качестве лёгкого чая и все, никакими особыми лечебными свойствами они не обладают.
  — Хм… , а эти, — удивленно указал торговец на другую полку.
  — В основном, жаропонижающие и повышающие силы сопротивления организма, — быстро ответил Лекс, поскольку он уже рассматривал эту полку раньше.
  —Неплохо, — кивнул головой торговец, — А что вы скажете об этом, — он достал с нижней полки небольшую, прозрачную, стеклянную ёмкость с желтоватым мутным раствором.
  — Не знаю, как называются у вас эти травы, но раствор состоит из двенадцати трав и резко усиливает сопротивляемость организма и его восстановительные способности, — с превосходством усмехнулся Лекс, глядя на удивленно лицо торговца.
  — Пожалуй вы на самом деле разбираетесь в лечебных травах. Тогда чем я вам могу помочь? — спросил очень удивленный старик — торговец.
  — Вот этим, — махнул рукой в сторону полок Лекс и пояснил, — Мне нужно все это и можно без обработки, но по оптовым ценам и в большом количестве.
  — Насколько большом? — заинтересовался старик.
  — Тоннами, а может и десятками тонн, — усмехнулся Лекс.
  — Ничего себе у вас запросы, — поражённо воскликнул торговец, всплеснув руками.
  — Если можете десятками тонн, то это даже лучше будет, — добил его Лекс.
  — Это мне надо ехать к поставщикам и договариваться. И куда это все надо вести? — сдвинув свою шапочку, почесал затылок старик.
  — Советский Союз. Владивосток, — посовещавшись с Леной по мыслеречи, сообщил старику Лекс.
  — Пожалуй не очень далеко и если привлечь родственников, может получиться, — пробормотал торговец и спросил Лекса — А задаток будет?
  — Сколько?.
  — Хотя бы тысяч двадцать, чтобы начать дело, — с сомнением глядя на Лекса, ответил тот.
  — Вот вам сорок, — Лекс достал из внутреннего кармана куртки пачку денег и протянул торговцу.
  — А если украду? — улыбнулся тот, хитро поглядывая на Лекса.
  (Лекс: Вообще то, правильно, нужно подстраховаться. Да и пора попробовать кое–что новое в этом мире. Теперь–то с очками и раздел проклятий попытать можно. Тем более в этом мире они очень хорошо должны работать, учитываю местный магический фон)
  — Умрете, а потом вымрет и весь ваш род. Меня нельзя обманывать, — без улыбки ответил Лекс, кинув на того отложенное проклятие и взглянул в глаза торговцу. Торговец Зиан за свою жизнь повидал многое, но то что таилось в глазах этого человека потрясло его. Интуиция не то что проснулась, заорала дурным голосом: — С этим человеком надо дружить и не дай бог чем–то его обидеть, мало не покажется, а вот если повезёт и станешь ему другом, жизнь может очень измениться, к лучшему. Зиан прожил долгую жизнь, из за того что внимательно прислушивался к своему внутреннему голосу.
  Лекс в своих путешествиях частенько применял отложенные проклятия в самых разнообразных вариантах. Это достаточно простое заклинание из арсенала некромантов, в обычной жизни носителя оно никак не затрагивало его, мало того, пребывая большую часть времени в пассивном состоянии, оно практически не заметно даже для сильного мага. С одной стороны оно причиняло вред в случае нарушения договора носителем, но с другой стороны оно защищало носителя, в случае если ему мешали выполнять работу по договору. Действие проклятия продолжалось пока договор не расторгался с согласия двух сторон и подпитывалось оно от самого носителя.
  Существовало похожее заклинание из школы света, оно даже на много сильнее и содержало только полезную для носителя часть и называлось оно «благословение», но оно явно видно на носителе, поскольку не было скомпенсировано обратной частью и действовало короткое время, так как требовало большое количество магической энергии для подпитки.
  Зиан очень уважительно поклонился Лексу и произнёс:
  — Господин будет доволен старым Зианом. Я приложу все усилия для выполнения задания.
  — Вот тебе специальное устройство для связи. Сжимаешь в руке или прижимаешь к телу и вызываешь диспетчера. Разговаривать можно на английском. Представляешься и обо всем договариваешься с ним. По ценам и оплате, при возникновении проблем, он при случае сообщит мне. Инструкция на английском, на этой бумажке, — проинструктировал Зиана Лекс и выдал тому специальный разговорник с инструкцией.
  Надо сказать, что Лекс заранее предвидел такие проблемы и договорился с Меркуловым об обеспечении торговых операций. В НКВД, в его отделе теперь существовал специальный дежурный, точнее несколько дежурных, контролирующих группы и комплекты разговорников, обеспечивающие торговые операции связанные с отделом. Закупка лечебных трав была запланирована изначально. Руководству Союза необходимы новые лекарства для использования в госпиталях и оно готово тратить значительные средства на эти цели. Так что Лекс не переживал, что выдал собственные деньги торговцу, в дальнейшем эти деньги вернутся ему обратно. То есть государство, в лице Сталина, компенсирует ему его расходы.
  Неожиданно в магазин прямо таки ввалилась группа молодых людей узкоглазой национальности.
  — Эй старик, с тебя деньги за охрану, — почти прорычал на китайском один из них, одетый наиболее прилично, видимые части рук которого были раскрашены цветными татуировками.
  — Я же ещё неделю назад выплатил всю сумму уважаемому Чао, — ответил Зиан, удивленно глядя на вошедших парней.
  — Эта старая калоша ещё ничего не знает, — радостно заорал раскрашенный, повернувшись к спутникам.
  — Старик, власть в квартале сменилась. Чао пора на заслуженный отдых. Теперь кварталом управляет господин Ли, — пояснил с усмешкой ещё один молодой человек, у которого на голове красовалась шляпа непомерных размеров и указал старику на раскрашенного парня.
  — А мне ты никаких денег не платил, мало того ещё и задолжал за два прошлых месяца, — хитро подмигнув спутникам, произнёс крашеный.
  — Так дела не делаются, — недовольно покачав головой, проворчал торговец.
  — Эта старая калоша ещё мне будет указывать, как делать мои дела, — разозлился раскрашенный и попытался ударить старика кулаком.
  Лекс не вмешивался и с интересом наблюдал за развитием ситуации, поскольку никто не обращал на него никакого внимания, принимая за обычного покупателя, а он пытался себе представить варианты действия отложенного проклятия. Ведь действия парней явно будут мешать торговцу при выполнении его обязательств по договору. Но он даже представить себе не мог дальнейших событий. В это время и проявилось отложенное проклятие.
  Никакого удара у парня не получилось. Делая достаточно короткий замах, необходимый для прямого удара, он локтем попал в полку, расположенную за его спиной. И все бы ничего, но как раз на верху стеллажа с этой полкой находилось чучело достаточно большой хищной птицы и стояла та на самом краю верхней части этого стеллажа. Сотрясения, полученного от удара локтем, оказалось достаточно, чтобы чучело спикировало вниз и надо же так случиться, клювом оно и стукнуло раскрашенного прямо по темечку и тот рухнул на пол как подрубленный.
  — Он напал на господина Ли. Да я тебя … — заорал парень в шляпе и замахнулся на торговца увесистой палкой которая находилась в его руке. Другие его спутники даже не успели как–то среагировать на события. Ничего хорошего из этого тоже не получилось. Его дубинка поддела рога над дверью и те, сорвавшись с крепления, рухнули на неудачника, при этом заострённым рогом практически пришпилив его к полу.
  (Лекс: Ну ничего себе результатик. Надо поосторожнее с мощными проклятиями в этом мире, а если бы я что–то новое попробовал и не до конца проверенное. Этак и до хороших таких проблем не далеко. Больше без проверки ни ни. Пора брать ситуацию в свои руки)
  — Вот так и заканчиваются слишком тупые господины и их не менее тупые сторонники, — прокомментировал Лекс вслух ситуацию с помощью печати транслятора, то есть на отличном китайском языке.
  Он явно видел, что эти двое пострадавших уже трупы. Тем более что применять к ним эликсиры он не собирался. Затем он голосом, который просто не предполагал не подчинения, скомандовал остальным четырем парням: — Трупы убрать и господина Чао сюда. Живо, а не то закапывать будут уже вас. Те, выйдя из состояния полной прострации, в котором они обозревали пол с уже бывшими предводителями, со скоростью антилоп, похватав трупы, ломанулись в двери. Там естественно они застряли и взвыв от страха дурными голосами и с трудом разобравшись в этой свалке, вывалились из дверей на улицу едва не бросив бездыханные ноши.
  — И что это было? — потрясённо теребя воротник своего халата, с волнением произнёс торговец, опять на китайском, глядя на Лекса.
  — Мы же заключили договор, — пожал плечами Лекс с равнодушной маской на лице, пытаясь не выйти из образа владыки, хотя ему прямо таки хотелось расхохотаться, глядя на недоуменное лицо Зиана.
  Вот теперь торговца проняло основательно, если предыдущий взгляд Лекса просто предупредил его об опасности нарушения договора, то эти невероятные события показали, чем это может обернуться. Конечно один труп можно объяснить случайностью, но два и за короткое время, на случай это уже не походило. Да и то, что Лекс говорил на чистейшем китайском диалекте центральных областей, тоже говорило за себя. Так мог говорить только настоящий китаец или человек проживший там не меньше двадцати, а то и тридцати лет. К тому же Лекс и выглядел очень уж молодым и мог так говорить только в том случае, если родился в Китае.
  — Извините господин, — на всякий случай, повидавший многое на своем веку, бухнулся на колени и уткнул голову в пол торговец.
  Вот такую картину и застал, заскочивший в дверь пожилой, толстенький китаец. Бывшему господину квартала тоже опыта было не занимать. После неожиданного сообщения о смерти его сменщика, а надо сказать, заговор того он проморгал, хорошо что хотя бы живым остался, и невнятных реплик молодых бойцов о происходивших событиях в лавке торговца, он поторопился прибыть туда. Благо идти совсем не далеко, до соседнего дома. И что он увидел. Весьма авторитетный торговец квартала, который и ему то кланялся чуть чуть, поскольку имел весьма значительную родню в поднебесной и ещё некоторые причины, стоит на коленях перед европейцем. Чао не считал себя умнее других и он очень хорошо знал этого торговца. В этом было его преимущество и в основном из-за этого он уже долгое время удерживался на главной роли в квартале, поэтому он не особо раздумывая, с ходу тоже бухнулся на колени и ткнул голову в пол. Лекс, немного выждав и оценив некоторые перспективы, сообщил старикам опять на китайском, с укоризной качая головой: — Пожилые люди, а никакого уважения к себе.
  — Потому и прожили достаточно, что знаем кого надо уважать, — пробормотал толстяк, не поднимая головы.
  — Ладно! Встали и поговорим! — скомандовал Лекс. Он у себя в мире тоже встречался с такими людьми, если уж те вбили что–то себе в голову, то выбить это от туда можно, обычно только с мозгами. Типичные гномы.
  — Слушаю господин, — почти хором ответили старики, переглянувшись между собой, встав и вытянувшись, как новобранцы перед капралом.
  — Значит так. Господин Чао обеспечивает безопасность этого заведения. Мне оно понадобится. Если кто–то будет мешать, пусть потом не обижается. Также по прежнему следишь за своим кварталом. Но если ты будешь карать и обижать кого–то без вины, тут уж извини, смерть тебе покажется мёдом по сравнению с тем, что я с тобой сделаю: — произнёс Лекс, взглянув в глаза толстяка и наложил уже проверенное отложенное проклятие и на него. Потом продолжил, переводя взгляд на торговца: — господин Зиан занимается моими делами с лечебными травами, здесь пусть заправляет его племянница. Я думаю скоро к ней придёт один адвокат для заключения договора о поставках лекарства. Лекарства и инструкцию я вам оставлю. Фасовать в тару будете сами. Найдите что–нибудь… небольшое…необычное. Официальную торговлю будете вести через адвоката. Неофициальную будет вести господин Чао. В крайнем случае все уходите в подполье. Свяжетесь по разговорнику с диспетчером и вам помогут. Да кстати, десять процентов с контрабанды ваши. Остальное на отдельный счет. В нужном случае разрешаю применять лекарства бесплатно. В этом случае нужность определяет госпожа Лиу. Все понятно?
  — Да, господин, — опять хором ответили старики.
  — Кстати, вот вам ещё разговорники для связи. Зиан уже знает как этим пользоваться, — сказал Лекс, протягивая Чао три разговорника и повернувшись к торговцу передал тому ещё один разговорник и пояснил, — для Лиу.
  — Теперь следующий вопрос. Есть здесь какая–нибудь кладовка? — спросил Лекс у Зиана.
  — Конечно есть господин, — сообщил тот и провёл их по узкому коридору в небольшое помещение за магазином. Лекс быстро передвинул теневую сумку, с которой он не расставался, с бедра на живот и начал вытаскивать из неё специальные, небольшие, двухведерные бочонки с вином, изготовленным партизанами. В последнюю очередь он вытащил два отдельных покрашенных бочонка с живой и мёртвой водой. Надо сказать, что эти операции привели стариков просто в шоковое состояние и только поэтому они не бухнулись в очередной раз на колени.
  — Вот инструкция по изготовлению лекарства, — произнёс Лекс, после того как набросал на листке рецепт лекарства, которое он приготовил для адвоката. Потом он достал из сумки несколько листков с копиями записей доктора с базы по методикам лечения различных заболеваний и передал их Зиану, который автоматически взял эти листки.
  — К сожалению записи только на русском языке, но я думаю подружка Лиу, Натали Бенсон, справится с переводом без проблем. Я даже рекомендую взять эту девушку к себе в помощницы, вам она потом пригодится, да и общаться ей с американцами будет проще. У вас она заработает гораздо больше, чем на своем аэродроме, — добавил Лекс, все ещё не отошедшим от свалившихся на них событий, старикам.
  — Лекс, уже темно на улице. Пора домой, дорогой, — раздался голос Лены из за стены.
  — Иду, — ответил ей Лекс, выходя из кладовки и обернувшись кивнул старикам на бочонки, — Сами тоже подлечитесь. Какой мне прок от старых развалин. Когда Лекс вышел, старики переглянулись и просто осели на пол. Ноги их не держали.
  — И как это можно объяснить? — с недоумением пробормотал Чао, взглянув на своего старого приятеля. На людях они всегда поддерживали холодные отношения, но вот в близком семейном кругу знали, что они уже много лет дружат. Еще бы им не дружить, когда они вместе, на одном корабле, большое количество лет назад, прибыли в эту страну, налаживать свою новую жизнь на новом месте.
  — Не знаю, — задумчиво пожал плечами Зиан, — я думаю мы встретились если не с божеством из прошлого нашего мира, то точно с кем–то из его свиты и судя по всему, ему уже не одна тысяча лет.
  — Что, кончилась наша спокойная старость? — задал философский вопрос сам себе Чао.
  — А может у нас начинается новая молодость и нам просто давно не хватало такой встряски, чтобы вспомнить старые денёчки. Если этот человек связан с каким–то божеством, то и награда будет не маленькой, — улыбнувшись, полностью вернул себе свою постоянную бодрость Зиан.
  — Никогда не верил в эту божественность, но у меня нет других объяснений, — тряхнул головой Чао, повторяя движения Лекса, когда тот доставал бочонки из сумки.
  — Все равно делать нечего. Придется хорошо поработать. За тупость боги наказывают очень серьезно. Надо идти все рассказывать Лиу. Да и научиться пользоваться разговорниками надо. Еще и лекарства делать, — подвёл итоги Зиан поднимаясь с пола. Два старика , опираясь друг о друга, пошли разбираться с ворохом будущих проблем.
  
  Где–то в очень теплом кабинете, в Вашингтоне.
  — Сэр, Срочное сообщение. — сообщил взволнованный секретарь заглядывая в кабинет.
  — Насколько срочное, Роберт ? — с недовольством в голосе поинтересовался хозяин кабинета, поскольку он уже собирался уходить домой и складывал документы в сейф.
  — Вы просили все сведения по этой теме сообщать немедленно — ответил тот.
  — Давайте ваши сведения, — обречённо вздохнул хозяин кабинета, опять усаживаясь в кресло.
  — Сэр. Русские предлагают покупать те устройства, о которых вы интересовались в разведке.
  — А поподробнее, Роберт. — заинтересовался хозяин.
  — Нам сообщили, что русские предложили создать совместную компанию по продаже устройств связи, которые проходят по нашим ориентировкам в разведке. Хотя стоимость достаточно высока, но достоинства устройств перекрывают этот недостаток.
  — Неужели Сталин решил рассекретить эту разработку. Что–то не верится, или он считает, что наши ученые не смогут разобраться в этой новой технологии. Так это полная чушь, мы сейчас намного опережаем русских в точных производствах, — удивился хозяин.
  — Нет сэр, тут что–то непонятное. Устройства предлагает пилот самолета, на котором прилетела делегация русских, а не представители самой делегация. На сколько мы поняли, это даже не инициатива пилота, а предложение какой–то структуры НКВД.
  — Неужели отдел «М», — возбуждённо воскликнул хозяин кабинета.
  — Трудно сказать сэр, но в верхах советов это явно с кем–то согласовано, может быть даже и самим Сталиным. Хотя формально создаваемая фирма никакого отношения к Советскому Союзу не имеет, но курирует её точно НКВД, поскольку самолет и члены экипажа явно принадлежат этой структуре, — сообщил секретарь.
  — Какая стоимость устройств?
  - 15 тысяч за штуку и 105 за комплект. Правда существует и система скидок по количеству комплектов.
  — И сколько предлагают?
  — Двадцать комплектов уже у наших представителей, — отрапортовал секретарь.
  — И вы, как я думаю, лично уже проверили правдивость слухов об этих устройствах, иначе бы ко мне не пришли? — задумчиво протянул хозяин, глядя в лицо своему секретарю.
  — Да сэр, все данные полученные от разведки подтвердились. Я взял на себя смелость, оплатить один комплект и провести быструю проверку. Характеристики приборов полностью соответствуют заявленным. Наши технические специалисты не в состоянии объяснить это. Необходимо привлечь серьезный научный потенциал, поскольку наши люди в тупике. Это просто необъяснимо. В этих устройствах вообще нет ничего понятного. Они непонятны полностью. Техники даже приблизительно описать принцип действия не смогли. Но свойства этих «разговорников» на самом деле фантастичны.
  — Что, Роберт, даже вы впечатлились?
  — Да сэр, Вот ваш экземпляр. Еще один у техников. Один у меня. Остальные четыре в этой коробке.
  …. Через некоторое время….
  — Роберт, вы меня не обманули. Эта вещь невозможна, но она существует. Загрузите наших научников по полной программе. Я хочу знать, как это работает. Как такое возможно? Как может варварская Россия производить такие вещи? Я в это не верю, но мне уже становится страшно, если это так и в руки Сталина попали такие технологии. Я очень далёк от науки Роберт, но даже мне понятно, что эта маленькая штучка содержит в себе не одну — две новых разработки, а десятки или даже сотни неизвестных нам технологий. Теперь я понял изуверскую задумку Сталина. Он специально показал нам маленький кусочек пирога. Сам подумай. Такие технологии разрабатываются не год или два и я думаю даже не десять лет. Это когда же он умудрился все это сделать.
  — Сэр, у наших аналитиков есть некоторое предположение, немного отличное от вашего, при котором можно объяснить большую часть накопленных фактов.
  — Ну ка, ну ка, поясните.
  — Наши люди предполагают, что это ещё разработки царских времён и велись они в районе города …. Именно там, в тылу у немцев, сейчас идёт приличная бойня. По нашим данным, немцы уже положили там две дивизии, а зона контролируемая партизанами только увеличилась. Можно предположить, что в этом районе существует скрытый подземный город, который строился ещё при царском режиме, именно для этих новых разработок. Революция не дала возможности их внедрить и тогда ученые ушли в глубокое подполье. Поскольку явно город мог существовать автономно, эти ученые продолжали разработку своих технологий. Только представьте, тридцать лет развития нескольких прорывных открытий, а если предположить и более раннее начало опытных работ, а это вполне возможно, то и сорок лет не предел.
  Кстати, время создания ветки железной дороги к этому району может совпадать с строительством подземных сооружений, а это как раз начало века и к тому же, как можно дотянуть тупиковую ветку железной дороги к этому району и потом просто бросить. У царя, что, была куча лишних денег? Я думаю, нападение немцев, заставило выйти ученых из подполья, а там ведь русские и если при советах они жить не хотели, то уж с немцами и подавно. Им просто пришлось идти на договор со Сталиным. Вот откуда могли появиться у Сталина эти технологии и это же объясняет, почему они появились сразу после нападения немцев и никак не проявлялись до того.
  — Вы меня просто ошарашили, Роберт. Если это так, то тогда этот неизвестно откуда вынырнувший в НКВД отдел «М», находящийся под личным контролем Сталина и есть структура, связанная с этими учеными и учитывая их необходимость для Сталина, он не смог пойти на их полный захват из-за возможной потери технологий. Судя по всему они потребовали от него ослабление репрессий и освобождение людей из лагерей, что мы и наблюдали совсем недавно. И он пошёл на это. Роберт, только подумай, Сталин выпустил из лагерей своих врагов, только для того, чтобы договориться с этими учеными. Это что же надо было показать ему, чтобы он пошёл на такое. Роберт, слышишь, немедленно… , немедленно дай разрешение на покупку этих устройств, для нужд нашей армии. Надо срочно налаживать все возможные связи с этими людьми. Да и устройства эти нам тоже очень пригодятся, а деньги мы ещё напечатаем, так что срочно скупи все что есть в наличии у этих русских. Запроси и другие устройства из списка разведки. Если найдутся и эти, то это они.
  Заметь не советские, а царские ученые и с советами они жить изначально не желали. Необходимо любыми способами наладить связь с этими людьми и перетянуть их на свою сторону. Можешь не спать ночами и привлекать любых специалистов и любые средства, но наладь связи с этими людьми. Всю информацию под гриф «совершенно секретно». Создай отдел, структуру, да хоть целый институт по этой операции. Назовем её «проект феникс». Все данные только мне на стол. Для всех остальных должно быть известно, что мы работаем со Сталиным и никаких других ученых в России не существует, это его люди. Об остальном будем думать потом. С президентом я договорюсь сам.
  — Да сэр. Я займусь этим немедленно, — ответил секретарь и выскользнул за дверь.
  
  После того как Натали Бенсон привезла всех к самолету, девушки срочно занялись официальной примеркой купленных вещей. Эта процедура затянулась у них далеко за полночь и в конце концов, Натали осталась ночевать с девушками в самолете. В то же время Лекс по мыслеречи поговорил с Леной и рассказал о переговорах со старыми китайцами. Лена одобрила его операцию, так как наличие достаточных средств для покупки понравившихся вещей, её очень устраивало, а поскольку Лекс её в этом не ограничивал, то это радовало её вдвойне.
  Когда остальные девушки уже улеглись спать, Лена пришла к Лексу и они опять занялись магией, точнее созданием производственного амулета для новых разговорников. Конечно пока они делали только магическую часть такого артефакта, а реальное устройство они будут делать на базе. Наличие сильного источника на поверхности, все таки мешало созданию точных магических артефактов. В новом разговорнике, который был достаточно сложным и миниатюрным изделием, было очень большое количество мелких и слабых магических рун и потоков. Только под утро они отвлеклись и некоторое время посветили любовным играм, а потом уже легли спать. Пару часов на сон им всегда хватало для полноценного отдыха.
  Утром к самолету заявилась бригада обслуживания с аэродрома и предложила заправить самолет и провести его техобслуживание. Сизов, ранее проинструктированный Лексом на эту тему, внутренне усмехаясь, разрешил им этим заняться. Он сам ещё раньше облазил весь самолет и не смог найти отличия от исходной документации. Скорее всего такие действия персонала аэродрома были инициированы американской разведкой. Этот тип самолета не мог летать без посадки на такие расстояния и узнать секрет русских, им просто необходимо. Сизов был уверен, что если не пройдёт вариант с обслуживанием, американцы попытаются провернуть что–нибудь другое.
  Казалось, что русские не намерены выдавать своих секретов, поскольку на самолете всегда кто–то оставался. Легкое согласие русских на проведение работ, слегка озадачило американцев. Когда же они провели все работы по регламенту и заправили самолет, результаты поставили их в тупик. Ну не мог этот самолет пролететь без посадки 9 тысяч километров. Немножко модифицированный самолет, их же разработки, не обладал в принципе такими дальностями полётов. Ему просто не хватит топлива, а дополнительных баков обнаружено не было, но русские умудрились перелететь холодный океан.
  Можно предположить наличие нескольких промежуточных аэродромов, но тогда этот перелёт выливался в огромную сумму денег, затраченных на такой грандиозный проект, да и по данным разведки не существовало таких аэродромов, да и русские таких денег не тратили. Но как тогда они смогли сюда добраться? Сизов на все их вопросы по самолету только загадочно улыбался и оправдывался не знанием, поскольку он простой охранник. Ему не верили, но сделать ничего не могли. Сизов им ничего не запрещал. Они даже открыто фотографировались на фоне самолета, конечно при открытых моторных отсеках. Такое отношение охранника тоже ставило перед американцами множество вопросов. Русские не боялись раскрытия своих секретов или их здесь не было, но такое было невозможно, они же реально сюда долетели.
  Когда сильно озадаченные ремонтники убрались, появился Бенсон вместе со своим начальником Адамсом. Лекс к тому времени уже проснулся и Лена готовила с девушками еду. Пригласили к столу и гостей. После вкусного обеда Адамс сообщил, что удалось быстро заинтересовать и продать военному ведомству все выданные комплекты разговорников. Соответствующие суммы переведены на счет Лекса. Сумма оказалась весьма значительная, миллион с четвертью долларов и это при том, что ведомство сразу поставило сто сорок затребованных Лексом магнитофонов. Сизов был очень доволен такой информацией. Лекс выдал Адамсу ещё 80 комплектов и пока Бенсон относил их к машине, тот внимательно глядя на Лекса спросил:
  — Господин Лекс, по некоторым данным, в распоряжении Сталина, ещё имеются приборы, позволяющие вести ночное наблюдение. Не могли бы вы узнать, возможны ли поставки таких устройств и по каким ценам.
  — Вполне возможны, да и цена такая же как у разговорника пятнадцать за штуку. Конечно две из них вам за продажу и обслуживание, — сразу предложил ему Лекс.
  (Лекс : — Оперативно сработала их разведка. Скорее всего это пробный разговор. Если есть приборы и я быстро соглашусь продавать, то я представляю отдельную структуру в руководстве страны. В общем все как и предполагал Сталин.)
  — Сколько приборов вы можете нам представить? — заинтересованно спросил Адамс.
  — Пятьсот штук прямо сейчас, — внимательно поглядывая на Адамса, ответил Лекс.
  — Вы предполагали этот вопрос, — задумчиво констатировал Адамс.
  — Конечно предполагал, — согласился Лекс, — Не надо недооценивать деятельность разведки соседних государств.
  — А почему вы не в составе официальной делегации? — поинтересовался тот.
  — А я и не отношусь к официальным лицам той страны, — непонятно пояснил Лекс, больше ничего не объясняя.
  Адамс больше не настаивал на этом вопросе. Его настолько поразила оговорка Лекса - "той страны", что больше ни о чем спрашивать не стал. Скорее всего его устроила эта информация. Взяв выданные Лексом очки, американцы быстро удалились.
  Лекс переговорил с Натали Бенсон по поводу её нового трудоустройства в магазин китайцев. Учитывая серьезное повышение её зарплаты в этом случае и кроме того, процент с продажи лекарств, она согласилась без раздумий и умчалась к своей китайской подруге, в магазин для окончательного согласования фронта работ.
  До конца дня Лекс занимался основами магии с Леной и Ольгой, которая с удовольствием примкнула к этим занятиям. Лекс учил их основным методам динамической концентрации, без которых из учеников настоящих магов не получится. Недостаточно знать магические руны и различные заклинания, ещё необходимо уметь их применять в меняющейся обстановке, в том числе и в бою. Держать концентрацию, необходимую для магических действий, очень не просто. Многие слабые маги, по настоящему, так и не научились выполнять сложные магические действия при движении или в бою и соответственно требуют дополнительной защиты в виде телохранителей. Настоящим же магам или архимагам этого не требуется. Вот они и применяют так называемую динамическую медитацию.
  У артефакторов она просто необходима и хотя они не оперируют мощными магическими потоками, но зато пользуются сразу достаточно большим количеством маленьких разнородных потоков, а их контролировать ещё сложнее. В общем это весьма полезная для настоящего мага штука, хотя и для обучения этому необходимо затратить достаточно много времени. У некоторых обучение растягивается на годы, но все таки это того стоит. Методики обучения магии у артефакторов с первого занятия предполагают начало обучения этому состоянию. Лекс старался не отступать от этих методик, поскольку его накопленный опыт говорил о серьезном отставании в подготовке обычных магов его мира, по сравнению с качеством обучения у артефакторов. Ольга, в основном под управлением Лены, поскольку та уже знала основы, с удовольствием окунулась в обучение. Вечером их занятия прервал приход адвоката. Он принёс Лексу чековые книжки для удобства работы с его счетами в банке.
  — Господин Лекс, вы поставили в тупик моего лечащего врача, — с порога заявил он.
  — Ничего удивительного. Он просто не мог знать о таких лекарствах, — пожал плечами Лекс и предложил ему устраиваться за столом. Раз уж пришли гости можно прерваться и перекусить. Девушки выставили на стол, то что уже с утра запасено в холодильнике и кое–что из вкусностей из теневой сумки. Адвокат рассказал, что проведённые анализы показали практически полное восстановление ткани в лёгких. По отзывам врача это просто чудо, потому что это невозможно в принципе. Чтобы не произошло ошибки, была проведена проверка в другой клинике, которая показала ещё большие изменения в организме, в лучшую сторону. Местные светила медицины в тупике, хотя уже появились желающие попробовать новые лекарства на себе и собственно за этим адвокат тут и появился. Лекс предложил тому обратиться в магазинчик в китайском квартале.
  — Значит большое количество составляющих в лекарстве из Китая, — сделал логичный вывод адвокат.
  — В том числе, есть и из Китая, — опять не совсем соврал Лекс. Ведь многие травы, из которых и делалось лекарство, могут прорастать в пределах Китая.
  — Вы предлагаете наладить сбыт ваших лекарств через этот магазин? — спросил адвокат.
  — Я предлагаю вам отправиться туда и договориться с хозяином магазина обо всем. Я не смогу присутствовать здесь постоянно и мы пришли с этими достойными представителями коммерческих структур к соглашению, по которому доставка и продажа будет осуществляться ими и если вы возьмёте на себя юридическое сопровождение сделок в вашей стране, это будет просто замечательно. Я думаю и вам перепадут некоторые суммы, в виде соответствующего вознаграждения за труды. Ваша знакомая Натали Бенсон уже в штате этого магазина и с удовольствием доставит вас по адресу, — предложил адвокату Лекс.
  — Пожалуй я завтра с утра туда наведаюсь, — согласился тот и после очень хорошего ужина и лёгкого разговора в интересной компании, он удалился.
  На следующий день с утра за Ольгой заехал Самсонов и сообщил Лексу, что в этот день у них состоится встреча с представителями некоторых заводов, в том числе и «Дюпон» и если есть желание, то Лекс может поприсутствовать на этой встрече. Лекс согласился и быстро собравшись, поехал с ними.
  Во время встречи Лекс сидел и слушал. Ему было интересно узнать, что предлагается к закупке и по каким ценам. В случае если что–то он не понимал, то обращался по мыслеречи к Лене, если она тоже этого не знала, то он потихоньку расспрашивал людей из делегации. Во время перерыва Самсонов познакомил Лекса с одним из представителей химического концерна Дюпон. Им оказался уже достаточно пожилой человек, но с прекрасно сохранившейся фигурой и в идеально сидевшим на нем, сером костюме. Надо сказать, все американцы очень серьезно относились к своему внешнему виду. Как уже понял Лекс, здесь костюм сразу мог показать положение человека в обществе и его уровень достатка. С плохо или неряшливо одетым человеком серьезные люди здесь свои отношения не строят. Лекс, в своей лётной куртке, конечно же выделялся из состава делегации русских, но раз он здесь присутствовал, то американцы восприняли это как знак того, что его уровень никак не меньше, чем у членов делегации.
  Марк Джонсон являлся коммерческим директором одного из заводов, производивших искусственные химические материалы, в том числе и так интересующий Лекса нейлон. Еще задолго до этого совещания совет директоров концерна поставил перед Джонсоном задачу по расширению сбыта продукции и возможные заказы русских очень способствовали решению этой задачи. Поэтому Джонсон с вниманием отнёсся к разговору с этим русским пилотом, хотя, как он узнал, в официальный состав делегации тот не входил.
  Джонсон был достаточно старым и опытным человеком. Зачастую по нюансам поведения людей он четко выстраивал их в определённую иерархию. Этот пилот выбивался из этой иерархии. Совсем мало информации по нему имела и внутренняя служба безопасности компании и знакомые из разведки. Этот человек был ещё очень молод и ещё нигде не засветился, хотя по многим членам русской делегации уже были собраны некоторые досье. Кроме того сам Самсонов, являющийся руководителем делегации, очень уважительно общался с этим пилотом. Еще как–то непривычно и то, что фамилию пилота никто не знал, даже в сообщениях газет о перелёте звучало почему–то только имя — господин Лекс. Русские к нему тоже обращались только по имени, товарищ Лекс. Все это слегка настораживало Джонсона. Желание Лекса побывать в цеху производившем нейлоновые нити не встретило сопротивления со стороны Джонсона и они легко договорились об обзорной экскурсии на следующий день. После чего Лекс сразу покинул встречу. Из этого Джонсон понял, что фактически Лекса интересовал только нейлон. И это его достаточно сильно озадачило. Технология производства этого материала не являлась большим секретом, но без знания особенностей изготовления и наличия подготовленных специалистов, наладить его производство не представлялось возможным. При проведении экскурсии, получить эти особенности невозможно и зачем тогда это русским, непонятно. Джонсон решил отложить этот вопрос на завтра.
  Лекс практически весь оставшийся день штудировал запомненные учебники и книги по химии. Особенно заинтересовала его органическая химия. Конечно специалистом он не стал, но основы понимания химических реакций получил. Огромный объём новой информации сразу разложился по полочкам в его памяти. Для создания чего–то нового этого конечно не достаточно, но понимать происходящие химические процессы он научился.
  На следующий день за Лексом прибыл автомобиль с завода Джонсона и он на нем быстро добрался до этого завода, хотя тот был расположен достаточно далеко за городом. Дорога приятно удивила Лекса. Качество дороги было очень высоким и поэтому скорость автомобиля была высока и сам путь не занял много времени. На проходной завода его встретил сам Джонсон и один из мастеров Ник Долтон, из цеха производства нейлоновой нити. Экскурсия заняла более двух часов. Кроме того, что мастер рассказывал, Лекс интересовался ещё многими особенностями производства. Конечно ничего секретного ему не рассказывали, но ему это и не требовалось. С помощью щупа диагноста он прекрасно срисовал всю технологию производства и в принципе мог сам построить со временем аналогичный цех. На самом деле ему это пока не нужно. Просто если уж маг добрался до какой–то информации, то он старался выкачать её всю и в этом Лекс от других магов ни чем не отличался. После окончания экскурсии они зашли в кабинет мастера, где Джонсон, после того как все расселись за рабочим столом, поинтересовался у Лекса, — господин Лекс, зачем вам нужна эта экскурсия?
  — Мне нужно было понять, сможете ли вы выполнить мой специальный заказ, — честно ответил Лекс, располагаясь за столом.
  — Ваш личный заказ или государственный? — задал уточняющий вопрос Джонсон.
  — Личный, но это не скажется на оплате, — улыбнувшись ответил Лекс.
  — А что за заказ? — поинтересовался мастер.
  — Мне нужно нечто похожее на нейлоновые чулки для женщин, но в виде длинной трубки диаметром сантиметров 10 и длиной до десяти метров. Толщину нити надо уменьшить примерно вдвое. Плотность и прочность увеличить тоже примерно вдвое. По поверхности трубки нанести витой узор из такой же нити, на базе повторяющегося орнамента, как бы вторым слоем. Всего нужно примерно с пару километров такого рукава, но потом скорее всего понадобится ещё, — Подробно объяснил свои требования Лекс.
  — По поводу размеров, проблем нет. Да и толщину нити можно уменьшить. Орнамент, сложнее, но тоже возможно. Можно придумать подходящую вязальную машину. Вот по поводу плотности и прочности большие сомнения. Мы и так работаем на максимуме возможного, — с сомнением качая головой, пробурчал мастер.
  — Кроме того, даже это выльется в большие деньги, — добавил Джонсон.
  — Сколько? — взглянул на него Лекс.
  — Можно прикинуть, — задумался тот и немного подумав, начал считать вслух. — Подготовка оснастки линии, это тысяч сто. Плюс изготовление уменьшенных калиброванных сопел для нити, это ещё двадцать. Вязальная машина, если сложный орнамент, потянет тысяч на двести. Цена за погонный метр, даже для экспериментальной линии, будет максимум в сто долларов. На два километра это двести тысяч Добавим непредвиденные расходы и расходы на проектирование, это примерно сотня. Всего 620 – 650 тысяч, ну и если поощрить специалистов то все семьсот.
  — Всего то. Я думаю мы договоримся, — обрадовался Лекс.
  — Но прочность мы не обеспечим. Мало того, она будет очень небольшой, поскольку нить будет тоньше, — предупредил мастер.
  — За прочность не переживайте. — ответил Лекс, немного прикинув в уме варианты, он продолжил, — Пожалуй я вам предоставлю блок с калиброванными соплами и там же будет происходить уплотнение нити с повышением её прочности. Вы только дайте чертежик с габаритами устройства.
  — Да без проблем, — ответил, слегка удивленный его быстрым ответом, мастер и порывшись в документации в шкафу достал и передал Лексу чертеж блока выходного сопла. а потом спросил, — И когда будет готово ваше устройство?
  — Пусть ваш человек подъедет завтра ко мне на аэродром. Я ему передам — усмехнулся Лекс.
  — Не понял, оно что уже у вас готово? — от удивления Джонсон, чуть не упал со стула, откинувшись на спинку.
  — Ну я предполагал нечто подобное, поэтому нужно только подогнать посадочные размеры, — пожал плечами Лекс.
  — Когда будут деньги? — спросил немного приходя в себя Джонсон, уже понимая, что сделка вполне реальна.
  — Уже сегодня попрошу своего юриста перевести вам деньги, — проинформировал того Лекс.
  — А можно будет использовать ваше устройство в нашем производстве, ведь пара километров вашей трубки это для нас совсем немного и все остальное время оно будет простаивать, — заинтересовался мастер, понимая что упрочнение нити сулит огромные прибыли, даже не сопоставимые с предложенными по этому договору затратами.
  — В этом случае мы можем договориться об отчислении вам части прибыли, полученной за такое использование вашего оборудования. Например пяти процентов, — загорелся этой идеей Джонсон. Он прикинул возможный эффект от улучшения качества нейлоновой нити и тот даже по очень скромным прикидкам, выходил достаточно значительным.
  — Десять и я вам предоставляю десять таких блоков, — предложил Лекс.
  — С вами опасно иметь дело, господин Лекс. Имея образец нашего товара, вы ведь все рассчитали заранее, и примерные наши возможности, и основные наши затруднения, — погрозив ему пальцем, произнёс Джонсон.
  — Так у вас же капитализм, как же ещё жить с акулами капитализма, — пошутил Лекс, вспоминая разговоры партизан на тему капитализма.
  — Если у коммунистов водятся такие рыбки, то нам, акулам, скоро придётся совсем плохо. Съедите, — поддержал шутку тот и уже потом серьезно произнёс, — Я рад, что вы обратились к нам и мы нашли с вами взаимопонимание. Думаю, что моё начальство не будет возражать против десяти процентов прибыли, в случае повышения качества нашего товара. На этом основной разговор закончился и Лекса отвезли обратно на аэродром.
  К утру десять нужных блоков были готовы и их забрал водитель, присланной с завода машины. Конечно первый блок Лекс делал сам, а вот с последующими работала Лена. По разговорнику, через диспетчера, Лекс переговорил с китайцами о состоянии дел в магазине. Те его обрадовали сообщением, что работа идёт и большая часть лекарства подготовлена к продаже и кроме того достигнута договорённость с присланным адвокатом о создании совместного предприятия для продажи этого лекарства.
  Весь день у Лекса был свободный, поэтому по желанию Лены, с Натали в качестве гида, они опять отправились по магазинам. Сначала они заехали в банк, где Лекс снял со счета достаточно большую сумму наличными, для оплаты покупок. Потом они не пропускали ни одного приглянувшегося им магазина. Лекс покупал инструменты и различное не большое оборудование, заинтересовавшее его. Лена старалась набрать все, что могло пригодиться в домашнем хозяйстве. Правда себе они покупали совсем немного. В основном приобретали товары, которые могли пригодиться жителям на партизанской базе и покупали они их не сотнями, а просто для примера по нескольку штук. То что приживётся на базе, можно будет закупить позже в большем количестве. Единственное что купили сразу и в приличном количестве — это швейные машинки и различные цветные нити. Больше сотни машинок различных фирм загрузили в теневую сумку, покупая по несколько штук в разных магазинах, чтобы сильно не светиться. Также закупили целый небольшой склад с нитками для них, штук триста ящиков. Лена приобрела много понравившейся одежды, для того чтобы показать швеям на базе и самим шить такую красоту. Довольные, они к вечеру вернулись на аэродром.
  
  Кабинет мастера Ника Долтона.
  — Ну что ты можешь сказать мне, о полученных соплах для нити ? — спросил Джонсон своего мастера цехе.
  — Ничего сэр, — ответил тот, скромно пожав плечами.
  — Как так ничего!!! — удивленно воскликнул Джонсон.
  — Это просто не сопла, это что–то другое и как работает эта штука никто не понимает. Скопировать устройство мы не сможем, — протяжно вздохнул мастер.
  — Ник, оно хоть работает?
  — Еще как, сэр. Начнем с того что у него не одно сопло как у нас, а шесть, то есть мы можем тянуть сразу шесть нитей. Кроме того на выходе именно нить, уже охлаждённая и застывшая, значит в устройстве охлаждения нет необходимости. Правда куда девается все тепло, абсолютно не известно. При выходном сечении в четыре раза меньшем чем в наших стандартных соплах, прочность нити раз в десять выше нашей толстой. Канат из такой нити будет на много прочнее стального. Но самое удивительное это то, что выглядит это устройство как сплошной кусок, непонятным образом, вспененной стали с входным патрубком и тонкими, калиброванными отверстиями. В общем сэр, как все там внутри работает, абсолютно непонятно.
  Мы попробовали просветить эту штуку рентгеном, но ничего не увидели, структуры внутри слишком маленькие и за счет пористости накладываются друг на друга. Сплошной кусок металла и все. Единственный заметный физический эффект это то, что переднее заливное отверстие имеет температуру расплавленной основы нити, около 300 градусов, а грань с выходными соплами имеет комнатную температуру. В общем эта штука работает отлично, но как она сделана и почему работает мы сказать не можем. Это все, — закончил доклад мастер.
  — Что же докладывать наверх? — задумался Джонсон.
  — Да так и доложите. Русские заключили с нами договор на поставку материала. Кстати, нам очень выгодный договор. Также они предоставили нам свое оборудование для модернизации производства и согласились на процент прибыли за его использование. Думаю нашим большим боссам все равно, откуда капают денежки, лишь бы капали, а мы за счет этих штук значительно повысим свое благосостояние. Поскольку, во первых за счет прочности уменьшим расход материала и во вторых, опять же за счет прочности, захватим некоторые новые рынки сбыта нашей продукции.
  Кстати, мои умельцы из тестовой нити, на резервном оборудовании сделали чулочки, которые мы выпускали год назад. Так вот они не рвутся. Точнее, зацепить и порвать руками невозможно. И скажу вам прямо, мои лаборантки из цеха это очень оценили и уже делают рекламу среди сотрудниц. Так что я думаю надо будет восстанавливать линию такого производства и кроме военных заказов штамповать ещё и чулки. Прибыль будет ничуть не меньше и это не уменьшая военных поставок, а только за счет экономии — предложил мастер.
  — Да, пожалуй так надо и сделать. Думаю этот непонятный русский принесёт нам неплохой доход, так что готовь производство для выполнения его заказа, а я подумаю как и чем можно ещё заинтересовать господина Лекса для решения наших производственных проблем. Если он смог где–то изготовить эти непонятные, но весьма денежные штуки, то может он сможет нам предложить и ещё что–нибудь, естественно за процент прибыли. В этом случае и он в обиде не останется и нам доходы добавятся, — подвёл итог Джонсон.
  
  Где–то в очень теплом кабинете, в Вашингтоне.
  — Сэр, ваши предположения оправдались. Господин Лекс явно представляет какую–то структуру, отдельную от руководства Советской России. Он после нашего запроса предложил на продажу очки, аналогичные указанным в ориентировке нашей разведки. Кроме того, по нашим данным он не входит в официальную торговую делегацию, но руководитель русской делегации не препятствует ему в вопросах по заключению договоров, как частному лицу, мало того даже свел его с представителями завода Дюпон. Что там нужно этим русским, мы пока не знаем, но скоро выясним.
  — Выясняйте поскорее, Роберт. А что по исследованию этих очков?
  — Сэр, все характеристики подтвердились и это не менее фантастично, чем разговорники.
  — И что говорят наши научники.
  — Ничего сэр. Они ничего не говорят. Они ничего не понимают. Есть только предположения, что большая часть полученных русскими технологий связано с мозгом человека. Только этим можно объяснить фантастические возможности очков и разговорников. Хотя и по материалам, из которых они изготовлены, тоже есть непонятные моменты, да и по процессу изготовления тоже. В общем объяснений нет, сэр.
  — Плохо Роберт. Очень плохо, но пока оставим эту тему научникам. Дайте задание разведке, пусть узнают все об этом пилоте, все что смогут и не выпускать его из виду. Обо всем докладывать мне лично. Президенту пока и докладывать нечего. Жду от вас новой информации.
  
  Ничего больше Лекса в Америке особенно не интересовало. Может быть и было здесь что–то нужное, но он об этом не знал. Еще несколько дней с помощью Натали, которая обеспечила ему допуск в одну из открытых технических библиотек, он провёл за изучением технической литературы. Если быть точнее, то за запоминанием, поскольку изучить что–то за это время конечно не удалось бы. Лексу очень понравились различные технические журналы, которых оказалось на порядок больше, чем в Советском Союзе. Кроме того здесь присутствовали некоторые науки которые совсем не развиты в Союзе.
  За это время его счет в банке значительно пополнился. Очки ночного видения принесли ему более шести миллионов. Разговорники дали свыше пяти. Еще некоторую сумму принесли лекарства. Точнее, через китайский магазинчик удалось продать десяток наборов лечебных настоек, а это дало ещё миллион. Эта статья дохода ещё не приносила больших денег, поскольку врачи весьма консервативно отнеслись к новому лекарству и только те пациенты, которым терять уже было нечего, пошли на его применение. Окончательные результаты их лечения ещё не были получены.
  По местным меркам, Лекс стал неплохо обеспеченным человеком. С учетом всех расходов у него на счетах скопилось 12 миллионов в местной валюте. Поскольку пока никаких расходов на собственные нужды Лекс не планировал, он перевёл на счета торговца Зиана миллион, для закупок растительного сырья в будущем. Еще один миллион он положил в банк на отдельный счет и обеспечил к нему доступ руководителю советской делегации Самсонову. Эти деньги он рекомендовал Самсонову потратить на обеспечение оборудования для проектировщиков из конструкторских организаций союза. Когда он посещал заводы по просьбе Сталина, при разговорах с персоналом, очень часто возникали вопросы связанные с обеспечением проектировочного процесса. Особенно не хватало измерительной аппаратуры. Вот на это Лекс и предложил потратить такую сумму и покупать это оборудование в частном порядке, поскольку различные согласования в куче инстанций могут занять уйму времени. Занятия с Леной позволили разработать всю магическую часть автоматической установки по производству новых разговорников. Теперь осталось добраться до базы и создать эту установку.
  
  Глава 14. Новый штурм.
  
  Как раз к этому времени пришло сообщение от Семенова, с партизанской базы. Он сейчас управлял районом, захваченным партизанами во время прошлого наступления. Немцы наконец решили окончательно расправиться с партизанами. Все имеющиеся резервы они стянули к захваченному району. Пять пехотных дивизий и две танковые обеспечили почти шестикратный перевес в живой силе и более чем десятикратный в тяжелом вооружении. Против не полных двадцати тысяч партизан немцы поставили сто двадцать тысяч и против трех десятков партизанских танков, они бросают почти четыреста своих. Силы получаются слишком не равные. Даже зная направления основных ударов Семенов опасался, что партизанская оборона не выдержит этих ударов. Лекс переговорил со Сталиным по разговорнику и сразу после этого вылетел на базу.
  Делегация Самсонова осталась в Америке и вернётся позже, на одном из транспортов морского конвоя, с грузом. Теперь не было надобности прятать скорость самолета, через 12 часов Лекс уже был на базе. В штабе партизан его ждал весь командный состав. По данным разведки, было известно, что немцы решили штурмовать район одновременно с нескольких сторон, используя небольшие штурмовые группы, которые будут действовать вне дорог. Они рассчитывают, что партизанам не хватит сил для нейтрализации большого количества таких групп. Таким образом партизаны постепенно могут быть выдавлены к районам городов, поскольку закрепиться и обороняться в деревнях они не смогут. При подавляющем превосходстве противника, такие мелкие опорные пункты будут быстро разгромлены. Если такая стратегия принесёт плоды, партизаны окажутся заперты в основном в двух — трех городских районах. При этом немцы по частям могут разгромить и эти районы, как бы сильно те не были укреплены.
  Такая стратегия имела все шансы на успех и партизанское начальство ломало голову по поводу расстройства этих планов. После получения этих сведений, Лекс попросил два дня на размышления и подготовку, тем более что время ещё было и немцы собирались наступать лишь после достаточного похолодания, чтобы болота немного подмёрзли. Конечно Лекс мог напрямую, используя собственные возможности мага, помочь партизанам, но такое развитие событий его не устраивало. Ну не хотел он открыто светить эти свои возможности, да и Сталину это бы добавило проблем в будущем, а подводить местное начальство, с которым у него сложились неплохие отношения, ему не хотелось.
  Лекс решил посовещаться с Леной. После небольшой дискуссии, где Лена выступала как эксперт по технологиям этого мира, они пришли к нужному решению. В этом случае получалось, что Лекс применял свои знания, но как и в предыдущих случаях, скрытно.
  Решение получилось достаточно простым и изящным. Для начала было решено применить принцип волчьих групп, эльфийской охраны. Территория лесов и заболоченных местностей как нельзя лучше позволяла это сделать. При этом небольшие группы бойцов, одна за другой, двигались по кусочкам расширяющейся спирали вокруг опорных центров до границ выделенных территорий. Этакая своеобразная круговая гребёнка. Получалось, каждая группа при столкновениях с противником наносила ему максимальный урон в первый момент времени и сразу же отходила и продолжала движение по своему спиральному маршруту. Следующая группа, которая с небольшой задержкой шла за предыдущей, через небольшой момент времени тоже натыкалась на противника и в свою очередь нападала на него и мгновенно отходила и таким образом получалось, что отряд противника постоянно кусали рейдерские группы и нанося максимальный урон уходили без особых потерь. Такая волчья стратегия, укусить и отскочить, могла обеспечить партизан огромным преимуществом и уменьшить их потери.
  Отличие от эльфов состояло в том, что в своих лесах те знали о всех перемещениях противника, а партизаны этого не умели. В этом помочь им мог Лекс. У него уже были разработки подходящих локаторов. Нужно их немного упростить и сделать ещё несколько типов дополнительных амулетов. Прежде всего он и занялся с Леной этим упрощенным локатором. Поскольку все передвижения предполагались по плоской поверхности, мираж отражения упрощался и становился плоским. Для удобства наблюдения, он возникал на обычном листе бумаги, точнее на карте на этом листе, которая была спроецирована так же в виде иллюзии, с помощью простенького заклинания копирования. Поскольку позиция определялась по специальному магическому маяку, расположенному на базе, то точность была достаточной для определения своего положения и положения других живых объектов. Метка свой или чужой определялась специальными амулетами, аналогичными выданным охране института. Эти хитрости позволяли действовать партизанам по эльфийским методикам.
  Вторым шагом стало создание ещё одного простенького амулета, амулета защиты, использующего заклинание «каменная кожа». Это известный в его мире одноразовый амулет, который обеспечивает однократную защиту от быстро летящих объектов, типа стрелы или быстрого удара мечом, после чего он разрушается. Такой амулет защитит и от пули или осколка и серьезно уменьшит потери партизан при столкновениях с противником. Единственным недостатком этого амулета было то, что он одноразовый и в активированном виде не терпит рядом ещё одного активированного, такого же амулета. Поэтому при срабатывании амулета необходимо считать человека условно раненным и сразу убираться из зоны поражения, к специально выделенному медику, у которого будут находиться не активированные амулеты в специальном контейнере, подавляющем действие заклинания. После получения нового амулета и его активации, боец снова может вступать в бой.
  Используя эльфийские защитные комбинезоны, которые уже давно шьются на базе и имеют слои защитной ткани, партизаны и так несут не значительные потери, но они не обеспечивают полной защиты тела. Учитывая значительное превосходство противника в количестве солдат и соответственно плотности огня, дополнительная защита лишней не будет. Кроме того, амулет защищает все тело, а не только критичные участки как комбинезон.
  Чтобы обеспечить скрытность магических технологий и приблизить эффект работы с амулетами к оборудованию, похожему на местное, пришлось придать соответствующий вид этим амулетам. Локатор представлял собой плоский керамический планшет с листом бумаги под тонким но прочным стеклом. Конечно все это было из местного материала, собственно амулетом был именно лист бумаги, а все остальное просто защищало его от внешнего воздействия и конечно было достаточно хорошо обжато щитами земли, для прочности. Из управления была одна единственная кнопка, точнее выдавленная руна активации, на лицевой стороне планшета, которая собственно и запускала его в работу, при этом на бумаге появлялась заложенная ранее карта местности и точки положения объектов.
  Максимальный радиус отражения составлял всего три километра, а карта заложена в радиусе пятидесяти километров, причём карту можно обновить или заменить в специальном устройстве на базе, которое к тому же осуществляло привязку по крови оператора к планшету, но для партизан и этого вполне достаточно. Запаса магической энергии для работы планшета хватало на 300 часов непрерывной работы, затем его можно зарядить в обычной или специальной зарядке. Конечно если его выключать, когда он не нужен, можно протянуть гораздо дольше.
  Амулет «каменной кожи» выглядел как маленький стеклянный цилиндрик диаметром 1 сантиметр и длиной два сантиметра. Внутри находился кристаллик сахара. С центра верхнего торца цилиндра выступал всего на два миллиметра острый кончик ещё одного кристаллика сахара. Это и был активатор амулета. Если человек проколет кожу этим верхним кристаллом, то капелька крови активирует амулет и тот подготовит заклинание «каменной кожи» к работе. Внутренний кристалл окрасится при этом в красный цвет и покажет что амулет активирован. В таком состоянии амулет может находиться очень долго.
  Любые кристаллы достаточно долго могут удерживать магическую энергию, но если кристалл отдалится от своего носителя на расстояние свыше одного метра, амулет сработает бесполезно и при этом разрушится с заметным щелчком. Также амулет сработает при резком нарушении кожного покрова свыше двух миллиметров. Закрепить амулет нужно в пределах ауры человека, активировавшего амулет. В принципе можно просто положить в специально выделенный карман в комбинезоне, которых там вполне достаточно.
  Основное время у Лекса с Леной заняло изготовление автоматических установок по производству этих новых амулетов. Хорошо хоть сложность амулетов была совсем небольшой и использовались уже разработанные узлы от ранее сделанных установок, а то бы они не справились, за такое короткое время.
  Пришлось ввести в курс новый персонал, для обслуживания этих установок, поскольку Гельмут с Митричем уже не справлялись с такими объёмами производства амулетов. Персонал был набран из добровольцев, из молодых женщин близлежащих сел, которые могли легко справиться с такой работой. Соответственно с них была взята магическая клятва на верность. Митрич рассказал им, кто такой на самом деле Лекс и показал секретную часть базы. После клятвы можно не опасаться в утечке информации на сторону. Человек под такой клятвой просто не мог ничего выдать из секретов, ему доверенных. Таким образом, кроме охраны базы и гвардейцев появился ещё и обслуживающий персонал, имеющий доступ в секретную часть комплекса.
  Через два дня Лекс опять прибыл на совещание партизанских начальников. Он показал и рассказал им о новом оборудовании. Естественно никто не стал задавать ему вопросы, откуда оно вообще появилось, но многие люди очередные закладки себе в памяти оставили. Возможности планшетов приятно удивили начальников, хотя принцип действия и остался непонятен, но хотя бы предположения какие–то можно было подвести. Вот амулет защиты, Лекс его назвал динамическим щитом или короче Д-щит и принцип его действия, не лез ни в какие ворота, как и ночные очки и разговорник, да и много чего ещё. Сейчас это местное руководство совсем не волновало.
  Предложенная Лексом система обороны прекрасно вписывалась в текущее положение. Семь тысяч, наиболее подготовленных и экипированных партизан, составили ядро рейдовых отрядов. Учитывая длину диаметра зоны в 450 километров и интервал между отрядами в три километра, на пределе видимости планшета, в одном витке спирали будет 150 таких отрядов. Если держать три витка, то нужно 450 отрядов. В рейдовом отряде у партизан уже давно прижились семерки бойцов, по количеству возможных доступов через комплект разговорника. Соответственно внешнюю спираль обороны обеспечивало примерно 3200 человек.
  Вторая смена также содержала такое количество людей. Еще пятьсот бойцов оставалось на резервные пять отрядов по сотне, для уничтожения прорвавшихся, потрёпанных отрядов противника. Остальные 13 тысяч, ещё не до конца подготовленных бойцов, освобождённых из лагерей военнопленных и набранных из гражданских обеспечивали защиту укреплений на десяти основных и трех десятках дополнительных дорог партизанского района. Учитывая построенные хорошие укрепления на этих танкоопасных направлениях и использование големов, для прикрытия наиболее опасных направлений, а также более качественную разведку с помощью птиц и животных, партизанам должно вполне хватить сил для отражения атак противника.
  Летчикам из полка прикрытия оставалось только прикрывать воздух непосредственно над районами обороны партизан, под прикрытием зенитных големов, иначе, учитывая превосходство по количеству используемых самолетов, противник быстро их посбивает, не смотря на хорошие лётные характеристики новых самолетов.
  План обороны местному руководству понравился и был утвержден. С этого момента подготовка пошла в быстром темпе. Лекс запустил установки по производству амулетов. Причем пришлось ему делать и установку по производству новых зарядок. На них получилось делать пятьсот планшетов, две тысячи д-щитов, три тысячи амулетов опознавания и сотню зарядок в день. Кроме того, пошивочный цех за счет привезённого Лексом оборудования, нарастил производство комбинезонов до тысячи в день, посадив за машинки и на раскройку все обученное женское население партизанского района.
  К началу немецкого наступления партизанские войска были полностью экипированы и даже проведены войсковые учения, с использованием всех новшеств. Если раньше немцам попадала хоть какая–то информация о партизанах, то теперь этот поток полностью прекратился. От такого количества рейдовых групп, ни какой разведке уйти не удавалось.
  Основываясь на предыдущих данных, войскам противника пришёл приказ о выступлении. Немцы группами по 200 – 300 человек рванулись по лесным тропам вглубь партизанских территорий и пила обороны заработала. Первые же столкновения показали перспективность такой обороны. Один огневой контакт маленького, хорошо вооружённого и подготовленного отряда из семи человек, выводил из строя до двадцати солдат противника, в первые же несколько секунд боя и через три таких столкновения отряд противника мог потерять до трети своего состава.
  Скорость продвижения противника резко падала, спираль обороны слегка сжималась и все повторялось снова. В первый же день боев противник потерял до 90 процентов солдат сунувшихся в лес, примерно 20 тысяч. Вышедшие поодиночке или мелкими группами из лесов немцы, были просто в ужасе. Они конечно рассчитывали на сопротивление, но что бы под каждым кустом в лесу, как им казалось, сидело по партизану, на такое они не рассчитывали. Второй день боев принёс ещё 20 тысяч потерь и теперь пришло в ужас немецкое руководство.
  То, что рассказывали вернувшиеся солдаты и офицеры, просто не укладывалось в голове. Создавалось впечатление, что стрелял каждый куст, причём даже тот который вы только что прошли. Все ближайшие окраины лесов партизанской зоны были завалены трупами немецких солдат. Такого ужаса, выжившие в этом аду, немецкие солдаты не испытывали никогда. Очень многие из них даже не видели противника, казалось в них стрелял сам лес. Попытки прорыва укрепленных пунктов на дорогах, тоже привели к плачевным последствиям, хотя и не таким катастрофическим. Перед некоторыми пушечными партизанскими дотами иногда горело сразу до десятка немецких танков, а штурмовать пехотой укрепленные позиции было бессмысленно. Даже там где удалось прорвать первую линию обороны, большего достичь не удавалось. На позиции с тыла подходили танки — големы и уничтожали танки противника и тяжелое вооружение. Партизаны сразу подрывали захваченные укрепления хорошо замаскированными пехотными минами, которые не могли нанести серьезных повреждений самим укреплениям и опять занимали практически очищенную от противника линию обороны. Третий день принёс те же потери и показал полную бесперспективность такого штурма и штурм захлебнулся.
  За три дня тяжелейших боев немцы потеряли половину войск и не продвинулись вглубь даже на километр. Такой плотности практически невидимой обороны, они просто не ожидали. Самолеты немцев тоже не смогли нанести партизанам серьезного урона. Основные узлы сопротивления прикрыты зенитными големами и немецким самолетам там ничего не светило, а малым партизанским группам в лесу самолеты не страшны. Немцы откатились на старые позиции. Это можно было приравнять к разгрому группировки. Солдаты были просто деморализованы и отказывались заходить в лес, контролируемый партизанами. За все время боев некоторые из них видели только силуэты противника в белых маскхалатах и горы трупов собственных солдат. Многие из них были уже уверены, что с ними воюют не какие–то партизаны, а бессмертные духи этого проклятого русского леса. Причем многие офицеры поддерживались такой же точки зрения. Никто не видел мёртвых партизан.
  Партизаны, правда, сами не ожидали такой эффективности обороны. Среди рейдерских групп потери составили всего 20 человек, которые были убиты случайно, повторными попаданиями в голову, после разрушения амулета защиты. Среди обороняющих укрепрайоны потери были побольше, почти 100 человек погибли. Это были просто несравнимые цифры по отношению к потерям у противника. Использование комплекта защитного комбинезона и д-щита оправдало свое применение на все сто процентов, если не больше.
  Такое очередное поражение немцев никак не могло не отразится в советских газетах и на радио. Конечно особые подробности там не сообщали, но потери немцев в этих боях впечатляли. Вообще то было не совсем понятно, как может партизанское соединение, даже достаточно крупное, выдерживать удары таких войсковых соединений. Но факты довольно упрямая вещь. Фактически застывший фронт, невозможность справится с партизанами в тылу, полный разгром флотов и конвоев на Балтике и в северных морях, уже заставляли задуматься даже немецких генералов, об ошибках своего руководства. Оказалось русские не так слабы, как им доносила разведка и их пропаганда. Хотя в немецкой прессе не было упоминаний о партизанской базе, но по войскам ходило достаточно много «правдивых» слухов о проклятом черном лесе, тем более, что возле него уже отметилось достаточно много воинских соединений, которые были практически полностью уничтожены и их остатки отправлены на переформирование.
  К тому же русские на фронте сидели не только в обороне, но и стали наносить очень чувствительные локальные удары, поскольку им удалось сохранить после первого разгрома достаточно много боеспособных дивизий и теперь они пополненные новыми бойцами и оснащённые хорошей боевой техникой стали представлять серьезную опасность. Особенно плохо немцы чувствовали себя на центральном фронте. Группа армий центр ощущала очень серьезный недостаток в войсках и снабжении из за партизанского района в тылу, да и противостоящие ей дивизии центрального фронта русских были очень опасны. Чего только стоили эти русские новые бронированные комбинезоны, разговорники и очки ночного видения. Генералы непосредственно управляющие немецкими войсками чувствовали, что только отсутствие приказа о наступлении сдерживало эти русские дивизии.
  
  Совещание в кабинете Сталина (Сталин, Берия, Шапошников, Жуков).
  — А что товарищ Шапошников, не пора ли Красной армии нанести хороший удар немцам, а то получается партизаны в тылу немцев воюют, а наши войска на фронте отсиживаются в обороне? — спросил Сталин, ткнув не зажжённой трубкой в сторону начальника генерального штаба Шапошникова.
  — Нет, товарищ Сталин. Войска пока не готовы к наступательным боям. Мы с большим трудом наладили нормальную оборону. Но я думаю к декабрю — началу января можно будет подготовить план наступления — ответил тот.
  — Почему партизаны могут, а мы не можем? — недовольно проворчал Сталин.
  — Не знаю, товарищ Сталин. Эти люди мне не подчиняются. С ними работает ведомство Лаврентия Павловича. Я даже не знаю состав этих партизан. И даже сомневаюсь, что это вообще партизаны, — прямо ответил генерал.
  — Плохо, что вы сомневаетесь. Очень плохо что не знаете. Это действительно партизаны. Хотя и помогают им… некоторые … — не совсем понятно для генералов, прокомментировал его ответ Сталин.
  — А что нам скажет товарищ Жуков? Он ведь недавно вернулся с фронта, — спросил Сталин, повернувшись к Жукову, тот только что прибыл из инспекционной поездки по центральному фронту.
  — В войсках положение не однозначное. Часть дивизий уже сейчас готово к наступлению, часть будет готово к середине зимы. Кое где необходимо сменить командование, из за их не подготовленности к таким действиям. К тому времени мы достаточно накопим новой техники, боеприпасов и оборудования, которые стали поступать в войска, да и чего греха таить, подтянем руководство войсками до нормального уровня. Некоторые командиры совсем недавно прибыли из заключения и ещё не освоились на новых местах, — отчитался тот.
  — Предоставьте нам список всего необходимого для начала наступления, — приказал Сталин Жукову.
  — Хорошо, я подготовлю, — ответил тот и добавил, — если есть возможность, очень нужно увеличить снабжение по оборудованию, поставляемому в войска по каналам товарища Берии.
  — Что вас конкретно интересует? — спросил Берия.
  — Все, — пожал плечами Жуков, — Насколько я в курсе, партизаны применили ещё какие–то новые виды техники, хотя и та, что приходит к нам очень хороша. Очки и разговорники отлично зарекомендовали себя на фронте. Защитные комбинезоны, тоже выше похвал. Потери при их использовании серьезно снижаются. Хотя я не знаю, где все это производится, очень уж товарищ Берия все засекретил, но предполагаю, что можно как–то увеличить производство этих нужных вещей. Да и то, что я слышал о новейших разработках, мне очень понравилось.
  — Где вы могли услышать о таких разработках? — поинтересовался Берия.
  — На вашей, так называемой, партизанской базе, —хитро улыбнулся Жуков и на удивленный взгляд Берии потом пояснил, — Один из командиров отрядов на базе, сын моего заместителя. Этого старшего лейтенанта не так давно перебросили к партизанам на усиление. Совсем недавно он говорил с отцом, кстати, по разговорнику. Я там присутствовал. Теперь у них на базе несколько каналов связи с нашим штабом. Так вот, эти так называемые партизаны, по сравнению с нашими частями на фронте, очень здорово подготовлены и выглядят гораздо сильнее и намного злее, хотя в основном и состоят из окруженцев и освобождённых пленных, но уровень их подготовки приближается у уровню спецподразделений.
  Это конечно можно понять, так как основные инструктора у них из бойцов отрядов особого назначения НКВД и хорошо подготовленного комсостава . Но вот структура войск совершенно не соответствует армейской структуре, а ближе к диверсионным подразделениям, да и обеспечение у них не в пример нашим войскам, как по снабжению питанием и вооружению, так и по техническим новшествам. Насколько я понял из разговора, у командирского состава партизан появились специальные планшеты, имеющие прямую связь с мощным локатором. На них отражается вся обстановка по живой силе на определённой территории. Вот бы нам на фронт такие устройства. Еще у них есть какие–то специальные силовые щиты, как дополнение к комбинезону. Что это такое я не понял, но потери в дою снижаются на порядки.
  — А вы знаете сколько стоят такие устройства, товарищ Жуков? — хитро прищурившись, спросил у него Сталин.
  — Откуда товарищ Сталин. В НКВД секрет на секрете. Я даже не знал, что вообще такие устройства существуют, — ответил Жуков с обидой в голосе.
  — Не надо на нас обижаться, товарищи командиры. Вам, товарищи генералы, для информации скажу, — усмехнулся Сталин, — Некоторые наши товарищи, осуществляя операцию прикрытия, конечно по согласованию с нами, продали определённое количество этих штук нашим заокеанским друзьям по 15 тысяч долларов за единицу.
  — Ничего себе, — удивленно выдохнул Шапошников, переглянувшись с Жуковым. Он реально представлял количество этих устройств в войсках, перевалившее за несколько десятков тысяч.
  — Мне кажется они нам обходятся наверняка дешевле, — толи спросил, толи констатировал Жуков.
  — Вы правы товарищ Жуков. Дешевле. Но за них все же надо будет потом расплачиваться, — кивнул, соглашаясь Сталин, — Но здесь есть некоторые положительные моменты. У нас есть очень хорошие отношения с производителями этих устройств. Заметьте просто хорошие отношения. Мы не контролируем их производство. На самом деле мы до конца даже не представляем, как это все производится, хотя знаем где. Мы можем только попросить, передать нам некоторое количество этих устройств, с их последующей оплатой в будущем.
  — Как такое может быть? Разве это не производство цехов, курируемых НКВД? — удивился Шапошников.
  — Курирует их НКВД, — ткнул трубкой Сталин, в сторону Берии, — но только курирует, а не контролирует. Даже специальный отдел для этого создан. Это на самом деле только наши союзники. Да. Хорошие союзники. У них есть цели, которые они хотели бы достичь и помочь в этом мы им можем в будущем, а они пока помогают нам в настоящем. Я думаю, с этими союзниками просматривается очень хорошая дальнейшая перспектива развития, поэтому мы хотели бы привлечь и военное руководство к разработке дальнейшей стратегии в войне с немцами, с применением возможностей наших союзников. Для этой цели товарищ Берия сейчас выдаст вам папки с абсолютно секретными документами для ознакомления, но сразу предупреждаю, это будет только версия, которой необходимо придерживаться в дальнейшем. Только для вас поясню, это почти правильная версия, но это «почти» при обнародовании может очень серьезно осложнить нам жизнь и поэтому про это «почти» лучше забыть и не задавать лишних вопросов, если иногда будут всплывать некоторые нестыковки. После прочтения, верните пожалуйста документы товарищу Берии.
  Берия выдал военным две папки и те углубились в изучение. Сталин закурил трубку и стал ждать.
  — Да… можно было догадаться… — высказался Шапошников, прочитав свою папку.
  — Конечно, если иметь эти данные, — согласился Жуков, закрывая свою папку с документами, — Получается нам помогают старые, ещё царские ученые, которые что–то там открыли, уже очень давно?
  — Получается так, — кивнул головой Сталин, выпустив очередное кольцо дыма, — Но мы должны как можно дольше скрывать даже эту версию. Хотя в дальнейшем должны опираться только на неё.
  — Вот почему так партизаны отбиваются, — хлопнул ладонью по столу Жуков, — все производство там и эти ученые там. А я то думаю, почему нам привозят эти новые устройства и комбинезоны только самолетами.
  — Не боитесь, что немцы захватят партизанскую базу? — спросил Шапошников у Сталина, понимая что Жуков прав..
  — Нет, — улыбнулся только уголком рта тот, вынув трубку.
  — Значит мы не все ещё знаем и это только верхушка айсберга, — задумчиво произнёс Шапошников, оценивая реакцию на его слова Сталина и отдавая папки Берии.
  — Скажем так, скорее это верхушка айсберга, размером с Антарктиду, если не больше и нам пока совсем не желательно чтобы этот айсберг всплывал, — совсем тихо сказал Берия.
  — По поводу новых разработок, я поговорю с представителями базы. Скорее всего у них будет возможность поставки некоторого количества новых устройств в войска. А вас, товарищи командиры, попрошу откорректировать наши действия и уставы с учетом новой техники и накопленного опыта. А также подготовить план зимнего наступления, — подвёл итог Сталин.
  
  Глава 15 Приключения в Египте.
  
  После окончания немецкого штурма и наступления очередного затишья на партизанском фронте, с Лексом связался Сталин и попросил помочь с новыми устройствами для основного фронта. В принципе Лекс и не собирался отказываться, тем более что от него это никаких дополнительных усилий не требовало. Они с Леной к тому же все таки создали установку для производства новых типов амулетов разговорников. Другие установки по производству амулетов уже работали сами по себе. Персонал для их обслуживания был в наличии и мощности замкового артефакта накопителя вполне достаточно. Единственным недостатком этого дела было отсутствие на фронте подготовленного личного состава, для использования этих новых устройств. Поскольку такие люди были на партизанской базе, решили перебросить часть обученного личного состава с базы на центральный фронт. На их место придут бывшие советские военнопленные, которые подтянут свою подготовку до нужного уровня. Для этого решили задействовать два самолета, использующихся для связи с базой, которые были оснащены воздушными щитами. Самолет переоборудованный Лексом, на котором он летал в Америку, в это время будет перевозить само оборудование и комбинезоны. За один рейс самолеты смогут увести до восьмидесяти человек солдат и всю дневную часть производства амулетов. В настоящее время в день на базе производилось:
  — пятьсот планшетов.
  — тысяча защитных комбинезонов.
  — две тысячи Д-щитов
  — три тысячи амулетов опознавания
  — сто зарядок
  — Тысяча амулетов кошачьего глаза (ночного зрения)
  — пятьсот комплектов старых разговорников (по 7 штук)
  — один комплект новых разговорников (по 100 штук)
  Виктор Марков — отец Лены вернулся в учебный полк. Подготовка разведгрупп там шла полным ходом. Замещал его все это время Васильев. Обучающий эликсир Лекса использовался во всю. Кое–каким операциям с печатями Лекс научил Маркова, но самое главное мыслесвязь с ним работала и поэтому Лекс мог учить того дистанционно, так же как и Митрича. С остальными учениками Лекс не мог поддерживать мыслесвязь, делать из них артефакторов Лекс пока не собирался, да и не получится из них артефакторов, в ауре количество нормальных магических каналов было мало.
  Его новые ученики уже попробовали эликсир памяти и хотя сам процесс его употребления им не понравился, результаты порадовали. Теоретические основы магической науки запоминались очень хорошо. Оставалось только научиться всему этому на практике. В амулетах учеников хранилось достаточно большое количество простейших заклинаний из различных школ. Поскольку курс обучения изначально настроен на обучение артефактора, такое смешение школ на начальном этапе подготовке, очень сильно сказывалось на кругозоре учеников и те в дальнейшем не будут игнорировать разделы чужеродной магии, даже если у самих соответствующие каналы будут недостаточно развиты. Все равно, в возможных магических поединках, обученный маг может узнать какое заклинание пытаются применить противники и адекватно отреагировать своим.
  Ученики тоже учились с большой охотой, что конечно же сказывалось на скорости изучения как теоретических, так и практических разделов магической науки. Они старались помогать друг другу и многие разделы изучали совместно, что также сказывалось на скорости обучения. Такого не было в школах и академиях мира Лекса. Там каждый маг был сам по себе и не с кем не объединялся, даже если это были маги одного клана или ордена. В том мире маги были конкурентами, здесь же они были не только союзниками, но и друзьями.
  В любом магическом ордене или клане никто просто так не давал магические знания. Маг мог либо создать что–то свое и оставить себе, либо положить это заклинание в копилку клана и тогда оно может быть выдано членам клана, при соответствующей потребности или в обмен на другое заклинание, такого же уровня, положенное в копилку. В случае если молодого мага обучали, то он должен отработать свое обучение в целях клана. Зачастую ордена или кланы не обучали сами новых магов, а отдавали их на обучение в школы или академии, естественно с соответствующей оплатой. В таких школах будущих магов обучали базовым уровням магических знаний, а дальнейшее обучение они проходили уже непосредственно в кланах и орденах.
  Знания полученные в академиях были на порядок шире и лучше, но и стоило это для клана значительно дороже. Если в семье мага денег хватало, то не обязательно было присоединяться к ордену или входить в клан, можно учиться самостоятельно, но в этом случае получить более мощные и специфические заклинания достаточно проблематично. Конечно позже можно поступить в ученики к какому–нибудь сильному магу и за дополнительную плату пройти обучение у него, но стоить это будет совсем дорого. В этом же мире прятаться или конкурировать магам пока не с кем.
  За время отсутствия Лекса, в институте почти ничего не изменилось, только немного добавилось возможных учеников, найденных с помощью поисковых амулетов. Всего сотрудники НКВД, не смотря на тщательные поиски пока нашли только шесть человек, пятеро из которых были молодыми людьми, а один оказался пожилым профессором математики Стройковым Федором Федоровичем, «ЭФЭФ» как его называли студенты. Из молодых только один парень. Лена даже пошутила, что здесь только ведьмы плодятся, что возможно было близко к действительности, учитывая семью Ольги.
  Профессор сначала был очень недоволен, что его оторвали от занятий и привезли из Владивостока в Москву, но с НКВД не поспоришь, особенно если тебе лично звонит товарищ Берия и вежливо просит прибыть по указанному адресу, при этом не забывая предупредить, что во избежание недоразумений его будут охранять. Из Владивостока через всю страну он ехал не один, а со своей студенткой, которая училась на электрика в его же институте.
  С ним первым и решил поговорить Лекс и тогда же выяснилось, что Лекс по прежнему ничего в этом мире не знает. Когда Лекс рассказывал профессору о возможностях магии, тот упомянул Египет и египетские пирамиды и тут Лекса просто заклинило. Вид пирамиды имели в его мире особые межмировые порталы, которые, были уничтожены ещё в первую магическую войну, очень много тысячелетий назад. Сейчас даже маленькой крошки знаний об устройстве этих порталов не сохранилось.
  Иногда, в местах расположения бывших городов, находили портальные кристаллы и то только потому, что их уничтожить практически невозможно. Лекс даже знал несколько королевств, в сокровищницах которых есть такие кристаллы. Технологии постройки мировых порталов не сохранилось, а тут оказывается существуют сами порталы. Значимость этого мира в глазах Лекса возросла просто неимоверно. Это уже доступ не только к этому миру, а к целой ветви миров.
  Количество секретов и возможностей, полученных Лексом в этом мире, уже зашкаливает разумные пределы. Даже за мизерную долю этих знаний маги могут просто выпотрошить Лекса, если узнают о том что он знает, но останавливаться Лекс совсем не собирался. Как говорил его учитель, Лекс из породы исследователей, в то время как сам мастер был администратором и пытался только накапливать и использовать полученные знания. В любом случае, выпускать из своих загребущих рук этот мир Лекс не собирался.
  В свете полученных данных его планы резко поменялись. Быстро познакомившись с новыми учениками и приняв у них соответствующие магические клятвы, а так же обеспечив их ученическими амулетами, Лекс спихнул их Лене, которая и будет в основном заниматься их обучением, да и сама при этом поднимет уровень собственных знаний и умений. Сам же Лекс связался со Сталиным.
  Результатом разговора стала договорённость, аналогичная его прошлому вояжу за океан. Лекс модернизирует ещё один пассажирский самолет и после полёта передаёт его Сталину, а тот обеспечивает ему все договорённости и дипломатическое прикрытие. Поскольку в Египте находились английские войска и вели борьбу с корпусом Роммеля, Сталин решил, что посылка специальных корреспондентов от ведущих газет страны, для освещения африканской компании союзников, будет хорошим прикрытием для Лекса. В тоже время он попросил Лекса, при случае, опять выступить в роли третьей силы, для того, чтобы ослабить давление на него со стороны союзников, по поводу новых технологий. Сталин уже совсем не боялся распространения новых устройств. Он прочитал полностью учебник, предоставленный ему Лексом и был стопроцентно уверен, что никто не сможет разобраться в этом без специальной подготовки и обучения, а вот это он и не собирался выпускать из своих рук, о чем ранее договорился с Лексом. Кроме того, по данным разведки, американцам, так же как и советским ученым, с наскока не удалось разобраться с устройствами, проданными им Лексом, а учитывая, что у них вообще недостаточно данных по сравнению с русскими, то в перспективе никаких прорывов в изучении даже не предвиделось.
  Новый самолет, только недавно закупленный в Америке, прибыл на аэродром института уже на следующий день после разговора со Сталиным и сразу началось обучение студентов, точнее представление возможностей мага артефактора. Конечно даже с пояснениями и наблюдением потоков и рун через очки, ученики пока не могли понять принципы действия магических заклинаний, но они наглядно получали информацию о возможностях магического искусства. Поскольку все подходящие заклинания и артефакты уже были проработаны, работа над самолетом была выполнена за один день.
  Весь следующий день Лекс потратил на полёты по другим аэродромам, с целью обнаружения необходимого духа погибшего пилота и ему это удалось. Затратив некоторое время на обучение духа для управления самолетом–големом и загрузив в теневую сумку необходимые артефакты и материалы, Лекс полностью подготовился к вылету. На этот раз Лена оставалась в институте, для того чтобы наладить процесс обучения, да и работ по эликсирам накопилось достаточно. Сизов опять в качестве охранника летел с Лексом. Как только прибыли корреспонденты газет и было получено разрешение от МИДа, самолет вылетел в Египет. Картами Лекса обеспечили, да и заблудиться, используя магический компас было проблематично.
  В состав делегации вошло четыре корреспондента и два профессиональных фотографа. Лекс, посмотрев на них издалека и не найдя ни в ком магических возможностей, не стал знакомиться с ними поближе. Пусть считают его обыкновенным гражданским пилотом, хотя конечно сейчас уже и не существует в стране гражданских пилотов. Все давно мобилизованы, но по негласной градации, пилоты гражданских самолетов занимали более низкую ступень, чем военные. В данном случае Лекса это вполне устраивало. Ему совсем не хотелось мотаться с корреспондентами по пустыне в поисках информации. Ему необходимо попасть к пирамидам, а там в настоящее время военных действий не ведётся.
  Самолет приземлился на военном аэродроме возле Александрии, где находилась основная база английских войск. Его встречала достаточно внушительная толпа английских военных и местной администрации, там же были и представители советского консульства. Русские корреспонденты ещё не разу не появлялись в зоне боевых действий, на африканском континенте. Почти все пассажиры быстро покинули самолет и были увезены местными для утряски дальнейших планов. Только один пожилой фотограф- Семен Комаров остался, объяснив Сизову, что он имеет задание познакомить советских людей именно с жизнью Египта и его будут встречать завтра сотрудники каирского музея, с которыми была договорённость по линии академии наук. В связи с быстрыми переговорами, те просто не смогли подготовиться и добраться в Александрию за короткое время. Лекс посчитал такую ситуацию достаточно удачной и решил прицепиться к фотографу, наверняка тот не упустит возможности побывать в районе пирамид. Как оказалось после разговора, предположение Лекса оказалось верным, мало того, тот даже собирался посетить пирамиды в первую очередь.
  На следующее утро прибыл ожидаемый транспорт из Каира. Это оказался небольшой старый автобус, цвет которого практически не определялся, поскольку уже непонятно сколько раз он побывал в окраске и какими цветами его раскрашивали. Водителем этого раритета на колёсах был молодой египтянин Омар, а встречать фотографа приехал сотрудник каирского музея англичанин Оскар Брукс, они и собирались в дальнейшем сопровождать фотографа в его поездке по Египту. После того как все познакомились, Комаров поинтересовался у Брукса, не возражает ли тот против увеличения количества экскурсантов, тот ответил:
  — Господин Комаров, транспорт позволяет, почему бы нет. Кроме того иногда на дорогах шалят местные бандиты и в этом случае лучше иметь несколько лишних стволов.
  — И что часто нападают? — поинтересовался у него Лекс.
  — Да в общем то не очень часто, но на одиночные машины конечно почаще. А что вы хотите. Война кругом, — вздохнул тот.
  — Тогда пожалуй лучше вооружиться, — пробормотал Сизов, скрываясь в самолете. Лекс снабдил его специальным разговорным амулетом из старых запасов, так что теперь тот мог и понимать и разговаривать на разных языках. Через некоторое время Брукс слегка ошалел, когда Сизов стал сбрасывать на землю из люка самолета оружие. Два немецких пулемёта МГ и пара ящиков патронов к ним. Три русских автомата ППШ и ящик патронов. Ящик гранат. Снайперская винтовка с оптическим прицелом. Так же Сизов скинул пять комплектов стандартных партизанских комбинезонов.
  — Это зачем? — удивленно пробормотал Брукс, осматривая гору вооружения.
  — Как говорят русские, запас карман не тянет. Тем более везти все это будет ваш железный конь, — совсем не смущаясь пробормотал Сизов.
  — Я конечно понимаю, что русские хорошие воины, но это уже перебор, — покачал головой Брукс.
  — Не надо переживать господин, — подал голос водитель, — я видел на дороге всадников, может это конечно и мирные кочевники, но я буду спокойнее если мы возьмём оружие, а то с нашими пукалками даже от небольшого отряда неотобъешся.
  — Ну что же я тогда не возражаю, — пожал плечами англичанин.
  — Я рекомендую вам переодеться в эти комбинезоны, — кивнул головой Лекс на кучу одежды и сам подал пример, быстро переодевшись в комбинезон.
  — Вот это вы зря, солнышко пригреет и вы спаритесь в этой одежде, — с превосходством улыбнулся Брукс.
  — Не стоит недооценивать эту одежду, даже не попробовав, — возразил ему Сизов, тоже быстро переодеваясь.
  — Это то о чем я подумал? — указав на комбинезоны, спросил фотограф у Лекса.
  — Ну я не знаю о чем вы подумали, — подмигнул ему тот, — но других таких не бывает.
  — Пожалуй я тогда тоже переоденусь, — пробормотал фотограф и потом еле слышно добавил, — вот никогда бы не подумал, что сам смогу попользоваться спецкостюмом НКВД.
  — А что приходилось слышать? — поинтересовался Сизов у него.
  — Да уж слухами земля полнится. В войсках на фронте идёт серьезное соревнование за эти костюмчики. Особенно когда в армейской малотиражке описали случай, когда пара взводов выкосила немецкий укрепрайон, практически без потерь, — ответил тот, заканчивая с помощью Лекса свою экипировку.
  — И чем хороша эта одежда? — поинтересовался Брукс.
  — Долго объяснять, — махнул рукой фотограф, — вы попробуйте, не пожалеете. По всем отзывам невероятная вещь.
  — Ну что же, пожалуй нужно попробовать, при такой то рекламе, — пробормотал англичанин и тоже потянулся за одеждой. Водитель от него не отстал. Лекс и Сизов помогли им упаковаться в достаточно необычные комбинезоны.
  — А что, вполне удобно и не стесняет движения. Да и весит совсем немного. Удивительно, — прокомментировал собственные ощущения англичанин.
  — А если учесть, что это ещё и термокомбинезончик, да и ещё кое–что, то вас оттуда скоро не вытащишь, — пробормотал Сизов, подгоняя шнуровку.
  — Посмотрим, посмотрим, — недоверчиво проворчал Брукс. Неожиданно он действительно себя почувствовал в этой одежде очень комфортно. Ничего нигде не жало и не мешало. Внутренность одежды покрывал слой очень мягкого материала, который практически не раздражал кожу и даже по сравнению с обычной материей почти не ощущался. Через некоторое время Брукс полностью приспособился к комбинезону и тот чувствовался как вторая кожа. Омар, который тоже с удивлением прислушивался к своим ощущениям, спросил, — Господин Брукс, а вам не кажется что в этой одежде стало немного прохладнее?
  — Кажется… — удивился тот, только после вопроса ощутив этот эффект и вопросительно взглянул на русских.
  — Так и есть ,— ответил на его вопросительный взгляд Сизов, — хотя это вам только кажется. На самом деле комбинезон не охлаждает, а просто термоизолирует тело от внешней среды и как говорит наша наука, вы можете одинаково удобно спать в нем и на леднике и на печке. Разницы вы не почувствуете. Сразу предупреждаю, как это сделано просто не знаю, но работает все отлично. Так что пользуйтесь в свое удовольствие.
  — Если это все так и есть, то тут же можно озолотиться! — удивился Брукс.
  — А кто говорит, что мы не озолотимся, — обронил Лекс, — например в Америке, чуть более простой комбинезон уже идёт по тысяче долларов за штуку.
  Как раз день назад с ним по разговорнику связались его американские компаньоны и срочно попросили прислать ещё материала для пошива комбинезонов, поскольку весь наличный ушел на ура. Мгновенно, как только народ почувствовал все его преимущества. Поскольку конкурентов на рынке не было, цены на продукцию взлетели вверх ракетой.
  — Бог ты мой! —удивленно воскликнул Брукс, — если жадные янки дерут за эту вещь такие деньги, значит она того стоит. Как вы достали такое чудо?
  — Да вот вот по случаю, прихватили у хорошего знакомого, который и производит эти вещи, — проронил Сизов, хитро поглядывая на Лекса.
  — Не пора ли трогаться в путь? — поинтересовался Лекс у англичанина.
  — Да пожалуй пора, а то нам до Каира ещё часов 6 добираться, в лучшем случае, — согласился тот.
  — Может сразу к пирамидам? — предложил фотограф.
  — Можно и к пирамидам, только туда немного дальше. Они в Гизе находятся, — пояснил англичанин.
  — Если поедем по основной дороге, можем не успеть и к вечеру, она как обычно забита войсками, — подал голос водитель.
  — Другой дороги нет? — полюбопытствовал у водителя Сизов.
  — Есть конечно, — без раздумья отозвался тот и продолжил, — Есть ещё старый караванный путь через пустыню. Не совсем дорога, но проехать можно, да и народу там поменьше бродит. Так что к вечеру точно будем в Гизе.
  — Тогда давайте по ней и поедем, — предложил Лекс и народ согласился.
  Через некоторое время, утряся все вопросы по охране самолета с персоналом аэродрома, путешественники направились в пустыню. Пустыня очень похожа на пустыню знакомую Лексу по его миру. Те же песчаные барханы, создающие впечатление бескрайнего жёлтого моря и горячее марево нагретого воздуха над ними. Дорога в пустыне существовала, правда иногда она скрывалась под слоем песка. Пару раз пришлось выталкивать автобус из песчаных ям. Хотя скорость движения была небольшой, всего около 30 километров, но водитель радовался и этому, объясняя пассажирам, что на основной дороге иногда и скорость пешехода в радость. Отсутствие путешественников на дороге объяснялось очень просто. Эта дорога шла не в Каир, а немного севернее и никто не хотел делать лишний крюк по пустыне, а торговых караванов, которые шли на прямую на север, в обход Каира, сейчас из за войны было очень мало. Все торговцы предпочитали вести торговлю в больших городах. Опасности военных дорог превышали возможные доходы от дальних поездок.
  В середине дня, в тени небольшого скального выступа, путешественники остановились на стоянку и собрались перекусить. Над боком автобуса натянули дополнительный матерчатый тент, хранившийся в багажнике, для того чтобы немного оградить место от горячего воздуха пустыни. Разложив на импровизированном столе прихваченные продукты, приступили к обеду. Неожиданно издалека послышались выстрелы, а потом и вовсе загремела серьезная перестрелка. Даже были слышны взрывы.
  — Этого ещё не хватало! Что там такое творится? — удивился Брукс.
  — Ничего не скажешь? — взглянув на Лекса, спросил Сизов.
  — Нет. Что–то слишком далеко, — ответил тот, пытаясь щупом просканировать пространство в стороне выстрелов. Но сейчас он находился на земле, а не в воздухе, где помех значительно меньше и щуп доставал на значительно меньшее расстояние.
  — Хотя..., можно попробовать посмотреть и по другому, — пробормотал Лекс и вытащил из теневой сумки планшет. Поскольку карты на нем не было, он работал только в режиме обнаружения. Почти на границе чувствительности обнаружились группы точек.
  — Судя по всему, небольшой отряд в два десятка человек отбивается от крупной банды, человек в триста, — прокомментировал изображение Лекс.
  — Далеко? — живо поинтересовался Омар.
  — Нет. Два с половиной километра на юго–восток, — сообщил Лекс.
  — Там, дорога идёт через холмы. Скорее всего на одном из них засели караванщики, а на них нападает какая–нибудь местная банда, — предположил водитель и пояснил, — мы не сможем проехать дальше, пока они не разберутся.
  — А со скалы будет видно? — спросил Лекс, указывая на камень, укрывавший их от солнца.
  — Да вроде должно, — пожал плечами тот.
  Лекс переглянулся с Сизовым и потом приказал: — Вы пока готовьте оружие к бою, а я посмотрю.
  Потом он достал из кармана очки, одел их и спокойно направился к скале. Брукс сначала не понял, что тот хотел сделать, но потом просто открыл рот от изумления. Практически по отвесной скале, с проворством ящерицы русский скользил в сторону вершины. Отвлек англичанина Сизов, протягивая автомат. Фотографу досталась винтовка с оптическим прицелом, поскольку тот оказался хорошим охотником. Пока Сизов проводил Бруксу и Омару инструктаж по пользованию автоматами, со скалы вернулся Лекс.
  — Значит так. Какая–то группа закрепилась на холме и отбивается от группы бандитов. Судя по всему лошадей и верблюдов у них перебили и те теперь служат им в виде укреплений. Кстати половина из них женщины. Другая группа, человек в двести пятьдесят, окружила холм и пытается его взять штурмом. Правда штурм какой–то вялый, — пояснил Лекс, увиденную сверху ситуацию.
  — Караван невест!!! — воскликнул Омар и взволнованно жестикулируя руками бросился объяснять, — В начале года караванщики везут невест в гаремы местных шейхов пустыни. Судя по всему охрана отбила первый натиск бандитов или что–то заметила и укрепилась заранее, и теперь те пытаются захватить этих невест, не повредив их. На продаже невест можно очень хорошо заработать. Да и дорогие вещи и ценности можно найти в таком караване. Очень хорошая добыча по меркам бандитов.
  — И долго будет продолжаться этот цирк? — спросил Сизов Омара, намекая на усилившуюся стрельбу.
  — Бывало и по несколько дней сидели, пока вода не кончится, или другие караванщики не спасут, если не побоятся лесть в перестрелку с крупной бандой — неопределённо пожал плечами тот.
  — Это что нам тут несколько дней куковать? — задал не простой вопрос фотограф.
  — Это вряд ли, — ответил Омар, нервно теребя ремень автомата и добавил, — Вы думаете я случайно тут остановился. Нет. Здесь под скалой обычное место стоянки и скоро бандиты, оставив минимум наблюдателей, оттянутся сюда на отдых, а тут мы.
  — В общем для успешного продвижения вперёд, мы должны выступить в качестве другого каравана и помочь окружённым. Ну на самом деле не переться же нам обратно. Я думаю нам это по силам. — предложил Сизов.
  — Пожалуй это наилучший выход, — согласился Лекс и остальные тоже выразили свое согласие, поскольку шанс на неожиданное нападение и быстрый отход, был очень хорошим.
  — Тогда, на всякий случай, используем динамические щиты, — предложил Лекс и раздал кристаллы, произведённые на базе. Сизов помог активировать амулеты попутчикам, у которых, после коротких пояснений о том, что это такое, появилось очень много вопросов, но учитывая недостаток времени для их задания, эти вопросы отложились на дальнейшую дорогу. Затем, с небольшими проблемами, опустили окна в автобусе, чтобы случайные пули не побили стекла. Установили по бокам два пулемёта, за которыми устроились Лекс и Сизов. Брукс и фотограф заняли места в задней части автобуса. Водитель, с автоматом на коленях, устроился на своем рабочем месте. После этой подготовки Омар, посмотрев на пассажиров и получив кивками голов подтверждение, что все готовы, завёл транспорт и на максимально возможной скорости рванул по дороге.
  Как призрак, выскочив из за гряды скал, которые глушили звуки мотора, автобус произвёл на бандитов неизгладимое впечатление. Когда из него раздались длинные очереди пулемётного огня, буквально выкашивающие с тыла бандитские цепи с этой стороны холма, те впечатлились ещё больше и бросились во все стороны, подальше от бешенного транспорта. Взлетев на вершину холма, автобус резко остановился и Омар открыв двери, сквозь не прекращающийся треск пулемётных выстрелов, что–то проорал оборонявшимся на своем языке. Те, не долго думая, побросали в салон несколько увесистых тюков, затолкали десяток укутанных в плотные одежды женщин и загрузив ещё троих раненых, забились в автобус сами, выставив винтовки в оконные проёмы. Омар спокойно осмотрел салон, закрыл двери и усевшись за руль, надавил на газ. Автобус как стрела рванулся под уклон, на другую сторону, сквозь залёгшие с другой стороны холма, в небольших барханах, цепи противника.
  Нападающие не рассчитывали на присутствие транспорта на дороге, поэтому никак её не заблокировали. Без особых проблем пробив жидкое оцепление бандитов, автобус направился по дороге на максимально возможной скорости, подальше от этого негостеприимного места. Бандиты даже не преследовали убегающий транспорт. Настолько неожиданное и молниеносное произошло нападение. Пока они пришли в себя, даже пыль на горизонте осела, да и по любому, лошади не угонятся за автомобильным транспортом.
  Их предводитель понимал, что в преследовании не было смысла. Разве что нужно в дальнейшем обязательно отомстить, но это дело могло вполне подождать. Тем более что необходимо выяснить, что это за автобус и кто на нем передвигался. Почему на никому не нужной дороге, вдали от основной трассы, появилась эта машина. Никто безнаказанно не мог сорвать тщательно спланированную операцию, тем более никто не вернёт затраты на её подготовку. Да и по престижу банды нанесён ощутимый удар, а это должно стоить людям, помешавшим такой операции, очень дорого.
  До ближайшего населённого пункта Омар вёл автобус практически не снижая скорости. На выбоинах и кочках его кидало из стороны в сторону, но никто из пассажиров не жаловался. На въезде в посёлок, который был расположен в довольно большом оазисе, среди пустынных барханов, находился военный пост со шлагбаумом. Возле него водитель и остановил транспорт. Вместе с одним из спасенных торговцев он вылез из машины и о чем–то переговорил с охраной. Те сразу напряглись и забегали. Наличие довольно значительной, вооружённой банды в окрестностях никого не обрадовало.
  Оказалось, что в оазисе расквартирована рота солдат из английского экспедиционного корпуса и их прямая обязанность обеспечивать безопасность с этого направления. Теперь им явно появилась работа. Кто его знает что это за банда и откуда она появилась. Может это один из немецкий рейдовых отрядов, те как раз и набираются из разного отребья.
  Омар и торговец, через некоторое время, вернулись в автобус и солдаты, открыв шлагбаум, пропустили его в посёлок. Попетляв, под руководством торговца, по узким улицам, отгороженным глухими глиняными стенами домов и заборами, они подъехали к большому двухэтажному каменному дому, с довольно высокой оградой из обожжённых глиняных кирпичей. После небольшого разговора главного торговца с хозяевами дома, спасенные также молча и быстро, как и садились, забрав вещи и оружие, покинули автобус. При этом в автобусе остались двое раненых, один из охранников и одна женщина. Как пояснил Лексу говоривший с торговцем Омар, этих двоих надо срочно вести в Каир иначе не выживут. У них тяжелые ранения, которые в этом посёлке вылечить невозможно. Местный врач просто не справится.
  Если эти двое выживут, то путешественники могут оставить их себе, так как те являлись собственностью хозяина каравана и тот подарил их спасителям, поскольку у него сейчас нет возможности помочь раненным. Кроме того девушка, потеряла товарную ценность и даже если выживет, на теле останутся шрамы и в гарем её уже точно не возьмут. Кроме этих подарков торговец оставил спасителям небольшой мешочек. Когда Омар вытряхнул на руку его содержимое, в лучах заходящего солнца на его руках вспыхнула радуга. Это оказались с десяток различных не огранённых драгоценных камней.
  Спасение своей жизни торговец оценил достаточно дорого и по приблизительным подсчётам Омара, которые он тут же озвучил, на эти камешки на окраине Каира можно купить довольно приличный, небольшой домик. Кроме того, поскольку местная администрация очень негативно относится к торговле людьми, во избежание неприятностей и с администрацией и с торговцами, и с местными шейхами пустыни, путешественникам лучше забыть о случившимся происшествии. Омар уже хотел ехать дальше, но его остановил Лекс.
  — Не спеши. Я посмотрю что с раненными, а то на вашей дороге это очень не удобно делать. Все трясется.
  — А вы что врач? — удивился водитель.
  — Нет, но опыт есть — подтвердил Лекс. С помощью Сизова он перенёс раненых в конец автобуса и уложил их на пол на небольшой свободной площадке, которую они застелили свернутым в несколько слоев тентом, которым укрывались от солнца на стоянке. Быстро просканировав раненых с помощью магического щупа, Лекс определил их состояние. У мужчины тяжелое ранение в живот и при местном уровне медицины он вряд ли выживет, даже в госпитале. У девушки сквозное ранение в грудь. Пробито лёгкое и на спине вырван достаточно большой кусок мяса. Вообще было чудом, что они иногда находятся в сознании. Оказанная им ранее медицинская помощь, в виде тугой повязки, была явно не достаточной. Хорошо хоть кровь эта повязка остановила.
  Лекс достал из теневой сумки свои эликсиры и начал обрабатывать рану у солдата. Сизову он приказал заняться девушкой, там ранение не такое сложное и серьезных повреждений тело получило гораздо меньше. Уже после нескольких минут лечения, раненные полностью пришли в себя и с удивлением наблюдали за действиями непонятных врачей. Только серьезный упадок сил, в связи с большой потерей крови и значительной тратой жизненных сил на восстановление организма, не позволял им двигаться. Еще бы им не удивляться, когда на твоих глазах раны на теле стягиваются и потом не спеша покрываются нежной молодой кожей. Через некоторое время, только отсутствие следов от загара, показывало на коже место попадания пули.
  — Я что буду жить? — раздался удивленный голос девушки.
  — Куда же ты денешься, — ободряюще улыбнулся ей Сизов, только сейчас с удивлением обнаружив насколько красива раненная девушка.
  — И что, шрамов совсем совсем не останется? — с надеждой глядя на него, прошептала она.
  — А зачем они тебе? Это мужчин шрамы украшают, хотя нафига мне такие украшения, — пошутил Сизов, поудобнее устраивая девушку на импровизированном ложе.
  — Нет мне они тоже не нужны, — рассудительно ответила та, а потом с интересом разглядывая Сизова спросила, — Может тогда господин возьмёт меня в гарем или хотя бы служанкой, я ведь теперь и так ему принадлежу.
  Алоли была очень практичной девушкой. В семье где отец имел двенадцать детей от двух жён и все они были девочками, трудно остаться наивным романтиком. Еще в детстве она точно знала, что попадёт куда–то в гарем. Хотя от неё её судьба практически не зависела, поскольку