Сёмин Александр Александрович: другие произведения.

магия искусства, часть 1

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:


Магия искусства, или как набодяжить эсдорский ликер.

Глава первая. Пробуждение.

   Онея открыла глаза и сладко потянулась. Из окна бил яркий солнечный свет, слепивший ее. Она закрылась от солнца рукой. Сон все еще не прошел до конца, и Онея посмотрела на часы в надежде, что у нее еще есть время немного поваляться, однако стрелки на них показывали, что было уже восемь часов. Она тут же вскочила с кровати, сбросив с себя руку Анреа. Тот начал шевелиться, но так и не проснулся.
   Онея натянула на себя джинсы и футболку. Затем она взглянула на Анреа, которые безмятежно спал на второй половине кровати. Она решила пока его не трогать и прошла в ванную, которая, к ее счастью, была свободна. В отражении зеркала она увидела узкое бледное лицо девушки со встрепанными светлыми волосами и голубыми глазами, по которым можно было сразу сказать, что у нее была бессонная ночь.
   Онея быстро умылась и почистила зубы, после чего ворвалась обратно в свою комнату и начала собирать учебники, разбросанные по полу, в свою сумку. Наконец она была готова.
   Анреа к этому моменту перевернулся на другой бок и продолжал спать. Онея пристально посмотрела на него, после чего размахнулась собранной сумкой и ударила ей ему по ногам. Парень вздрогнул и тут же открыл глаза. Он сел, сбрасывая с глаз свои длинные волосы, и удивленно посмотрел на свою любимую.
   На его узком скулистом лице было удивление и усталость.
   - Что такое? - спросил он.
   - Я ухожу, у меня лекции через двадцать минут.
   - А... хорошо. В обед встретимся?
   - Нет. Я встречаю своего дядю. Он же сегодня приезжает. Опять все забыл, - и с этим словами Онея снова ударила Анреа.
   - Да, точно... - с трудом припоминая, произнес тот.
   - Значит так, уберете квартиру, освободите комнату, в которой он будет жить. Все понял? - она строго посмотрела на него.
   - Да.
   - Отлично, - Онея улыбнулась и чмокнула любимого в щеку, после чего вышла в коридор.
   Пока она шла в прихожую, ей пришлось миновать несколько груд пустых пивных бутылок. Проходя мимо одной из комнат, она заглянула в нее. Там спало пять человек: три парня и две девушки. Вокруг них так же были разбросаны пустые бутылки и упаковки от чипсов и пиццы.
   - Народ, подъем! - крикнула она, - лекции начнутся через пятнадцать минут1
   В ответ ее понеслись проклятья и панические вскрики. Онея, с чувством выполненного долга, прошла в прихожую, минуя весь тот мусор, который был разбросан по полу, надела туфли и вышла из квартиры. В коридоре оказалось довольно многолюдно.
   Как это обычно бывает в студенческих общежитиях, после выходных народ просыпался с трудом. Студенты как следует веселились в последний день отдыха, не думая о том, что утром настанет понедельник и нужно будет возвращаться к занятиям, как бы печально это не было. Все, схватившись за голову, выбегали на улицу, спеша в здание университета, чтобы успеть на первую лекцию.
   Профессора Ирейского Широкопрофильного Магического Института славились своей строгостью. Они не любили, когда опаздывают на их лекцию и строго наказывали за это. Онея знала правила, и поэтому спешила так же, как и все остальные. У нее были прекрасные отношения с ее преподавателями, и она не хотела портить их.
   К тому же первой парой у нее была история искусств, которую вел молодой и очень привлекательный преподаватель по имени Леос Дорем. Ему было всего тридцать пять, но его уже взяли на работу в ИШМИ за его исключительные способности к преподаванию и глубоким знаниям культуры Антреи. Он знал все об искусстве начиная с древнейших времен и до современности. Его работы публиковались в таких журналах как "Мифология и все с нею связанное" и "Антрейский культурный вестник".
   К счастью, Онея успевала на лекцию. Институт располагался на большой территории и состоял из двадцати корпусов. Часть из них была отведена под общежития, в одном из которых и жила Онея. Остальные строения были предзназначены для проведения учебных занятий и студенческих мероприятий. Для мероприятий в студенческом городке были выставочный центр и концертный зал. Но Онея в то утро спешила в главный корпус института, с которого в свое время и начались строительство и история ИШМИ. Главный корпус, построенный еще в эпоху правления Эсонской династии, имел две небольшие башни по боками и огромную центральную, которую можно было увидеть почти из любого места в Ирее. По ней всегда можно было сориентироваться, в какой стороне города ты находишься, поэтому ее часто называли "Ирейски маяком".
   Возле входа в институт все было заставлено профессорскими машинами. Студенты проскакивали мимо этих машин и забегали в институт. Когда Онея вошла в вестибюль, то увидела целую толпу, которая только начинала постепенно рассасываться по этажам и аудиториям. Она снова взглянула на часы, и, убедившись, что у нее есть еще пять минут, спокойно влилась в эту толпу, и она понесла ее в глубь здания.
   Наконец ей удалось пробиться на третий этаж, где располагалась аудитория, в которой должна была пройти история искусств. В аудитории оказалось всего семь человек, и все они были девушками. Дело в том, что большинство студентов, которые учились на архитектурном факультете, не считало, что история искусств так уж им нужна. Все знания, которые они могли получить на этом предмете, уже были им даны другими профессорами на предыдущих курсах, и сдать этот предмет не представлялось такой уж большой проблемой. Так что посещали историю искусств лишь девушки, которые сходили с ума по Леосу Дорему. На первых партах сидели четыре блондинки, одетые в розовые и голубые кофточки. На их лицах был нанесен яркий макияж, боевая раскраска, как это называла Онея, а волосы собраны в оригинальные прически. Одна из них явно выделялась. Губы ее сверкали ярким розовым цветом, кожа была темного загорелого цвета, яркие голубые глаза были подчеркнуты розовыми тенями. Ее почти белые волосы были заплетены в косу, из которой сделали круглую пирамиду, возвышающуюся над головой.
   Эту девушку звали Гедиона. Она была из очень обеспеченной семьи, которая относилась к элите Иреи. Ее отец был мэром, и считался одним из самых уважаемых и мудрых людей столицы. И из-за этого Гедиона считала, что все должны точно так же уважать и слушаться ее. И именно из-за этого у Онеи с ней были очень плохие отношения. Онея никогда не признавала подобных авторитетов и всегда шла против Гедионы. Конфликты возникали редко, но если возникали, то были очень серьезными.
   Немного подальше сидели еще три девушки. Онея, заметив их, тут же поднялась и села рядом с ними. Одна из них, с короткими черными волосами и округлым лицом улыбнулась ей и сказала:
   - Я уж думала, ты не придешь.
   - Ты что! Как же я могу пропустить лекцию Дорема, - рассмеялась Онея.
   - Слышал бы это Анреа, - усмехнулась ее подруга.
   - Риза, если бы он знал хотя бы часть того, что твориться в мое голове, то тут половина института исчезла.
   - Да, он у тебя ревнивый. Узнает как-нибудь, и пойдет поджидать несчастного Дорема в закоулке.
   - Никто не смеет трогать моего Дорема, - сказала Онея.
   Риза рассмеялась. В этот момент в аудиторию вошел высокий молодой человек в галантном костюме серебристого цвета. Он был чисто выбрит. У него было мужественное лицо с чистыми красивыми зелеными глазами. Темные волосы были прилежно уложены в стильную прическу. Он носил небольшие очки, которые придавали ему солидности и только красили его.
   Как только он появился в аудитории, девушки на передних рядах невольной вздохнули. Это был действительно образец их идеального представления о мужчине: умный, успешный, хорошо сложен - чего еще можно было желать.
   - Хватит вздыхать, он все равно женат! - крикнула Онея на все помещение.
   На нее тут же устремились колкие взгляды Гедионы и ее подруг. На лице Дорема возникла легкая улыбка.
   - Онея, попридержи свой сарказм, - сказал он мягко, - я смотрю, что нас становится все меньше. Ну что ж, те, кто хочет учиться, учится, остальных ждут неприятности во время сессии. И так, о чем мы сегодня должны поговорить?
   - Мы закончили на начале восьмого века от конца темных войн, но появлении курилизма, - ответила Онея.
   - Что ж, замечательно. Поговорим о курилистах. Само название уже говорит нам о том, в каком режиме они работали. Тогда как раз было открыто растение уролис, которое позволяет расширить сознание. Сегодня из него делают обыкновенные сигареты, но в те времена это было настоящее новшество. Тогдашние художники не замедлили им воспользоваться, они курили его, вызывая тем самым просто невообразимые галлюцинации и видения. Именно их потом они изображали на своих холстах... - начал он лекцию.
   Девичьи глаза внимательно следили за ним, не отрываясь, и их уши ловили каждое слово профессора. Онея время от времени делала некоторые записи того, что говорит Дорем, но это были просто пометки необходимые для дальнейшего изучения материала. Писать сами лекции Онея не любила, предпочитая именно просто слушать преподавателя.
   - В обед пойдем в кафе Ерона? - спросила Риза шепотом, чтобы не привлечь внимание профессора.
   - Нет. Я в обед иду на вокзал. Кас приезжает.
   - Твой дядя, который перевелся к нам в институт?
   - Да.
   - И на какой факультет он пошел?
   - Художественный.
   - А где он будет жить?
   - У нас в квартире.
   - Вас же ведь там и так восемь человек.
   - В тесноте да не в обиде, - улыбнулась Онея, - я же не могу ему сказать, чтобы он искал себе жилье, когда я вполне в состоянии поселить его в нашей компании.
   - А какой он?
   - Я сейчас даже не знаю вообще то, - призналась Онея, - я его не видела пять лет с тех пор, как живу здесь. Раньше мы были очень дружны, практически росли вместе. Но за пять лет можно изменить до неузнаваемости.
   - Это да. Я вот каждый раз, когда возвращаюсь в родной Персфил, постоянно поражаюсь, как там все изменилось за год.
   - Не пугай меня.
   - Ну, если он хоть немного похож на тебя, то думаю, жизнь у вас станет намного веселей.
   - Что нас ждет... - тяжко вздохнула Онея, вспоминая, что творилось предыдущим вечером и весь тот мусор, который она обнаружила с утра на полу квартиры.
   В этот момент к ним на парту прилетел скомканный листок бумаг. Онея подняла голову и увидела, что Гедиона пристально смотрит на нее злыми глазами. Онея спокойно развернула листок и увидела на нем записку:
   "Больше не смей никогда так комментировать меня, мерзкая тварь. Еще раз такое повториться, и тебе не поздоровиться"
   Онея распрямила листок и начала писать на нем. Риза с интересом наблюдала за тем, что она пишет. Наконец ответное послание было закончено. Онея снова скомкала бумажку и бросила ее обратно. Та угодила Гедионе прямо голову и упала на пол. Девушка удивленно обернулась, посмотрев на Онею, после чего подняла записку и развернула ее. Когда Гедиона прочитала ее, то невольно вскрикнула.
   Это не осталось без внимания Дорема. Он удивленно посмотрел на студентку и спросил:
   - Гедиона, ты не согласна с тем, что курилисты были простыми бездарными укурками, которые на полстолетия увели изобразительное искусство от его основных целей?
   - Нет... - недоумевающее произнесла Гедиона.
   Риза рассмеялась над этим зрелищем, после чего наклонилась к Онеи и спросила:
   - А откуда ты знаешь про то, что она творила на новый год?
   - Одним из тех парней был мой хороший знакомый. Он все мне рассказал и передал фотографии, зная, какие у меня с ней проблемы. Думаю, это ее немного остудит, - Онея ехидно усмехнулась и продолжила записывать лекцию.
  

Глава вторая. Прибытие.

   Как только закончилась вторая пара, Онея тут же собрала свои вещи и вышла из аудитории. Риза даже не успела ей ничего сказать, но это ее ничуть не задело. Она привыкла, что Онея постоянно в движении, и такие исчезновения были как раз в ее духе.
   Онея вышла из института и направилась вдоль улицы в сторону высотного здания. На улице было тепло. Осень еще не успела вступить в свои права, и солнце припекало по-летнему. Онея любила такую погоду. Повсюду еще стояли зеленые деревья, которые уже готовились к тому, чтобы сменить свой цвет на золотисто-желтый и огненно-оранжевый. На улице было множество прохожих, которые спешили по своим делам. По дорогам взад-вперед бегали автомобили.
   Онея наслаждалась этим моментом. Она видела красоту зданий в этом солнечном летнем свете. Она любовалась отражениями в стеклах больших витрин. Все словно излучало какую-то радость и добродушие.
   Вскоре она вышла на большую площадь, в противоположном конце которой возвышалась башня и большое здание. На башне было написано: "Иренский вокзал, северное направление". Онея пошла прямо туда. Возле здания было очень много народу. Здесь можно было увидеть и только что прибывших гостей столицы, и покидающих ее, и встречающих, одной из которых и была сама Онея. Она протиснулась в главный зал вокзала, в центре которого было расставлено множество сидений для ожидающих. Все эти места были заняты людьми, рядом с которыми стояли сумки и тележки. Все они ждали отправления свои поездов.
   Онея прошла через зал и вышла с другой стороны к платформам. Она оказалась на перроне, на котором было так же многолюдно. Это уже начинало раздражать Онею. Она ненавидела, когда так много людей окружало ее. Это сбивало ее с мыслей, она даже чувствовала себя немного потерянной.
   Всего вокзал включал в себя двенадцать платформ, к которым прибывали поезда. В ста метрах от того места, где заканчивались платформы Онея увидела глубокий обрыв вниз, на противоположной стороне которого можно было увидеть еще один вокзал южного направления. Рельсы так же заканчивались на карюю обрыва, образовывая небольшой трамплин.
   Онея достала листок, на котором было записано время прибытия поезда и платформа, к которой он должен был подъехать. Она должна была встречать поезд, прибывающий к девятой платформе в двенадцать тридцать. Онея взглянула на часы. Было всего двадцать минут первого. Ей предстояло десять минут ожидания.
   Именно это она не любила больше всего. Ждать чего-то, причем в одиночестве, когда даже не с кем поговорить. Она решила, что лучшее, чем ей стоит сейчас заняться, это вспомнить, как выглядит Касс. В последний раз, когда они виделись, это был невысокий парень, коротко стриженный, в очках. Он всегда был послушным и делал все, что ему говорят родители. Он хорошо учился, всегда делал уроки в школе, никогда не пил и вообще был зализанным маменькиным сынком. Она даже не представляла себе, как же ему удастся вжиться в ее компанию, и как он вообще сможет уживаться рядом со всем тем, что они устраивают в свободное время.
   Она представляла себе, как сейчас из прибывшего поезда выйдет солидный молодой человек в костюме, плаще, с кожаной сумкой, которую носят все деловые люди. Ей трудно было представить, как же он стал художником, которого пригласили учиться в ИШМИ на бюджетном отделении. Онея решила, что он наверняка рисует в строгом стиле классической эпохи трезволизма. Она не любила эти сухие, безвкусные полотна. Ей даже было немного жаль, что теперь такой человек окажется в ее компании.
   Скорее всего, он будет постоянно критиковать их, говорить, что нельзя делать, а что можно, вызывать органы правопорядка, когда они устроят очередную попойку. В общем перспектива вырисовывалась не очень радужная, учитывая, что попойки устраивались не только по выходным, но и каждый день.
   Но она не могла отказать родителя Касса, когда те попросили приглядывать за ним. Более всего ей запомнилась фраза: "Ты, главное, следи, чтобы с ним ничего не случилось, а то мало ли что..." Она не совсем понимала, так как с такими людьми, как Касс, вообще ничего не случалось. Они жили тихой размеренной скучной жизнью, которую Онея вообще не признавала.
   В этот момент мысли ее прервало объявление:
   - К девятой платформе пребывает поезд из Шарнея. Будьте осторожны. Возможны проблемы при посадке...
   Онея подняла голову наверх и увидела, как в небе показалась какая-то змейка. Чем ближе она становилась, тем больше принимала очертания локомотива с восемью вагонами. Поезд, петляя и выделывая виражи, быстро подлетал к вокзалу. В следующий момент он плюхнулся на рельсы и резко затормозил, остановившись в последний момент перед тем, как врезаться в здание вокзала. Из него почти сразу начали выходить не очень довольные пассажиры. Онея с удивлением прислушивалась к их обсуждениям. Двое пассажиров, проходивших мимо нее, громко ругались:
   - Да они вообще с ума посходили. Этих машинистов нужно уволить!
   - Согласен! Кто им вообще позволил курить уролис. Это же возмутительно. Я понимаю, что оно разрешено, и все же, они чуть нас не угробили на последнем вираже!..
   Возмущенные пассажиры прошли мимо, приводя свой потрепанный вид в порядок. Онея поняла, что сейчас ей не просто придется общаться с занудой, но еще и успокаивать его после такого потрясения. Она пошла к поезду, но тут увидела, как дверь самого локомотива открылась, и оттуда вывалились три совершенно укуренные в хлам фигуры. Двое из них были машинистами. Они без конца смеялись и никак не могли успокоиться. Но внимание Онеи привлек третий человек. Это был высокий, полноватый парень примерно ее возраста, с длинными взъерошенным волосами, карими глазами и короткой стильной бородкой. Одет он был в синюю ветровку, измазанною местами краской, из-под которой выглядывала красная футболка. Джинсы на нем были грязные, мятые, и внизу немного оборванные. Через плечо у него висела здоровая сумка, в которой, как было видно, были сложены все его пожитки. Онея с удивлением смотрела на него, не веря своим глазам.
   Тем временем эта троица наконец поднялась на ноги. Машинисты обняли третьего и один из них сказал:
   - Жаль, что ты покинул наш город... но в столице ты точно отожжешь! И спасибо за уролис, просто высший класс!
   - Да уж, не думал я, что ты начнешь делать мертвую петлю... - ответил парень в синей потрепанной куртке, - что ж, удачи ребят, меня тут должны встречать.
   Парень начал осматриваться, и тут его взгляд остановился на удивленной Онее.
   - О! - вскрикнул он, - а вот и она! Онея, племянница, рад тебя видеть!
   Касс раскрыл свои объятья, и Онея, все еще в шоке, на автомате обняла его. Он крепко сжал ее в объятьях и приподнял над землей. Затем он наконец отпустил ее.
   - Как поживаешь? - спросил он, немного пошатываясь, - спасибо, что приняла меня под свою крышу, обещаю, что постараюсь не разнести ее.
   - Касс, это ты? - к Онее наконец вернулся дар речи, хотя шок все еще не прошел.
   - Ну да, не узнаешь дядюшку Касса?
   - Ты изменился...
   - Ну разве что совсем чуть-чуть... В общем то, рад тебя видеть!
   - А я тебя... пойдем нам сюда.
   Онея повела его к выходу из вокзала, не сводя глаз с Касса, оценивая, сколько же нужно было выпить и выкурить за пять лет, чтобы из прилизанного ботаника превратиться в это чудо. Было очевидно, что Касс в этом плане проделал огромную работу.
   Они вышли на улицу и направились в сторону института. Как только они оказались под открытым небом, Касс достал сигарету из уролиса и закурил ее.
   - Не хочешь? - спросил он ее, предлагая еще одну сигарету, - обещаю, твоим родителям ничего не расскажу.
   - Давай, - согласилась Онея, решив, что это поможет ей придти в себя.
   Вообще у нее у сумке лежала пачка своих сигарет, но сейчас она как-то не подумала об этом.
   - Как доехал? - спросила она немного растерянно.
   - Замечательно! - ответил Касс, - машинисты - старые знакомые, на прощание устроили мне тест-драйв поезда. Хотя, как я заметил, некоторым пассажирам это не понравилось.
   - Да, я слышала, - сказала Онея.
   Ее теперь терзала только одна мысль. У нее должна была быть еще одна пара, и только потом она могла идти домой, а это означало, что Кассу придется самому знакомиться с обитателями квартиры, в которой она жила. Это не предвещало теперь ничего хорошего.
   - Надеюсь, я не слишком потревожу твоих соседей. Твои родители рассказывали, что у вас там культурное общество. Я бы не хотел вам мешать особо...
   - Все в порядке, - сказала Онея, усмехнувшись, - ты то уж точно не помешаешь....
   - А ты все еще на архитектурном?
   - Ну да. А ты смог пробиться на художественный. Мне сказали, что они сами тебя пригласили.
   - Один из моих преподов в старом инстетуте замолвил за меня словечко, показал мои работы. Хотя они уже к этому моменту сами были заинтересованы в моем появлении у вас. И вот я тут.
   - Не думала, что ты станешь рисовать.
   - Ну, жизнь такая штука, никогда не знаешь, что будет дальше, - рассмеялся Касс, жадно затянув в себя сигаретный дым, - к стати, раз уж вы меня приняли, то я проставляюсь, и это без обсуждений!
   - Ладно, - Онея с опаской посмотрела на Касса.
   Но уролис начинал делать свое дело, и постепенно все начало становиться проще. Пришло расслабление и спокойствие. Вскоре они дошли до института, и Онея показала Кассу общежитие. Касс осмотрел основное здание института и присвистнул.
   - Неплохо вы устроились тут, - сказал он, - ну что ж, тебе пора, я пошел.
   - Твоя комната справа от входа.
   - Я разберусь, там есть кто-нибудь?
   - Не знаю. Скорее всего кто-нибудь да есть.
   - Отлично! Начнем знакомиться.
   И Касс не совсем ровным шагом пошел по направлению к входу в общежитие. Онея с беспокойством посмотрела ему вслед, теперь понимая фразу родителей Касса. За ним точно придется присматривать, причем в оба глаза и в три уха, но с другой стороны она была рада, что он не оказался тем занудой, каким она себе его представляла.
  

Глава третья. Погром.

   Последняя пара длилась для Онеи очень долго. Она была очень задумчивой и отрешенной. Впечатление от Касса и действие уролиса сказывались на ней. Тем временем Релона Эсториз ходила возле классной доски и рассказывала что-то о геометрии построения зданий. Онея всегда любила ее предмет и слушала очень внимательно. Однако сейчас ее слова не доходили до сознания девушки. Риза сидела рядом с ней, и поражалась поведению подруги, и наконец спросила:
   - Что с тобой? Такое чувство, что дядя твой действительно оказался таким занудой, каким ты его описывала, и он утомил тебя на столько, что даже Эсториз не может до тебя достучаться.
   - Все оказалось совсем наоборот, - ответила устало Онея.
   - В смысле?
   - Он чуть не угробил поезд, на котором сам же ехал.
   Услышав это, Риза поперхнулась и выронила ручку. Та с шумом упала на пол, что заставило Эсториз обернуться и спросить:
   - Девушки, у вас там все в порядке?
   - Да, - мрачно ответила Онея.
   - Тогда, может, перестанете отвлекаться на обсуждение внешности профессора Дорема и послушаете то, что я вам объясняю? Или вы планируете построить дом, который в конце концов свернется сам в себя под действием неправильно использованного заклинания?
   - Нет, конечно.
   - Вот и отлично.
   Эсториз продолжила объяснять, как использовать заклинания так, чтобы движимые части домов не привели к разрушению самих домов. Онея же оставалась в том же безразличном состоянии.
   - Знаешь, я должна посмотреть на это, - шепнула ей Риза.
   - На что? - спросила Онея.
   - Ну, на твоего дядю. Мне прям интересно стало, что же он из себя представляет... постой, а чем это от тебя пахнет?
   - Уролисом.
   - Ты же днем не куришь...
   - Он угостил.
   - Э... - дальше Риза села на свое место и ушла глубоко в себя, пытаясь понять, что же за человек был родственник ее подруги.
   Когда наконец прозвенел звонок, и все были свободны, они смогли пойти в общежитие. Уже начинало темнеть, когда они оказались на улице. Девушки медленно побрели к входу в общежитие. И тут Онея заметила одного из своих соседей. Это был очень высокий парень, который выделялся среди других студентов. Он был почти на голову выше них. Было видно, что этот человек занимался спортом и играл в перкост. Онея быстро подошла к нему, и тут услышала, что откуда-то сверху доносится громкая тяжелая музыка. Как она поняла, музыка шла как раз из их квартиры. Сам же парень никак не отреагировал на появление Онеи. Он стоял, смотря в одну точку и куря очередную сигарету. Судя по окуркам, которые валялись возле него, он уже выкурил четыре сигареты, и это шла пятая.
   - Легор. Что с тобой? - обеспокоено спросила Онея.
   - Онея? - удивленно спросил Легор, - а где это я?
   Как только он открыл рот, Онея сразу поняла, что он выпил как минимум литр крепкого эсдорского ликера. Ему до сих пор удавалось стоять на ногах только потому, что принял идеально отпекаемую позицию, при которой его не клонило ни в какую сторону. Но теперь, когда он зашевелился, равновесие было потеряно, и Онее пришлось придерживать его, чтобы тот не плюхнулся на землю.
   - Легор, ты на улице! Что ты тут делаешь? - спросила испуганно Онея.
   - Курю, - кратко ответил Легор. Затем он внимательно осмотрелся и спросил, - а что это мы делаем на улице?
   Онея и Риза непонимающе переглянулись.
   - Это нормально, - сказала Онея, - с ним такое бывает.
   - Да? Ну, раз это нормально... - неуверенно произнесла Риза.
   Тем временем крики и музыка сверху становились все громче. Они взяли Легора под руки и вошли в общежитие. Они быстро поднялись на четвертый этаж, где располагалась квартира Онеи, и тут увидели, что весь этаж стоит на ушах. Все двери квартир были открыты. Повсюду были студенты с бутылками ликера в руках. Некоторые уже не могли стоять на ногах, поэтому либо сидели, либо лежали без сознания.
   - Это конец света? - испуганно спросила Риза.
   - По-моему да, - ответила Онея, осматривая все это безобразие.
   В этот момент из квартиры Онеи вывалились четыре человека. Они поддерживали друг друга, чтобы устоять на ногах. Одним из них был Касс, вторым Анреа. Третьим был невысокий парень с длинными светлыми волосами и безумной улыбкой, которого звали Денон. Четвертый был тощий парень с большими карими глазами и непонимающим выражением на лице, по имени Одеус.
   - Где Легор?! - прокричал Касс, явно не понимая, что происходит вокруг него, - Легор!
   В этот момент Легор пробудился, он вырвался из рук девушек, и сделал несколько шагов в сторону честной компании, прокричав:
   - Я тут, Касс! Друг мой!
   Касс вышел из группы поддержки и зигзагом пошел в сторону Легора. Легор начал такое же движение навстречу ему. Онея и Риза с интересом наблюдали за тем, встретятся ли эти два блуждающих тела. Анреа, Денон и Одеус так же за этим пытались следить, как казалось со стороны, хотя в то же время можно было сказать, что они уснули прямо стоя с открытыми глазами.
   Наконец, преодолев пять метров за пять минут, Легор и Касс оказались друг перед Другов в центре коридора.
   - Друг мой! - прокричал Легор и обнял Касса.
   Тот в свою очередь похлопал Легора по плечу.
   - Где ты был? - спросил Касс, перекрикивая музыку.
   - Девчонок встречал, - ответил Легор, гордо демонстрируя, что пришел не один.
   Онея и Риза поняли, что им наконец можно вступить в эту беседу, не нарушив идиллию встречи после долгой разлуки.
   - Что у вас тут твориться? - спросила Онея, посмотрев на Касса.
   - Я проставляюсь, - ответил Касс.
   - Но откуда столько выпивки? - спросила Онея.
   - А Касс у нас в этом деле гений, - рассмеялся Легор, смотря куда-то в сторону, а не Онею, - он самогонщик тот еще...
   - Ты о чем? - не поняла Риза.
   - Да так, мелочи, - усмехнулся Касс, - знаю одно заклинание, оно эсдорский ликер из воздуха делает, главное бутылки не забывать подставлять... - тут он замолчал, глубоко задумавшись.
   Затем он повернулся и посмотрел внимательно на парней, которые стояли позади него, что-то считая про себя.
   - А кто за бутылками следит? - спросил он строго.
   - Эвила и Юнеа, - ответил Анреа, на мгновение придя в себя.
   - А разве они не вырубились полчаса назад? - спросил вновь строго Касс.
   - Не знаю, - послышался ответ.
   - Момент, - сказал Касс, показав свой указательный палец, поднятый вверх, и направившись в сторону их квартиры.
   Онея и Риза последовали за ним. Легор так и остался стоять на месте, опять устремив свой взор в одну точку.
   Когда они оказались в квартире, то увидели, что по всему полу разлита какая-то пахучая жидкость. Онея сразу поняла, что это ликер. Касс же не стал останавливаться и прошел сразу в ту комнату, в которой он должен был жить. Именно там и оказался источник ликера. В воздухе висела небольшая трубка, из которой без остановки текла та самая пахучая жидкость. Вокруг этой трубки сидели две девушки, которых Онея утром разбудила столь бесцеремонным образом. Рядом с ними были разбросаны пустые бутылки. Но они не обращали на них внимания. Лишь одна из них всецело поглотила их сознание. Они навели на нее свои руки и по очереди повторяли одно и то же заклинание. Одновременно с этим бутылка начинала светиться всеми цветами радуги. С каждым новым заклинанием у бутылки появлялась новая нога. Их было уже пять. Одна кошачья, одна какой-то рептилии, другая куриная, и две вообще не понятно какие.
   - Девушки, милые, почему вы не заполняете бутылки, вы же сами вызвались... - сказал Касс мягко.
   - А мы тут котенка делаем из бутылки, - сказала одна из девушек с яркими рыжими волосами, после чего она вновь повторила заклинание. При этом у бутылки появились два зеленых кошачьих глаза и лохматые острые уши, после чего она вскочила на ноги и убежала, расстроив девушек.
   - Как это вообще произошло? - спросила Онея растерянно.
   - Дело в том, - неожиданно услышали они позади себя голос Легора, - что Касс хотел проставиться, а у нас была лишь куча пустых бутылок. Я сказал, что жаль, что он не может из воздуха гнать ликер. А он сказал, что может, и мы поспорили... и, кажется, я проспорил свой лбимый талисман для выхожа в астрал...
   - Оставь себе, у меня все равно их полно, - сказал Касс со смехом.
   - Вот, настоящий маг! - сказал Легор, снова обняв Касса.
   - И кто теперь это все убирать будет... - строго спросила Онея.
   - Я все сделаю, не переживай, - заверил ее Касс, - ты расслабься, отдохни после лекций.
   Касс поднял с пола одну из пустых бутылок и подставил ее под трубочку, из которой все еще тек ликер. Наполнив ее примерно на половину, он протянул бутылку Онее, и та с недоверием взяла ее. Она еще раз понюхала эту жидкость, после чего осторожно сделала глоток. И тут же какое-то веселье и расслабление охватило ее. Все стало простым и бессмысленным. Она улыбнулась и сделала еще несколько глотков.
   - Отличный эсдорский ликер! - сказала она.
   - Именно, - подтвердила Эвилла, после чего завалилась на бок и уснула возле салата.
   Онея передала бутылку Ризе, и та тоже отхлебнула немного. На ее лице так же появилась радость и спокойствие.
   В этот момент раздался стук в дверь и на пороге показались Гедиона и ее свита.
   - Вы тут что-то отмечаете? - спросила она, окинув взглядом Касса, так как только его из всей этой компании она не знала.
   - Да, - ответил Касс.
   - А что именно? - продолжила допрос Гедиона.
   - Мой приезд, - рассмеялся Касс, - что же еще!
   - А ты, собственно, кто?
   - Касс Серонски.
   Как поняла Онея, Гедиона явно знала это имя. Она удивленно посмотрела на Касса и спросила:
   - Художник?
   - Только учусь!
   - О, так вы та самая ценная находка нашего института, - она тут же подошла к нему, мило улыбнувшись, - говорят, вы можете стать большим приобретением для столицы. Я видела несколько ваших работ.
   - А ты кто? - спросил Касс, не понимая, чего от него хотят.
   Этот вопрос смутил Гедиону, но она списала его незнание ее личности на то, что он только что приехал из глуши.
   - Я Гдеиона Ромус, дочь мера столицы.
   - А... - Касс повернулся к Онее и спросил, - твоя подруга?
   - Нет, - ответила Онея, ожидая, что будет дальше.
   - Ясно... - Касс снова повернулся к Гедионе, - милая гламурщица, это закрытое мероприятие, - печально произнес он, - и у вас нет пропуска... попрошу покинуть территорию.
   Эти слова вызвали нескрываемый гнев на лице Гедионы. Она вся вспыхнула красной краской, а глаза чуть ли кровью не налились.
   - Я дочь мера! - прокричала она.
   - Поздравляю... вон!
   Гедиона резко повернулась и быстро вышла из квартиры вместе со своей свитой. Касс посмотрел ей вслед и сказал:
   - Она, наверное, популярна среди парней...
   - Очень, - усмехнулась Онея, - могу даже фотки показать...
  

Глава четвертая. А на утро...

   На утро Онея проснулась, как она думала, одна из первых. Лекции должны были начаться всего лишь через два часа, но она не могла больше спать. Она надела на себя один из амулетов для выхода в астрал, после чего отправилась мысленно в один из его подуровней, где была расположена социальная сеть. Там уже были выложены фотографии-воспоминания с ночных бдений, и к счастью для себя, Онея обнаружила, что не на одной не засветилась. Она поняла, что эти фотографии выкладывались прямо во время гулянки. Онея сняла амулет, и тут услышала музыку, напоминавшую рок.
   Она встала и медленно пошла на звуки музыки, желая выяснить, кто же это не спит так же рано, как и она. К ее удивлению она обнаружила, что во всей квартире царил идеальный порядок, и нигде не осталось и следа от ночных происшествий. Она заглядывала в комнаты, которые встречались на ее пути, и везде видела одно и то же. Все ее соседи по квартире мирно спали в своих комнатах, и никто из них не мог сделать уборку.
   Более всего Онею интересовало, куда можно было деть весь мусор, который скопился за месяц активной жизни. Наконец она дошла до последней комнаты, в которой должен был жить Касс. Она открыла дверь в нее и увидела очень странную и причудливую картину.
   Касс стоял в центре комнаты возле мольберта. На нем были только штаны, и его пузо слегка из них выпирало. В одной руке у него была кисть, которой он делал последние штрихи на картине, чудном вечернем пейзаже, а в другой была почти пустая бутылка минералки. Голова его была обвязана мокрым полотенцем.
   В самом дальнем угле были сложены все бутылки, которые скопились в квартире. Все они были заполнены тем самым эсдорским ликером, которым он почивал своих соседей всю ночь. В остальных углах комнаты уже были разбросаны его вещи. Прямо на них лежали кисти, палитра и краски. Было видно, что он вообще ночью не спал.
   - Касс, ты в порядке? - тихо спросила Онея.
   - Да, - он повернулся к ней, и она увидела, что глаза его горят какой-то невероятной энергией.
   - Ты что, так и не ложился? - спросила она.
   - Нет. Не смог уснуть. Сначала прибрался... ах да, на счет мусора. Если кто-то будет жаловаться на гору мусора у нас под окнами, скажи, что, что я это улажу как только закончу тут.
   Он указал Онее на картину. Она подошла ближе и начала ее рассматривать. Она была прекрасна. Она тут же вспомнила родные места. Именно их Касс и изобразил в лучах вечернего солнца.
   - Это прекрасно, - произнесла Онея, - ты всю ночь над ней работал?
   - Не, не только.
   Касс кивнул в другую сторону и Онея увидела еще три пейзажа, краски которых еще сохли.
   - Невероятно, как ты только успел?
   - Не знаю, - он повернулся к пейзажам и тут на его лице возникло удивление, - а вот это вообще не помню как рисовал, только это, - он указал на один, особо яркий пейзаж в летних тонах.
   - Все с тобой ясно... как же болит голова.
   - Вот глотни, - Касс протянул ее свою бутылку с минералкой.
   - Боюсь это мне не поможет, - усмехнулась Онея.
   - Да ты глотни, - настаивал Касс.
   Онея глотнула, и тут же все в ее голове прояснилось и пришло в порядок, а самочувствие резко улучшилось.
   - Надеюсь у тебя много в запасе этой жидкости, потому что скоро она понадобиться, наверное, всему общежитию.
   - Ну, всегда можно сделать еще, - улыбнулся Касс, и поставил свой новый пейзаж к остальным.
   Онея посмотрела их еще раз и сказала:
   - Замечательно.
   - Это так... я вот задумал тут одну штуку... вот это будет замечательно.
   В этот момент откуда-то из-под кровати донесся жалобный писк. Касс замер на месте, прислушиваясь.
   - Ты слышала это? - спросил он, посмотрев на Онею.
   - Да. Только не пойму, что это.
   - Кажется, я знаю. Раз это не глюки, как я думал полночи, то это может быть только одно.
   Он присел на корточки и произнес:
   - Кис-кис-кис...
   В этот же момент из-под кровати выползла пивная бутылка, с кошачьими глазами и ушами и пятью ногами. Оно издало жалобное мяу и потянулось к Кассу.
   - Бедное наше животное, - произнес Касс.
   Бутылка не успела к нему подойти, как он направил в ее сторону свою руку и произнес заклинание. Золотистый луч ударил в бутылку, и та мгновенно превратилось в маленького рыжего котенка. Тот фыркнул, чихнул, и запрыгнул Кассу на плечи.
   - Какая прелесть... это же его вчера мучили девчонки.
   - Да, - ответил Касс.
   В этот момент в коридоре промелькнула тень и к ним в комнату вошел Легор. Вид у него был самый измученный. Он тупо посмотрел на Онею, а потом на Касса и спросил, указывая на него:
   - А ты кто?
   Касса это явно обидело. Брови его нахмурились, и он пристально посмотрел на него.
   - А ты не помнишь?
   - Нет... а почему все кружится, у нас землетрясение?
   - Да, и оно только началось, - ответил Касс, повернувшись к нему спиной, - у эсдорского ликера сильный побочный эффект. Его может вылечить лишь одно средство.
   - Эсский что? - непонимающе уставился на Касса Легор.
   - Ликер... - Касс покачал головой, - сейчас будет весело.
   Онея удивленно наблюдала, как Касс, медленно, но методично, подошел к одной из пустых бутылок, которая была к нему ближе всего, взял ее в руки, что-то шепнул, после чего бутылка тут же наполнилась какой-то вязкой жижей. Ее цвет трудно было определить, так как под разными углами оно принимало новый оттенок. После этого Касс протянул бутылку Легору со словами:
   - Держи, это тебе поможет.
   - Это что? - с трудом промямлил Легор.
   - Лекарство... но не пей сразу, выйди пожалуйста в коридор.
   Легор тупо уставился на Касса, с трудом раскрывая глаза. Его взор медленно переходил от лица к Касса к бутылке и обратно.
   - Мужик, я же ведь тебя даже не знаю... и ты хочешь чтобы я у тебя взял какую-то неизвестную жидкость, которая не очень приятно пахнет, и выпил ее... ты что, дилер какой то? Онея, кого ты привела к нам в дом?
   - Легор, лучше выпей, тебе легче станет, правда.
   - Ты меня не обманываешь?
   - Нет.
   - Хорошо.
   Легор взял бутылку и вышел из комнаты.
   - Я ведь его не обманула? - с сомнением спросила Онея, - ему ведь это и правда поможет?
   - Да, - спокойно произнес Касс, поворачиваясь обратно к своей работе.
   - Тогда почему ты сказал ему выйти из комнаты?
   - Ну, просто ликер крепко засел в его крови, а если что-то не хочет выходить естественным путем, то остается только неестественный, - усмехнулся Касс.
   В следующий момент Онея услышала, как из коридора донесся жуткий звук, словно из кого-то одновременно вышли все внутренности через рот. В следующий момент до них донесся голос Легора!
   - Я тебя вспомнил, чувак! О... моя голова, зачем же я так кричал...
   - Кто сегодня убирается в комнате? - спросил Касс, не глядя на Онею.
   - Анреа, - задумчиво произнесла она.
   - Не повезло ему...
   Неожиданно в коридоре, среди стонов Легора, который все еще находился под действием эликсира Касса, послышались быстрые шаги. Дверь в комнату Касса снова распахнулась и перед ними предстала высокая молодая девушка. Онея ее видела раньше и прекрасно знала, что ее появление здесь после подобного сборища не означало ничего хорошего.
   Девушку звали Залоя Пиренус, и ее знали все в институте, так как она работала помощником ректора. Она была высокой, очень стройной, и ее внешность можно было бы назвать идеальной, если бы не собранный в пучок почти белые волосы и холод в ее голубых глазах не выдавали в ней очень неприятную, резкую и даже немного жестокую особу. Встречи с ней боялись все студенты. Именно она оповещала о самых жестких мерах ректора, хотя случалось это не часто.
   - Касс, добро пожаловать, - сказала она холодно, - вижу, вы уже устроились?
   Ее взгляд упал на разбросанные вещи, после чего перескочил на огромный запас эсдорского ликера.
   - Вроде того, - усмехнулся Касс.
   - Я рада. Вас ждет ректор. У него к вам важный разговор.
   - Он первый день здесь, - тут же вступилась Онея, - он еще не освоил все здешний порядки.
   Онея сразу поняла, что дело не придет не к чему хорошему, если Касс все-таки отправиться к ректору. Его могли отчислить в мгновение ока, так как институт старался следить за своей репутацией.
   - Вас ждут, - холодно повторила Залоя.
   - Хорошо, - произнес Касс равнодушно, пошлепав босяком в сторону Залои.
   - Вы хотите идти в таком виде? - едва проявив удивление, спросила Залоя.
   Только тут Касс вспомнил, что кроме штанов и полотенца. Все еще свисающего с его головы, на нем ничего не одето. Он резко развернулся на девяносто градусов и подошел к ближайшей горе скомканной одежды. Из нее он вытянул рубашку, которая была слегка испачкана краской, и пару кроссовок, причем разных по цвету и фасону.
   Пока он собирался Онея заметила, что Залоя не сводит глаз с картин Касса. Хоть ее взгляд и оставался столь же холодным, очевидно было, что картины задели даже ее.
   - Что ж... - произнес Касс, - я готов, ведите меня, мой капитан!
   Залоя еще раз посмотрела на картины, потом на их автора, после чего прошептала так, что только она сама это и слышала:
   - Вот достается же талант идиотам...
   После этого она вышла из комнаты, и Касс последовал за ней.
   Онея печально посмотрела им вслед. Она понимала, что, скорее всего, Касса здесь к вечеру уже не будет, после того, что он устроил ночью. Она вышла из его комнаты и увидела лежащего на полу Легора. Он старался не влезть в то, что когда то было его переваривающимся ужином, и растерянно смотрел перед собой.
   - Ты как? - спросила Онея.
   - Живой... а это мне показалось, или это действительно Касс только что вышел вместе с Пиренус?
   - Да, она приходила за ним от ректора.
   - Проклятье... а ведь классный парень, с ним было бы весело жить.
   - Видимо тебе понравился его эликсир.
   При этих словах Легор позеленел, но все же сдержался.
   - Вот давай об этом больше не будем. Вообще не будем вспоминать про это утро, хорошо?
   - Да, ушастик, как скажешь. Ты пока сиди тут, а я пойду разбужу Анреа... где тут была наша сковородка...
  

Глава пятая. Злые языки

   Когда Онея вошла в здание института, она сразу же поняла, что слухи о том, что было ночью в их общежитии, уже быстро разнеслись среди студентов. В холе она увидела многих, кто прошлым вечером был у них. Большинство из них были бледны, даже слегка зеленоватого оттенка, с трудом стояли на дрожащих ногах и выдавливали на своих уставших лицах улыбки, рассказывая о том, что с ними творилось ночью менее удачливым студентам, так и не попавшим на вечер встречи Касса.
   Почти сразу к Онее из толпы вышла Риза. Она так же была слегка бледной, и все же выглядела намного лучше остальных.
   - Привет, ты как? - спросила ее Онея.
   - Судя по всему, - с милой улыбкой произнесла Риза, - я сделала правильно, что ушла раньше, чем вы закончили гулять.
   - Рада за тебя.
   - А ты то как? - обеспокоенно спросила Риза, - когда я уходила, у вас царил полный погром.
   - Ну, в общежитии все так же, а у нас чистота и порядок.
   - То есть как? Ты всех ночью поставила к стенке и приказала убираться, иначе расстрел на месте?
   - Не совсем так, но я возьму этот вариант на вооружение, - одобрительно покачала головой Онея.
   - Что ж, твой Касс умеет создавать себе репутацию, - усмехнулась Риза, - теперь все будут говорить только о нем еще неделю.
   - Боюсь, ему это вряд ли поможет удержаться в институте, - покачала головой Онея.
   - Что ты имеешь в виду? - не поняла Риза.
   - Сегодня утром к нам приходила Пиренус. Она увела Касса с собой. Его хотел видеть ректор.
   - Ого... - протянула Риза, - жаль, еще одним творческим бунтарем в наших рядах меньше. Так мы революцию в искусстве еще не скоро устроим. Хотя ему стоило быть осторожнее.
   В этот момент они проходили мимо большой толпы студентов, которые кого-то напряженно слушали. Онея не сразу разобрала, кто и о чем говорит, однако, когда они подошли ближе, она сразу признала голос Гедионы, который вещал на массы, собравшиеся вокруг него.
   - ... и теперь его выгонят отсюда! Таким, как он, здесь не место. У нас высшее культурное образовательное учреждение, а он позорит его. Я не могла позволить такому случиться. Мой отец узнал о том, что этот оборванец устроил в нашем общежитии и уже связался с нашим ректором. Больше нам не стоит беспокоиться о том, что такие личности нарушают наш покой.
   Онея не могла спокойно пройти мимо такого. Ей не позволяла сделать этого совесть. Хоть Касс и был всего лишь дальним родственником, которого она давно не видела, все же она не могла допустить, чтобы так говорили у него за спиной. Она, не смотря на попытки Ризы остановить ее, протиснулась через собравшееся множество учащихся и вышла прямо к Гедионе. Та сначала не заметила ее и с радостью взирала в глаза публики, не обращая внимание при этом, что между ними прокатывались короткие смешки во время ее пылкой речи.
   - О, привет, - небрежно сказала Онея, привлекая внимание Гедионы, - как ты после вчерашнего, хотя... ах да, тебя же не пустили вчера к нам. Не прошла фэйсконтроль, так сказать.
   Воспоминания об оскорблении, которое ночью нанес ее Касс, нахлынули на Гедиону, и она тут же вспыхнула красной краской на щеках. Ее глаза заблестели и впились прямо в Онею, словно пытались прожечь ее насквозь.
   - Да как ты смеешь! Я и не пыталась к вам попасть! Ты видимо, вчера перепила с этим своим родственником! Теперь ясно, в кого ты у нас такая.
   - Такая умная? Да, это у нас родственное. А вот тебе видимо досталось по генам самое худшее, не повезло, жаль... - Онея печально покачала головой.
   - Как бы там не было, его теперь исключат, и ему уже ничто не поможет. Мой отец не допустит, чтобы он оставался здесь. Все кончено, не успев начаться, чтобы ты не сказала.
   Гедиона развернулась и прошла мимо Онеи, гордо подняв голову. Онея бросила ей вслед быстрый взгляд. Она не могла позволить ей так просто уйти. В следующий момент она сделала едва заметный жест рукой. Дальше последовала цепь событий, которой Онея никак не ожидала, произнося заклинание.
   Гедиона не успела сделать и пяти шагов, как неожиданно ее длинная юбка, украшенная несколькими подборками, задралось наверх, словно снизу на нее подул сильный ветер и покавзав детские трусы с фотографией известного поп-певца. Это тут же вызвало взрыв эмоций у публики, которая еще не успела разойтись.
   Онея рассчитывала, что на этом все закончится, но все оказалось не так. Громкий смех сбил Гедиону с толку. Юбка оказалась настолько длинной, что закрыла ее глаза, и она уже не видела, куда идет. В этот момент с лестницы, ведущей в подвальные помещения, вышла пожилая массивная преподавательница с очень строгим, презрительным взглядом, который мгновенно изменился, когда она увидела, что на нее несется какая-то девушка, задрав юбку.
   Изо рта преподавательницы должен был сорваться вскрик недоумения, но она не успела сделать даже этого. Гедиона сбила ее с ног, они обе заскользили на мраморных ступенях, и в следующий момент понеслись вниз. Грохот стоял страшный и закончился он длительным стоном Гедионы.
   Все, кто наблюдал эту картину, тут же бросились к лестнице, чтобы узнать, не пострадал ли кто. Первое, что они увидели, была преподавательница, которая пыталась подняться на ноги. Сразу стало ясно, что она ничуть не пострадала. К ней тут же подошла два студента, и они вместе подняли ее на ноги. Она же бросила полный ненависти взгляд на то, что было под ней.
   Именно тогда перед зрителями предстала Гедиона, распластавшаяся по грязному полу. Она вся была в пыли и прочем строительном мусоре, так как в тех комнатах велся ремонт. Ее лицо было скрыто под юбкой, которая все еще была задрана наверх.
   Наконец освободившись из-под тела преподавательницы, Гедона медленно поднялась на ноги и издала жуткий, дикий вопль.
   - Ну вот... - протянула Онея, - теперь еще полгода вопить будет.
   - Полгода... - усмехнулась Риза, - остаток жизни. И все же нам лучше идти на живопись.
   - Угу, Аврелия Еноргун будет рада сейчас провести у нас пару после того, как Гедиона устроила ей полет.
   - Кому-то будет очень тяжко... - произнесла Риза, - и все же посмотрим, как они разберутся с этим.
   - Вообще неплохо было бы их обеих еще и каким-нибудь роялем накрыть.
   - Это уже совсем перебор, - покачала головой Риза.
   - Думаешь? Ну посмотрим... - задумчиво произнесла Онея.
   Тут они подошли к мастерской, в которой у них должна была проходить живопись. Там уже собирались студенты. У всех были мрачные серые лица, и девушки прекрасно знали, чем это вызвано. Аврелия Еноргун была не самым приятным человеком. Многие считали, что из-за одиночества, другие предполагали, что она просто человек, которого нельзя описать цензурными словами, и такой всегда была, и все же факт оставался фактом - для всех студентов занятия у художницы Еноргун означали адские мучения. Она могла уничтожить своей критикой любую работу любого студента.
   Даже те, кто действительно смог добиться успехов, не выдерживали поток ее откровенных высказываний о том, что она думает по поводу их работ. Три человека едва не бросили рисование лишь один раз встретившись с ней.
   Единственным спасением для студентов было то, что занятия вместе с ней вел еще один художник, Ронес Акривикус. Это был девяностолетний, полу-глухой, очень забывчивый, и все же добрейший человек, великий мастер своего дела. А так же он был единственным художником, которого Еноргун уважала и почитала. Она пресмыкалась перед ним, постоянно льстила ему. Конечно, это было вызвано больше тем, что Акривикус регулярно забывал не только то, что она говорит, но и вообще, кто она такая. Причина такого явления была проста. Акривикус был одним из трех величайших художников, который хотя бы частично смог овладеть заклинанием образа. Оно позволяло магу, который был действительно талантливым и одаренным художником, создавать картины всего лишь одним жестом, собирая весь его талант, и буквально выплескивая его на полотно. Это заклинание состояло из трех аспектов, и Акривикус смог овладеть одним из трех, что позволяло творить ему самые невероятные картины. В каждоми поколении был художник, которому предстояло хранить это заклинание и передать его дальше, чтобы однажды оно снова вернулось к своему источнику.
   Акривикус сидел в самом дальнем от студентов углу и мрачно наблюдал за ними своими потухшими серыми глазами. В них в то утро чувствовалась какая-то тоска, которой раньше никто никогда в нем не замечал.
   Онея и Риза разложили мольберты и достали все необходимое для живописи. Натюрморты, состоящие минимум из пяти предметов, уже ждали студентов. Они знали, что вступительное слово будет только от Еноргул, но его обычно никто не слушал, поэтому все сразу начинали работать, так как время было сильно ограничено.
   Неожиданно Акривикус встал со своего места и начал обходить студентов, заглядывая каждому в лицо. Обойдя всех и каждого, неожиданно он спросил:
   - Есть ли сегодня среди вас новенькие.
   - Должен быть один, - печально произнесла Онея, но она не успела закончить свою фразу.
   - Но он не появится, - прервала ее Еноргун, которая в этот момент вошла в мастерскую. Гедиона, которой все еще приходилось придерживать свою юбку, чтобы она снова не вздумала взмыть к верху, стояла рядом с ней, - молодой человек, про которого нам говорили, судя по всему, уже исключен, так что вам не о чем беспокоиться.
   - Но как же так? - растерянно произнес Акривикус, - этого нельзя допустить!
   - Не переживайте вы так, - добродушно и сердечно произнесла Еноргун, - он все равно был не достоин и вряд ли бы подошел. Так что давайте продолжим наше занятие.
   Тут ее взгляд стал более жестоким и прошелся по ученикам. Как Онея и ожидала, он остановился на ней.
   - Что ж, сегодня всем придется как следует поработать. Раз все уже на месте, то приступим.
   Но она не успел закончить свою фразу. Дверь в коридор, рядом с которой она стояла, неожиданно распахнулась, сбив ее с ног. Все изумленно посмотрели на вошедшего. Гедиона же вся посинела от ненависти, лишь увидев этого мага...
  

Глава шестая. Бездонный Эл.

   Касс шел за Залоей Пиренус, не сводя с нее глаз. Она же не обращала на него никакого внимания, сохраняя свой хладнокровный и спокойный вид. Казалось, что ее ничто не может поколебать, словно она сделана из камня или льда.
   Она провела его через коридоры общежития на улицу, после чего они направились прямиком к главному зданию института. Солнце только поднималось, и его яркие лучи создавали контрастные тени, от чего лицо Залои стало еще более жестче, и в то же время прекраснее.
   - А вы всегда такая? - неожиданно спросил Касс, с трудом выговаривая некоторые слова, так как действие ликера все еще до конца не прошло.
   Залоя бросила на него строгий взгляд, после чего спросила:
   - Какая, такая?
   - Неприступная. То есть, я конечно понимаю, - тут же продолжил Касс, - вы так молоды, многие студенты вам, наверное, даже ровесники. Видимо, ты закончила институт года на три раньше остальных и теперь...
   - Мы не переходили на ты, - прервала его Залоя.
   - Да? - удивился Касс, - так самое время это сделать.
   - Это почему же? - во взгляде Залои промелькнуло легкое удивление.
   - Ну, если я правильно понял ситуацию, ты ведешь меня к ректору, что уже означает что-то не хорошее, ведь так?
   - Да, особенно после того, что ты устроил ночью в общежитии, - холодно бросила Залоя.
   - Ну, значит ты тот самый человек, который сопровождает меня к концу моего короткого обучения в этом институте.
   - Именно, и что?
   - Сходишь сегодня вечером со мной куда-нибудь?
   Залоя остановилась, резко развернулась к Кассу лицом и пристально посмотрела в его глаза. Он же никак на это не отреагировал, выдержав эту небольшую психологическую атаку. Тогда на Лице Залои появилась легкая улыбка.
   - Жаль... я бы пошла, но к концу дня ты уже покинешь этот институт, и, скорее всего, город.
   - Давай так, - обрадовавшись произнес Касс, - если я останусь тут учиться после разговора с ректором, то ты идешь вечером со мной на свидание.
   - А если нет, что я получу тогда? - спросила Залоя, хитро улыбнувшись.
   - Разве тебе будет мало того, что меня с позором выгонят из этого заведения? - спросил Касс, - ты сможешь весь остаток дня надсмехаться надо мной, а как я понял, ты любишь злорадствовать.
   - Ты слишком хорошо все понимаешь, - усмехнулась Залоя.
   - О, ты меня еще не знаешь, - на лице Касса появилась самоуверенная улыбка, - я могу еще и не так удивить, дай мне только шанс.
   - Останешься здесь, дам, так уж и быть, но только это маловероятно.
   - Ловлю на слове, - и с этим словами Касс пошел в сторону здания института впереди Залои, хотя понятия не умел, где расположен кабинет ректора.
   Залоя покачала головой и пошла за ним, а на ее лице снова появилась ее ледяная маска.
   Через несколько минут они уже миновали два этажа института и прошли по трем коридорам, и в итоге оказались в большом холе, стены которого было отделаны дорогим деревом, а на полу красовался украшенный узорами паркет. Поверх дорогого дерева на стенах висели отличные картины великих мастеров, которые когда то обучались в этом институте, когда он только еще был создан.
   - Тебя уже ждут, - холодно произнесла Залоя, - а я готова злорадствовать.
   Касс усмехнулся, после чего открыл одну из дверей и вошел в кабинет ректора. По оформлению он ничем не отличался от приемной, в которой только что находился Касс. Было очевидно, что их оформлял один и тот же человек.
   Касс оказался в большом помещении, пол которого был покрыт толстым синим ковром, по которому узоры сплетали невероятно-красивую картину. Возле стен стояло несколько книжных стеллажей, полностью забитыми книгами и папками, в которых, как предположил Касс, хранились дела студентов. Прямо возле входа в кабинет стоял небольшой журнальный столик, к которому были приставлены глубокие кресла, в которых можно было утонуть и хорошо выспаться, особенно после бурной ночи.
   У самой дальней стены, там, где было большое окно, выходящее во внутренний двор института, стоял большой массивный стол, на котором царил полнейший порядок. Каждый листик, каждая скрепка лежали на своем месте. Поверхность стола отражала солнечные лучи, блистая бликами.
   За этим столом сидел среднего роста человек лет пятидесяти. У него было узкое немного сухое лицо, которое уже начало покрываться морщинами. Волосы отливали серебряной сединой, хотя казалось, что их обладатель специально привел их в такой вид, чтобы выглядеть солиднее. Его голубые глаза все еще светились силой, которая присуще молодым людям, готовым на любые подвиги и безумства. И эти глаза тут же уставились на Касса, как только он оказался в кабинете.
   Ректор Элериус Нернийский славился в обществе как человек очень рассудительный и умный. Его уважали в высших кругах общества и деятелей искусства. Когда то и он сам оканчивал институт, в котором теперь был ректором, однако его художественная жизнь сложилась не так удачно, как карьера в министерстве образования, после чего он получил этот высокий и очень уважаемы пост.
   - Подойди! - строго крикнул Нернийский, так как иначе Касс не смог бы услышать его голос, кабинет был слишком велик.
   Касс без промедления направился к его столу слегка шатающейся походкой. Он даже не пытался скрыть своего состояния, а по его лицу было видно, что ему абсолютно все равно, что с ним сейчас будут делать.
   - Вы прислали за мной свою помощницу, - сказал Касс, дойдя наконец до Нернийского, - что-то случилось?
   - И ты еще спрашиваешь? - еще более нахмурившись сказал ректор.
   - Ну да... я вроде тут всего лишь два дня, даже этого нет, а я уже что-то натворил. Это конечно в моем духе, вы же читали мое дело, но все же я не на столько хорош.
   - Как оказалось, настолько, - ответил ректор, - я знаю, что вчера ночью вы устроили настоящую алкогольную вакханалию, которая продолжалась почти до утра.
   - Да что вы, просто скромно посидел с новыми друзьями, познакомился со всеми поближе...
   - Вот значит что? С ректором еще не пообщался, который его лично пригласил, а со студентами уже пьешь?
   Вид ректора стал совсем грозным. Он приподнялся со стула, нависнув над столом и максимально приблизившись к Кассу.
   - Если проставлялся по поводу прибытия, то почему меня не позвал, а?
   На лице Касса не дрогнул ни один мускул. Он остался стоять так же спокойно. Лишь его правая рука спряталась за его спину и сделала совсем незаметный жест.
   - А вы проверяли вечером свою почту? - спросил невозмутимо Касс, - я уверен, что отправил вам письменное приглашение, мы вас ждали, упорно ждали, но вы так и не появились. Мы решили, что вы заняты...
   - Ты думаешь, я бы не заметил такого письма? - усмехнулся Нернийский.
   - Может оно затерялось? - предположил Касс.
   - Хочешь, чтобы я проверил?
   - Было бы неплохо, нужно же исчерпать это недоразумение.
   Ректор опустился обратно в свое огромное кресло и открыл один из ящиков стола. Из него он извлек кипу аккуратно сложенных бумаг, из который лишь один лист выбивался из общего порядка. Ректор сразу обратил на него внимание. Он взял его двумя пальцами и осторожно извлек, чтобы не разрушить всю систему. После этого его глаза быстро начали изучать сей документ.
   Через минуту Ректор посмотрел строго на Кассса, после чего громко рассмеялся, развалившись в своем кресле.
   - Попытка засчитывается! - объявил он, - ловко ты руку спрятал, я прям сразу и не заметил!
   - Стараюсь, - усмехнулся Касс.
   - Что ж... на сей раз прощаю, но чтоб в следующий раз обязательно позвал.
   - Разумеется, буду иметь ввиду.
   - Что ж... давно я такого не видел, с тех пор, как сам был студентом в этих стенах. Присаживайся, - ректор сделал жест рукой, и позади Касса появилось точно такое же удобное кресло, какое было у ректора. Касс рад был наконец-то где-то разместить свою задницу поудобнее, так как ноги его все еще не очень хорошо реагировали на команды мозга и постоянно пытались подкоситься.
   Ректор же открыл еще один ящик и извлек из него бутылку Шаденской настойки особой крепости и два стеклянных стакана. В следующее мгновение стаканы были уже наполнены и Нернийский протянул один из них Кассу.
   - На, полечись немного. Сейчас сюда едет мэр, он звонил мне с утра. Там возникли какие-то проблемы с тобой и его дочерью, и он хочет во всем разобраться, а так же поговорить о деле.
   - Отлично, - отозвался Касс, после чего залпом осушил свой стакан.
   Ректор с восторгом посмотрел на то, как он сделал это и произнес.
   - Таких студентов мне и не хватало на нашем художественном факультете. Лишь твоя племянница и ее друзья все еще напоминали мне о тех временах, когда я учился здесь. Тогда меня звали "Бездонный Эл", я думаю, тебе не стоит объяснять, за что.
   - Не стоит, - усмехнулся Касс, - вы как-то выезжали к нам в деревню на практику, и там до сих пор ходят слухи про четырех студентах, которые ночью, напившись, попытались подоить быка. В итоге их четверых нашил в лесу. Бык спал рядом с ними и от него несло радонской текилой. И Большой Эл был главный в этой шайке.
   - Да, были деньки. Мы рисовали, по-настоящему творили, не смотря ни на какие запреты, стили и моды. Мы были настоящими художниками, настоящими людьми... а теперь... все стали каким-то замкнутыми, мы погрузились в астрал с его обменом информацией и социальными сетями, новые заклинания, позволяющие вообще ничего не делать, и всю жизнь провести в кровати. Неужели это будущее нашего мира?
   - Пока еще нет, ведь мы еще здесь, - сказал Касс, наполняя стаканы для нового захода.
   В этот момент дверь в кабинет распахнулась, и в нее влетел высокий человек, на вид того же возраста, что Нернийский. Только у него были более острые черты лица. Его нос был слегка с горбинкой, и напоминал птичий клюв. Глаза его быстро бегали, мгновенно оценивая, что происходит вокруг их обладателя. В два шага он оказался возле стола ректора, и его внимание тут же обратилось в сторону Касса.
   - Так значит, ты и есть то самое дарование, которое свалилось к нам из глубин нашей страны и устроило настоящую попойку в нашем главном вузе страны?
   - Да... - неуверенно произнес Касс, - а вы?..
   - Ты не знаешь, кто я? - проревел посетитель, - я Нернен Ромус! Мэр столицы!
   - А теперь я вижу сходство... - заметил Касс, смутно вспомнив Гедиону и то, как он указал ей на дверь.
   Касс бросил быстрый взгляд в сторону ректора, в надежде, что тот окажет ему помощь, но тот в свою очередь сделал вид, что вообще не причем.
   - Так, значит, пьянствуете? - повторил мэр Ромус.
   - Да, - честно ответил Касс.
   - А почему не позвали?
   У Касса появилось чувство, что с ним случилось какое-то страшное де жа вю. Он изумленно посмотрел на мэра, после чего его взгляд перекочевал на ректора. И тут он заметил, как ректор постепенно все больше расплывается в широкой улыбке. Наконец он не выдержал и закатился громким смехом.
   Касс снова посмотрел на мэра, но тот уже тоже хохотал, что было силы.
   - Как мы его сейчас разыграли? - сказал Ромус, подойдя к Нернийскому и хлопнув его по плечу.
   Ректор же в ответ протянул ему письмо, которое наколдовал Касса и сказал:
   - Смотри, что он наколдовал, когда я задал ему тот же вопрос, а!
   - Да, хороша работа, - усмехнулся Ромус, - мы такие же делали когда учились вместе. Вот это, "Эл", настоящий преемник нашей эпохи.
   - И не говори.
   - Ну вы даете! - воскликнул Касс, - так вы учились вместе.
   - Он был в нашей четверке, - Нернийский кивнул в сторону мэра, - про которую в вашей деревне ходят россказни.
   - Ого... - невольно вырвалось у Касса.
   В этот момент взгляд Ромуса упал на полупустую бутылку Шаденской настойки.
   - Ну что за люди, на гулянку не позвали, и сейчас без меня начали... что ж, Касс, рад что ты уже обустроился.
   - Спасибо, - ответил на это Касс.
   - Но ты же понимаешь ради чего всего это? Ты очень ценен. Мы, конечно не хотим на тебя давить, но ты уложишься в срок? И сможешь освоить заклинание за две недели.
   - Четыре работы сделано. Как я знаю, сегодня у меня встреча с мастером Акривикусом.
   - Да, еще будет кое-что в конце недели, это может тебе помочь, - добавил ректор, - так что смотри. Мы все еще можем перенести открытие на месяц.
   - Нет, я справлюсь, - уверенно произнес Касс, - только если мне не будут особо мешать, - при этих словах он посмотрел на Ромуса.
   - А, понимаю, что камень в мой огород. Ты про Гедиону?
   - Именно.
   - Она явилась ночью домой и начала орать, что тебя нужно выкинуть из института.
   - Я догадывался об этом, - усмехнулся Касс.
   - Она избалованная заноза в заднице, если честно. Я люблю ее, она моя дочь. Я даже воспользовался связями, чтобы пристроить ее сюда, - мрачно произнес Ромус, - но в ней нет ни таланта, ни ума, если честно. Вся в мать, та то же любит доставать меня в свободное от безделья время. На самом деле она не так уж и плоха, но слишком заносчива. Я не могу ей запретить доставать тебя, но могу разрешить тебе отбиваться от ее нападок, как хочешь.
   Тут мэр немного задумался, усмехнулся, и сказал:
   - И вот тебе предупреждение, именно так я познакомился с ее матерью, так что если не хочешь в ближайшее время обременять себя ответственностью, то советую быть осторожнее.
   - Спасибо, - сказал Касс, потягивая настойку.
   - Тебе вообще то пора, - заметил ректор с улыбкой, - занятия начнутся через пять минут, и Акривикус тебя уже ждет.
   - Что ж... тогда я пойду... а это возьму с собой, - Касс схватил полный стакан настойки и выскочил из кабинета, оставив мэра и ректора допивать начатую бутылку.
   Оказавшись снова в приемной, Касс столкнулся лицом к лицу с Залоей. Та удивленно посмотрела на его сияющее лицо, а затем на полный стакан в его руке.
   - Выбирай, куда пойдем вечером, - сказал Касс ее, допив настойку и передавая ее пустой стакан, - я еще пока не покидаю это заведение, шоу только начинается!
   И с этими словами он немного кривой походкой направился в сторону аудиторий.

Глава седьмая. Соперники.

   В аудитории повисло молчание. Онея, которая только было расстроилась из-за того, что Касса выгнали из института на второй же день его пребывания здесь, озарилась довольной улыбкой. Остальные же с недоумением смотрели на вошедшего. Еронгул и Гедыона в свою очередь не могли скрыть своего недовольства, связанного с появлением Касса.
   Касс же минуту осматривал всю эту замершую панораму. Он явно не понимал, что здесь происходит.
   - Вы так смотрите на меня, будто на мне нет штанов, - произнес он немного растеряно, - это что, так?
   И он с неуверенностью посмотрел на свои ноги, чтобы убедиться, что штаны нигде не потерялись, пока он шел от ректора в аудиторию. Успокоившись, что с его гардеробом все в порядке, Касс подошел к Акривикусу.
   - Добрый день, извините за опоздание, - произнес он бодро.
   Акривикус с изумлением посмотрел на студента, словно пытался понять, стоит ли перед ним простой оборванец или тот самый молодой человек, про которого ему рассказывали.
   - Вы Касс? - неуверенно спросил Акривикус.
   - Да, - с улыбкой ответил Касс, - рад знакомству с таким великим мастером.
   - Что ж, - Акривикус мягко улыбнулся, как это делают старики, когда перед ними появляются юнцы, которых они готовы учить мудрости, накопленной за долгие годы жизни, - где-то так я вас себе и представлял.
   Еронгул наконец смогла придти в себя. Она грозно посмотрела на Касса и произнесла:
   - Раз вы пришли, то мы можем наконец-то продолжить урок. Правда я не уверена в том, что вы все еще учитесь здесь. Или вы все-таки пришли попрощаться со своими собутыльниками.
   Когда она говорила последние слова, ее взгляд упал на Онею, которая все это время молча наблюдала за происходящим с торжествующей улыбкой на лице.
   - Да нет, я все еще студента нашего славного института, - весело произнес Касс, - можете спросить у нашего замечательного ректора. Отличный мужик нужно сказать, с хорошим вкусом!
   От этих слов глаза Еронгул раскрылись на столько, что некоторым показалось, будто они сейчас выпадут из орбит. Она не смогла ничего на это ответить. Такое поведение в ее понимании было просто невозможно.
   Студенты так же были поражены. Они еще ни разу не видели, чтобы с Еронгул так разговаривали. Более всего их поражало то, что Касс делал это так легко и свободно, словно он вообще не понимал, что перед ним стоит человек, который за один учебный год обычно доводил до исключения из института от трех до десяти человек.
   - Госпожа Еронгул права, - немного задумавшись сказал Акривикус, - нужно продолжать урок. Надеюсь, вы покажите нам, на что способны.
   Эти слова были настоящим вызовом для Касса. Он сразу понял, что именно сейчас, по тому, что он сможет сделать на бумаге, его и будут оценивать эти признанные мастера. Он, больше не говоря лишних слов, направился к тому месту, где расположилась Онея и Риза. Рядом с ними он поставил мольберт, и уселся рядом с ними.
   Увидев, что все интересное закончилось, студенты вернулись к своим работам и продолжили рисовать. Лишь Гедиона продолжила бросать в Касса свои злобные взгляды. Но Касс не обращал на них никакого внимания. Он произнес быстро заклинание, после чего на его мольберте появилась бумага, я радом с ним стул со всеми красками, кистями и карандашами, которые нужны были ему для работы. В следующий момент он уже погрузился в рисование натюрморта, который стоял перед ним.
   Онея и Риза, как это обычно и происходило, так же начали построение натюрмортов, попутно беседуя о предстоящей поездке. В конце недели намечалась экскурсия в одно историческое место, но куда именно, от студентов скрывалось. Ректор любил удивлять своих подопечных выбором мест, которые они должны посетить, чтобы раскрыть свои творческие способности. Обычно он выбирал места, где работали великие мастера живописи, чтобы студенты могли погрузиться в атмосферу их жизни и познать, что действительно может толкнуть к созданию настоящих шедевров.
   Как водится, в таких поездках студенты первый день слушали лекции, а потом рисовали на местности. И все знали, что так же в этих поездках проходили самые веселые и безбашенные сабантуи. Учащиеся чувствовали, как контроль преподавателей за ними ослабевает, и позволяли творить себе самые смелые и безумные вещи. Некоторых после такого сразу же отчисляли по возвращении в столицу.
   Неожиданно Риза посмотрела в сторону Касса и спросила:
   - Интересно, во что превратиться эта поездка, если поедет Касс.
   Онея сама думала об этом. Она опасалась, что в таких условиях он действительно дойдет до того, что его исключат. Ей этого крайне не хотелось. Не смотря на то, что Касс был здесь всего лишь второй день, он уже смог устроить самую веселую ночь в общежитии и сделать так, чтобы у Еронгул не было слов, с помощью которых она могла бы унизить студента. К тому же он просто умел быстро расположить к себе людей, и спустя пять минут общения уже казалось, что ты знаешь этого человека всю жизнь и что он твой самый лучший друг.
   - Не знаю, - ответила Онея, - но боюсь, нам придется приглядывать за ним.
   - Это само собой, - усмехнулась Риза, - лишь бы ректор не увидел его во всей красе, как это было с ним ночью. Тогда Касса уже ничто не спасет.
   В этот момент Касс отодвинулся от мольберта. Тогда девушки увидели, что все его руки уже были в краске, а глаза светились детской радостью. Он немного тяжело дышал, словно ему пришлось долго бежать. Его взгляд медленно перешел от работы к ним, и тут же снова стал прежним.
   - Ну как у вас продвигается? - спросил он.
   - Да вот, сейчас думаем усиливать цвет, - ответила Риза, - а у тебя как?
   - Нужно покурить, немного подумать, - ответил Касс, - мне кажется, что чего-то не хватает, а так в принципе можно заканчивать.
   Онея и Риза удивленно посмотрели на него. В следующий момент они встали со своих мест и подошли к его мольберту, чтобы посмотреть, на каком этапе находится его работа. К своему удивлению они обнаружили, что его работа практически полностью завершена. На бумаге, которая совсем недавно была абсолютно белой, был изображен замечательный натюрморт. Предметы на нем гармонично смотрелись рядом друг с другом, они сверкали своими яркими цветами и бликами, создавая между собой какое-то дивное пространство. Их объемность усиливала темная драпировка, по который шел восточный узор. Касс превратил этот узор в блестящие звезды, скопление которых создало удивительную галактику, переливающуюся от изумрудно-зеленого к мягко-охристому цвету. Все это смотрелось потрясающе, не смотря на то, что особой детализацией и проработкой деталей этот натюрморт не отличался.
   - Изумительно... - выдохнула Риза, - и ты еще что-то хочешь здесь доделать?
   - Да, - ответил Касс, - только пока не знаю, что именно...
   Тут его взгляд упал в ту сторону, где сидела Гедиона. Он прекрасно видел, что она рисовала. Так же ему было видно, что рисует парень в очках, сидящий рядом с ней и с которым она о чем-то увлеченно беседовала, время от времени поглядывая на Касса. Это был высокий худощавый парень с короткими темными волосами. Когда он поворачивался в сторону Гедионы, его очки отбрасывали блики прямо в глаза Касса. Было видно, что этому парню не особо приятен разговор с Гедионой, но и отделаться от нее он не мог.
   Работа этого парня уже была сделана на половину, не смотря на то, что остальные еще только открывали краски.
   - А кто этот парень? - спросил Касс.
   - О, это Алексор, - ответила слегка мечтательно Риза.
   - Как проникновенно, - усмехнулся Касс.
   - Не обращай внимания, - буркнула Онея, - она с первого курса на него так смотрит, хотя он странный довольно парень.
   - В смысле? - не понял Касс, - конечно, раз он общается с Гедионой, уже можно понять, что он не самый приятный человек, но можжет он просто заботится об умственно отсталых, пытается помочь обществу и перевоспитать ее?
   - Нет, - покачала головой Онея, - он выскочка, хотя некоторые считают его высокомерие оправданным. Он здесь считается первым по живописи. С самого начала обошел старшекурсников по умению и быстроте своих работ. Акривикус и Еноргун его постоянно хвалят и высоко ценят. Он много рисует дома, но, по-моему, это скорее только из-за того, что у него нет друзей и больше ему нечем заняться.
   - И все же его работа, по крайней мере эта, не совсем правильная... - задумчиво произнес Касс.
   Неожиданно Алексор повернулся в сторону Касса. В его взгляде не было ничего хорошего. Гедиона так же посмотрела на Касса. Она явно ждала, что будет дальше, предвкушая грядущий разговор.
   - Ты хочешь мне что-то сказать, парень из деревни? - гордо спросил Алексор.
   - Да, нет, просто смотрю на твою работу.
   - И все же ты что-то хотел сказать на счет нее, - на удивление спокойно и хладнокровно произнес Алексор.
   - Ну, ты хоть и сделал только половину, и я уверен, в конце бы ты сам это увидел и поправил бы, но у тебя слегка не правильно пошел цвет по кувшину. И вообще ты пока делаешь темновато, хотя у тебя в натуре преобладают светлые места...
   - Это все?
   - Да и вообще по гамме цветовой у тебя пока как-то скудно получается, в жизни цвета богаче и ярче. Ну... и... композиция у тебя слишком прямолинейная, предметы собраны в одном месте, и остальное пространство листа пустует, возможно придется обрезать работу, чтобы она выгоднее смотрелась.
   Онея и Риза ожидали, что Алексор тут же взорвется от негодования из-за такой откровенной критики, высказанной подобным бестактным образом, однако этого не произошло. Ни один мускул не дрогнул на его лице.
   - Ты думаешь, я не знаю, чего ты добиваешься, а? - спокойно произнес Алексор, - тебе меня не спровоцировать. Я делаю все верно, как и учат, все по правилам. Я в курсе что происходит, и таким образом ничего не решится. Лучше рисуй, и в конце узнаем, кто из нас был прав.
   Алексор снова повернулся к своей работе и взял кисть в руки. Намешав цвет, он поднес кисть к бумаге, но тут услышал явно вызывающий кашель, исходящий со стороны Касса. Алексор недовольно снова повернулся к нему.
   - Что?
   - Там вообще-то у тебя должен быть теплый цвет, а ты намешал холодный.
   - Может мне все-таки виднее?
   - Ну да, конечно, ты же ведь первый парень на деревни, - развел руками Касс.
   Алексор снова повернулся к совей работе и хотел было нанести намешанный цвет так, как и планировал, но рука его застыла в воздухе. Он внимательно вгляделся в свой натюрморт, после чего вымыл кисть в воде и снова начал намешать цвет. Не успел он набрать краску, как снова услышал все тот же кашель.
   - Ну что еще? - теряя спокойствие, спросил Алексор.
   - Тебе бы лучше не желтый, а охру взять, - заметил Касс.
   - Еще глупые советы?
   - Да нет, все, я замолкаю...
   Алексор вернулся к своим краскам. Однако его кисть застыла в замешательстве. Она то тянулась к желтому, то снова возвращалась к исходному месту. В конец концов Он взял охру и начал наносить ее на бумагу.
   - Но не по всюду же ее... - услышал он позади себя голос Касс.
   Тут Алексор не выдержал. Он вскочил со своего места и подошел к Кассу.
   - Что ж, умник, - произнес он, - давай посмотрим, что у тебя там получается, а то мне тоже захотелось дать парочку полезных советов.
   Но как только вАлексор увидел работу Касса, он замер от восхищения. Это длилось меньше пяти секунд. Алексор быстро вернул себе свое серое холодное выражение лица, однако ничего плохого он сказать Кассу по его работе не мог. Не смотря на все вольности, которые Касс себе позволил, она ничуть не противоречила натуре.
   Так, ничего и не сказав, Алексор вернулся за свой мольберт. Касс больше не стал ему ничего говорить. Он знал, что все уже сказано, и усугублять ситуацию не имеет смысла.
   До конца урока Касс еще несколько раз выходил из аудитории, чтобы покурить уролис, после чего возвращался и доделывал какие-то мелкие моменты в своей работе, доводя ее до совершенства.
   Онея и Риза все это время сидели за своими работами, продолжая обсуждать различные события, которые произошли в последнее время в их институте. Касс периодически подключался к их разговору, когда слышал что-то интересное. Он все еще пытался понять, чем живет этот институт и какие тут порядки.
   Когда подошло время сворачиваться, Акривикус и Еноргун начали обход. Обычно на протяжении занятия они успевали по нескольку раз подойти к каждому студенту, чтобы высказать свои замечания и направить студента в нужную сторону, но сегодня они все время сидели в стороне и ни во что не вмешивались, словно давая студентам возможность самим проявить себя.
   Так как Касс, Онея и Риза сидели дальше всех от них, то им предстояло последними выслушать критику своих преподавателей.
   Еноргун, как всегда, сразу обрушивала на студентов все свое недовольство, не стесняясь в выражениях. Одна из девушек, не выдержав этого, выбежала из аудитории вся слезах. Акривукус же был более мягок. Он, как это обычно происходило, начинал с похвалы и с того, что человек замечательно поработал. Но после следовал такой же поток критики. После его словно заученного: "У вас все хорошо", начинался длинный список того, какие ошибки совершил студент. И все же его слова воспринимались не как жесткая критика, а как дружеские пожелания, которые следует принять к сведенью. На его лице постоянно была мягкая улыбка, и в конце он извинялся и говорил, что он никого не хотел расстроить.
   Перед Онеей и ее друзьями свою порцию критики должны были получить Алексор и Гедиона. Как только Еноргун подошла к Гедионе, ее взгляд тут же смягчился.
   - Гедиона, ты у нас очень талантливая девушка, и всегда делает так, как ей говорят, - произнесла она, - очень хорошая работа, молодец.
   - Да... - неуверенно произнес Акривикус, - но только все-таки немного суховато. Все практически одним цветом сделано, нет игры красок.
   Услышав эта Гедиона немного побледнела, но Еноргун тут же вмешалась:
   - Она делает так, как есть в натуре, и это замечательно. Она у нас молодец.
   - Ну да... - Акривикус явно не хотел с этим спорить, - а вот Алексор как всегда на высоте. Вы у нас прямо мастер.
   Алексор не собирался скрывать гордости за свою похвалу. Она была ему словно бальзам на свежие раны после того, что устроил ему Касс.
   - Вы правы, это действительно достойный студент. Он очень много работает, и талантлив. Я думаю, именно с одним из них вам и нужно поговорить. Это наши лучшие студенты.
   - Подождите, давайте посмотрим, что сделал молодой маг, который приехал к нам из далека. Мне говорили о нем очень много хорошего.
   Эти слова явно не доставили большого удовольствия Еноргун.
   - Вы уверены, что его тоже можно рассматривать? У него нет серьезного образования, ему еще очень многому предстоит научиться.
   - Прежде чем говорить об этом, все же посмотрим, что он нарисовал. Мне кажется, что этот студент все-таки сможет нас удивить.
   И он медленно пошел в сторону Касса. Однако прежде чем подойти к нему, у них на пути были еще Онея и Риза. Еронгун подошла к работе Онеи и начала ее пристально разглядывать. Акривикус последовал за ней, не смотря на то, что ему явно не терпелось взглянуть на работу Касса.
   Еронгун пару минут стояла над работой Онеи, внимательно разглядывая ее, словно ища повод обрушить на нее свою известную критику. Так происходило каждый раз, когда Онея приходила к ней на занятия. Она замечательно рисовала, и в то же время рисовала по своему, как считала правильным, а не как говорила ей ее преподаватель. Из-за этого у них постоянно возникали конфликты.
   Касс наблюдал за всем этим со стороны с явным любопытством. Он знал Онею и уже успел понять, что ее упорный характер не изменился с детских лет, и сохранял все тот же боевой настрой.
   - Что ж... - произнесла Еронгун, - довольно неплохо для человека, который совершенно не правильно подходит к рисованию. Вы бы могли добиться много, если бы слушали меня и учились как, например, Гедыона. Однако пока вы делаете все по своему, вы будете продолжать оставаться на низком уровне, на котором находитесь сейчас.
   - Что вас не устраивает в моей работе? - спокойно произнесла Онея.
   - Тут сложно сказать что именно не правильно... весь ваш подход к живописи не верен.
   - Но вы же сами сказали, что сделано неплохо, - Онея продолжала сохранять спокойствие.
   - Да, для того, кто не умеет рисовать.
   - Тогда скажите мне, что именно неверно.
   - Это сложно сделать... я же говорю, что в целом вы подходите к живописи не верно.
   - Да, но вы же ведь должны учить меня. Вы говорите, что я вас не слушаю, но вы мне ничего конкретного никогда не говорите.
   - Просто... - в этот момент Еронгун замолчала, пытаясь подобрать слова.
   В этот момент Акривикус нарушил молчание, с которым все это время наблюдал за разговором коллеги с ее ученицей.
   - Вы знаете, а по-моему работа получилась просто замечательной. В живописи нет одного только подхода, ведь так. И эта молодая девушка показала нам свое виденье, причем очень хорошо. Вам нужно развивать ваш талант.
   На его лице снова появилась его старческая улыбка. Онея торжествующе посмотрела на Еронгун, которая теперь не могла сказать и слова. Она знала, что с таким мастером, как Акривикус, ей не сравниться, и не удастся с ним поспорить.
   - Наверное, вы правы, - быстро произнесла она.
   Акривикус довольно прошел мимо Ризы сразу к Кассу. Еронгун последовала за ним, что вызвало громкий вздох облегчения у Ризы. Она не любила, когда ее работы вот так вот разбирали по косточкам, поэтому тут же начала быстро собираться, чтобы выйти из аудитории. Онея последовала ее примеру, хотя не думала уходить, пока не освободиться Касс.
   Между тем Еноргун и Акривикус подошли к мольберту Касса, который уже ждал их. На лице его была его обычная улыбка. Он ничуть не переживал по поводу того, что могут сказать про его работы эти опытные признанные мастера живописи. Даже не смотря на то, что по лицу Еронгун было видно, что она настроена как следует отыграться на нем, особенно после того, как Онея смогла отстоять свою точку зрения.
   Но как только ее взгляд упал на натюрморт Касса, ее вид переменился. Казалось, что все, что она знала об этом мире, только что перевернулось с ног на голову, все азы мироздания рухнули, а то, что она считала абсолютно невозможным, свершилось. Рот ее невольно открылся, однако из него не вырвалось ни звука. Она погрузилась в полный ступор.
   Акривикус же, напротив засиял настоящей улыбкой маленького мальчика, которому только что подарили игрушку, о которой он всегда мечтал. Он чуть ли не подпрыгнул к мольберту, и начал изучать рисунок на нем.
   Он простоял возле натюрморта минут пять, после чего, довольный до безобразия, отошел от него и обратился в сторону Еронгун:
   - Ну что я вам говорил, это он. Вы ведь согласны с этим?
   - Да... - слабо произнесла Еронгун, - без сомнений...
   - Что ж, молодой маг, - Акривикус повернулся к Кассу, - думаю, нам нужно серьезно с вами поговорить.
   - Ради этого я и здесь, - усмехнулся Касс.
   После этого он дал знак Онее, что его лучше не ждать, и она с Ризой вышли из аудитории, чтобы идти на следующие пары.
  

Глава восьмая. Сердечные страдания.

   Весь остальной день Онея ходила с пары на пару, что ее очень вымотало. Лекции были скучными, не касающимися ее специальностями. Она и Риза в очередной раз задавались вопросом, зачем архитекторам знать политологию и историю ее создания. Ведь это время, что они слушали лекции, они могли потратить на создание новых идей для оригинальных построек, планы которых им предстояло сдавать в конце семестра, или просто хорошо отдохнуть.
   Они были очень рады, когда, наконец, учеба закончилась, и они могли идти по домам. К этому моменту уже наступил вечер, и солнце постепенно начало клониться к горизонту. Студенты большими толпами, сливающимися в одну массу, шли в общежитие, чтобы наконец перевести дух после длинного учебного дня.
   - Надеюсь, Касс не собирается устраивать продолжение прошлой ночи, - устало произнесла Онея, - эти два дня так вымотали, что сейчас лишь бы спокойно поспать.
   - Понимаю. Думаю, что раз мы его весь день не видели, то его все это время мурыжили Акривикису с Еронгун, а после них у него точно не должно было остаться сил. Думаю, он сам уже давно дома и тихо спокойно спит.
   - Надеюсь на это. Хотя кто знает теперь, что от него можно ожидать...
   - Ну, удачи тебе, - усмехнулась Риза, - а я пошла домой.
   - Не поднимаешься к нам?
   - Нет, - покачала головой Риза, - я еще начерталку не сделала, так что буду всю ночь чертить планы.
   - Тогда до завтра.
   Риза пошла в сторону кольцевой дороги, откуда она планировала поехать на автобусе до дома, и Онея, тяжело вздохнув, направился в общежитие. К своему облегчению, она обнаружила, что в коридорах и на лестницах ходят совершенно трезвые студенты, что уже свидетельствовало о том, что повторения вчерашнего вряд ли предвидится. Либо это будет хотя бы в меньших масштабах. Это уже обрадовало Онея.
   Она подошла к двери своей квартиры и быстро повернула ключ, чтобы войти. Внутри оказалось все тихо. Лишь из кухни доносились голоса. Бросив вещи прямо в прихожей, она незамедлительно направилась туда. Ее взору предстали Легор и Анреа. Кроме них никого не было. Легор сидел напротив бутылки аренской водки и наполненной стопки. Анреа сидел рядом с ним, однако было видно, что он не пил с Легором.
   Увидев Онею, Анреа вскочил и тут же подошел к ней.
   - Привет милая, ты как?
   - Нормально, - ответила Онея, не спуская глаз с Легора, который никак не отреагировал на ее появление, - что тут у вас?
   - Все как всегда... - мрачно ответил Андреа.
   - В смысле? - не поняла Онея.
   - Я влюбился... - не совсем внятно произнес Легор серьезным голосом.
   - Как, опять? - удивленно и с усмешкой произнесла Онея.
   - Не смешно, - буркнул Легор.
   - И все же... опять? - рассмеялась Онея.
   - Да ну вас... - обиженно сказал Легор и выпил очередную стопку.
   Онея вопросительно посмотрела на Андреа, но тот покачал головой.
   - Я уже два часа пытаюсь его образумить, но не получается.
   - А Касс здесь? - спросила Онея.
   - Да, в своей комнате, но мы к нему не заходили, а сам он не выходит.
   - В смысле? - не поняла Онея.
   - У него на двери висит палитра, - сказал Легор, - этому счастливчику уже повезло, а он двух дней здесь не пробыл! Не то, что я...
   И с этими словами Легор отправил очередную стопку водки себе в желудок. Онея поняла, что Касса сейчас беспокоить не стоит, хотя она понятия не имела, что он там делает и самое главное, с кем. Сейчас ей важнее всего было привести в порядок Легора, потому что когда он оказывался в таком состоянии, это всегда приводило не к самым лучшим последствиям.
   - Так, успокойся, - сказала она, садясь рядом с Легором, - и расскажи, кто она и что случилось.
   - Она... - мечтательно произнес Легор, - она самая прекрасная девушка на свете... ее глаза бесконечно красивы, яркого бирюзового цвета, в которые можно смотреть до бесконечности...
   - Так, давай без твоей литературной полемики, - остановила его Онея, - а то мы тут до утра просидим. Как ее зовут и что она тебе сказала?
   - Ее имя Лайнеа... правда прекрасное имя? Я бы мог произносить его до бесконечности... Лайнеа, Лайнеа...
   - Ясно... - задумчиво сказала Онея, - это как тогда, когда мы ходили в клуб на прошлой недели.
   - Точно, - согласился Анреа, - только тогда он так сходил с ума три дня, только-только снова стал нормальным человеком. Теперь, я думаю, все будет иначе.
   - Почему? - удивилась Онея, - сейчас тоже пройдет пару дней и все придет в норму, главное его не трогать.
   - Не получится. Он знает ее имя и адрес.
   - Думаешь, будет преследовать, как ту девушку месяц назад?
   - Я ее не преследовал, - вмешался Легор, - я за ней ухаживал...
   - Нет, ты ее преследовал, - сказала Онея, - она уже не знала, куда от тебя деться.
   - Я думал, что она моя судьба!
   - И сейчас тоже так думаешь? - спросил Андреа.
   - Нет, на сей раз все иначе, - забормотал Легор, - теперь я в этом уверен. Вот знаешь как бывает, встретил человека, пообщался с ним, и понимаешь, что все, это навсегда. Что это судьба, и вам быть вместе до самой смерти.
   - У тебя так каждые два дня, - сказала Онея, - и каждый раз все заканчивается одним и тем же.
   - Ты права... - несчастно произнес Легор, - я неудачник, и быть мне одному...
   Очередная стопка водки отправилась на переваривание. Онея взяла Андреа за руку и вывела его в коридор. Она обеспокоенно посмотрела на Легора, после чего сказала:
   - С каждым разом все хуже и хуже. Он скоро станет совсем похож на маньяка, если так будет продолжаться...
   - Это точно.
   - Ну и как он все испортил на этот раз?
   - Да на самом деле особо никак. Я даже толком не понимаю, почему он так реагирует.
   - Может, поделишься, что его довело до такого состояния тогда?
   - В общем, шли мы из института в общежитие. И тут навстречу нам первокурсницы. Среди них и была эта Лайнеа. Они искали библиотеку номер два.
   - Это бездонную пропасть? - усмехнулась Онея.
   - Ну да. В общем Легор ей подробно все рассказал, а потом спросил ее имя. В итоге мы их проводили к входу в эту пропасть, и по дороге они без остановки болтали.
   - Тогда чего он так переживает? Вроде ничего страшного не произошло... - непонимающе спросила Онея.
   - Он переживает о том, что мог бы уже сразу ее куда-нибудь пригласить, но не сделал этого, и теперь она считает его лохом и неудачником и больше не захочет с ним говорить.
   - Он лох и неудачник, - резко произнесла Онея, - короче, он теперь планирует сидеть и заниматься самобичеванием?
   - Что-то в этом духе, ты же знаешь его.
   - Это да, - печально вздохнув, признала Онея,- ну, если эта Лайнеа не пропадет в нашей второй библиотеке, как это уже бывало с другими студентами, то Легор все еще может попытать свое счастье.
   - Да, если только он не начнет делать то, что он делает обычно в таких ситуациях.
   - Да уж...
   Они прошли обратно в кухню, но увидели, что Легор уже сидит в кресле, откинувшись назад и с отсутствующим взглядом. На руке его блестело еще одно кольцо, излучавшее прозрачную, едва заметную ауру.
   - Проклятье... - произнес Андреа, - поздно.
   - ОН снова ушел в астрал в очередную он-лайн игру, - сказала Онея, - что ж, через неделю ему захочется настоящей еды, и он вернется. Я больше туда не полезу его вытаскивать. Он вечно играет в какую-то ерунду про техно миры. Этого я выносить не могу.
   - Может, я завтра туда залезу и поговорю с ним.
   - Если он захочет слушать...
   В этот момент из комнаты Касса раздался женский голос, но слов было не разобрать. Это было больше похоже на какой-то стон, который быстро пропал.
   - Надеюсь он там никого не убивает, - сказал Анреа.
   Онея пристально посмотрела на него.
   - Он конечно странный, но все же не маньяк.
   - Да я шучу.
   - Ты просто завидуешь, - усмехнулась Онея.
   - С чего бы? У меня есть ты, - и Анреа сделал шаг к Онее, чтобы обнять ее, но тут она его остановила.
   - Ты куришь, пьешь, и пропадаешь неизвестно где, и еще на что-то рассчитываешь?
   - Но ведь ты делаешь все то же самое! - возмутился Андреа.
   - Я тебе не обещала, что не буду ничего из этого делать, а вот ты пообещал.
   Анреа лишь поникнув головой пошел в свою комнату...
  

Глава девятая. Три страдальца.

   На следующее утро Онея встала рано. Анреа все еще сладко посапывал, повернувшись в противоположную сторону, когда она вышла из их комнаты. У нее было несколько незаконченных чертежей, которые ей нужно было сдать после обеда, и она планировала заняться ими, пока еще была такая возможность.
   К своему удивлению она обнаружила, что почти все остальные обитатели их небольшой квартиры уже покинули ее, отправившись добросовестно просиживать свои штаны на скучных парах.
   Из комнаты Касса больше не доносилось никаких звуков, хотя это было неудивительно. Тихие звуки доносились из нее до трех часов утра, и их было слышно даже не смотря на толстые стены квартиры.
   Онея прошла на кухню, чтобы сделать себе крепкий черный кофе и вдруг увидела, что Легор все еще сидит на том же месте, погруженный в астрал. На лице его появлялась то довольная улыбка, то гримаса гнева. Он явно с кем-то сражался в очередной онлайн игре, и то одерживал победу, то проигрывал.
   Ей грустно было видеть своего друга в таком состоянии, но в тот момент перед ней стояла более важная задача. Чертежи не могли сами себя сделать, и ей нужно было как следует поработать в ближайшие часы. Онея видела не первый такой срыв Легора и знала, что ему просто нужно время, прежде чем он снова увидит какую-нибудь прекрасную незнакомку, по которой будет сходить с ума.
   Онея не хотела отвлекать Легора от его саморазрушения, поэтому прошла в соседнюю комнату, которая была общей гостиной, и где она могла спокойно заняться своими делами.
   Однако не успела она разложить первый из чертежей и достать инструменты для его продолжения, как к ней вошел сонный, еще не совсем понимающий, что твориться вокруг него, Анреа.
   - Ты чего не спишь? - спросила Онея мрачно и сонно, так как кофе ей так и не удалось попить.
   - Почувствовал что рядом нет моей любимой, - ответил он, нежно улыбнувшись.
   Он хотел сделать было шаг к ней и поцеловать ее, но тут она произнесла.
   - Раз ты уже на ногах, то сделай мне кофе. Мне как-то не по себе от того, что Легор все еще там сидит.
   Анреа не мгновение завис в той позе, в которой настигла его эта фраза, пытаясь осознать ее.
   - Он все еще рубиться в свои игры? - спросил он, наконец.
   - Да.
   - Ты не пыталась с ним говорить.
   - А смысл? - усмехнулась Онея, - ты же знаешь, что будет. Он будет настаивать на том, какой он несчастный, мы будем его расхваливать, это продлиться полдня, а мои чертежи так и останутся на том же этапе. Если хочешь, можешь поговорить с ним, но прежде сделай мне кофе.
   Анреа не мог ей ничего возразить на это, так как Онея была абсолютно права. Этот сценарий разыгрывался уже очень много раз, и ему самому это начинало надоедать. Однако Легор был его хорошим другом, и Анреа не мог оставаться в стороне, даже не смотря на всю тщетность его попыток образумить страдальца.
   Прежде чем заговорить с Легором, Анреа все же вскипятил чайник и быстро навел любимый кофе Онеи. Только после того, как этот кофе оказался рядом с ней, и она довольно чмокнула его в щеку в благодарность, он снова направился на кухню. Пару минут он мрачно смотрел на своего друга, который тратил часы совей бесценной жизни на ерунду, после чего не выдержал, подошел к нему и быстрым движением снял с него астральный перстень.
   Легор тут же встрепенулся и начал изумленно оглядываться вокруг себя. Он явно не осознавал, где находится и что происходит. В конце концов он тупо уставился на Анреа и спросил:
   - Что случилось?
   - Может хватит сидеть в этой дурацкой онлайн игре? Ты уже всю ночь там просидел.
   - То-то я думаю, что мне так спать охота... сейчас, еще немного посижу, а то ты прервал меня прямо в конце очень сложного квеста.
   Легор потянулся к своему астральному перстню, но Анреа спрятал его в карман.
   - Нет. С тебя пока хватит. Я не собираюсь наблюдать, как ты гробишь себя.
   - Какая разница, - печально вздохнул Легор, - в этом мире мне не везет, пусть хоть в астральном я буду счастлив.
   - У тебя уже зависимость от астрала. Сидишь в этих играх, в социальных уровнях. Ты же ведь не этим любишь заниматься.
   - Я не могу писать песни, когда мне так плохо.
   - Легор, - настойчиво произнес Анреа, - я же твой друг, ты мне доверяешь?
   - Если ты мой друг, отдай перстень.
   - Именно потому, что я твой друг, я его тебе не отдам.
   В этот момент разговор их прервался скрипом двери, ведущей к комнату Касса. Она немного приоткрылась, но из нее никто не вышел. Они оба замерли в ожидании. Так же этот скрип услышала Онея. Из любопытства она вышла в коридор и так же стала ждать, кто же из нее покажется.
   Через несколько мгновений, в течении которых до обитателей квартиры доносились звуки страстного поцелуя, в коридор вышла Залоя. На ее лице царила приятная и даже счастливая улыбка, которой Онея еще ни разу не видела. Она смотрела в комнату, из которой появилась, и, прежде чем направиться в прихожую, произнесла:
   - Все было замечательно. Свяжись со мной, нужно будет повторить. А если не свяжешься, я приду и отрежу тебе то, что делает тебя мужиком. Удачи и до встречи...
   С этими словами она прошла к выходу из квартиры, не обращая внимания на уставившихся на нее студентов. В следующий момент входная дверь хлопнула, после чего из своей комнаты вышел сам Касс. Виду у него был измотанный и не выспавшийся. Он направился на кухню и только тогда заметил, что в него пристально впились три пары глаз.
   - А, ребят, вы тут... - удивленно произнес Касса, - а я рассчитывал, что вы нас не заметите...
   - Учитывая все то, что до нас доносилась ночью, это было мало возможным, - скептически буркнула Онея, - но Залоя... это же ведь Залоя, как?
   - Ну... она мне проспорила, - улыбнулся невинно Касс, - а потом все само собой произошло...
   - Невероятно! - воскликнул Легор, - он здесь всего пару дней, а уже смог охмурить саму Залою... что за жизнь.
   Легор уткнулся в стол головой и перестал реагировать на любые внешние раздражители. Касс удивленно посмотрел на него и спросил:
   - Что это с ним?
   - Не обращай внимания, - махнула в сторону Легора рукой Онея, - он в очередной раз влюбился и теперь страдает от избытка чувств.
   Анреа невольно усмехнулся услышав это. Легор же лишь буркнул:
   - Вам смешно... ну смейтесь, смейтесь... человек погибает, а вы...
   - Так, это все не правильно, - покачал головой Касс, - если девушка тебя отвергла не нужно так убиваться, нужно найти другую и жить дальше счастливо.
   - Она его не отвергала, - покачала головой Онея.
   - В смысле? - не понял Касс, - Легор, если она тебя не отвергала, то чего ты так расстроен?
   - Она меня теперь точно отвергнет, я все испортил!
   - Но ты этого не знаешь?
   - Нет, - вмешался Анреа, - он ее даже еще пока никуда не звал.
   - Так, нужно выпить и все осознать, - рассеяно произнес Касс, - с вами на трезвую голову невозможно общаться.
   - Поддерживаю, - согласился Легор.
   - Я тоже, - весело произнес Анреа.
   - Анреа! - строго произнесла Онея, - ну раз так, то сидите тут и пьянствует с утра пораньше, алкаши, а я пошла заниматься чертежами в библиотеку. С этими словами Онея прошла в комнату, где оставались ее инструменты и чертежи, после чего выскочила из квартиры. Анреа даже сказать ничего не успел. Он лишь обессилено опустился на стул рядом с Легором и сказал:
   - Точно нужно выпить.
   Через пару минут Касс уже достал пару бутылок из своего запаса эсдорского ликера, который тут же был разлит на три стакана. Первые два подхода прошли незаметно. Лишь когда алкоголь начал делать свое дело, и парни немного расслабились, Легор несчастно произнес:
   - Ну, вот почему я такой влюбчивый? И почему девушки так сторонятся меня?
   - Ты хоть влюбился, - буркнул Касс, - у меня вот другая проблема.
   - А как же Залоя? - спросил Анреа.
   - Ты ее видел? Не, она кончено красавица и умница, но у нее явно малость съехала крыша.
   - Серьезно? - удивленно спросил Легор.
   - Да. Ты не представляешь, что ночью было.
   - Видимо лучше не стоит... - заметил Анреа, - по звукам иногда было похоже, что до тебя добралась инквизиция.
   - Да, хотя как не странно, мне понравилось, - с усмешкой признался Касс.
   - Странно слушать вас, - произнес Анреа, - я уже и забыл, каково это, быть свободным, вольным парнем.
   - Хотел бы вернуться к этому? - спросил Легор.
   - Нет, ни за что, - ответил Анреа, - но просто иногда бывают моменты, когда... - и он изобразил, будто набрасывает себе петлю на шею и крепко затягивает ее там.
   - Ну да... - усмехнулся Касс, - уже заметил. Но оно стоит того, разве нет?
   - Конечно, - признал Анреа, - так что придется вечером заглаживать свою вину.
   - И как же ты будешь это делать? - спросил Касс.
   - Придумаю что-нибудь романтическое. Поражу ее... хотя что еще можно придумать...
   - Будем надеться, что твоя фантазия еще не иссякла, - похлопал Анреа по плечу Легор, - а ты что будешь делать, Касс.
   - Пока выпью, порисую, а потом позвоню Залое.
   - Ты же говорил, что она немного странная, - удивился Анреа.
   - Да, - признал Касс, - но ты же слышал, что она сказала, когда уходила. А мне пока что не хочется делать никаких экстремальных операций. Мне дороги все мои части тела. А ведь она отрежет, без сомнений... к тому же пока я все равно один.
   - Ну и зачем тогда тебе постоянные отношения, если у тебя есть Залоя? - заметил Легор, - ведь у тебя и так все замечательно.
   - Мне нужны не то чтобы отношения, - покачал головой Касс, - мне нужно влюбиться, мне нужна любовь...
   Анреа и Легор пристально посмотрели на Касса. Они никак не ожидали услышать от него нечто в таком духе. Касс заметил их взгляды и понял, что им требуются объяснения.
   - Ну, просто ищу вдохновения, а это как раз помогает, понимаете.
   - А... - протянули в одон голос оба.
   - У вас хотя бы есть планы, что делать дальше, - мрачно сказал Легор, - а я вот вообще не знаю, как теперь быть.
   - Я не совсем в курсе ситуации, - сказал Касс, - но учитывая, что девушка тебя еще никуда не посылала, то у тебя есть все шансы на счастье.
   - Не уверен, - состроил кислую мину на лице Легор, - лучше уж буду сидеть в "Техномире". Там персов качать нужно.
   - Это та самая онлайн игра про мир, где нет магии, и люди живут за счет науки?
   - Угу. У меня там уже есть машина Мерседес, выбил классный пистолет, в общем все как положено. Кач идет быстро.
   - Что за бредовая идея, - воскликнул Касс, - как можно жить в мире, где, чтобы машина поехала, в нее нужно залить топливо, которое при этом загрязняет воздух, где есть какой-то интернет, где миром правит какая-то наука...
   - Кстати говоря, - вмешался Анреа, - в северных странах сейчас появилось что-то в этом духе. Там есть ученые, которые занимаются именно тем, что развивают науку.
   - Да что это вообще такое, - фыркнул Касс.
   - Если честно, сам не совсем понимаю, - пожал плечами Анреа.
   - В общем, я все это к тому, - продолжал Касс, - что тебе нужно завязывать со всем этим, Легор. Реальный мир намного лучше.
   - Да, но в нем меня отшивают девушки.
   - Слушай, мы тебе поможем с ней. Еще не все потерянно. Ты мне все расскажешь, а потом мы решим, что со всем этим делать.
   - Да ну... - начал противиться Легор.
   - Да ладно тебе, что ты теряешь!
   - Ну а если что, я верну тебе астральный перстень, - сказал Анреа, подразнив Легора его перстнем для выхода в астрал, который был у Анреа в руке.
   - Хорошо, - согласился Легор, - ваша взяла.
   - Вот и отлично!
  

Глава десятая. Начало игры.

   Библиотека ИШМИ была известна во всей столице. Сюда записывались как студенты, так и просто жители города, которые не имели никакого отношения к институту. Дело было в том, что в ней можно было найти абсолютно любую книгу. Некоторые считали, что сама библиотека бесконечна, и как только в свет выходила новая книга, один из ее экземпляров тут же появлялся на полке в том месте, где она должна была находиться в соответствии со сложной системой хранения и распределения книг.
   Некоторые люди иногда пропадали в ней, ища нужную им литературу, и их не могли найти несколько дней. Именно поэтому Онея и не стала заходить слишком далеко, когда пришла в нее, чтобы закончить свои чертежи.
   Возле входа в библиотеку, рядом с тем местом, где сидел главный библиотекарь, находился большой зал, специально оборудованный для студентов, занимающихся на архитектурном факультете. Руководство института прекрасно понимало, что не у всех студентов дома есть возможность нормально заниматься. Некоторым просто не хватало для этого места, так как чертежи часто делались на очень больших листах. По этой причине они выделили зал для будущих архитекторов, где в несколько рядов были расставлены большие чертежные столы, очень удобные для занятий.
   Когда Онея вошла в библиотеку, она бросила грустный взгляд в сторону бесконечных рядов стеллажей, на которых располагались самые разнообразные книги, и тяжело вздохнула. Ей требовалось найти несколько книг, чтобы подготовиться по истории искусств, но искать их сейчас у нее не было никакого желания. Обычно, когда она приходила сюда за книгой, она брала немного еды и воды с собой, на случай, если случайно заплутает. Так делали все. Кто хорошо был знаком с этой библиотекой.
   Войдя в зал для архитекторов, она увидела, что большинство столов свободны. Лишь в дальнем конце зала несколько старшекурсников нависли над гигантскими листами, на которых старательно выводили свои будущие дипломные работы.
   Онея не стала слишком углубляться в зал. Она заняла стол возле стены, между двух колонн, которые служили больше украшением зала, нежели носили укрепительную функцию.
   Не долго мешкая, Онея приступила к работе, полностью погрузившись в нее. Она проектировала большое здание, которое по плану должно было стать культурным центром с двумя большими оперными залами, тремя галереями для выставок и четырьмя залами для театральных представлений. Это задание ей дали недавно, но она уже многое успела сделать. По каким-то причинам ей отвели очень мало времени на него, как и всем ее одногруппникам.
   Она постаралась отвлечься от того, что произошло дома. Обида на Анреа еще давала о себе знать. Подобные конфликты очень расстраивали ее, но она не могла поступать иначе. Она заботилась о нем и желала ему самого лучшего, и то, что он так просто соглашался выпить с утра пораньше, не давало ей покоя. Она хотела, чтобы у него все было хорошо, и поэтому часто ограничивала его в каких-то моментах, будь то алкоголь или курение уролиса. В итоге это приводило к конфликтам и даже иногда к серьезным ссорам. Однако она знала, что он ценит ее заботу, и обычно все эти разногласия быстро заканчивались.
   Онея так погрузилась в свои мысли и работу, что не заметила, как сзади к ней кто-то подошел. Лишь когда сзади раздался знакомый голос, она слегка вздрогнула, чуть не испортив чертеж, и быстро обернулась.
   - А, это ты, - улыбнулась Онея, увидев позади себя Ризу.
   - Ты что тут делаешь? - удивленно спросила Риза, - видимо опять поссорилась с Анреа.
   - С чего ты решила?
   - Ну, ты же здесь. Ты приходишь сюда со своими чертежами только тогда, когда дома не ладно.
   - Да ну его, - буркнула Онея и снова повернулась к своему чертежу.
   - Что случилось?
   - Только утро наступило, а они снова пить. Скоро совсем сопьются такими темпами.
   - Кто бы говорил. Будто ты сама такая тихоня.
   - Разве я с утра пью, разве я сейчас пью?
   Риза не нашла, что на это ответить, поэтому спросила:
   - А чего это он так рано начал и с кем?
   - С Кассом и Легором. Да фиг их знает. Они все такие несчастные. Вообще все началось опять с Легора.
   - Он снова влюбился что ли? - усмехнулась Риза.
   - Ну да, - буркнула Онея, - как всегда. И теперь ходит и стонет о том, как ему плохо.
   - В кого на сей раз?
   - В какую-то первокурсницу. Я так толком и не поняла.
   - Ясно...
   - Эти мужики, - вздохнула Лнея, - разе от них многого просят? Ведь это же не просто так, а ради них же. Как малые дети. Если им что-то запретить, то они тут же начинают это делать, словно пытаются доказать что-то.
   - Ты слишком категорична, - заметила Риза, - они лишь пытаются показать себя, какие они замечательные. Это заложено в них природой. Они просто не могут контролировать свои инстинкты.
   - Да все они могут. Стоит лишь немного подумать, подавить свое эго, и все замечательно. Они просто не хотят этого. Думают, что мы все можем терпеть. Разве это нормально? Попросишь сделать какую-то мелочь, помочь в каком-то бытовом вопросе, так это они слишком умные, чтобы этим заниматься, они заняты более важными делами. А если все-таки начнут помогать, то сделают все еще хуже, и потом приходится за ними разгребать. А всякую ерунду, вроде дорогих подарков или обедов в престижных местах, на которые они тратят деньги, которые лучше бы пустили в хозяйство или что-то полезное, так это они всегда первые. А ведь это не нужно.
   - Ну да. Нужна всего лишь реальная поддержка и помощь. А они все рвутся подвиги совершать, - согласилась Риза, - помнишь Пирна?
   - Это твой последний?
   - Да, - подтвердила Риза, - мы же ведь жили с ним.
   - Не долго, по-моему. Всего месяц кажется...
   - Именно. Так вот за этот месяц он меня достал так, что я его видеть больше не могла. Он ничего не дал по дому, только лежал на диване, уткнувшись в астрал, а я была словно служанкой. Подай, принеси, унеси... конечно он каждый вечер говорил, какая я замечательная, порой дарил какие-то подарки. Но ведь мы к тому моменту встречались уже не один месяц. У меня этими подарками его весь шкаф был забит. А толку от них? Приятно конечно, но еще лучше было бы хоть раз помочь с немытой посудой, которой после одного только его ужина было уже полно, - Риза мрачно вздохнула.
   - Да уж... - согласилась Онея.
   - Что они с нами делают, ладно, не будем о грустном... слушай, как много у тебя уже сделано, - Риза с интересом начала рассматривать проект Онеи.
   - Да просто времени нам дали мало, вот я и черчу уже пятый день подряд. А у тебя как продвигается?
   - Да никак. Видимо, придется снова просить дать отсрочку. Странно, что они назначили такие сроки. Сдать такую работу в конце следующей недели, это практически невозможно. За кого они нас принимают?
   - За дипломников, судя по всему, - усмехнулась Онея и кивнула в сторону конца зала, где все еще трудились старшекурсники.
   - Не иначе, - согласилась Риза.
   В этот момент в зале появилась еще одна девушка. Увидев ее, Онея слегка поморщилась. Гедиона внимательно осмотрела зал, и когда ее взгляд упал на Онею и Ризу, она тут же направилась к ним.
   - Доброе утро, - произнесла она холодно, подойдя к девушкам.
   - Привет, - сказала как всегда приветливо Риза.
   - Доброе, - произнесла Онея, не отрываясь от чертежа, словно к ней подошел самый малозначительный человек в мире.
   - Диара Нокретус просила распространить срочно между нашей группы одну информацию, - тут же перешла к делу Гедиона, так же получая удовольствия от общения с Онеей.
   - И какую? - спросила Риза.
   - Те, кто успеет сдать чертежи, будут принимать участие в конкурсе. Жюри из преподавателей нашего вуза и двух представителей мэрии выберут лучшую работу и представят ее на выставке в конце следующей недели. После ее потроят как новый корпус нашего института. Это будет образец того, как наш мэр помогает студентам в продвижении их проектов.
   - Ого... - удивилась Риза, - что ж... похоже пора тоже приниматься за работу.
   - Это бесполезно, - усмехнулась Гедиона, - и так ясно, чей проект победит.
   - Спасибо, Гедиона, - произнесла Онея, - так приятно видеть, что ты в меня веришь.
   - Я не о тебе говорила, - прошипела Гедиона, - победит мой проект. Он уже почти закончен. По крайней мере, у меня сделано гораздо больше, чем у тебя.
   - Но ведь тут дело не в скорости, - заметила Риза, - а в качестве. Разве не так?
   - С качеством у меня тоже все в порядке, - отмахнулась Гедиона, - мои работы всегда считались очень оригинальными.
   - Если под оригинальностью понимать коммуналки, то да, - не отворачиваясь от чертежа, сказала Онея.
   - Нокретус лучше знать, а она меня хвалит.
   - Тебя все здесь хвалят, - заметила Риза, - ты дочь мэра, который очень дружен с ректором. Вот только главная на кафедре не Нокретус, а Эсториз. И она у нас преподает. Она жде и конкурс, скорее всего, курирует.
   - Дело не в этом, - уверенно произнесла Гедиона, - просто у меня есть талант, и вам, простым посредственным личностям, этого не понять. И Эсториз тоже это признает. Просто она завидует, что в мои годы у нее не было таких свопобностей.
   - Вау! - воскликнула Онея и с улыбкой на лице повернулась к Гедионе, - какие слова то ты знаешь. Интересно... видимо общение с Алексором пошло тебе на пользу.
   - Это не твое дело. Алексор мелкая шавка, как и вы, просто слишком себя пиарит. Хотя он рисует получше многих в этом институте.
   - Ну да, а мне казалось, что это Касс вчера стал самым талантливым живописцем, - заметила Онея.
   - Касс... - прошипел Гедиона, - он наглый пьяный выскочка. Но эту проблему нашего института я как-нибудь решу. Такие студенты, как он, могут привести к тому, что наш институт перестанет быть первым в стране. Странно, очень странно, что он все еще здесь учится.
   - Или из-за таких, как ты, - заметила Онея.
   - Молчала бы, - возмутилась Гедыона, - сама ничем не лучше, чем этот Касс.
   В этот момент в зале появилась библиотекарь. Это была невысокая, полная женщина лет пятидесяти, со строгим взглядом и неприятным лицом. Она быстро окинула взглядом весь зал, после чего ее глаза остановились на Онее, Гдеионе и Ризе. Герта Орелис славилась своей строгостью в соблюдении библиотечных правил. Она следила за их выполнением с такой дотошностью, что лишний раз люди боялись с ней сталкиваться и что-то спрашивать у нее. Более всего Орелис не любила, когда в ее библиотеке разговаривали. Из-за этого она долго протестовала против того, чтобы у нее под боком создавали зал для архитекторов. Все знали, что если ее вывести из себя, то она наложит проклятье немоты, которые спадало лишь спустя пару недель. Из-за этого на нее уже было много жалоб, но ректор ценил ее за ее любовь к порядку. Он знал, что никакой другой человек не сможет держать под контролем такую гигантскую библиотеку.
   - Девушки! Вы знаете правила, и что бывает за их нарушение. Так что замолчите сами и работаете себе спокойно дальше. Иначе мне придется вам помочь замолчать.
   Второго предупреждения никто не хотел. Гедиона повернулась к Онее и сказала:
   - Я уже закончила тут, мне пора.
   С этими словами Гедиона развернулась и направилась в сторону выхода. Онея пристально посмотрела ей вслед.
   - Не слушай ее, - сказала Риза, - она, как всегда, живет в своем вымышленном мире.
   - Думаю, ты права, - согласилась Онея, - она просто пытается отвлечь меня от работы.
   - Думаешь, она и в правду надеется на победу? - усмехнулась Риза.
   - А ты думаешь нет? У нее же эго размером со вселенную. Не удивлюсь, если у нее в голове тысячи голосов одновременно говорят, какая она расчудесная и прекрасная, умная, талантливая и гениальная.
   - Лучше один из них начал говорить ей что-то дельное, а то ей тяжко придется по жизни.
   - Да ладно тебе, она всегда найдет кого-нибудь, кто будет все делать за нее. Кстати, как думаешь, кто сейчас делает за нее проект?
   - Ну, если она не изменила своим привычкам и не наняла никого со стороны, то это должно быть Курей. Хотя сомневаюсь, что он сейчас возьмется за это. Скорее будет больше времени тратить на свою работу. Сейчас все на нашем курсе захотят получить такой шанс. А зачем тебе?
   - Да так... просто хотелось посмотреть, что можно сделать. Возможно подправить ее оригинальность и довести ее до гениальности.
   - Это низко, - покачала головой Риза.
   - Возможно, ты права, но как вариант можно рассмотреть. А вообще тогда основным планом остается запереть ее в стеклянной комнате, а снаружи оставить еду и воду. Чтобы достать ключ и выйти из комнаты ей нужно будет залезть в свою брюшную полость, но не в живот, иначе достаточно будет сходить один раз в туалет и...
   - Знаешь, лучше пусть первый вариант останется пока основным. Я конечно тоже фанат фильма "Топор", но не до такой же степени.
   - Как скажешь, - пожала плечами Онея, - но если что, я уже начала планировать помещение этой комнаты и как сделать его таким, чтобы оттуда вообще нельзя было сбежать.
   - Как же она тебя достала уже, - заметила Риза, - думаю, теперь из-за этого конкурса все станет еще хуже.
   - Скоро узнает. Будет вест себя нормально, ничего страшного не случится. А так я всегда найду на нее управу.
  

Глава одиннадцатая. Помощники.

  
   Анреа и Легор все так же сидели на кухне. На столе уже стояло четыре пустые бутылки, в которых раньше был ликер, сделанный Кассом. Они молчали. Больше ликера не было, но выпитого ими было достаточно, чтобы они не могли сообразить, где взять еще, хотя комната Касса была всего в пяти метрах от них. Самого Касса с ними не было.
   - Знаешь, - сказал, наконец-то нарушив долгое молчание, Анреа, - по-моему, здесь кого-то не хватает.
   - Ты так думаешь? - удивленно произнес Легор.
   - Да... а где Онея?
   - Она ушла в библиотеку.
   - Зачем?
   - Чертить, - Легор отвечал холодно, словно статуя, которая неожиданно для себя обнаружила, что способна говорить и мыслить.
   Он смотрел прямо перед собой, пытаясь что-то рассмотреть, сам не понимая, что.
   - Мне ее не хватает...
   - Вы поссорились, - заметил Легор.
   - Знаю. Я дурак. Но что она со мной делает.
   - Женщины, - мрачно произнес Легор, и его лицо стало еще более грустным и серым, - извечный камень преткновения для нас. Мы их любим, мы готовы на подвиги ради них, а они вертят нами, как захотят.
   - А может, мы сами во всем виноваты?
   - Ты думаешь?
   - Не знаю... - покачал головой Анреа, - я постоянно оказываюсь виноват. Может это действительно так.
   - Даже если и так, то мы все равно должны делать вид, что правы, - уверенно произнес Легор, - мы не должны им уступать. Мы главные, мы должны вести, а они идти за нами.
   - Если ты так и дальше будешь думать, то всегда будешь оставаться один, - буркнул Анреа, - они умнее нас, и это нужно признавать. Иначе они будут бросать нас, и находить себе других, поумнее.
   - Почему мне все это больше начинает напоминать войну? Война полов, - задумчиво произнес Легор, - вечная, не прекращающаяся ни на минуту.
   - У тебя не правильный подход, - покачал головой Анреа, - так нельзя смотреть на отношения. Это должен парный танец. Вальсировать вместе по жизни, вот в чем смысл.
   - Ты говоришь одно, а в итоге все равно получается по-моему, - возразил Легор, - и тут уж ничего не поделаешь. Это всегда будет вечным противостоянием за главенство.
   - Можно и лучше поступить по-другому.
   - Это как же?
   - Сдаться и отдать им бразды правления, - сказал Анреа, - пускай они командуют. Все равно, плохого нам они делать не собираются, они лишь заботятся о нас. И по-тихому заботиться о них. Следить за тем, чтобы у них все было хорошо.
   - Ну да, конечно. Вот тут-то у тебя и идет конфликт, - Легор с философским видом повернулся к Анреа. Взгляд у него все еще был отсутствующим, устремленным куда-то в вченость.
   - Какой конфликт? - не понял Анреа.
   - Если главные девушки, то мы не можем о них заботиться, они сами заботятся о себе, и о нас, и обо всем. Когда ты начинаешь заботиться о них, это значит, что ты уже перехватываешь инициативу, - последнее слово Легору далось тяжело, но он остался доволен тем, что произнес все буквы в правильном порядке, и на лице у него возникла легкая улыбка, - и они это сразу же чувствуют. Так что ты не правильно относишься ко всему этому. К тому же, если все должно получаться по-твоему, то где же страсть? А без нее ничего не получается.
   - Ты все говоришь, что я не прав, но ведь это ты у нас без девушки. Я же признаю, что сделал ошибку. Я не должен был сейчас сидеть с тобой и пить этот проклятый ликер. Я должен был помочь Онее, а вместо этого ей пришлось из-за меня уйти в библиотеку.
   - И что ты думаешь с этим делать?
   - Для начала нужно перестать, наконец, пить ликер.
   - Мы уже перестали, он кончился, - сказал Легор.
   Анреа удивленно посмотрел на Легор, затем его затуманенный взгляд перекочевал на пустые бутылки, стоявшие перед ним.
   - Странно... а мне казалось, что продолжаем пить.
   - Да? Хм... а может это так?
   - Но бутылки пустые. Значит, мы не пьем. Что ж... - Анреа довольно улыбнулся, - первый пункт плана выполнен.
   - А какой второй?
   - Нужно купить подарок. Сделать ей что-нибудь приятное. Вымолить прощения.
   - Сдаешься? Капитулируешь? - возмутился Легор, - так нельзя!
   - Можно и нужно, - уверенно произнес Анреа, - и так и будет... странно, все-таки кого-то не хватает.
   - Мы же ведь уже решили, что Онеи.
   - Нет... чего-то жуткого.
   - Да? Чего?
   В этот момент дверь в комнату Касса распахнулась, и ее владелец, весь вымазанный в краске, неуверенной походкой вышел к Легору и Анреа. В глазах его горел огонь. Чувствовалось, что его охватила какая-то идея, которая его полностью поглотила и теперь управляла им. Лицо Анреа просияло и он произнес:
   - Вспомнил, нам не хватало его.
   - Касс! Как оно? - спросил Легор, - а где ты вообще был?
   - Э... рисовал, - неуверенно произнес Касс, - кажется... нет, точно, я рисовал.
   - И как? - спросил Анреа.
   - Не очень, - поморщился Касс, - я явно чего-то еще не понимаю.
   - В смысле? - усмехнулся Легор, - мне казалось, что вчера ты вообще был на высоте.
   - Да, но я все еще рисую руками... ладно, это пока не важно. Я тут осознал, что мы забыли одну важную вещь!
   - Забыли? - удивился Анреа, - по-моему, мы только что вспомнили все, что забыли... разве не так, Легор?
   - Да, точно, - подтвердил Легор, - все вспомнили. От и до... - он замолчал, пытаясь осознать, что он вообще говорит.
   - Мы должны были кое-что сделать, - сказал Касс с горящим восторженным взглядом, словно ему долгое время было очень скучно, и вот, наконец, он нашел себе веселье.
   - И что же? - спросил Анреа.
   - Мы должны были помочь тебе, - он посмотрел на Легора.
   - Да, вы обещали, - закивал головой Легор, - только я не думаю, что стоит это делать. Все равно она уже наверняка забыла про меня.
   - Так мы напомним! - довольно произнес Касс, - не волнуйся, все будет в лучшем виде.
   Касс явно был не в себе. Можно было не сомневаться в том, что сидя у себя в комнате и рисуя, он, как и Легор с Анреа, успел опустошить пару бутылок ликера. Его жесты, которым он сопровождал свою речь, были слишком размашистыми, некоторые слова путались.
   - И что ты предлагаешь? - спросил Анреа.
   - Все просто, - сказал Касс, - будем брать рога за быка... или как там было... в общем не важно. Легор позовет ее на свидание. И это будет лучшим свиданием в ее жизни! Она не устоит.
   - Звучит как-то банально, - скептически заметил Легор.
   - Да, - согласился Анреа, - не блещет оригинальностью.
   - Но с чего-то нужно начинать, - начал настаивать Касс, - когда Легор узнает ее получше, тогда и будем экспериментировать с оригинальностью, а пока прибегнем к классике.
   - Может лучше сначала пообщаться с ней? Узнать как раз таки ее получше, и потом уже куда-нибудь звать, - предложил Анреа.
   - Ну да, и будет он с ней переписываться полгода-год, после чего она в конце концов просто перестанет отвечать на его сообщения. Тут нельзя растягивать. Он и так, как сам признался, упустил момент, не стоит все окончательно губить.
   - Ребят! - прервал их спор Легор, - успокойтесь! Вы оба упускаете очень важный момент.
   - Какой же? - в один голос удивленно и немного раздраженно спросили Касс и Анреа.
   - У меня нет никаких контактов с ней. Я даже точно не знаю, где она живет. Чтобы обойти все общежитие потребуется не одна неделя.
   - Она наверняка есть в "Студентах Иреи". Ее астральный образ скорее всего там зарегистрирован. Отправишь ей сообщение. Если ответит, то все замечательно.
   - Главное пока не соглашайся на астральную встречу, - добавил Касс.
   - Это почему? - удивился Легор.
   - Ты в гавно, - заметил Касс, - ты представляешь, как сейчас будет выглядеть твоя астральная проекция?
   - А, точно, - согласился Легор, - видел я как-то своего знакомого, когда он после длительного запоя зашел в "Студенты"... мне потом целый месяц кошмары снились.
   - Разве этим знакомым был не я? - удивленно спросил Анреа.
   - Да. Так что сейчас тебя в астрале тоже лучше не видеть. Уж поверь мне. В любом случае, ее еще там найти нужно.
   - Это без проблем, - сказал Анреа, - у нас есть ее имя, этого достаточно.
   - Ты серьезно? - удивился Касс, - хочешь сказать, что зная лишь ее имя и помня, как она выглядит, можешь найти ее?
   - Да без проблем.
   - Напомни, на кого ты учишься? - неуверенно спросил Касс.
   - На астральщика, - усмехнулся Анреа, - нас учат работать с этими кольцами и делать так, чтобы они работали как надо. Я иногда подрабатываю, создавая астральные уровни для людей, занимающихся своим бизнесом. Неплохо платят, нужно сказать. Там в основном реклама и всякий бред, но выгодно.
   - Понятно, сеешь зло в народе, - мрачно заметил Касс, - а я то думал, что ты музыкант.
   - Музыка - мое призвание, - гордо произнес Анреа, - а астрал - мой хлеб. Ладно, я полез искать ее.
   Анреа достал из кармана небольшое астральное кольцо и одел его. В следующий момент он уже откинулся на стуле и взгляд его стал совершенно отсутствующим. Глаза просто замерли на месте, и лишь зрачки то расширялись, то сужались, но это было едва заметно.
   Легор напряженно наблюдал за ним. Касс видел, что он сам хочет надеть астральное кольцо, но у него его отобрали, поэтому ему теперь приходилось сидеть и ждать, когда Анреа сообщит о результате своих поисков. Ему явно это не нравилось. У него разгорался азарт охотника. Он был в предвкушении, что будет дальше.
   Касс же спокойно сидел на своем месте, о чем-то задумавшись. С каждой минутой его взгляд становился все более отсутствующим, словно он погрузился в астрал вместе с Анреа. Легор заметил это и спросил:
   - Что-то не так?
   - Да нет, - Касс тут же оживился, и на лице его засияла улыбка, - все хорошо.
   - Тогда о чем так задумался?
   - Да так. Мне задали одну задачку, и я ее никак не могу решить. С начала мне казалось, что все будет легко и просто, и что это не займет у меня много времени. А теперь мне кажется, что на это может уйти вся моя жизнь.
   - Ты что, должен сказать, в чем смысл жизни, зачем существуют маги и откуда они пришли, и в чем тайна мироздания? - удивленно спросил Легор.
   - Нет... - ошарашено ответил Касс, - хотя сейчас ответить на эти вопросы мне не составит труда, наверное. А вот с моей задачкой все куда сложнее.
   - Помочь?
   - Мне тут уже никто не поможет, - усмехнулся мрачно Касс.
   - Неужели все так плохо?
   - Почти...
   Легор хотел спросить еще что-то, но в этот момент по кухне разнесся голос Анреа. Он говорил так, словно призрак, пришедший предупредить о надвигающейся трагедии.
   - Нашел! Она действительно есть в "Студентах"... и тут есть несколько очень интересных ее образов, которые она оставила для ознакомления.
   - Она сейчас тоже в "Студентах"? - спросил Легор
   - Да, так что если хочешь с ней пообщаться, то сейчас самое время.
   - Как я это сделаю, если ты отнял у меня мое астральное кольцо.
   - Точно, - сообразил Анреа.
   В следующий момент он уже снял свое кольцо и снова верну свое сознание в тело. После этого он достал из кармана кольцо Легора и положил его перед ним на стол. Однако он не отпустил его, прижав пальцев к поверхности стола и строго посмотрев на Легора.
   - Только без глупостей, - сказал он, - возвращаю его при условии, что не будешь торчать опять в "Техномире".
   - Хорошо, обещаю, - тут же произнес Легор.
   - Смотри у меня. Я тебе скинул как ее найти. Не ошибешься.
   - Тогда сейчас назначу ей свидание на вечер... - Легор взял кольцо и уже хотел было одеть его, но тут Касс его остановил.
   - На какой вечер? - буркнул он, - на завтра. Сегодня ты не готов с кем либо встречаться.
   - Это ты с чего решил? - обиженно спросил Легор.
   - Я же говорю - ты в гавно. И к вечеру тебе лучше точно не станет.
   - И что ты предлагаешь?
   - Завтра. Позови ее например в Лантуки. Очень хорошее заведение.
   - Откуда ты знаешь, ты здесь всего два дня.
   - Три, если быть точным, - поправил Касс, - не забывай. У меня вчера был хороший гид. Залоя отлично знает город.
   - А мне казалось, что это ты вчера был для нее гидом у себя в комнате, - усмехнулся Анреа.
   - Так, оставим мою личную жизнь пока в стороне и разберемся с личной жизнью Легора, - немного напряженно произнес Касс.
   - Поддерживаю! - тут же выпалил Легор.
   - А ты надевай кольцо и зови ее уже на свидание! - буркнул Анреа.
   Легор тут же сделал то, что ему сказали, и уже в следующий момент его взгляд стал абсолютно пустым. Его разум освободился и покинул тело. Анреа и Касс в напряжении наблюдали за ним, ожидая, что будет дальше. Анреа, в отличие от Касса, прекрасно понимал, что они очень рискуют. Он знал, что если Легора ждет неудача, он впадет в еще более ужасное настроение, и тогда уже никакой эсдорский ликер не поможет им избавиться от нытья Легора.
   Анреа уже наблюдал подобное пару раз и ему крайне не хотелось повторения. Легор мог стать настолько невыносимым, что его соседями прошлось бы на время покинуть квартиру, лишь бы не сталкиваться с ним. Именно поэтому сейчас в квартире оставались они втроем. Остальные просто не хотели наблюдать его в таком состоянии.
   Наожиданно лицо Легор осветилось искренней радостью.
   - Она согласилась! - крикнул он, - завтра в семь!
   - Отлично, - выдохнул с облегчением Анреа, - уже хорошо...
   - Что ж, а теперь "Техномир"
   - Проклятье! - Анреа хотел было снова стянуть с Легора его перстень, но Касс его остановил.
   - Оставь его, - сказал он, - пускай развлекается пока. У тебя есть дела поважнее.
   - Что ты имеешь ввиду? - непонимающе спросил Анреа.
   Касс встал и отошел от него на пару шагов, после чего развернулся к Анреа лицом и направил в него свою правую руку
   - Что ты делаешь? - изумленно спросил Анреа.
   - Оказываю тебе услугу, - невнятно произнес Касс.
   После этого он выкрикнул заклинание, которое Анреа раньше никогда не слышал, и в Анреа ударил луч белого света. Он угодил прямо в его голову, и тот на мгновение даже потерял равновесие, чуть не упав на пол. Однако ему удалось удержаться на ногах. Анреа хотел было броситься на Касса и наказть его за это, как вдруг почувствовал, что к нему полностью вернулась трезвость мысли.
   Все его опьянение в один момент куда-то ушло, он был полностью в порядке. Анреа изумленно посмотрел на Касса.
   - А теперь помой посуду, уберись у вас в комнате и купи Онее цветы.
   - В смысле? - не понял Анреа.
   - Вы же поссорились утром, и ты наверняка хочешь помириться.
   - Да, но причем тут уборка и мытье посуды?
   - Поверь мне. Когда отношения длятся большее полгуда, это становиться лучшим подарком.
   - С чего ты взял?
   - Был один опыт.
   - И что случилось, если ты так хорошо знал, как загладить вину?
   - Я совершал другие ошибки, - мрачно улыбнулся Касс, после чего медленно побрел в свою комнату.
  

Глава двенадцатая. Тихий вечер.

   Касс отошел от мольберта и строго посмотрел на него. На нем красовалась почти законченная работа, на которой он изобразил отцов основателей Иреи. Они стояли на фоне дикого поля, рядом с которым был виден лес. Лишь один дом, с которого и начиналась великая столица, находился на этом поле.
   Хоть работа и была замечательно выполнена, Касс выглядел не очень довольным, словно у него не получилось того, чего он хотел. Он отставил краски в сторону, снял работу с мольберта и кинул ее к остальным, которые валялись в дальнем углу рядом с бутылками с эсдорским ликером и мусором, который он не собирался пока никуда девать.
   Рисовать дальше он больше не хотел. Касс тяжело вздохнул, после чего его взгляд обратился в сторону часов, стоявших на комоде рядом с его кроватью. Было семь часов. В этот момент он услышал смех из соседних комнат. Касс прислушался и понял по голосам, что собрались почти все обитатели этой квартиры. Так как он почти все время после своего прибытия проводил за рисованием, большинства из этих людей он практически не видел, кроме своего первого вечера в столице. Ему было интересно пообщаться с ними, поэтому, более не медля ни минуты, он вышел из своей комнаты.
   В гостиной, точнее в комнате, в которой обычно сваливали все общие вещи и клали неожиданных гостей, оставшихся чисто случайно на ночь, действительно было большое собрание. Во главе него сидел Легор. Он явно повеселел за последние часы. Он довольно улыбался и просто светился от счастья. Рядом с ним расположился Денон, с очень уставшим, и даже измученным видом. Одеус сидел немного в стороне между Эвилой и Юнеей, явно вписываясь в окружение. Его немного детские и даже женственные черты могли убедить кого угодно, что там на самом деле сидят три девушки, и только лишь хорошо присмотревшись можно было рассмотреть жидковатую редкую и короткую бороденку Одеуса.
   Эвила держала в руках гитару, готовясь что-нибудь сыграть. Он была немного задумчива, так как вспоминала весь свой репертуар, выбирая самое любимое и подходящее к обстановке. Юнеа же была мрачной и сидела немного в стороне от остальных, словно происходящее ее не касалось. Он была похожа на зрителя, оказавшегося на нелепом представлении, и перед которым был сложный выбор: либо поддаться общему настроение и присоединиться к веселью, либо продолжать так наблюдать за всем этим шоу.
   Как только Касс появился в комнате, Легор тут же это заметил. Он взмахнул руками в знак приветствия и крикнул:
   - А вот и он! Я же говорил, что его не нужно звать, и что он сам придет.
   - Привет всем, кого не видел, - произнес Касс, - что у вас тут за сабантуй?
   - Ничего особенного, - с улыбкой ответила Эвила, - всего-навсего проводим тихий спокойный вечер.
   - Да? - обрадовался Касс, - ну тогда могли бы меня сразу позвать.
   - Ты был в своей комнате, и мы просто не решились туда заходить, - сказала Юнеа.
   - А что такого? - удивился Касс, - ну, подумаешь у меня там маленький творческий беспорядок.
   - Дело не в этом, - заметил Легор, - просто, учитывая, какие звуки исходили оттуда вчера, и что там вообще происходило, никто не хотел помешать тебе, если ты там занят.
   - Если я занят в этом плане, то я вешаю какой-нибудь предмет на ручку своей двери, чтобы все это понимали, - сказал Касс.
   - Ну да... а вдруг забудешь, - усмехнулся Легор.
   - А нам потом извиняться, - поддержала Эвила.
   - Они уже просто однажды вошли так в мою комнату, - сказал Одеус, - а я как раз был со своей девушкой.
   - У тебя не девушка, - строго произнесла Юнеа, - а причина ареста по статье 156.
   - Что за статья? - поинтересовался Касс.
   - Совращение несовершеннолетних, - ответил Денон.
   - Не завидуйте, - обиженно произнес Одеус, - ей уже четырнадцать. И мы любим друг друга.
   - Ей еще четырнадцать, - возразил Легор, - и если тебе не повезет, года два тебе придется пострадать за эту любовь в камере.
   - Это уже давно перестало быть смешным, - совсем обиделся Одеус.
   - А по-нашему общему мнению нет, - отрицательно покачала головой Юнеа.
   - Да ладно вам, ребят, - вмешалась Эвила, - может у них действительно все получится.
   - Ну конечно.
   В этот момент в воздухе раздался тонкий короткий колокольный звук. Все на мгновение замолчали, после чего Денон произнес:
   - Юнеа, это, по-моему, твое кольцо.
   - Да, - подтвердило Юнеа, - и не надо каждый раз акцентировать на этом внимание.
   Она подняла левую руку, на котором Касс заметил тонкое золотое кольцо, слегка мигавшее фиолетовым светом. Это было кольцо связи, с помощью которого маги разговаривали друг с другом на больших расстояниях, а так же отправляли друг другу текстовые сообщения. Эти сигнал и свечение означали, что Юнее пришло сообщение. Она сделала небольшой жест рукой, после чего перед ней в воздухе возникла небольшая рамка из тонких нитей света. В этой рамки был текст из точно таких же нитей. Она внимательно его прочитала, слегка покраснела, и тут же убрала сообщение, чтобы его никто не смог увидеть.
   - Похоже, это снова он, - заметил Денон, - твой тайный поклонник?
   - Это для вас он тайный, - игриво и весело произнесла Юнеа.
   От этого сообщения она практически сразу же просияла, но это длилось не долго. Почти сразу же она взяла себя под контроль, и снова стала прежней.
   - И все же кто он? Вы уже с ним встречаетесь? - спросила Эвила.
   - Нет, мы пока просто общаемся. Но я уверена, что скоро он это изменит.
   - Понятно, - произнес Денон.
   Касс заметил, что последние слова Юнеи не особо обрадовали Денона. Тот на мгновение помрачнел. Однако кроме Касса этого никто не заметил.
   Касс старался особо не лезть в эту беседу, так как он никого толком не знал. Хоть ему и хотелось узнать, чем живут эти люди и как лучше всего вписаться в их коллектив, он знал, что лишние вопросы могут показать его не с лучшей стороны. Ему оставалось лишь наблюдать со стороны и самостоятельно проникать во все основы взаимоотношений между этими студентами.
   - Кстати, ты Денон, сам стал часто куда-то пропадать. В последний раз я тебя видел вообще только в тот день, когда приехал Касс.
   - Да, - мрачно вздохнул Денон, - и на следующее утро мне тогда влетело.
   - Ты все еще со своей Наретой? - спросила Юнеа.
   - Да. Боюсь, мне от нее уже никуда не деться, - усмехнулся Денон, - она замечательная на самом деле, но иногда бывает жестковатой.
   - Жестковатой? - рассмеялся Легор, - она нацепила на тебя ошейник и загнала под каблук с первых же дней, как вы начали встречаться. Не удивлюсь, если скоро ты переедешь к ней и будешь убирать ее дом, пока она работает.
   - Да нет, ничего такого не будет, - отмахнулся Денон, - у нас с ней нормальные отношения, просто она хочет постоянно меня видеть.
   - А у нас сложилось впечатление, что она просто постоянно тебя хочет... - заметил Одеус, который был очень рад тому, что наконец перестали смеяться над его личной жизнью и переключились на кого-то другого.
   - Меня, по крайней, мере за это не посадят, - усмехнулся Денон, - к тому же в этом нет ничего плохого. У меня бывает время, чтобы от нее отдохнуть, если что.
   - Да, и когда, например? - поинтересовался Легор.
   - Ну, вот во время поездки, в эти выходные. Она же ведь не едет с нами, - произнес Денон с заметной надеждой в голосе.
   - То то ты так рвешься в эту экскурсию, - рассмеялась Эвила, - теперь с тобой все понятно.
   - А что за экскурсия? - вмешался Касс.
   Ему уже много раз доводилось слышать за короткое время о какой-то поездке, и ему хотелось узнать об этом хоть немного побольше.
   - Каждый год наш ректор устраивает экскурсию. Поездка на два-три дня в какой-нибудь крупный исторический центр, - пояснила Эвила, - и каждый раз место, в которое мы едем, держится в секрете.
   - И из-за этого все так ее ждут? - удивился Касс, так как не услышал в этом ничего такого, чтобы могло настолько взбудоражить кровь.
   - Нет, - покачала головой Юнеа, - дело в том, что днем мы обязаны быть культурным хорошими и представительными студентами, однако как только заканчивается официальная программа, сам ректор позволяет нам делать все что угодно. Сам он обычно скрывается с остальными преподавателями где-то у себя и не показывается до утра, не мешает нам гулять. Обычно все эти экскурсии проходят далеко от столицы, и поэтому никто не знает, чем мы там занимаемся.
   - Хм... - задумчиво произнес Касс, - похоже, намечается что-то действительно стоящее.
   Все увидели как его глаза загорелись дьявольским огоньком, и от этого им даже стало как-то не по себе.
   - То есть, ты тоже хочешь поехать? - спросила Эвила.
   - Ну, мне придется в любом случае, - пожал плечами Касс, - ректор явно дал мне понять вчера, что хочет меня видеть на этой экскурсии. Так что я с вами... а когда едем то?
   - В эти выходные, - произнес Легор, - в пятницу устром отправляемся на автобусах. К вечеру приедем на место.
   - Отлично, значит послезавтра... - Касс невольно потер руки, - а где Онея или Анреа, мне нужно кое-что у них узнать?
   - Они мирятся, - обиженно произнес Легор, - Анреа кинул меня, как только пришла Онея. Он зачем-то мыл посуду перед ее приходом, еще убирался у них в комнате, вместо того, чтобы поддержать друга.
   - Во-первых, они зато теперь мирятся, - заметил Касс, - а во-вторых, чувак, мы тебя почти весь день поддерживали, пока ты снова не скрылся в астрале.
   - Ну да, и вы тут же разбежались по своим делам.
   - А нам нужно было сидеть и смотреть, как ты сидишь в астрале и думать, какой ты несчастный
   - Примерно так... - Легор был поставлен малость в тупик таким предложением.
   - Ну-ну, - буркнул Касс.
   - Так, - неожиданно оживился Денон, - мне пора бежать, похоже.
   - Что, она тебя уже ждет? - спросила Юнеа.
   - Да, вернусь завтра, всем удачи! - с этими словами Денон вскочил на ноги и за пару длинных шагов оказался у выхода из квартиры.
   Через мгновение дверь уже захлопнулась за ним. Минуту висело молчание, после чего Легор сказал:
   - Я бы никогда не стал так пресмыкаться.
   - Ну да, конечно, - улыбнулась Эвила, - ты бы вообще жил под порогом дома своей девушки.
   - Ну не надо... - начало было протестовать Легор, но тут его прервал Одеус:
   - Что не надо, так уже было пару раз. Не удивительно, что они в конце концов просто бежали от тебя.
   - Да, точно, - Легор повернулся к Кассу, - завтра поможете мне?
   - Помочь в чем? Мы же уже помогли тебе, - произнес недовольно Касс.
   - Помогли? Чем? - не понял Легор.
   - Мы заставили тебя позвать ее на свидание, - ответил Касс, - без нас ты бы все еще сидел тупо в своем "Техномире" и страдал по упущенным возможностям.
   - И что? В этом и заключалась вся ваша помощь?
   - Именно, - ответил Касс, - по крайней мере так планировалось. Теперь ты должен сам все сделать. Или нам нужно тебя буквально за ручку туда отвести и рассказать по пунктам, что нужно делать?
   - Ну, желательно именно так.
   В этот момент Юнеа рассмеялась, повернулась к Кассу и сказала ему:
   - Зря ты с этим связался.
   - Я уже заметил. Слушай, Легор, через первое свидание ты должен пройти самостоятельно. Что она подумает, если ты будешь после каждой ее фразы выбегать к нам и спрашивать, что ответить. Или писать нам сообщения.
   - Ты прав, - немного подумав, согласился Легор, - и все же мне было бы спокойнее, если бы ты был рядом.
   - Просто потом напиши мне, как все прошло, договорились?
   - Да... - мрачно произнес Легор, - раз ты так считаешь, то ладно.
   Тут неожиданно раздался стук в прихожей. Касс взглянул на часы и понял, что время уже пришло. Он встал и направился к входной двери.
   - Это к тебе? - удивленно спросил Легор.
   - Да, - Касс на мгновение остановился и повернулся к остальным, - и раз уж вы все здесь, то скажу сразу, что ночью ко мне лучше будет не заходить. У меня будет гостья.
   - Кто? - удивленно спросила Легор, - опять Залоя?
   - Да, а что?
   - Ты же сказал, что она немного безумна, - заметил Легор.
   - Вот именно. А ты помнишь ее утреннюю угрозу? Я еще не готов расставаться ни с одной из моих частей тела.
   - И ты ей позвонил.
   - Конечно, - ответил Касс, - к тому же это лучше, чем сидеть в одиночестве. Он так же безумна в хорошем смысле этого слова, как и в плохом.
   И после этих слов Касс пошел встречать свою гостью.
  

Глава тринадцатая. Студент должен учиться.

   Касса разбудил тихий шум. Он открыл глаза и увидел, что рядом с его кроватью стоит Залоя. В окно уже пробивались первые утренние лучи, которые падали на ее еще не одетое тело, из-за чего ее кожа и волосы словно светились золотым светом.
   - Уже собираешься? - спросил Касс сонным голосом.
   - Да, - сказала она небрежно, и подняла с пола свою юбку.
   - Что-то не так.
   - Да нет... - она повернулась к нему и нежно улыбнулась, - просто мы оба понимаем, что это была наша последняя встреча. Я ведь не та, так?
   - Я еще этого не знаю...
   - Брось, - Залоя снова улыбнулась, - все было замечательно, но со мной ты так и останешься на месте. А у тебя осталось слишком мало времени.
   - Не бойся, мне будет что предоставить им через неделю, - Касс кивнул в сторону груды сделанных им работ, некоторые из которых еще даже не высохли.
   - Но они ждут от тебя другого, и сразу поймут, что эти работы не те.
   - Да... - мрачно признал Касс.
   - Не волнуйся, после сегодняшней ночи я не буду заниматься членовредительством. И мне жаль, что я не смогла стать твоей музой.
   - На самом деле мне тоже, - улыбнулся Касс, - ведь все это было здорово.
   - Тут уж не поспоришь, - согласилась Залоя, - если хочешь, мы еще как-нибудь встретимся, но я бы на твоем месте сконцентрировалась на главном.
   - Ты едешь в эту поездку?
   - Да, я всегда сопровождаю нашего декана. Я ведь его правая рука. И, тебе от него послание.
   - Какое?
   - Он все понимает, но ты хоть иногда должен посещать лекции. Иначе могут возникнуть лишние вопросы, а они пока не к чему. Ты же сам так хотел. А студентов здесь за непосещение сразу же отчисляют. Тебе это хоть и не грозит...
   - Я понял, - прервал ее Касс, - спасибо. Сегодня же зайду в институт. Ради приличия нужно хотя бы осмотреть это здание полностью, а то я там пока что особо ничего не видел.
   - Кто знает, может ты хоть там найдешь свое вдохновение.
   - Если уж ты не смогла меня вдохновить, то кто сможет? - печально вздохнул Касс, наблюдая, как Залоя завершает свой гардероб.
   Она снова начала превращаться в ту хладнокровную помощницу декана, которая держала в своих стальных руках весь художественный факультет. Однако на ее лице все еще царила добрая, теплая улыбка, которую никто в институте не видел.
   - Если понадобиться поговорить с кем-то, кто в курсе твоих проблем, можешь обращаться, - сказала она, - потому что, зная тебя, сомневаюсь, что ты кому-то рассказал о них.
   - Твой ум и умение видеть людей насквозь всегда меня поражали, - усмехнулся Касс.
   - Ты раскусил меня раньше, и для этого тебе даже не пришлось тащить меня в постель.
   - М... так вот в чем все было дело, - усмехнулся Касс.
   - Да, а ты думал... Ладно, мне пора идти. Еще нужно переодеться. Не знаю как, но слухи еще не пошли по институту, и, видимо, за это я обязана тебе. Так что лучше мне перестраховаться.
   - Конечно, - согласился Касс, - удачного дня.
   - И тебе, - сказала Залоя, - я уверена, у тебя все получится.
   С этими словами она вышла из комнаты Касса, оставив его наедине со своими мыслями. Он продолжал лежать на кровать, погрузившись в себя. Лицо у него было мрачным. Его взгляд то и дело падал на его новые работы, но гордости или радости от их вида ему не прибавлялось.
   Наконец он взглянул на часы и понял, что лекции должны были совсем скоро начаться. Он встал и сам начал собираться.
   Когда он был уже готов, и небольшая сумка, в которую он сложил лишь тетрадь и ручку, были готовы, Касс вышел из своей комнаты и обнаружил, что в квартире царило настоящее оживление. Юнеа и Эвила уже стояли в коридоре и обувались, чтобы отправиться на свои утренние пары. Легор все еще сидел на кухне, погрузившись в астрал, но на нем уже была свежая одежда, а рядом лежала большая сумка, набитая тетрадями и учебникам. Одеус и Денон уже ушли. Анреа в одних штанах держал в руках сумку Онеи, которая судорожно складывала в нее все, что ей было необходимо, при этом приговаривая:
   - Все из-за тебя. Если бы не ты, я бы не проспала и сейчас бы не опаздывала.
   - Ну, в чем же я не виноват.
   - А кто не давал мне спать до трех утра?
   - Я тебе не давал спать?
   Онея бросила на него пристальный убойный взгляд, после чего он замолчал, лишь произнеся:
   - Да, это я не давал тебе спать. Я виноват, прости.
   Никто сразу не заметил появление Касса. Прошло несколько минут, прежде чем Юнеа удивленно посмотрела на него и спросила:
   - А ты что так рано поднялся?
   - Я? Да вот, решил тоже на лекции сходить.
   - Да ладно? - с усмешкой произнесла Онея, - а я думала, что ты опять с этими балбесами просидишь дома весь день. Тоже уже не можешь терпеть их общества.
   Анреа немного поморщился, услышав такое в свой адрес, но ничего не сказал по этому поводу. Он знал, что Онея очень не любила опаздывать, если шла на лекции, к тому же у нее с утра должна была быть основа архитектуры, что еще больше подстегивало ее успеть на начало пары.
   - Представь себе, - сказал Касс, - к тому же я вообще не люблю сидеть дома. Это скучно. Может, хоть в институте будет веселее.
   - Этого обещать тебе не могу, - пожала плечами Онея, - но кто знает.
   - У нас есть общие пары сегодня?
   - Прости, но нет, - покачала головой Онея, - тебе придется сегодня побыть одному. Но у тебя общая пара с Юнеей по-моему.
   - Ты со вторым курсом сегодня? - спросила Юнеа.
   - Да, - ответил Касс.
   - Тогда увидимся на второй паре, - улыбнулась Юнеа, - это история отечества. Тебе скорее всего понравится наш преподаватель.
   - То есть?
   - Никаких сполеров! - остановила Юнеу Онея, - пусть сам увидит.
   - Хорошо, - пожала плечами Юнеа, - будет небольшим сюрпризом, - и с этими словами она и Эвила вышли из квартиры.
   - Подождешь меня, вместе дойдем до института? - спросила Онея, - ты знаешь, какая у тебя первая пара?
   - Нет еще, - небрежно ответил Касс, - какая разница?
   - Некоторые пары у нас проходят очень интересно.
   - Что ж... посмотрим.
   Онея была наконец-то готова, и она быстрым шагом направилась в сторону прихожей, где уже стоял Касс. Перед тем, как выйти из квартиры, она повернулась к Анреа и сказала ему:
   - А ты, будь добр, проследи за тем, чтобы этот романтик наш все-таки выбрался из своей астральной реальности и наконец-то дошел до института и не свернул случайно в ближайший бар. И сам дойди хотя бы до одной лекции. А то вас обоих скоро выкинут пинком под зад.
   - Есть, мэм, - и Анреа вытянулся в положение "смирно", отдав честь.
   - И без сарказма, пожалуйста, - буркнула Онеа, - а то ночевать будешь один в прихожей.
   После этого Онея пулей вылетела из квартиры так, что Касс с трудом за ней успел. Он хоть и привык к быстрой ходьбе, но такой прыти не ожидал от Онеи.
   - Куда ты так спешишь? - спросил он, догнав ее, только когда они уже выходили из общежития.
   - У нас по основам архитектуре очень строгая женщина, хотя преподает просто замечательно. К ней не стоит опаздывать, а именно это сейчас и происходит.
   - Понятно.
   - Расписание найдешь на втором этаже. Советую тебе тоже поспешить. Опоздавших никто не любит. Некоторые преподаватели предпочитают, чтобы опоздавшие студенты вообще не входили к ним на пары.
   - Да не волнуйся за меня, - усмехнулся Касс, - я думаю, уж со мной-то точно все будет хорошо. В конце концов, никто меня выгонять не собирается.
   - Ты так в этом уверен?
   - Уж поверь мне, - улыбнулся Касс.
   И тут Онея вспомнила разговор, который у нее состоялся вчера с Гедионой. Тогда она не особо придала значения ее последним словам, но теперь они начали становить более правдивыми. Касса уже давным-давно должны были исключить за все его выходки. Еще ни одному студенту не прощалось столько, сколько ему. И теперь Касс был так уверен в том, что он был чуть ли не неприкасаемым, что это не могло не показаться странным. Онея серьезно посмотрела на Касс и спросила:
   - Ты мне чего-то не рассказываешь?
   - В смысле? - не понял Касс.
   - В смысле, к тебе в нашем институте явно какое-то особое отношение. Хотя у тебя нет никаких особых связей.
   - Э... мне просто везет, - ответил Касс, - я в рубашке родился.
   - Да? И только? Тебя пригласили в институт, обращаются как с почетным гостем. Ты хоть и стал известен своей живописью у нас в деревне, но это не дает таких привилегий.
   - Я же говорю, мне просто везет, - Касс продолжал стоять на своем.
   - Знаешь, если ты не можешь довериться мне, то кому?
   - Просто еще не пришло нужное время, - произнес серьезно Касс, решив, что юлить тут бесполезно, и Онея уже полностью убедилась в том, что он что-то скрывает, - когда я буду готов, я все расскажу.
   - Ладно... просто лишь бы это нам всем не вышло боком.
   - Не выйдет, - заверил ее Касс.
   В этот момент они дошли до того места, где перед институтом начиналось столпотворение. Как и каждое утро, студенты толпились возле входа, пытаясь в последний момент успеть на лекции. Они, как и Онея, знали, что опоздавших тут не любят, и теперь пытались протиснуться среди других в здание института.
   Касс дал знак Онее, что она может прорываться дальше, не оглядываясь на него, и что он не будет участвовать во всей этой толкучке. Она быстро скрылась с его глаз, и он спокойно отошел в сторону, где было не так много народу.
   Было очевидно, что вся эта толпа не так уж и быстро разойдется, поэтому он спокойно достал сигарету из уролиса и закурил ее. Люди вокруг него бежали, сбиваясь с ног, чтобы успеть на лекции, а он спокойно стоял в стороне и наблюдал за всем этим небольшим безумием.
   Касс никогда не любил толпу. Он всегда считал, что маг более всего одинок именно в толпе. Она неуправляема, захватывает тебя и ты становишься ее частью, теряя себя, свою личность, свою индивидуальность. Люди превращались в животных и делали самые невообразимые вещи.
   Вот и теперь Касс наблюдал, как некоторые умники пытались применять различные заклинания, чтобы побыстрее пробраться в здание. Кто-то пытался применить заклинание левитации, но вместо того, чтобы взлететь сами, они поднимали в воздух двух-трех своих однокурсников, которым не повезло оказаться рядом. Они медленно начинали подниматься в воздух дрыгая руками и ногами, словно барахтаясь в воде. Но все это было бесполезно, и они оказывались еще выше, чем планировали. Они еще не понимали, что смогут оказаться на земле лишь через пару часов, когда служба спасения сможет добраться до них и спустить на землю, или когда действие заклинания закончится и они просто плюхнутся на нее, скорее всего сломав несколько костей.
   Другие пробовали уменьшить себя, чтобы проскочить между ног остальных. Этот вариант казался Касс более приятным хотя бы потому, что можно было пробежать под парой коротких юбок, прежде чем тебя случайно раздавит какой-нибудь студент, сделавший неожиданно шаг назад.
   Некоторые очень умные применяли заклинание невидимости, хотя Касс был вообще без понятия, зачем. Он увидел, как один применивший это заклинание, попытался нагло распихать остальных, но в итоге его самого сбили с ног исключительно из-за того, что его не было видно.
   Так продолжалось еще минут двадцать. За это время касс успел выкурить три сигареты. Настроение у него от всего этого шоу немного поднялось. Он считал, что хотя бы ради такого стоило с утра пойти в институт. В голове у него зародилось несколько идей для новых работ. Если толпа к этому моменту не расформировалась, то он, скорее всего, тут же пошел их реализовывать, даже не смотря на просьбу ректора.
   Однако все случилось иначе. Постепенно все вошли в институт, освободив дорогу Кассу, и он спокойно, не толкаясь ни с кем, вошел в здание. В коридорах так же практически никого не осталось. Перовая пара должна была начаться через две минуты, и все уже сидели по аудиториям. Лишь Касс и еще несколько студентов, которым не особо повезло в толпе, шли к своим кабинетам.
   Касс же поднялся на второй этаж, где висело расписание его занятий. К его счастью, лекция у него должна была проходить в этом же корпусе совсем не далеко от расписания, поэтому он неспешно направился к лекционному залу.
   Касс вошел в него вместе со звонком. Все присутствующие с изумлением повернули к нему свои головы. Но больше всего был удивлен преподаватель, невысокий человек лет шестидесяти, с небольшой лысиной на затылке и плохо побритым округлым подбородком. Его умные и проницательные глаза устремились прямо на Касса.
   - Молодой человек, вы аудиторией не ошиблись? - строго спросил он.
   - Здесь сейчас будет история отечества? - ответил вопросом на вопрос Касс.
   - Да.
   - Тогда я именно там, где и должен быть, - довольно произнес Касс.
   - Что-то я вас не помню. Вы раньше не посещали мои лекции.
   - Я новенький.
   - Это очень многое объясняет, - многозначительно произнес преподаватель, не сводя своих зорких голубых глаз с Касса, - что ж, тогда проходите. Придя вы на минуту позже, вас бы уже не пустили. А теперь начнем нашу лекцию.
  

Глава четырнадцатая. Больше динамики.

   Онея с трудом смогла пробиться через толпу, которая стояла перед институтом. В отличие от Касса, она уже привыкла к такому началу дня, поэтому для нее это было совершенно обычный ритуал перед началом занятий.
   Оказавшись, наконец, внутри здания, пройдя через несколько голов и отдавив пару ног, она направилась на третий этаж, где у нее должны были проходить пары. Она немного волновалась перед началом занятий, так как именно сейчас должны были предварительно просмотреть все проекты, которые участвовали в конкурсе. Онея хоть и сделала очень многое днем ранее в библиотеке, все же не доделала пару вещей, которые оставила на вечер. Столь скорое примирение с Анреа не входило в ее планы. И теперь она снова была готова его прибить за то, что потратила на него драгоценное время.
   Когда Онея вошла в аудиторию, там уже почти все собрались. В первых рядах, как обычно, прямо перед преподавателем, сидела Гедиона и ее подруги, исполняющие одновременно роль группы поддержки. Перед ней уже были развернуты ее чертежи, которые явно были сделаны не в ее стиле. У Онеи не было никаких сомнений, что Гидеона снова нашла какого-то умного человека, который все сделал за нее.
   Остальные так же доставали свои чертежи и готовили их к показу. Так же они доставали толстые рефераты, на которых шло описание их проектов и теоретическая часть, которой они руководствовались. В этом плане у Онеи все было в порядке. На двухстах страницах у нее было расписано все от и до, и она была готова в любой момент ответить на любой вопрос, связанный с ее проектом.
   Риза, как обычно, была среди последних рядов, распаковывая свою работу. У нее было четыре чертежа на больших листах, на которые она очень грустно смотрела. Рядом с ней стояла еще одна девушка с длинными практически белыми волосами и миловидной внешностью. Она с интересом поглядывала на чужие работы, забросив свои два листа, которые были практически пустыми.
   Онея была очень удивлена ее увидеть, и когда подошла к своим подругам, первое, что было ею сказано, обращалось именно к этой девушке.
   - Инера, неужели тебя муж отпустил в институт наконец?
   - Представь себе, - улыбнулась Инера в ответ, - а что? Неужели я пропустила что-то интересное? Хотя мне тут сказали уже, что у нас что-то вроде конкурса сделали, хотя это должна была быть лишь курсовая.
   - Тебе только это рассказали? - усмехнулась Онея.
   - Ну да, - непонимающе, ответила Инера.
   - Я решила, что про все остальное ты сама ей расскажешь, - вмешалась в разговор Риза, - все-таки это твой дядя.
   - Дядя? - удивленно спросила Инера, - какой дядя?
   - Пока не важно. После расскажу. Пока хочу наконец-то достать свои чертежи, а то сейчас придет Эсториз и начет жаловаться, что мы опять не приготовились заранее.
   Онея подошла к ближайшему свободному столу и раскрыла свою сумку. Не смотря на то, что сумка казалось совсем маленькой, из нее начали появляться свернутые огромные листы бумаги. Они появлялись один за другим, и Риза с Инерой с удивлением наблюдали за этим процессом. Наконец, когда на столе перед Онеей оказалось шесть листов бумаги, на каждом из которых был подробный чертеж ее проекта, она села на стул перед ними и мрачно стала на них смотреть.
   - Подруга, ты когда успела столько всего сделать? - в восхищении произнесла Инера.
   - Ты просто не видела, как она вчера сидела в библиотеке, - усмехнулась Риза.
   - Что, ее опять пытались вытащить оттуда охранники?
   - Вроде того.
   - Так, без сарказма попрошу, - наконец перевела дух Онея, - все было в порядке. Подумаешь, я задержалась на час дольше, чем работает эта дурацкая библиотека. Им давно пора пересмотреть свои часы работы.
   - Ты сидела в библиотеке, значит, опять поссорилась с Анреа? - спросила Инера.
   - Он начал бухать в девять утра, что мне оставалось делать? - возмущенно произнесла Онея.
   - Мне пора организовать группу в "Студентах" в поддержку Анреа. Его уже засыпали самыми нелепыми обвинениями.
   - Нелепыми? Он просто гад!
   - И в чем он сегодня провинился? - догадавшись о новых конфликтах спросила Риза.
   - Вчера полез мириться, и я не успела кое-что доделать. Сейчас придет Эсториз, и мне придется все ей объяснять на пальцах, а не по чертежу.
   - Создавай группу, - кивнула в сторону Инеры Риза, - я в нее вступлю.
   - Так, это что за бунт на корабле? - обиженно спросила Онея.
   - Никакого бунта, милая, - тут же ответила Риза, - мы все тут тебя любим, но у тебя иногда завышенные требования к людям.
   - Я не требую ничего невозможного.
   - Так, а что еще было интересного в мое отсутствие, - спросила Инера, - а то ваши разборки с Анреа уже давно не в новинку.
   Онея бросила в Инеру убийственный взгляд, после чего ответила:
   - А у нас новый жилец. Ко мне приехал дядя.
   - Дядя? И каково ему среди молодых? Наверное, ввел строгие порядки, теперь не погулять, - сочувствующе произнесла Инера, - я ведь знаю, какой у вас там отдыха почти каждый вечер.
   Риза и Онея немного удивленно посмотрели на Инеру, после чего обе расхохотались в полный голос. Риза чуть не упала со стула, на котором сидела. Все присутствующие в аудитории начали на них немного испуганно оглядываться.
   Инера несколько минут наблюдала с изумлением за реакцией на ее слова, пытаясь дождаться, когда ее подруги успокоятся, но это никак не происходило. Онея и Риза продолжали истерически смеяться, и уже сами себя не контролировали. Инера не выдержала и спросила:
   - Да в чем дело то? Я что-то не так сказала?
   Онея с трудом взяла над собой контроль. Смех ее начал постепенно прекращаться, в то время как Риза все еще продолжала смеяться. Наконец Онее удалось подавить свой смех, и она, немного запинаясь, сказала:
   - Он наш ровесник, и уж поверь, он не накладывает никаких запретов.
   - Ровесник? И зачем он здесь?
   - Он теперь учится на художественном, - ответила Онея, - его сюда специально пригласили. Судя по всему, пригласил сам ректор.
   - Здорово... и все же, почему такая реакция.
   - Сама увидишь, если повезет, - сказала Риза, которая так же немного успокоилась и утирала слезы с глаз, которые выступили из-за сильного смеха.
   Все это вызвало недоумение у Инеры, но она не успела больше не о чем спросить. В этот момент прозвенел звонок, и в аудитории практически сразу же вошла Эсториз. Это была невысокая, полная, но очень активная женщина, с голубыми, быстро бегающими пронзительными глазами. На голове у нее был комок красных волос. Вид у преподавателя был немного задумчивый и серьезный. Изначально она вообще не посмотрела на аудиторию, а вместо этого сразу же прошла к своему столу и начала рыться в своих бумагах, которые были там разбросаны.
   Студенты же в свою очередь тут же притихли и начали терпеливо дать, когда великий ум наконец то обратит на них внимание. Но это все не происходило. Эсториз была чем-то занята, словно ей нужно было срочно что-то сделать.
   Постепенно студенты немного расслабились, убедившись в том, что на них вообще не смотрят. Это означало, что они могут делать все, что им вздумается, лишь бы только это не отвлекало преподавателя от его дела. И практических всех присутствующих это устраивало. Большинство из них тут же начало рассматривать свои чертежи и немного подправлять их, остальные еще раз перечитывали материалы к проекту.
   Лишь только Гедиона недовольно уставилась на преподавателя, дожидаясь, когда же Эсториз обратит на нее внимание. Ей явно не нравилось, что ее так игнорируют. Она не привыкла к этому. Эсториз была одним из тех немногих преподавателей, которым было все равно, чьи ее родители и кто она сама такая. Ее интересовало лишь то, как работают ее студенты и к чему они стремятся. Поэтому она не особо ценила Гедиону.
   В то же время нельзя было сказать, что она тепло относилась к студентам, которые упорно, честно и трудолюбиво относились к ее предмету. Она просто меньше их доставала своим недовольством и более мягко критиковала их работы.
   Так продолжалось примерно пять минут. Онея, как и многие, достала карандаш и начала вносить поправки в один из чертежей, Инера и Риза наблюдали за этим, так как их проекты были на том этапе, когда небольшие изменения не могли существенно повлиять на результат.
   Неожиданно они услышали недовольный голос Гедионы.
   - Извините, вы будете просматривать сегодня наши работы?
   Она явно обращалась к Эсториз. Все шуршание и тихий шепот тут же прекратились. Наступила тишина, а взоры вех присутствующих устремились к первой парте и столу преподавателя.
   Эсториз недоуменно подняла глаза на Гедиону. Ее взгляд был просто сокрушительным. Казалось, что не будь тут свидетелей, Гедиона уже была бы бездыханным телом, которое пытались бы скрыть в ближайшем лесу.
   - Вы не видите, что я занята? - наконец, подавляя в себе гнев, спросила Эсториз.
   - Да, но мы принесли свои проекты, времени мало, а вам нужно всех просмотреть и выслушать.
   - Раз вы сидите на первой парте, то вам нечего опасаться, разве нет? - заметила Эсториз.
   - Да, и все же я ведь не одна.
   - Можно подумать, что вы так заботитесь о ближних... - буркнула недовольно Эсториз.
   Она прекрасно понимала, что Гедионе хотелось, чтобы ее работу посмотрели как можно скорее. Эсториз давно уже поняла, что она за человек, поэтому не особо обращала обычно на нее внимание. Но теперь Гедиона требовала его как никогда раньше. Ей очень хотелось победить в этом конкурсе, во многом из-за того, чтобы доказать всем, что ее работы действительно являются чем-то интересным, и что она сама из себя что-то представляет.
   Тут на лице Эсториз проскользнула легкая улыбка, а глаза загорелись дьявольским огнем.
   - Что ж, - произнесла она, - раз вы так боитесь за своих однокурсников, то вашу работу я буду смотреть в последнюю очередь. Тогда я точно успею просмотреть всех остальных.
   Услышав это, Гедиона побледнела. Губы ее поджались, а брови нахмурились так, что со стороны казалось, будто они вообще срослись. Но она ни слова не сказала преподавателю, так как понимала, что это может кончиться еще более худшим наказанием.
   - А пока вы меня извините, у меня есть дела. Деканат попросил меня дать им некоторую информацию для предстоящей поездки, и мне нужно с этим разобраться. Вы пока готовьтесь защищать свои проекты. Это хоть и предварительный просмотр, из-за сжатых сроков вам нужно уже быть хорошо подготовленными.
   С этими словами она снова вернулась к изучению своих бумаг. По аудитории пронеслось несколько смешков, и Онея так же не смогла скрыть довольной улыбки. Если бы Гедиона это видела, то, без сомнения, окончательно бы пришла бы в ярость.
   Через несколько минут Эсториз оторвалась от своих бумаг, посмотрела на своих студентов и сказала:
   - Я выйду на пару минут. И, Гедиона, после этого я тут же начну просматривать ваши работы, не сомневайся в этом. Даю тебе честное слово, - эти слова были сказаны с такой интонацией, что Гедионе захотелось провалиться на месте.
   Как только Эсториз вышла, Гедиона не выдержала и на всю аудиторию крикнула:
   - Старая сволочь! Как же я ее ненавижу!
   - Да ладно тебе, - улыбнулась Онея, которая не могла не воспользоваться таким случаем посмеяться над Гедионой, - она прикольная тетка. Уверена, она быстро всех просмотрит и дело рано или поздно дойдет и до тебя.
   Гедиона злобно посмотрела на Онею.
   - Я пришла сюда раньше всех. Почему я должна теперь быть последней?
   - Потому что у тебя слишком длинный язык и слишком маленький ум? - невинным голосом предположила Онея, - не нужно было будить в ней зверя.
   - Зверя? Я ей покажу зверя! Пусть только посмеет сказать, что с моим проектом что-то не так.
   - Не волнуйся, наверняка скажет. Пройдется по нему по полной программе, - не унималась Онея.
   - Не выйдет! Это самая моя лучшая работа. Она не сможет к ней придраться. Даже можешь не надеться, что твоя работа окажется лучше!
   - Да какая разница, - пожала плечами Онея, - к тому же мы этого точно не узнаем. Когда до тебя дойдет очередь, мы все уже пойдем на обед.
   Онея знала куда бить. Гедиона рассчитывала, что ее проект будут расхваливать при всех, и что все услышат, какая она замечательная и талантливая. Но теперь этого не должно было произойти. Гедиона вся покраснела от гнева. Глаза ее бегали по всей аудитории, но она не в силах была посмотреть на Онею.
   - Геди, ты бы успокоилась, - решила добить ее Онея, - а то ты сейчас похожа на красного гоблина, которого кто-то покрасил в блондинку для демонстрации публике.
   Эти слова были последней каплей. Гдеиона вскочила на ноги и хотела подойти к Онее, как неожиданно дверь в аудиторию открылась, и в нее вновь вошла Эсториз. Она пристально посмотрела на красную Гедиону, после чего сказала:
   - Гедиона, ты что это, уже собралась уходить? Тебе не здоровится? Твоя краснота на лице меня немного пугает, как бы ты не подхватила бородавчатую болезнь и не заразила нас всех... Лучше отсядь подальше, в самый конец аудитории и не мешай, пока я буду просматривать остальных.
   Гедионе нечего было на это сказать. Она молча, слегка спотыкаясь и поджав губы, подошла к своему месту, сделала жест рукой, после чего все ее вещи взмыли в воздух, и пошла на самую последнюю парту. Вещи летели прямо за ней и плавно приземлились туда, куда сослали Гедиону. После этого из конца аудитории иногда можно было услышать тихое бормотание Гедионы, которая никак не могла успокоиться.
   Эсториз же начала просмотр проектов. Она подходила к каждому студенту и минут двадцать рассматривала их работы, пока они рассказывали вкратце, что они пытались изобразить на чертежах, и для чего все это было задумано. После этого они вручали ей свои рефераты, и Эсториз изучала их. Обычно после этого от нее можно было услышать:
   - У вас мало материалов про люстры, которые вы использовали. Нужно немного больше теории. Зато вот про полы вы написали даже слишком много. Так... у кого-то тут было мало про полы. Поделитесь с человеком, отдайте свое лишнее. Потом подойдете, я помогу вам распределить материал.
   Казалось, что этот просмотр будет длиться вечно. Онее было жутко скучно, так как поговорить с Ризой или Инерой было невозможно. Это грозило тем, что Онея могла оказаться рядом с Гедионой. Когда Онее становилась совсем скучно, она оборачивалась назад, и смотрела на Гедиону, которая все еще не могла успокоиться. Краснота с ее лица не проходила, а широко раздувающиеся ноздри, как у быка делали ее действительно похоже на гоблина, приехавшего с юга, чтобы работать уборщиком на улицах столицы.
   Наконец очередь дошла и до Онеи. Риза и Инера уже услышали о том, что у них сделано слишком и мало, и что им пора бы начать более активно работать над проектом, хотя то, что они ей показали, смотрится очень даже хорошо.
   - Что тут у нас, - Эсториз начала внимательно рассматривать чертежи Онеи, - что ж, довольно хорошо, а самое главное уже очень много сделано. И все же стоит уточнить расположение мебели и сантехники, обозначит все-таки нормально окна, и если вы делаете движущиеся части в здании, то лучше показать их движение через вторичный чертеж.
   - Хорошо, - сказала Онея, - а вот мой реферат.
   Онея достала свой талмуд на двухстах страницах и протянула его Эсториз. Та изумленно посмотрела на него, после чего углубилась в изучение. Минут десять она просматривала так называемый реферат Онеи, хотя это больше походило на целый учебник, после чего снова посмотрела на свою студентку.
   - Знаете, вы можете со всеми тут поделиться. Если правильно разделить, то получится три полноценных реферата.
   - Я подумаю. Спасибо.
   И тут Лицо Эсториз стало мрачнее тучи. Она медленно подошла к Гедионе, которая к тому моменту уже начала понемногу отходить. Цвет ее лица стал теперь скорее розовым, нежели красным. Эсториз грустно посмотрела на Гедиону, затем на ее чертежи.
   - Пока что скажу вам, что нужно больше динамики в сооружении, оно слишком статично. А вообще тут надолго. У вас ошибка на ошибке и так просто этого я не переживу. Я на обед и покурить, а вы пока посидите и подождите меня. Остальные все свободны, всем удачи. Вы молодцы, хорошо поработали.
  

Глава пятнадцатая. Гранит науки.

   Касс расположился за одной из парт, которые находились вдалеке от преподавателя. Как он узнал из расписания, этого старичка звали Валерус Гарето. Касс слышал об этом человеке. Гарето считался одним из самых лучших историков в мире. В его арсенале было множество международных наград за его работы в области изучения различных исторических событий, а так же культур и исчезнувших цивилизаций мира. Он работал в Ирейском институте в промежутках между своими поездками, в которых изучал важные исторические места, а так же участвовал в археологических раскопках.
   Но в институте этот человек был славен другим. Студенты уважали его за честную принципиальность и умение с юмором преподнести свои науки. Даже самый ленивый и глупый человек, если хотя бы немного его слушал, уже запоминал все то, что рассказывал Гарето, так легко и доступно он мог преподнести даже самый сложный материал.
   Однако все студенты так же знали, что нарушать покой на лекциях Гарето нельзя. Он карал строго и быстро. Обычно он моментально удалял из аудитории, не делая лишних предупреждений. И это было страшнее всего. У Гарето была феноменальная память, и достаточно было один лишь раз засветиться, чтобы он потом об этом вспомнил на сессии, даже если это была всего лишь случайность, и произошла она в самом начале семестра. Он знал всех своих студентов по именам, и никто не мог остаться незамеченным.
   - И так, - сказал Гартео, удобно разместившись в кресле преподавателя и задумчиво посмотрев в окно, выдерживая паузу, - сегодня мы коснемся жизни известного правителя Иреи, Перлома Осенкса. Кто мне может сказать, что это был за человек?
   В аудитории повисла тишина. Касс внимательно осмотрелся вокруг себя, но желающих ответить на вопрос профессора не было. Гарето ждал несколько мгновений, так же осматривая аудиторию, после чего его взгляд остановился на Кассе.
   - Может, вы попробуете, молодой человек, который любит врываться на занятия в последний момент?
   Все взоры обратились в сторону Касса. Более всех его буравил глазами Алексор, который только и ждал, когда же Касс хоть как-нибудь оступится. Он понимал, что Касс уже попал на мушку Гарето, и ему придется крайне тяжело, если Касс не сможет отвечать на его вопросы. А по виду Касса можно было с уверенностью сказать, что он слышит это имя впервые.
   - Перлом Осенкс... - задумчиво повторил задумчиво Касс, - что ж... родился в 3978 году после падения темной империи, тысячу лет назад. Это был как раз конец эпохи последних великих темных магов. Правил Иреи пятьдесят три года. Прожил семьдесят шесть лет. Умер от старости, что не было свойственно людям, жившим в то время, тем более правившим. Был одним из немногих правителей, кто отказался подчиниться последним темным магам, называвшим себя кругом избранных. Был единственным, кто верил в возвращения магов искусств, и оказался прав. На его счету три разгромных победы над темными войсками. Славился как великий полководец и мудрый и справедливый правитель. Он разбил войска круга избранных в Гернине, под Томплерой и на Крушском поле. Имел трех жен, восьмерых детей. Воспитал их так, что после его смерти не было никакой борьбы за трон, они продолжили его дело и страна смогла развиваться дальше... это все если кратко, - закончил Касс, - а нет, еще у него был один муж, тридцать две любовницы и девять любовников... вот теперь все.
   В зале повисла тишина. Гарето довольно посмотрел на своего нового студента и спросил:
   - Ваше имя?
   - Касс.
   - Что ж, Касс, ты был прав практически во всем. Но только вот победа на Крушском поле все же стоит относить не Осенксу, но об этом позже. Эти вещи мы будем изучать отдельно. Сегодня же мы рассмотрим, как Осенкс пришел к власти и что он сделал кроме своих выдающихся побед над злом.
   Начнем с того, что у Осенкса было пять братьев. И когда их отец умер, старшему из них было всего девять лет. Соответственно никто из них не мог стать правителем, и на трон взошла в качестве регентши царица Гола, жена покойно царя и мать Осенкса. Она была незначительной фигурой, так как за ней стояли люди из сопредельных государств, желавших покорить Ирею и отдать ее кругу избранных. Они хотели погубить ее сыновей, и ей удалось спасти лишь Перлома. Тут помог случай. Когда убийцы пришли за царевичами, Перлом был на играх с барскими детьми. Они покинули палаты царевичей за минуту до того, как вошли наемники. Братьев Перлома убили. Но убийцы сами пали. Комнаты были под особой охраной. Когда все царевичи покидали их, они сами по себе запечатывались. Все двери становились замурованными кирпичной кладкой, как и окна. В их покоях было много ценного, а в те дни доверять прислуге было недопустимой роскошью. Однажды один слуга сильно задолжал, и недолго думая, применил заклинание, которое перенесло половину имущества предыдущего царя прямо в руки кредитора. В общем, убийцы остались в покоях с убитыми царевичами и их так оттуда и не достали. Перлом так туда и не вернулся. Он узнал, что братья его убиты, и бежал в дальние земли, где у его семьи были надежные друзья. Мать нашла его и отправила туда с одним охранником, вырядив сына в одежды простолюдина.
   Далее Гарето погрузился детали детства и юности царевича, рассказывая о том, как он скрывался от своих врагов и готовился к тому, чтобы занять место своего отца на троне. Было видно, что самому Гарето не особо нравится этот материал. Если обычно ему удавалось найти что-то интересное и забавное в исторических событиях, он сразу это предоставлял студентам. Но Касс отлично знал, что в этой части истории не было ничего такого. Гарето оставалось только преподносить голые факты.
   Кассу стало немного скучно уже через десять минут. Он с грустью посмотрел в окно, задумавшись о чем-то своем. Мысли его уносились все дальше, хотя часть его сознания все еще воспринимала информацию, которую он получал от своего преподавателя.
   В это время остальные внимательно слушали Гарето. Тот дошел момента, когда Перлом наконец-то вернулся обратно в свою страну и поднял сопротивление против сил, оккупировавших власть в ней.
   - Это были простые люди - сказал Гарето, - армии у Перлома не было. Всех воинов, которые служили его отцу, убили во время изгнания царевича. И хоть добровольцев пойти с ним ради освобождения Родины было много, у них не было ни единого шанса на победу. Ну, как по вашему, простой крестьянин, который из заклинаний знает только заклинание полива и перекопки земли, может противостоять темной армии самых могущественных магов в мире? Тогда появляется князь Олрен. Как я говорил уже, все воины и полководцы были убиты. И лишь этому старцу удалось выжить. Как вы думаете, почему?
   - Наверное, он был настолько умен, что предвидел подобный ход событий и спрятался заранее, - предположил Алексор.
   - Нет, ну что вы, - рассмеялся Гарето, - все было гораздо проще.
   - Он стал отшельником, - пробудился от своих мыслей Касс, - Князь Олрен терзался чувством вины за убийства, которые ему пришлось совершить, пока он был на службе, и получив княжеский титул, он удалился от дел. Он забрался в самую глубокую чащу для познания мира и своей души, их взаимодействия, и когда свершился переворот, его многие считали умершим.
   - Верно, - подтвердил Гарето, - но только не наш юный Перлом. Его отец часто рассказывал ему, как будущему воину и правителю государства, о том, каким воином был Олрен, как он вел бой и насколько иной раз гениальными были его планы по уничтожению врага. И Перлом прекрасно знал, что такие люди так просто не исчезают. Он отправился на поиски князя. Представьте его удивление, когда он нашел его, в маленькой хижине, заросшего (его волосы, а так же брода к тому моменту уже доставали до земли) одетого в лохмотья, босяком, и совсем не знающего о том, что происходит в мире. Перлом сразу решил, что старик окончательно рехнулся. Однако у него не было выбора. Ему нужен был полководец, который смог бы превратить его крестьян в настоящую армию. Он рассказал обо всем Орлену, и тот, медитируя пять дней, наконец, дал свое согласие помочь освободить родные земли. Так и началось восстание против захватчиков. В итоге страна была освобождена и из княжества стала империей. И, по мимо прочего, в княжеской семье появилась традиция, по которой дети правителей на время своего взросления отдаляются от двора и поселяются среди простых людей. Достигнув двадцати пяти лет, они возвращаются обратно. Сейчас у нашего императора три дочери. Старшая, Анелия Леона Роэлия Эстор ван жеш Теровков, станет императрицей.
   В этот момент прозвенел звонок. Гарето, как всегда с важным видом сверился со своими часами, не дали ли звонок раньше времени, после чего сказал:
   - Мы вплотную подошли к теме появления последних магов искусства, которое произошло тысячу лет назад. Надеюсь, вы все едите послезавтра с нами на экскурсию, потому что я вам кое-что расскажу о тех событиях именно там. Так что до скорой встречи.
   Студенты медленно начали собираться, чтобы переместиться в следующую аудиторию. Касс не мог не заметить, как недобро на него поглядывает Алексор, но особого значения этому не придал. Касс, как и остальные, встал, собрал свои вещи, и направился к выходу, когда неожиданно Гарето его окрикнул:
   - Подожди, если не сложно, я хотел тебя кое о чем спросить.
   Касс остался на месте. Гарето, дождавшись, когда в аудитории останутся лишь они двое, уселся на свое больше кресло преподавателя, и начал с любопытством рассматривать своего студента.
   - Так вот ты какой значит... - задумчиво произнес он, - а вы даже похожи.
   - Они все были похожи, - заметил Касс.
   - Это верно. Один из признаков, по которым их всегда находили. И как твои успехи?
   - Пока не очень, - честно признался Касс.
   - Что ж, тогда думаю, эта поездка тебе будет особенно интересна.
   - Почему же? - усмехнулся Касс.
   - Поезжай, и узнаешь. Надеюсь, послезавтра увидеть тебя в автобусе с остальными.
   - Что ж... раз такое дело, то можете не сомневаться в этом, - усмехнулся Касс.
   - Вот и славно. Тогда удачи и успехов, - и с этими словами Гарето покинул аудиторию.
  

Глава шестнадцатая. Любовные страдания продолжаются.

   Остаток дня Касс провел в столовой. Ему больше не хотелось идти на лекции, особенно учитывая то, что они никак не касались его профильного обучения. Он не любил общеобразовательные предметы, так как на них ему было постоянно скучно. Все, что он мог узнать на них, он и так уже знал, и повторять еще раз не собирался.
   А вот наблюдать за окружающими его людьми ему очень нравилось. Он спокойно пил одну чашку кофе за другой, рассматривая других студентов, которые то приходили, то уходили. Они что-то обсуждали, решали какие-то свои проблемы, которых у Касса не было, жили обычной студенческой жизнью.
   Ему нравилось чувство, что он находится как бы за пределами всего этого, и в то же время словно участвует в этой активной и одновременно с этим пустой и суматошной жизни.
   Наконец настало три часа, и то время, которое он должен был провести в институте, вышло. С чистой совестью, как смотрел на это Касс, он встал из-за своего стола и направился обратно домой.
   К его удивлению, когда он вошел в квартиру, то обнаружил, что там царит не меньшее оживление. Все его соседи ходили из комнаты в комнату, таская в руках какие-то вещи, одежду и еду, словно для чего-то собираясь.
   Неожиданно перед Кассом возникла Онея.
   - Ах, вот ты где, - сказала она, строго взглянув на него, - ну наконец-то!
   Не смотря на ее строгий вид, Касс сразу понял, что у нее сегодня отличное настроение. Это было не удивительно, так как остальной день до этого момента у Онеи прошел просто замечательно. Гедионы не было видно целый день. Она так и осталась обсуждать свой проект с преподавателем, хотя Онея была уверена, что та вернулась обратно к ней лишь через два часа, после хорошего обеда и приятной длительной беседы с ее коллегами на тему того, какие сейчас пошли студенты.
   - Что у нас тут происходит? - с любопытством спросил Касс.
   - Готовимся к поездке, - ответила Онея так, будто этот ответ был очевиден с самого начала.
   - Что, уже?
   - Конечно, иначе кто-нибудь обязательно что-нибудь забудет. Это каждый раз портит нам поездку, потому что кто-то начинает ныть о том, что он не взял что-то важное, что ему нужно вернуться или что ему вообще не нужно было ехать, после чего срывается обратно домой. На сей раз такого не будет. Мы все соберемся сейчас, полностью подготовимся и спокойно поедем развлекаться, ну и еще узнаем что-то новое, хотя вряд ли.
   - А, ну, в общем, понятно... - задумчиво ответил Касс, - что ж, удачных вам сборов.
   - Ты думаешь это тебя не касается?
   В этот момент в коридоре, где они разговаривали, появился Анреа. Последнюю часть разговора он слышал, поэтому его взгляд устремился на Касса, и тот прочитал в нем отчаяние и в то же время предупреждение, чтобы Касс даже не вздумал ответить что-то не так.
   - А... - протянул Касс, понимая свое положение и подбирая самый лучший ответ, - дело в том... что собственно... я и не разбирал своих вещей. Доставал лишь краски, так что все остальное у меня готово, и я могу ехать хоть сейчас.
   Онея посмотрела на него ее знаменитым пристальным взглядом, который мало кто мог выдержать. Этот взгляд считался семей чертой, порой он обрушивался на несчастных в самый неожиданный момент, и тогда они были готовы признаться во всем, что совершили, начиная с самого детства, когда у ребенка, сидящего рядом, отняли конфетку. Увидев это Анреа тут же пошел дальше собираться, так как знал, что от Касса сейчас ничего не останется.
   Однако Касс происходил из той же семьи, что и Онея, он был ее родственником и обладал частично той же наследственностью, что и она. И этот взгляд он сам использовал не однократно в своих целях. Поэтому вместо того, чтобы сломиться, как это было с остальными, он точно так же посмотрел ей прямо в глаза, ничего не говоря. Контакт длился всего лишь пару секунд, но этого было достаточно. Если бы кто-то в этот момент оказался между ними, то он был бы полностью раздавлен тяжестью страха и своей вины.
   - Черт, - произнесла Онея, - забыла, что с родственниками такое не работает.
   - Именно, - усмехнулся Касс, - так что удачных сборов.
   - Только не жалуйся потом мне на что-то.
   - Ты же меня знаешь. От меня такое не услышишь.
   - Ну да. Просто один у нас точно будет жаловаться в поездке на то, что он что-то оставил дома, впрочем, как и всегда.
   - Кто же? - удивился Касс.
   - Легор, - коротко фыркнула Онея, - мало того, что именно он всегда что-то забывает, так его сегодня еще здесь нет. И найти мы его не можем.
   - Правда? - усмехнулся Касс, - а это уже интересно.
   - Почему же?
   - Он вроде как собирался на свидание сегодня с той его дамой сердца.
   - Так он еще не успокоился?
   - Вроде нет, - покачала головой Онея, - поездка уже послезавтра, а он даже не начинал собираться.
   - Какой кошмар, - с преувеличенной интонацией произнес Касс, - все, он теперь враг народа номер один.
   - Именно так, - вмешался в разговор Анреа, отвлекшись от своей сумки, в которую пытался зачем-то запихнуть теплое одеяло, - если честно, я уже не могу слушать его рассказы об этой девушке. Он опять помешался.
   - Ну, любовь всех нас делает идиотами, - пожал плечами Касс, - в этом нет ничего удивительного.
   - Да, - подтвердила Онея, - только вот остальные придерживают свой идиотизм при себе, не заставляя других от него страдать. Если его это свидание пройдет не как надо, то худшее нам еще предстоит. А ты, - Онея повернулась к своему любимому и строго посмотрела на него, - почему мое одеяло все еще не в твоей сумке.
   - Я пытаюсь его запихнуть, - растерянно произнес Анреа.
   - Чеша языком ты этого не сделаешь, - нахмурилась еще больше Онея, - если я замерзну, ты знаешь, что будет.
   - Понял... - и Анреа тут же замолчал, продолжив свою работу.
   - Что же может быть хуже того, что уже было? - обеспокоенно спросил Касс, понимая, что его это касается напрямую.
   - Ты еще не слышал его печальных песен, которые он начинает сочинять и петь всем, кто попадется на его глаза. А теперь представь, что нам несколько часов придется с ним ехать в автобусе, из которого не выбраться.
   - Нет... - жалобно протянул Касс, - это же будет страшнее самой извращенной восточной пытки.
   - Именно, - утвердительно качнула головой Онея, - и даже еще хуже. Так что если что-то пойдет не так, то сидеть с ним в автобусе будут именно те, кто его надоумил пойти на это свидание.
   - Вот жешь... - осознал весь ужас ситуации Касс.
   - Угу, - буркнула Онея, - ладно, мне нужно возвращаться к сборам. Раз ты решил, что у тебя и так все будет нормально, можешь подготовиться морально к общению с Легором. Зная его, сегодня нас ждет очередная драматическая ария.
   С этими словами Онея повернулась обратно к Анреа и продолжила руководить сборами, объясняя ему, как нужно складывать и убирать одеяла.
   Касс же прошел в свою комнату. Ему крайне не хотелось находиться среди всей этой суеты, которая царила в квартире. К тому же он не понимал такой щепетильности Онеи. Он всегда любил путешествовать налегке, не обременяя себя лишними вещами.
   Перед ним стоял холст, на котором уже был сделан набросок. Краски уже находились на палитре, и он спокойно мог начинать работать. Но что-то не давало ему покоя. Он постоянно мысленно возвращался к Легору, к тому, что тот испытывал. Влюбленность, радость и печаль, связанные с ней. У Касса этого не было, и в то же время он нуждался сейчас в этом как никогда раньше. Ему нужно было настоящее вдохновение, чтобы творить дальше, чтобы сделать то, ради чего он приехал в столицу.
   Касс сидел, глубоко задумавшись и не отводя глаз от еще белого холста. Так продолжалось некоторое время, пока его покой не был нарушен каким-то странным новым звуком, доносившимся из прихожей. Это было похоже на то, как кто-то включил музыку слишком громко. Причем исполнитель песни явно не был наделен талантом для этого. Касс старался не воспринимать этот новый, слегка раздражающий звук, но тот становился все громче и громче. Наконец он не выдержал и направился к выходу из своей комнаты.
   Когда Касс оказался в коридоре, то увидел. Что остальные обитатели квартиры уже не занимаются сборами, а словно попрятались в своих комнатах. Остались лишь Онея и Анреа. К тому же теперь Касс очень четко слышал тот самый звук, который заставил покинуть его комнату. Это действительна была песня, и голос исполнителя теперь он не мог не узнать.
   - Она была прекрасна и сурова, она сгубила меня навсегда, - напевал Легор, пытаясь взять высокие ноты, все еще стоя в прихожей.
   Как только Касс появился там, Онея бросила на него взгляд в духе: "Ну, я же тебе говорила". Касс тут же отвернулся от нее и обратил свой взор в сторону Легора.
   - Друг, что за концерт по заявкам? - спросил он, пытаясь прекратить песнопение, которое мучило его слух.
   - Она разбила мне сердце, - драматически произнес Легор, садясь на стул, словно обессилив от какой-то очень тяжелой работы, - я опять все испортил, я все сделал не так.
   Легор уставился в одну точку, и понемногу снова начал напевать, но уже другую, более грустную песню.
   - Так, подожди, - тут же остановил его Касс, - может ты что-то опять не так понял, - может быть все на самом деле не так плохо?
   - Я даже не знаю, как все может быть еще хуже, - мрачно произнес Легор, - таких ошибок я еще никогда не совершал.
   - Ну, расскажи, может это не так, - с надеждой произнес Касс.
   - Ну что ж ты делаешь, - невольно вырвалось у Онеи из уст, и ее уничтожающий взгляд устремился на Касса.
   Только тогда он понял, какую ошибку совершил, но было уже поздно.
  

Глава семнадцатая. Свидание Легора.

   Если бы Касс или Онея видели бы Легора за три часа до того, как он появился в их квартире с мрачным видом и еще более ужасным настроением, они бы его не узнали. Он стоял перед входом в общежитие, одетый с иголочки и с букетом цветов в руках. Он хотел сделать это свидание просто замечательным, и чтобы все точно прошло как надо, он решил действовать по старинке. Букет цветов был первым пунктом в его плане. Одеться не особо вызывающе, и в то же время стильно так же было важно для него. Когда он чувствовал, что выглядит идеально, его уверенность в себе значительно вырастала.
   А это было ему необходимо. Последние свидания, на которых он был, проходили не особо хорошо. Последнее же обернулось просто катастрофой. Перед тем, как пойти на него, он нашел в астрале способ читать мысли других людей, и решил этим воспользоваться. Только вот методика этого способа оказалась не такой уж и продуманной. Когда Легор попытался узнать, понравилось ли его подруге предложение пойти в один ресторан, она на две недели потеряла сознание, а его самого чуть не посадили. Но это были не все последствия его ошибки. Часть сознания девушки отложилось в его голове, он еще долго пытался научиться отделять ее мысли от своих. Хуже всего было в первые дни, когда он упорно пытался носить платья с юбками, да и еще запихивая свои ноги сорок седьмого размера в маленькие женские туфли на высоком каблуке, которые он забирал у Онее, что ей, разумеется, категорически не нравилось.
   В связи со всем этим Легор сильно нервничал. Ему удавалось это хорошо скрывать, и на лице у него царила беззаботная улыбка с оттенком легкого авантюризма. Он был уверен, что именно этим покоряет всех своих возлюбленных. Онея же постоянно говорила ему никогда так не делать.
   Наконец в дверях, среди прочих студентов, которые словно тени проносились мимо Легора, показалась та, ради которой он сюда и пришел. Лайнеа была действительно очень красивой девушкой, которая просто не могла не нравиться окружающим. У нее были большие зеленые глаза, в которых всегда искрилось веселье и счастье. Ее волнистые светлые волосы блестели золотистым светом в лучах солнца, которое уже начинало стремиться к закату. Одевалась она просто и не вызывающе, и в то же время одежда подчеркивала ее стройную складную фигуру.
   Увидев ее, Легор невольно замер на месте, любуясь этим прекрасным зрелищем. Она легко и изящно подошла к нему и мило, немного ниавно улыбнулась.
   - Привет, - услышал он ее мягкий голос, - ну что, ты как?
   Она вопросительно посмотрела ему прямо в глаза, и только тогда Легор отошел от нашедшего на него ступора.
   - Привет, - немного запинаясь, произнес он, - все замечательно, а ты?
   - Чудесно!
   Снова повисла пауза. Легор пытался вспомнить, что он хотел сделать дальше. И только тут он осознал, что у него в руках все еще находится букет цветов.
   - О, - вырвалось у него, - это тебе.
   - Спасибо!, - рассмеялась Лайнеа, принимая букет, - ну что, куда пойдем?
   - Тут поблизости есть одно хорошее место, я хотел тебе его показать, - тут же ответил Легор, беря себя в руки, - нам сюда.
   Он взял Лайнеу под руку и повел ее в сторону от общежития по направлению к центру Иреи. Там располагался бульвар, по краям которого было расположено несколько отличных заведений. На самом деле этот бульвар нашла Онея, когда их компании было в очередной раз лень что-нибудь приготовить на ужин. С тех пор они все дружно несколько раз в месяц ходили туда ужинать или обедать, чтобы лишний раз не усложнять себе жизнь.
   Этот бульвар был замечателен еще и тем, что на нем находился один из лучших кинотеатров в столице. А окружен бульвар был парковой зоной, по которой всегда можно было просто прогуляться. Сам же бульвар был украшен прекрасной архитектурой. Его проектировал шесть сотен лет назад один из величайших архитекторов Антреи.
   Легор надеялся, что на Лайнеу, которая совсем недолго находилась в столице, произведет впечатление это место, и он не ошибся. Как только они вышли на бульвар, глаза девушки вспыхнули восторгом от картины, которая ей представилась. К тому моменту уже начинало темнеть, и уличные фонари освещали улицы Иреи, выхватывая из сгущающейся темноты куски колон и цветочных орнаментов зданий. Люди после работы и учебы неспешно прогуливались по пешеходным дорожкам, смеясь и веселясь. Атмосфера спокойствия и уюта этого места резко контрастировала со всей остальной частью города.
   - Здесь просто прекрасно! - восхитилась Лайнеа.
   - Да, - согласился, немного успокоившись, Легор, - это одно из моих самых любимых мест в городе.
   - И я понимаю, почему, - улыбнулась Лайнеа.
   - Давай зайдем сюда, - предложил Легор, - здесь замечательная восточная кухня, я уверен, что она тебе может понравиться.
   - Что ж, я доверюсь твоему мнению,- согласилась Лайнея и лукаво посмотрела на Легора.
   Это развеяло остатки неуверенности в нем. Все шло так, как он и хотел, и теперь он чувствовал себя более свободно. Они вошли в небольшой ресторан с говорящим названием "Деликатесы востока". К этому моменту большинство столиков было уже занято, и все же Легору довольно быстро и легко удалось высмотреть один свободный возле окна, которое выходило на бульвар. Они тут же заняли его и стали ожидать официанта. Через несколько минут к ним подошла девушка, рядом с которой в воздухе парили белый блокнот и пара меню.
   - Добрый вечер, - любезно произнесла она, - что вы сегодня будете заказывать?
   Пока она это произносила, меню сами подлетели к посетителям так, чтобы им удобно было их читать. Лайнеа сразу же погрузилась в его изучение. Легор в свою очередь уже было хорошо ознакомлен с ассортиментом этого заведения, поэтому его взгляд даже вскользь не коснулся меню. Он пристально наблюдал за тем, как Лайнеа выбирает блюда, не в силах оторваться от ее прекрасных глаз.
   - Вы выбрали? - еще раз спросила официантка, - или мне подойти попозже?
   - Нет, - тут же ответила Лайнеа.
   Она спокойно назвала то, что ее заинтересовало, после чего официантка повернулась в сторону Легора. Тот в свою очередь заказал то, что он обычно брал в этом месте. Он был очень консервативен в еде, и не любил пробовать новое, предпочитая проверенные блюда. Когда официантка ушла, Лайнеа улыбнулась и произнесла:
   - Интересно, что мне сейчас принесут.
   - Ты никогда не заказывала это раньше? - удивился Легор.
   - На самом деле в нашем городке нет подобным заведений, - призналась Лайнеа, - у нас вообще все довольно просто там. Здесь, в столице, все совсем по-другому. Мой восторг от Иреи до сих пор не может пройти.
   - А мне всегда нравились маленькие городки. В них всегда тихо и спокойно. И это довольно здорово.
   - Да, если только не живешь там всю жизнь, - они оба рассмеялась, - просто, когда такая жизнь длиться на протяжении нескольких лет, это становится скучно. Каждый день повторяется одно и то же. Там нет места для неожиданностей и каких-то событий. Все новости, это новости, произошедшие где-то еще в мире, а не у тебя за окном.
   - Да, звучит угнетающе, - согласился Легор.
   - Ты даже не представляешь, насколько... Ты всегда жил здесь?
   - Угу, - произнес Легор небрежно, более свободно разместившись на своем стуле, - так что все это для меня та самая обыденность, которая тебя преследовала в твоем городе.
   - Ну, я думаю все равно есть места, в которых ты ни разу не был. Ирея очень большой город, один из крупнейших в мире.
   - Наверное, ты права...
   В этот момент Легор услышал, как дверь в ресторан вновь открылась, и в него вошли новые посетители. Это была такая же парочка, которая, в общем то, ничем не привлекала к себе внимания. Парень был среднего роста, немного старше Легора. У девушки была приятная внешность с красивой улыбкой и ладной фигурой. Но именно она привлекла внимание Легора. Он не сразу понял, откуда ее знает, но как только для него это дошло, он тут же отвернулся от входа так, чтобы его лица не было видно. Его тут же охватило волнение и беспокойство. Для Лайнеи это не осталось незамеченным.
   - Все в порядке? - немного смущенно спросила она.
   - Да, - ответил Легор, пытаясь сесть так, чтобы его лица не было видно только что вошедшим людям, и чтобы в то же время он мог следить за ними.
   Лайнеа продолжила рассказывать о том, как ей по началу нелегко давался переезд в столицу, и что она очень рада, что смогла найти такого человека как Легор, который согласился показать ей кое-что в этом городе. Однако Легор ее уже не слушал.
   Его взгляд не отрывался от только что вошедшей девушки. Ее кавалер быстрым взглядом окинул помещение ресторана и тут же заметил последний свободный столик, который находился прямо рядом со столиком Легора и Лайнеи. Этого то больше всего и опасался Легор. Он с ужасом наблюдал за тем, как они подошли к нему практически вплотную и сели прямо перед ним. Легор впился взглядом в девушку, словно пытаясь загипнотизировать ее не смотреть на него.
   Лайнея в свою очередь не заметила появления новых людей за соседнем столиком. Она с изумлением наблюдала за тем, как Легор пытался почему-то закрыть свое лицо руками, и совершенно не смотрел на нее.
   Она не могла знать, что девушка за соседним столиком, от которой пытался укрыться Легор, были с ним на свидании в этом же самом месте всего лишь три месяца назад. Это была та самая девушка, чьи мысли пытался прочитать Легор. Ее звали Неора. Легор не знал, как она жила после того, как из комы, вызванной его неудачной попыткой проникнуть в ее мысли.
   И вот теперь Неора сидела прямо перед ним, и он не сомневался в том, что если она его увидит, то дело кончится плохо.
   - По-моему что-то не так, - неожиданно прервала ход мыслей Легора Лайнеа, - ты нормально себя чувствуешь?
   Легор понял, что этот вопрос может стать для него спасательным кругом.
   - Знаешь, на самом деле меня что-то поташнивает, - тут же ответил Легор, постаравшись изобразить вид, будто его сейчас вывернет наизнанку.
   - Может, нам лучше выйти на улицу? - предложила Лайнеа.
   - Да, это просто замечательная идея, было бы здорово!
   Лайнеа удивленно смотрела на него, но все же ничего не сказала по этому поводу. Она и предположить не могла о том, что происходит. Легор встал и специально обошел стол так, чтобы его лицо не было видно Неоре. Лайнеа тоже встала, но при этом задев соседний стул. К ужасу Легора, это был стол Неоры. Та невольно отвлеклась от разговора со своим спутником и подняла глаза на Лайнеу, которая уже успела подойти к Легору. Неора хотела сказать что-то в духе: "Будь поосторожнее и смотри по сторонам," - но ее взгляд от Лайнеи перешел на ее спутника.
   Легор сразу понял, что Неора его узнала. Ее глаза сразу стали холодными, губы сжались, а лецо побледнело так сильно, что ее спутнику показалось, что перед ним сидит мертвец. Он тут же вскочил на ноги и подошел к ней.
   - Родная, ты как? - тут же просил он, - ты хорошо себя чувствуешь.
   Но Неора медленно отстранила его в сторону, встала и в плотную подошла к Легору, который застыл на месте и лишь растерянно смотрел ей в глаза. Лайнеа и спутник Неоры удивленно наблюдали за этой картиной. В следующий момент раздался звонкий звук пощечины, вслед за которым воцарилась тишина. Все присутствующие в ресторане стихли и так же начали наблюдать за происходящим.
   - Ах ты сволочь! - крикнула Неора и из глаз ее брызнули слезы, - да как ты смеешь мне на глаза попадаться!, - и с этим словами она залепила вторую пощечину, - здесь, именно здесь, где ты сотворил это со мной! Я два месяца приходила в себя, сволочь!
   В третий раз по левой щеке Легора прошлась рука Неоры. После этого она остановилась и отдышалась. Тут Лайнеа отошла от шока, который вызвало такое поведение Неоры, и чуть ли не крича спросила:
   - Да как ты смеешь! Что он тебе такого сделал?
   - Этот гад пытался читать мои мысли, когда три месяца назад позвал меняна свидание в этот самый ресторан! - тяжело дыша, произнесла Неора, пытаясь сдержать свой гнев, - а ведь выглядел таким хорошим парнем, а на самом деле ему нужно было лишь одно! Он хотел лишь проникнуть в мою голову и заставить делать то, что он пожелает!- В четвертый раз Легор получил удар по щеке.
   Тут Неора замерла, уставившись на Легора.
   - Но теперь, когда спустя все это время я вижу тебя, все мои чувства к тебе снова вернулись, - и после этого она кинулась к нему, и ее губы с жаром впились в его.
   Все это время Легор стоял ошеломленный, практически не осознавая происходящего. Лишь когда руки Неоры обвили его шею он понял, что его планируемое идеальное свидание полетело к чертям. Он с трудом высвободился из хватки Неоры и повернулся к Лайнее. Но та с мертвенно бледным лицом размахнулась и влепила ему пощечину с другой стороны.
   - Сволочь... - прошептала Лайнеа.
   Она выбежала из ресторана, вся слезах. Легор хотел было побежать за ней, но тут его неожиданно схватил новый кавалер Неоры, и в следующий момент Легор почувствовал уже удар мужскогог кулака на своем лице...
  
   ***
   - В общем-то, очнулся я только минут через двадцать-тридцать, - заканчивал свой рассказ Легор, - Никого из них уже не было в ресторане, а меня официанты вынесли на улицу и вложили в карман записку с просьбой больше не посещать их ресторан. Я пытался найти Лайнеу, но она попросила не пускать меня в их общежитие, и теперь вряд ли мне с ней когда-нибудь удастся поговорить.
   - Подожди, - произнесла Онея, - так ты повел свою новую девушку в тот же ресторан, в котором у тебя не срослось с прежней?
   - Ну да, - подтвердил Легор, - он мне очень нравится. Точнее нравился...
   - Ты просто гений, - покачала головой Онея...
  

Глава восемнадцатая. В кино.

  
   На следующее утро Онея вышла из квартиры раньше. Когда она уходила, ей было видно, что Легор, Анреа и Касс все еще сидели на кухне. Легор пытался справиться с тем, что случилось, одним из более привычных ему способов. Поэтому на столе лежала добрая половина пустых бутылок, которые еще вчера днем были маленьким запасом Касса. Онея в начале тоже с ними сидела, но долго наблюдать страдания Легора она не могла. Ей было бы стыдно, если бы она начала в открытую над ним смеяться, да и ее критика в том, что он сам во всем виноват тоже не пошла бы на пользу.
   Ей хотелось оставить на время все это дома и вырваться из царства грусти и печали. Так же она не могла не заметить печальный взгляд Касса, которым он ее проводил. Она не сомневалась в том, что он думал точно так же, и лишь более деликатный характер помогал ему сдерживаться.
   Очутившись на улице, Онея почувствовала себя гораздо лучше. Свежий утренний воздух взбодрил ее, словно рядом кто-то курил уролись, и она быстрым шагом направилась в сторону здания первого корпуса института.
   Это был день перед поездкой, и поэтому на занятия мало кто пошел. Большая часть студентов строила планы о том, как пройдет выезд и что нужно взять для этого с собой. Онея же была довольна собой за то, что еще вчера она все приготовила и помогла сделать это своим друзьям. Она собиралась показать доработанный проект, и наконец-то сдать его конкурс.
   Однако ее надежды на то, что все пройдет тихо и спокойно, не оправдались. Возле входа в аудиторию, где должна была принимать работы Эсториз, оказалось целое столпотворение. Студенты с разных курсов стояли перед ее аудиторией, держа в руках огромные папки и тубусы с чертежами, пытаясь протиснуться к ней вперед остальных.
   Увидев эту картину, Онее стало немного обидно. У нее были планы на день, а теперь ей предстояло простоять в этом узком коридоре целый день. Толпа была настолько плотной, что даже ей было невозможно незаметно просочиться к двери раньше остальных. Она встала немного в стороне и с грустью начала наблюдать за происходящим.
   - Ах, вот где она, - неожиданно услышала Онея позади себя.
   Обернувшись, она увидела перед собой Инеру и Ризу. В их руках, как и у всех остальных, были чертежи. Папка у Инеры была особенно большой. Онея с удивлением осмотрела ее, после чего произнесла:
   - Привет, девчонки. Инера, вот хорошо тебе, что у тебя муж такой хороший, все тебе привозит.
   - Ой, не говори, - усмехнулась она, - вчера полночи сидела с этим проектом, обидно было бы, если бы мне не удалось его показать. А твой тебе не помогает?
   - Сидит, пьет опять, - мрачно покачала головой Онея с уставшей улыбкой.
   - Касс видимо совсем плохо на всех влиять начал? - спросила Риза.
   - Да нет, это опять Легор, - пояснила Онея, - он снова весь в депрессии, ну, и его способы борьбы с этим состоянием известны всем присутствующим.
   - Твои совсем распоясались, - заметила Инера, - ну, им хотя бы весело. Я уже давно не отдыхала таким вот образом.
   - У тебя муж есть, так что сиди дома и вяжи ему шерстяные носки к зиме, - усмехнулась Онея, - куда ты рвешься все погулять.
   - А ты бы стала сидеть дома, если бы у тебя муж был?
   - Нет, конечно, - ответила Онея, - я бы училась и работала, а муж бы сидел дома с детьми, следил за хозяйством, выполнял обязанности домработницы.
   - И как Анреа смотри на такую перспективу? - спросила Риза.
   - А кто его спрашивал? - в глазах Онеи вспыхнул озорной ехидный огонек.
   - В любом случае сейчас мы все застряли здесь, - подвела итог Инера, - и откуда столько людей? Почему мне кажется, что тут затесались и первокурсники?
   - Тебе не кажется, так и есть, - подтвердила Онея, - почему им никто не говорит на первом же занятии, что они все неудачники, что они ничего не умеют и что им не светит оставить своем имя в истории мировой архитектуры? Нам бы это сильно упростило бы жизнь.
   - Иногда ты бываешь жестокой, - рассмеялась Риза, - им нельзя такого говорить, иначе они не будут учиться и бросят, в конце концов, институт. Ты только посмотри на них. Они же ведь еще совсем зеленые, только после школы. Они еще полны надежд на то, что смогут сделать что-то великое, что-то создать, чего-то добиться. Это же так воодушевляет.
   - Угу, - хмыкнула Онея, - а в итоге они будут в лучшем случае проектировать туалеты для стадионов. А большая часть вообще будет работать в другой сфере. А вот эти блондиночки, похожие на кукол, так вообще будут сидеть дома, ждать прихода своих мужей и следить за собой, чтобы те их не бросили.
   -Кхм... - раздалось со стороны Инеры, чьи почти белые волосы немного залезли на глаза.
   - Дорогая, это точно не про тебя, - рассмеявшись, тут же сказала Онея.
   Все трое они рассмеялись. В этот момент в толпе началось какое-то движение. Люди начали расступаться, и до девушек донесся строгий голос Эсториз.
   - Дайте мне, наконец, пройти, что вы все здесь столпились!
   Студенты образовали вокруг преподавателя небольшую площадку и замолчали, в ожидании того, что она им сейчас скажет. Эсториз же в свою очередь обвела всех строгим взглядом, после чего громогласно объявила:
   - Сейчас вы все должны пройти в холл. Там есть лавочки. На них вы будете сидеть и ждать, когда вас вызовут. Подходить к аудитории строго по одному. Здесь не толпитесь. Не стоит мне мешать, иначе мы и до ночи не закончим. Давайте, проходите в холл.
   И с этими словами Эсториз начала потихоньку подталкивать ближайших к ней студентов в сторону холла, про который она говорила. Когда часть толпы последовала ее указанием, Онея и ее подруги оказались прямо перед ее глазами.
   - Ну что девчонки, и вы тут? - спросила она с улыбкой.
   - Да, - ответила Онея, - но мы видимо в конце очереди.
   - Знаете, давайте поступим с вами так, - Эсториз обвела их всех пристальным взглядом, - я видела ваши первые эскизы, и проекты у вас должны были получиться интересными. Вы сейчас пойдете по своим делам, чтобы тут не толпиться со всеми остальными, а после трех я вас приму отдельно. К этому моменту я этих уже отпущу. Там все равно не долго, никто из них и рапидограф то правильно толком держать не умеет. А вот с вашими работами уже займемся нормально.
   - Хорошо, спасибо, - сказали девушки хором.
   - А можно мы у вас папки оставим? - спросила Онея, сделав жалостливый вид.
   - Да, конечно, - улыбнулась Эсториз, - заносите быстрее, пока никто не видит.
   Онея, Инера и Риза быстро занесли свои чертежи в аудиторию и тут же вышли. Эсториз вернулась в аудиторию, а девушки пошли к выходу из корпуса, так как делать там им больше было нечего. Путь их пролегал через тот самый холл, в который отправила студентов Эсториз. К своему удивлению, первой в образовавшейся уже очереди, девушки увидели Гедиону. Она стояла с самодовольным видом, придерживая папку с чертежами, стоявшую на полу и то и дело пытавшуюся завалиться на бок, прихватив за собой и саму Гедиону.
   - В конец очереди! - произнесла она с невероятным удовольствием, увидев Онею.
   - Нет уж, - покачала головой та, - как-нибудь в другой раз.
   - Нам же лучше, тремя конкурентами меньше.
   - Угу, - буркнула Онея, проходя мимо.
   - Хотя, вы то как раз конкуренции и не составили бы, - добавила Гедиона вслед Онее.
   Та на мгновение остановилась и сделала жест рукой. В следующий момент раздался возглас Гдеиона, которая кубарем повалилась на пол вслед за своей упавшей папкой. После этого Онея, Риза и Инера пошли дальше. Гедиона попыталась сделать ответный жест, но промахнулась и папку у двух студентов разлетелись по всему холлу.
   Когда они были уже на лестнице, Риза с улыбкой сказала:
   - Знаешь, вместо того, чтобы использовать малоизвестные шутливые заклинания ты могла бы просто сказать ей, что ее проект точно не пройдет. Это возымело бы больший эффект.
   - Зачем отнимать удовольствие у нашей милой Эсториз? - ответила на это Онея.
   - Все-таки ты жестокая, - рассмеялась Инера, - она бедная, несчастная девушка, которой никто не интересуется и которой нужно внимание. Ей же так одиноко.
   Онея и Риза остановились и пристально посмотрели на Инеру. Та сделала невинный вид и добавила:
   - Да я шучу, ну что вы, как, я не знаю...
   Девушки снова рассмеялись, после чего Онея спросила:
   - У нас шесть часов, куда пойдем?
   - Может посидим в Женорском парке? - предложила Риза, - у меня есть бумага и карандаши, могли бы вспомнить первые курсы, пленер. Погода как раз располагает.
   - Риза, ты никогда не перестаешь заниматься творчеством? - спросила Инера, - я, конечно, пойду с вами в парк посидеть рядом, но после этого проекта у меня уже ни на что нет сил.
   - Мне что-то тоже как-то не охота, - согласилась Онея, - был бы у меня с собой фотоаппарат, можно было бы и прогуляться.
   - Он у тебя в соседнем здании, - заметила Риза.
   - В квартире, где сидят три пьяных укурка, ругающих баб, на чем свет стоит, - заметила Онея.
   - Да, туда не особо хорошо сейчас возвращаться, - согласилась Риза.
   - А может в кино? - спросила с надеждой Инера, - я так давно туда не ходила?
   - Правда? - удивилась Онея, - когда ты там была в последний раз?
   - А когда мы ходили туда вместе в прошлый раз?
   - Года назад, - задумчиво ответила Риза, - если не больше.
   - Ну, вот именно тогда.
   - Правду говорят, семейная жизнь разрушает личную жизнь, - заметила Онея, - пойдемте, там как раз показывают новый мультик в три д. Можно будет его как раз посмотреть.
   Они вышли из института. Солнце уже было довольно высоко над горизонтом, и его все еще теплые лучи падали на улицы города, согревая его в последний раз перед наступлением осенних холодов.
   В столице, как всегда, кипела жизнь. Люди шли по своим делам, и никто не обращал внимания на трех студенток, которые направлялись в сторону ближайшего кинотеатра.
   - Вы знаете, - неожиданно сменила тему разговора Риза, - что после начала учебного года в нашем институте каждый день начали видеть двух имперских гвардейцев в штатском.
   - Серьезно? - удивилась Инера, - и что они у нас делают?
   - Предполагают самое разное, - пожала плечами Риза, - но они очень сильно пытаются маскироваться. Кто-то говорит, что ведут расследование, другие считают, что для охраны института.
   - Да ладно вам, - вмешалась Онея, - просто очередной умник с кафедры политологии повесили в астрале баннер долой царизм. После того восстания студентов, которое было сто лет назад, они до сих пор считают нас главной внутренней опасностью.
   - Да, только вот я еще слышала, что возможно именно у нас теперь учится старшая дочь императора. Ты же знаешь, что дети царской семьи по традиции живут в народе до достижения двадцати пяти лет, когда наступает их черед вступать на престол.
   - Что ей у нас изучать? - усмехнулась Онея, - историю искусств? Это смешно. Вот увидите, через пару дней будет объявление, что студента кафедры политологии арестовали за антиправительственную агитацию. И после этого никого из имперской гвардии мы не увидим.
   - Лишь бы институт от этого не пострадал, - мрачно заметила Инера, - пару месяцев назад читала, что из-за трех идиотов, которые напились, и начали призывать к революции, прикрыли один из крупнейших институтов на севере страны.
   - Да, я помню эту историю, - подтвердила Риза, - и чего им втемяшилось в голову? Откуда все это вообще пошло?
   - Наверное, насмотрелись на запад, - пожала плечами Онея, - там же ведь последняя монархия пала двадцать лет назад. Теперь там одни республики... И чего мы вообще об этом говорим.
   Онея остановилась и посмотрела на здание, которое было через дорогу от них. На нем красовалась большая красивая вывеска: "Киноцентр на Зеленой рензе".
   - Пришли, - довольно произнесла Онея, - и больше никаких разговоров о политике.
  

Глава девятнадцатая. Темная лошадка.

   Просмотр фильма прошел, как всегда весело. К счастью для девушек, в кассу за билетами никого не было, хотя это их не удивило. В столь ранее время большая часть жителей столицы была на работе или на учебе, а наиболее счастливые еще валялись в своих постелях, наслаждаясь последним сном. В большом холле, из которого можно было пройти ко всем пяти залам кинотеатра, было тихо и спокойно. Лишь две парочки сидели диаметрально противоположно друг другу, не замечая происходящего вокруг.
   Выбирать фильм долго не пришлось. У Ризы и Инеры не было никаких особых пожеланий, так что Онея взяла инициативу в свои руки, и уже через несколько минут у них были три билета на новый фильм, снятый по мотивом недавно нашумевший во всем мире книге.
   После покупки билетов, Онея тут же развернулась в сторону бара, где можно было купить всю сопутствующую продукцию для просмотра фильма. Инере и Ризе пришлось догонять ее чуть ли не бегом. Онея светилась от радости, и энергия переполняла ее. В этот момент ей казалось, что все замечательно, и мир существует только для того, чтобы сделать ее жизнь прекрасной.
   - Онея, сколько радости из-за простого просмотра фильма, - смеясь, заметила Инера, - это вроде я год не сморела фильмы в кино.
   - Просто мне уже очень давно не удавалось выбраться сюда, а теперь мы идем на фильм по моей любимой книге.
   И с этими словами Онея запрыгала на месте, подражая маленьким детям, которые готовы радоваться и прыгать на месте из-за любой мелочи. Риза и Инера рассмеялись глядя а нее.
   - Вот тебе хорошо на самом деле, - заметила Инера, - я то со своим в последний раз была в кино год назад. Если бы не вы, наверное еще бы год не была бы здесь. Он все время на работе, возвращается только под ночь.
   - Ну и нашла бы себе молодого человека, - с озорной улыбкой предложила Онея.
   - Ой, да где ж его взять.
   - У тебя целый институт на выбор.
   - Да там все какие-то, ну, сама знаешь... - замялась Инера.
   - Сразу видно. Что человек уже все продумал в этом вопросе, - заметила с улыбкой Риза.
   - Да нет, что вы все... - тут же замялась Инера.
   В этот момент двери в кинотеатр распахнулись, и в него вошли три молодых парня, которые по виду были ровесниками девушек. Они немного покрутились возле афиши, после чего направились к кассам.
   - Ну, вот тебе еще кандидаты, - весело заметила Онея, - один из них очень даже симпатичный.
   - Это тот, со светлыми волосами? - уточнила с интересом Инера.
   - Да, - протянула Онея, - а у тебя глаз наметан. Что, водишь к себе домой таких вот мальчиков, пока муж работает.
   - Ну что ты все, просто симпатичный мальчик. Это сразу видно.
   Инера сделала вид, будто ей вовсе не интересно и отвернулась от вошедших. Онея и Риза не собирались оставлять ее в покое. Они начали разглядывать молодых людей, даже не заботясь о том, что те могут их заметить.
   Тот из них, которого так обсуждали девушки, подошел к кассе, собрав со своих друзей деньги, и купил на всех билеты. После этого они развернулись и направились в холл, нацелившись на бар.
   К этому моменту кассир поставил перед Онеей большую упаковку еще теплого сладкого попкорна и стакан с газированным напитком. Это отвлекло внимание Онеи. Она расплатилась и подхватила в обе руки свой заказ. Повернувшись обратно, она увидела, что молодые люди уже стоят прямо за ними. Светловолосый юноша стоял в шаге от нее, их взгляд на мгновение встретился. Онея, со всей своей веселой непринужденностью, улыбнулась, после чего направилась к залу, где у них должен был пройти показ фильма. Риза и Инера последовали за ней. Они не могли видеть, каким долгим взглядом тот молодой человек провожал Онею, так как они снова целиком погрузились в свои разговоры.
   Сам просмотр фильм прошел весело. В распоряжении девушек оказался целый зал. Кроме них на этот фильм не было желающих, и они смогли спокойно разместиться прямо в центре. Как только Онея оказалась на своем месте, она тут же налетела на попкорн, словно это была самая вкусная и редкая еда в мире. Риза и Инера со смехом наблюдали за ней. Через несколько минут свет погас, и пол большой площадки, которая размещалась перед зрительскими местам, слегка засветилась. В следующий момент над ней стали появляться большие объемные надписи, которые парили прямо в воздухе. Голос, разнесшийся по залу, объявил компании, которые принимали участие в создании фильма, режиссера и название. После этого заголовки исчезли и зрители увидели, как перед ними появился небольшой город, в котором и должны были развиваться события. Человеческие фигуры в полный рост, совершенно материальные и в то же время являвшиеся иллюзией, разыгрывали очередную трагедию.
   Время от времени Онея громко объявляла, что будет дальше, а затем они все вместе смеялись над глупыми романтическими моментами, которые одновременно были и банальны, и приближены к жизни.
   Когда фильм подошел к концу, девушки покинули зал в прекрасном настроении. Убедившись, что у них еще остается время, они зашли к небольшое кафе, которое находилось как раз между кинотеатром и институтом, где немного перекусили и обсудили свои впечатления от фильма. Инера так прониклась этой историей, записала даже оригинальное название книги и автора. Онея назвала ей их, хотя не сомневалась в том, что листок этот скоро потеряется, а Инера уже вечером даже не вспомнит об этом.
   Дождавшись в кафе нужного времени, девушки медленно направились обратно в институт. Возле входа царило свойственное этому времени суток оживление. Студенты дневного отделения выходили из здания института уже отсидев все свои пары, а студентам вечернего отделения только предстояло получить свою порцию новых знаний, которые впоследствии должны были сделать их специалистами в своей области.
   Онея, как и всегда, нырнула в толпу и начала быстро и ловко пробираться к входу. Инера и Риза следовали за ней, стараясь не отставать, так как тогда им прошлось бы застрять в толпе на неопределенный срок, чего никому особо не хотелось.
   После нескольких плавных маневров девушкам удалось подобраться к большим дверям института, и они быстро вошли внутрь. Возле аудитории Эсториз уже никого не осталось к этому моменту.
   - А быстро она их всех обработала, - заметила Онея, - как-то даже неожиданно.
   - Ну, ты же ее знаешь, - улыбнулась Риза, - она с первого взгляда может определить, стоит ли уделять время проекту или нет.
   - Видимо сегодня рухнуло много надежд и мечтаний, - заметила Инера, - она особой деликатностью не отличается... может мне лучше оставить все это?
   - Так, - строго произнесла Онея, - мы пришли участвовать, а не ныть по поводу того, стоит или не стоит. Давайте уже пойдем.
   Она решительно постучала, и только после того, как из-за двери аудитории раздался голос Эсториз, немного нервно провозгласивший: "Войдите!" - она открыла дверь и уверенно шагнула в помещение. Риза и Инера переглянулись и последовали за ней.
   Эсториз, вся немного встрепанная, сидела за своим столом и заполняла какие-то бумаги.
   - А, девчонки, - сказала она, немного оживившись, - вы вовремя. Остальных я уже отпустила. Знаете, это просто какой-то кошмар! Все орут, что они лучшие, на деле ничего толкового показать не могут, и все требуют, чтобы именно их работы взяли для участия в конкурсе. Я же ведь им говорила, что не нужно рваться на этот конкурс, что лишь некоторым из них стоит попробовать свои силы. Но они ведь этого просто не хотят понимать. Все равно прут как танки...
   Было видно, что преподаватель устал за этот день, и сдерживать свои чувства по поводу этого она уже больше не в силах.
   - Представляете, последний человек ушел отсюда двадцать минут назад! - передохнув, продолжила Эсториз, - это я уже шесть часов без перерывов просматривала их проекты. Я уже даже пожалела о том, что согласилась на это. Нужно было сказать им, - она показала жестом руки в сторону, где располагались кабинеты руководства института, - чтобы просили об этом другого преподавателя... Да вы берите свои папки и начинайте раскладываться, я вас посмотрю и на том и разойдемся все наконец то по домам.
   Девушки обнаружили свои папки прямо на том месте, где они их оставляли. Рядом с ними лежали еще папки. Как они догадались, это было проекты, которые так же отобрали для участия в конкурсе. Девушки подошли к столам, открыли папки, и начали доставать из них подрамники с натянутой бумагой, на которых красовались чистые аккуратные чертежи.
   - А самое удивительное, это Гедиона! - произнесла Эсториз, - я точно помню, что у нее был просто ужасный проект. А сегодня она принесла просто замечательную работу. Я даже прямо не ожидала от нее. Мне с трудом верится, что она сама его сделала, но в то же время доказать обратного я не могу.
   - И вы приняли ее работу? - спросила Риза.
   - Да, а куда я могла деться. Проект замечательный, полностью обоснованный, вычерчен как полагается. Все обозначения на месте. Мне даже просто придраться не к чему было. А композиция замечательная просто. Мне очень понравилась.
   К этому моменту студентки уже расставили свои чертежи и Эсториз начала внимательно их рассматривать. Ее взгляд плавно переходил с одного чертежа на другой, наполненный глубокой задумчивостью.
   - Так, Онея, оставляй. Тоже очень хороший проект, но что скажет на счет него комиссия, я не знаю. Проект Гедионы очень хорош.
   - Ладно, - сказала Онея, складывая обратно в папку и кладя ее к работам остальных претендентов.
   Эсториз перешла к осмотру чертежей Ризы. Ее глаза остановились на последнем подрамнике, на котором были вычерчены интерьеры помещение предполагаемого проекта.
   - А тут немного не доделала, да? Мы же вроде говорили об этом?
   - Да, - с немного виноватым видом признала Риза, - мне времени не хватило.
   - Ну, ничего, нам все равно нужны для конкурса хорошие работы, чтобы было хотя бы из чего выбирать победителя, так что оставляй.
   Подойдя к чертежам Инеры, Эсториз внимательно посмотрела на нее.
   - Ну что, солнце мое, тоже решила к нам присоединиться?
   - Да, - ответила Инера, - все чертежи доделала.
   - Я вижу... что ж, ты у нас умная девочка, только вот ходишь редко почему-то?
   - Ну, у меня муж... - рассмеялась Инера.
   - Муж, это хорошо, только он должен тебя сюда привозить, потом забирать, и зарабатывать много денег. Иначе, зачем такой муж нужен? Проект хороший, не блещет оригинальностью, но классика всегда в моде. Что ж девчонки, молодцы. Я тогда пойду, а то и так тут засиделась со всеми вами. Удачи вам!
   И с этими словами Эсториз собрала свои бумаги, сложила их в сумку, и вышла из аудитории.
  

Глава двадцатая. Здоровый отдых.

   На улице все еще было замечательно. Солнце уже склонялось к горизонту, и высотные здания столицы отбрасывали длинные темные тени. Люди уже выходили с работы и, уставшие, но свободные до завтрашнего утра, не спеша шли домой. Машины, как это было не удивительно, очень быстро образовали длинные пробки. Движение города на всех улицах замедлилось, так или иначе. Бешенный ритм, который свойственен по утрам и днем, теперь спал практически до нуля.
   Девушки вышли из института и направились в сторону общежития. Инера и Риза хотели пройтись немного с Онеей, прежде чем направляться домой.
   - И все же не пойму, как Гедионе удалось сдать проект, который впечатлил даже Эсториз, - в негодовании произнесла Онея.
   - Я смотрю, это тебя прямо зацепило, - заметила Риза.
   - Да... просто еще вчера у нее был кусок сама знаешь чего, а сегодня уже претендент на победу.
   - Сама Эсториз сказала, что она могла как-то сжульничать, - успокаивающе сказала Инера, - скорее всего так и было. Судьи разберутся.
   - Судьи будут оценивать проект, они не смогут так вот сказать, сжульничала она или в ней неожиданно проснулся гениальный архитектор. Им нужны будут доказательства, прежде чем они смогут нечто подобное заявить. А их они точно искать не будут.
   - Слушай, мы даже не знаем, сжульничала ли она или нет, - заметила Риза, - конечно все это выглядит мало правдоподобным, но все возможно в этом мире.
   - Нужно выучить заклинание, которое используют в разведке при допросе пленных... - задумчиво и уже сама себе произнесла Онея, - хоть у него и побочный эффект - помешательство, это не такая уж высокая цена.
   Она с ухмылкой посмотрела на подруг.
   - Не перегибай палку, - покачала головой Риза, - психи, они хоть и не пакостят так, как здоровые, но все же ее отец мэр Иреи. Нужно быть осторожнее, и хотя бы не оставлять следов.
   - Ты меня отговариваешь или даешь советы как это сделать? - со смехом спросила Онея.
   - Я еще не определилась... - задумчиво ответила Риза.
   - Я если что, не с вами, - тут же вмешалась Инера, - только если морально.
   - Этого достаточно.
   - Эй, смотри, кто идет! - неожиданно остановилась Риза, указывая куда-то вперед.
   Онея и Инера проследили глазами по направлению ее руки в сторону входа в общежитие, и увидели возле подъезда двух человек. Это были Касс и Анреа, которые быстрым шагом направлялись в их сторону.
   - Мальчики, неужели вы оторвались от своего запоя и вышли на дневной свет? - со смехом спросила Онея, - а то я уже начинала думать, что вы там у меня превратились в вампиров.
   Парни с трудом выдавили из себя усмешки. Они были бледные, немного шатались. От них пахло алкоголем. Под глазами у них уже начали появляться синяки. Касс так вообще выглядел даже немного отощавшим.
   - Это было просто невозможно... - выдавил он из себя, - это ужас, конец света будет именно таким...
   - Что такое? - с усмешкой спросила Онея, - ты наконец то осознал, на сколько Легор в таком состоянии может выесть мозг?
   - Да... - хором ответили Касс и Анреа.
   - И как же смогли вырваться из его мрачного царства? - спросила Онея, - а то, насколько я помню, до сих пор никому этого не удавалось.
   - Все просто, - ответил Касс, - когда я понял, что мы скоро окончательно так сопьемся, я превратил очередную кружку пива в снотворное. Он даже не заметил разницы, и выпил ее залпом, после чего уже через две минут сладко спал.
   - Да, мы его перетащили в его комнату и закрыли там, - добавил Анреа, - ему нужен отдых, иначе мы его потеряем.
   - Ребят, мы его уже потеряли, - покачала головой Онея, - он теперь должен сам к нам постепенно вернуться. Нам ему уже нечем помочь.
   - Ты шла домой? - спросил Касс, - строго посмотрев на Онею.
   - Да, а что?
   - В первые три часа действия моего снотворного человека еще можно разбудить даже малейшим шорохом. Небольшая недоработка, которую я пытаюсь исправить. Лучше туда сейчас не лезть.
   - Вы поэтому вышли на улицу? - с усмешкой спросила Инера.
   - И просто увидеть солнечный свет, - добавил Касс, - я что-то редко бываю на улице... В общем лучше пока домой не возвращаться.
   - Что-то вы какие-то трезвые для тех, кто весь день пил, - заметила Риза, - даже ровно более-менее стоите на ногах.
   - Намешали вытрезвитель, - ответил Анреа, - получился на редкость противный. Однако пробрало капитально. Еще час, и будем как огурчики.
   - А ну отлично, - весело заметила Онея, - а я как раз хотела предложить всем вместе сходить в бар "У Лернора", посидеть, выпить, повеселиться.
   При слове "Выпить" парни малость позеленели, после чего бледный цвет кожи начал к ним возвращаться.
   - Издеваешься? - немного обиженно спросил Касс.
   - Ну да.
   - Могла бы сама с ним немного посидеть, - заметил на это Касс.
   - Ну не я же подтолкнула Легора к тому, чтобы он все-таки позвал эту мадам на свидание. Я же предупреждала, чем это может закончиться. Если бы вы его не трогали, он бы уже пришел в себя и забыл бы ее.
   - Ладно, допустим, что это так, - признал Касс.
   На его лице наконец-то появилась легкая улыбка, которая обычно была ему свойственна. Анреа тоже начал приобретать более естественный цвет кожи.
   - Что ж, значит, сегодня вечером не пьем? - уточнила Онея.
   - Нет, - хором ответили парни.
   - Тогда в пиццерию. Девчонки, вы с нами?
   - Прости, Онея, но меня муж будет ждать, - ответила на это предложение Инера, - так что мне пора уже идти.
   - То же мне, отмазка, - усмехнулась Онея, - к любовнику побежала что ли? Ладно, давай, удачки тебе.
   Они расцеловались в щеки и Инера пошла в сторону центра города. Онея повернулась в Ризе.
   - Ну, я остаюсь, - тут же ответила она, - мне до безумия интересно послушать, что у вас там за сердечные драмы разворачиваются каждый день.
   - О, лучше не стоит об этом говорить, - рассмеялся Анреа, - по крайней мере, прямо сейчас я к этому не готов.
   - Не переживай, я расскажу, - успокоил Ризу Касс, - я вроде наконец то ожил, так что можно и пообщаться.
   - Что ж, тогда чего стоим, кого ждем, - и с этими словами Онея схватила Анреа за руку и потащила его в сторону пиццерии, а Касс и Риза последовали за ними.
  

Глава двадцать первая. Легор буянит.

   Вечер прошел отлично. Касс был очень рад выбраться из квартиры, в которой ему приходилось только либо работать над новыми картинами, либо выслушивать стенания Легора. И то, и другое ему уже достаточно надоело, и небольшая смена обстановки пошла ему на пользу.
   Онея и Риза без остановки говорили о главной теме, которая их волновала - как Гедиона смогла сдать хороший проект, если она с самого первого дня в институте еще ни разу не смогла начертить прямую линию. Анреа поддерживал эту беседу. Выдвигая одну смехотворную теорию за другой, что в итоге свелось к конкурсу, кто придумает лучшую шутку над Гедионой. Касс же практически все время сидел молча, но с его лица не сходила улыбка. Онея рада была видеть его в таком настроении. Она заметила, что после того, как он перестал видеться с Залоей он стал каким-то мрачным, хотя ему удавалось это умело скрывать. Она чувствовала, что его что-то беспокоит, но спросить ей не хватало духу. Все, что было с связанно с Кассом казалось ей немного странным и подозрительным, и лезть сейчас с расспросами она не собиралась, надеясь, что со временем все само собой прояснится.
   Уже почти перед тем, как начать собираться расходиться по домам, Касс неожиданно произнес:
   - Знаете, вам нужно в конце концов поставить ее на место. Она слишком много себе позволяет.
   - Знаешь, - с усмешкой произнесла Риза, - два года назад один умник тоже так решил. Его звали Ростеус. Он сделал так, что Гедиона предстала полной дурой перед всем институтом.
   - Да, и как же он этого добился? - с усмешкой спросил Касс.
   - Он был отличным чертежником. Она платила ему за то, что он ей делал все задания. Но отношение ее к нему было просто отвратительное. Когда они были на людях, она постоянно высмеивала его. И вот однажды она перешла границу, назвав его человеком, чрезмерно любящим животных, ну, сам понимаешь. У него дома был целый зверинец, и все об этом знали, и прозвище в итоге быстро к нему прилипло. А после этого эта дура пошла к нему, чтобы заказать очередную курсовую. И он ей все сделал. Чертежи были потрясающие, просто гениальные на самом деле. Гедиона довольная пошла сдавать работу Эсториз. Та посмотрела и пришла в восторг. А как раз тогда проходило что-то вроде конкурса, что идет сейчас. И Эсториз, разумеется, выдвинула проект к участию. Когда пришло время главному жюри просмотреть чертежи, они их развернули в присутствии Гедионы, Эсториз и ректора. А вместо проекта здания там было написано крупными буквами: "Гедиона, ты жалкая ..., иди ты на ...".
   - Молодец парень! - рассмеялся Касс, - одно простое заклинание, а сколько пользы.
   - Да, он сам собирался участвовать в том конкурсе, - продолжила Риза, - поэтому и знал о нем. И знал, что Эсториз не пропустит такой проект, который он сделал для Гедионы. И вместо того, чтобы отправить свою работу на участие, помог ей попасть туда и опозориться перед почтенным жюри и руководством института. Но на этом история не закончилась.
   - Неужели? - удивленно спросил Касс.
   - Гедиона дочь мера, а мер лучший друг нашего ректора.
   - Это я уже в курсе, - усмехнулся Касс, - они те еще приятели, должен вам сказать.
   - Да, и отцу Гедионы не понравилась эта шутка. На следующий день парень уже не учился у нас и для него были закрыты двери во все институты. А ведь у него был настоящий талант. Он мог бы спроектировать новый дворец для императора, а в итоге теперь он где-то, без образования и без возможности реализовать себя в жизни.
   - Такие люди всегда пробиваются, - махнул рукой Касс, - в крайнем случае, есть и другие страны, где можно получить образование. Если он действительно так талантлив, то сможет пробиться. И все же мне не верится, что отец Гедионы так поступил. Мне казалось, что он нормальный мужик.
   - Ты что, с ним знаком, - рассмеялась Онея.
   - Не так, чтобы близко...
   Присутствующие изумленно посмотрели на него. Касс тут же понял, что сболтнул лишнего, и тут же поправил себя.
   - Я слежу за новостями, народ. Знаю, что он сделал для города, и какой политики придерживается. И такой человек не стал бы так поступать.
   - Ну, знаешь ли, тут уж чужая душа потемки, - заметил Андреа, - на публике они все такие хорошие и правильные, что и деваться некуда. А на деле творят вот такие вот вещи.
   - Так что опускать Гедиону черевато последствиями, - подытожила свой рассказ Риза, - и делать этого я никому бы не посоветовала. Онея, и то ходит по грани дозволенного.
   - Просто тот парень сделал все так, что его было за что выгнать, - заметила Онея, - я же пока не перехожу эту черту, и не собираюсь. И все же обидно будет, если жульничество Гедионы останется не раскрытым.
   - Вот странно, - заметил Касс, - все же знают, что она мухлюет. Так почему никто ничего не сделает?
   - Потому что нужно доказать, иначе преподаватели могут тоже закончить как Ростеус.
   - Видимо та история здорово всех напугала, - заметил Касс.
   - Да, хотя после того, как ты остался в институте народ начинает менять свое мнение.
   - В смысле? - удивился Касс.
   - Твой второй день здесь, - уточнила Онея, - утро, когда тебя вызвали к ректору. Гедиона тогда ходила, подняв гордо голову и хвастая, как она избавилась от тебя.
   - То есть она донесла? - уточнил Касс.
   - Именно, - подтвердила Риза, - разве с тобой тогда не об этом говорили?
   - А... - протянул Касс, - знаешь, уже и не помню, о чем тогда говорил с ректором. Что-то было связано с документами... не важно, в общем.
   В этот момент Риза посмотрела на часы. Увидев, что они показывают уже девять часов, она тут же соскочила со своего места.
   - Спасибо всем за компанию, - сказала она, - всем удачи, мне пора бежать. Еще собираться к завтрашней поездке нужно. Всем удачи.
   - Давай, до завтра, - Онея чмокнула подругу в щеку, и Риза быстрым шагом вышла из кафе.
   Касс пристально посмотрел ей в след, после чего спросил:
   - А она заплатила за свое кофе?
   Анреа и Онея переглянулись, после все трое рассмеялись.
   - Ну, Риза, - произнесла Онея, - ладно, нам тоже пора идти уже.
   Вечер выдался тихим. По небу бегали легкие облака, которые отливали серебром в свете луны и звезд. На редкость теплая и суха погода для начала осени несказанно радовала жителей столицы, которые прогуливались по ее улицам, неспешно и спокойно. Прогулка до дома оказалась очень приятна.
   Когда общежитие уже было в поле их зрения, Онея спросила:
   - Так значит, Легор там спит?
   - Да, если его в первые три часа никто не побеспокоил, - ответил Касс, - зелье очень странно работает, по крайней мере, в моем исполнении. Если в первые три часа человека не разбудить, то он проспит часов двенадцать. Но разбудить его очень легко. Сон чуткий в этот период, поэтому мы с Анреа и ушли из квартиры.
   - Хм... - задумчиво произнесла Онея.
   - Что такое? - спросил Анреа.
   - Да просто я никак не могу вспомнить, когда девчонки должны были вернуться. Они в последнее время так заняты, что я их почти не вижу...
   Касс и Анреа обеспокоенно переглянулись. Но деваться им было некуда. Нужно было возвращаться домой.
   Но их худшие подозрения подтвердились, когда они уже подходили к квартире. Из-за ее двери доносился громогласный голос Легора, который явно с кем-то спорил. Онея замерла на мгновение и посмотрела на своих спутников.
   - Они все-таки вернулись слишком рано, - заключила она.
   - Это точно... - подтвердил мрачно Касс.
   - Вы знаете, мой знакомый по работе живет недалеко отсюда. И он всегда рад гостям, - воодушевившись, произнес Анреа.
   - У тебя есть работа? - удивленно спросил Касс.
   - А ты думал, куда я исчезаю среди дня.
   - Ну, там, в туалет сходить, на лекции заглянуть, - выдвинул варианты Касс.
   - Он в институте не появляется, как и ты, - с усмешкой произнесла Онея, - а к Грегосу я не пойду, у него странная собака, которая тычется своим носом в места, в которые не нужно. Ладно, мы это выдержим.
   Онея достала ключ и открыла дверь. Глазам вошедших предстала странная картина. Эвила сидела на диване, и вид у нее был, словно она только что осознала всю тайну бытия. Юнеа же стояла рядом с Легором, который пытался ее что-то объяснить, но говорил он настолько неразборчиво, что понять его было просто невозможно. И чем больше его не понимали, тем громче он начинал говорить.
   - Наконец-то вы пришли! - воскликнула Юнеа, увидев Онею и остальных, - это просто что-то невозможное!
   - Надо думать, - заметил Касс.
   - Мне кажется, он сошел с ума, - беспомощно и в панике произнесла Юнеа, - как только мы с Эвиллой пришли, он тут же вскочил на ноги, начал бегать по квартире и что-то объяснять.
   Легор же, увидев Анреа и Касса, тут же пошел в их строну. Так как Анреа был ближе всего к нему, то именно его Легор обнял и произнес.
   - Чуаки, ка я ра ва вид. Я решся. Ид к ней и объ... - на этом моменте он запнулся, пытаясь произнести очередное непонятное слово.
   Касс тут же понял всю ситуацию. Он медленно и незаметно подошел к своей комнате, после чего громко произнес:
   - Ребят, вы извините, но мне нужно рисовать.
   С этими словами он скрылся за дверью. Онея было пошла доставать его оттуда, но тут в двери появился замок, которого раньше не было, и тут же раздался его щелчок. Деврь оказалась заперта. После этого в двери появилось еще пять замков тем же образом, и все они оказались закрыты. Онея в ступоре остановилась. Через несколько мгновений еще два замка появились на двери.
   - Ты знаешь, что ты сволочь? - громко спросила Онея.
   - Да, знаю, - раздался из-за двери голос Касса, - но мы родственники и ты должна понять, принять и простить.
   - Блин! И не подкопаешься.
   С этими словами она развернулась обратно к месту действия. Она с удивлением увидела, что Легор уже куда-то собирается. Он натянул на левую ногу ботинок и кое-как накинул на себя свою куртку.
   - Я пош, - гордо произнес он.
   Анреа не успел его схватить, и Легор выбежал из квартиры.
   - Нужно его поймать! - воскликнула Онея.
   Анреа выбежал вслед за Легором, не произнося ни слова, но вернулся спустя несколько мгновений с пустыми руками.
   - Засранец быстро бегает, - мрачно произнес он.
   - Я, кажется, знаю, куда он направился, - с грустью произнесла Онея, - нужно его остановить, иначе утром нам придется доставать его из тюрьмы.
   С этими словами она снова взяла свою куртку, которую только что сняла, и вышла из квартиры. Анреа печально вздохнул и пошел за ней.
  

Глава двадцать вторая. Ночное приключение.

   Онея и Анреа шли по территории института, которая уже погрузилась в ночную темноту. Воздух был свежим и прохладным, но они не обращали на это внимания. Общежитие, в котором жила Лайнеа, находилось в противоположной стороне от их общежития, поэтому у них было еще время, как они надеялись, чтобы догнать и найти Легора.
   - Пьяный идиот, - бубнила про себя Онея, все больше злясь на их легкомысленного друга, - вечно следи за тем, чтобы он не натворил каких-либо глупостей. Как же меня это достало.
   Анреа ничего не отвечал на эти слова. В чем-то он был с ней согласен. Его злило, что после такого долгого дня ему приходится еще бегать в ночи и искать своего друга. Но с другой стороны он мог его в чем-то понять. Он и сам был готов на безумства ради любимой.
   Неожиданно Анреа заметил, что Онея остановилась и стоит уже метрах в пяти позади него, уставившись удивленно куда-то в темноту. Анреа подошел к ней со словами:
   - В чем дело? Ты его заметила?
   - Нет, - задумчиво произнесла Онея, - слушай, я хоть давно и не была в этой части студгородка, но, по-моему, здесь не было сада?
   Анреа с удивлением проследил за взглядом Онее, и тут в свете уличных фонарей он смог разглядеть целую парковую аллею, которая шла в сторону границы территории института. Точнее, это были кусты роз, большие и пышные, со множеством распустившихся бутонов, который произрастали из земли, пробив каким-то образом асфальтированные дорожки и площадки.
   - Этого здесь раньше не было, - с трудом припоминая здешнюю обстановку, сказал Анреа.
   - Нужно его найти как можно быстрее...
   - За то мы теперь знаем, куда идти, - заметил Анреа, и тут же пошел по новой дорожке, которая была окружена кустами роз.
   Онея незамедлительно последовала за ним. Они прибавили шаг, так как действия Легора все больше ставили его под угрозу отчисления, или того хуже.
   - Его возьмут за вандализм, - уверенно и обозлено произнесла Онея, - а нам придется объяснять, что с ним случилось, можем вообще пойти как соучастники, ведь никто не поверит, что это смог сделать он один.
   - Ага, учитывая, что у него заклинания получаются через раз. Блин, что он творит вообще?
   - Добивается своей смерти от моих рук, - ответила Онея.
   Неожиданно впереди сверкнула тусклая вспышка зеленоватого света, после чего Онея и Анреа ощутили дрожание земли у себя под ногами. Это сначала чуть не сбило их с ног, но, к счастью, землетрясение быстро прекратилось.
   - Уже близко, - заметил Анреа.
   - Ага, видел, откуда шел света?
   - Да, кажется нам туда.
   Они бросились вперед, пробиваясь через кусты, так как они неожиданно повернули, начав образовывать какой-то странный орнамент и перегородив им дорогу. Онея с легкостью проходила через кусты, делая едва заметный жесты рукой и шепча заклинание, после которого колючие розы сами раздвигались перед ней. Анреа сначала попытался действовать более грубо, перепрыгивая их, что ему удавалось неплохо за счет его роста, но в итоге он решил просто идти за своей любимой, прикрывая разодранные джинсы курткой.
   Тем временем вспышки появлялись вновь и вновь, и вслед за ними повторялись и землетрясения. С каждым разом оно было все сильнее и сильнее.
   - Это точно не останется незамеченным, - заметил Анреа, - нам лучше поспешить.
   - Здесь рядом корпус общежития, в котором живут ботаники с факультета алхимии, - ответила на это Онея, - я не удивлюсь, если землетрясение на самом деле из-за них, ну а если нет, то все спишется все равно на них.
   - Будем надеться, - мрачно вздохнул Анреа.
   Наконец они вышли к месту, где раньше была большая площадь, окруженная тремя корпусами общежития. В одном из них проживала Лай неа, во втором же как раз размещались алхимики, и в окнах этого здания действительно был виден какой-то странный свет. Но более всего Анреа и Онею поразило то, что площадь, на которой раньше было всего три дерева, теперь была полностью покрыта прекрасным садом, который полостью уничтожил весь асфальт. Здесь были не только розы, но и прочие цветы, прекрасные деревья с золотыми и платиновыми листьями, среди ветвей которых уже устроились диковинные птицы, которых раньше они оба не видели.
   - Этот умник ведь даже не может произнес нормально заклинание для мытья посуды! - с досадой произнесла Онея, -ну все, больше от работы по дому он у меня не отвертится!
   - Тише, смотри.
   Анреа указал куда-то вперед, где среди кустов и деревьев с трудом различалась высокая тощая фигура, издававшая странные звуки. Онея и Анреа медленно и тихо начали к ней приближаться.
   Как они о ожидали, на небольшой поляне стоял Легор. Правой рукой он пытался размять горло, попутно распеваясь.
   - Вот ты где! - Анреа выступил из тени, укрывавшей их, сделав при этом приветливое лицо, натянув на него улыбку, - а мы тебя тут ищем. Что делаешь.
   - Готовлюсь, - уже более внятно ответил Легор.
   - К чему? - осторожно спросила Онея.
   - Я буду петь. Только так я могу донести до нее свои чувства. Она услышит меня. Выглянет в окно и увидит, что я сделал для нее! Такая богиня, как она, должна жить в красивейшем месте! И я сделал его для нее.
   - Угу, - буркнула Онея так, что ее мог слышать только Анреа, - а дома палец о палец не ударит, чтобы хоть как-то привести все в порядок.
   - Тише, - ответил на это Анреа, после чего снова обратился к Легору, - она, наверное, уже спит, может завтра ей споешь. Я сомневаюсь, что сейчас как раз подходящий момент.
   - Нет, иначе я ее окончательно потеряю, - покачал головой Легор, явно все еще не осознавая до конца своих действий, - она узнает, что я чувствую, узнает, что эти чувства настоящие.
   - Да, но ты уже за полчаса нарушил как минимум десяток правил института, и пять законов, так что лучше нам пойти домой.
   - Это все не важно, - отмахнулся Легор, при этом чуть не потеряв равновесие и не упав в кусты, - важны лишь мои чувства.
   В этот момент где-то в стороне послышались шаги. Кто-то приближался. Но Легор не обратил на это ни малейшего внимания. Он повернулся к общежитию, где находилась его любимая, и хоть ее окна не горели, он начал готовиться выплеснуть свои эмоции в песне, которую придумывал, пока украшали студенческий городок.
   - Если он откроет рот, нас загребут всех, - сказала Онея.
   - Я знаю, - ответил Анреа, - зажми ему рот, а я схвачу его и потащу домой.
   - Давай.
   Не медля больше ни минут, они подбежали к Легору. Они успели как раз вовремя. Первые слова куплета должны были сорваться с его уст, и рот был уже открыт, когда Онея плотно зажала его своей рукой. В этот же момент Анреа подбежал к Легору сзади, обхватил его и оторвал его ноги от земли. Как Анреа и ожидал, алкоголь еще действовал на Легора, и тот не мог оказать ни малейшего сопротивления.
   Онея и Анреа потащили Легора прочь, пробираясь через кусты в сторону дома. Краем глаза Онея заметила, что в момент, когда кусты их уже почти полностью скрыли, на эту полянку вышло двое охранников. Они не успели заметить беглецов, и те продолжили свое отступление, скрываемы кустами цветов.
   - Тише только, - шептала Онея каждый раз, когда Анреа делал очередной шаг, так как он сопровождался шелестом травы.
   - Я стараюсь, - бурчал на это Анреа, удерживая Легора, который мало по малу пытался высвободиться.
   Онея же продолжала держать его рот заткнутым, не смотря на то, что Легор пытался даже укусить ее руку.
   - Так, - прошептала она, - будешь кусаться, и тогда я уже точно рассержусь.
   Инстинкт самосохранения у Легора еще работал, поэтому он окончательно оставил попытки хоть как-то высвободиться.
   Так они отступали до тех пор, пока не оказались достаточно далеко от охранников. Они добрались до конца парка, который наколдовал Легор, и только тогда Онея отпустила его рот. К удивлению Анреа и Онеи, Легор к этому моменту успел крепко заснуть, и привести его в сознание было невозможно.
   - Проклятье, - расстроено произнес Анреа, - теперь его так нести до самого дома.
   - Ничего, завтра его ждет не самое приятное пробуждение, - заметила Онея, - уж я об этом позабочусь. И вообще мы пересмотрим весь его образ жизни...
   - Может не надо так жестоко? - спросил Анреа, слегка усмехнувшись.
   - Надо, - уверенно ответила Онея, - иначе это когда-нибудь снова повториться.
   - Вообще да, - признал Анреа.
   - Ладно, хватай его и пошли быстрее домой. Охранники могут прочесать всю территорию института в поисках нашего садовника. Лучше нам не попадаться.
   Анреа покорно закинул безвольное тело Легора себе на плечо, после чего они продолжили свой путь к дому.
  

Глава двадцать третья. Утро добрым не бывает.

   Утро выдалось крайне тяжелым. Всем пришлось встать очень рано, так как отправление на экскурсию, организованной институтом, должно было произойти в восемь утра. Соответственно, декан объявил, что ждет всех участвующих в ней в семь, чтобы благополучно все проверить и окончательно подготовиться к отправлению.
   Юнеа и Эвила встали первыми. За ними начали подтягиваться остальные. К счастью, они все поступили, как им говорила Онея, и вещи у них были уже собраны, благодаря чему им оставалось лишь привести себя в порядок, взять сумки и пойти на главную площадь студенческого городка, на которой и происходил сбор. И все же, проснувшимся не давало покоя одно обстоятельство. Юнеа ожидала, что когда проснется, первым делом увидит Онею, которая уже стоит, собравшаяся и готовая, тормошащей ее за плечо. Но этого не произошло. И заходить в ее с Анреа комнату они не хотели, во избежание различных конфузных ситуаций. Так же не было видно Легора и Касса. Все они помнили, как Легор выбежал на улицу, чтобы сделать какую-нибудь глупость, и как Онея с Анреа последовали за ним, чтобы его остановить.
   - А ты не видела, как они возвращались? - спросил обеспокоенно Юнеа Эвилу.
   - Нет, я пошла спать еще раньше тебя, - покачала головой та.
   - Что ж... а кто-нибудь видел?
   - Нет, - ответил Денон, - я ложился позже всех...
   - Я вроде слышал, как хлопала дверь в прихожей и чьи-то голоса, - неуверенно произнес Одеус, - только вот не уверен, что мне это не приснилось.
   Неожиданно дверь в комнату Касса открылась, и на пороге появился ее обитатель, вид которого явно говорил о том, что вчерашний принятый алкоголь все-таки сказался на нем. Волосы были встрепанными, лицо немного опухшим и очень уставшим. Под глазами виднелись синие мешки.
   - Привет, - немного с презрением произнесла Юнеа, - ты вчера не видел, как вернулись Онея, Легор и Анреа?
   Касс немного задумался, при этом лицо его непроизвольно поморщилось.
   - Во-первых, всем доброе утро, - ответил, наконец. Касс, - во-вторых, да я видел, слышал и ощутил, как они вчера вернулись. Именно поэтому я так плохо сейчас выгляжу.
   - То есть? - не поняла Эвила.
   - Они сами все расскажут, а сейчас мне нужен срочно кофе, желательно Гирейский, а то я сейчас откинусь.
   Было видно, что Касс не совсем адекватен, и это было очень удивительно. За неделю, что он пробыл в этой квартире, в таком плохом состоянии его еще ни разу не видели, не смотря на то, что он явно не ограничивал себя в принятии опьяняющих веществ. К тому же предыдущим вечером он отправился спать в нормальном состоянии.
   Присутствующие озадаченно переглянулись, пока Касс чуть ли не прополз на кухню. Но никто не стал спрашивать его, что случилось.
   Оставалось пятнадцать минут до того момента, когда на площади должен был произойти сбор, и обитатели неспокойной квартиры уже начинали беспокоиться. Но им оставалось лишь наблюдать, как Касс приводит себя в порядок, потому что больше ничего интересного не происходило. Юнеа невольно отдала себе отчет в том, что Касс довольно быстро смог поставить себя на ноги. За двадцать минут, в течении которых он приготовил себе кофе и еще какой-то коктейль со странным цветом и запахом, они смог превратиться обратно в нормального человека. Цвет кожи перестал быть таким бледным, движения стали более уверенными и менее размашистыми, синяки под глазами пропали. Лишь волосы оставались все также встрепанными, но это было скорее их обычное состояние. После принятие напитков, которые должны были вернуть его к жизни, Касс переоделся, и вернулся к своим соседям полностью готовым к поездке.
   - Чего сидим, кого ждем? - спросил Касс.
   - Онею, Анреа и Легора, - ответил Денон.
   - Да? - удивленно усмехнулся Касс, - а чего, никто не хочет их разбудить?
   - Мы даже не уверены, что они там, - ответила Эвилла.
   - Ну, так зашли бы и посмотрели, заодно разбудили бы их.
   - Они этого не любят, когда вторгаются в их особо личное пространство, - уточнила Юнеа, - и вообще это как-то не прилично.
   - Не любят, значит, - усмехнулся Касс, - это как раз то, что мне сейчас нужно.
   И с этими словами и пошел по коридору в сторону комнаты Онеи и Анреа.
   - Он видимо не понимает, что Онеа ему этого не спустит, - предположила Эвила, - сейчас же будет скандал...
   - Пускай, - усмехнулась Юнеа, - может хоть это его чему-нибудь научит.
   - Ты ему смерти желаешь? - удивилась Эвилла.
   - Да нет, просто чтобы его немного перевоспитали, а то у нас уже каждый день тут беспробудное пьянство.
   Тем временем Касс успел дойти до комнаты Онеи и Анреа, и обитатели квартиры услышали очень громкий стук в двери, после чего разнесся на удивление громоподобный голос Касса:
   - Пора встава-а-а-ать, - почти пропел он, - кто не проснулся, я не виноват.
   И с этими словами он вошел в их комнату, при этом произнеся заклинание, которое заставило звучать один из самых популярных классических хитов рока на полную громкость.
   - Он псих! - перекрикивая музыку, сказала Эвила на ухо Юнеи.
   - Ночью явно что-то произошло, - ответила она так же.
   Не в силах больше сопротивляться любопытству, она тоже вскочила на ноги и пошла в сторону комнаты Онеи. Там ей открылась весьма забавная и странная картина. Касс возвышался с видом победителя над лежащими на кровати Онеей и Анреа. Те были одеты в ту же одежду, что и вчера вечером, что свидетельствовало о том, что они просто свалились с ног от усталости. Рядом с ними в кресле сидел Легор, привязанный к этому самому креслу и озирающийся сонными глазами.
   Касс, с довольной ухмылкой, прошел к окну, которое было закрыто занавесками и быстрым движением впустил в комнату яркий утренний солнечный свет, который упал как раз на спящих. Музыка все еще играла, что вместе со светом вызвало полную дезориентацию. Юнеа с ужасом наблюдала за всем этим, даже не представляя, что здесь вообще происходит и что сделают после всего этого с Кассом.
   - Я же сказал, - повторил тот, сбавляя громкость музыки, - что пора вставать.
   Онея первая пришла в себя. Она устало посмотрела на Касса, после чего произнесла:
   - Да, признаю, мы жестоко поступили вчера с тобой, а теперь пожалуйста, прекрати это...
   - Что, я не слышу, - Касс снова прибавил музыку.
   - Я сказала прекрати это, иначе я уже буду не извиняться, а нам с тобой меньше всего нужна разборки. Ты отомстил, достаточно, и так слишком жестоко...
   - Ладно, - улыбнулся Касс, - будем считать, что квиты, так что, - с этими словами он быстро вышел из комнаты, после чего вернулся с подносом, на которых было шесть стаканов, в трех из которых был кофе, а в остальных тот самый дурно пахнущий коктейль, который он принял при пробуждении, - вот, держи, это вернет тебя к жизни.
   - Спасибо, - слабо произнесла Онея.
   Тем временем Анреа и Легор тоже приходили в себя. Легор очнулся раньше Анреа и с удивлением обнаружил себя связанным.
   - Ребят, а что вчера было? - с испугом спросил он, - что вы со мной такое делали?
   - Спасали тебя от глупостей, как всегда, - ответила Онея.
   - Ну, конечно, спасибо за это, только, все-таки, почему я связанный?
   - Мы тебя насиловали всю ночь, а теперь оставим в качестве раба, - ответил Анреа, наконец осознавший, что происходит, - а вообще устроил ты нам ночью веселую жизнь.
   - Ребят, так что вчера было? - наконец не выдержала Юнеа.
   Все четверо переглянулись, и неожиданно на лицах Онеи, Анреа и Касса появились улыбки. Пару секунд они сдерживались, после чего расхохотались.
   - Вообще-то, мне тоже интересно, - попытался привлечь их внимание Легор, который все еще был связан по рукам и ногам.
   - Все началось с того, как Легор сбежал на улицу, - сказала Онея. - а Касс отказался нам помогать его вернуть.
   - Да, это я помню, - подтвердила Юнеа.
   - После этого мы с Анреа пошли за Легором, чтобы удержать его совершения каких-либо глупостей, но, к сожалению, мы опоздали.
   - Да? - удивленно произнес Легор, - и что же я натворил?
   - Пусть для тебя это будет сюрпризом, - с улыбкой произнес Анреа, - скажем только, что ты оказался на удивление сильным способным магом.
   - Да, - подтвердила Онея, - но в итоге мы его нашли и даже схватили, и это было как раз вовремя. Охранники уже почти добрались до него, и мы в последний момент смогли уйти от них. Только вот Легор, который сначала не оказал практически никакого сопротивления, неожиданно нашел в себе новые силы, и попытался вырваться. Нам чудом удалось зажать его рот.
   - И когда они притащили его домой, им нужно было как-то его успокоить, иначе он бы все тут разнес, - продолжил рассказ Касс, - только уже мало что могло помочь в этом, так как самые сильные зелья и заклинания я уже использовал на нем, и это привело только к ухудшению его состояния.
   - Именно, и нам оставалось лишь одно.
   - Передать это его состояние другому, менее буйному? - предположила Юнеа.
   - Именно, - ответил Касс, пристально посмотрев на Онею.
   - Мы решили, что Касс поступил немного не хорошо, когда скрылся за своими семью печатями, - продолжила Онея, - и поэтому мы выманили его из комнаты, предварительно связав Легор и заткнув ему рот кляпом.
   - То-то у меня зубы болят, - заметил Легор.
   - Да, прости, но мы не могли рисковать, - мягко произнесла Онея, - и, в общем, пока Касс не понял, что происходит, я произнесла заклинание передачи состояния, и все, что действовало и бурлило в Легоре, перешло на Касса. Легор тут же отрубился, а вот Касс...
   - А вот Касс испытал незабываемые ощущения, - закончил сам Касс, - что было совсем неприятно, кстати говоря.
   - Ладно, - осмыслив весь рассказ, подвела Юнеа, - сбор на площади через пять минут, так что нам лучше поспешить.
   - О, это как посмотреть... - задумчиво произнесла Онея, - вероятнее всего первым делом ректор попытается выяснить, откуда появился парк, так что нам лучше не светиться в первых рядом.
   - Какой парк? - не поняла Юнеа.
   - Скоро узнаешь... - рассмеялся Анреа...
  

Глава двадцать четвертая. На волоске.

   Площадь перед главным зданием института была переполнена. Практически все студенты собрались здесь в это утро. Но, не смотря на то, что главной темой разговоров у них обычно было обсуждение, куда же ректор хочет на сей раз их отвести, теперь они обсуждали, откуда взялся сад, который за одну ночь покрыл почти всю территорию института.
   Когда Онея и остальные вышли на площадь, они не могли не услышать этих разговоров.
   - Хм... - произнес на это Легор, - о каком еще парке они говорят?
   - О, тебе лучше не знать, - с усмешкой произнесла Онея, - делаем вид, что не в курсе, и стоим подальше от всех.
   Они остановились в стороне от общей массы студентов. По их прикидкам, тут были уже все. Им оставалось лишь дождаться, когда появится декан, со своей традиционной речью перед поездкой.
   - Где-то в этой толпе и она... - мрачно произнес Легор, чем тут же вызвал всеобщее недовольство, отразившееся на лицах его друзей.
   - Хватит себя мучить и высматривать ее лицо, - сказал Касс, - нам предстоит вроде как отличная поездка, так давай не будем ее портить.
   - Ладно, - согласился Легор, - все равно, она наверняка старается спрятаться от меня сейчас. Мне ее не увидеть...
   И в то же время Легор не отвел своего взгляда от толпы, пытаясь найти глазами любимую. Онея, Анреа и остальные лишь тяжело вздохнули, но не проронили не слова. Обратив свои взоры в сторону небольшой трибуны, которая появилась перед площадью за пару секунд до этого. Это означало, что ректор скоро появится, чтобы выступить с речью.
   Касс же все-таки проследил за взором Легора. И неожиданно ему показалось, что он увидел знакомое лицо. Он присмотрелся, но видение из прошлого уже растворилось к этому моменту. Сердце, которое на мгновение начало биться сильнее, успокоилось, и Касс тяжело выдохнул.
   Онея заметила, как лицо Касса помрачнело.
   - Эй, ты как? - спросила она, - все еще не пришел в себя? Я думала, твои коктейли тебе помогли.
   - Да, физически я в порядке. Просто это была кошмарная ночь. Вспоминались ошибки прошлого... больше никогда так не делайте.
   - Ладно, прости, - сочувственно произнесла Онея, - я не думала, что тебя это может так глубоко пронять.
   - Я тоже так не думал, - покачал головой Касс, - ничего страшного, скоро я приду в себя. Особенно учитывая, что нас ждет несколько скучных часов взаперти в автобусе.
   - Не грусти, у нас уже есть одно унылое...ну ты понял.
   И они оба косо посмотрели на Легора, который не слышал их, все еще погруженный в поиски Лайнеи.
   Неожиданно по толпе студентов прошелся гул оживления. Все взоры обратились в одну сторону, и Онея с друзьями посмотрели туда же. Из главного здания института вышли три фигуры, которые из-за легкой дымки, исходящей от земли, как это обычно бывает в жаркое утро, было сложно рассмотреть. Лишь некоторым, включая Касс, удалось узнать в них фигуры ректора Нернийского, мера Ромуса и его дочери Гедионы. Гедиона шла, гордо подняв голову, одетая по последнему слову моды, что явно не нравилось ее отцу. Он косо поглядывал полуголый наряд своей дочери, явно скрывая стыд. Когда они подошли к трибуне, Он сделал ей знак, чтобы она шла к остальным. Гедиона повиновалась, и прошла к своим подругам со светящейся улыбкой на лице.
   Когда гул среди студентов утих, и на площади воцарилась полнейшая тишина, ректор произнес заклинание, которое позволило слышать его голос в самых дальних рядах толпы студентов.
   - Доброе утро, уважаемые наши студенты. Все мы долго ждали этого дня. Сегодня состоится ежегодная экскурсионная поездка, которая продлиться три дня и две ночи в одном из самых интересных мест нашей страны. В этом году выбор места был не совсем случайный. Многие задаются вопросом, куда же мы отправимся на это раз, - голос его был спокоен, но Касс даже на таком расстоянии видел, что в глазах старого ректора горит озорной огонек. Это был взгляд бездонного Эла, - так вот я сейчас отвечу вам на него. Мы едем в деревню Керния.
   При этих словах среди студентов начали доноситься крики восторга. Онея, как и большинство, не смогла сдержатся, и тоже подняла руки в верх с радостным воплем. Эта деревня имела колоссальное значение не только для Антреи, но и для всего мира в целом. Именно там князь Перлом, освободивший мир от последних великих темных магов, встретился с великими магами искусства тысячу лет назад, чтобы они помогли остановить зло, которое к тому моменту уже захватило все, что было возможно. Это место было последним, где видели великих магов искусств.
   В отличие от остальных, услышав эту новость, Касс немного помрачнел. Но этого никто не заметил. Всеобщее ликование присутствующих было так велико, что ректор с трудом смог воззвать обратно к тишине, чтобы продолжить свою речь.
   - И так, через каких-то пятнадцать минут мы уже отправимся, - продолжил он, наконец, - но перед этим я хотел разъяснить еще кое-что. Все вы наверняка заметили, что на территории нашего института этой ночью неожиданно для многих появился сад, - в этот момент Касс, Онея, Легор и Анреа осознали, что ректор теперь смотрит прямо на них, - хочу вас успокоить, все это было сюрпризом специально для вас. В честь тысячелетия с появления последних великих магов искусств, мы решили открыть этот небольшой парк, посвященный истинному искусству, которое всеобъемлющее, могучее, способное изменить этот мир к лучшему. За работу над садом мы бы хотели высказать благодарность его создателям. Мы надеемся, что впредь они будут, конечно, больше согласовывать с нами их действия, и все же мы остаемся довольны их работой и благодарны им.
   Эта поездка, которая нам предстоит, имеет огромное значение, и как я уже сумел увидеть, вы все это осознаете. Именно там было остановлено тысячу лет назад великое зло, стремившееся уничтожить все светлое в нашей жизни, включая и искусство. Но именно оно их остановило в тот памятный день. Я не буду сейчас вдаваться в детали, специалисты этого места все вам расскажут, я просто прошу, чтобы вы помнили, где вы находитесь, уважали это место, и не подорвали статус нашего института. На этом всем спасибо, прошу проходить к автобусам, сохраняя организованность.
   В этот момент возле выхода с территории института начали появляться автобусы, и студенты, разбившись по своим факультетам, начали заполнять их. Не смотря на то, что Онея и ее друзья были с разных факультетов, у них уже была договоренность с организаторами поездки, что они все едут в одном автобусе.
   Они уже направлялись в сторону посадки, когда неожиданно мэр и ректор нагнали их. Студенты тут же остановились. Легор, Анреа, Онея и Касс замерли в ожидании, что они им скажут, так как первой их мыслью было, что разговор пойдет о новом парке института.
   - Добрый день, ребята, - произнес мэр Ромус с улыбкой, его взгляд почему-то остановился на Онее, - можем мы украсть одного из вас для разговора?
   - Да, конечно, - неуверенно ответила Онея.
   - Касс, будь добр, задержись на секунду, - тут же произнес ректор Нернийский, - твои друзья наверняка займут тебе место в автобусе.
   - Все в порядке, - ответил Касс на вопросительные взгляды своих спутников, - вам действительно лучше подождать меня в автобусе.
   Он отдельно кивнул Онее, так как ее взгляд был беспокойнее остальных. Только после этого они продолжили путь на посадку в автобус, а Касс остался с мэром и ректором. Только после того, как ректор убедился, что их разговор никто не услышит, он произнес:
   - У мэра есть к тебе небольшая просьба, но перед тем, как он выскажет ее, я тоже хотел бы тебя кое о чем попросить.
   - Вы же знаете, что я помогу всем, что в моих силах, - ответил Касс.
   - В поездке приглядывай за своим другом, - ректор посмотрел в сторону Легора, - тут то мы можем объявить о запланированном создании парка, а вот там охраняемая культурная зона. Если его опять потянет каким-либо образом выразить свои чувства к любимой, кем бы она была, то пусть делает это более безопасными способами. Ну и вообще приглядывай за ним, чтобы мы хотя бы нормально доехали.
   - Хорошо, - усмехнулся Касс, - у меня есть пара способов успокоить его.
   - Надеюсь... - вздохнул ректор, - а вообще что это за баба такая, что игнорирует такие жесты... ладно, поговорите тут, я подожду в стороне.
   И с этими словами Нернийский отошел на несколько шагов, чтобы Касс и мэр Ромус могли поговорить с глазу на глаз. Он видел, как его старый друг обращается с просьбой к молодому парню, лицо которого стало сначала серьезным, а после почему то заиграла дьявольская улыбка. Последние слова ректору все же удалось расслышать, хоть он и не пытался этого сделать.
   - Я вас понял, - сказал Касс, - раз уж вы сами об этом просите, то я вмешаюсь. Но вы уверены, что последствия...
   - Последствия не важны, - отмахнулся мэр, - как я тебе уже сказал, все это необходимо. Делай все, что нужно.
   Касс кивнул, и после этого они снова подошли к ректору.
   - Ну а ты с нами не хочешь? - спросил Нернийский, и в нем Касс снова увидел бездонного Эла, - будет весело, вспомним старые времена. Устроишь себе отпуск.
   - Слишком много работы, - с сожалением улыбнулся Ромус, - да и жена не поймет, если я сбегу так неожиданно.
   - Взял бы ее с собой. Насколько я помню, она была динамит...
   - Да, но... как-нибудь в другой раз.
   - Чтобы был через неделю на открытии выставки, - Нернийский погрозил пальцем, - не прощу тебе, точнее вам обоим, если пропустите эту пьянку.
   - О, не волнуйся, там мы точно будем, - заверил Ромус своего старого друга, - можешь даже не сомневаться. Лишь бы наш юный художник смог справиться со своими задачами.
   - Я работаю над этим, - заверил их Касс, ощутивший на себе пристальный взгляды сразу двух сильных мира сего, - сделаем все в лучшем виде.
   - Ну что ж, тогда удачного вам пути, - Ромус пожал руку своему другу и направился к выходу из института.
   Нернийский и Касс пошли в сторону автобуса. В этот момент как раз подошел автобус для студентов факультета искусствоведенья. Касс и Нарнийский прошли через толпу этих молодых людей, и тут у Касса снова появилось чувство, что рядом с ним находится кто-то, кого он знает. Он обернулся и начал вглядываться в лица незнакомых ему студентов.
   - Что-то не так? - спросил ректор.
   - Нет, - Касс мрачно повернулся к нему, - все в порядке... давайте уже отправляться.
  

Глава двадцать пятая. Начало путешествия.

   По пути в автобус к Онее неожиданно сзади кто-то подошел и быстро пробежался ей руками по подмышкам, от чего она слегка вздрогнула. Она и Анреа, который шел рядом с ней, обернулись, и увидели перед собой Ризу, у которой, как и у васех, за плечами висела походная сумка.
   - Привет, - улыбнулась она, - как вы? Выглядите какими-то сонными.
   - Да вот, была тяжелая ночь, - ответила Онея, - а ты как?
   - Легла пораньше, с утра выпила отличного кофе, теперь бегаю, как заведенная, - Риза снова рассмеялась.
   Онея знала не понаслышке, что крепкий черный Лиронский кофе, который постоянно пила Риза, чтобы взбодриться, делал людей порой слишком активными. Были все признаки того, что Риза немного переборщила с этим напитком.
   - Слышали что ночью случилось? - спросила она с горящими глазами, - ректор сказал, что этот сад был запланирован, а как по мне, так кто-то вчера из студентов через чур перебрал. Я даже сначала подумала, что это кто-то из ваших, но Легор вчера был в отключке, а вы хотели пораньше лечь спать... стоп, а почему у вас была тяжелая ночь?
   Анреа и Онея переглянулись, с трудом сдерживая смех.
   - Лучше тебе об этом не думать, - покачала головой Онея.
   - Так, понятно, - с переигранным укором Риза посмотрела на них, - что ж, вам повезло, что вас не поймали. А знаете что еще забавно?
   - Что же? - спросил Анреа.
   - Те двое гвардейцев, я видела, как они садились в один из наших автобусов.
   - Каких гвардейцев? - не понял Анреа.
   - Которые следят за Кассом, - тут же ответила Риза.
   - Они не следят за ним, - тяжело вздохнула Онея, - скорее всего это просто для охраны нашей поездки. Я не понимаю, с чего тебе вообще пришло это в голову.
   - С того, что они появились одновременно с ним. Я серьезно! Неужели вам не кажется это слишком подозрительным?
   - Нет, - хором ответили Онея и Анреа, - это просто совпадение.
   - Я вот думаю, что нет, - покачала головой Риза, - как бы там ни было, они за кем-то следят, а следить им остается по логике вещей только за Кассом.
   - Оставь свои теории заговоров, - усмехнулась Онея, - и пошли в автобус. Ты не в нашем случайно?
   - Нет, - ответила Риза, - я со своими однокурсниками, так что теперь до встречи уже на месте. Ладно, побежала к остальным!
   И с этими словами Риза резко развернулась и быстрым размашистым шагом направилась в сторону своих однокурсников.
   - Ей нужно пить поменьше кофе, - заметил Анреа.
   - Это точно, из-за него они становиться слишком мнительной. Пойдем. Наши уже садятся.
   Когда они подошли к своему автобусу, их соседи по квартире уже все загрузились в него. Лишь Юнеа стояла возле входа в него, чтобы автобус не ушел без них. Она с упреком посмотрела на друзей и произнесла нравоучительным тоном:
   - Где вы застряли? Автобус уже собирается отходить.
   - Встретили Ризу, - ответила Онея.
   - Могла бы и догадаться.
   - Так, жена, не возникай мне тут, - усмехнулась Онея, - Касс уже вошел?
   - Нет еще, и я думаю, что мы так и поедем без него.
   Но тут из-за их автобуса вышли ректор Нернийский в сопровождении Касса. Было видно, что они говорят на какую-то серьезную тему, потому что лицо Касс было немного мрачным, а ректор на редкость спокоен и холоден.
   - В общем, тебе нужно постараться, - услышали они слова ректора, - времени осталось мало. Я очень надеюсь, что мы не сделали ошибки.
   - Вы то ее не совершили, я тот, кто нужен. Но это все гораздо сложнее, чем можно себе вообразить.
   Лицо ректора смягчилось. Он по отечески посмотрел на своего студента, и произнес:
   - Ты справишься, как бы это не было сложно. Никто не должен будет забыть этого дня.
   - Да...
   - Ладно, автобус ждет уже только тебя, так что иди.
   И Касс направился к своим друзьям. Онея с беспокойством посмотрела на своего родственника и спросила:
   - Все в порядке?
   - Да, - ответил Касс, тут же оживившись, - чего стоим, кого ждем?
   - Тебя, - недовольно произнесла Юнеа, - ладно, тогда поехали.
   И с этими словами он легко вскочил в автобус, так как из вещей он в поездку с собой взял лишь одну небольшую сумку, которая казалась совершенно пустой. Онея и Анреа последовали за ним. Юнеа присоединилась к ним, тяжело вздохнув.
   В автобусе Касса ждал не особо приятный сюрприз. Все места, кроме того, что было рядом с Легором, оказались заняты. Он растерянно огляделся вокруг, но Анреа сел рядом со своей любимой, Юнеа тут же проследовала к Эвиле, Денон находился в конце автобуса вместе с Одеусом, который почему-то тоже выглядел не слишком веселым. Это на мгновение приковало его внимание, так как все остальные, кто находился в автобусе, не смотря на сонное состояние, были радостными и веселыми в предвкушении путешествия. Но у Касса была причина грустить самому. Если Одеус просто был немного мрачным, то Легор совсем расклеился. К нему пришло вновь осознание того, что девушка, в которую он так влюбился, больше не хочет его видеть, и что это вряд ли когда-нибудь измениться.
   Тяжело вздохнув, Касс сел к Легору. Тот посмотрел на него своими унылыми глазами, которые на мгновение немного повеселели.
   - На этот раз ты сидишь со мной?
   - Да, - покачал головой Касс.
   - Денон что-то не захотел снова заняться это место.
   - Удивительно... - буркнул Касс.
   - Знаешь, теперь это будет отличная поездка... - Легор осмотрелся по сторонам, и шепотом спросил, - а у тебя выпить нет?
   - Неа... - Касс пристально посмотрел, - может не стоит прямо с утра?
   - И это мне говоришь ты?
   - Именно.
   - Что ж... наверное ты и прав, - согласился Легор, - пока не стоит. Надо же хотя бы отъехать. В любом случае, у меня есть своя заначка, и я всегда могу с тобой поделиться.
   Касс пристально посмотрел на своего друга. Он понимал, что для него эта поездка может стать невыносимой мукой. Им предстояло провести вместе в автобусе около пяти часов, и если Легор действительно собирался выпить, то последствия этого были устрашающими.
   Но, к облегчению Касса, Легор, вместо того, чтобы доставать из своего рюкзака бутылки с алкоголем, вытащил оттуда ступку бумаги и ручку. Эти бумаги Касс уже видел. Часть из них была исписана песнями, которые Легор сочинял.
   - Думаешь заняться делом? - спросил Касс.
   - Не знаю, - мрачно ответил Легор, - что мне еще остается. Я лишь могу писать эти песни для нее, в надежде, что однажды настанет день, когда она их услышит или прочитает, и поймет, что я к ней испытываю...
   Какой бы наигранной этой речь не показалась Кассу, он понимал, что Легор говорит искренне, так как в глубине души испытывал практически те же чувства. Он отвернулся в сторону, не собираясь мешать своему другу, и попытался заснуть. Последствия заклинания, которое наложила на него Онея, оказались куда более серьезными, чем она могла предположить.
   Наконец автобус тронулся и направился ровным тихим ходом прочь из столицы. Он был в цепочки и из десяти таких же автобусов, которые следовали на север по главной дороге Иреи. На улицах можно было видеть сонных прохожих, которые медленно направлялись к своим рабочим местам. Сквозь приоткрытые глаза Касс наблюдал за ними. Они казались ему такими далеким, практически не существующими.
   Когда он жил в своем небольшом городке, ему это не особо бросалось в глаза. В провинции жизнь течет более спокойным темпом, и можно позволить себе не замечать очевидного. Но здесь это было сложнее. Эти люди жили день за днем совершенно одинаково. Каждое утро они вставали, чтобы идти на работу, а вечером возвращались с нее домой. И как бы они не пытались разнообразить себе вечер, итог был один - они жили по общей стандартной схеме, которая работала практически во всем мире. Каждый день их ждало то же самое, что было вчера. И так день за днем, год за годом, без остановки до самой смерти. Неожиданно Касс понял, что эти люди напоминают ему зомби, которые в какой-то момент отказались от своих мечтаний, и приговорили сами себя к этой жуткой рутине. И что казалось ему самым страшным - они считали себя счастливыми.
   Однако Касс быстро отогнал от себя эти мысли, и повернулся обратно к Легору. Тот на удивление был занят написанием уже третей песни. Казалось, молодой поэт полностью погрузился в свое творчество.
   Но, как только стоило их автобусу покинуть черту города, Легор оторвался от своих бумаг и осторожно осомтерлся.
   - Кажется, никто не смотрит? - задумчиво спросил он.
   Касс сам огляделся. Преподаватель, который должен был отвечать за порядок в автобусе, находился возле кабины водителя и о чем-то с ним разговаривал. Это был Леос Дорем. Касс усмехнулся про себя, заметив, что за ним так же наблюдает половина девушек автобуса. За него можно было не переживать, так как если бы он и захотел к ним подойти, то незаметно у него это не получилось бы.
   - Кажется да, - подтвердил Касс, тут же поняв, что Легор не просто так это спросил.
   Как он и опасался, его друг тут же запустил руку в свой рюкзак, и вытащил оттуда небольшую блестящую железную фляжку. Как только Легор отвинтил ее крышку, в нос Кассу ударил до боли знакомый запах.
   - Это из моих запасов? - возмутился Касс.
   - Да, - кивнул Легор, тут же отхлебнув, - будешь?
   - Нет, - прошипел Касс.
   Он сделал жест рукой, прошептав заклинание, и из бутылки тут же на какое-то мгновение показался легкий синеватый дым, который практически сразу же растворился в воздухе. Но Легор не заметил этого, так как его глаза снова оказались прикованными к его бумагам. Он в задумчивости сделал еще один глоток.
   В этот же момент Касс увидел, как Легор немного побледнел, после чего фляжка выпала у него из рук, а голова уткнулась в сидение перед ним. Касс осторожно откинула его на сидение кресла, направил в его сторону свою левую руку и прочитал еще одно заклинание. На голове Легора появились большие звукоизолирующие наушники.
   Тут к ним повернулся Анреа, который как раз сидел перед Легором, и почувствовал толчок в спину.
   - У вас там все в порядке? - спросил он.
   - Все отлично, Легор решил еще немного отдохнуть, - отозвался Касс.
   Анреа внимательно посмотрел на него, затем на гигантские наушники Легора.
   - Только не говори мне...
   - А ты не спрашивай тогда, - перебил его Касс, - что мне еще было делать то?
   - Но ведь может повториться вчерашняя ночь!
   - На сей раз на нем наушники, - покачал головой Касс, - три часа продержимся, а потом его и танком не поднимешь.
   - Сам будет разбираться, если что, - с усмешкой вмешалась Онея, не поворачиваясь в их сторону.
   Анреа покривил лицом, но отвернулся, устав снова и снова возвращаться к теме Легора. Касс же, чтобы было не скучно в дороге, вытащил из-под руки бумаги Легора и начал изучать его творчество.
  

Глава двадцать шестая. Скука в дороге.

   Пока Касс сидел, погрузившись в изучение творчества Легора, Онея находилась на сидении перед ним и с интересом разглядывала пейзаж, открывшийся в окне, как только они покинули черту города. Разница между столицей и ее областью была заметна, но только в том плане, что люди тут жили именно в деревнях. В Антреи насчитывалось не так много крупных городов, возле которых были разбросаны деревни, некоторые из которых по размерам могли поспорить с этими городами.
   В этой стране люди не любили то, что на западе называли прогрессом. Там города росли гораздо быстрее, маги с радостью перебирались туда в поисках лучшей жизни. Но в итоге это начало приводить к тому, что маги в тех странах начали терять свой контакт с природой, которая давала им жизненные силы и магию. Как это не забавно было для жителей Антреи, но люди в тех странах начали искать решение этой проблемы в своих фэнтэзийных рассказах про миры без магии, где правит наука, и это привело к развитию определенных технологий, которые помогали магам, частично лишенных своих сил.
   Но некоторые люди в Антреи и других странах мирах считали, что наука идет в разрез с природой, нарушает баланс, и еще больше лишает магов их сил. Споры из-за этого продолжались уже около пятидесяти лет, но они были исключительно теоретическими, и никогда не выходили за рамки разумного.
   В Антреи большая часть жителей проживала в деревнях. Конечно, эти деревни нельзя было назвать теми деревнями, которые строились в темные времена, когда правили великие темные маги. Это были современные деревни, которые включали в себя многие из удобств, которые могла предоставить современная магия. Здесь все было в порядке с канализацией и отоплением, с чистотой и порядком на улицах, с дорогами и связью. Однако деревня оставалась деревней. Красивые деревянные двух- трехэтажные дома были окружены садами, которые сами по себе постепенно сливались с лесом. Повсюду были слышны трели птиц. Животные без боязни выходили к магам время от времени. Иногда случалось, что и хищники показывались, манимые какими-либо вкусными запахами пищи магов. Но за последние триста лет не было ни одного нападения на мага с их стороны.
   Онея любила выбираться так из города. В области она постоянно чувствовала прилив вдохновения и сил, и была готова рисовать и или делать наброски каких-либо проектов без остановки. И в то же время она никогда бы не согласилась покинуть город и навсегда перебраться в деревню. Ритм столицы уже давно совпал с ритмом ее пульса, они слишком синхронизировались и были теперь неразделыми.
   Когда Онея задумчиво отвернулась от окна, чтобы что-то сказать Анреа, то она увидела, как он, закинув голову назад, уже спал крепким сном.
   - Вот и верь после этого, - прошептала Онея, пристально всмотревшись в лицо своего молодого человека, чтобы убедиться в том, что он ее не разыгрывает, - ладно, еще посмотрим.
   Она хотела было ткнуть его пальцем меж ребер, как она обычно это делала, но остановилась буквально в двух сантиметрах от него. Она усмехнулась и отвернулась от него, нагнувшись вперед между двумя сидениями перед ней, где сидели Эвила и Юнеа.
   - Привет, девчонки, что делаем? - спросила она с улыбкой.
   - Привет, - улыбнулись они ей в ответ, - да вот обсуждаем, что будет твориться этим вечером, когда закончатся экскурсии, запланированные на сегодня. Ведь у нас и так эти поездки считаются ежегодными всеобщими попойками, где собирается весь институт. А на сей раз с нами Касс, который не упустит момента, чтобы устроить свое маленькое шоу.
   - Тебе не кажется, что ты слишком строго к нему относишься, - заметила Онея, - он не сделал ничего такого, лишь приспосабливается под наш образ жизни.
   - Да что ты говоришь? - усмехнулась Юнеа, - если раньше мы просто могли усесться вечером и немного расслабиться, то теперь у нас уже недельный беспрерывный запой. Честно говоря, мне это не особо нравится.
   - В этом мало вины Касса, - заметила Онея, - в основном все дело в Легоре и его несчастной любви. Как и всегда.
   - Не надо, - покачала головой Юнеа, - Легор и раньше влюблялся и разочаровывался, но таких выкрутасов он никогда не выкидывал. Создать целый парк на территории института. Ему очень сильно повезло, что никто не узнал про то, что это он.
   - Ректор вообще-то знает... - заметила Онея, - и только потому, что Легор стал другом Касса, его не выгнали.
   - А вот это уже беспокоит меня, - заметила Эвила, - Кассу слишком многое спускается. По-хорошему, его должны были выгнать еще в первый же его день в институте. Но почему то его оставили. А эти слухи о том, что по институту ходят гвардейцы императора...
   - Эви, вот только не надо, - буркнула Онея, - Касс не имеет к ним никакого отношения. А с нами он до сих пор потому, что каким-то образом нашел контакт с ректором.
   - С ректором Нарнийским, одним из самых жестких руководителей института за всю его историю? - усмехнулась Юнеа.
   Они втроем одновременно обернулись назад, туда, где сидел Касс, внимательно изучающий какие-то бумажки.
   - Он много знает, это бесспорно, - пожала плечами Юнеа, - но мне иногда кажется, что именно это его знание и хуже всего. Легор никогда так сильно не реагировал на свои любовные неудачи. А теперь такое вот. Тебе не кажется, что Касс что-то подмешивает в свое пойло, когда угощает нас, чтобы в моменты отдыха от рисования ему было не так скучно?
   - Не думаю, что он настолько хорошо разбирается в зельях, - с усмешкой отмахнулась Онея, - это же лишь Касс. Если бы вы видели его в детстве, вы бы поняли, что он самый мягкий и безобидный человек, и лишь только кажется не таким.
   - В любом случае он что-то скрывает, - заметила Эвила, - и мне не по себе от этого иногда. Позавчера, когда он был в своей комнате, я видела его лицо. Тогда он не знал, что его кто-то видит, и поверь мне, это было лицо не беззаботного человека. Весь холодный, задумчивый, серьезный. Полная противоположность тому, каким он пытается выглядеть на людях. Прямо как сейчас...
   Они снова посмотрели на Касса. Но на сей раз он уже не заметил этого, погрузившись в чтение рукописи Легора. Лицо его становилось все мрачней, и, казалось, что даже скулы на лице стали острее. Взгляд был холодным, немного грустным. Весь мир в тот момент для него перестал существовать и он не обращал внимания на людей, следящих за ним. Таким Онея его еще не видела. Это был совсем другой человек, не тот, кого она знала еще в детстве, и не тот весельчак, который приехал к ней в общежитие неделю назад. От такого перевоплощения ей стало немного не по себе.
   Но Онея тут же отмахнула мрачные мысли.
   - Все мы иногда грустим, - сказала она наконец.
   - Не делай вид, будто не заметила, - с укором произнесла Юнеа, - он непредсказуем. А мы его соседи. Чтобы он не сделал, это отразится на нас. А мне не хочется вылететь из института.
   - И что ты мне предлагаешь? - строго спросила Онея, - попросить его съехать куда-нибудь еще? И вообще, не будь такой приставучей. Такое чувство, что у тебя на него личная обида.
   - Оней, - вмешалась Эвила, - съезжать его просить не надо, но поговорить с ним было бы неплохо... У меня иногда такое чувство, что ему нужна чья-то помощь...
   - Он бы сказал, - отрицательно покачала головой Онея, хотя понимала, что это вовсе не так, - ему просто нужно время, чтобы освоиться.
   - Пока он будет осваиваться, от института ничего не останется, - впервые за весь разговор улыбнулась Юнеа, - ладно... но если что, я во всем буду винить тебя.
   - Как всегда, - улыбнулась Онея.
   В этот момент Анреа открыл глаза, из-за того, что автобус встряхнуло на дороге. Он изумленно осмотрелся, и, увидев подозрительно улыбающуюся Онею, спросил:
   - Что тут происходит? Мы еще не приехали?
   - Нет, спи дальше, - ответила Онея, и снова повернулась к подругам.
   Но Анреа это напрягло еще больше. Он сел прямо в кресле, окончательно отходя от своего сна, который был не таким уж и приятным. Ему снилось, что он все еще таскает на себе Легора, бегая по лабиринту, стенами которого были садовые кусты. И выхода из этого лабиринта не было.
   Встряхнув головой, Анреа прогнал остатки сна. Он наклонился вперед к девушкам и спросил:
   - Что тут обсуждаем?
   - Как устроить групповушку на троих, - тут же с усмешкой ответил Онея, - вот, Эвила уже согласна, уговариваем Юнею.
   - Я согласна? - удивленно произнесла Эвила, - хотя да, эксперименты всегда хорошо.
   Лицо Анреа немного вытянулось. Но он быстро нашел, что ответить на такое заявление:
   - А четвертого не возьмете?
   - Отвали, Анреа, ты не из нашей песочницы, - тут же ткнула его под ребра пальцем Онея, как она любила время от времени делать, - тут только девушки. Хотя ты со своими длинными волосами мог бы сойти за девушку. Ой, так ты ею и являешься?
   - Ты прекрасно знаешь, что я парень, - с улыбкой ответил Анреа, обнимая свою любимую.
   - А вот если побреешься, то будешь совсем как девушка. Сбрей уже, наконец свою щетину, три дня уже не брился. А то целовать не буду!
   Анреа попытался найти поддержку в глазах окружающих, но Юнеа лишь немного ехидно улыбалась, а Эвила в растерянности, как обычно, потупила глаза, скрывая легкую улыбку. Анреа ничего не оставалось, как повернуться назад, где сидел Касс, и сказать:
   - Не, ну ты видел это?
   Касс на мгновение оторвался от бумаг Легора и растерянно посмотрел на лица, которые уже обратились к нему. Он не знал, о чем был разговор, но саму ситуацию осознал. Анреа нужны была поддержка.
   - Что бы там не было, Анреа, не сдавайся, - бодро и с неожиданно появившейся его обычной усмешкой, произнес Касс, - нас меньше, но мы не прогибаемся.
   - Ах, вот как! - возмутилась Онея, - Касс, ты мой родственник, ты должен меня поддерживать!
   Касс еще более растерянно посмотрел на Анреа, который все еще надеялся найти помощи в нем. Но Касс не собирался идти против племянницы, совесть ему этого не позволяла, но и против друга он идти не мог.
   - Объявляю нейтралитет. Это зона независима от международных конфликтов, - быстро объявил он и снова уткнулся в бумаги.
   - Ну, блин... - протянул Анреа, понимая, что остался с тем же, чем и был.
   - Вот так вот, - сказала гордо Онея, - так что когда приедем, ты сразу же побреешься, моя Илана.
   - Так я теперь Илана? - усмехнулся Анреа.
   - Да, я всегда любила это имя. Так я назову свою дочку.
   - А меня спрашивать не будешь?
   - Нет, - покачала головой Онея.
   Она сделала это так демонстративно, что ни Анреа, ни Юнеа с Эвилой не смогли сдержать смеха, чем и привлекли всеобщее внимание. Другие пассажиры автобуса устало оглядывались на них, не понимая, как можно веселиться даже в такой скучной ситуации...
  

Глава двадцать седьмая. Прибытие.

  
   Деревня Керния оказалась гораздо меньше, чем рисовалось в воображении студентов. По сути, она состояла из двух десятков домов, которые били соединены между собой центральной проселочной дорогой, которую безуспешно пытались поддерживать в хорошем состоянии.
   В основном здесь жили тролли, мирно работающие в поле. По мимо них, здесь можно было найти несколько семей магов, которые так же работали наравне с ними, используя магию для получения хорошего урожая. Когда то в темные времена великих магов тролли сражались на стороне злых магов. Те обманом привлекли их на свою сторону и несколько тысячелетий держали в рабстве, сдерживая ложными обещаниями и сковывающими заклинаниями. Но когда последняя война темных магов была закончена, выяснилось, что они, так же как и маги, устали от кровопролитных сражений, и все, что им нужно - лишь свобода и земля, на которой они могли бы работать. С тех пор минула тысяча лет, и теперь тролли считались самыми лучшими сельскохозяйственными работниками. Их фермы были расположены практически во всех странах мира и были основными поставщиками продовольствия высочайшего качества. Сейчас сложно было поверить в то, что когда-то эти существа были дикарями с гигантскими дубинами в руках.
   В основном обитатели Кернии жили за счет зерна, которое они выращивали на своих бескрайних полях. Студенты смогли оценить их необъятность, наблюдая их в течении последних двух часов своей поездки. Когда автобусы наконец остановились на главной улице деревни, солнце было уже высоко в небе и начинало припекать все еще по-летнему. Выйдя из автобуса, Касс тут же захотелось вернуться обратно, скрывшись от его беспощадных обжигающих лучшей. Он невольно прищурился после тени автобуса.
   На севере, на большом холме где-то в двух километрах от деревни виднелось строение, которое с их позиции было сложно рассмотреть. Оно возвышалось над землей темным силуэтом, моментально привлекая внимание. И все же каждый знал, что это такое - дворец Кровавых слез, главная цель путешествия студентов в столь далекое захолустье. А так же второй источников доходов деревни, ведь ежегодно в это место приезжали сотни тысяч туристов, чтобы посетить его. Именно из-за этого, в самом центре деревни можно было увидеть огромный постоялый двор, который никак не вписывался в архитектуру старых деревенских домов. Это была не одна гостиница, а именно постоялый двор, который раскинулся на пол деревни. Он состоял из нескольких больших домов, которые были выстроены полукругом. Рядом с этими основными сооружениями красовались домики поменьше, в большем количестве, образовавшие деревню в деревне. Но на удивление Касса гостей этого места не было видно.
   Когда автобусы остановились и студенты начали из них выходить, из главного здания постоялого двора с вывеской "Гостиный двор Перлона", выскочил высокий тощий человек, в неплохом, но потрепанном костюме, в очках, и небольшой лысиной, которая только начала появляться, не смотря на то, что этому человеку нельзя было дать и сорока лет.
   Его быстрые глаза сразу же начали бегать по лицам прибывших, явно высматривая кого-то конкретного. Лишь когда он заметил ректора Нернийского, лицо его немного просияло, хотя на нем осталось выражение явной озабоченности. Касс стоял рядом, поэтому невольно слышал их разговор, пока Онея проверяла, все ли на месте и чтобы они ничего не забыли в автобусе.
   - Уважаемый ректор Нернийский? - спроси маг, немного волнуясь.
   - Да, а вы видимо управляющий Тол?
   - Именно. Мы очень рады вас приветствовать у нас. Вы приезжали сюда в последний раз пять лет назад, и мы уже думали, что больше не удостоимся такой высокой чести.
   Кассу показалась забавной его манера говорить. Речь управляющего Тола казалось старомодной, словно из прошлого века, и все же в нем чувствовался уровень образованности и воспитания.
   - У нас были и другие поездки, - ответил ректор с небольшим пренебрежением, но управляющий этого не заметил. Он тут ж начал быстро говорить, словно студент, который заучивал конспект в ночь перед экзаменом, и которому наконец представилась возможность вылить из себя эти знания:
   - Мы все приготовили. Последние наши гости уехали два дня назад, и теперь наш гостиный двор полностью в вашем распоряжении. Все номера и домики готовы, чтобы принять вас и ваших студентов. Все наши экскурсоводы отозваны из отпусков и готовы приступить хоть сейчас.
   - Очень рад это слышать, - ответил ректор, не смотря в сторону управляющего, осматривая вместо этого студентов, которые, уставшие, выбирались из автобусов, пленниками которых были последние шесть часов. Убедившись что с его подопечными все в порядке, он наконец обратил все свое внимание на своего собеседника и произнес:
   - Что ж, наши студенты заселятся в течение часа, после чего можно будет провести первую экскурсию для них.
   - Конечно. Мы разобьем их на двадцать групп, каждая из которых пойдет по своему индивидуальному маршруту. Дворец огромен, так что они вряд ли пересекутся.
   - Отлично, - ректор одобрительно улыбнулся, чтобы приободрить разволновавшегося управляющего, - вы отлично подготовились к нашему прибытию, и я вам очень за это благодарен.
   - Мы всегда рады видеть вас, - ответил управляющий Тол, расплывшись в широкой довольной улыбке.
   Касс про себя усмехнулся, представляя себе, что с ним будет, когда они будут уезжать отсюда. Он сам лично уже планировал как следует повеселиться, как только официальная часть первого дня будет закончена. Еще на въезде в деревню он заметил небольшой бар, главную достопримечательность самой деревни. В таких поселениях всегда можно было найти место, в котором тролли и маги отдыхали после тяжелого рабочего дня. Касс знал это, потому что родился в подобной деревни, а они мало чем отличались друг от друга. Бар этот больше походил на простой дом, который нельзя было городскому жителю отличить от других, но Касс справился с этим, заметив определенные знаки, которые указывали на то, что он прав.
   - Так, ладно, теперь идем заселяться, - командным голосом произнесла Онея практически над ухом Касса, выдернув его из его мыслей, - нам выдали несколько комнат в одном из главных зданий.
   В руке у нее уже были ключи от четырех комнат, которые ей дал лидер их автобуса. Часть студентов должны были жить в номерах, другая часть уже начала занимать домики поменьше. Касс спокойно пошел за Онеей, как и все остальные из их квартиры, в сторону пятиэтажного деревянного дома, украшенного диковинной резьбой, которая была принята тысячу лет назад.
   Внутри все так же оказалось украшено под старину. Здесь действительно можно было почувствовать себя путешественником во времени, который перенесся во времени великих темных магов, пытавшихся захватить мир и поглотить его во тьме. Старинные гобелены, каменные стены, которые были скрыты снаружи деревянной обшивкой, доспехи, которые были отчищены от ржавчины, безостановочно пытавшейся за долгие столетия их поглотить - все это создавало ощущение, что ты находишься не в гостинице, а в древнем замке.
   Один из служащих гостиного двора тут же подошел к Онее, и указал где находятся их номера. Все они хотели поскорее скинуть свои сумки, и хотя бы немного отдохнуть, прежде чем их поведут на многочасовую экскурсию. Касс желал этого, видимо больше остальных. В автобусе у него жутко затекли ноги, да и Легор то и время что-то начинал бубнить во сне. Когда они подъезжали к деревни, Кассу пришлось его разбудить с помощью специального заклинания, которое привело его в чувства без неприятных последствия и помутнения рассудка. Практически сразу же Легор снова начал ныть про свою любимую, что было уже совсем не смешно и практически невыносимо.
   Онея провела их через лестницу на второй этаж, маневрируя между другими студентами их института. Наконец она остановилась возле четырех номеров расположенных рядом друг с другом.
   - Наконец то пришли, - выдохнула она, - разбираем ключи! Этот нам с Анреа. Юнеа, эта вам с Эвилой, Денон и Одеус...
   И тут Касс с ужасом осознал, что остались они с Легором.
   - И нашей золотой парочке, - Онея с улыбкой протянула Кассу ключ от номера, в котором они должны были жить.
   Касс не мог в открытую спросить, не сошла ли Онея с ума, но его взгляд был красноречивей всяких слов. Онея же в свою очередь лишь ехидно усмехнулась, произнеся:
   - Как ты там сказал? Понять и простить?
   - За это я уже вполне искупил свою вину, - пробубнил Касс.
   - Нет... вот после этого будет сполна.
   Касс взял ключ у нее из рук под взглядами остальных. Легор еще не отошел окончательно от зелья Касса и поэтому стоял полусонный и ничего не понимая. Неожиданно сзади донесся знакомый, но неприятный голос.
   - Голубки отправляются в свое гнездышко?
   Касс обернулся и увидел за своей спиной Гедиону.
   - Вот если бы вы были кем-то значимыми, вам бы предоставили отдельный дом, как мне. А так вас ждет замечательная мягкая кровать в вашей каморке.
   - Что ты имеешь ввиду?
   Не дожидаясь ответа, Касс тут же подошел к номеру, в котором он должен был жить, и открыл его. Комната оказалась вполне просторной, но вот то, что находилось в ее центре, сильно расстроила Касса. Это была большая двухместная кровать, с виду действительно очень удобная.
   - Наслаждайтесь, - чуть ли не пропела Гедиона и пошла прочь.
   Касс растерянно обернулся к своим друзьям, но увидел, что они с трудом сдерживают смех. Лишь Легор смотрел прямо перед собой, еще не осознав, в какой ситуации он оказался.
   - Приятного вам отдыха, - рассмеявшись, произнесла Онея.
   Анреа рядом с ней так же расплылся в широкой улыбке, получая особое удовольствие от того, что на сей раз шутят не над ним.
   - Серьезно? Это же шутка Гедионы? - хоть как-то попытался обороняться Касс.
   - Да, и на сей раз она действительно попала в точку.
   - Что ж... - Касс еще раз бросил задумчивый взгляд на кровать, которую ему предстояло разделить с Легором, - не бывать этому! - неожиданно произнес он, передавая свою сумку в руки Анреа, - сейчас мы узнаем, кто тут важная персона.
   С этими словами он скрылся на лестнице. Оставшиеся лишь переглянулись и еще раз рассмеялись. Онея была рада оказаться в своем номере. Она сбросила свою сумку на пол и тут же развалилась на кровати, заняв сразу ее всю. Анреа встал над ней, и с укоризненным взглядом произнес:
   - Вот так вот значит? А мне будет место на этом празднике жизни?
   - Я подумаю, - с азартом ответила Онея.
   - Подумаешь?
   Анреа улегся рядом, подвинув ее левую руку, и уже хотел поцеловать, когда неожиданно к ним ворвался Касс. Взгляд у него был немного безумный, но в то же время довольный.
   - Собирайтесь! - скомандовал он, - нам выделили другое место для проживания!
   Схватив свою сумку, которую Анреа оставил на полу, он тут же вышел из номера. Онея и Анреа изумленно переглянулись, после чего вышли вслед за ним. В коридоре уже стояли Юнеа, Эвила, Легор, Денон и Одеус, которых Касс так же вытащил из своих номеров.
   - Что происходит? - спросила устало Юнеа, которой очень хотелось отдыха.
   - Произошла ошибка, - ответил Касс, - нас поселят в другом месте. За мной.
   И он повел их на первый этаж. Его спутники с трудом за ним поспевали, но не смотря на это их двигало вперед любопытство. Они гадали, что же такого устроил Касс, и где их теперь поселят из-за него. Касс же уверенным шагом вышел на улицу и повел их в строну двухэтажных домиков, которые красовались в стороне от главных зданий гостиного двора. В них так же уже заселялись студенты. Рядом с ними крутились служащие отеля, которые помогали им устроиться.
   К всеобщему удивлению, Касс вывел их к самому большому дому, у которого, в отличие от остальных, было три этажа.
   - Каждому своя комната и своя двухместная кровать! - торжественно объявил он.
   Онея и ее друзья с изумлением переглянулись.
   - Кого ты убил, чтобы занять этот дом? - спросила она наконец.
   - Никого, просто познакомился с их ответственной за распределение студентов.
   - Ответственной? - с усмешкой уточнила Юнеа.
   - Детали не так важны, - отмахнулся Касс, - все заходим!
   Дом оказался просто замечательным. Здесь было все. Большая гостиная, от которой две лестницы вели на второй и третий этажи, одна из которых была винтовой. Просторная кухня с барной стойкой. Здесь было меньше стиля средневековья, но это придавало интерьеру больше оригинальности и комфорта.
   Когда Онея и Анреа заняли свою комнату, через окно с улицы до них донесся чей-то безумный женский крик. Они с удивлением выглянули, чтобы узнать, что происходит. По среди улицы стояла Гедиона и безудержно кричала на одного из служащих гостиного двора.
   - Вы с ума сошли что? Этот дом бронировал мой отец! Отдельно от института специально для меня и моих друзей, - они активными жестами указывала на дом, в котором находилась Онея.
   - Извините, - растеряно отвечал ее служащий, робкий парень лет двадцати одетый в красную форму, - но я ничем не могу помочь. Вот списки. Этот дом уже занят очень важной персоной, и мы не можем его освободить. Это было распоряжение вашего ректора.
   - Да плевать я хотела, - Гедиона билась в беспомощности и истерике, но ничего не могла поделать.
   - А Касс совсем не так прост, как кажется... - с усмешкой заметил Анреа.
   - Это точно, - согласилась Онея, вспомнив слова Ризы и ее подозрения.
  

Глава двадцать восьмая. Экскурсия.

   Из-за переполоха с комнатами, который устроил Касс, времени на отдых у Онее и ее друзей практически не осталось. Они даже не успели толком осмотреть свои апартаменты, когда лидер их группы зашел к ним в дом и громко, так чтобы все слышали, объявил о том, что они все собираются на площадке перед главным зданием гостиного двора, чтобы отправиться во дворец Кровавых слез.
   Измотанные долгой дрогой, студенты все-таки нашли в себе силы, чтобы выйти из дома, оставив практически все свои вещи. Касс шел рядом с Онеей и Анреа с довольной улыбкой на лице. Ему удалось занять комнату, которая располагалась на третьем этаже в отдалении от всех остальных, так что он мог вполне рассчитывать на уединение, если бы ему это потребовалось. Он всегда любил расположиться немного поодаль от остальных.
   Остальные из их компании тоже были довольны тем, что Кассу удалось отбить этот дом у Гедионы, хотя Юнеа не могла успокоиться с вопросом, как ему это удалось.
   - Неужели ты просто подошел к администратору и попросил отдать тебе дом, в котором должна была расположиться дочь мера столицы?
   - Вроде того, - уклончиво ответил Касс.
   - Что-то мне с трудом верится, что она так просто после этого отдала тебе ключи.
   - Юн, - с усмешкой обратилась к ней Онея, которой хоть и самой было это очень интересно, все же не хотела обсуждать это всю экскурсию, - он просто провел некоторое время с ней в ее кабинете наедине. Да, Касс, на что только не пойдешь ради хороших комнат?
   - Так, без тонких намеков, - возмутился Касс, - все было не совсем так. Вам что, не нравится наш домик?
   - Нет, все замечательно, - замялась Юнеа, - просто хочется быть уверенной в том, что когда мы вернемся с экскурсии, нас не выставят из него.
   - Не выставят, - заверил Касс, и хотел добавить что-то еще, но быстро замолчал.
   Но от внимания Онеи это не ускользнуло. Вообще она начала замечать за собой, что начала невольно следить за поведением Касса. Каждое его слово начало превращаться в загадку. С одной стороны на нее подействовали слова и подозрения Ризы. И в то же время она сама не могла не замечать того, Касс не похож на остальных студентов, и ведет себя странно. Это вызывало в ней все больше любопытства. Родственник, которого она не видела несколько лет неожиданно снова появляется в ее жизни, при чем явно что-то скрывая. Она не могла оставить все как есть. Но и спрашивать напрямую она не решалась. Поэтому она пристально наблюдала за Кассом.
   И теперь, к свою удивлению, она обнаружила, что он чем-то взволнован. Казалось бы, ему только что удалась какая-то афера, но вместо того, чтобы просто сиять от счастья, его глаза выражали тревогу и беспокойство, хоть беззаботная улыбка на его лице пыталась это скрыть.
   Когда они подошли на площадку перед входом в главное здание гостиного двора, там уже собрались практически все приехавшие студенты. Большинству из них так же особо не удалось отдохнуть. Час, который предоставили им, чтобы расположиться в номерах, пролетел незаметно. Многие стояли полусонные, желая лишь, чтобы их оставили в покое.
   Все студенты были построены в круг, каждая группа возглавлялась своим профессором, который отвечал за них. К счастью Онеи, их руководителем был Леос Дорем. Рядом с ним стоял один студентов, который был лидером группы и главным его помощником, который должен был бегать по комнатам и собирать студентов в одном месте и вообще быть мальчиком на побегушках. Так же рядом с ним уже стоял экскурсовод, предоставленный гостиным двором.
   В центре этого всеобщего сборища уже находился ректор Нернийский, который с улыбкой наблюдал за страдающими студентами. Касс невольно отметил про себя, что тот стоит здесь скорее как Бездонный Эл, радующийся, что его студенческие муки молодости теперь испытывает новое поколение. Его то годы и практика принятия крепких напитков уже закалили, и ему не нужно было много времени, чтобы выспаться, или комфортные условия чтобы отдохнуть и чувствовать себя нормально. Касс не сомневался в том, что в студенческие годы ректору приходился спать в более неудобных местах и позах, чем сидение студенческого автобуса.
   Когда ректор увидел, что большая часть уже собралась, он взмахнул рукой, и воздухе разнесся резкий, низкий пищащий и противный звук, от которого задрожали стекла в зданиях поблизости и тут же привлекший всеобщее внимание. Все замолчали и уставились на него.
   - И так, мы, наконец то, прибыли! - радостно объявил он, - это был долгий трудный путь, и все мы очень устали, - но только не ты, подумал про себя Касс, - но мы не можем расслабляться. Мы приехали всего лишь на три дня, и сегодня пошел первый из них, так что уже сейчас мы должны приступить к осмотру дворца. У нас довольно жесткая объемная программа посещения, и за это время вы успеете прослушать десять экскурсий. Каждая из них будет уникальная, и не похожа на другую. Это место неповторимо, большинство его тайн еще не раскрыто, и поэтому нам будет о чем послушать. Сегодня, так как все мы только с дороги, нас ждет лишь одна экскурсия. Как вы видите, у ваших групп есть лидер, преподаватель и экскурсовод. Вы должны вести себя достойно, чтобы не посрамить честь нашего института. Эти люди были к нам очень добры и приняли нас к себе, так что мы можем ответить им на их гостеприимство лишь тем, что не будем нарушать местных правил, а так же будем соблюдать все приличия. Если вы потерялись или у вас возникли вопросы, не нужно в панике бегать по всему дворцу. Так же не нужно пытаться надеть на себя доспехи, залезть на статуи коней или взобраться на крышу какой-нибудь башни. Надеюсь, я смогу гордиться вами. Все, начинаем!
   Прочитав эту нотацию, ректор ушел в строну с чувством выполненного долга, предоставив преподавателям дальше самостоятельно разбираться со своими группами. Леос Дорем повернулся к своим студентами.
   - И так, ректор напомнил нам о приличиях, так что не будем о них забывать. Сейчас я хочу представить вам профессора Ауртенца, - он указал рукой на низкого полного человечка, который был ростом ниже плеча Онеи, и не мог не вызвать своим видом легкой усмешки. Его щеки свисали вниз, а большие очки сверкали на солнце, скрывая глаза. Большая лысина так же отбрасывала блики, так что глазам больно было на него смотреть. Но все же когда очки позволяли разглядеть его глаза, становилось ясно, что перед ними стоит очень умный, образованный человек. Иногда казалось, что в этих глазах скрыта вся мудрость вселенной, что сразу вызывало к нему уважение и какую-то доброту.
   - Добрый день, - произнес он мягким, спокойным голосом, - я понимаю, все вы очень устали и хотели бы сейчас поваляться в своих кроватях, так что я постараюсь сделать эту экскурсию для вас максимально интересной. Проведу для вас ознакомительный заход, чтобы вы могли в общих чертах понять, что такое дворец Кровавых слез. Конечно, все знают, что здесь случилось и какую роль сыграл этот дворец в истории всего нашего мира, однако что именно произошло никто до сих про достоверно сказать не может. Так же вы поймете, что знать про этот дворец и видеть его на изображениях совсем не то, что оказаться здесь лично и пройтись по его коридорам. Я вам обещаю, что эту экскурсию вы никогда не забудете.
   - Так говорит каждый из них, - с усмешкой шепнул Легор своим друзьям, - а в итоге получается очередная скучная лекция.
   - Тсс! - шепнула Онея, которая не хотела, чтобы именно они первыми отличились в этой поездке, хотя сомневалась, что без этого не обойдется.
   - И так, пойдемте, по дороге я вам расскажу предысторию появления этого дворца.
   Он повел их по большой дороге вперед, начав рассказывать то, что в общем то, знал каждый житель планеты. В это время остальные группы так же начали выдвигаться в сторону дворца, но все они держались на приличном расстоянии друг от друга, чтобы один экскурсовод не мешал другому.
   Касс как и все, знал историю этого дворца, но все же не мог не слушать Ауртенца. Его голос располагал к тому, чтобы прислушиваться к нему, хоть это могло быть так же заклинания приковывания внимания. Касс не знал этого наверняка, и все же рассказ экскурсовода оказался немного отличным от других, более осмысленным и интересным.
   - И так, - начал он прямо на ходу громко, чтобы вся группа его слышала, - представьте себе это место тысячу лет назад. По сути, это не сложно сделать, потому что тут ничего не изменилось. На этих полях так же выращивалось зерно, эта деревня уже существовала, хотя гостиного двора не было, да и домов земледельцев было меньше. Только вот поля были сожжены. Шла война. Последняя война с великим темными магами. Единственный князь, сумевший собрать армию для сражения с ними, подошел к этому месту, чтобы вступить в свой последний бой. Перлом к тому моменту уже сумел одержать около двадцати побед, но теперь все было по другому. До этого момента он отыскивал наиболее слабые части армии противника, нападал и уничтожил их. Теперь же враг собрал большую часть своих сил против него. Более того, за два дня до того, как враждующие армии должны были встретиться, вернулись разведчики Перлома и доложили ему, что против него вышли все девять великих темных мага. Вел их Рентрос Мясник, получивший свое прозвище за то, что в один день уничтожил полностью три города, поднявших восстание против него, истребив всех их жителей. Армия темных магов превосходила армию Перлома в десять раз. Двести тысяч воинов против двадцати. Любой другой князь попытался бы отступить, спасти своих людей. Но Перлом больше не мог бежать. Он знал, что враги будут его преследовать до тех пор, пока он и его армия не будут уничтожены под корень. Если бы он начал отступление, это привело бы к ослаблению войска, возможно его расколу. Пехота отставала бы от конницы, и в конечном итоге конец пришел бы рано или поздно. На то момент армия Прелома была сильна как никогда, и он предпочитал дать бой прямо здесь, на своих условиях. У него было время подготовиться к сражению и разработать тактику нападения. В случае не удачи, они погибли бы не беглецами, а героями, что больше устраивало князя.
   За день до приближающейся битвы, князь пришел в свой шатер и к своему удивлению обнаружил в нем шестерых магов, которых он никогда раньше не видел. Они не были похожи на воинов, у них не было ни мечей, ни луков, ни щитов. На них были одеты простые одежды. а не доспехи. И все же один из них вышел вперед к князю и сказал:
   - Мы поможем тебе победить.
   То были шесть магов искусств. Маги скульптуры, архитектуры, музыки, живописи, литературы и театра. Их имена потеряны в веках, кто-то считает из-за того, что они от них просто отказались, чтобы великие темные маги не смогли найти их близких и родных и навредить им. Перлом сначала не поверил им, но он не мог отказаться от помощи, даже от такой сомнительной. Он спросил их, что они предлагают, и тогда один из магов сказал, чтобы Перлом, когда прибудет армия противника, послал к ним посла, чтобы тот предложил им решить исход сражения поединком, и что весь девять великих темных магов могут сражаться против представителей Перлома. Когда перлом спросил, кто будет представлять его, маг ответил ему, что маги искусств сами пойдут против них. Перлом, как говорит легенда, рассмеялась, приняв их за сумасшедших. Но маги попросили дать им возможность показать, что они намереваются сделать. Перлом, ради интереса, согласился. Тогда маги искусств вышли в поле, туда, где теперь возвышается дворец. Каждый из них произнес по очереди заклинание, после чего произошло то, чего Перлом никогда не видел. За несколько мгновений перед ним возник огромный замок, который вы сейчас видите перед собой. Маги искусств и Прелом вошли в него, а когда вышли, Перлом уже дал согласие на их план.
   На следующее утро Армия великих темных магов подошла к этому месту, и Перлом послал своих людей к ним со своим предложением. Великие маги, хоть и с усмешкой, но приняли его. Сберечь двадцать тысяч рабов, которые были в армии Перлома, было им выгодно. Они прибыли, все девять, ко входу во дворец, где их встретили маги искусств, после чего они вошли в него. Что произошло внутри достоверно никто не знает. Легенда гласит, что магия всех искусств пробудила в темных магах те чувства, которые они никогда еще не испытывали, пробудила их совесть. Осознав все то, что они сотворили, они заплакали кровавыми слезами, после чего убили сами себя. Из-за этой легенды замок и получил свое название. Что было на самом деле, неизвестно, и вряд ли когда-нибудь мы это узнаем. Но именно в этом месте последние великие темные маги встретили свой конец, и именно тут закончилась темная эпоха хаоса, крови и смерти. И очень скоро вы окажетесь внутри этого места, что, возможно, изменит и вашу жизнь раз и навсегда.
  

Глава двадцать девятая. Коридоры истории.

   Дворец "Кровавых слез" был величественным сооружением. Еще на пол пути студенты могли осознать, насколько велики его реальные размеры. А то, что он располагался на холме придавало ему еще более внушительный вид. Шесть башен в основании образовывали шестиугольник, и каждая была немного выше предшествующей, образовывая спираль, поднимающейся к седьмой башне, расположившейся в центре, намного шире других, и значительно выше. По мимо этого было два крыла, с востока и запада, которые так же стремились ввысь, напоминание лезвие меча, которое боком воткнули в землю.
   Чем ближе молодые маги приближались к замку, тем больше они чувствовали странную энергию, которой здесь было пропитано все вокруг. Касс ощущал это больше других. Внутри него зародилось странное чувство, походившее не то на волнение, не то на восторг, не то на чувство возвращения домой. Он стал задумчивым и молчаливым, что не скрылось от внимания Онее. Первую часть пути от него еще можно было услышать тихие комментарии, которые он позволял себе пускать по поводу рассказа их экскурсовода. Но когда детали замка начали прорисовываться, он замолчал окончательно.
   Но Онее самой было не по себе от этого места. Оно одновременно приковывало внимание, манило и влекло к себе, и в то же время в нем было что-то устрашающее. У нее из головы не выходила мысль, что здесь случилось нечто жуткое и страшное. И это было не удивительно. Великие темные маги однажды вошли в этот замок, и это было последнее, что они сделали в своей жизни.
   Профессор Ауртенц продолжал свой рассказ об исторической важности этого места, но его уже мало кто слушал. Студенты, затаив дыхание, смотрел на замок, в который им предстояло войти.
   Когда до входа оставалось около ста метров, экскурсовод остановился и повернулся к своей группе. Недалеко от них были видны и другие группы студентов из их института, но они находились на достаточном расстоянии, чтобы они не мешали друг другу.
   - И так, - произнес Ауртенц,- вот и пришли, собственно, на место. Вижу, что вы, как и многие другие, побывавшие здесь в первый раз, почувствовали всю ауру этого места. Можете этого не стесняться, оно действует так на всех. Постепенно к этому привыкаешь. Завтра вы уже не обратите на это внимание.
   Онея практически не слушала его. В тот момент для нее перестало существовать практически все. Теперь, когда она могла разглядеть все детали замка, у нее захватило дыхание. Он был великолепен. Весь страх ушел практически сразу, когда она смогла разглядеть архитектурные детали этого сооружения. Замок имел несколько уровней, и на внешних стенах они были отмечены карнизами, выполненными в виде сложно цветочного орнамента. В некоторых местах он резко поворачивал и шел наверх, пронизывая и опутывая все сооружение, превращая его в огромное древо. В то же время по всюду можно было увидеть скульптуры воинов, неисчислимое количество времени несущих свой дозор на стенах замка, животных, прятавшихся в каменных и гранитных ветках узора, птиц, которые стремились в небо, но не могли оторваться от своей опоры. Множество колонн сстрамлялось вверх, смыкаясь в арки где-то под небом, создавая сложное переплетение конструкций. Казалось, что ему нет конца.
   Онея множество раз видела изображения дворца "Кровавых слез", но теперь, увидев его в живую, она поняла, что они не передавали и сотой части того, что он из себя представлял. Видя такое сооружение, невольно можно было задуматься, а действительно ли существовали маги искусств, ведь сотворить было практически невозможно при всех достижениях современной строительной и архитектурной магии, и тем более тысячу лет назад за одну ночь одним магом.
   - Как вы видите, весь замок снаружи представляет собой единую композицию, - продолжил Ауртенц, - если присмотреться, то все скульптуры взаимосвязаны и образуют сложную сцену. Чтобы это осознать, нужно обойти замок со всех сторон, иначе этого не увидеть. Что ж... пройдемте внутрь.
   И он пошел в сторону больших замковых дверей, которые были уже открыты, чтобы принять своих новых гостей. Некоторые студенты несколько мгновений колебались, прежде чем последовать за ним.
   Внутри оказалось довольно темно, хотя свет, проникавший через небольшие окна под самым потолком, освещал помещения и коридоры ровным спокойным светом. Атмосфера здесь оказалась более угнетающая, тревожная, и это было не удивительно. В большом зале, в котором они оказались, пройдя через двери, был большим, круглым, с блестящем мраморным полом и черным потолком. В сочетании с тем, что стены здесь были очень высокими, это создавало впечатление, что потолки уходят вверх до бесконечности. Само пространство казалось большим, чем выглядело снаружи.
   - Это действительно так, - ответил на не заданный вопрос Ауртенц, - помещения внутри гораздо больше, чем должны быть. Это первое известное сооружение, где использовалось заклинание расширения пространства. По одной из версий легенды, маги искусств, опасаясь, что у них не удастся пробудить совесть в черных душах великих темных магов, создали эти коридоры бесконечными, чтобы они вечно скитались здесь, став лишь мрачными тенями того, чем были раньше.
   Когда глаза постепенно привыкли к сумраку, Онея смогла рассмотреть окружающую обстановку, и тут она, как и многие другие, пришла в ужас. Стены и колоны, поддержавшие потолок, были крушены скульптурами, изображавшими убийства, которые совершили темные маги. Их жертвами были и женщины, и дети. На картинах, которые висели на каждой стене, было изображено тоже самое. Все было выполнено с такой детализацией, что казалось, будто все это вот-вот оживет. Краски на картинах все еще были яркими и сочными, и основной цвет на них был красный. Скульптуры были на столько реалистичны, что, долго смотря на них, казалось, что они действительно движутся.
   - Невероятно... - вырвалось у Юнеи, которая стояла рядом.
   - Вы правы, - улыбнулся Аутенц, - когда замок был только создан, изображения на картинах и скульптуры, как описывают очевидцы того времени в своих летописях, двигались, изображая сцены битв и насилия, которое учинили великие темные маги. Сейчас сила магии этого места значительно ослабла, но, как вы видите, даже в таком состоянии эти произведения искусства не оставляют равнодушным. Сегодня мы осмотрим по мимо этого зала, еще большой зал, где, как утверждают все источники, и пали великие темные маги. Думаю, нам лучше поторопиться. Скоро солнце начнет садиться, а ночью здесь становится действительно не по себе. Да, и я попрошу не разбегаться. Здесь можно заблудиться, был один случай, когда одного исследователя нашли лишь спустя неделю полуживого.
   Последняя фраза немного оживила студентов, и они более активно последовали за своим гидом в этом мрачном месте. Коридоры оказались так же украшены скульптурами и картинами. Они производили странное впечатление на Онею. Она одновременно не могла смотреть на них, и в то же время они приковывали ее внимание. Это начинало сводить ее с ума. Неожиданно в ее голове промелькнула мысль, а каково же было здесь темным магам, ведь все, что здесь изображено, было сотворено ими же. Каково им было, увидеть плоды их деяний в таком виде. Она невольно начинала верить легенде и в то, что они действительно наложили на себя руки, даже не смотря на то, что в них вряд ли что-то осталось на тот момент от их душ и сострадания.
   Они блуждали по коридорам замка где-то полчаса, минуя различные двери, ведущие в разные залы и комнаты. Здесь могли бы жить тысячи две человек, подумала про себя Онея, но замок никогда не был заселен. После того, как темные маги пали, его оставили. И лишь две сотни лет назад сюда вернулись исследователи, чтобы разобраться в случившемся. Два столетия спустя ответ так и не был найден, а в замке начали проводить экскурсии, чтобы напоминать всему миру о том, какая цена была заплачена за мир, который существует сейчас. Любой, в ком были хоть какие-то задатки великого мага, или желание вернуть темную эпоху, оказавшись здесь, без сомнения оставлял свои темные мысли в прошлом.
   Наконец они вышли в огромный зал, который мало чем отличался от предыдущих. Единственное отличие заключалось в том, что тут картин и скульптур ужасающего содержания было еще больше, чем в предыдущих частях замка. Онея не сразу заметила, что в центре зала, на начищенном блестящем белом мраморном полу виднеется большое черно-бурое пятно.
   - И так, - объявил Аутенц, - именно на этом месте и погибли великие темные маги. И да, это их кровь, которую так и не смогли убрать за тысячу лет. Его пытались удалить самыми разными способами, но она впиталась в мрамор раз и навсегда.
   - Но ведь это оставляет возможность последователям темных магов вернуть их к жизни! - неожиданно странным и тихим голосом произнес Касс.
   Онея сама не узнала голос своего родственника.
   - В теории да, - подтвердил Уатенц, - и нужно сказать, что вы правы, два столетия после их смерти такие попытки были. Но большая часть из этих последователей так и не добралась до этого зала, а те, кому это удавалось, к тому моменту, как попали сюда, уже отказывались от своей затеи самостоятельно. Так что это место и по сей день хранит наш покой.
   - То есть, великое зло не вернется? - спросил Касс.
   - Знаете, это интересный вопрос, - немного задумавшись, произнес Аутенц, - тут все зависит от того, что вы под этим понимаете. Великие маги искусств не только боролись с темными магами, но и показывали, как жить лучше. Они создавали моральные устои, которые закреплялись в разумах людей раз и навсегда. Появляясь в самые трудные, переломные моменты истории, они помогали обществу осознать происходящие перемены и найти способ дальнейшей мирной жизни. Если вам интересно, про зло в наши дни, то вот что я вам скажу. Восток и запад все больше вступают в конфронтацию. Да, на западе нет злых магов, как и у нас. Но они нашли новый путь развития - науку, и куда он их приведет - неизвестно. Но развитие этих наук идет у них очень быстро. А моральных норм, которые должны быть применены к их достижениям, еще не выработаны. Искусство само по себе моральный ориентир общества, который указывает нам верное направление во всех областях развития. И он отстает от самого развития в данный момент. Да, великих темных магов больше нет, но война все равно может грянуть неожиданно. И я надеюсь, что они скоро снова появятся. Прошла тысяча лет с тех пор, как они появились в последний раз, и теперь снова наступает их время, и они нужны как никогда прежде.
   Касс пристально посмотрел на профессора, после чего снова вернулся к изучению зала.
   - А теперь я попрошу вас на мгновение прислушаться, - громко сказал Аутенц.
   На мгновение наступила гробовая тишина, и Онея из всех сил вслушивалась в тишину. И неожиданно тишина превратилась в музыку. Это был грозный оркестр, который был слышен все больше и больше, по мере того, как она в него вслушивалась. По выражению на лицах других студентов она поняла, что они тоже слышали этот боевой клич, который переплетался печальным мотивом, певшем о потере близких и родных. Она не могла это слушать долго. Она встряхнула головой и посмотрела в сторону экскурсовода, ожидая, что он скажет дальше. И тут все увидели, что он стоит бледный, схватившись за руку Дорема, стоявшего рядом. Лицо преподавателя так же было изумленным. Студенты не сразу поняли, что случилось. Лишь проследив за их взглядами они смогли увидеть, что вызвали такую реакцию.
   Картины ожили! Картины, которые, по сути, отличались от всех остальных только мастерством исполнения, начали двигаться, словно это было кино. Воины снова пошли друг на друга, схватившись в смертельной схватке, обещавшей только кровопролития.
   - Невероятно... - лишь вырвалось у Аутнеца.
   Онея тут же попыталась найти Касса, которому это так же наверняка было бы интересно. Она нашла его в стороне, но выражение на его лице ее изумило. Он не был шокирован или удивлен. На его лице красовалась довольная улыбка, а в глазах горело безумие....
  

Глава тридцатая. Разговор по душам.

   Экскурсоводы вывели на улицу все группы, которые успели войти в замок. Те группы, которые сначала должны были осмотреть дворец снаружи, прежде чем войти в замок, так туда и не попали. Онея видела, как из деревни чуть ли не бегом пришел управляющий Тол. По лицу его струился пот, его тощее немощное тело не было предназначено для такого быстрого передвижения. Он весь покрылся потом от быстрой ходьбы и волнения. Ему навстречу из толпы вышел ректор Нернийский.
   - Вам уже сообщили, что произошло? - спросил он взволнованно.
   - Да, - словно во сне произнес управляющий, - это невероятно! Последние упоминания о том, что картины двигались относились записям, сделанным девятьсот лет назад.
   - Я так понимаю, вам и вашим людям нужно время, чтобы исследовать это явление? - спросил ректор.
   - Да, боюсь все именно так, и мы не сможем сегодня осуществить задуманную программу. Но могу вас заверить, вы приехали сюда не зря, и, видимо ваши студенты уже увидели самое удивительное, что здесь могло произойти.
   - Это уж точно, но мы тут на три дня, и...
   - Да, конечно. Дайте нам этот вечер, чтобы сделать все необходимое. Завтра мы продолжим работу, а когда вы уедете, закроемся, чтобы все изучить уже досконально.
   - Что ж... - задумчиво произнес Нирнийский, - спасибо и на том. Я все понимаю, у вас сейчас, должно быть, много работы, так что не буду вас более задерживать.
   - Спасибо, - и управляющий Тол тут же пошел к экскурсоводам, которые толпились возле входа в замок, в предвкушении от того, что им предстоит снова увидеть.
   Ректор же собрал всех преподавателей и отдал им распоряжение отвести всех студентов обратно в деревню. Так и было сделано, при чем очень быстро, чтобы не мешать исследователям работать. Возвращались они уже одной большой толпой. Онея и ее друзья шли в окружении остальных, и вокруг только и доносились разговоры о том, что случилось.
   Юнея и Эвила обсуждали шепотом произошедшее, как и Легор, Анреа, Денон и Одеус. Онея время от времени вмешивалась в их беседу, хотя она никак не могла быть серьезной. Легор твердил, что это означает возможное возвращение темных магов, и что замок пытался предупредить мир об этом. Анреа предположил, что их было слишком много в замке и рядом с ним, и картины смогли подпитаться их силой, чтобы снова ожить. Лишь Касс шел в стороне и ничего не говорил. Он был погружен в свои мысли, а Онея почему-то не решалась подойти к нему. Она видела, как он крутился возле одной из картин прямо перед тем, как они все ожили, но не могла допустить в голову странные мысли, которые так и лезли к ней.
   - Бу! - неожиданно сзади ее кто-то пощекотал.
   Онея слегка вздрогнула и обернулась. Позеди нее с широкой улыбкой стояла Риза, которая очень редко унывала, а теперь и во все у нее было замечательное настроение.
   - Вовремя же мы сюда приехали! - сказала она весело.
   - В смысле? - сначала не поняла Онея, которая погрузилась в себя, и теперь была жестко возвращена в реальность.
   - Картины, нам посчастливилось увидите их такими, какими их видели маги искусств!
   - Да, ты права, - улыбнулась Онея.
   - Поездка вообще удачно началась с самого начала. Ты не представляешь, как Гедиона хвасталась тем, что она с помощью имени своего отца смогла выбить себе и своим друзьям для проживания самый большой дом. И представляешь, его кто-то занял вместо нее. Прямо из-под носа увели!
   - Да, я в курсе, - усмехнулась Онея.
   - В курсе? - удивилась Риза.
   - Ну да, это Касс постарался.
   - Почему я не удивлена это слышать... - Риза сразу стала задумчивой, - а вы случайно не были внутри замка, когда картины ожили?
   Онея не стала говорить Ризе, как видела Касса рядом с одной из картин перед тем, как они ожили, но отрицать факта того, что они тогда были внутри, тоже не стала.
   - Хм, - Риза явно что-то подозревала, - а ты заметила, что те двое гвардейцев поехали с нами? Их видели, когда все расселялись.
   - Ты все еще считаешь, что они следят за Кассом?
   - Он точно что-то скрывает, - строго произнесла Риза, - ему слишком многое спускается с рук в институте, он каким-то образом смог изменить бронь номеров и домов. А теперь еще картины ожили, когда он был в замке.
   - Я тоже там была, - заметила Онея, - и еще пара сотен наших студентов.
   - Да, но ты же знаешь, что Маги искусств оставили этот замок для защиты мира от новых темных магов? А что, если он начал живать для того, чтобы остановить новое поколение зла, когда один из них оказался внутри?
   - Так что, по-твоему, Касс теперь темный маг?
   - Все возможно, - Риза пожала плечами.
   - Да нет, не смеши меня, - отмахнулась Онея, хотя именно эти мысли и пыталась отогнать от себя.
   - Все складывается. За счет темной магии он устроил себе шикарную жизнь, но правительство его заметило и начало следить за ним, вот зачем тут эти гвардейцы.
   - Думаю, все это объясняется совсем иначе, - покачала головой Онея, - ты посмотри на Касса, ну какой из него темный маг.
   Они обе посмотрели на полноватого Касса, который был одет в мятую красную рубашку, местами перепачканную красками, еще более мятые грязные джинсы, на его взлохмаченные длинные волосы и неровно побритую бороду. И в этот момент из Ризы невольно вырвался смех.
   - Да, ты права, - согласилась она наконец, - если он действительно темный маг, то отлично маскируется.
   Онее удалось переубедить Ризу, но и Ризе удалось тоже самое. Слова подруги разожгли в Онее подозрения, которые и так уже тлели в ее душе.
   Когда они вернулись в деревню, все, чего хотела Онея, это лечь и забыться сном, чтобы мысли, которые терзали ее, наконец то покинули ее. Анреа так же был измотан дорогой и походом к замку и обратно. Это было приличное расстояние, а он привык пользоваться общественным транспортом, даже когда нужно было пройти сто метров. Эта была беда всех городских жителей. Всегда проще и быстрее доехать, чем воспользоваться своими ногами.
   Однако покой их длился не долго. Через пятнадцать минут после возвращения в дом, к ним вошел Касс. Вид у него был веселый, и он радостно объявил:
   - Мы идем в бар!
   - Где ты здесь видел бар, это деревня? - усмехнулся в ответ Анреа.
   - Мы хотели поужинать в столовой, - добавила Онея.
   - Бар в начале деревни, и там уже начал собираться народ. Пойдемте, остальные согласны. Будет весело! И там тоже можно поесть.
   Анреа и Онея переглянулись. Им обоим хотелось настоящего отдыха, но Онею все еще терзали сомнения по поводу Касса, и она не могла уже так просто согласиться не его предложение. Он точно скрывал что-то, и Онея не могла общаться с ним как прежде, пока не узнает, что именно.
   - Анреа иди, я хочу поговорить с Кассом, - сказала она, - мы вас догоним.
   Анреа кивнул и вышел из комнаты, пройдя мимо изумленного Касса. Он со свойственным только ему подозрительным прищуром посмотрел на Онею и спросил:
   - Что-то не так?
   - Да, - ответила она, немного задумалась, пытаясь сформулировать свой вопрос, и наконец выпалила не самым подходящим образом, - расскажи мне правду.
   Касс пристально посмотрел на нее, и его лицо стало серьезным. От прежней беззаботности не осталось и следа.
   - Какую правду ты хочешь знать? Я тебя не понимаю, - постарался отвертеться он.
   - Не держи меня за дуру, - немного обиженно произнесла Онея, - ты появился неожиданно в самом лучшем институте, ректор общается с тобой как со своим старым другом и покрывает все твои выкрутасы. Одновременно с тобой в институте появляются императорские гвардейцы. Ты практически не посещаешь занятия, а только пьешь, куришь и рисуешь. И картины, картины ожили когда ты оказался рядом с ними.
   - На что ты намекаешь? - усмехнулся Касс, все еще надеясь закончить этот разговор.
   - Я не знаю, но все это выглядит очень странным. Может другие правы, и во дворец попал новый темный маг.
   - Это я то темный маг? - усмехнулся Касс.
   - Ты спрашивал про них у экскурсовода. Ты каким-то образом достал нам этот дом. И тебя до сих пор не выкинул из института. Все это ты мог обеспечить себе темной магией.
   Онея сама не верила в то, что произнесла все это, но факты были поставлены перед Кассом, и он ничего не отвечал. Было видно, как по его лицу проходит то гнев, то волнение, то страх. Молчание затянулось, и на мгновение Онее показалось, что она попала в точку.
   - Ты кое в чем права, - наконец произнес Касс.
   Этого Онея и боялась. Она немного подалась назад и спросила:
   - Так ты темный маг?
   - Нет, - тут же оживился Касс, замахав головой и руками, - что ты, нет, конечно. Ты права в том, что картины ожили из-за меня. Я прикоснулся к одной из них, и они тут же пришли в движение.
   - Тогда почему это произошло, если ты не темный маг.
   - Потому что я один из новых магов искусства, - ответил Касс, немного помолчав, - именно из-за этого я здесь.
   От этих слов Онея опешила. Она многого ожидала, но не такого. И в то же время это объясняло все. И почему он приехал к ним в институт, и почему его не выгоняют, и почему картины ожили. И все же ей с трудом верилось в то, что Касс новый маг искусств. Да, он потрясающе рисовал, но неужели настолько.
   Касс увидел ее изумление и смятение, после чего улыбнулся и сказал:
   - Да, у меня была такая же реакция, когда мне сказали. Давай я тебе расскажу все с самого начала.
   - Это было бы здорово, - ответила Онея, все еще пристально разглядывая своего дядю.
   - Что ж, - начал Касс, - я с детства неплохо рисовал, как ты помнишь, поэтому со временем меня отдали в художественную школу, а после я поступил в один институт на факультет живописи. Еще в художественной школе преподаватели отмечали у меня удивительные способности к живописи и рисунку, я уже тогда принимал участие в различных выставках. Все изменилось в институте. Профессор живописи сразу стал присматриваться ко мне. На самом деле последние пять лет преподаватели всех институтов мира высматривают в своих студентах склонности к тем или иным искусствам, в поисках новых магов искусств. Сейчас настает то время, когда мы снова должны появиться, и нас ищут, чтобы помочь стать теми, кем должны стать. И он устроил мне проверку. Никто не знает, кроме художников, но от каждого мага искусств сохранилось по одному шедевру, которые скрыты от всего мира. В случае мага живописи и графики это была картина. Мой преподаватель знал, как она выглядит и что на ней изображено, и он сказал мне нарисовать это, не объясняя зачем. Это было просто очередным заданием. И я нарисовал. Моя картина оказалась точной копией оригинала, хотя я его не видел. Так он и понял, что я именно тот, кто нужен.
   После этого моя жизнь изменилась. Мне пришлось отказаться от всего и полностью погрузиться в изучение живописи и графики, заняться самосовершенствованием. Маги искусств, используя три заклинания, могли сконцентрировать свои силы и изобразить все, что угодно.
   - Да, я в курсе, и профессор Акривикус хранитель одного из этих заклинаний.
   - Именно, заклинание любви. Оно позволяет живописцу сконцентрировать все его самые теплые чувства и излить их на холст. Я прибыл сюда после подготовки, чтобы освоить его.
   - И поэтому ректор к тебе так относится, поэтому тебя охраняют гвардейцы и поэтому ожили картины, - осознала, наконец, полностью Онея.
   - Ну, не совсем, - замялся Касс, - я не знаю, откуда здесь гвардейцы и что они тут делают. Это не ко мне, поверь.
   - Хм... и как твои успехи в освоении заклинания? Ты вроде бы только руками рисуешь...
   - Да, тут вышла загвоздка, - мрачно произнес Касс, и тяжело сел на стул, стоявший рядом с ним.
   - Что случилось?
   - Чтобы воспользоваться этим заклинанием, нужно любить. По-настоящему, полюбить и быть счастливым с кем то, кто тебя любит и кого ты любишь.
   - Но ты один, и с Залоей у тебя не сложилось...
   - Именно.
   - Ну, так найди кого-нибудь.
   - Не могу.
   - Почему? У нас в институте полно красивых умных девушек, выбирай любую... или тебе не нужна любая? Что случилось?
   - Когда мне сказали, что я маг живописи и графики, это изменило мою жизнь. Я должен был посвятить себя искусству целиком и полностью, отказавшись от всех привязанностей. Знаю, звучит глупо, но сложно быть с кем-то, когда ты должен рисовать двадцать три часа в сутки, и один час спать. В тот момент я уже около года жил с одной девушкой. И я любил ее, и она меня, и все было замечательно. Я думал, что мы будем с ней вместе всегда... но этому было не суждено случиться.
   - Ты ушел от нее, - догадалась Онея.
   - Да, через месяц после того, как началась моя подготовка, я понял, что так не может больше продолжаться. Я не мог ей рассказать, что происходит, и в то же время оставаться рядом тоже было невозможно. Я не появлялся у нас дома сутками, а когда приходил, то у меня не было сил сказать ей и двух слов, и это ее мучило не меньше, чем меня. Начались ссоры, она требовала ответа, что происходит. А правде она вряд ли бы поверила, я сам тогда в это слабо верил. И я ушел... ирония судьбы, без нее теперь я не смогу двигаться дальше, не смогу стать магом искусства, как должен.
   - Ну, а как она отреагировала, может, ты еще сможешь все наладить, если расскажешь ей правду?
   - Я не знаю, как она отреагировала, - честно признался Касс.
   - В смысле? - не поняла Онея, - ты что, ушел не попрощавшись?
   - Я написал ее записку, забрал вещи и ушел, пока ее не было дома. А что я мог ей сказать? Извини, мне нужно тебя бросить, хотя я считаю тебя самой потрясающей девушкой на свете, и не могу это объяснить?
   - Ты написал ей записку! - чуть ли не закричала на него Онея, - да так поступают самые большие сволочи, это самый жестокий вариант прощания, это... это... мне стыдно, что ты мой родственник! - она возмущенно размахивала руками.
   - Да мне самому тошно из-за этого. А сейчас особенно плохо... я постоянно чувствую ее присутствие, ее запах, ее силуэт. В последние дни мне мерещится, что я вижу ее. Даже сегодня утром.
   - И правильно! - не унималась Онея, - ты должен страдать за такой поступок.
   - Уже! У меня через неделю выставка работ, и на ней я должен представить картины, сделанные с помощью заклинания, а я не могу его использовать из-за всего этого!
   - Так тебе и надо, - наконец Онея остановилась, чтобы отдышаться после криков.
   Она пристально посмотрела на Касса, и сказала, уже спокойно:
   - Вот теперь можно пойти и выпить.
  

Глава тридцать первая. Литрбол.

   Уже почти стемнело, когда Касс привел их к тому, что называл баром. Рядом никого не было, но из избушки доносился приглушенный звук множества разговоров, слившихся в один. Легор недоверчиво посмотрел на Касса и спросил:
   - Ты уверен, что тут не живет какая-то почтенная пожилая пара, а то мы сейчас туда войдем такие...
   - Не волнуйся, - успокоил его Касс, - у деревенских баров есть некоторые особенности. В деревне считается не приличным наличие таких заведений, старые порядки здесь еще сильны, но в то же время люди всегда рады пропустить по кружке пива после тяжелой работы. Вот деревни и шифруются друг от друга, каждое утро нахваливая, как у них все хорошо и прилично.
   С этими словами он открыл дверь и вошел внутрь. Его друзья последовали за ним. Когда Онея очутилась внутри избушки, ее глазам предстало большое пространство, полностью уставленное столами и скамейками рядом с ними в такой тесноте, что все жители деревни точно могли здесь уместиться. К тому же внутри избушка была значительно больше, чем казалось снаружи. Это напоминало времена, когда в стране был введен запрет на алкоголь. Это было почти сто лет назад, и сухой закон сурово карал своих нарушителей. Поэтому подпольные бары устраивались в самых неожиданных местах, и в этом помогало заклинание расширения пространства.
   В самом дальнем конце помещения располагалась барная стойка, за которой стоял здоровенный тролль, ростом где-то метра три. Из-за этого ему приходилось постоянно пригибаться, чтобы не задевать головой потолок.
   Как это не удивительно, но почти все места в баре уже были заняты. Большую часть столов заняли студенты, которые, как и Касс, догадались о назначении этой избушки. В одном из углов собрались местные жители. Где-то восемь троллей, от которых несло потом и измазанных землей после работы в поле, и пять магов, выглядевших точно так же. Они с интересом рассматривали приехавших туристов, хоть и видели приезжих практически каждый день.
   Ребята прошли мимо своих однокурсников и устроились в уголке, где еще оставался свободный стол. Им пришлось потесниться, чтобы всем хватило места. Денон, Одеус и Легор погрузились в изучение меню, тогда как Эвила и Юнеа все еще боязливо оглядывались. Юнеа не очень любила подобные места. Она предпочитала что-то менее шумное и более приличное. Эвила же всегда была готова поддержать компанию в любых ее начинаниях.
   Онея, как Анреа и Касс, сразу знала, что она закажет. Когда к ним подошла молодая девушка лет двадцати, чтобы принять у них заказ, они тут же попросили три кружки пива местного производства. Один из умельцев деревни, как заверила их девушка, делал отличное пиво по собственному рецепту с использованием определенного странного заклинания. Остальные так же присоединились, решив попробовать этот напиток. Лишь Юнеа попросила яблочный мартини. Когда девушка записала заказ и удалилась в сторону барной стойки, Касс слегка усмехнулся.
   - Мартини, серьезно?
   Юнеа строго посмотрела на него и ответила:
   - Я не люблю пиво.
   - Да, но здесь нет мартини.
   - Оно есть в меню, - отмахнулась Юнеа.
   - Да, только это не мартини, а скорее самогон на яблоке.
   Юнеа прищурилась и ненавистно посмотрела на Касса. Тот лишь пожал руками, бросив:
   - Тебе виднее.
   Через пять минут девушка вернулась с большим подносом, с которым ловко просочилась через остальных посетителей бара. На удивление, она принесла все, что было заказано, и небольшое блюдо с закуской, состоявшей из чесночного соуса посыпанного зеленью и поджаренных с луком гренок, толщиной с палец.
   Тем временем народу в баре становилось все больше. Слух о баре быстро распространялся среди студентов, привлекая их в это место. Становилось теснее и более шумно.
   Касс встал и поднял свою кружку:
   - Что ж, давайте выпьем за то, что мы все сейчас здесь, в этом замечательном месте, собрались всей компанией. За то, чтобы это длилось как можно дольше!
   Все поддержали его дружными возгласами, и отпили по большому глотку. Невольно все посмотрели на Юнею, которая пригубила напиток, названный в этом баре яблочным мартини, хотя по виду больше напоминал обычный самогон. Она поморщилась, но тут же отпила еще. Лицо ее просветлело, и на нем заиграла улыбка.
   - Отличный мартини, - слегка невнятно произнесла она, под всеобщий смех.
   Через пятнадцать минут веселого разговора и небольших стебных шуток им пришлось повторить свой заказ, так как первая порция алкоголя подошла к концу. Более всех на пиво налегал Легор. Касс поддерживал друга, чтобы тот не оказался единственным алкашом в компании, хотя, как оказалось, это ему и так не грозило. Эвила старалась поспевать за этими двумя, а Юнеа не могла оторваться от своего напитка, и с каждым глотком она становилась все веселей и общительнее.
   Народу становилось так же все больше и постепенно ребятам уже приходилось буквально кричать, чтобы остальные их услышали. Атмосфера была замечательной, не смотря на дым от сигарет, который заполнил помещение серой пеленой и терпкий запах алкоголя. Гулянка набирала все больший оборот. Но, когда Онея и ее друзья повторили свой заказ уже по пятому кругу и довольно набрались, как и все остальные студенты, присутствовавшие в баре, двери в него вновь распахнулись, и мгновенно наступила тишина. Касс, Онея и Анреа, которые еще осознавали, что происходит вне их стола, обернулись ко входу, как и все остальные. Там, на пороге, стоял ректор Нернийский, строгим пристальным взглядом осмотревший своих студентов.
   - Веселимся, значит? - громко спросил он.
   Ответом ему была тишина. Даже фермеры и тролли притихли, с интересом наблюдая, что же будет дальше.
   - Что ж, молодцы, можете продолжать, - и с этими словами ректор прошел к свободному столу в сопровождении Акривикуса и Дорема. Они уселись рядом с местными жителями, и у них практически сразу завязался с ними дружеский разговор.
   Веселье тут же возобновилось и теперь ему не было конца, так как единственная сила, которая могла их сдержать, дала добро на всеобщее безрассудство.
   Очередная порция алкоголя подошла к концу, но дожидаться девушки, чтобы еще раз повторить заказ было бесполезно.
   - Нужно, чтобы кто-то сходил к бармену, - перекрикивая толпу, произнесла Онея.
   Касс и Анреа посмотрели на остальных, сидевших за их столом. Юнеа уже была никакая и обняла Эвилу, пытаясь ее поцеловать. Эвила была практически в том же состоянии, но вместо активности ее тянуло ко сну, и все же ей еще хватало сил, чтобы отстраняться от подруги. Легор сидел чуть ли не со слезами на глазах и объяснял Денону и Одеусу, как он страдает без своей любимой. В то же самое время Денон жаловался на то, как ему сложно с его девушкой, так как она практически ничего ему не разрешает и по сути вынуждает его переехать к ней, хотя он не хочет отказываться от своих друзей. Одеус же хвастался тем, как же ему хорошо встречаться с его еще несовершеннолетней девушкой, явно чувствуя превосходство над своими друзьями. Но в итоге не один из них не осознавал того, что другие его не слушают.
   - Ладно... - мрачно произнес Касс, - сейчас приду.
   Он встал из-за стола, и направился в сторону барной стойки, скрывшись в толпе. Онея и Анреа бросили на него прощальный взгляд.
   - Как думаешь, он быстро вернется? - спросила Онея.
   - Должно быть, - пожал плечами Анреа, - наверняка он только закажет и все.
   Взгляд Анреа упал на Юнеа, которая размашистым жестом обняла Эвилу.
   - А я не знал, что у тебя такие наклонности, - крикнул он ей, но та его не услышала.
   - У нее их и нет, - улыбнулась Онея, - это просто на нее так алкоголь влияет. Главное, чтоб она на столе не начала танцевать стриптиз.
   - Будто бы ты была бы против, - обнял свою любимую Анреа.
   - Нет, конечно, но во-первых, я бы предпочла бы тебя на столе, а во-вторых мне завтра придется тогда объяснять ей, почему я за ней не присмотрела.
   - Хм... ты думаешь, у них дойдет до...
   - Нет, но я знаю, как мы можем обграть все это ночью.
   - Звучит интересно, - усмехнулся Анреа.
   Он оглянулся в сторону барной стойки, но не увидел там того, что искал.
   - Что-то он задерживается, - задумчиво произнес он.
   - Да... схожу посмотрю, - согласилась Онея.
   - Может лучше я?
   - Если ты сейчас встанешь, тебе окончательно голову снесет, да к тому же, ты так же можешь там исчезнуть. Лучше я.
   Она встала и более-менее уверенным шагом начала пробираться через толпу. Возле барной стойки Касса не оказалось. Она внимательно осмотрелась вокруг, но там были лишь другие студенты, большей части из которых к тому моменту уже приходилось пить стоя, так как свободных мест за столами не было.
   И тут особенно громкий шум привлек ее внимание к большому скоплению студентов и местных жителей. Они громко и весело кричали практически без остановки:
   -Пей, пей, пей, пей...
   Онее это сразу показалось странным, и чувство, что тут дело не ладно пронзило и охватило ее. Она начала пробираться через это плотное кольцо, и наконец оказалась возле стола, за которым сидело семеро. Она без труда узнала Нернийского, на коленях которого сидела дородная сельская баба. Рядом с ним расположился Дорем, вокруг которого толпилось около десятка студенток. По правую сторону от ректора сидел Касс. Акривикус так же был рядом с Кассом. Напротив них сидели два огромных тролля и один сельский маг. Перед каждым было выстроено в четыре ряда двадцать стопок с тем самым самогоном, которым напилась Юнеа. По одному ряду стопок у каждого уже были пустые. Теперь Онее стало ясно, куда делся Касс. Все участники этого состязания уже дошли до состояния, когда их беседу могли понять лишь они одни, но вели эту беседу очень оживленно. Ректор постоянно поворачивался к Кассу, и что-то ему говорил, а Касс не медлил с ответом.
   Разговор в их понимании был таким.
   - Ты счастливчик, - сказал Кассу ректор, - у тебя есть призвание, талант. Тебе нужно лишь все это раскрыть в себе.
   - Я понимаю, - ответил ему на это Касс, - но в то же время все не так просто. Иногда мне кажется, что я гонюсь за чем-то просто недостижимым. И вся эта ответственность.
   - Забудь про ответственность, - махнул той рукой ректор, которая не обхватывала талию селянки, - ты свободен, как никто другой. Ты художник, и это очень много значит. Тебе никогда не придется работать с девяти до шести, ты никогда не будешь зависеть от зарплаты. Да, это не означает, шикарную, богатую жизнь, но это означает жизнь наполненную смысла. Ты будешь делать что-то важное, нужное. Ты не встанешь однажды утром, и, посмотрев в зеркало, обнаружишь, что тебе почти пятьдесят, что ты полысел и растолстел, и что большая и лучшая часть жизни прошла в пустую. Твоя жизнь будет другой. Ты создаешь вещи, просто невероятные, а вскоре освоишь еще и заклинания.
   - Не уверен, что у меня получится, - покачал головой Касс, - я кое-что потерял, и без этого мне не справиться.
   - Все можно вернуть, поверь мне. Все скрыто на самом деле внутри тебя, ведь я прав? - ректор посмотрел в сторону Акривикуса.
   - Да, - мрачно заметил он.
   Они прервались, чтобы осушить еще по пять стопок самогона, их противники сделали то же самое. Но на пятой стопке Дорем не выдержали и упал лицом в стол.
   - Зеленый еще, - с усмешкой заметил ректор, - но ничего, у него большое будущее.
   - Вообще заклинание любви может питаться от разный чувств. Отсутствие любви и ее жажда то же может подпить его, - заметил Акривикус, - так я его использую после смерти моей жены. Она была моим вдохновением, но смерть злая штука.
   - Сочувствую, - мрачно произнес Касс, - но мне это не поможет.
   - То есть, в твоей жизни уже была та самая девушка? - спросил ректор, - а ты тот еще смарчок. К стати, скажи, а правдивы ли слухи о тебе и Залое?
   - Я не буду об этом говорить, - усмехнулся Касс.
   - Вот жулик, - рассмеялся ректор, - я ее развожу уже три года!
   - У меня есть преимущество, - пожал плечами Касс.
   - В общем, - вмешался Акривикус, - я тебе так скажу. Если ты действительно кого-то полюбил, то должен вернуть ее. И не из-за заклинания. Из-за того, что ты вообще ничего не сможешь без нее.
   - Я знаю... - мрачно произнес Касс, - но я сжег всем мосты...
   Онея все это время наблюдала за ними, как и все остальные, кто столпился, чтобы посмотреть состязание. Но слышали они лишь несвязное бормотание, которое не имело ни малейшего значения. Подходы становились все чаще, и стопки приходилось наполнять практически без остановки. Долго так продолжаться не могло, Онея понимало это. Наконец Акривикус взялся за стопку, но так и не поднял ее, заснув прямо в такой позиции.
   Ректор прокричал что-то воинственное, и Касс его поддержал. В этот момент селянин замер, встал из-за стола, и выбежал на улицу, больше так и не вернувшись. В итоге за столом остались лишь Касс, ректор и два тролля, которые не собирались уступать городским. Соревнование продолжилось более ужесточено. Рюмки поднимались и опускались. Наконец один из троллей издал странный звук, и с гулким шумом упал на пол, сломав стул под собой.
   Нирнийский вскочил от радости с места, подняв руки к верху, скинув при этом селянку на пол, но тут же его зашатало, и он направился быстрым шагом в сторону туалета. Тролль пристально посмотрел на Касса и произнес более-менее понятным голосом:
   - Остались только мы с тобой.
   - Твое здоровье, - буркнул Касс, и начал опустошать новую партию стопок.
   Это продолжалось еще минут пять. Наконец зрителям начало становиться скучно, и Касс сказал троллю:
   - А может теперь после каждой стопки будем вставать на ноги и садиться обратно? Или ты на столько слаб, что уже сейчас не сможешь поднять свою задницу?
   Это был коварный ход со стороны Касса, который смогла разгадать только Онея. Тролль же не понял происходящего, и проревел в ответ:
   - Это ты слабак! - и тут же вскочил на ноги.
   Касс медленно поднялся. Они стояли друг на против друга, сверля друг друга взглядами. Неожиданно Касс пошатнулся. На лице тролля показалась победоносная улыбка. С ней он упал на пол, придавив под собой трех случайных зрителей.
   - Кровообращение у этих троллей слишком уж быстрое, - буркнул Касс, и сам чуть не упал. Ему повезло, что кто-то смог его подхватить вовремя. Онея подошла к нему, взяла его под плечо и спросила:
   - И где же наш заказ?
   - Ой... - Касс недоумевающе посмотрел на нее, - заказ?...
  

Глава тридцать вторая. Неожиданные встречи.

   Когда Касс и Онея вернулись к своему столу, Анреа сидел не двигаясь, уставившись в одну точку. Его лицо не выражало абсолютно ничего. Можно было не сомневаться, что у камня на дороге было больше эмоций, чем у него. Легор тем временем спал, развалившись на своем стуле, что-то тихо бубня. Юнеа и Эвила так же спали, облокотившись друг на дружку. Одеус и Денон куда-то уже ушли, не дождавшись добавки алкогольных напитков.
   Увидев все это, Онея лишь смогла сказать:
   - Что за чудная идиллия.
   На столе перед компанией стояло огромное количество пустой посуды из-под алкогольных коктейлей, которой не было, когда Касс и Онея уходили.
   - Что тут произошло? - все еще с трудом стоя на ногах спросил Касс.
   Неожиданно Андреа пришел в движение. Его голова медленно повернулась к пришедшим, и после минутного разглядывания их лиц, он ответил:
   - Официант ошибся заказом и принес нам кучу всяких коктейлей, - и в этот момент он истерически рассмеялся, - мы решили, что это вы постарались и что вы скоро вернетесь, и решили начать без вас.
   - И закончить тоже? - с наигранной строгостью спросила Онея.
   - Вас все не было и не было... - Андреа взглянул на Касса и продолжил, - похоже вы и там, где бы то ни было, хорошо посидели...
   - В свое оправдание могу сказать, что я вел сложную интеллектуальную беседу с двумя очень умными людьми и одним действительно умным троллем...
   - Вообще то в вашем споре участвовало еще несколько человек, - шепнула Онея.
   - Тем более, - взбодрился Касс, - и я их всех убедил... в правильности своей точки зрения.
   - Ты мне сейчас так мозг вынес этими... длинными словами... - глаза Андреа действительно расширились, во время речи Касса, - лучше помолчи...
   - Так, ладно, алкоголики и тунеядцы, - Онее уже надоели эти пьяные разговоры, - давайте поднимать наших, пора бы уже идти на боковую, завтра у нас целый день экскурсий.
   - Ооо... - застонал Анреа и спрятал голову за руками, - а можно я просплю? Или заболею?
   - Так, больной, я лечить тебя тогда буду, хочешь этого? - Онея пристально уставилась на Андреа.
   - Пожалуй, что нет, - покачал головой Анреа.
   - Тогда вставай, бери под руку своего собутыльника, девчонок я сама подниму.
   В этот момент из толпы, окружавшей их столик, отделилось три фигуры. Касс был не в том состоянии, чтобы сразу узнать, кто это был, но силуэты показались ему знакомыми, и от этого ему сразу свело живот и потянуло к белому другу.
   - Вот тебе приличные студенты, - слушал он знакомый женский голос, - напились как последние алкаши.
   Сфокусировавшись, Касс узнал в двух шагах от себя Гедиону и двух ее подруг.
   - Кто пустил шавок в помещение? - тут же выпалил он, - животным не место в баре.
   Он так эмоционально это произнес, что истратил остатки последних сил, ноги у него подкосились, и он рухнул на стул, рядом с которым предусмотрительно стоял.
   - Молчал бы, - высокомерно ответила Гедиона.
   Онея старалась не обращать на нее внимания, но даже взглянув краем глаза поняла, что и Гедиона с подругами провела этот вечер очень весело, и теперь сама с трудом держит равновесие в своей привычной пафосной позе.
   - Вам бы тоже не мешало проспаться, - заметила лишь Онея, понимая, что Гедиона теперь просто так не отцепится. Она уже приготовилась как следует с ней поцапаться, когда одна из подруг Гедионы с трудом смогла выговорить:
   -Что ты все с ними возишься, пошли уже. Нас ждут...
   - Ты права, - оживилась Гедиона, - нас ждет настоящее веселье, а вы колупайтесь в этом мерзком баре с дешевой выпивкой дальше.
   И с гордо поднятой головой и кривой походкой Гедиона вместе со своей свитой направилась в сторону выхода из бара.
   - Она совсем обнаглела, - злобно произнесла Онея, смотря ей вслед.
   С трудом расшатав Эвилу и Юнею, Онея проверила, чтобы парни тоже стояли на ногах. Андреа и Легор подпирали друг друга, возвышаясь над всем залом, в то время как Касс все еще сидел на своем стуле.
   - Вот что я хотел сказать! - выпалил он,- ты, Гедиона, жалкая, мелочная...
   - Касс, она уже ушла, - остановила его Онея, - все, мы идем спать.
   - Правда? - Касс недоумевающе осмотрел пространство вокруг себя в поисках Гедионы, но не обнаружив ее, закончил, - действительно... что ж... действительно... пора.
   Она встал, и пошатываясь пошел к выходу. Остальные последовали за ним. Онея шла последней, следя за тем, чтобы никто не потерялся. Легор и Анреа, как часто бывавшие в таком состоянии, держались лучше всех. Подпирая друг друга, они не заваливались и практически шли прямо, хотя ноги Легора особенно сильно заплетались. Девушкам приходилось хуже, хотя они не обращали на это внимания. Они шли не просто опиравшись друг на друга, а нежно поднимая и лаская волосы, что-то шепча.
   Наконец, минуя толпу не менее пьяных студентов и местных жителей, ребятам удалось добраться до выхода и выбраться на свежий воздух. В деревни вечерний воздух был по-настоящему свежим и бодрящим. Касс, проживший большую часть жизни в деревни, тут же взбодрился и стал идти более прямо.
   - Что ж, я требую продолжения банкета, - чуть ли не прокричал он.
   - Какое тебе продолжение, - буркнула Онея, - спать пошли.
   Их движение продолжилось, когда надышавшись чистым воздухом, все пришли немного в себя. Пока они шли к гостинице, Онея обратила внимание на то, что еще во многих домах горит свет. Но светло на улице было не за счет этого. Небо было ясным и частым, и с его темного подола светили яркие звезды. Онея уже забыла, на сколько яркими они могут быть. После переезда в столицу она не видела их таким. Прекрасные, далекие, они безмятежно дарили магам свой мягкий свет, неся вместе с ним что-то прекрасное.
   Наконец череда невысоких простых домов закончилась, и перед ним появился въезд на гостиничный двор. Тут на удивление было чрезвычайно оживленно. Возле главного входа толпилось множество людей, приехавших на машинах и автобусе. У всех у них были легкие туристические сумки, словно они были заядлыми путешественниками.
   - Журналисты, - с легким призрением буркнул Анреа, - сразу видно...
   - Что им тут делать, - с неприкрытым беспокойством спросил Касс.
   - Видимо приехали из-за случившегося во дворце, - предположил Анреа.
   - Нечего тут стоять, - вмешалась Онея, - пойдемте уже.
   Пока они проходили мимо толпы приезжих, пытающихся получить хоть какие-то места в гостинице, которая и так была забита студентами, Касс услышал пару обрывков разговоров, из которых стало ясно, что Анреа был прав. Слух о том, что картины неожиданно ожили, вызвал большую волну интереса в столице, и практически каждое информационное агентство прислало своего человека для сбора материалов. Это его слегка насторожило, хотя он не сомневался в том, что до правды все равно никто не докопается.
   Спустя еще некоторое время им удалось добраться до аллеи гостиничных домиков, где и располагалось их пристанище на время поездки. Заприметив их домик, Онея с облегчением произнесла:
   - Ну, наконец-то. Я уж думала, что мы никогда не доберемся.
   Они уже практически вошли в дом, когда Легор издал тихий жалобный стон. Онея и Касс проследили за его взглядом и увидели что в пятидесяти метрах от них, на скамейки возле другого домика сидят две девушки. Одна из них сидела с красными глазами, явно только что плакав. Не смотря на это ее личико казалось очень милым, хоть и простым.
   - Это она что ли? - спросил Касс.
   - Да... - пробубнил Легор, -мне... мне нужно... с ней поговорить...
   - Так, никаких разговоров, все на сегодня! - скомандовала Онея.
   Андреа понял ее мысль, подхватил своего друга и буквально втащил его в дом. Юнея и Эвила последовали за ними. Онея строго посмотрела на Касса и повторила:
   - Я же сказала, что мы все идем спать.
   - Этот командный голос может работать на них, - отмахнулся Касс, - а я то с ним уже давно знаком. Я разберусь сам, только закончу одно дело.
   Его голос стал немного более ровным, да и стоял он поувереннее, из-за чего Оня произнесла:
   - Ладно, смотри сам. Только я сегодня уже не буду тебя вытаскивать не из каких передряг.
   - А разве я попадаю в передряги? - невинным голосом спросил Касс, посмотрев на Онею с широко раскрытыми глазами, пытающимися доказать что он сама наивность, чистота и честность
   - Вот это тоже на меня не работает, - ответила Онея, - веселой ночи.
   - А тебе спокойной, если это вообще возможно.
   Касс взмахнул рукой в прощальном жесте и направился в сторону девушки, которая так нравилась его другу. Он мог сфокусироваться только на ней, и задать себе курс, поэтому когда облачко, стоявшее рядом с девушкой отделилось и направилось куда-то в сторону со словами:
   - Успокойся только, я сейчас принесу тебе чего-нибудь, - лишь смог осознать, что он получил ту возможность, на которую надеялся.
   Он подошел к девушки и спросил:
   - Лайнеа, если не ошибаюсь?
   Она посмотрела на него словно, только что заметила.
   - Да, а ты... один из друзей Легора, верно?
   - Именно... - ответил Касс, тщательно подбирая слова, - могу я присесть?
   - Это свободная страна, только не думай, что ты сможешь меня в чем-то убедить, - Лайнеа сама изрядно выпила, и язык ее немного заплетался. По всему было видно, что она из-за чего-то сильно расстроена.
   - Знаешь, я в общем-то ничего особенного говорить то и не хотел, - признался Касс, присаживаясь рядом с ней, - просто кое-что передать.
   В этот момент он достал из внутреннего кармана сложенные листы бумаги, которые забрал у Легора в автобусе, и передал их девушке.
   - Что это? - удивленно спросила она.
   - Прочитаешь, поймешь. Я знаю лишь, что все это написал Легор для тебя.
   Он пристально посмотрел на нее, и в его глазах она прочитала какое-то сожаление, словно он извинялся.
   - Ты же ведь влюбилась, да?
   - Я не знаю, о чем ты говоришь, - покачала головой Лайнеа.
   - Да ладно, если бы тебе было плевать на него, ты бы сейчас не лила слезы. Нам причиняют такую боль лишь те, кто нам по настоящему дорог. Иначе бы это было не больно.
   - Ты что, философ? - усмехнулась Лайнеа.
   - Подрабатываю на полставки, - с улыбкой ответил Касс, - просто однажды я тоже влюбился, знаешь, по-настоящему так, сильно. И она была от меня безума. Только вот я совершил ошибку. Мне казалось, что я должен уйти из-за тог, что должен что-то сделать, но я был не прав и теперь очень сильно сожалею об этом. Это была самая страшная ошибка в моей жизни, и теперь я просто не представляю как все исправить. Она постоянно мерещится мне, и это просто сводит с ума. Она мне сейчас так нужна.
   - Я если честно ничего не поняла сейчас,- заторможено произнесла Лайнеа.
   - Все это к тому, что ты можешь еще дать ему второй шанс. Прочти то, что я тебе отдал, и сделай выводы. Решение, конечно же, твое, но не совершай ошибки, которую совершил я, иначе будешь жалеть очень долго...
   - Я подумаю... - мрачно произнесла Лайнеа.
   Тут Касс понял, что Лайнеа уже некоторое время смотрит ему за спину. Он обернулся и застыл на месте.
   - Вот я и говорю, мерещится повсюду, - произнес он, глядя на подругу Лайнеы, вернувшуюся со стаканом воды.
   - Касс? - удивленно произнесла она.
   - Эли... - в ответ сказал шокированный Касс.
  

Глава тридцать третья. Прошлое и настоящее.

  
  
   Касс стоял там, где его оставили девушки, то есть возле входа в один из гостиничных домиков. В его голове крутилось множество мыслей, которые следовали друг за другом, выводя его все на новые, более безумные мысли. Время тянулось бесконечно и в конечном итоге он пришел к выводу, что он просто перепил, и ему нужно идти домой проспаться.
   Касс уже сделал неуверенной шаг в сторону его дома, когда дверь наконец открылась, и на крыльце появилась Эли. Она была где-то на полголовы ниже его, с вьющимися каштановыми волосами по плечо. Ее большие голубые глаза необычно сверкали в лунном свете, а красивое миловидное личико казалось было сделано из розового мрамора. Сама она казалась тонкой и хрупкой, хотя Касс не обманывался по поводу этого, помня силу ее удара.
   Легкой походкой, которую вело слегка в лево из-за выпитого в баре, она спустилась к нему и встала прямо перед ним, заглянув ему в глаза. Он смотрел в ее, не отрывая взгляда, все еще пытаясь убедиться в том, что все это ему не примерещилось.
   В следующий момент Эли замахнулась, и ее кулак пришелся прямо в челюсть Касса. Удар был такой силы, что он чуть не упал.
   - Черт! - вырвалось у него, - значит все-таки не белочка.
   В этом у него сомнений больше уже не оставалось.
   - Что, думал перепил опять? - с усмешкой спросила Эли, - ты пьян, как в общем и всегда.
   - На себя бы посмотрела, - выпрямившись и потирая ушибленную часть лица, ответил Касс.
   - Я хотя бы ровно стою на ногах, - возразила Эли.
   - Да, но сколько можно было ходить со своей подругой? Я тут час простоял!
   - Я довела ее до порога и тут же вернулась обратно. Меня не было две минуты, - Эли строго посмотрела на Касса.
   - Да? Ну... я так нервничаю, что мне это время показалось вечностью.
   - Нервничаешь значит? - Эли строго посмотрела на него, - как когда мне писал то письмо?
   - А, ты все еще сердишься из-за этого? - Касс попытался сделать вид, словно это было очень, очень давно.
   - Злюсь ли я? - взорвалась Эли, - да первой мыслью у меня было взять нож с кухни, найти тебя, и отрезать все, что делает тебя мужиком!
   - Как хорошо, что этого не случилось.
   - Это еще не поздно сделать, - голубые глаза Эли сверкнули адским огоньком, и Касс прекрасно знал этот взгляд. Он не предвещал ему ничего хорошего, но отчасти из-за него он и влюбился когда-то в эту девушку.
   - Ладно, ты права, - Касс оборонительно поднял руки, - я был неправ и совершил тогда ужасную ошибку.
   - Да, я уже слышала как ты рассказывал об этом.
   - Ну, тогда ты знаешь, что я говорю правду.
   Взгляд Эли смягчился, и на секунду она с прежней нежностью посмотрела на него.
   - Что же тогда случилось? Почему ты ушел.
   - Я же написал об том...
   - Там был написан полнейший бред. Ты писал то письмо видимо в состоянии, более худшим, чем сейчас. По крайней мере, я так решила.
   - Можно сказать, что это так, - признал Касс, хотя в тот момент он был трезвым. И все же от осознания того, что ему предстоит с ней расстаться, Касс был практически в бессознательном состоянии на момент написания письма.
   - Так что мне нужны объяснения. Вменяемые объяснения, которые смогут объяснить твое безумное поведение. И я не приму, что ты все это время был в запое.
   - А если я не могу рассказать тебе всего? Пока не могу... - Касс смотрел на нее, разрываемый на части. Все внутри него кричало рассказать ей правду и вымаливать прощения, и лишь мозг, который даже сейчас еще как-то работал, не позволял ему этого сделать хотя бы по той простой причине, что поверить в то, что он маг искусств Эли все равно не сможет.
   - Вот не надо мне зачитывать на памяти выдержки из того письма, а то, честное слово, я за себя... - неожиданно она замерла, и выражение ее лица как то странно изменилось.
   Касс был готов прочитать на ее лице гнев, ярость, обиду, но не это. Оно словно просветлело. Неожиданно она бросилась к нему, обняла и поцеловала. Он прижал ее к себе и мечтал лишь о том, чтобы никогда ее больше не отпускать. Наконец их губы разжались, и она тихо произнесла:
   - Не говори больше не слова, ничего не хочу знать.
   - Прости меня, - лишь мог произнести Касс.
   - Уже давно, почти сразу... Фуу... от тебя несет перегаром как в тот день, когда мы встретились, - она немного отшатнулась от него.
   - Могу сказать тебе то же самое, - усмехнулся в ответ Касс.
   - Вот и не правда, сегодня было все гораздо проще, чем тогда.
   Тут взгляд Касса упал в сторону от домика Эли, и он увидел двух здоровых парней с армейской выправкой.
   - За нами наблюдают, - заметил он.
   - Давай сбежим от всех, - предложила Эли.
   Она схватила его за руку и потащила за собой. Касс не ожидал от нее такой прыти, в прочем, как и от себя. Его ноги сами по себе побежали вслед за ней, и ему лишь оставалось следить за тем, чтобы не за что не зацепиться и не растянуться на земле.
   Ему показалось, что они бежали целую вечность, прежде чем Эли остановилась, чтобы немного отдышаться. Тогда Касс смог оглянуться. Но позади них уже никого не было. Они стояли возле выхода на главную гостиничную площадь, куда их привез автобус.
   - Дальше лучше не идти, - сказал Касс.
   - Почему это? - удивилась Эли.
   - Из-за того, что случилось сегодня во дворце, сюда приехали репортеры, и они толпились возле входа. Учитывая, что мест в гостинице нет, они все еще там.
   Эли немного нахмурилась.
   - Да, ты прав, туда лучше не ходить.
   С этими словами она свернула на ели заметную тропинку, которая вела между двух домов. Теперь они точно могли рассчитывать на то, что их никто не увидит. Касс немного отстал, из-за чего, ему пришлось прибавить шагу.
   - Я все еще не верю в то, что ты здесь, - признался он, - как ты тут оказалась? Я думал, ты еще в том институте пару лет будешь учиться.
   - Я закончила его экстерном. Теперь учусь здесь, на историческом. Здесь лучшее образование по этому направлению, - Эли рассказывала тихим голосом, чтобы не привлечь случайно чье-либо внимание.
   - Ты все еще стремишься побить рекорд по высшим образованиям?
   - Что-то в этом духе, - пожала плечами девушка, - быть студентом весело, ты знаешь это как никто другой.
   - К стати об этом, я тут освоил заклинание эсдорского ликера, не хочешь опробовать?
   - Ты все еще занимаешься самогоноварением? - усмехнулась Эли.
   - Практикуюсь время от времени.
   - Я помню твою бражку на первом курсе, она была отвратительна. Половина наших знакомых тогда словила белочку и месяц не появлялась на занятиях.
   - Тогда я гнал бугерскую водку, и я не виноват в том, что они лазили по деревьям и грызли орехи, - возмутился Касс, - это вообще был их затянувшийся флэш моб. К тому же с того времени я многому научился. Теперь это чистый качественный эсдорский ликер. Неделю назад его опробовали, и испытания прошли на отлично.
   - Так это ты закатил ту пьянку?
   - Да, а ты была на ней?
   - Нет, но мне следовало уже тогда догадаться о том, что ты здесь.
   - Ну так что, опробуешь?
   - Нет уж, эсдорский ликер звучит как то не интересно. Когда научишься делать алтонский абсент, тогда с радостью.
   - Алтонский абсент! - воскликнул Касс, - твои вкусы сильно изменились.
   - Не так уж и сильно. А пока могу предложить тебе эльфийскую текилу.
   - Где ты ее достала? Я думал они запретили ее производство лет сто назад!
   - Да, но одна компания выкупила у них секрет производства за очень приличную цену, и теперь выпускает ограниченной партией. Мой отец купил пару бутылок, и летом, когда отдыхала дома, утащила у него из погреба одну. Думала, представится возможность ее опробовать с новыми однокурсницами, но ты видел их.
   - Не требуй от них слишком много, они еще все лишь начали познавать студенческую жизнь.
   - Ну, так как тебе мое предложение?
   - Оно мне очень нравится, вспомним старые деньки.
   Они остановились и посмотрели друг на друга. Впервые за вечер Касс увидел ту самую Эли, которую оставил почти год назад. Она была прекрасна, немного распутна и весела, готова к приключениям и не думала, во что это может вылиться, как и он. Он снова стал прежним, над ним больше не висело то гнетущее чувство ответственности за то, что он маг искусства, что ему нужно осваивать какие-то три древние заклинания и прочее. И эти ощущения делали его свободным.
   - Как же я скучал по тебе, - произнес он и крепко обнял ее.
   - И я по тебе. Хотя мне все еще кажется, что твоя кастрация тоже может принести мне определенную дозу удовольствия.
   - Что это за новая мода у девушек, - удрученно произнес Касс, - стремиться кого-то кастрировать.
   - И кто это хотел сделать с тобой по мимо меня? - строго спросила Эли, - ты что, приехал на новое место и тут же пошел по бабам?
   - Нет, - закачал головой Касс, - что ты, я даже и не думал. Это просто моим соседям их девушки постоянно угрожают.
   - Смотри у меня, - пристально, прямо в глаза, Эли посмотрела на Касса, и тому стало не по себе, ощущая всю ее властность. - и с тобой разделаюсь, и с каждой, с кем ты был.
   - Тебе не придется ничего из этого делать.
   - Ну что ж, тогда текила нас заждалась уже. Пора узнать, действительно ли это такая забойная штука, как о ней говорят.
   - Тогда вперед, - весело произнес Касс.
  

Глава тридцать четвертая. Фотокамеры.

  
   Онея была в очень недовольном настроении. Ей с трудом удалось уложить спать девушек, после чего ей и Анреа пришлось укладывать Легора, что оказалось еще более сложной задачей. Если Эвила и Юнеа и так с трудом стояли на ногах, и главным было просто довести их до кровати, то Легор упорно сопротивлялся этому.
   - Зачем идти спать! - орал он на весь дом, - я в порядке... я готов продолжать. Только дойду вот до браной стойки.
   В этот момент он вырвался из рук Анреа и подошел к комоду, стоявшему на первом этаже в столовой. После этого он уставился на чайник, стоявший там же и сказал:
   - Друг, плесни ка мне чего покрепче, а то эти зануды доказывают мне, что я уже все.
   Тут его ноги подкосились, и Легор оказался на полу, развалившись на ковре.
   - Какое удобное кресло, спасибо!
   Анреа, стоявший в двух шагах от него, не смог сдержать смеха. Однако холодный и строгий взгляд Онеи заставил его замолчать.
   - И что с ним делать? - слегка улыбаясь, спросил он.
   - Не знаю... - Онее в тот момент было уже все равно, - можешь вообще бросить его здесь, и пускай так и спит.
   - Он ночью весь ковер испортит. Простони хоть можно будет спрятать.
   - Пускай сам с этим разбирается... Ладно, и где там вообще Касс застрял, нам нужна его помощь втащить это тело на второй этаж.
   - Он вроде с тобой был, - пожал плечами Анреа.
   - Ладно, не важно. Сможешь его сам поднять?
   - Давай попробую.
   Анреа сам не совсем уверенно держался на ногах, хотя к этому моменту ему стало уже лучше. Ростом он был немного ниже Легора, хотя они оба обычно возвышались над всеми остальными в институте. Тощий и жилистый, Андреа наклонился к Легору и попытался поднять его на ноги, но это было бесполезно. Легор отключился, все еще бормоча что-то неразборчивое.
   Тогда Анреа с большим усердием и громким непонятных кряхтением перекинул Легора через плечо и тот свесился на нем словно какая-то древняя тога.
   - Нет,-покачала головой Онея, - на верх ты его не утащишь, пошли в гостиную, там был диван.
   Анреа было слишком тяжело, чтобы пререкаться, и он молча последовал за своей девушкой. В гостиной Анреа с огромной радостью скинул свою ношу на диван, который оказался мал для Легора. Его ноги свисали с ручки дивана, слегка болтаясь.
   - Кассу надо будет потом сказать, что если он его спаивает, то он же должен его и таскать, - заметил Анреа.
   - А разве не ты его напоил до такого состояния? - немного запутавшись, спросила Онея.
   - Нет, - тут же возразил Анреа, хотя это был именно он.
   В этот момент Легор окончательно устроился и сладко захрапел так, что было слышно на весь дом.
   - Это теперь на полночи, - мрачно заметила Онея.
   - Давай пойдем, прогуляемся, - предложил Андреа.
   - Заодно можно поискать Касса. Ему придется кое-что нам объяснить.
   - Ты имеешь ввиду, как он вовремя свалил, когда нужно было всех уложить?
   - Именно... Хотя подожди, зайду, проверю девчонок.
   - Да они спят уже во всю. Им сейчас даже этот храп Легора не помешает.
   - Вот именно, их сейчас ничто не разбудит, - со злой усмешкой согласилась Онея и направилась прямиком на второй этаж.
   Анреа по всему этому понял, что Онея собирается устроить Эвиле и Юнее веселое пробуждение, хотя точного плана Онеи он даже предположить не мог. Он лишь радовался тому, что сейчас он не спит, и с ним ничего не могут сотворить.
   Через несколько минут Онея вернулась с очень довольным выражением на лице. По нему Андреа понял, что она сделала все, что задумывала, и теперь у девушек будет очень веселое пробуждение следующим утром.
   - Пойдем, раз уж тебе тоже не спится, - чуть ли не пропела Онея и легко, немного припрыгивая, выбежала на улицу.
   Анреа, на самом деле очень уставший, просто желающий малость проветриться, последовал за ней, стараясь прибавить шагу. Он знал, что сейчас от Онеи никак нельзя отстать, иначе он всю дорогу будет слушать про то, какой он медлительный, хотя сам предложил эту прогулку.
   На улице небо было практически черным, звезды были такими яркими, что казалось, будто светло, как днем. Огромный белый диск луны дарил магам свой синеватый нежный и мягки свет, словно доказывая, что луна ничем не хуже солнца. В городе такого нельзя было увидеть, и Онея очень скучала по этому.
   - А ты чего такой мрачный? - спросила она, заметив, что Анреа все-таки немного отстал от нее.
   - День тяжелый был, - ответил Андреа, - не люблю такие переезды. Вот если бы мы на моей машине ехали...
   - То мы бы все еще ехали, потому что к этому моменту она сломалась бы раз пять. Да брось, мы в таком замечательном месте, насладись немного моментом.
   Когда большая часть людей напьется, им хочется спать, они с трудом владеют своим телом, и в итоге отключаются, чаще всего под забором, если это деревня, или в вытрезвители, если в городе и друзья не смогли за выпивохой уследить. Но в случае Онеи все происходило совсем иначе. Есть малая часть людей, которая жаждет приключений, и спать им вовсе не хочется. Энергия так и хлещет из них через край, они готовы на все, чтобы продолжить веселиться. И Онея никогда не могла тихо заснуть после хорошего застолья. Она начинала придумывать различные игры, поднимая всех полу заснувших друзей на ноги, тащила всех на прогулку, и это в лучшем случае. Позитив бил из нее неиссякаемым потоком.
   Анреа же был из числа большинства, любивших поспать, но за счет невероятной силы воли всегда был готов поддержать свою девушки во всех ее авантюрных начинаниях. Поэтому он лишь улыбнулся и еще немного прибавил шагу, хотя обе ноги крыли его благим матом, и он мечтал уже о том, что их просто отрежет, и больше никогда не будет чувствовать.
   - Уже иду, - произнес он, изобразив улыбку, и постарался отрешиться от всей своей усталости и побороть жуткое желание спать.
   - Знаешь, сейчас мы могли бы дойти до дворца и посмотреть на него в свете звезд, - предложила Онея, - думаю, сейчас там никого нет, и мы могли бы насладиться всем этим строением без лишних людей.
   Идея идти так далеко не очень радовала Анреа, но отказываться ему тоже не хотелось. К этому моменту он уже начал заражаться энергией Онеи, которая имела свойства передаваться всем окружающим, и ему самому уже начинало хотеться чего-то этакого.
   - Отличная идея, - согласился Анреа не задумываясь, и они направились к выходу из гостиничного двора.
   К их удивлению, толпа, которую они видели на пути домой, все еще шумела на том же месте, где они ее оставили. Представитель гостиницы стоял на крыльце, немного возвышаясь над всеми журналистами, и пытался их успокоить и убедить их найти крышу над головой в другом месте. Но вместо вопросов о том, где и как это сделать, он лишь слышал оскорбления, угрозы, требования их обустроить, и наряду со всем этим, если даже не больше, вопросы о том, что случилось во дворце.
   По выражение на лице менеджера гостиницы можно было безошибочно утверждать, что он выступает так уже несколько часов, и силы уже практически полностью оставили его. Лицо его хмурилось все больше, но ему как-то удавалось сдерживать себя, не позволяя себе опустить свою честь и честь гостиного двора, который он сейчас представлял.
   Онея и Андреа уже практически прошли мимо всего этого хаоса и добрались до главных подъездных ворот, когда с другой стороны они увидели приближающихся подруг Гедионы. Сама она шла немного позади, словно красуясь перед журналистами, хоть те ее и не замечали. Из-за этого Гедиона сразу не увидела Онею, которая остановилась и с призрением начала осматривать своего врага.
   - И что это вы тут делаете? - строго спросила Гдеиона, пройдя сквозь свою небольшую свиту к Онеи.
   - Гуляем, - ответила Онея.
   - Надеюсь не в сторону дворца, потому что у меня запланирован приватный осмотр этого места, и маги вроде вас все испортили бы.
   - Именно туда, и мы тоже не хотели бы лицезреть твою перекрашенную рожу там, - Онея была настроена крайне агрессивно, и даже не пыталась скрывать этого.
   - Что ж... - Гедиона хотела было уйти в обмен оскорблениями, но вдруг остановилась и как-то снисходительно посмотрела на Онею, - знаешь, учитывая, что ты скоро проиграешь самый главный конкурс в своей жизни, то я даже пропущу тебя, и пойду в другое место.
   - Про какой конкурс ты говоришь? Если на мисс главная шлюха института, то пожалуйста, я уступлю тебе этот титул по праву.
   - Я об конкурсе проектов будущего здания, дурочка, - усмехнулась Гедиона.
   - Брось, у тебя нет шансов, - покачала головой Онея, - твой проект был ужасен, Эсториз его разнесла в пух и прах.
   - За то потом похвалила и признала главным претендентом на победу.
   - При этом упомянув, что ты сжульничала.
   - Это надо доказать, а пока я впереди, и шансов у тебя нет. Так что, каково это, проигрывать самое важное сражение в своей жизни?
   Гдеиона была изрядно навеселе, и поэтому чувство триумфа захлестнуло ее полностью. Она была готова злорадствовать бесконечно, не осознавая того, что общается с той самой Онеей, которую так сильно боялась.
   В Онее же тем временем бурлило чувство жажды справедливости. Она мечтала лишь о том, чтобы хоть как-то испортить праздник Гедионе. Особенно из-за того, что та никак не унималась.
   - А знаешь что еще, - Гедиона собиралась продолжить свою победоносную триаду, но Онея ее опередила.
   Она протянула руку вперед и произнесла заклинание, которое слышала еще на первом курсе. Тусклая фиолетовая вспышка ударила в Гедиону, и та на мгновение замерла на месте. Никто из журналистов не заметил этого, как и подруги Гедионы, которые стояли немного в стороне, позволяя своей подруге вести разговор более свободно. Единственный, кто видел это, был Андреа.
   - Ты что творишь? - спросил он, подойдя к своей девушке, - это же заклинание...
   - Именно.
   - Тебя за него на пятнадцать суток посадить могли.
   - Не посадят. Наблюдай шоу, - с улыбкой ответила Онея.
   - К... аое ш...оу? - пробормотала Гедиона с трудом произнося слова.
   Ноги ее немного подкосились, руки повисли, словно она их вообще не могла поднять.
   - А почему все так плывет то? - Гдеиона попыталась сконцентрировать взгляд на каком-то предмете, но у нее ничего не получилось. Она была пьяна в хлам, в такой хлам, в каком еще никогда в своей жизни не пребывала.
   - Пойдем отсюда, пока никто ничего не понял, - прошептал Андреа.
   - Подожди, - остановила его Онея.
   В этот момент подруги Гедионы заметили, что их подругу окончательно накрыло,и бросились к ней, чтобы помочь ей хоть как-то устоять на ногах. Им прошлось взять ее под руки, и они уже почти направились кое-как в сторону их номера, когда весь шум на площади перекрыл голос Онеи.
   - Это же Гедиона Ромус, дочь мэра столицы!
   Повисла тишина и около сотни лиц уставились на Гедиону, к тому моменту уже ничего не осозновавшую, и ее подруг, которые все еще несли ее под руки. Хоть журналисты приехали совсем не за этим, но упускать подобный случай не собирались. Десятки фотоаппаратов тут же начали фотграфировать позор Гедионы, а некоторые пытались поговорить с несчастной.
   - Это было жестоко, - заметил Андреа.
   - Она сама нарвалась... - пожала плечами Онея, - пошли ка теперь домой.
  

Глава тридцать пятая. Кофе.

   Это было одно из самых лучших пробуждений Касса за последнее время. Эльфийская текила прошлой очью пошла просто замечательно, и то, что последовало за ней, было еще лучше. Когда он открыл глаза, то напротив своего лица увидел глаза Эли, все еще закрытые.
   На самом деле в последнее мгновение его пробуждения ему показалось, что вся прошлая ночь ему лишь приснилась, и что ему лишь предстоит отправиться в поездку, про которую ему все твердили последнюю неделю, но увидев ее, все для него снова стало реальным и замечательным.
   Немного полюбовавшись на свою любимую, и приподняв одеяло, чтобы убедиться в том, что ему не приснилось именно все, он встал на ноги и начал тихо натягивать свою одежду, которая, перемешенная с одеждой Эли, валялась разбросанная по полу.
   Ее подруги-однокурсницы, с которыми она проживала в гостиничном домике, еще спали, поэтому Касс решил пока оставаться для них незамеченным. Он прошмыгнул на первый этаж, где располагались кухня и столовая. Планировка домика была почти такой же, какая была в том, в котором остановился он сам, поэтому ему легко было ориетироваться.
   В холодильнике он обнаружил пару яиц, а в буфете стоял кофе. Он все еще помнил, что Эли любила по утрам после хорошей гулянки выпить крепкий черный несладкий кофе, который как по волшебству прочищал мозги и помогал ожить.
   В общем то, Кассу самому требовалось что-то, чтобы привести голову в порядок. Прошлая ночь была одной из самых ударных за последние полгода его жизни, поэтому так сразу отойти он не мог.
   И так он оказался на кухне, потягивающий горячий свежий кофе, наблюдая при этом, как жарится яичница. Сам процес приготовляния оказался очень коротким, и помимо этого ему нечего было положить на поднос. Однако идти в главное здание гостиного двора за едой ему крайне не хотелось. Передвижения на ногах давались ему крайне тяжело по двум причинам: во-первых, вчера он непривычно много ходил, во-вторых, он действительно привычно много выпил.
   Сама только мысль о том, что ему предстоит подняться на второй с подносом, на котором расположен горячий кофе, страшила его. Посидев минуту глядя ну уже приготовленный завтрак, он собрался с духом, встал, и взял поднос в руки.
   Подъем наверх был куда тяжелее, чем спуск, и Касс даже пожалел о том, что вообще выполз из кровати, где было так телпо и уютно. Ему нужно было двигаться тихо, чтобы не рабудить подруг Эли, аккуратно, чтобы не пролить на себя ее кофе, и вообще двигаться, что уже было немного мучительно.
   Наконец, после нескольких минут страданий, которые показались ему целой вечностью, Касс снова оказался возле двери в комнату Эли. Он ее тихонько отворил, и вошел внутрь. Краем глаза, ставя поднось на ближайшую тумбочку, Касс заметил, что она повернулась на другой бок, и это означало, что она уже просыпается. Эли имела привычку спать в той позе, в которой заснула, и никогда не переворачивалась, если только не начинала просыпаться.
   Касс решил не будить ее сразу, и дать проснуться самой. Как он и ожидал, это не заняло слишком много времени. Эли сладко потянулась, и в следующее мгновение открыла глаза, немного изумленно оглядываясь. Словно в чем-то убедившись, она слегка улыбнулась, и села на кровати, смотря куда-то сквозь Касса. Затем она распахнула покрывало, представ перед ним во всей своей ногой красе, и встала с кровати, все еще не обращая на него никакого внимания. Она сделала пару шагов в сторону ваннны, остановилась и уставилась прямо на Касса.
   Встряхнув головой, она произнесла:
   - Ну, давай же, просыпайся уже.
   - Ты уже проснулась, - с улыбкой мягко произнес Касс.
   И в этот момент лицо Эли словно окаменело, ее взгляд упал на пустую бутылку эльфийской водки, которая валялась у нее под ногами, затем она снова посмотрела на Касса.
   - Значит, это все не было сном? - неуверенно спросила она.
   - Нет, - покачал головой ничего не понимающий Касс.
   Глаза Эли расширились от изумления, и тут она кинулась к кровати, схватив одеяло и попытавшись закутаться в него с ног до головы, оставив Касс в еще большем изумлении.
   - Нет, нет, нет, нет, нет, - повторяла она вновь и вновь.
   - Что случилось? - не понял Касс.
   - Я совершила вчера огромную ошибку! - крикнула она него.
   - Что? Почему? Мы же ночью как раз наоборот, исправляли ошибку.
   - Ты так себе это представляешь? - крикнуло на Касса лицо Эли, на мгновение показавшееся из одеяла.
   - Да, разве нет?
   - Нет, я должна была врезать тебе, а не спать с тобой!
   - Ну, ты и врезала вначале... - растроенно произнес Касс.
   - Ты разбил мне сердце, выбросил меня из своей жизни, бросил меня с помощью какого-то письма! Черт. Я всегда знала, что от алкоголя у меня только неприятности.
   - Слушай, прости, я исправлюсь! Вчера же все было замечательно, я думал, ты простила меня!
   - Никогда! Я буду проклинать тебя и твое имя до конца жизни, и за эту ночь особенно усердно!
   - Что?
   - Ты воспользовался случаем!
   - Не правда, - возмутился Касс, - это ты позвала меня пить эльфийскую водку, и это ты, между прочим, сорвала с меня штаны!
   - А ты согласился на все это. Ты прекрасно знал, чем все это закончится!
   - То есть я злой гений манипулятор?
   - Да!
   - Знаешь что, дамочка, я, между прочим не сбежал утром, а сделал тебе завтрак, вот он! - Касс указал на поднось с пока что еще теплой яичницей и оставющим кофе.
   - Как благородно! Ты что, и правда думал, что после всего я приму тебя обратно!?
   - Ну, вчера ты именно это и сказала... и сделала, - при этих словах Касс довольно улыбнулся, что вызвало еще больше гнева со стороны Эли.
   - Вчера я была не в себе, это все выпивка. Убирайся!
   - Слушай, давай поговорим тихо и спокойно, ты сейчас всех разбудишь.
   - Да мне плевать, пошел вон. И вообще отвернись, я не одета!
   - Будто я там могу увидеить что-то новое. Ночной осмотр показал, что татух и присинга у тебя не появилось.
   - Ты издеваешься надо мной?
   - Нет, мне кажется, что это ты издеваешься надо мной.
   Эли из-зпод одеяла издала страшный дикий рев, по которому Касс понял, что она доведена до крайне бешеннего генва.
   - Если ты сейчас же не уберешься, ты знаешь что последует.
   - Ты не будешь этого делать. Лучше выползай, и поговорим как нормальные люди. Я же ведь не собираюсь никуда уходить.
   - Что, сейчас скажешь, что готов бороться за наши отношения?
   - Именно.
   - Да пошел ты! Тебя кастрировать мало!
   - Опять эта кастрация, да что с вами такое, - растерянно произнес Касс.
   Вся эта ситуация уже тоже наичнала бесить его. Он расчитывал совсем на другое, когда проснется Эли, и теперь просто не понимал происходящего.
   Но его недоумение длилось не долго. Гнев переполнил Эли, и она абсолютно забыла про то, что находилась под одеялом совершенно голой. Она выскочила из своего укрытия и набросилась на Касса. Тот был ошарашен первой посщечиной, которая пришлась по левой части его лица. Вследующий момент он почувствовал, как коленка Эли пришлась рядом с его пахом, лишь едва промахнувшись.
   Оставаться дольше в комнате становилось опасно для здоровья Касса и всех его грядущих поколений, из-за чего он решил прибегнуть к стратегическому отступлению. Вывернувшись из крепкого захвата рук Эли на его шеи, он прошмыгнул к двери и буквально вылетел из нее.
   - И чтобы я больше тебя никогда не видела! - услышал он лишь вслед голос Эли.
   Девушка тут же закрыла за собой дверь и замерла на месте, пытаясь отдышаться. За дверью она слышала, как Касс медленно спустился по лестнице, явно несоклько раз оборачиваясь на ее дверь, после чего входная дверь громко хлопнула.
   После этого взгляд Эли снова упал на поднос, который каким-то чудом уцелел в этой перебранке. Она взяла с него кофе и сделала глоток.
   - Хм, еще помнит, какой я люблю кофе, - спокойно, с победоносным видом, сказала она сама себе, - только не горячий.
   С этими словами она подошла к окну, выглянула из него и глазами поискала Касса. Он шел в сторону своего дома, все еще ошарашенный произошедшим.
   - И кофе твой едва теплый! - крикнула она ему вслед.
   После этого она села на кровать и задумчиво посомтрела на свои вещи, которые вчера ночью были разбросаны по всей комнате.
   - Да что же я такое творю? - продолжила она говорить сама с собой, - кажется я сошла с ума... нет. Все правильно, хотя не правильно. Черт, я ненавижу его, он опять все испортил!
   Пока Эли препиралась сама с собой, Касс шел по дорожке к своему домику, и думал примено в том же направлении, пытаясь определиться, сошла ли с ума Эли, или это у него крыша уже едет. Все произошедшее казалось на столько не реальным, что даже сейчас ему казалось, что это либо сон, либо перепой. В любом случае, он не мог избавиться от мысли, что хочет снова увидеть Эли, и что ему не стоило вот так вот уходить. Когда он оказался на пороге нужного ему дома, он уже точно был уверен лишь в одном - ему необходимо вернуть Эли, чего бы это ему не стоило.
  

Глава тритцать шестая. Утренний сбор.

  
   Онея проснулась со странным ощущением. Такое чувство у нее было редко, и пока Анреа не подавал признаков пробуждления, лежа рядом в кровати, она начала вспоминать все события прошедшей ночи. Сначала она вспомнила, как все вели себя в баре, что ее немного рассердило, потом припомнила о том, как исчез Кассс, когда была нужна его помощь, и это добавло масла в огонь, и лишь под конец она откопала у себя в памяти тот момент, когда Гедиона ликовала по поводу своего проекта.
   Именно эта странная уверенность Гедионы в победе не давала ей покоя. И действительно, было очень странно, что Гедиона, которая была далеко не самой лучшей студенткой, была так уверена в своей победе в таком серьезном конкурсе. У Онее не оставалось сомнений в том, что она жульничила, однако Гедиона была права, пока это не доказано, нет никаких шансов что-либо изменить.
   Для Онеи этот конкурс был так же важен, как и для всех остальных участников. Получить возможность реализации своего проекта еще в студенческие годы, да еще такую, было редким шансом. Она всю душу вложила в свой проект, и теперь просто так отойти в сторону не могла.
   В этот момент Анреа зашевелился, повернулся на другую сторону, перетащив большую часть одеяла на себя. Война за одеяло вообще очень важная часть в любых взаимотоношениях, зачастую именно с нее начинаются раставания самых крепкий пар. Но Онея умела уступать. Она могла позволить Анреа перетянуть на себя одеяло, но это означало, что он проснется очень неприятным способом.
   Онея осмотрелась вокруг себя, но ничего оргинального и тяжелого рядом не увидела. Пробуждение от удара сумкой было практически классическим, и ей этим утром не очень хотелось повторяться, из-за чего она все-таки встала, оделась, собрала волосы в хвост, придав ему боевой вид, и вышла из комнаты, в поисках чего-то потяжелее.
   Все остальные еще спали, так что дом был наполнен немного жуткой тишиной. Лишь солнечный свет, проникавший через окна, говорил о том, что Онея не оказалось в очередном жутком восточном фильме ужасов.
   Ее поиски привели ее на первый этаж на кухню. Там, в одной из тумбочек она обнаружила целое скопление кастрюль и сковородок. Немного постояв над ними и подумав, Онея выбрала самую большую из них, и уже собиралась подняться обратно в свою комнату, когда неожиданно из одной из комнат послышался женский крик. По голосу она определила, что это был Эвила. Следом за ним послышался голос Юнеи. В следующий момент дверь хлопнула, и со второго этажа выбежала на лестницу Эвила, укутанная лишь в одно одеяло.
   Онея с усмешкой посмотрела на нее и спросила:
   - Доброе утро, в чем дело?
   Эвила растерянно посмотрела на свою подругу, после чего перевела взгляд туда, откуда только что появилась.
   - Да, не в чем, - растерянным голосом ответила Эвила.
   - Как спалось? - продолжила Онея, - у вас из комнаты какие-то странные звуки доносились всю ночь. Болтали с Юнеей?
   Эвила снова перевела полный страха взгляд на Онею.
   - Наверное, - отвтеила она. Немного подумав, - да, точно, мы всю ночь проболтали о парнях, которые нам нравятся.
   - Как интересно, - улыбнулась Онея, словно ничего не происходило, - кофе? Там есть немного на столе.
   - Много кофе... - Эвила, как была в одеяле, прошла на кухню.
   Онея же в свою очередь, продолжила свой путь обратно в свою комнату. По дороге, ей встретилась сонная голова Легора, которая, прищурившись из-за яркого солнечного света, выглядывала из-за дивана, развернутого спинкой к Онее.
   - Что случилось? - спросил он, - что за крики?
   - Юнеа и Эвила познали однополую любовь, - пожав плечами отвтеила Онея.
   - Да? А почему я это пропустил?
   - Может ты тоже ее познавал с кем то? - предположила Онея.
   Лицо Легора тут же стало серьзным и задумчивым. Онея поняла, что он пытается вспомнить все моменты прошедшей ночи, и поняла, что это теперь надолго. Из-за этого она просто прошла дальше, пробуя на ходу, как лежит сковородка в ее руке.
   К ее разочарованию, когда она вошла в комнату, Анреа, так же в состоянии сна на ходу, уже сидел на кровати. Его голова устало и лениво повернулась в сторону вошедшей Онеи, и глаза тут же расширились, заприметив, с чем к нему пришла Онея.
   - Забирай одеяло, - тут же вырвалось у него, и он сбросил его на пол в сторону Онеи.
   - Ну что ты, зайки, - нежно произнесла Онея, - я лишь хотела спросить, приготовить ли тебе чего на завтрак, или поедим в столовой гостиницы?
   - Ага, - покачал головой Анреа, - тогда поедим в столовой. Определенно.
   - Хорошо, - улыбнулась Онея, - как спалось?
   - Нормально, пока кто-то кричать не начал.
   - А, ты про это. Да ничего страшного не случилось.
   - Мне показалось, что это были Юнеа и Эвила, - задумчиво произнес Анреа.
   - Да, это были они. И пока не выходи из комнаты, чтобы не смущать Эвилу.
   - В смысле?
   - Она бегает голая по дому, завернувшись в одеяло.
   - Что ты им вчера сделала? - Анреа пристально посомтрел на Онею.
   - Я? Ничего, ты о чем? - с улыбкой, которую Анреа очень хорошо знал, спросила Онея.
   - Ладно, скажешь, когда можно будет выходить?
   - На самом деле хоть сейчас, - махнула рукой Онея, - так даже будет веселее. Ладно, пойду, заварю нам кофе.
   - Спасибо, солнце, - отвтеил Анреа, начав одеваться.
   Онея снова вышла в коридор, немного разочарованная тем, что ей так и не удалось эффектно разбудить своего любимого. Не успела она сделать и двух шагов, как перед ней снова пронеслась Эвила в одеяле, влетев в комнату, которую она делила с Юнеей. Дверь захлопнулась, но Онея смогла очень четко различить, как Эвила чуть ли не прокричала свой вопрос:
   - Что вчера было?
   - Не знаю, - услышала Онея в ответ чуть ли не плачущий голос Юнеи, - этого же ведь не могло произойти! Мы же ведь не такие!
   Онея довольно пошла на первый этаж, уже предвкушая наступление спокойных двух-трех месяцев, когда ее подруги вообще не будут пить, и их не придется больше вести до дома.
   К удивлению Онеи, на кухне уже стоял Легор. Он уставился на закипающий чайник, словно пытался загипнотизировать его. Он был все еще в состоянии зомби, и происходящее вокруг не особо привлекало его внимание, если только это были не какие-то громкие звуки.
   - Ну а ты как спал? - спросила Онея.
   - Один, - мрачно отвтеил Легор, - и, видимо, пропустил все самое интересное.
   - В смысле?
   - Эвила и Юнеа... что, действительно? - на лице Легора появилось сильное сомнение.
   - Не знаю, - пожала плечами Онея, - мы прогуляли половину ночи с Анреа.
   - Значит это твоя работа, - без сомнений произнес Легор, - так и думал.
   - Только не говори им пока об этом.
   - Я и не собирался, это же так весело, - рассмеялся Легор, и в этот момент Онея впервые за последнюю неделю увидела в нем того самого своего друга, с которым ей так нравилось общаться, и с которым она устраивала различные розыгрыши.
   Тут в прихоже хлопнула дверь, и они услышали тяжелые шаги, направляющиеся в их сторону. В дверях появился Касс, полностью погруженный в свои мысли.
   - Доброе утро и спасибо тебе большое, - строго произнесла Онея.
   - В смысле? - Касс только сейчас осознал, где находится и изумленно смотрел на Онею и Легора.
   - В прямом. Ты бросил нас с этими пьяными идиотами, и нам вдвоем с Анреа пришлось их расстаскивать по комнатам.
   - Да?.. - Касс слабо помнил, что было с ним до встречи с Эли.
   - Да, - строго и нравоучительно произнесла Онея, - и где же ты пропадал?
   - Я тебе потом расскажу, - задумчиво произнес Касс, - у нас есть кофе?
   - Да, как раз сейчас завариваем, - отвтеил Легор, - видимо тебе этой ночью пришлось хуже всех, - с усмешкой заметил он.
   - Ну, про ночь я бы не сказал бы так, - покачал головой Касс, - а вот утро было скорее всего самым жестким.
   - Не, утро ты точно не выиграешь, - рассмеялась Онея.
   На втором этаже снова послышались шаги, и по лестнице спустилась, чуть ли не бегом, Эвила. На сей раз на ней уже была одежда, хотя волосы были взлохмачены. А взгляд все такой же ошарашенный. Оказавшись на кухне, она посмотрела сначала на Легора, потом на Касса, и, поняв, что Касс был ближе всех к ней, набросилась на него, и поцеловала. Касс был очень уставшим, да и к тому же он никак не ожидал подобного поворота событий, поэтому не оказал никакого сопротивления.
   Наконец, отцепившись от еще более ошарашенного Касса, Эвила посомтрела на Онею и сказала:
   - Вот видишь, мне нравятся парни... и только парни... наверное... и все же... этого не могло случиться.
   - Знаешь, - задумчиво произнесла Онея, - когда девушке совсем становится одиноко...
   - Нет! - чуть ли не прокричала Эвила, - я бы помнила, я не могла бы забыть такое...
   - Мы столько выпили, - неуверенно покачал головой Легор.
   - Да не важно! Ведь не настолько же... Или на столько...
   Она снова выбежала из кухни.
   - Что ты сделала? - тут же спросил Касс, пристально посомтрев на Онею.
   - Почему ты сразу решил, что я что-то сделала? - невинно Онея посомтрела на Касса.
   - Потому что ты только что сама жаловалась, что их пришлось тащить на второй этаж, а это значит, что они не были в стостоянии сделать что-то сами. Как и Легор, на сколько я его помню.
   - Ну, допустим я была на столько заботливой подругой, что не позволила Эвили и Юнее спать в одежде, в которой они шатались по грязному бару, но и на столько пьяной и уставшей, что забыла после раздевания одеть их в пижамки, а лишь поуютнее устроила их. При чем, видимо, на одной кровати...
   - А... ты сама добрата и заботливость, - признал Касс.
   - Ты же ведь им не расскажешь? - спросил Легор.
   - Нет, конечно, я еще не видел реакции Юнеи на все это.
   Не успел он закончить эту фразу, как снова послышались шаги, и в кухне появились Анреа и Юнеа. Оба уставшие, не выспавшиеся и не совсем понимающие, что происходит. На удивление Касса и Легора, реакция Юнеи на все была более спокойная.
   - Как спалось? - спросил Касс.
   - Ты уже знаешь? - сонно спросила Юнеа.
   - О чем именно? - уточнил Касс.
   - Я, Эвила, ночь, кровать, продолжать? - Юнеа явно мучалась от похмелья, и все остальное ее в тот момент мало беспокоило.
   - Ну, мы тут все что-то слышали, но большую часть додумывали, исходя из странной активности Эвилы, - отвтеил Касс.
   - Что ж, тогда скажу как есть, этой ночью мы сделали что-то странное.
   - А я вот всегда мечтала затащить вас двих в постель, - неожиданно произнесла Онея, - как вы могли провернуть такое без меня.
   Услышав это Анреа закашлился и с широко раскрытыми глазами уставилося на свою девушку.
   - Милый, - она подошла к нему и обняла, - а ты бы наблюдал.
   - Отлично... - выдохнул мрачно Анреа, - опять меня в сторону...
  

Глава тридцать седьмая. Сборы домой.

  
   В конеце концов Эвила все-таки немного усопокилась, и все смогли позавтракать. Правада, если раньше Эвила и Юнеа сидели рядом за столом, то теперь они держались друг от друга на расстоянии не менее пяти шагов, чтобы даже руками не могли друг до друга дотянуться.
   Остальные же лишь техо посмеивались, стараясь не подавать вида, что знают правду. Эта шутка значительно подняла всем настроение, и даже Касс на какое-то время смог забыть о том, что единственная девушка, которую он любил, выгнала его, не желая больше когда-либо его видеть.
   Однако это длилось не долго. Вскоре настало время идти на общий сбор, где ребята должны были встретиться со своими экскурсоводами и продолжить осомтр дворца, ради чего, они и приехали в такую даль.
   Утро уже постепенно переходило в день, солнце поднималось все выше, и начинало препекать, все еще по-летнему, не признавая прав осени вступить в свое правление. По мимо Онеи и ее друзей, по дорожкам гостиного двора тянулись еще сотни студентов. У всех них на лицах было написано, что вчерашняя ночь прошла удачно, из-за чего они не могли особо оценить прелесть наступившего утра. Глаза у них щурились из-за яркого солнца, походка была немного неуверенная, а одежда натянута неряшливо.
   И тут Касс снова вспомнил о произошедшем. Он неосознано начал высматривать Эли в толпе, надеясь встретиться с ней и поговорить, хотя что-то внутри подсказывало ему, что еще рано для разговора, и ничего хорошего из этого не выйдет. Он не мог знать, что Эли тоже так думала, и во избежание неприятной встречи, решила в тот день пропустить экскурсии, оставшись в доме, в котором она остановилась с подругами.
   Онея, все еще довольная своим розыгрышом, с улыбкой наблюдала за Эвилой и Юнеей, которые шли впереди нее, продолжая сохранять безопасное расстояние друг от друга.
   - Ты же ведь им все-таки расскажешь правду? - спросил шепетом шедший рядом Анреа.
   - Непременно, - кивнула Онея, - когда это перестанет быть смешным.
   - Они же твои подруги, ты сегодня жестока, - умехнулась он на это.
   - И не говори, я в хорошем настроении.
   - Только на мне не надо выливать это хорошее настроение.
   - Лишь таким образом.
   Она остановилась, повернулась и к нему и нежно поцеловала.
   - А вообще лучше присоединяйся.
   - Это будут замечательные выходные, - мечтательно произнес Анреа.
   Однако, когда они вышли на площадь перед главным зданием гостиницы, ребята поняли, что что-то не так. Там уже собралась большая часть студентов, которые приехали вместе с ними, но никто не разбивался на группы, да и назначенных им экскурсоводов не было видно. Единственное, что радовало, толпы журналистов тоже не было видно. Иначе им и студентам было бы довольно тесно на этой скромной площадки, которая точно не была предназначена для большого скопления людей.
   Толпа все росла, и Онея оглянуться не успела, как они оказались уже не с краю, а в центре нее. На пороге главного здания появилось несколько служащих и главный менеджер, которые с беспокойством наблюдали за происходящим. Они беспокоились за беспорядок, который могло принести такое скопление гостей.
   Где-то через пятнадцать минут на входе появился и ректор Нернийский. На удивление он выглядел очень бодрым, шаг у него был уверенный, хотя вид был немного мрачный. Переговорив быстро с главным менеджером, он вышел вперед, и тогда вся шумная толпа как по команде замолчала. Стало так тихо, что можно было раслышать звуки летающих насекомых, которых было великое множество в этом месте.
   - Доброе утро, - обратился ректор к своим студентам, - надеюсь, не у кого не болит голова после вчерашнего?
   В ответ он услышали сотни смешков, которые быстро прекратились, чтобы позволить ему говорить дальше.
   - К сожалению должен объявить вам, что мы вынуждены прямо сейчас начать собирать свои вещи, и через час мы едем обратно домой. Да, мы должны были провести здесь весь этот день, гуляя по величественному памятнику истории, одному из самых важных, но, к сожалению, это теперь не возможно. Из-за вчерашнего феномена дворец закрыт, и сейчас там ведутся работы по изучению случившегося. В то же время из столицы сегодня прибудут ведущие специалисты в своей области, чтобы включиться в эту действительно важную работу, и единственное место, где они могли бы остановиться, это наша гостиница, поэтому мы должны освободить ее. К тому же уже приехало много представителей различной прессы, которые и так уже провели эту ночь на улице. Сейчас они так же возле дворца, что позволит нам более-менее спокойно собраться. Советую вам не тратить время в пустую, идти в свои дома и номера, и начинать сборы. Через час жду вас здесь полностью готовыми. Как бы там не было, выходные все равно прошли весело! Всем спасибо за внимание.
   После этих слов ректор и гланый менеджер скрылись в здании, а студенты начали расходиться, попутно обсуждая случившеся.
   Касс сам не заметил, как Онея оказалась возле него.
   - Ну, и кому нужно сказать спасибо? - спросила она, пристально посмотрев на Касса.
   - В смысле? - не понял он.
   - Из-за кого мы, вместо того, чтобы сегодня побродить по замечательному месту и отдохнуть от чертового автобуса, снова поедем в нем?
   - Я не виноват, что эта магия так работает. И вообще ее сделал не я, а тот, предыдущий маг живописи. Так что я такая же жертва, как и все...
   - Ты какой-то заторможенный с утра. Я конечно еще не видела, чтобы ты так пил, но вот Нернийский в порядке, а ты нет.
   - Я вчера еще осилил пол бутылки эльфийской водки.
   - Чего? - глаза Онея расширились от удилвения, - с кем это? И где ты ее вообще достал?
   - Слушай, это долгая история, и а сейчас нам нужно поспешить, а то автобус уедет без нас.
   - Что-то мне подсказывает, что без тебя ректор никуда не поедет, - буркнула Онея.
   - Лучше не испытывать судьбу.
   Собираться пришлось действительно быстро. Для парней это не было проблемой, особенно для Касса. Через пять минут после того, как они пришли в свой домик, он уже сидел внизу со своей небольшой сумкой, из которой время от времени доносилось недовольное мяуконье. Легор присоединился к нему еще через десять минут. Тут же к ним подсели Денон и Одеус, про которых вообще забыли. Их прошлось будить после возвращения с объявления ректора. Где они в итоге провели ночь так и осталось загадкой, которую еще очень долго пытались разгадать. Однако это было уже после возвращения в столицу, а в тот момент им, ничего не соображающим, пришлось объяснять, что нужно ехать домой. Первой их реакцией было, что они пропили все выходные, и теперь у них будут крупные неприятности с ректором, который не прощал пропусков культурной часть таких поездок, потоянно напоминания, что хоть он и добр и мягок в свободное время, но не собирается прощать срыва его работы.
   У девченок же сборы проходили более тяжело. Онее все время казалось, что она что-то забыла. Анреа пришлось немколько раз проверить все шкафы и тумбочки, прежде чем она смогла успокоиться. И все равно она была уверена в том, что ее сумка несмоненно стала легче, чем когда они приехали в эту деревню. Она еще несколько раз перебрала все предметы в ней, прежде чем спуститься к остальным.
   Оставались лишь Юнеа и Эвила, у которых сборы проходили особенно долго. Дело в том, что они не могли находиться наедине в той комнате, где, как были полностью уверены, провели ночь вместе. Поэтому они заходили туда по очереди, проверяя шкафы и тумбочки, и укладывая свои сумки.
   - Ты точно все еще не хочешь им рассказать? - спросил Анреа.
   - Неа, - покачала головой Онея.
   - О чем вы? - спросил Денон.
   - Да просто... - начал был Касс, но тут его перебила Онея:
   - Не о чем. Просто у Юнеи и Эвилы произошел небольшой конфликт из-за кровати, и теперь мы думаем, стоит ли им помочь примириться со случившимся или нет.
   - Понятно... - задумчиво произнес Денон, а потом добавил, - погоди, у них же в комнате вроде две кровати было, что они не поделили?
   - Не важно, - покачал головой Легор.
   Тем временем Касс подсел к Онеи и тихо спросил:
   - А почему им то не рассказываем?
   - Они все выдадут сразу же, лучше не стоит.
   - Но на самом деле это ускорило бы процес, - пожал плечами Касс.
   - Неа, - покачала головой Онеа, - они еще два часа будут ныть на тему того, что такие шутки нельзя устраивать, и тогда мы точно опоздаем.
   Наконец, еще через полчаса, Юнеа и Эвила по очереди спустились со второго этажа. Все были готовы, и можно было покинуть их временное, но очень уютное пристанище.
   - Спасибо этому дому, - сказал Касс, - хоть мы и были здесь недолго, но все равно, вряд ли скоро забудем его гостеприимство.
   Эвила и Юнеа при этих словах бросили на него злобные взгляды. Но после этого, они наконец вышли на улицу и увидели, что не они одни немного подзадержались со сборами. Те же самые студенты, которых они видели час назад, тянулись снова в том же направлении, но теперь обвешанные своими дорожными сумками. Лица у всех были не очень довольные. Многие расчитывали на то, что будет еще вторая ночь такого же отличного веселья. У некоторых из них были даже заготовлены планы. Но всему этому не суждено было уже сбыться.
   Когда они уже почти дошли до площади, мимо ребят пронеслась группа студентов с пакетами, набитыми бутылками. В них можно было увидеть те самые самогонные жидкости, которые в местном баре продавались как коктели. Увидев их, глаза Касса тут же загорелись.
   - Нет, ты никуда не пойдешь, - прошипела Онея, заметив этот взгляд.
   - Ну, я быстро, - жалостливо произнес Касс посмотрев на нее такими несчастными и жалобными глазами, что она просто не могла сказать нет.
   - Ладно, но беги быстро и бери на всех. Мы пока место тебе в автобусе займем.
   - Отлично.
   И Касс тут же отделился от группы и направися в сторону выхода с гостинного двора. Он уже почти оказался за пределами его забора, когда неожиданно его окликнул голос позади:
   - И куда это мы собрались?
   Касс обернулся и увидел позади себя ректора Нернийского. Он стоял возле ворот, поглядывая в сторону дворца.
   - Да так, - замялся Касс, - кое-что забыл.
   - Мы не будем тебя ждать, пока ты бегаешь за самогонкой.
   Касс понял, что вилять не имеет смысла, поэтому сразу же решил сменить тактику.
   - Да, но я ведь могу взять ее еще для кого-то, а она здесь просто отменная.
   - Что есть, то есть, - грустно произнес ректор.
   - Слушайте, мне жаль, что так вышло, - Касс подошел к ректору, - в смысле, ведь поездка накрылась из-за меня. Я вижу, как вам здесь нравится, и вам, скорее всего, больше кого-бы то ни было хотелось сюда приехать.
   - Все так, - признал Нернийский, - я люблю это место. Ничего, не думаю, что ты предполагал о таком повороте событий.
   - Я вообще не думал, что эти картины снова оживут.
   - Это лишь доказывает то, что действительно тот самый. Как твои успехи?
   - Думаю, все становится только хуже.
   - Что ж, тогда этот самогон действительно нужен и тебе, и мне. Я никогда не уезжаю отсюда без пары бутылочек, а сейчас не хватило времени.
   - Я вас понял, - усмехнулся Касс и направился в бар, не теряя больше ни минуты.
  

Глава тридцать восьмая. Разговоры не к месту.

   Онея вошла в автобус, который к тому моменту уже практически был заполнен. К ее сожалению, восьми свободных мест рядом не нашлось, поэтому ей и ее друзьями пришлось рассаживаться по всему автобусу, но с другой стороны Онея хотела немного от всех отдохнуть. Единственное, за что она переживала, это чтобы Касс успел на автобус. Чтобы проконтроилровать этот момент, она заняла для себя и Анреа два места, впереди которых был еще ряд свободных мест. На одно из них села Эвила, которая в этот раз не хотела ехать рядом с Юнеей. Юнее пришлось сесть рдом с Деноном, хотя та считала, что Эвила все слишком близко принимает к сердцу.
   Легор же оказался в паре с Одеусом, рядом с которым вообще никто не хотел на самом деле сидеть. Даже Легор, со всей своей эмоциональностью, считал, что Одеус слишком чувствительный. Он понимал, что теперь его ждет целый день рассуждений о том, что означает поведение девушки Одеуса, которая еще училась в школе, что, по сути, в любой момент могло стать уголовно наказуемым преступлением.
   Наконец перед глазами Онеи в окне пронеслась копна длинных не расчесанных темных волос, и в следующий момент в автобус вошел Касс. Вид у него был запыхавшийся, лицо покраснело, так как он совсем не был предназначен для бега. В руках у него был большой пакет, и, судя по форме, набитый бутылками, и губы пытались скривиться в довольную улыбку.
   Онея подняла руку, показывая, где занято ему место, и Касс, не теряя времени, направился к ним. Тяжело сев на свое место рядом с Эвилой, он наконец смог отдышаться.
   - Фух... - выдохнул он, повернувшись к Онеи, - все-таки успел.
   - Спорт - это не для тебя, - усмехнулся Анреа.
   - Да уж, и не говори, - согласился Касс, - мои друзья еще по школе все звали меня в походы... ну, у них там что-то типа туристической группы, но я каждый раз понимаю, что просто не смогу это пережить.
   - И что, этот пакет того стоил? - спросила Онея, глядя на добычу Касса.
   - О да, - довольно отвтеил он, - и сегодня вечером, когда мы вернемся домой, мы все это оценим.
   - Я пас, - тут же оторвалась от окна Эвила, - я пока что завязала с алкоголем.
   - И как надолго? - спросил Касс.
   - Навсегда, - грустно буркнула Эвила.
   Касс перевел взгляд на Онею, которая, скрытая от подруги креслом, подняла руку и сделала жест, изображающий болтающий рот.
   - Конечно, - происзнесла Онея, - но с чего вдруг?
   - Ха, - наигранно произнесла Эвила, - будто вы не знаете! Я теряю над собой контроль и это... не приводит ни к чему хорошему.
   - Да, ладно, - возмутился Касс, - вот этой ночью все пили, и ничего плохого не случилось.
   И в этот момент он вспомнил, что с ним самим произошло ночью, и что последовало утром, от чего ему стало грустно. Он непроизвольно замолчал и на мгновение его лицо стало мрачным. Это не осталось незамеченным для Онеи, хотя Касс тут же снова стал веселым и активным.
   - И все же ты что-то долго бегал, - заметила она, пытаясь разобраться в том, что происходит с ее дядей.
   - Просто пересекся с ректором, и он просил захватить ему пару бутылок крепкого, - пожал плечами.
   - Да вы прямо лучшими друзьями с ним стали, - заметил Анреа.
   - Вы бы с ним как-нибудь просто пообщались, - пожал плечами Касс, - он прикольны, особенно для своего возраста.
   В этот момент водитель объявил о том, что двери закрываются, после чего прошло еще пять минут, прежде чем они действительно закрылись, и автобус медленно сдвинулся с места, выворачивая с главной площади гостинного двора на дорогу, ведущий прочь из деревни обратно в столицу.
   - Ура, отправляемся домой! - радостно произнес Касс, - кому дать отхлебнуть за это дело, - и в первую очередь он протянул одну из своих купленных бутылок Эвиле.
   Та попыталась скривиться в отказе, но у нее не получилось, после чего она отвернулась обратно к окну. Анреа, Онея и Касс слегка усмехнулись, но после этого оставили ее в покое, устроившись на своих местах.
   Уже через полчаса большая часть автобуса сладко спала, не смотря на ухабистую сельскую дорогу и явно не выспавшегося водителя. Автобус постоянно подкидывало вверх, либо бросало вниз, а в провороты он входил, мягко говоря, резковато, не сомтря на низкую скорость. В общем, это была все та же обычная поездка.
   Онея так же задремала, в основном из-за того, что Анреа отключился еще раньше нее, и у нее не было возможности разговоривать с Кассом, так как она боялась разбудить любимого. Кассу же приходилось хуже всего. Эвила не была настроена на разговор. Девушка неотрывно сомтрела в окно, о чем-то сильно задумавшись. Заснувшие Онея и Анреа так же не представляли никакого интереса, а заснуть сам Касс не мог, хоть и считал это лучщем выходом.
   Он попытался выйти в астрал, но в таких условиях это было сложно сделать, даже с его очень не плохим амулетом, улучавшим связь с духовной информационной сетью. Еще через десять минут один из спящих захрапел так, что у всех, кто еще не спал в автобусе, шанс заснуть окончательно пропал.
   Кассу оставалось лишь погрузиться в свои мысли и пытаться не слететь со своего места на очередной кочке, а думать он мог лишь о встрече с Эли. В одно мгновение она захватила все его мысли, и каждый раз, погружаясь в свои размышления, он видел ее лицо. И это сводило его с ума.
   Так продолжалось довольно долго. Кассу показалось, что прошла целая вечность, пока спустя всего каких-то два часа автобус не сделал первую остановку, выехав наконец на нормальную дорогу рядом с закусочной. В этот момент все в автобусе как по команде, проснулись, почуяв запах еды и возможность сходить в туалет. Онея и Анреа так же пробудились от своих сладких снов и начали изумленно оглядываться.
   - Что, уже приехали? - с надеждой в голосе произнес Андреа.
   - Нет, - покачал головой Касс, - лишь остановка.
   - Отлично, пошли курить.
   Да, для многих студентов остановка была главным образом возможностью наконец то покурить и размять ноги. Так что огромная толпа, которая вырвалась сразу и из нескольих автобусов, разделилась на три группы. Первая пошла в сторону закусочной, вторая туда же, но немного сворчивая в сторону туалета, и третья, которая осталась рядом с автобусами, тут же достав сигареты.
   Онея с друзьями отправилась в сторону закусочной, чтобы выполнить сразу два пункта по очереди сменяя друг друга в обеих очередях, который тут же образовались на пустом месте. И лишь Касс остался возле автобусов, достав сигарету. Это был его хитроумный стратегический ход, который на самом деле был лишь немного жалкой попыткой попытаться пересечься с Эли.
   Он высматривал во всех приходящих мимо лицах ее миловидное личико, нервно затягиваясь сигаретой. Попутно ему приходилось перемещаться от одного автобуса к другому, так как он даже предположить не мог, на каком конкретно ехала Эли. Время шло, и некоторые студенты уже начинали возвращаться обратно к автобусам, опустошив свои мочевые пузыри и набив желудки и пакеты едой. К счастью для Касса, все шли одной дорогой, и лишь у стоянки разедляясь на группы, идя к своим автобусам. Достав уже третью сигарету, Касс встал возле выхода на стоянку и снова закурил.
   Надежда на то, что Эли вообще выходила из автобуса уже начинала его покидать, когда неожиданнол среди других он заметил очень знакомые ему кашатновые волосы. Эли шла с тремя подругами, неся в руках пакет с фирменным логотипом закусочной в виде головы троля в поварской шляпе.
   Эли тоже заметила его поняла, что он ждал именно ее. Она на мгновение замешкалась, не зная, что ей делать, но в итоге что-то сказав подругам, отделались от их группы и направилась в сторону Касса. Лицо ее стало мрачным, а в глазах поблескивала злость и жалость.
   - Что ты делаешь? - уставшим голосом спросила она.
   - Тебя жду, - ответил Касс, и по всему его виду было понятно, что ему это разговор будет очень тяжелым, - нам нужно поговорить.
   - Я так не думаю, - покачала головой Эли, - все уже сказано. Я совершила ошибку. И, видимо, она ударила по тебе сильнее, чем по мне. Мне очень жаль.
   - Ты так не думаешь. Все было правильно, а вот утром ты уже оплошала.
   - Значит утром, да? Может это ты год назад, а? - вспылила Эли, но тут же взяла себя в руки, - слушай, прошлого уже не вернуть.
   - Не говори так. Знаешь, мне никогда не давались такие разгвооры...
   - Да, я помню, что ты все это считаешь бредом. По твоему, все проще, и если люди хотят быть вместе, то они вместе и не болтают об этом до бесконечности. Важны лишь их поступки.
   - Что-то вроде того, - подтвердил Касс.
   - Так вот ты совершил поступки, которые все сказали за тебя.
   - Я ошибся, и хочу все исправить, - взмолился Касс.
   - Ничего не получится. И, нам лучше больше не общаться. Я была рада тебя видеть, правда, но это еще и тяжело. Я все время думаю о том, как ты оставил мне ту чертову записку, и это было жестоко.
   - И для меня это было жестоко, - сказал тяжело Касс, - ты же меня знаешь, я ушел не по своему желанию, и если бы я мог все объяснить...
   - Я все понимаю, - возразила Эли.
   - Это врядли.
   - Нет, правда. Ты ушел , это было по важнйо причине, но ты мог и не уходить, найти другой выход. Но ты этого не сделал. И это важно. Ты сделася, наплевал на нас, и ушел.
   - Я думал, что так будет правильно.
   - И это оказалось так?
   - Нет, вовсе нет.
   - Это все бесполезно. Автобусы скоро отправляются, а я не хочу с тобой больше говорить. Надеюсь, ты не будешь искать встречи со мной.
   С этим словами Эли развернулась и направилась к своему автобус. Касс же, скорушенной и раздавленный, стоял на месте, смотря ей в след, не в силах что либо сделать. Он бы так и остался там, если бы уже перед самым отбытием не появились Онея, Анреа и Эвила, так же шедшими с пакетами, набитыми едой из фаст фуда.
   - Эй, чего ты тут застрял, у тебя уже бычок один от сигареты остался, - весело заметила Онея.
   - Да, - Касс вернулся к реальности и только теперь их заметил.
   - Ты в порядке? - Онея снова заметила, что Касс чем-то озадачен.
   - Все отлично, - слабо улыбнулся Касс, - для меня что-нибудь взяли?
   - Все как заказывал, - Анреа протянул Кассу один из двух пакетов, которые были у него в руках.
   - Отлично, спасибо!
   - Солнце, - обратился Анреа к Онеи, - займешь мне место, я немного покурю пока.
   - Только быстро, - согласилась Онея, - а то автобусы скоро отправляются.
   - Конечно.
   Анреа остался, а Эвила, Касс и Онея вошли в автобус и сели на свои места. Касс задумчиво уставился в окно, это окончательно разыграло любопытство в Онее. Она нагнулась к нему через сиденья автобуса и сказала:
   - Сядь пока ко мне.
   - Ладно, - удивленно отвтеил Касс, и временно занял место Андреа.
   - Что с тобой происходит? - шепетом спросила Онея, так как думал, что это связано как-то с магией искусства.
   - В смысле?
   - Сначала ты пропал на всю ночь. Затем вернулся таким, словно это тебя разбудили ударом сковородкой по голове. Все время задумчивый и грустный. На скольок я успела все понять за неделю, даже в самых тяжелых ситуациях ты себя так не ведешь.
   - Я встретил ее, она здесь.
   - Кто? - не поняла Онея.
   - Эли, девушка, с которой я расстался год назад.
   - Та самая, в которую ты влюбился, и которая может помочь тебе освоить заклинание?
   - Именно.
   - И? Ты с ней говорил?
   - С ней то я и провел всю ночь.
   - Ой, молодец то какой! - с городой улыбкой произнесла Онея.
   - Да, я такой, - на мгновение лицо Касса озарилоь довольной улыбкой, которая почти сразу же исчезла.
   - Тогда что не так то? - удвилась Онея.
   - Ну, на утро она протрезвела, и, увидев меня заорала, что все это было ошибкой.
   - Это объясняет твое уныние утром, но не сейчас.
   - Я с ней только что снова говорил.
   - Ты что? - взорвалась Онея, - слишком рано! Ей еще все нужно обдумать, осознать произошедшее. А такие вот разговоры ни к чему хорошему не ведут.
   - Это точно, - согласился Касс.
   Тут в автобус зашел Андреа, и Касс освободил ему место. Грустно посомтрев в окно он повернулся к Онее и только что устроившемуся Анреа, спросил:
   - Ну что, может все-таки одну бутылочку да опробуем?
   - Ладно, - согласилась из сочувствия Онея, вызвав сильное удвиление и радость у Анреа.
   - Отлично! - весело произнес он, - я только за!
   - А ты не пьешь.
   - Почему? - растроенно спросил Андреа.
   - Во-первых, ты курил. Во-вторых, кто-то же должен будет вынести меня из этого автобуса, когда мы приедем, - кокетливо посмотрев на Анреа, отвтеила Онея.
  

Глава тридцать девятая. Заговорщицы.

   Оставшийся путь домой прошел уже веселей, и в основном это была заслуга того запаса самогона, который приобрел Касс перед самым отъездом. Когда уже стемнело, и время перевалило за полночь, и автобусы наконец-то въехали на главную площадь студенческого городка, из двевяти бутылок, спрятанных у Касса в пакете, осталось только пять. Как это не странно, чтобы прикончить их, к Онеи, Кассу и Анреа, который все-таки не остался в стороне, присоединилась и Эвила, после третьего глотка забывшая о своем обещаниии больше никогда не пить.
   Касс на следующих остановках больше не искал встречи с Эли. Он с трудом заставлял себя выйти из автобуса, опасаясь, что снова, на сей раз случайно, с ней встретиться. Эта мысль ему не очень нравилась в тот момент. Ему хотелось держаться от нее какое-то время подальше.
   Когда автобусы наконец остановились, студенты с радостью начали покидать их, не в силах более находиться в их неудобных салонах. Так же стремились покинуть автобус и Онея с ее друзьями. Касс вообще не любил путешествовать на автобусе. У него вечно затекали ноги, да и просто не удобно было находиться в нем. Он чуть ли не выбежал из автобуса, вдыхая ночной городской воздух, прохладный и приятный.
   Не задерживаясь, студенты начали расходиться по своим квартирам в общежитии. Два дня они находились в этих автобусах, и это полностью вымотало их. Долгие переезды при минимуме комфорта отнимало все силы, и как только им удавалось добраться до своих кроватей, они тут же отключались.
   Онея не стала исключением. Она даже не следила за тем, чтобы Эвила нормально дошла. К счастью Легор, который весь день был в стороне от пьянки и остался абсолютно трезвым, смог проследить за тем, чтобы она нормально дошла до дома, хотя всю дорогу до квартиры он высказывал свое недовольствона тему того, что посиделки устроили без него.
   Стоило ребятам оказаться дома, они просто тихо разбрелись по своим комнатам, побросали сумки и завалились спать прямо в том виде, в котором приехали. Сил сделать что-то больше у них просто не было.
   Все последующее воскресенье в студенческом городке было тихо, и даже казалось, будто никто и не вернулся из поездки. Улочки между корпусами института и общежитий были пусты, не было слышно беззаботных разговоров. Два напряженных дня на столько всех вымотали, что студенты просыпались лишь под вечер, чтобы немного перекусить, в совсем тяжелых случаях опохмелиться, собрать пару вещей для занятий в понедельник, и затем снова улечься спать.
   Онея так же проснулась уже только в районе пяти. Анреа лежал без движения рядом, почти на краю кровати. Еще немного, и Онея окончательно бы скинула его с нее. Она встала, и аккуратно накрыла его одеялом, которое так же полностью перетащила на себя, после чего переоделась и вышла из своей комнаты.
   В квартире было тихо. Все спали, и лишь из комнаты Касса доносился как-то тихий звук. Она бесшумно подошла к его двери и постучала.
   - Входи, - услышала она в ответ.
   Приоткрыв дверь, Онея просочилась в комнату и увидела Касса, одетого в спортивные штаны и вымазанную в красках футболку. Его котенок сидел напротив него на столе и пристально наблюдал за ним, словно за что-то осуждал. Касс же стоял возле своего мольберта, в руках у него были палитра и кисточка, а на холсте был виден начатый портрет.
   - Ты как? - спросила она его.
   - В порядке, - отмахнулся Касс.
   - Заклинание работает?
   - Нет.
   - И ты рисуешь ее портрет?
   - Да, хоть сам не знаю зачем.
   - Тебе чем-то помочь?
   - Да, выйди и не пускай сюда никого, если не сложно.
   - И как долго никого не пускать? - Онея пыталась хоть как-то разговорить Касса, не смотря на то, что он вообще не был настроен на это.
   - День, неделю, год... не знаю, - Касс не отрывался от работы, намешивая нужны цвет на палитре.
   - Хорошо, - Онея тихо вышла из его комнаты и плотно закрыла за собой дверь.
   После этого в тот день Касса больше никто не тревожил. Сожители Онеи один за другим просыпались, перекусывали, занимались своими делами, а затем снова отправлялись спать. Эвила снова проклинала себя за то, что перебрала с самогонкой, и радовалась тому, что больше не наделала никаких глупостей. У Онеи не было сил что-либо устроить ей, хоть желание такое имелось.
   Таким образом вечер воскресенья прошел тихо и спокойно, как во сне. Онея отправилась спать еще до десяти вечера, желая выспаться перед началом занятий в понедельник. И все из-за того, что в голове у нее крутилась лишь мысль о том, как Гедиона намеревалась победить в конкурсе. Ей не давало это покоя. Онея знала, что Гедиона жульничает, и она должна была раскрыть ее.
   С этой мыслью она заснула, и с ней же проснулась. Утро понедельника было таким же, как и любое другое утро понедельника. Всем пришлось встать рано. Сожители Онеи крутились между ванной и кухней, собираясь на лекции. Разговаривать в этот момент особо никто не хотел. Все лишь морально готовились провести весь день на занятиях и пережить это с достоинством.
   Даже Касс выбрался из своей комнаты, и было видно, что он тоже хочет идти на занятия, что было для него не свойственно. Онея хотела поговорить с ним и дать понять, что лучше все еще не искать встречи с Эли, а так же посоветоваться по поводу Гедионы, и, возможно попросить у него помощи. Но Касс исчез в комнате так же неожиданно, как и появился. Онея не собирался ждать, когда он снова выползет оттуда, и поэтому, чмокнув Анреа в щеку и пожелав всем удачи, отправилась на занятия.
   Как и всегда, возле входа в главный корпус института, где у нее должны были быть лекции по истории искуствау у профессора Дорема, она встретила Ризу, которая как раз ждала Онею.
   - Привет, радость моя, - Риза обнала Онею, и та поняла, что та немного опохмелилась с утра.
   - Как прошли выходные? - спросила Онея.
   - Хорошо. Мы зажгли нашей компашкой по полной.
   - Как и мы, - улыбнулась Онея.
   - Да? Ну, тогда рассказывай, - Риза говорила немного на автомате, еще окончательно не проснувшись.
   - Да все как всегда, - отмахнулась Онея, - ничего особенного.
   - Ну, тогда сейчас на лекции все и расскажешь. Дорем наверняка сейчас уйдет снова в рассуждение об уролистах.
   - Вообще-то я думала не идти на эту лекцию и заняться кое-чем другим, - призналась Онея.
   - В смысле?
   - Гедиона, - пояснила Онея.
   - А что с ней? - удивилась Риза, - если хочешь ей напакостить, то она как раз будет на лекции.
   В этот момент из толпы студентов, рвущейся в институт, к ним вышла Инера. Она была единственной, на ком не было видно никаких последствий прошедших выходных, и в головах у Онеи и Ризы проскочила мысль, что, возможно и стоит время от времени просто посидеть дома и ничего не делать, и особенно не искать приключений на свои задницы.
   - Привет, девчонки, - Инера подскочила к ним свежая и бодрая, поцеловав подруг в щеки.
   - Привет, - почти хором отвтеил Онея и Риза.
   - Как прошла поездка? - спросила Инера, в нетерпении узнать подробности всего того, что она пропустила из-за своей семейной жизни, которая отличалась усиленным однообразием.
   - Слушай, это долгая история, давай мы ее тебе в обед расскажем, - усмехнулась Онея.
   - А почему не на лекции? - удивилась Инера.
   - Онея хочет что-то сделать Гедионе, - отвтеила Риза.
   - Нет, не совсем так, - покачала головой Онея.
   - Тогда в чем дело? - не поняла Инера.
   - Дело в том, что в деревне Гедиона вела себя странно, Она слишком уверенна в своей победе. И Эсториз намекала на то, что с проектом Гедионы что-то не так, что он слишком хороший.
   - Думаешь, она жульничает? - спросила Риза.
   - Уверена в этом, - отвтеила Онея.
   - Гдеиона конечно на многое способна, - признала Инера, - но на такое... я сомневаюсь, что это так.
   - Я тебе говорю. Вы же ведь знаете, что она фасад от плана с трудом отличает, а тут аж целый проект, который претендует на победу. Тут что-то не чисто.
   - И что ты хочешь сделать? - спросила Риза.
   - Я хотела сейчас найти Эсториз, и попросить ее показать нам проект Гедионы. Он находится где-то у нее, и лишь она может показать его. Думаю, там можно что-то найти, других вариантов нет.
   - Это немного перебор, тебе не кажется, - с сомнением произнесла Инера.
   - Девчонки, мне нужна ваша помощь, среьзно.
   - Ну, ладно, - пожала плечами Риза, - одна пропущенная лекция не приведет ни к чему страшному. Твой дядя так вообще в институте не появляется.
   - Так, оставь его в покое, - тут же остановила Ризу Онея, - с этим я уже разобралась, там все в порядке.
   - Точно? - Риза пристально посомтрела на Онею.
   - Точно, - ответила Онея, дав понять, что это действительно так.
   - Тогда ладно, - для Ризы такого ответа было достаточно, и она теперь могла больше не возвращаться к этой теме.
   Блин... - протянула Инера, - я только вырвалась наконец то посетить хотя бы одну лекцию по истории искуства, и ту пропускаю...
   - Брось, - усмехнулась Онея, - у тебя семейная жизнь настолько скучная, что ты должна радоваться, что сейчас хоть что-то произойдет не запланированное.
   - И то верно, - грустно признала Инера, - что ж, тогда пошли искать Эсториз. Нам лучше с ней поговорить до начала лекции, а то потом ее не выципешь.
   - Вот молодец, уже начала мыслить в правильном направлении, - обрадовалась Риза.
   Они, стараясь не терять друг друга из виду, влились в общий поток студентов, пытающихся протиснуться в главный корпус института, чтобы больше не терять времени.
  

Глава сороковая. Охота за недостижимым.

   В квартире становилось все тише и тише, из чего Касс сделал вывод, что его сожители постепенно отправляются на лекции. Он не хотел ни с кем общаться в то утро, и поэтому он вышел из своей комнаты лишь на десять минут, чтобы умыться и приготовить себе кофе. Больше ему ничего не было нужно.
   Во время всех этих действий ему с трудом удалось уклониться от разговора с Онеей. Этого разговора он опасался, так как она могла отговорить его от того, что он планировал сделать этим днем. А планировал он снова встретиться с Эли.
   Эта навязчивая мысль не покидала его все воскресенье. Разговор на парковке рядом с закусочной сначала сокрушил его, но потом он осознал, что все равно не может просто так отпустить ее. Ему нужно было хотя бы просто увидеть ее. Все воскресенье он пытался нарисовать ее идеальный портрет, так как она просто не шла у него из головы.
   Его котенок все это время сидел на столе напротив него и пристально наблюдал за ним, словно осуждал, и вот теперь этот серый комок шерсти снова уставился на него, словно пытался отговорить от глупостей.
   - Не смотри так на меня, - серьезно сказал Касс.
   В ответ он услышал лишь протяжное "мяу". Касс обернулся на котенка.
   - Так ты думаешь, что мне не стоит с ней разговаривать?
   - Мя, - издал резко котенок.
   - А я вот думаю иначе, - Касс был раздосадован тем, что его собственный питомец, которого он избавил от жизни простой бутылки, был не согласен с ним.
   - Мяяяяяяу, - протянул котенок.
   - Ты мне тут еще повыступай, - огрызнулся Касс, - быстро перейдешь на диету из воды и воды.
   - Мя, мя, мя, - заругался котенок, и повернулся к Кассу спиной.
   - Вот и обижайся, сколько влезет. Лучше бы помогла бы, - обженно произнес Касс.
   После этих слов котенок соскочил со стола и исчез где-то под кроватью.
   - Вот и заводи домашних животных после этого, - буркнул Касс.
   Он схватил свою сумку и начал собирать в нее все необходимое для занятий, которые у него должны были проходить в тот день. Касс не знал расписания Эли, и поэтому ему предстояло просто бродить на перерывах между занятиями по институту, в надежде, что ему снова повезет, и он сможет встретить ее.
   Однако идти на первые пары он не собирался. Ему было достаточно спора с собственной кошкой, поэтому Касс решил дождаться, когда все его соседи по квартире покинут дом, и только после этого, отправиться на занятия.
   Где-то через час после того, как дверь хлопнула в последний раз, Касс выбрался из своей команты. В квартире царила тишина. Он был наконец предоставлен полностью самому себе, и теперь мог заняться своими делами. Позавтракав, он оделся по приличнее, чтобы предстать перед Эли в более-менее нормальном виде. Перед выходом он посомтрел на себя в зеркало, и увидев, что выглядит все так же взломаченным, неопрятным и толстоватым парнем понял, что готов к встрече с любимой.
   К тому моменту, когда Касс оказался на улице, все студенты, которые в тот день собирались посетить занятия, уже сидели на первой паре, и поэтому улицы студенческого городка опустели. Слонце поднималось все выше, и утро постепенно перетекало в день. Было немного даже жарко. Лето все еще боролось с осенью, не допуская ее наступления. И все же зеленая литсва постепенно начинала желтеть, а ветер становился все более прохладным.
   Но Касс, который обычно замечал подобные мелочи, и вообще чувствовал изменения в природе, на сей раз не обращал на это никакого внимания. У него была цель, и он стремился к ней. Эли была всем, о чем он мог думать на тот момент, и чувства к ней все более поглощали его, превращая его в глупого школьника, который впервый раз решил признаться своей однокласснице в том, что она нравится ему. Он ненавидел себя за это чувство, и вто же время и не мог ему противостоять. Он не думал ни о заклинаниях, которые ему предстоит освоить, не о том, что его вообще ждет в будущем при учете того, кем он являлся.
   В главный корпус университета он вошел без каких-либо проблем. Толпы, в которую попала ранее Онея с подругами, не было. Коридоры, в которых оказался Касс, были пусты, и выгляделе даже при свете солнца немного устрашающе. Касс любил фильмы ужасов, и он мог вспомнить десяток из них, в которых были такие же залитые светом коридоры, и обычно это не означало ничего хорошего.
   Все, что теперь оставалось Кассу, это дождаться перемены, которая должна была наступить уже через десять минут. За это время он решил попробовать добраться до кафедры, на которой училась Эли. Он не исключал возможности того, что она зайдет туда или просто будет проходить мимо. Так как Эли была на ускоренном обучении, сомтреть ее расписание было пустым делом. Касс знал, что таким студентам выдается индивидуальное расписание, по которому они и учатся.
   Звонок прозвенел как раз тогда, когда Касс оказался возле входа на кафедру. Из дверей аудиторий тут же начали выходить студенты, которые разбредались по всему зданию. Часть из них шли в курилку, часть в другие кабинеты на следующие занятия, а самые везучие уже направлялись домой. Суета поднялась моментально, но Касс продолжал стоять на месте, вглядываясь в лица проходящих мимо. Ему вспомнилось, как всего два дня назад он точно так же стоял на парковке возле автобусов, точно так же дожидаясь Эли.
   Касс знал, что такое поведение вряд ли приведет к чему-то хорошему, ему хотелось биться головой об стену. На мгновение Кассу даже показалось, что он увидел ее, но приглядевшись как следует, он понял, что он лишь выдал желаемое за действительное. Время перерыва подходило к концу, и ему уже стоило направиться к своей аудитории, чтобы попасть на лекцию и не торчать в коридоре до следующей перемены.
   Он уже направился в сторону лестницы, когда неожидано перед ним появилась Гедиона в сопровождении своей свиты. Они чуть не столкнулись лбами, так что разойтись мимо и сделать вид, что Касс ее не заметил, не получилось.
   - Смотрите кто тут у нас, - с нескрываемым презрением произнесла Гедиона.
   - Ваше зазнайство, - Касс наигронно склонил голову.
   - Какой остряк, - слова Касса ничуть не задели Гедиону, - лучше передай своей племяннице, или кто там она тебе, чтобы была поосторожнее. И, к стати, чтобы она не делала, момжет попращаться с надеждами выйграть конкурс. Предварительные оценки жюри в мою пользу.
   - Какие мы самоуверенные, - усмехнулся Касс, - слишком самоувереные для дуры, засветившейся в газетах не лучшим образом.
   - Что ты имеешь в виду? - не поняла Гедиона.
   - О, ты не читала вчерашних газет? Да и сегодня утром об этом вроде тоже писали, - улбынулся Касс, - дочь мера столицы пьяная танцует стрептиз в главном истрическом центре нашей страны. Захватывающая статья.
   - Это все втвоя племяница. Я была не виновата во всем этом!
   - Ну, а пресса пишет иначе. И, как говорится, что написано пером, не сотрешь и заклинанием, или как-то так.
   - Слушай, ты, деревня. Лучше бы сидел у себя дома и картины малявал, - вспылила Гедиона, - на предстоящей выставке они понадобятся, ведь так? А вообще на этом мероприятии даже автора картин затмит мой проект. Ведь именно на открытии этой выставки будет объявлен победитель, как ты помнишь. Большое упущение.
   - Я думаю, что у тебя нет шансов, - покачал головй Касс, - чтобы сделать хороший проект, нужно хотя бы линейку правильно держать уметь, а ты и на такое не способна.
   Тут Касс заметил, что его однокурсники большой группой проходят мимо, направляясь к лестнице. Среди них он приметил Алексора, с которым за время поездки успел сдружиться. Пока Гедиона пыталась подобрать слова для того, чтобы хоть что-то отвтеить Кассу, он успел направиться к своим, добавив на прощание:
   - Мне пора, когда придумаешь, что ответить, пришли мне в астрале.
   Он подбежал к Алексору, который к этому моменту уже успел заметить Касса.
   - Здорова, - сказал он, обмениваясь рукопожатием.
   - Привет, - стычка с Гедионой почему-то подняла Кассу настроение, - как оно?
   - Да понемногу. Увидев, что тебя нет на первой паре, подумал что ты решил придерживаться своей политики непосещения лекций.
   - Ну, что-то вроде того, правда решил все-таки заглянуть на огонек.
   - Понятно... ты сейчас с Гедионой спросил что ли? - Алексор серьезно посомтрел на Касса.
   - Да, а что такого?
   - Просто этого лучше не длать на самом деле, - отвтеил немного мрачно Алексор.
   - У тебя был неприятный опыт общения с ней? - удивился Касс, так как он считал, что Алексор с Гедионой если и пересекались, то находятся в хороших отношениях.
   - Не у меня, - покачал голово Алексор, - у брата. Она ему сильно жизнь испортила.
   - Жаль слышать, - посочувствовал Касс. - а что случилось то?
   - Это долгая история, - было видно, что Алексор не хотел гооврить об этом, - но за брата обидно. Она иногда напоминает мне о случившемся, все еще злорадствует, сволочь...
   - Ничего, карма штука злая, по ней же обратно и ударит.
   - Думаешь?
   - Не сомневайся.
   Касс оглянулся в сторону Гедионы, и вспомнил, что именно там ему померещилась Эли. Но ее действительно там не было. Лишь Гедиона, которая злобно сверлила его глазами в спину. Касс понимал, что эта девушка теперь точно не даст ему спокойной жизни. А так же Касс осознал всю глупость и бесмысленность затеи ждать Эли в этом огромном институте. Она могла сейчас находится в любом из корпусов, или даже в общежитии. И, даже если бы он ее встретил, то чтобы он мог сказать ей, ведь, как верно заметила Эли на стоянке, все уже было сказано, все карты выложены на стол, и изменить что-либо было бы возможно, если только Кассу удалось вернуться в прошлое, чего он не мог, так как заклинания путешествие во времени были вне закона.
   Все, что Кассу оставалось, оставить Эли в покое и жить дальше, в надежде, что она однажды сможет простить его, или что он встретит кого-то еще, и в следующий раз уже не совершит подобных ошибок.
   Когда он и Алексор уже почти дошли до нужной им аудитории, Касс остановился прямо возле входа в нее.
   - Что такое? - спросил Алексор.
   - Думаю, что сегодня мне все-таки не суждено попасть на лекцию, - отвтеил Касс.
   - Что так? Пошли, посидим, послушаем.
   - Да не, лучше домой пойду. Там еще куча дел. Сам понимаешь.
   - У тебя осталась неделя, так ведь? Я рад, что Акривикус все-таки выбрал не меня.
   - Спасибо, что утешил,
   - Всегда рад помочь, обращайся, - улыбнулся Алексор, - и удачи тебе там.
   - Заходи, если надоест торчать на лекциях, посомтришь, как у меня продвигаются дела.
   - Договорились, - и Алексор вошел в аудиторию. Касс же в свою очередь развернулся и направился к выходу из здания. Ему было чем заняться по мимо глупой охотой за недостежимым.
  

Глава сорок первая. Взлом с проникновением.

   Решительность Онеи сделать то, что она запланировала, даже немного пугала ее подруг. Не смотря на толпу студентов, которая, как это обычно было перед первой парой, толпилась в коридорах университета, не могла ее замедлить, и Ризе с Инерой с трудом удавалось поспевать за Онеей. Та же в свою очередь ловко маневрировала мимо других людей, стремясь к своей цели. Какой-то странный азарт проснулся в ней, и из-за этого на ее лице появилась немного зловещая улыбка.
   Наконец, поднявшись на третий этаж, девушки смогли выйти к кабинету Эсториз, которая как раз выходила из него, чтобы идти на лекцию. Онея подлетела к ней со спины так неожиданно, что женщина даже немного вздрогнула, когда Онея произнесла:
   - Доброе утро.
   Эсториз обернулась и увидела перед собой одну из лучших своих студенток и ее подруг, которые, запыхавшись, подходили к ним.
   - Доброе, доброе, - изумленно произнесла Эсториз, - у нас же с вами завтра пара вроде?
   - Да, именно так, - подтвердила Онея, - но я хотела поговорить с вами о другом.
   - И о чем же? - Эсториз пристально посомтрела на Онею.
   - О конкурсе, - ответила та.
   - Вы сдали свою работу, и она очень хорошая.
   - Я знаю, но меня смущает другая работа. И, думаю, вы знаете какая.
   - Работа Гедионы, - подтвердила Эсториз, - боюсь, жюри не обнаружило никаких нарушений, и работа принята к участию в конкурсе.
   - Но вы же сами не верите в то, что она смогла сделать ее, - возразила Онея.
   - Дорогая моя, я высказала все свои сомнения жюри, но никаких подтверждений нарушения условий конкурса не найдено. К сожалению, Гедиона примет в нем участие, и, если быть уж до конца честной, она победит в нем.
   - Позвольте мне взглянуть на проект. Я думаю, мне удастся найти что-то, что докажет жульничество.
   - Вы же понимаете, что я не могу допустить такого, - покачала головой Эсториз, - если вас поймают за этим, то ваш проект снимут с конкурса. Все подумают, что вы пытались испортить работы конкурентов.
   - А если меня не поймают, и я найду что-то? - не унималась Онея.
   - Милая моя, хотела бы я вам помочь, и сказать, что все проекты лежат во втором корпусе, на третьем этаже, в комнате нашей кафедры, но, боюсь, это может привести лишь к большим проблемам, - Эсториз пристально посомтрела на Онею и задорно улыбнулась, - там все опечатано и должно сохраниться в том же виде, в каком и было. В противном случае начнутся проверки и у многих людей будут проблемы.
   - Я понимаю, - кивнула Онея.
   - Если бы я даже и решилась вам помочь, и дала ключ от той комнаты, который лежит сейчас у меня в кабинете, то в случае, когда вас поймают, я бы наказала вас по полной строгости, не посмотрев на все ваши ранние заслуги.
   - Справедливо.
   - Значит, мы договорились, и вы не будете искать конкурсные работы.
   - Именно так.
   - Отлично. А сейчас мне нужно идти на лекцию.
   С этим словами Эсториз направилась в сторону лестницы, с которой только что вышли девушки. Онея посомтрела ей в след, на мгновение задумавшись.
   - Кажется, она несобирается нам помогать, - пожала плечами Инера, - и что теперь ты планируешь делать?
   - Она уже помогла, - шепнула Риза, - ты что, ее не слышала?
   - В смысле? - не поняла Инера.
   - В таком, - отвтеила Онея, как только Эсториз скрылась из виду.
   Девушка повернулась к кабинету преподавателя, и попробовала октрыть его. Он оказался не запертым, и дверь легонько поддалась. На рабочем столе, на котором царил небольшой беспорядок, лежало несколько ключей, к которым были приделаны брелки с подписью, от каких эти ключи кабинетов.
   - Ты что делаешь? - испуганно спросила Инера, - это же, по сути, проникновение в кабинет преподавателя!
   - Именно так, - признала Онея, - и, только не паникуй, но ты тоже участвуешь в этом.
   - Совсем с ума сошла? - возмутилась Инера, - не для этого я сегодня пришла в институт!
   - Инер, ну признай, что тебе все это нравится, - с усмешкой посмотрела на нее Риза.
   - Еще как! - воскликнула Инера.
   Онея же перебирала ключи, пытаясь найти тот самый, который ей был нужен. Наконец он оказался у нее в руках, она с довольным видом повернулась к подругам.
   - Ну, кто готов пойти еще дальше.
   Не дожидаясь ответа, Онея вылетела из кабинета Эсториз и направилась к выходу из главного корпуса. Действовать нужно было немедленно, пока идет пара. Так можно было расчитывать на то, что их никто не заметит и им никто не помешает.
   Другие студенты еще толпились в коридорах, но их становилось все меньше. Чем меньше времени оставалось до начала пары, тем больше из них входило в нужные им аудитории, чтобы занять места получше, где-нибудь на задних партах, где можно было досмотреть последний сон, не будучи замеченными преподавателем.
   Выйти из здания было легко. Толпа возле входа рассосалась, и теперь не нужно было пропихиваться в и без того узкие двери.
   - А ты уверена, что там никого не будет? - спросила Инера, - вдруг там охраняют кафедру.
   - Я не думаю, - покачала головой Риза, - они же не расчитывают, что кому-то взбредет в голову вообще туда лезть. Это же безумие.
   - Ну, спасибо за моральную поддержку, - усмехнулась Онея, - даже если там кто-то и есть, то вы его отвлечете.
   - Я вообще то планировала поучаствовать во взломе и проникновении, - расстроена отвтеила на это Риза, - тебе понадобиться мой глаз. В двоем мы скорее что-то найдем.
   - Хорошо, - согласилась Онея, - значит, Инер, только ты будешь отвлекать.
   - Но как?
   - Давай не забегать вперед, - остановила ее Онея, - мы еще не знаем, что там будет.
   Второй корпус располагался в ста метрах от главного здания. Нужно было пройти по небольшой аллеи, по обеим сторонам которой росли невысокие кусты, покрытые желтыми цветками. К этому моменты улицы студенческого городка так же опустели, как и коридоры в зданиях, поэтому по пути Онея и ее подруги не встретили кого, тем более из знакомых. Это было на руку девушкам.
   Второй корпус был значительно меньше главного здания. В нем было всего пять этажей и четыре подъезда. Выполнено здание было в том же стиле, что и главный корпус, и основной подъезд был украшен четырьмя большими колоннами, поднимавшимися прямо до крыши, где козарек, который они поддерживали, вписывался в крышу.
   Охраник, стоявший у входа, сначала не хотел их пускать, из-за того, что звонок уже прозвенел, и лекции начались. Обычно, после этого в здание университета можно было войти лишь за двадцать минут до окончания лекции. Но Онее удалось убедить его пропустить девушек, чтобы они якобы смогли успеть на свои занятия.
   Оказавшись внутри, они тут же направились к лестнице. Онея и Риза шли спокойно, никак не выдавая своих намерений. Лишь Инера, которая раньше никогда не участвовала ни в чем подобном, не позволяя своим подругам втащить себя в неприятности, шла, чуть ли не припрыжку, светясь от радости.
   - Что с тобой? - спросила Риза.
   - Приключения! - довольно воскликнула Инера.
   - На сколько же скучна твоя семейная жизнь, - мрачно заметила Онея.
   - Ты даже не представляешь, - подтвердила Инера, - в основном я сижу дома и жду мужа, чтобы вечером пойти в ресторан поужинать.
   - То есть, тебе даже готовить не приходится? - удивилась Риза.
   - Муж в жизни не рискнет есть мою стряпню, - покачала головой Инера, - поэтому нет никакого смысла что-либо готовить.
   - Бедняжка, - рассмеялись Риза и Онея.
   К этому моменту они уже поднялись на нужный им этаж, и Онея осторожно выглянула в коридор. Дверь кабинета, который был им необходим, просматривалась прямо оттуда, и к разочарованию Онеи, там действительно стоял человек, одетый в простой костюм, но стоявший с армейской выправкой.
   - Похоже, там поставили гвардейца, - прошептала Онея, повернувшись к своим подругам.
   - Значит, Инере придется его увести, - пожала плечами Риза.
   - Как я это сделаю? - Инера явно не хотела в этом участвовать.
   - Придумай что-нибудь, - отвтеила Онея, - хоть в обморок падай. Лишь бы он ушел.
   - Я же не актриса, - Инера пристально посомтрела на Онею, - меня даже в школьные представления не брали.
   - Успокойся, - утешительно произнесла Онея, - все будет хорошо... иди и поговор с ним.
   - Ладно, я попробую, - Инера несчастно посомтрела на своих подруг, но, поняв, что они не передумают, пошла в сторону охраника.
   - Лишь бы она не спросила, как пройтив библиотеку, - усмехнулась Риза.
   - Она не может быть на столько банальной, - отмехнулась Онея.
   Инера шла медленно, в голове ее крутились тысячи мыслей. Ей нужно было как-то заговорить с незнакомым человеком, обмануть его, нарушить правила института. Она точно не ожидала такого, когда проснулась утром. У нее слегка задрожали ноги, и тут она невольно подумала, как бы хорошо было, если рядом оказался ее муж. Мысль увела ее куда-то в сторону, из-за чего она чуть не прошла мимо охранника. Осознав это она остановилась, повернулась к нему и спросила первое, что ее пришло на ум.
   - Простите, а где здесь библиотека?
   Если Инера к этому моменту не выглядела такой несчастной, такой бледной и взволнованной, то охранник бы подумал, что тут что-то неладно, но первой мыслью его было, что эта незнакомая девушка вот-вот упадет в обморок.
   - Что, простите? - не расслышал он ее слабого голоса.
   Тем временем Риза, находясь в укрытии вместе с Онеей и слыша все, что происходит, выругалась:
   - Черт, она совсем что ли?
   - Подожди, - успокоила ее Онея, которая не спешила ставить крест на подруге.
   - Дело в том, - попыталась объяснить Инера, - что я учусь тут совсем недавно, а студенческий город такой большой... я заблудилась...
   Охранник посомтрел на почти белый цвет волос Инера и тут же сделал определенные выводы.
   - И вы ищите..?
   - Бибилотеку.
   - Это в другом здании.
   - А вы можете показать мне?
   - Вообще то я не должен отходить отсюда.
   - Ну, пожалуйста, я в жизни не найду ее, - Инера начала входит во вкус, и играть более натурально.
   - Хорошо, только быстро, - отвтеил, улбынувшись, охраник.
   Они направились в сторону лестницы, откуда появилась Инера, и где ждали Онея и Риза.
   - Блин, они идут сюда! - воскликнула Риза.
   - Наверх! - скомандовала Онея.
   Девушки быстро и беззвучно поднялись на один лестничный пролет и замерли. Через минуту они услышали шаги и голоса Инеры и охраниика. Та благодарила его и смеялась над своей глупостью.
   - Блондинкам вечно везет, - усмехнулась Риза.
   - И не говори, - согласилась Онея, у которой так же были светлые волосы.
   Когда голоса стихли, Онея и Риза спустилимсь обратно и вышли в коридор. Ключ без проблем вошел в скважину, и дверь открылась. Перед девушками предстали планшеты, сложенные группами. Каждая группа была помечена именем участников конкурса. Она быстро нашла проект Гедионы, и, не тратя времени, разложила ее планшеты на столе.
   Девушки замерли, так как перед ними предстал просто потрясающий проект великолепного здания. Онея даже признала внутри себя, что этот проект несколько лучше того, что сделала она.
   - Нет сомнений в том, что это делала не Гедиона, - признала Риза.
   - А я о чем говорю, - победеносно воскликнула Онея.
   - И что теперь? Как ты думаешь доказать это?
   - Думаю, вариант сравнения этого великолепия с тем, что она делала раньше не пройдет. Жюри может сказать, что на сей раз она постаралась ради победы в таком важном конкурсе.
   - Было бы хорошо найти того, кто сделал на самом деле этот проект и убедить его рассказать правду, - предложила Риза.
   - Но как мы его найдем? - скептически произнесла Онея.
   - Отличный вопрос, - согласилась Риза.
   - Хотя... - Онея приблизилась к чертежам, - нет, не знаю.
   Им оставалось лишь восхищаться тем, что предстало перед их глазами. Онея с восторгом смотрела на все решения и на само оформление здания. Да и само качество чертежа, хоть он и был сделан от руки, было восхитительно. Риза так же стояла рядом, затаив дыхание.
   Все было на столько идеальным, что ничего не выбивалось из общей картины и подачи. Лишь одна колонна выглядела странно, из-за того, что там, словно какая-то небрежность была допущена. Рисунок капители выглядил немного неаккуратным. Не симметричным. Это невольно привлекало внимание.
   Оная пригляделась к этой капители, и чуть не взвизгнула от радости.
   - Что такое? - удивилась Риза.
   - Тут инициалы!
   - Где? - удивилась Риза, посомтрев туда, куда указывала Онея.
   Как следует вглядевшись в риснок узора она заметила, что два лепестка, вместо того, чтобы вягладеть как все остальные, образуют две буквы, которые сложно было разобрать.
   - Действительно, - согласилась Риза, - автор не смог устоять и подписал свою работу... его можно понять. Только никак не разберу буквы...
   - Тут написано Р. Д.
   - Ну у тебя и зрение... - Риза изумленно посмотрела на Онею.
   - Да уж... Ладно, нам нужно уходить. Не думаю, что Инера сможет долго убалтывать охранника.
   - Согласна, - кивнула головой Риза, - пошли отсюда.
  

Глава сорок вторая. Кошачьи хитрости.

  
   У Эли утро понедельника не задалось с самого начала. Ее шумные сосдки подняли ее раньше времени, и законные полчаса, которые она должна была проспать, ей пришлось пролежать в кровати, так как вставать не имело никакого смысла. Кухня и ванная все равно были заняты, и делать там было нечего.
   Наконец она встала, оделась, и выбралась из своей комнаты. Не успела она сделать и шагу, как на нее налетели две девушки, которые были сестрами-близнецами, и на мгновение Эли решила, что у нее все еще двоится в глазах, хоть после поездки и ее пробуждения прошло уже достаточно времени.
   Девушки обошли ее, весело пожелав доброго утра, и помчались дальше в свою комнату, собираться на занятия. После умывания и приведения себя в порядок, Эли прошла на кухню, где застала Лайнею. Та сдела над своим кофе, погрузившись в свои мысли.
   - Все еще думаешь о том неудачнике? - спросила Эли.
   - Нет, что ты, - отвтеила Лайнеа, хоть и немного заторможенно.
   Эли поняла, что подруга врет ей, но не стала ее допрашивать и убеждать ее, что Легор того не стоит. Она и так занималась этим на протяжении последней недели, и продолжения ей не хотелось.
   Быстро приготовив кофе и пару бутербродов, Эли позавтракала, и, не дожидаясь своих сожительниц, схватила сумку и вышла из квартиры. Ей самой с турдом удавалось не думать о Кассе. Случившееся в поездке она хотела оставить там, и надеялась, что в ближайшее время ей удастся не видиться с ним. Университет был большим, и надееться на случайную встречу не приходилось, чему Эли была очень рада.
   Пройдя через утреннюю толкучку Эли добралась до нужной ей аудитории, где просидела полтара часа, слушав очередную лекцию. Обычно она была очень сосредоточенной на занятиях, но не в то утро. Мысли о Кассе не покидали ее. Что-то внутри говорило, что она поступает не правильно, отврегая его, и что это очень большая ошибка. Ей вспоминалось то время, когда они были вместе и тот момент, когда она увидела его впервые после их долго расставания.
   В то же время голос размума твердил ей, что она не должна к нему возврощаться. И для этого было много важных причин. Она перечисляла их всех, и все же на первый план выходило то, что он бросил ее, при помощи записки. Все это смешивалось у нее в голове, и поэтому ее тетрадка, в которой каждый раз она записывала конспект, тем утром осталась пустой.
   Наконец звонок оповестил о том, что занятие окончено, и Эли покинула кабинет, направившись к своей кафедре. Там возникли вопросы с ее документами, что было не удивительно. Так происходило каждый раз, когда она поступала в новый университет, и ей приходилось очень осторожно обходить этот вопрос по определенным причинам, которых она никому не могла раскрыть. Из-за этих же самых причин ее голос разума твердил забыть о Кассе, и жить так, как она должна была жить.
   Однако, когда она уже почти дошла до кафедры, в толпе незнакомых ей студентов она заметила лицо того, о ком думала все утро. Касс стоял рядом с кафедрой, словно поджидая ее. Эли хорошо его знала и начала ругать себя за то, что не предвидела такого его поведения.
   К счастью, откуда не возьмись, появилась Гедиона, дочь мера, с которой Эли хотела видеться еще меньше, чем с Кассом. Она с ней пересекалась однажды в детстве, когда отец Гедионы навещал отца Эли. Хоть они тогда были детьми, уже было ясно, что Гедиона являлась не очень хорошим человеком.
   И все же ее появление дало возможность для Эли спрятаться за поворотом коридора до того, как Касс ее заметил. Девушка стояла на месте, не зная, что ей делать. Еще раз объясняться с ним, и повторить те же слова ей в тот момент казалось невозможно. Чувства, нахлынувшие на нее в момент их встречи, были все еще сильны, и ей нужно было больше времени. Еще на парковке она с трудом не сорвалась, чтобы поцеловать его и отказаться от всего сказканного.
   Она так и стояла за углом, борясь с желанием выйти и показаться Кассу. Но силы разума не было достаточно, чтобы уйти прочь. Она убеждала себя, что нужно остаться, что нужно идти на кафедру, и заодно она могла лишь раз увидеть его, в чем не было ничего плохого. Ведь она не собиралась говорить с ним, лишь увидеть.
   Эли осторожно выглянула из своего укрытия еще раз. Касс в этот момент как раз спорил с Гедионой, с которой, как поняла Эли, у него был конфликт. Она усмехнулась про себя, что даже здесь, вдалеке от дома, на совершенно новом месте, он смог найти, с кем поругаться.
   Наконец ее разум проиграл битву, и она вышла в коридор. Но Касса там уже на было. Мысленно выругавшись на себя за свою слабость и нерешительность, она вошла в деканат, где еще полчаса улаживала все бумажные вопросы.
   Когда Эли вышла оттуда, лекция уже началась. Но идти на нее она не собиралась. Касс явно искал встречи с ней, и этого она допустить не могла. Она чувствовала, что ни к чему хорошему это не приведет, поэтому направилась к выходу из института.
   Выбравшись на улицу, ей полегчало. Немного подумав, она достала сигареты с уролисом и затянулась. Нервы немного успокоились, и она направилась обратно в сторону дома. Она хотела провети там остаток дня, попытавшись наконец решить, чего же она все-таки хочет. Так как у ее соседок в этом время должны были быть пары, она могла расчитывать на полное одиночество, что помогло бы ей в поиске ответа.
   Войдя в квартиру, она сбросила с себя обувь и сумку и прошла прчямо на кухню, чтобы заварить крепкого чая, который всегда помогал ей пр размышлениях. Но тут к своему удвилению она убнаружила за столом все над той же чашкой кофе Лайнею. Девушка вздрогнула, когда Эли вошла на кухню и тут же спросила:
   - Что ты тут делаешь? Разве у тебя не должно быть занятий?
   - Могу спросить тебя о том же?
   Эли пристально посмотрела в глаза Лайнеи, и поняла, что та готова вот-вот расплакаться.
   - Ну что случилсоь, неужели все из-за того придурка, - Эли подошла к подруге и нежно обняла ее.
   - Он не придурок, Эли, - жалобно произнесла Лайнеа, - он такой милый. Вот, посмотри.
   И Лайнеа передала Эли листки, которые отдал ей Касс. На них были стихи Легора, которые он посвятил своей любимой. Эли взяла их, села рядом с Лайнеа и начала их читать.
   - Он любит меня, - произнесла Лайнеа, - иначе бы он не смог написать так прекрасно о своих чувствах.
   Эли действительно оценила стих Легора. Она читала листок за листком, пока не дошла до самой поеслдней строчки.
   - У него действительно талант, - признала Эли.
   - Вот видишь! Я прогнала его... какая же я дура...
   - Успокойся, - улыбнулась Эли, - ты не дура. А эти парни... они всегда готовы писать стихи и сверуть горы, лишь бы добиться нашего расположения. А потом мы им надоедаем, и они бросают нас. Если ты сейчас сдашься, то через месяц он уже забудет про все то, что здесь написал.
   - Не правда, - воскликнула Лайнеа, - Легор не такой.
   - Ты же сама сказала, что он проник в сознание той девушки, чтобы добиться ее. Это же такая мерзость...
   - Я не знаю, что там произошло на самом деле, - возразила Лайнеа, - я даже не дала ему ничего объяснить.
   - Ты не дала наплести ему всякой чуши, которая бы обманула тебя. Так и надо, молодец.
   Эли почувствовала, что убеждает словно не Лайнеу, а саму себя в правильности того, что она делает.
   - Он не такой... и я ошиблась, - уверенно произнесла Лайнеа, - если рассуждать так, как ты, то все парни козлы.
   - Именно так, - подтвердила Эли.
   - Если у тебя был неудачный опыт, это не значит, что у всех так. Хотя, учитывая, как ты рассуждаешь, то он скорее всего просто соврешил ошибку, и не смог ее даже объяснить.
   - Вообще то я знаю, почему он тогда так поступил, - возразила Эли.
   - Подожди, ты сейчас говоришь о ком-то конкретно? - удивилась Лайнеа.
   - Нет, - тут же ответила Эли.
   - Стоп, ты говоришь о том парне, который передал мне эти стихи, с которым ты провела ночь в деревне?
   - Не было такого, - возмутилась Эли.
   - Я жила в соседней комнате, и ты... ты прямо кричала...
   - Оу... - Эли была уверена в том, что ночной визита Касса остался тайной.
   - Так значит он что, бросил тебя или что?
   - Это долгая история, - мрачно произнесла Эли, - дело в том, что по всем обстоятельствам мы с самого начала не должны были быть вместе.
   - Но это произошло.
   - И это было ошибкой. Он оказался очередным козлом, и теперь все кончено.
   - Не похоже, - усмехнулась Лайнеа.
   - Я тебе говорю.
   - И тебе не кажется, что это не правильно? Ты не хочешь вернуть его в свою жизнь?
   - Нет.
   - Если рассуждать как ты, то так и останешься старой одинокой девой, до которой никому нет дела.
   - Ну, такая судьба мне точно не светит, - усмехнулась Эли, - боюсь все будет даже хуже...
   - Я так не хочу... - задумчиво произнесла Лайнеа, - я сейчас же попрошу его встретиться.
   - Что, выйдешь в астрал и отправишь ему сообщение?
   - Нет, - покачала головой Лайнеа, - вдруг он прямо сейчас там? Лушче напишу записку.
   - Старомодно немного, не находишь. Да и вообще лучше не делать этого.
   - Лучше я совершу эту ошибку, чем буду сидеть одна здесь и смотреть на остывший кофе.
   В голосе Лайнеи появилась уверенность, которой Эли раньше не слышала. Поняв, что лучше не продолжать этот разговор, который все равно ни к чему не приведет, она встала и направилась в свою комнату.
   Эли боялась, что Лайнеа ее окончательно убедит поговорить с Кассом, попытаться дать ему шанс все наладить. Этого она не могла допустить, так как понимала, что и так уже находится на грани. Войдя в свою комнату, она уселась за письменный стол, решив поработать над курсовой. Подобные вещи всегда ее хорошо отвлекали от жизненных проблем. Если бы это не помогло, она достала бы новую пачку сигарет, бутылку шендонского коньяка, и попыталась бы забыться на какое-то время. К тому же у нее еще было припрятана пара зарубежных сигар.
   Но не успела она начать чтения материалов, как из ее сумки, с которой она утром ходила на занятия, раздалось тихое "мяу". Эли решила, что ей показалось, и она снова уставилась в книгу, как вдруг это "мяу" повторилось.
   Она встала, и медленно подошла к своей сумке. Та, словно почувствовав ее приближение, шевельнулась. Эли вздрогнула, но, взяв себя в руки, села рядом с сумкой и открыла ее.
   Из сумки тут же выскочил серый котенок, который начал осторожно осматриваться и принюхиваться.
   - Это что еще такое? - удивленно произнесла Эли.
   Котенок уставился на Эли, словно знал ее, полче чего издал недовольное:
   - Мяу!
   - Ты откуда здесь? - улыбнулась Эли, и взяла котенка на руки.
   Неожиданно он начала ругаться, быстро повторяя "мя-мя-мя", и попытался поцарапать ее своими тонкими, еще тупыми коготочками.
   - Ах, ты засранка! - Эли взяла котенка за шкирку, и тот повис, шевеля лапками в воздухе.
   - И чье же ты такое чудо?
   В этот момент на котенке появился ошейник, к которому была прикреплена записка. Эли сняла ее и развернула. Там было написано.
   "Если вы нашли этого котенка, то прошу его вернуть владельцу, то бишь мне, Кассу, по указанному ниже адресу" Ниже был адрес одного из корпусов общежития студгородка.
   - Так это он тебя подослал? - строго спросила Эли.
   Котенок на это фыркнул и покачал своей небольшой головой.
   - То есть сама пришла?
   - Мяу!
   На мгновение Эли показалось, что котенок действительно с ней разговаривает и отвечает на ее вопросы, но она тут же откинула эту мысль. Кошки потеряли способность общаться с магами много тысяч лет назад, и ничто не предвещало того, что она к ним вернется.
   - Ладно, придется тебя вернуть, - сказала Эли, и тут осознала, что ей все-таки придется встретиться с Кассом.
   Она вышла из комнаты, держа котенка на руках, и чуть не столкнулась с Лайнеа, которая шла в свою комнату.
   - Ой, откуда такая прелесть? - изумленно спросила девушка, увидев серый комок шерсти.
   - Не знаю, видимо, эта засранка пробралась ко мне в сумку в институте.
   - Ты же понимаешь, что это звучит немного безумно? - Лайнеа пристально посомтрела на Эли.
   - Да, а еще безумнее то, что это котенок того самого парня...
   - Может он подсунул его тебе? Или телепортировал?
   - Не знаю, но я должна ее вернуть.
   - То есть, ты идешь к ним в квартиру? - обрадовалась Лайнеа.
   - Да, - ответила Эли.
   - Тогда передай это Легору, - Лайнеа протянула Эли листок бумаги, который практически полностью был исписан ее тонким мелким аккуратным подчерком.
   Эли посмотрела на все это и спросила:
   - А ты не думала книги писать?
   - Нет, - ответила та, сияя улыбкой, - но теперь подумаю.
  

Глава сорок третья. Возвращение к нормальности.

   Оставшийся день прошел у Онеи довольно обычно. Они с Ризой покинули кабинеты, где хранились проекты для конкурса и вышли из второго корпуса, встретив по пути шедшего обратно охраника. Тот не обратил на них ни малейшего внимания, даже не допустив мысли, что эти две милые девушки могли обмануть его и проникнуть в помещение, которое он охранял.
   Оказавшись на улице, Онея и Риза направились в сторону библиотеки, чтобы найти Инеру. Та ждала их возле стелажей с книгами у самого входа в библиотеку, задумчиво изучая названия книг, которые там стояли.
   - Ты совсем что ли? - рассмеявшись при виде все еще бледной Инеры, спросила Риза, - как пройти в библиотеку? Серьезно?
   - А что мне было сказать? - растерянно спросила Инера, - я впервые так вот кого-то обманывала...
   - Значит, своего мужа ты никогда не обманываешь? - удивленно спросила Риза.
   - Оставь это, - остановила Онея, - Инерочка у нас честная порядочная жена, так что нечего на нее напирать.
   - Да уж, не удивительно, что тебе так скучно в семейной жизни, - усменулась Риза.
   - Мне не скучно, - возразила Инера, - просто иногда нечем заняться. Как у вас все прошло?
   - Нашли на проекте Гедионы странные инициалы, - ответила Онея, - Р. Д. Тебе ни о чем это не говорит?
   - Нет, - покачала головой Инера, - а вам?
   - Тоже, - ответила грустно Риза.
   - Кем бы он ни был, именно он сделал для Гедионы этот проект, - уверенно произнесла Онея, - так что нужно его найти. Вдруг удастся его или ее убедить во всем признаться.
   - И как вы планируете искать? - спросила Инера, - мало ли у нас в столице архитекторов, у которых имена начинаются на Р. Д.?
   - Придется составить список всех и с каждым поговорить, - мрачно сделала вывод Онея.
   - Ты не успеешь, - заметила Риза, - в пятницу объявление результатов, к этому моменту нужно будет снять проект Гдеионы с участия в конкурсе. Иначе можно даже не пытаться. Никто не будет поднимать шумиху и проводить повторно конкурс, слишком плохо для репутации университета.
   - Я это понимаю, - согласилась Онея, - сегодня вечером найду в астрале всех, кто мог бы сделать этот проект с такими инициалами, и завтра начную их обходить.
   - Жестко... - заметила Инера.
   - Что поделать, - отмахнулась Онея, - это того стоит.
   После этого разговора они отправились на следующую пару. Лекции прошли без инцидентов. Даже Гедиона сидела спокойно, и никак не пыталась подколоть Онею. Это лишь еще больше заставило Онею насторожиться. Гедиона знала, что приготовила нечто крупное, и больше не искала мелких стычек с Онеей. Онея же не подавала виду, что уже близка к ее разоблачению. Ей нужно было лишь найти автора проекта, и тогда все было бы кончено для Гедионы. Но Инера была права. Архитекторов в столице было великое множество, и каждый, в общем то, мог сделать тот проект.
   Когда пары, наконец, закончились, Онея направилась домой, попрощавшись с подругами. Она бросила прощальный взгляд на Гедиону, и та, Онея была готова поклясться, довольно умехнулась, заметив этот взгляд.
   Оказавшись дома, уставшая и немного измотанная, Онея обнаружила там довольно привычную картину. На кухне сидел Легор, одевший на себя свой астральный венец. Он размахивал перед собой руками, словно дрался с кем-то. Это означало лишь то, что он вренулся к своим онлайн играм.
   Онея облегченно вздохнула при виде этого, так как ожидала застать Легора, Касса и Анреа пьющими, как это было всю последнюю неделю. Через минуту из их комнаты вышел Анреа, который услышал звук хлопнувшей двери.
   - Привет, родная, - сказал он, подойдя и поцеловав ее.
   - Я смотрю, жизнь у нас налаживается, - заметила Онея, - Легор снова сидит в своих игрушках.
   - Я все слышу, между прочим, - отозвался Легор, на нося воздуху очередной удар.
   - Тогда я рада видеть тебя в трезвом виде.
   - Я снова не пью в одинчку, а Касс и Анреа байкотривовали мое предложение выпить.
   - Ты у меня больше не пьешь, мой хороший, - нежно спросила Онея, почесав длинные волосы Анреа.
   - Нет, солнце мое, - отвтеил тот, довольно зажмурившись, - ну, эту гадость.
   - Молодец, люблю тебя, - и они снова поцеловались.
   - Ребят, хоть я и не вижу, что у вас там происходит, может все-таки уединитесь?
   - Непременно, - отозвалась Онея, - только скажи мне, где Касс?
   - Заперся у себя, - ответил Легор, - весь день из своей комнаты не выходил.
   - Хм... - Онея посмотрела на дверь в комнату Касса.
   Высвободившись из объятий Анреа, она подошла к ней и прислушалась, пытаясь услышать, что за ней просходит. Но там царила тишина, и ничто не говорило о том, что Касс находится в своей комнате. Немного подумав, она все-таки постучала.
   - Входи, Онея, - отозвался тут же Касс.
   Онея приоткрыла дверь, и вошла в комнату. С ее последнего визита сюда, бардак здесь стал еще хуже, да прибавлась пара картин, который стояли рядом с остальными. Касс как обычно, стоял возле мольберта, с кистью в руках, погруженный в глубокую задумчивость.
   - Ты как тут? - спросила она.
   Онея переживала за своего дядю, так как чувствовала, что встреча с Эли его надломила. С первого взгляда казалось, что ему все-равно, и что он может справиться со всем этим, но Онея слишком хорошо его знала и замечала небольшие признаки того, что он на грани того состояния, когда парни уходят в запой, как это было с Легором, и повторения этой истории ей крайне хотелось.
   - Да понемногу, - ответил Касс, сделав пару мазков.
   Онея подошла к его работе и увидела, что это был портрет очень красивой девушки с каштановыми волосами.
   - Это она? - српосила Онея.
   - Да, во всей своей красе... жаль только, не настоящая.
   - Ты же ведь сегодня не делал никаких глупостей?
   - Не совсем, - признался Касс.
   - То есть?
   - Я стоял возле ее кафедры и ждал, когда она пройдет мимо? Это же ведь не глупость?
   - Нет, - покачала головой Онея, - это скорее приследование. И звучит немного жутко.
   - Да, я сам так думаю. В общем, я решил оставить все это и заниматься тем, чем должен заниматься. Выставка скоро. Заклинание я так и не освоил, но если я наделаю работ побольше, то мало кто сможет отличить работы от руки и работы от заклинания.
   - Хочешь всех надуть?
   - Да, - признался Касс, - а что мне еще остается. Я без понятия, когда смогу освоить это заклинание. И надееться, что я влюблюсь, и это будет взаимно в ближайшие четыре дня немного наивно. А выставку отменить нельзя.
   - Тебе нужна помощь?
   - Пока нет, но в скором времени может понадобиться, - отвтеил Касс, - тут слишком много работ, а их еще оформлять и перетаскивать в выставочный зал...
   - Я имела ввиду другую помощь. Если хочешь поговорить...
   - Нет, у меня тут где-то должен бегать прекрасный серый пушистый собеседник. Правда, сегодня она на меня обиделась и спряталась под кроватью, и теперь не вылезает. Так что можешь не переживать, я тут не один.
   - Ну, если что, зови.
   - Непременно, - Касс наконец-то оторвался от своей картины, посомтрел на Онею и улыбнулся.
   Вид у него был немного бледный, и Онее даже показалось, что он немного осунулся.
   - Ты сегодня что-нибудь ел? - пристально посмотрев на Касса спросила Онея.
   - Кофе утром считается? - спросил на это Касс.
   - Так, ладно, отвлекись от своей работы и пошли на кухню. Пообедаем.
   Касс хотел было отказаться, но решительный вид Онеи дал ему понять, что никакие его отговорки не пройдут.
   - Ладно, мамочка, - сказал он, бросив кисточку на палитру и подняв руки в знак того, что он сдается и не будет сопротивляться.
   - Отлично.
   Они вышли в коридор и прошли на кухню, где уже сидели Анреа и Легор. Легор рассуждал о своей игре, а Анреа слушал его в пол уха, поглядывая на плиту, где уже разогревал обед на большой сковородке. По воздуху уже начал разноситься манящий запах макарон и свинины, обжаренных с луком и пряностями. Как только Касс почувствовал этот запах, он осознал, что действительно очень проголодался.
   - Помнимаете, это вообще уникальная вещь, - говорил Легор, - ты живешь в большом городе, ни у тебя, и вобоще ни у кого нет магии и по истории игры она вообще считается мифом. И тут начинают появлться из ниоткуда всякие монстры, которых породила наука, и с ними нужно сражаться.
   - Без магии, - усмехнулся Анреа.
   - Именно, - подтвердил Легор, - ты являешься просто... человеком, так они это назвали. Все, что у тебя есть - винтовка. И с помощью нее ты сражаешься, поднимаешь уровень. На сороковом можно даже купить машину.
   - Какой толк от машины, если нет магии, которая заставляет ее двигаться, - усмехнулся Касс, поняв наконец, о чем идет речь.
   - Не слушай его, - буркнула Онея, проверив, как там их обед, - он уже очень давно играет в эту дурацкую игру, и сечас способен любого убедить в том, что она потрясающая.
   - Но она такая. А ездит машина на топливе. И, если вы не в курсе, сейчас в западных странах уже появились ученые, которые создали такое топливо. Мы закупаем у них машины, и только после этого заговариваем, чтобы они могли ездить без топлива.
   - Топливо, которое отравляет воздух. Эта инновация не прокатит, - покачал головой Анреа, - они уже сворачивают производство, на сколько я слышал. Возвращаются к заклинаниям.
   - Можете говорить все что угодно, -усмехнулся Легор, - но это классная штука.
   - Единственное, что из всего этого мне нравилось, - отвтеил Андреа, - была игра, где маги разбивались на команды и бегали с этими винтовкам на карте друг против друга. Вот это вообще на уровне астрального спорта на самом деле.
   - Народ, какой ерундой вы занимаетесь, - мрачно произнес Касс.
   - Ну не всем же торчать за рисованием выдающихся полотен, как ты, - усмехнулся Анреа, - хотя я на самом деле уже пару лет как отошел от всего этого.
   - Лучше помоги накрыть на стол, - сказала Онея, погладив Анреа по спине.
   - Конечно, - Анреа тут же вскочил со своего места, октрыл буфет, и начал доставать тарелки, ложки и вилки.
   Через пару минут на против каждого на столе стояла тарелка, наполненная жирными обжаренными макаронами, перемешанными с кусочками розового прожаренного свиного мяса. Увидев все это великолепие, у Касса потекли слюни, и его желудок словно завопил от возмущения, что его до сих пор не накормили.
   - Всем прятного аппетита! - громко пожелала Онея, и услышала в ответ држный хор:
   - Приятного аппетита.
   Но не успели они приняться за еду, как вдруг в их дверь позвонили.
   - Эвила что ли ключи забыла, - задумчиво произнесла Онея, - она в последнее время совсем растерянной стала.
   - Это потому что тебе уже пора бы рассказать ей и Юнеи, что ты над ними пошутила в деревне, - заметил Касс.
   - Еще рано, говорю тебе, - отмахнулась Онея, - Юнея то спокойно ко всему относится, а вот Эвила еще отожгет на эту тему, поверь мне.
   Пока она говорила это Анреа встал из-за стола и прошел в прихожую, чтобы открыть дверь. Через минуту он вернулся обратно в сопровождении еще одного человека. Касс и Онея замерли в изумлении, так как рядом с Анреа стояла Эли.
  

Глава сорок четвертая. Примирение.

   - Всем привет, - немного растерянно произнесла Эли, осматривая всех присутствующих в кухне.
   Ее взгляд проскользил миом Легора, перейдя на Онею, и затем на Касса, который как раз сидел рядом с ней. На нем ее глаза и остановились. Точно так же и он смотрел на нее. Они оба не знали, как регировать.
   - Привет, - отозвались Онея и Легор.
   Повисло молчание, хотя Эли и Касс этого не замечали. А вот Легор, Онея и Андреа понимали, что наступил момент неловкости, и каждый из них понимал, что они лишние сейчас в этой комнате. Первой решилась нарушить молчание Онея.
   - Ты, видимо, Эли? - спросила она.
   - Да, - Эли наконец оторвала взгляд от Касса и посомтрела на Онею, - я хотела бы увидеть Легора.
   - О, это я! - радостно произнес Легор, который не мог больше молчать.
   - Моя подруга, которую ты наверняка помнишь, просила передать тебе это.
   Эли достала из сумки литски бумаги, которые ей отдала Лайнеа. Легор сразу понял, о ком идет речь, поэтому выхватил это письмо из рук Эли так, что чуть не порвал бумагу, подорвался с места и в мгновение ока скрылся в своей комнате.
   - Это все, зачем ты пришла? - немнорго разочаровано спросил Касс.
   - Нет, - Эли понадобилось мужество, чтобы снова посомтреть на него.
   Девушка снова засунула руку в свою сумку, и извлекла отуда серый комок шерсти, который недовольно замяукал. Онея, Анреа и Касс с удвилением посомтрели на котенка, который должен был находить в квартире.
   - Серая бестия, - выругался Касс, - как ты только улизнула.
   Он взячл котенка на руки, и тот тут же уютно устроился, сделав невиновный вид, чтобы не влетело от хозяина, что и сработало. Касс, который хотел дать котенку по заднице за проказы, не смог сделать этого, услышав громкое довольное урчание.
   - Нам нужно поговорить, - слабо произнесла Эли.
   - Ты права, - признал Касс.
   Он встал и прошел к своей комнате. Эли последовала за ним. Онея и Анреа оставалось лишь наблюдать за происходящим, пока те не скрылись в комнате Касса.
   Оказавшись у себя, Касс тут же отпустил котенка, и тот моментально устроился на его кресла возле рабочего стола, сделав вид, что все это время это было его место, и Касс лишь изредка на нем сидел с кошачьего разрешения.
   - Значит, делаешь вид, что не подкидывал мне котенка, - спросила Эли, как только дверь закрылась.
   - Нет, а когда я мог это сделать, если мы сегодня вообще не виделись? - немного грубо отвтеил Касс.
   - А как же тот момент, когда ты поджидал меня возле моей кафедры, или скажешь, что ты там случайно оказался?
   - Так ты видела меня там? - удивился Касс.
   - Да.
   - Тогда почему не подошла?
   - Ты знаешь почему.
   - Не хочешь меня видеть? Я же уже извинился. Что мне сделать, чтобы заслужить твоего прощения?
   - Дело не в этом, - воскликнула Эли, - ты был прав, когда ушел тогда. Мы не можем быть вместе, и для этого есть очень много причин, и не только из-за тебя.
   - Да, я так думал раньше. И теперь я понимаю, что ошибался. И. поверь, я знаю, о чем ты говоришь. И мне плевать на то, что нам мешает.
   - Если бы ты понимал, то так бы не гвоорил, - возразила Эли, - у меня есть обязанности.
   - Как и у меня, и мои ничуть не меньше твоих.
   - Мой отец...
   - Да, твой отец обязал тебя к тяжелой жизни, когда не смог заделать сына. Но это не значит, что ты не можешь быть со мной. Я же ведь не кто-то там, я... ну...
   Эли удвиленно уставилась на Касса. Она не могла поверить в то, что он догадался. На какое-то мгновение, она решила, что он все-таки ошибся. И тут она осознал, что это все не важно. Ей не нужно было знать, кто он, и ему не нужно было знать правду о ней.
   - Ты действительно жалел о том, что сделал все это время? -спрсоила она.
   - Да, - отвтеил Касс, который был рад тому, что ему не нужно объяснять, кем он является, и что ему предстоит.
   - Нам будет тяжело, временами очень, - сказала Эли, - ты можешь это понять?
   - Так будет в любом случае, - отвтеил Касс, - с кем бы мы не были. Так что лучше, если мы будем вместе и будем поддерживать друг друга.
   И тут Эли заметила, что было изображено на последней каритне Касса, которая все еще стояла на мольберте. Она медленно подошла к своему портрету. Он был сделан с такой нежностью, и такой глубной, какой она раньше не чувствовала в его работах. Лицо уже было закончено полностью, и лишь окружение, одежда и украшения небыли даже намечены.
   - Это прекрасно, - невольно произнесла она.
   - Не так прекрасно, как оригинал, - отвтеил Касс, обняв ее сзади.
   Она повернулась к нему лицом, и поняла, что все это действительно было неизбежно. Тоже самое чувствовал и Касс. Он поцеловал ее, и уже хател стянуть с нее футболку, как вдруг с его рабочего кресло раздалось громкое шипение.
   Они оба вздрогнули и посмотрели на источник этого звука. Котенок, который до этого спокойно лежал на кресле, вскачил на дыбы и зашипел. Увидев, что внимание удалось привлечь, котнек начал ругаться, издавая свое: "мя-мя-мя", словно отчитывал за то, что они не убедились, что находятся действительно наедине. Затем котенок спрыгнул с кресла, подбежал к двери и мяукнул на нее. Дверь словно по заклинанию открылась, и котенок выбежал вон, после чего дверь снова закрылась.
   Эли и Касс с изулением наблюдали за свем этим.
   - Где ты нашел ее? - спросила Эли.
   - Долгая история, скажу лишь, что раньше она была пивной бутылкой.
   - Характер явно передался от тебя, такой же скверный, - заметила Эли.
   - Зато у меня есть другие достоинства, которые компенсируют этот недостаток.
   - Согласна, - и в этот момент Эли сама впилась ему в губы и повалила на кровать, срывая при этом рубашку...
  

Глава сорок пятая. Поиски Р. Д.

   Онея и Анреа так и остались в измулении от всего происходящего. Еще пару минут они так и сидели в тишине, пока, наконец, Онея не повернулась к своей тарелке со словами:
   - Давай ка обедать, а то скоро все остынет.
   - Да уж... - задумчиво согласился Анреа.
   Он взял вилку, немного помешал макароны со свининой, после чего произнес:
   - Вот ведь маги, не могут нормально жить.
   - И не говори, - согласилась Онея, - только нервы друг другу мотают.
   Анреа пристально посмотрел на Онею, и та рассмеялась.
   - Ну, я же ведь над тобой не совсем уж издеваюсь, так, лишь иногда вношу разнообразие в нашу жизнь. А то мы бы стали к Инера с ее мужем.
   - Ну, вообще да, - согласился Анреа, - в такую крайность не стоит впадать.
   Они приступили к еде, но тишина и покой их ужина были практически сразу же нарушены. Из комнаты Легора раздался торжествующий крик, после чего он сам буквально ворвался в кухню, чуть не снеся две табуретки. Он не мог ничего объяснить, лишь прыгал на месте от радости и тряс в руке литсками бумаги, которые ему принесли.
   - Успокойся и рассказывай, что случилось, - немного раздраженно произнесла Онея, которая хотела уже спокойно поесть наконец.
   - Она назначила мне свидание, - наконец выговорил Легор.
   - Кто? - не понял Анреа.
   - Лайнеа, кто же еще? - немного обиженно ответил Легор, решив, что его друзья вообще не следят за тем, что он им рассказывает.
   - Поздравляю, - ответила на это Онея, - и когда оно?
   - Через час, - тожественно произнес Легор.
   - Тогда садись, доедай свой ужин, и иди к ней. И на сей раз не оплошай, - строго произнесла Онея.
   Она понимала, что если на сей раз Легор ошибется, то их ждет неделя а то и две еще более жестких истерик и запоя, чего она никак не хотела. Легор же вообще не обратил внимание на ее тон. Однако он послушно сел на свое место и начал доедать обед.
   Они уже решили, что уже ничто не сможет помешать им, когда вдруг из комнаты Касса раздалось дикое животное шипение. Сидевшие за столом сделали вид, что ничего не слышали, и продолжили обедать, однако после этого раздолось громкое возмущенное "мяу", дверь в комнату Касса приоткрылась, и из нее выбежал его котенок. После этого дверь закрылась. Котенок же осмотрелся по сторонам, фыркнул пару раз, после чего прошел с гордо поднятым хвостом на кухню и запрыгнул на то место, где сидел Касс.
   - О, бутылочный котенок, - усмехнулся Легор.
   Однако его улыбка исчезла, как только котенок уставился хищным взором на него, дав понять, что лучше не шутить на эту тему.
   - А мне она нравится, - весело заметила Онея, погладив котенка и почесав ему за ушком, - тебя покормить, милаха?
   - Мяу, - услашала она в ответ.
   - Что ж, раз уж твой хозяин явно не собирается есть, то пару кусков его свинины можно отдать тебе.
   Онея выбрала несколько кусков мяса из тарлеки Касса и положила их на стул рядом с котенком. Тот тут же, довольно причмокивая, набросился на них. Мясо исчезло со скоростью света, и лишь два больших зеленых глаза снова уставились на Онею.
   - Какая ты прожорливая, - усмехнулась Онея, и подложила еще пару кусочков, за которые принялся котенок.
   - А мне вот интересно, что она там такого увидела, что вышла из комнаты, - заметил Легор.
   - Там Касс с Эли, - отвтеил Анреа.
   - То есть, подруга Лайнеи не ушла, - удивлся Легор.
   - Нет, - ответила Онея, - и она скорее пришла к Кассу, нежели ради того, чтобы отдать тебе письмо.
   - Я не понял, они знакомы что ли? - спросил Анреа.
   - Они жили вместе почти год, - ответила Онея, - а потом расстались.
   - Ого... - присвистнул Легор, - так они там что, типа воссоединяются?
   - Наверное, не знаю, - пожала плечами Онея.
   Но тут из комнаты Касса начали доноситься характерные звуки, и они услышали неразборчивый голос Эли. Все трое замолчали, и даже котенок на мгновение перестал чавкать.
   - Видимо воссоединение прошло успешно, - заключил Легор.
   - Могли бы вести себя и по тише, - заметила Онея.
   - Кто бы говорил, - буркнул Легор, почле чего котенок издал подтвердительное "мя", снова вернувшись к последнему кусочку мяса.
   - А ты, серая, вообще бы молчала, - обиженно заметила Онея, - больше не будет тебе вкусного масца.
   Котенок, который как раз прикончил последний кусок, развалился на стуле. Дав понять, что ему больше, в общем-то, ничего и не нужно. Онея строго посморела на него и сказала:
   - Больше не проси у меня ничего.
   Но котенок сделал вид, будто не слышал ее.
   - Так, ладно, - засуетился Легор, очистив свою тарелку, - я все, мне пора. Буду поздно, если вообще приду.
   С этими словами он вскочил со стула и бросился в прихожую, надев кросовки и натянув на себя ветровку. В следующее мгновение он уже вышел из квартиры, и его шаги разнеслись в общем коридоре.
   - Вот свинья, - злобно заметила Онея.
   - Ты чего? - удивился Анреа.
   - Ушел, а тарелку бросил, - она встала, дотянулась через весь стол за тарелкой Легора, на которой осталась лишь вилка, и переложила ее в раковину, - сегодня он моет посуду, при чем руками. Иначе он у меня будет мучаться от заклинания ожирения.
   - Справедливо, - согласился Анреа, - слушай, а пока в квартире никого нет, а Касс занят...
   - Не сейчас. Мне еще нужно много чего сделать.
   Онея знала, чего хочет Анреа, но ей нужно было разобраться в том, кто же все-таки автор проекта Гедионы. Она не могла позволить себе проиграть из-за того, что кто-то жульничает, поэтому была готова идти до конца и посвятить этому вопросу все свое свободное время.
   - Ладно, - пожал полечами Андреа, который понял, что Онея чем-то озадачена.
   Он не стал выпытывать из нее, что происходит, так как знал, что это ее лишь разозлит, и, если ей понадобится его помощь, она сам о ней попросит. Он лишь встал из-за стола, убрав свою грязную тарелку в раковину, и пошел в их комнату, чтобы сделать кое-что по работе.
   Онея же закончила свой обед почти в тишине, хотя звуки из комнаты Касса немного и подпортили ей аппетит. Затем, собравшись с духом, она надела на себя перстень, который использовала для связи с астралом, и вошла в него.
   Онея увидела вокруг себя бесконечное пространством, в котором она парила. Где-то в далеке мерцали небольшие облачка разных цветов, но они были не очень яркие, образуя единую туманность, перетекая друг в друга.
   Немного подумав, девушка произнесла мысленно заклинание поиска, в конце добавив фразу : "Архитекторы Иреи Р. Д.". После этого она почувствовала, что начала лететь, и скорость этого полета все увеличивалась. Где-то впереди нее несколько полу-прозрачных облаков начали двигаться ей навстречу, отделяясь от других и соединяясь в свое собственное пространство.
   Наконец Онея оказалась напротив этих облачков, которые выстроились друг под другом. Каждое из них было подписано. На первом красовалась надпсиь "Архитектурный дом Денрона. Рандож Дерон". Она нырнула в облако и оказалась в уютном, но просто обаставленном кабинете. В центре стоял стол, по обе стороны которого располагались удобные кресла. По всем четырем стенам стояли книжные стеллажи, полки которые так же были подписаны. Онея подошла к ним и выбрала полку с подписью "реализованные проекты". С нее она взяла один из журналов и начала рассматривать проект дома и его фотографии в уже реализованном виде. Ничего общего с тем великолепием, которое она видела на проекте Гедионы там не обнружилось. Здание было довольно посредственным и скучным. Онея просмотрела еще несколько таких же журналов, но стало ясно, что автор этих проектов никак не мог сделать работу Гедионы.
   Тогда Онея прыгнула вверх и оказалась снова напротив облачков. Она сделал жест рукой, и то облако, в котором только что побывала, отлетело в сторону. Немного подумав, Онея хотела прыгнуть уже в следующее облачко, как друг услышала звуки, которые шли не из астрала.
   Открыв глаза, Онея увидела, что все еще находится у себя на кухни. Только теперь дверь в комнату Касс была открыта, а он сам с Эли стояли в прихожей. Онея встала и прошла к ним.
   - Что, уже уходишь? - спросила Онея у Эли.
   - Да, - ответила ей девушка, немного покраснев и с задорной улыбкой.
   - Тогда до встречи?
   - Да уж, - ответила Эли.
   - Скорее всего, видеться теперь будете намного чаще, - добавил Касс.
   - Ну, тогда ведите себя потише, - мягко намекнула Онея.
   Эли раскраснелась еще больше, а Касс лишь с ехидной улыбкой отвтеил:
   - Кто бы говорил.
   После этого он поцеловал Эли, и они распрощались. Эли вышла из квартиры, и Касс закрыл за ней дверь.
   - Значит, теперь у тебя все хорошо? - спросила с улыбкой Онея.
   - Просто замечательно, - ответил Касс.
   - Что ж... рада за тебя, - и Онея вернулась обратно на кухню, собираясь продолжить свои поиски.
   Но Касс прошел за ней, почувствовав, что его племяницу что-то беспокоит.
   - Что случилось? - спросил Касс.
   Онея пристально посмотрела на него, желая дать понять, что лучше ему не лезть, но тут она поняла, что ей необходимо просто с кем-то поговорить о происходящем.
   - Сегодня я проникла в комнату, где хранятся проекты для конкурса, и видела проект Гедионы.
   - Хм, и что же? Ты его порвала?
   - Нет, - усмехнулась Онея, - хотя теперь эта идея мне кажется очень хорошей. Я нашла на проекте спрятанные инициалы. Не Гедиона его делала, и это теперь известно точно. Но чтобы это доказать, нужно найти настоящего автора, а это все равно что иголку в стоге сена искать. Одних инициалов малова то.
   - Правда? - Онея увидела, что Касс заинтересовался этим гораздо больше, чем она расчитывала.
   - Да. Я вот сейчас ищу в астрале архитектора, который мог бы сделать этот проект.
   - И зачем практикующему архитектору рисковать и ввязываться во все это? - спросил Касс, - ведь для него это большой риск. Он может опозориться на свю оставшуюся жизнь, а Гедиона вряд ли может заплатить столько, сколько стоит подобный риск.
   - Ты только что разрушил мою лучшую догадку и теперь я не знаю, где искать... спасибо, - не очень довольно произнесла Онея.
   - Подожди, лучше скажи, какие были нициалы, - остановил ее недовольство Касс.
   - Р. Д., - овтетила Онея.
   - Ты уверена? - неожиданно радостно уточнил Касс.
   - Да, - неуверенно произнесла Онея.
   - Это же замечательно!
   - Ты что, знаешь, кто сделал этот проект?
   - Он был хорош? Этот проект?
   - Да, просто изумителен, - признала Онея, - даже я позавидовала.
   - Тогда да, я знаю, кто его сделал, - радостно отвтеил Касс.
   - Может, поделишься?
   - Не стоит, - покачал головой Касс, вызвав раздрадение у Онеи.
   - Почему же?
   - Потому что тебе лучше дальше не вмешиваться в это. Будет не очень хорошо выглядеть, если один из участников такого важного конкурса пытается оклеветать другого, а выглядеть это будет именно так. Лучше я все сделаю, особенно учитыая, что у меня есть и человек для этого.
   - У тебя?
   - Да... - Касс понял, что его слова звучат не очень убедительно для Онея, - слушай, ты же мне доверяешь?
   - Ну да, - признала Онея.
   - Тогда просто позволь мне с этим разобраться. Все будет в лучшем виде, и этот проект точно не примет участия в конкурсе. Победы, правда, я тебе не гарнтирую, но обещаю честную игру.
   - Мне большего и не надо, - согласилась Онея.
   - Отлично!
  

Глава сорок шестая. Кошмар на студенческой улице.

  
   Вся следующая неделю для обитателей большой студенческой квартиры была наполнена счастьем и покоем. Онея не могла вспомнить, когда в последний раз дела шли так хорошо.
   Касс и Эли практически все время проводили вместе. Им приходилось расставаться лишь на время занятий, которые Эли никак не собиралась пропускать. Вообще Эли очень удивляла Онею. Эта девушка сочетала в себе столько совершенно противоположных сторон и качеств, что просто не верилось, что она вообще существует. И в то же время Онее казалось, что они очень похожи.
   Эли любила тяжелую музыку, как и Касс, и как и он, всегда была готова что-нибудь устроить. Она постоянно приходила к нему после лекций, и они начинали придумывать, чем бы безумным и интересным заняться. И ее варианты ничем не уступали его. Ну, а если им не удавалось сойтись во мнении, как провести вечер, то они просто оставались в комнате Касса, и тогда остальным жителям квартиры приходилось затыкать уши.
   При всем этом Эли была очень увлечена учебой. Как потом узнала Онея, у Эли это было далеко не первое высшее образование. Она закончила экстерном еще несколько крупных институтов, при чем соврешенно по разным направлениям. Она знала и политологию, и юриспруденцию, и историю, и вот теперь изучала искусство. Любому другому магу все это показалось бы странным, но Касс восхищался ее увлеченностью, и это делало их еще более замечательной парой. Пока она сидела на занятиях, Касс не выползал из своей комнаты и занимался живлписью. Онея несколько раз пыталась войти к нему в комнату во время его работы, но он даже не позволял ей приоткрыть дверь, держа все в абсолютной тайне. Онея понимала, что он готовится к выставке, которая должна была открыться на выходных, поэтому после нескольких попыток посмотреть, как у него дела, перестала ему мешать.
   Наряду с тем, что Касс перестал страдать из-за своего одиночества, Легор тоже ожил и пришел в себя. На удивления Касса, Онеи и Анреа, он все-таки не испортил свою встречу с Лайнеей. Она позволила ему все объяснить, и во преки всему, он рассказал ей всю правду, решив, что так будет правильнее всего. И Лайнеа поверила ему. Так что Легор, вместо того, чтобы продолжать пить и играть в онлайн игры, вернулся к нормальной жизни.
   Он снова начал ходить на лекции, и на перерывах между ними все время находил возможность встретиться с любимой. После занятий они шли куда-нибудь гулять. Лайнеа все еще не очень хорошо знала столицу, поэтому Легор показывал ей самые интересные места, либо водил ее туда, где ему самому очень нравилось.
   Онея была рада возвращаться домой и не заставать больше своих сожителей сидящих в дыме от уролиса и в обмнимку с бутылками эсдорского ликера, запас которых все еще не кончился с первого дня пребывания Касса в столице. Касс их даже убрал куда-то далеко и больше не вспоминал о них. Так же он припрятал свой запас, который он увез из деревни.
   Лишь Эвила и Юнеа вели себя немного странно, так как Онея все еще не раскрыла им свою шутку. Точнее, Юнеа относилась ко всему более-менее спокойно, из-за чего Касс в итоге пришел к выводу, что у нее уже была девушка. Когда они пересекались, он обязательно спрашивал Юнею об этом, чем вызвал еще большую агрессию с ее стороны. Она начала игнорировать его существование, хоть это и не особо опечалило Касса.
   А вот Эвила наоборот, дошла до того, что пыталась перебраться в другую комнату, больше не собираясь делить ее с подругой. Она избегала встречь с Юнеей, и та ей в этом не мешала.
   - Тебе не кажется, что это перестает быть смешным, - спросил как-то Анреа, вернувшись после длинного дня на учебе и работе.
   - Пока что нет, - покачала головой Онея, наблюдая за тем, как Эвила сидит в противоположном конце комнаты от Юнеи.
   - А вот мне кажется, что пора все рассказать.
   - Нужно еще подождать, - не уступала Онея, - самое смешное еще впереди.
   - Откуда ты знаешь?
   - Я знаю своих подруг, - улыбнулась Онея, посмотрев на Эвилу.
   Если не считать этих моментов неловкости двух подруг, у Онеи в доме царил покой. Они даже вместе ходили в кино. Эли, Касс, Легор, Лайнеа, Анреа и Онея под предводительством последней два вечера подряд проводили в кинотеатре, посмотрев сначала простенькую, но милоую романтическую комедию, а затем сходив на очередную часть триллера про маньяка потрошителя, который убивал самыми страшными заклинаниями, играя со своим жертвами в изощренную психологическую игру.
   Последний фильм не очень понравился Легору и Лайнеи, поэтому следующий вечер они снова провели, разбившись на свои пары. Это был как раз вечер пятницы. Онея и Анреа решили никуда не ходить, и немного посидеть дома, чтобы прийти в себя перед большим событием. На следующий день они должны были идти на октрытие выставки, на которой так же должны были объявить результаты конкурса, в котором участвовала Онея. И этот момент не давал ей покоя. Всю неделю она не спрашивала Касса о том, как проходит его план по разоблачению Гедионы. Так же она ничего не слышала о том, чтобы кого-то сняли с конкурса или чтобы было выявленно какое-либо нарушение среди участников.
   Анреа, сидя рядом и уставившись в экран, на котором они как раз сомтрели первые части триллера, заметил, что его любимая о чем-то задумалась.
   - Ты как? - спросил он.
   - Все в порядке, - тихо ответила Онея, но Анреа понял, что она его обманывает.
   - Я могу чем-то помочь?
   - Просто Гедиона все еще участник конкурса. Сегодня она сидела на лекции с таким довольным видом, словно результаты уже объявили, и она уже получила главный приз.
   - Касс же сказал вроде, что может с этим разобраться.
   - Да, но после того разговора в понедельник мы об этом больше не говорили.
   - Хочешь, я тоже что-нибудь придумаю.
   - Что? Для начала нужно хотя бы знать, кто именно сделал проект для Гдеионы, а это выяснить не так просто, я уже пробовала.
   - Может тогда узнаем, как продвигаются дела у Касса?
   - Он сейчас занят, и мне не хотелось бы его отвлекать.
   - Ты так говоришь всю неделю, хотя они лишь рисует. Я понимаю, если бы он рисовал для завтрашней выставки, но ведь он просто ставит свои картины на пол и рисует дальше, вновь и вновь. Думаю, пять минут на разговор с тобой он бы нашел.
   - Наверное, - согласилась Онея, хотя прекрасно знала, что Касс как раз готовится к этой выставке.
   Они практически досмотрели фильм до конца, когда дверь в прихоже хлопнула, и в коридоре пронеслась фигура Касса, тут же скрывшаяся у него в комнате. Анреа посмотрел на Онею и сказал:
   - Вот он, твой шанс. Мне пойти с тобой?
   - Нет. Я сама справлюсь.
   Она чмокнула Анреа в щеку, встала с дивана и направилась к комнате Касса. Прежде чем постучать, она прислушалась. В комнате было тихо, и лишь иногда до нее доносился какой-то странный шепот. Наконец она постучала. Раздались шаги, дверь приоктрылась, и из комнаты выглянула лохматая голова Касса.
   - Привет, - сказал он, удвиленно посмотрев на Онею, - замечательно, что ты пришла, мне нужно твое мнение.
   Дверь распахнулась полностью, и впервые за несколько дней Онея смогла войти в комнату Касса. Как только она оказалась внури, Касс тут же закрыл дверь.
   Онея, окинув комнату взглядом, замерла в изумлении, что с того момента, когда она была у него в последний раз, здесь многое изменилось. Точнее, изменилось количество работ, которые Касс складывал у стен. Если раньше их было просто много, то теперь там нельзя было просто пройти. Все было заставлено картинами. Они лежили друг на друге, сложенные чуть ли не до потолка. Оставался лишь небольшой коридор, которые вел сначала к мольберту, который теперь был полностью покрыт краской, и ни одного чистого места на нем не было, и от него к кровати, скомканной и не убранной. На тумбочке рядом с ней стояла пепельница, на которой дымилась сиграета с уролисом.
   Но больше всего Онею поразили картины, которые, как она поняла, были сделаны последними. Они стояли ближе всех, и Онея мгла видеть, что на них было изображено. На одной картине парень нежно, именно нежно, вонзал нож в любимую. На воторой девушка, целуя парня, отрезала ему ноги, явно чтобы тот не смог от нее уйти. Остальные картины были в том же духе и красный цвет на них преобладал. Они все были на тему того, до чего может довести безумная любовь маньяков.
   Онея отшатнулась назад и немного со страхом посмотрела на Касса, так как его глаза горели каким-то странным огнем.
   - Что происходит? - спросила она, - у тебя проблемы с Эли?
   - Нет, все замечательно, - весело ответил Касс, и на его лице заиграла пугающая улыбка, - как тебе мои новые работы?
   - Странные, - медленно произнесла Онея.
   - Ну... а как исполнение, - озадаченно спросил Касс.
   Онея еще раз посомтрела на жуткие картины. И тут она смогла отметить, на сколько мастерски, и даже гениально все было сделано. Касс смог передать не только цвет и пространство, обем и довольно пугающий реализм, но и передать настроение, чувства. Не возникало никаких вопросов, что именно происходит и почему перосанжи картин творили все те ужасы. И все же картины вызывал именно ужас.
   - Тебе не кажется, что они немного мрачные? - осторожно спросила Онея, уже жалея о том, что решила с ним поговорить.
   Касс внимательно посмотрел на свои последние работы. И тут на его лице появилась странное варыжение.
   - Так вот в чем дело, - произнес он, - слушай, все в пордке, я просто еще не совсем это контролирую.
   - То есть, - не поняла Онея, готовясь бежать на кухню за самым большим ножом, какой есть в квартире.
   - То есть, это все из-за вчерашнего фильма. Эти работы я сделал сегодня ночью.
   - Ты посомтрел фильм про маньяка и сам стал маньяком... - предположила Онея, - просто такое уже бывало и на самом деле это еще можно вылечить.
   - Да нет же, - взмахнул руками Касс, от чего Онея вздрогнула, что не осталось без внимания Касса, - успокойся, я сейчас лучше тебе покажу, чем буду объяснять.
   - А может лучше именно обяснишь.
   Касс строго посмотрел на Онею, словно она начинала его раздражать, из-за чего Онея решила все-таки позволить ему показать, надеясь, что пока он будет отвлечен, она сможет сбежать.
   - Ладно, показывай, - сказала она.
   - Хорошо, - успокоившись, Касс достал чистый холст и начал выдавливать на палитру все цвета маслянной краски, что у него были.
   Пока он был занят этим, Онея сделала несколько шагов обратно к двери, чувствуя, что сейчас не произойдет ничего хорошего. Наконец все цвета оказались на палитре, и Касс обернулся, чтобы убедиться в том, что Онея смотрит. Онея замерла на месте, делая вид, что ждет, когда он, наконец, покажет то, что собирался показать.
   Тогда Касс взмахнул рукой всторону палтры, и сдела жест, словно что-то кидает в сторону холста. При этом он прознес странное заклинание, которое Онея даже не сомгла разобрать.
   В следующий момент краска на политре поднялась, следуя за жестом Касса, и полетела прямо в холст, смешиваясь и перемещаясь в воздухе. Небольшая яркая вспышка, и на холсте уже была целая картина, на которой Онея и Анреа гуляли по парку, обнявшись и укрывшись от летнего дождя, который блестел в лучах теплого солнца.
   Онея замерла на месте в изумлении. Она уже забыла о том, что собиралась куда-то бежать.
   - Так ты его освоил... - пораженно произнесла Онея.
   - Да, оно заработало! - с восторгом вокликнул Касс.
   - Но это не объясняет весь этот ужас, - Онея указала в сторону картин с убийствами.
   - Понимаешь. Вот сейчас у меня получилась картина гуляющих влюбленных в парке под дождем, потому что мы с Эли час назад попали под такой дождь, - начал объяснять Касс, - я был под впечатлением от этого момента, и он наложился на картину, точно так же как и твое присутствие. А вчера мы смотрели фильмы про потрошителя, и так как я использую заклинания любви, то ночью у меня получались лишь картины с влюбленными потрошителями.
   - Оу... нужно практиковаться, - сказала, успокоившись, Онея, - а то еще в психушке закроют.
   - Да уж, - согласился Касс, - но радует хотя бы то, что оно работает.
   - Значит, Эли та самая?
   - Именно, - счастливо чуть ли не пропел Касс, - и теперь я почти готов к завтрашней выставке. Единственное, мне за ночь нужно все это оформить в рамки. К счастью, знаю я для этого одно заклиннание. Будет выглядеть простенькой, но зато можно сразу под десятку оформлять.
   - Да, на счет завтра, - Онея вспомнила то, зачем пришла, - как там дела с Гедионой?
   - Все нормально.
   - Точно? - не успокаивалась Онея, - потому что она выглядит слишком довольной для человека, которого раскрыли. И я не слышала о том, чтобы кого-то сняли с конкурса.
   - Доверься мне. Я все устроил, и завтра Гедиону ждет несколько неприятных сюрпризов.
   - Даже несколько? - удивилась Онея.
   - Даже несколько, - подтвердил Касс, - лучше бы предложила мне помощь в оформлении картин. Мне тут целую ночь придется сидеть.
   Онея еще раз посомрела на все это невероятное количество работ, после чего произнесла:
   - Зато тебе будет чем заняться. Не буду тебе мешать.
   Онее было все еще немного не по себе от последних работ Касса, поэтому она хотела поскорее выйти из его комнаты. Касс же лишь обиженно посмотрел ей вслед, после чего тяжело вздохнул и направился к своим картинам.
  

Глава сорок седьмая. Подготовка к торжеству.

   Наступило утро субботы. В этот день все занятия, которые должны были проходить по расписанию, ректор отменил, чтобы у студентов была возможность посетить открытие выставки в главном выстовочном центре института. Объявление было вывешено еще за неделю, и в нем обещалось, что событие станет чуть ли не историческим. Онея же знала, что именно так и будет. Первая за тысячу лет выставка мага искусств. Такое нельзя было пропустить.
   По мимо всего прочего, в объявлении было сказано, что приличный вид, а именно платья у девушек и фраки у юношей, обязательны, так как на открытии будут присутствовать высокие гости. Какие именно гости, не уточнялось, но ректор был настроен серьезно.
   Из-за этого уточнения утро в квартире Онеи было напряженным. Юнеа, Эвила и сама Онея носились по квартире, готовя прически и приводя в порядок свои платья. Как это обычно водится у девушек, они стремились к идеальности, и любая мелочь, которая выбивалась из их наряда, приводила их в панику.
   Парням тоже приходилось нелегко. Онея попутно успевала следить за тем, чтобы их костюмы были в порядке, чтобы они не смели садиться и мять брюки и пиджаки. Анреа, который не очень любил подобные вещи, стрался хоть как то поуютнее устроиться в своем костюме, который был идеален ему по росту, но широк в груди и пояснице. Одежда свисала на нем, как на вешалке, и в то же время он не мог нормально даже поднять руки. Все это сводило Анреа с ума. Так же себя чувствовали Легор, Одеус и Денон. Легор, правда, волновался на равне с девушками, и сам следил за тем, чтобы его вид был безупречен. Он должен был идти на открытие выставки и последующий бал вместе с Лайнеей, и не хотел, чтобы она была разочарована, когда увидит его. Больше всего он переживал за свои волосы. Хоть они и были у него очень короткие, он все равно каждые пять минут бегал в туалет, выгоняя оттуда девушек, чтобы еще раз пригладить их и проверить, не выбился ли какой-нибудь особо непослушный волосок. Наконец это надоело Онеи, и она строго произнесла:
   - Легор, вот, видишь где стоят остальные, стой рядом с ними и не мешай нам. Хуже Юнеи, честное слово!
   - Эй, - отозвалась Юнеа, которые в четвертый раз переукладывала волосы.
   - Что эй, - возмутилась Онея, - я уже полчаса жду, когда ты отдашь мне мою расческу, которая делает укладку из завитых волос!
   Эвила стояла в стороне от своих подруг, уже полностью готовая и не понимающая, почему всех охватило такое безумие. Она всегда проще относилась к таким вещам. Особенно после того, когда прошедшим летом начала ездить походы, где не было возможности следить за своим внешним видом.
   - Касс жулик, - мрачно произнес Денон, стоя на месте, борясь с желанием наконец присесть и помять свой фрак.
   - Это почему же? - удивился Легор.
   - Его с самого утра нет дома, - отозвался Анреа, - такое чувство, что он вообще не собирается на эту выставку, хотя ему то как раз она была бы интереснее всего.
   - Касс у Эли, - услышала их разговор Онея, - он готовится у нее, так как они идут вместе.
   На самом деле Онея знала, что Касс полночи перетаскивал с другими грузчиками свои картины в выставочный зал, и, скорее всего до этого момента занимался развешиванием их по местам. Это была его первая крупная выставка, возможно, одна из самых важных в жизни, и поэтому собирался контроилровать все до самого конца. Онея же прикрывала его, так как Касс не собирался пока что никакому рассказывать о том, кто он на самом деле. Ее волновал лишь тот момент, когда их сожители увидят картины и сразу же их узнают. Она уже пыталась придумать, как убедить всех не рассказывать о том, кто такой Касс, и даже приготовила целую речь. Разумеется, Касс должен был стоять рядом и помогать ей объяснять все.
   После длительных приготовлений, когда до октрытия оставался всего лишь час, все были готовы. Парни выглядели галантными джентельменами, девушки элегантными леди, и ничто не мешало им отправиться на это крупное мериприятие. Онея, в светло-голубом воздушном платье вашла первая из квартиры. Эвила, в своем зеленом обтягивающем плате с открытым верхом последовала за ней. Юнеа в красном простом, но очень милом платье шла за ними. Парни шли толпой, за девушками, словно на них была все та же поседневная одежда, к которой они привыкли. Это вызвало взгляд недоволства со стороны Онеи.
   - Не будете вести себя, как полагается, я зачарую ваши костюмы, и вы их в ближайший год снять не сможете, - произнесла она строго.
   - А что, я согласен, - весело произнес Анреа, взяв Онею под руку, - если только ты тоже все время будешь в этом потрясающем платье.
   - Тебе нравится? - счастливо спросила Онея.
   - Так и хочется его снять, - отвтеил Анреа.
   За это он получил удар локтем по ребрам за грубость, и поцелуй, в общем то, так же за грубость. Они вдвоем пошли впереди, и остальные последовали за ними. Внизу у входа они с удивлением увидели Эли.
   - А, вот и вы, - сказала она, - Касс предложил мне пойти с вами на выставку, так как у него пока что другие дела. Он нас встретит уже там.
   - Я же говорил, что он жулик. Даже девушку оставил в одиночестве, лишь бы не идти, - буркнул Денон.
   - Ты то сам от своей сбежал, - заметила Онея, - неужели она позволила тебе готовиться к открытию самостоятельно.
   - У нас полное доверие между друг другом, - ответил на это Денон.
   - Она подобрала тебе этот костюм еще неделю назад и подробно рассказала как его одевать, не так ли? - не сдавалась Онея.
   - Да. - грустно признался Денон.
   Все попытались скрыть смешки, но ни у кого это не удалось. Легор, так вообще рассмеялся во весь голос и где-то минуту не мог успокоиться. Наконец придя в себя, он сказал:
   - Тут я вас временно покину. Я должен встретить Лайнеу. Мы договаривались встретиться до начала.
   - Лучше поспеши, - усмехнулась Эли, - наша принцесса уже готова.
   - Серьезно? - чуть ли не подскочил Легор.
   - Да, ты будешь поражен.
   - Я в этом не сомневался!
   И Легор чуть ли побежал к общежитию Лайнеи. Остальные лишь с умилением смотрели ему вселд.
   - Счастливый дурак, - заметила Онея, - он не заслужил такого счастья.
   - Это точно, - согласилась Эли, - и все же он делает ее такой счастливой...
   - Как Касс тебя.
   - Нет, - рассмеялась Эли, - у нас с Кассом это как два безумия, которые столкнулись и теперь творят хаос без остановки.
   - Здорово. Ты не переживай, он будет, - Онея хотела успокоить девушку, ведь она не знала, что у Касса есть серьезные причины не вести себя так же, как Легор.
   Онея осомтрела платье Эли и горько позавидовала, не подавая при этом вида. Эли была великолепна. Черное струящееся платье облегало ее стройную фигуру, а волосы были убраны в ракушку со свисающими кудряшками.
   Пересилив свою жажду убийства, Онея повела под руку Анреа, к чему тот уже привык, в сторону выставочного зала. Остальные же последовали за ними. Девушки приподняли свои платья, чтобы они не терлись об землю, а парни старались на лезть в грязь, к чему у них была большая склонность, когда они были прилично одеты. По их поведению нельзя было сказать, что они уже студенты. Они скорее походили на школьников младших классов, которых долго наряжали мамы, и теперь они всеми силами пыталсиь выбраться из неудобной одежды.
   Время от времени Онея оборачивалась назад и говорила им:
   - Ну, хватит уже. Подождите час, и после уже можете делать что хотите.
   Ее строгого тона хватало на две-три минуты, после чего парни снова начинали крутить руками и оттягивать воротники, которые медленно душили их. Анреа же шел рядом подруку с Онеей, и он был готов терпеть любое неудобство, лишь бы его любимая была довольна и смогла насладиться этим вечером.
   Пройдя через парк, они вышли к большому круглому зданию, которое возвышалось на шесть этажей. Оно было выполнено в стиле всего института. Дилнные колоны подпирали крышу по всему периметру, а всход был украшендвумя статуями величайших художников, которые обучались в инстиуте за последние два столетия. Вокруг входа уже стояли другие студенты, которые так же были нарядными и красивыми. Они разбивались на пары и чинно входили в здание выставочного зала.
   На их лицах были улыбки, в воздухе слышались веселые разговоры. Сам воздух был пропитан чем-то сказочным, и чем ближе Онея приближалась к этому зданию, тем сильнее она это чувствовала. Какой-то сладкий аромат витал в воздухе, и он наполнял душу весельем, легкостью и радостью.
   Однако ничто не бывает идеальным. Возле входа, в центре большой толпы молодых людей Онея заметил лицо девушки, которую она меньше всего хотела бы видеть в тот момент. Гедиона, одетая в вызывающее розовое платье, с распущенными украшенными зведной пылью волосами, смеялась над всеми шутками, которые отпускали парни вокруг нее, выбирая себе кавалера но этот вечер.
   Заметив Онею, Гедиона отделались от толпы своих поклонников и направилась к ней. Губы ее скривились в улыбку, делая ее больше похожей на утку, нежели на человека.
   - Привет, дорогая, - сказала она, пожав Онеи руки, - ты прекрасно выглядишь. Хотя для такого вечера можно было и постараться. Готова к объявлению результатов конкурса?
   - Да, Геди, - ответила Онея, улыбнувшись в ответ.
   Они обе вели себя как подруги, чтобы не опозориться при всех на таком мероприятии. Онеи это давалось легко, а Гедиона словно упивалась моментом.
   - Тогда, пусть победит лучшая, ведь так? - рассмеялась Гедиона, - только не расстраивайся, когда меня объявят победительницей. У тебя наверняка отличный проект.
   - Не буду, - ответила Онея уже менее сдерживаясь.
   - Ладно, мне пора, увидимся в зале, - и Гедиона направилась обратно к своим воздыхателям, все еще не решив, с кем бы она хотела войти в зал.
   - Ты как? - спросила Анреа.
   - Что-то не похоже, что Касс что-то сделал, - мрачно заметила Онея.
   - Все будет в порядке, - успокоил ее Анреа, - давай лучше дождемся Легора и Касса.
   - А у тебя с этой девушкой какая-то неприязнь, как я посмотрю, - заметила Эли.
   - Не обращай внимания, - отмахнулась Онея.
   - Просто я с Гедионой тоже не очень лажу, - призналась Эли, - я знаю ее с детства, и уже тогда она была не подарком.
   - Так вы двано знакомы? - удивился Анреа.
   - Да, к счастью мы давно не виделись, и она меня не узнала до сих пор, хотя мы натыкаемся друг на друга уже две недели.
   - А откуда ты ее знаешь? - поинтересовалась Онея.
   - Наши отцы работают вместе, как-то так, - Эли поморщилась, попытавшись дать понять, что не хочет об этом говорить.
   Онея и Анреа поняли намек, и перестали ее расспрашивать. Тем временем Денон уже шел в зал подруку со своей девушкой. Она ждала его возле входа, и тот, не говоря никому ни слова, направился прямо к ней. Онея заметила это уже, когда они почти скрылись в глубине зала. Вид у девушки Денона был строгий. А платье ей совершенно не шло, делая ее спину похожей на спину сельского мужика.
   Одеус остался один. Его девушка, которая еще даже школу не закончила, не могла пойти с ним в тот вечер. Школьников не пускали на подобные мероприятия. Немного постояв с друзьями, ему все-таки стало окончательно скучно, и он так же ничего не говоря направился в выставочный зал.
   - Девчонки, - обратилась Онея к Юнеи и Эвиле. - может, вы тоже уже пойдете. Нам все равно еще ждать Легор и Касса.
   - Мы вдвоем? - чуть ли не взвизгнула Эвила, - без пары? А вдруг все решат...
   - Успокойся, - остановила ее Юнеа, - пошли, посмотрим картины.
   Девушки не успели скрыться из глаз, как со стороны корпусов общежития показались Легор и Лайнеа. Они шли на столько быстро, на сколько это позволяло платье Лайнеи. Она придерживала его подол рукой, что стесняло ее движение. И все же Эни была права, в этом платье Лайнеа выглядела настоящей принцессой. Оно подчеркивало ее хрупкий нежный вид, делая просто очаровательной. Легор шел рядом с ней, держа за свободную руку и светясь от счастья. На столько влюбленным его друзья еще не видели.
   - Ну, наконец-то, - буркнула Онея, - вот теперь можно идти.
   - А как же Касс, - спросил Анреа.
   Онея немного напуганно посомтрела на Эли, боясь сказать ей, что пройти через главный вход, где все идут красиво и парами, ей придется одной. Однако Эли так же напуганно смотрела на Онею, словно думала о чем-то подобном.
   Но никто из них не успел ничего произнести, так как в этот момент из здания, куда они направлялись, выскочил сам Касс, и быстрам шагом направился к ним. К небольшой раздраженности Онеи, Касс был одет в джинсы, хотя они были чистыми и выглаженными, футболку, тоже на удивление чистую и немятую. Поверх всего этого на нем был черный элегантный пиджак.
   Эли первая вышла к нему на встречу, и Онее на мгновение показалось, что она сейчас влепит ему посщечину за то, что он вошел туда без нее и за его внешкний вид. Но вместо этого она вокликнула:
   - Невероятно, у тебя есть пиджак!
   - Представь себе! - весело воскликнул Касс, подходя к Эли.
   Он обнял и поцеловал ее.
   - Ты потрясающе выглядишь! - присвистнул он.
   - Ты тоже меня поразил, - рассмеялась в ответ Эли.
   Онея и Анреа переглянулись.
   - Безумцы, - в один голос произнесли оба.
   - Ладно, чего стоим, пошли внутрь, - окликнул их Касс, - скоро прибудут высокие гости, и все начнется, осталось пять минут.
   Касс развернулся, взял Эли под руку, и повел всех в выставочный зал.
  

Глава сорок восьмая. Высокие гости.

   Внутри уже собралась достаточно много народу. Все были одеты соотвествующе событию такого масштаба. Выставки в этом зале проводили редко, в основном лишь лучшим художникам, которые выпускались из этого института, позволялось выставляться в этих прекрасных залах.
   Все здание было предназначено исключительно для демонстрации произведений искусства. Большие залы, которые плавно перетекали один в другой за счет необычно выстроенных коридоров между ними, расположенные повсюду лестницы, позволяющие перейти на следующий этаж, продуманное освещение, за счет которого даже ночью зал наполнялся ярким естественным светом благодаря специальному заклинанию - все было направлено на создание лучших условий для картин, скульптур и прочих пердметов искусства. Потлоки подпирались тонкими колоннами, которые не особо сильно мешали просмотру, позволяя с любой точки в зале увидеть вещи на другом его конце.
   Онея любила это место, хоть за все время обучения ей доводилось бывать здесь все пару раз, не считая этот момент. В остальные дни здание было закрыто. И теперь все стены этих прекрасных залов, и без того оформленных растительными рельфами белого цвета, красовались картины Касса. Онее не верилось в это, но часть из них она видела, а создание некоторых наблюдала собственными глазами.
   Касс шел впереди, и по нему никак нельзя было сказать, что сегодня здесь проходит именно его выставка. Казалось, что он такой же зритель, как и все. Онея знала, что он не может заявить во всеуслышанье, что это он автор, но не думала, что он может так спокойно это скрывать. Онея знала, что Касс честолюбив, и он сам этого не скрывал, и ему требовалось много сил, чтобы скрыть свою гордость.
   - Это потрясающая выставка, - вырвалось у Эли, когда они только вошли в главный зал.
   - Да, - подтвердил Касс, продолжая делать вид, что это его никак не касается.
   - Мне кажется, что я уже где-то видел эти картины, - заметил Анреа.
   - По-моему я их показывала тебе в астрале, помнишь, - тут же вмешалась Онея.
   - Наверное, - согласился Анреа.
   - Подождите немного, мне нужно отойти, - неожидано остановился Касс.
   - Мы лучше осмотримся, пока тут еще не все собрались и не началось открытие, - сказала Юнеа.
   - Отличная идея, - поддержала Эли, - ты сможешь найти нас?
   - Тебя я всегда смогу найти, - усмехнулся Касс, и направился к центру зала.
   Главный зал выставочного центра, в который ребята вошли через центральный вход, был предназначен для демонстрации самого интересного, а так же для приема гостей и торжественных мероприятий. Там уже стояла трибуна, возле которой собирались "высокие" гости. Они садились на свои места за двумя длинными столами, между которыми было оставлено свободное место. Столы были украшены белыми скатертями, на которых расставили фарфоровую посуду и хрустальные бокалы. Так же на столах стояли бутылки вина и шампанского. Все было готово к началу церемонии. Ректор Нернийский уже стоял на своем законном месте оратора, наблюдая за тем, как заполняется зал.
   По правую сторону от него сидела практически вся верховная администрация института. Его замы, Залоя, несколько преподавателей, которые своей службой институту заслужили себе место на подобном мероприятии. По левую руку от ректора расположились видные политики, сотрудники мэрии и сам мэр Ромус. Лишь еще одно место оставалось свободным, во главе стола. Онее даже показалось странным, что мэр сам не занял его. Хотя это ее мало волновало, так как тот являлся отцом Гедионы, который все время ее прикрывал, и, по сути, был еще одним препятствием на пути разоблачения Гедионы.
   Однако дурные мысли никак не могли задержаться в голове Онеи. Оказавшись внутри выставочного центра, она осознала, что за чувство охватило ее рядом с ним. Возвышающее, разжигающее, невероятно сильное. Она сжала руку Анреа и тот ответил тем же, дав понять, что чувствует то же самое. Любовь. Она шла от картин, захватывала, поднимала, делала свободным и парящим над всем остальным, что происходит в жизни.
   - Что за автор делал эти картины, - не веря своим ощущениям спросил Анреа.
   - Я не знаю, - отвтеила Онея, потому что она уже совсем не верила, что это все дело рук Касса, хоть и видела это своими глазами.
   - Это все просто чудесно, - произнесла Юнеа, - только вот я все равно не понимаю, почему тут так много имперских гвардейцев.
   Проницательность этой девушки часто удивляла Онею. Юнеа всегда была наблюдательна и рассудительна, и редко давала волю своим эмоциям. И даже здесь, под действием этого волшебства, она замечала то, до чего другим просто не было дела.
   - Просто охраняют картины, - предположил Анреа.
   Касс вышел из толпы бродивших мимо зрителей с немного задумчивым видом. У Онеи создалось такое чувство, что ему сообщили крайне неприятную новость.
   - Все в порядке? - спросила Эли, подойдя к нему.
   - Да, - Касс словно проснулся от тяжелого сна, - я слышал, что открытие скоро начнется, ждут только последнего гостя.
   - Кого? - удивилась Онея.
   - Увидете, - сказав это, он смотрел не на Онею, а на Эли.
   Тут откуда-то до их ушей донеслась торжественная музыка. Фанфары играли во всю свою силу, и было понятно, что музыканты стараются на полную. Онея знала, что такой гимн могли играть только в одном случае.
   Все всзоры устремились ко входу, где красную ковровую дорожку, ведущую от дверей к подиуму, быстро очистили. В дверях появился человек в темно-зеленом мундире лет сорока, с аккуратной бородой и средней длины черными волосами, в которых уже начала появляться седина из-за тяжелой работы. На голове его царила легкая изящная корона. Голос торжественно объявил:
   - Его императорское величество Демтор Онгус Ленгор Эстор ван жеш Теровков.
   В зале повисла тишина, и все склонились. Лишь тихие шаги императора были слышны во всем здании. Он величественно прошагал к столу, где ему уже было приготовлено место, рядом с которым сидел мэр Ромус. Онея заметила, что Касс остался стоять прямо. Он пристально следил за императором, не сводя своих глаз с него. Никто не мог видеть Касса, так как от большинства он был скрыт колонной, а другие склонились в поклоне и видели лишь свою обувь.
   Император занял свое место и дал жест, что все могут выпрямиться. Разговоры и шум снова поднялись в зале, и теперь они были еще громче. Никто не ожидал, что сам император проявит интерес к этому мероприятию, так как такого еще не случалось.
   - Что-то не так с этой выставкой, - заметил Легор, - подходя вместе с Лайнеей, - вы чувствуете, словно в воздухе есть что-то... да еще появление императора.
   - Скоро все узнаем, - пожал плечами Касс, - думаю, сейчас начнется открытие.
   Он был прав. Не прошло и минуты, как ректор Нернийский поднял руки вверх, требуя общего внимания. Понадобилось какое-то время, чтобы наступила полная тишина. Все снова замерли в ожидании того, что же будет дальше.
   Ректор внимательно всех осмотрел, прежде чем начать свою речь. В его глазах читались и усталость, и восторг от того, что здесь происходило.
   - И так, дорогие друзья и уважаемые гости, - при этих словах он повернулся и поклонился императору, как того требовал этикет, - сегодня мы собрались на удивительной выставке. Вы все уже успели почувствовать, что от этих картин исходит особое волшебство. Могу вас заверить, такого вы еще никогда не видели, и вам повезет, очень повезет, если вы сможете увидеть подобное снова. Автор этих работ... я очень горд тем. Что мне довлось познакомиться с этим молодым магом. Его мировозренние свободно, и это видно по его работам. И что более важно, он не боиться идти своим путем. И путь его уникален. Это путь мага искусств. Я рад объявить о том, что маг живописи снова есть в нашем мире, и сегодня мы можем наблюдать его работы, которые он создал заклинанием любви, которое перенял у нашего мастера и хранителя этого заклинания магистра Акривикуса. Это радостный день для нас всех, потому что в мир вернулся лучик света и надежды. Многие скажут, что в мире сейчас и так все спокойно. Мы все уже забыли про то, каким были великие темные маги, и тот жуткий период нашей истории канул в лето. Но сегодня пере нам встают важные, сложные вопросы. Каким должно быть наше общество, к чему оно должно стремиться, как должно развиваться. Магия изменилась, у нас появились возможности, о которых тысячу лет даже не мечтали. В западных странах появилась наука, и не известно, к чему она нас приведет. И искусство должно помочь найти нам моральный ориентир в этом безумном мире, как оно всегда делало раньше. И маги искусств, которые снова появляются в нашем мире, помогут нам в этом. Я рад всех все здесь сегодня видеть, потому что только что мы стали частью истории. Всем приятного вечера.
   Тишина повисла в воздухе. Новость, которую сообщил ректор поразила всех. Магия искусств, которая раньше избавляла мир от тьмы, снова вернулась, и это было очевидно. Все находящиеся в тех залах чувствовали ее, ощущали всем телом и душой. По-немногу присутствующие начали приходить в себя, и воздух снова наполнился разговорами. Касс первый начал разговор, так как для него все это вовсе не было новостью.
   - Умеет наш ректор речь толкнуть, - усмхнулся он.
   - Маги искусств, - задумчиво произнес Анреа, - так все-таки слухи были правдой, они возвращаются.
   - Видимо так, - пожала плечами Онея.
   - Это же отлично! - воскликнул Легор, - может я маг литературы. Интересно, как это узнать?
   - Маг литературы выше и толще... - пробубнил Касс.
   - Что, прости? - не расслышал его Легор, как и все присутствующие.
   - Не, ничего, - покачал головй Касс, - Эли, пойдем, осмотрим второй этаж.
   - Конечно, - отозвалась Эли, и ее голос поразил Онею.
   Эли, которая пять минут назад улыбалась и веселилась со всем, была мрачной, и даже воздействие картин не поднимало ей настроения. Касс взял ее под руку и повел к ближайшей лестнице.
   Онея же, вместе с Анреа Легором и Лайнеей пошли в следующий зал первого этажа. Остальные из их компании так же разбрелись по всему выставочному центру, осматривая картины невероятной карсоты.
   Однако Онею не покидала мысль о том, что что-то происходит. Она чувствовала это в поведении Эли и Касса. С другой стороны она знала, что Касс собирался разоблачить каким-то способом Гедиону, и Эли могла ему помогать в этом, учитывая что ее отец был знаком с мэром Ромусом.
   Тем временем Касс и Эли поднялись на второй этаж и прошли к небольшой галерее, где висели картины морской тематики. Там было немного меньше народу, и они могли поговорить в более спокойной обстановке.
   - Ты как? - спросил Касс.
   - Я то в порядке, - усмехнулась Эли, не смотря на то, что улыбка ей далась с трудом, - с чего мне переживать... а ты как? - она пристально уставилась ему прямо в глаза.
   - Я тоже замечательно, - усмехнулся Касс так же мрачно, - у меня тоже нет причин быть взволнованным.
   - Я так и думала, - рассмеялась Эли.
   Касс, увидев ее улбыку, тоже искренне рассмеялся. Тут они заметили, что окружающие их маги как-то зашевелились и начали расступаться. Это могло означать лишь одно.
   - Я отойду на минутку, - тут же произнесла Эли как на автомате.
   - Конечно, - ответил Касс нахмурившись.
   Эни проскочила через людей по галерее и скрылась за поворотом. Касс же развернулся к расступающейся толпе, и через несколько мгновений перед ним возник сам император в сопровождениии ректора Нернийского. Присутствующие клянались императору, как того требовал этикет, и тут же старались скрыться с его глаз, зная, что император не любил находиться в окружении большого числа людей. К тому моменту, когда они дошли до Касса, в галерее никого не осталось.
   - И так, это наше юнное дарование, - спросил император, пристально осматривая Касса, и явно ожидая поклона от него.
   - Именно, - ответил ректор.
   - Что ж, ты действительно маг искусств, раз не боишься нарушать этикет перед императором. Да и рисуешь ты неплохо.
   - Маги искусств не должны кланяться ни перед одним правителем в мире, - ответил Касс, - нас освободили от этого тысячу лет назад, когда мы изгнали мировую тьму.
   - Да, я помню, - согласился император.
   - И, помнится, правители должны кланяться, - продолжил Касс.
   - Да, -согласился император. Ректор стоял между ними, понимая, что диалог идет вовсе не так, как он ожидал.
   - Но мы здесь все свои, зачем нам этикет, - улыбнулся Касс, протянув правую руку императору.
   - Думаю, я соглашусь с этим, - лицо императора осталось так же каменным, но он пожал руку Кассу.
   Ректор при этом облегченно выдохнул.
   - Если говорить честно, то ваши работы действительно поразили меня, - признался император, - я никогда не был поклонником искусств, у меня много других дел. А вот моя жена любила подобные мероприятия. В послдений раз я был на выставке как раз с ней не за долго до ее смерти.
   - Примите мои собалезнования, - серьезно произнес Касс.
   - Спасибо, хоть это и давнее дело. Ее отняла у меня страшная болезнь, и все, что у меня осталось, это лишь две моих дочери, которых я люблю больше жизни.
   - Я понимаю вас, - кивнул Касс.
   - Надеюсь, что это так, - к удивлению ректора Нернийского, эти слова император произнес чуть ли не грозно, - но по вам видно, что вы честный и хороший маг. Иначе бы вы не смогли создать такие вещи.
   - Мы не ошиблись, когда привели его сюда, - заметил ректор, который долго ждал возможности хоть как-то вступить в разговор.
   - Да, это так, - хмуро произнес император, - к слову сказать, мне так понравились ваши работы, что я их все выкупаю для императорского музея. Думаю, деньги вам понадобятся в ближайшее время для ваших старнствий.
   - Очень благодарен.
   - А я очень надеюсь, что странствия продляться как можно дольше.
   - Я обрел здесь дом, меня тут буду ждать, так что я надеюсь, что не очень долго, - возразил Касс.
   - Ваше дело, только не забывайте про свои обязательства. Что ж... думаю, на этом мы закончим наш разговор.
   - Рад был пообщаться, - улбынулся Касс, - до скорой встречи.
   Последние слова вызвали легкие гнев на лице императора, но он это быстро скрыл. Затем, в сопровождении ректора, направился обратно в зал, оставив Касса наедине с самим собой.
  

Глава сорок девятая. Итоги конкурса.

   Через полчаса после речи ректора Онея и Анреа окончательно потреяли остальных из своей компании в этой огромной толпе студентов и гостей института. С каждой минутой магов в выставочном центре становилось все больше, и продолжать осмотр становилось труднее.
   - Что-то мы все как-то разбрелись, - заметила Онея, - даже Легор с Лайнеей где-то потерялись.
   - Ну, вечером все равно все соберемся. Если хочешь, могу отправить кому-нибудь из наших сообщение, - предложил Анреа.
   - Да нет, не нужно, - отмахнулась Онея, - это даже и к лучшему. Нам все равно нужно идти обратно в главный зал. Скоро начнут объявлять результаты конкурса.
   - Волнуешься?
   - Немного, - призналась Онея.
   - Не нужно. Ты же знаешь, что ты молодец. Даже если у Касса не получилось сделать то, что он собирался, у тебя все равно отличный проект, и ты сможешь с ним победить.
   - Тот проект, что сдала на конкурс Гедиона... понимаешь, он действительно идеален. И мне не было бы стыдно или обидно проиграть тому, кто его создал, но не когда его выставляет от своего имени Гедиона.
   - Все будет хорошо, - Анреа взял любимую за руку, и они вместе начали пробираться обратно в главный зал.
   Объявление результатов должно было состояться через двадцать минут, поэтому они могли позволить себе не спешить. В такой толпе передвигаться быстрее было очень сложно. Маневрируя мимо студентов, они одновременно просматривали работы Касса, которые до этого не замечали.
   В главном зале к тому моменту осталось уже не так много магов, и там было намного больше свободного пространства. Лишь возле трибуны собралась небольшая толпа студентов. Остальные же разбрелись по всему выставочному центру, чтобы осмотреть работы нового мага искусств.
   На трибуне так же произошли изменения. Место, на котором сидел император, пустовало. Так же не было видно и мэра Ромуса. Часть преподавателей, которые представляли институт, тоже разошлась по залам. Однако ректор был на месте. Он сидел рядом с профессором Эсториз и что-то активно обсуждал с ней. Онея поняла, что они уже готовятся объявить результаты.
   Когда она с Анреа приблизилась к трибуне, из толпы, окружавших ее студентов, отделилось три фигуры. Это были Риза, Инера и ее муж. Риза была в ярком фиолетовом платье с узорчатым рисунком спускающимся по левому боку. Инера же одела желтое платье, гармонировавшее с ее светлыми волосами. Ее муж, Акенсор, был одет в отличный фрак. Онея решила, что фрак этот шили на заказ по тому, как он сидел на Акенсоре. Акенсор и Инера вместе выглядели замечательной парой, они словно дополняли друг друга, и Онее всегда нравилось видеть их вместе, словно картинку, посвященной идеальному браку.
   - Привет вам, - весело произнесла Онея, - ну как вы?
   - В шоке, - выпалила Инера, - ты представляешь! Маг искусств! Это прямо чувствуется в воздухе.
   - Да уж, - рассмеялась Онея.
   - Ты готова? - спросила Риза, посмотрев на Онею, - момент истины уже близок.
   - Да, думаю готова, - ответила Онея, заставив себя улыбнуться и не показывать того волнения, которое с каждой минутой захлестывало ее все больше, - а ты?
   - А что я, - отмахнулась Риза, - ну сдала я свой проект на конкурс, но я его даже не доделала.
   - У тебя была хорошая идея, - заметила Онея.
   - Да ладно тебе. Если кто и достоин приза, то это ты. Однако Гедиона сделала все, чтобы обойти правила.
   - Скоро узнаем, - возразил Анреа.
   - Ты так и не сказала, что ты сделала, чтобы проект Гедионы не принимал участия в конкурсе, - заметила Инера.
   - Это долгая история, лучше не будем пока об этом. Пойдем, посмотрим, что происходит на трибуне.
   Они направились в толпу студентов, которые так же собрались, чтобы узнать результаты конкурса. Здесь были не только участники, но их друзья, которые обеспечивали им поддержку. Разговоры велись шепетом, чтобы их слова не донеслись до ректора. Все ждали, когда он наконец встанет из-за стола и начнет награждение.
   Онее и ее спутникам удалось пробиться до самой трибуны, и они оказались в первых рядах. Наконец остановившись, они осмотрелись. Онея надеялась увидеть рядом Касса. Она хотела еще разу услышать от него, что все в порядке и ей не за что переживать. Но с другой стороны Касс обещал ей лишь честную борьбу, так что, даже если проект Гедионы и сняли с конкурса, все равно оставалось много других участников, и кто-то из них вполне мог сделать проект лучше, чем у нее.
   Все стало хуже, когда вместо Касса Онея увидела Гедиону. Та, с двумя своими подругам направлялась через толпу к тому месту, где стояла Онея. Лицо ее светилось от счастья, словно ректор уже объявил ее победительницей.
   - Вот ты где, - чуть ли не пропела Гедиона, подойдя к Онее.
   Анреа и остальные устало вздохнули, увидев ее, осознов, что она собирается стоять рядом с ними до самого конца.
   - Привет, - ответила коротко Онея.
   - Как тебе вечер? Выставка изумительна, - продолжила Гедиона как ни в чем не бывало, - но смое интересное впереди.
   - Этот конкурс важнее того, что маг искусств вернулся? - спросила удивленно Инера.
   - Конечно! - возмутилась Гедиона, - здесь сегодня у кого-то начнется блестящая карьера архитектора, и кто знает, может этот победитель окажется новым магом архитектуры.
   - Ты точно не дотягиваешь до этого уровня, - покачала головой Риза, - ты бы чертить нормально для начала научилась бы.
   - Ох Риза, - Гедиона сделала такой вид, будто маленький ребенок пытается с ней спорить, - тебе нужно быть поскромнее. Скоро ты поймешь, что твои замечания не имеют никакого основания.
   В этот момент на трибуне началось движение. На нее вошло несколько лаборантов, которые начали раставлять мольберты и большие литы бумаги на них, тут же накрывая специальным покрывалом. Было ясно, что они ставять проект победителя, но увидеть, что именно это за проект не было возможности. Онея ощутила, что волнение внутри нее достигло максимума. Это не осталось не замеченным со стороны Гедионы.
   - Можешь не волноваться, - усмехнулась она, - второе место всегда за тобой. Надеюсь, хотя бы до него ты дотянешь.
   Онея ничего не отвтеила на это. Она замерла на месте в ожидани того, что будет дальше, и ей уже было все равно, что происходит вокруг нее. Имело значение лишь происходящее на трибуне.
   Тем временем лаборатны закончили приготовления, и все было расставлено на своих местах. Ректор Нернийский и профессор Эсториз явно сошлись в решении, и Эсториз передала ректору небольшую бумажку. Ректор встал, наконец, со своего места и вышел к трибуне.
   - И так, - громко произнес он, - надеюсь, все участники конкурса собрались, потому что сейчас я начну объявлять победителей.
   Он замолчал, как делал это обычно, чтобы дождаться полной тишины. И студенты замолчали, даже те, что стояли в стороне и осматривали картины в этом зале. Получив желаемое, ректор продолжил.
   - Две недели назад мы объявили конкурс среди наших студентов-архитекторов на проект здения, который в скором времени станет нашим новым корпусом. И очень многие из вас приняли в нем участие. Должен сказать, все проекты нам очяень понравились и лишь участием в нем вы уже достигли много. Выбрать один единственный было очень сложной задачей, и мы уверены, что сделали правильный выбор. Прежде чем объявить автора этого великолепного проекта, мы хотели бы отметить тех, чьи проекты нам так же особо понравились. Что ж... третье место достается нашей замечательной студентке Ризе Лонерус.
   Все тут же захлопали, но Риза, которая стояла в двух шагах от Онеи, замерла на месте. Онея повернулась к ней и шепнула:
   - Ну, что стоишь то, иди на сцену.
   Только после этого Риза пришла в себя и неуверенным шагом направилась на трибуну. Ректор, дождавшись, когда она к нему подойдет, пожал ей руку и вручил грамоту, а так же еще несколько документов, подтверждающих ее достижение. По сути, это уже был билет в мир серьезной архитектуры, и Онея очень обрадовалась за подругу.
   - Второе место мы присудили студенту, чей проект нас поразил свой нестандартностью. Если бы он так сильно не выбивался из общего ансамбля нашего института, то он мог бы стать и победителем. Это проект Энуса Ронтерова.
   Энус Ронтеров был студентом четвертого курса, и о его таланте уже многие слышали. Он был сторонником новых течений в архитектуре, и его проекты всегда отличались сложностью формы здания, которые больше представляли из себя природные явления, нежели здания.
   Парень, на седьмом небе от счастья, вышел на трибуну, принял награду из рук ректора и встал рядом с Ризой. В этот момент Онее стало понастоящему страшно. Она надеялась, что если Гедиона и возьмет вверх, то она сможет получить хотя бы второе место, что так же будет означать очень многое для ее будущего. Но теперь надежда на это исчезла.
   Онея непроизвольно, чуть ли не в панике повернулась в сторону Гедионы. Та пристально смотрела на нее с ликующим видом.
   - Вот и все, - удва слышно произнесла Гедиона, - теперь иду я, а ты осталась ни с чем.
   Гедиона уже сдвинулась с места и направилась к лестнице, ведущий на трибуну, когда ректор продолжил объявлять результаты.
   - И так, нашим победителем стала очень талантливая студентка, которая смогла почувствовать не только стиль нашего института, но и его дух, передав его в своем проекте, - пока он говорил, лаборанты, все еще стоявшие в стороне на трибуне, подошли к мольбертам и приготовились показать то, чтобы было скрыто на них под покрывалами, - эта идея нас просто паразила, и мы не могли выбрать победителем никого другого. Прошу приветствовать... Онею Лергову!
   Зал взорвался аплодисментами, а Онея и Гедиона замерли на месте, смотря друг на друга. Гедиона уже была на одной ступеньке на пути к трибуне, когда ректор закончил свою фразу, и это просто сразило ее. Она не могла осознать, что такое вообще возможно. Онея тоже не верила в происходящее. Она даже представить не могла, что же сделал Касс, но это действительно сработало.
   - Иди, - шепнул ей на ухо Анреа.
   Онея очнулась от своих мыслей, и с гордой улыбкой и уверенным шагом прошла на трибуну. Проходя мимо Гедионы, которая так и продолжила стоять на месте, Онея ей подминула, и послдение ступенки приодолела в прыжке, паря от счастья и не смотря на то, что была в довольно неудобном платье.
   К тому моменту лаборанты уже сорвали покрывала и представили зрителям ее проект, а ректор уже протягивал ей в руках бумаги, на которых было написано о ее победе. Он передал их ей, пожал ей руку, и Онея встала рдом с Ризой.
   - Но как так? - перекричав толпу, спросила Гедиона, - а как же мой проект?
   Все замолчали и уставились на нее. Аплодисменты прекратились, наступила тишина.
   - Позвольте, - произнесла Эсториз, - но вы даже не участвовали в конкурсе. Мы не видели, чтобы вы сдавали какой-либо проект.
   - Что это значит?
   Гедиона была готова начать скандал, и уже приготовилась орать на всех, кто ее окружал, когда позади нее раздался строгий мужской голос.
   - Хватит, Гедиона!
   Гедиона и все в зале обернулись в ту сторону, откуда доносился этот голос. Там стоял мэр Ромус. Вид у него был грозный, и без сомнений можно было утверждать, что он стоял в гневе.
   - Отец? - не понимающе произнесла Гедиона.
   - Не начинай скандала. Сменя хватит твоих выходок.
   - Но они...
   - Я в курсе. И ты знаешь, почему все так произошло.
   Гдеиона сорвалась с места и подошла котцу. Она заглянула ему в глаза, сделав самый невинный вид, и прошептала:
   - Но отец, я принимала участие в конкурсе. И у меня был просто замечательный проект. Помнишь, я его тебе даже показывала.
   - Гедиона, - тихо отвтеил мэр Ромус, чтобы только она его могла слышать, - я все знаю, и я знаю, что ты мошейничила. Все раскрыто. И, чтобы мы с тобой не опозорились, все записи о твоем участии в этом конкурсе удалены.
   - Но... я должна была победить... - повышая голос начала быстро говорить Гедиона, - я бы стала известной, я бы стала настоящим архитектором...
   - Я сказал хватит, -снова грозно произнес мэр Ромус, - я больше не собираюсь этого терпеть. Ты хоть представляешь, каково приходится твоей матери? Мы больше не можем через все это проходить. Ты будешь учиться в другом институте, в ГАИА.
   - Главный архитектурный институт Антреи? Но это же в другом конце страны, в глубинке, где нет ничего...
   - Именно...
   - Ты не можешь так поступить.
   - Советую тебе отправиться домой и начать собирать вещи. У тебя поезд через три часа.
   Гедиона посмотрела на отца и поняла, что он абсолютно серьезно. Спорить было бесполезно. Она постояла еще несколько секунд, смотря ему в глаза, после чего сорвалась место и чуть ли не побежала к выходу. Ректор понял, что нужно что-то делать, поэтому снова заговорил на весь зал, нарушив эту гнетущую тишину:
   - Мы поздравляем наших победителей. Они молодцы и я не сомневаюсь, что в скором будущем они изменят облик нашей столицы и нашей страны.
   Снова раздались аплодисменты, которые заглушила музыка. Заиграла вальсовая музыка, и большая часть студентов закружилась в танце. Онея и Риза тем временем спустились с трибуны и подошли к своим. Анреа обнял Онею, сказав при этом:
   - Ты молодец, подравляю, - и поцеловал ее.
   Тут они заметили, что сзади к ним подошел мэр Ромус в споровождении двух молодых людей. Одного из них Онея знала. Это был Алексор, который учитлся вместе с Кассом. Второй, который был похож на Алексора, только выглядел старше, тоже казался ей знакомым, но она не могла вспомнить, где именно видела его раньше.
   - Добрый вечер и поздравляю с победой, - произнес учтиво мэр Ромус.
   - Спасибо, - по очереди ответили Онея и Риза.
   - Я мог бы с вами поговорить? - спросил мэр Ромус у Онеи.
   - Да, конечно, - отвтеила она, передав бумаги Анреа, чтобы освободить руки.
   Она отошла с мэром и его спутниками в сторону. Тогда мэр развернулся к ней и произнес:
   - Я должен перед вами извиниться. Гедиона доставила вам много хлопот, и я виноват в том, что долгое время покрывал ее.
   - Она ваша дочь, - пожала плечами Онея, - что вы могли сделать?
   - То, что сделал сегодня, только раньше, - ответил мэр с грустью в голосе, - надеюсь, что в дали от привычного места, среди незнакомых людей, она сможет осознать свои ошибки и исправиться... Но вас должно быть интересует, что же случилось?
   - Да, если честно, - призналась Онея, - Гедиона была полностью уверена в том, что победит.
   - Я, к сожалению, должен идти домой, сами понмимаете, но эти два молодых человека вам все объяснят. Пришу извините меня, - и мэр направился к выходу из выставочного центра.
   Онея осталась наедине с Алексором и вторым парнем. Те неловко переглянулись, после чего Алексор начал:
   - Ты, может, помнишь, я учусь...
   - С Кассом, да.
   - Так вот, во вторник он подошел к мне и спросил, как зовут моего брата. Я рассказывал ему о том, как Гедиона подпортила ему жизнь, и тут он заинтересовался этой историей, и я отвтеил, что его зовут Ростеус.
   Тут Онея начала понимать, она перевела взгляд с Алексора на его спутника, и произнесла:
   - А фамилия ваша Денсов?
   - Да, - усмехнулся Ростеус, - видимо, та история еще не забыта.
   - И ее не забудут, - усмехнулась Онея, - ты опустил Гедиону так, как никто другой.
   - А потом поплатился за это, - пожал плечами Ростеус, - меня выгнали из инстиутта, не позволив его закончить, и в другие я уже не смог поступить. Сложно устраивать жизнь, когда ты архитектор без образования.
   - Понимаю, - посочувствовала Онея.
   - И я тоже должен перед тобой извиниться, - мрачно произнес Ростеус.
   - Это ты сделал тот проект для Гедионы, чтобы на сей раз она победила в конкурсе?
   - Да, - признался он, - она пришла ко мне две недели назад и пообещала, что, если я ей помогу, то она поговорит с отцом, и меня восстановят. Это был шанс наладить жизнь, и я согласился. А потом до всего догадался Касс. Он поговорил с Алексором, и тот отвел Касса ко мне. Касс пришел не один, а с мэром. Тот даже и не подозревал о моем договоре с Гедионой и даже не думал меня восстанавливать. В итоге мы договорились, что я во всем признаюсь жюри конкурса, упоминания об участии Гедионы стираются, а я за это снова становлюсь студентом.
   - Касс смог уговорить мэра пойти против его дочери? - удивилась Онея.
   - Не знаю, - пожал плечами Ростэус, - но все сложилось в итоге так, как сложилось.... В общем извини, что так вышло. Надеюсь, вся эта истрия не помешает нам учиться в одном институте.
   - Нет, не помешает, - улыбнулась Онея, - удачи вам.
   - И тебе, - Алексор и Ростеус направилиь в другой зал, а Онея вернулась к Анреа.
   Тот уже ждал ее, чтобы пригласить на танец. В руках его были грамоты Онеи.
   - Ну что, все прояснилось? - спросил он, когда Онея поравнялась с ним.
   - Да, - отвтеила Онея, - Касс действительно все это устроил.
   - Что ж, нужно будет сказать ему спасибо, - заметил Анреа.
   - А где он собственно, и почему не пришел на мое награждение?
   - Не знаю, может он где-то в Эли в залах?
   Странное чувство, которое весь вечер приследовало Онею, снова появилось, и теперь она знала, что это было свяызано не с конкурсом.
   - Нам нужно домой, - сказала она обеспокоенно.
   - Ты уверена, может потанцуем?
   - Нам нужно домой, - твердо произнесла Онея и направилась к выходу из выставочного центра.
  

Глава пятидесятая. Прощание.

   Как только импертор скрылся с глаз Касса, он направился в тут сторону, где скрылась Эли. Все, чего он хотел, это найти ее. Искать долго не пришлось. Она уже ждала его в соседнем зале. Ее лицо было мрачным, хоть она и стояла напротив картины с двумя влюбленными, любующимися на закат.
   - Вот ты где, - усмехнулся Касс, подойдя к ней.
   - Да, - Эли улбынулась, - ты уже здесь?
   - Как видишь.
   - Все в порядке?
   - Не переживай, - Касс старался выглядить бодрым, словно ему все не по чем, - пообщался немного с твоим отцом.
   Эли пристально посмотрела на Касса. Тот усмехнулся и произнес:
   - Я все понял, когда увидел тебя в той деревне. Снова появились эти гвардейцы. Те самые, что были в моем городе, где мы учились раньше. И тот факт, что Эли это производное от Роэлия. И окончательное подтверждение в разговоре с твоим отцом. Он явно намекнул, что не очень доволен нашими отношениями.
   - Этого следовало ожидать. Я наследующая принцесса Антреи, ты маг искусств. У каждого из нас расписано будущее до самой смерти.
   Теперь Касс пристально уставился на Эли.
   - Что, я тоже не дура и догадалась о том, кто ты. Когда увидела тебя в деревне все так же встало на свои места. Я знаю тебя, и знаю, что ты бы никогда не оставил меня без важной причины, и вдруг ты, замечательный живописец, появляешься в институте, где преподает хранитель заклинания любви.
   - Да уж... - вздохнул Касс, - мы замечательная пара.
   - Настоящие бунтари, - улыбнулась Эли.
   - Ты думаешь, нам не преодолеть наше предназначение?
   - Когда ты рядом, я думаю, что мы можем все, - отвтеила тихо Эли.
   - Тогда мы согласны в том, что мы будем вместе не сомтря ни на что.
   - И что нам делать теперь?
   - Боюсь, мой ответ тебе не понравится, - мрачно ответил Касс.
   - Почему? - удивилась Эли.
   - Мне нужно уехать, - ответил он.
   - Уехать? - удвилась Эли, но затем ей все стало понятно, - тебе нужно найти мастеров еще двух заклинаний.
   - Да, гармонии и ненависти, - подтвердил Касс.
   - Что ж... это необходимо, -согласилась Эли.
   - Ты будешь меня ждать?
   - Если только ты вернешься.
   - Я обязательно вернусь, - Касс обнял Эли, - я жить без тебя не могу, и я вернусь уже очень скоро, я обещаю тебе. Если этого не произойдет, это будет значить, что меня нет в живых.
   - Не говори так... не хочу думать об этом.
   - Все будет хорошо.
   Он поцеловал ее, после чего они так и стояли обнявшись. Они не хотели отпускать друг друга. Это мгновение им хотелось превратить в вечность. Но это было невозможно и оба понимали это.
   - У тебя ничего нет, -усмехнулась наконец Эли, - будешь путешествовать зайцем на поездах?
   - Ну, вообще то твой отец выкупил все мои картины, и скорее всего у меня теперь есть целое состояние.
   - Он хочет забрать их в императорский музей?
   - Да... - отвтеил Касс.
   - Что ж... хорошо. Это самое лучшее место для них, - сказала Эли, - как долго тебя не будет?
   - Не знаю, - честно признался Касс, - но обещаю, что Новый год мы встретим вместе.
   - Честно?
   - Анелия Леона Роэлия Эстор ван жеш Теровков, я даю тебе слово, что так и будет. А пока держись поближе к Онеи. С ней скучно не будет.
   - Хорошо.
   - Мне пора. Мой поезд через час, и если я хочу действительно купить билет, то мне лучше поспешить.
   - Хотя бы в этот раз не уезжаешь, оставив записки.
   - Ну, почти, - усмехнулся Касс.
   Он снова ее поцеловал и обнял, после чего она уже сама выпустила его из своих объятев и отпустила его. Они оба понимали, что это было необходимо, поэтому Касс развернулся к выходу и пошел вон из здания, не оборачиваясь, боясь, что если все-таки посомтрит назад, то уже никогда не сможет оставить Эли...
  
   ***
   Онея и Анреа вошли в их квартиру. Тут было уже темно. Солнце село час назад, и уже лишь звезды и луна освещали помещения через большие окна. Онея включила свет.
   - Касс, ты здесь? - громко спросила она, но ответом ей была лишь тишина.
   - Нет его тут, - буркнул Анреа, - он, скорее всего, в выставочном центре все еще, танцует с Эли или сидит в баре.
   - Нет, я уверена, что его там нет, - возразила Онея и прошла в квартиру к комнате Касса.
   Анреа проследовал за ней, и заметил, что Онея замерла на месте. Она уставилась на дверь в комнату Касса. Проследив за ее взгладом он заметил, что к двери был прикреплен листок бумаги.
   - Что это? - удивленно спросил Анреа.
   - Не знаю...
   Онея сорвала листок и поняла, что это записка, адресованная ей.
   " Онея, спасибо, что приняла меня в своем доме. У вас было весело. Надеюсь, ты победила в конкурсе. У тебя действительно классный проект. Если все произошло, как я планировал, ты уже в курсе, как Гедиона планировала обмануть всех, и теперь ей вряд ли удастся портить тебе жизнь. Спасибо за то, что теперь хранишь мою тайну. Это мне очень помогло. Надеюсь, это не доставит тебе проблем. Эти дни я запомню надолго и буду очень скучать по вам всем. Боюсь, мне нужно уехать, чтобы дальше осваивать заклинания магов искусств. И, как ты знаешь, я не люблю прощания, по этому напишу просто, удачи и успехов. Я еще вернусь, и мы снова устроим что-нибудь веселое. Единственное, я хочу попросить тебя составлять компанию Эли хотя бы время от времени, а то ей будет здесь скучно без меня. До встречи.
   П. С. Хватить издеваться на Эвилой и Юнеей, и расскажи им правду. "
   Дочитав до конца, Онея еще раз пробежала глазами по листку, после чего скомкала его, крикнула заклинание, и листок вспыхнул синим пламенем.
   - Что такое? - удивился Анреа.
   - Вот же гад! - рассмеялась Онея, - он свалил от нас, оставив записку!
   - Кто свалил?
   - Касс! Он уехал.
   - Куда? Зачем? - Анреа не поверил услышанному.
   - Не важно, - с ехидной улыбкой, которую Анреа знал и боялся, произнесла Онея, - когда он вернется, он узнает, почему нельзя прощаться с любдьми запиской, уж поверь мне!

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"