Серебрянников Павел Иванович: другие произведения.

Великий Мудрец

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:


   Дверь отворилась, и на крыльцо вышел землянин. Он был одет в такую же маоцзедуновку, как и большинство его людей. Наиболее заметным отличием в его обмундировании было то, что вместо автомата он был вооружен пистолетом. Пистолет был в кобуре, а кобура висела на портупее из грубо выделанных и неровно вырезанных кожаных ремней. Но пряжки на ремнях были явно промышленного изготовления.
   - Итак, вы хотели меня видеть. С кем имею честь говорить?
   Командир поклонился от плеч, как его знакомые китайцы из Пояса.
   - Капер Ее Величества Дэниз, королевы Цереры и двадцати астероидов, командир ракетно-гарпунного фрегата "Алиса" Игорь Селезнев. Прежде, чем мы продолжим, я хотел бы знать, как мне следует к вам обращаться? Ваше Величество?
   На лице землянина промелькнуло что-то похожее на улыбку, но он быстро восстановил непроницаемое выражение:
   - Моим людям я не царь. А вам тем более. Фримен Сунь вполне подойдет. А как мне следует обращаться к вам?
   - Там, где я вырос, в ходу обращение "господин". Но у вас, я вижу, отношение к этому слову изменилось. Мне кажется, фримен Селезнев звучит неплохо. Или такое обращение следует заслужить?
   - Папуасы считают, что да, надо заслужить. Но мы считаем, что звание свободного дано каждому от рождения.
   - Я вижу, я задал хороший вопрос. В таком случае да, обращение фримен Селезнев вполне подойдет. Мои спутники: бортмеханик фрегата "Алиса" Елена Кузнецова и наш проводник Михаил Толмачев.
   - Фримен Сел... Сель Из Нев, я правильно произношу?
   - Да, вполне приемлемо. - поклонился командир.
   - Итак, фримен Сель Из Нев, я правильно понимаю, что Церера - это та Церера, что в нашей Солнечной системе?
   - Да, вы совершенно правы.
   - То есть, вы не со звезд?
   - Нет. А вы ждали людей со звезд?
   - Мой помощник отрекомендовал вас именно так. Ну и... да, в некотором роде ждал. Но почему я вам должен верить?
   - Что мы не с Земли, мы можем доказать довольно легко. У нас есть оборудование, которого на Земле, насколько я знаю, не делают. И мы можем показать относительно свежие снимки Земли из космоса. В том числе снимок, на котором виден ваш... э... лагерь. Но что мы именно с Цереры, а не с Весты или не со звезд, конечно, нам будет доказать сложнее.
   - И чего же вы хотите от меня?
   - Ну... для начала, я хотел бы как-то попытаться загладить то недоразумение, которое произошло между нами и вашими людьми. Ружья мы вам, конечно же, вернем. В свое оправдание я могу сказать, что ваши люди не представились вплоть до самого... э... физического контакта. И я не видел никаких знаков или ограждений, когда мы въезжали на вашу территорию.
   - И как же вы планируете его заглаживать?
   - Это хороший вопрос, гос... простите, фримен Сунь. У нас с собой мало вещей, и почти ничего из этих вещей не годится в качестве подарка. А тем более, в качестве компенсации. Но если вы поможете нам добраться до Цереры, мы могли бы прислать вам что-нибудь, что вы могли бы счесть адекватной компенсацией. И за недоразумение, и за саму помощь. Например, что-то высокотехнологичное, но изготовленное с учетом ваших потребностей. Фильтры для воды, приборы ночного видения...
   - И как же я могу вам помочь? Среди моих людей есть мастера фейерверков, но вряд ли они смогут что-то запустить на Цереру...
   - Та... э... штука, возле которой произошло... э... недоразумение с вашими людьми. Мы называем ее Минкинский Монстр. Вы могли бы помочь нам ее оживить.
   - Ей двести лет. Почему вы думаете, что она годится на что-то, кроме металлолома?
   - Мы уже проверили некоторые из систем. Некоторые до сих пор в отличном состоянии, другие несложно починить.
   - Но, простите, фримен Сель Из Нев, а почему вы вообще думаете, что я вам буду помогать? Мне, возможно, выгоднее было бы сдать вас и вашего... Монстра папуасам. И, например, купить за это амнистию мне и моим людям.
   - Простите, фримен Сунь. Я плохо владею этим языком. - они говорили на ток писин. - Поэтому я могу путаться с модальными глаголами. Конечно, вы можете нас э... сдать. Но... Я беседовал с вашими людьми и сформировал о вас некоторое представление. И мне казалось, брать имя того, кого вы не считаете... э... ролевой моделью, было бы довольно странно.
   - То есть вы считаете, что Великий Мудрец, Равный Небу, не стал бы вас сдавать?
   - Конечно же нет, фримен Сунь. Он не славится благоразумием, но он не злонамерен. И он смел, изобретателен, любопытен и верен своим обещаниям.
   - Но я вам ничего не обещал!
   - Это верно, фримен Сунь. Поэтому моя главная надежда на ваше любопытство.
   - Пожалуй, я должен признать, что вы мое любопытство разбудили. Может быть, мы пройдем в дом и выпьем чаю?
   Космонавты, вслед за Сунь У-Куном, прошли в дом. Судя по высоте потолков, большой площади и поднятому над землей полу, дом был построен на основе довоенного каркаса. Стены были оштукатуренные. Как объяснял Мишка, внутри этих стен могло обнаружиться что угодно - от самана или соломенных матов до обломков довоенных сэндвич-панелей.
   Первый отсек, в который они попали, был нежилым. В дальнем от двери углу размещалась низкая печь, в котору был вмонтирован большой полусферический котел. Огня в печи не было. Командир с некоторым удивлением отметил, что топка у печи русского типа, с заглубленным в вентральную стену поддувалом, а дымохода не видно. Вспомнив внешний вид, командир сообразил, что дымоход расположен на другой стороне дома.
   Рядом с печью было что-то вроде довоенной кухни - несколько тумб, объединенных общей столешницей. Столешница, как показалось командиру, была сделана из цельной доски. Это его удивило - за все время путешествия, ни в Сибири, ни в оазисах Центральной Азии, он не видел ни одного дерева подходящей толщины. Чуть дальше за тумбами была укреплена железная раковина, над которой торчал никелированный кран. Печь и стена над столешницей и раковиной были отделаны кафелем, разноцветным и не всегда целым, но подобранным по размеру.
   Вентральная стена была глиняной, а дорсальной переборки вовсе не было. Сразу над стенами была видна двускатная крыша, утепленная изнутри каким-то вспененным полимером, со стропилами из грубо обрезанных и еще более грубо сваренных металлоконструкций.
   Окна были довольно большие, с деревянными рамами, застекленными довоенным - судя по пожелтению и помутнению - оргстеклом. Только одна секция окна была прозрачной. Судя по конструкции, это не стекло вырезали по мерке, а наоборот, раму адаптировали под имеющиеся под рукой обломки. Рамы с неортогональными и нерегулярными переплетами и стекла разных оттенков придавали окну странный и даже немного сказочный вид.
   Кухня-прихожая была отделена от остального дома оштукатуренной переборкой. До крыши эта переборка не доходила, но пространство между ней и крышей было завешено чем-то, похожим на циновки из синтетического волокна, и со следами какой-то упаковочной маркировки. Хозяин жестом пригласил космонавтов пройти дальше.
   Большая часть площади вентральной стены второго отсека была занята возвышением. Возвышение, как и печь, было отделано кафелем. Но здесь он был подобран не только по размеру, но и по цвету. На возвышении лежал ковер с пушистым ворсом и мелким узором с преобладанием оттенков красного цвета, а посередине ковра стояли два невысоких деревянных столика.
   На еще одном таком же столике в углу стоял компьютер, похожий на фотографии земных довоенных ноутбуков, но вполне новый на вид.
   Вокруг столиков хлопотала девушка, как показалось командиру - машина ровесница, расставлявшая чашки.
   - Позвольте представить, это моя дочь, Суга́р. Нергуин Сугар, если полностью. Моя жена сейчас в отъезде, она сейчас за хозяйку. - представил ее Сунь У-Кун.
   Сугар привстала - она стояла на коленях на ковре возле столика - и поклонилась на китайский манер. Командир заметил, что при словах "Нергуин Сугар" на мишкином лице промелькнуло какое-то странно-радостное выражение.
   Сунь У-Кун обменялся с дочерью фразами на непонятном командиру языке, и тут неожиданно Мишка сказал на ток писин:
   - Мне можно без сахара.
   Наибольшее воздействие эта реплика имела на девушку, которая подскочила, чуть не уронила чашку и покраснела.
   - Простите. - сказал Сунь У-Кун, похоже тоже несколько смущенный. - Я же правильно понимаю, что вы русские, и пьете чай без масла, но с сахаром?
   - Мне тоже можно без сахара. - быстро сказала бортмеханик.
   - Ты понимаешь, что они говорят? - спросил командир Мишку на старорусском.
   - Да, это монгольский. А я знаю бурятский, они похожи.
   - А что же ты раньше не сказал???
   - А в башне они на другом языке говорили, я его не знаю. - смущенно ответил Мишка.
   - Кросскультурность, Троорл его подери. Надеюсь, нас тут ришатра заниматься не заставят.
   - Извините. - сказал Сунь У-Кун на ток писин. - Я понимаю, что сложилась не очень удобная ситуация. Может быть, чтобы ее не усугублять, мы будем говорить на языке, который понимают все?
   - Это можно. - согласился командир. - Но на каком языке говорят ваши люди?
   - Большинство - на китайском. - с некоторым недоумением ответил Сунь У-Кун.
   - 你会说普通话吗?- спросил командир.
   - Pǔtōn... что? - переспросил Сунь У-Кун.
   - Понятно. Я имел в виду довоенное стандартное произношение китайского.
   - Значит, у нас не довоенное стандартное произношение. - извиняющимся тоном сказал Сунь У-Кун. - то есть, у нас остается только ток писин.
   - Вам, наверное, чай лучше по-китайски заваривать? - быстро спросила Сугар.
   Командир думал недолго. Мысль о чае с маслом его заинтриговала, но не настолько, чтобы захотеть это попробовать. А что такое чай, заваренный по-китайски, он думал, что он себе более-менее представлял.
   Землянин пригласил их разуваться и залезать на возвышение. Даже сквозь толстый ковер чувствовалось идущее снизу тепло. В ответ на удивленный взгляд командира, Сунь У-Кун подтвердил, что внутри возвышения идет дымоход от печи, и на ночь они печь топили. Но днем тепло, поэтому еду на сегодня они готовят на улице, в летней кухне.
   Как выяснилось, либо земные китайские представления о технике заварки изменились не меньше, чем язык, либо представления Сугар о китайском чае были вполне фантастическими. Командир даже не представлял, что из зеленого чая можно изготовить такой чифирь.
   Впрочем, обижать хозяев было неудобно и нежелательно. Поэтому командир с бортмехаником мужественно отхлебывали пахнущую сеном и сводящую скулы субстанцию. А Мишка, похоже, не замечал в этом напитке ничего особенного, только просил побольше кипятка.
   В качестве закуски к чаю полагались ромбические пончики без начинки, пахнущие бараньим жиром. Командиру вспомнилась цитата из читанной в детстве книги:
   "- Опьять баран! - возмущался профессор. - Суп из баран, жаркой баран и хлеб бурсак тоже баран. Ви би ешше компот из баран подавайт!"
   Впрочем, пончики как раз были довольно приятны на вкус и ощущение, особенно после нескольких дней питания всухомятку. А запах и солоноватый вкус позволяли заглушить запах "чая".
   Сунь У-Кун расспрашивал космонавтов о жизни в Поясе, проявляя неожиданные для земного полевого командира познания в орбитальной механике. Он даже знал слово дельта-вэ.
   Из своего образа жизни землянин тоже не делал особого секрета - или искусно создавал такое впечатление. Он признал, что у него самого и значительной части его людей есть непримиримые разногласия с папуасской властью, но сейчас они эту власть к учету своего мнения принудить не могут.
   Они добились, что полицай и армейская разведка в пустыню не суются, но текущие их амбиции дальше этого не сильно заходят. Для поддержания боевого духа они иногда грабят поезда на Лансине. Этим летом они не только успешно ограбили инкассаторский вагон, но и обезоружили полвзвода охраны.
   Но грабеж не является их основным источником дохода. Основных источников дохода у них два. Первый - это контрабанда редкостей и ценностей, которые находят в долине Вэйхэ и на равнинах. А второй - это солевые пруды. Недалеко на восток от поселка было соленое озеро, в котором промышленно добывали соль еще до войны. После войны папуасы это предприятие закрыли, из опасений, что озеро собирает воду с большой территории, и все радиоактивные осадки, выпавшие в его бассейне, там соберутся.
   Командир осторожно выразил сомнение, что со времен войны прошло всего шесть периодов полураспада стронция-90 и цезия-137, так что пруды оставались официально закрытыми не без причины. Но, как утверждал Сунь У-Кун, их методика осаждения соли с вымораживанием эффективно очищает рассол от стронция. А цезий, наоборот, весь вымылся из почвы уже давно, и попал в старые отложения, которые они из используемых прудов выгребли. Они проверяли образцы даже на ЯМР-спектрографе в Урумчи.
   Командира это все насторожило - но он уже видел, как спокойно народ на Турксибе торговал рыбой, выловленной в бессточных водоемах. Видимо, с дозами радионуклидов, которые можно было получить такими способами, земляне так или иначе уже смирились.
   Командир вел разговор, не особо напрягаясь. Ничего сочинять ему не нужно было, да и адаптировать факты к пониманию слушателя тоже не особо требовалось. Главной проблемой было не слишком сильно сбиваться с ток писин на староанглийский. Поэтому он почти сразу заметил, что Сугар строит Мишке глазки. Оглянувшись на своего проводника, командир увидел, что он на это отвечает, возможно не вполне сознательно.
   Командир некоторое время обдумывал образ действий: скрутить Мишке голову, применить какое-то более терапевтическое воспитательное воздействие или предоставить младшему поколению самому разбираться. И с некоторым злорадством остановился на последней стратегии.
   Маша с землянином общалась охотно, но, как казалось командиру, скорее от того, что общаться-то ей больше было особо и не с кем. И вряд ли имела насчет Мишки какие-то конкретные романтические планы. Самому же командиру... Мишка, в целом, производил на него, скорее, благоприятное впечатление. Он был явно взрослее, чем те машины сверстники, с кем командиру доводилось сталкиваться. И в поездке он показал себя выше ожиданий. Его бы еще подвергнуть какому-нибудь систематическому образованию... Но в качестве будущего зятя командир Мишку совершенно не представлял.
   Что же до этой принцессы повстанцев... Командир посмотрел на нее внимательнее. Она была девушка эффектная, что называется "кровь с молоком" - высокого роста, с покатыми плечами и сильными руками. Отец у нее тоже был мужчина не мелкий. Кожа у нее была гораздо темнее, чем у китайцев, с которыми командир сталкивался в Поясе. Впрочем, и у большинства европеоидов на Земле кожа была темнее, чем у людей той же расы в Поясе. Видимо, это был результат воздействия прямых солнечных лучей.
   Кожа у Сугар была гладкая и красивого оттенка. Одета она была в штаны армейского покроя, такие же, как у ее отца, и футболку с короткими рукавами, чистую, но довольно-таки застиранную.
   В принципе, все было так понятно. Первый раз командир с этим столкнулся еще в школе, когда на их станции расширяли рудник и к ним переехали несколько десятков рабочих с Цереры вместе с семьями. В их класс пришло трое новых мальчишек. И девчонки как-то вдруг сразу взбодрились: глаза заблестели, плечи расправились, на губах заиграли тонкие улыбки.
   Мишка для Сугар был еще более далеким пришельцем - не с другой станции, а из другой цивилизации. Командир подумал, стоит ли как-то дополнительно сообщить, что Мишка землянин, а не из космоса - но засомневался, будет ли это иметь достаточный эффект. В любом случае, он пришел с людьми, с которыми ее отец разговаривал на равных -- а таких тут, наверное, немного. И, по земным масштабам, он был все-таки издалека.
   Мишку тоже можно было, наверное, понять. У себя в деревне, как понял командир, он считался гиком или как там теперь на Земле это называется. Возможно, за последнюю пару мегасекунд он получил больше женского внимания, чем за всю предыдущую жизнь.
   Потом командир отвлекся. Допивая свою чашку, он заметил на ее дне какую-то странную тень. Первая мысль была, что ему показалось. Но, приглядевшись внимательнее, он понял, что видит что-то реальное. Он тремя большими глотками допил чай, поднял чашку к окну и посмотрел ее донышко на просвет. На него смотрела молодая девушка.
   Изображение было очень детальным, похожим на черно-белое фото высокого разрешения. Казалось, видны были даже ресницы и волоски в прическе.
   - Простите. - сказал Сунь У-Кун. - Я не сразу понял, что вы пытаетесь сделать. Вы бы попросили, у меня есть пустая чашка.
   Командир оглядел чашки остальных участников застолья. Они, и правда, были одинаковые - тонкостенные, из матового полупрозрачного материала, с тонкой росписью и позолотой.
   - Там везде одинаковое изображение? - спросил командир.
   - Да, это сервиз. На всех шести чашках одно и то же лицо.
   - Какое еще лицо??? - подпрыгнула бортмеханик.
   Командир молча передал ей чашку.
   - Ой. - сказала бортмеханик. - Что это?
   - Не знаю. - сказал Сунь У-Кун. - Видите, клеймо на донышке стерто. Я даже не знаю, когда это было сделано. Может быть, это сделали в двадцатом веке, вручную. И на донышке лицо жены заказчика или дочери мастера. Или это делалось перед войной, на фабрике. А фотографию они нашли в фотобанке. Или, может быть, это тоже делалось на фабрике, но вы могли приложить к заказу фотографию, которую...
   - А вы, я вижу, мечтатель. - улыбнулась бортмеханик.
   - Скорее, фантазер. - сказал землянин. - Знаете, жизнь на развалинах этому способствует. В старых мегаполисах можно найти не только металлолом и запчасти. Там есть много странных вещей, но почти ни у чего нет документированной истории. Зато простор для придумывания...
   - А что это за материал вообще? - не успокаивалась бортмеханик. - На стекло не очень похоже, и явно не пластмасса...
   - Фарфор. - спокойно сказал Сунь У-Кун. - У вас в космосе такого не делают?
   - Нет, конечно. - сказал командир. - У нас вообще с сырьем для керамики плохо. На Церере есть что-то, что планетологи считают похожим на земную глину. Я читал, сразу, как только мы туда прилетели, из церерских глин пытались делать керамику, но что-то не получилось.
   - Выглядит как бизнес-план. - неожиданно сказал Сунь У-Кун.
   - Вряд ли. - не согласился командир. - Если бы мы могли построить орбитальный лифт... А без этого, на Земле очень мало того, подъем чего из гравитационного колодца окупился бы. Да, на Земле есть недоступные нам материалы, вкусная и необычная пища... Но деликатесы в тысячи раз дороже довоенных цен на черную икру... вряд ли вы сможете их продать много.
   - Мало... но что-то все-таки есть?
   - Ну, да. Уран. Нам еще не хватает азота, и мы могли бы использовать больше водорода. Но азот и водород мы все-таки можем добывать дешевле, чем поднимать с Земли. А уран... Я не готов рассчитать точный бизнес-план, но, возможно, подъем урана химическими ракетами на околоземную орбиту вполне окупился бы. Даже природного урана. Мы можем использовать термоядерные реакторы как бридеры...
   - С ураном у нас беда. - признался землянин. - Папуасы как раз тем и укрепили свою власть, что смогли наложить руку на все сколько-нибудь значительные запасы урана и плутония. А до того был полный хаос. Вы ведь улетели вместе со станциями орбитальных лифтов, а значит, не представляете, как это - когда ядерную бомбу может сделать буквально любой желающий.
   - Ну, как я понимаю, даже непосредственно перед Исходом все необходимые технологии и знания были доступны буквально нескольким правительствам во всем мире. Ну, может, полутора десяткам. Это много, но все-таки не так, чтобы...
   - Но ведь... ведь, насколько я помню, даже лифт Кения подрывали бомбой Джонсона?
   - Чем? - не понял командир.
   - Понятно. - Сунь У-Кун расплылся в широкой улыбке и стал похож на статую Будды. - Мне кажется, у меня есть что-то, что я вам все-таки мог бы продать.
   - Можно конкретнее?
   - Грубо говоря, чертежи атомного устройства, которое можно изготовить в любой автомастерской. Даже здесь, в нашем лагере, ее можно было бы сделать. При условии, что есть уран... причем, пойдет даже природный уран, только его потребуется больше, чем реакторного.
   - Это противоречит всему, что я знаю про физику реакторов. - сказала бортмеханик.
   - Возможно. - согласился землянин. - Насколько я помню историю, этот самый Джонсон опубликовал статью, в которой говорилось про новый физический эффект, так называемую спин-конденсацию. И он даже не думал, что это можно употребить для изготовления бомбы. А кто именно ее изобрел, так и осталось неизвестным. Но чертежи были выложены в Интернет, и буквально через неделю был взрыв под площадью Тяньаньмэнь.
   - Да, согласно нашим записям, на Земле после нашего Исхода использовались необычные ядерные устройства. - согласился командир. - И логика их применения... В общем, да, мы не могли понять, какие правительства и зачем это делают.
   - Потому что это, по большей части, делали не правительства. - сказал Сунь У-Кун.
   - Возможно, изложение этой теории конденсации было бы нам интереснее, чем чертежи бомбы. - сказала бортмеханик.
   - К сожалению, статьи у меня нету. Да если бы и была... я пытался читать учебники по квантовой механике, и должен признать, что мало что там понимаю. А чертежи...
   - Знаете, фримен Сунь. - сказал командир. - Эти чертежи нам сейчас не очень-то полезны. Так что, может быть, вы могли бы их придержать... Например, в качестве залога. Что мы доставим вам то оборудование, какое обещали. Кстати, вы уже думали, что именно вам нужно?
   - Еще нет. Я как-то больше думал, чем именно я мог бы вам помочь. Вы говорите, системы вашего... Монстра можно оживить. Но ведь эта штука нуждается в топливе? И... ей же, наверное, нужен жидкий кислород? Или тетраоксид азота? Это же довольно агрессивные вещества. Неужели они могли пролежать двести лет? Пусть даже в дьюарах, сделанных по довоенной технологии?
   - Нет, Монстру не нужен кислород. Нам для дыхания нужен. Но им мы можем себя обеспечить сами. Несколько часов работы турбодетандера от нашего реактора.
   - Только надо будет собрать какой-то перегонный куб, чтобы отогнать азот. - вставила бортмеханик.
   - Но на чем же он летает? - не удовлетворился ответом землянин.
   - Это хороший вопрос. Я как раз всю беседу думал, можно ли вам показать ответ на него. И решил, что можно. Но это надо ехать в пустыню. И не к самому Монстру, а на десяток километров в другую сторону. И там надо будет копать.
   - Что именно копать?
   - Несколько кубических метров рего... песка. И лучше бы не взрывами. Мне бы не хотелось повредить то, что под песком.
   - У нас есть несколько погрузчиков с ковшами, но два из них заняты, а один сломан.
   - Может быть, я посмотрю, что с ним? - спросила бортмеханик.
   - Вы разбираетесь в ремонте нашей техники?
   - Дизель рыбацкой шхуны я уже чинила. Поршневые компрессоры у нас в Поясе редкость, но встречаются. А принцип тот же...
   - Попробуйте посмотреть.
   - И еще, фримен Сунь. Понятно, что вы не поедете один. Но я бы очень хотел, чтобы вы взяли с собой только тех людей, кому вы полностью доверяете.
  
   По прямой от вокзала Чжанье до станции Цзинчан 150 километров. Но по железной дороге это расстояние превращается в 170 км, потому что Лансинь несколько раз делает петли, чтобы скомпенсировать крутой уклон.
   Ю Бохай напряженно всматривался в освещенное фарами дорожное полотно, время от времени прихлебывая кофе из термоса. Они ехали по относительно обжитым местам между Чжанье и оазисом Шаньдань. Здесь бандитов можно было не опасаться. Зато запросто можно было обнаружить на путях лошадь или застрявший трактор, а то и заплутавшего в полях пьяницу.
   Одновременно машинист прислушивался к звуку дизеля. Дорога была электрифицирована, но в темноте довоенные поля солнечных батарей не работали и мощности в сети не хватало. Поэтому по ночам поезда таскали тепловозы.
   Машина была старая, капризная и при отъезде со станции, казалось, начала барахлить, так что Бохаю пришлось сдвинуть контроллер на одну позицию. Да и на топливо в последнее время были жалобы. Но сейчас, на прямом отрезке, двигатель гудел ровно и стрелка тахометра колебалась в зеленой зоне.
   Впереди мелькнул зеленый огонек светофора. Бохай ткнул в бок напарника:
   - Заснул, что-ли??? Не слышу доклад.
   - Никак нет, мастер Ю! - встрепенулся тот. - Зеленый.
   - Вижу зеленый. - подтвердил Бохай. - Свяжись со станцией.
   Напарник поднял трубку телефона:
   - Говорит девяносто шесть ноль пять, вызываю Шаньдань. Входной блок-участок зеленый.
   - Девяносто шесть ноль пять, это Шаньдань, входной блок-участок зеленый подтверждаю, проходите станцию по главному без остановки. Скорость сорок.
   - Вас понял.
   Бохай плавно потянул назад контроллер, прислушиваясь к звуку. Дизель чихнул, но загудел в новой тональности. Поезд медленно стал сбавлять ход.
   Они проехали светофор, и вскоре впереди показались огни станции. Скорость падала чуть быстрее, чем рассчитывал Бохай. Но он не рискнул увеличивать тягу, чтобы не расстраивать машину. Помощник потянулся было к рукоятке гудка, но Бохай остановил его:
   - Ночь на дворе, всех перебудишь. А на нас потом жалобу напишут.
   Они прошли входной светофор, и локомотив тяжело качнуло на разболтанной стрелке. Бохай хотел сделать отметку в журнале, но передумал. Протекторат в этом квартале, как обычно, недодал бюджета на обслуживание путей, и товарищ Бао на собрании просил всех отнестись с пониманием.
   Оно, конечно, понимание - это хорошо. А с другой стороны, когда будет разбор, почему состав оказался под откосом, будут, конечно, искать замечания к состоянию путей. А если их нету, повесят на машиниста, и никакое понимание не поможет. Видал я и такое не раз...
   Голова состава еще находилась на станции, когда Бохай двинул контроллер вперед. Дизель опять чихнул, но серьезно возражать не стал. Локомотив рванул и с лязгом начал выбирать слабину автосцепок. Помощник обменялся с диспетчером дежурными фразами, и поезд, медленно набирая скорость, вышел на перегон.
   За Шаньданем дорога шла по пустынной тектонической котловине между отрогами хребта Цилянь на юге и невысокими горами Луньшоу на севере. Сквозь засветку от фар можно было увидеть освещенные заходящей Луной силуэты обоих хребтов над горизонтом.
   Здесь можно было уже не опасаться обычных препятствий на путях. Дорога даже не проходила вблизи от скальников, так что и обвалов ожидать не приходилось. Надо было только выдерживать скорость на уклонах и крутых поворотах. Да еще заложиться на просроченное обслуживание... С высоты кабины хорошо было видно, что блестящие в лучах фар и исчезающие вдали линии рельсов не прямые и даже не совсем параллельные.
   Дальше на этом перегоне, где долина сужалась, вдали от оазисов, пошаливали бандиты распределенного фронта. Впрочем, и их Бохай не боялся: они везли порожняк, только на четырех или пяти платформах стояли трейлеры с тягачами и экскаваторы. А грабителям интересны инкассаторские вагоны и пассажирские.
   А здесь, вблизи от какого-никакого, а города, бандиты вряд ли рискнули бы атаковать даже поезд с самым ценным грузом.
   Поэтому, когда зеленый огонь светофора впереди сменился на красный, и раздались треск зуммера, шипение пневматических магистралей и скрежет колес, это было для Бохая полной неожиданностью.
   На тепловозе стояло устройство деактивации ПАБ, но его включали перед отправлением люди в котеках только на литерных и пассажирских. А после летнего ограбления, еще на поездах, которые шли перед литерным или пассажирским. Сейчас это устройство было выключено и опломбировано. Автоматика, реагируя на полученный по рельсам кодовый сигнал, начала экстренное торможение. Локомотивная бригада ничего не могла с этим сделать.
   - Шаньдань, Шаньдань, слышите нас? Это девяносто шесть ноль пять, нас грабят! Повторяю, нас грабят! - кричал помощник в трубку радиотелефона. Но, судя даже по тому, что он не делал пауз между фразами, ответа не было. Релейная сеть, как и путевая автоматика, были рассчитаны на условия мирного времени, и саботировать их было легче легкого.
   Бохай со страхом вслушивался в скрежет. Его пугало не столько ограбление - у него при себе денег-то почти не было, да и что с поезда взять, он совершенно не понимал - сколько опасность, что на просевшем и вспученном полотне состав с заблокированными колесами может сойти с рельсов. Или изношенные стыки рельсов могут разорваться под нагрузкой.
   Но этого не произошло. Поезд проскрежетал последний раз, локомотив качнулся на рессорах и замер. Бохай убедился, что автоматика выставила контроллер на нейтраль, и увидел за окном приближающиеся огни. А сзади, сквозь тарахтенье дизеля, послышался звук моторов какой-то тяжелой колесной техники.
   К локомотиву подъехала целая процессия. Ее возглавлял человек на квадроцикле довоенной модели. Машина была сильно пострадавшая от времени: краска на крыльях облупилась, торчала бахрома стеклоткани. Но, судя по звуку, ровному ходу и отсутствию облаков дыма, ее содержали в неплохом состоянии. Водитель ехал медленно, чтобы сопровождавшие его рысью всадники не отставали.
   Один из всадников подъехал к локомотиву и попытался прямо из седла перелезть на лестницу, ведущую в кабину. Но лошади было неудобно стоять на насыпи, поэтому маневр не удался. Он отъехал на ровное место, спешился, передал уздечку другому всаднику и только потом полез на тепловоз.
   Эта заминка немного смазала впечатление. Впрочем, Бохай, успокоившись, что состав остался на путях, уже испытывал только раздражение. Дверь в кабину, как положено в движении, была заперта. Но грабитель погрозил через стекло пистолетом, и Бохай счел за лучшее его впустить.
   - Фрипипла! - сказал бандит. - Извините за беспокойство, но мы надеемся на ваше сотрудничество. Проявите благоразумие, и никто не пострадает.
   Грабитель был одет в маоцзедуновку защитного цвета, а на лице у него был завязан черный платок, как у бандитов в комиксах заморских демонов.
   - Чего вы хотите? - мрачно сказал Бохай. Ситуация никак не располагала к соблюдению этикета.
   - Чтобы вы заглушили мотор и ждали моих распоряжений.
   - Не могу заглушить. - сказал Бохай еще мрачнее. - Я должен стоять со включенными огнями. А если аккумулятор сядет, я потом не заведусь.
   - Ну хорошо. - с неожиданной легкостью согласился грабитель. - только руки уберите от пультов. И предупреждайте, если захотите пошевелиться.
   - А чего вам надо вообще? - более спокойным тоном спросил машинист. - Мы же порожняк везем? - и, не дождавшись ответа, Бохай сообразил сам. - Зачем вам экскаваторы???
   - Вы не хотите этого знать. - ответил бандит.
   Бохай подумал, и решил, что он и правда этого не хочет.
   Происшествие попало в отчетные сводки полицай. Тем более, что Бохай, опасаясь, что в какой-нибудь вагон загрузили взрывчатку, остановился на перегоне перед Цзинчаном и поставил на уши все отделение, добиваясь, чтобы состав осмотрели с собаками.
   Из-за необычности дела, полицай оповестили и службу благосостояния. Но никто не догадался сопоставить это странное ограбление с поисками людей со звезд на Байкале.
   Для спецслужб не было секретом, что банда Сунь У-Куна в промышленных масштабах добывает соль в Гун-Худуке. Официальная резолюция была, что, наверное, он решил заняться перестройкой прудов. Потом руководство службы благосостояния склоняло эту перестройку прудов на все лады, так что она превратилась в крылатую фразу.
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"