Уксус Сергей: другие произведения.

Краткая история контакта

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
  • Аннотация:
    Немного об отношении ИХ к НАМ.


Довыделывался

  
  
  
  
  
   ...Обнаружили цель, сблизились на дистанцию уверенного поражения ракетами и отстрелялись! Всё! И не надо изобретать новые тактические приёмы или экономить на боеприпасах! Погребальные церемонии и поисково-спасательные операции обойдутся дороже! Так что не выделывайтесь!
  
   "Наставление младшим"
  
  
   "Довыделывался", - мысленно хмыкнул Хоргах Шисс, прислушался к себе и снова хмыкнул. На этот раз -- вслух. Ни тени страха, отчаяния или, упаси Великий Космос, паники. Что, в общем-то, учитывая боевой опыт, совсем не удивительно. За почти семьдесят лет службы в армейском спецназе бывало и похуже. А тут точно знаешь, что будут искать и рано или поздно обязательно найдут. Плюс машина и снаряжение, а не, как иногда случалось, одна только голая задница. Н-да. А вот лёгкая досада присутствует. Но это-то как раз понятно: пообещал людям более-менее целый образец и...
  
   Нет, прибил-то тварь аккуратно -- догнал и отстрелил головы импульсниками. И даже тушу успел подцепить с этого же захода. Буксировочным лучом. Н-да. Утащить не утащил бы, но вот падение мог замедлить, а то с одиннадцати с лишним тысяч метров да об твёрдую землю... И только потом вслушался в верещание бортового компьютера, в попытках докричаться до хозяина перешедшего с бархатистого контральто на рык гоняющего новобранцев сержанта. С использованием соответствующих оборотов, само собой.
   - Всё, Кири, я снова здесь, - вклинился Хор в паузу, - что тебя так взволновало?
   - Мы провалились, господин подполковник в запасе, - компьютер продолжил изъясняться в стиле сержанта, однако тон несколько сбавил. - И та задница, через которую мы провалились, уже закрылась. Опорные маяки не фиксируются, на запросы никто не отвечает. И ещё та хрень, которую вы, господин подполковник в запасе, изволили подстрелить, тянет нас вниз. Короче, хозяин, мы падаем.
   - Н-да? - Шисс глянул на приборную панель и нажал клавишу отключения буксировочного луча -- всё равно доставить добычу по назначению не представлялось возможным. - Так лучше?
   - Намного, шеф, - Кири наконец-то сменила голос на женский. - Но что мы теперь будем делать?
   - Для начала давай поднимемся на пару тысяч и осмотримся.
   - Как скажете, шеф. А вообще?
   - А вообще... - Хор сделал вид, что задумался, потом с сомнением произнёс: - Ну, наверное, найдём болото поглубже и заляжем баиньки. Кстати, включи аварийный маяк.
   - Аварийный маяк включен, - деловым тоном сообщил компьютер и тут же принялся канючить: - Ну ше-эф, это же так ску-учно! Шеф, ну вы же метамо-орф!
   - Я уже скоро сто лет метаморф, - брюзгливо буркнул Шисс и спустя несколько секунд с расстановкой повторил: - Скоро. Сто. Лет.
  
  
   Способность к метаморфизму обнаружили у него в шестилетнем возрасте. Родители, когда им об этом сообщили, готовы были плясать от радости -- имперская пропаганда давно уже вылепила из метаморфов этаких героев. Рыцарей без страха и упрёка, как говорили в древние времена. Фильмы -- про них. Книги -- про них. Мультфильмы -- про них. Даже сказки для самых маленьких -- о приключениях доброго и весёлого Морфика. А теми, кто был с этим не согласен, занималась Служба имперской безопасности. СИБ. Потому что слишком уж ценным ресурсом были метаморфы. И слишком редким. Таких, как Хор с его семьюдесятью четырьмя единицами по шкале Гир-Хасса, считающихся средними, на всю Империю было не больше четырёх сотен. Сильных, от семидесяти пяти до девяносто девяти единиц -- около сотни, а вот полных, со способностями в сто единиц и больше, можно было пересчитать по пальцам. И потому любой обнаруживший способного ребёнка получал крупное денежное вознаграждение. А родители этого самого ребёнка -- гражданство первой категории, если раньше его не имели, налоговые льготы да и просто благосклонность чиновников разного уровня (за этим тоже следила СИБ). Что же касается самих детей...
  
   Маленький Хори радовался вместе с мамой и папой, а через месяц его забрали в Школу. И детство кончилось. Подъём в семь, обед в полдень, отбой в десять вечера. Свободного времени -- полчаса после завтрака, полтора часа после обеда, полчаса после ужина и час перед отбоем. Всё остальное время -- учёба. Восемь дней из десяти. Но и оставшиеся два дня можно было назвать выходными только на трёх последних курсах, до этого же -- та же учёба, но в неявной форме. Просмотры фильмов и мультфильмов строго определённой тематики, походы в музеи и просто походы, где преподаватели и воспитатели рассказывали эпизоды своей или чужой героической жизни... Из имеющих способности старательно выковывали клинки, чтобы поставить их на службу Империи. Из любых. Независимо от уровня этих самых способностей. Потому что главное -- умение ими владеть.

Вообще, шкала, разработанная когда-великим Гир-Хассом, не только открывшим явление метаморфизма, но и добившимся признания своего открытия, по мнению многих была слишком грубой и излишне категоричной. Альтернативные варианты предлагались не раз, однако ни один из них так и не был принят. Основных "потребителей" - внешнюю разведку, СИБ и армию -- существующее положение дел вполне устраивало, и менять что-либо они не хотели.
  
   На третьем курсе Хоргах понял, как ему повезло с этой недостающей единицей, из-за которой он остался в группе средних. Потому что сильных метаморфов гоняли значительно больше и просто страшно было представить, каково доставалось полным. А ещё через двенадцать лет, отслужив год в спецназе, молодой лейтенант Шисс осознал, что завидовать следовало как раз сильным.
  
   Впрочем, к тому времени он уже умел сам ставить себе задачи, искать способы их решения и не отчаиваться, если вдруг что-то не выходило с первого раза. Не удалось получить нужные знания в Школе? Жаль, конечно, но разве кто-то сказал, что нельзя учиться на службе? И Хор учился. Скачивал из школьной библиотеки учебники и методические пособия, благо никто не лишал выпускников доступа к ней. Присматривался к старшим товарищам, не стесняясь задавать вопросы. А если служба сводила с кем-то из сильных (увы, случалось такое крайне редко), осаждал их просьбами показать и объяснить. Те удивлялись, но объясняли и показывали. Получалось не всё, на некоторые вещи просто не хватало сил, но то, что получалось...
  
   Ещё через полтора года группа вдруг распалась. Сначала командир ушёл на повышение, потом двое "старичков" решили не продлевать контракты, потом ещё один "старичок" перевёлся инструктором в Школу, и, наконец, пятого зарубили психологи при прохождении медицинской комиссии. Оставшиеся трое, в том числе и успевший получить старлея Шисс, некоторое время болтались на базе спецназа в качестве резерва, периодически устраивая охранявшему базу батальону "учебные тревоги" путём демонстративно наглого прорыва периметра при возвращении из самоволок. А как ещё прикажете развлекаться, если увольнительные случаются крайне редко, алкоголь не берёт от слова совсем, а почти весь женский персонал состоит либо из чьих-то жён, либо из постоянных подруг, либо из тех, кто всеми силами стремится попасть в одну из этих двух категорий?
  
   Начальство топало ногами, скалило клыки, грозилось сожрать виновных живьём и без соли... и втихую делало ставки на то, попадутся нарушители или не попадутся. Причём игра велась честно -- никто не устраивал внеплановых поверок, чтобы вычислить нарушителей дисциплины...
  
   Так продолжалось около двух месяцев, а потом виновников безобразия вызвали в штаб и предложили создать новую группу. Под командованием старшего лейтенанта Хоргаха Шисса. Набирать людей следовало из недавно состоявшегося выпуска Школы. Само собой, из слабых либо средних. Желательно из первых. После чего приказали хорошенько обдумать предложение и через час явиться с положительным ответом. Хору ничего не оставалось, кроме как согласиться, и на некоторое время на базе воцарились тишь да гладь.
  
   Ненадолго.
  
   Через четыре дня группа была сформирована, и начались тренировки по боевому слаживанию, на которые начальство широким жестом выделило аж целый месяц. И веселье вспыхнуло заново. Командир группы решил, что тренажёры и полигон -- это, конечно, хорошо, но ничто так не стимулирует, как реальная опасность. А охрана базы, между прочим, имела приказ стрелять на поражение. И не из желания пришибить одного слишком уж нахального старшего лейтенанта, а по вполне объективным причинам.
  
   Закончилась эта история вполне логично: за несколько дней до окончания подготовки Хоргаха заставили написать подробный отчёт о замеченных дырах в системе безопасности. И заодно попросили дать рекомендации по их устранению. В письменном виде.
  
   А потом началась работа. Сначала им поручали довольно простые задания, давая возможность набраться опыта, потом всё сложнее и сложнее. Так что к концу своего первого контракта Шисс мог с уверенностью сказать, что в обозримом космосе нет такой задницы, в которую бы их не засовывали. И из которой они не сумели выбраться. Конечно, без потерь не обходилось, по разным причинам в группе сменилась половина состава, Хора и самого дважды собирали чуть ли не по кусочкам, но возвращались все. Пусть даже только для того, чтобы сгореть на погребальном костре или упокоиться в могиле. Но -- здесь. На этой стороне. В окружении своих, а не врагов.
  
   Затем был второй контракт, третий, четвёртый... Шисс дорос до подполковника -- максимум возможного для командира группы -- однако упорно отказывался от предложений перейти в штаб или на преподавательскую работу. Ради чего, спрашивается? Полковников и даже генералов в Империи -- как астероидов в галактике, а вот таких групп, как у него, с десяток, может, и наберётся, но не более.
  
   На пятом контракте во время одного из отпусков девчонка, с которой Хор проводил время на Фангаре, затащила его в частный аэроклуб, где попыталась уговорить полетать на одном из имеющихся там лёгких самолётиков. Не самостоятельно. С ней в качестве пилота. Ну или хотя бы с инструктором. Однако Шисс, ничего не имеющий против полётов на чём-нибудь бронированном и зубастом, к идее подняться в небо на аппаратике, на который даже чихнуть страшно, отнёсся резко отрицательно и на уговоры не поддался. В конце концов девчонка махнула на него рукой, попросила подождать часик и умчалась переодеваться в лётный комбинезон, Хоргах же, оглядевшись по сторонам, обнаружил барную стойку, несколько лёгких пластиковых столиков, укрытых от палящего солнца большими пляжными зонтами, немного подумал и взгромоздился на высокий табурет -- так хоть с барменом пообщаться можно будет. Бармен молча кивнул, приветствуя клиента, и поставил перед ним высокий запотевший бокал с несколькими кубиками льда и какой-то прозрачной жидкостью. Шисс мысленно хмыкнул, взял бокал, поднёс к носу, понюхал -- ничем не пахло -- и только после этого попробовал. Жидкость оказалась водой. Самой обычной чистой водой. Правда, зверски холодной.
  
   Минут пять они присматривались друг к другу, потом бармен вдруг спросил:
   "Чего не полетел-то?"
   "А ты чего не летаешь?" - в свою очередь лениво поинтересовался Хор.
   "Так ты ж не полетел".
   "А при чем здесь... - начал было Шисс, потом сообразил: - Инструктор?"
   "Угу", - бармен забрал опустевший стакан и поставил перед подполковником другой. Тоже с водой.
   "Э-э-э..."
   "Рабочие дни, народу мало. Вот в выходные тут народу хватает. Тогда и нанимаем кого-нибудь из студентов".
  
   Они разговорились. Бармен оказался бывшим военным лётчиком, оттрубившим два с половиной контракта и списанным по ранению после одного из многочисленных "пограничных конфликтов". Хоргах помнил те события. Какой там, в Бездну, конфликт?! Конфликт -- это когда части постоянной готовности справляются своими силами! На Ронгре же пришлось объявлять мобилизацию, в срочном порядке выдёргивая резервистов, спешно их вооружая и кидая на затыкание дыр в обороне! И не чтобы остановить, а лишь задержать орду религиозных фанатиков из Земли Святого Храма, где-то раздобывшую более-менее серьёзное вооружение и оголтело прущую вперёд не считаясь с потерями. На день, на час -- на сколько получится! Чтобы продержаться до подхода помощи из Империи.
  
   Успели. Подтянули. Вышибли. И не просто так, а с треском. Вот только дальше границы не пошли. Политическая обстановка, сожри её Бездна. Тем более что Святейший Синод быстренько назначил виноватых и распорядился публично их казнить...
  
   Хор хмыкнул. Его группу и несколько других перебросили на Ронгр одними из первых. Потому что храмовники, смяв пограничников и прорвавшись к планете, встали на орбите в глухую оборону, пройти через которую был шанс разве что у курьерских кораблей. Быстрых, но не отличающихся вместительностью. И потому командование послало диверсантов, поставив им только одну задачу: чтобы в тылу врага всё горело.
  
   Восемнадцать дней Хоргах и его бойцы ели на ходу, спали урывками и резали, резали, резали... А ещё стреляли, взрывали, жгли... К своим не выходили -- некогда. Каждый час, каждая минута были даже не на вес золота -- на вес жизней. Если, конечно, жизни можно взвесить...
  
   Шисс полгода после этого не мог спать нормально -- кошмары мучили. Но снились ему не убитые фанатики, а то, что оставалось от мирных жителей, не успевших от этих фанатиков уйти. "Они еретики! Мы помогаем их душам очиститься!" - брызжа слюной, вопил пленный. Ему потом просто перерезали горло -- возиться было недосуг, поблизости бегало ещё много таких...
  
   Через восемнадцать дней всё закончилось. Для спецназа, во всяком случае. Подошедший флот смёл с орбиты всю шваль, которая там околачивалась, и войсковые транспорты смогли наконец приземлиться. В дело вступили свежие части, хорошо подогретые показами отснятых и пересланных спецназом материалов, а группы были отозваны и отправлены в тыл, на отдых. Бармен -- его, кстати, звали Зорфом -- прилетел на планету как раз тогда. И на первом же задании получил. По полной.
  
   Случай был из разряда "и смех, и грех". Наводчик самоходной гаубицы, задрав ствол едва не в зенит (по кораблям на орбите хотел пальнуть, что ли?), выстрелил и... попал в вынырнувший из-за деревьев "Балгор", шедший на малой высоте. Штурмовики -- машины крепкие, но на такое даже они не рассчитаны. Взрывом крупнокалиберного снаряда самолёт разнесло на куски, а бронированную капсулу кабины швырнуло вверх, благодаря чему отстреленный бортовым компьютером парашют успел раскрыться, смягчив удар о землю. Злосчастная самоходка к тому времени уже горела, распоротая очередью Зорфова ведомого, а оставшиеся машины звена кружили над местом падения товарища, буквально выжигая всё, что показалось опасным или просто подозрительным.
  
   Почти год Зорф провалялся в Центральном госпитале ВВС и ВКС, потом ещё столько же провёл в санаториях и под конец был уволен по состоянию здоровья. Со всеми положенными выплатами и неплохой пенсией, само собой. Потом год болтался, не зная, куда приткнуться, и наконец вдвоём ещё с одним отставником купил этот клуб. Чисто для души, поскольку прибыли дело почти не приносило...
   "Везучий ты", - сказал Хор, выслушав эту историю.
   "Мне говорили, - кивнул Зорф. Ему действительно говорили это не раз, и он вполне искренне соглашался. Понимал, что уже после разрыва снаряда должен был превратиться в мешок с фаршем. Ну, или после приземления. Однако отделался всего лишь контузией. Правда, сильнейшей. - Может, всё же попробуешь?" - последовал кивок на выстроившиеся вдоль края лётного поля маленькие аккуратные аппаратики.
  
   Хоргах покачал головой и честно признался, что ему не по себе от одной только мысли подняться в воздух на... этом. Вот на чём-нибудь покрепче, да с бронёй, да чтоб вооружение... А то как голый... А может?..
  
   Зорф покачал головой. Нет, купить-то не проблема -- и деньги есть, и продадут. А что дальше? Поставить в ангар и время от времени стирать пыль? Тряпочкой с плоскостей? Потому что продают вместе с бортовым компьютером, а у того на уровне железа прошито: только квалифицированный пилот и только годный по состоянию здоровья. Ещё в незапамятные времена такое правило ввели. Когда на них один за одним биться начали. А чтобы получить квалификацию -- Зорф, хитро прищурившись, посмотрел на Шисса -- надо сначала на птичках полторы сотни часов налетать. Потом не меньше шестидесяти на тренажёре. Потом часов двадцать с инструктором. И только потом сможешь сам. Если, конечно, здоровье позволит. И если согласен числиться в запасе не только по основной специальности, но и как лётчик. Мясо, само собой, но иногда и мясо пригождается.
   "Как на Ронгре", - кивнул Хор.
  
   Зорф на несколько секунд задумался, потом хмыкнул:
   "Ты там был".
  
   В ответ Хоргах ограничился кивком: ну да, был.
   "А рассказывать, понятное дело, не можешь".
  
   На этот раз Хор пожал плечами. Как раз о Ронгре рассказывать можно было, вот только стоило ли? Об одном эпизоде уж точно нет. Примерно через полгода после окончания той эпопеи, когда совершенно замученный кошмарами Шисс уже всерьёз подумывал об обращении к медикам, его вызвали к начальству, причём не одного, как обычно, а с группой. Дело достаточно редкое, однако случавшееся. Начальство, поинтересовавшись, не желают ли господа спецназовцы вернуть кое-какие долги, предупредило, что дорога вероятнее всего будет в один конец и что пойдут только добровольцы. И вот это уже не лезло ни в какие ворота. Н-да... Впрочем, и самому Шиссу, и его людям, тоже просыпавшимся по ночам в холодном поту (хороший командир должен знать о подчинённых всё), было плевать. Сдохнуть на задании? Подумаешь! Это намного лучше, чем застрелиться или превратиться в подопытного зверька, которого пичкают пилюлями и которому выносят мозги душеспасительными беседами...
  
   В общем, к назначенному времени у взлётно-посадочной площадки базы собрались все. И ни у кого белый клыкастый череп, весело скалящийся с борта опустившегося на площадку катера, не вызвал никаких чувств, кроме мрачной решимости. Да, белый клыкастый череп. Тот самый. Официальная эмблема Младшего Императорского Дома...
  
   Пожалуй, не было в Империи разумного существа, не знавшего об этом... этой... этом образовании. Очень могущественном и очень таинственном. Именно таинственном, а не засекреченном. О его существовании знали все, и при этом никто не мог сказать, чем оно занимается. А ещё -- любой представитель Дома имел право без предварительного согласования привлечь к решению своих непонятных задач любое подразделение до дивизии включительно. В приказном порядке. Вот и Шисса с группой, похоже, привлекли. И идея с добровольцами, как оказалось, принадлежала именно Дому: перед посадкой один из членов экипажа ещё раз напомнил, что участие в операции дело сугубо добровольное.
  
   На этом странности не закончились. На корабле во время инструктажа им кроме непосредственной задачи (тоже, кстати, весьма необычной: дотащить до объекта инженерные заряды и помочь с их установкой. Проще говоря, выступить в роли вьючных животных) объяснили также и смысл всей операции. Оказывается, Младший Императорский Дом не удовлетворился показательными казнями марионеток и решил дотянуться до тех, кто на самом деле принимал решения. А заодно и уничтожить несколько более чем интересных объектов вроде секретных лабораторий, работающих над созданием биологического и химического оружия. Образно выражаясь, чудовищу не только отрубали головы, но и выдирали ядовитые когти.
  
   Потом были тренировки по отработке взаимодействия на корабельном тактическом симуляторе, и спецназовцы с удивлением поняли, что не дотягивают до уровня бойцов Дома. Потом -- высадка, четырёхчасовой ночной переход к объекту, получасовое ожидание сигнала от группы зачистки, затем час на минирование, отход к точке эвакуации и...
  
   Уже выходя из катера на родной базе Шисс вспомнил, что им так и не объяснили, какой уровень секретности присвоен проведённой операции. Можно ли говорить о ней с непосредственными начальниками или следует воздержаться от какого-либо обсуждения вообще. Ответ его озадачил:
   "Младший Императорский Дом не считает себя в праве каким-либо образом ограничивать вашу свободу".
  
   В переводе с официального на человеческий это означало что-то вроде "думай сам". Хор и подумал. И пришёл к выводу, что лучше об этом не болтать. И даже командиру бригады доложил лишь самую суть: задание выполнено, потерь нет, группа вернулась на базу и готова к дальнейшему несению службы. И впоследствии, старательно выискивая в новостных программах имперских и иностранных СМИ какие-либо упоминания о произошедшем в Земле Святого Храма и не находя их, только убеждался, что принял правильное решение. Само собой, менять его сейчас он тоже не собирался -- некоторые вещи срока давности не имеют.
  
   Зорф молчание собеседника понял правильно и только рукой махнул: мол, и не надо. Своих впечатлений достаточно.
  
   Потом они обсудили стоящие на вооружении штурмовики, чуть не разругавшись при этом, поскольку каждый оценивал машины со своей позиции и эти оценки не сходились. Потом вернулась Хорова подружка, уже успевшая переодеться после полёта, и потащила Шисса обедать. Тот не сопротивлялся: бесполезно. Да и в животе при слове "еда" забурчало.
  
   Зорф провожать их не пошёл. Просто встал со стула, хлопнул Хоргаха по плечу, посоветовал всё же подумать ну и заглядывать, как окажется поблизости...
  
   "Поблизости" Хор оказался во время следующего отпуска. Заглянув к родителям и убедившись, что с ними всё в порядке, Хоргах тут же связался с космопортом, заказал билет на первый же корабль, идущий с планеты (а что делать, если папа с мамой чрезмерно настойчиво пытаются устроить первенцу "семейное счастье"? Не ругаться же с ними, правильно?), и только поднявшись на борт узнал, что летит на Фангар. Решив, что это Судьба даёт ему знак, сразу после прилёта отправился в клуб Зорфа.
  
   Потом Шисс летал туда уже целенаправленно и к середине шестого контракта получил-таки "любительский", как шутили отставники, допуск к пилотированию штурмовиков и истребителей. Теперь можно было подумать и о покупке чего-нибудь этакого, однако возникла проблема: а что брать? Понятно, что штурмовик, но какой? Совместными с Зорфом усилиями насчитали одиннадцать моделей разной степени устарелости и долго сравнивали их достоинства и недостатки, сойдясь в конечном итоге на том, что до выхода Хора в отставку (а она предполагалась лет через двадцать пять) заморачиваться смысла нет, а там видно будет.
  
   Однако люди планируют, а Великий Космос на эти планы...
  
   Ближе к концу седьмого контракта возвращаясь с очередного задания Хор подставился. По-глупому. И сильно. Группа к тому времени была изрядно потрёпана, однако своего командира до точки эвакуации доволокла и потом целый месяц таскала ему всякие вкусности вроде сырого мяса и свежей крови. Чем доводила армейских лекарей, считавших такие вот народные средства чистой воды шарлатанством и суевериями, до состояния тихой истерики. По истечении этого месяца Шисс был направлен на внеочередную медицинскую комиссию, которая его... зарезала.
  
   Нет, с физическим здоровьем у подполковника всё было в полном порядке. Для любого обученного метаморфа проблему представляла только потеря рук, ног или, упаси Великий Космос, головы. Всё остальное рано или поздно благополучно зарастало, особенно при наличии еды, медикаментов и ухода, причём последние два фактора относились скорее к желательным. А вот здоровье душевное...
  
   В общем, зарезали Хора именно психологи, усмотревшие в результатах своих заумных тестов нечто такое, что заставило председателя комиссии вписать в заключение категоричное: "Для дальнейшего прохождения службы не годен!" Как объяснял Хоргаху один из умников, старательно отводя глаза:
   "Вы устали, господин подполковник. Вы очень сильно устали. Очень. И с этим ничего не поделаешь. Вообще удивительно, как вы смогли выдержать так долго..."
  
   Госпиталь Шисс покидал только с одной мыслью: "Конец группе". Теперь все разбегутся кто куда. Фург примет, наконец, предложение Школы и станет инструктором, Дарго дослужит контракт -- ему осталось чуть больше года -- и уйдёт на покой, Гото переведётся к оружейникам -- тоже давно зовут... Но даже если бы они все не уходили... Группа -- это прежде всего командир. Группа живёт, пока командир остаётся на своём месте. Не станет командира -- не станет группы. Это не регламентируется никакими Уставами или приказами, это просто традиция. Самая обычная традиция...
  
   Когда Хоргах добрёл до штаба бригады, там уже всё знали -- дурные новости имеют свойство разноситься быстро, а известие об отстранении от службы командира Счастливой, как их группу называли чуть ли не официально, к хорошим уж точно не относилось. К Хору подходили, ободряюще хлопали по плечам, сочувственно улыбались и... виновато отводили глаза. От входа в штаб до кабинета командира бригады идти всего ничего, каких-то двадцать метров, однако к тому моменту, когда Шисс оказался перед обычной дверью, отделанной светло-голубым пластиком, плечи у него ощутимо побаливали. Подполковник (теперь уже, можно сказать, бывший) и не подозревал, что в штабе крутится столько народу...
  
   Адъютант комбрига (молодой крепкий парень, вот только вместо правой кисти протез. Тоже, между прочим, из спецназа), вскочивший при появлении Хора, только молча кивнул в ответ на вопросительный взгляд. Мол, у себя, ждёт. Шисс на секунду замялся, мысленно выругал себя за нерешительность и шагнул вперёд как в воду с обрыва...
  
  
   Разговор не сложился. Комбриг матерился, призывал Бездну и Великий Космос, обзывал Хоргаха толстокожим упрямцем. Доказывал, что тот обладает бесценным опытом, который просто обязан передать подрастающим поколениям. Объяснял, что его группа уникальна и за всю обозримую историю спецназа ничего подобного просто не было. Что её посылали в такие места, где другие ложились. И она всё равно возвращалась, хотя и не всегда без потерь. Что...
  
   Хор помнил командира бригады молодым лейтенантом только что из Школы. На третьем контракте он взял его по просьбе начальства, чтобы натаскать на командование группой. Сверх штата, поскольку свободных мест, хвала Великому Космосу, не было. И через полтора года парень начал самостоятельную жизнь. Какое-то время Шисс от случая к случаю интересовался его успехами, а потом оно как-то забылось. Когда же бывший практикант вступил в должность командира бригады, Хоргах совершенно искренне его поздравил: заслужил. И вот теперь бывший ученик требует, чтобы его старый наставник занялся обучением других... И не понимает, что тот, глядя на мальчишек (что интересно, у женщин способностей к метаморфизму так и не смогли обнаружить), будет всё время вспоминать однорукого адъютанта. И не только его. И не только покалеченных. По статистике до конца первого контракта не доходят двадцать пять процентов. Двадцать. Пять. Каждый. Четвёртый. И участие Шисса в учебном процессе эту, забери её Бездна, статистику не изменит. Потому что невозможно обучить чутью. Оно либо есть, либо его нет, и если нет, то тут уже ничего не поделаешь, а всё остальное... Всё остальное давно и подробно расписано в учебниках, так что...
  
   Беда в том, что доказывать это комбригу бесполезно. Понесло его. Теперь пока не выговорится, не остановится. Вот и остаётся сидеть, слушать, в одних нужных местах кивать, в других качать головой...
  
   После командира бригады Шисс зашёл к кадровикам, в оружейку (кроме табельного импульсника, который можно было забрать с собой, за ним числилось ещё много всякого), в финчасть. Заскочил в казарму за вещами и отправился на взлётно-посадочную площадку, где ждал выделенный комбригом от широты души (мол, проваливай, гад, побыстрее. Глаза б мои тебя не видели) разъездной катер и... Группа. Его группа. Бывшая его группа.
  
   Никто ничего не говорил. Все всё понимали без слов. Постояли. Помолчали. Хлопнули друг друга по плечам. И разошлись. Бойцы -- по своим делам, Шисс -- в катер...
  
  
   Первый год гражданской жизни прошёл... бестолково. Пожалуй, это будет самым точным определением. Хоргах попутешествовал по Империи, заглянул на Фангар к Зорфу, зачем-то слетал на Ронгр. На первый взгляд там уже вполне оправились, на второй - Шисс нигде больше не видел столько вооружённых, начиная с двенадцати-тринадцатилетних детей и заканчивая древними стариками.
  
   Потом Хор прилетел на Горию, между своими любовно именуемую Большой Казармой, и, предъявив сертификат, полученный при увольнении, приобрёл трёхэтажный особняк, к которому прилагался участок земли размерами примерно десять на пятнадцать километров. По очень и очень скромной цене -- одна из привилегий, предоставляемых Империей тем, кто верно ей служил. Одна из многочисленных привилегий...
  
   Слишком шикарно? А это с какой стороны посмотреть. Почти семьдесят лет выслуги, причём в боевом подразделении. Четыре знака за храбрость и столько же нашивок за ранения, причём учитывались только тяжёлые. Множество различных поощрений... Если кто-то всё ещё думает, что Империя излишне щедра к своим ветеранам, пусть попробует повторить!..
  
   Обнаружив при особняке небольшую взлётно-посадочную площадку и ангар, Хоргах недолго думая купил-таки списанный штурмовик. Учебно-боевой двухместный "Ширган-4МВ". Морально устаревший ещё полвека назад, но зато обладавший неоспоримым, с точки зрения Шисса, достоинством -- вертикальным взлётом и посадкой. Правда, из вооружения на нём остались только два скорострельных импульсника, однако хватало точек подвески. На всякий случай.
  
   Некоторое время Шисс забавлялся с новой игрушкой, летая в гости к соседям и в город, когда возникало такое желание, потом надоело. И тогда он вспомнил ещё одну свою мечту. Детскую. Быть похожим на героя одного из мультсериалов, которые им показывали на начальных курсах Школы. На капитана Будуха. Полного метаморфа, повергавшего врагов в ужас одним своим видом, а наиболее стойких валившего щелчком пальцев. Этот капитан, чтобы его узнавали всегда и везде, изменил свою внешность, став похожим на сказочное существо. И было время, когда маленький Хори тоже хотел быть похожим на такое вот существо...
  
   Не он один, между прочим! Новое лицо капитана обсуждалось почти после каждой просмотренной серии. "А зачем такие большие уши? - Чтобы лучше врагов слышать! - А зачем такие большие глаза? - Чтобы лучше врагов замечать! - А клыки зачем? - А это если оружие потеряется. Или сломается. Врагов грызть. - А почему только сверху? - А верхняя челюсть не отрывается! - А нижняя разве отрывается? - Пойди сам посмотри!"
  
   И вся компания дружно мчалась в один из учебных классов, где стоял САМЫЙ НАСТОЯЩИЙ СКЕЛЕТ! Там внимательно осматривала и ощупывала предмет спора, после чего старательно приделывала его обратно, пока старшие не заметили...
  
   Н-да... Весёлое было время...
  
   Скачав из сети программу-конструктор, Хоргах на полдесятидневья засел за компьютер, прикидывая варианты и сравнивая их друг с другом и со своими возможностями. Хотя можно было, конечно, обратиться в одну из профильных клиник, благо биопластика как вошла когда-то давно в моду, так в ней и оставалась, иной раз подвигая двуногих прямоходящих на прямо-таки эпические глупости. Так, например, одно время были очень популярны всякие хвосты, хвостики и хвостищи. Правда, недолго, поскольку оказались очень уж неудобными в повседневной жизни. Другое дело -- рога. Носители маленьких аккуратных рожек встречались довольно часто, особенно на развитых планетах, где вопрос борьбы с окружающим миром стоял не так остро.
  
   Однако сам Хор обзаводиться настолько экстравагантными органами не планировал. Во-первых, все к ним давно привыкли, а быть, как эти самые все, не хотелось. Во-вторых, стандартный лётный шлем на наличие на голове лишних выступов рассчитан не был. Вот слегка удлинить уши в верхней части и заострить их -- это да. При том, что лицо у Шисса от природы слегка вытянутое, смотреться должны неплохо. Ещё -- клыки. Ненамного. Миллиметра на три. И только верхние. Не потому что нижние могут оторвать вместе с челюстью, а просто и одна пара доставит порядочно неудобств. Во всяком случае в первое время. Наконец, глаза. На них Хоргах застрял. Нет, изменить цвет белков на багровый, а радужки на янтарно-жёлтый проблемы не составляло, однако кроме этого хотелось также иметь вертикальные щелевидные зрачки, как у мифических драконов.
  
   Два дня Шисс мучился, пытаясь сообразить, как заставить их при увеличении освещённости сжиматься в маленькие кружочки. Два дня! Пока, наконец, не понял, что проблема в начальных условиях. Требовалось не сжимать зрачки при увеличении, а расширять при уменьшении. Освещённости. Практически на всю радужку. И стоило до этого додуматься, как задача решилась за несколько часов. Теперь оставалось только свести всё воедино и посмотреть, что получится. На экране компьютера посмотреть, само собой.
  
   Получилось... жутковато. Однако чувствовалась какая-то незавершённость. Чего-то не хватало. Какой-то мелочи. Форма и размеры носа?.. Нет, не то. Подбородок?.. Тоже нет. Глаза?.. Увеличить и сделать чуть раскосыми?..
  
   Посмотрев на результат, Хор откинулся в кресле и довольно хлопнул себя по бёдрам: получилось! С экрана на него смотрел монстр!..
  
  
   Приведя свою внешность в соответствие с разработанным проектом, Шисс первым делом отправился по знакомым. Ещё в самом начале, только осваиваясь на Гории, он обнаружил на планете довольно много бывших сослуживцев, в том числе и из своей группы, и сейчас решил начать удивлять мир именно с них. Реакция... Реакция была в диапазоне от восхищённого "Командир, ну ты дал!" до задумчивого "Тебе сейчас только в агитационных роликах сниматься. Про армию. Для штатских. Типа: "Мы вас защитим!" - и оскал. Зверский... Во-во, вот такой". Никто пальцем у виска не крутил, никто в сторону не шарахался. А один даже попросил сконструировать что-то подобное и для него. "Понимаешь, Шисс, - сказал он, - у тебя есть чувство прекрасного и чувство меры. В отличие от меня". Хор согласился. Через десятидневье, перебрав несколько вариантов, они наконец нашли оптимальный (гораздо менее экстравагантный), и "заказчик" отправился в ближайшую клинику -- отдельных салонов биопластики на Большой Казарме по некоторым причинам не было. Хоргах на своём "Ширгане" полетел следом, "пугать мирное население". "Мирное население", выросшее на фильмах, в которых показывали и не такое, пугалось не очень, зато хватало заинтересованных и откровенно зазывных взглядов представительниц прекрасного пола.
  
   Пару месяцев Шисс наслаждался производимым впечатлением, то и дело заводя мимолётные интрижки, потом надоело и это. Порывшись в бауле, в котором хранились памятные вещи, оставшиеся от службы, он отыскал тактический обруч, прекрасно скрывавший глаза, надел его и снимал только дома или в компании своих, когда собирались отметить какую-нибудь дату или просто посидеть.
  
   А ещё через пару месяцев, выбравшись в город за продуктами (можно было, конечно, и заказать по сети с доставкой, но надо же иногда проветриваться), познакомился с Рральдррой. Точнее, это она с ним познакомилась. В магазине. Обошла вокруг, когда Хор задумчиво разглядывал полки с мясом, решая, чего ему больше хочется, и неожиданно спросила:
   "А они шевелятся?"
   "Кто?" - не понял Шисс, присматриваясь к вырезке.
   "Уши", - объяснила нахалка и, когда Хоргах всё же перевёл взгляд на неё, улыбнулась.
  
   И Хор пропал...
  
   Два месяца они встречались почти ежедневно. Гуляли по тихим улицам городка и парку, плескались в протекавшей через него реке, грелись на солнышке, смотрели фильмы, обсуждали их, спорили... У Раль, как она разрешила себя называть ("Всё равно полное имя правильно не выговоришь!"), оказался очень интересный взгляд на мир. Для начала она раскритиковала его уши:
   "А зачем тебе такие, если не умеешь ими двигать?" - и пошевелила своими. Небольшими, но тоже заострёнными сверху и вдобавок оканчивающимися пушистыми кисточками.
  
   Шисс не нашёлся, что ответить.
  
   В голове девушки царил кавардак. Она, как выяснилось, неплохо разбиралась в современном оружии и тактике спецподразделений, имела представление о древнем оружии вроде мечей и луков и квалификацию мастер-пилота атмосферных машин и в то же время...
  
   В то же время была непоколебимо уверена в существовании магии, драконов, а также многих из тех существ, что показывали в фильмах-сказках.
   "Шисс, - говорила Раль. Она произносила его имя, слегка растягивая согласные: "Ш-шис-с-с", - если ты чего-то не видел, это не значит, что его не существует".
   "А ты видела?" - хмыкал Хоргах.
   "А вот не скажу!"
  
   Хор был счастлив. Настолько, что однажды заявился на свидание в парадной форме со всеми наградами, с шикарным букетом алых форисов и маленькой коробочкой, в которой лежали два браслета, выполненных в виде свернувшихся в кольцо дракончиков.
  
   Раль, как обычно ожидавшая его у взлётно-посадочной площадки развлекательного комплекса, всё поняла, едва увидев Хоргаха, и... грустно улыбнулась:
   "Ты ведь меня совсем не знаешь... Ш-шис-с-с..."
  
   После чего развернулась и неторопливо куда-то направилась. Хор, чувствуя себя идиотом, поспешно догнал её и зашагал рядом. Шли они недолго, минут пять, пока наконец не подошли к ничем не примечательному четырёхэтажному зданию. Совершенно ничем не примечательному. Кроме скромной бронзовой таблички у входа: "Младший Императорский Дом". Остановившись перед невысоким -- четыре ступеньки -- крыльцом, Раль повернулась и посмотрела на Хора с непонятным смущением:
   "Зайдёшь? Безопасность гарантирую".
   "Если ты приглашаешь", - заторможенно пробормотал Шисс.
   "Приглашаю", - едва заметно кивнула девушка.
   "А ты станешь моей женой?"
   "Давай поговорим об этом внутри. И вообще. Мне, между прочим, надо подумать!"
  
   Она улыбнулась. В первый раз за эту встречу...
  
  
   - Ше-эф! Э-э-эй! Шеф! Ну вы что, спите, что ли?!
  
Голос бортового компьютера вывел Хоргаха из воспоминаний. Он тряхнул головой и посмотрел на тактический экран. По нему с северо-запада на юго-восток протянулась жёлтая пунктирная линия, по обе стороны от которой рассыпались такие же жёлтые точки.
   - Ну что тебе, горе информационных технологий?

Кири насмешливо фыркнула и после небольшой паузы сообщила:
- Готов предварительный анализ, шеф. Интересует?
- Давай, - Хор пошевелился в пилотском кресле, чуть меняя позу, и приготовился слушать.
- Итак. Планета находится в граничном слое между категориями А и Б. Сила тяжести на двадцать процентов ниже стандартной, плотность атмосферы, по предварительным данным, на шестнадцать процентов. Содержание кислорода, опять же по предварительным данным, выше на четыре процента от стандартного. Жизнь, по всей видимости, углеродная. На планете имеется условно разумная жизнь...
   - Условно?
- Н-ну-у, шеф, при том, что они тут устроили...

Шисс хмыкнул: с таким подходом население большинства обитаемых планет можно понизить до ранга условно-разумных.
- В общем, шеф, они тут развлекаются на полную катушку. И закончиться это может весьма и весьма плохо. Судя по историческим аналогиям, аборигены уже имеют или вплотную подошли к созданию оружия на основе преобразования атомных ядер. А это, сами понимаете... - компьютер сделал многозначительную паузу.
- Да уж, - Хоргах передёрнул плечами. Во время подготовки ему показывали записи применения подобного оружия и рассказывали о последствиях. Да, во время подготовки...


"Великий Космос!.." - Шисс не мог поверить своим глазам. Существо, считавшееся плодом фантазии далёких предков, поблёскивая антрацитово-чёрной чешуёй, лежало в двадцати шагах и грелось на солнышке, вытянув длинную шею в сторону моря, прикрыв глаза и расправив огромные кожистые крылья. Дракон! Самый настоящий!..
"Пойдём, - острый локоток Раль ткнул его под рёбра. - Он ждёт. Специально прилетел, чтобы с тобой познакомиться".
"Как это -- специально?"

Со стороны чудовища донеслось отчётливо различимое хмыканье. Похоже, монстр знал об их присутствии и... Его это забавляло?!
   "А вот так!" - снова прилетело в бок. На этот раз сильнее.
   "Поосторожнее, Раль! - раздалось в голове Хоргаха. - Вот сбежит он от тебя, что делать будешь?"
"Не сбежит! - самоуверенно заявила нахалка, однако зачем-то ухватила Хора за руку. - Пусть только попробует!"

Дракон фыркнул, выпустив из ноздрей две струйки дыма, и открыл глаза. Янтарно-жёлтые. С вертикальными зрачками:
   "Женщины! Как же с вами трудно!"
"Зато без нас -- невозможно! - гордо задрала носик Раль и посмотрела на Шисса: - Правда, милый?" - при этом в глазах её читалось: "Вот только попробуй не согласиться!"
   "Правда, - поспешно подтвердил тот, после чего опять повернулся к дракону и коротко поклонился, прижав правую руку к сердцу: - Позвольте представиться. Подполковник в запасе Хоргах Шисс, армейская разведка, спецназ".
"Добро пожаловать в Дом, подполковник", - прозвучало в голове, и вместе с этим Хор вдруг ощутил, что его действительно рады видеть.

Потом дракон как-то вдруг превратился в ничем не примечательного высокого худого парня в поношенном маскировочном комбинезоне, нечеловеческую сущность которого выдавали только глаза. На песке из ниоткуда появились столик из светлого пластика и три таких же кресла, на столике сами собой возникли несколько кувшинов с соками, ведёрко с колотым льдом, высокие хрустальные бокалы, а на солнце набежало небольшое облачко.
  
   Хоргах не удивился. Все свои запасы удивления он сегодня уже потратил. Похоже, это как-то проявилось и внешне, потому что Раль сочувственно поглядела на него и погладила по руке. Благодарно ей улыбнувшись, Хоргах опустился на предложенное место и приготовился к допросу. А чём ещё мог оказаться разговор с... таким существом?
  
  
   - ...сказать сложно. Причин может быть множество. Ну так как, шеф?
- Пока никак. Давай-ка посмотрим поближе. Горизонтальное удаление от проекции точки входа -- не более пятидесяти тысяч метров. Движение по кругу. Постепенное снижение до высоты пять тысяч метров.
- Принято...


Младший Императорский Дом. Самая могущественная и самая таинственная организация Империи. Империи, в которой отродясь не было не то что старшего императорского дома, а даже императора. Ни одного. Даже самого завалящего. Парадокс...
  
   Тогда, во время первой встречи с Драконом или Старшим, как тот попросил себя называть ("Моё имя ты всё равно не выговоришь"), допроса не было. Даже завуалированного. Шиссу просто рассказывали, что такое Дом и чем он занимается.
   "Хранители мы, - говорил Старший, - просто хранители. Храним мир. Точнее, миры".
   "От чего?"
   "От кого. Главным образом -- от их собственного населения. Оно, знаешь ли, иной раз такое откалывает..."
   "Как святоши?" - на всякий случай уточнил Хоргах, вдруг подумав, что основной целью той операции на Земле Святого Храма были всё же лаборатории, а виновных в нападении на Ронгр прихлопнули, что называется, за компанию. Раз уж всё равно туда прилетели.
   "Вроде того, - кивнул Старший. - Эта троица кукловодов, знаешь ли... Раль тебе потом покажет материалы, посмотришь. И удивишься. Там..." - он скривился и махнул рукой, не договорив.
   "А ещё твари", - тихо проговорила девушка...
  
  
   - Какие-то они нелюбопытные, шеф, - с неудовольствием в голосе проговорила Кири. Уровень проработки созданной в бортовом компьютере псевдоличности позволял имитировать подходящие к случаю эмоции. - По предварительным расчётам данная высота досягаема для их летательных аппаратов.
- Некогда им, - хмыкнул Хор. - Заняты. Ты выяснила, сколько в этой... в этом конфликте сторон?
- В данном районе -- предположительно две.
- Подкрась их. Одних розовым, других тёмно-красным.
- Предположительно враждебные? Те и те?
- Угу.
- Принято.

Часть жёлтых точек на тактическом экране сменила цвет. Теперь и Шисс мог сказать, что у одной из сторон имеется явное преимущество. Во всяком случае в воздухе. И пора было хорошенько подумать, с кем дружить, поскольку от мысли залечь в спячку Хоргах в конце концов отказался -- метаморф он или нет, на самом-то деле?!


В конце той знаменательной встречи Дракон поинтересовался, не передумал ли подполковник присоединяться к Дому. И услышав, что нет, не передумал, встал -- теперь на нём вместо камуфляжа был парадный пехотный мундир имперского образца, без знаков различия и наград, но зато со множеством квалификационных значков. Достав из воздуха узкий слегка изогнутый полуторный меч в чёрных лакированных ножнах, он двумя руками протянул его Хору:
   "Добро пожаловать в Дом, Хоргах Шисс. Этому мечу больше тысячи лет. Прими его и носи с честью..."
  
   Потом Хор узнал, что обычно церемония присоединения (именно присоединения, а не вхождения, вступления или, ещё хлеще, поступления на службу) проводится более торжественно. Намного более. Но поскольку "всё равно у нас через полтора десятидневья свадьба... Ты же не против?", а далеко не все члены Дома могут оставлять дела надолго, Раль решила ("Ну я же знала, что ты согласишься!") объединить два праздника в один. Шисса слегка покоробила такая вот самостоятельность будущей супруги, однако скандала он, подумав, устраивать не стал. В конце концов вопросы быта были прерогативой женщин. По обычаю...
  
  
   У зуммера предупреждения об атаке очень неприятный звук. И не только звук. На тренажёрах секунда этого верещания означала ракету в хвост и, соответственно, условную гибель. И потому манёвры уклонения вбивались на уровень рефлексов. В подкорку.
  
   Шисс не успел ещё до конца очнуться от воспоминаний, а тело уже всё сделало само, заставив машину сначала кувыркнуться вправо -- тут же слева пролегли дымные хвосты каких-то снарядов -- а затем подняв её на дыбы, из-за чего скорость упала почти до нуля.
  
   Неведомый враг, не ожидавший от цели такой выходки, не успел среагировать, и вслед за снарядами тоже слева промелькнули сначала один, а потом второй тонкий силуэт.
   "Ну, эт мы проходили", - мысленно усмехнулся Хор, снова переводя "Охотника" в нормальный полёт и доворачивая на ближайшую цель. Короткий треск импульсников, и примитивный летательный аппарат, который аборигены, вполне возможно, считали верхом инженерной мысли, оказался вспорот от носа до хвоста. Второй, который на самом деле первый, то ли увидел, то ли почувствовал, что что-то идёт не так, и попытался уйти со снижением, однако это его не спасло -- несколько секунд погони с заходом чуть сбоку, доворот, треск -- и он, как и ранее его напарник, начал быстро разваливаться на куски.
  
   Снова сбросив скорость, Шисс заложил пологий вираж и пробормотал:
   - Ну вот и выбрали...
- Шеф? - мгновенно отозвалась Кири.
- Определила, чьи они?
- Да, шеф.
- Крась в красный.
- Принято. А их противники?
- В синий, - хмыкнул Хоргах, вспомнив Гурга, преподававшего неофиту курс выживания, в который входили и методы общения с отсталыми цивилизациями. - Зелёный они пока не заслужили.
- Шеф?
- Враг моего врага, Кири, не обязательно будет мне другом или даже просто союзником... Кстати, как эти-то смогли подобраться?
- Виноват, господин подполковник в запасе! - компьютер "включил" вояку. - Больше не повторится! Ошибка в алгоритме оценки ситуации! Исправления внесены!
- А если подробнее?
- Ну-у-у... Понимаете, шеф, они поначалу мирные были. Просто любопытствовали. А что их потом дёрнуло...


"Запомни, Хор, - инструктор аккуратно сложил платок, которым перед этим вытирал вспотевшую шею, и убрал его в боковой карман куртки, - аборигенам плевать, какие обычаи у тебя. У них свои. И менять их они не будут. Так что если хочешь дожить до прибытия спасателей, отрасти глаза на затылке и научись замечать мелочи. И, главное, не считай, что привычные тебе понятия у них окажутся такими же".
   "Хм-м-м?" - Шиссу после пробежки по так называемой "полосе", представлявшей из себя длинный и широкий забитый различными препятствиями коридор, где направление вперёд далеко не всегда оказывалось правильным, а задержка была чревата крупными проблемами, всё никак не удавалось восстановить дыхание. И поэтому он предпочёл мычание словам. Однако Гург его понял.
"Самый близкий пример -- улыбки, - инструктор широко оскалился, демонстрируя набор великолепных жемчужно-белых зубов. - Не то что расы, а даже некоторые народы воспринимают демонстрацию клыков, как обозначение угрозы. И желая выказать дружелюбие, ты рискуешь получить удар. Заметил, как у нас улыбаются?"

Хоргах кивнул: в Доме улыбались не раздвигая губ.
"А знаешь, почему?"
"Привычка, - прохрипел Шисс. - Чтобы привыкнуть".
"А ты не так безнадёжен, как кажешься! - фыркнул Гург. - Осталось только выбить из тебя лишнюю дурь. Ну и слегка подтянуть в плане навыков..."

И выбивал. И подтягивал. И Хор, прекрасно знавший цену проливаемого на тренировках пота, был ему за это искренне благодарен. И не только ему. В Доме новичкам уделялось самое пристальное внимание. Их учили, им помогали, делились опытом, терпеливо отвечали даже на самые вроде бы глупые вопросы. И очень часто после ответов выяснялось, что глупость на самом деле только кажущаяся и что в мире случается и не такое. И что в отношениях с аборигенами лучше перестраховаться и получить потом приятный сюрприз, чем безоглядно довериться и схлопотать удар в спину...
  
  
   Разглядывая тактический экран, Хоргах обратил внимание на группу из шести синих точек, держащихся двумя компактными тройками. Судя по всему, это было что-то тяжёлое и неповоротливое, предназначенное для ударов по наземным целям. Законная дичь для хищников вроде тех, что пытались "уронить" самого Шисса. Ткнув в них пальцем, Хор обратился к компьютеру:
- Кири, что скажешь про этих?
- Маленькие какие... - спустя пару секунд отозвалась Кири, и на экране вместо карты возник силуэт летательного аппарата с приблизительными размерами. - Шеф, если это их штурмовики, то понятно, почему те двое на нас полезли. Они просто не поняли, что мы тоже охотники.
- Думаешь, если бы поняли, не полезли? - хмыкнул Хор, изучая данные. При таком же размахе крыла эта пародия на штурмовик была почти в два раза короче "Охотника".
- А кто их знает, шеф? Они же по сути ещё варвары. Может, у них традиции такие -- нападать на всё, что больше. Кстати, шеф, этих шестерых сейчас бить будут, - компьютер убрал рисунок и вернул карту, дополнив её несколькими линиями, сходящимися в одной точке. - Видите? Поможем?

Шисс задумался. Вообще-то момент и правда был подходящим: помочь штурмовикам отбиться, потом проводить до их аэродрома и... И там будет видно. В конце концов "Охотники" и разрабатывались с учётом того, что, возможно, придётся действовать вдали от цивилизации. Потому и получались такими крупными. И эта модель, триста пятьдесят седьмая, исключением не была. Один только гравитационный генератор, с лихвой обеспечивающий все потребности машины в энергии, чего стоил. Ну и кое-какие мелкие фокусы, чтобы шлёпать по излишне шаловливым ручонкам местных жителей... Н-да...
"Ладно, - решил он наконец. - Попробуем".

Заблокировав на всякий случай всё вооружение, кроме импульсников, он резко повернул машину и начал заходить сзади и сбоку ближайшей четвёрке красных истребителей. Медленно. Осторожно. Чтобы, упаси Великий Космос, не спугнуть. Тем более что сейчас торопиться не следовало - пусть хищники разок-другой клюнут добычу. Всех не собьют, зато оставшиеся сильнее обрадуются неожиданной помощи.
  
   Всё вышло, как и планировалось. Четвёрка постепенно набирала высоту, одновременно стараясь зайти на цель так, чтобы оказаться между ней и здешним светилом. Если кто из них и обратил внимание на странный "штурмовик", то никак этого не показал, похоже, решив заняться им потом (Хор понимал такой подход: нападая вчетвером на одного, много славы не заработаешь). Наконец ведущий свалился в отлогое пикирование, набирая скорость. За ним с небольшим отставанием последовали трое остальных. Схема атаки была, судя по всему, примитивной до невозможности: разогнаться на снижении, подлетев ближе, отстреляться, после чего нырнуть под дичь, пока она не очухалась и не начала огрызаться.

У Шисса задача была посложнее. Подскочить метров на девятьсот (импульсники при всех своих достоинствах имели один существенный недостаток: малая дальность стрельбы. Установленные на "Охотнике" машинки били всего на тысячу метров, после чего импульс окончательно рассеивался), оттормозиться и расстрелять сначала ведущего (после того как он откроет огонь), а потом и остальную троицу. Желательно всю. Теоретически -- возможно, на практике...
   "Бой покажет", - подумал Шисс и послал машину вперёд.
  
   Всё получилось как нельзя лучше. Ведущему очереди попали во что-то такое, что взорвалось, превратив самолёт в огненный шар. Второй потерял управление и закувыркался, падая. Третий просто развалился на куски, и лишь четвёртый чуть было не ушёл, рванувшись в сторону. И ушёл бы, поскольку гоняться за беглецами Хоргах не собирался -- на подходе была ещё одна вражеская стая. Однако на штурмовиках тоже не зевали, и последний хищник напоролся на одну из выпущенных несостоявшейся добычей трасс.
  
   Подлетев к предполагаемым союзникам, Шисс прошёлся над ними, мысленно моля Великий Космос, чтобы никто не пальнул сдуру ("Охотнику"-то ничего не будет, но придётся отвечать, и тогда прощай сотрудничество), качнул крыльями и отправился разбираться со следующей группой. Однако те боя не приняли. То ли видели, что случилось с их предшественниками, и испугались, то ли углядели что-то более интересное. Как бы то ни было, они предпочли сменить курс и удалиться.

Пожав плечами -- не особо-то и хотелось -- Хоргах вернулся к объектам контакта. Те продолжали лететь в сторону территории противника, как будто ничего не случилось. Хотя чему тут удивляться? У них же приказ, боевая задача, которая должна быть выполнена. Так что придётся плестись сейчас в одну сторону, потом ждать, когда штурмовики отработают, потом в обратную... Если, конечно, останутся способные лететь обратно -- какая-то ПВО, пусть даже самая примитивная, тут наверняка есть, а эти тихоходы -- просто идеальная мишень. Ну, почти идеальная. Во всяком случае от вражеских истребителей они отстают. На поколение. И хорошо, если только на одно. А если больше? И если это показатель? В том смысле, что и в остальном разница между воюющими сторонами такая же? Тогда как? Он, Шисс, в одиночку войну не вытянет. У него не штурмовик. По наземным целям работать практически нечем. Да и штурмовик... Без склада боеприпасов, причём большого, толку с него...
   - Шеф, нас не уважают! - подал голос бортовой компьютер, продолжавший отслеживать обстановку.
- В смысле? - нахмурился Хор.
- Вот эти, - на тактическом экране замигала группа из девяти красных точек, расположенных впереди и немного правее. - Идут на сто метров выше нас, курс менять явно не собираются, мы с ними разойдёмся примерно на пятистах метрах.
- Может, подраться хотят? - предположил Шисс, вглядываясь в экран. Что-то в обсуждаемой группе было не то. Что-то... Строй! Самолёты шли тройками, как и подопечные! А истребители летали парами либо четвёрками. Тоже штурмовики? Возможно, возможно... Хотя очень может быть, что и истребители. Тяжёлые. У них своя тактика, и вполне может быть своё построение. Н-да...


"И как тебе малышка?" - Маргид, которого чаще называли Насосом, ласково хлопнул стоящего в ангаре монстра по законцовке и повернулся к Хоргаху, чтобы оценить произведённое впечатление.
"Это... - пробормотал Шисс, тщётно стараясь вернуть на место отпадающую челюсть, - это же..."
"Ага! - расплылся в улыбке Насос. - Он самый! Был. В девичестве".

Речь шла о "Барге-Ли", тяжёлом истребителе, выставленном на проводимый имперскими ВВС конкурс и проигравшем его. Об уникальной машине, способной, пусть и ненадолго, выскакивать за пределы атмосферы и работать по целям на низких орбитах. Увы, военное ведомство отдало предпочтение другой модели, в полтора раза легче и раза в четыре дешевле. Не умевшей забираться так высоко, но зато более маневренной за счёт меньшей массы. "Барг" же стал чем-то вроде курьёза, экспоната для музея скончавшихся идей. Правда, ходили слухи, что разработчики делают их штучно, по частным заказам, однако Хоргаху страшно было даже представить, в какие деньги это обходится.
   "Да, в девичестве, - повторил Маргид, неторопливо обходя машину и явно любуясь ею. - Мы его за основу взяли, - пояснил он. - Двигатели поменяли, вместо реактора генератор воткнули, антигравы поставили... Само собой, материалы другие... Да... И вообще. Знаешь, Хор, какая у нас ругань стояла?.. Да... Мы даже к Старшему обращались! - похвастался Насос. - Знаешь, как он нас обрычал? Нет?.. Ничего, ещё узнаешь. В общем, - подвёл он итог, - как перехватчику, этой малышке цены нет. Получил наводку, врубил прямоточники, подскочил -- и работай. Отработал -- сбрасывай скорость и спи себе дальше. На антигравах можешь хоть всю жизнь в небе болтаться... Да, и ещё! - спохватился Маргид. - Ты учти, что в смысле обычной маневренности девочка не очень. Масса-то никуда не делась. А масса -- это, если не знаешь, инерция. Если прямо, то она хоть хвостом вперёд полетит, а вот поворотов не любит. Да. Не любит. Но знаешь, как моя жена говорит, - он ухмыльнулся, - у каждой женщины должен быть хотя бы один недостаток".

На поверку всё оказалось не так страшно. Да, маневренный бой с лёгким истребителем дался бы "триста пятьдесят седьмому" тяжело, но и только. Для начала же надо было ему такой бой навязать.

Ещё одним открытием оказалось, что и Гург не имел представления о новой машине, и они вдвоём провели много часов на симуляторе, разрабатывая подходящие тактические схемы на все возможные случаи. Потом долго решали, какие действия можно доверить компьютеру, а какие оставить исключительно пилоту. Потом...
  
   А вот Раль машину не оценила. Отлетала с десяток часов на тренажёре, после чего сказала, что это не её. Мол, она предпочитает порхать в небе, а не утюжить его...


- Две минуты.
- Принято, - если бы Хоргах точно не знал, что ни в Империи, ни у её соседей, ни в самом Доме искусственных интеллектов не производят, он бы подумал, что один установлен на его машине. А так -- оставалось только восхищаться мастерством программистов. - Порядок поражения целей: ведущий головной тройки, ведущий дальней тройки, ведущий ближней тройки.
- Принято. А остальные, шеф?
- А на остальных, Кири, будем смотреть. Если я что-нибудь понимаю в построениях, мы выбьем их командиров. Меня интересует, что они станут делать в такой ситуации.
- Понятно... А синие не обидятся?
- На что?
- Ну-у, что мы не всех свалили?
- Хм... - Шисс задумался. Теоретически -- могли. Практически -- а кто этих варваров знает? С другой стороны -- ну, допустим, обидятся. И что? Предъявят претензии? Как, интересно, если ни Шисс не знает местных языков, ни местные -- имперского? На пальцах?

Представив, как это будет выглядеть, Хор улыбнулся. Зрелище должно быть презабавным. Точнее, могло бы быть таким, вот только вряд ли аборигены настолько глупы. Запомнить наверняка запомнят, а позже, в случае успешного контакта, попытаются получить объяснения. Или не попытаются. Сейчас строить догадки бесполезно...
   - Одна минута.
- Принято.

   Основным режимом управления был виртуальный. Компьютер отслеживал положение рук, ног и головы пилота и преобразовывал их движения в команды. Повернул сидящий в кабине голову вправо-вверх -- и машина тут же развернулась носом в указанном направлении... продолжая лететь прямо. И так далее.

С непривычки -- страшно неудобно, и Шисс ругался каждый раз, когда выбирался из кокона симулятора. Поначалу. Потом привык. А потом даже начал получать удовольствие. Правда, в четвёртом реальном полёте конфуз случился: отработав задание, Хоргах перевёл машину в горизонтальный полёт и крутнул головой, чтобы размять затёкшую шею...
  
Итог -- несколько дополнительных программ в компьютере, побаливающая нижняя челюсть Хора, сбитые костяшки Гурга и... запись выделываемых падающей машиной кульбитов. Выложенная в сеть Дома и на некоторое время ставшая хитом. Появилась масса роликов с таким же видеорядом, но разной озвучкой. Посыпались предложения по предотвращению подобных ситуаций, серьёзные и не очень. Например, производить экстренное катапультирование пилота по голосовой команде "Бл...!" (Хоргах подозревал в авторстве своего инструктора -- просто никто больше не слышал той тирады, что Шисс выдал во время этого происшествия). Народ развлекался как мог, благо обошлось без жертв...
  
   - Тридцать секунд.
- Принято.
- Десять... девять... восемь... семь... шесть... пять... четыре... три... две... одна...

Шисс резко повернул голову влево-вверх, наводя маркер нашлемного прицела на ведущего первой тройки, и тут же рявкнули импульсники. Потом на следующего. И на следующего. И почти сразу после этого вражеский строй рассыпался. Самолёты рванулись кто куда, сбрасывая груз. Последнее привело Хоргаха в недоумение: внизу же их собственные войска! Они что, не понимают?! Или им наплевать, свою бы шкуру спасти?..
  
Возникло нестерпимое желание догнать трусов и объяснить им недопустимость подобных действий. Хор даже зубами заскрежетал, однако сдержался, дав себе при этом слово, что если заметит подобное и за возможными союзниками, плюнет на всё, найдёт тихое место и заляжет в спячку...
  
  
Штурмовики, отработав по цели -- управились они с одного захода, что говорило либо о мастерстве, либо, наоборот, о непрофессионализме -- легли на обратный курс. И тут выяснилось, что ПВО у противника всё-таки была. За двоими потянулись хвосты чёрного дыма. Пострадавшие резко сбавили скорость, а следом то же проделали и остальные. То ли из принципа, то ли просто не хотели бросать подбитых товарищей. Как бы то ни было, на фоне их противников предполагаемые союзники выглядели весьма выигрышно. Хотя неизвестно, как бы они себя повели, не виси над ними невиданная здесь боевая машина. Тем не менее Шисс решил, что такое поведение заслуживает как минимум психологической поддержки и спустился ниже, заняв позицию в двухстах метрах над серединой строя. И вот так, еле-еле, они поплелись обратно...

Вражеские летательные аппараты появлялись довольно часто, но их маршруты проходили достаточно далеко, чтобы даже Кири с её запрограммированной агрессивностью не уделяла им особого внимания. Так продолжалось до самой линии боевого соприкосновения наземных войск, после пересечения которой обстановка резко изменилась. Красных отметок на тактическом экране значительно прибавилось. Вражеская авиация висела над головами возможных союзников, вряд ли нанося им серьёзный урон, но зато сильно действуя на нервы. Уж в последнем-то Хор был уверен на все сто процентов -- сам бывал в такой ситуации.
  
   Имелись тут и хищники, то есть истребители, и поскольку достойных целей не хватало, занимались кто чем. Большинство обстреливало что-то на земле, а две группы -- в одной четыре машины, а в другой почему-то пять -- забравшись на четыре тысячи метров, барражировали там. Вот они-то и обнаружили возвращавшихся с работы штурмовиков и решили их пощипать. И опять начали с захода со стороны светила. Хоргах даже умилился - так они были похожи на него самого на предпоследнем курсе Школы...
  
   В те времена курсант Шисс (и не он один, таких половина группы набралось) вполне справедливо считал, что учебники тактики написаны людьми знающими, и потому описанные в них тактические приёмы являются лучшими из возможных. И раз за разом получал на практических занятиях "удовлетворительно". Да и то благодаря лишь тому, что задачу хоть и с большим трудом, но удавалось выполнить. Это продолжалось довольно долго, пока однажды преподаватель (как потом понял Хор, просто уставший ждать, когда ученики додумаются самостоятельно) не объяснил, что слепое следование шаблонам до добра не доводит...
  
   С другой стороны, здесь, похоже, каких-либо средств обнаружения, кроме визуальных, не знали. Во всяком случае компьютер пока не выявил свидетельств обратного. Так что такое вот "следование канонам" вполне могло быть оправданным. Но только не в данном случае. Хотя откуда противнику знать об этом?..

Усмехнувшись, Хор начал неторопливо набирать высоту: пусть хищники ломают головы, с чего это одна из будущих жертв решила отбиться от стада. Может, и клюнут на приманку. Может... А если нет?..

Ну, тогда будет совсем просто, тем более что сейчас не нужно ждать, когда они начнут клевать подопечных. Н-да...

Вообще-то Шисс и сам не знал, какой вариант для него предпочтительнее. И тот, и другой имели как плюсы, так и минусы. В первом -- в начале боя придётся стрелять на встречном курсе, то есть в лобовую проекцию. В маленькую лобовую проекцию. В очень маленькую лобовую проекцию. А учитывая скорость сближения, дай Великий Космос свалить хотя бы одного. Из пяти. А если добавить непрогнозируемость поведения... Проще говоря, разминувшись с Хором, враги могут запросто переключиться на штурмовики. И вот тогда будет плохо -- пока ещё развернёшься... А там и вторая группа подтянется... И станет совсем кисло. Во втором -- последних придётся добивать, сидя у них на хвосте, и если расстояние до подопечных окажется меньше тысячи метров... Для таких хлипких аппаратиков опасен даже одиночный импульс, даже на излёте...
- Кири, - в конце концов решил обратиться за помощью к компьютеру Хоргах, - прикинь-ка траекторию, чтобы и в первой группе как минимум двоих уронить, и до второй дотянуться. Да, и чтобы в случае чего штурмовики прикрыть.

Через пару секунд на тактическом экране появилась зелёная кривая с указанием скорости на каждом участке и прозвучал комментарий:
- Вероятность поражения всех целей девять процентов. Вероятность поражения пятидесяти процентов целей восемьдесят один процент. Вероятность...
- Всё. Я понял. Поехали!..

Что может быть увлекательнее охоты на охотника? Разве только охота на нескольких охотников. Особенно сладостен момент, когда желающий или желающие заполучить твою шкуру вдруг понимают, что роли не поменялись, нет -- они изначально были совсем другими. Увы, увидеть его или их лица в такую минуту удаётся не всегда. Но зато можно посмотреть, как такой вот горе-охотник, осознав вдруг размеры выгребной ямы, в которой он оказался, начинает метаться, ища способ выбраться и не находя его...
  
   Когда большая и явно тяжёлая машина, которой самой Судьбой предназначено быть медленной и неповоротливой, вдруг резко развернулась и помчалась на заходящие в атаку истребители, их пилоты явно сначала не поверили своим глазам, а потом заметались, пытаясь уклониться от встречи. Пойди они в лобовую, могли бы отделаться небольшими потерями -- вряд ли Шисс при всей своей реакции успел сбить больше одного-двух, всё же суммарная скорость при сближении оказалась бы больше скорости звука. А сбросить её в таком случае Хоргах мог, только поставив машину на дыбы, что его ни коим образом не устраивало, поскольку слишком много времени уходило на сам манёвр и на последующее возвращение "Охотника" в нормальное положение. Секунды, конечно, но эти секунды могли оказаться решающими. К счастью противники то ли растерялись, то ли просто струсили и разлетелись кто куда - одна пара отвернула вправо, другая влево, а пятый нырнул вниз, явно желая покинуть место боя. Результат: уцелели только этот самый пятый и ведущий левой пары - то ли Шисс по нему промахнулся, то ли импульсы просто не долетели, рассеявшись раньше. Остальных Хор расстрелял, как мишени на полигоне.
   - Одиннадцать, - хмыкнул он, выводя машину из виража.
- Чего одиннадцать, шеф? - тут же отозвался компьютер.
- Аппаратов мы с тобой за сегодня свалили. Как думаешь, кто-нибудь из местных так может?

Четырнадцать секунд молчания, потом:
- Шеф, эти уходят. Догоним?
- Опять струсили, - пробормотал Шисс, добавив несколько крепких словесных оборотов. И тут же услышал:
- А будете выражаться, шеф, я вашей уважаемой супруге пожалуюсь!
- Че-го-о?! - уронил Хоргах челюсть. Это было что-то новенькое, и он принялся лихорадочно вспоминать, кто крутился возле машины между этим и предыдущим вылетами. Крутились многие, однако подобная шутка была не в их стиле. Вот научить компьютер разговаривать исключительно нецензурно -- это да, это запросто. А доносить... - Кири, а ты знаешь, что ябедничать нехорошо?
- А это не ябедничество, шеф. Это забота о вашем моральном облике! Вы представляете, что о нас подумают аборигены, если вы так выразитесь в их присутствии?

Попытавшись подыскать достойный ответ, но так и не сумев, Шисс предпочёл перевести разговор на другое:
- Между прочим, ты мне не ответила.
- Когда эт... А! Извините, шеф. Я думала, вопрос риторический.
- Не риторический.
- Н-ну-у, тогда-а-а... Не знаю, шеф. Недостаточно данных. Вы считаете, такая результативность должна удивить аборигенов?
- Хороший вопрос, - Хоргах подумал, что сменил тему не слишком удачно. Меньше всего ему сейчас хотелось строить какие-либо предположения. А вот... Н-да.

Тем временем на тактическом экране произошли интересные изменения: в радиусе десяти тысяч метров от штурмовиков и висящего над ними "Охотника" - во время разговора Шисс успел вернуться на уже ставшую привычной позицию - не осталось ни одной красной точки, как вымели. Не менее странно повела себя группа штурмовиков (Хоргах определил это по построению) противника, показавшаяся впереди - судя по направлению движения, она возвращалась с задания и вдруг резко изменила курс.
- Кири, ты это видишь? - не выдержал Хор. - Справа одиннадцать, угол места пять, цель групповая. Куда это они?
- Эм... От нас подальше, шеф? - предположил компьютер.
- Это-то понятно. А почему?
- Получили предупреждение, шеф, - в голосе Кири звучала твёрдая уверенность. - Предположение, что аборигены используют для общения электромагнитные волны, можно считать полностью подтвердившимся.
- Вот как, - хмыкнул Шисс. Иногда машинная логика была, мягко говоря, забавной. - А что так долго-то?


"Что так долго?" - Гург встретил Хоргаха на выходе из ангара, когда тот, сдав машину на попечение механику, направлялся в санблок, чтобы привести себя в порядок после вылета. Прежде инструктор, а теперь напарник прилетел почти на час раньше.
"Куски разыскивал", - скривился Хор.

Биологи -- головная боль охотников. Их мигрень, геморрой и язва вместе взятые. Вечно бродящие вокруг с выражением вселенской скорби на лицах и ноющие, что опять им вместо материала привезли какие-то ошмётки. И вцепляющиеся в эти ошмётки так, что орбитальным буксиром не оторвать. Правда, и польза от их исследований была, честно говоря, немаленькая -- новые материалы, новые лекарства... В общем, охотники хоть и ворчали, но всё же старательно таскали занудам материал для исследований. Когда его удавалось отыскать -- тяжёлая ракета обычно рвала тварь в клочья, а мёртвая плоть быстро разлагалась. Вне специальных хранилищ маленькие фрагменты -- за минуты, большие -- за несколько часов. Вот только их надо было ещё найти. Конечно, поисками занимались и другие -- например, если вылет закончился благополучно, спасатели. Однако кто раньше всех мог оказаться на месте падения?.. Вот-вот...
"И как?" - поинтересовался Гург.
"Как-как, - поморщился Шисс. - Фурун-зарах. Там, Бездна их забери, даже не ущелья -- расщелины. А у тебя?"
"Океан".
"Н-да..."
  
Биолог, активно гревший чуть в стороне уши, погрустнел, ссутулился и побрёл к себе в лабораторию. Вообще-то сразу было ясно, что не привезли, однако надежда -- она...

Поглядев ему вслед, Хоргах вздохнул и неожиданно для себя окликнул:
"Карзи! Я тебе в следующий раз целую привезу! Во всяком случае очень постараюсь!"

Кивнув, биолог развернулся в сторону лаборатории и всё так же печально побрёл дальше. Следующий раз мог случиться через четыре дня, а мог и через год. Прорывы происходили почти непредсказуемо. Просто были миры, где они случались очень редко, а были и наоборот. И всё, что можно было сказать о периодичности -- между прорывами существуют минимальные промежутки, для каждого мира свои. Здесь, на Фалии, этот промежуток равнялся четырём планетарным суткам. Ста восьми с половиной часам, если точнее. А вот максимальный -- триста восемнадцать суток, чуть меньше местного года. В архивах упоминались и более длительные перерывы, но они случались крайне редко -- в среднем раз в полторы сотни лет...

Рядом хмыкнул Гург:
"Старший ругаться будет".

Шисс только плечами пожал: пусть. Судьба у Старших такая -- младших на путь истинный наставлять. Когда лаской, а когда и на командно-нецензурном. Главное, что последнее применялось исключительно по делу. Так что не обидно.
Гург, за время натаскивания Хоргаха научившийся иногда понимать его и без слов, снова хмыкнул и сменил тему:
"Когда переселяешься?"
"Послезавтра".

Что Раль не человек, а фарисса, она сказала Хору ещё до того, как приняла его предложение, добавив, что по мнению Старших дети у них будут. Обязательно. Если, конечно, Шисс не передумает. Шисс не передумал и через полтора месяца должен был стать счастливым отцом. Вот только...

Вот только, как недавно выяснилось, над женщинами фарисса при приближении родов начинали довлеть древние инстинкты. Они подыскивали себе какую-нибудь укромную норку, натаскивали туда кучу всего, что могло понадобиться в ближайшие месяцы, и очень нервно реагировали на любого мужчину, осмеливавшегося подойти слишком близко. Вплоть до применения ногтей и отраставших ко времени родов клычков. Атавизм. Чистейшей воды. Учёные фарисса пытались бороться с ним, но безуспешно. Так что знающие, кхм, люди, просветив Хора, порекомендовали ему на ближайшее время подыскать себе какое-никакое пристанище, и тот не долго думая решил перебраться на базу: пусть уж "норкой" для любимой будет весь дом, а не пара тесных комнатушек...

А через полтора десятидневья после этого разговора случился очередной прорыв, и подполковник в запасе Хоргах Шисс отправился выполнять обещание...


- Кажется, прибыли, шеф, - сообщил компьютер, когда впереди показалось обширное поле и подопечные, ещё больше сбросив скорость, стали расходиться в стороны, пропуская вперёд своих пострадавших собратьев. Тем оставалось лишь немного довернуть, совсем немного. Теперь становилось понятно, почему лидер вёл группу не прямо, а по дуге -- ради того, чтобы повреждённые аппараты могли сесть сходу, без дополнительных манёвров.

Шисс приподнял машину ещё на сто метров, и стал делать неторопливые круги над полем, одновременно разглядывая, что творится внизу, и выбирая место, куда можно будет поставить "Охотника". Таких мест было довольно много. Похоже, здесь когда-то базировалось крупное подразделение, крупнее нынешнего. Или это понесло просто-таки невероятные потери...
  
   Наконец последний из подопечных приземлился, и Шисс направил свою машину вниз. Садиться он решил с пробегом -- не хотелось показывать аборигенам, что можно делать это вертикально. Мало ли...

Полоса оказалась так себе, неровная. Самолёт трясло и подбрасывало, и уже в середине пробега Хор приказал компьютеру включить "подушку". "Охотник" чуть-чуть, на пару сантиметров приподнялся на антигравах, и теперь колёса едва касались грунта. Всё равно, конечно, потряхивало, но намного меньше. Во всяком случае зубы больше не пытались выпрыгнуть изо рта.
  
   Когда полоса кончилась, перед машиной выскочил какой-то абориген гуманоидного вида -- две нижние конечности, две верхние, одна голова -- и принялся, пятясь, делать какие-то знаки, похоже, показывая, куда рулить.
- Шеф, а они здесь быстро сориентировались! - прокомментировала происходящее Кири. - И вроде бы люди... Интересно, - добавила она чуть погодя, - что они подумают, когда вас увидят?
- Что к ним пришла сказка, - фыркнул Хор. - Какая разница, что они подумают? Главное, чтобы стрелять не начали.

Показывающий дорогу абориген перестал пятиться и скрестил верхние конечности над головой, явно пытаясь сообщить, что всё, приехали и можно выключать двигатели. Во всяком случае Хоргах истолковал этот жест именно так. Ничего отключать он, само собой не стал, наоборот, приказал компьютеру включить режим пассивной защиты, снял шлем, сунув его в специальные крепления на левом борту, похлопал себя по карманам, чтобы лишний раз убедиться, что всё необходимое на месте, достал из-за пазухи тактический обруч, нацепил его и дал команду на открытие кабины.
- Ну что, Кири, пойдём устраиваться в местной жизни? Покажем аборигенам, что такое настоящие метаморфы?..

  
  
*******************************************************************************
  
Суеверие есть уверенность, на знании не основанная. Наука борется с суевериями, как свет с потемками..
Д. И. Менделеев


Удача.
  
   Почему она приходит? Как? Откуда?..
  
   Для временно исполняющего обязанности командира 1-й эскадрильи ... ближнебомбардировочного полка капитана Степана Дёминых эти вопросы стали в последнее время едва ли не самыми главными. По одной, но очень весомой причине: с начала войны удача буквально преследовала эскадрилью. В самый первый день, когда полк был буквально уничтожен внезапным налётом, эскадрилья отделалась, что называется, лёгким испугом -- несколько дырок в обшивке и снесённый фонарь стрелка-радиста на одной из машин. А потом пошло-поехало. Эскадрилья летала на задания и полным составом, и группами из двух звеньев, и даже отдельными звеньями. Машины возвращались избитыми, издырявленными, напоминающими дуршлаги, с повреждёнными двигателями, но... возвращались. Все. И люди. Все. Единственная потеря -- майор Гуревич, комэск, но и то...

Неделю назад перед самым вылетом его скрутил приступ аппендицита. Поскольку ближайший госпиталь находился всего в пятнадцати километрах, полковой врач не захотел рисковать, и комэска отправили туда. А на следующий день поступил приказ о перебазировании...
   Что стало с Гуревичем, неизвестно. В том беспорядке, что творился вокруг, иной раз терялись целые подразделения, не то что отдельные люди, однако командование полка решило ждать возвращения майора и потому не назначило на его место никого из имевшихся в наличии "безлошадных" комэсков. Официально. Неофициально же все понимали, что удача -- дело такое. Сегодня она есть, а завтра может и кончиться. И потому никто не хотел рисковать.
  
   Этим же нежеланием рисковать объяснялись странные на первый взгляд вещи, вроде разборки приходящих изредка в полк новых или почти новых СБ на запчасти для ремонта машин эскадрильи. Потому что -- а вдруг?..
  
   Суеверие? Ещё какое! И замполит... то есть теперь уже комиссар полка батальонный комиссар Швырович каждый раз осуждающе качал головой. Но молчал. Потому что пусть на суеверии, но эскадрилья летала. И бомбила. И возвращалась. Правда, чего это стоило экипажам...

В каждый вылет люди собирались, как в последний. Спали плохо -- ворочались, стонали, вскрикивали...
  
   Приказом комполка им всем после вылета стали наливать по сто грамм. Спирта (где его ухитрялся доставать начхоз -- тайна великая есть). Помогало. Но не очень. Страх притуплялся, но не исчезал. Не перед "мессерами" и зенитками -- к ним как-то незаметно привыкли. Страх перед тем, что вот-вот, в следующую минуту Удача отвернётся, уйдёт, растает, исчезнет!..

И в этот полёт капитан Степан Дёминых, ВРИО командира 1-й эскадрильи ... ближнебомбардировочного полка и кандидат в члены ВКП(б), тоже шёл со страхом. И когда стрелок-радист вдруг завопил: "Мессеры!!!" - а на левой плоскости появилась и начала удлиняться, приближаясь к пилотской кабине, аккуратная строчка из маленьких дырочек, с облегчением подумал: "Наконец-то!" Однако вместо очередной дырочки на плоскость вдруг шлёпнулась чья-то оторванная по локоть рука в чёрной перчатке и медленно, нехотя сползла назад под напором набегающего воздушного потока. Степан поднял взгляд и успел заметить, как мимо бомбардировщика, кувыркаясь, пролетел один из стервятников -- похоже, удача снова вмешалась в события, и поблизости оказался кто-то из своих истребителей.

Потом в привычный рёв моторов вплёлся непонятный то ли свист, то ли вой, кабину накрыла тень, и над группой появилось это... Большое, чёрное, с короткими, будто обрубленными крыльями странной формы...

Секунду Дёминых непонимающе разглядывал чужака, затем, очнувшись, прижал левой рукой ларингофоны и завопил что есть мочи: "НЕ СТРЕЛЯТЬ!!!" Чужак же, повисев над группой, качнул крыльями -- при этом капитану показалось, что один из нарисованных на плоскостях странных белых черепов хитро подмигнул -- и ушёл в сторону. Очевидно, по каким-то своим чужацким делам.
   - Что это было? - пробормотал Дёминых, забыв, что всё ещё прижимает ларингофоны, и вздрогнул, когда в наушниках прозвучал голос Семёныча -- майора Мироненко, штурмана эскадрильи:
- Чудо Господне, Стёпа. Это было Чудо Господне...
  
   Скользнув взглядом по приборной доске, капитан с облегчением убедился, что внешняя связь отключена. Не дай бо... то есть было бы очень нехорошо, если бы слова Семёныча услышал кто лишний. Потому что если, к примеру, простого бойца из БАО* за такое просто пожурят, то старшего командира, который к тому же ещё и парторг эскадрильи...

* Батальон аэродромного обслуживания

Размышления "о жизни" прервал возглас стрелка:
- Командир! Он вернулся!
- Где?! - закрутил Дёминых головой.
- Над нами, командир! Метров на тысячу выше!

Посмотрев вверх, Степан и правда увидел там чёрное чудовище. Чужак неторопливо (для него, конечно. Капитан уже видел, насколько стремительной может быть эта туша) летел в том же направлении, что и группа.
"Зачем мы ему? - подумал Дёминых. - Что ему от нас нужно? И вообще, кто он такой? Не немец. Хотя, может, и немец, но не фашист. Но точно -- не наш, не советский. Наш бы звёзды нарисовал, а этот..." - капитан вспомнил череп и поёжился. Показалось или нет, что у него клыки торчали? И что подмигнул?..

Нет, что подмигнул -- точно показалось. А вот клыки?..
- Командир, фрицы впереди, - доложил штурман. Голос у него опять был обычным. Нормальным. - На два часа. Идут выше, пересекающимся курсом.
- Где?.. Ага, вижу, - отозвался Степан и посмотрел вверх, на чужака: заметил или не заметил?

Чужак летел, как и раньше, не выказывая никакого интереса к встречным гитлеровцам. Может, заснул, а может, решил подождать, когда поближе подой... тьфу, подлетят.

Расстояние между двумя группами быстро сокращалось, и скоро стало понятно, кто летит навстречу. Девятка "лаптёжников".
   "Может, потому чужак и не дёргается? - подумал Дёминых, бросая очередной взгляд на объект своего беспокойства. - Может, он из этих? Которые "равным оружием"? Да нет! Какое ещё равное оружие при таком-то превосходстве!"
- Командир, через пять минут поворот вправо на курс двести семьдесят, - сообщил штурман, разглядев внизу очередной ориентир. - Нормально идём. А после поворота, считай, на боевом будем.
- Понятно, - отозвался Степан и, отпустив ларингофоны, хмыкнул: Семёныч явно был немного не в себе. Или думал, что его командир немного не в себе, и решил подбодрить. Или то и другое сразу. В любом случае пора перестать думать о чужаке и переключиться на задачу.

Задача как задача. Долететь и отбомбиться. Цель -- маленькая железнодорожная станция, на которой разгружаются фрицевские резервы. Только будут там эти самые резервы или нет, бабушка надвое сказала, а вот зенитки будут точно. Ну да не впервой. Правда, второму звену тяжковато придётся -- зенитчики к их появлению проснутся окончательно, но уж как-нибудь. Главное, чтобы на первом заходе не сбили, а второго и не будет. Так что сейчас...
- Командир!.. - Интонации, звучавшие в этом возгласе, яснее ясного говорили, что Мося, то есть сержант Моисей Соломонович Ривкин, тысяча девятьсот двадцатого года рождения, холост, член ВЛКСМ с мая тысяча девятьсот сорок первого года, находится в состоянии крайнего возбуждения. В оном состоянии упомянутый сержант терял всякую способность изъясняться более или менее связно. Напрочь. И как бороться с этим, никто не знал. Хотя следует признать, что случалось такое с сержантом Ривкиным крайне редко и было связано исключительно с авиацией -- Мосиной любовью чуть ли не с рождения. - Командир! Это! Это!.. А... Он...

Хоть какая-то ясность. "Он" в данном случае мог быть только один, и Степан уже почти привычно посмотрел вверх. "Он" всё так же висел над группой, не давая каких-либо поводов для прихода Моси в такое состояние. То есть... то есть...
- А где фрицы? - не удержался Дёминых, сообразив, чего не хватает. Действительно, "лаптёжники" должны были находиться слева, неподалёку от чужака, однако их там почему-то не было.
- Командир! Это! Он...
- Мося, попей водички, потом расскажешь, - вклинился штурман. - Командир, время поворота. Курс двести семьдесят.
- Курс двести семьдесят, понял, - подтвердил Степан и начал разворачивать тяжело нагруженную машину...

   Станция оказалась пустой. Ни войск, ни даже просто эшелонов. Может, поэтому и зенитное прикрытие было так себе. Правда, двоих всё равно зацепили, но не смертельно. Авось дотянут. Не до аэродрома, так хотя бы до своих, а там -- на вынужденную. Хотя не хотелось бы машины терять. Но тут уж как получится...

Чужак, ждавший в стороне -- не дурной же он, в самом-то деле, под зенитки соваться? - опять завис над группой, но теперь намного ниже.
"А может, ему просто лететь некуда?"

Дёминых покатал эту мысль в голове, пару раз глянул вверх, на чужака и решил, что почему бы и нет? Если он, например, с Марса прилетел или, скажем, с Венеры? А что? Будь это чудище земным, никто бы его вот так, в одиночку на фронт не отправил. Истребительным бы полком прикрывали по меньшей мере. И какой-нибудь гениальный учёный, вроде как у Жюль Верна, тоже не может быть, потому что советские учёные не хуже, а даже лучше, однако ж они до такого пока не додумались. Так что наверняка инопланетянин. И корабль у него где-то поблизости припрятан, поскольку даже на таком самолёте по космосу летать вряд ли получится...

Размышляя подобным образом, Степан не заметил, как группа достигла наконец линии фронта и пересекла её. И почти сразу же чужак стал неторопливо уходить в сторону, набирая заодно высоту.
"Куда?!" - чуть было не завопил Дёминых, но вовремя одумался. Глупо. Да и с чего он вообще взял, что чужак вот так сразу полетит с ними? Выручил, проводил -- спасибо ему за то огромное. А лететь дальше... Они ведь там, у себя на Марсе, наверняка ведь про Землю мало что знают. Может, этого просто посмотреть послали. А...
- Командир, а он опять фрицев бить собирается!
- Ябедничать нехо... - начал было капитан, среагировав главным образом на Мосину интонацию, но осёкся. - Где?!
- На... э-э-э... два часа от вас. Да. И выше на-а... две тысячи.
  
Посмотрев в указанном направлении, Дёминых чертыхнулся: солнце, ни хрена не видно. И как там Мося что-то углядел? Потом одна за другой вниз пошли две машины, но вроде бы целые, следом -- третья, но за ней уже тянулся дымный хвост. А где ещё одна? Гитлеровцы ведь тройками не летают...

Потом Степан вспомнил оторванную руку на плоскости, поджал губы и покачал головой: это чем же таким стрелять надо, чтобы истребители чуть ли не через раз взрывались? Нет, жаль, что чужак улетел. Жаль...

А ещё через несколько минут, глядя на подползающую сбоку чёрную тушу, капитан Дёминых облегчённо вздохнул и счастливо улыбнулся -- не кончилась удача! В этот раз -- не кончилась!



Первый же встреченный абориген -- тот, что размахивал... да, руками, показывая, куда ставить машину, - при виде Хора отшатнулся, запутался в ногах и шлёпнулся на покрытую короткой желто-зелёной травой землю. Поглядев на его большие круглые глаза и открытый рот, Шисс похвалил себя за то, что надел тактический обруч, и отправился осматривать машину. Механиков тут не было, заботиться о технике придётся самому.

Обойдя "Охотника", он обнаружил позади него нечто вроде лёгкого полевого укрытия, предназначенного, судя по размерам, для самолётов. Причём явно более крупных, чем те штурмовики, которых Хоргах сюда сопровождал.

Оглянувшись, Хор увидел, как местные жители, облепив один из штурмовиков, как насекомые приманку, шустро заталкивают его хвостом вперёд в такое же укрытие, и хмыкнул. Его машина в "сухом" виде почти двадцать тонн весит, а с БК, со всякими мелочами да с заправкой...
  
  
   "Десять тонн, - ухмылялся Насос. - Это тебе на час. Самое большее. А вообще -- как гонять будешь. Девочка, - серая от въевшейся в кожу смазки рука ласково погладила борт, - когда много работает, любит много кушать".
"А десять тон чего?" - поинтересовался Шисс. Названная цифра не особо его впечатлила. Точнее, не впечатлила совсем. Его лёгкий "Ширган" брал примерно столько же, а Зорфов "Балгор" почти в два раза больше.
"Воды, парень, - механик явно с трудом сдерживался, чтобы не заржать при виде отразившегося на лице Хоргаха изумления. - Самой обычной воды. Хоть из лужи заливать можешь, хоть из моря. Только потом с фильтрами возиться придётся. Так что лучше дистиллированной..."


"Десять, - прикинул Хор, - да пару я потратил, пока за тварью гонялся. Да минус ракета. Лёгкая... В общем, всё равно за тридцать пять... Н-да-а-а, замучаются аборигены... Впрочем..." Он вернулся в кабину и, не закрывая её -- по ушам резанул свист эффекторов -- осторожно подвинул машину назад. Снова выбравшись наружу, оглядел получившуюся композицию и удовлетворённо кивнул: нормально. Сверху не разглядеть и вылететь в случае чего за несколько секунд можно.

В это время с кряхтением и дребезжанием -- и как только не развалилась? - подкатила местная таратайка, с подножки которой соскочил немолодой на вид человек в странной, на взгляд Шисса, одежде и не менее странном головном уборе. Следом, но уже из кузова, вылезли ещё двое, одетые так же странно, и один из них тут же рыкнул на махателя, продолжавшего сидеть с отвисшей челюстью. Тот подскочил и поспешил убраться с глаз начальства. Правда, недалеко, за транспортное средство -- первый испуг у него явно прошёл, и теперь верховодило любопытство.

Поправив форму, приехавшие построились клином -- соскочивший с подножки оказался впереди, на острие, и направились к Хоргаху. Глядя на то, как они идут, Хор думал, что если что и есть общее у разных гуманоидных цивилизаций, так это любовь к строевой подготовке.
  
  
   "На самом деле у них много общего, - объяснял Старший, развалившись в мягком на вид (хотя почему только на вид? Шисс, сидевший в точно таком же, мог уверенно утверждать, что и на ощупь тоже) висящем в воздухе белом кресле. - Сходное устройство тела, примерно сходные внутреннее устройство, физиология, среда обитания обусловливают и примерно одинаковые мотивы, способы решения проблем и тому подобное. Я не говорю о мелочах вроде жестов приветствия. Они даже в пределах одного мира могут сильно различаться. Я говорю о более... м-м-м... общих вопросах. Стремление к власти, например. Или вера в сверхъестественное..."

Дракон сделал паузу, и Шисс воспользовался случаем, чтобы уточнить:
"Сверхъестественное -- вроде магии?"

Ответом ему стало насмешливое фырканье и встречный вопрос:
"А что есть магия? По сути?"
"Н-ну-у... э-э-э..." - замялся Хор. Он как-то не задумывался над этим вопросом.

Понявший его затруднения дракон хмыкнул:
"Вот тебе, кстати, ещё одно общее свойство гуманоидов: сначала навесить на что-нибудь ярлык, а потом ломать голову, что делать с получившимся уродцем... Н-да... Так вот, магия -- это, по сути, такой же способ воздействия на окружающий мир, как и привычные тебе техника с электроникой. Только без инструментов. Точнее, без имеющих материальное воплощение инструментов. Одной только силой разума. И без знания и использования тех же математики и физики ты больших результатов в магии не достигнешь. Но мы говорили о схожести гуманоидных обществ. И конкретно -- о вере. Она может быть разной. В богов, в духов, в мировой разум, в светлое будущее, в торжество демократии и так далее. Но! - увенчанный приличных размеров когтем палец поднялся и ткнул вверх. - Обязательно найдутся особи, которые из самых лучших побуждений станут резать, душить, травить, жечь и прочими способами уничтожать тех, кто с этим не согласен. И обязательно найдутся особи, которые будут делать то же самое, но для достижения собственных, отличных от декларируемых целей. Так что учи социологию. И не только современную, но и прошлых исторических периодов. Пригодится..."


Подойдя, Первый поднёс руку к голове -- почти синхронно с ним этот жест повторили и сопровождающие -- и что-то проговорил. Похоже, представился, решил Хор и, приложив правую руку к груди и едва заметно кивнув, назвал себя:
- Хоргах Шисс. Охотник. Младший Императорский Дом.

На лице Первого мелькнуло недоумение. Он оглянулся на своих спутников, сначала на одного, потом на другого -- те по очереди пожали плечами -- после чего шагнул вперёд и протянул руку.

Шисс тоже протянул свою и осторожно пожал Первому предплечье.
"Не угадал", - подумал он, заметив, что на лице у того снова мелькнуло недоумение.

Однако абориген быстро с собой справился и тоже аккуратно сдавил предплечье Хора. Затем осторожно высвободил свою руку и явно собрался что-то сказать, но не успел. Ещё один местный житель, но уже в комбинезоне и в чём-то, похожем на шлем, но из ткани, подскочил сбоку, сделал тот самый приветственный жест и затараторил, то и дело поглядывая на Шисса. Предположив, что речь идёт о нём, Хоргах придал физиономии каменное выражение и принялся лениво осматриваться.

Слева, метрах в трёхстах, виднелась пара строений -- одно поменьше, другое побольше. Между ними и укрытием, в котором стоял "Охотник", тянулся ряд таких же укрытий, только пустых, а прибывшие штурмовики разместились на другой стороне поля, метрах в пятистах. Возле них копошились аборигены, занимаясь обслуживанием техники. Но не все, не все. Нашлось довольно много желающих посмотреть на гостя поближе. А позже, когда начальство уйдёт, наверняка и пощупать. Ну-ну...

Конечно, у компьютера приказ ничего смертельного не использовать, да только несчастных случаев никто не отменял...

Однако Первый, похоже, хорошо знал своих людей. Прервав доклад лётчика жестом, он что-то сказал Правому, которой сразу же выдал несколько приказов одному из любопытствующих. Тот куда-то убежал (здесь многие передвигались бегом), и вскоре возле укрытия появились два бойца с... С каким-то оружием. Похоже, кинетическим. К которому зачем-то были приделаны длинные металлические насадки.
"Штыки", - вспомнил Хор их название. "Усовершенствование", призванное компенсировать недостаточную скорострельность и ёмкость магазина. Делающие и без того слишком длинное оружие почти полностью непригодным для маневренных схваток. Да любой боец его группы, не проходивший обучения в Доме, управился бы с десятком вооружённых этими дубинами вояк! Только за счёт большей мобильности. Хотя... не его, Шисса, это дело. Судя по виду, оружие далеко не новое. Может, просто вытащили со складов длительного хранения и раздали тыловикам, потому что современного не хватает.

Тем временем лётчик закончил докладывать, снова поднеся руку к голове, сверкнул в сторону Хора улыбкой -- здесь, кстати, показать зубы агрессией не считалось -- и направился в сторону строений. Первый же задумчиво посмотрел ему вслед, повернулся к Шиссу и жестом предложил пройти туда же.
  
   По дороге попадалось довольно много засыпанных воронок, из чего Хоргах сделал вывод, что враг об этом аэродроме знает и периодически наносит по нему удары. Как умеет. И получается у него не очень хорошо.

Первым делом они пошли в строение побольше, оказавшееся столовой. Там Хору предложили помыть руки, показав, как пользоваться странным приспособлением -- небольшим баком с торчащим снизу штырьком. Оказалось, если на этот штырёк нажать, из бака течёт вода. Вытирать руки следовало висящими тут же белыми полотенцами.
"Как дома", - мысленно хмыкнул Шисс -- Раль не любила воздушные осушители, говорила, что от этого кожа портится.

Потом все прошли в соседнее помещение, где стояли длинные столы. За двумя сидели аборигены и неторопливо насыщались, время от времени обмениваясь короткими фразами. Хоргаху же предложили место за свободным.

Почти сразу же две молодые женщины принесли четыре миски с супом странного красного цвета, в котором плавало что-то белое, столовые приборы, состоящие из ложки и вилки ("И опять Старший прав!"), а также какую-то выпечку, нарезанную ломтями. При этом женщины старательно делали вид, что Хор им не интересен, однако то и дело постреливали в него глазками.

Когда официантки удалились, Первый, показав на свою миску, сказал:
- Пхорш.
- Пхорш, - старательно повторил Шисс.

Его тут же поправили:
- Б-о-р-щ.

С третьего раза у Хоргаха получилось выговорить правильно, и все трое аборигенов заулыбались. Тщательно размешав то белое, что плавало в борщ, они взяли по куску выпечки и принялись есть. Чуть помедлив, Хор последовал их примеру. Несовместимость местных продуктов с организмом его не беспокоила. В крайнем случае можно будет принять пару предназначенных как раз для такого случая таблеток из аптечки. А вот болезни, носителем которых он поневоле является... Как бы среди аборигенов эпидемия не началась.
  
   С другой стороны, во время обучения его предупреждали о многом, но вот о том, что он может стать распространителем инфекции, не было сказано ни слова. Почему? Не подумали?.. Да нет, вряд ли. Только не Старшие. Скорее всего какие-то меры приняты, просто о них не говорят.

После еды Хоргаху показали, где находится отхожее место, а потом наконец-то отвели в штаб, развёрнутый в том строении, что поменьше. Войдя внутрь, Шисс огляделся. Обстановка не слишком просторной комнаты была, мягко говоря, скромной. Грубый довольно большой стол посередине, ещё один, поменьше, перед одним из двух имевшихся в комнате окон, четыре табурета, в углу большой железный шкаф, рядом ещё один, такого же размера, но, похоже, деревянный (тут вообще почти вся мебель была из дерева! Если Империя когда-нибудь станет торговать с этим миром... Хотя нет: тут же набегут защитники природы и испортят всю коммерцию). На большом столе расстелена карта. Ещё одна повешена на стену напротив окон. Вот, собственно, и всё...

Хору предложили табурет, расселись сами и... беспомощно запереглядывались. В самом деле, как прикажете выяснять, кто этот гость и откуда он взялся, имея возможность общаться исключительно жестами?
"Похоже, пора доставать домашние заготовки", - подумал Хоргах, включая на коммуникаторе режим воспроизведения...


"Ш-ши-ис-с-с!!! Ты только посмотри-и-и!!!"
Восторженный визг супруги заставил бедного уставшего метаморфа разлепить глаза и оторвать голову от подушки. Сначала свадьба, на которую собрались тысяч десять гостей, а потом бурная ночь могли полностью обессилить кого угодно. Кроме одной маленькой, хрупкой, но, как выяснилось, оч-чень выносливой... э-э-э... женщины. Бросившейся с раннего утра, пока муж спит, рассматривать полученные вчера подарки...

С подарками было сложно. Любой член Дома имел неограниченный доступ к "покупочному", как его называли, счёту, размеры которого позволяли приобрести пару-тройку неплохих неосвоенных планет. В такой ситуации дарить то, что можно купить в любом или пусть даже не любом магазине, было как-то не принято. Только настоящие редкости. Или то, что сделано-создано-выращено своими руками. А самым ценным подарком считалось появление на торжестве, если таковое устраивали, потому что работы в Доме на самом деле было невероятно много и выкроить хотя бы сутки не всегда удавалось даже при очень большом желании.

С разбегу прыгнув на кровать, Раль опёрлась острыми локотками о грудь мужа и показала два чёрных... две чёрные...
"Что это?" - наморщил лоб Хор, так и не сумев опознать вызвавшие восторг супруги предметы.
"Коммуникаторы, компьютеры, диагносты и... И много всего. Но это всё так, мелочи. Главное -- они сделаны из чешуек!"
"Из чего?" - Хоргах помотал головой: ему только что показалось, что...
"Из! Драконьих! Чешуек!" - раздельно повторила Раль, глядя на Шисса горящими глазами.
"Э-э-э..." - промычал Хор, не в силах проникнуться величием свершившегося события (его самого больше удивили две резные колыбели из настоящего (!) дерева, а чешуйки, пусть даже драконьи...) За что был щёлкнут по носу, чмокнут в лоб и запуган угрозами позавтракать без него. Пришлось вставать...

За завтраком ему объяснили, что, первое - драконья чешуя является страшной редкостью, поскольку Старшие линяют не так чтобы и часто. Раз в несколько сотен лет. Второе -- обрабатывать драконью чешую крайне сложно, поскольку... Далее последовала пятиминутная лекция, из которой Хор понял только одно: его жена, вдобавок ко всем прочим достоинствам, превосходно разбирается в технологиях обработки сверхтвёрдых материалов. Третьего не последовало. Вместо него Хоргаху предложили примерить обновку. Шисс, которому очень хотелось понять, из-за чего его разбудили в такую несусветную рань, послушно защёлкнул на левом предплечье то ли браслет-переросток, то ли недонаруч, над которым тут же развернулся небольшой (хотя с чем сравнивать. Двадцать на сорок сантиметров для наручного устройства -- весьма, весьма) полупрозрачный экран...


Пока Хоргах предавался воспоминаниям, аборигены успели просмотреть "агитку" - фильм, специально смонтированный из записей реальных событий для объяснения, что такое твари и почему их надо уничтожать - и сидели теперь, нервно переглядываясь, с позеленевшими лицами. Шисс их прекрасно понимал: подобные вещи перед сном или на полный желудок категорически противопоказаны. Чревато. Н-да. А они как раз пообедали...

Потом Левый достал из кармана своих шаровар какой-то коричневый предмет, оказавшийся специальным футляром, раскрыл его, вытащил бело-серую трубочку и, вставив её одним концом в рот, поднёс к другому огонёк зажигалки. Руки и губы его при этом заметно подрагивали. Футляр он положил на стол, и остальные двое тоже взяли по трубочке.

Некоторое время аборигены вдыхали и выдыхали дым от тлеющих трубочек, постепенно приходя в себя. Во всяком случае к концу... процесса?.. ритуала?.. цвет их лиц стал почти прежним. Да и когда Первый обратился к Шиссу, голос его не дрожал. Правда, Хоргах всё равно не понял ни слова, однако интонация, по мнению компьютера, была явно вопросительная. Судя по всему, абориген хотел получить объяснения. Что ж, вполне справедливо. И Хор поставил второй фильм, тоже собранный из реальных записей, но рассказывающий уже об охотниках. Там, кроме прочего, было несколько очень редких эпизодов, когда удалось наблюдать прорыв визуально. Так-то их станции контроля по колебаниям длинного списка полей и специфическим излучениям фиксируют. Ещё в этом фильме показывали и самих охотников, и некоторые из них отличались от людей. Причём настолько, что Шисс на их фоне становился просто-таки идеалом человека.
  
   Хотя после фильма о тварях аборигены ещё и не то проглотят. Не зря же психологи рекомендовали показывать материалы именно в таком порядке. Сначала твари, потом охотники, потом устройство мира, потом... Потом -- как получится. Сам Хоргах планировал продемонстрировать записи сегодняшнего полёта. И на этом закончить. Пока. Пусть местные переварят новые знания.

Так и получилось. Реакция на совсем не человеческую внешность некоторых Хоровых коллег оказалась более чем умеренной, зато повышенный интерес вызвали пуски ракет. Шиссу пришлось даже некоторые места воспроизводить по нескольку раз, причём в замедленном режиме, а потом ещё на пальцах объяснять. Выслушивая заодно ворчание Кири по поводу нарушения культурно-технологического эмбарго. Хотя какое тут нарушение? Если цивилизация имеет возможность создавать оружие на основе энергии ядер, значит, и появление систем самонаведения вопрос ближайшего будущего.

Третий фильм, об устройстве миров, смотрели спокойно. Интерес, безусловно, был, однако весьма умеренный. Можно даже сказать -- вежливый. А вот четвёртый, с приключениями Хора...

Началось с твари. Почему-то её вид вызвал странное оживление среди аборигенов и не менее странные взгляды в сторону Шисса.
- Шеф, нас, кажется, начали уважать! - ехидно прокомментировали Кири, благодаря тактическому обручу получавшая визуальную картину происходящего.

Хмыкнув, Хор попросил её поискать в архиве информацию по этим тварям и получив через несколько секунд пакет с требуемым, вывел на экран несколько более чёткое изображение с описанием. Оказалось, такие твари известны давно, обладают разумом, вздорным и склочным характером, способностями к магии и размножению без партнёра. То есть являются полностью самодостаточными гермафродитами. Правда, при этом потомством обзаводятся крайне редко. Известны факты их сосуществования с сообществами разумных, правда, недолгого. Твари вели себя, как настоящие разбойники (каковыми по сути и являлись), и потому рано или поздно их уничтожали. И если судить по реакции аборигенов, в этом мире уже появлялись.

Наконец местные немного успокоились, и Хоргах получил возможность продолжить показ. Чтобы тут же остановить его снова. На этот раз из-за кульбитов, выделываемых изображением. Пришлось руками показывать, как "Охотник" поднимается на дыбы, из-за чего преследователи, не успев среагировать, проскакивают вперёд.

Теперь на него посмотрели уже с откровенным недоверием.
"Да и Бездна с вами", - решил Шисс и продолжил показ...



- М-да... - глядя в окно, как чужак неспешно направляется к своему самолёту, командир ... ближнебомбардировочного полка подполковник Василий Семёнович Рогозов размял позаимствованную у комиссара папиросу, сунул в зубы, прикурил и выпустил струю дыма. После так называемой беседы вопросов только прибавилось. - Так что делать-то будем? - спросил он, оборачиваясь к комиссару и начальнику штаба.
- Докладывать, - буркнул начштаба, - и готовиться подписки давать. О неразглашении.
- А по существу вопроса предложения есть? - с иронией посмотрел на него комполка.
- Представление писать. На орден, - подал голос комиссар. - Всё же одиннадцать сбитых за один вылет... - он покрутил шеей, после чего расстегнул воротник гимнастёрки и потянулся за папиросой. Батальонный комиссар Швырович постоянно носил при себе полный портсигар и охотно угощал сослуживцев, однако же сам курил крайне редко. - Да и сфотографировать для дивизионной многотиражки не помешает.
- Ну, Семён Василич, ты и сказанул! - фыркнул начштаба. - Ты представляешь, как это выглядеть-то будет?

Комиссар прикурил, глубоко затянулся, выдохнул дым и только потом ответил:
- Нормально будет выглядеть, Михал Филимоныч. Попросим его наш лётный шлем надеть и сфотографируем.
- А ну как откажет? - не сдавался Фартовый.
- А ну как согласится? Не попробуем -- не узнаем, товарищ подполковник. А такой пример людям нужен. Обстановка сейчас -- сами знаете.

Все помолчали, потом Рогозов кашлянул:
- Об обстановке. Ты, Семён Василич, узнай, кто у Дёминых сегодня во втором звене левым ведомым шёл. Стрелка, если по уму, тоже поощрить надо. Таки того "мессера" он зацепил.
- Ну, зацепил -- не сбил, - покачал головой Швырович. - Вот если б сбил...
- Если б сбил, написали бы представление, а так -- ты его своей властью поощришь как-нибудь. Комиссарской. Всё людям приятно будет, - стоял на своём комполка. - Сам же видишь, в каком они состоянии.
- Да вижу... - вздохнул комиссар.
- Вот и хорошо! - улыбнулся Рогозов. - А заодно, когда Коропец появится, намордничек на него надень. По партийной линии. А то начнёт бдительность проявлять...

Комиссар с начштаба задумчиво покивали. Начальник Особого отдела полка лейтенант госбезопасности Феоктист Апполинарьевич Коропец был человеком весьма достойным, но однако же несколько своеобразным. Обычно не склонный к проявлению дурного служебного рвения вроде поиска крамолы там, где её нет, он страшно обижался, если узнавал что-либо не самым первым или хотя бы одним из первых. Обидевшись же, был способен... на не совсем адекватные поступки. О которых потом жалел. Но это полбеды. Другая же её половина заключалась в том, что удержать Коропца от таких выходок было делом почти нереальным. Командование полка переставало являться для обиженного особиста авторитетом и рисковало само оказаться обвинённым в троцкизме, уклонизме, саботаже и работе на парагвайскую разведку. Увы. И единственным, к кому раздухарившийся Феоктист Апполинарьевич мог прислушаться, был комиссар полка, но только если выступал в роли не комиссара, а секретаря парторганизации. Потому как партийная дисциплина и совесть большевика стояли у Коропца на втором месте после служебного долга.

А сегодня товарищ лейтенант госбезопасности как на грех укатил с самого утра в Особый отдел дивизии и до сих пор не вернулся...

- В общем, - подвёл Рогозов итог, - чем заняться, вы знаете. Вот и займитесь. А я пока что рапорт писать буду. М-да... Михал Филимоныч! - окликнул он уже шагнувшего к двери начштаба. - Ты бы гостю заправиться предложил. А то вдруг у него с горючкой швах.

Фартовый на секунду задумался, потом решительно кивнул:
- Будет сделано, Василь Семёныч. Сейчас распоряжусь, чтобы БЗ подогнали, - и развернулся, чтобы уходить, но снова был остановлен:
- Товарищ подполковник, вы, когда караульного выставляли, как его инструктировали?

Почуяв неладное, начштаба ринулся к окну и успел увидеть, как упомянутый караульный кубарем отлетает от идущего как ни в чём не бывало гостя...



Инцидент с часовым оптимизма не прибавил. Чем бы ни был вызван. Впрочем, компьютер, проанализировав мимику прибежавшего Правого, утверждал, что всё произошло случайно -- солдата просто неправильно проинструктировали. Что ж, возможно. В конце концов армейский бардак был таковым и в Империи. Но вот уровень подготовки этого часового...

Даже в обычных подразделениях имперской пехоты даже повара и полевые медики умели больше. Даже если они из резервистов. Этот же...

Нет, аборигены Шиссу в общем-то нравились -- было в них что-то такое... этакое. Но вот их отсталости даже по местным меркам это не отменяло. И часовой -- мелочь. Намного хуже было отсутствие у этого аэродрома ПВО. Вообще. Во всяком случае Хоргах не заметил ничего, что хотя бы отдалённо напоминало наземные средства противодействия авиации.

Конечно, их могли хорошо замаскировать. Настолько хорошо, что Шисс не смог разглядеть. При всём его боевом опыте...
   Н-да... Слабо верилось. А если быть честным с самим собой, то вообще. В смысле, не верилось. Особенно учитывая свежие воронки по всему полю. Не сами же местные их вырыли?..
  
   Наблюдая на обзорном экране, как к укрытию подъезжает очередной образец здешней наземной техники -- на этот раз, судя по большой цистерне вместо кузова, заправщик -- Хор испытал неприятное чувство беспомощности. Как бы хорошо он ни относился к местным обитателям, помочь им сможет очень немногим. Даже если бы не было запрета на передачу информации, не соответствующей уровню развития местной цивилизации. Прежде всего -- из-за почти полной бесполезности такой информации. Например, нарисует он им схему импульсника. Возможно, даже разыщет в архиве полный перечень элементов с их характеристиками. Дальше что? Где они эти элементы брать будут? Как драконы -- из воздуха доставать?..

Вздохнув, Шисс уже второй раз за этот день отдал приказ на открытие кабины и полез наружу -- заправщик подъехал, и вылезший из кабины абориген в замызганном комбинезоне растерянно оглядывался, не зная, к кому обращаться.
   "И как этого кого найти", - мысленно хмыкнул Хоргах, проходя мимо шарахнувшегося в сторону часового. В Империи давно забыли, что такое фонари, колпаки и прочие остекления на боевых машинах. Экипаж сидит в бронированных капсулах. И катапультируется в случае чего именно капсула. И уже в воздухе, стабилизировавшись, раскрывается, выпуская из себя кресло вместе с человеком. Или, наоборот, человека вместе с креслом...

Заметив Хора, приехавший абориген обрадовался и рванулся к нему, на ходу поднося руку к голове и что-то тараторя. Потом сообразил, что чужак на здешнем языке не говорит (наверняка это уже всему аэродрому известно). И погрустнел: приказать-то начальство приказало, а вот как исполнять?..

Не став его мучить, Шисс кивком ответил на приветствие и подошёл к цистерне. В нос ударил резкий запах какой-то химии. Насколько Хоргах помнил пояснения Маргида, помимо воды подходила любая другая способная гореть жидкость с достаточно малой вязкостью. Всё, что требовалось для перехода на новый вид топлива -- залить некоторое количество в анализатор, после чего приказать компьютеру произвести перенастройку двигателя. Но прежде всего -- слить остатки другого топлива. В данном случае -- около восьми тонн воды. Представив, как после этого станет выглядеть пол в укрытии, и подумав, что в следующий раз могут привезти топливо с несколько иными свойствами, Хор повернулся к заправщику и решительно покачал головой: не подходит. Лучше уж в самом деле из лужи заправляться. Да и не планировалось в ближайшее время использование прямоточников -- антигравов хватает.

Абориген, получив отказ, немного потоптался в нерешительности, потом поднёс руку к голове, влез в кабину и уехал. Шисс же постоял, глядя вслед удаляющемуся заправщику и раздумывая, не прогуляться ли по окрестностям, решил, что для проявления любопытства время пока не настало, и вернулся в машину. В архиве бортового компьютера кроме разного рода сведений на все случаи жизни (например, как изготовить простейшее оружие из камня или построить печь для выплавки металлов) имелось большое количество развлекательных материалов.

Когда местное светило уже почти скрылось, Хоргаха пригласили на ужин. На этот раз пришёл Левый. Помахав руками перед носом "Охотника", он попытался повторить слова Хора, когда тот представлялся. Получилось, само собой, отвратительно, и потому Шисс, покинув машину, первым делом стукнул себя кулаком в грудь, произнеся по слогам:
- Хор-гах Шис-с.

Со второго раза у Левого получилось правильно, и Хор удовлетворённо кивнул, вопросительно глядя на аборигена. Тот правильно понял взгляд и назвался:
- Семён Васильевич Швырович, - затем, видимо, сообразив, что иноземцу повторить это вряд ли удастся, поправился: - Се-мён.

Знакомство с Левым можно было считать состоявшимся, и Шисс решил пошутить. Подойдя к "Охотнику", он положил ладонь на тёплую чёрную поверхность фюзеляжа и, повернувшись к аборигену, сказал:
- Кири.

Тот, судя по выражению лица, не понял, поэтому Хор, указывая поочерёдно на себя, на него и на машину, терпеливо повторил:
- Хоргах... Се-мён... Кири, - после чего, повернувшись к машине, попросил: - Кири, скажи что-нибудь вслух.
- Очень приятно познакомиться, Семён Васильевич Швырович, - разнеслось по аэродрому бархатистое контральто. - Надеюсь на взаимовыгодное и плодотворное сотрудничество, - после чего, уже через наушник: - Ну как, шеф, хорошо получилось?
- Хорошо-то хорошо, - буркнул Хор, - вот только я чуть не оглох.
- Уровень громкости недостаточен для нанесения повреждения органам слуха, - сухо проинформировал компьютер, и Шисс вдруг представил, как кто-то очень похожий на его любимую супругу ехидно хихикает в кулачок. Дав себе слово по возвращении обязательно выяснить, кто же именно поковырялся в электронных мозгах, он вздохнул и подошёл к ошалело глядевшему на "Охотника" Се-мён.

После ужина, проходившего там же и почти в том же составе -- добавился ещё один местный, сверливший Шисса подозрительным взглядом - аборигены попросили показать фильмы ещё раз. Как понял Хор, специально для Нового. Мысленно пожав плечами, он включил воспроизведение "агитки"...

Ночевал Хоргах в кабине. Не захотел воспользоваться гостеприимством местных, предложивших ему койку в штабе - не тот уровень доверия.

   Проснувшись на рассвете, Шисс выбрался из кабины, пару раз присел, наклонился, выпрямился и понял, что этого недостаточно. Привыкшее к ежедневным нагрузкам тело требовало своего, и Хоргах решил ему не отказывать. В конце концов форму надо поддерживать. Поглядев по сторонам, он повернулся и побежал к концу взлётно-посадочной полосы, постепенно ускоряясь.

По меркам цивилизованных мест аэродром был совсем небольшим, так что добравшись до цели Хор понял: мало. Развернулся и помчался в обратном направлении.

Аборигены уже проснулись и активно трудились. В укрытиях напротив снаряжали штурмовики и гоняли двигатели, отчего над аэродромом стоял гул. Все были страшно заняты, но заметив бегущую фигуру, оставляли свои дела и смотрели вслед, как будто случилось что-то необычное.

Добежав до штаба, Шисс решил, что пора заканчивать отвлекать людей и направился к "своему" укрытию, постепенно снижая темп.

Где-то прятавшийся часовой теперь оказался на месте. Позёвывая и ёжась от утреннего холодка, он топтался метрах в трёх перед носом машины и изображал бдительное несение службы. Поймав взгляд бойца, Хоргах состроил укоризненную физиономию и покачал головой, после чего, не обращая больше на него внимания, занялся разминкой.

Примерно в середине к укрытию подошёл Новый и принялся наблюдать, как Хор растягивается, а дождавшись, когда тот закончит, отобрал у часового оружие (солдат, что странно, отдал его без сопротивления), встал напротив и медленно изобразил удар насадкой в грудь.
  
   Хмыкнув, Шисс так же медленно показал, как отводит оружие в сторону, выкручивает его из рук нападающего и роняет того на землю...
  
  
   Во время завтрака выяснилось, что аборигены решили начать обучение гостя своему языку. И поручили это Новому. Во всяком случае остальные трое старательно делали вид, что их это не касается. Похоже, высокое начальство приняло какое-то решение и спустило соответствующие указания. Но в том, что решение это не окончательное, Хоргах не сомневался. Как и в том, что сейчас где-то далеко от этого аэродрома спешно собирают группу для контакта. Новый и занятия с ним -- так, чтобы время не терять, а общение с остальными ограничено по максимуму. Конечно, всё это было лишь предположениями, однако не высосанными из пальца, а основанными на опыте имевших место случаев попадания охотников в относительно развитые миры.
  
   А вот прямиком в боевые действия никто раньше не попадал, соответственно, о действиях противника оставалось только гадать. Так что Шисс попытался поставить себя на место врага. Наиболее вероятными представлялась дополнительная разведка, то есть выяснение, действительно ли появилось что-то из ряда вон или же это плод больного воображения столкнувшихся с неожиданным сопротивлением лётчиков. Дальнейшее же зависело от уровня взаимодействия между различными родами войск. В Империи скорее всего послали бы одну или несколько разведывательно-диверсионных групп с заданием захватить или, в крайнем случае, уничтожить непонятный объект. Но то, во-первых, в Империи, а во-вторых, и там вполне мог найтись желающий решить проблему своими силами. Чтобы не делиться славой. Здесь же...

Не хватало информации. А чтобы её получить, требовалось знание языка. А чтобы узнать язык...
"Нет, Новому явно не повезло", - хмыкнул Шисс, вставая из-за стола и благодаря хозяев лёгким кивком -- пора. Судя по шуму снаружи, штурмовики уже готовились к взлёту.
  
   Новый дёрнулся было следом, но тут же опустился на место.
"Вот и правильно, - мысленно усмехнулся Хоргах. - Пока что никто никому ничего не должен".


Вылет прошёл без происшествий. Не считать же таковыми две попытки вражеских истребителей добраться до подопечных? Две неудачные попытки, само собой. Ещё на большой высоте крутился какой-то самолёт непонятной принадлежности. Медленно. Хор даже сказал бы -- неторопливо. Явный разведчик, вот только чей? Если вражеский -- хорошо. Значит... Ничего не значит. Его могли послать и для решения каких-то других задач. Однако он может обратить внимание и на странную летающую машину...

Как бы то ни было, вариантов действий у противника всего четыре: не обратить внимания, послать истребители, устроить налёт на аэродром (ночной, чтобы уж наверняка. А то прилетят днём, а цель в это время... Н-да. Интересно, а они ночью вообще летают?) и, наконец, поручить это дело диверсантам.

Шисса устраивал любой вариант, кроме первого, который означал бы, что противник по-настоящему умён и понимает: одна машина, какой бы мощной она ни была, погоды не сделает. Просто потому, что не сможет находиться в нескольких местах сразу.

Что касается остальных трёх, они друг друга не исключали и могли быть реализованы последовательно. Но вот будут ли?
"Бой покажет", - решил Хоргах.

На следующий день всё повторилось. И на следующий. И Шисс уже начал подумывать, что противник действительно попался очень умный, но ночью его разбудил зуммер предупреждения об атаке. Тело успело выполнить все движения, необходимые для уклонения, когда мозг наконец-то сообразил, что машина находится на земле и для начала надо бы взлететь. И тут же компьютер разразился докладом:
- Справа сорок, высота семь тысяч, удаление двенадцать тысяч, цель групповая, скорость двести семьдесят, пеленг не меняется.
- Рули на взлетную! - скомандовал Хоргах и тут же вспомнил о часовом: - Аборигена не задави!
- Принято, - отозвался компьютер и спустя секунду пожаловался: - Шеф, он сбежал!
- Кто? - не понял Хор.
- Абориген, шеф. Как только энергия на эффекторы пошла, так и сбежал! - в голосе Кири слышалась обида.
- Ну, значит, ему повезло, - хмыкнул Шисс, энергично растирая лицо и уши, чтобы прогнать сонливость.

На обзорных экранах было видно, как на поле кто в чём выскакивают местные обитатели.
- Мигни им, - приказал Хоргах, и на законцовках пару раз загорелись и тут же потухли габаритные огни. - И тревогу объяви.

Над аэродромом, перекрывая свист эффекторов, разнёсся сержантский рык:
- Воздух!
- Женским голосом было бы интереснее, - пошутил Хор.
- Для женского голоса недостаточно местных слов, шеф, - возразила Кири. - Вот выучите к следующему разу ещё...
- Не будет следующего раза. В смысле, налёта не будет, - вздохнул Шисс. - Диверсантов пришлют. Я так думаю.
- Недостаточно данных для анализа, шеф, - уведомил компьютер.
- Ладно. Увидим. Поехали!

   "Ночной бой, - наставник неторопливо прохаживался между стоящими в два ряда одиночными партами, за которыми сидели ученики. - Это не то же самое, что бой в условиях ограниченной видимости. Кто может сказать, почему? - он обвёл взглядом класс. - Ваги?"

Ваги, высокий для своих одиннадцати лет, тощий, как и его одноклассники, не вставая ("Пока вы вылезаете, половина забывает, что хотела сказать. Так что отвечайте сидя"), принялся объяснять:
"Условия ограниченной видимости -- это общее определение, означающее недостаточную освещённость, а также наличие таких факторов, как туман, дождь, снегопад, задымление..."
"Ваги, ты внимательно прочитал написанное в учебнике. Это хорошо. Но я имею в виду нечто иное. Кто-нибудь догадался?.. Валь?"
"Ночью спать хочется".
"Уже ближе. А что ещё?.. Хори?"
"Ночью страшно".

Наставник неторопливо подошёл к столу, присел на его край и окинул взглядом учеников. Восемь пар глаз смотрели на него с неподдельным вниманием. Так, как не смотрели на преподавателей общеобразовательных предметов.
"Совершенно верно, Хори, - наконец сказал он. - Ночью страшно. Конечно, люди взрослеют, и у большинства этот страх уходит в подсознание. У кого-то больше. У кого-то меньше. Но он есть. И он заставляет человека испытывать неуверенность. А неуверенность приводит к ошибкам, - наставник сделал паузу и снова оглядел класс. - Да, вы можете сказать, что сейчас существуют различные системы, позволяющие видеть в полной темноте. Но. Эти системы могут выйти из строя. Эти системы можно обмануть. И тогда человек останется один на один с тем ужасом, что скрывается в темноте. А какой самый страшный ужас там может скрываться?"

После небольшой паузы помещение потряс дружный вопль:
"Мы-ы-ы!!!"


- Шеф, рекомендованная длительность залпа -- одна целая и восемь десятых секунды, - сообщил компьютер.
- А что так много? - нахмурился Шисс. После взлёта обнаружились ещё две группы бомбардировщиков, что не давало возможности разобраться с первой без спешки и со вкусом.
- Шеф, это предположительно. Мы с такими ещё не сталкивались, - терпеливо, с материнскими интонациями в голосе разъяснила Кири. - Вот попробуем, получим данные, тогда и уточним.
- Понятно. Тогда так: пристраиваемся слева выше на сто метров, поворачиваемся, бьём основного ведущего, потом ведущих звеньев, начиная с дальних. После каждого залпа незакономерное смещение по высоте и направлению.
- Принято.
- И ещё. Кири, веди запись их переговоров.
- Принято. Шеф, а они молчат.
- Это пока, - ухмыльнулся Шисс. - Что-то мне подсказывает, что скоро у них словесное недержание начнётся.

Спустя полторы минуты, заняв позицию, Хоргах аккуратно навёл маркер прицела на левый двигатель ведущего, и тут же темноту вспороли шесть мерцающих лучей. Ровно через одну целую и восемь десятых секунды компьютер прекратил огонь, "Охотник" прыгнул влево-вверх и завис, давая возможность пилоту выбрать следующую цель...


"Человек -- самая медленная часть любой системы! - вещал, иначе не скажешь, Зорф, удобно расположившись в лёгком кресле напротив Шисса. На Фангаре снова были рабочие дни, и клуб практически пустовал. Так, заскакивали отдельные посетители из постоянных членов, давно имеющие право на самостоятельные полёты. А также на самостоятельное обслуживание себя в баре, благо ничего алкогольного там не имелось. - Как ты ни тренируйся, как ни оттачивай рефлексы, компьютер всё равно сделает всё быстрее и точнее. Так что будь ты хоть трижды метаморфом..."
"А вы тогда зачем?" - насмешливо поинтересовался Хор. Ему доставляло удовольствие вот так вот посидеть после полётов, держа в руке бокал с холодной чистой водой и выслушивая излагающего "премудрости жизни" приятеля.
"Принимать решения! - чтобы подчеркнуть значимость этих слов, бывший штурмовик наставительно поднял палец. Помолчал немного и добавил, уже не так торжественно: - И цели выискивать..."
  
  
   Пришлось сбить пять машин, пока остальные не сообразили, что их убивают, и не начали разворачиваться, привычно избавляясь от груза, чтобы легче было удирать. Мысленно сплюнув, Хоргах повёл "Охотника" ко второй группе. Здесь уже явно поняли, что операция проходит не по плану, и хватило одного ведущего. Одновременно с ними стала поворачивать назад и третья группа.

Идя по большой дуге, Шисс раздумывал, стоит ли пощипать и этих или плюнуть и возвращаться. Никакого удовольствия от победы над численно превосходящим противником он не испытывал, а вот раздражение... Хотелось сделать что-нибудь такое, чтобы этих... этих... пробрало до самых косточек. До мокрых подштанников. Мелькнула даже мысль отправить вслед тяжёлую ракету, не потраченную на тварь. Мелькнула и исчезла -- расходовать дорогостоящий снаряд на такую шваль было просто жалко. И он уже собрался поворачивать назад, когда "проснулся" компьютер:
- Шеф, - проговорил он задумчиво, - я вот думаю, что с ними будет, если пройти впритирку на сверхзвуке?..


На аэродроме не спали. Не успел Хоргах подрулить к укрытию, как рядом словно из-под земли возникло всё командование полка. Командир Рогозов, комиссар Швырович, начштаба Фартовый, особист Коропец. Все четверо чуть ли не приплясывали от нетерпения, ожидая, когда Шисс наконец вылезет.
"Впрочем, - подумал Хор, - было бы удивительно, окажись по-другому".

Он неторопливо снял шлем, сунул его в крепления, надел тактический обруч -- до сих пор как-то не было случая продемонстрировать аборигенам глаза -- и выбрался наружу. Поприветствовав встречающих, выразительно посмотрел в сторону штаба, и после секундного колебания все двинулись туда.
  
  
  
   В штабе царила тишина. Особист, взяв двух бойцов в качестве охраны, умчался на аэродромной полуторке докладывать об очередном подвиге... чужака?.. гостя?.. Наверное, всё-таки гостя, хотя его никто не звал. А незваный гость... М-да. Дежурный телефонист подрёмывал за стенкой... Тишь да гладь, да божья благодать, как говорится. И если бы не мысли...

Мысли...

"С одной стороны, гость... или всё же чужак?.. приносит несомненную пользу, отгоняя фашистских стервятников от последних оставшихся самолётов. С другой...

С другой -- после его появления и ясно выраженного намерения сопровождать бомбардировщики полк теперь посылают на задания только полным составом. Понятное дело, на цели, которые таким силам соответствуют. А у этих целей и ПВО тоже. Соответствует. Но слава... э-э-э... В общем, машины пока возвращаются. Излохмаченные. С вырванными элеронами, перебитыми масло- и бензопроводами, разнесённым в пыль остеклением -- но возвращаются. И люди тоже. Возвращаются. Порезанные, посечённые... Полковой врач жаловался, что у него скоро йода хватать не будет. И бинтов. Чуть ли не месячную норму за три дня использовал. И -- ни одного серьёзного ранения! Чудо?..

А тут ещё наверху никак определиться не могут, что с... гостем делать. Пока что просто приказали ограничить контакты. Но -- аккуратно. Чтобы не обидеть. И рыбку съесть, и, как говорится... Да тут ещё и сам, гхм, гость...

На второй день, после вылета, взял да и прошёлся над аэродромом. И не просто прошёлся, а поставив машину на хвост... мать его аэродинамику законом Бернулли в гиперболоид инженера Гарина. Коропец, бедолага, чуть заикаться не стал. Только-только собрал подписки о неразглашении факта пребывания в части чужака, а тут опять бегать собирать. О неразглашении его возможностей. И сегодня... Вернётся из штаба и начнёт... Благо не со всего полка, а только с них троих, кто кино с ночным боем видел...
  
А этот... гость ещё и пророчествует. Мол, теперь диверсанты придут. М-да... Тоже, мать его, Вольф Мессинг выискался... А диверсанты -- это конец полку. Окончательный и бесповоротный конец. Охрана их не остановит -- они её прихлопнут и не заметят. А потом и остальных вырежут, пока гостя искать будут. И эти, наверху, никак разродиться не могут..."

Подполковник Рогозов вздохнул и посмотрел на сослуживцев, тоже, судя по лицам, прекрасно осознающих размеры надвигающегося бедствия:
- Ну, товарищи командиры? Какие будут предложения в свете открывшихся обстоятельств?..
  
  
  
   На этот раз Шисс проспал почти до самого завтрака. Только и успел вылезти из кабины да пару раз присесть, как появился Левый. Комиссар Швырович. Что означает это "комиссар", Хоргах так и не понял. Из объяснений Нового следовало, что комиссар главнее командир Рогозов, а сам Новый, то есть особист Коропец, главнее всех. При этом всем командует почему-то командир Рогозов...

Абсурд. Если у них вся система управления построена подобным образом...

Хору стало тоскливо. Конечно, бардак для армии -- дело обычное. Можно даже сказать, жизненно необходимое. Вот только бардак бардаку рознь. Такой, как здесь, когда командир вынужден постоянно оглядываться на находящихся рядом вышестоящих начальников, постоянно лезущих под руку, но при этом не желающих брать на себя ответственность...

Усилием воли Шисс заставил себя не думать о глобальных проблемах, а сосредоточиться на сиюминутных. В частности -- будет ли сегодня вылет и если будет, то в каком составе.

Можно было и не спрашивать. Поскольку и без того ясно, что, во-первых, будет, а во-вторых, всей эскадрильей. В конце концов ночное происшествие свелось для местных к незапланированной побудке и сидению в ожидании возвращения Шисса. И это просто не могло повлиять на планы боевой работы. Боевой работы штурмовиков, если быть точным. А вот Хоргаху не мешало бы подумать. Потому что продолжать висеть во время вылетов над подопечными -- бездарно тратить время. Свою задачу эта тактика выполнила -- его подопечных теперь облетают за пять тысяч метров. Но и только. За пределами этой сферы авиация противника по-прежнему что хочет, то и делает. Можно, конечно, отскакивать. На дозвуковой скорости. Выбирать момент, когда с противоположной направлению отскока стороны не будет хищников, и...

Н-да. А ещё -- самому вылетать. Сейчас штурмовики делают один вылет в день, потом их чинят. Доводить до аэродрома, разворачиваться и отправляться на охоту? На пару часов?.. А почему бы и нет? Вообще, с самого начала следовало так делать. Не догадался. Ну, ничего. Лучше поздно, чем никогда...
  
  
   Новая тактика оказалась результативной. В некотором роде. Четвёрка хищников как обычно сунулась проверить, не уснул ли Хор, а когда тот развернулся в их сторону, привычно разделилась на пары и бросилась наутёк. Да только на дистанции в три тысячи метров, да учитывая неизбежную на вираже потерю скорости, да если приплюсовать сюда по меньшей мере двойное превосходство "Охотника" в этой самой скорости...

Пару, ушедшую вправо, Шисс расстрелял метров с пятисот. После чего обозначил намерение догнать и левую, однако на полпути резко сменил курс и рванул на перехват девятки вражеских штурмовиков, оказавшейся неподалёку. Те, своевременно заметив опасность и явно зная, чем это может закончиться, поспешили избавиться от груза и разлетелись кто куда, спасая жизни. Удовлетворённо хмыкнув, Хоргах неторопливо повёл машину на привычную позицию.
- Шеф, а сбить?
- А зачем? - хмыкнул Хор.
- Как это? Мы же истребители!
- Мы -- охотники. Раз. И два: какие задачи ставятся перед истребителями?

Секундная пауза, потом ответ:
- Завоевание господства в воздухе. Защита наземных и воздушных сил от воздушных сил противника.
- Ну?
- Что, шеф?
- Где говорится, что нужно обязательно сбивать?

На этот раз компьютер думал немного дольше и в конце концов сдался:
- А как иначе, шеф?
- Как иначе? - переспросил Шисс, изучая тактический экран. Зона, свободная от вражеских летательных аппаратов, увеличилась чуть ли не вдвое. Что доказывало наличие у противника хорошей координации сил. А также -- что висящий на шести с половиной тысячах разведчик, который местные называют рама, следит в том числе и за "Охотником". Или прежде всего за "Охотником". - Вырабатывать у них условный рефлекс, Кири. Они уже знают, что удирающие штурмовики мы не трогаем. Так?
   - Шеф, вы -- гений! Я вас люблю, шеф!
   - Но-но! - строго произнёс Хор. - Я, если ты забыла, женат!..

Шутки шутками, думал Хоргах под ненавязчивый трёп с компьютером, однако же рефлекс и в самом деле налицо. Незапланированный. Выработавшийся независимо от желания... хм, дрессировщика?.. Да уж... В чём противнику не откажешь, так это в умении замечать детали и делать выводы. Теперь осталось найти способ использовать его. Умение. И предполагаемых союзников убедить. И неизвестно, что сложнее. Особенно если учесть почти полное незнание языка. Новый, конечно, старается, но учитель из него... Хотя, возможно, контрразведчик всё же хороший...

   "Одна из самых распространённых ошибок при общении с представителями менее развитых в научно-техническом смысле цивилизаций -- считать их глупее себя. Смотреть свысока. Относиться с пренебрежением. При этом "цивилизованные" как-то упускают из виду, что какой-нибудь оборванный охотник способен выжить в местных лесах, не имея при себе даже ножа. К тому же наверняка умеет обращаться с местными ездовыми животными, ухаживать за ними и тому подобное. Какой-нибудь полуграмотный или вообще неграмотный деревенский стражник в силу невозможности делать записи обладает великолепной зрительной и обычной памятью. Может перечислить с десяток мелких признаков, характерных для представителей той или иной профессии. Способен, основываясь на одном только чутье, определить преступника... И так далее. То же касается и представителей различного рода специальных служб. Неизбалованные техническими средствами, они весьма успешно компенсируют этот недостаток личными навыками. Так что кто на кого должен смотреть с превосходством..."

Шисс тряхнул головой, прогоняя наваждение, и огляделся. Он находился в гостиной своего особняка. Если точнее -- сидел в низком мягком кресле у не горевшего сейчас камина. Напротив, в точно таком же кресле, забравшись в него с ногами, сидела Раль и с интересом наблюдала за женихом. Ещё раз тряхнув головой -- на всякий случай -- Хоргах спросил:
"Что это было?"
"Один из секретов Дома, - едва заметно улыбнулась девушка. - Один из настоящих секретов".
   "А есть ещё и ненастоящие?" - приподнял брови Хор.
   "А ты как думаешь? - хитро прищурилась Раль и тут же сама ответила на свой вопрос: - Разумные существа склонны искать объяснение всему. А когда не могут найти -- придумывать их".
   "Вот как..." - Шисс посмотрел на лежащую на коленях книгу и снова раскрыл её.
"...это ещё вопрос. Но если хотите дожить до появления спасателей..."


- Кири, как думаешь, когда нас найдут?
- Средняя продолжительность спасательной операции -- два часа пятьдесят семь минут объективного времени. Минимальная -- сорок одна минута. Максимальная -- шестнадцать часов двадцать три минуты, - без задержки отозвалась Кири, как будто ждала этого вопроса.
- А как понять -- объективного времени? - поинтересовался Хоргах, пытаясь сообразить, в чём подвох.
   - Объективное время -- это время Дома, шеф, - послышался вздох. - В разных вселенных время течёт по-разному. Мы тут можем год проторчать, а потом вернёмся, и вы как обычно вечером свяжетесь с вашей уважаемой супругой. И она ничего не заметит...
   - Хотелось бы верить... - буркнул Хор.
  
  
   - А у нас гости, шеф, - задумчиво сообщила Кири. - Похоже, мы наконец-то увидели истребители союзников, - на тактическом экране, не отображавшем ничего интересного, кроме висевшего выше и в стороне рама, появилось изображение двух летательных аппаратов. Маленького и большого, с четырьмя двигателями на крыльях. - И их бомбардировщик. Или транспортник.
   - Транспортник. Скорее всего, - пробормотал Шисс и добавил: - Великий Космос! Ну какие же идиоты!..
   Транспортник, да ещё под охраной истребителей... Конечно, это мог быть и спецназ, присланный после предупреждения Хоргаха о наиболее вероятном ходе противника. Вот только такая быстрая реакция возможных союзников вызывала сомнения. Более вероятно, что прибыла как раз контактная группа. И не просто прибыла, а ещё и попалась на глаза вражескому разведчику. А уж с какой скоростью противник умеет реагировать, Хор уже видел.
  
   В том, что отреагирует, Шисс был уверен. Процентов на девяносто. Почему? Да потому что вряд ли кто поверит, что появившаяся в зоне боевых действий непонятная машина провалилась из другого мира! Или не провалилась, а вывалилась. Н-да. Появилась, полетала немного, постреляла... А потом прилетели разработчики. Получить замечания, узнать пожелания и устранить мелкие неполадки. И улететь могут уже завтра... И ищи их потом... А значит...
- Кири, что там с разведчиком?
  
   Изображения новых образцов местной техники вновь сменились картой местности, на которой тут и там горели красные точки. От одной из них протянулась красная же линия.
   - Шеф, он уходит, - сообщил компьютер, похоже, не надеясь, что хозяин сам догадается.

Хмыкнув, Хоргах скомандовал:
   - Идём на перехват. Скорость не более ноль девяти звуковой. Огонь начиная с восьмисот метров и до разрушения цели. Цель -- гондола.
   - Принято.
  
   Резко развернувшись, "Охотник" рванулся за пытающейся скрыться добычей.
  
  
  
   - Куда это он? - старший из прибывших, нахмурившись, смотрел вслед быстро удаляющейся чёрной машине. Не дождавшись ответа, он повернулся к стоящему рядом командиру полка: - Товарищ подполковник?
- А чёрт его знает, товарищ майор государственной безопасности. Он мне не докладывает, - подполковник Рогозов не считал нужным скрывать своё плохое настроение: полк получил приказ о перебазировании, а его командир, вместо того чтобы заниматься делом, вынужден тратить драгоценное время на... на всяких.
- Что значит... - начал было майор, но, вспомнив, о ком речь, быстро поправился: - Но предположить-то вы можете?
- Не могу, товарищ майор государственной безопасности. Я с ним за эти дни общался всего два раза. В первый -- когда он прилетел, во второй -- сегодня ночью. Когда он объяснял причины ночной тревоги и сообщал о предполагаемом визите диверсантов. Да и то на пальцах и рисунками.
- И всё же? - не отставал гэбист.

Рогозов отвернулся и с тоской посмотрел на поле, где к нагло распластавшему огромные крылья ТБ-3, на котором прилетели незваные гости, уже подогнали заправщик. Тот самый заправщик, который должен был сейчас заливать топливо приземлившимся машинам полка. А в начале ВПП - истребители. В немедленной готовности к взлёту. Тоже очереди на заправку ждут. Лучше бы, чем так стоять, "раму" сбили или отогнали, а то ведь...
- А знаете, товарищ майор государственной безопасности, я, кажется, могу предположить, куда помчался наш... э-э-э... гость...
- Слушаю вас, товарищ подполковник.
- "Раму" сбивать полетел. Он её до этого почему-то не трогал, а сейчас, как ваш транспорт увидел...
- А при чём здесь... - ещё больше нахмурился майор.
- А при том, товарищ майор государственной безопасности, что он нас в качестве наживки использует. Если не ошибаюсь. Потому и немецкого разведчика не трогал, - вздохнул комполка. - А как вы прилетели, так и... Понимаете, про приказ о передислокации наш гость не знает. Он, приказ этот, пришёл, когда машины уже в воздухе были. Вот и думает, что ночевать здесь придётся.
- И чтобы немцы не...
- Да нет, товарищ майор, - снова вздохнув, перебил Рогозов. - Боюсь, он как раз надеется их поторопить.


Встречающих, ожидавших у начала взлётно-посадочной полосы, было аж четверо. Новый -- потому что он являлся местным ответственным за операцию, а кроме того уже имел какой-то навык общения с Шиссом. Главный -- потому что хотя бы в первый раз, но посмотреть на объект вблизи надо. Непонятный -- скорее всего специалист по языкам, потому что ксенологу в этом захолустье взяться просто неоткуда. И, наконец, боевик. То ли охрана, то ли конвой, то ли всё сразу. Ещё один абориген немного в стороне возился с уродливым прибором, то что-то на нём подкручивая, то направляя в сторону "Охотника". Похоже, какое-то местное средство фиксации событий.
  
Ещё одним отличием от предыдущих дней был монстр здешнего авиастроения, нагло перегородивший дорогу к привычному укрытию. Пришлось объезжать. Встречающие морщились от свиста эффекторов, но послушно шли следом.
  
   Загнав машину в укрытие, Шисс посидел немного, собираясь с мыслями, потом вытащил из-за спинки сиденья подвесную систему с закреплённым на ней множеством маленьких, но очень полезных для выживания вещей. Застегнув ремни и сменив шлем тактическим обручем, он наконец выбрался из кабины и, дождавшись её закрытия, неторопливо направился к местным. Те уже успели справиться со своей мимикой и встретили Хоргаха непроницаемыми лицами.

Процедура знакомства была похожа на первую, разве что местные не тараторили, а говорили медленно, с расстановкой. Главный оказался майор государственной безопасности Петров. При этом в петлицах у него почему-то было по четыре прямоугольника, что соответствовало полковник. Впрочем, Новый во время занятий успел объяснить, что в здешней СБ, то есть государственной безопасности, звания присваиваются на две ступени ниже обозначаемых знаками различия. А вот власть соответствует именно знакам. Плюс, как понял Хор, поправка на принадлежность к тайной службе. Почему так, Новый объяснить не смог. Похоже, и сам не знал.

Непонятный назвался сержант государственной безопасности Кривич, хотя на военнослужащего был похож примерно так же, как фермерский грузовичок на бронетранспортёр. То есть никак. Что Шисс и выразил насмешливым хмыканьем. Зато Боевика, капитан осназа Палехов, осмотрел очень внимательно и в итоге кивнул ему отдельно -- явно коллега.
  
   Закончив со знакомством, перешли к делам насущным. Прежде всего Хор знаками предложил всем, включая новоприбывших, убраться с аэродрома, оставив только монстра. На что получил, тоже знаками, встречное предложение -- отправиться со всеми. Через минуту спор вёлся уже с помощью рисунков -- жестов, мимики и слов не хватало. Шисс достал блокнот и карандаш, подаренные Новым (отдарился фонариком в пластиковом корпусе с примитивным электрическим генератором внутри. Потряс -- посветил, потряс -- посветил. Таких подарков, предназначенных для разных эпох, в грузовом отсеке лежал целый тюк), Главный тоже вытащил из кармана письменные принадлежности. Хоргах объяснял, что если все улетят, то пришедшие ночью диверсанты (если, конечно, придут) ничего не обнаружат, и это будет нехорошо. Главный -- что диверсантов будет много и они Шисса... Тут последовал очень характерный жест. На что Хор оскалился, продемонстрировав клыки. Потом вытащил из закреплённого на "подвеске" пенала приманку -- четырёхсантиметровый серый матовый диск -- и отбросил её метров на пять. Спустя секунду в том месте появилась фигура имперского пехотинца в полевом снаряжении и со стрелковым комплексом в руках. "Пехотинец" переминался с ноги на ногу и время от времени поворачивался в разные стороны. Кивнув на него, Шисс протянул Главному нож: мол, попробуй.
  
   Главный с минуту разглядывал приманку, потом вздохнул, вернул нож Хоргаху и что-то сказал Боевику, который сразу же куда-то убежал. Хор же, убедившись в отсутствии желающих испытать на себе действие шокера (одноразового, но зато достаточно мощного, чтобы свалить взрослого ларга), подал команду на отключение приманки, после чего подобрал её и сунул обратно в пенал.

Вернулся Боевик, но не один, а с четырьмя бойцами, и Главный принялся объяснять Шиссу, что если тот так уж хочет, то Бездна с ним, пусть остаётся. Но эти пятеро тоже останутся. На всякий случай.

Подавив вздох облегчения (представление следовало доиграть. Для достоверности), Хоргах демонстративно оглядел предлагаемое усиление, после чего отошёл на несколько шагов и, став в стойку, поманил одного из бойцов обеими руками. Тот глянул на Главного, зачем-то передал оружие товарищу и начал неторопливо приближаться, на ходу разминая плечи и шею...

Спустя пять минут Хор кивнул Главному: "Годится", - и тот облегчённо вздохнул. После чего показал, что тоже останется. Шисс пожал плечами: одним больше, одним меньше -- какая разница? Будет сидеть с экипажем транспортника, которому придётся остаться.

Как только этот вопрос был решён, Главный, о чём-то коротко переговорив с Боевиком, отправил двоих бойцов к большому строению, а ещё одного вместе с Непонятным. Сам же отошёл на пару шагов, вытащил из кармана явно металлический футляр серебристого цвета, достал из него бумажную трубочку и принялся пускать дым, с заметным интересом поглядывая на Шисса.
  
   Снова пожав плечами -- на этот раз мысленно -- Хоргах опустился прямо на траву, жестом предложил Боевику устраиваться рядом и включил экран браслета-наруча, выведя на него один из снимков аэродрома. Почти сразу же рядом раздалось стрекотание аппарата фиксации -- работавший с ним абориген явно относился к порученному делу очень ответственно. Да и Главный подошёл ближе, хотя и -- Хор заметил краем глаза -- старательно удерживал на физиономии скучающе-безразличное выражение. Подождав, когда присутствующие немного освоятся, Шисс принялся излагать свои мысли.
  
   Обсуждение плана заняло минут пять. Если, конечно, это можно было назвать планом. Просто обговорили размещение подопечных, а также расстановку постов и приманок. Под конец Хоргах узнал, как на местном языке будет "мины". А заодно -- что этих самых мины, к сожалению, нет...
  
   Нет, быть-то они были. Десяток. И датчики периметра. Двадцать штук. Вот только показывать их аборигенам однозначно не стоило -- попробуют либо выпросить, либо стащить. Не наверняка, конечно, но с высокой вероятностью. Что сильно осложнит и без того непростую ситуацию. Особенно если стащить попробуют. Так что...

А вообще, Хор и сам не знал, почему ему так нужно разобраться с вражескими диверсантами. Тоска по прошлому? По тем временам, когда его группа на спорных планетах играла с такими же группами в "кто кого"? Да нет, вряд ли. Тогда что? Желание кого-нибудь убить?..

Шисс прислушался к себе и мысленно кивнул: да, есть такое. Причём не просто убить, а как раньше, собственными руками. Даже без ножа. Вырвать горло или проломить грудь. Но...

Но и это не главное. А вот слишком удаляться от места прорыва... Да. Именно так. Несмотря на всю иррациональность этого нежелания -- имперский десантный катер, переделанный Домом, способен взлететь, облететь планету и приземлиться в той же точке не более чем за час. А уж преодолеть пару тысяч километров... И всё равно. Не хочется. Почему-то...
   Глупо? Может быть. А может, и нет. Предчувствие... После присоединения к Дому оно не давало о себе знать, а сейчас...

А сейчас не время для философских размышлений. Надо пройтись по точкам размещения приманок и посмотреть, как они будут смотреться на местности. Потом выбрать помещение, где будут прятаться подопечные, и подготовить его. Потом пробежаться вокруг аэродрома, чтобы иметь представление о растительности и тому подобном. Потом...

Кивнув Боевику, Шисс погасил экран и пошёл доставать, может, и устаревшее морально, но от этого не ставшее менее эффективным в определённых условиях оружие. Двухзарядный арбалет с запасом болтов и меч.

   "Если изучать всё, что разумные существа придумали для убиения ближнего своего, - Гург говорил, неторопливо прохаживаясь вокруг Хора, отрабатывающего вертикальный удар мечом, - не хватит жизни. Чтобы добиться мастерства во владении каждой такой придумкой, - он остановился и поправил левую руку Хоргаха, - не хватит и десяти жизней".

Шисс с резким выдохом в очередной раз разрубил мишень -- манекен из псевдоплоти с уплотнениями, имитирующими кости. Клинок дошёл до середины груди и застрял, увязнув в "грудине". В очередной раз.
"В Бездну этот вертикальный удар", - подумал Хор, высвобождая меч и снова занося его.

Тем временем Гург продолжал:
"Вот и приходится выбирать. Две вещи: что изучать и как изучать. Что -- это ты уже знаешь. Меч, арбалет, лук и посох. Как -- тоже, надеюсь, понял. Не фехтование, а, - инструктор хмыкнул, - убивание..."
"Посох мы в Школе изучали", - воспользовался паузой Шисс.
"Правильно, - кивнул Гург. - Изучали. Потому что посох, несмотря на свою простоту, очень способствует освоению других видов оружия. Н-да. А вот что вы наверняка не изучали, так это - что такая давно устаревшая штука, как меч, если уметь ею пользоваться, на близкой дистанции эффективнее того же стрелкового комплекса. Между прочим, - он широко оскалился, - говорю по собственному опыту!.."


Первыми улетели штурмовики. Сразу за ними -- истребители. Наконец аэродром покинул наземный персонал. Те, кто не поместился в самолётах и не уехал раньше. И сразу после того, как последний грузовичок скрылся из виду, оставшиеся занялись оборудованием позиций. Подопечных решили устроить в штабе -- приманок было всего четыре, а дверей в общей сложности пять. Две в меньшем строении и три в большем. На все "часовых" не хватало. А ведь ещё нужно было поставить одного возле машин -- Боевик настоял. В итоге получалось три "поста" - два у штабного, хм, домика и один возле транспортника. Ещё Боевик хотел поставить "часового" возле "Охотника", который позже должен был переместиться в начало ВПП, но Шисс воспротивился -- стоит подать энергию на эффекторы, и приманка самоликвидируется. Точнее, разрядится в никуда. Без пользы. А ставить в стороне...

Когда караульный у двери стоит на одном месте - это понятно. Но когда он точно так же стоит у самолёта... А если таких не один, а двое?.. Вот-вот. Последует однозначный вывод: с этими часовыми что-то не так.
  
   Потом Хоргах загнал Боевика на крышу штаба, покрытую, как чешуёй, небольшими пластинами какого-то местного материала, отошёл в сторону и оценил получившуюся композицию.
  
   Отвратительно. В своей форме странного цвета абориген выделялся на тёмной крыше светлым пятном. Пришлось опять потрошить запасы и вытаскивать маскировочную накидку. С ней получилось лучше. Во всяком случае ночью невооружённым глазом определить, что там кто-то лежит, будет сложно. Даже с учётом света, даваемого спутником планеты. Скорее уж самого Шисса заметят в его чёрном комбинезоне. Если успеют...
  
  
   Перед самым заходом солнца -- Шисс как раз только-только переставил машину в начало ВПП и отключил эффекторы - к аэродрому вышла группа аборигенов. Странная группа. Все настороженные. Напряжённые. Готовые к немедленному действию. Появились они у конца взлётно-посадочной полосы и осторожно, всё время оглядываясь по сторонам, двинулись по краю поля к строениям. Примерно на полдороги им навстречу из штаба вышел Главный в сопровождении бойца. Встретились они метрах в пятидесяти от носа "Охотника". Представились, судя по жестам, что-то друг другу показали, поговорили... После чего Главный повернулся и направился к машине, размахивая на ходу руками.
  
   Подойдя, одобрительно посмотрел на шлем, который Хоргах надел на всякий случай, и предложил разместить прибывших в столовой.
   Хор не согласился: какими бы сильными бойцами неизвестные ни были, они явно устали. Во-первых. А во-вторых, резко возрастал риск путаницы. Во время ночного боя запросто можно было либо убить своего, либо, наоборот, получить от него импульс. Ну или, в данном случае, пулю.

Идеальным вариантом было бы, конечно, убрать всех куда-нибудь подальше и разбираться самому, но увы. А если идеала достичь нельзя, то следовало хотя бы приблизиться к нему. Вот только как это объяснить, не зная языка?..
  
   Однако Главный, похоже, что-то всё-таки понял, потому что кивнул и, вернувшись к пришельцам, указал им в сторону, где, как знал Шисс, в паре сотен метров находился постоянный лагерь, сейчас опустевший. Если по уму, то и его с летунами туда сплавить бы, однако что и когда делалось по уму?..
  
   Пришельцы двинулись в указанном направлении, и спустя десять минут оттуда донеслись звуки, однозначно опознанные компьютером, как перестрелка. Как только Хоргах сообразил, что это может означать, он выскочил из кабины, махнул рукой караульному, выглядывавшему в приоткрытую дверь штаба, показал два пальца и помчался к месту боя. И только вбежав под деревья, вспомнил, что так и не снял шлем. Да и арбалет остался в кабине. Впрочем, меч болтался на поясе, путаясь в ногах, а набедренные карманы оттягивали два ручных импульсника. Так что оружия хватало, дело за целями.
  
   Метров через сто темп пришлось сбавить и дальше двигаться пригнувшись -- рядом стали посвистывать пули. Изредка. Конечно, ни шлем, ни комбинезон им не пробить, но удар будет чувствительный. Ещё метров через пятьдесят Шисс разглядел впереди фигуры этих странных бойцов и остановился, высматривая старшего. Сзади послышались топот и пыхтение, и Хоргах, оглянувшись, увидел подбегающих Боевика, одного из бойцов и... Главного?! Ему-то здесь что понадобилось?!

Первым побуждением Хора было свернуть недоумку шею, однако уже ухватив майор государственной безопасности Петров за горло, он опомнился и, просто развернув того в обратном направлении, хорошенько толкнул в спину.
  
   Боевик и боец, прекрасно всё это видевшие, притворились, что высматривают что-то впереди.

Погрозив поднимающемуся с земли Главному кулаком, Шисс двинулся к наконец-то замеченному старшему пришельцев.
  
   В результате короткой беседы -- Боевик спрашивал, выслушивал ответы Старшего и жестами "переводил" их Хоргаху -- выяснилось, что столкновение оказалось неожиданным для обеих сторон. Для обеих-то для обеих, но первыми среагировали диверсанты. В результате двое пришельцев остались лежать между деревьями и ближайшим домом, зато остальные рассыпались вдоль опушки, изредка постреливая по окнам и пресекая огнём попытки противника перебежать к другим постройкам. Судя по редким ответным выстрелам, диверсанты всё ещё находились на месте. Но вот все ли?..

Жестами приказав Боевику и его бойцу смотреть по сторонам, Хор перевесил меч за спину, достал импульсники и рванулся вперёд, перемещаясь, как это называл школьный преподаватель тактики, "незакономерным зигзагом". И игнорируя летящие вслед явно нецензурные высказывания Боевика. Предчувствие, до этого несколько лет мирно спавшее, проснулось и теперь едва ли не орало в уши, что время уходит, что его почти не осталось, что ещё немного...

Под эти воображаемые вопли Шисс с разбегу запрыгнул на крышу дома, промчался по ней, слетел на землю и ринулся дальше. На крышу следующего строения. И уже с неё разглядел быстро втягивающуюся под деревья группу диверсантов. До них оставалось семьдесят пять метров. Всего семьдесят пять. Целых семьдесят пять. На двадцать пять больше, чем дальность стрельбы импульсников. Но это были уже несущественные мелочи. Главное -- противник обнаружен...
  
  
   У десятка обычных людей против обученного метаморфа шансов нет. Перестроенные мышцы и связки, укреплённые кости, уплотнённая кожа, улучшенная реакция -- всё это превращало выпускников Школы в почти идеальные машины убийства. У Хоргаха же ко всему перечисленному добавлялся ещё и огромный боевой опыт. В том числе -- опыт таких вот столкновений. Так что через семь секунд Хор уже "пеленал" единственного оставшегося в живых противника, выбранного на роль пленника из-за головного убора, отличавшегося от головных уборов остальных. Теперь оставалось уничтожить заслон. Но там всех дел -- граната в окно. Жаль, конечно, гранаты, но время, время... Должна быть как минимум ещё одна группа, которая как раз в этот момент может выдвигаться на исходную...

   На обратном пути, проходя мимо отхожего места, Шисс знаками объяснил Боевику, что нужно сводить туда подопечных, и, дождавшись кивка, побежал к "Охотнику". Шлем -- это, конечно, хорошо. Но он таки пилотский и некоторых нужных вещей просто не умеет. Или не имеет. Потому что предназначен для работы с бортовым оборудованием. А вот тактический обруч... Да и арбалет забрать нужно. При всех своих недостатках он в сравнении с импульсником имеет два неоспоримых достоинства -- большую дальность стрельбы и скрытность в тёмное время суток. Может, и не пригодится, но вдруг?..
  
   Экипировавшись, Хоргах забрался на крышу штаба, благо солнце уже зашло, и приготовился ждать...
  
   Боевик появился только через час. Устроился рядом с Хором, накрылся маскировочной накидкой и попытался объяснить, что им с Главным удалось узнать у пленного. Если Шисс правильно понял, не так уж много -- всего групп было три, причём третья должна была прибыть по воздуху. А первая и вторая -- обеспечить её посадку. Откровенно мало для часового допроса, тем более что пленный явно готов был рассказать даже то, чего не знал. Лишь бы его не отдали дер дэймон* - Хор, чтобы заставить диверсанта шевелиться, снял шлем и показал клыки, демонстративно их облизнув. Ну и глаза заодно. Продемонстрировав. Дитя не избалованного компьютерной графикой общества впечатлился и всю дорогу до штаба старательно держался как можно дальше от чудовища...
  
   * der DДmon (нем.) - демон.
  
   Лежать было неудобно. Края устилавших крышу пластин врезались в тело. Но куда деваться? С чердака, случись что, быстро не выберешься, да и обзор оттуда отвратительный. Подходящее дерево найти, конечно, можно. Но Боевик... Следом ведь полезет. А местных спецназовцев лазать по деревьям явно не учили. Их, похоже, многому не учили, но "многое" может и подождать, а вот именно это умение... Н-да. Может, организовать им нормальное обучение? Если, конечно, контакт наладится? В конце концов, это ведь не технология, нарушения не будет. Ну и Полигон построить...

Да-а-а, Полигон (именно так, с большой буквы) -- было бы неплохо. Вот только это дело долгое и рассчитано на перспективу. А предполагаемым союзникам...
- Прямо. Высота две тысячи. Удаление десять тысяч. Скорость двести. Цель групповая. Пеленг не меняется, - прозвучало в наушнике.
- Принято, - Шисс осторожно приподнялся и огляделся: пусто. Никаких признаков присутствия крупных живых объектов. Вторая наземная группа так и не появилась. Тут же зашевелился и Боевик, пытаясь что-то разглядеть в окружающей темноте. Прижав его к крыше, Хоргах запросил компьютер:
- Характеристика цели.
- Шесть единиц. Идут попарно разомкнутым строем. Предположительно -- три буксировщика и три планера, - и почти сразу же: - Поправка. Цель разделилась. Предполагаемые буксировщики уходят.
- Принято, - отозвался Хор и задумался. У противника явно что-то пошло не так. Но несмотря на это, операция продолжается. Странно. Разве что первая группа успела послать подтверждение. Н-да. Подтвердили готовность, собрались выдвигаться на исходную и столкнулись с пришельцами. Возможно такое? Вполне. А вторая?.. А Бездна их знает. Застряли где-то. Или уничтожены. Но операцию, похоже, рассчитывали с запасом. Знать бы, какие силы на планерах... Хотя у них-то после сброса буксиров особого выбора нет. Разве что...
- Шеф, судя по манёврам, буксировщики решили ждать.
- Принято.

Да. С запасом. Причём с многократным. И основные силы наверняка именно на буксировщиках. Ожидают сигнала, что странный самолёт нейтрализован и можно садиться. Н-да... Что ж, логично. Тогда...
- Кири, планеры уничтожить при заходе на посадку. Разрешаю подскок при необходимости.
- Принято.
- И, Кири, как насчёт потом немного полетать?..

Боевик, напряжённо прислушивавшийся к звукам чужой речи, осторожно тронул Шисса за руку. Пришлось объяснять ему жестами, надеясь, что он сможет их разглядеть. Смог. И даже потом, указав на Хоргаха, изобразил, как тот взлетает на "Охотнике" и сбивает транспортники противника. Кивком подтвердив его догадку, Хор снова огляделся, пытаясь высмотреть признаки присутствия второй группы. Безрезультатно. Что ж, тем лучше...
  
   Через пять минут компьютер доложил, что планеры пошли на снижение, и запросил подтверждение приказа.

А ещё через минуту ночную тишину прорезал свист эффекторов и один за другим полыхнули три коротких, в полсекунды, залпа. И сразу же Хор, хлопнув по плечу Боевика, вскочил, перепрыгнул через конёк крыши и помчался к машине. Он уже падал на сиденье, когда Кири, срываясь на радостный визг, сообщила:
- Принят запрос на опознание! Ответ отправлен! Принят запрос обстановки! Ответ отправлен! Шеф! Это наши! Наши-и-и!!!
  
  
  
*******************************************************************************
   ...научно-техническое развитие цивилизации неизбежно сопровождается изменениями в психологии составляющих её особей. Изменения в психологии неизбежно отражаются на социальном устройстве. Подтверждение этому можно увидеть, если взять любой достаточно продолжительный исторический период. Как только резервы психологической адаптации большей части составляющих общество индивидуумов исчерпываются, научно-техническое развитие неизбежно замедляется. До момента, когда эти резервы не восстановятся в минимально необходимом объёме...
  
   "Наставление младшим"
  
  
   Где-то...
  
   - Новый мир...
- Н-да. Не вовремя...
   - Такое всегда не вовремя.
   - Особенно при соотношении потоков один к пятидесяти.
   - А это вообще, как говорят смертные, тихий ужас.
   - Смертные много чего говорят. Но это не повод...
   - Повод. Иначе мы перестанем понимать их, а они -- нас.
   - А мы их понимаем?
   - Хочется верить.
   - Как говорят смертные?
- Именно.
- Н-да. Тяжело быть богами.
- Мы не боги. К счастью.
- В данном случае -- к несчастью. Так бы притворились, что нам это не интересно, и...
- Нам это и так не интересно.
- Однако реагировать придётся. Тем более -- нападение на члена Дома. Ничем не спровоцированное и совершённое официальными представителями одного из тамошних сообществ. Если кто забыл, мы сами внедряли эту схему подопечным. Так что...
- ...мы получаем формальный повод.
- Да уж... А что там с потеряшкой?
- В норме. По всем параметрам. Даже удержался, не ринулся сразу же связываться с женой. Хороший экземпляр, устойчивый. Если это передастся детям...
- Давайте об этом потом. Что с миром?
- Послать кого-нибудь. Того же потеряшку. Только передать ему знания тамошних языков...
- Если согласится.
- Само собой. Тем более в ближайшие пару месяцев объективного времени он с семьёй видеться не сможет.
- Нужна группа. Потеряшка один не справится. Нет необходимой подготовки.
- Неразумно. Аборигены могут переоценить интерес к себе.
- Кроме того, мы группу просто не наберём. Нет свободных специалистов.
- Кто-нибудь из нас?
- Ученики...
- Н-да. Тогда напарника ему подобрать. Из исследователей. Но не хомо. Кого-нибудь похожего.
- Один воюет, второй общается с местными?
- Именно.
- Согласен. У кого-нибудь есть возражения или дополнения?..



   Немолодой коренастый мужчина в форме со знаками различия комиссара государственной безопасности третьего ранга отложил последний листок с машинописным текстом и вздохнул. Откинувшись на спинку стула, прикрыл воспалённые глаза, несколько раз осторожно надавил на веки пальцами, после чего посмотрел на сидящего напротив Петрова:
- Ну что, майор, сорвался контакт?

Петров попытался вскочить, но был остановлен взмахом руки:
- Да сиди уж... Кури, вон, если хочешь, - комиссара третьего ранга кивнул на массивную бронзовую пепельницу и сам полез в карман за портсигаром. - Ты мне вот что скажи, - спросил он после первой затяжки, - точно не из-за нас сорвалось?
- Точно, товарищ комиссар третьего ранга, - вздохнул майор. Он тоже достал папиросу, но закуривать не спешил. - Я лично проверил, чужак к нашим, в общем, хорошо относился.
- В общем... - хмыкнул комиссар, запрокидывая голову и выпуская очередную струю дыма в потолок.
- Ну, - замялся Петров и непроизвольно потрогал горло, - не убил же. А с Палеховым они даже ножами обменялись.
- Обменялись... Ладно, майор, иди пока.

Хозяин кабинета подождал, пока подчинённый выйдет, задавил в пепельнице окурок, встал и подошёл к раскрытому по причине жары окну. Из головы не шли слова, сказанные начальницей прибывшей за чужаком... спасательной команды? Да, пожалуй. "Никогда не смотрите в глаза дракона". По-русски. Хоть и с акцентом, как утверждают присутствовавшие. Интересно, что она имела в виду? И кого? Себя?.. Приданный группе языковед... как его... сержант Кривич, да. Он-то ей в глаза посмотрел. Правда, почему-то этого не помнит... А двое из уцелевших после расстрела планеров гитлеровцев, которые тоже ей в глаза посмотрели, вообще пускают пузыри и гадят под себя... А первый, который из "Бранденбурга", просто поседел к утру... И он, кстати, единственный, кто видел глаза чужака... Н-да... И это странное предупреждение. Они что, вернуться собираются?..

Всё так же глядя невидящими глазами в окно, комиссар третьего ранга достал носовой платок, аккуратно промокнул капли пота, выступившие на гладко выбритой голове, и снова убрал платок в карман. Нужно было идти докладывать наркому, державшему это дело на личном контроле. Да, докладывать. А выводов и рекомендаций пока...

Хотя нет, кое-что всё же порекомендовать можно. Разослать во все подразделения фотографии этого странного черепа-эмблемы с приказом в случае встречи не открывать огонь ни в коем случае. Ну и, само собой, немедленно сообщить...
  
  
  
   - Жив? - лицо Гурга выражало неподдельное участие.
- Жив, - вздохнул Хор, опускаясь на скамью рядом с ним.

Природа на Фалии была удивительно красива, и строители базы Дома учли это, установив на вершине ближайшего утёса лёгкую беседку. И не ошиблись. Вид на океан на западе и на упирающийся заснеженными пиками в небо горный массив на востоке постоянно привлекал в это место свободных от дежурств. Нередко -- вместе с семьями. Однако сегодня почти все оказались заняты срочными делами, и потому любоваться закатом...
  
Хотя какое там любоваться? После разговора с женой, своим непонятным женским чутьём определившей, что её супруг во что-то влип, Шиссу больше всего хотелось постучать головой обо что-нибудь твёрдое. И лучше -- с разбегу.
- Жив -- это главное, - задумчиво проговорил напарник, сам когда-то побывавший в такой ситуации. - Если не съели сразу, потом точно не съедят.
- Хочется верить, - снова вздохнул Хор, глядя, как огромный багровый диск медленно погружается в играющую розовыми бликами воду.
- Просто верь, - хмыкнул Гург. - Без всяких "хочется", - и добавил, вставая: - Конечно, советовать в таких делах -- занятие неблагодарное, но... Свяжись с ней через часок.


Утро началось, как обычное утро в "мирные" дни -- пробежка, разминка, короткая свалка со спасателями по принципу "каждый за себя". Душ, завтрак, разговор с женой... Раль уже совсем успокоилась после вчерашнего и встретила мужа радостной улыбкой, которую не портили заметно отросшие клычки. А вот выглядела утомлённой. Плохо спала. Как она объяснила, малыши пошли все в папу и даже ещё не родившись устроили потасовку.
- Правда, сейчас они успокоились и, похоже, спят.
- Скорее, изучают теорию, - поддержал шутку Хор. - Потом будут закреплять её на практике.
- Великий Космос! - в притворном испуге прижала ладони к животу Раль. - Почему я вышла за спецназовца?!
- Потому что я хороший? - предположил Шисс.

Ответом было такое знакомое насмешливое фырканье, что Хор не выдержал и тоже расплылся в улыбке. Увы, на этом разговор закончился -- в зоне связи появилась тёща и, приветливо кивнув зятю, потащила дочь на какие-то женские процедуры. Та только и успела, что сказать:
- Мы тебя ждём, любимый! Не рискуй слишком!
- Ни за что! - стукнул себя кулаком в грудь Хоргах, а когда связь отключилась, повторил: - Ни за что, - и добавил: - Без приказа.



- Есть отклик опорного маяка, - сообщил бортовой компьютер исследовательского катера. - Параметры сигнала соответствуют заданным.
- Поисковый запрос, - приказал Шисс.
- Поисковый запрос отправлен... Есть отклик... Координаты определены, - масштаб отображаемой на тактическом экране карты уменьшился, и у правой кромки появилась мигающая зелёная точка. Чуть выше пунктирной линии рекомендованного курса.
- Перешли их "Охотнику".
- Принято.
   - Что-то потерял? - спросил Хоргаха молчавший до этого напарник, сидевший в кресле пилота.
- Поменялся, - хмыкнул Хор. - Ножами. С местным коллегой.
- У них тоже есть охотники?
- У них есть спецназовцы.
- Думаешь, не отобрали? - напарник развернул катер и добавил двигателям мощности.
- Поднимись на пару тысяч, - посоветовал Шисс, после чего ответил: - А Бездна их знает. Слетаю -- проверю. Времени у нас... - он хлопнул ладонями по подлокотникам кресла, отключил фиксаторы и поднялся: - Знаешь, Мур, полечу-ка я своим ходом.
- Я тебе уже надоел? - М'р К'Шнг, которого все, чтобы не ломать язык, называли Муром, отвернулся от приборной панели и весело оскалился, показав три ряда острых треугольных зубов.
- Поохочусь, - пояснил Хоргах, кивая на тактический экран, где поблизости от зелёной точки густо рассыпались жёлтые. - У наших возможных, хм, союзников с авиацией паршиво, так что там наверняка дичь.
- А-а-а... - протянул Мур, - так бы сразу и сказал... Погоди-ка... - он выдал серию команд компьютеру, дождался подтверждения, после чего снова повернулся к Шиссу: - Всё, можешь вылезать. Теперь не сдует.
- Спасибо, - Хор надел шлем и шагнул в переходную камеру. Полминуты спустя он уже влезал в кабину закреплённого на "спине" катера перехватчика, а ещё через полминуты тот отстыковался и, качнув на прощание крыльями, помчался к резвящейся впереди дичи...
  
  
  
   Игла входила туго. Толстая, тупая, да и материал -- брезентовые ремни. Замучаешься. Однако в госпитале между уколами, осмотрами и перевязками делать всё равно было нечего. Да и хотелось. Хотелось иметь такое же снаряжение, как у того инопланетянина. Ну, почти такое, поскольку всякие подсумки придётся другие навешивать -- под свои обоймы, магазины, гранаты... Разве что нож, можно сказать, "родной". Чужаком подаренный. Его (нож, понятное дело, не чужака), конечно, изъяли для изучения, однако через неделю вернули. И правильно. Чего там изучать? Нож как нож. Чуток подлиннее обычного НР-40, клинок в странных светло- и тёмно-серых пятнах да рукоять из чего-то вроде мелкопористой резины. Ещё остёр - бриться можно. Хотя, говорят, на Урале не хуже делают. В Златоусте. Но их попробуй достань. А тут...

Наложив очередной стежок, Палехов поднял голову и посмотрел на большую поляну, на которой выздоравливающие гоняли самодельный мяч. Увы, самому ему удастся побегать вот так только через неделю, не раньше. Да и то если врачи разрешат. Лучше бы разрешили, конечно -- сидеть в тылу, когда гитлеровцы...

Палехов скрипнул зубами и, тряхнув головой, снова принялся за шитьё. Время, если уж оно появилось, следовало использовать с толком. А что толк от нового снаряжения будет -- это к бабке не ходи. Чужак-то -- явный осназовец. По повадкам видно. Да и по действиям: за секунды группу опытных диверсантов положить, а одного даже живым взять -- это ж какую подготовку иметь надо, а? Только с чего вдруг его в летуны-то потянуло?..
- Ро-бя-ты-ы! О-бе-да-ать!.. Ро-бя-ты-ы!..

Голос у санитарки тёти Фени -- невысокой, щуплой пожилой женщины -- был звонким и на удивление молодым. А кроме того имел поразительное свойство -- его было очень легко различить в любом шуме. Чем и пользовалось командование госпиталя, поручая тёте Фене созывать ранбольных и персонал на приёмы пищи, политинформации и тому подобное.
  
   Игра остановилась. Оставив мяч валяться на траве, футболисты неторопливо потянулись в направлении столовой. Палехов тоже засобирался. Воткнул иглу в отворот халата, повесил почти готовую ремённую конструкцию на левое плечо и, ухватив костыль, прислоненный к скамейке -- ещё довоенной, на гнутых чугунных ножках -- начал тяжело подниматься. Тут же один из проходивших мимо выздоравливающих подхватил под руку, помогая. Благодарно ему кивнув, Палехов развернулся, чтобы последовать за товарищами по несчастью, и замер: в лёгкий шелест листьев вплёлся и стал стремительно усиливаться свист. Очень знакомый свист.


   - Шеф, по-моему, мы ошиблись.
- Вижу, Кири, вижу, - пробормотал Шисс, разглядывая выведенное компьютером на центральный обзорный экран лицо Боевика. - Что ж. Жаль, но не критично. Махни ему крылышками, и полетели обратно.
- Куда именно, шеф?
- К фронту.
- А сопровождение?

Сопровождение появилась почти сразу после того, как "Охотник", сбив пару вражеских истребителей и разогнав остальных, пересёк линию боевого соприкосновения. Сначала это была тройка миниатюрных аппаратиков с открытыми кабинами и тупыми носами. Аккуратно пристроившись справа, их старший принялся делать знаки, явно приглашая следовать за собой. Хоргах в ответ качнул крыльями и прибавил скорость. Немного, но этого хватило, чтобы малыши отстали. Однако несколько минут спустя им на смену явилась пара истребителей побольше и остроносых. Эти не стали ничего сигналить, просто заняли позицию правее и немного выше, не выходя вперёд, но и не отставая. Когда же Шисс начал сбрасывать скорость при подлёте к месту нахождения подаренного ножа, ушли на круг. Явно получили самые подробные инструкции от командования или даже имели с ним связь.
   "Связь! - мысли Хоргаха зацепились за это слово. - А почему бы и нет?"
- Кири, - позвал он.
- Да, шеф?
- Наши сопровождающие с кем-нибудь переговариваются?
- С каким-то Первым. Их позывные -- Синий-1 и Синий-2. Старший, судя по всему, Синий-1. А что, шеф, хотите пообщаться?
- Именно.
- Говорите, шеф.
- Первый. Ответьте Охотнику, - медленно, чётко выговаривая слова, произнёс Шисс.
- Слушаю, Первый.
- Что можете предложить?


Первый молчал почти минуту, после чего неуверенно поинтересовался:
- Охотник, кто вы? Где находитесь?
- Слева от Синего-1, - хмыкнул Хоргах, выводя машину на названную позицию.

Снова довольно долгое молчание, потом:
   - Синий-1 -- Первому. Где гость?
- Слева от меня,
- отозвался Синий-1.

Последовавшее за этим высказывание Первого было коротким, но настолько эмоционально насыщенным, что Шисс не удержался:
- Слышишь, Кири, как аборигены выражаются? А ты меня стыдила!
- Охотник, не понял вас! - тут же прореагировал Первый.
- Не обращайте внимания, Первый, это мы о своём, - "успокоил" Хор.
- О девичьем, - томно проворковала в эфир Кири.
   Шисс заржал, нимало не заботясь о том, что подумают местные. Местные же, судя по затянувшемуся молчанию, выражались в данный момент исключительно нецензурно, но -- отключившись. Последнее подтвердила и Кири:
- Шеф, судя по отсутствию характерных фоновых шумов, Первый прервал связь.
- Да и Бездна с ним. Только, на будущее, надо как-то отключать её.
- Синяя квадратная кнопка в левом верхнем углу виртуальной панели. Статус: мигание -- связь включена, постоянное свечение -- связь выключена.
- Принято.
- Шеф, Первый вызывает.

Хоргах перевёл взгляд на новую кнопку и мысленно нажал на неё. Кнопка замигала, и он услышал:
- ...ник -- Первому... Охотник -- Первому... Охотник, как слышите?
- Первый, здесь Охотник, слышу хорошо.
- Охотник, приглашаем вас в гости.


Усмехнувшись -- давно бы так -- Шисс пару секунд помолчал, потом согласился:
- Принято.
- Следуйте за Синим-1.
- Принято. Конец связи.
  
  
   Этот аэродром был больше предыдущего. Взлётно-посадочная полоса длиннее раза в полтора. Само поле шире. В стороне -- явно ангары. Отдельной группой -- какие-то строения. И -- ПВО. Хоть и слабенькая, на взгляд Хоргаха, но тем не менее.
  
   Садились сходу. Сначала -- Синий-1 с подтянувшимся к нему Синим-2, до этого державшимся метрах в пятидесяти сзади-справа. Оба самолёта коснулись земли почти одновременно, и оценивший чёткость манёвра Шисс усмехнулся: показушники. Впрочем, он тоже мог кое-что продемонстрировать, благо один из инструкторов, тех, что помогали подготовиться к сдаче на истребителя-штурмовика, не поленился когда-то потратить несколько часов, чтобы обучить Хора способам, как он выражался, пилотского выпендрёжа. Вопрос, стоит ли? Решив, что стоит, Хоргах бросил машину в крутой нисходящий вираж и, выровняв её у самой земли, аккуратно коснулся полосы сразу всеми тремя колёсами. Хулиганство? Ещё какое! За подобную посадку даже в Доме можно было получить по голове, но... Душа просила. И даже требовала. А кроме того, страшно рискованным это могло показаться лишь тем, кто не знал о возможностях антигравов и контроле манёвра компьютером. Тем самым компьютером, который сейчас занудно цитировал параграфы Устава имперских ВВС, относящиеся к воздушному хулиганству.

Шисс только хмыкал. На какой-нибудь другой машине он ни за что не стал бы проделывать что-нибудь подобное без крайней необходимости, но "триста пятьдесят седьмой"... До сих пор не было боевого вылета, в котором Хор использовал хотя бы десятую часть его возможностей -- всё не возникало необходимости. А тут такой случай!..

У начала полосы уже ждал финишёр на маленькой открытой наземной машинке, в которой сидели ещё трое. Повинуясь его указаниям, Хоргах дорулил до ближайшего ангара и загнал "Охотника" внутрь. Теперь предстояло самое, пожалуй, тяжёлое -- общение с местными. Точнее, объяснение, что его визит ничего не значит и что какие-либо контакты между двумя цивилизациями будут сведены к минимуму. Мол, полетать и повоевать -- это пожалуйста, а вот передача знаний, технологий и тому подобного... Даже на нормальную торговлю рассчитывать не приходится. Из-за ограничений, установленных имперскими законами, и из-за сложностей с транспортировкой.

Связавшись с Муром, Хор коротко сообщил новости, узнал, что тот всё ещё летит к первой точке, и выбрался наружу. Тянуть время было бы просто невежливо -- хозяева уже ждали.
  
   В ангаре пахло химией, и он производил впечатление только что покинутого. Похоже, стоявшую тут машину срочно куда-то утащили, чтобы освободить место. Неплохо, конечно. Льстит. Но далековато от ВПП. Впрочем, не имеет значения: день-другой на согласование действий, и можно будет перебираться ближе к фронту. Или вообще прерывать контакт, если договориться не получится. Но это только в самом крайнем случае.

  
   - ...его проверили, не так ли? - Шисс посмотрел на сидящего напротив майора Петрова и снова перевёл взгляд на небольшую птичку с жёлтыми боками и белыми пятнами на голове. - И ничего не нашли.
- Не нашли, - вздохнул майор и снова полез за... это называлось папироса.
  
   Они сидели в курилке -- месте, специально предназначенном для курения. С двух сторон в некотором отдалении топтались бойцы, следившие, чтобы кто-нибудь не помешал разговору. Важному разговору -- Хоргах с Петровым обсуждали рамки возможного сотрудничества.
- И не найдёте. Даже если разломаете на мелкие кусочки. У вас просто нет средств и методов, позволяющих обнаруживать схемы такого рода. И в ближайшие сто лет они вряд ли появятся. Так что не отбирайте нож у капитана Палехова -- без толку испортите хорошую вещь.

Птичка неторопливо перепархивала с ветки на ветку, время от времени ковыряя кору клювом.
  
   - Видите ли, майор, между нашими цивилизациями слишком большой разрыв в смысле развития. У нас просто не сохранились технологии, близкие к вашему уровню, - Шисс говорил спокойно, размеренно и... чистую правду. - Близкие -- это в пределах пятидесяти лет. Можно, конечно, покопавшись в музеях, отыскать какие-то образцы, но ирония состоит в том, что мы и сами смогли бы повторить их только современными методами, с использованием современных материалов. А восстанавливать давно забытые технологические цепочки... - он покачал головой.
  
   Петров задумался, крутя в руках папиросу, то разминая её серую часть, то постукивая белой по ногтю большого пальца левой руки. Хор наблюдал за ним краем глаза, уже успев заметить, что прямые взгляды собеседника беспокоят. Похоже, представление, устроенное тогда Старшей, принесло свои плоды. Хотя зачем это было нужно... Впрочем, Старшим виднее, решил в конце концов Шисс.
   - Скажите, Хоргах, - наконец очнулся от своих раздумий Петров, - а как насчёт не слишком близких технологий? Скажем, в пределах ста-двухсот лет?
   - Запрещено законами Империи, а также обычаями и традициями Дома, - немедленно отозвался Хор. - Видите ли, майор, уже имелся ряд случаев, когда это закончилось весьма печально для цивилизаций, получивших такие вот... - он запнулся, подбирая подходящее слово, - ...подарки. Скажу больше: даже если бы случилось чудо и вы присоединились к Империи, ни о каком предоставлении технологий речи бы не шло. Только отдельные изделия под жёстким контролем имперских специалистов. Например, медицинские комплексы для лечения тех болезней, которые у вас лечить не умеют.
- А как же тогда?..

- Очень просто. Дети в возрасте пяти лет отправляются на учёбу в имперские учебные заведения. По окончании обучения они должны будут отработать один контракт там, куда их пошлют, после чего получат гражданство второй категории и смогут сами выбирать, где работать или служить. У их родителей, а также братьев и сестёр, не подошедших по возрасту, будет гражданство третьей категории.
- И что это значит?
- по лицу Петрова было заметно, что услышанное ему не понравилось.
- Полная либо частичная недееспособность, - хмыкнул Хор. - В Империи действует несколько проектов, направленных на жизнеобеспечение этой категории граждан. Так что нормальное питание, медицинское обслуживание и жильё им гарантированы.

Майор снова завис, переваривая полученную информацию, Шисс же принялся оглядываться по сторонам в поисках чего-нибудь достойного внимания. Забавная птичка к сожалению куда-то улетела, но зато появились две других, правда, устроившихся намного выше, почти у самой верхушки дерева. Значительно более крупные, с мощными клювами, но, увы, не такие яркие. Серые, с чёрными головами, крыльями и хвостами. Они покачивались на тонких ветках, время от времени оглашая округу хриплым "Хр-р-ра!". Обеспечивающие встречу бойцы поглядывали на птиц с заметным неудовольствием, что вызывало у Хора удивление: одна из первых заповедей спецназовца -- стараться быть в гармонии с окружающим миром. Ты можешь очень хорошо замаскироваться, но если потревожишь местную живность, она выдаст тебя своим поведением. А ведь многие животные чувствуют, как ты на них смотришь -- как на добычу, на досадную помеху или же как на своего. Так что относись к ним, как к братьям и сёстрам, и... дольше проживёшь.
- Хо-ро-шо, - наконец медленно проговорил Петров, - я понял. Но тогда остаётся вопрос, - впервые за весь разговор он посмотрел прямо в прикрытые тактическим обручем глаза Шисса: - Зачем вы здесь?
- Нападение на члена Младшего Императорского Дома существом либо существами, имеющими официальный статус и находящимися при исполнении служебных обязанностей, является объявлением войны Младшему Императорскому Дому, - Хоргах выдержал паузу и добавил: - Это официальная причина.
- А неофициальная?
- Необходимо установить на этой планете оборудование, которое облегчит проведение спасательных операций в случае провала сюда охотников. В будущем.
- Значит...

- ...полномасштабных боевых действий не будет. С нашей стороны. Всё, что я могу обещать -- в ближайшие сорок пять суток активный отстрел летательных аппаратов противника на участке протяжённостью сто пятьдесят-двести тысяч метров. Если вы сможете обеспечить некоторую поддержку -- до восьмисот тысяч метров.

Хор ожидал, что Петров спросит, какая именно поддержка потребуется, однако тот вздохнул:
- Да-а, интересная у вас война получается...
- А чего вы хотели?
- хмыкнул Шисс. - Чтобы мы забросили сюда планетарную бомбу и решили все проблемы одним нажатием кнопки? Прецеденты, между прочим, имеются, хотя у нас и не любят о них вспоминать... Ваш мир, майор, находится слишком далеко, чтобы имело смысл использовать промежуточные варианты.
- Вот как, - взгляд Петрова заледенел. - А как же ваши охотники?
- Никак. За тысячу с лишним лет не было ни одного случая, когда проход открывался бы в космос или на не пригодную для жизни планету.
- И вы называете себя цивилизованными...

Внезапно Хору стало смешно. Какое-то время он сдерживался, но потом всё же расхохотался, спугнув тех самых птиц, чьи хриплые голоса вызывали такое неприятие у охраны. С трудом успокоившись, Шисс посмотрел на гэбиста:
- Перед тем, как говорить что-то подобное, майор, вам следовало переодеться в штатское. Потому что слышать такое от старшего офицера, тем более из службы безопасности, по меньшей мере странно.
  
  
  
   - Нормально отболтался, - вынес вердикт Мур, которому Хоргах переслал запись разговора с представителем местных властей. - Теперь жди, следующий ход за аборигенами. И готовься, они могут другого контактёра прислать.
- Зачем? - не понял Шисс. - Вроде бы и этот нормальный.

Мур хохотнул:
- Нормальный-то нормальный, но ты ж его носом в грязь сунул. А после этого взял и ушёл. И доложить об этом он обязательно доложит -- вы ж там не одни были. И потом, этот его аппаратик для записи... - напарник весело оскалился.

Как любой представитель расы горо, М'р К'Шнг даже в самых серьёзных ситуациях умудрялся находить забавные моменты и искренне им радовался. Что при его внешности выглядело... жутковато. Ещё горо отличались любовью к прекрасному -- в их понимании. Они могли, например, подойти к разорванной выстрелом туше какого-нибудь животного, поднять окровавленный кусок мяса, переложить в другое место, после чего, отойдя назад и полюбовавшись получившейся композицией, заявить, что теперь -- намного лучше. После чего заржать, разглядывая выражения лиц присутствующих при этом представителей других рас. Так что Шисс подозревал, что это самое "намного лучше" в большей степени относилось именно к реакции окружающих.
- В общем, - подвёл итог Мур, - сейчас всё зависит от размеров их желания что-то от нас получить. А эти размеры наверняка немаленькие. У меня тут бортовой компьютер их информационные передачи ловит и обрабатывает. Так вот картинка получается очень даже интересная: бьют наших возможных союзничков. Сильно бьют. И больно. Так что им сейчас любая помощь лишней не будет. Так что...

В кабине катера что-то запищало, и Мур, бросив взгляд куда-то в сторону, принялся прощаться:
- Короче, жди и надейся. И если что -- вызывай...

   В том, что напарник не ошибся, Хор убедился следующим утром во время разминки -- порыкивая двигателем и воняя выхлопом к ангару подкатила маленькая пассажирская машина, из которой, опираясь на костыль, выполз Боевик. Постоял, глядя, как Шисс выполняет упражнения, и поняв, что тот прерываться не собирается, присел на кожух переднего колеса, вытянув правую ногу.

Закончив с разминкой, Хоргах кивнул ему, достал из грузового отсека гигиенические принадлежности и направился вглубь ангара, где ещё вчера обнаружил что-то вроде санитарного уголка. Отхожее место в небольшой кабинке и раковина с краном. Всё выглядело крайне непрезентабельно, однако было достаточно чистым и исправно функционировало.
  
   Приведя себя в порядок, Шисс наконец подошёл к гостю:
   - Доброе утро.
- Доброе,
- пожимая протянутую руку, слабо улыбнулся тот. - Надолго к нам?
- Примерно на пятьдесят суток. Уже меньше. Если не прогоните.
- Потом назад?
- Служба,
- пожал плечами Хор. - Сейчас затишье, потом опять твари попрут.
- Понятно,
- вздохнул Боевик, после чего предложил: - Поехали позавтракаем?

После завтрака в аэродромной столовой они прошли в курилку, сели на лавки и... и ничего. Боевик, явно не привыкший к ведению такого рода переговоров, не знал, с чего начать, Шиссу же было интересно, как он выкрутится.
   - Дмитрий, - наконец решился капитан. - Или Дим.
- Позывной? - на всякий случай уточнил Шисс.
- А зачем что-то выдумывать? - хмыкнул Боевик. - И позывной, и так, в разговоре... - он поёжился и поплотнее запахнул длинное серое одеяние, висевшее на плечах.
- Это точно, - согласился Хоргах и предложил: - Может, пойдём куда-нибудь? А то что-то ты плохо выглядишь.
  
Палехов оглянулся на здание диспетчерской, отчего-то поморщился и покачал головой:
- Лучше здесь.
- Как скажешь,
- хмыкнул Шисс. - Тебе дали список вопросов?
- Нет, но... - Боевик замялся.
- Просто попросили кое-что выяснить.
- Да.
- Ты слушал запись вчерашнего разговора?
- Ты знал?


Хоргах усмехнулся:
- Майор Петров так старался включить свой... своё устройство незаметно, что... - он развёл руками.
   - Да уж... - Палехов принялся разглядывать свои колени.
- Дим, не беспокойся, - поспешил утешить собеседника Шисс. - Запись таких... бесед -- дело обычное. Если запись нежелательна, это оговаривается дополнительно.
- И ты?..
- И я.
- Значит...
- Так что ты хотел узнать?




Тишину кабинета нарушало только негромкое гудение магнитофона. Наконец один из присутствующих -- коренастый и лысый комиссар государственной безопасности третьего ранга Горшевич -- привстав со стула, протянул руку и нажал на клавишу остановки.
- Это всё, товарищ народный комиссар. Потом у капитана Палехова закончилась катушка, а запасную ему не выдали. Просто не подумали, что у него будет возможность её сменить.
- А такая возможность была?
- Да, товарищ народный комиссар, - Горшевич раскрыл лежащую на коленях красную сафьяновую папку и взял самый верхний лист, заполненный машинописным текстом. - Ещё до включения записывающего аппарата выяснилось, что Гость не возражает против записи разговора. И что он знал, что майор Петров такую запись ведёт. В частности, он сказал, - комиссар госбезопасности заглянул в текст, - "Майор Петров так старался включить своё устройство незаметно...". После чего сообщил, что запись таких встреч дело обычное и что он сам ведёт такую запись. На вопрос капитана Палехова, может ли он эту запись отключить, Гость ответил, что не видит причин для этого и не может себе таковые представить в данной ситуации. После того как катушка закончилась, беседа продолжалась ещё около получаса и закончилась по инициативе Гостя. Он заявил, что капитан Палехов находится не в том состоянии, чтобы долго мёрзнуть, после чего, как и вчера, просто встал и ушёл.
- Мёрзнуть? - переспросил нарком, приподняв брови.
- Беседа велась на открытом воздухе, поскольку помещение просто не успели подготовить.
- Не успели или не догадались?

Горшевич помялся, потом всё же признал:
- Не догадались, товарищ народный комиссар. Но меры уже принимаются.
- А что капитан? Он действительно в таком плохом состоянии?
- Рана у него в общем-то неопасная, товарищ народный комиссар, однако в горячке боя её вовремя не заметили и не перевязали. В результате -- большая потеря крови. Собственно, поэтому капитана Палехова и эвакуировали в тыловой госпиталь. Врачи рекомендуют усиленное питание и избегать физических нагрузок. Сам капитан Палехов считает, что способен справиться... - комиссар госбезопасности сбился, сообразив, что ляпнул глупость, но тут же поправился: - То есть в состоянии выполнять это задание.
- Ну, это-то понятно, - усмехнулся нарком. - Осназовец, коммунист... - он помолчал, пристально разглядывая подчинённого, отчего тот заёрзал на краешке стула. - А сами-то вы что думаете?

Прежде чем ответить, Горшевич достал платок и вытер выступившие на лбу и висках капли пота. В кабинете было жарковато. Или это ему так казалось?..
- Сложно сказать, товарищ народный комиссар. Тут многое зависит от договорённостей с Гостем. Если он согласится остаться в ПВО Москвы... - заметив, как сдвинулись брови наркома, Горшевич поспешно пояснил: -- Мне доложили, что прошлой ночью он как-то обнаружил группу немецких бомбардировщиков, вылетел на их перехват и всех уничтожил. Что для него несколько... э-э-э... нехарактерно. В прошлый визит Гость обычно ограничивался тем, что разгонял бомбардировщиков и не преследовал убегающих... То есть улетающих... То есть...
- Дальше! - потребовал нарком.
- В общем, если Гость согласится на этот вариант, то можно будет и дальше использовать для контакта с ним капитана Палехова. В случае необходимости даже приставить к нему личную медсестру из нашей медслужбы.
- Показать Гостю, что мы заботимся о наших людях? - хмыкнул Берия. - Вы считаете, что он не поймёт?
- Думаю, товарищ народный комиссар, он поймёт даже больше, чем нам бы хотелось. Но вряд ли он станет относиться к капитану Палехову иначе, чем сейчас. Дело в том, что Гость, по его словам, в прошлом и сам служил в осназе. И сейчас он явно воспринимает капитана Палехова, как младшего товарища. По крайней мере относится к нему заметно лучше, чем к майору Петрову. То есть что-нибудь для нас интересное он скорее расскажет именно Палехову.

Встав из-за стола -- Горшевич при этом тоже поспешно вскочил на ноги -- нарком прошёлся по кабинету, опустил светомаскировочные шторы, включил свет и, вернувшись на своё место и знаком разрешив подчинённому садиться, спросил:
- Как вы считаете, Гость говорит правду?
- Да, товарищ народный комиссар. Он, конечно, многого не договаривает, но не лжёт.
- То есть вы рекомендуете привлечь Гостя к ПВО Москвы?
- Нет, товарищ народный комиссар.
- Нет?! - брови Берии медленно поползли вверх, а глаза за стёклами пенсне заледенели.
- Товарищ народный комиссар, - Горшевич всеми силами старался не частить, - с учётом положения, сложившегося на фронте, я не могу давать каких-либо рекомендаций.

Некоторое время нарком сверлил подчинённого пристальным взглядом, потом наконец кивнул:
- Хорошо, товарищ комиссар третьего ранга, я вас понял. Оставьте материалы и можете быть свободны.



Утро было... отвратительным. Незадолго до рассвета начался дождь, и к тому времени, когда Хор отправился на пробежку, вода успела пропитать землю. Нет, с точки зрения спецназовца погода очень даже неплохая. Лучше только пылевая буря или пурга, но это -- с точки зрения спецназовца. А вот для успевшего привыкнуть к теплу и уюту отставника, желающего просто размять косточки... Бьющие по голому черепу холодные капли удовольствия не доставляли, и Шисс, вытащив из-под воротника лёгкий капюшон с небольшим козырьком, натянул его на голову. Стало не так мокро, но намного более шумно. С минуту Хор раздумывал, не надеть ли шлем, однако в конце концов отказался от этой мысли -- пилотская "шапка" не спецназовская и даже не простая пехотная.

Маршрут и режимы пробежки были опробованы и признаны годными ещё вчера: направо от ангара с ускорением до конца стоянки, разворот и бег до диспетчерской на полной скорости, снова разворот и возвращение к ангару с постепенным замедлением. Последний участок пришлось преодолевать в сопровождении прикатившего с утра пораньше Петрова. Правда, майор не стал вылезать под дождь из своей таратайки, предпочёл ехать рядом, но всё равно действовал на нервы. Шисс подумал, что неплохо было бы вытащить его наружу и заставить размяться. В конце концов в Империи ежегодная сдача зачётов по физической подготовке была обязательной для всех. Даже для состоящих на службе инвалидов, правда, соответствующим образом откорректированная. Например, тот же адъютант комбрига освобождался от подтягиваний и отжиманий, но вот марш-бросок и плавание... И тому подобное. Под этот закон неоднократно пытались подкопаться, однако наталкивались на упорное сопротивление Дома. Вплоть до вылетов в отставку и несчастных случаев для особо непонятливых.

Увы, местные вряд ли поймут такую заботу об их командных кадрах, и потому Хор задвинул эту соблазнительную мысль подальше и приступил к выполнению первого из разминочных комплексов. Старательно не обращая внимания на изучающий взгляд Петрова.

Полчаса спустя, по дороге на завтрак, майор поинтересовался, является ли то, что он видел, стандартным тренировочным комплексом.
- Разминочным, - поправил Шисс. - В основе. Добавлены шесть упражнений -- четыре на гибкость и два на растяжку, - и пояснил в ответ на вопросительный взгляд Петрова: - Сложнее всего восстанавливать, если запустишь.
- И что, часто пригождается?


Хор вздохнул: вот Палехов без лишних вопросов понял бы, а этот... Однако абориген ждал ответа.
- Неправильная постановка вопроса, майор, - наконец проговорил Шисс. - Если по самому простому варианту -- бывают ли вообще случаи, когда это пригождается. Да, бывают. И это -- главное. Если расширить и дополнить, то чем лучше можешь использовать своё тело, тем лучше используешь оружие, технику и тому подобное. Почему это особенно важно именно для спецназа, объяснять нужно?

Петров покачал головой и задумался аж до самой столовой -- поскольку Хор отказался ехать на машине и они шли пешком, размышления заняли почти двадцать минут. Завтрак тоже прошёл в молчании -- майор старательно отслеживал реакцию Шисса на двух новых официанток -- молодых, с выдающимися, гм, достоинствами - тот же, мысленно усмехаясь (никогда ещё его не пытались завербовать таким способом), раздумывал, стоит в очередной раз ткнуть аборигена лицом в грязь или не стоит. Решив в конце концов, что всё же не стоит (опять Палехова привлекут, а ему долечиваться надо), Хор допил чай и посмотрел на Петрова, вопросительно приподняв бровь.
- Хоргах, а вы не хотели бы посмотреть нашу столицу? - неожиданно предложил тот. - Всё равно погода нелётная.

Приподнявшееся было настроение Хора ухнуло вниз. Он как-то забыл о том, что здешняя летающая техника зависит от погоды. Как и о том, что в зоне контакта наступила осень. Не то чтобы Хору так уж хотелось повоевать, однако это был хороший повод уклониться от разговоров с местными.
- Что, совсем уж нелётная? - на всякий случай уточнил он.
- Высота облачности шестьдесят метров. Нижнего края. Взлететь-то можно, а вот садиться... - Петров вздохнул. - Слушайте, Хоргах! - встрепенулся он. - А вы можете слетать на разведку погоды?
- А смысл? - хмыкнул Шисс.
- Н-ну-у... Возможно, над целями небо чистое. Тогда мы нашли бы несколько опытных экипажей и...
- Майор, если вы найдёте несколько опытных экипажей, я обеспечу им возможность нанести удар, даже если небо над целью... грязное?

- Облачное, - поправил Петров. - Затянуто облаками. Но как?!
- Если у них будет связь, то очень просто, - оскалился Шисс, демонстрируя клыки. - Если связи не будет, то немного сложнее...


- И-и... раз! - в обычно бархатистом голосе Кири отчётливо слышался лязг металла. - И-и... два!.. И-и... три!

Услышав команду, штурман соответствующей машины, исполнявший заодно обязанности оператора вооружения, отсчитывал две местных секунды и на третьей нажимал на кнопку сброса. А дальше работала баллистика.
- Ноль-два-ноль три-ноль-восемь, - приказала в эфир Кири, и отбомбившиеся машины начали поворот вправо на курс триста восемь градусов, заодно перестраиваясь из левого пеленга в привычный клин.
   Внизу, под толстым слоем облаков, наконец-то достигшие земли семена гнева прорастали пышными кустами. И не только они -- похоже, в некоторых из транспортных модулей, которые в этом мире передвигались по дорогам из металлических балок, дремали в ожидании своего часа их дальние родичи. И сейчас...
- Шеф, - голос компьютера сбил Хора с эпического настроя, - вы ещё долго любоваться планируете?
- А что? Тебе не нравится? - Хоргах оторвался от созерцания картины локального Армагеддона на тактическом экране. Пусть и лишённой красок, выполненной исключительно оттенками серого, но всё равно захватывающей.
- У меня нет чувства прекрасного, шеф. А данных о результатах работы вполне достаточно.
- Плохо, что нет, и хорошо, что достаточно. А ещё что-нибудь у тебя есть, кроме данных?
- Чувство времени, шеф, - в голосе компьютера сквозило ехидство.
- В каком смысле? - не понял Шисс. - Мы куда-то опаздываем?
- А как насчёт ещё одного рейса? Тут неподалёку аэродром есть, наверняка противник его использует. А, шеф?

Кроме прочего в Школе учили ещё и быстро принимать решения, так что Хор долго не раздумывал:
- Кири, канал Первого.
- Принято.
- Обеспечь качество приёма и передачи.
- Принято.

Шисс мысленно вдавил кнопку включения связи.
- Первый, ответьте Охотнику.

Абонент отозвался почти сразу:
- Слу..., Пер...
- Первый, как меня слышно?
- Охот...к, ...шу пл...хо.
- Первый, как слышите?
- Охотник, на четвёрку.
- Первый, прошу точки.
- Охотник, записывайте: ноль-один ноль-восемь-ноль. Ноль-два ноль-шесть-ноль. Ноль-три один-два-ноль. Ноль-четыре один-ноль-ноль. Два-пять два-ноль-ноль. Один-шесть...


Коды связи с подопечными и с базовым аэродромом составил сам Шисс незадолго до вылета. Примитивные до невозможности, они тем не менее могли заставить противника поломать голову, если тот перехватит переговоры. Первая цифра означала состояние полосы от хорошего (ноль) до аварийного (два), вторая -- номер аэродрома, три последние -- высоту нижнего края облачности в местных метрах. Зачем это было нужно? А просто так. Ради порядка. Того самого, которого у союзников, увы, не наблюдалось.
- Охотник принял. Прошу полный груз на ноль-три.

На том конце возникла заминка, поскольку в таблице кодов этого не было. Но наконец местные сообразили, что от них требуется.
- Охотник -- Первому.
- Охотник на связи.
- На ноль-три груза нет, есть на ноль-четыре.
- Принято. Только дайте там пинка, чтобы шевелились быстрее. Время идёт.
- Сделаем, Охотник, - Первый явно развеселился. - Что-нибудь ещё?
- Пока всё. Конец связи.


Отключив связь, Хор объяснил компьютеру задачу, после чего, заложив руки за голову и пошевелив плечами, довольно усмехнулся: "Я вас научу Родину любить!" Это высказывание он услышал уже здесь и запомнил. Оно удивительно походило на любимое присловье одного немолодого сержанта из батальона охраны базы: "Вы у меня научитесь любить Империю!" Обычно "любить Империю" учились те, кто, стоя в карауле, прозевал возвращение на территорию базы самовольщиков. Но то -- дома, а здесь...
  
   Хор не понимал, почему в разгар боёв штурмовики делают только один вылет в день. Даже те, которые не получили повреждений. Как такое возможно?..

Впрочем, это проблема местных. Их мир, их война, их жизни. Сам Хор может только подсказать. Ну и чуть-чуть помочь. Дать пинка в нужном направлении, как выразился кто-то из Старших. Н-да...

Кстати о пинке!
- Кири, пока летим, надо кое-что сделать...
  
  
   Петров ждал возле ангара. Хмурый и явно злой. Судя по всему, он уже знал, как Хор заставил шевелиться аэродромные службы на промежуточной точке, и собирался высказать претензии по этому поводу.
  
   Хотя нет, вряд ли. Скорее, получил нагоняй за то, что пинать разгильдяев пришлось Шиссу. Наверняка ведь кто-то нажаловался. Или (Хор вспомнил задумчивый взгляд тамошнего особиста) доложил. Что, строго говоря, одно и то же. В смысле последствий для некоторых. Причём Хоргах Шисс в число этих некоторых не входит. Скорее всего.
- Как слетали? - встретил его вопросом Петров.
- Удачно, - хмыкнул Шисс. - Результаты записаны, можно посмотреть.
- Тогда нам лучше пройти в штаб,
- старательно выдерживая нейтральный тон, предложил майор.

Штаб размещался в том же строении, что и диспетчерская, на первом этаже и отличался от уже виденных Хором штабов этого мира большей... ухоженностью, что ли? Во всяком случае тот кабинет, куда его привёл Петров. Стёкла в окнах, абажуры на светильниках, мебель в приличном состоянии... Портрет здешнего правителя на стене. Н-да...

Желающих посмотреть записи налётов собралось аж пятеро, не считая Петрова. Причём один, такой же хмурый, как и майор, судя по поведению окружающих, относился к местному старшему командованию. Полковник Кочкин, как его представили. Этот полковник явно мечтал сказать Шиссу несколько хороших слов, однако вынужден был сдерживаться...

Просмотр несколько затянулся. Местные, узнав, что можно не только остановить воспроизведение, но и увеличить ту или иную часть картинки, продемонстрировали незаурядный энтузиазм в определении понесённого противником урона. Шисс их понимал: когда дела идут отвратительно, поневоле попытаешься отыскать в окружающей тьме хоть что-нибудь светлое. И иногда это даже удаётся. Как сейчас, например. И можно похвастаться перед начальством успехами. На общем фоне. Вот только с учётом того же общего фона эти успехи...

Н-да...
  
   С другой стороны, большая Победа складывается как раз из таких вот маленьких побед. И начинается с них. А ещё -- с осознания, что врага можно бить.

Глядя на довольные лица, Хоргах вспомнил Ронгр, мысленно вздохнул и решил не объяснять, что разгромленная станция, конечно, доставит противнику неудобства, но вряд ли серьёзные. Остынут немного -- сами поймут. Заодно поймут, что и те три эскадрильи -- одна штурмовая и две истребительные -- не уничтожены, а скорее всего просто на какое-то время выведены из строя, потому что лётный состав вряд ли пострадал, а технику перебросить...
   Что не всё так просто и радость местных имеет под собой серьёзные основания, Шисс узнал на следующий день. С утра. Когда проснулся и обнаружил, что с неба опять льёт. А чуть позже, по пути в столовую, и Петров подтвердил: "Самое меньшее -- на неделю. Так что хрен германцам, а не наступление. Не те у нас дороги".
-Победим врага разгильдяйством! - ехидно прокомментировала через наушник Кири, заставив Хора хмыкнуть.

Майор, принявший это хмыканье на свой счёт, нахмурился:
- У нас тяжёлое положение, Хоргах. Нужно много и сразу. До всего руки просто не доходят.
- Прежде всего, майор,
- Шисс остановился и повернулся к Петрову, - у вас нет порядка. А порядка у вас нет, - добавил он, не давая собеседнику возразить, - потому что нет силы, способной его навести и поддерживать.

Некоторое время они шли молча, потом Петров спросил:
- Почему вы сделали такой вывод?
   Хор фыркнул:
   - А как прикажете понимать положение, когда рядом с командиром подразделения присутствует комиссар, который главнее командира, а рядом с ними -- особист, который главнее обоих? Или когда, например, вы, майор, носите знаки различия полковника?
- Про особиста -- это вам Коропец сказал?
- поинтересовался Петров после недолгого молчания.

Шисс кивнул и уточнил:
- Объяснил жестами. В прошлый визит я ещё не знал вашего языка.
- Хм, возможно, вы просто неправильно его поняли?
- Командир,
- Хор поднял ладонь к поясу, - комиссар, - ладонь переместилась на уровень груди, - особист, - ладонь замерла у подбородка. - Вы можете истолковать эти жесты как-то иначе?
  
   Прошло больше минуты, прежде чем Петров задумчиво проговорил:
- Вероятнее всего, лейтенант Коропец имел в виду контакт с вами. В этом случае его полномочия действительно были самыми большими.
   - Предположим, - кивнул Шисс, - но остаются ещё комиссары.
- Это вынужденная мера...
- ...вызванная тем, что вы не доверяете своим военачальникам.


Взгляд Петрова стал колючим и злым. Майор открыл было рот, однако ничего не сказал и отвернулся, явно заставляя себя успокоиться. Хор же старательно принялся вспоминать, что знал о различных вариантах общественного устройства и их признаках. Особого смысла в этом не было, тем более что контакт планировался непродолжительным, однако интересно.

Тренированная память не подвела. В истории и правда хватало примеров, когда для контроля военачальников к ним приставляли комиссаров. Это случалось либо в насквозь религиозных обществах, либо...
- Майор, а у вас некоторое время назад переворота не было? В смысле, насильственной смены власти?
- Революция,
- буркнул Петров. - Двадцать три года назад у нас была революция.
- И кто теперь правит?
- Народ. У нас правит народ.

   Это было сказано с таким вызовом, что Шисс не удержался и хмыкнул.
   - А что? - взвился майор. - Не верите, что такое возможно?
   - Почему же, - Хоргах уже начал жалеть, что пошёл на поводу у своего любопытства, - у нас тоже правит народ.
- В империи?!


Поглядев на вытянувшееся от удивления лицо майора, Хор усмехнулся и, открыв дверь вошёл в столовую.
  
   За завтраком Петров вспомнил о своих служебных обязанностях и опять следил, как гость реагирует на официанток, старательно демонстрирующих достоинства. Насколько это возможно в патриархально-скромных нарядах. Выглядело...

Нет, без тактического обруча оно, может, и смотрелось бы. Однако когда наводишь маркер на, скажем, левую грудь, и тут же появляется расстояние до неё, контур подсвечивается мигающей ярко-синей линией, рядом возникают значения температуры, предполагаемого объёма и массы. И то же самое выдаётся и для правой груди -- уже без наведения - а Кири голосом сержанта заявляет: "Маловато, шеф. Вот, помнится, повариха у нас была..."
  
   Н-да...
  
   Вообще, чем дальше, тем больше крепла уверенность Хора, что к перепрограммированию компьютера приложила ручки любимая супруга. Не лично -- у самой Раль таких талантов не было, но вот кого-нибудь уговорить... Для психолога -- раз плюнуть. И не только из-за наличия профессиональных навыков, но и благодаря большому количеству друзей. А те и рады стараться. И то, что при этом приходится держаться в определённых рамках, энтузиазма исполнителей явно не уменьшает. Как бы даже не наоборот...

Вспомнив о жене, Шисс улыбнулся, и заметивший это Петров, посчитав улыбку гостя относящейся к как раз подошедшей к их столу девушке, поспешил развить "успех" :
- Танечка, а можно мне ещё чайку?
- Сейчас принесу, товарищ майор,
- Танечка, рыжеволосое кареглазое создание на вид двадцати трёх лет отроду, в повадках которого то и дело проскакивали признаки специальной подготовки, приподняла уголки губ не показывая зубов (успели выдрессировать!) и удалилась в направлении кухни.
   Хор покосился в её сторону, обозначая интерес к плавно покачивающимся умеренно пышным бёдрам ("Нормальная задница, шеф. Но вот, помнится, у нашей фельдшерицы..."), и повернулся к Петрову:
- Что там с полётами на сегодня, майор?
- И хочется, и колется,
- вздохнул тот.
- Это как?
  
   Петров поморщился:
- Разрешения на полёты не дают. Хотя и люди согласны -- это те экипажи, что вчера были -- и заявки есть. Рисковать не хотят.
- А вчера?
- А вчера погода лучше была.


Шисс кивнул: всё понятно. Желающих нести ответственность за возможные аварии не нашлось. Сам Петров тоже не желал использовать власть и давить на авиационное начальство. Или ему запретили. Или он собирается провернуть очередную махинацию. Или...
- Хоргах, может, всё же съездим, посмотрите нашу столицу, пока возможность есть?
- Нет возможности, майор,
- вздохнул Шисс.
- Почему?
- Потому что дальность действия тактической связи при благоприятных условиях не превышает двух тысяч метров. А как только связь прервётся, машина подаст сигнал тревоги и очень быстро здесь появятся штурмовики и начнут стрелять во всё, что движется или просто покажется подозрительным.
- А...
- А меня упакуют в капсулу и не выпустят, пока не проверят от кончиков волос на голове до кончиков ногтей на ногах.
- Зачем?
   - Скорее, почему, - усмехнулся Хор. - Потому что существует множество способов... э-э-э... взять человека под управление. И проверять будут, не нахожусь ли я под чьим-то управлением.
- А потом? Когда проверят?
- Зависит от результатов проверки,
- теперь усмешка была грустной. - Если ничего не найдут, меня будет ждать очень неприятная беседа.

В разговоре возникла пауза, и официантка, явно наблюдавшая из кухни, воспользовалась ею, чтобы принести Петрову заказанный им чай. А заодно и Шиссу. Поблагодарив девушку кивком, Хор принялся разглядывать задумавшегося майора и одновременно размышлять, зачем тому понадобилось вытаскивать гостя в столицу. Причём настойчиво -- уже два раза предлагал. Дать возможность полюбоваться шедеврами местной архитектуры? Не смешно. Даже простой, как здешний штык, капитан Палехов вряд ли стал бы тратить время на прогулки, а уж старший офицер СБ... Не той породы зверёк, как говорится. Другими словами, что-то на эту прогулку запланировано. Что-то этакое. Например, личное знакомство с кем-то из высшего начальства. Совершенно случайное, само собой. Мол, всё равно мимо едем, почему бы и не заглянуть? Не к начальству, на место службы. А там...

Ерунда какая-то. Что мешает майору сказать об этом честно? Какие-то местные представления о правилах приличия? О статусе? Чьём, интересно? Кроме того, начальник может оказаться занят, и что тогда?..
  
Шисс представил себя послушно ожидающим, когда же его соизволят принять, и мысленно фыркнул: уж чего-чего, а такого аборигены точно не дождутся. И они наверняка сами это понимают. Тогда что? Не начальство, а кто-то, чьё появление на аэродроме затруднительно организовать или замотивировать и с кем Хора можно якобы случайно познакомить при осмотре достопримечательностей?

Вот это уже больше походило на правду. Но оставался ещё один вариант: что-то хотят показать ему. Что-то этакое, не относящееся к красотам архитектуры и...

"Проснулся" Петров:
- Хоргах, вы говорили, что вам нужно установить какое-то оборудование в нашем мире?
- Опорные маяки. Их уже устанавливают.
- То есть вы?..
- Побуду пока с вами,
- Шисс усмехнулся: - Если не прогоните.
- Не прогоним,
- без тени улыбки покачал головой майор. - Правда вот, - он пожевал губу, - с полётами сейчас... сложно. Нет, вы, конечно, летать можете, но вот наши люди... Да и гитлеровцы...

Хор пожал плечами: нет так нет. Свою задачу он выполнил, репутацию заработал. Не себе. Необычным чёрным машинам со странными опознавательными знаками. Правда, союзнички наверняка объявят их результатами собственных разработок -- чтобы соседей успокоить -- но эта легенда вряд ли продержится достаточно долго. Да и потом, Дому-то какая разница?

А что касается полётов... В конце концов можно и просто так прогуляться. Например, на северо-запад. Там предположительно находится ещё один крупный город местных. Предположительно -- потому что те двое, которых в прошлый визит "выпотрошила" Старшая, имели о своём мире крайне смутное представление. Н-да...

Впрочем, в Империи среди граждан второй и третьей категории дела, увы, ненамного лучше. Об этом ещё в Школе говорили. И не потому, что их не учат. Нет. Потому что они не хотят учиться. Правда, Хор, пока не попал в Дом, масштабов этого бедствия не представлял. Но вот когда попал... Ещё раз -- н-да...

Интересно, у союзников тоже такая проблема? Наверняка. Просто они пока её не осознали -- не тот уровень развития общества. Хотя кто их знает?...
- Хоргах, вы сказали, что у вас правит народ. Но как такое может быть? У вас ведь империя?..
  
  
   На северо-запад Шисс всё же полетел. Ближе к полудню, когда Петров умчался к начальству докладывать о результатах очередной беседы. Поглядев вслед увозящей майора таратайке, Хор с чувством выполненного долга занялся своими делами. Благо оставшиеся на аэродроме аборигены никак этому не препятствовали.

Город обнаружился там, где и предполагалось -- менее чем в часе полёта. И тоже затянут тучами. Правда, тут местные всё же летали -- и противники, и союзники. Первые пытались прорваться к городу, вторые -- им помешать. И у тех, и у других выходило не очень. Обе стороны настолько увлеклись друг другом, что на появление Шисса не обратили внимания или даже просто не заметили. Тот в свою очередь решил пока не мешать им развлекаться и сходу атаковал пару хищников, державшихся немного в стороне и выше от свалки. "Охотники-любители", как их обозвал Хор, даже дёрнуться не успели, не говоря уже об уклонении, и один за другим понеслись вниз, к укрытой толстым слоем облаков земле. Сперва ведомый, а за ним, спустя несколько мгновений, и ведущий. Вот теперь можно было заняться и основной группой.

Там ситуация складывалась не в пользу союзников. Им просто не хватало сил, чтобы, связав боем прикрытие, заняться бомбардировщиками. Нет, время от времени то одному, то другому удавалось прорваться к тяжеловозам, но вот толку от этого...

При практически полном отсутствии координации действий -- компьютер сообщил, что в здешнем эфире слышны только переговоры противника -- дело безнадёжное.
   "И опасное", - хмыкнул Хоргах, наблюдая, как один из союзников валится на крыло и уходит вниз, таща за собой дымный шлейф. Пора было вмешиваться, не то при соотношении сил четверо против восьми (это считая только истребители) от "своих" скоро совсем никого не останется.
  
   Дальше всё шло, как и предполагалось. Шисс вломился в свалку, как ларг в стадо хусов, сходу свалив один из истребителей противника и разнеся на куски его ведущего, увлёкшегося атакой. Потом под транслируемые компьютером панические вопли: "Der schwarze DДmon! Der schwarze DДmon!*" - догнал третьего и...

* Der schwarze DДmon (нем.) - Чёрный демон.
  
   ...всё кончилось. В смысле, истребители противника разлетелись кто куда, ныряя в облака. Бомбардировщики тоже предпочли сбросить груз и развернуться в сторону дома. Их, правда, клевали союзники, но именно что клевали. Даже без компьютерного анализа Хор мог сказать, что вот именно этим машинам не хватает мощности залпа. Очень не хватает. И если против равного противника они ещё как-то вытягивают, то против значительно более тяжёлого...

Н-да. С учётом уже известного выходило, что союзники либо вообще к войне не готовились, либо готовились неправильно. И немного подумав, Шисс решил, что имеет место именно второй вариант, благо он являлся обычным и для самой Империи, и для её соседей. Сплошь и рядом -- что-то не смогли узнать, что-то не сочли важным, что-то на потом отложили... Итог -- спешная разработка нового вооружения под нецензурные комментарии тех, кому за просчёты начальства приходилось платить собственной кровью...

Тем временем бомбардировщики, убедившись, что страшный Чёрный Демон атаковать их вроде как не собирается, снова начали сбиваться в плотный строй, сердито отплёвываясь от наседающей мелочи. И довольно успешно отплёвывались -- один из союзников вывалился из боя и неуверенно покачиваясь направился куда-то в сторону. Оставшиеся трое заметно увеличили напор, и к тому времени, когда противник нырнул в облака, всё же сумели "уронить" две машины и ещё одну неплохо потрепать.
  
   Собственно, на этом всё и закончилось. На тактическом экране красные метки шустро удалялись общим направлением на юго-запад, кто-то неопознанный суетился на севере почти на пределе дальности обнаружения, а рядом...

Посмотрев на союзников, закончивших бестолково кружить и теперь решительно направлявшихся в его сторону, Шисс развернул машину и полетел обратно.
  
  
   Обедал Хор в одиночестве: Петров уехал, остальные же успели посетить столовую раньше и сейчас курили, о чём-то оживлённо споря. Официантка Танечка шустро накрыла на стол и постреливала глазками от окна раздачи, ожидая хотя бы намёка на попытку более тесного знакомства.
   "Извини, красавица, вариантов нет", - мысленно хмыкнул Хоргах, старательно сохраняя на лице обычное каменное выражение. Даже не будь он женат, десять раз подумал бы, прежде чем заводить отношения с представительницей чужой секретной службы -- слишком уж дорого это может обойтись.
  
   Неторопливо, но и не затягивая прикончив сначала суп, потом кашу из какого-то злака с жареным куском рыбы и запив всё отваром местных... фруктов, наверное?.. Хор встал, лёгким поклоном поблагодарил работников столовой и вышел.
  
   Снаружи его ждали. Та самая группа спорщиков, успевшая, по-видимому, прийти к какому-то решению. Стоило Шиссу появиться в дверях, как от этой группы отделились двое (Хор их знал -- командир и начальник штаба полка штурмовиков) и направились к нему.
   - Здравия желаю, товарищ Хоргах, - козырнул комполка. - Разрешите обратиться?
- Здравствуйте, товарищ подполковник, -
несколько удивлённый таким обращением Шисс решил всё же подыграть местному. - Слушаю вас.
- Товарищ Хоргах, а вы можете заводить самолёт на посадку так же, как выводили на бомбометание?


Хор хмыкнул, покосился на подобравшихся поближе остальных офицеров, чуть ли не буквально навостривших уши. Заметил среди них явно недовольного безопасника (доложить не успел?) и перевёл взгляд на командира полка:
- Накажут ведь. Вас.
- Зато если получится, можно будет летать.
- Победителей не судят, товарищ Хоргах,
- добавил начальник штаба.

"Судят, ещё как судят!" - подумал Шисс, однако вслух сказал совсем другое:
- Одна машина. Без груза. Без экипажа. С половинной заправкой. Пилота с картой ко мне на инструктаж.
- Ещё нужен радист, товарищ Хоргах, -
поправил начальник штаба, - связь обеспечивать...
  
  
   Появившийся на следующее утро Петров поприветствовал Хора кивком, не проронив ни слова пронаблюдал за разминкой и молчал всю дорогу до столовой. И только когда они уже почти дошли, наконец-то заговорил:
   - Знаете, Хоргах, я считал вас несколько более... м-м-м...
- Разумным, - подсказал Шисс, мысленно усмехаясь.
- Н-ну-у... - Петров отвёл глаза. - Если хотите, можно и так сказать.
- Как у вас говорят... Вставили фитиль?
   - Только не говорите, что вас совесть замучила, - буркнул майор, открывая дверь и входя внутрь.

Хмыкнув, Хор последовал за ним. Угрызений совести он не испытывал: все полёты -- сначала с каждым из трёх экипажей по отдельности, а потом с группой -- прошли успешно. Кроме того, инициатива принадлежала союзникам. Целиком и полностью. Н-да...

А фитили... А что фитили? В армии их сплошь и рядом просто так вставляют. Для профилактики. И не только в здешней.
  
   - И всё же, Хоргах...

После завтрака явно выполняющий распоряжение начальства Петров продолжил попытки достучаться до совести подопечного, хотя, похоже, сам не верил в успех этого занятия. Во всяком случае энтузиазм в его голосе отсутствовал напрочь. Однако приказы надо выполнять, вот и...

Шисс в свою очередь делал вид, что внимательно слушает, а сам в это время размышлял о старшем аэродромном начальстве, с которым обычно виделся на завтраке. И в частности о том, что командир полка штурмовиков почему-то отсутствовал. Вызвали в штаб? Наверняка. Надерут загривок? С высокой вероятностью...
- Шеф, вы ещё с нами? - вывел Хора из задумчивости ехидный голосок Кири.
- Что случилось? - он повернул голову и встретился взглядом с Петровым.
- Хоргах, вы меня вообще слушаете? - с подозрением спросил майор.

Шисс потёр щеку и честно признался:
- Нет.

Явно не привыкший к такой откровенности Петров поперхнулся папиросным дымом и уставился на Хора круглыми от удивления глазами. Ему потребовалась целая минута, чтобы поверить, что собеседник не шутит. А когда это наконец удалось, Шисс его добил:
- Лучше скажите, вылет будет?

Увы, долго наслаждаться сменой выражений на стремительно багровеющей физиономии безопасника не удалось. Сзади послышалось: "Товарищ Хоргах!" - и подбежавший боец, козырнув, сообщил:
- Товарищ Хоргах! Вас товарищ подполковник просит в штаб подойти!

Кивком подтвердив, что услышал и понял, Хор повернулся к Петрову:
- Ну что, майор, кажется, что-то прояснилось? Пойдёмте?


Что такое имперский исследовательский катер? По сути -- обычный десантный скотовоз, только напичканный дополнительным оборудованием и с другими опознавательными знаками.
  
   Другое дело -- исследовательские катера Дома. Для начала -- их проектировали с чистого листа, без оглядки на существующие модели и каноны. Результат -- Хор посмотрел вправо, где в пятистах метрах на этой же высоте плыл матово-чёрный монстр -- способен был довести до сердечного приступа любого обитателя этого мира. А если бы оный обитатель ещё и внутрь заглянул...
  
   Хотя кто его туда пустит? Мур?..
  
   Вообще-то может. В теории. Всё же исследователь. Решит, что для полноты картины ему требуется близкое знакомство с аборигенами, и...
  
   Хоргах представил реакцию на добродушный оскал сначала майора Петрова, а потом и официанток-безопасниц. Картина получалась... забавная, и Шисс на минуту пожалел, что её не увидит -- напарник решил не приземляться на "родном" аэродроме Хора. Так, сделает над ним пару кругов, повисит немного и полетит дальше. Оставив местное население подбирать отпавшие челюсти и собирать опросные листы -- кто что успел разглядеть. Уж в последнем сомневаться не приходилось -- как только закончился период активных расспросов, на аэродром началось настоящее паломничество особей, называемых Петровым авиаконструкторами. Побродив с задумчивыми лицами вокруг выгоняемого специально ради них из ангара "охотника", эти особи просили выпустить закрылки и предкрылки, пошевелить рулями, элеронами и аэродинамическими плоскостями (попросить пошевелить соплами прямоточников не догадался ни один), затем выражали желание осмотреть машину поближе, получали отказ и с тяжёлыми вздохами отправлялись восвояси.
  
   Все, кроме одного. Хор даже запомнил его имя -- Яковлев. Этот Яковлев сначала попытался надавить на майора, ссылаясь на "приказ самого товарища Сталина", потом, не добившись успеха, нагло сунулся к машине и закономерно получил от защиты. Поднявшись с земли и отряхнувшись, он наконец-то убрался, пригрозив напоследок нажаловаться "товарищу Сталину".
  
   Поглядев ему вслед, Петров с тяжёлым вздохом повернулся к выбравшемуся из кабины Шиссу:
"Вредный вы, товарищ Хоргах. Это, между прочим, один из лучших наших авиаконструкторов. Истребители проектирует".
"Это не те ли, которые с трёх заходов вражеский штурмовик свалить не способны?" -
приподнял брови Хор.

Вместо ответа майор только ещё раз тяжело вздохнул...
  
   Товарищем Шисса безопасник называл со времени авантюры со штурмовиками. Точнее, с совещания в штабе, когда решали, какую из накопившихся заявок следует выполнять в первую очередь. Вопрос на самом деле был очень важным: требовалось доказать начальству, что оно не ошиблось, дав разрешение на вылеты. То есть цель должна иметь серьёзную ПВО, преодолеть которую в обычных условиях либо невозможно, либо стоило бы больших потерь. Вторым требованием были размеры цели: три машины -- это не эскадрилья, большую площадь не накроют. Вот в процессе обсуждения Петров вдруг и ляпнул: "Товарищ Хоргах!" И только потом, судя по лицу, сообразил...

Впрочем, никто из присутствующих не обратил на эту оговорку внимания, и на следующий день успокоившийся (а может, и получивший одобрение начальства) майор уже уверенно обратился к Шиссу: "Товарищ!"
  
  
   - Шеф, пять минут до перестроения, - напомнила Кири.
- Принял, - отозвался Хоргах, выныривая из размышлений. Зелёная пунктирная линия на тактическом экране, обозначавшая курс, чуть впереди изгибалась влево и в конце упиралась в значок цели.

Цель -- ничем не примечательный маленький разъезд на железной дороге -- считалась третьестепенной до вчерашнего вечера, когда союзники получили сообщение от своей разведки, что туда прибыли несколько эшелонов противника и собираются разгружаться. И штурмовики получили приказ уничтожить её любой ценой. Об опасности полётов в таких условиях вышестоящее начальство, похоже, предпочло забыть. Впрочем, Шисс удивился бы, окажись иначе: война на то и война.
  
Однако вылет штурмовиков всё же отложили на раннее утро. Во-первых, потому что при таких погодных условиях ночные полёты становились слишком уж опасными (Хоргах, знавший об оборудовании машин союзников только то, что оно крайне примитивно, с этим согласился). Во-вторых, потому что противник, оказывается, по ночам предпочитал спать, а следовательно ни о какой разгрузке прибывших эшелонов речи не шло. Недоверчиво хмыкнув, Хор отпраился на разведку и меньше чем через час хмыкнул снова, но уже озадаченно: какой-либо активной деятельности на разъезде не велось. Похоже, странные взгляды на ведение войны были присущи не только союзникам.
  
   Как бы то ни было, схема атаки была рассчитана (с помощью Кири), доведена до экипажей, машины подготовлены к вылету и сегодня через несколько минут после рассвета уже выстраивались привычным клином, направляясь к месту работы. Само собой, не обошлось без напутственного слова комиссара перед взлётом, но Хоргах его не слушал -- не интересно.
  
  
   - Пять минут до цели, - сообщил компьютер.
- Принял, - подтвердил Шисс, выждал тридцать секунд и скомандовал: - Работаем!
- Плюс четыре! - лязгнула в эфир Кири.

Третий штурмовик, шедший выше остальных и с заметным отставанием, добавил мощности двигателям и начал постепенно наращивать скорость. Он нёс зажигательные бомбы, которые требовалось распределить по всей площади цели. По возможности. Сам Шисс считал, что толку от этого будет мало, однако спорить с союзниками и что-то доказывать не стал: любая цивилизация должна нарабатывать собственный опыт. В том числе -- совершая ошибки. И потом -- а вдруг? Вдруг в эшелонах окажется достаточное количество легковоспламеняющихся и горючих материалов?..
- Плюс два!

Операторы вооружения открывали бомболюки и отключали предохранительные системы (если, конечно, таковые имелись).
- Плюс один!
  
   Минута до цели. Полная готовность.
- И-и... р-раз!..
  
  
   - А неплохо получилось, - с бокового экрана весело скалился напарник. - Даже удивительно. Всё же не такие аборигены бестолковые, как кажется.
- Хм-м?.. - промычал Шисс, не отрываясь от тактического экрана.
- Да не пялься ты в свою убогую гляделку! - изобразил возмущение Мур. - Я тебе потом свою запись скину. Как закончу. В цвете, в мельчайших подробностях, в нескольких диапазонах... А вообще, ты бы ещё раз сюда слетал. А то как-то оно... неэстетично.
- Сам вижу, - буркнул Хоргах, гадая, получится у него уговорить начальство штурмовиков разрешить сегодня ещё один вылет. Или же оное начальство сочтёт приказ командования выполненным?
- А ты их пни! - продолжал веселиться горо. - Скажи, что через три дня, не считая сегодняшнего, уходишь.
- Почему через три? - Шисс наконец оторвался от созерцания картины разрушений и посмотрел на напарника.
- А всё, - хмыкнул тот. - Оборудование установлено, первичная информация собрана, последний из реакторов выйдет на режим через шестьдесят часов... Даже уже меньше. Да...
- Хм...
- Хмыкай не хмыкай, Хор, а мир этот слишком уж неудобный. И слишком уж беспокойный. И как бы в ближайшие годы не стал ещё и слишком грязным, - из голоса Мура исчезла даже тень весёлости. Его раса когда-то ухитрилась развязать в своём родном мире последовательно несколько войн с применением оружия, основанного на делении тяжёлых ядер. И кто знает, выжил бы там хоть кто-нибудь, если б не вмешательство Старших.
- Уже делают? - осторожно поинтересовался Шисс.
- А Бездна их знает, - вздохнул напарник. - Но если ещё не делают, то это ненадолго.


Они всё же слетали к тому разъезду ещё раз, только второму экипажу машину поменяли -- на "родной" один из двигателей грелся. В остальном же даже уговаривать не пришлось -- хватило сделанной Муром записи, на которой чётко было видно, что не меньше трети транспортных модулей уцелело.
- Вот что пинок животворящий делает! - прокомментировала такое быстрое согласие Кири, заставив Хора размышлять, где она ухитрилась подхватить это выражение. Вроде бы на родной базе ничего подобного не употребляли. В ответ на прямой вопрос она заюлила:
- Ну, ше-эф! Ску-учно! А эти аборигены такие забавные-э...

Мысленно сплюнув, Хоргах дал себе слово по возвращении на базу найти подробное описание бортового компьютера, а заодно и всех установленных на него программ.
  
Да. По возвращении. До которого -- ещё три дня с лишним.


Второй вылет отличался от первого только тем, что все три штурмовика несли одинаковый груз и выводить на индивидуальную позицию тоже пришлось всех троих. В соответствии с данными доразведки, проведённой Хором. Ну и ещё -- жалкое подобие заградительного огня. Всё же противник умел делать выводы, организовал радиоперехват, и стоило Кири дать в эфир отсчёт, как через минуту покрывало облаков пробили дымные трассы, а на тысячу метров выше стали вспухать чёрные клубы разрывов.

Вообще-то Шисс уже пару дней ожидал чего-то подобного и потому не удивился. Просто поставил себе в памяти метку предупредить союзников, что лёгкая жизнь подходит к концу. Хотя, конечно, она и так к нему подходит...

   О том, что скоро их покинет, Хор сказал союзникам сразу после окончания разбора результатов вылета. Сообщил он им об этом совершенно спокойно, и его слова были восприняты тоже без каких-либо эмоций.
- Отзывают? - только и спросил командир полка штурмовиков. И, получив подтверждение, лишь молча кивнул.

Другие участники совещания тоже отреагировали сдержанно: люди военные, что такое приказ, понимают прекрасно.
   Петров тоже ничего не сказал.


"Отыгрался" безопасник на следующий день. Появившись после полудня, когда Шисс уже вернулся с вылета, Петров принялся допрашивать его о катере, о причинах, почему напарник не пожелал вступать в контакт, а под конец -- как в Империи относятся к иностранным наградам.
  
   На первую часть Хор постарался ответить достаточно подробно, хотя и сам не знал многого. На вторую -- отшутился: мол, чтобы общаться с этим юмористом, необходимо сначала пройти серьёзную подготовку, иначе неизбежны сердечные приступы. А вот последний вопрос заставил его скривиться.
   Глядя в перекосившееся лицо Шисса, Петров поспешил уточнить:
- Товарищ Хоргах, мы понимаем, что при имеющейся разнице между нашими уровнями награждать вас за сбитые самолёты противника было бы по меньшей мере некрасиво. Но мы оцениваем вашу помощь совсем по-другому. Вы знаете, что после того, как вы уничтожили ночью всю группу вражеских бомбардировщиков, на Москву не было совершено ни одного налёта? Ни од-но-го, товарищ Хоргах! А до этого такие налёты совершались с завидной регулярностью. А каждый такой налёт -- это не просто долгое сидение в убежищах. Это и погибшие, и пожары, и просто разрушенные здания, которые имеют очень большую историческую и культурную ценность...
- Даже с учётом этих обстоятельств, майор, -
вклинился Шисс, воспользовавшись небольшой паузой.

Некоторое время Петров продолжал вглядываться в его лицо, после чего вздохнул:
- Жаль. Но думаю, наше правительство поймёт вашу позицию.
- Надеюсь на это, -
кивнул Хор.
- Тогда... - безопасник помялся, но потом решительно тряхнул головой: - Тогда, товарищ Хоргах, надеюсь, вы не откажетесь принять принять от нас небольшой подарок? На память?..


- Н-да, - пробормотал Мур, досмотрев запись. - Хотя, конечно, следовало ожидать. Не ты первый.
- И как поступали другие?
- По-разному, друг мой. По-разному... - горо помолчал. - Знаешь, есть цивилизации, которые такой отказ воспримут как смертельное оскорбление. Нет-нет, - поспешил он успокоить напрягшегося было Шисса, - та, с которой ты контактируешь, к таковым не относится. Во всяком случае предварительный анализ об этом говорит. И кстати, - напарник весело оскалился, - можешь не беспокоиться, что тебе в качестве подарка вручат раба. Или красивую самку.
- Вручат некрасивую? - фыркнул Шисс, невольно вспоминая одну из сотрудниц лётной столовой, явно страдающую избыточным весом.
- Н-ну-у... - задумчиво протянул Мур, - я бы вручил. Но, боюсь, у аборигенов не настолько хорошо с чувством юмора.
- Что радует, - буркнул Хоргах.
- Да не страдай ты раньше времени! - отмахнулся напарник. - Будет какое-нибудь местное оружие. Наверняка. А может, какая-нибудь безделушка вроде портрета правителя с его личной подписью. Вернёмся -- отдашь его в музей Дома, в отдел курьёзов. Если, конечно, не решишь повесить у себя в спальне.

Тяжело вздохнув, Шисс покачал головой и собрался уже отключать связь, когда Мур спросил:
   - Тебе в какое время забирать послезавтра?
- Ближе к заходу здешнего светила, - немного подумав, ответил Хоргах.

Секунду напарник смотрел на него непонятным взглядом, потом мигательные перепонки опустились и он нараспев продекламировал:
- Чёрный Охотник, уходящий в закат...

Нет. Не так. Вот:
Чёрный Охотник,
Летящий в закат!..

А? Так лучше?..
  
  
   В предпоследний день своего пребывания в этом мире Шисс много летал. Сначала -- сопровождал штурмовики (это уже стало почти традицией). Затем, обеспечив их посадку, направился на северо-запад, к Ленинграду, распугав своим появлением немногочисленные самолёты противника и сбив одну лишь "раму", болтавшуюся на высоте около шести тысяч -- не успела удрать. Хотя и очень старалась. Затем покружил там немного, игнорируя попытки истребителей союзников установить контакт. Один раз, обнаружив внизу нечто, классифицированное Кири, как древний боевой корабль, не утерпел, снизился и дважды облетел это творение местных инженеров. Очень аккуратно облетел -- не слишком быстро, не слишком близко, не разворачиваясь к кораблю носом. Экипаж вёл себя настороженно, сопровождая "охотника" стволами лёгкой ПВО, но, к счастью, никто не выстрелил. Качнув им напоследок крыльями, Хор увёл машину круто вверх.

Оставалось ещё одно место, которое хотелось бы посетить. Небольшой городок почти строго на юг от аэродрома. Тула. По слухам, там сейчас шли напряжённые бои. Правда, по тем же слухам, погода в том районе была нелётная. Для аборигенов.
  
   Слухи оправдались. Ни одной воздушной цели в районе Тула (Тулы?) не обнаружилось, и Шисс, мысленно пожав плечами (не слишком-то и хотелось) направился на базу. Настроение уже час, как переползло отметку "Хорошее", и хоть и медленно, но продолжало улучшаться. Причина лежала на поверхности: скоро домой. Домой. А там...

Что -- там, Хор додумывать не стал. Одно из правил, вбитых на уровень рефлексов ещё в Школе: на выходе не мечтать. Не отвлекаться. Вообще не поддаваться сильным эмоциям. Иначе -- пойдут ошибки. А ошибки -- это смерть. И не только твоя, но и твоих товарищей. И хотя Шисс уже давно в отставке, но сейчас он всё равно на выходе. Так что -- потом. После возвращения. А пока -- полная сосредоточенность...

   - Товарищи командиры!

Команда и последовавший за ней шум отодвигаемых стульев заставили Шисса сначала встрепенуться, а потом мысленно себя обругать -- совсем расслабился!

Зал столовой, утром имевший обычный вид, сейчас больше напоминал если не ресторан, то уж какое-нибудь кафе точно. Столы были застелены ослепительно-белыми скатертями, столовые приборы выложены аккуратными рядами, кое-где даже стояли небольшие вазы с живыми цветами. И... люди. Офицеры в парадной форме, некоторые -- с какими-то значками на груди (награды?). Хор разглядел даже членов экипажей тех штурмовиков, с которыми летал. Тоже успели переодеться в парадку...

И что бы это значило?..
- Проходите, товарищ Хоргах, не стесняйтесь!

Повернув голову вправо, Шисс увидел генерала Громадина, присутствовавшего при разборе результатов вылета. Улыбнувшись, генерал указал кивком в сторону стола, за которым обычно завтракали, обедали и ужинали старшие начальники базировавшихся на аэродроме подразделений и за которым определили место и самому Хору.

Когда все разместились, генерал скомандовал:
   - Прошу садиться, - и сразу же: - Прошу налить, - сам он при этом остался стоять, а по залу засновали официантки, разнося источающие вкусные запахи тарелки.

Офицеры задвигались, наполняя рюмки водкой из стоявших на столах графинов. Сидевший слева от Шисса Петров собрался было налить и Хоргаху, однако тот покачал головой:
- Мне ещё лететь.
- А пить вовсе не обязательно, -
пояснил майор. - Достаточно держать рюмку в руке во время тоста и потом просто поднести ко рту. Традиция.

Традиция... Традиция -- это серьёзно. Пришлось кивнуть. А потом наблюдать, как Петров сначала налил Хору и себе водку, а потом в стоящие рядом с рюмками стаканы - розовой жидкости из большого кувшина.
- Компот. Здешняя повариха отличные компоты варит.
  
Вот с этим Шисс был согласен, как здесь говорили, целиком и полностью. Здешняя повариха (не та, которая толстая, та -- помощница) готовить умела. И не только компот.

Между тем суета в зале улеглась, и генерал начал:
- Прошу внимания!.. Товарищи! Мы собрались сегодня...

Шисс отключился. Ещё одна общая черта если не всех, то подавляющего большинства гуманоидных цивилизаций -- любовь к торжественным речам. По поводу и просто так. Как правило -- малоинформативным. Отрывая людей от...

Пользуясь тем, что глаза скрыты тактическим обручем, Хор аккуратно посмотрел по сторонам и удивился: оратора слушали! Причём внимательно!

Увлёкшись обдумыванием причин столь странного отношения к тому, что давно должно было приесться хуже армейского пайка, Шисс едва не пропустил окончание речи.
- ...поэтому я предлагаю выпить за товарища Хоргаха! - провозгласил генерал и потянулся своей рюмкой к нему.

Этот обычай Хор знал -- довелось наблюдать. Поэтому не дожидаясь подсказки Петрова поднялся с места и протянул свою рюмку навстречу. Потом начали вставать офицеры, сидящие рядом. С ними тоже пришлось чокаться. Потом послышался характерный шум со стороны других столов (видеть их Шисс не мог, поскольку они находились за спиной)... Но, хвала Великому Космосу, там ограничились просто вставанием.

Наконец все снова сели (Петров не пил, сказав, что ему сегодня ещё на доклад к начальству. Окружающие восприняли его слова с пониманием), и генерал продолжил:
- Товарищи, ещё минуту внимания!.. К сожалению обычаи родины товарища Хоргаха не позволяют ему принять заслуженную правительственную награду...

Зал загудел, и генерал поднял руку в успокаивающем жесте:
- Тише, товарищи. У разных народов разные обычаи. И каждый обычай возник не на пустом месте. Поэтому давайте отнесёмся к этому без лишних эмоций... Так вот... Мы не можем вручить товарищу Хоргаху награду. Но. Мы можем попросить товарища Хоргаха принять на память небольшой подарок...

Приняв из рук подскочившего адъютанта длинный тёмно-коричневый футляр, генерал раскрыл его, вынул слегка изогнутый меч в лакированных чёрных ножнах и повернулся к Шиссу:
- Товарищ Хоргах, - Громадин рывком выдернул клинок до половины, - от имени нашего народа я прошу вас принять эту шашку на память о нашей встрече!
- Надеюсь, у неё не слишком большая историческая ценность, -
негромко буркнул Шисс.
- Не беспокойтесь, товарищ Хоргах, - успокоил Петров и тут же добавил: - Достаточно будет просто сказать спасибо.

Едва заметным кивком подтвердив, что услышал, Шисс встал, с лёгким поклонам принял двумя руками меч ("Шашку", - поправил он себя мысленно), внимательно осмотрел клинок и медленно вложил его в ножны. После чего повернулся к сидящим в зале офицерам и громко, так, чтобы услышали все, произнёс:
- Спасибо... товарищи!

Затем ещё раз поклонился и сел.
- Прошу налить! - скомандовал ждавший этого момента генерал.

Петров в ответ на вопросительный взгляд Хора пояснил:
- По приказу командования всем участникам боевых действий ежедневно выдаётся сто граммов водки. А ёмкость рюмки -- двадцать пять граммов...

После второго тоста все наконец-то приступили к еде. Она, конечно, успела остыть, но немного, совсем немного и вкусовых качеств не потеряла. Очень высоких вкусовых качеств. Настолько, что у Шисса уже в который раз мелькнула мысль сманить здешнюю повариху. Мелькнула и пропала -- что толку мечтать о несбыточном? Тем более что за одно только высказанное вслух пожелание союзники и прибить могут...

К концу торжественного обеда, завершившегося бесподобным ягодным пирогом и горячим чаем, Хору успели подарить ещё два сувенира -- модели штурмовика и истребителя. От личного состава базирующихся на аэродроме штурмового и истребительного полков соответственно. Вручали, само собой, командиры.
  
  
   Однако всё плохое когда-нибудь заканчивается, закончился и этот обед. Первым к выходу направился генерал, предложив старшим командирам подышать свежим воздухом. Следом - эти самые старшие командиры и Шисс с Петровым, а за ними и остальные. Большинство офицеров ринулись к курилке, явно не способной вместить всех желающих, а Хор с майором неторопливо зашагали к ангару с "охотником". Спешить было некуда, до отлёта оставалось около двух часов.
  
   Там они ненадолго разделились. Хоргах отправился укладывать подарки в грузовой отсек, а безопасник устроился на скамейке у ворот ангара -- её установили на второй день после начала дождей и даже козырёк повесили. Чтобы не капало.

Управившись, Шисс присоединился к Петрову, сев так, чтобы папиросный дым сносило в другую сторону. Так они сидели около четверти часа, прежде чем Хор негромко поинтересовался:
- Так о чём вы хотите спросить, майор?
- Вы что, мысли читаете?..




" ...Теоретически -- возможно. Практически -- слишком неблагодарное дело, - дракон фыркнул, выпустив из ноздрей две струйки дыма. - Ты представляешь, какой беспорядок творится в мозгу любого разумного?"
"И у вас?" - иронично приподнял бровь Хоргах, за что тут же получил от невесты пинок под столом.
"А я не похож на разумного?" - судя по довольному оскалу, ящер веселился вовсю.
"Хороший вопрос, - Шисс потёр щеку. - Отвечать обязательно?"
"Как хочешь, - очередное фырканье. - А если серьёзно, тут многое зависит от того, что ты хочешь получить. Одно дело -- связь с кем-то, кто против этой связи не возражает и формирует в мыслях чёткие образы. Другое -- попытка понять, о чём думает кто-то посторонний. Для этого тебе придётся долго развивать свои ментальные способности. Для начала. А потом, попробовав, поймешь, что твоему мозгу не хватает быстродействия. Так что... Раль!"
"Да, Учитель?" - встрепенулась девушка.
"Прочти своему жениху несколько лекций по чтению неявных признаков. Ну, и практикой озаботься".
"Да, Учитель!"
"В этом мире мало невозможного, Хор, - теперь дракон выглядел задумчивым и предельно серьёзным. - Другое дело, что усилия, необходимые для достижения некоторых целей, заставляют задуматься..."
  
   - Их отражения, - хмыкнул Шисс.
- В каком смысле?
- Вы хорошо себя контролируете, майор. Но недостаточно хорошо.
- Н-да... -
Петров выбросил окурок в стоящее рядом со скамейкой старое ведро и достал новую папиросу. - Хорошо вас готовят.
- У Империи лучшая армия в нашем секторе галактики, -
хмыкнул Хор. - Не самая большая по численности, но самая сильная.
- Н-да... -
повторил безопасник и замолчал, о чём-то задумавшись. Так и не прикуренную папиросу он мял пальцами, не замечая, как высыпается табак. И когда наконец майор поднёс папиросу ко рту и привычно в неё дунул, в руке у него оказалась лишь пустая трубочка. Удивлённо на неё посмотрев, Петров перевёл взгляд на Шисса, увлечённо разглядывающего что-то на противоположной стороне поля, нахмурился и всё же решился: - Хоргах, вы говорили, что у вас известно о разных цивилизациях. Скажите, вам встречались случаи...
- Майор!
- перебил Шисс. - А вам не приходило в голову, что у вас такие сведения могут составлять государственную тайну?

Петров не был ни глупцом, ни тугодумом. Чтобы осознать услышанное и сделать выводы, ему хватило пары секунд. После чего он весь осунулся, а глаза потускнели. Видеть это было неприятно, и Хор отвернулся.
- Значит... - пробормотал Петров через несколько минут.

Хор вздохнул:
- Один очень старый и очень мудрый дракон сказал: "В этом мире мало невозможного". Работайте. Думайте. Старайтесь не допускать ошибок.
- Каких ошибок? -
судя по голосу, в безопаснике проснулись служебные инстинкты.
- Главные -- переход власти не к тому человеку и обман собственного народа.
- Мы не обманываем свой народ!


Шисс вздохнул:
- Если вы говорите людям, что их дети будут жить лучше, их дети должны жить лучше. Причём начать жить лучше дети должны ещё в то время, когда живы их родители. И это "лучше" должно выражаться не только в каких-то системных улучшениях вроде всеобщего медицинского обслуживания и образования. И не только в повышении денежных доходов. Но и в возможности потратить эти доходы. С толком. Потратить. На хорошую еду. На красивую одежду. На те же игрушки для детей...
- У нас тяжёлое положение, -
буркнул Петров.
- Да, - кивнул Хоргах. - Война. А после войны придётся восстанавливать разрушенное. А потом слова о тяжёлом положении могут превратиться в удобную отговорку... - он замолчал. Главное сказано. Продолжать -- всего лишь впустую колебать воздух.

Майор, похоже, считал так же. Во всяком случае он тоже не проронил ни слова. Только почти непрерывно курил.

Наконец Кири сообщила о подходе катера, и Шисс поднялся:
- Мне пора, майор. Удачи вам.
- Спасибо. И вам удачи, -
ответил Петров, пожимая протянутую руку.

Хор уже сидел в кабине, устраиваясь поудобнее в ложементе и надевая шлем, когда безопасник крикнул:
- Хоргах! Я передам!

Махнув ему рукой в знак того, что услышал и понял, Шисс дал команду на закрытие колпака и повёл машину в начало взлётной полосы. Заслышав знакомый свист, из окружающих поле строений стали выходить люди, размахивать руками, что-то кричать...
- Желают удачи и приглашают прилетать ещё, шеф, - сообщила Кири.
- Мигни им пару раз, и взлетаем.
- Принято...


Когда Хор вошёл в рубку катера, первым, что он увидел, было лицо Петрова, выведенное на главный экран. Один из последних кадров трансляции. Похоже, напарник смотрел прощальный разговор в реальном времени, а не в записи.
- Садись где-нибудь, - предложил Мур на правах хозяина, а когда Шисс занял кресло оператора вооружения, ехидно прокомментировал: - Воякам всё лишь бы ближе к пушкам, - и тут же сменил тему: - Как думаешь, передаст?
- Передаст, - уверенно ответил Хоргах.
- Передаст, говоришь, - пробормотал горо, продолжая разглядывать лицо майора. - Ладно, пусть над этим Старшие думают. Наше дело доложить. Ну что, полетели?



КОНЕЦ

   16.04.2009 -- 29.04.2016
Санкт-Петербург
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  


Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"