1. Русский алфавит: краткие исторические сведения.
Современная русская графика представляет несколько измененную графику старославянского языка, так называемую кириллицу.
Старославянская графика была составлена в IX в. в Болгарии братьями Кириллом (Константином) и Мефодием, византийскими миссионерами, учеными и дипломатами, на основе греческой азбуки и путем частичного использования других алфавитов, в частности древнееврейского.
С Х в. старославянская графика стала применяться на Руси при переписывании уже существовавших книг и при создании оригинальных произведений письменности. Теории письма и правил правописания в то время не существовало. Писцы, овладевшие практически искусством письма, в большинстве являлись копировщиками готовых рукописей. Это не значит, что древнерусские писцы механически пользовались приемами старославянского языка. Сохраняя в русском письме приемы старославянской графики (в частности, буквы носовых гласных звуков , , не существовавших в русском языке), русские писцы приспособили ее к русскому произношению.
В XII-XIII вв. русское письмо все более освобождается от старославянского влияния и постепенно превращается в самостоятельную систему, сближающую письмо с живой речью.
В силу исторического развития языка крепнувшие традиции русского письма, естественно, должны были оказаться в некотором противоречии с закономерными изменениями в фонетической и грамматической системе языка. Так возникло известное несоответствие между графической и звуковой системой русского языка, между складывавшейся традицией письма и произношением.
Опора писцов на произношение привела к определенным изменениям в графике письма. К XIII в. буквы ъ и ь, обозначавшие в древнерусском языке особые гласные звуки в определенных фонетических условиях, заменяются под ударением, в соответствии с новым произношением, буквами о, е. С XVI в. буква ь вообще утрачивает звуковое значение и становится знаком мягкости согласных и разделительным знаком, а буква ъ употребляется для обозначения твердых конечных согласных. С другой стороны, установившаяся традиция письма (опора на произношение) не была особенно действенной в обозначении согласных, парных по звонкости-глухости, а также в отношении аканья (произношения безударного о как а). Озвончение-оглушение согласных и аканье, появившиеся в фонетической системе языка, не получили широкого отражения в письме. Произношение и традиция - эти противоречивые факторы письма - оказались прогрессивными и одинаково действенными в развитии русской графики и орфографии.
Несколько задержало развитие русского письма влияние южнославянской письменности, начавшееся в конце XVI в., когда на Руси появились южнославянские богослужебные книги, исправленные в соответствии с греческими оригиналами. Графика и орфография этих книг сообщали русскому письму некоторую искусственность, лишали его самостоятельности и связи с живым языком.
Положительную роль в установлении единообразного письма имело книгопечатание, возникшее в России в XVI в. Печатная продукция становится образцом для всех пишущих. До XVI в. русские писцы писали одно слово за другим без промежутков между ними. Раздельное написание слов связано с развитием книгопечатания.
Большое значение в истории русской графики и орфографии имел указ о введении русского гражданского алфавита, изданный в 1708 г. Петром I. Это мероприятие, явившееся показателем упадка авторитета и влияния церкви, выразилось в некотором изменении внешнего вида и состава русского алфавита: были исключены излишние для русской звуковой системы буквы, устранены "титла" (сокращения) и "силы" (ударения). Укреплению графики и орфографии содействовало также открытие в 1727 г. академической типографии, издания которой придерживались определенной системы написаний.
На рубеже первой половины XVIII в. вопросы графики и орфографии получают принципиальную постановку. Они связываются с вопросами русского литературного языка и приобретают общественное значение.
Первым, кто поставил вопрос об основе русской орфографии, был Тредиаковский. В своем трактате "Разговор между чужестранным человеком и российским об орфографии старинной и новой и всем, что принадлежит к сей материи" (1748) Тредиаковский провозглашает фонетический принцип правописания. Считая, что фонетическое письмо наиболее доступно массам, Тредиаковский, однако, признает правильным лишь произношение людей, владеющих нормами литературного языка, и делает ряд уступок традиционным написаниям. Тредиаковский не решил вопроса о сущности нашей орфографии, его взгляды не имели решающего значения в истории нашего правописания.
М.В. Ломоносов включил рассуждения о правописании в свою "Российскую грамматику" (1755). Характеристика Ломоносовым теоретических основ орфографии представляет сочетание фонетического принципа правописания с морфологическим. Уделяя внимание традиции в письме, Ломоносов охватывает широкий круг орфографических вопросов, связанных с грамматикой. Несмотря на авторитетность и убедительность, правила Ломоносова не получили всеобщего признания. Правила не были утверждены высшим государственным учреждением и не имели силы закона. Установлению норм правописания, предложенных Ломоносовым, содействовали труды В. Светова и А.А. Барсова, авторов грамматических работ школьного типа. В своих работах эти авторы дали краткий свод орфографических правил второй половины XVIII в., реализующих установленный Ломоносовым морфологический принцип правописания. Окончательное утверждение морфологического принципа правописания связано с изданием "Российской грамматики" Академией наук (1802, 1809, 1819) и "Словаря Академии Российской" (1789-1794). Орфографические нормы, установленные в середине XVIII в., не отличались устойчивостью. Значительные различия в правописании отмечались и в официальных документах, и в произведениях писателей.
Грамматики, составленные в начале и середине XIX в. (Востоков, Греч, Давыдов, Буслаев), и выходившие в то время словари не могли устранить орфографический разнобой, который продолжался на протяжении всего XIX в.
В русскую орфографию немало полезного внес Н.А. Карамзин, влиявший своим авторитетом на орфографическую практику (обоснование написаний русских и иноязычных слов, введение буквы ё вместо io).
Исключительно важной вехой в истории русской орфографии является капитальный труд академика Я.К. Грота "Спорные вопросы русского правописания от Петра Великого доныне" (1873, 1876, 1885) и его книга "Русское правописание" (1885), представляющая практическое руководство для школы и печати. Труд Грота посвящен истории и теории русского правописания. Он освещает практические вопросы орфографии с научных позиций. Свод орфографических правил, составленный Гротом, сыграл важную роль в установлении орфографических норм. Правописание, установленное Гротом, было рекомендовано и получило славу академического, однако оно не уничтожило разнобой полностью, а главное - не упростило русское правописание. Грот ревниво придерживался принципа узаконить традицию и игнорировал движение за упрощение письма, получившее широкий общественный размах в 50-60-е годы XIX в. Поэтому "Русское правописание" Грота не встретило единодушного и полного признания.
В начале XX в. выявляются все более широкие общественные задачи орфографической реформы, причем руководство в решении орфографических вопросов осуществляет Академия наук. Постановление о реформе правописания, принятое на широком совещании при Академии наук 11 мая 1917 г., не имело практического значения. Реформированное правописание оставалось необязательным для школы и печати. Только Советское правительство декретами от 23 декабря 1917 г. и 10 октября 1918 г. утвердило постановление совещания Академии наук. Новое правописание было объявлено обязательным для всех советских граждан.
Реформа правописания 1917-1918 гг. значительно упростила и облегчила наше письмо, но не затронула многих частных вопросов орфографии, служивших источником разнобоя в практике письма. Это расшатывало общую систему правописания и вызывало множество затруднений в работе издательств, а также в школьном преподавании.
В 1930 г. была сделана организованная попытка провести радикальную реформу нашего письма. Проект такой реформы был составлен специальной комиссией Наркомпроса. Проект вносил в русское правописание ломку, не вызываемую подлинной жизненной потребностью, к тому же научно не оправдываемую, а следовательно, и практически нецелесообразную. Проект был отвергнут. Необходимость упорядочения правописания становилась все более настоятельной.
"Задача настоящего момента не в реформировании приемов письма, а в упорядочении некоторых из них в сторону единообразия и последовательности и в разрешении отдельных недоуменных случаев... Установив все недостаточно до сих пор установившееся, надо издать полный орфографический справочник, авторизованный учебной властью", - так определял дальнейший путь развития русской орфографии проф. Д.Н. Ушаков.
Осуществление этой задачи началось с середины 30-х годов, когда была организована работа по составлению полного свода правил орфографии и пунктуации. Результатом длительной работы филологов и педагогов явились "Правила русской орфографии и пунктуации", утвержденные в 1956 г. Академией наук СССР, Министерством высшего образования СССР и Министерством просвещения РСФСР. Правила являются обязательными для всех пользующихся письмом, как для органов печати, учебных заведений, государственных и общественных организаций, так и для отдельных граждан.
"Правила русской орфографии и пунктуации" являются, по существу, первым в истории русского письма полным сводом правил современного русского правописания и состоят из двух частей - орфографии и пунктуации - с приложением словаря самых трудных или сомнительных написаний. Орфографический словарь (110 тысяч слов), составленный на основе "Правил", вышел в свет в 1956 г. "Правила" легли в основу ряда справочников, словарей, пособий (см. ї 46).
Однако к концу XX в. "Правила" 1956 г. во многом устарели и в настоящее время не отражают складывающихся тенденций в правописании. Поэтому в Институте русского языка РАН создана специальная комиссия, в задачу которой входит создание нового свода правил орфографии и пунктуации.
Периодическая корректировка правил закономерна и вполне естественна, так как отвечает потребностям развивающегося языка и практики его освещения.
ГЛАВНЕЙШИЕ ФАКТЫ ИСТОРИИ РУССКОГОПРАВОПИСАНИЯ
ПЕТРОВСКАЯ РЕФОРМА АЗБУКИ
Историю гражданского русского правописания мы ведем с 1708 г., со времени издания Петром I указа напечатать "новоизобретенными русскими литерами" "Геометрию" и иные гражданские книги. В выработке нового шрифта Петр I принимал личное участие. Директор московской типографии Федор Поликарпов говорил об этом следующее: "Своим неусыпным тщанием изволил изобрести абецедал, или азбуку, которая и до днесь в гражданских всяких делах действует"1.
Начиная с В.К. Тредиаковского, считали, что причиной изобретения гражданской азбуки (с более простым и округлым начертанием букв, чем в церковной кириллице) было желание уподобить русский шрифт латинскому, и лишь в наше время установлено, что новый шрифт был создан в России русскими же мастерами-словолитчиками на основе рисунка рукописного гражданского письма конца XVII - начала XVIII в. и латинского шрифта антиква2.
После некоторых усовершенствований Петр I ввел новый гражданский шрифт уже в законодательном порядке. 29 января 1710 г. он утвердил образец азбуки, собственноручно написав на нем: "Сими литеры печатать исторические и манифактурные (технические. - В.И.) книги. А которые почернены, тех в вышеописанных книгах не употреблять". Эта историческая азбука с собственноручными пометами Петра I имела заглавие "Изображение древних и новых письмен славенских печатных и рукописных". В ней старые (церковные) и новые - "гражданские" буквы давались в сопоставлении.
Совершенствуя азбуку, Петр I первоначально исключил некоторые буквы церковной кириллицы. К исключенным буквам относились: - "земля" (была оставлена буква "зело"), - "ферт" (оставлена "фита"), - "кси", - "пси", - "омега", - "ижица", а также лигатура - "от". Однако впоследствии часть этих букв, как полагают, под влиянием духовенства, Петр I восстановил. В 1735 г. согласно постановлению Академии наук из числа восстановленных Петром I букв снова были исключены из алфавита буквы - "кси" и - "ижица", но в 1758 г. "ижица" опять была восстановлена (она применялась в отдельных заимствованных словах).
В азбуку 1710 г. дополнительно были введены буква э (оборотное)1 (для" более резкого ее различения с буквой - "есть") и вместо "юса малого" - новая форма буквы я (йотированное а), которая, как отмечают исследователи2, существовала уже во второй половине XVII в. в гражданской скорописи. Новым было и то, что с введением гражданской азбуки в алфавите впервые устанавливаются строчные и прописные начертания букв, существующие вместе (в церковной кириллице были только заглавные буквы), И все же гражданский шрифт, введенный Петром I, не представлял собой новой системы письма, в нем лишь получила дальнейшее развитие система славяно-русского письма кириллицы. Название "гражданский" новый шрифт получил потому, что им, в противовес прежнему шрифту, которым набирались церковные книги, набирались и печатались книги светские.
Создание Петром I гражданского шрифта составило эпоху в развитии русской культуры. Важно было и то, что при разработке гражданской азбуки были исключены знаки ударения (или силы, как их тогда называли), знаки сокращений (титлы). Вместо буквенного обозначения цифр были введены арабские цифры, что значительно облегчило арифметические действия.
РЕФОРМА 1917 - 1918 ГГ. И ЕЕ ПОДГОТОВКА
Реформа Петра I, как видим, была реформой графики, а не орфографии. В грамматических пособиях того времени не было четких правил орфографии, трудные случаи правописания вообще не затрагивались.
Между тем от века к веку возрастало значение орфографии. В Древней Руси, когда книги были рукописными, и даже позднее, когда появилось книгопечатание, но было весьма ограниченным количество издаваемых книг и газет, проблемы правописания не возникали перед широкими народными массами. Но в XVIII в. вопросы орфографии встали уже остро. Писатели того времени жалуются на пестроту правописания. А.П. Сумароков писал по этому поводу: "Но чем пособить, когда Россия никакого не имеет собрания, пекущегося о языке и словесных науках: да и в школах ни Российскому правописанию, ни грамматике Российской не учат. Это удивительно и достойно великого примечания"1.
Не могли справиться с разнобоем и грамматики, так как даже в лучших грамматиках XVIII - XIX вв. (таких, как грамматика М.В. Ломоносова, грамматики Академии наук, грамматики А.Х. Востокова, Н.И. Греча, Ф.И. Буслаева) орфография не была предметом особого, пристального рассмотрения. Назрела необходимость в специальном историко-теоретическом освещении русской орфографической системы. Этой потребности ответил появившийся в 1873 г. труд Я.К. Грота "Спорные вопросы русского правописания от Петра Великого доныне", который составил эпоху в истории русского правописания. Книга Грота впервые регулировала письмо. Написанное на его основе практическое руководство "Русское правописание" выдержало более 20 изданий. Книги и учебники печатались в согласии с руководством Я.К. Грота.
Однако гротовское письмо было сложным, многие объяснения представлялись натянутыми и надуманными. Перед Я.К. Гротом не стояла задача упрощения русского правописания. Актуальной задачей того времени было описание русской письменной традиции и приведение письма к максимально возможному единообразию. После обобщающих трудов Я.К. Грота стала особенно очевидной необходимость упрощения орфографии.
В конце XIX - начале XX в. борьба за упрощение русской орфографии ведется в педагогических кругах. Проекты по упрощению русского правописания были составлены в Петербурге на орфографических собраниях 1862 г., а в 1901 г. также педагогическими обществами: Московским, Казанским, Одесским. В борьбу за упрощение русской орфографии включились известные ученые и педагоги: Ф.Е. Корш, В.П. Шереметевский, Р.Ф. Брандт, В. Куницкий и др.
В 1904 г. вопросами реформирования и упорядочения орфографии занялась Академия наук - самая высокая научная инстанция. При Академии наук была организована комиссия по вопросу о русском правописании. В состав комиссии вошло 55 человек: академики, профессора, представители средних учебных заведений. На заседании 12 апреля 1904 г. за упрощение русского правописания высказалось большинство членов комиссии. Здесь же было принято решение отменить лишние буквы русской азбуки.
Для разработки тех вопросов русского правописания, которые не связаны с исключением из алфавита каких-либо букв, комиссия избрала из своего состава подкомиссию, куда были избраны акад. А.А. Шахматов, акад. Ф.Ф. Фортунатов, акад. А.И. Соболевский, акад. Ф.Е. Корш, прив.-доц. П.Н. Сакулин, проф. И.А. Бодуэн де Куртенэ, проф. Р.Ф. Брандт и как кандидаты в члены подкомисии - проф. С.К. Булич, прив.-доц. Н.М. Каринский и Н.К. Кульман.
В мае 1904 г. подкомиссия опубликовала "Предварительное сообщение орфографической подкомиссии", предлагавшее проект нового правописания. В нем были соединены вместе постановление комиссии, уничтожившее лишние буквы, и предложения подкомиссии.
Однако подготовленный комиссией и подкомиссией проект реформы был неодобрительно встречен консервативной печатью и даже частью ученых. Не все ученые считали, что трудность усвоения орфографии зависит от ее сложности. Проф. А.И. Томсон, в частности, считал, что все зло только в неправильных методах обучения. Даже будучи членом подкомиссии, половинчато относился к реформе А.И. Соболевский. Он писал, что "воплям ленивых учеников и плохих преподавателей не следует придавать большого значения"1.
Окончательный проект реформы, упрощающей принятую тогда орфографию, был готов к лету 1912 г. Он был опубликован как "Постановления орфографической подкомиссии". Но и он не был принят. Противников реформы оказалось достаточно много.
Дальнейшая судьба реформы складывалась так.
Вскоре после февральской революции при Академии наук была создана специальная подготовительная орфографическая комиссия по упорядочению правописания. Непосредственное участие в ее работе приняли академики Е.Ф. Карский, Н.К. Никольский, С.Ф. Ольденбург, В.Н. Перетц, А.А. Шахматов, А.И. Соболевский. Их проект был предложен для обсуждения на совещании по вопросу об упрощении русского правописания 11 (24) мая 1917 г. В совещании участвовали члены подготовительной комиссии, Орфографической комиссии 1904 г., Отделения русского языка и словесности в разряде изящной словесности, представители ученых и просветительных учреждений, учителя школ. Председателем Совещания был акад. А.А. Шахматов (акад. Ф.Ф. Фортунатов в 1914 г. умер). Было принято "Постановление Совещания по вопросу об упрощении русского правописания".
Основу изменившегося правописания составил проект реформы, подготовленный орфографической подкомиссией 1912 г., однако некоторые пункты предлагавшихся нововведений в постановление Совещания не вошли. Так, в проекте 1912 г. рекомендовалось отменить букву ь (мягкий знак) после шипящих в конце слов рожь, ходишь, лишь, ночь, печь, вещь, помощь и писать "рож", "ходиш", "ноч", "печ", "вещ". В другом пункте содержалось предложение передавать звук /о/ под ударением после шипящих буквой о, например: "счот", "чорный", "лжот", "шолк", "шопот" вместо счёт, чёрный, лжёт, шёлк, шёпот.
В Архиве АН СССР хранится рукопись доклада А.А. Шахматова, который был произнесен им на совещании 11 мая. Он предложил сохранить написание мягкого знака после шипящих, поскольку его отмена "затруднит применение нового правописания". О написании букв е/о после шипящих А.А. Шахматов сказал: "...вместо того, чтобы писать чорный - чернее, счот - счета, как предлагала Орфографическая комиссия, допускаются написания черный, счет, чтобы не вносить буквенных различий в коренной части слова при различных его изменениях" (Архив АН СССР. Фонд 134. Опись 1. N 240). Предложение А.А. Шахматова оставить прежние правила о написании мягкого знака после шипящих и о написании букв о/е после шипящих было принято (в отличие от многих других пунктов) безоговорочно.
Академия наук утвердила "Постановление Совещания по вопросу упрощения русского правописания", и тогдашнее Министерство просвещения циркуляром от 17 мая 1917 г. предложило ввести в школах это реформированное правописание с нового учебного года. И все же, несмотря на существование новых правил правописания, обучение в школах велось по-старому, поскольку циркуляр от 17 мая 1917 г. не имел ранга закона.
После Великой Октябрьской социалистической революции, в условиях войны и хозяйственной разрухи, Советское правительство тем не менее нашло возможность уделить внимание языковым проблемам. 23 декабря 1917 г. Народный комиссариат просвещения издал декрет о введении нового правописания. Этот декрет был обязателен для школы, но не обязателен для печати. Необходимо было расширить сферу применения нового правописания. Поэтому 10 октября 1918 г. Советом Народных Комиссаров был издан специальный декрет, в соответствии с которым новые правила правописания утверждались и для школьного обучения, и для всей печати. Таким образом, новый декрет подтвердил декрет Народного комиссариата от 23 декабря 1917 г. Это "поэтапное" проведение упрощения русского правописания стало называться реформой орфографии 1917 - 1918 гг.
УПОРЯДОЧЕНИЕ ОРФОГРАФИИ В СОВЕТСКИЙ ПЕРИОД
Период 1920 - 1950-х годов
Разрешив крупнейшие, основные вопросы по упрощению русского письма, реформа не коснулась регулирования частных вопросов русского правописания, не устранила многих дублетных и колеблющихся написаний. Количество таких написаний заметно увеличилось в советскую эпоху, когда особенно интенсивно протекали процессы пополнения и смыслового обогащения словарного состава языка. Не устраненная реформой 1917 - 1918 гг. неупорядоченность с каждым годом давала себя чувствовать все острее. Это находило отражение и в печати.
В 1929 г. по инициативе "Учительской газеты" возобновилось обсуждение орфографических вопросов, а при Главнауке Наркомпроса была организована специальная орфографическая комиссия, которая на основании множества поступивших из разных мест и от разных лиц предложений составила проект реформы правописания. Он был опубликован как "Проект Главнауки о новом правописании"1.
Проект декларировал: "Рационализация русского письма - это не техническая, а насущная политическая задача".
Из числа основных положений, на которых строился проект Главнауки, укажем следующее: "Реформа равняется на малограмотных и неграмотных в первую очередь. В основу рационализации орфографии должны быть положены фонетический и морфологический принципы в их органической связи с неизбежным уклоном в сторону фонетики, поскольку, конечно, в ней отстоялись или отстаиваются определенные социальные нормы..."2.
В соответствии с фонетическим принципом были приняты написания: "жырный", "шырь", "соцыализм", "станцыя", "лежыт", "можыт", "нашы", "скажы", "Шылер" (вместо Шиллер); "чорный", "лжот", "шол"; "портново" (вместо портного), "ково", "чево", "всево", "ево", "шедшево"; "добрыи", "которыи", "животныи"; были унифицированы безударные окончания глаголов: они, как было сказано в проекте, "будут писаться не условно... а по произношению": "делаиш", "любют", "возют", "гонют", "произносются" и т.п.; был уничтожен ь в неопределенной форме глагола: он хотел "учится". В целях большего упрощения письма и часто вразрез с произношением были уничтожены двойные согласные, если они были не на стыке приставки и корня: "деревяный", "руский", "класовый", "Ана" (вместо Анна), "тона" (вместо тонна), "масы" (вместо массы) и т.п.
Несмотря на то, что в проекте Главнауки многое было предложено писать фонетически, он не удовлетворил ревнителей принципа "пиши, как произносишь".
Любопытна в этом отношении брошюра преподавателя Белгородского педтехникума М. Мальцева. Подчеркнув, что "советская общественность определенно указывала, что она рассчитывала на реформу, которая сделает орфографию доступной самым отсталым в культурном отношении слоям общества и что реформа орфографии должна быть проведена главным образом в интересах этих слоев", М. Мальцев приводит в качестве желательного образца такую орфографию:
Кагда я ездила дамой в Одесу мне очин была весила Пачиму патаму что эта мая родина Я там сибя чувствала сщасливой, а кагда уежала то я плакала Пачиму да патаму что я вже болше не смагу видить сваи радные края1.
Образец или, как его называет Мальцев, "проект письма, выдвигаемый малограмотными в своих письменных работах", взят им "наудачу" из работы ученицы одногодичных курсов для взрослых ст. Белгород Южн. ж. д. некоей Х-ой. Приведя "образец", Мальцев пишет: "Х-а во многих случаях не выполнила предъявленных к ней Главнаукой орфографических требований, несмотря на то, что это дельная и толковая ученица, справляющаяся с солидной общественной работой"2. Мальцев и далее подчеркивает, что Главнаука не использовала эти "бесценные проекты самих непосредственно заинтересованных в облегчении орфографического гнета масс в виде их неграмотного письма"3.
Такая задуманная "прежде всего в интересах миллионов масс неграмотных"4 рационализация орфографии не могла быть принята. Надо было поднять народ в культурном отношении (что не могло быть мгновенным), а не опускать культуру до тех, кто еще к ней не поднялся.
Проект Главнауки не был научно обоснованным проектом. Он не смог удовлетворить ни школу, ни печать, ни широкую общественность, и был отвергнут.
Однако задача упорядочения русского правописания по-прежнему стояла на повестке дня. Она требовала своего разрешения. Колеблющиеся написания были значительной помехой в практике письма. Об их вреде говорили, например, так: "Одни газеты пишут дифференцировать, наднях, при чем, аггрегат, другие - диференцировать, на днях, причем, агрегат. Госполитиздат печатает: восвояси, кухонька, паралелограмм, а помещающийся через улицу от него Детиздат - во-свояси, кухонка, параллелограмм. В Доме книги (в Орликовском переулке) сколько этажей - столько орфографий"1.
Появление двойных, колеблющихся написаний - явление естественное. Их порождает само развитие языка. В русском языке существует, например, слово дворняжка. Оно образовано с помощью суффикса -к- от существительного дворняга. По такому же типу (образцу) от существительного деревяга было образовано слово деревяжка с чередованием г?ж. Но написание этого слова стало колебаться: писали то деревяжка, то деревяшка. Это происходило потому, что было забыто областное по происхождению слово деревяга. Таким образом, утратило силу чередование г?ж, и слово деревяжка (в отличие от слова дворняжка, ощутимо связанного со словом дворняга) получило все права на чисто фонетическое написание, а именно - деревяшка. Так развитие языка само по себе вызвало колебание в написании этого слова. То же произошло и со словом копчушка.
Двойные написания могут возникнуть в связи с разным пониманием происхождения слова. Так, слово пескарь произошло от лат. piscis (рыба), но его по смыслу стали связывать со словом песок (так как пескарь - рыба донная), и с течением времени прежнее его написание через и (пискарь) заменили на написание с е - пескарь.
Колеблющиеся написания могут быть и следствием разного понимания морфологического состава некоторых слов. Так, колебания в глаголах остекленеть - остеклянеть, одеревенеть - одеревянеть могут быть объяснены тем, что эти глаголы связывались то с прилагательными стеклянный, деревянный как их производными (отсюда написание на -янеть), то непосредственно с существительными стекло, дерево (отсюда написания на -енеть), по образцу остолбенеть от столб и т.п. (сейчас приняты написания последнего типа).
Наконец, двойные написания могут возникнуть в связи с написанием слов то по фонетическому принципу, т.е. по произношению, то по морфологическому. Так, например, слово чёрт на протяжении многих лет писалось с колебаниями: то чорт (фонетически), то чёрт (морфологически, ибо во множественном числе - черти).
Примерно с середины 30-х гг. упорядочением правописания стали заниматься две орфографические комиссии, организованные одна в Москве при Ученом комитете Наркомпроса и другая в Ленинграде при кабинете славянских языков Института языка и мышления Академии наук СССР. В 1939 г. эти комиссии были объединены в единую Правительственную орфографическую комиссию. В ее состав вошли не только специалисты-языковеды, но и педагоги-методисты, а также представители работников печати. Орфографическая комиссия работала в Москве при Народном комиссариате просвещения; руководство подготовкой правил орфографии и пунктуации осуществлялось акад. С.П. Обнорским. Позднее руководство работой комиссии было возложено на акад. В.В. Виноградова.
30 - 50-е гг. были периодом создания единого свода правил русской орфографии и пунктуации. Подготовленный комиссией проект свода имел несколько редакций. Последняя - 1951 г. Проект редакции 1951 г. в 1954 г. подвергся широкому обсуждению на страницах журнала "Русский язык в школе"1 и "Учительской газеты"2. Примечательным является то, что не было ни одного вопроса из числа затронутых в дискуссии, по которому ее участники имели бы единодушное суждение. Это свидетельствует о сложности разрешения орфографических затруднений.
Комиссия учла существенные замечания и пожелания специалистов-языковедов и учителей школ. Изданные в 1956 г. "Правила русской орфографии и пунктуации" утверждены Президиумом Академии наук СССР, Министерством высшего образования СССР и Министерством просвещения РСФСР. "Правила..." - документ, все пункты которого обязательны для всех учебных заведений, органов печати, а также для государственных и общественных организаций в их официальной переписке и открытых публикациях (лозунгах, приветствиях, надписях, объявлениях и т.п.). "Правила..." - основной источник для всех составителей учебников, словарей русского языка, специальных словарей, энциклопедий и справочников.
Упорядочение русской орфографии, проведенное в 1956 г., не было реформой правописания, оно не затронуло его основ. И все же изменения в правописании были довольно заметны, так как упорядочение и унификация коснулись всех разделов правописания.
Значение "Правил русской орфографии и пунктуации", утвержденных в 1956 г., не исчерпывается тем, что они унифицировали случаи различных колебаний, а состоит еще в том, что это первый в истории русского правописания действительно полный свод четко, сформулированных и научно обоснованных правил.
Конечно, возможности для совершенствования нашего письма еще не исчерпаны. Это стало особенно видно именно благодаря вышедшему в 1956 г. первому своду правил. Его составители, например, излишне бережно отнеслись к некоторым исключениям. Ср., например, исключения цыган, цыц, цыпленок, на цы почках в ї2 "Правил...", исключение цокотуха в ї 6 и нек. др. Поскольку перед Правительственной орфографической комиссией, утвержденной в 1939 г., не стояли задачи реформирования нашего письма (слишком велика была задача упорядочения правописания и тем более - задача создания полного свода правил), то в современном письме остались и случаи явно устаревших и не поддерживаемых морфологическими аналогиями написаний. Подлежат урегулированию колеблющиеся написания заимствованных слов, собственных имен и т.п. Постановка вопроса о дальнейшем усовершенствовании нашего правописания поэтому вполне правомерна.
Период 1960 - 1970-х годов
Вопрос об упрощении русской орфографии снова был поднят в нашей прессе весной 1962 г.
В ноябре 1962 г. при Институте русского языка АН СССР была образована Орфографическая комиссия по усовершенствованию русской орфографии. Состав комиссии был утвержден Президиумом АН СССР1.
Проект "Предложений по усовершенствованию русской орфографии", подготовленный комиссией, был опубликован в газетах: "Известия" (от 24 и 25 сентября 1964 г.), "Учительская газета" (от 24 сентября 1964 г.), "Советская Россия" (от 24 и 25 сентября 1964 г.), а также в журнале "Русский язык в национальной школе" (1964. N 6).
В целях ознакомления общественности с ходом работы комиссии публиковались также специальные сборники, где печатались статьи, посвященные актуальным вопросам русского правописания. В издательстве "Наука" вышли из печати следующие сборники: "Вопросы русской орфографии" (М., 1964), "Проблемы современного русского правописания" (М., 1964), "О современной русской орфографии" (М., 1964), "Орфография собственных имен" (М., 1965).
Проект широко обсуждался в печати. Публиковались статьи в газетах и журналах2. Особенно горячей была дискуссия в "Литературной газете". Однако общественность не была подготовлена к достаточно квалифицированному обсуждению. Причиной этого было то, что все названные сборники (кроме первого) вышли в свет уже после того, как началась дискуссия, и, кроме того, они были изданы далеко не массовыми тиражами. Между тем вопросы письма и правописания нуждаются в широком освещении и популяризации.
Проект в целом не получил общественного одобрения. Проф. А.И. Моисеев считает, что "...предложения были, видимо, продуманы недостаточно, они не получили поддержки и были сняты"1. Отметим, что сыграло свою роль и консервативное отношение очень многих пишущих к привычному письму, боязнь нововведений. Особенно не понравились первые четыре пункта проекта. 1 ноября 1964 г. газета "Известия" сообщила, что поскольку "...замечания, поступающие на проект "Предложений", относятся к одним и тем же вопросам, уже достаточно освещенным на страницах печати... редакции газет и журналов прекращают дискуссию".
Но Комиссия продолжала дальнейшее совершенствование проекта, предполагалась также подготовка двух сводов правил - пространного (для специалистов-филологов, работников издательств и т.п.) и краткого (для широкого круга пишущих).
В 1969 г. Комиссия прекратила свое существование после смерти ее председателя акад. В.В. Виноградова - вдохновителя работы.
В 1973 г. была организована новая комиссия под председательством акад. В.И. Борковского. Она составила новый проект, значительно "урезанный" по сравнению с проектом 1964 г. Но этот проект не был опубликован и не был представлен на широкое обсуждение.
Обсуждались лишь "Предложения..." 1964 г. Широкое обсуждение и публикации подготовившей эти предложения Комиссии оставили свой след в науке.
Во-первых, были опубликованы четыре сборника, названные выше. Кроме того, уже после прекращения дискуссии вышла в свет фундаментальная работа, выполненная по заданию Комиссии, - "Обзор предложений по усовершенствованию русской орфографии (XVIII - XX вв.)" (М., 1965). Ее осуществила в кратчайший срок группа сотрудников Института русского языка АН СССР, отв. ред. В.В. Виноградов. Интересна история создания этой книги. С момента начала работы Комиссии в Институт русского языка стали поступать письма с конкретными предложениями, что именно нужно изменить в нашем правописании. Пришло более 10000 писем. Ответить на каждое было невозможно. Поскольку же большинство их авторов в качестве "нововведений" часто предлагали то, что уже давно предлагалось и обсуждалось, решили ответить книгой, в которой каждое предложение рассматривалось бы в исторической перспективе (с указанием самого первого автора, внесшего его), а также обосновывалось со стороны его теоретической и практической полезности. Так и родился "Обзор...", в котором рассматриваются предложения по усовершенствованию орфографии за два века. Это историко-теоретическая работа непреходящей ценности. Нельзя не отметить, что ее библиография насчитывает более 1000 наименований.
Была подготовлена и научно-популярная книга "Письма об орфографии". Однако выход ее в свет задержался (в ее первом варианте, предложенном для печати, была показана недостаточная компетентность в вопросах правописания некоторых выступлений в "Литературной газете"). Книга вышла только в 1969 г. (авторы - Букчина Б.З. и др.).
Со времени выхода в свет "Предложений по усовершенствованию русской орфографии" прошло 25 лет. В долговременной памяти общества ярче всего сохранились воспоминания о том, что "злые змеи-горынычи" (так называл тогда членов Комиссии журнал "Крокодил") предлагали писать "заец" (вместо заяц). Между тем предложение писать "заец" было далеко не основным. Оно вошло в 14-й пункт проекта, где говорилось о снятии ряда частных исключений. Однако из "зайца" и пр. сделали своеобразную эмблему проекта в целом. В "Литературной газете" того периода больше всего было "трагических" публикаций о деде Мазае и его несчастных зайцах (с картинками).
Что еще сохранилось в воспоминаниях о содержании проекта 1964 г.? Это "отци" и "молодеж". Об этом в газете "Московские новости" от 13 ноября 1988 г. пишут два доктора наук. Статья была посвящена политической ситуации октября 1964 г. В ней говорилось о том, что благодаря смене руководства страны, "удалось спасти (выделено нами. - В.И.) русское правописание от нависшей над ним "реформы" - мы не пишем сегодня "заец", "молодеж", "отци""1.
Можно соглашаться или не соглашаться с предложениями Комиссии, но нельзя не отметить того факта, что они были достаточно серьезны (хотя и не все бесспорно удачны) и заслуживают того, чтобы их напомнить. Это важно и потому, что вопрос об усовершенствовании правописания не снят с повестки дня. "Правила русской орфографии и пунктуации" 1956 г. в значительной степени устарели, а в некоторых случаях даже разошлись с реальной письменной практикой.
"Предложения по усовершенствованию русской орфографии и пунктуации" 1964 г. предусматривали упрощение не только орфографии, но и пунктуации (что соответствовало названию проекта). Структурно проект распадался на три части:
Новые правила (сравнительно со сводом правил 1956 г.).
Правила 1956 г., подвергшиеся уточнениям или частичным изменениям.
Правила 1956 г., обсуждавшиеся в Комиссии, но оставшиеся без изменений.
Каждый пункт правил, как совсем новых, так и лишь уточняемых, сопровождался кратким объяснительным комментарием Комиссии. Подробный анализ всех правил можно найти в названном выше "Обзоре предложений по усовершенствованию русской орфографии" 1965 г.
Назовем конкретные пункты проекта 1964 г.
Часть I (новые правила) содержит 14 пунктов.
Оставить один разделительный знак ь: обьявление, сьезд и т.п.
После ц писать всегда и: циган, огурци, бледнолиций.
После ж, ш, щ, ч, ц писать под ударением о, без ударения - е: чорный, течот, окружонный, жжот, но чернеть, плачет, выжженный.
После ж, ш, ч, щ не писать ь: доч, стрич, спряч, навзнич и т.п.
Отменить чередования в корнях: зар-?зор-, раст-?рост-, гар-?гор-, плав-?плов- и т.д.: зоря, рости, возрост, предлогать, плавец, загареть (ибо зо?ри, рост, предло?г, зага?р), косаться и т.д.
Вместо двух суффиксов -инский и -енский писать только -инский: пензинский, преснинский, фрунзинский и т.п.
Вместо двух суффиксов -ец- и -иц- писать только -ец-: платьеце, пальтецо.
Отменить двойные согласные в иноязычных словах: тенис, корозия, асимиляция и т.п. (но: ванна, сумма и т.п.).
Упростить написание н - нн в причастиях: виденый мною, слышаный им, баюканый в колыбели, брошеный, рожденый, храненые особо (одно н в бесприставочных формах), но увиденный, услышанный, заброшенный, урожденный, сохраненный (два нн в приставочных формах).
Сочетание пол- (половина) с последующим родительным падежом существительного или порядкового числительного писать всегда через дефис: пол-метра, пол-восьмого и т.п.
Сложные существительные, начинающиеся с элементов вице-, унтер-, обер-, экс-, лейб-, штаб-, писать слитно: эксчемпион, унтерофицер, вицепрезидент, штабквартира и т.п.
Писать все частицы раздельно: кто нибудь, где либо, скажи ка и т.п.
Допустить факультативные написания флексий существительных: о Василии - о Василие, на линии - на линие, о здании - о здание.
Изъять исключения:
1) писать жури, брошура, парашут;
2) устранить исключения в передаче уменьшительного суффикса, обычно передаваемого как -еньк-: писать заенька, паенька, баеньки;
3) писать: а) достоен, б) заец, заечий;
4) писать деревяный, оловяный, стекляный.
Часть II (частично измененные и уточненные правила) затронула такие вопросы:
Гласные ы - и после приставок.
Слитные, раздельные и дефисные написания:
а) написание отрицания не;
б) правописание наречий.
Прописные буквы.
Правила переносов.
Пунктуация.
Принципиально новое из того, что было внесено в этот раздел, - это введение вариантных написаний. Разрешалось писать предысторический и предисторический, безындукционный и безиндукционный и т.п.; а в наречиях - до смерти и досмерти, в струнку и вструнку, в охапку и вохапку, за глаза и заглаза и т.п.
В этом разделе продолжалась линия, намеченная в первом разделе (вариантность: о Василии - о Василие).
Вариантность указанных орфограмм "не решается" контекстом (как, например, это бывает с отрицанием не). Это чистая вариантность, в принципе нежелательная для орфографии. Данный момент в "Предложениях...", конечно, был очень спорен, но при обсуждении проекта он не был замечен.
Исследования последующих лет показали, что решения, принятые в проекте по упрощению трудных правил орфографии, а также серьезно обсуждавшиеся в Комиссии (часть III), не всегда были "лучшими". Это можно утверждать, например, в отношении правописания н - нн1, а также в отношении сложных прилагательных. В Комиссии рассматривалось предложение все прилагательные, первый компонент которых оканчивается на соединительную гласную, писать во всех случаях слитно, но оно было отвергнуто, поскольку появилось бы большое количество графически длинных, неудобочитаемых и трудно осмысляемых слов (было бы легко писать, но трудно читать). Удачное решение было найдено в 70-х гг.1
В русском письме (и в орфографии, и в пунктуации), как и в письме всех народов вообще, часто возникают новые правописные ситуации. Появляются новые слова, возникают новые синтаксические конструкции и т.п., требующие своего оформления. И тогда рождаются новые приемы оформления возникающих в языке правописных ситуаций: они складываются то на основании подравнивания к существующим моделям, то на основании счастливых находок и открытий (на основании языкового сознания пишущих). Пунктуация, как известно, вообще складывалась под пером писателей и в искусстве типографских мастеров. Правила пунктуации выводились из практики. Сейчас практика нашла много приемов и в оформлении слов, и, еще больше, в оформлении синтаксических конструкций.
Такого нового, не охваченного "Правилами..." 1956 г., сейчас накопилось много, и перед языковедами стоит задача - обобщить и осмыслить новый орфографический материал.
Нельзя сказать, что такая работа не ведется. Исследования постепенно накапливаются. Новые правописные тенденции отражают также словари и справочники (особенно для работников печати). Но вся эта работа нуждается в целенаправленном упорядочении, поскольку не только в пособиях, написанных отдельными авторами, но даже и в словарях рекомендации не всегда однозначны.
Необходимо все это "уединообразить". Такая координационная работа подвластна лишь компетенции Института русского языка АН СССР.
В настоящее время при Институте русского языка начала работу новая Орфографическая комиссия под председательством акад. Д.Н. Шмелева.
2. Состав и особенности современно русского алфавита. Основные и второстепенные значения букв.
АЛФАВИТ
Алфавит - это совокупность расположенных в определенном порядке графических знаков - букв, которыми пользуются при письме на том или ином языке. Слово алфавит составлено из названий двух первых букв греческого алфавита: "альфа"
и "вита"1. Отсюда: алфавит. Таким же способом составлено русское слово азбука. Первая буква русского алфавита А по-старому называлась "аз", вторая - "буки", отсюда: аз-бука.
1. Кириллица и ее постепенное изменение
Современный русский алфавит является модификацией древнейшей славянской азбуки, называемой кириллицей. Для того, чтобы лучше понять состав современного алфавита и оценить его, нужно представлять себе изменения в составе букв кириллического алфавита.
Кириллица была составлена в конце IX в. для перевода греческих богослужебных книг на славянский язык. На основе кириллицы развилось болгарское, древнерусское и сербское письмо2.
На Руси эта азбука получила широкое распространение с конца X в. после официального введения христианства (988 г.). Богослужебные книги пришли к нам из Болгарии. Позднее (примерно к XIV в.) древнерусский язык распался на русский, украинский и белорусский языки. Все три народа - русские, украинцы и белорусы - пользуются азбуками, в основе которых лежит кириллица. На основе современного русского алфавита строятся алфавиты и ряда других народов Советского Союза.
В основу кириллицы было положено греческое унциальное3 письмо торжественных книг. Кириллица состоит из 43 букв, 24 из которых заимствованы из греческого унциала.
Кириллица состоит только из заглавных букв единого шрифта (впервые две разновидности букв - прописные и строчные - ввел Петр I в образце азбуки 1710 г.).
В греческом языке не было многих звуков, имеющихся в славянских языках, - не было, естественно, в греческом письме и соответствующих букв. Поэтому в кириллицу применительно к особому звуковому составу старославянского языка было введено 19 новых, частично заимствованных из других алфавитов (ш, ц), а частично и специально созданных для этого букв (в табл. отмечены знаком *).
1 В греческом алфавите не имелось буквы Б (в таком начертании), но звук /б/ в греческом языке был: его обозначала буква В (бета). По своему начертанию эта буква совпадает со славянской (веди), обозначающей звук /в/. В позднем греческом письме буква В читалась как /в/.
За более чем тысячелетнее существование кириллицы у восточных славян в русский алфавит введены всего лишь три новые буквы - й, э (оборотное) и ё (йо).
Буква й была введена Академией наук в 1735 г.
Буква ё впервые применена в 1797 г. Н.М.Карамзиным в альманахе "Аониды" (взамен применявшегося в XVIII в. лигатурного знака1 ), но впоследствии в русском письме не закрепилась: употребление буквы ё в современном письме не обязательно.
Буква э является перевернутым кириллическим . В современной форме она узаконена Петром I, но употреблялась в русском письме и ранее.
В.К. Тредиаковский утверждал, что буква э началась еще с повреждения кириллицы. На употребление буквы э в ранних рукописных памятниках (XIII - XIV вв.) указывает известный русский палеограф Е.Ф. Карский2.
Буква я - тоже не новая буква, это графическое видоизменение буквы .
То, что кириллица и по сей день хорошо отвечает звуковому составу русского языка, объясняется, с одной стороны, не столь резким расхождением звукового состава русского и старославянского языков, а главное - талантливым составлением кириллической азбуки: при ее создании был тщательно учтен звуковой (фонемный) состав славянской речи.
В кириллицу вошли семь греческих букв, уже изначально ненужных для передачи звуков славянского языка. Это: (омега), (кси), (пси), (фита), (ижица); а также в ней было по две буквы для обозначения звуков /з/ и /и/: для /з/ - (зело) и (земля), для /и/ - (и) и (иже). Двойное обозначение одного и того же звука было излишним. Буквы эти были включены в кириллицу для обеспечения правильного произношения греческих звуков в заимствованных славянами греческих словах. Однако в заимствованных словах даже греческие звуки произносились на славянский лад. В связи с этим отпала необходимость в употреблении перечисленных букв, и при реформах русского письма они постепенно исключались из алфавита (подробнее о порядке исключения этих букв при соответствующих реформах см. гл. 7, ї 31).
Буква ? (омега) обозначала в греческом письме долгий звук /?/, в отличие от краткого греческого /?/, обозначаемого буквой (омикрон) [в кириллице греческой букве ? (омикрон) соответствовала буква ? (он)]. Но поскольку русский язык не знает долготы и краткости гласных, в русском письме буквы (он) и ? (омега) совпали по звуковому значению (ср.: , ). Чаще всего "омега" в русском письме применялась с надписанной над ней буквой "твердо" для обозначения предлога от - ).
Буквы (кси) и (пси) служили в греческом письме для обозначения характерных для греческого языка звуковых сочетаний /кс/ и /пс/. В русском языке буквы "кси" и "пси" употреблялись в редких случаях, причем исключительно в заимствованных словах, например: и т.п.
Букву (фита) в русском письме употребляли в словах греческого происхождения на месте греческой буквы ? (тэта), например: . Греческая буква ? (тэта) обозначала придыхательный звук /th/. Но поскольку в русском языке соответствующего звука не было, то буква (фита) совпала по звуковому значению с буквой (ферт) и стала ненужной.
Буква (в кириллице - "земля", в греческом алфавите она называлась "дзета") служила в греческом письме для обозначения аффрикаты //; буква (зело) в греческом письме отсутствовала и в кириллический алфавит была введена для передачи славянского звука /з/. В русском языке буквы "земля" и "зело" совпали по звуковому значению, и одна из них стала излишней.
Буква (в кириллице - "иже", в греческом алфавите она называлась "эта"1) обозначала в греческом письме долгий звук /?/, в отличие от буквы ? (эпсилон), обозначавшей краткий звук /?/; буква (и) соответствовала греческой букве ?, именуемой "йота", которая обозначала в греческом письме звук /и/. В русском же письме буквы и совпали в значении /и/. Позднее кириллическую букву (и) стали называть "и десятеричное", а букву (иже)2 - "И восьмеричное" в соответствии с их цифровыми значениями3.
Буква (в кириллице - "ижица", в греческом алфавите она называлась "ипсилон" и обозначала звук /Э/) использовалась для передачи греческого "ипсилона" в заимствованных из греческого языка словах (например, ); в русском письме она стала смешиваться с буквами , , . Вместо буквы "ижицу" устойчиво писали только в слове (благовонная мазь).
Наряду с перечисленными греческими буквами, ненужными для передачи звуков славянской речи, в кирилловском алфавите имелись еще четыре совершенно особые буквы. Это четыре "юса": (юс малый), (юс большой), (юс малый йотированный), (юс большой йотированный). "Юсы" были введены в кириллицу специально. Они применялись для обозначения славянских носовых гласных. Но у восточных славян - к моменту прихода письменности - носовых гласных уже не было1.
Примерно к началу XIII в., не обозначая особых фонем, "юсы" постепенно вышли из употребления (кроме - "юса малого", который, по мнению Е.Ф. Карского, преобразовался в букву я), однако в XIV - XV вв. во время так называемого второго южнославянского влияния они временно вновь появились в русском письме.
Со временем стала ненужной и буква (ять). Буква обозначала в древнерусском языке дифтонг //, а также долгий закрытый звук /?/, который впоследствии (к XVII - XVIII вв.) в литературном языке совпал со звуком /е/. Так в алфавите оказалось две буквы ( и е) для обозначения одного и того же звука (одной фонемы). Одна из букв, естественно, стала лишней: буква (ять), поскольку исчез именно тот звук (фонема), который обозначала эта буква. Тем не менее буква продержалась в русской азбуке до 1917 - 1918 гг.
Очень важным было также изменение в значении и применении кириллических букв ъ (ер) и ь (ерь). Первоначально эти буквы служили: ъ - для обозначения редуцированного (т.е. ослабленного) глухого гласного, близкого к /о/, а ь - для обозначения редуцированного глухого гласного, близкого к /э/. С исчезновением слабых глухих гласных (этот процесс называют "падением глухих") буквы ъ и ь получили иное значение.
Так на основе кириллической азбуки постепенно складывался состав современного русского алфавита.
Приемы и правила употребления "лишних" и дублетных с фонологической точки зрения букв кириллицы составили особую страницу в истории русской орфографии.
Излишние для передачи фонемного состава славянской речи согласные буквы были включены в кириллицу, как сказано выше, для обеспечения правильного произношения греческих звуков в заимствованных славянами греческих словах. На начальном этапе заимствования, вероятно, это имело какой-то смысл, впоследствии, однако, утерянный.
Правда, в славянской и русской письменности дублетные буквы (а также графические вариации отдельных букв) использовались иногда с особой "нагрузкой": с их помощью могли обозначаться звуковые оттенки и отдельные просодические (интонационные) явления.
В древних грамматических сочинениях описание подобных случаев употребления отдельных букв и надстрочных знаков являло собой приемы правописания, которые менялись в русском письме. Активность употребления "лишних" букв подвергалась и внешним воздействиям. Так, во время второго южнославянского влияния уже "малоактивные" буквы "фита", "ижица", "кси", "пси" стали широко использоваться в словах, заимствованных в подражание греческим оригиналам. Именно в это время было придумано, например, дожившее до реформы 1917 - 1918 гг. чисто условное правило, согласно которому букву нужно было писать перед гласными, а букву и - перед согласными.
На протяжении всей истории русской орфографии происходила борьба с "лишними" буквами, увенчавшаяся частичной победой при реформировании графики Петром I (1708 - 1710 гг.) и окончательной победой при орфографической реформе 1917 - 1918 гг.
Следует отметить, что борьба эта не всегда была достаточно обоснованной по отношению к русскому письму. Так, М.В. Ломоносов считал лишней букву э (оборотное). Он даже не включил ее в свою азбуку, комментируя это следующим образом: "Вновь вымышленное или, справедливее сказать, старое е на другую сторону обороченное, в российском языке не нужно, ибо... буква е, имея несколько разных произношений, может служить и в местоимении етотъ и в междуметии ей"1. Несмотря на авторитет Ломоносова и активность в "истреблении" буквы э, эта буква в алфавите осталась.
Выступая против буквы э, Ломоносов был прав и неправ. Против буквы э можно было возражать, но не в этот период времени. В древнерусском письме того периода, который предшествовал смягчению полумягких согласных, буква обозначала самостоятельную фонему /э/ после полумягких (фонематически твердых) согласных. После мягких согласных для обозначения той же фонемы употреблялась буква . Буква употреблялась и для обозначения сочетания фонемы йот с /э/ (например, в начале слова). С перестройкой фонематических отношений после смягчения полумягких буква , "оставшись на месте", стала обозначать фонему /э/ после мягких согласных. Буква утратилась. К букве отошла и функция буквы обозначать /э/ с предшествующим йотом. Так появилась необходимость в букве, которая обозначала бы /э/ без предшествующего йота. Этой буквой стала буква э.
В советский период отрицательно относился к букве э Н.Ф. Яковлев (1928 г.), но предложение отмены буквы э явилось у него логическим продолжением определенных, фонологически оправданных алфавитных преобразований (см. ї 4).
В абсолютном начале слова, а также после гласных буква э обозначает /э/ без предшествующего йота, например: эра, эллин, этика; поэт, маэстро, статуэтка и т.д.
2. Названия и начертания букв современного алфавита
В процессе развития, совершенствования нашего письма изменились и названия букв. Старые кириллические названия "аз", "буки", "веди" и т.д. в XVIII в. были устранены и вместо них приняты названия "а", "бэ", "вэ" и т.д. Такие названия дали буквам римляне. Заимствуя греческий алфавит, они отказались от длинных греческих названий: "альфа", "бета", "гамма", "дельта" и т.д. - и вместо них ввели собственные, стараясь называть буквы по возможности короче. Они стремились лишь к тому, чтобы название буквы указывало на соответствующий этому названию звук.
Это было почти революцией в обучении чтению и письму, если учесть, что раньше учили читать, складывая названия букв: "бета" + "альфа" = ба. (Звуковой метод обучения чтению принят не так давно. На Руси учили читать так же: "буки" + "аз" = ба. Вспомните сцену обучения грамоте маленького Алеши Пешкова у М.Горького в повести "Детство".)
Краткие латинские названия букв ("а", "бэ", "вэ" и т.д.) значительно меньше мешали при обучении чтению, и именно они были со временем у нас приняты.
Если названиями букв кириллического алфавита - по традиции названий букв древних алфавитов - в большинстве случаев служили знаменательные слова, лишь начинающиеся с соответствующих звуков ("аз" - /а/, "буки" - /б/, "веди" - /в/, "глаголь" - /г/ и т.д.), то в современном русском алфавите названия букв, по римскому образцу, незнаменательны и указывают лишь на качество обозначаемого буквой звука.
Названия "аз", "буки", "веди" и т.д. употреблялись, наряду с названиями типа "а", "бэ", "вэ", еще и в XIX в., а также и в начале XX в. Окончательно победили краткие названия букв лишь в советское время.
Как видно из таблицы (см. с. 19), каждая буква представлена в четырех вариантах: приводятся две прописные (большие, заглавные) буквы - печатная и рукописная и две строчные (малые) буквы - печатная и рукописная. Эти "варианты" букв (а точнее, именно сами буквы) в научной литературе принято называть "аллографами" одной и той же "графемы". Графема - это, таким образом, абстрактная единица алфавита, имеющая четыре формы выражения, например: А а, 1.
Современный русский алфавит
1 Русских слов с начальным ы (кроме названия буквы ы и лингвистических терминов "ыкать", "ыканье") нет, но средствами русской графики могут передаваться иноязычные названия, например: Ындин, Ыныкча?нский, Ытык-Кёль и др. Поэтому в русском языке есть и строчная, и прописная буква ы.
Кроме того, буквами ъ, ы, ь после точки могут начинаться предложения. Например: "Ь указывает на то, что..." (Петерсон М.Н. Система русского правописания. М., 1955. С. 25.).
Название буквы - это и название графемы, точнее, название графемы - это и название буквы.
Поскольку "графему нарисовать нельзя, можно нарисовать лишь аллограф"1, то последовательная таблица русских графем имеет следующий вид.
Русские графемы2Номер
графемы Название Номер
графемы Название Номер
графемы Название
1 а 12 ка 23 ха
2 бэ 13 эль 24 цэ
3 вэ 14 эм 25 че
4 гэ 15 эн 26 ша
5 дэ 16 о 27 ща
6 йэ 17 пэ 28 йэр
7 йо 18 эр 29 ы
8 жэ 19 эс 30 йэрь
9 зэ 20 тэ 31 э
10 и 21 У 32 йу
11 и краткое 22 эф 33 йа
В представленной таблице, составленной Т.М. Николаевой, некоторые названия графем даны не по современным графико-орфографическим нормам, а как бы транскрипционно. Это названия "йэ", "йо", "йэр", "йэрь", "йу", "йа". Написание "йэ" вместо "е" позволило автору отказаться от употребления слова "оборотное" при названии "э".
3. Современные названия русских букв (графем)
Названия букв очень существенны в системе письма. По названиям букв читаются аббревиатуры; важно учитывать названия букв при формулировке орфографических правил; нужно, чтобы и в школьных учебниках указывались те названия букв, которые отвечают общей теории письма.
Важно установить не только единые названия букв, но и единообразное написание названий букв, поскольку есть особые слова, созданные из названий букв.
Современные названия букв разделяются на два типа: комплексные и индивидуальные. Комплексными можно считать названия букв, обозначающие целые классы звуков (фонем), объединенных в группы с одним общим признаком, например: буквы гласных звуков, буквы согласных звуков [или, иначе, буквы, обозначающие гласные звуки (фонемы); буквы, обозначающие согласные звуки (фонемы)].
Рассмотрим сначала комплексные названия.
Не только в учебной, но и в научной литературе пользуются терминами "гласные буквы", "согласные буквы". Они, конечно, неточны, что отмечалось в литературе (например, Д.Н. Ушаковым, В.А. Богородицким), но экономны1. В строгих научных текстах употребляют и более точные наименования. Так, В.А. Богородицкий использовал описательный термин "буквы согласного звука" и т.п., И.А. Бодуэн де Куртенэ - аналогичное название, а именно "графемы гласных".
Для части русских букв (а именно для ж, ш, ч, щ) есть еще одно комплексное название - "шипящие". Правильнее называть шипящими звуки /ж/, /ш/, /ч/, а не буквы. Название "шипящие" дано этим звукам по создаваемому ими акустическому впечатлению, но "по смежности" перенесено и на буквы. Во всех современных сводах орфографических правил находим формулировки типа: "Гласные после шипящих и ц" (при этом под гласными имеются в виду буквы)2.
Непосредственно указывается само слово "буквы" при описании орфограмм в школьном учебнике: "Буквы и, у, а после шипящих"3, "Буквы ё - о после шипящих в корне"4.
В школьных учебниках специально не оговаривается, что шипящими называются не только звуки, но и буквы, их обозначающие, однако это название практически широко употребляется, и оно удобно. Хотя и с оговоркой, это название употреблял уже Я.К. Грот. Он писал об этих буквах как о "так называемых шипящих буквах ж, ш, ч, щ"5.
Более точные описательные названия букв ж, ч, ш, щ (такие, например, как "буквы, обозначающие шипящие звуки", "буквы для шипящих" или "буквы шипящих") употребляются редко.
Название "шипящие" (для букв) образовано по тому же типу, как образованы названия "гласные" и "согласные" буквы, т.е. по смежности.
Конечно, не следует слишком злоупотреблять "переносными" со звуков на буквы названиями, как это иногда встречается. Так, М.Н. Петерсон пишет о "написаниях сонорных согласных",
о "написаниях глухих согласных", о "написаниях звонких согласных"1.
Как образец правильного употребления названий букв приведем их названия в книге Р.И. Аванесова "Русское литературное произношение" (М., 1984): буквы гласных, буква гласного а (и т.п.), буквы согласных, буквы сонорных, буквы звонких согласных, буквы глухих согласных; буквы (например, б, м), на месте которых произносятся твердые согласные; буквы (например, б, м) на месте которых произносятся мягкие согласные; буквы твердых шипящих ш, ж и т.п. (см. таблицу "От буквы к звуку" на с. 277 - 328 указ. кн.).
В школьном учебнике буквы, обозначающие согласные звуки, называются согласными буквами. Это б, в, г, д, ж, з, и, к, л, м, н, п, р, с, т, ф, х, ц, ч, ш, щ (21 буква). Буквы, обозначающие гласные звуки, называются гласными буквами. Это а, е, ё, и, о, у, ы, э, ю, я (10 букв).
Буквы ъ и ъ звуков не обозначают. Поэтому в некоторых пособиях их называют безгласными. Название "безгласные" есть уже у М.В. Ломоносова (1755 г.). Первым обратил внимание на отсутствие собственного звукового значения у букв ъ и ъ Мелетий Смотрицкий (1619 г.).
В ряду комплексных названий букв с элементами "гласные" ("гласные", "согласные", "безгласные") стояло и название "полугласная", которое долгое время было принято для буквы й2. В действующем школьном учебнике эта буква включена в класс согласных - соответственно она больше не называется полугласной (о ее индивидуальном названии см. ниже).
Перейдем к рассмотрению индивидуальных названий букв, объединяя сходные названия в группы.
Названия гласных букв
1. Названия, состоящие из одного звука: "а", "и", "о", "у", "ы"3, "э".
Это названия букв, обозначающих соответствующие гласные: здесь буквы называются тем звуком, который они обозначают.
Обратим внимание на то, что название буквы э в действующем школьном учебнике дано без сопровождающего его слова "оборотное". Это для школы - новшество, к тому же не во всех школьных пособиях еще принятое. Так, в школьном Орфографическом словаре (Д.Н. Ушакова и С.Е. Крючкова) сохраняется название "э (оборотное)".
К снятию слова "оборотное" следует отнестись положительно. Еще Я.К. Грот писал: "Относительно э и е я нахожу, что к названию первой совершенно излишне присоединять эпитет оборотное, если вторая, сообразно с названиями других дифтонгов, будет называема йэ, а не э"1. Если вместо е (в современном начертании) употреблялось бы древнерусское начертание , то внутренняя форма названия "э (оборотное)" применительно к букве э была бы более понятна.
Поясняющее слово "оборотное" при названии буквы э дается в современных пособиях чаще в скобках, но внутренняя его форма сейчас, действительно, настолько стерта, что сама собой наметилась явная тенденция вообще не употреблять этого слова в названии буквы. Так, без этого слова употреблено название буквы э в качестве заголовка к ї 8 - 9 "Правил русской орфографии и пунктуации" (1956 г.), излагающим правила употребления этой буквы. Подобное употребление встречается и в специальных лингвистических работах.
2. Названия, состоящие из двух звуков - гласного и предшествующего ему согласного звука йот: "я" /йа/, "ю" /йу/, "е" /йэ/, "ё" /йо/.
Эти буквы называют еще (также по смежности с обозначаемыми ими звуками, поскольку одна из их функций - обозначать "йот + гласный") йотированными (или йотованными) гласными буквами.
Йотированные буквы я, ю, е, ё могут обозначать соответствующий гласный звук и без предшествующего йота (ср.: мята, любовь, лето, вёсла), и в сочетании с йотом (яма, юг, ель, ёж). Поскольку в первом случае буквы я, ю, е, ё сигнализируют о чтении предшествующей согласной буквы как такой, которой обозначается мягкий согласный, эти буквы называют "смягчающими". Буквы же я, у, э, о соответственно называют "несмягчающими". Названия эти, конечно, неточные, метафорические, сами буквы я, ю, е, ё ничего не смягчают: буквы из обоих приведенных рядов лишь сигнализируют об определенном чтении предшествующих букв, обозначающих употребление в слове либо твердых, либо мягких согласных (из числа парных по твердости-мягкости)2. При этом в ряд так называемых "смягчающих" букв включается еще буква и, а в ряд "несмягчающих" - ы.
В связи с функцией йотированных букв обозначать "йот + гласный" следует еще раз обратиться к букве и. В ее названии нет предшествующего йота (буква называется просто "и"): название состоит из одного звука (поэтому оно отнесено нами к первой группе), но в отличие от всех остальных букв первой группы (а, о, ы, э), обозначающих только тот звук, которым они называются, буква и может обозначать не только /и/ без предшествующего йота (как, например, в словах лиса, караси), но и /йи/. Как правило, сочетание йота с /и/ произносится после разделительного знака. Ср.: воробьи, ручьи - воро/б'йи/, руч/йи/.
Таким образом, буква и может обозначать /и/ без предшествующего йота, а также /и/ с предшествующим йотом, чем она и отличается от других букв первой группы.
Итак, для обозначения сочетаний "йот + гласный" употребляются особые буквы: я, ю, е, ё, но буква и выполняет эту функцию как бы "по совместительству". Я.К. Грот заметил по этому поводу: "Редко встречающийся двоегласный йи... может обойтись без отдельного знака"1.
Названия согласных букв
3. Названия букв для обозначения согласных, состоящие из соответствующего твердого согласного звука в соединении с последующим гласным /э/: "бэ", "вэ", "гэ", "дэ", "жэ", "зэ", "пэ", "тэ", "цэ".
К ним примыкает название "че", хотя оно состоит из мягкого согласного звука с последующим гласным /э/.
Звуковые сочетания /бэ/, /вэ/ и т.д. передаются на письме по-разному: в одних пособиях и словарях последовательно пишут названия букв с э, т.е. "бэ", "вэ", "гэ", "дэ" и т.д. (это более распространено), в других - с е, т.е. "бе", "ве", "ге", "де" и т.д.2 Иногда для некоторых букв приводятся два названия ("бэ" и "бе") и т.п.
Так, в частности, в семнадцатитомном Словаре современного русского литературного языка двойные названия букв приведены только для букв б, г и некоторых других. Но для буквы в указывается только название "ве", для д - только название "дэ". Для буквы п в этом же словаре указывается название "пэ", а о названии "пе" говорится, что оно устарело. При этом неясно, имеется ли в виду, что устарело написание "пе" или
устарело произношение /п'э/, ибо тут же указывается еще третье название для буквы п: "просторечн. п". В последнем случае должно было бы иметься в виду произношение звука /п/, поскольку просторечных написаний не бывает, но говорится именно о названии буквы п.
Названия "бэ", "вэ" (с произношением твердого согласного звука) сложились под влиянием произношения названий букв латиницы. Названия латинских букв пишутся, естественно, с е: "ве", "се", "е" и т.д. (в латинице нет буквы э), но произносятся они с твердым согласным звуком - в латинском языке соответствующие согласные только твердые. Поскольку же мы сохраняем "заимствованное" произношение, то для непременной передачи такого произношения целесообразнее было бы всегда писать "бэ", "вэ", "гэ", "дэ" и т.д. В школьном учебнике все эти названия и пишутся уже с буквой э.
Произношение с твердым согласным звуком: /бэ/, /вэ/ и т.д. - укрепилось в современном языке, кроме наименования "че", поскольку звук /ч/ всегда мягкий и твердой пары не имеет. Даже тогда, когда по традиции сохраняются написания "бе", "ве", "ге" и т.д., их нужно читать как /бэ/, /вэ/, /гэ/ и т.д. Название буквы ч пишется в школьном учебнике с е: "че".
Поскольку принципиально важно все же подсказать читающему литературное произношение названий букв: /бэ/, /вэ/, /гэ/ и т.д., названия букв в качестве русских слов, которые всегда следует писать с буквой э, целесообразно было бы включить в ї 8 - 9 о букве э "Правил русской орфографии и пунктуации": во-первых, для "уединообразия" написаний названий букв; во-вторых, для достижения единства в написании слов, образованных из названий (и от названий) букв, и, в-третьих, для "подсказки" произношения названий букв и слов, образованных из названий букв. Их пишут по-разному: петеушник и пэтэушник, фезеушник и фэзэушник и т.п. Такие сведения очень нужны: далеко не ко всем словам, "этимология" которых восходит к названиям букв, в словарях дается справка, как их нужно произносить.
По-разному пишутся названия букв и в литературных текстах, например: три ре (сокращенно - три рубля), но Он букву "рэ" не говорит.
Названия букв входят в инициальные псевдонимы и имена, причем также пишутся по-разному. Ср.: имя персонажа из "Гранатового браслета" А.И. Куприна - Пе Пе Же и прозвище Вээн Владимира Николаевича в "Каникулах Кроша" А. Рыбакова.
Имеются колебания в употреблении букв э и е после ж, ц в названиях этих последних букв: пишут то "же", "це", то "жэ", "цэ". Хотя для чтения (произношения) это не имеет значения (поскольку /ж/ и /ц/ всегда твердые в литературном русском языке), тем не менее было бы желательно единообразие в написаниях. В школьном учебнике для 4-го класса дано "жэ", "цэ".
4. Названия букв для обозначения согласных, состоящие из соответствующего согласного звука в соединении с последующим гласным /а/: "ка", "ха"1, "ша", "ща".
Эти названия имеют в разговорном языке некоторую тенденцию к выравниванию по образцу типа "бэ", поскольку названий с последующим /а/ только четыре, а названий с последующим /э/ - девять. Так, в Словаре сокращений русского языка (М., 1977) зафиксировано как рекомендуемое и общепринятое чтение аббревиатуры ШКМ как "ше-ка-эм" (вместо "ша-ка-эм"). Ср. также: США - "сэ-шэ-а", ПВХО - "пэ-вэ-хэ-о".
5. Названия букв для обозначения согласных, состоящие из соответствующего согласного звука в соединении с предшествующим ему гласным /э/: "эль", "эм", "эн", "эр", "эс", "эф".
В приведенных здесь названиях, кроме "эль", согласный звук твердый. Официальное название буквы "эль" отличается от аналогичных тем, что в нем соответствующий согласный звук мягкий. Оно восходит к названию буквы l в латинском алфавите, где для него было фонетическое оправдание, поскольку этот звук в латинском языке был только полумягким. В русском же языке есть соответственно и мягкий согласный звук /л'/, и твердый согласный звук /л/. Поэтому некоторые языковеды считают, что, так же как и другие буквы (м, н и т.д.), служащие для обозначения и твердых и мягких согласных звуков (ср.: мох и мех, нос и нёс и т.д.), букву л (ср.: лось и лес) можно было бы называть не "эль", а "эл", тем более что любая другая буква, стоящая перед другой согласной буквой и обозначающая согласный звук, без дополнительных знаков обозначения мягкости чаще обозначает именно твердый звук, ср.: конфета (с твердым согласным /н/) и пенсия (со звуком /н'/). Случаев типа пенсия, когда согласная буква обозначает мягкий согласный (без дополнительных знаков, сигнализирующих о мягкости согласного звука), значительно меньше. Впрочем, это последнее положение на букву л не распространяется: буква л без знака мягкости звука /л'/ не обозначает (кроме случаев с удвоением букв: иллюзия, гулливый).
В школьной традиции буква л устойчиво называется "эль", однако, например, в Словаре современного русского литературного языка (в 17 т.) для нее указываются два наименования: "эл" и "эль".
Следует отметить, что при практическом использовании названия этой буквы чтение (произношение) ее колеблется: при чтении аббревиатур, образованных по названиям букв, типа ДЛТ (Дом ленинградской торговли), ВЛКСМ, ЛГУ (Ленинградский государственный университет) и т.п., чаще произносят название этой буквы с твердым согласным: "дэ-эл-тэ", "вэ-эл-ка-эс-эм", "эл-гэ-у" и т.п.1
При использовании названия буквы л в печатных текстах также заметно движение от "эль" к "эл". Так, в журнале "Октябрь" (1969. N 9. С. 85) сообщается, что в Британском музее за литерой "эл" под N 13 занимался В.И. Ленин. Такие факты говорят о стихийном процессе выравнивания типовых названий букв.
Уже и в учебниках для школы в таблицах названий букв имеется название "эл". Например, в учебнике Бабайцевой В.В., Чесноковой Л.Д. "Русский язык. IV - VIII классы: Пробный учебник" (М., 1988).
Некоторые названия букв типа "эс" при произношении буквенных аббревиатур иногда подравниваются говорящими под более многочисленные названия букв типа "бэ" (в русском алфавите 13 названий с последующим гласным и только 6 с предыдущим гласным).
Особенно подвержено такому подравниванию название буквы "эф", например, в слове фэзэушник, а также в аббревиатурах ФЗУ, ФБР, ФРГ.
Кроме процесса выравнивания названий букв, в замене "эф" на "фэ" можно усмотреть также стремление к произношению открытых слогов. Ср.: просторечное произношение "рэ-сэ-фэ-сэ-рэ" (РСФСР), а также невольное деление на открытые слоги в произношении: "э-рэ-сэ-фэ-сэр" (строго буквенное произношение "эр-эс-эф-эс-эр" затруднительно).
Стремление к открытости слога и к унификации названий букв обнаруживается и в частом искажении названий букв. Так, например, аббревиатуры МНРП, ВМС даже дикторы радио и телевидения произносят иногда с "мэ" и "нэ", хотя такое произношение, конечно, не нормативно2.