Северюхин Олег Васильевич: другие произведения.

Квази-мо

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Действие происходит в легкоузнаваемом вымышленном государстве Богославия. Учителю английского языка в средней школе Алексею не везет на работе и в личной жизни. В один из самых неудачных дней он написал письмо отчаяния в Кремль, расстался с любовницей и подрался с милиционером. От суда его спас неизвестно откуда взявшийся адвокат по имени Люций Фер. Алексей своей кровью подписал контракт о том, что продает свою душу и получает за это возможность достигать успеха в тех делах, которые он будет делать сам. Алексей за счет своей природной смекалки открыл собственное дело и стал успешным предпринимателем. Все, кто пытался встать на его пути или угрожали ему, заболевали синдромом Квазимодо, то есть становились уродцами, похожими на звонаря Квазимодо в соборе Парижской Богоматери. Алексей успешно участвовал в переговорах по "Северному потоку" и имел столкновение с шведской военной разведкой. Теневые политики решили использовать безграничные возможности Алексея и предложили ему стать президентом Богославии


   Глава 1
  
   - Как быть и что делать? - мучительно думал я. - Вся жизнь прошла, а я ещё ничего не совершил и не стал никем. Куда ни посмотрю, везде одни таланты и удачливые люди. Вот этот стал артистом, подражает чужим голосам и все рады посмеяться над тем, что он пародирует кого-то узнаваемого, а не их. Даже те, кого пародируют, уже знамениты тем, что их знают и узнают в любом состоянии. Что они, лучше меня? Да нет же, это я намного способнее, но никак не могу никуда пробиться. Что сделать, если у меня нет никакой лапы? Родился в рабочей семье. Воспитание рабоче-крестьянское. Образование многоступенчатое. Сначала ясли. Потом детский садик, где нас учили вместе писать в горшки и играть на площадке, изображая дружную семью, хотя мне хотелось стукнуть Галку лопаткой по спине, потому что у неё получались ровненькие и красивенькие кулички, а у меня песок всё время разваливался, и выпуклый рисунок почти был не виден. Даже здесь мне не везло.
   Мне говорили, - ты посмотри, как она делает, и у тебя будет получаться точно также.
   - А чего это я буду учиться у неё? - размышлял я. - Я и без этого умный. Я лучше займусь чем-нибудь другим. Вот, пойду и буду качать забор. Ума не надо, а если сила есть, то и забор уронить можно.
   - Леша, - говорили мне, - оставь в покое забор, иди сюда и покачайся на доске со Славиком.
   - Как же, - говорил я себе, - пойду я качаться на доске со Славиком. Я его поднимаю высоко-высоко, и он визжит от восторга, а меня он чуть-чуть приподнимёт и уже ждёт, когда я буду поднимать его конец доски. Что я, должен тебя развлекать? А почему ты не делаешь половину той работы, что делаю я? Не пойду я с тобой качаться.
   Я ничего этого не говорил вслух и продолжал раскачивать забор. Забор был крепкий, и это злило меня. Меня злило и то, что согруппники смеялись надо мной. Не подсмеивались, а смеялись. И всё потому, что я не вступал в драки для того, чтобы завладеть понравившейся игрушкой. Если ты не дерёшься, не разбиваешь ближнему своему в кровь его лицо, то тебя начинают считать слабаком и с детства перестают уважать. Ну, как же можно бить человека по лицу?
   Я не дрался и потому, что боялся. Боялся с детства. Мой отец был достаточного крутого нрава и за мои маленькие детские провинности таскал меня то за волосы, то за уши. И я с детства боялся боли, боялся наказания и не делал то, что должен был делать любой человек. Хотя, как я думаю, если бы я делал то, что считается нормальным, то у меня постоянно были бы сбиты костяшки на кулаках и многие люди умывались кровью, начиная меня уважать. Но я не хотел такого уважения.
   Молодые годы как-то быстро закончились и не оставили в памяти ничего, кроме тревожных ожиданий от чего-то нового, которое всегда было неприятно для меня.
   Затем началась школа. Было очень интересно стоять в толпе таких же маленьких людей, как и ты сам, с букетами цветов, с большими портфелями в руках пап и мам. Кто-то и что-то говорит. Играет громкая музыка. Потом великовозрастный парень тащит на плече маленькую девочку в белом кружевном фартучке, и она звонит в блестящий колокольчик.
   Первый класс. Огромная комната с партами, у которых есть откидные крышки, но этими крышками играться нельзя, потому что незнакомая женщина начинает объяснять, что можно делать в классе, а что нельзя. В школе стало скучно на первом же уроке. Что это за школа, если вышел из школы и ничего не знаешь? Почему нас сразу не научили читать и писать, а заставляют чертить какие-то палочки в тетрадке?
   Я не блистал особенными успехами в школе. Был простым середнячком. Вся система нашего преподавания рассчитана на одарённых учеников, которые слёту схватывают материал. Мне же приходилось возвращаться к основам, чтобы понять общее. А нужно всего-то повторить азбучные истины, чтобы стало больше учеников, которым понятен материал. Тогда было бы намного меньше неуспевающих учеников. Для того, чтобы понять ту же теорему по тригонометрии, мне приходилось сидеть и как бы своими руками перебирать линии и углы. Но то, что я понимал, я понимал навсегда и потом удивлялся, а что же в этом непонятного.
   Уже в институте я понял, что мое сознание само выбирало то, что ему нужно и то, что ему не нужно. Я был гуманитарий, разбирающийся в точных науках. Парадоксально, но это так. Я писал стихи, владел иностранными языками, слушал музыку и брал в уме производные функций любой сложности, мог сказать, в какой четверти функция будет иметь положительное или отрицательное значение. Только вся моя жизнь имеет отрицательное значение.
   Мне сейчас двадцать пять лет. Я учитель английского языка в средней школе. За четыре года работы в школе насмотрелся на такое, что стал ненавидеть всех людей подряд и всё потому, что моя зарплата меньше чем зарплата водителя троллейбуса и больше зарплаты школьной технической служащей. Уборщицы, по старой терминологии. То есть, я со своим школьным образованием и знанием иностранных языков нахожусь где-то между уборщицей и водителем троллейбуса. А дети, особенно у обеспеченных родителей, являются материальным свидетельством того, что в ближайшем будущем наша страна превратится... Мне даже страшно говорить, во что она превратится, так как дети элиты автоматически включаются в состав элиты, и будут командовать нами по факту своего рождения. Говорят, что природа отдыхает на детях выдающихся родителей. Это кто это выдающиеся родители? Если на детях этих выдающихся людей отдыхает природа, то можете представить предков этих продуктов отдыха.
   Я со своей зарплатой могу с трудом прокормить только себя, а как мне создать семью, как содержать её? О жилье лучше и не заикаться. Снимаю маленькую квартирку. Наша ипотека - это узаконенная форма рабства. Сидеть на шее у родителей? Увольте. Постоянное сочувствие и шепоты соседей, что вот, мол, балбес, учился, а человеком не стал, у родителей на шее сидит. Вот, ребята, в институтах не учились, начинали с торговли жевательной резинкой, а сейчас в олигархах ходят, губернаторы им руку жмут, на выборы за деньгой обращаются и благодарственные письма от имени власти раздают, а этот...
   - Чёрт подери, - сказал я сам себе, - когда же в нашей стране будет господствовать справедливость, когда вперёд будут двигаться люди по своим способностям и когда не будет никакой коррупции, когда жизнь будет как в раю - захотел, оформил свое желание в молитву и нате вам - получите? Хотите, просто так берите, а если хотите, то это вам это упакуют в блестящую и хрустящую бумагу, и вы даже не будете помнить того, чего вы желали, но вам уже будет приятно то, что кто-то исполнил ваше желание.
   В порыве чувств я взял лист бумаги и написал письмо в Кремль. В нем я написал, что царствование олигархов будет продолжаться триста лет, а потом придёт Мессия по имени Алексей и принесёт с собой кару небесную. Письмо я не подписал (нашли дурака!) и отправил не заказной корреспонденцией, а просто бросил в почтовый ящик. Анонимно. Как Ванька Жуков, который написал: на деревню, дедушке, так и я написал: Кремль, правителям.
  
  
   Глава 2
  
   Сегодня у меня свиданье по расписанию. Она замужем, но дамочке хочется чего-то новенького, свеженького. Познакомились случайно на школьном корпоративе. Как это бывает, чувства вспыхнули, горели ярко, а потом фитиль как в керосинке обгорел и стал гореть ровным светом, без всполохов и былого сияния.
   Встречались на квартире её подруги. Ходили как на работу. Сами понимали, что, в конце концов, интрижка скоро закончится, но никто не начинал разговор первым. Вот и получалось, что тащишь ненужную вещь, и тащить тяжело, и бросить жалко.
   - Что за привычка покупать жёлтые розы? - моя подруга была явно не в духе. - Вот ты сам подумай, кто может дарить женщине такие розы? А? Да только любовник, который хочет её бросить. Как я объясню это дома? Эх ты, эстет. А конфеты? Один шоколад. От него толстеют. Взял бы конфеты с кокосом, и компактно, и вкусно, и диета не нарушена. Давай вино открывать не будем. У меня сегодня мало времени, пошли, постель уже готова.
   - Боже, - подумал я, - сейчас снова будем искусственно обниматься и целоваться для того, чтобы всё было по книге, будем искать и ласкать эрогенные зоны, чтобы возбудить друг друга. Неужели было мало времени с прошлого свидания для того, чтобы возбудиться? Как встречаются люди после долгой разлуки? Да они бросаются друг другу на шею и приходят в себя только когда, когда у них кончаются силы, и тогда они начинают нежно ласкать друг друга, чтобы запечатлеть в памяти всё, что было.
   Так называемая любовная прелюдия уничтожила остатки желания. Моя подруга мельком поглядывала на часы и не была сильно расстроенной, говоря дежурные слова:
   - Успокойся, милый, такое бывает, в следующий раз будет всё нормально.
   Мне кажется, что она тоже понимала, что следующего раза не будет. А ведь можно было прямо в прихожей расстегнуть на ней кофточку, поднять юбку, спустить до колен колготки, погладить по бёдрам и взять её так, чтобы мерная жизнь заиграла узорами северного сияния, чтобы она кричала и извивалась, хватая тебя руками и прижимая к себе.
   Я вышел из квартиры первым. Состояние как у туриста, добравшегося до привала и сбросившего с плеч тяжёлый рюкзак.
   - Чёрт подери, - сказал я сам себе, - неужели ты не мог найти себе свободную женщину? Их же много и одна лучше другой. Может, красотой не вышла, но душа человек и тебя будет любить как никто другой. Не в красоте счастье.
   На выходе из подъезда меня остановил сильный толчок в грудь и грубый голос:
   - Куда прёшь, козёл? Напился как свинья и людей не видишь?
   Надо мной стоял мужик лет тридцати, здоровый, в пальто, широкая морда с красным носом и волосы, зачесанные назад как у Элвиса Пресли. Вернее, как у богославского милиционера средних чинов.
   - Чёрт подери, - сказал я сам себе и, поднявшись с земли, бросился на обидчика. Свалив его на землю, я стал изо всех сил бить его по морде, но был оторван двумя милицейскими сержантами.
   - Ты что, сука, делаешь, - кричали они, - на милицию руки поднимаешь? Да мы тебя по лагерям сгноим, лагерей у нас столько, что потеряешься в каком-нибудь из них.
   - Тебе кто разрешил нападать на сотрудника милиции? - зарычал мордастый, вставая с земли.
   - Ваш министр на всю Богославию сказал, что любой гражданин может защищаться от нападения сотрудников милиции, - сказал я.
   - Умник? - спросил мордастый. - Сейчас мы тебе мозги вправим.
   Меня привели в отделение милиции и испинали ногами перед тем, как посадить в обезьянник.
   - Погоди, кровью будешь умываться за нападение на милицию, - пообещали мне.
   Я и так понял, что моя песенка спета. В нашей свободной стране с человеческим лицом любой гражданин беззащитен перед властью, особенно перед той, которая поставлена на защиту этого гражданина. У этой власти полтора миллиона сотрудников с танками и авиацией, ОМОНами и СОБРами, вся прокуратура, суды и разветвлённая система лагерей, доставшихся в наследство от ГУЛАГа. Наш человек - в поле былинка. Если он не относится к тем, кто неподсуден, если не имеет защиты или денег, то его посадят за любое прегрешение. Был бы человек, а статья для посадки найдётся. Количество свободных людей всегда варьируется от недоработки или переработки органов. Да и всегда, когда идёт перестройка, летят щепки и достаются они тем, кто вообще ни к какой перестройке не причастен.
   Часам к девяти вечера я кое-как оклемался от побоев и сел, вернее, прилёг на лавку, то проваливаясь в забытьё, то открывая глаза, в которых не было ни капельки сна. Вроде бы я спал и не спал. Бывает такое, когда человек спит, но он чувствует, что не спит.
   - Эй, ты, вставай, - сказал дежурный по отделению, - тут к тебе адвокат пришёл. Ты, оказывается, птица важная. Запомни, тебя здесь никто не трогал, это ты сам упал и стукнулся о лавку.
  
  
   Глава 3
  
   В отделении милиции не было специальной комнаты для допросов с привинченными к полу столами и табуретами, и зарешёченными окнами под потолком. Такие комнаты есть в следственных изоляторах и в тюрьмах. У американцев в каждом фильме есть комнаты, оснащенные полупрозрачными зеркалами, через которые ведётся наблюдение за допросом, оставаясь в то же время невидимыми.
   Я всегда испытывал недоверие к зеркалам, если нельзя заглянуть за обратную сторону его. Да и ещё неизвестно, что есть в глубине самого зеркала. Мне всегда казалось, что зеркало отражает всё, что находится за нашими спинами. То, что боится показаться нам на глаза, прячется за спиной. У кого есть ангел-хранитель, тот отгоняет всю нечисть, а люди без ангелов-хранителей вынуждены бороться за свою жизнь сами.
   Иногда ночью в слабоосвещённой комнате в зеркале мелькают тени и непонятно, дружелюбны они тебе или враждебны. Целое царство теней. Одно неосторожное движение, и ты уже там, в зеркале, смотришь оттуда на оставшуюся там жизнь и думаешь, где всё-таки лучше? Там или тут? И совсем непонятно, с какой стороны настоящее, с этой или с той.
   Меня привели в комнатку для свиданий. Не для любовных свиданий, а так, чтобы уединиться с посетителем, не приглашая его в зону служебных помещений. Пустая комнатка, которую убирают раз в месяц по понедельникам. Колченогий стол с потрескавшейся столешницей, два скрипучих стула с дерматиновыми спинками и сиденьями.
   За столом сидел изящно одетый человек лет сорока. Аристократическое лицо. Безукоризненная прическа. Тёмно-синий однобортный костюм, чёрная рубашка и белый галстук. То ли эстрадный певец, то ли мафиози из латиноамериканских соединенных штатов. На столе кожаный портфель с застёжкой.
   - Алексей Алексеевич, - вскочил со стула и направился ко мне нарядно одетый человек, - садитесь, извините, присаживайтесь вот сюда, - он подвинул ко мне стул, - а вы, любезный, - он обратился к дежурному по отделению, - позвольте нам переговорить, так сказать, тет-а-тет.
   Дежурный понимающе кивнул и вышел.
   - Давайте знакомиться, - адвокат протянул мне руку, - Алексей Васильевич Петров, ваш адвокат...
   - Какой адвокат? - удивился я. - У меня и денег на адвоката нет, да я и не вызвал никакого адвоката.
   - Как это не вызывали? - в свою очередь удивился Алексей Васильевич. - В первый раз вы меня вызывали тогда, когда выходили из своей квартиры, то есть из той квартиры, которую вы снимаете для жилья. Второй раз вы вызвали меня, когда уходили от своей любовницы. И третий раз вы вызвали меня, когда бросились в драку на милиционера. Неужели ничего не помните? Здорово они вас отделали, но не волнуйтесь, им ещё икнется за это. Всё в природе взаимосвязано. Тот, кто распускает кулаки в реальной жизни, будет получать сторицей в той жизни и, я вам скажу по секрету, та жизнь есть, и она более суровая, чем эта.
   - Что-то я вас совсем не понимаю, - сказал я адвокату, - я никого не вызвал и никуда не звонил. Вы хоть понимаете, что значит - вызывать?
   - Кончено, понимаю, Алексей Алексеевич, - с улыбкой сказал адвокат, - можно позвать кого-то по имени-отчеству, по фамилии, по должности или профессии, наконец. Неужели до вас не доходят мои намёки?
   - Намёки на что? - не понимал я.
   - Как на что? - пытался объяснить мне Алексей Васильевич, поражаясь моей непонятливости. - Вы трижды произнесли мою профессию.
   - Я? - моему изумлению не было предела. - Я три раза произнёс слово адвокат?
   - Не адвокат, - поднял вверх указательный палец, - а...
   Я лихорадочно думал. Что я, дурак, что ли? Не помню, что я говорил? Но я говорил-то про себя, а не кричал во всё горло. Что я сказал себе перед выходом из дома? Чёрт подери. А что я сказал перед выходом от дамы? То же самое. И именно с этими словами я бросился на мента. Но я же не знал, что он милиционер. На его цивильной одежде не было никаких погон, никакой портупеи с пистолетом. Но я чертыхнулся перед тем, как полезть в драку. Это я-то, который ни разу в жизни не дрался, стал драться с мужиком здоровее меня? Так кто же сидит передо мной? Кто может прийти на помощь при словах "чёрт подери"? Чёрт, что ли?
   Я улыбнулся и сказал:
   - Чёрт.
   - Точно, Алексей Алексеевич, - адвокат развёл руки так, как будто держал в руках большой мяч. Нет, всё-таки не мяч, а земной шар, - наконец-то догадались. И учтите, я не бросаюсь к кому-то по первому зову. Только к избранным и только тогда, когда вызов мой был обоснованным и солидным.
   - Что же у меня такого солидного? - неуверенно спросил я.
   - Вы человек честный, планы у вас мировые, и совесть у вас есть, а всё это вместе редко уживается, - сказал Алексей Васильевич, - честные люди к мировым проблемам не стремятся, а у наполеончиков всегда проблемы с совестью. А у вас как-то всё ужилось вместе. А ещё хочу вам доказать, что все ваши прописные истины яйца ломаного не стоят.
   - И для этого вы пришли в милицию, чтобы побеседовать на этические темы с заключенным? - язвительно спросил я. - Кстати, правильно говорят - гроша ломаного не стоят.
   - Извините, Алексей Алексеевич, так ли это важно, яйцо или грош, - улыбнулся адвокат, - давайте-ка мы сразу оформим документы. Деньги за ваше освобождение я уже отдал. За тысячи лет от Рождества Христова на земле ничего не изменилось. - Он напел - На земле весь род людской чтит один кумир священный, он царит над всей вселенной, тот кумир - телец златой! Этот идол золотой волю неба презирает, насмехаясь, изменяет он небес закон святой! Вот протокол о вашем задержании, по этому номеру уже зарегистрировано другое правонарушение, но ваше освобождение будет действительным только после подписания договора о нашем с вами сотрудничестве.
   - Каком сотрудничестве? - не понял я. - Это что, я душу вам должен продать?
   - Считайте так, - сказал Алексей Васильевич, - не были бы вы моим тезкой, я бы и пальцем не шевельнул. Но раз я шевельнул пальцем, то я должен иметь какую-то плату. Денег мне не нужно, любому могу сколько угодно дать. Да и я властитель чревоугодия, прелюбодеяния, сребролюбия, гнева, печали, уныния, тщеславия и гордыни. То есть тех грехов, которые присущи вам, богославам православным. Вот я и хочу передать вам управление этими грехами, а самому удалиться на покой.
   - Как это на покой? - снова не понял я. - Вы хотите сделать из меня чёрта?
   - Как бы не так, - сказал мой собеседник, - мною стать нельзя. Я - Люций Фер, Люцифер, светоносный и в небесной иерархии я был не самым последним. Оставим в стороне частности, но в вину мне ставят гордыню. Хотя и свергли с Олимпа, но власть над землей не отняли. Вы же можете стать только моим помощником. Чем больше моих качеств перейдёт к вам, тем больше человеческих качеств будет у меня. Справедливо?
   - А если я не соглашусь, - сказал я, - тогда как?
   - Не страшно, - сказал адвокат, - я просто встану и уйду. Вас отведут в камеру, и всё пойдёт своим чередом. На зоне вспомните меня, но будет уже поздно. Я не прощаю невежества или слабоволия. За ошибки каждый расплачивается сам. Будете паханам сказки рассказывать о том, как чуть не продали душу дьяволу, да заартачились, а они будут смеяться над этим. Вы человек самостоятельный, видите приемлемый для себя выход из создавшейся ситуации, и мое предложение вам не подходит. Гуд бай, май фрэнд.
   Адвокат открыл портфель и стал укладывать туда чёрную кожаную папку с серебряным тисненым вензелем в верхнем углу.
  
  
   Глава 4
  
   В детективах подробно расписывают о том, что для вербовки человека ставят в невыносимые условия. Героем становится только тот, кто застрелился, погиб под пытками или был уничтожен нечестными людьми. Это чисто большевистская позиция. В любой стране мира допускаются человеческие слабости, но только не у нас.
   В царское время человек, попавший в плен и не запятнавший себя сотрудничеством с противником, награждался особым знаком с георгиевской или владимирской ленточкой как признанием трудностей, выпавших на долю военнослужащего. У большевиков, попавшие в плен солдаты, не считаются за людей.
   Это же осталось и в новой Богославии. Большевизм никуда не делся. Он замаскировался и ждёт времени, когда можно будет снова начать массовые репрессии, которых не избежала ни одна страна бывшего Варшавского Договора. Чего уж тут удивляться, почему богославов нигде не любят. Слово богослав прочно ассоциируется с большевизмом и коммунизмом. Богослав - большевик, богослав - репрессии. Вот и вся дилемма западной нелюбви к Богославии.
   Я тоже один из винтиков этой машины, который попал в мясорубку для калечения людей и вряд ли в ближайшие десять-пятнадцать лет мне удастся выйти на свободу. И у меня выхода нет, но, возможно, что у меня появятся рычаги для того, чтобы сделать страну цивилизованным государством, где права человека - это не картонная корочка, разрешающая управление транспортным средством и не корочка в сафьяне, делающая человека неприкасаемым.
   - Хорошо, я согласен, - сказал я адвокату.
   - Вот и чудненько, - сказал Алексей Васильевич, доставая из кожаной папки лист гербовой бумаги желтоватого цвета, сразу же начавшей сворачиваться в свиток - прочитайте и распишитесь, - он передал мне толстую массивную авторучку с характерной стрелкой фирмы "Паркер".
   Я взял бумагу и стал читать:
   "Контракт. Мы, нижеподписавшиеся: Люций Фер с одной стороны и Люций Ал с другой стороны, именуемые договаривающиеся стороны, заключили настоящий контракт о том, что одна сторона продаёт свою душу, а другая сторона покупает эту душу за исполнение всех желаний продающей стороны".
   Подписи сторон. Завитушка Люций Фера и свободное место для моей подписи.
   - И исполнится всё, что я захочу? - переспросил я.
   - Исполнится, если вы будете делать то, что захотите, - усмехнулся адвокат, - не ждите, что всё будет по щучьему велению и по вашему хотенью. Как это вы всё время говорите, что без труда не вытащишь и рыбку из пруда. И без труда ни одно ваше желанье не исполнится. Даже для подписи нужен труд. Подписывайте и не тяните, мы и так уже много времени затратили на минутное дело.
   - Что, слишком много таких дел, как у меня? - спросил я несколько язвительно.
   - Да уж без работы сидеть не приходится, - спокойно сказал Люций Фер.
   - И люди те не чета мне? - продолжал задавать вопросы.
   - Да вы все поначалу одинаковы, - сказал Алексей Васильевич, - это вы потом становитесь личностями, к которым на кривой козе не подъедешь.
   - Это доктор Фауст - личность? - улыбнулся я. - Он как был доктором, так им и остался. Если бы не Пушкин, о нём бы вообще никто не знал.
   - У нас, как в разведке, тайна личности сохраняется, - сказал адвокат, - но для вас я сделаю исключение. Великий инквизитор Фома Торквемада был студиозусом, а испанская королева Изабелла Католичка была простой принцессой, которой ничего особенного не светило. А сейчас орден её имени есть высшая награда Испании, несмотря на то, что она вместе с Торквемадой чуть не уничтожила всю Испанию на кострах. А ваш Сталин был семинаристом Джугашвили, зато потом приобрел непререкаемый авторитет на массовых репрессиях. И чем он хуже делает, тем больше его авторитет. Этого достаточно?
   Я утвердительно кивнул головой, взял ручку и открыл колпачок, обнажив золотое перо. Такой ручкой хочется писать. Писать что угодно. Каракули, прямые черточки, волнистые линии, крестики, нолики, стихи. Я твердо взял ручку и стал подписывать контракт, но перо скользило по бумаге, не оставляя следа.
   - Извините, Люций Ал, - засмеялся адвокат, - ручка не заправлена, но не волнуйтесь, я её сейчас заправлю.
   Он открутил верхнюю часть, взял ручку и резким движением воткнул её мне в руку. Я вскрикнул, наблюдая за тем, как моя кровь стала заполнять резервуар авторучки.
   - Вот и всё, - сказал Люций Фер, - традиции нужно соблюдать.
   Я подписал документ и протянул ручку адвокату.
   - Не надо, - отвёл мою руку Люций Фер, - это подарок фирмы.
   Он собрал документы, и мы вышли из комнаты для свиданий. Никто нас не задерживал. Милиционеры тепло попрощались с адвокатом, и мы пошли к выходу. Я вышел на улицу первым и остановился, поджидая моего нового знакомца, желая прояснить некоторые детали нашего контракта.
   Я честно отстоял пять минут у входа в отделение милиции, но оттуда выходили какие-то люди, милиционеры, а Люций Фер так и не появился.
   - Что с него взять? - подумал я. - Хватанул невинную душу и был таков, а что с этой душой будет, это его не беспокоит.
  
  
   Глава 5
  
   Выходил из дома с букетом цветов, коробкой конфет и бутылкой вина, а возвращаюсь поздно вечером с побитой мордой и порванным костюмом, а завтра нужно идти на работу учить оболтусов английскому языку. Им этот язык совершенно не нужен, а приходится из сил выбиваться, чтобы втолкать в их головы байсикл или рэллвэй.
   Вечером я внимательно разглядывал себя и ощупывал голову: не началось ли отрастание рогов, ороговение подошв и активизация роста атавизмов. Вроде бы ничего не происходит и запаха серы в доме не чувствуется, и хвост не растет, и копыт нет. Всё можно было бы принять за кошмарный сон, если бы не фингал под глазом.
   Утром я надел парадный костюм с белой рубашкой, на глаза темные очки-хамелеоны, в руках пакет с порванным костюмом для сдачи в ремонт.
   В школе все понимающе кивали мне. Некоторые дамы смотрели на меня с повышенным интересом: надо же, незаметный человечек, оказывается, имеет ещё одну жизнь, более захватывающую, чем жизнь человека в школьном футляре.
   - Что, Алексей Алексеевич, - загадочно и вопросительно сказала мне завуч, - в тихом омуте черти водятся?
   Ответа на этот вопрос не требовалось, и я не стал останавливаться около неё с объяснениями, что и почему. Не их это дело. Я на работе? На работе. В нормальном состоянии? В нормальном. А до моей души вам не должно быть дела. Действительно, какое вам дело до моей души? У меня и души-то нет. Продал её за свободу. Свобода - это самое главное в жизни. Даже зэки, когда клянутся, говорят - век свободы не видать. Но душа-то у меня осталась. Без души человек не может жить.
   Я до сих пор с душой воспринимаю заботы моих коллег. Вот, например, ботаничка Танечка. Не замужем. Умница, но по её словам - всех хороших мужиков разобрали, а осталась одна шваль. И вдруг я почувствовал, что знаю, что творится в душе у Танечки. Она хочет найти себе богатого и преуспевающего мужа, чтобы бросить эту преподавательскую работу за гроши, поселиться в шикарном двух или трехэтажном особняке... А почему тебе не выйти замуж за простого учителя или другого человека? Почему не подтянуть своего мужа до своего культурного уровня, помочь ему с учебой, пройти все ступени семейной жизни?
   Я вдруг понял, что моя встреча с Люцием Фером действительно состоялась и я сейчас не Алексей Алексеевич, а Люций Ал, который видит каждого человека насквозь. Не в смысле, что видит, что там под одеждой, хотя потом можно будет попробовать и посмотреть, а видит человеческое нутро.
   Я посмотрел на завуча и вдруг явственно услышал её голос:
   - Боже, какой мужик пропадает без дела. Всё равно я доберусь до тебя и выучу так, что лучшего мужика-любовника никому и никогда не найти.
   Я отвёл взгляд в сторону. Голос завуча пропал, но зато послышался голос математички Любови Петровны:
   - Эх, молодость, молодость, а что мы - не люди, что ли? Правильно, Лёшенька, мужчина мужает в сражениях и не должен стыдиться своих ран и шрамов.
   Я опустил глаза, и наступила тишина. Что, я должен всё время ходить с опущенной головой? Чёрта с два. Тихо. Не произноси имя благодетеля своего всуе. Хрен вам всем. Не буду опускать голову, а буду смотреть сквозь вас, словно вы все дети стекольщиков.
   Я поднял голову и стал смотреть так, как хотелось смотреть всегда. Вроде бы стало получаться, но всё равно обрывки каких-то разговоров слышались в моем сознании. Так бывает на сельских линиях связи после дождя, когда влажность начинает едва-едва замыкать телефонные пары и в проводах создаются наведенные токи, несущие с собой обрывки чужих телефонных разговоров.
   Взяв классный журнал, я пошёл на урок в десятый "б". Вообще, классы "б" укомплектованы самыми лучшими учениками, которые не хватают звезд с неба, но имеют твердые знания и свои суждения по всем вопросам. Как раз из "букашек" и получаются выдающиеся люди, как из серых утят вырастают белоснежные лебеди.
  
  
   Глава 6
  
   - Алексей Алексеевич, - поднялся с задней парты Никифоров Саша, здоровенный детина, в которого всегда была влюблена соседка по парте Шурочка, в этом году пересевшая к нему за парту и как бы во всеуслышание заявив на него свои права, - а можно поговорить не на школьные темы?
   - Конечно, можно, Саша, - сказал я, - но только по-английски. На любые темы.
   Класс замер. Разговор на любые темы не предлагался никем из учителей. Ученики недоумевали, что это, провокация учителя или новая методика преподавания? Я уже знал, о чём будет вопрос. Всё-таки интересно разговаривать со школьниками. Они говорят о том, о чём думают. У них пока не выработалась двойственность личности, присущая взрослым.
   - Считайте, ребята, что это новая методика преподавания, - про себя думал я, втайне надеясь, что мои мысли дойдут до них. - Для чего мы учим иностранный язык? Для общения на любые темы. Так почему для общения на иностранном языке могут быть запретные темы? Такого быть не должно.
   Никифоров, ввязавшийся в это дело, с трудом составлял фразы. Я слушал его и думал, а как бы научить людей слышать себя со стороны, чтобы услышать, каким косноязычным является ваш иностранный язык, и что иностранцы будут составлять списки афоризмов, произнесенных богославами на их родном языке. Перлы будут ничем не хуже тех, что срываются с языка нашего бывшего премьер-министра.
   Никифоров с трудом, но всё-таки выдавил из себя вопрос о том, как начать собственное дело без первоначального капитала.
   Резонный вопрос. На пороге окончания школы пора бы задумываться о том, чем каждый будет заниматься. Никифоров не блистает знаниями, но зато он человек упорный и если что решит, то сделает обязательно. У таких людей всегда большое будущее.
   - Знаешь, Саша, - сказал я на английском языке, - без первоначального капитала ни одного дела начать нельзя. Все эти сказки в огромных книгах о том, что самые большие капиталы в мире создавались с нуля, это просто пиар и способ продажи этих книг и идей. Авторы книг "Как заработать миллион" заработали не один миллион на продаже своих идей и пересказе легенд о миллиардерах. А перед вами стоит задача начать дело с минимальным использованием первоначального капитала, который есть у вас. А в чём заключается этот капитал?
   Класс молчал. Наконец, кто-то подал реплику - компьютер. Кто-то добавил - интернет. Наличие собственного жилья, - сказал Никифоров.
   - И главное, - подытожил я, - умение пользоваться тем и другим, и знание английского языка, без которого трудно обойтись в современном мире. Наши люди хорошо подготовлены во всех областях знаний. Они могут применить свои силы для начала дела с помощью интернета при наличии того первоначального капитала, о котором говорили вы. Подумайте, что вы предложите миру из того, что можете делать и того, что будет востребовано потребителем. Считайте это домашним заданием.
   Внезапно закончившийся урок прервал нашу беседу. Никифоров подтолкнул меня к вопросу, который неоднократно приходил и в мою голову, но не находил должного ответа.
   Время, когда учительская работа будет престижной в нашем обществе, придёт ещё не скоро. Очень даже не скоро. Следовательно, каждый учитель должен искать путь улучшения собственного благосостояния. Надежд на государство мало. Оно само не знает, что ему делать. Большевиков только угроза предстоящей войны заставляла вкладывать деньги в собственное развитие, помимо собственного обогащения. Если бы нам не угрожали, то Советская Богославия благополучно загнулась бы в тридцатые годы и стала просто Богославией, одним из огромных государств, которое на какое-то время отделилось от всего мира, а потом вернулось в него.
   В конце дня я неторопливо шёл домой и почему-то остановился у районной Доски почета. На меня смотрели гордые лица тех, кого начальство определило в передовики, достойных представлять лицо района перед всем городом. Такое ощущение, что эти пятнадцать человек работают, не покладая рук, а остальные пятьсот тысяч отбывают номер. Как определяют кандидатов для награждения орденами и медалями, мы все знаем. Александр Сергеевич Грибоедов в "Горе от ума" в одной строчке охарактеризовал всю нашу наградную систему: "Представить ли к крестишку иль к местечку, ну как не порадеть родному человечку". И эти почетные граждане отбирались по тому же принципу.
   А что, если и другим нашим гражданам, у кого есть неоцененные заслуги, предоставить возможность поместить себя на Доску почета на весь мир, а не на один отдельно взятый городской район отдельно взятого города Богославии? Вот тебе, Саша Никифоров, и пример того, как можно начать свое дело без приложения большого стартового капитала.
  
  
   Глава 7
  
   Эти промелькнувшие в голове мысли подтолкнули меня к решительным действиям. Я взялся за учебники и стал читать всё, что связано с сайтостроительством и написанием веб-страниц, которые отражают содержание в Сети интернет. В любом иностранном языке, наступает момент, когда незнакомые буквы и звуки становятся понятными и начинают передавать то, что они скрывали для непосвященного человека. Точно так и я понял структуру страниц интернета и для меня стали такими же понятными термины вэб, титл, хэйд, боди, стайл, эйчтиэмэл, как здравствуйте и до свидания в любом нормальном воспитанном обществе. Только эти слова называются тэгами и для того, чтобы они работали, тэги нужно закрывать угловыми скобками, а в конце тэга нужно ставить косую линию, черточку, которую называют слэшем.
   Мне кажется, что любой человек, который считает себя современным, должен понимать, что такое интернет, как устроены его страницы, уметь создавать эти страницы для того, чтобы донести до других свои знания.
   Я никому не говорил о своих внеклассных занятиях, особенно своим ученикам, которые в силу своего небольшого возраста, знаний и жизненного опыта уже считают себя корифеями во всём. Пусть у них подольше продлится пора детства, и пусть они подольше чувствуют себя властелинами Вселенной, чтобы через какое-то время прийти к пониманию того, что чем больше ты знаешь, тем скорее ты начинаешь понимать то, что ничего не знаешь.
   Это не я придумал, это поняли те, кто пытался узнать всё. Всё узнать невозможно. Это как яма знаний. Чем больше черпаешь из неё, тем огромнее она становится. Поэтому черпайте из этой ямы только то, что вам нужно. Всё остальное фильтруйте и помните, где хранятся эти знания, потому что при возникшей необходимости вам не придётся метаться из стороны в сторону, а вы спокойно возьмёте то, что аккуратно положили в свое время на полку для хранения.
   В течение месяца я сделал собственный сайт, который назвал "Доска почета". Если честно, то сайт сделал не я. Сайт сделали до меня и назвали его шаблоном. Просто я этот шаблон изменил под себя и добавил те элементы, которые мне были необходимы. Из бульонных кубиков со своими овощами сварил суп.
   Почему я сделал этот сайт? Я считал и считаю до сих пор, что каждый человек достоин общественного упоминания и что каждый человек достоин того, чтобы о его заслугах знали все. Мастер, выучивший тысячу сварщиков или токарей, не менее знаменит, чем учитель, выпустивший в свет тысячу питомцев или офицер, воспитавший тысячу защитников Родины. Отодвинутый в сторону изобретатель, артист на вторых ролях, поэт или писатель, чьи произведения отказываются печатать, потому что издатели по своему уровню развития ещё не достигли их, а читатели не могут оценить их, потому что их не издают. Да мало ли кто.
   У каждого человека есть то, чем он выделяется из толпы и даже в толпе каждый индивидуальность. Если рассматривать их так, то получится, что среди нас абсолютное большинство одаренных и талантливых людей. Но тогда почему мы живем хуже большинства граждан в других странах? А вот это тот вопрос, на который поможет ответить предлагаемая мною "Доска почета".
   Народ должен знать своих героев и "героев". Пусть рядом с героем-милиционером, погибшим на боевом посту, защищая граждан нашего государства, будет милиционер-правонарушитель. Народ сам поймёт, "делать жизнь с кого". Рядом с добропорядочным гражданином будет хапуга и хулиган, где про него сказано, кто он есть на самом деле. Рядом с талантливым управленцем будет вор и взяточник, и о каждом сказано объективно.
   В годы массовых репрессий в нашей стране было применена юридическая норма как "член семьи изменника родины". ЧСИР. Это были годы, когда могли оболгать кого угодно и подвести под статью всех родственников, которые не виноваты. Но почему сейчас, когда нет никаких репрессий, никто не боится того, что членов их семей будут называть и отмечать в документах как "член семьи взяточника", "член семьи человека, доведшего подчиненного до самоубийства", "родители устроителя дедовщины в армии", "члены семьи злостного пьяницы" или "члены семьи злостного неплательщика алиментов"? И это всё будет сделано по суду и по исковым заявлениям людей, пострадавших от преступных деяний.
   Я представляю, насколько трагедийно будет присвоение таких "почетных" наименований. Если бы кому-то сказали, что его сын занимается дедовщиной в армии, то этот человек лично бы приехал в армию по месту службы сына и своим кулаком, потому что внушением это не исправляется, поставил дите свое на путь истинный. Как Тарас Бульба разобрался со своим младшеньким Андрюшей. И не больше и не меньше. Эту гадость нужно выжигать калёным железом.
   Или, допустим, всем становится известно, что кто-то приходится отцом или братом, или другим родственником человеку, осужденному на десять лет за изнасилование. Боюсь, что у осужденного останется мало времени на дожитие свой жизни, потому что родственники просто-напросто убьют его для того, чтобы избавиться от позорной приставки. Тогда и потенциальный преступник крепко задумается, нарушать ли ему закон, потому что суд и заключение будет только защитой от гнева близких людей, на которых падает позор совершенного им преступления.
   Правозащитники будут возражать, что это неправомерный перенос чужого преступления на непричастных к нему людей. Согласен, если брат или сестра, сын или племянник, внук или отец будут по суду признаны чужими людьми для преступника. Тогда никаких вопросов. При чем здесь чужой преступнику человек? Совершенно ни при чём.
   А как быть с тем, что кого-то называют сыном героя труда или сыном человека, совершившего трудовой или боевой подвиг? Какое родственники имеют к нему отношение? Либо сын героя, либо сын преступника. Третьего не дано. Либо состояние чужого человека.
   Точно также и со школьниками. Отец отличника учебы или отец тупого ученика и школьного хулигана. Вы думаете, школьник после этого будет хулиганить? Сомневаюсь. А успеваемость его вырастет на двести процентов, потому что абсолютно тупых людей нет. Даже люди, страдающие синдромом Дауна, показывают настолько поразительные способности, которые не снились человеку с нормальным уровнем развития.
  
  
   Глава 8
  
   За месяц кропотливой работы, прописывая каждую буковку и каждый символ в теле веб-документа, я сделал свой сайт. Зарегистрировался на бесплатном хостинге. Это такая организация, которая предоставляет свободное место для размещения сайта во Всемирной сети. Загрузил файлы сайта на отведенное место со своим собственным интернет-адресом третьего уровня. Кто не в курсе, если в адресе твоя фамилия и домен ру через точку, то это адрес второго уровня. Если до или после твоей фамилии идёт название хостинга, то это уже адрес третьего уровня. Так вот, первый и второй уровень - это платные адреса, а третий уровень - это бесплатные. Тут уже думайте сами, стоит ли платить деньги за то, что не принесёт много денег или вообще не принесёт денег. Это не автобус, где нужно обязательно платить деньги за проезд.
   Интернет отнесся к моей идее со смехом. В гостевой книге стали появляться записи типа, а кто ты такой, чтобы учреждать государственную книгу почета всей страны? Ты выучил албанский язык? Афтар жжот. И много ещё такого, что не является приятным в беседе вроде бы интеллигентных людей. Но не нужно отчаиваться. Эти люди способствуют паблик рилейшенз, то есть - пиару вашего создания. И чем сильнее ругань, тем больше внимание к нему. Как говорят, не было счастья, да несчастье помогло. Ваши хулители, сами того не понимая, работают именно на вас, и чем больше вой, тем больше любопытных людей, стремящихся узнать, что за шум, а драки нет.
   Принцип старый. Человеку некогда зайти в магазин, да и все товары в знакомом магазине ему известны наперечёт. Но предприимчивый хозяин магазина вытаскивает на улицу столик и раскладывает на нём те же самые товары, и чудо! Равнодушно проходивший человек, вдруг начинает внимательно рассматривать товары, которые оказались на удалении его вытянутой руки, и он может потрогать их, чтобы оценить качество. И стоит у этого столика собраться толпе в количестве трёх человек, как, откуда ни возьмись, набегают другие люди, которым этот товар нужен позарез и именно сейчас, и именно с этого столика, и они не намерены ждать, пока со склада принесут такой же товар.
   То же самое произошло и с моим сайтом. Сначала не было никого, потом появились хулители, потом счетчики начали выдавать постоянно увеличивающуюся цифру посетителей. Значит, есть интерес. И я первым повесил свою фотографию на доску почета, расписав себя в стихах и красках. Правильно говорил Козьма Прутков о том, что кто о тебе скажет что-то хорошее, если ты сам о себе ничего хорошего не говоришь.
   Я посмотрел на себя на отдельной странице интернета, прочитал, что написано под изображением и сразу почувствовал рост собственной значимости. Да, живет в губернском городе Энске такой парень, молодой, грамотный, знает иностранные языки, пишет стихи, увлекается фантастикой, планирует поступить в аспирантуру и завести семью: жену, трех детей, собаку и отдельный дом в городской черте, и чтобы обязательно была беседка в цветах и японский садик с дорожками. После этого в гостевой книге стали появляться записи девушек с предложениями дружбы и установления более тесных и длительных отношений. Затем пошли заявки на размещение фотографий и информации к ним.
   Сначала ко мне обращались пожилые люди. Собственно говоря, вся задумка была обращена именно на них. Но потом появились и молодые люди, которые стремились самоутвердиться в жизни и любой работодатель, набрав в поисковике фамилию, имя и отчество соискателя работы и должности, попадал на доску почета и читал то, что доступно миллионам и миллиардам людей на нашей планете.
   Цена за работу была выбрана небольшая в пределах десяти-пятнадцати долларов в перерасчете на рубли. Но зато в течение года фотография будет спокойно находиться на Доске почета, и все могут любоваться ею.
   В первый месяц было всего сто клиентов, а потом их количество стало увеличиваться, но с работой я справлялся, и благосостояние мое стало неуклонно улучшаться.
   С поступлением первых денег стала возникать проблема их учета и уплаты налогов с прибыли в соответствии с нашим законодательством. Кроме того, надо получить лицензию частного предпринимателя, чтобы работа моя была законной. Я чту уголовный и налоговый кодексы, но если в уголовном кодексе всё прописано довольно четко и бескомпромиссно, то налоговый кодекс был создан так, чтобы налоговый орган никогда не оставался без работы. Похоже, что составители обоих кодексов были из одной команды и цели имели одни и те же.
   Вот тут-то и наступает период введения в действие новых лиц под видом наемных работников: ответственного исполнителя и бухгалтера. Но как сделать всё так, чтобы это не мешало моему основному занятию - преподаванию и не мешало получению дополнительных прибылей?
   Сейчас не надо снимать помещение под офис. Вполне достаточно жилого помещения и связи по интернету. Мне кажется, что всё, что произошло за последний месяц, было устроено Люцием Фером. И интернет был изобретен именно им, чтобы предложить его мне в обмен за мою душу.
   А что собственно произошло? Разве мы не продаём свою душу денно и нощно, нанимаясь на работу или поступая к кому-то в услужение?
   "Воистину, Аллах купил у верующих их жизнь и имущество в обмен на Рай. Они сражаются на пути Аллаха, убивая и погибая. Таково Его обещание и обязательство в Таурате (Торе), Инджиле (Евангелии) и Коране. Кто выполняет свои обещания лучше Аллаха? Возрадуйтесь же сделке, которую вы заключили. Это и есть великое преуспеяние. Это - высший успех". (Покаяние, 111)
  
  
   Глава 9
  
   Лицензию на предпринимательство я получил быстро. В районной управе мне выписали бумажку-свидетельство с номером государственной регистрации физического лица как индивидуального предпринимателя. Сейчас я был легализованным капиталистом и уже никто не мог мне предъявить обвинение в незаконной предпринимательской деятельности.
   Не буду утомлять мелочами предпринимательства, заботами о выплате заработной платы нанятым сотрудникам и прочем. Скажу просто, что с увеличением количества денег в кармане, у человека увеличивается количество проблем. И в этом не обошлось без влияния Люция Фера.
   Никогда не слушайте разговоры о том, что вот богославы такие и сякие и что только у богославов беспорядок и тому подобное. Не так давно наши ученые расшифровали геном богославского человека. Оказалось, что он ничем не отличается от геномов других людей европейской расы. Один к одному. Вся разница заключается в живучести принципа о расовом превосходстве западноевропейцев перед богославами. Всё, что есть у нас, есть и на Западе. Просто Запад в течение длительного времени воспитывали кострами инквизиции и орудиями палачей на площадях, розгами в семьях и школах, прививая им черты, выработанные религиозными реформаторами. Вот и получилось, что свободолюбивые богославы остались свободными от рамок, за которые нельзя выходить благовоспитанным европейцам.
   Рэкет придуман не богославами. Если бы мы его выдумали, то он бы так и назывался - вымогательство и все иностранцы корячились бы от натуги, выговаривая это незнакомое слово, вошедшее в их словари. А пока это мы как обезьяне выговариваем иностранные слова типа плюрализм, спикер, упс, хай, прайвеси, тинэйджер, консалтинг, мерчендайзер.
   Не спорю с тем, что применение иностранных слов обогащает язык, но не засилье этих слов, которые непонятны абсолютному большинству населения.
   Но суть не в языкознании. Пришли ко мне трое ребят с бритыми затылками и представились страховыми инспекторами страховой компании "Всё путём!".
   - Давай, - говорят, - мужик, страховаться будем.
   - От чего страховаться? - не понял я.
   - Ты чё, в натуре? - сказал старший. - От рисков в предпринимательстве. Бизнес - это штука рисковая и от него страховаться надо.
   - От бизнеса страховаться? спросил я.
   - Ну, ты даешь, - засмеялись мои гости в моей съемной квартире, - от риска страховаться. Вдруг квартира твоя загорится. Что делать-то будешь?
   - А квартира здесь причём? - не понял я.
   - А просто так, к слову пришлось, - сказал старшой. - Так что страховаться будем так. Каждый месяц будешь сдавать вот этому пацану двадцать процентов от прибыли, он финансист и по ведомостям проверит, и ничего с твоей квартирой не сделается.
   - А как с бизнесом? - спросил я.
   - С бизнесом само собой, - важно сказал старший, - чем больше будешь зарабатывать, тем больше будут эти двадцать процентов. Так что, успехов тебе, капиталист.
   - А как я документально буду отчитываться за эти двадцать процентов? - спросил я.
   - А вот это нас не касается, - сказал старшой, - как хочешь, так и отчитывайся. Мы не бюрократы, бумагами себя не обременяем. Если что, то контракт кровью подписываем, как у того, который на базаре душу свою продал. Понял, старичок?
   И ребятки удалились. Весело. Лучше прекратить бизнес сразу. На нет и суда нет. Законной защиты нет. Обращаться за помощью к таким же, но только в форменном мундире? Но они быстрее договорятся между собой и будут доить с двух сторон. Одна надежда на Люция Фера.
   Я достал из кармана подарочный "Паркер" и стал писать заявление.
   - Уважаемый друг, Люций Фер, - писал я красными чернилами, - сложилась некрасивая ситуация, из которой очень трудно найти выход без вашей испытанной веками методики...
   В этот же вечер встревоженная дикторша местного телевидения торжественным голосом передавала сообщение о том, что большая часть страховой компании "Всё путём!" где-то подхватила вирусную инфекцию, которую врачи уже успели назвать синдромом Квазимодо.
   - Их так скрючило и, скажу вам по секрету, - тут дикторша перешла почти на шепот, - что живший в соборе Парижской Богоматери настоящий Квазимодо был ангелочком по сравнению с ними. Одновременно с этим, - голос дикторши приобрел нотки железа, - в правоохранительные органы поступила неопровержимая информация о том, что страховая фирма занималась рэкетом местных бизнесменов. С нами на связи ответственный работник областной прокуратуры.
   На экране появился молодой человек с полковничьими погонами. Если бы он служил в армии, то полковничьи погоны достались бы ему со значительным возрастом и достаточным количеством седых волос в шевелюре. В любой милитаризированной стране, взять, к примеру, Германию до 1945 года или Богославию до 1953 года, мундиры и погоны гражданских некомбатантов, то есть непосредственно не участвующих в военных действиях, отличаются от военных мундиров и присвоенных им знаков различий.
   - Да, к нам в правоохранительные органы поступила неопровержимая информация о том, что сотрудники страховой фирмы "Всё путём!" занимались рэкетом, - сказал он. - Неопровержимость полученной информации вызывает подозрение в её подлинности...
   Тут лицо работника правоохранительных органов исказилось и его скрючило так же, как и руководителя страховой фирмы.
   - Вот видите, насколько опасен синдром Квазимодо для общавшихся с заболевшими, - взволнованно сказала дикторша, - а вакцины против этого синдрома пока не изобрели.
   - Есть вакцина против этого синдрома, - удовлетворенно подумал я, - а ведь я никуда не направлял жалобу. Люций Фер сам её увидел. Значит, где-то рядом ходит. Вот бы его в руководители нашего государства, тогда о коррупции писали бы только в фантастических романах, а по количеству Квазимод Богославия была бы, как обычно, впереди планеты всей.
  
  
   Глава 10
  
   С ростом моих доходов я заметил, что моя бухгалтерша стала смотреть на меня глазами, покрытыми поволокой. Тоже синдром, но допускать любовные отношения со своим бухгалтером может только самоубийца.
   Ладно, с бухгалтером всё понятно. Нужно постоянно контролировать её работу и всё будет нормально. Хуже то, что к деньгам начинает липнуть всякая нечисть.
   С рэкетом разобрались, но вдруг, откуда ни возьмись, набежали "друзья", которые тебя раньше и видеть не видели в упор, и знать не хотели знать, а сейчас:
   - Боже, а мы все думали, ну куда же ты подевался, а ты, оказывается, времени даром не терял. Ну, давай, рассказывай, как ты дошёл до всего этого, как мы можем сделать совместный бизнес...
   Мой почтовый ящик в мгновение ока оказался завален огромным количеством писем-предложений по различным вопросам. Торгово-промышленная палата приглашала меня вступить в свои ряды. За немаленький взнос мне обеспечивалось поступление экономической информации и своевременное приглашение в деловые поездки по регионам Богославии и всем странам мира, которые меня заинтересуют. Устроители различных конкурсов и выставок приглашали меня на свои мероприятия, обещая мне за приличную плату обеспечить самое почетное место и за дополнительную плату вручить либо золотую медаль выставки, либо присвоить звание "Гордость Богославии" или "Менеджер года".
   Отдельной строкой нужно отметить предложения о награждении любым, на выбор, общественным орденом. За скромную плату от пяти тысяч до миллиона современных богославских рублей можно получить любую степень орденов Ильи Муромца, Ивана Калиты, Владимира Мономаха, Гавриила Державина, Екатерины Великой, Петра Великого, за обустройство земли богославской, Патриота Богославии, гордости Богославии, за пользу Отечеству, славы Богославии. В честь награжденного будет проведена торжественная церемония прямо в Кремлевском дворце, будет поздравление от высших должностных лиц, торжественное возложение орденских знаков, лент и вручение документов о награждении. За ваши деньги - всё, что угодно!
   Мешками приносили письма о меценатстве, спонсорстве, вспомоществовании, инвестициях, добровольных пожертвованиях в избирательные фонды неких кандидатов и партийных деятелей. Похоже, что это не только я сподобился получить такое количество информации о том, как мне распорядиться появившимися у меня деньгами.
   Как отличить действительную нужду людей от откровенного мошенничества, которое толпой идёт за Буратиной с тремя золотыми сольдо на содержание папы Карлы? Если дать всем желающим по рублю, то денег и не останется. И каждый человек ждёт ответа на свое письмо и будет обижаться, что предприниматель не раскошелился на его нужды, совершенно не представляя того, что большинство предпринимателей работает либо в ноль, либо в такую прибыль, которая только и позволяет им обеспечить свое существование и поддержать на плаву бизнес.
   Ладно, с этими письмами проще. Скомкал и бросил в корзину. Лучше сжечь, чтобы вся отрицательная энергия улетучилась во Вселенную, где её подберет Всемирное Зло. Сложнее дело с предписаниями надзорных органов и различных фондов, которым налоговая инспекция рассылает информацию о появлении нового налогоплательщика.
   Нет, это регистрационная палата рассылает всем информацию о том, что появился новый субъект предпринимательской деятельности, который нужно взять в оборот. И берут в оборот, даже тогда, когда ты ещё ни копейки не заработал. Платишь в фонды реальную деньгу, хотя и деятельности никакой нет. А этого никого не касается, раз прокукарекал, то садись и неси яйца.
   Кстати, о яйцах. О них даже стишок у меня сложился.
  
   Я клад раскопал неразменных рублей,
   В земле не оставлю, ведь я же не грек,
   Все деньги отдам я на счастье людей,
   Яиц накуплю как магнат Зитценберг.
  
   Раньше я думал, ах, какой же молодец тот человек, который не пожалел двести-триста миллионов долларов, чтобы выкупить драгоценности, которые принадлежали царскому дому и были тайно вывезены за границу. Всё богославское возвращается домой. И тут же спрашиваю себя:
   - А ты отдал бы вот так, за просто так, сто миллионов своих долларов только для того, чтобы граждане могли любоваться изделиями Фаберже в государственном музее?
   И сам себе отвечаю, что ни хрена бы не отдал сто миллионов своих долларов. Но мог бы вложить деньги в твердую валюту - драгоценности. Отдал бы их на временное хранение государству, чтобы самому не тратиться на охрану. Но когда мне потребуются деньги, я возьму эти яйца и выставлю на аукцион, или государство может их выкупить у меня по рыночной цене. Бизнес и меценатство это две разные вещи. Не нужно их путать.
   Следующая категория - это родственники и знакомые. Их количество увеличивается в геометрической прогрессии. Все разговоры сводятся к тому, чтобы выяснить, а сколько я получаю денег и сообщить, что вот у такого-то нет квартиры, а вот у того-то день рождения, а вот такой-то хотел бы получить в подарок велосипед, а вот у дяди Коли машина поломалась и ему сказали, что ремонт обойдётся в такую-то сумму, а вот у соседей сын вложил деньги туда-то и сейчас живет как сыр в масле...
   Ну, разве для этого я продавал свою душу?!!!
  
  
   Глава 11
  
   Честно говоря, я точно не знаю, действительно ли в моем финансовом успехе повинен Люций Фер или всё это только результат моей предприимчивости и приложения своих знаний и умений в нужном месте и в нужное время.
   Гордыня говорит, что это я сам сделал. Глас совести бубнит где-то внутри, что без помощи Люция Фера мне было бы очень трудно собрать аудиторию лиц, обиженную вниманием в своих странах, как в сильно демократических, так и в сильно недемократических обществах, где человек остается наедине с самим собой и никто не знает, кто живет рядом с тобой и чем знаменит тот или иной индивидуум. Кто-то же подвигнул их отказаться от ложной скромности и во весь голос заявить о себе?
   Горе Богославии заключается в том, что народ богославский мыслит себя массой, которую должны вести за собой цари. Те, кто вырывались из массы, снова впихивались в эту массу и только единицы возводились в классики, и только им позволялось восхвалять себя и Богославию. Других, равноценных, гнобили откровенно и безжалостно.
   - Для Богославии и одного Пушкина достаточно, - говорили одни цари.
   - Для Богославии и одной Пугачевой достаточно, - говорили другие цари.
   И только Запад ничего не говорил, готовя одно нашествие на Богославию за другим. Запад знал, что если Богославия освободится от оков самодержавия и социалистического тоталитаризма, то творческое начало выведёт её в число самых развитых и сильных стран мира. Но первое, что сделали "освободители от оков тоталитаризма", они разрушили великое государство до основания. И всё.
   До сих пор народ в нашей стране живет сам по себе, и правительство живет само по себе. Оно делает вид, что управляет страной, а народ делает вид, что подчиняется управлению, по своему наитию тормозя реформу, уничтожение самой совершенной системы образования и развивая предпринимательство в обход мер, направленных на уничтожение его. Народ, выживший во время монгольского ига, затем ига одной партии, выживет и во время ига другой партии и её приспешников.
   Генетически и на подсознательном уровне народ наш напевает про себя гимн непонятной революции. И не понятно, революции ли? Может быть, эволюции? Может, об этом говорил француз Эжен Потье:
  
   Никто не даст нам избавленья,
   Ни Бог, ни царь и не герой,
   Добьёмся мы освобожденья
   Своею собственной рукой.
   Чтоб свергнуть гнет рукой умелой,
   Отвоевать свое добро -
   Вздувайте горн и куйте смело,
   Пока железо горячо.
  
   Так кто же такой ни Бог, ни царь и не герой? Вы ещё не догадались? А я уже догадался. Это Люций Фер. Там, где находится его епархия, основным элементом является горн и горячее железо. И, похоже, что я избран им для того, чтобы объединить людей посредством создания Всебогославской, а потом и Всемирной доски почета граждан, где будут находиться люди, заявившие о желании жить активной жизнью в свободном обществе. В обществе, где законы будет определять народ, а не законы будут определять рамки жизни свободных граждан.
   Я был бы не я, если бы не сидел и не размышлял о том, а что же будет потом. Через сто лет. Через двести лет. Разум говорил мне:
   - Так ли тебе важно, что будет через сто лет, когда тебя давно не будет, никто не будет знать твоего имени, и не будет догадываться, что ты жил на белом свете?
   - Да, мне это важно, - говорила моя сущность, - я для того появился на этот свет, чтобы оставить здесь след и сделать то, что окажет влияние на ход всей истории и через сто, и через двести лет.
   - Я умолкаю, - сказал мой разум, - с сущностью богославского человека спорить трудно. Если тебе не переломают ноги, то ты добьёшься всего, что хотел.
   Я добьюсь, это точно, но мне нужно поговорить с Люцием Фером. Обговорить всё, что касается будущего.
   Мои дальнейшие мысли прервал звонок в дверь. В дверях стоял аккуратно одетый мужчина, держа в руках раскрытое удостоверение в красных корочках.
   - Федеральная служба безопасности, капитан Федоров, - четко доложил он, - предъявите ваш паспорт и распишитесь в получении повестки.
   Я расписался и взял серенький листочек. Капитан ушёл. В повестке написано: "Такого-то числа гражданин Алексеев Алексей Алексеевич приглашается на прием к начальнику управления Федеральной службы безопасности Богославии по Энской области генерал-майору Митрофанову Леониду Ивановичу. В случае неявки в указный в повестке срок, лицо может быть подвергнуто принудительному доставлению по указанному адресу".
   Как говорится, насильно мил не будешь, но лучше не вынуждать к применению силы.
  
  
   Глава 12
  
   Кабинет начальника управления безопасности был просторным и светлым. Не было никаких дубовых панелей и тяжёлых двухтумбовых письменных столов с обязательным чернильным прибором каслинского чугунного литья. И генерал был не в форме, а в модном костюме, и возрасту ему было чуть более сорока лет.
   - Здравствуйте, Алексей Алексеевич, - приветливо сказал он, - вы хотели встретиться со мной? Желание народа - закон для нас. Вы хотели поговорить о своем будущем? И мы хотели поговорить о вашем будущем. Присаживайтесь поближе к столу.
   Я был просто поражён. Неужели Люций Фер проник в святая святых нашего государства - неподкупные органы безопасности? Да, хотя, какая это святая святых? И органы безопасности делают не то, что предписывает закон, а то, что им прикажут сверху. Вся неподкупность заключается в том, что они по приказу делают то, что другие делают за большие взятки. Вот и вся разница.
   Сначала органы безопасности были под неусыпным партийным контролем и, Боже упаси, если в поле зрения попадёт член ЦК КПСС и выше и их родственники. В этом случае чекисты должны были срочно сжечь или сжевать без соли полученные компрометирующие материалы и бежать с этого места без оглядки, забыв о том, что произошло. Даже в эпоху самодержавия органы дознания и контрразведки имели больше прав, чем с 1917 года и по наше время.
   Не будем касаться чекистских органов времен Дзержинского. Была задача полного уничтожения дворянства и разночинцев, составлявших большую часть интеллигенции. И была дана полная свобода на уничтожение образованного класса в Богославии. Так что, свобода свободе рознь.
   Потом эту свободу направили на создание Беломорско-Балтийского канала, ДнепроГЭСа, Байкало-Амурской магистрали, лесозаготовки и прочие объекты народного хозяйства, куда не хотели идти нормальные граждане, коих не коснулась чистая рука людей с холодной головой и горячим сердцем.
   С начальником управления ФСБ-НКВД я встречаться не хотел. Даже в мыслях не было, но повестку вручили сразу, как только я захотел встретиться с Люцием Фером.
   - Прежде чем рассказать о вашем будущем, мы хотели бы послушать вас о вашем будущем, как вы его представляете, - ласково сказал генерал Митрофанов.
   - А чего меня слушать? - пошутил я. - Я же не соловей и предсказаниями никогда не занимался. Вы меня вызвали, вот и расскажите мне о моем будущем. Ваше ведомство располагается в бывшем здании губернской епархии, тут немало исповедей было и пророчеств всяких. Я послушаю, может, и поддакну в чём-нибудь.
   - Интересный вы человек, Алексей Алексеевич, - сказал с улыбкой генерал, - интеллигент, учитель, не сидели, а говорите как прожжённый уголовник, которому терять нечего. Времена сейчас новые, закон блюдём, невинных людей не обижаем, а нам всё тридцатые годы прошлого столетия поминают. Нехорошо это.
  
  
  
   Читать далее и обсудить на форуме
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com  
  Л.Шумахер "Мир Лимеру. Нерушимый договор" (Боевое фэнтези) | | С.Юлия "Иллюзия жизни или последняя надежда Альдазара" (Научная фантастика) | | М.Атаманов "Искажающие реальность-4" (ЛитРПГ) | | А.Михална "Путь домой" (Постапокалипсис) | | В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2" (Боевик) | | Н.Любимка "Пятый факультет" (Боевое фэнтези) | | В.Старский "Темная Академия" (ЛитРПГ) | | А.Мичи, "Отдаться ректору или умереть" (Любовное фэнтези) | | Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1" (Антиутопия) | | В.Василенко "Дикие земли. Шарп" (Боевик) | |

Хиты на ProdaMan.ru Аромат страсти. Кароль Елена / Эль СаннаИ немного волшебства. Валерия ЯблонцеваЛили. Сезон первый. Анна ОрловаДурная кровь. Виктория НевскаяПодари мне чешуйку. Гаврилова АннаНевеста гнома. Георгия ЧигаринаНЕ папочка. ПаризьенаОсвободительный поход. Александр МихайловскийСлепой Страж (книга 3). Нидейла НэльтеСоветник. Готина Ольга
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"