Сезин Сергей Юрьевич: другие произведения.

Концентрационный лагерь Кременчугской губернии

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
  • Аннотация:
    Глава для коллективной монографии по истории города

  После освобождения Кременчуга от войск ВСЮР в декабре 1919 года перед властями города встало множество проблем, одной из которых была нехватка мест в городской тюрьме для осуществления карательной политики. Городская тюрьма дореволюционной постройки была рассчитана на 230 заключенных, в то время как потребность была куда большей. Голод, разруха и эпидемии, порожденные гражданской войной, вызвали рост уголовных преступлений. Не следовало забывать и про противников Советской власти, бывших и настоящих.
  По несколько более поздним данным, в книге задержанных Кременчугского губернского управления милиции, за период с 25.01.1921 года по 31 декабря 1921 имеются 843 записи о задержанных (записи номерами с 531 по 1374). С 1 .01. 1922 года по 30.05. 1922 года их было 981 человек.
  Большая часть причин задержания - кражи. Данных за 1920 год не найдено, но число подлежащих задержанию явно превышало номинальную вместимость 'домзака'.
  В мае 1920 года была образована Кременчугская губерния, в которую были включены три уезда Правобережья. Вместе с Чигиринским уездом губернии достался Холодный яр, а с Александрией-Первая Александрийская повстанческая армия Степового-Блакитного. Приходила в губернию и армия Нестора Махно.
  В 1920 м году повстанческие атаманы даже захватывали города.
  К зиме 1920-21 года людей у них стало поменьше, но даже тогда их силы оценивались в 4500-5000 человек (это только находящиеся в строю), а с переходом к активным действиям их число могло многократно возрасти.
  К ним следует добавить множество людей, служивших различным правительствам, к которым у Советской власти были свои претензии.
  Итого для осуществления внутренний политики Советской власти требовалось больше мест заключения, нежели имелось, а хозяйственные условия препятствовали строительству новых тюрем.
  Выходом из положения было создание лагеря принудительного труда (он же концентрационный лагерь- в те годы это были синонимы).
  Поскольку со временем под термином 'Концентрационный лагерь' стали понимать место уничтожения, следует произвести краткий экскурс в историю этого явления.
  Исторически первыми концентрационными лагерями следует считать лагеря в САСШ вроде Андерсоннвилля и испанские лагеря на Кубе, организованные генералом Вейлером-и-Николау.
  Андерсонвилль- этот лагерь предвосхитил некоторые черты последующих концентрационных лагерей и фактически стал первым лагерем, функционирование которого было признано преступным, что выразилось в смертном приговоре коменданту.
  На то время концентрационный лагерь являлся местом содержания военнопленных в лагерных условиях, юридически правомочным, и на относительно ограниченный срок (реально - до окончания гражданской войны в стране). Под лагерными условиями понимаются условия, соответствующие условиям летнего содержания войск в лагерях.
  Условия эти являются в идеале привычными и знакомыми военнопленному и не подразумевают появления массовой смертности в лагере.
  Привлечение к труду не является самоцелью для этих условий и ограничено участием военнопленных в хозяйственных работах по лагерю. Высокая смертность военнопленных, достигавшая десятков тысяч, обусловлена невниманием к санитарно-гигиеническим условиям содержания и отсутствием полноценного питания. Хотя практика вывода войск в летние лагеря из казарм, наоборот, показывала резкое улучшение состояния здоровья солдат.
  Спустя три десятилетия после Андерсонвилля появился и сам термин 'концентрационные лагеря' (по-испански: campos de concentración). Для подавления восстания кубинского населения испанским правительством был прислан генерал Вейлер -и --Николау, устроивший такие лагеря на Кубе. Деятельность Вейлера на острове описывается двояко, в зависимости от политических симпатий авторов. По одной из версий, устроенные генералом концентрационные лагеря предназначались для лишения кубинских партизан поддержки мирного населения, а согнанные туда крестьяне умирали от голода и болезней. Число жертв мирного населения по этой версии достигает до четверти миллиона. Существует и противоположное мнение, что лагеря предназначались для защиты лояльного испанской короне населения от террора повстанцев, для чего они располагались при крупных гарнизонах и даже были укреплены. Жертвы же в лагерях возникли из-за казнокрадства испанских интендантов, не обеспечивших перемещенное население продовольствием. В дальнейшем появился пример английских лагерей для бурского населения, а также австрийских и турецких лагерей для нелояльного населения, а также белогвардейские лагеря в Иоканьге и Мудьюге.
  Выводом из их деятельности может служить то, что при необходимости в лагерных условиях можно содержать большие массы людей с минимальными затратами, но необходимо обратить особое внимание на противоэпидемические меры, чтобы лагерь не превратился в гигантское кладбище.
  Поэтому в РСФСР (а частично и в УССР) было принято решение о разворачивании сети лагерей принудительного труда. В РСФСР в 1918 году к содержанию в лагере было приговорено 1791 человек, в 1919 году-225 (данные неполны и относятся только к первой половине года). В УССР в 1919 году лагерь существовал в Харьковской губернии, к помещению в него приговорены 41 человек (данные за тот же период и явно не полны, поскольку в лагере перед занятием города деникинцами расстреляно около ста человек, и около 30 вывезены комендантом Саенко на север).
  В 1919 году в РСФСР были приняты нормативные документы по деятельности лагерей принудительного труда. Это Постановление ВЦИК о лагерях принудительных работ от 15.04 1919 года и Декрет о лагерях принудительных работ. Первый документ только декларировал их создание, второй подробно описывал детали функционирования. Поэтому руководство Кременчугской губернии могло пользоваться опытом товарищей из РСФСР и пользовалось, поскольку ряд нормативных документов из РСФСР был получен и использовался.
  Но лагерь в губернии был организован только поздней осенью 1920 года.
  Как уже было сказано, в 1919 году Советской властью существование концентрационных лагерей было узаконено как элемент исправительной системы государства (постановление ВЦИК 'О лагерях принудительных работ' от 15 .04. 1919 года и декрет ВЦИК от 17.05.1919 года 'О лагерях принудительных работ'). Второй документ детализовал работу лагерей, а первый лишь постановлял необходимость открытия их. Исправительно-трудовые лагеря и структуры, ими управляющие, существовали приблизительно до рубежа 1922-1923 годов, после чего сохранился только один, Соловецкий Лагерь Особого назначения, а лагеря на местах были закрыты. Параллельно с ними сохранялись учреждения под названием 'Дома принудительных работ' (сокращенно ДОПР), но они представляли собой обычные тюрьмы.
  ДОПРы существовали и после 1922-23 годов.
  Следует добавить, что, несмотря на существование лагерей в каждой губернии, существовала практика экстерриториального направления заключенных в лагеря.
  Например, часть заключенных города Новороссийска, приговоренных советской властью к отбыванию наказания в лагере принудительных работ, должны были отбывать наказание в лагерях в Юзовке и Холмогорах. Причем лагерь в Холмогорах являлся местом заключения для лиц, осужденных за службу в контрразведке белых, а лагерь в Юзовке - для лиц, скрывших свою службу белым.
  Дальнейшее функционирование лагерей в СССР выходит за рамки рассматриваемого периода, автор хотел бы отметить лишь отдельные детали, а именно наступившую перегрузку оставшихся тюрем. При этом создавалась такая ситуация, что концентрационный лагерь в городе Кременчуге в 1920-22 году не был перегружен, вмещая при норме 300 человек половину или меньше от этого числа (полностью заполнен он был очень короткий период). После же его ликвидации Кременчугский ДОПР, оказался перегруженным заключенными, имея на 230 мест 450 заключенных. Полтавский ДОПР, имея 450 мест, был загружен 1000 заключенными. И это происходило, несмотря на значительное снижение криминогенной обстановки и ликвидацию повстанческого движения. Документы географически близких ДОПР изобилуют решениями о сокращении сроков заключения и освобождении, а мест все равно не хватало.
  Чем же принципиально отличается концентрационный лагерь 1919 года от тюрьмы и иных исправительных заведений, существовавших до 1919 года?
  Принципиальное отличие - отсутствие камерного режима содержания. Остальные различия менее существенны, ибо нестойки и сильно варьируют в разных ситуациях. Камерное содержание заключенных следует рассматривать как утяжеляющий наказание фактор. Поэтому место наказания заключенных, имеющее камерный режим заключения, в позднейших лагерях СССР первоначально называлось карцером, потом штрафным изолятором, бараком усиленного режима, затем помещением камерного типа.
  То есть в идеале в тюрьме заключенный всегда заперт (за исключением короткой прогулки раз в день) - либо в своей камере, либо в тюремной мастерской. Да и прогулка на полчаса в день по тюремному двору очень условно отличается от пребывания в камере.
  Теперь возьмем для рассмотрения концентрационный лагерь вроде Андерсонвилля, где нет обязательного привлечения к труду. Заключенный в нем не заперт никогда и в пределах лагеря перемещается свободно, если не пересекает 'дедлайн', то есть границу охраняемого периметра, за нарушение которой он может быть застрелен.
  В концентрационном лагере 1919 года с обязательным привлечением к труду заключенный работает не более 8 часов, чаще всего на некоей работе вне лагеря (скажем, колет дрова для отопления красноармейского клуба имени Троцкого). Вернувшись в лагерь, он время до сна проводит в нем опять же не взаперти. О запирании заключенных на ночь на 1919 год данных нет (зимой 1920-21 года это не делалось- см. история с Готлибом и посажеными в подвал заключенными), но даже при условии запирания на ночь большую часть суток заключенный проводит не в камере.
  Таким образом, отказ от камерного содержания для заключенного создает впечатление, что он хотя и изолирован, но не в тюрьме, а для организаторов позволяет значительно экономить на организации этого лагеря, ибо отпадает необходимость строить либо переоборудовать здание под тюремный корпус с камерами.
  Эти соображения хорошо иллюстрирует стоимость постройки тюремных зданий в 1870-1880-е годы. В Пруссии на постройку тюрьмы с одиночными камерами для всех заключенных требовалось затратить сумму в 2550-3784 марки на одного заключенного. При постройке же тюрьмы с общим содержанием заключенных расходы на одного заключенного были значительно меньше - 1278-1912 марок. [1.] В случае переоборудования под лагерь зданий другого назначения ситуация еще более упрощается.
  Следует заметить, что в 'Декрете ВЦИК' упоминается о размещении заключенных в камерах общих и одиночных, но реальное камерное содержание, как в тюрьмах, реализовано не было.
   Предположим, Советской власти нужно оборудовать в городе Н. концентрационный лагерь на 300 человек. Воспользовавшись нормой для особых лагерей (она значительно более поздняя и жесткая), для барачного содержания заключенных нужны два-три барака или приспособленных здания, с полезной площадью помещений в 540 квадратных метров, исходя из вместимости барака либо здания в 100-200 человек. Практически это достигается использованием помещений, скажем, неработающего завода (один-два цеха). При этом оборудование помещений минимальное (устройство печного отопления и двухъярусных нар). Теперь в случае содержания заключенных в меньших камерах на 15-20 человек с тем же нормативом полезная площадь та же, но потребуется оборудовать дополнительные перегородки, разделив имеющиеся помещения на 15-20 камер. Это дополнительные расходы сами по себе, к которым нужно добавить необходимость использования значительно большей общей площади (разделив цех на несколько камер, приходится выделять дополнительную площадь на коридоры). Пожелав иметь камеры на 4 человека, нужно оборудовать 75 отдельных помещений и т.д. К этим расходам добавляется установка замков на каждую камеру (кстати, это весьма нетривиальная задача в рассматриваемый период). Фактически оборудовать в лагере здания с камерной системой при минимальных затратах можно было только используя для этого крупные монастыри, где были жилые корпуса для монахов с кельями либо казематы в крепостных сооружениях. Таким образом, для периода 1918-1919 годов создание новых мест заключения по типу концентрационных лагерей было практически безальтернативным вариантом. Ибо сохранившиеся тюремные заведения царского времени и прежде были значительно перегружены. На строительство новых тюрем средств не было. Поэтому частичный переход на концентрационные лагеря позволял оборудовать новые места заключения с минимальными затратами и в минимальный срок.
  Проведем сравнение деятельности ВСЮР и Советской власти в период гражданской войны. ВСЮР концентрационных лагерей не строила, а пользовалась сохранившимися царскими тюрьмами. Для губернского города Новороссийска это приводило к загрузке губернской тюрьмы 500 заключенными при дореволюционной вместимости в 230 человек. Для губернского города Кременчуга оборудован концентрационный лагерь вместимостью в 300 человек, который обычно не заполнялся более чем наполовину. При этом города Новороссийск и Кременчуг в дореволюционное время имели близкое друг к другу население (около 66 000 человек), но территория Кременчугской губернии была населена многократно больше, нежели Черноморская.
  
  
  Историография деятельности концентрационных лагерей в 1918-1923 годах
  
  Этот период не пользуется вниманием исследователей. В то же время концентрационные лагеря более позднего времени описаны в многочисленных работах, исчисляемых десятками и сотнями.
  Даже несмотря на рассекречивание фондов в 90е годы, интерес к этой теме невелик. Возможно, дело в том, что архивные фонды из областных архивов были увезены в центр. На Украине удалось обнаружить в областных архивах только фонды концентрационных лагерей Кременчугской и Подольской губерний. По мнению автора, дело в том, что эти губернии были в свое время ликвидированы, и оттого их фонды выпали из внимания при изъятии архивных дел из областей.
  Хотя множество диссертаций и научных работ посвящено деятельности правоохранительных органов либо репрессиям Советской власти, упоминания о концентрационных лагерях весьма ограничены. Среди источников базы данных фигурируют научные статьи только по нескольким концентрационным лагерям (Брянск, Рославль, Уфа, Пермская губерния) и одна газетная (Симбирск). Архивных фондов лагерей, использованных авторами, также немного - Тюменский, Екатеринбургский, Красноярский, Нижнетагильский.
  Упоминания лагерей как элемента карательной политики в работах по повстанческому движению имеют место, но они, как правило, фрагментарны. Например, при описании повстанческого движения на территории нынешней Сумской области упоминается концентрационный лагерь в Ромнах, куда свозились заподозренные в повстанческой деятельности. На этом информация заканчивается.
  В то же время сведения об этом весьма любопытны с точки зрения оценки размаха репрессий против повстанческого движения и невыполняющих продразверстку. Оказывается, в сельскохозяйственной Кременчугской губернии с населением около миллиона человек (оценочно) с размахом повстанческого движения в несколько тысяч активно действующих бойцов репрессии за это весьма скромны (до 150-160 заложников и 22 осужденных за невыполнение продразверстки).
  Таковы данные о репрессивной деятельности властей в Кременчугской губернии с фактической, а не академической стороны.
  
  
  
  Нормативное обоснование того, что должен представлять собою концлагерь
  
  Постановление ВЦИК о лагерях принудительных работ от 15.04.1919г.
  1) При Отделах Управления Губернских Исполнительных Комитетов образовываются лагеря принудительных работ.
  Примечание: Первоначальная организация и заведывание лагерями принудительных работ возлагается на Губернские Чрезвычайные Комиссии, которые передают их Отделам Управления по уведомлению из центра.
  2) Лагеря принудительных работ в уездах открываются с разрешения Народного Комиссариата Внутренних дел. Заключению в лагерях принудительных работ подлежат те лица и категории лиц, относительно которых состоялись постановления Отделов Управления Чрезвычайных Комиссий, Революционных Трибуналов, Народных Судов и других Советских Органов, коим предоставлено это право декретами и распоряжениями.
  3) Все заключенные в лагерях немедленно привлекаются к работам по требованию Советских Учреждений.
  4) Бежавшие из лагерей или с работ подлежат суровым наказаниям.
  5) Для управления всеми лагерями принудительных работ на всей территории Р.С.Ф.С.Р. при Народном Комиссариате Внутренних Дел по соглашению с Всероссийской Чрезвычайной Комиссией учреждается Центральное Управление таковыми.
  6) Заведующие лагерями принудительных работ избираются местными Губернскими Исполнительными Комитетами и утверждаются Центральным Управлением Лагерями.
  7) Кредиты на оборудование и содержание лагерей отпускаются Народным Комиссариатом Внутренних Дел в сметном порядке через Губернский Исполнительный Комитет.
  8) Врачебно-санитарный надзор за лагерями возлагается на местные Отделы Здравоохранения.
  9) Подробные положения и инструкции предлагается выработать Народному Комиссару Внутренних Дел в 2-х недельный срок со дня опубликования настоящего постановления.
  Подписал:
  Председатель Всероссийского Центрального
  Исполнительного Комитета М. КАЛИНИН
  Секретарь Л. СЕРЕБРЯКОВ
  Распубликован в ? 81 Известий Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета Советов.
  
  Таким образом, этот документ предписывает образовать лагеря принудительных работ, куда помещать лиц, относительно которых существует решение ряда органов, как судебного, так и несудебного характера о помещении в лагерь. То есть прямых указаний на контингент заключенных нет. Но косвенно можно понять, что лица, направляемые по решениям ВЧК, естественно, будут обвиняться как контрреволюционеры, спекулянты и саботажники, а лица по решениям народных судов - уголовные преступники, то есть весьма пестрый контингент пребывающих в лагерях документом заложен изначально. Поэтому их образование следует расценивать как образование нового типа мест лишения свободы, не носящего полностью политического характера.
  О заключенных сказано, что они должны немедленно привлекаться к труду, что некоторыми авторами расценивается как специфически направленный против 'бывших' акт насилия.
  Скорее всего, дело в общей идеологической установке Советской власти как власти трудящихся и известных же установках об отвержении паразитизма.
  Впрочем, это общий документ, и вскоре он был детализирован. Для этой цели издан Декрет о лагерях принудительных работ, который является достаточно подробной инструкцией. Неприемлемыми в ней, с современной точки зрения, могут служить только отдельные детали, а именно:
  1. Возможность помещения в лагерь согласно решениям советских органов и по их же решениям освобождаться (то есть внесудебный характер репрессий).
  2. Тяжесть наказания за побеги (десятикратное возрастание срока за него).
  Как видно, опыт ранее существовавших концентрационных лагерей учтен и приняты меры по предотвращению эпидемий в них.
  Шагом вперед является приравнивание в трудовом отношении заключенных и остальных работающих в части длительности рабочего дня, сверхурочных и ночных работ, оплаты по ставкам, действующим для всех рабочих.
   Разумеется, из заработков заключенного существуют вычеты, которые не должны превышать трех четвертей заработка. Впрочем, эта цифра не является чем-то необыкновенным. По данным энциклопедии Брокгауза и Эфрона, на первую половину 1880х годов процент заработанных денег, полагающихся для выдачи заключенному, составлял в Пруссии 14-30,68 процентов, в Австрии- 26.47 процента, в Англии - 4.34-10.68 процента, и только во Франции превышал 50 процентов. [1.]
  Несомненным плюсом являлся 44 пункт инструкции, который разрешал проживание в домашних условиях и явку в лагерь для проведения возложенной на заключенного работы. Таким образом, становилось возможно превращение лагеря в некую контору, осуществляющую привлечение к труду как лиц, осужденных к пребыванию в лагере, так и пребывающих на свободе. Впоследствии это и было реализовано.
  Существовали и иные нормативные документы, извлечения из которых приведены ниже.
  Согласно им, лагеря должны формироваться ЧК, но, если ЧК почему-то не берется за это, то его создание возлагается на отдел принудительных работ исполкома. Право освобождать заключенных имеет только отдел принудительных работ.
  Возможны приговоры об осуждении пожизненно, до конца гражданской войны и на срок до двух недель. Эти документы приняты в РСФСР, но, хотя формально УССР - это другая республика, то кременчугские товарищи широко пользовались российским опытом и их нормативными документами. [2.]
  За полтора года, истекших с весны 1919 года, спектр наказаний расширился, как в большую, так и в меньшую сторону, кроме того, принудительные работы без содержания под стражей переходят из категории акта поощрения в категорию обыденного.
  Таково было нормативное обеспечение функционирования концентрационного лагеря. Теперь время перейти к истории его начала в Кременчугской губернии.
  
  
  Организация Кременчугского концентрационного лагеря
  
  Она освещена в документах не без противоречий.
  Согласно делу ?1 фонда Кременчугского концентрационного лагеря, начало работы описано следующим образом:
  Сообщается, что в настоящее время в городе арестованных нет. Ранее имелось задержанных на срок до 5 суток 212 человек, которые использовались на уборке улиц. [3.C.13]
   Лагерь ныне находится в стадии организации, ранее он не существовал. Подписано заведующим отделом принудительных работ Болотиным.
  [3.C.22] Лагерь был организован во дворе ранее сгоревшей паровой мельницы Любаровского (угол тогдашних Пушкинской и Мариинской улиц, ныне бульвара Пушкина и ул. Воровского. [3.C.25}
  Расположение этого лагеря приблизительно на месте нынешнего ДК им. Петровского.
  Имеется справка товарищу Готлибу в том, что он является комендантом лагеря, датирована 21.12.1920 года. [3.C.181]
  Согласно этому делу, лагерь организован ближе к концу 1920 года. Однако дальнейшие изыскания принесли новые, противоречащие этим, сведения.
  Выяснилось, что в деле ?42 фонда приводятся списки трудовых дезертиров и заявления их и их родственников об освобождении от наказания. Указанные дезертиры являлись лицами без постоянного места работы. Оттого они обязаны были регистрироваться и регулярно посещать орган регистрации, а также по его указаниям направляться на общественные работы. Неявка на регистрацию в указанные сроки приравнивалась к дезертирству. Как выяснилось из заявлений граждан (как самих 'трудовых дезертиров', так и их родственников), нарушители подвергались двухнедельному заключению в концентрационный лагерь. Причем с августа 1920 года, то есть, когда лагерь еще не должен был существовать. Например, имеется заявление в квартальный комитет квартала ?98 Иосифа Вульфовича Бухбиндера, где указано, что он, вследствие неявки 14 августа 1920 года, уже 16 августа приговорен к двум неделям концентрационного лагеря.
  Документ от врача Галицкого, что некий Моисей Шапиро перенес возвратный тиф, поэтому он 11 августа был еще нетрудоспособен.
  Заявление Губы Мойшевны Безродной, что ее муж Ицко-Янкель Безродный осужден на 2 недели лагеря, но он не мог прийти на регистрацию, из-за того, что она рожала.
  Есть также ходатайство Союза ремесленников и кустарей об освобождении граждан Паля, Гнитина и Кренделя, попавших под вышеназванную кампанию. Резолюция на ходатайстве: 'освободить'.
  Всего трудовых дезертиров, нарушивших апрельский Приказ ?26 'О трудовой повинности', насчитывалось 364 человека, список которых с их домашними адресами имеется в деле. [4.]
  Дело ? 9 фонда вносит дополнительные противоречия в историю организации лагеря.
  В нем имеется сообщение, адресованное в Губернскую ЧК от товарища Балицкого, что концентрационный лагерь должен быть организован при первой же возможности. Дата 29.09.1920 года. На документе карандашная резолюция, что к организации лагеря приступлено. [5.C.2]
  Была составлена смета, согласно которой на организацию концлагеря на 300 человек нужно было выделить 1 миллион 66 тысяч рублей, в том числе на содержания штата сотрудников 176 тысяч рублей, на создание двухмесячного запаса продовольствия для 300 заключенных 180 тысяч рублей, на приобретение медикаментов и организацию больницы в лагере 120 тысяч рублей, на транспорт покупка 3 лошадей и подводы) 250 тысяч, на приобретение инструментов для работы 30 тысяч, на канцелярские принадлежности 40 тысяч.[5.C.4-5]
  Временно исполняющий должность коменданта лагеря А. Федотов сообщает, что с 15.09 1920 года производится выбор помещений для размещения концентрационного лагеря, но нужный результат не достигнут, потому что подобранные помещения постоянно передаются другим учреждениям. Так произошло со зданием винного склада, домом предпринимателя Гурария, соседним с ним домом. [5. C.6]
  15.12. 1920 года А. Федотов как комендант лагеря направляет в 216 батальон ВОХР просьбу об организации охраны лагеря командою в составе 30 стрелков (это дубликат документа из дела ?1 на стр. 74). Федотов уже назван не временно исполняющим должность коменданта, а комендантом.
  То есть организация лагеря сдвигается на период между октябрем и декабрем 1920 года.
  Внимание к гигиене и санитарии в лагере сохраняется, чему примером служит смета расходов на приобретение медикаментов и организацию больницы в лагере, составляющая восьмую часть расходов.
  
  
  Немного статистики
  
  Итого по новым планам и декретам требуется организовать на губернию 1-2 лагеря принудительного труда емкостью в 300 человек каждый.
  Много ли это?
  Возьмем очень малонаселенную губернию Российской империи, Черноморскую, образованную совсем недавно, оттого население ее еще невелико. В 1914 году она обходится губернской тюрьмой вместимостью в 230 человек, но которая регулярно перегружена, отчего в ней зачастую пребывает одновременно 300 человек (эти данные отражены во Всеподданнейших докладах императору).
  На 1.01 1914 года в губернии жило 194 тысячи человек населения.
  Всего за 14 год зарегистрировано 865 преступлений (на 56 меньше, чем в 13 году);
  кражи и покушения на них 502;
  грабежи, разбои 39;
  самоубийства и покушения на них 35;
  убийства и покушения на них 29;
  подкинутие младенцев 22;
  изнасилование и покушение на них 20;
  поджоги 6;
  мужеложство 4;
  остальные виды преступлений единичные.
  Тут, видимо, эти преступления даны по подсудности разным видам судов, поскольку есть и другая статистика преступлений по мировым судьям, которые должны быть добавлены, а именно оскорбления полицейских и других служителей закона 147 человек, из них приговорены к аресту 72 и штрафу 54
  В числе борцов с полицией было 9 женщин;
  преступления против благочиния и порядка -969, 230 арестованы, 426 оштрафованы, прочие оправданы;
  против общественного благоустройства и народного здравия 546, из них 99 арестованы, 266 оштрафованы, остальные оправданы;
  оскорбления чести, угрозы и пр. 2301 (в том числе 452 женщины);
  597 арестовано, 637 оштрафовано, 3 попали в тюрьму, ост. оправданы.
  Всего перед мировыми судьями предстало 6950 человек, в том числе 1445 женщин.
  Часть преступлений рассматривал еще Екатеринодарский окружной суд, в том числе 3 преступления против веры и 3 преступления против особы императора и императорской фамилии. То есть не в голодный год, без гражданской войны в губернии совершено около 600 уголовных преступлений, за которые полагается заключение и в теперешнее время плюс около 1000 человек подвергнуто административному аресту.
  В 1914 году через губернскую тюрьму прошли 2078 человек, в том числе 55 осужденных к каторжным работам (из них три женщины), 72 приговоренных к содержанию в арестантских ротах, 397 подследственных (в том числе 23 женщины), 2 человека, осужденных к содержанию в крепости, 1143 пересыльных (33 женщины), 76 административно арестованных( 4 женщины), осужденным по судебным приговорам на срок 342 ( 33 женщины).[6.]
  Поскольку в тюрьму попало только 76 административно арестованных при значительно большем числе приговоренных, следовательно, остальные подвергались аресту в полицейских участках.
  В условиях перебоев с продовольствием, характерных для времен гражданской войны, следует ожидать роста краж и грабежей, плюс появляются значительные контингенты противников существующей власти, что тоже должно увеличить число попавших в тюрьму. Из-за миграций народных масс возможно было резкое возрастание численности людей на территории губернии, и, как следствие этого, рост числа преступлений.
  ВСЮР для своей карательной политики предпочла пользоваться уже имеющейся тюрьмой, доведя ее вместимость до 500 человек (при прежней территории). При этом в тюрьме имелись камеры, где пребывало 50 человек одновременно (в такой сидел осенью 1919 года В.Э. Мейерхольд).
  В условиях гражданской войны это был путь к развитию эпидемий, что и не замедлило появиться. За период с конца декабря 1919 года по март 1920 года в тюрьме умерло не менее 15 заключенных от болезней.
  Советская власть для своих целей должна была бы сохранить всю ту же забитую заключенными тюрьму либо открыть концентрационный лагерь согласно Декрету.
  Что новая власть и сделала, открыв его в имении Абрау-Дюрсо.
  Всего отправленных туда в списках арестованных автор насчитал 78 человек, самый последний направлен туда 22 июля 1921 года, то есть это треть номинальной вместимости тюрьмы.
  Таким образом, формирование концентрационного лагеря разгрузило тюрьму даже при прежнем уровне преступности. Фактически, нужда в нем была еще больше, потому что в марте 1920 года в городе и окрестностях остались тысячи не успевших эвакуированных противников Советской власти, как военнослужащих ВСЮР, так и штатских (так называемая 'новороссийская катастрофа' белого движения).
  Ниже приводятся документы нескольких следственных органов Кременчугской губернии.
  Согласно сведениям по движению дел камеры следствия Черкасского ревтрибунала, с 1.10.20 года по 1.01.1921 года дел по контрреволюционным преступлениям было на начало периода 38, по спекуляции 3, должностных 39, уголовных преступлений 23. Всего 103 дела.
  Закончено 72 за этот период, в том числе по прекращению 17, передано в суд 38, отправлено на доследование 1. Передано в особую камеру следствия (смысл выражения неясен) 6, всего 72 дела.
  Вместе с вновь поступившими делами в процессе ведения 101 дело.
  Поступило 205 новых следственных дел с 1.01 1921 года до 1.05. 1921 года.
  Дела заведены либо переданы из следующих источников - 36 из трибуналов,131 из милиции или аналогичных служб.
  3 по заявлению лиц,
  4 по собственной инициативе камеры следствия.
  31 передано из губернского трибунала.
  По видам преступления дела разделяются из соответственно 205:
  контрреволюционных преступлений 23.
  Спекуляция 6.
  Бандитизм 48.
  Должностных преступлений 80.
  Уголовных 46.
  Из дел окончено 94, в том числе прекращено 49, 30 передано в ревтрибунал ,15 в иные судебные органы.
  Аналогичная сводка за период с 15.06. по 1.07.1921год.
  За контрреволюционные преступления осталось 31 неоконченное дело и прибавилось 3.
  За восстания - дел 3, все дела не окончены.
  Неисполнение требований милиции было 11 дел, плюс 2 прибавилось.
  Спекуляция - было 3 дело, плюс одно прибавилось.
  Подделка документов - было 1.
  Бандитизм с убийствами 7.
  Бандитизм только с грабежами 31 было, прибавилось 3.
  Содействие бандитизму 8.
  Должностные преступления 22 (в том числе 4 по взяточничеству, 18 саботаж).
  Незаконные действия - 61 было, прибавилось 8.
  Хищения -7.
  Повреждение государственного имущества -3.
  Убийство 1.
  Нанесение ранений и увечий 1.
  Покушения на убийство 2.
  Кражи 2.
  Грабеж 3.
  Разбой 1.
  Сводка по движению дел с 1 по 15.07.1921 года.
  Контрреволюционные преступления - было 33, прибавилось 1, прекращено 6.
  Восстания -3.
  Неисполнение требований милиции- 13.
  Спекуляция - было 4, прибавилось 7, закончено 2.
  Подделка документов 1.
  Бандитизм с убийством было 7, прибавилось 1.
  Бандитизм с грабежами 31 было, закончено 1.
  Содействие бандам- было 8, прибавилось 1.
  Саботаж - было 18, добавилось 2, прекращено 1.
  Взяточничество - было 4, прибавилось 2, прекращено 1.
  Незаконные действия - было 62, прибавилось 4, закончено 3.
  По остальным видам преступлений изменений нет.
   Сводка за период с 1 по 15.09. 1921 года.
  За контрреволюционные преступления осталось 29 неоконченных дел, прекращено 3.
  За восстания -2 неоконченных дела.
  Неисполнение требований милиции было 6 дел, еще 1 прибавилось и одно прекращено.
  Спекуляция - было 1 дело, одно прибавилось и одно прекращено.
  Подделка документов - было 1
  Бандитизм с убийствами 6 было, два прекращено.
  Бандитизм только с грабежами 23, 2 прибавилось и 1 прекращено.
  Содействие бандитизму 2 было, 2 прибавилось,1 прекращено.
  Должностные преступления - дел по ним 19 (в том числе 4 взяточничество, 15 саботаж))
  Незаконные действия - 75 было, 5 прибавилось. 2 прекращено.
  Хищения -9
  Повреждение государственного имущества -3
  Растрата-1
  Убийство 12 было и одно прибавилось.
  Нанесение ранений и увечий 2
  Покушения на убийство 2
  Кражи 2 было и одно прибавилось.
  Грабеж 6
  Разбой 1
  Поджог- 4
  Мошенничество-нет.
  Сводка по движению дел с 1 по 15.07.1921 года.
  Контрреволюционные преступления - было 33, прибавилось 1, прекращено 6
  Восстания -3
  Неисполнение требований милиции- 13.
  Спекуляция - было 4, прибавилось 7, закончено 2
  Подделка документов 1
  Бандитизм с убийством было 7, прибавилось 1
  Бандитизм с грабежами 31 было, закончено 1
  Содействие бандам было 8, прибавилось 1
  Саботаж - было 18, добавилось 2, прекращено 1.
  Взяточничество - было 4, прибавилось 2, прекращено 1.
  Незаконные действия - было 62, прибавилось 4, закончено 3.
  По остальным видам преступлений изменений нет.
  Сводка за период с 15.11 по 1.12. 1921 года.
  За контрреволюционные преступления осталось 26 неоконченных дел, прибавилось 2.
  За восстания - 2 неоконченных дела.
  Неисполнение требований милиции было 4, 3 прибавилось.
  Спекуляция - не было.
  Подделка документов - было 2
  Бандитизм с убийствами 4 было.
  Бандитизм только с грабежами 19 было, 3 прибавилось и 2 прекращено.
  Содействие бандитизму 3 было, 1 прибавилось.
  Должностные преступления - было дел -22 (в том числе 5 взяточничество, 17 саботаж), прибавилось 2 за саботаж.
  Незаконные действия- 81 было, 1 прибавилось. 4 прекращено.
  Хищения -9
  Повреждение государственного имущества -2
  Растрата-1
  Убийство 12 было, одно прекращено.
  Нанесение ранений и увечий 3
  Покушения на убийство 2
  Кражи - не было.
  Грабеж- 10
  Разбой -1
  Поджог- 6
  Мошенничество - нет.
  Сводка по движению дел с 15.12 по 1.01.1922 года.
  Контрреволюционные преступления - было 25, прибавилось 3, прекращено 4
  Восстания -1
  Неисполнение требований властей- 6, прибавилось 1, прекращено 1.
  Спекуляция - было 1.
  Подделка документов 1
  Бандитизм с убийством было 3, прибавилось 3, закончено 1
  Бандитизм с грабежами 20 было, прибавилось 6, закончено 5
  Содействие бандам было 4, прибавилось 2, прекращено 1.
  Саботаж - было 18.
  Взяточничество - было 5.
  Хищения -10
  Повреждение государственного имущества -2 было,1 прибавилось. одно прекращено.
  Растрата-2
  Убийство 12 было и одно прибавилось,2 прекращено.
  Нанесение ранений и увечий 3
  Покушения на убийство 2
  Кражи 1 дело было и одно прекращено.
  Грабеж 10 было, одно прекращено.
  Разбой не было.
  Поджог - было 6, прибавилось 4, прекращено 3.
  Мошенничество - нет.
  Ложный донос- 1 было, прибавилось 1 и 1 прекращено. [7.C. 16-46]
  Приведем еще некоторые данные по уголовным преступлениям в губернии.
  Сохранились дела губернского ревтрибунала за 1920 г. на 123 человека (в том числе 31 дезертир, 2 пособники в дезертирстве, 10 за должностные преступления, 1 за взятку, 9 за грабежи, 2 за убийства с грабежами). Выездные сессии ревтрибунала в уездах добавляют еще 47 человек. За 1921 г. сохранились дела ревтрибунала на 153 человека. В Полтавском областном архиве хранятся документы Черкасского и Чигиринского уездных уголовных розысков. Черкасский уголовный розыск за январь вел 73 уголовных дела, в том числе 40 дел раскрыл. В их числе раскрыто 34 различных кражи. В Чигиринский уголовный розыск в марте 1921г. было 5 обращений по поводу краж (все были раскрыты), незаконного винокурения - 5 дел (все раскрыты), 3 убийств (раскрыты все) и другие. Всего из 26 обращений о преступлениях 20 преступлений раскрыли.
  За август того же года было 72 обращения о преступлениях, 44 было раскрыто. Из 30 простых краж раскрыто 17, из двух краж со взломом - одна.
  В ноябре из 97 преступлений раскрыто 68, в том числе из 66 краж 49.
  Имеется и такой документ - книга задержанных Кременчугской губернской милиции
  Согласно книге задержанных Кременчугского губернского управления милиции, за период с 25.01.1921 года по 31 декабря 1921 имеются 843 записи о задержанных (записи номерами с 531 по 1374). С 1 .01. 1922 года по 30.05. 1922 года их было 981 человек.
  Большая часть причин задержания - кражи.
  Приведенная статистика по губернии показывает, что проблем с заполнением лагеря арестантами быть не должно.
  Вот статистика применения разных мер наказания, заимствованная с сайта Мозохина. Ряд цифр названы авторами документов непроверенными, имеются ошибки в подсчетах.
  За 1918 год органами ВЧК приговорены к заключению в концлагерь 1791 человек (эта мера использовалась не во всех губерниях), к заключению в тюрьму 21976 человек, в заложники 3061 из общего числа арестованных 42254 человека.
  Число лиц, приговоренных к этому виду наказания, значительно уступает числу заключенных в тюрьму (и даже подвергнутых штрафам больше, их 4705).
  Основное место отбытия наказания в виде лишения свободы именно тюрьма.
  По 1919 году статистика имеется неполная, и в основном за первую половину года. Статистика по украинским губерниям еще более неполна, вследствие наступления белых войск и занятия Украины ими.
  Всего с января по май к направлению в концентрационный лагерь приговорены 225 человек, а в тюрьмы 7914 человек.
  В том числе по украинским губерниям осуждены к помещению в концлагерь 41 человек (только Харьковская губерния). В этой же губернии приговорены к тюремному заключению 405 человек.
  Ситуация та же. Концентрационный лагерь не является сколь-нибудь значительным видом наказаний вообще, а на Украине еще более редок.
  Следующий период - май-июнь 1919 года. Но здесь данные имеются только по 15 губерниям, и снова без украинских губерний.
  В концлагерь осуждено 37 человек, кроме того, еще в отдельную графу вынесены 'принудительные работы'- 293 человека. За тот же период к тюремному заключению приговорены 1357 человек, а к штрафам 374.
  Ситуация пока не меняется, несмотря на выход Постановления и Декрета.
  За июнь-июль к заключению в концлагерь приговорены 143 человека и к принудительным работам 212, а вот к тюремному заключению 949 человек.
  Данные за 1920 год отсутствуют.
  За 1921 год органами ВЧК всей страны приговорено к помещению в КЛ 19896 человек, а в тюрьмы 1828 человек.
  Таким образом, только теперь ситуация меняется- концентрационный лагерь уже занимает значительное место в системе учреждений по исполнению наказаний, поскольку приговоры ВЧК вынесены 35829 человек. В 1922 году украинские органы ВЧК приговаривают к отбытию наказаний в КЛ 2656 человек (в первом полугодии 1845, во втором 811 человек).
  В 1923 году к заключению в КЛ приговорены 2348 человек, в том числе центральными- 1365 человек, а остальные - местными органами ОГПУ.
   В 1924 году к заключению в КЛ приговорены 4151 человек.[8.]
  Теперь будет приведена статистика Кременчугской губернии. Первоначально в ней открыт один концентрационный лагерь в самом Кременчуге, потом второй в Черкассах.
  На 11 ноября 1921 года в Кременчугском лагере имелось всего 60 человек.
  Количество заключенных в 1921 году колебалось от 28 до 158.
  В Черкасском лагере период с 6 по 12 июня 1921 года состояло 44 человека, в том числе 1 женщина, прибыл 1 человек.
  Далее содержатся сведения, что в период с 19 по 26 мая состояло 67 человек (3 женщины).
  На 27.04. состояло 86 человек (1 женщина), 14.04. состояло 55 человек (1 женщина), 6 апреля состояло 74 человека (3 женщины), освобождено 16 человек из состоящих на учете при лагере.
  Общее же число пребывавших в обоих концентрационных лагерях составляет приблизительно 730-750 человек. Более точно сказать пока затруднительно, потому что ряд личных дел относится сразу к нескольким людям, например, дело ?387 на 3 человек, ?572 тоже трех, ? 911 на шестерых.
  Выявлены случаи, что на одного человека имеются два дела. Это Пристер Шая Нафтулович, на которого имеется дело номер 659, датированное февралем 1921 года (4 страницы) и дело ? 660, датированное ноябрем 1921 года (6 страниц).
  А также Борисенкова Василиса, на которую есть два дела 225 и 226, датированные одним днем 15 мая 1921 года, и содержащие соответственно 1 и 2 страницы.
  Таким образом, число лагерей в Кременчугской губернии достигает среднего уровня по стране, создание концентрационного лагеря для губернии не являлось приоритетным, ибо первый лагерь был создан в октябре-ноябре 1920 года, в то время как губерния была создана в мае 1920 года, а территория ее освобождена от деникинцев еще в конце 1919 года.
  Что касается охвата содержанием в концентрационном лагере населения губернии, то автор, не имея точных данных, какое население было в Кременчугской губернии на период 1920-22 годы, вынужден исходить из данных переписи 1897 года, когда шесть уездов, впоследствии включенных в губернию, имели население около миллиона человек ( только Кременчугский уезд 244 тысячи).
  Теперь сравним с практикой помещения в концлагерь Кременчугскую губернию и остальные губернии при Советской власти. При этом посчитаем, что заключенные в губернские концлагеря помещались относительно равномерно в течении всего его существования, которое примем с ноября 1920 года по апрель 1923 года, то есть за 30 месяцев 25 человек ежемесячно.
  Тогда за 1921 год среднее число осуждений по стране на губернию только по линии ВЧК составит 576 человек, тогда как по Кременчугской губернии в среднем 300 по всем линиям.
  На 1922 год по украинским губерниям только по линии ВЧК 332 на губернию, тогда как в среднем по Кременчугской (по всем линиям) 300.
  Приближенные подсчеты показывают, что интенсивность использования концентрационных лагерей Кременчугской губернии была ниже, чем в среднем по территории будущего Союза СССР и УССР.
  Фактически же использование концлагеря как места лишения свободы еще ниже, чем показывают эти подсчеты.
  
   Кто и за что находится в концентрационном лагере.
  
  По Черкасскому лагерю имеются следующие данные.
  Из 72 человек дивизионным трибуналом осуждены 11 человек (из последующих документов можно предполагать, что за дезертирство), отделом принудительных работ 4 человека, губернским трибуналом 22 человека, военными трибуналами 2 человека, народными судами 23 человека, остальные приходятся на неуточненные трибуналы. [9.C.26]
  В именном списке из 77 человек на 19.03.1921 года часть осужденных имеют запись, что неясно на какой срок и за что. Таких насчитано 8 человек. Двое из них, возможно, польские военнопленные (Я. Гурский и Г. Бобер).
  3 человека осуждены за мешочную торговлю, но не указано, на какой срок.
  За дезертирство осуждено 10 человек, сроки от 8 до 20 лет, чаще 8 и 10 лет.
  За бандитизм и контрреволюцию осужден 1 человек на 15 лет.
  За бандитизм (от 5 до 15 лет, но чаще 10 и 15 лет)
  За руководство бандою (человек, являвшийся в ней начальником штаба) на 5 лет.
  За вооруженный грабеж 3 человека (срок у всех три года)
  За убийство 1 человек - 3 года.
  За кражи 5 человек - сроки от 4 месяцев до 1 года.
  За хранение оружия 1 человек -10 лет.
  За дискредитацию советской власти 2 человека- 10 и 15 лет.
  За халатное отношение к служебным обязанностям - 1 человек на 1 год. [9.C.32]
  Есть и уточненный вариант этих данных: на срок до 1 года осуждено 8 человек, в том числе 7 человек за кражи и 1 человек за халатное отношение к служебным обязанностям. За кражи сроки составляли от 2 до 6 месяцев, только за кражу госпитального имущества назначен 1 год.
  На сроки до 5 лет осуждены 14 человек, в том числе 1 за убийство, 3 за дезертирство, 3 за кражи.
  На сроки до 10 лет осуждены 15 человек, в том числе 7 дезертиров, 1 за злостную спекуляцию, 1 за кражу,1 за бандитизм.
  На сроки до 15 лет осуждены 5 человек, в том числе 3 за бандитизм, 1 за дискредитацию советской власти. 1 за бандитизм и контрреволюцию.
  Один из них, умер в лагере.
  На срок 20 лет осужден 1 человек за дезертирство.
  На срок до окончания гражданской войны осуждены 12 человек из них за контрреволюцию на такой срок осужден 1 человек, 3 человека за злостную спекуляцию, а у 8 человек данные отсутствуют. Причем отсутствие данных указывается именно лагерем, что он не извещен, за что именно осужден заключенный.
  На неопределенное время, 'до распоряжения' осуждены 22 человека. Все за невыполнение продразверстки. 2 человека из них умерли в лагере
  На срок до 1 месяца осуждены 12 человек, но указано лишь, что из них двое осуждены за кражу леса (возможно. самовольную порубку). У остальных причина осуждения не указана.
  Лица, осужденные без лишения свободы на срок до 6 месяцев
  Таких 2 человека, причины не названы.
  Лица, осужденные без лишения свободы на срок до 5 лет
  Таких 2 человека - один за дебоши и оскорбления, один за 'расходование' (возможно, растрату).
  Лица, осужденные без лишения свободы на срок до 10 лет.
  Таких один, осужденный за взятку. [9.C.34-44]
  
  Кременчугский лагерь.
  
  На 11 ноября 1921 года в лагере имелось всего 60 человек, из них на сроки до 5 лет осуждено 20 человек (4 за должностные преступления, 5 спекулянтов, 10 уголовников. 1 контрреволюционер). На сроки свыше 5 лет осуждены 1 человек за должностное преступление, 1 за спекуляцию.5 человек осуждены до конца гражданской войны, 33 -заложники.
  На один из дней октября 1921 года (из-за подшивания в дело точная дата неясна) в лагере числилось 43 человека, из них 30 заложников. Все остальные осуждены на срок до 5 лет, в том числе 4 за должностные преступления. 2 за спекуляцию, 6 за уголовные преступления,1 за контрреволюционные.
  В губернии фактически получилось, что в Кременчугском лагере содержится много заложников, а вот Черкасский лагерь имеет более пестрый контингент. С чем это связано, установить не удалось.
  Можно сравнить причины и сроки с общими данными по лагерям.
  'В сентябре 1921 г. в 117 лагерях НКВД насчитывалось 60457 заключенных (это
  максимальная цифра за весь год). Из них осуждены органами ЧК 44,1%,
  другими административными органами 7,9%, народными судами 24,5%,
  ревтрибуналами 8,7%, реввоентрибуналами 11,6%, прочими судами
  (полковыми, товарищескими) 3,2%. По официальной статистике самих
  репрессивных органов, за контрреволюционные преступления отбывали
  наказание около 17% заключенных. Наибольшую группу (30,3%) составляли
  заключенные со сроком до 5 лет, остальные имели срок от 3-х месяцев до
  3-х лет'. [10.]
  Таким образом, и в Кременчугской губернии сохраняется тенденция к назначению приговоренным минимальных сроков наказания.
  Представляют интерес также данные о сроках осуждения за разные преступления, в том числе и в сравнении с более поздними статьями УК. УК Украины в редакции от 5.04.2001 года за дезертирство в военное время предусматривает наказание в виде лишение свободы на срок от 5 до 12 лет, то есть отношение к дезертирам смягчилось и срок 20 лет лишения свободы за одно дезертирство получить уже невозможно, хотя нельзя исключить, что срок 20 лет заключенный получил за совокупность нескольких преступлений. Согласно нему же, получить срок от 2 до 6 месяцев лишения свободы за кражу возможно, но это является большим везением для осужденного. Срок без лишения свободы за взятку ныне невозможен (либо лишение свободы, либо штраф). Статья УК ? 257 'Бандитизм' предусматривает лишение свободы на срок от 5 до 15 лет, то есть столько же, сколько и тогда.
  В лагерь попадали не только за вышеперечисленные преступления. Например, Бибичева Татьяна освобождена 18.02.1921 года как 'представившая документы о непричастности к проституции'.
  Грамурко Аграфена имеет такую же запись.
  В апреле 1921 года и позднее началась борьба с безбилетным проездом на железных дорогах. Особенно активен было Знаменский отдел ЧК на железнодорожном транспорте. Автором выявлено не менее 8 дел на безбилетных пассажиров.
  
  
  
  Чем концентрационный лагерь фактически является и каков труд в нем.
  
  В царское время обязательное привлечение к труду было характерно лишь для каторги (каторжан, отказывающихся от работы ожидали телесные наказания). Для других видов тюрем дореволюционной России привлечение к труду было недавним приобретением. Еще в 1880х годах задействование заключенных даже в уборке тюремного двора было редкостью (и то раз в две недели). Затем тюремные мастерские перестали быть чем-то необычным, но в них работали далеко не все заключенные. Зачастую инициатива о возможности выполнения заключенными каких-то оплачиваемых работ исходила от благотворительных учреждений на воле, нежели от администрации тюрем. Например, в Новороссийской губернской тюрьме инициаторами разбивки огорода для нужд заключенных были городские власти, а инициатива дать возможность арестантам выделывать соломенные колпаки для бутылок исходила от губернатора и пропагандировалась газетами.
  Новая власть декларировала почетность труда и обязательность его для всех способных к нему, не исключая и арестантов.
  Но в 1918 году концентрационный лагерь представлял собой еще относительно редкое учреждение, задуманное для подавления эксплуататорских классов. Помещение в него тогда носило внесудебный, административный характер, пребывание в нем не обозначено инструкциями. Поэтому его следует расценивать как новый элемент политических репрессий, направленных против прежних эксплуататоров.
  С выходом нормативных документов 1919 года концентрационный лагерь теперь становится еще одним исправительным учреждением, и получает необходимую регламентацию своей работы и официальное подтверждение необходимости привлечения своего контингента к труду. Внесудебный характер его деятельности сокращается. К тому же он теряет политическую направленность, поскольку официально он не предназначен для содержания только определенного контингента. Если по линии ВЧК и административных органов можно было рассчитывать на направление исключительно или по большей части политических заключенных, то народные суды скорее должны были направлять уголовных преступников. Возможность же лагерю организовывать привлечение осужденных к труду без лишения свободы еще более расширяло их функцию.
  Практически за период 1919-1922 годов концентрационный лагерь превратился в значительный элемент карательной политики страны. Поскольку политических заключенных в нем было меньшинство, он стал фактически аналогом тюрьмы, отличаясь от нее режимом содержания.
   Пользуясь современной терминологией, в нем сочетались функции изолятора временного содержания, ИТУ сразу нескольких типов (поскольку сроки заключения были очень различными), бюро по исполнению наказаний, не связанных с лишением свободы, места содержания военнопленных.
  Труд заключенных в лагере.
  Часть заключенных лагеря использовались на работах внутри его, часть на внешних работах.
  Внутренние работы.
  Известно об этом пока косвенно, из личных дел: заключенный Айзенберг работал конторщиком лагеря, заключенный Амчиславский по слабосильности работал кашеваром.
  Внешние работы.
  Учреждения и предприятия города, имеющие нужду в рабочей силе, направляли свои запросы в подотдел исправительных работ, откуда информация спускалась непосредственно в лагерь: направить столько-то работников в такое-то учреждение тогда-то. Существовали разовые наряды, более не повторявшиеся, существовали регулярно присылаемые наряды. Некоторые учреждения (например, ВЧК) получали рабочих в постоянное пользование. Ряд учреждений, чьи сотрудники попадали в лагерь, ходатайствовали о его работе на прежнем месте, так как считали его незаменимым работником. Например, гарнизонная пекарня упорно ходатайствовала за своего пекаря Вульфа Зейдина. Был случай, когда учреждение, узнав, что некий гражданин оказался в лагере, ходатайствовало о направлении его на работу сторожем для охраны (Первая Советская Конфектная фабрика по отношению к гражданину Индутному). При этом она не называет заключенного своим работником. В ходатайствах часто звучат слова о гарантии оплаты и даже указания о том, что оплата будет произведена по ставкам, согласованным с профессиональным союзом.
  После согласования лагерь направлял нужное число работников в сопровождении конвоя по месту требования. У конвоя имелся бланк специального документа об использовании рабочей силы. Он состоял их двух половин, первая из которых содержала данные о том, в какое учреждение отправлены в каком количестве заключенные, а вторая половина служила документом обратной связи (отрывной талон). На ней заказчик писал, сколько получено заключенных, сколько часов они работали. Иногда были и другие указания - хорошо ли работали заключенные(есть запись, что работали они очень хорошо, отчего просят присылать именно этих заключенных, а не других, хотя есть и обратные примеры) , есть запись, что работы для них сегодня не нашлось, но просят прислать их еще раз завтра в то же время. Документ разрывался на две части. Первая часть оставалась в распоряжении заказчика, а документ обратной связи возвращался в лагерь. [11.]
  Сроки работы - в течение 1920 года был только один случай, когда заключенные работали 8 часов, два случая по 7 часов. В остальных случаях от 3 до 6 часов.
  В 1921 году 8 часовый рабочий день встречается чаще, но далеко не во всех случаях.
  Величина физической нагрузки заключенных может быть точно рассчитана только в одном случае. Существует документ, согласно которому двое заключенных за один день, работая три часа на колке дров, заготовили 100 пудов дров. [11.C.37]
  Современный норматив для рабочего - лесоруба предусматривает на колку и укладку дров в поленницу (при дальности переноски до 20 метров и крутизне склонов до 15 градусов) в зимних условиях 4.1-5.1 кубометра древесины (в зависимости от породы древесины). Поскольку дальность переноски и крутизна склонов соответствуют условиям города, то заготовление 100 пудов сосновых дров - 3 кубических метра. Современный норматив требует от двух лесорубов за три часа заготовить 3.75 кубометра дров. [12.]
  Косвенно можно определить нагрузку и еще в одном случае- направление заключенной- женщины на уборку в квартире юрисконсульта Губсовнархоза. Она справилась с уборкой за день. Причем результат хозяину квартиры понравился, и он подал заявку еще раз, скромно прибавив, что, если можно, то прислать ту же заключенную.
  Виды работ - наиболее часто это либо колка дров, либо погрузочно-разгрузочные работы.
  Колка дров часто требовалась клубам для проведения массовых мероприятий и мельницам.
  Погрузочно-разгрузочные работы - два раза на станции (разгрузка хлеба и эшелона с ранеными). В двух случаях разгрузка металла на заводах с его сортировкой. Были случаи уборки сухого мусора в госпитале и перевозка рояля из клуба в клуб.
  Приблизительный список предприятий, которые пользовались трудом заключенных: Губполитпросвет, государственные мельницы ?4 и 11, Первый государственный гвоздильный завод, госпиталь ?422, аптечный склад, Металлосбыт, ГубЧК, губисполком, управление по заготовке топлива Южного фронта, гарнизонный противоэпидемический отряд, Второй ГМЗ, государственные лесозаводы ?4 и 5, мастерская Каждана и Рабиновича, бывший завод Родина, бывшие мельницы Амчиславского, Венгерова, Славензона ( возможно, часть предприятий названа дважды, и по старому, и по новому названиям), гарнизонная гауптвахта ( белить стену), дом ребенка, детский городок.
  Женские руки для уборки требовались клубу имени Третьего Интернационала. УкрРОСТА, командирских курсов, общежитиямЮ, гостиницам перед проведением губернского съезда Советов.
  Со временем все чаще выдавались длительные наряды, на две недели и больше, не только двум пильщикам дров, но и на 50 человек на двухнедельный срок.
  Разумеется, не все было гладко, и в отрывных талонах писали и такое: при разгрузке поезда с ранеными 'один заключенный удрал из-под надзора', ' Шевчук Акилина через полчаса ушла самовольно', 'Измайлов Леонид Яковлевич при распределении работ поставил условие, чтобы им дали хлеба по два фунта и два обеда, из-за чего все рабочие не захотели становиться на работу', 'просим больше этих арестантов не присылать'.
  
  Питание и медицинская помощь.
  
  Нормы питания заключенного концлагеря, утвержденные 23 августа 1920 года и приравненные к нормам питания для занимающихся физическим трудом граждан.
  В день
  хлеб- 1 фунт (409 грамм)
  крупа - четверть фунта
  мясо или рыба - четверть фунта, выдаются два раза в неделю
  жиры- 3,2 золотника (золотник - 4,26 грамм)
  мука подболточная- 3,2 золотника
  Свежие овощи 1 фунт
  приправа -1 золотник
  сахара- 1,6 золотника в день
  соль 3,2 золотника в день
  чай- 1 золотник в день.
  Для больных заключенных норма больше:
  Добавлено количество хлеба (месячная норма оттого выросла до 45 фунтов против обыкновенной в 30 фунтов),
  жиров (6 золотников в день против 3,2)
   подболточной муки (с 3, 2 золотников до 4,3 золотника),
  сахара (2 фунта в месяц, а для здорового полфунта).[13.]
  Но очень важны является то, насколько эти нормы соблюдались.
  Для иллюстрации этого имеется документ о передаче концлагеря из ведомства в ведомство 17 июня 1921 года.
  В процессе передачи на этот день переписано все, что в лагере было.
  В наличии 140 человек заключенных.
  На кухне имеются:
  хлеб ржаной 5 пудов два фунта (дневной расход 3 с половиной пуда)
  муки подболточной больше 2 пудов
  крупы трех сортов 2 пуда 11 фунтов и еще десяток золотников (дневной расход 35 фунтов).
  картофеля 13 пудов (дневной расход 3 с половиной пуда).
  Соли и сахару- больше, чем по пуду каждого
  Масла подсолнечного полпуда. [14.]
  Неясно, когда подсчитывали этот запас, утром до кормления людей или после, но на тот день еда была по норме для всех. А ряда продуктов даже больше, чем на сегодняшний день.
  Медицинская помощь заключенным.
  В фонде имеется книга больных заключенных,
  датирована она 1920 годом, имеет 125 записей. Поскольку на многих из них имеется несколько записей, число обратившихся за помощью около 80 человек.
  В основном обращались по поводу лихорадочных состояний (определяется по указанию температуры тела), 19 записей гласит 'здоров' (в том числе одна - 'здоров, но нуждается в легком труде'). Среди заболевших у трех указан кариес зубов (по латыни). Ряд заболевших осмотрен врачом три-четыре раза, указывается положительная динамика болезни. Ряд записей опознаются как назначения медицинских препаратов, но их записи недостаточно разборчивы. Можно разобрать только то, что часть препаратов назначена в жидкой форме, часть в порошках.
  Анализ дела позволяет говорить, что медицинская помощь заключенным оказывалась и что врачебные почерка еще в 1920м году были совершенно нечитаемыми для посторонних. [15.]
  Кроме того, в делах имеются сообщения из инфекционных бараков при городской больнице о том, что заключенные выздоровели и могут быть возвращены в лагерь.
  Косвенным признаком высокого уровня оказания помощи является отсутствие эпидемий в обоих лагерях и низкая смертность среди заключенных. На настоящий момент известны 6 случаев смерти заключенных. Двое умерли в Кременчугском лагере, четверо - в Черкасском. Причины смерти пока неизвестны.
  Благодаря труду медиков, лагерь в Кременчуге не стал лагерем смерти вроде Талергофа или Андерсонвилля, хотя предпосылки к этому были весомыми. Эпидемическая обстановка в городе губернскими властями характеризовалась так: "Улицы и дворы города представляют собой помойную яму, на тротуарах и дорогах горы замерзшего мусора. В то же время как эпидемии косят людей вокруг десятками..." Так напечатано в ? 57 газеты 'Городские Известия' от 15.03.1921г.
  Какова же была эпидемическая обстановка в 1920 году, у автора есть только косвенные сведения, но в более позднее (и более благополучное) время цифры были такие:
  за первые 4 месяца 1922 года в Кременчугской губернии было 70 случаев холеры, 653 случаев брюшного тифа, 2811 сыпного тифа,3243 возвратного тифа, 243 случая дизентерии, 266 кори, 56 скарлатины, 27 дифтерии, 53 оспы.
   В соседней Полтавской губернии было куда хуже, по большинству инфекций она лидировала в УССР:
  холера 527 случаев, брюшной тиф 748, сыпной тиф 9189, возвратный 7978, тиф неясной природы 1588, дизентерия 380, корь 1039, скарлатина 158, дифтерия 80, оспа 140.
  Тифов вообще в ней было в полтора - два раза больше, чем в других губерниях.
  
   Некоторые сведения из личных дел заключенных
  
  Дело ?185
  Альховский Иван Леонтьевич, 1890 года рождения,
  Осужден народным судьей 3 городского участка за кражу госпитального белья и приговорен к 2 месяцами концлагеря.
  Осужден 17 декабря 1920 года, срок истекает в феврале 1921 года.
  Альховский настойчиво просился в домашний отпуск, и его отпускали, за два месяца заключения - минимум четыре раза, с 17.00 по утро завтрашнего дня.
  Дело ?187
  Амчиславский Фроим Абрамович, родился 20.01.1869 года, по национальности украинец, но родной язык еврейский. Он беспартийный, у него при обыске были изъяты меховые изделия. Обвиняется он в сокрытии товара. Осужден Кременчугской ГубЧК сроком на один год.
  В деле представляет интерес то, что он регулярно отпускался в домашний отпуск - за 4 месяца содержания в лагере не менее 4 раз. Уже второй раз можно видеть в деле такую возможность регулярно и достаточно часто посещать дом, будучи осужденным.
  Дело 186.
  Алексеева Мария Владимировна, 18 лет, украинка, из мещан, замужем. Мужа зовут Иван Иванович, проживает в Херсонской губернии, город Елисаветград, Преображенская улица, дом 12.
  Препровождена в лагерь со станции Знаменка, согласно документу номер 1743, в котором указано, что она осуждена начальником ОДТЧК и тройкой по борьбе с безбилетным проездом на железной дороге за проезд по железной дороге без проездных документов на 3 года. В лагере с 15.05.1921 года. Бежала 18.05.1921 года.
  Дело ?189
  Арцышевский Моисей Михайлович, 18 лет, белорус, уроженец Минска, из мещан, проживающий Полтавская губерния, Роменский уезд, город Глинск, холост, неграмотен (подпись в виде трех крестов).
  Поступил из ОДТЧК согласно документу номер 2720 от 12.07.1921 года.
  Осужден за безбилетный проезд на 3 месяца, срок начинается с 11.07.1921 года. истекает 11.10.1921 года.
  Бежал с работ 18.07.1921 года.
  Дело ?201
  Иван Ефимович Боянов родился 22 октября 1895 года в Нижегородской губернии, происходит из крестьян.
  Член партии большевиков с 1918 года.
  Помещен в концлагерь 9 февраля 1921 года на срок ДВАДЦАТЬ ЛЕТ за дискредитацию советской власти.
  Конец срока - февраль 1941 года.
  Первоначально приговорен к расстрелу, затем расстрел заменен 20 годами заключения в концентрационный лагерь.
  До другой войны он не досидел, сбежал 6 апреля 1921 года.
  Документов, производился ли розыск, в деле нет.
  Дела ? 186,189.201 могут рассказать, что поисками сбежавших из лагеря милиция и прочие органы занимались неактивно. Например, гражданка Алексеева из дела 186 разыскивалась губернским уголовным розыском в Кременчуге, а не в Елисаветграде, где жила ее семья.
  Дело ?130.
  Содержит самый минимум документов, всего 2 страницы, хотя по-своему интересно, ибо описывает превращение заключенного в сотрудника лагеря. Биографических данных о нем практически нет.
  На обложке знак секретности и надпись 'Дело о сотруднике концентрационного лагеря Айзенберге'
  Дата начала 2.12.1921 года, дата окончания - 31.12.1921 года.
  Стр.1
  Губитдел предлагает немедленно откомандировать для работы канцелярии вверенного вам... заключенного Айзенберга.
  Зав. Губернским ИТО (фамилия неразборчива)
  Секретарь.
  На бумаге резолюция: назначить бухгалтером концлагеря. Подпись.
  Стр. 2
  Удостоверение.
  Дано Айзенбергу Александру Петровичу в том, что он действительно состоит в должности конторщика канцелярии Кременчугского концентрационного лагеря.
  Документ имеет номер 5320, датирован 13.01.1921 года.
  Более документов в деле не имеется.
  Дела ? 659 и 660.
  Оба дела касаются одного человека.
  Пристер Шая Нафтулович, родившийся 9 августа 1879 года, , получивший домашнее образование, имеющий профессии бухгалтер и счетовод, происходящий из мещан, женатый, имеющий сына 14 лет,
  Поступил от ГубЧК 26.02.21 года, осужден за спекуляцию до конца гражданской войны. Выбыл в губотдел управления 28 марта 1921 года.
  В деле имеется прошение Пристера о том, что его жена тяжело больна, и просьба его отпустить для помощи ей с 29 апреля по 4 мая 1921 года. Приложено ручательство за него коммуниста Б. Могилевского и Барвина (секретаря губернского тр. отдела)
  Следующая страница- ходатайство, что коммунист Борис Могилевский (партбилет ?869003) и секретарь губернского транспортного отдела Барвин берут на себя ответственность в случае побега или несвоевременной явки Пристера. Пристер вернулся вовремя.
  Это небольшая иллюстрация к нравам эпохи.
  Информация о существовании и деятельности концентрационных лагерей
  
  Обладали ли современники информацией о существовании и деятельности Кременчугского лагеря?
  Да, обладали. Декреты СНК подлежали 'распубликованию' везде.
  Информировали ли их о существовании лагеря? Да.
  Упомянутый ранее номер 57 газеты 'Городские Известия' от 15.03.1921г. содержит приказ губернских властей в пятидневный срок навести порядок с санитарией. Уклоняющимся от уборки гражданам грозил концентрационный лагерь.
  Концентрационным лагерем подчиненным за халатное отношение к работе в 1921 году грозили в приказах начальник Кременчугского артиллерийского склада и начальник Кременчугской губернской милиции.
  Ситуация в других местах была аналогичной. В полтавской газете в 1920 м году опубликована статья о том, что происходит в Полтавском концентрационном лагере, кто там сидит, какие там условия, каким трудом занимаются заключенные. Несколько позже в газете публикуется заметка о том, что в лагере началась эпидемия.
  Предприятиями регулярно ходатайствовали об откомандировании им в помощь заключенных, а также о возможности заключенным работникам предприятий работать именно на своем рабочем месте.
  Отпускаемые два раза в месяц домой заключенные также рассказывали о своем житье - бытье в лагере.
  Со временем информация о них стала закрытой и забытой. Даже несмотря на рассекречивание фондов в 90е годы, интерес к этой теме по-прежнему невелик.
  
  Вместо послесловия
  
  Автор предполагал, что Кременчугский лагерь закончил свое существование в период 1922-1923 годов вместе с такими же учреждениями, и ему осталось только найти в обширном фонде точную дату его закрытия.
  Но в материалах Кременчугского ДОПРа обнаружилось, что среди его заключенных на протяжении второй половины 1924 года числятся несколько человек, которые обозначены как 'числятся за концлагерем'.
  Число их колеблется от трех человек до четырех. Последний раз они в числе четырех упомянуты в сводке для окружного исполкома в двадцатых числах декабря 1924 года.
  ИСТОЧНИКИ:
  1. ru.wikisource.org/wiki/ЭСБЕ/Тюрьма
  2. ДАПО, фонд ФР-2210, опись 1, дела 1, 10, 61, 120
  3. ДАПО, фонд ФР-2210, опись 1, дело 1
  4. ДАПО, фонд ФР-2210, опись 1, дело 42
  5. ДАПО, фонд ФР-2210, опись 1, дело 9
  6. Архив администрации города Новороссийска, фонд Р-72, оп.1, д.1
  7. ДАПО, фонд ФР-2048, оп.2. дело 43
  8. http://mozohin.ru/article/r-7.html
  9. ДАПО, фонд ФР-2210, опись 1, дело 65
  10. www.territoryterror.org.ua
  11.ДАПО, фонд ФР-2210, опись 1, дело 4
  12.Организация, планирование и управление в лесном хозяйстве...ФГОУ ВПО ПГСХА; сост. В. Н. Усов. - Уссурийск, 2008.- 70 с.
  13. ДАПО, фонд ФР-2210, опись 1, дело 16
  14. ДАПО, фонд ФР-2210, опись 1, дело 109
  15. ДАПО, фонд ФР-2210, опись 1, дело 17
  
  

Популярное на LitNet.com И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) А.Рябиченко "Капитан "Ночной насмешницы""(Боевое фэнтези) В.Пек "Долина смертных теней"(Постапокалипсис) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика) С.Панченко "Ветер. За горизонт"(Постапокалипсис) И.Головань "Десять тысяч стилей"(Уся (Wuxia)) М.Олав "Охота на инфанту "(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"