# Невыносимо близко

А Ш

Письмо было дописано и запечатано.

И даже опущено в ящик.

Но не в почтовый, а в тот, старый, который делался когда-то, давным-давно... собственноручно и с претензией на изящную шкатулку. И был даже художественно разрисован. А после по карандашным линиям рисунок старательно прижигался специальным прибором, похожим на авторучку-паяльник.

Шкатулка, если честно, получилась так себе, и он хранил её из какой-то глупой ностальгии - может быть из такой же, какая сейчас толкнула его на написание письма.

Поперечная фанерка, делящая пустоту шкатулки на две неравные части, давно шаталась, чуть надломленная снизу, в месте крепления. Да и сама шкатулка вот-вот развалится. А может быть и нет - если чуть пристукнуть молотком по разболтавшимся гвоздикам и мазнуть клеем.

Письмо как раз вошло в более широкое отделение.

- В нишу вечного успокоения, - хмыкнул он, кривясь полуулыбкой.

Вспомнилось зачем-то, что "ниша" - слово французское и происходит от глагола "nicher", означающего "вить гнездо".

- Тут будет гнездо для безнадёжных писем. Как ни прискорбно, но, кажется, я напишу их немало... Впрочем, - хмыкнул невесело, - оно и правильно. Не зря психологи советуют изливать всё на бумагу. Авось, и у меня - когда выльется, то и рассосётся. Вот и буду. Изливать.

Он захлопнул шкатулку, обвёл пустым взглядом тихую комнату с плотно зашторенным окном, поморщился, в очередной раз укоряя себя и соглашаясь, что это неправильно, что так жить нельзя, и время движется вперёд, и оно, время - лечит...

Или не лечит?

Может, в его случае лечение просто подзатянулось и остаётся лишь немножко подождать, ещё совсем чуть-чуть - и тогда...

- Что - "тогда"? - зло пробормотал он. - Я забуду её? Тогда забуду? Насовсем?

Тяжело поднялся со стула, с каким-то недоумением покачал головой, удивляясь своим словам, медленно прошаркал во вторую комнату, столь же тихую и зашторенную.

Что за окном - ночь? День? А это имеет значение?

Электрический свет был жёлтым и резким, и неважно, происходит ли что-нибудь там, за плотными шторами. Здесь всё неподвижно и успокаивающе по-прежнему: мебель, обои, шторы. Время и пространство остановилось в тот момент, когда он осознал, что Ладушка умерла.

Нет, не в ту секунду, когда узнал о её смерти - тогда он засуетился, засобирался ехать, принялся куда-то звонить, что-то уточнять... А вот через несколько дней суеты, уже после похорон - что-то вдруг оборвалось в душе, и он неожиданно осознал, что всё. Её нет. И никогда больше не будет. После этого тут всё и застыло. Замерло. Чтобы на насколько вечных, бесконечно длящихся секунд сохранить надежду.

Ха, надежду? На то, что в привычную комнату привычно распахнётся дверь? И привычно, даже обыденно сюда вернётся - ...она?

Разумеется! Вернётся! И именно сюда. Ведь здесь всё - для неё, куда ей ещё возвращаться, как не в их дом, в их комнату?

- Безумие какое-то, - скрипнул он зубами. - И письмо - тоже безумие. Нельзя так. Стыд какой. Порвать его надо. Сжечь. А пепел выбросить. Всё! Никаких больше писем!

Он решительно повернулся, больно ударившись о косяк приоткрытой двери, торопливо прошагал назад, к письменному столу, откинул крышку ящичка-шкатулки...

Там было пусто.

- А письмо где? - в тупом недоумении поинтересовался он неизвестно у кого.

Потыкал дно ящичка пальцем, провёл по занозистой стенке, поднял ветхую шкатулку, перевернул, зачем-то тряхнул как следует - конечно, ничего не выпало. Он и так прекрасно видел, что письма в шкатулке не было.

- Но я же его положил! - начиная слегка паниковать, сбивчиво заговорил он, будто оправдываясь перед кем-то. - Написал... Ручкой написал, не на компьютере напечатал! Заклеил конверт, положил... Или это мне прибредилось? Может, я, действительно, уже с ума схожу? Может, мерещится мне всё это - и то, что писал, и то, что потом положил в шкатулку?..

Он снова осмотрел ящичек, даже поднял к глазам, внимательно вглядываясь.

Удостоверился, что в нём по-прежнему пусто, осторожно закрыл крышку, опасливо отодвинул шкатулку от себя - подальше, на самый край стола, к стеночке.

- Дела... - пробормотал расстроено.

Постоял, искоса поглядывая на затейливый выжженный узор. Хмыкнул, как бы переводя для себя это недоразумение в шутку, бодро резюмировал:

- А вот мы сейчас пойдём - и погуляем! Ну его! Развеемся. Прогулки, они, говорят, того - хорошо развеивают. Да.


Оказалось, что на дворе совсем поздний вечер, вдоль улицы зажигались фонари, начинающийся листопад сорил листвой, а оголяющиеся недовольные деревья о чём-то тревожно перешёптывались над головой, под бодрыми прикосновениями вздорно-игривого ветерка.

Только письмо всё не отпускало.

Оно ведь было!.. Как и его адресат. А теперь его не стало. Как и адресата.

- Ладушка, Сладушка моя, за что ты так со мной?.. - промычал он, скривившись, как от зубной боли. - Отпусти... Пожалуйста! Ты же хорошая, добрая, не мучай меня... Я же не могу без тебя... Но я же - здесь! А ты... там? И что мне делать?.. Как докричаться до тебя, как дозваться? Видишь, я тут письма тебе уж начал писать... Без адреса, конечно. По-моему, схожу с ума. Схожу - как ты считаешь? Ведь это ненормально - думать только о тебе, говорить только с тобой, даже письма тебе писать... Ты ведь не прочтёшь? Или прочтёшь?..


И всё-таки прогулка немного успокоила его.

В квартиру с зашторенными окнами, в комнату, где уже много дней непрерывно горел яркий свет, он вернулся почти умиротворённым.

Отрешенно посмотрел в угол стола, туда, где по-прежнему, вплотную к стене прижался старый ящичек-шкатулка.

На всякий случай проверил его содержимое.

Которого по-прежнему не было.

Почти равнодушно достал одеяло, подушку, не раздеваясь прилёг на диван, укрылся с головой, чтобы не видеть слепящего электрического света. Выключить его не было ни смелости, ни сил.

Безмолвно пожелал Ладушке спокойной ночи - так, на всякий случай, не веря, что она услышит, а сам он - спокойно заснёт.


А потом вздрогнул, открывая глаза, и удивлённо глянул на настенные часы - полвосьмого. Неужели - утра? Неужели удалось поспать?

Откинул одеяло, осторожно поднялся, раздвинул шторы - чуть-чуть, но этого хватило, чтобы через щёлочку ударил по глазам сочный, жизнерадостный солнечный луч - ослепляя, затмевая свет лампочки.

Всё-таки утро. И он выспался.

- С добрым утром, Сладушка ты моя! - бодро провозгласил он, оборачиваясь в комнату.

И рука дрогнула. И вновь задёрнула штору.

В комнате было без изменений - и без Лады.

Даже старая самодельная шкатулка стояла на прежнем месте.

Иллюзия наступления нового дня оборвалась, толком не начавшись. Никакого нового дня не наступило, всё так же длились бесконечные секунды ожидания - безумного, бесконечного ожидания Лады...

Она не придёт. Дверь не распахнётся. Жёлтый свет будет гореть, и ничто не сдвинется в безнадёжном ожидании невозможного.

- Однако, - горько качнул он головой. - Что там психологи говорят про пользу писем? Не пора ли снова излить душу? Поведать, так сказать, бумаге?.. Безумие, говорите? Может и безумие - вот мы ему сейчас и предадимся. Где там наше гнездо для безумных писем?

Он подтянул шкатулку, резко откинул чуть скрипнувшую крышку - и поперхнулся вздохом, закашлялся: в шкатулке наличествовало письмо.

- Значит... - ошеломлённо бормотнул он.

Потом кашлянул, прочищая горло:

- А что это значит, собственно?.. Что я не был сумасшедшим, когда писал письмо и прятал сюда? Тогда, получается, я стал невменяемым психом позже, когда письма не нашёл? Когда смотрел и не видел? Весёленькая история. И какая теперь разница - "раньше" или "позже"? В какой бы именно момент я не был психом - я ведь псих?..

Так, хватит!

Он уже потянулся захлопнуть крышку и оттолкнуть проклятый ящичек, как вдруг заметил, вернее, ясно осознал то, что видел, но на что не обратил внимания: в шкатулке лежало вовсе не его письмо.

И даже не письмо вовсе. Там валялся небрежно сложенный вчетверо листочек бумаги. Не конверт, нет. Обыкновенный листок, в клеточку, с полями - будто вырванный из школьной тетради.

- Это... шутка? Вы чего? - он неверяще оглянулся по сторонам, будто ожидая обнаружить стоящих вокруг шутников.

Потянулся к открытой шкатулке.

Отдёрнул руку.

Неприязненно поджал губы. Вновь потянулся.

Двумя пальцами, с максимальной осторожностью вытащил листочек - который, как живой, тут же принялся самостоятельно распрямляться и разворачиваться. Будто только что свёрнутый, причём, кое-как, даже без разглаживания по сгибам.

Он помог ему распрямиться - и в глаза бросились ровные, энергично выведенные рукописные строчки:

"Я не знаю, как вы это делаете, но если сделаете ещё хоть раз, то я пожалуюсь в милицию! Так и знайте!"

- "Пожалуюсь"? - пробормотал он, недоумевая. - "В милицию"? Кто пожалуется? Почему? Это я должен жаловаться! Это моё письмо украли... мою личную переписку... Украли?.. Что за бред? Опять бред?!

Выронил листочек на стол, сделал шаг назад, отступая от него подальше.

И вновь скривил губы, теперь уже с некоторой радостью:

- Оказывается, это не только мой бред! Похоже, в нём появились участники помимо меня. Весело. Нас, по крайней мере, двое. В одном бреду? Хех...

Мотнув головой, резко расправил плечи. Поискал взглядом ручку, не глядя оторвал от пачки голубеньких стикеров для заметок верхний широкий листик, размашисто черкнул на нём: "Ты кто?" - на секунду задумался... А потом решительно сунул стикер в шкатулку, придавив его клеевой полоской к бортику. Даже провёл ещё раз для надёжности пальцем - зафиксировал, чтоб стикер точно не оторвался.

Хмыкнул ещё раз:

- Бред!

И захлопнул шкатулку.

И захлопнул шкатулку.

Выждал десяток секунд, приподнял крышку, осторожно заглядывая под неё.

Бледно-голубого стикера не было. Ни на стенке шкатулки, куда он его прилепил, ни на дне, куда тот мог свалиться - нигде.

- Ага! - сказал в недоумении.

Почесал затылок.

И вновь захлопнул шкатулку.

Неуверенно оглянулся, будто снова проверяя, не стоит ли кто за его спиной...

Покачал головой. Сунул руки в карманы, прогулялся по комнате, задумчиво морщась и ожидая неизвестно чего.

Вернулся к столу, замер, глядя на шкатулку.

Напряженно спросил:

- Ну?

И откинул крышку.

- Чёрт!

Внутри лежал новый тетрадный листочек в клеточку.

- Чёрт-чёрт-чёрт!

Зачем-то погладил бок хлипкой фанерной шкатулки. Та чуть слышно, жалобно скрипнула.

Хмыкнул:

- Ладно.

Достал, развернул листок.

"Почему вы прикидываетесь будто не знаете меня? Сначала письмо мне написали какое-то странное, а теперь спрашиваете: кто я?

Как вы попадаете к нам в квартиру? Вы подделали ключ?"

- Квартира, ключ... - пробормотал он в некотором обалдении. - О чём ты?

Ещё раз перечитал короткий тест, округлые буквы которого вывела, по-видимому, твёрдая рука школьницы-отличницы.

Медленно положил листок на стол. Медленно-медленно оторвал следующий стикер, поднял со стола ручку. Покачал её между пальцами, размышляя.

Решился. Склонив голову, аккуратно вывел на голубеньком листочке:

"Прошу прощения, но я тебе не собирался присылать никакого письма. И я на самом деле не знаю кто ты. И тем более не знаю как можно проникнуть в твою квартиру. Это какая-то мистика. Я писал письмо своей жене, не понимаю, как оно могло попасть к тебе. И как вообще эта наша переписка попадает к тебе - тоже не знаю. Извини, не хотел тебе ничего плохого."

Увы, текст был слишком длинным для стикера. На исписанном с обеих сторон прямоугольничке больше не осталось места, пришлось прерваться почти на полуслове и положить голубенькую бумажку в шкатулку как есть - без "здрасьте", без "до свидания".

Он постоял перед столом, глядя на шкатулку со своим странным посланием - кому? куда?.. Ожидая неизвестно чего - может быть того, что исписанный стикер вдруг исчезнет прямо на глазах, испарится, истает - "как сон, как утренний туман"...

Ничего не происходило.

Хмыкнул:

- Ну-ну.

Медленно прикрыл крышку.

И тут же быстро откинул её.

Шкатулка снова была пуста.

Иронично прищурился:

- Да, да, конечно. Телепортация в действии.

Покачал головой. Всё так же иронично поинтересовался у тишины в комнате:

- А приём корреспонденции осуществляется тоже методом закрывания-открывания крышки?

Тишина осталась тишиной, ответа не последовало.

Вздохнул. Покивал с пониманием. Согласился:

- Ладно, сейчас увидим.

После чего бережно, ласково приподнял плоскую крышку, разрисованную жженым узором.

Хмыкнул удовлетворённо:

- Почта пришла.

Достал из ящичка очередной листочек в клеточку, почти спокойно развернул.

"Прошу прекратить ваши фокусы. Как вы можете меня не знать, если проникаете в нашу квартиру? И в письме обратились: "Дорогая Лада"! Конечно, может быть вашу жену тоже зовут Лада, но зачем тогда вы подбрасываете свои письма мне? И не надо ссылаться на мистику. Я уходила в магазин, а когда вернулась, то вы опять подбросили свою записку. Это плохо! Нельзя так делать! Вы вор-домушник? Ещё раз проникните к нам, и я сегодня же заявлю на вас в милицию!"

- "В милицию"? "Лада"? - задумчиво проговорил он.

Глубоко вздохнул, как бы затягиваясь неощутимым ароматом безумия.

- Значит, "Лада", значит, "в милицию"... - нервно осклабился, готовясь принять абсурд, согласиться с абсурдом и воспользоваться им.

Оторвал новый стикер, торопливо вывел: "А скажи-ка, Лада - твоя фамилия случайно, не Белышева? И уж, заодно поведай, пожалуйста - какой год у тебя на календаре?"

Уложил голубоватую бумажку в шкатулку, подрагивающей рукой прикрыл крышку.

Вновь распахнул. Кивнул с пониманием - стикер исчез.

Напряжённо хихикнул, не удержавшись:

- И сколько ждать ответа?

Прищурился, прикидывая:

- В предыдущий раз она успела сходить в магазин. Ну, допустим, полчаса это у неё заняло. А у меня прошли секунды. Может, минуты. Не больше. Значит - пора? Можно открывать?

Азартно потянул крышку вверх.

- Есть!

Вытащил тетрадный листок, развернул:

"Последний раз предупреждаю! Вы, наверно, спрятались где-то в нашей квартире? Я буду кричать, так и знайте! Обязательно прибегут соседи! Лучше выходите сами, иначе попадёте в тюрьму!"

- Вот же!.. - огорченно скривился, хватая ручку.

Вывел на новом стикере:

"Милая Ладушка, ты не ответила: твоя фамилия - Белышева? И какой год у тебя? Вы ведь живёте на Второй Лесной? Дом 4, квартира 17? Если да, то где там у вас, в вашей крохотной квартирке можно спрятаться - сама подумай!"

Он лихорадочно писал, а сам проникался безумной надеждой:

"Твоя бабушка, наверно, ещё жива? Какой год у вас? - пожалуйста, это важно! Я не в вашей квартире, я в нашей с тобой квартире. И у меня на календаре 2019 год, 15 сентября. А у тебя? Жду!!! Скорее ответь! Пожалуйста!!!"

На мгновение задумался, сорвал новый стикер, дополнил:

"Ладушка, ты же читаешь фантастику! Представь, что это произошло на самом деле - телепортация, перемещение во времени. Ответь скорее: я тебе, что, действительно, пишу из будущего? В прошлое? Это очень-очень важно, крайне важно! Жду твоего ответа!!!"

Обе голубенькие бумажки нырнули в шкатулку. Хлопок крышкой - готово! Исписанные стикеры отправились в дальние дали, шкатулка вновь выполнила свою роль почтового ящика и вновь опустела.

- Порядочек! - возбуждённо потёр он ладони друг о друга. - Сейчас мы всё исправим! Ты не погибнешь, Сладушка моя! Нет уж, я тебя предупрежу - отсюда, из будущего! Я не допущу...

Взглянул на шкатулку.

- Ну, готов ответ? Прибыл уже?

Поднял крышку.

- Замечательно!

Выдернул из ящичка новый тетрадный листок.

"Да, это напоминает фантастику, я осмотрела всю квартиру и никого не нашла.

У нас сейчас 2007 год, 17 июня.

Вы не шутите надо мной? Вы, правда, из будущего? А что с бабушкой будет? Почему она умрёт? Да, моя фамилия Белышева. А вы, правда, в будущем станете моим мужем?"

- Узнаю Сладушку, - радостно ухмыльнулся он. - Столько вопросов сразу! Одни вопросы!

"Так, по порядку. Внимание, Сладушка, начинаю с самого главного: ни в коем случае не езди на работу 28 августа 2019 года. Запомни, запиши - как угодно зафиксируй, но это день твоей гибели!!! Лучше вообще не выходи в этот день из дома! Мы должны обязательно предотвратить твою нелепую смерть! Ты погибнешь прямо рядом с домом. Будет дождь, а пьяный пацан на старом "жигулёнке" не справится с управлением. Пострадают ещё несколько прохожих, но погибнешь ты одна. Ладушка, пожалуйста, не погибай! Мне без тебя невозможно...

Вот. Про твою бабушку. Она заболеет через пару лет. Точно не знаю, это было до нашей с тобой встречи. И тут уж ничего не поделаешь - возраст, онкология. Тут, как ни старайся, ничего не предотвратишь. Ты будешь за ней ухаживать, даже возьмёшь академ в университете, но что уж тут поделаешь...

Так. Не знаю насколько этот канал для переписки устойчивый, поэтому срочно заканчиваю писать и повторяю изо всех сил: не погибай, Сладушка моя!!! Запомни - 28 августа 2019 года!"


"Хорошо, я поняла, 28 августа 2019 года.

А почему вы говорите про бабушку, что ничего нельзя сделать? Ведь можно постоянно проверять здоровье, выявить онкологию пораньше, положить в больницу, на операцию. Где будет опухоль? Напишите, мы будем следить и проверяться.

А кто вы? Вы ничего не пишете про себя. Как мы с вами встретимся? И вообще. Что будет в будущем? Напишите, мне интересно."


"Сладушка, любимая, ты только живи, тогда в будущем всё будет, абсолютно всё. Что тебе интересно в нём? То, что у нас теперь нет милиции? Потому что её переименовали в полицию? Кстати, именно твоя угроза обратиться в милицию меня и насторожила поначалу, именно в тот момент я заподозрил, что тут что-то не так.

Что ещё тебе может быть интересно? Какой у нас будет Президент? Да такой же. Как поменяется курс валют? Вырастет, но боюсь, эта информация мало тебе поможет. Да и валюты у тебя особенно нет. А это и не важно. Мы были счастливы и без валюты. В смысле - будем.

Про меня написать можно, это никакой не секрет. Я, как и ты, закончил сейчас 10-й класс, в сентябре пойду в 11-й. Зовут меня Сергей Орехов. Запомни эту фамилию, она будет и твоей! Сейчас живу с родителями и младшим братом довольно далеко от твоего родного Ростова, в станице Кудиновской - это рядом с Северским Донцом, который приток Дона. Впрочем, ты и сама прекрасно знаешь географию. И я даже вспомнил, что ты рассказывала о своих летних поездках к подруге матери, которая жила (да и сейчас, наверно, живёт) где-то недалеко от Кудиновки. Но, родная моя, уверяю, нам сейчас встречаться не имеет никакого смысла. У меня сейчас совсем другие интересы - не то чтобы я в детстве-отрочестве совсем был оторва, но пацан-пацаном, что с меня взять! Да и влюбленности у меня были тогда совсем другие.

Впрочем, как и у тебя, Сладушка моя. Через год, на первом курсе Донского университета, куда ты легко поступишь, к тебе подкатит однокурсник, некто Вадим Завьялов. Ничего не скажу плохого - нормальный парень, но ты не обольщайся: он потом перекинется со своими ухаживаниями на другую твою однокурсницу. Для тебя (по твоим рассказам и воспоминаниям) это была целая драма. Вернее, будет драма. Да что там - трагедия! Ты ведь тогда вся будешь в подготовке: платье новое сшить, причёска опять же, туфельки - всё ради того, чтоб пойти с ним, с Завьяловым, на празднование Нового года. А он вдруг резко прекратит звонить, примется старательно обходить тебя стороной, и на факультетский Новый год придёт совсем с другой девушкой.

Потом-то этот Завьялов попытается отыграть назад, опять заявится к тебе, с цветами, с извинениями, примется рассказывать, что это было наваждение какое-то, морок, заблуждение. Но ты же у нас гордая. Сразу дашь ему "от ворот поворот". Ух, ты моя гордушечка! Как-то мне сказала, что, если б мы не встретились, то так бы и осталась старой девой. Что это только про меня ты сразу подумала: только вот он и сможет меня обаять. Ерунда, конечно, но мне приятно было такое слышать. Лестно. Лесть - она такая штука...

Ну, наверно, про "старую деву" - это ты погорячилась, но по крайней мере до пятого курса ты так и будешь ходить с незаживающей раной - до самого того момента, когда мы случайно встретимся. Не поверишь - в автобусе!

Просто окажемся с тобой рядышком у поручней возле окна. И будем стоять так несколько остановок. Я стану бросать на тебя взгляды - как бы незаметно, исподтишка. А ты сделаешь вид, что совсем этими взглядами не интересуешься. И так бы мы, наверно, простояли-постояли да и разошлись в разные стороны, но тут в автобус вскочил твой бывший однокурсник, Женька Петров. Он-то уже закончит к тому времени универ, а ты ведь пропустишь год из-за бабушки, и всё ещё будешь студенткой. А с Женькой мы тогда работали вместе в одной конторе. Не то, чтоб сдружились крепко, да и "пахали" в совсем разных отделах, но молодые, зелёные - с кем нам общаться там, среди старых "дубов"? Только между собой. Вот и общались.

А Женька, когда запрыгнул в автобус, меня поначалу не заметил, зато тут же нацелился на тебя, типа: о! сколько лет - сколько зим, как дела? Ну, обычный трёп. Тут-то и я вклинился. Как говорится, "нарисовался - не сотрёшь". Типа - я друган Женьки, а кто эта девушка? Ну, он нас и познакомил. А сам потом и выскочил - буквально через несколько остановок. А я, не будь лохом, тут же начал тебя приглашать на празднование Нового, 2014 года в нашу компанию - мы тогда ещё, по старой памяти, вовсю корешевались с бывшими одногруппниками. У нас на курсе была самая дружная группа - приятно вспомнить! Кстати, удивительно, как мы с тобой, учась в одном универе, ни разу не пересеклись. Потом, уже после знакомства, мы тоже всегда этому удивлялись. Ну и что, что разные факультеты?.. Позже пришли к выводу, что, видимо, не судьба нам тогда была встретиться... Наверно, если б встретились ещё в универе, то не смогли б разглядеть друг друга как следует. Зато потом, в том автобусе!..

Нет, ты, конечно, сразу не согласилась идти - уж больно воспоминания о новогоднем случае с Завьяловым были горькие. И так и выскочила на своей остановке - не согласившись.

Но номерок телефонный я тогда у тебя успел взять, да. И принялся названивать.

И в кино приглашать.

И... в общем, без подробностей (а то неинтересно будет, когда мы теперь, в твоём будущем, встретимся), но праздновать Новый год мы с тобой в нашу компанию всё-таки отправились.

И - нет, там у нас поначалу дело не сладилось, уж очень болезненно ты восприняла то, как бывшие одногруппницы принялись на меня вешаться. Они-то - без всякой задней мысли, по старой дружбе, а ты напряглась, решила, что это - очередной удар по твоей гордости...

Короче, в итоге мы разругались. Я психанул, ты обиделась всерьёз...

Ладушка моя, умоляю - не обижайся ты на меня, дурака. Мало ли какую глупость я скажу или сделаю - ерунда это, и вовсе не повод для обиды, так и знай! У нас будет ещё немало глупых ссор и взаимного обижания. Сейчас вспоминаю - боже, какое это было счастье! Мы ссорились и дулись друг на друга, и пытались расстаться "навсегда, навеки", а ведь всё это и было показателем нашей пылкой любви. Эти безумные страсти на ровном месте, эти хлопанья дверьми, эти трагически поджатые губы - в сочетании с дрожащим подбородком и глазами, полными слёз... О, какая свежесть чувств! Сладушка, умоляю - не принимай ты всего этого всерьёз. Нас ничто не может разлучить...

Это я сейчас, конечно, такую глупость написал... Прости. Конечно же может. Эта дурацкая, проклятая смерть - она сможет. Она всё может. И смогла уже. Но теперь - нет! Наверно, это волшебство - то, что я могу тебе написать, перешагнув чудесным образом разницу в столько лет, но - это правильное волшебство. Так и должно быть!

Ого, сколько бумаги извёл... Даже не знаю, как удастся всю эту кипу листов нормально уложить в шкатулку. Но - постараюсь.

Люблю, целую, жду - в будущем!

P.S. Извини, совсем забыл рассказать про бабушку. Если будете искать опухоль, то она отыщется в поджелудочной железе. Не знаю, поможет ли такая информация, у нас и сейчас, насколько я знаю, не очень-то могут вылечить онкологию, но надеюсь, что всё-таки моя инфа хоть немного вам поможет.

И снова - люблю и целую!!!!!"


"Уважаемый Сергей!

Извините, но обращаться к вам более личным образом для меня затруднительно, поймите - мне сложно увидеть в вас будущего мужа. Но раз вы столько про меня знаете, раз живёте в нашей квартире через столько лет, то, наверно, всё действительно так, как вы пишете.

Спасибо, что написали про бабушку.

И ещё рада, что смогу поступить в следующем году в университет, я очень переживаю по этому поводу. Но, наверно, всё-таки мне не стоит слепо верить в судьбу и надо продолжать готовиться к поступлению изо всех сил. Но, всё равно, спасибо.

Лада Белышева"


"Ладушка, да с чего ты решила, что я живу в вашей квартире? А где бы тогда жила сейчас твоя мама? Кстати, она лет через десять выйдет замуж. Вроде, удачно. Так что в вашей старой квартире теперь живут они с новым мужем, Виталиком.

А мы с тобой - в новой. В твоём 2007 году той квартиры, где мы живём сейчас... то есть, жили. Не могу никак, совсем не могу привыкнуть, что тебя со мной нет... Ладушка моя, возвращайся ко мне поскорее...

Так вот, в 2007 году даже микрорайон, в котором находится теперешняя наша квартира, ещё не построен. Это знаешь где будет? За садами, где дача твоей школьной подружки, Светки. Мы несколько раз ездили туда с тобой - типа, на пикник. Поэтому я и дачу знаю, и Светку. Хотя в последние несколько лет мы (я и ты) с ней практически не виделись. Но, вроде, у неё всё нормально. Вышла замуж, развелась. Может, уже снова замужем - я не в курсе. Так вот, чуть дальше её дачи, за такой небольшой речкой-речушкой, как раз и построят наш микрорайон. Здесь мы и купим квартиру.

Видишь, напрасно ты решила, что я буду претендовать на вашу жилплощадь. (Тут должен стоять смайлик, обозначающий шутку, но не помню - были ли в 2007 году распространены смайлики. Я, в Кудиновке, ими точно не пользовался, да и Интернета там у нас особо не было. У вас, в Южной столице, наверно всё было, но на всякий случай смайлики буду дублировать словами. :))

А готовиться к поступлению тебе, к сожалению, надо, это правда. Собственно, ты потому так легко и поступила, что была хорошо подготовлена.

Жаль, конечно, что сейчас ты меня не воспринимаешь так, как я бы этого хотел, но это же и естественно, это и правильно! Ведь мы встретимся ещё не скоро, я же тебе это описал. Но встретимся обязательно! Теперь я в этом уверен на сто тыщщь процентов. И я... Знаешь, я даже раздёрнул шторы в квартире и выключил свет. Конечно, это тебе сейчас ни о чём не говорит, но я... Извини, я так люблю тебя, что не могу сдержаться и... целую, да, я на самом деле поцеловал сейчас те листики, которых касалась твоя рука...

Всегда твой - Серёня. Именно так ты меня звала. Вернее, будешь звать через каких-нибудь семь лет. Но что такое семь лет? - пролетят, даже не заметим!"


"Дорогой Сергей!

Вы пишете про новый микрорайон, но это получается очень далеко от центра города, туда и дороги хорошей нет. Я не раз бывала на даче у Светки Возняковой. Ведь это её вы имели в виду? И добираться каждый раз туда было непросто. Разумно ли было покупать там жильё? И вы пишете, что у меня не будет валюты, но тогда откуда деньги на покупку квартиры?

О нашей старой квартире (что вы будто бы живёте в ней) я подумала потому, что как-то же ваши письма перелетают ко мне? А мои - к вам. И, если вы, оказывается, живёте на другом краю города, то это вообще непонятно становится.

И весь наш разговор, извините, но он получается какой-то странный. Да, я читала много фантастики, и поэтому я помню про бабочку Бредбери. И вообще хроноклазм какой-то получается: если вы меня предупредили о 28 августа 2019 года, и я не погибла, то вы бы никак не смогли в сентябре 2019 года узнать об этом, и, соответственно, не смогли бы сообщить мне об этой дате и о моей смерти. Так ведь? Получается это событие после вашего предупреждения не произошло. Откуда же вы, в своём сентябре 2019 года, о нём знаете и мне сообщаете в 2007 год? Непонятно. Да и ваших переживаний по поводу моей смерти в этом случае тоже ведь не будет...

Что вы по поводу всего этого думаете?

Извините, я задала много вопросов, наверно, даже слишком много. Но мне интересно получить на них ответы, так что, если не сложно, напишите, пожалуйста.

Извините, не смогу вам быстро ответить, потому что у мамы отпуск, и мы с ней уезжаем на несколько дней - как раз к той её подруге, о которой вы писали, к тёте Тамаре. Отдохнём, позагораем, покупаемся в Северском Донце.

Лада Белышева"


"Ладушка, милая, ты как всегда очень разумно задаёшь вопросы. На часть из них мне ответить легко, на другие... Даже не знаю.

Так вот. Про микрорайон. Это сейчас, в твоём 2007-м туда дороги нет, а в 2019 году всё будет.

Да, микрорайон новый, инфраструктура (в смысле - торговые точки, например) пока не очень развита, да и добраться сюда из центра города не всегда просто - автобусы и маршрутки бывают забиты, особенно в час пик. Но у нас с тобой две машины: твоя и моя, так что для нас это не проблема.

По поводу денег на квартиру. Мы тут с тобой организовали небольшую фирму, даже не фирму, а так, фирмочку. Практически семейное предприятие. Кстати, это всё ты, разумница моя, ты подала идею. Не поверишь - мы составили конкуренцию самому Китаю! (Тут должен быть смайлик гомерического хохота. ;)) Если хочешь - расскажу, может, тогда мы забацаем своё производство даже чуть раньше. А твоя бизнес-идея была в том, что губки, обыкновенные кухонные губки, двухслойные, которые везут аж из Поднебесной, ничего не стоит начать производить здесь, у нас. Технология элементарная, спрос устойчивый, а закупочную цену мы смогли дать чуть ниже китайской оптовой. В Промзоне, сравнительно недалеко от того микрорайона, где теперь живём, арендовали что-то наподобие маленьких цехов, наладили производство - и "вуаля - сильвупле!" денежка пошла. Не без хлопот, конечно, но на жизнь хватает, и даже кое-что остаётся на эконом.вариант отдыха в какой-нибудь Турции.

Вот, примерно, так.

А теперь твои вопросы, на которые я ответить вряд ли сумею.

Странностей много.

Ха! Это если не считать странной вообще всю нашу переписку!

Так вот. Никаких задержек с твоими ответами у меня нет - тем более многодневных. Я твой ответ получаю практически сразу после того, как отправлю тебе своё послание. То, что мои писульки приходят к тебе с опозданием... Даже не знаю, как к этому относиться. Получается, что в будущее твои письма летят практически мгновенно, а в прошлое, в твой 2007 год, моя корреспонденция доставляется не так скоро. Понятия не имею почему. И почему у меня на дворе осень, а у тебя - начало лета? Извини, но в разгадке этих загадок ничем помочь не могу.

И про хроноклазм - тоже без понятия.

Хотя, признаться, он меня волнует меньше всего. Если я вдруг не окажусь в роли безутешного супруга - так и бог с ним! В этой роли, знаешь ли, ничего приятного нету. Ты ведь читала моё первое письмо, сама знаешь, что я тут, без тебя, чуть с ума не сошёл. Вот и чёрт с ним, с хроноклазмом!

Зато с методикой нашей переписки я хотел бы разобраться более подробно.

Опишу сначала, как это выглядит с моей стороны: после того как напишу, я написанное кладу в свою "заветную" шкатулочку, закрываю крышку, открываю - нет моего текста. Закрываю снова, открываю - оп-ля! - от тебя письмецо. Про то, что процесс получения ответа от тебя занимает ничтожное количество времени, я уже написал. Но вот куда ты кладёшь свои письма? И откуда мою писанину забираешь? Просвети, будь добра!"


"Уважаемый Сергей Николаевич!

Отвечаю на вашу просьбу описать, как я получаю и отправляю письма к вам. Это происходит почти так же, как и вы описали в своём письме. Я тоже кладу свои письма в шкатулку и забираю ваши из той же шкатулки. Это, правда, не совсем шкатулка, скорее фанерный ящичек с крышкой, который покрыт геометрическим узором. Узор из треугольников, ромбов, квадратов - они не очень ровные, такие, может быть вы знаете, которые выжигают специальным выжигательным прибором. Выжжено не очень профессионально, но довольно симпатично. Вот и всё, что могу рассказать.

Лада Белышева"


"Ладушка, как всегда получил твой ответ почти мгновенно, поэтому не понял: вы уже вернулись с мамой из поездки на Северский Донец или вы туда не поехали?

Твоё описание шкатулки меня очень удивило - похоже, она точь-в-точь такая же, как у меня.

Что, по меньшей мере, странно. Ведь свою шкатулку я сделал сам. Это было в незапамятные годы, кажется, ещё в 4-м классе. Или в пятом. Я долго её "проектировал", выпиливал детали (хотя тех деталей - всего ничего!), сбивал крохотными гвоздиками, подклеивал. А перед этим на будущие стенки и на крышку наносил рисунок и выжигал его. А когда начал собирать, то обнаружил, что на одной боковой стенке рисунок сделал неправильно, и он оказался с внутренней стороны. Пришлось повторно трудиться над наружной стороной этой стенки - рисовать, выжигать.

Хотел подарить эту поделку маме на 8-е марта, но, в итоге, все сроки пропустил - и 9-го она не была готова, и 10-го, короче, опоздал, расстроился, чуть сгоряча не выбросил её, но потом... жалко же. И своего труда жалко, и чем-то она мне всё-таки понравилась. Решил оставить. Себе. Так и таскаю её с тех пор с собой, не расстаюсь.

Может быть, конечно, твоя шкатулка просто похожа на мою, но всё-таки посмотри, пожалуйста - есть ли с внутренней стороны боковой стенки в том отделении, которое побольше - есть ли там выжженный рисунок? На всех остальных внутренних сторонах стенок рисунка не должно быть, а на этой - такой как и снаружи. Ну, почти такой, я же не копировальная машина - особенно тогда, в четвёртом-пятом классе. Где-то криво получилось повторить, где-то косо. Я имею в виду - ещё более криво и косо, чем на первоначальном рисунке, который теперь на внутренней стороне. ;)

И напиши, пожалуйста, откуда у тебя эта шкатулка.

И ещё напиши с чего это вдруг у тебя такой официальный тон появился. Почему я вдруг стал "уважаемый" - будто пишешь какое-то официальное письмо на бланке. ;)

И ещё. Я заметил какие-то странные влажные пятнышки в уголке страницы. Надеюсь, это не от накапавших слёзок? Если тебя кто-то обидел, то только скажи - я его обязательно найду - даже через столько лет! И отомщу самым жестоким образом за то, что он заставил плакать мою Сладушку. ;)

Но всё-таки надеюсь, что у тебя всё хорошо, и это вовсе никакие не слёзы. Но всё-таки напиши об этом.

Всегда твой - Серёня Орехов.

P.S. Оп-па! Только сейчас обратил внимание: а откуда ты знаешь моё отчество??? Я тебе его, кажется, не говорил. Ничего себе! Ну-ка, признавайся, юный Шерлок Холмс - откуда информацию добыла?"


"Уважаемый Сергей Николаевич!

Отвечу на ваши вопросы по порядку.

Мы съездили к тёте Тамаре и уже вернулись. Я пишу после нашего возвращения.

Да, это точно ваша шкатулка. Всё совпадает, всё как вы написали.

Откуда она у меня взялась, тоже можно ответить очень просто: я её взяла у нас во дворе. Вечером выносила мусор в мусорные баки, а недалеко от них там стоит лавочка - под фонарём, возле детской песочницы. Детей там не было, и вообще никого не было, было уже довольно поздно, но фонарь горел, и я увидела на лавочке эту шкатулку. Подошла, посмотрела, сначала не собиралась её брать, но чем-то она мне понравилась, я её осмотрела - чистая, нормальная, и почему-то взяла её себе. Дома ещё раз, на всякий случай, помыла, высушила, и теперь она стоит у меня на столе. Я даже не успела ничего в неё положить - в ней неожиданно появилось ваше первое письмо.

Ваше отчество я узнала от мальчика, который представился вашим другом, от Олега Нестерова. Дело в том, что, несмотря на ваше предупреждение, я всё-таки выбрала денёк и от тёти Тамары на местном автобусе съездила в Кудиновку. Вышла там на площади, возле "Продмага" (так у вас магазин называется), из магазина шёл парень примерно моего возраста, и я его спросила, знает ли он Сергея Орехова. Он оказался Олегом Нестеровым. От него я и узнала, что вашего отца зовут Николай Николаевич, и что он работал учителем в Кудиновской школе. Как и ваша мама. Я поговорила с Нестеровым, села на этот же автобус, на котором приехала (он всё ещё стоял на остановке и как раз собирался отправляться обратно) и вернулась к тёте Тамаре. Так я узнала ваше отчество.

Лада Белышева"


"А, ясно - Олежка! Такой болтун. Значит ты познакомилась с ним пораньше? Дело в том, что мы с ним продолжаем дружить, и он работает в нашей же фирмочке. Я ж тебе писал, что это почти семейное предприятие. Там даже твой, так сказать, отчим, Виталик, подрабатывает временами - он хороший бухгалтер, помогает с отчётами в налоговую. А с Олежкой ты вообще в прекрасных отношениях. Была. Он тебя не иначе, как "сестричка" называл. Но, имей в виду - он бабник. Ну, не то чтоб сильно бабник, но охмуряет женский пол "на раз"! И это у него ещё со школы. Смотри, не подпади сейчас, в 2007 году, под его обаяние!!! Помни: ты нужна мне. Только мне. А я - тебе. Не верь никому из этих ловеласов, Сладушка моя! ;) Знай, я изо всех сил жду тебя! Да, в будущем, но жду. Сильно-сильно!

Но, Ладушка, ты не ответила на главные вопросы: с чего вдруг такой официальный тон, и почему следы от слёзок на страничке?

И на этой, только что полученной мною - тоже.

Я всерьёз обеспокоен, радость моя.

О! А это что такое?? Только сейчас обратил внимание: ты написала, что мой отец работаЛ в Кудиновской школе. Это описка? Он ведь до сих пор там работает! Хотя уже и сильно в возрасте, и часов совсем мало ведёт...

Ладушка, что за дела? У меня впечатление, что ты что-то от меня скрываешь. Да и вообще странно как-то выглядит твоя поездка в Кудиновку: ладно, ты приехала, проявила самостоятельность наперекор моим советам - это извечное женское любопытство, это понятно. Но почему тут же развернулась и уехала, поговорив лишь с Олежкой? Как-то на тебя не похоже.

Жду. Жду пояснений! Что ещё за тайны Мадридского двора начались?"