Шабунина Ольга: другие произведения.

Унгун_ (рабочее название) Часть 1 (общий файл)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 7.03*15  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Вся первая часть одним файлом для удобства чтения. Вторая часть так же в начале будет выкладываться по главам, а потом целым куском.

  Часть 1.
  Глава 1.
  
  Осень в этом году на редкость холодная. На улице идет ледяной дождь со снегом, а в ботинках противно хлюпает. Прибавив газу, я влетаю в двери офисного центра, где располагается наша контора. Встряхиваю мокрым зонтиком и тяжело вздыхаю, с грустью осматривая свою мокрую обувь и насквозь промерзшие ноги. Похоже, зря я сегодня вырядилась в новое платье, чую по дороге домой, мне грозит легкое обморожение.
  - О! Оля! Привет! - от лифта мне кричит Лера из отдела поставок. Высокая худощавая блондинка с короткими стильно уложенными волосами в абсолютно чистом и сухом плаще цвета фуксии и лакированных сапогах.
  - Привет, - машу ей в ответ и вновь придаю себе ускорение, дабы успеть к подъехавшему лифту. Стоящий рядом мужчина в дорогом пальто неодобрительно косится на мою всклокоченную персону, делаю вид, что не вижу этого индюка. Что поделаешь, не у всех есть машины для поездок на работу. - Похоже, сегодня началось глобальное похолодание.
  - Ничего, - с усмешкой, Лера ужом ввинчивается в лифт, затягивая меня следом. - Помнишь тот офис в конце коридора?
  - Тот несчастливый, где никто больше полугода не задерживается?
  - Ага, мне Дима, ну это охранник, он по мне уже месяца три сохнет, рассказал, что сегодня-завтра туда новенькие въедут. Какое-то охранное агентство с уклоном на магическую защиту.
  - И что? - чувствую, что не догоняю логику коллеги. В прочем, возможно мозг еще не отогрелся, все-таки шапку стоит носить на голове, а не в сумке на всякий случай.
  - А то, - наставительным тоном объясняет мне старший товарищ. - Что на нашем этаже будут тусоваться крепкие горячие парни, возможно даже маги. Будет об кого греться.
  Наш незадачливый попутчик с лицом сушеной воблы презрительно фыркает, но к разговору, слава богу, не подключается. Лера оглядывает его, словно перед ней таракан. Иногда я понимаю, почему магия дается только избранным, иначе санитарные службы сошли бы с ума.
  - Может, мы и тебе кого-нибудь подберем, - подмигивает Лера. Ну да, моя личная жизнь, а точнее полное отсутствие таковой любимый Лерин конек для самоутверждения. Зачем ей это при трех постоянных ухажерах, для меня загадка, но внимание обращать на ее выпады я перестала уже после первой недели знакомства.
  - Все может быть, - пожимаю плечами. Вот как раз и наш этаж. Субъект с рыбьим лицом поехал дальше, видимо, восстанавливать пошатнувшуюся нервную систему или же набираться яду.
  В первую очередь наливаю себе горячего кофе. Пусть боги хранят нашу секретаршу Наташу и ее предусмотрительность. Сбрасываю мокрый пуховик и усаживаюсь на свое рабочее место. Впереди длинный рабочий день и гора счетов и контрактов для разбора.
  Наша контора, как и многие другие, занимается около магическим инвентарем. С момента ее легализации, магия была, есть и будет самой выгодной и денежной сферой деятельности. Все, кому боги дали магический талант априори были обречены на безбедную жизнь. Спрос столь велик, что порождает как массу шарлатанов, так и такие фирмочки, как наша. Мы занимаемся оптовой продажей различных расходных материалов для заклятий и обрядов от защитных, до иллюзий. Правда, самым забавным, на мой взгляд, был тот факт, что во всей конторе не было никого, кто обладал бы хотя бы маломальским магическим даром.
  От экрана я отлипаю, когда часы показывают час дня. В офисе творится что-то невообразимое. Ощущение, что я попала в шоу про дикую природу. Все орут, машут руками, не переставая звонит телефон, в соседней ячейке Марина рассказывает, как правильно варить борщ. В общем, полный дурдом. Тру виски, но сосредоточенность отказывается возвращаться на зов. Надо кофе.
  У кофемашины очередь из любителей почесать языками. Никто не торопится. Что ж, можно присоединиться, послушать, вдруг, что интересное скажут. Вика, Таня и Женя как раз увлеченно обсуждают новых соседей, расположившихся чуть дальше по коридору. Отсюда нам как раз видно через стеклянную перегородку, отделяющую наш кухонный закуток от коридора, как в несчастливый офис дюжие молодцы вносят коробки с новой офисной мебелью. Руководит процессом совсем молодой парень, где-то мой ровесник, внешности которого позавидовали бы все голливудские актеры вместе взятые. Высокий, стройный, подтянутый, с короткими выгоревшими русыми волосами, загорелой кожей и идеальными чертами лица. От него прямо таки веет сексуальностью. Не удивительно, что наши девчонки собрались на кофе брэйк. Странно только, что Леры до сих пор не видно.
  - Да-а-а, - протягиваю я, оценив картину. - Не знала, что такие существуют в реальном мире.
  - Точно, - кивает Вика, подбирая слюни. - Как со страниц мужского журнала.
  - Или рекламы трусов... - это уже Женя.
  - Кельвина Кляйна, - поддакивает Таня и грустно вздыхает. - Жаль только, что меня, наверное, раза в два моложе. Это уже педофилия какая-то.
  - Ну не знаю, - качает головой Женя, которая на три года моложе подруги. - Говорят, молодой любовник помогает женщине дольше сохранять красоту и привлекательность.
  - Угу, если только он не ходит налево и не треплет нервы этой женщине, - комментирую я, привнося струю реальности в фантазии коллег. - Девочки, с такой внешностью, он либо маньяк, либо женат, либо ведет беспорядочную жизнь, либо гей. Последнее вероятнее всего. На мой неискушенный взгляд, это не самый лучший выбор для кандидата в мастера разбитых сердец.
  - Вот вечно ты, - вздыхает Вика и отпивает уже, наверное, совсем остывший кофе. - Придешь и испортишь всю малину. Даже помечтать не даешь.
  - Как хотите, - пожимаю плечами и возвращаюсь обратно на рабочее место, призывать покровителя всех белых воротничков.
  Весь следующий день мне не до соседей. Раскалывается голова, мой личный бич. Примерно раз в неделю она устраивает показательные выступления с мигренью. Ни томограф, ни обычные врачи, ни маги никаких проблем не нашли, здорова, говорят. А эта зарраза все равно болит. Хорошо, что добрые умные люди придумали обезболивающие серьги. Понятное дело на магии и подключении к энергетике пациента. Но зато многоразовые и нет привыкания как к обычным таблеткам. Я в прошлом месяце на них разорилась, когда меня достало мучиться. А теперь красота. Вот только соображаю я в них хуже. Ну это уже издержки производства.
  Дальше начинается настоящий завал. Босс все несет и несет какие-то бумаги, непонятные счета. Вот на кой ляд нам ожерелье для повторного цветения. И это простите, не хозяйка оного будет расцветать из старушки в топ модель, а в самом прямом смысле, человек в этой штуке может на несколько минут возвращать к жизни увядшие цветы. Ну и зачем это надо. Простите, пойти купить новый букетик намного дешевле, тем более что действие ограничено по времени и видам.
  Иду жаловаться кому-нибудь, кто захочет выслушать. Нахожу Леру все у той же счастливой кофемашины. Похоже, это теперь любимое место сборов женской части нашего коллектива. Чую, попал красавец из соседнего офиса, они его замучают, если не сбежит. Тут же обнаруживается и Ленчик, один из наших продажников. Такой милый колобок на ножках, в тонких очках и с модной прической.
  - ...так вот начальник у них, говорят из бывших спецназовцев, какое-то крутое подразделение, - увлеченно вещает Лера. - Но внешне, это что-то. Просто ходячая гора, больше двух метров, наверное.
  - Вообще, бывших спецназовцев не бывает, - авторитетно вставляет Ленчик, как известно никогда не служивший в армии, но, как и любой мужчина, считающий себя авторитетом в этом вопросе.
  - Привет, - здороваюсь я. - Кто-нибудь знает, что нашло на Германа?
  - У него скоро полночь? - пытается пошутить обедающая тут же Марина.
  - У него скорее осенне обострение, - мрачно отвечаю я.
  - Что опять он решил заказать на пробу? - осторожно интересуется Лера, которой по весне пришлось долго искать, выбивать скидку, заказывать, а потом и как-то размещать портативный концентратор энергии. Который, кажется, так и стоит где-то в углу нашего склада, ибо не практичен и до жути дорог. Но штуку эту Лера возненавидела на всю жизнь.
  - Нет, - успокаиваю я. - До весеннего обострения ему еще далеко.
  - Слава богам, а то я уже начала бояться, что придется работать, - Лера переводит дух, пока Ленчик с неодобрением переваривает это заявление.
  Я заглядываю в холодильник в поисках молока, когда неожиданно коллеги затихают. Поднимаю голову. А там, в дверном проходе, возвышается действительно настоящая гора. Ну, или памятник Аполлону, если быть точной. Два метра так точно, вон еле входит, а у нас потолки высокие. Да и в плечах метр, если не больше. А какие мускулы, тонкая серая водолазка совершенно не скрывает, что к нам решил зайти мистер Олимпия.
  - Добрый день, у вас интернет нормально работает? - глубоким голосом спрашивает незнакомец, и я начинаю подозревать, что как раз про него шел разговор, когда я притащилась за кофем. Вряд ли на нашем этаже так много великанов. На лицо наш сосед тоже нечто выдающееся. Короткие, но видно густющие, темно-русые волосы, светлые голубые глаза в обрамлении длинные густых черных ресниц, мечты рекламщиков туши. Тонкий нос с горбинкой и тонкие губы, волевой подбородок на этом худощавом лице производят немного хищное впечатление. Но, увы, мне всегда нравились именно такие. Жаль, что соседский босс оказался красавчиком, будет отвлекать.
  - У нас то да, - Лера как всегда впереди и на коне. - А вот у вас там какая-то проблема то ли с проводами, то ли с подключением. Но у предыдущих, кто в вашем офисе сидел инет всегда глючил.
  - Ясно, - похоже, информация нашему гостю явно не по душе.
  - Да вот Оля, она у нас в этом разбирается, как раз прошлым съемщикам помогала связь налаживать, потом больше месяца нормально работало, пока они не съехали, - тут же сдает меня Ленчик. Эт-т-то что еще за инсинуации. У меня даже рот открывается от такой наглости, вот только слов в ответ не нахожу. Нет, я, конечно, понимаю, что он, как и остальная мужская часть нашего коллектива, тихо сохнет по Лерке и конкурентов, особенно таких, он в гробу видал, но все же такой подставы я от него не ожидала. И ведь нечего в ответ сказать, ведь правда настраивала, и с ихней секретаршей вниз ездила ругаться, и да, месяц потом все работало без единого сбоя, пока контора не разорилась. Но все равно...
  - Что ж, если не сможем настроить сами, обратимся к вам, - наш гость вежливо отвечает на выдвинутое предложение. Хотя подозреваю, что на самом деле он, здоровый мужик, видал мою помощь там же, где Ленчик Лериных кавалеров.
  - Хорошо, но если что обращайтесь, мы всегда вам поможем, - Лера кокетливо хлопает глазками, только на нового соседа это никакого видимого эффекта не оказывает. Ну, все, он попал, эта шикарная блондинка больше всего любит сложные задачи.
  Сосед уходит, так и не представившись, а в кухонном закутке обсуждение разгорается с троекратной силой, подпитываясь столь неожиданной встречей.
  - Странно, что они мага своего не попросили сеть наладить, - задумчиво замечает Марина, самая старшая в нашем коллективе и, видимо, самая разумная.
  - Наверное, у него ограниченный ресурс и он не может тратить его на бытовые мелочи, - предлагает ответ Ленчик, параллельно оглядывая красивые длинные ноги Леры в обтягивающей мини-юбке.
  - Или он на задании, - это уже мое предположение. - В конце концов, то, что они въезжают в новый офис не значит, что параллельно не ведется какая-нибудь работа.
  - В любом случае не мешало бы с ним познакомиться, может, удастся всучить портативный накопитель или усовершенствованный защитный контур, - так Ленчик уже ушел в астрал, мечтая сбагрить незадачливому соседу все скопившееся на складе барахло.
  - Лень, - отрывает его от фантазий наша практичная Лера. - Ты видел этого парня, видел какие у него ручищи, он от тебя мокрого места не оставит, благо ему даже идти далеко не придется.
  - Ты чего? - теперь у нашего продажника глаза как линзы Марининых очков, такие же большие и идеально круглые.
  - Она права, - между глотками горячей бодрящей жидкости, вставляю свои пять копеек. - Этот контур просто мусор, да и накопители слишком громоздкий для своего объема, иначе бы мы их давно продали. Сам ведь знаешь. Ты мне лучше скажи, когда мы контракт с Вологодским центром переподготовки подписывать будем, ты меня уже неделю мурыжишь, скоро все сроки выйдут.
  - Оля... - стонет эта жертва моего трудолюбия. Я собственно и не рвусь, вот только в случае чего, это мне перед полоумным боссом с обострением отчитываться и получать по сусалам. Нет уж, спасибо, вазелин в этом месяце в аптеки не завезли.
  - Уже двадцать три года Оля, ты ближе к теме давай.
  - Хорошо, заключай, там цена в котировочной заявке прописала. Вика тебе номер протокола даст. Все равно там стратегия не выгорела, придется самим поставлять.
  На этой захватывающей ноте, я наливаю себе вторую кружку кофе с молоком и покидаю компанию. Впереди меня ждет гос контракт на двадцать позиций номенклатуры и перспектива свихнуться в процессе пересчета цен.
  Следующий день встречает меня мрачным серым пейзажем за окном, переполненной маршруткой и промокшими сапогами, так как маршрутчик не нашел ничего более забавного для себя в этот ненастный день, как припарковаться в самой глубокой луже на всей остановке. Дальше я бегу, потому что уже опаздываю, по обледенелой дороге к своему офисному зданию мимо яркой рекламы модных сумочек от одной известной итальянской ведьмы. Хорошо, что есть эти цветные картинки, хоть порадоваться, когда в реальности все совсем печально.
  Подбегаю к нашему зданию, в зеркальной стене отражается моя персона. Иногда я думаю, что лучше быть приведением. Короткие русые волнистые волосы растрепались под порывами ветра, и теперь стоят дыбом, напоминая очень испуганного барашка, лицо раскраснелось, а губы посинели, голубые глаза бешено блестят. Пуховик, купленный до смены образа жизни, висит мешком на моей изрядно схуднувшей фигуре. Джинсы до колен мокрые и тоже висят, словно и не родные. Вот что значит некогда добраться до магазина. Ну, или не на что. В общем, такая вот сильфида вплывает в холл. Не удивительно, что охранник вздрагивает при виде меня.
  В лифте на этот раз я еду с Викой. Та успела с утра посмотреть последний выпуск новостей и стремится поделиться впечатлениями. В отличие от меня, она выглядит прекрасно, просто цветущая роза. Это еще сильнее портит мне настроение.
  - Ты слышала, в Чикаго взбесился еще один унгун? - громким шепотом спрашивает она. В глазах смешались страх и нездоровое любопытство.
  - Нет, - отвечаю я. А про себя искренне печалюсь. - Что случилось?
  - В новостях сказали, что с ним случилось это их таинственное заболевание, что вызывает ярость и спонтанную трансформацию. А парой у него оказалась простая девочка, она и не знала, что он унгун, пока тот не обернулся огромным монстром. В общем, его родственникам пришлось его убить. Сама же знаешь, что ни простое, ни магическое оружие этих тварей не берет.
  - Ясно, - отвечаю я, потому что сказать что-то надо. А на душе грустно. И ужасно обидно и жалко этого несчастного штатовского парня, которому так не повезло заразить самым страшным кошмаром для всех этих оборотней.
  - Я вообще не понимаю, почему их еще не собрали и не сослали в какую-нибудь резервацию. Они ведь опасны для окружающих. И вообще на половину звери, а им даже дали избирательные права! - возмущается Вика, размахивая руками.
  - Ну, знаешь, - в ответ возмущаюсь я. - По твоей логике маги тоже должны лишить нас всех прав и превратить в рабов, потому что мы все равно ничего не понимаем в мироустройстве. Унгуны же не виноваты в том, что они родились такие. Они могут изменить это ровно настолько, насколько я могу перестать быть человеком.
  - Не знаю, но надо что-то делать, - бурчит Вика, не ожидавшая отпора с моей стороны. - Лично я бы не хотела оказаться в их обществе.
  - А мне было бы любопытно, - признаюсь я.
  - Угу, особенно любопытно будет, когда он взбесится возле тебя.
  Слава богам, лифт, наконец, добирается до нашего этажа. Мне кажется или он сегодня как-то медленнее работает? Надеюсь, что, кажется. Не хотелось бы обратно спускаться по пожарной лестнице, куда все кому не лень выставляют свой мусор, и горит одна тусклая лампочка на три этажа.
  Мы с Викой расходимся по разным ячейкам, не довольные собой и друг другом. Лично я категорически не согласна с идеями ограничения прав унгунов. Ведь если бы не они, человечество благополучно проиграло бы Великую мировую магическую войну и действительно превратилось бы в рабов кучки сумасшедших колдунов. Как историк я знаю, что мы слишком многим обязаны оборотням. Вот только большинство предпочитает это не вспоминать, и вообще забыть ту войну, и все что с ней связано как самый страшный кошмар.
  Работа категорически отказывается делаться. Пью кофе, что бы успокоить нервы и переключить мозг на другую тему. Получается не очень. Тут слышатся удивленные голоса коллег, и меня накрывает чья-то огромная тень. Поворачиваюсь на крутящемся стуле, а там наш сосед с серьезно-задумчиво-недовольным выражением лица. Логика подсказывает мне, что самостоятельно наладить интернет им так и не удалось, а очень надо. И необходимость этому большому состоявшемуся крутому дядечке просить о помощи незнакомую девицу в так называемой сфере мужской компетенции доставляет ему ни с чем несравнимые неприятные ощущения. Бедное его самолюбие. Ладно, постараюсь действовать деликатно. Или вовсе облажаюсь. Не известно, что там персонал нашего здания с проводами за последние два месяца мог натворить. Последний раз коллектив единогласно отправил именно меня с ними ругаться, помню какими круглыми глазами, смотрели на меня админы других контор.
  - Добрый день, - вежливо здоровается гигант.
  - Здравствуйте, - вежливо отзываюсь я, изображая на лица удивленное ожидание.
  - Вы говорили, что смогли в прошлый раз наладить сеть в нашем офисе, - начал он. - В общем, похоже, мне придется просить вас о помощи.
  - Ну, говорил это Ленчик и то, что бы отвадить вас от Леры, но чем смогу, помогу, - выключаю монитор и встаю. На лице нежданного гостя умилительно выражение полной растерянности. Ну да, он же не знает наших внутренних фишек. Бедолага. Ну, ни чего, если будет почаще заходить, то скоро все выяснит. Главное только, чтобы эти фишки не пошли к нему сами.
  Выходим под любопытными и насмешливыми взглядами коллег. Стараюсь не краснеть. Вот вроде бы чисто деловая ситуация, а я все равно смущаюсь. Так и не представившийся гость поворачивает в сторону своего офиса, а я тем временем в сторону лифта.
  - Вы куда? - удивляется он, поднимая брови.
  - Вниз, - честно отвечаю я. - В эту, как ее, распределительную. Уж простите, но мне кажется, что у вас мне смотреть нечего. Там, скорее всего все идеально настроено и я только что-нибудь испорчу. Если где и есть проблема, то в коммутаторной. У них там вечно бедлам творится.
  - Ясно, - мрачно отвечает гигант. Видимо мысль, что косяк может быть где-то в другом месте им в головы даже не приходил. Ну да, солидное офисное здание, куча денег за аренду, никто и не подумает, что тут надо каждую мелочь проверять. - Подождите, мне надо предупредить ребят, что я отлучусь.
  Он все-таки идет к себе. Я следом. Пользуюсь возможностью посмотреть, как они отделали офис. Ничего, довольно симпатичненько, хотя и аскетично. Сразу видно, что все выбирали мужчины. Цветочек им подарить, что ли. В первой комнате стоят три стола. За крайним сидит тот давешний красавец, который сейчас с умным видом слушает объяснения великана. Остальные удивленно таращатся на меня. Похоже, большой босс не захотел объяснять им куда пошел. Оба довольно симпатичные, хотя и не такие фактурные, как парочка у первого стола. У одного удивительные янтарные глаза, заметные даже за несколько метров. Второй, похоже, откуда-то с юга, судя по смуглой коже и иссиня черным волосам, хотя черты лица вполне славянские.
  - Все, пойдемте, - великан отвлекает меня от осмотра. Судя по выражению лица, ему не нравится мое любопытство. В прочем, в его бизнесе любопытство к своим делам не приветствуется. А может просто не хотел показывать, у кого пошел просить помощь. Ну, так надо было предупредить.
  Мы входим в лифт, и я с чистой совестью нажимаю кнопку первого этажа. Ничего у меня не йокает, ни каких там предчувствий. А зря. Потому что не успеваем мы проехать и двух этажей, как эта металлическая коробка замирает. Через секунду гаснет свет.
  
  Глава 2.
  
  Свет зажигается через пару секунд, но лифту на это начхать. М-да, мы застряли. Смотрю на своего неожиданного попутчика, надеюсь, у такого большого дяди нет фобии замкнутых пространств.
  - Похоже, мы приехали, - заполняю паузу.
  - Надо подождать, скоро его починят, - уверенно отвечает незадачливый спутник. Ну-ну, сразу видно, человек только въехал в наше чудо-здание.
  - Можно пока познакомиться, - предлагаю я, протягивая руку. По изумленному выражению его лица понимаю, что мысль провести время за беседой стояла у него далеко не на первом месте. - Меня зовут Оля. Ну да вы знаете, Ленчик представлял. А вас?
  - Прошу прощения, если не представился, - видимо я действительно смутила его своим прямолинейным вопросом. Но с другой стороны, если я собираюсь провести несколько следующих часов вместе с этим человеком, то хорошо, по крайней мере, знать его имя. - Меня зовут Алексей.
  - Приятно познакомиться, - решаю, раз уж есть такая возможность расспросить объект моего любопытства, то стоит ею воспользоваться. Заодно будет, о чем потом поговорить за кофе. - А вы, правда, служили в спецназе?
  - Да, - Алексей явно настораживается и напрягается. Но меня такими мелочами не напугаешь. Если не прибьёт за назойливость, то все пучком. - Зачем вам это?
  - Просто любопытно, - пожимаю плечами и сажусь у дальней стены, джинсы все равно не жалко, они и так на черте что похожи. Теперь что бы увидеть лицо собеседника приходится задирать голову до предела. - Нам тут все равно как минимум пару часов придется сидеть, так хоть пообщаемся.
  - Надеюсь, вы шутите про пару часов, у меня еще встреча сегодня?
  - Увы, но нет. Меня тоже ждет куча срочной работы. Но если мне не изменяет память, то фирма по обслуживанию лифтов в этом здании находится на другом конце города и пока они приедут по пробкам, может пройти куча времени. Тем более сегодня, когда весь город стоит.
  - Черт, и никто больше не может просто вскрыть двери? - похоже, мои слова его не обрадовали. Новый знакомый принимается метаться по лифту, как тигр в клетке. Поджимаю ноги, чтоб не оттоптал.
  - Лифт на гарантии, - просто отвечаю я.
  - Вы так спокойно обо всем этом говорите? - удивляется Алексей, наконец, переставая мельтешить перед глазами.
  - А что истерика может улучшить ситуацию? Лифтеры услышат, испугаются и быстрее приедут? - в ответ интересуюсь я. Собеседник хмыкает. - Вряд ли, только себе и вам нервы попорчу.
  - Логично, - теперь он еще и ухмыляется.
  Подумав немного, он садится на корточки передо мной и заглядывает мне в глаза. Ух, какие у него глаза, мама дорогая. Они не просто голубые, а с переходом от тёмно-синего контура по краю радужки к почти серому у зрачка, с разноцветными прожилками от сиреневого до светло-голубого. Никогда не видела более красивых глаз. Ни одна отфотошопленная фотография, ни одни заколдованные цветные линзы и рядом не лежали. Черт, нельзя показывать такую красотищу, я ведь влюблюсь и что, потом с этим делать?
  Он видно тоже что-то не то увидел или просто испугался, разглядев меня вблизи, потому что теряет равновесие и с полным изумления лицом, садится на пятую точку.
  - С вами все в порядке? - беспокоюсь я, подаваясь вперед. А то вдруг перепугала человека до заикания. Я сегодня слегка проспала и одевалась в спешке, что первое под руку попалось. Так что чем-чем, а красотой и вкусом отличилась по самое не хочу.
  - Да просто, равновесие потерял, - каким-то сдавленным голосом врет мне Алексей. А то, что врет, я уверенна. Ну, где вы видели человека прошедшего спец подготовку и теряющего равновесие на ровном месте. Но высказывать это свое мнение я ему не буду, если ему нравится такая версия, то кто я такая, чтобы спорить. Он вон, какой большой, а если я его дожму до предела, то может действительно придушит, чтоб не мешала.
  - А у вас сотовый с собой? - на всякий случай интересуюсь я. Собственно, это должен был быть первый вопрос, но у меня логика своя, с общепринятой не всегда совпадающая.
  - Да, - он достает навороченный смартфон, который скорее уже больше компьютер, чем мобильник.
  - Ничего себе, - загоняю глаза обратно в орбиты. Я эту модель только в рекламах и на сайтах про новинки видела, в живую впервые. - И вы всем этим пользуетесь?
  - Ну не всем, - честно отвечает Алексей. - Но многим, вообще, удобная модель.
  - Угу, - киваю я. Еще б она была не удобной, с ценой в мое полугодовое жалованье она должна и кофе варить и сигарету раскуривать. - Можно?
  - Да, конечно, - этот чудо-человек без раздумий отдает мне телефон. Осторожно беру его в руки, тяжелый, экран просто огромный, цвета яркие.
  - Можно я с него позвоню?
  - Звоните, - ишь, какой покладистый.
  Набираю номер нашего офиса, мысленно упрашивая, чтобы линия оказалась свободной. А то у нас любят поболтать. Трубку снимает Наташа. Ура, значит переключат куда надо без долгих блужданий по внутренним телефонам.
  - Привет, дай мне Сергея, пожалуйста, - вежливо прошу я. Через секунду меня уже соединяют.
  - Добрый день, - низкий бас Сереги слышно на весь лифт. Мой новый знакомый почему-то хмурится.
  - Привет, это Оля, - на всякий случай представляюсь я, вдруг по голосу не узнал. - Помнишь, ты звонил в контору по ремонту лифта, ругался с ними?
  - А! - после паузы вспоминает коллега. - Это когда у нас лифты почти три месяца не работали?
  - Да, когда все приобретали прекрасную физическую форму на пожарной лестнице, - кажется, это был единственный раз на моей памяти, когда она соответствовала нормам пожарной безопасности. - Так вот, ты не мог бы им позвонить, вызвать лифтеров?
  - Могу, а что случилось?
  - Ты не поверишь, я в нем застряла, - честно отвечаю я. Алексей тем временем принимается снова нарезать круги, как-то странно на меня посматривая. Может беспокоится, что я все его деньги проговорю, ну так ему это не меньше меня надо.
  - Гы, гы, повезло тебе, - ржет эта сволочь на другом конце провода. Ничего, ничего, у меня тоже есть над чем посмеяться.
  - Не-а, это тебе повезло, потому что твой контракт сейчас лежит у меня на столе не доделанный, - язвительно отвечаю я. - Так, что это от тебя зависит, закончу я его сегодня или нет.
  - Черт! - следует краткий, но на редкость емкий ответ. - Хорошо. Сейчас я им позвоню.
  Благодарю за помощь и отключаюсь. Незадачливый сосед вновь присаживается рядом. Возвращаю ему телефон, который он забирает очень осторожно, стараясь не прикоснуться ко мне. Странно, но у каждого свои заморочки.
  - Кто это был?
  - Коллега, один из наших продажников. Он умеет изображать властный суровый голос. Мы его обычно за службу безопасности выдаем, - искренне объясняю я. Алексей в очередной раз удивлен, похоже, я нашла свое призвание.
  - Ясно, - он крутит телефон, словно не зная, что делать дальше. - Думаю, стоит подключить моих ребят. Они и выглядят сурово.
  - В любом случае их стоит предупредить, - киваю головой. Дальше включается мозг. - А они знают, куда подключаться то? Может им скооперироваться?
  - Я направлю кого-нибудь к вам, - Алексей открывает телефонную книгу в поисках номера. Тут мне приходит совершенно дикая идея.
  - Направь того парня, с которым разговаривал, - предлагаю быстрее, чем думаю. Ой, зря. Судя по напряженному выражению лица собеседника, сказала я что-то не то. Да и почему-то на "ты". В прочем, такая фраза с "вы" как-то совсем коряво получается.
  - Зачем? - хмурится Алексей. Я в ответ молча пожимаю плечами. Не объяснять же, что этим он исполнит заветную мечту большей части женского персонала нашего офиса. Мой попутчик становится мрачнее тучи, но все равно звонит.
  - Павел, - какой у него все-таки красивый низкий голос. Можно вот так сидеть и слушать практически бесконечно. - Ты не поверишь, мы застряли в лифте. Нет, я абсолютно серьезно. В третьем. Ольга говорит, что их откуда-то вызывать надо, она уже кого-то из своего офиса попросила. Да, подключись, а то мне сегодня еще к Максимову надо. Без понятия, сейчас спрошу. Оля, к кому ему там подойти?
  - Э-э... - я не сразу догоняюсь, что последний вопрос адресован мне. - Пусть спросит Сергея, такой высокий блондин. Ни с кем не перепутать.
  - Слышал? Да. Да. Давай уже, а то я не хочу здесь жить остаться, - отсоединяется и вновь принимается запертым тигром нарезать круги по лифту.
  - Остановитесь уже, - прошу. - А то голова начинает кружиться.
  - Я думал, что вы уже на ты ко мне, - усмехается зарраза, но останавливается и садится напротив.
  - Случайно вырвалось, - честно признаюсь я, а потом перехожу в наступление. - К тому же вы меня на вы продолжаете называть. Как-то не удобно когда старший к тебе на вы, а ты к нему на ты.
  - Ну, ни настолько уж я и старше, - так, похоже, я его задела своим замечанием. Ну да, я сегодня выгляжу как вполне не свежий покойник или как очень потасканная баба яга, так что у него есть все основания считать меня старше.
  - Вам сколько? - что там говорили про кошку и любопытство? М-да... Интересно, почему рядом с ним у меня срывает тормоза. Это так, риторический вопрос. Но ведь с другими людьми я себя так развязно не веду, не говоря уже про незнакомцев. Точно сегодня какая-нибудь магнитная аномалия или кто-то из магов, живущих в соседнем элитном доме, не туда не то заклятье направил.
  - Тридцать, - спокойно отвечает Алексей. Похоже, этот вопрос он не посчитал неприличным. Ну да, он же не девица.
  - А мне двадцать три, так что разница приличная, - отвечаю и начинаю жалеть, что вообще завела этот разговор. Вот сидела бы себе молча, как мышка, думала бы о своем, и не пришлось бы смотреть, как в изумлении поднимаются брови собеседника. Сразу видно, что дал он мне куда как больше. В очередной раз зарекаюсь прилично выглядеть и не походить на половую тряпку многолетнего использования.
  - Ясно, - отвечает Алексей, видно не знает, как повежливей сообщить, что не ожидал. А я и так все вижу и мне снова обидно.
  - А почему вы стали охранником? - перевожу тему.
  - Надоело подчиняться чужим приказам, - пожимает плечами, все так же пристально глядя на меня. Что пытаешься разглядеть, где так лажанулся. Удачи.
  - Но ведь, тут вы подчиняетесь приказам клиента? - с сомнением спрашиваю я.
  - Они только говорят что надо, но воплощение полностью мое. Я сам выбираю способы реализации того, что хочет заказчик. А в армии приходится подчиняться вышестоящему командиру во всем.
  - Ясно, - протягиваю я. В принципе все понятно, но что грамотно можно на это ответить лично для меня загадка.
  - А вы чем занимаетесь? Я слышал, что ваша фирма торгует различным магическим и около магическим инвентарем.
  - Угу. Странно, что Ленчик еще не полез к вашему магу с предложениями, - усмехаюсь я.
  - Поверьте, это не так просто как кажется. К тому же ее сейчас нет в городе.
  - Ее? - искренне удивляюсь я.
  - А что? - в ответ удивляется Алексей. Какой-то день удивлений, право слово.
  - Ну, просто неожиданно, - пытаюсь облечь свои консервативные взгляды в приличные вежливые слова. - Обычно в боевую магию идут мужчины, а женщины предпочитают так сказать более созидающие направления деятельности.
  - Это, смотря какой мужчина и какая женщина, - теперь Алексей откровенно надо мной потешается, в то время как я сама чувствую себя на редкость глупо. Положение спас телефон, а точнее чей-то своевременный звонок.
  - Да? - голос Алексея резко меняется, из расслабленного, мягкого и немного насмешливого, он превращается в холодный, жесткий и резкий. Я мысленно радуюсь, что он адресован не мне. - Когда? Нет, не стоит. Я ему не доверяю. Хорошо. Сейчас не могу говорить, перезвоню позже.
  Отключается. Причем не только от телефона, но и от реальности. И что ему там такое сказали, что он прямо на моих глазах в астрах ушел. И ведь не понятно, стоит его тормошить или лучше в таком виде оставить.
  Решаю оставить, а то ведь точно доведу человека, он меня тогда придушит в рамках самозащиты. Вон, какие ручищи огромные, да и мышцы ого-ого, я даже вскрикнуть не успею. А вообще, жаль, что он такой красивый и спортивный. Может, был бы попроще, так я бы ему хоть глазки построила, пока делать нечего. А такой уже, поди, устал от женского внимания всяких разных красавиц с топ-моделями, мои ужимки его только рассмешат, ну или рассердят. Эх, вот ведь не справедливость, одеваюсь как человек, лицо рисую и что, ничего, ни кого не встречаю, ни с кем не знакомлюсь. Но стоит только полениться и вырядиться в то, что первое под руку попалось, как, либо всех знакомых соберу, особенно тех, перед кем в таком виде точно показываться не хочется, либо, вот как сегодня, познакомлюсь с потрясающим парнем. Эх... Тяжело вздыхаю.
  - Устали? - кажется, мой сокамерник вернулся из своих мыслей, раз услышал.
  - Есть немного, - признаюсь я, ибо ненавижу сидеть просто так без дела. Хоть бы вязание мое было, руки бы заняла, раз голова дурная. Смотрю на часы. - Мы уже сорок минут тут сидим.
  - У вас есть планы на вечер? - вырубает меня Алексей. Он, однако, выражение глубокого шока на моем лице принимает за что-то другое. - Просто я подумал, что вы попали в эту ситуацию из-за меня, вот я и решил пригласить в ресторан, скажем в рамках искупления вины.
  - Э-э-э... - высокоинтеллектуально отвечаю я. В голове полная каша. Дальше иду на инстинктах. - Хорошо.
  - Тогда договорились, - Алексей довольно улыбается, а мне приходит в голову мысль, что кто-то из нас двоих должно быть спятил. Что ж, я не против. Пока мне нравится развитие этого глюка. - У вас есть какие-нибудь предпочтения?
  - Да, - честно говоря, предпочтение только одно, зато очень большое. - Мне в начале надо будет домой заехать, переодеться.
  - Хорошо, - легко соглашается Алексей, но смотрит на меня как-то странно, словно пытается заглянуть ко мне в голову. Отвожу взгляд. Кажется, намек понят. - Тогда я заеду за тобой часов в восемь?
  - В полдевятого, - поправляю я и добавляю, видя, как удивленно поднимаются брови незадачливого кавалера. - Я в полвосьмого только до дома доеду, а нужно еще время привести себя в порядок.
  - Тогда договорились, куда мне подъезжать?
  Называю адрес. Он внимательно слушает. Чувство нереальности происходящего нарастает.
  Неожиданно лифт дергается и проваливается вниз со скрипом и визгом. Я воплю от ужаса, а в животе все переворачивается от страха и невесомости. Через пару секунд лифт с жутким скрежетом замирает, и я обнаруживаю, что крепко прижата к Алексею. Сильные руки развернули и сжали меня стальными тисками, так что я оказалась лежащей на огромном горячем мужчине. Он тяжело дышит, в глазах страх, а под моей правой рукой со скоростью пулеметной очереди колотится его сердце.
  - Все в порядке? - спрашиваю я сдавленным голосом. По лицу Алексея видно, что он сам пребывает в глубоком шоке.
  - Вроде. Ты как? - голос у него тоже хриплый. Может, боится высоты?
  - Нормально, - пожимаю плечами насколько это возможно, потому что объятия никто и думает ослаблять. Осторожно подаюсь назад, давая понять, что можно бы и отпустить меня.
  Тут как в плохом кино с жутким металлическим скрежетом и скрипом разъезжаются двери лифта и на нас смотрят три потрясенные пары глаз. По мере осознания увиденного на лицах двух лифтеров и одного помощника Алексея появлялись хитрые ухмылки.
  - Кажется, вы тут время зря не теряли, - ехидно ухмыляется красавчик из охранного агентства.
  
  Глава 3.
  
  Выходим под смех молодого парня и переглядывания лифтеров. У меня лицо такое горячее от смущения, что яичницу жарить можно. Алексей же напротив, невозмутим как скала. Но ему и положена отличная выдержка, работа такая.
  - Павел, - обращается он к никак не успокаивающемуся парню. И голос у него такой холодный и властный, что незадачливый юморист сразу утихает и удивленно смотрит на босса. Точно, сегодня вспышки на солнце, что все всё время удивляются.
  - Ребята выехали сразу после звонка, но им и правда оказалось далековато добиться, - тут же попытался объясниться помощник. - Быстрее было бы только выломать дверь в шахту и вскрыть лифт.
  Я вытаращиваю на него глаза, пытаясь понять, шутит он или нет. Такие штуки я только в кино видела и если честно считала, что в реальной жизни такое не делают. Но судя по серьезному выражению на молодом красивом лице, делают и еще как.
  - Ладно, - Алексей хлопает парня по плечу. Затем поворачивается ко мне. На лице смущенное выражение, чую не к добру. - Мне надо ехать. Вы извините, что так получилось. До вечера.
  - Подождите, - в смятении кричу уже развернувшемуся великану. Кажется, он сегодня поставил перед собой задачу превратить мой мозг в кашу, мстит что ли. Поворачивается, смотрит недоуменно. - А как же ваш интернет? Вы же вроде пришли из-за него?
  - Ах да, - похоже, он забыл. Смотрит на часы. - Боюсь, что я планировал закончить все быстрее, сейчас я уже опаздываю.
  - Я могу помочь, - осторожно вызывается Павел, внимательно глядя на своего босса. У них происходит молчаливый диалог двух давно знающих и хорошо понимающих друг друга людей. Я потихоньку начинаю закипать в ожидании ответа. В конце концов, кому это нужно мне или все-таки им.
  - Хорошо, - наконец, Алексей что-то для себя решает, но явно остается не довольным. Поворачивается ко мне и смотрит каким-то напряженным изучающим взглядом. - Оля, Павел пойдет с вами. Покажите ему из-за чего, на ваш взгляд, может быть проблема.
  Киваю, вежливо прощаюсь с раздраженным Алексеем. Про себя пытаюсь понять, что это с ним, не ревнует же, право слово.
  - Пойдемте, - красавчик с серьезным лицом и без намека на кокетство указывает мне на дверь пожарной лестницы. Ну да понятно, на лифте как-то боязно второй раз. Хотя, по мне так наоборот, самое время их тестить, пока монтажники еще не уехали. Алексей уже ушел по ней вверх, обратно в офис. Нам же надо вниз, на первый этаж. Мой новый спутник молчит, пока мы пробираемся сквозь лабиринты выставленных коробок.
  - Вы давно знаете Алексея? - пытаюсь одним вопросом заарканить сразу двух зайцев, и разговор поддержать, молчать то скучно, и про неожиданного кавалера что-нибудь узнать.
  - Всю жизнь, - хмыкает Павел и на мои удивленно поднятые брови добавляет с плохо скрываемой гордостью. - Он мой брат.
  - Правда? - невежливо удивляюсь я, но сдержаться не получилось. Слишком уж разные они. Нет, конечно, оба потрясающе красивы, колоритны. Но ведь разные. Хотя... Если внимательно присмотреться то что-то общее в чертах лица можно заметить.
  - Да, - первый раз после окрика босса парень улыбается, а потом начинает ржать. - Простите, просто у вас такое лицо смешное было. А так да, никто не узнает. У нас в семье вообще все друг на друга не похожи, хотя родители одни. Папа даже шутить по этому поводу устал.
  - А у вас еще братья-сестры есть?
  - Да, еще два брата и сестра, она самая младшая, - и вновь в его голосе звучит гордость, а глаза загораются радостью и светом. Похоже, семья у них дружная.
  - Ничего себе, - искренне поражаюсь я, мысленно проведя простое арифметическое действие. - Получается, у вашей мамы пятеро детей? Ничего себе! Наверное, всегда весело?
  - Это точно, - Павел вновь усмехается и теперь смотрит на меня более дружелюбно. - Алек у нас старший, наследник, как его зовут родственники. Ну и самый серьезный.
  - Алек? - вроде в нашем языке такое сокращение не является общепринятым.
  - Да, так его наша двоюродная сестра называет, она в штатах родилась и живет, вот на английский манер прозвала, а потом как-то приклеилось. Его даже в армии так звали, - Павел прямо таки излучал любовь и уважение к брату, словно маленькая магическая электростанция.
  - Прикольно. А ты, похоже, его очень любишь, - замечаю я, от чего лицо моего собеседника покрывается румянцем до цвета свеклы, что заметно даже при таком скудном освещении. Кто бы мог подумать, что за фасадом рокового красавца покорителя женских сердец скрывается забавный мальчишка, восхищающийся старшим братом и способный краснеть. Поразительно. Похоже, он даже моложе, чем я думала.
  - Ну да, - неловко отвечает парень.
  - Расскажи мне еще что-нибудь о нем, - вежливо прошу я, мысленно скрещивая пальцы на удачу.
  - Вам действительно интересно? - все его веселье и детскость как рукой смыло. Сейчас передо мной стоял молодой мужчина успевший многое повидать, привыкший защищать своих близких и ждущий прямого и честного ответа. Я даже замерла, столь неожиданным было превращение краснеющего шалопая в сурового защитника.
  - Да, - честно отвечаю я и потом добавляю, чтобы сгладить помпезность момента. - Должна же я что-то знать о человеке, с которым собираюсь в ресторан на ночь глядя. Вдруг он маньяк-похититель женщин?
  - Нет. Поверьте, он никогда не причинит вам вреда, - с абсолютной уверенностью в голосе отвечает Павел, буравя меня серьезным внимательным взглядом. Сразу чувствуется семейное сходство, его брат на меня очень похоже смотрел.
  Дальше спускаемся молча. Каждый погружен в свои мысли. Я слегка шокирована, насколько всерьез Павел принимает мои еще не состоявшиеся отношения с Алеком. Мы же только в ресторан собираемся, а он смотрел на меня, будто я по меньшей мере замуж за старшего брата выхожу. Не понятно.
  Мы спускаемся на первый этаж, где нас ждет запертая коммутаторная, точнее крошечная подсобка, отведенная под распределитель и прочее ну очень умное оборудование. Приходится идти просить охрану. Те при виде моего сопровождающего весело ухмыляются. Буквально как недавно лифтеры. Павлу это явно не нравится. Он так зыркает на ребят, что те автоматически по стойке смирно вытягиваются, параллельно пытаясь нащупать какое-нибудь оружие. Приходится мило улыбаться и долго втолковывать кто мы и что конкретно нам надо. Соглашаются помочь, но не по доброте душевной, а потому что опасаются Павла. Вон какие тревожные взгляды на него кидают, будто не милый обаятельный мальчик перед ними, а как минимум колдун-социопат с длинной историей чернокнижия.
  В коммутаторной понятное дело жуткий беспорядок. Что-то щелкает, что-то пищит. Горят какие-то лампочки. Если честно, я в детали стараюсь не вдаваться. Зато радуюсь, что на мне старые джинсы и вообще одета так, что не жалко что-то испортить.
  - Ну-с, - потираю руки. - Сейчас посмотрим что у нас тут.
  Павел внимательно и слегка настороженно следит за мной, словно опасаясь, что я либо доломаю то, что здесь еще осталось, либо сама покалечусь. Стараюсь не обращать внимания, странные они какие-то оба, а может просто воспитание очень патриархальное, все же пятеро детей, это о многом говорит в наш просвещенный век абортов и разводов.
  Останавливаюсь у гнезд, куда умные люди втыкают сетевые кабели, дабы интернет стройным маршевым шагом расходился по офисам. Мучительно вспоминаю, какое же гнездо относится к офису Алексеевой конторы. Мы тогда с Катей, секретаршей предыдущей компании, занимавшей те комнаты, кажется, методом тыка искали. До сих пор удивляюсь, как нас не убили за это. Не зря говорят, боги дураков любят.
  Ну да, так и есть. Я оказываюсь права, точно сегодня какой-то не нормальный день, магическое поле изгибается, что ли. Жестом подзываю к себе Павла, одновременно довольно бесцеремонно роясь в куче сваленных кабелей, пребывая в твердой уверенности, что даже если что-нибудь кому ни будь и испорчу, то Павел меня обязательно защитит от искателей справедливости. Ищу не долго, нужный провод мы тогда готичненьким черным маркером покрасили, что б не перепутать.
  - Вот, - показываю весьма потрепанный кабель с черной полоской. - Это ваш. Видимо после того, как прошлая контора съехала, его вытащили, а вставить забыли.
  - Но мы же писали заявление, что бы нас подключили, - Павел растерянно смотрит на гордо торчащий в моей руке провод.
  - Дорогой, здесь если хочешь, что б все работало как надо, делай все сам и проверяй на три раза, что никто уже сделанное не испортил, - усмехаюсь я и втыкаю провод в гнездо так же отмеченное черной полосочкой. Да, у нас тогда явно было озарение, раз мы позаботились о будущем. А может ор разгневанных админов сподвиг сделать все, дабы не повторять наш эксперимент. Рядом с гнездом загорелась зеленая лампочка, подтверждая соединение. - Все, теперь должно заработать.
  - Я чувствую себя идиотом, - пораженно бормочет Павел, вытаращенными глазами пялясь на провод и лампочку. - Мы ведь все проверили, по три раза настройки на всех машинах переделывали, свитч вручную настраивали, провода проверяли, а все оказалось так...
  - Тупо? - предлагаю я слово, видя, что парень не в состоянии найти подходящее определение.
  - Не то слово, - выдыхает он, потирая лицо. Хорошо все-таки, что я показываю все это Павлу, а не Алексею, боюсь, что его реакция не была бы столь умилительна, а я бы после этого перестала быть даже слегка привлекательной. М-да, и хорошо, что мне Пашино внимание не нужно.
  - Ну, все, наша миссия выполнена, - хлопаю руками, потом отряхиваю их, все же давно тут не убирались, провода все в пыли. - Можем возвращаться, у меня еще работы целая куча.
  Павел молчит. Похоже, он немного подавлен тем, что сам не додумался до такого простого решения. Я пытаюсь решить стоит мне его как-то поддержать или лучше молчать в тряпочку. Под удивленные взгляды охранников возвращаемся обратно на пожарную лестницу. Лифт все-таки вызывает опасения, особенно сейчас, когда лифтеры уже уехали. По закону подлости они должны сломаться снова.
  - Ты так и не рассказал мне о брате, - замечаю я, решив отвлечь парня.
  - Тебе действительно интересно? - он вновь как-то странно смотрит на меня. Смущаюсь, пожимаю плечами, тихо умиляюсь, что случай с проводами сподвиг к переходу на ты.
  - Если бы не было, то я бы не спрашивала, - резонно отвечаю я.
  - Логично, - соглашается Павел, усмехаясь.
  - У него есть девушка? - лучше прояснить этот вопрос сразу, дабы не строить воздушные замки на пустом месте.
  - Нет. Если бы он с кем-то встречался, то не стал бы так прижимать тебя к себе, - Павел вновь усмехается, а я начинаю превращаться в вареный помидор.
  - Что ему нравится? Какие у него интересы? - я продолжаю допрос. Какой-то мелкий намек не свернет меня с магистрали любопытства.
  - Ну, он любит собирать всякое оружие. Он очень ответственный и все время помогает кому-нибудь из родственников, так что у него не очень много свободного времени. Что еще? Алек любит читать, если берет книгу в руки, то пропадает для окружающего мира. Еще ему нравится моделировать самолеты. Ну и, конечно, его тренировки. Это просто притча, - Павел мечтательно смотрит вдаль, даже останавливается. Я кошусь на него с недоверием, ибо из меня физкультурник обнять и горько плакать.
  - Что? Прямо как профессиональный спортсмен? - с легкой паникой в голосе интересуюсь я. Это ж он с криками ужаса сбежит как только я разденусь, все же с моим графиком пятнадцатиминутная зарядка предел возможности и желания. Боюсь, что я его просто напугаю.
  - Не волнуйся, - кажется собеседник заметил мое беспокойство. - Насильно на беговую дорожку он тебя не потащит. Вообще, он известен тем, что разработал свою систему подготовки бойцов, очень, кстати, продуктивную. И каждому, с кем занимался, он составлял свой вариант, индивидуальный.
  - Надеюсь, что меня он тренировать не собирается, - с искренней надеждой в голосе говорю я. - А то его ждет полное разочарование.
  - Почему? - удивляется Павел, оглядывая меня наигранно внимательным взглядом. Вот что за человек, все время вгоняет меня в краску.
  - Потому что я и спорт - вещи не совместимые, доказано богатым опытом и неплодотворными попытками, - честно отвечаю я. Отворачиваюсь, продолжаю быстро подниматься по лестнице. Не хочется видеть его усмешку.
  - Значит, ему точно стоит этим озадачиться, - серьезно отвечает Павел, быстро и легко догоняя меня, пока я пыхчу как толстый ежик. - Поверь, он лучше, чем кто бы то еще может научить, как правильно двигаться. Я ведь тоже до пятнадцати лет ненавидел спорт. В школе физрук отбил все желание. Но Алек, когда вернулся из армии, быстро смог показать мне, что от упражнений и регулярных тренировок можно получать удовольствие.
  - Посмотрим, - пожимаю плечами, не желая продолжать этот разговор. Еще не факт, что мои отношения с Алексеем дойдут до стадии совместных тренировок.
  - Вот увидишь, он от тебя так просто не отстанет, - Павел покровительственно улыбается.
  - Я вообще не понимаю, что он во мне нашел, - искренне заявляю я, взмахивая руками.
  - Ну, ему виднее, - тянет Павел. Разрываюсь между желаниями придушить его либо заняться самоуничижением. Что-то из этого точно проявляется на лице, потому что парень отступает на шаг и примирительно поднимает руки. - Эй, не хотел тебя обидеть, честно. Просто я не очень хорошо знаю вкусы брата. Если честно, ты первая, на ком его интерес проявился так явно. Просто твой наряд, уж прости. Ты симпатичная, но, прости, одета ужасно.
  - Полностью согласна, - громко смеюсь, чем вызываю удивление Павла. Похоже, он ждал иную реакцию. - А что ему не нравится?
  - Ложь, снобизм, наплевательство на окружающих, - без раздумий произносит Павел. Потом усмехается, - а еще плавленый сыр. Ты бы видела, как Алека всего корежит, стоит его достать.
  Смеюсь, для себя делая пометку. Дальше просто шутим, вспоминаем различные истории из своего прошлого, старые анекдоты. Так что на свой этаж поднимаюсь запыхавшейся, еле держась на ногах. Павел ничего, бодрячком, сразу видно, что в отличие от меня, он в прекрасной физической форме. Хотя чего это я, его форму и так прекрасно видно, без каких-либо доказательств, у него мускулы практически как у старшего брата.
  - Тебя проводить? - хитро интересуется Павел, сразу видно, что на моих коллег он успел произвести неизгладимое впечатление и сам об это прекрасно знает.
  - Да ладно, - усмехаюсь в ответ. - Мы вроде уже не в школе, что бы хвастаться самым симпатичным мальчиком.
  - Некоторые вещи никогда не меняются, - с независимым видом Павел пожимает плечами, и я понимаю, что в реальности это его очень беспокоит.
  - Мозг с возрастом не всегда эволюционирует, - хлопаю его по плечу и получаю пораженный до глубины взгляд совершенно круглых глаз. Буд то он перед собой какой-то эксперимент маго-генетики с щупальцами увидел. Смущаюсь, отступаю. - Ладно, я, пожалуй, пойду. Если что, звоните.
  - Хорошо, - кивает Павел, продолжая таращиться на меня. Ну, точно рога выросли или нимб образовался, что он так смотрит. Осторожно отползаю из области видимости.
  - Слушай, - тут мне в голову приходит мысль, которая собственно должна была побеспокоить меня еще час назад и я останавливаюсь, хмурюсь. - Он же мой номер не взял...
  - Ничего удивительного, - кажется, Павел вновь обрел душевное равновесие, даже улыбается. Хотя мне не до смеха, совсем сбита с толку. Видя мое замешательство, парень решает сжалиться над кашей в моей голове и развивает мысль. - Это значит, что ты ему понравилась. Он обычно никогда ни о чем не забывает. Так что поздравляю, тебе удалось вывести его из равновесия.
  - Или он просто думал о чем-то другом, - бурчу я. Слова Павла меня не убедили.
  - Ладно, говори, я запомню и передам ему. Обещаю, - он вновь усмехается. Чую, это не предвещает мне ничего хорошего, но все равно называю номер.
  Потом мы прощаемся и я направляюсь к себе в офис, откуда уже торчат головы до неприличия любопытных коллег. Придется держать круговую оборону до конца рабочего дня. Благо, что я точно знаю, как с пользой для себя распорядиться полученными сегодня опытом и информацией. Иногда мне все-таки в голову приходят совершенно гениальные мысли.
  
  Глава 4.
  
  К половине девятого я уже вся извелась. Трижды меняла платье, укладывала прическу, нанесла самый тщательный макияж с момента выпускного вечера. Теперь сидя на диване и делая вид, что читаю книгу, я поймала себя на мысли, что совершенно неприлично нервничаю.
  Мне удалось привести в жизнь свой обходной маневр, уговорив Леру отвезти меня домой в обмен на сплетни. Прости Паша. Пришлось тебя сдать, зато я была дома почти на сорок минут раньше. Лере было настолько интересно собрать информацию про красавчика из охранной конторы, что она бы не раздумывая согласилась отвезти меня хоть к черту на рога. Когда она отъезжала от моего дома, лицо коллеги было задумчивым. Похоже, впереди Павла ждет вполне масштабный план покорения, хотя что-то мне подсказывает, что при желании он может дать вежливый отпор любой поклоннице.
  Звонит телефон, на экране незнакомый номер. Стая бегемотов в животе резко усиливает активность, и я чуть не роняю сотовый.
  - Алло, - голос слегка охрип. Мама заглядывает в комнату и как-то подозрительно смотрит. Ну да, я иду на свидание первый раз за последние года три. Подозрительно. Тем более так поздно.
  - Привет, - мягкий перекатывающийся голос Алексея неожиданно снимает все симптомы перенапряжения, и я полностью успокаиваюсь. - Я подъехал.
  - Как мне тебя опознать? - интересуюсь я, вспоминая, что не имею ни малейшего представления, как выглядит его машина.
  - Черный мерседес, - Алек сам усмехается.
  - Ничего себе! - я искренне выпадаю в осадок.
  - Так получилось, - похоже, он немного смущается. Не буду давить. Лучше посмотрю в живую.
  - Ладно, я уже выхожу.
  - Люблю пунктуальных женщин, - в голосе явно слышится улыбка. Фыркаю в ответ и отключаюсь.
  Одеваюсь, прощаюсь с мамой и выскакиваю из квартиры. Темный подъезд, на площадке второго этажа курят студенты. Проскакиваю мимо. Пищит домофон и я, наконец, на улице. Моросит мелкий дождик, дорогу освещают фары специфической формы. Однако мне попался галантный кавалер. Подхожу к машине. Алексей уже снаружи, открывает мне пассажирскую дверь. Так, надо срочно поднять челюсть с земли, там не гигиенично и вернуть глаза на место.
  - Привет, - искренне улыбаюсь, пребывая в состоянии легкого шока.
  - Привет, извини, что не зашел, - Алексей тоже улыбается какой-то ласковой улыбкой.
  - Ничего страшного, - сажусь в машину. Точно сегодня что-то не так, что бы такой парень так галантно вел себя со мной. Удивительно. Алек обходит капот, садится рядом. В салоне звучит тихая музыка, пахнет кожей и одеколоном. Ощущение, словно попала в сказку для взрослых девочек. Главное, что бы это не превратилось в кошмар. Решаю отвлечься от подозрительных мыслей и пошутить. - Не знала, что охранники могут позволить себе такую машину?
  - Смотря, что и как охранять, - ухмыляется Алек, отъезжая от дома. Водит он очень гладко, без рывков и резкого торможения. И очень безопасно. Мне нравится. - Паша сказал, что ты расспрашивала обо мне?
  - Да, - после секундной заминки отвечаю я, чувствуя, как краска заливает лицо. Алек вновь ухмыляется. От смущения решаю начать наступление. - Пыталась понять, почему ты решил меня пригласить.
  - Ты мне понравилась, - пожимает плечами. - Лучше расскажи о себе. Меня ты теперь хорошо знаешь.
  - Ну, скорее я знаю мнение твоего брата о тебе, - это я, конечно, ерничаю, ибо не знаю как себя вести. Защитная реакция ежика, скручиваться в шарик и выпускать иголки. Алек сразу становится серьезным.
  - Ну и как он тебе?
  - Ребенок, - пожимаю плечами. Алексей поворачивает голову и внимательно смотрит на меня, от чего вновь появляется чувство неловкости. - Ну, правда. Ты только ему не говори, а то обидится. Он веселый и милый, но иногда я чувствовала себя словно с младшим братом.
  - Ясно, - у меня создается впечатление, что он изо всех сил пытается скрыть облегчение. Получается не очень, но я решаю это не комментировать.
  - Куда мы едем? - ура, логическое мышление возвращается. Вопрос, надолго ли?
  - Я заказал столик в Маленьком Милане, надеюсь, тебе нравится итальянская кухня?
  - Очень, - улыбаюсь довольной улыбкой. Неожиданно поддаюсь порыву и кладу ладонь на руку Алека. Он вздрагивает, и я резко убираю руку. Снова краснею, пытаюсь понять его реакцию.
  - И все же, расскажи мне о себе, - просит Алексей, и я понимаю, что он решил сделать вид, что ничего не произошло. Чувствую себя немного глупо.
  - Да нечего особо рассказывать, - пожимаю плечами. Машина выруливает на трассу и вливается в поток автомобилей, почтительно расступающихся перед этим солидным левиафаном. Любуюсь огнями. - Живу с мамой и котом. Училась, работаю. Коплю на свою квартиру.
  - А отец? - Алексей с любопытством поворачивается ко мне.
  - Живет с новой семьей, - морщусь я. Не самая любимая моя тема.
  - Ясно, - парень замолкает, видимо, что-то обдумывает. Я его не тороплю. - Что тебе нравится?
  - Я книгоман, - искренне радуюсь смене темы разговора. - Меня можно запереть в библиотеке, и я буду счастлива. Еще я люблю вязать. Уже половину семьи обвязала, всякие шарфики, жилеточки. Вообще, много чем увлекаюсь.
  - А сейчас что-нибудь вяжешь? - машины перед нами резко ушли в отрыв, так что мы оказались первыми на пустой дороге. Алек почему-то нахмурился.
  - Да, кардиган себе, - я замолкаю, потому что мы резко сворачиваем на обочину и останавливаемся. Я смотрю в зеркало заднего вида, там никого все другие машины остались далеко позади. Странно, ведь когда мы вывернули на трассу, поток движения был достаточно плотным.
  - Что случилось? - начинаю нервничать. Особенно когда Алек наклоняется вперед и достает из бардачка пистолет. Что-то мне как-то сразу не по себе. И очень не по себе.
  - Магическая атака, - коротко отвечает он, оглядывая дорогу. - Сиди в машине, ни кому не открывай, никуда не выходи. Понятно?
  Киваю, что понятно. Он секунду смотрит на меня внимательным взглядом и выходит из машины. Я остаюсь сидеть в одиночестве и дрожать от подступающего страха. Про такие страшные штуки, как магическая атака я только читала или смотрела по телевизору. Говорят, что люди начинали нападать друг на друга под воздействием иллюзий или падали замертво из-за смертельных чар. Черт, куда я попала? И главное, что теперь делать? Особенно когда Алексей ушел в ночь без защиты и с пистолетом в руках.
  Чую, как встают волосы на загривке. Осматриваюсь по сторонам, но вокруг совсем темно и ни одной машины, даже фонарей не видно, а ведь мы всего лишь съехали на обочину, а не в глухой сибирский лес. Даже Алека нигде не видно. Судорожно роюсь к кармане куртки в поисках телефона. Толку от этого не много, экран темен, не смотря на все мои старания включить аппарат. А ведь я точно помню, что у него была полная батарея.
  Водительская дверь открывается, и я в ужасе вскрикиваю, но это всего лишь Алексей. Если я сейчас не поседела, будет просто чудо. Никогда в жизни мне не было так страшно. Зато у моего спутника выдержка просто таки железобетонная. Он быстро садится на свое место и заводит мотор. Машина недовольно рычит, но подчиняется. Вот оно знаменитое немецкое качество и гарантированная магическая защита. Выруливаем обратно на дорогу и гоним изо всех лошадиных сил, благо их целая куча. Куда делся пистолет, я не видела, а спрашивать о чем-либо страшно. Инстинктивно чувствую, что это приключение еще не закончилось.
  Резко тормозим, так что машину заносит, не спасает даже отчаянно скрипящая немецкая резина. Алексей вновь выжимает газ и вновь резко виляет, так, что если бы не ремень безопасности, я бы врезалась лицом в дверь.
  - Потерпи, - сквозь зубы рычит Алексей, от чего мне становится еще более не по себе. Мы совершенно одни на дороге. Не видно ни единой души, как на самой дороге, так и на обочинах. Но фонари, которые должны гореть ярким ровным светом то затухают, то разгораются разными оттенками. Жуть полнейшая. Но самое неприятное, что совершенно не понятно, что же на самом деле происходит и откуда ждать беды.
  Неожиданно слышится чей-то злорадный смех, и мы влетаем в гущу машин. Прямо по курсу рейсовый автобус. В эти мгновения я даже успеваю различить вытянутые от ужаса лица пассажиров. Свернуть мы уже просто не успеваем, на спидометре сто шестьдесят, не та скорость, что бы маневрировать в середине пробки. Но Алексею все же удается крутануть руль и выбросить машину на обочину, чуть не сбив зазевавшегося дорожного полицейского. Проехав по инерции еще пару метров, машина врезается боком в дерево. Через пару секунд в мой мозг поступает информация, что я полностью невредима и основной удар пришелся на сторону водителя.
  - Алек? - осторожно зову его. Нет ответа. Отстегиваю ремень и поворачиваюсь проверить состояние кавалера. Он явно без сознания, хотя каких-либо видимых повреждений я не обнаруживаю. К нам уже бегут двое полицейских, явно сомневающихся, что доставать в первую очередь рации или оружие. Открываю окно и ору изо всех перепуганных сил. - Вызывайте скорую!!! Быстрее!!!
  Их сносит звуковой волной, благо от стресса и подступившего адреналина голос мой может смело спорить с иерихонскими трубами. Но, как ни странно, помогает. Один из ребят в серой форме достает рацию и быстро в нее что-то кричит. Я не вслушиваюсь, ищу сотовый Алексея, параллельно стараясь аккуратно и нежно ощупать на предмет скрытых повреждений. Их вроде нет, но я тот еще врач. А вот мобильный обнаруживается во внутреннем кармане пиджака. Страх страшная сила. Не обращаю внимания на что-то отчаянно заясняющего мне дорожника, открываю список последних звонков, и плевать, что ни в зуб ногой в устройстве системы этого чуда техники. Ага, вижу Пашу, надеюсь это тот самый. Нажимаю повторный набор и напряженно вслушиваюсь в гудки. Вокруг творится бедлам, один полицейский убежал в их машину, другой пытается взломать дверь, дайте боги счастья и здоровья проектировщикам машины, получается у него это никак. Я закрыла окно и заперлась. Если что потом буду с пеной у рта доказывать, что от стресса сознание помутилось и ничего не соображаю, имею право на неадекватное поведение. И вообще, я овощ, когда же Паша возьмет трубку?!
  - Алек, я же просил, - на том конце, наконец-то, раздается недовольный голос Павла. Я выдохнула, только теперь поняв, что задержала дыхание, пока ждала ответа, звучавшего для меня, словно пение ангелов.
  - Это не Алек, это Оля, - хриплю я в ответ. - Мы попали в беду. Твой брат без сознания, в машину ломятся разъяренные дорожники, и где-то поблизости ходит сумасшедший колдун.
  - Где вы? - после минутной паузы спросил Павел уже совсем другим серьезным собранным голосом.
  - Недалеко от второго разъезда, - осматриваю пространство за окном и отвечаю. - Я попросила полицейских вызвать скорую, но поскольку отказываюсь сотрудничать, то вряд ли они это сделали.
  - Не волнуйся, сейчас я пошлю к вам кого-нибудь из наших, он сможет помочь Алеку.
  - Лучше мага, - кажется, я прихожу в себя, стрессовые ситуации всегда хорошо стимулировали мои соображательные способности. - И еще, когда началась магическая атака, Алек запретил мне открывать кому-либо дверь.
  - Черт! - рычит на том конце провода Павел. - Значит магическая атака? Будет вам маг. И кто-нибудь уже едет, я объявил тревогу. Сейчас предупрежу, чтобы предварительно позвонили тебе, когда приедут. Этот телефон защищен от любого внешнего воздействия, так что ты сможешь быть уверена, что пришедший от меня. И еще, ему сейчас нужна энергия, прикоснись к коже.
  - В смысле? Он что, маг?! - это будет уже слишком для меня. Но руку его беру. Высокое мускулистое тело дергается, словно по нему пропустили электрический ток, но быстро расслабляется. Я же, к своему удивлению, никаких неприятных ощущений не испытываю.
  - Не совсем, - уклончиво отвечает мой собеседник. Ой, чую, темните вы ребята. - Но не волнуйся. Он возьмет энергии ровно столько, чтобы не умереть.
  - Да мне не жалко, - пожимаю плечами.
  За окном безобразие продолжает развиваться. Подъехали еще две полицейские машины с мигалками и матюгальниками. Из них выскакивают ребята с оружием наперевес и в бронежилетах. Неужто нас собираются вскрывать и захватывать. Кошмар! Столько здоровых вооруженных представителей власти на одну маленькую перепуганную меня и бесчувственное тело Алексея. Похоже, придется добавить Паше пару новых поручений.
  - Паш, а вы не можете связаться с дорожной полицией и сказать, чтобы нас не штурмовали с автоматами и дымовыми шашками, а то мне как-то не по себе, - сдавленным голосом прошу я, чувствуя, как во мне поднимается волна то ли страха, то ли злости. А еще начинается мигрень. Да какая, словно в голову влили кислоту, и она растворяет мозг.
  - Сейчас все устроим, - успокаивающим голосом отвечает парень. - Ты там сможешь одна, а то мне надо отключиться, что бы всех обзвонить.
  - Конечно, - отвечаю я и нажимаю отбой.
  Осторожно откидываюсь на спинку пассажирского сидения, не отпуская руку Алексея. Закрываю глаза и пытаюсь отключить все мысли. Боги, как же мне ужасно больно. Пожалуй, так плохо мне еще никогда не было. Ну, или очень давно и я уже не помню. И ведь от большого ума сняла и оставила дома свои обезболивающие сережки, теперь вся надежда на скорую и наличие у них ампулы баралгина.
  Осторожно открываю глаза, разведать обстановку. Собственно лично мне уже все равно, но сейчас я отвечаю еще за одного человека. Свет фонарей и красно-синих мигалок режет ставшие слишком чувствительными глаза. Хорошо хоть сирены выключили. Полицейские успокоились, видимо Паша уже позвонил куда надо и снял тревогу. Хорошие у ребят связи. В прочем, о чем это я, простые люди на таких машинах не ездят. Но вот что делать с нами дальше они явно не понимают. Ничего ребятки, нам тоже не очень хорошо.
  Чувствую, что меня начинает тошнить. Не к добру это точно. И ведь даже не выйти на улицу. Интересно, Алексей сильно разозлится, если я испачкаю ему машину. Так, лучше не думать об этом. С дороги, плюя на все правила и двойную сплошную, под вой клаксонов недовольных такой наглостью водителей, съезжает синий бмв. Да здравствует немецкий автопром. Останавливаются, взвизгнув шинами, напротив офигевших от подобного поведения полицейских. Ощущение, что я попала в приключенческий боевик, ибо в реальной жизни такое не происходит.
  Из машины выходят двое. Мужчина лет пятидесяти с густыми с проседью волосами, но в отличной физической форме. И молодая женщина с длинными волнистыми каштановыми волосами и фигурой, за которую убила бы любая супермодель. Отстраненно думаю, что возможно это помощь, но развивать мысль дальше нет сил, накатывает очередная волна боли. Женщина, хотя скорее девушка, может чуть старше меня, в красной кожаной куртке и мини-юбке, направляется прямо к полицейским. Мужчина идет к нам, набирая что-то в телефоне.
  Хорошо, что я продолжаю держать телефон Алексея в руке, потому что сил лазить искать, у меня нет совершенно. Раздается громкая музыка, что-то из рока. Морщусь, поднимаю телефон к лицу. На экране высвечивается фотография мужчины на бмв, только тут он в легкой летней рубашке и улыбается. Подпись под фотографией: Игнат. Нажимаю кнопку приема.
  - Да? - хриплю я. Отлично, у меня еще и голос сел, хоть я и не кричала. Похоже, начался отходняк. Рановато как-то. А может Паша наврал, и Алек слишком много из меня выкачал. Ну и устрою я ему скандал с битьем посуды. Но это потом.
  - Ольга, здравствуйте. Меня зовут Игнат, я дядя Алексея, меня прислал Павел, откройте, пожалуйста, дверь, что бы мы могли вам помочь, - у него приятный успокаивающий голос, но у старшего племянничка лучше.
  - Сейчас, - отвечаю я. Приходится мобилизовать оставшиеся силы и, отложив телефон, потянуться к двери.
  Открываю со своей стороны, ибо дотянуться до водительской не в состоянии. Да и не получится, дверь плотно прижата стволом тополя, в который мы въехали при торможении. Мужчина, назвавший себя Игнатом, заглядывает в салон. Я удивленно смотрю на его янтарно-зеленые глаза, в которых мне на секунду почудился вертикальный зрачок. Видимо мне даже хуже, чем я думала, раз зрительные галлюцинации начались.
  - С вами все в порядке? - он мельком смотрит на меня, но вежливость не позволяет совсем забить. Хотя нам обоим ясно, что интересует его только Алексей, к которому он тянет.
  - Перебьюсь, - отвечаю я. Почему то становится ужасно обидно и больно, хочется заплакать, но нельзя, потому что тогда голова точно взорвется.
  Выползаю из машины, практически выпадаю, создавая Игнату место для маневра. Голова трещит так, что перед глазами все плывет. Присаживаюсь на капот и достаю свой телефон. На этот раз он включается с первого раза. Очень хочется позвонить маме и попросить приехать за мной. Но нельзя, она испугается, а ей это вредно. Вроде в кошельке достаточно денег, я взяла побольше на всякий случай. Так что можно вызвать такси. На происходящее в салоне даже не смотрю. Хватит с меня играть в добрую самаритянку. Что я там сегодня думала про сказку и кошмар. Жаль, что иногда мысли сбываются. И вдвойне жаль, что сбываются не те мысли.
  Ко мне подходит девушка. Она минуту смотрит то на меня, то на мужчин в салоне. Я прямо чувствую ее внимательный ощупывающий взгляд.
  - Вам придется поехать с нами, рассказать что произошло, - низким грудным голосом приказала красотка.
  - У вас есть обезболивающее? - сил возмущаться и информировать их о направлении, куда мне хочется их коллективно послать, слава богам, нет. Иначе не известно до чего бы я договорилась.
  - Должны быть в аптечке, - равнодушно сообщила девица, даже не пошевелившись. Типа, доставай Оля как хочешь. Чертыхаюсь, практически на ощупь побираюсь до багажника, кажется, там ей положено храниться до истечения срока годности препарата. Вот только багажник, как ему и положено, заперт. Девица следует за мной попятам. - Почему вы оказались в машине с Алеком? Куда вы ехали?
  - Почему я должна вам отвечать?
  - Потому что Алек мой брат и потому что я могу вас убить одним движением, - похоже, она не шутила, но в моем состоянии смерть не кажется такой уж страшной перспективой. Особенно быстрая и по возможности безболезненная.
  - Послушай! - я резко разворачиваюсь и понимаю, что совершила глупость. Перед глазами все расплылось, словно от быстрой езды на карусели. Тошнота усилилась, и я лишь огромными усилиями смогла ее подавить. Но мои усилия никто не оценил. Игнат вытащил Алексея из машины, так что все внимание красотки переключается с меня на моего незадачливого кавалера. Тот тихонько постанывает, так что видимо в сознании, но двигается еще очень плавно. Бросив на меня неприязненный взгляд, девица в мини-юбке спешит к мужчинам, помогая дотащить огромное тело Алека до бмв. Я остаюсь одна на обочине в полуобморочном состоянии рядом с разбитой машиной и недовольными мною полицейскими. Хорошо хоть они подрассосались, осталась лишь первоначальная парочка.
  - В машину! - слышу недовольный крик барышни. Угу, прямо таки: к ноге, гав, гав, уже бегу за своим чаппи. И чего она на меня так взъелась, ревнует что ли, так ведь он ее брат. Вот если бы они не были бы родственниками, то я не сомневаюсь, что он выбрал бы ее. Но это только бы, а в реальности вот она я. Правда, ненадолго.
  Но выбора у меня особого нет, так что плетусь к их машине. Бумер уже готов стартовать, срывается с места, стоит мне только упасть на заднее сидение. Дверцу закрываю уже на ходу. Рядом полу-лежит Алек, так что старательно отползаю в угол и забиваюсь так, что бы не соприкасаться с соседом. Хотя он, похоже, опять без сознания. Везет ему.
  Игнат ведет довольно резко, меня мотает во все стороны, так что приходится крепко держаться за сидение. Перед глазами все плывет и я, кажется, окончательно теряю ориентацию в пространстве. От очередного резкого поворота голова дергается, и я ударяюсь виском о раму. Все чернеет, и я теряю сознание от боли.
  
  Глава 5.
  
  Прихожу в себя, как вы сами можете догадаться от боли. Кажется это теперь мой самый верный спутник. От этих ужасных ощущений невозможно скрыться, сбежать. Из глаз самопроизвольно катятся слезы. Хочется свернуться клубочком, но страшно пошевелиться.
  - Тише, - чей-то мягкий глубокий голос проносится надо мной, принося небольшое облегчение. Чья-то горячая рука гладит меня по щеке, стирая слезинки. Я снова маленькая девочка и кто-то большой и заботливый утешает меня. - Оля, что с тобой? Что случилось?
  - Голова. Очень больно. Обезболивающее, - шепчу я, пытаясь открыть глаза. Это я зря, свет режет чувствительную сетчатку.
  - Она что-то такое говорила у машины, - слышу неуверенный голос мегеры в красной куртке. Отлично, а она то тут что делает?
  - Так почему вы ей не помогли? - грозно рычит кто-то надо мной. Даже мне страшно, рефлекторно пытаюсь закуклиться, хотя остатками сознания понимаю, что обращались не ко мне. - Приведи сюда Марту и Виктора.
  - Но...
   - Никаких "но", это приказ, - похоже эта мегера не на шутку разозлила мужчину возле меня. В голосе уже слышна неприкрытая ярость.
   Слышу стук каблуков на каменному полу. Слава богам, она уходит. Сердитый мужчина вновь возвращается ко мне, но его движения совершенно не соответствуют только что звучавшему голосу. Он нежно гладит меня по голове, накрывает одеялом. К моему удивлению, я начинаю приходить в себя. Чувствую, что лежу на чьей-то кровати на чистых хрустящих простынях. Вокруг довольно прохладно и свежо. Пахнет чем-то свежим и легким. Осторожно проверяю себя, но нет, слава богам, меня никто не раздевал, я все так же в платье и даже в ожерелье.
   - Сейчас придет наш маг, она тебе поможет, - до меня, наконец, дошло, что рядом со мной сидит Алексей. М-да, как до жирафа. Дергаюсь от него. - Тише, я не причиню тебе вреда. Поверь, мне очень жаль, что так все случилось.
   Открывается дверь, я слышу чьи-то шаги, включая стук каблуков. Надо мной склоняются чьи-то тени, в воздухе начинает ощутимо доминировать запах озона. Вновь пытаюсь открыть глаза. На этот раз получается, видимо, вновь пришедшие заслонили источник света. Надо мной четверо, двое мужчин и две женщины. Очень бледный Алек с тревогой смотрит на меня, под глазами у него залегли темные круги, а лицо заострилось. Только сейчас, видя, что ему собственно досталось еще похлеще, чем мне, моя злость и обида начинают уходить. В конце концов, это ведь не он виноват в произошедшем, ему вообще тоже неплохо досталось.
   Второй мужчина сам по себе бледный и худощавый с короткими черными волосами и внимательными практически черными глазами. Он осторожно ощупывает мои виски, затылок и темечко, видимо, на предмет повреждений. Лежу, не сопротивляюсь, хотя руки у него холодные как лед.
   Между ними стоят две женщины. Первая уже знакомая мне девица с плохим характером, сестра Алека. Смотрю на нее и понимаю, что вряд ли смогу когда-нибудь ее полюбить или хотя бы просто хорошо относиться. И дело даже не в ее поведении по отношению ко мне, а в банальной зависти. Ну нельзя быть такой привлекательной, она слишком красива. Боюсь, что не смогу абстрагироваться от этого.
   А вот вторая женщина меня поражает. Высокая, всего лишь на пол головы ниже Алека, с короткими кудрявыми светло-русыми с рыжиной волосами и пронзительными зелеными глазами. Но меня поражает даже не внешность, довольно таки типичная для магов, а ее энергетика, которая словно обволакивает меня со всех сторон, согревая.
   - Марта, что с ней? - Алексей с беспокойством смотрит на мага. Меня удивляет сила его волнения по отношению к по сути незнакомому человеку. В прочем, Паша ведь говорил, что его брат очень ответственный. Может, испытывает чувство вины. Надо будет его успокоить, когда смогу говорить, не испытывая боли.
   - Не знаю, - удивленным голосом отвечает рыжеволосая женщина, принимаясь осторожно и плавно водить руками у меня над головой. - Похоже, удар был не направленным. Ты схватил большую часть, но и ей досталось. По крайней мере, каких-то физических повреждений я не ощущаю. Только сосудистый спазм. Возможно боль от этого. Сейчас сниму и должно полегчать. У тебя раньше болела голова?
   - Регулярно, - шепчу я, когда до меня доходит, что последний вопрос обращен к моей лежачей персоне.
   - Ну вот, - она резко прижимает указательный и средний палец к моему лбу и сквозь голову, словно проходит электрический заряд. Зато боль уходит полностью. Я глубоко вздыхаю и улыбаюсь глупо-счастливой улыбкой. - Она тоже схватила часть атакующего заклятья, и оно пошло к самому слабому и чувствительному месту. Я сняла симптомы, но надо будет еще проверить не осталось ли вредоносной магии блуждать по организму.
   - Расскажи, что случилось? - прошу Алека, на автомате хватая его за руку. Что поделать, я человек тактильный, мне для комфортного существования необходимы прикосновения. Алек как-то странно смотрит то на наши соединенные руки, то на меня.
   - Мы сейчас проводим операцию совместно с местным магическим советом по выявлению темного колдуна с магией смерти. Ты ведь понимаешь, насколько опасен может быть человек, обладающий такой силой?
   - Конечно, - осторожно пожимаю плечами. Боли нет. Ура. Осторожно пытаюсь сесть. Алексей придерживает меня. Слава богам, остальные уже уходят. Только красотка в мини-юбке неприязненно смотрит на меня и обижено на Алексея. Минута и мы снова одни, можно продолжать разговор. - Но почему вы? В том смысле, что у магического совета должна быть своя служба безопасности на такой случай.
   - Мы лучшие, - без тени хвастовства просто отвечает Алек, осторожно присаживаясь на край постели. - Совет обращается к нам, когда подозревает, что в его службах безопасности может быть утечка информации.
   - И, похоже, вы этого колдуна нашли, - предполагаю я. Алек нежно перебирает мои пальцы, очень приятное ощущение. Я расслабляюсь. Как только боль отпустила, то вся ситуация уже кажется не столь жуткой и пугающей, как раньше.
   - К сожалению нет. Он вышел на нас прежде, чем мы успели его вычислить. Поверь, это нападение было совершенно неожиданным, если бы я мог хотя бы предполагать нечто подобное, то ни за что не поставил бы тебя под угрозу.
   - Верю, - улыбаюсь над его смущенным видом. Но моя женская логика хватается за то, что ей более интересно. - Ты перешел со мной на ты. Заметил?
   - Да уж после всего произошедшего, было бы странно продолжать обращаться на вы, - усмехается Алек, поднимая на меня самые красивые в мире глаза.
   - А что еще произошло? И что дальше? - все происходит слишком быстро, все же еще с утра я даже не знала имени мужчины, который сейчас сидит на моей временной постели. От всего этого я чувствую себя не комфортно, поэтому возвращаюсь к прежней теме. Да и вообще, надо абстрагироваться от романтической части моего характера и сфокусироваться на рациональной.
   - Теперь мы должны быть осторожнее, Марту сняли с другого задания. Возможно, привлечем кого-нибудь из старших магов. В любом случае, обещаю, что ты будешь в полной безопасности, - Алек пожимает мою руку и пристально смотрит мне в глаза. Уж не знаю, что он ожидал там найти, но, видимо, что-то другое, потому что вскоре отводит взгляд. - Ладно. Отдыхай, тебе нужно прийти в себя. Не буду мешать.
   Неожиданно даже для себя самой тянусь вперед и обнимаю Алека. Хотя, почему неожиданно. Мне после всех выпавших переживаний просто необходима живая поддержка и человеческое тепло. А раз он меня в это втравил, то пусть отдувается.
   Алек в моих руках застывает, кажется, даже дышать перестал. Он очень горячий. Но приятным живым жаром, согревшим и успокоившим меня. От него очень приятно пахнет, при чем явно не туалетной водой, а чем-то изначальным, абсолютно мужским, от чего чувствуешь себя маленькой и хрупкой под защитой великого воина. Впервые я чувствую себя как дома, словно я на своем месте, где мне и положено быть. Словно кусочки пазла, наконец, находят свои места, и из мелких кусочков складывается прекрасная картина. И в глубине души разрастается ощущение, что я наконец нашла того человека, которого так долго искала.
   Алек отстраняется первым, встает и отходит. Меня пронизывает неожиданно сильное чувство потери, но я сдерживаю себя.
   - Я, пожалуй, пойду, поговорю с остальными, - хриплым севшим голосом говорит Алек, старательно отводя глаза. Он что обиделся? Я опять что-то сделала не так?
   Только молча киваю, хотя он, по-моему, этого даже не заметил. Из комнаты Алек разве что не сбегает, оставляя меня в немом изумлении. Правда это способствует возращению к реальности. А с реальностью возвращается возможность соображать.
   Я вскакиваю с кровати, потому что понимаю, что неизвестно сколько времени прошло с моего отъезда из дома и мне необходимо позвонить маме, что бы она не волновалась и не изводила себя всякими страшилками. Осматриваю комнату, но моей куртки здесь нет. Значит надо идти искать телефон или кого-нибудь кто знает, как я могу позвонить. И, кажется, идти придется прямо босиком. Ну, точнее в колготках, но они совсем тонкие, так что считай голыми ногами. Ладно, потом куплю крем от грибка на всякий случай.
   Тихонечко выхожу из комнаты. На полу темно-серое ковровое покрытие, так что шагов совсем не слышно. Впереди коридор, никого нет, так что осторожно двигаюсь вперед, все еще опасаясь, что боль может вернуться. Возле поворота останавливаюсь, потому что слышу чей-то разговор, быстро узнаю голоса Марты и Алека, а потом до меня доходит смысл, и я решаю послушать.
   - Ты должен быть осторожней. Если мы столкнулись с магом смерти, то ты и остальные ребята окажутся в большой опасности, - от голоса Марты прямо таки веет холодом, даже хочется поежиться.
   - Я понимаю, - Алек говорит спокойным ровным голосом, хотя мне и слышатся нотки раздражения. - Я недооценил задание и противника. И из-за этого пострадала Оля. Поверь, я учту урок и в дальнейшем буду более осторожен и внимателен.
   - Я собираюсь прицепить жучок к Грегори, мне не нравится, что нападение на тебя случилось после этой встречи.
   - Хорошо. Я уже давно начал его подозревать в двойной игре. Но он мой двоюродный брат, поэтому нужны веские доказательства, что бы предъявить какие-либо обвинения.
   - Выясню все, что смогу. Я повесила защиту на тебя и твоих ребят. В случае повторного нападения у вас будет время вырваться без ущерба для здоровья. Мне не улыбается повторно вытаскивать тебя из комы.
   - Поставь еще на Олю, - после паузы просит напряженным голосом Алек.
   - Само собой, - в голосе мага слышится насмешка. Правда, далее она становится предельно серьезно. Даже я с моим отсутствием слуха могу это заметить. - Я хочу еще раз осмотреть ее. Что-то не так в этой головной боли. Либо она словила не меньше половины удара, либо ей нужна медицинская помощь. В любом случае, твою девочку надо показать специалисту.
   - Ясно, - Алек явно напрягся. Ну да, вот еще ему проблемы со мной возиться. Надо будет объяснить, что специалисты меня уже видели и ничего подозрительного не нашли. А то еще станет себя в чем-нибудь винить. Так что осторожно выглядываю из-за угла.
   - Не надо меня никому показывать, я здорова, - без предисловий заявляю я. Ни один из собеседников не выглядит удивленным. Марта хитро усмехается, Алек наоборот предельно серьезен.
   - Оля, ты подверглась враждебному магическому воздействию. Каким бы замечательным магом не являлась Марта, она все-таки специализируется в иной сфере и не может до конца быть уверена, что с тобой все в порядке, - говорит Алек. Тяжело вздыхаю, похожу поближе. Марта улыбается еще шире при виде моих ног.
   - Ладно. Если тебе станет легче, то моя мама как раз врач-невропатолог, она меня осмотрит. Ты мне лучше скажи, где моя куртка, там телефон, а мне позвонить надо.
   - Кому? - Алек хмурится еще сильнее. Я слегка выпадаю в осадок.
   - Маме, сказать, что я в порядке и ты не маньяк-убийца, - ой что-то я несу, вон как насупился.
   - Оля, и что твоя мама думает про твои головные боли? - нашу странную беседу прерывает Марта. Она вновь серьезна. Поразительно, как быстро меняются у нее эмоции.
   - То же самое, что и томограф, - пожимаю плечами. - Что я полностью здорова.
   - Ясно, - Марта хмурится, потом кивает каким-то своим мыслям. - Ладно, голубки, я вас оставляю. Алек позаботься о девушке, а то она ноги застудит по вашей берлоге босиком ходить.
   Уходит. Мы с Алеком остаёмся одни, молчим. Я переминаюсь с ноги на ногу. Он о чем-то глубоко задумался.
   - Ты, правда, был в коме? Паша сказал, что бы я взяла тебя за руку, что тебе нужна энергия, это пригодилось? - решаю заполнить паузу, похоже, это моя почетная роль.
   - Да, - Алек вновь обращает на меня внимание. Никак я не могу понять этого человека. Вот что он на меня сейчас смотрит как побитая собака. - Спасибо. Если бы не ты, я вряд ли бы выплыл обратно.
   - Обращайся, если потребуется, - я смущаюсь, опускаю глаза, ковыряю носком пол. - Хотя, думаю, Марта все равно поставила бы тебя на ноги.
   Пожимает плечами. Тут из-за поворота появляется Игнат. При виде меня он морщится. У меня думаю, лицо тоже кривится.
   - Мы тебя уже потеряли, - обращается он к Алеку. Тот, к моему удивлению, окидывает Игната холодным взглядом и аккуратно обнимает меня за плечи. Боги, мне это кажется, или он действительно пытается показать, что я ему важнее. Мама дорогая! Хотя, может у них просто непростые семейные отношения.
   - Я подойду позже, - этот голос у Алека я уже слышал, когда он разговаривал по телефону. В очередной раз понимаю, что предпочитаю более мягкую и доброжелательную версию этого огромного мужчины. А то, что он высоченный и я чувствую достаточно четко, доставая макушкой где-то в районе подмышки. И это с моим метром семидесятью. Какой же у него тогда рост?
   - Ты можешь ошибаться, - беседа тем временем продолжается, лицо Игната становится похожим на какой-то сухофрукт, так он морщится.
   - Это не твое дело. Если ты с чем-то не согласен, можешь обратиться к отцу, - голос Алека становится совсем арктически холодным. Я прижимаюсь к нему поближе, даже мне не по себе. Тем более не понятно, что человек, которого я вижу первый раз в жизни, имеет против меня.
   - Как хочешь, - Игнат пожимает плечами и отворачивается, что бы уйти. - Ты сам еще пожалеешь. Будешь, как Фил тенью ходить.
   Алек радом со мной напрягается, словно хочет кинуться на собеседника, прожигая его яростным взглядом. Я на всякий случай, обнимаю его спереди, удерживаю. Не хватало только драку из-за меня устраивать. Так и держу, пока Игнат совсем не уходит.
   - Может, мы тоже куда-нибудь пойдем, - мягко предлагаю я. - А то холодно что-то в коридоре стоять. Заодно расскажешь, где мы.
   - Хорошо, - Алек неловко улыбается. Мы идем по коридору туда, где скрылась в начале Марта. А следом и Игнат. Мимо встречаются комнатные двери, но мы идем дальше, пока не выходим к лестнице вниз. - Это гостевой дом и наша основная база. Офис, который ты знаешь больше для приема и встреч с клиентами, а основная работа происходит здесь.
   Мы спускаемся вниз. Здесь все как-то более обжито. Мимо то и дело проходят люди, вежливо здороваясь с Алеком и с любопытством поглядывая на меня. Мне вновь неловко. Все-таки одно дело в пустой комнате сидеть с потекшим макияжем, в мятом платье и босиком, и совсем другое дело, когда вокруг куча незнакомых людей. Но Алек крепко держит меня и даже словно гордится, что я рядом. С такой поддержкой можно ко многим вещам отнестись спокойнее. Входим в небольшую, но очень уютную комнату.
   - Это мой кабинет, - неловко объясняет Алек, осторожно подводя меня к дивану у левой стены. Я иду плохо, потому что все внимание приковано к окружающему пространству. Здесь довольно мило и очень уютно не смотря на минимализм. Всего одно окно, зато большое, за которым виднеется какой-то сад. Перед окном, почти в центре комнаты стоит огромный письменный стол. Настоящий аэродром. На нем масса аккуратно разложенных бумаг и тонюсенький монитор бесконечной диагонали. За ним достаточно простое, но удобное кресло. На стенах фотографии, всего три. Наверное, портреты родственников. В углу на небольшом столике красуется сложная кофе машина. Рядом с ней как раз и стоит диван, на который мы садимся. Напротив стоит шкаф с папками и коробками. Стены выкрашены в мягкий бежево-серый цвет. А вот пол, в отличие от коридоров, покрыт ламинатом.
   - Здесь мило, мне нравится, - наконец, выношу свой вердикт. Взгляд сам возвращается к кофемашине. - А можно кофе?
   - Конечно, - Алек тут же поворачивается к столику и достает пару кружек. - Правда, боюсь, что молока нет, так что могу приготовить только экспрессо.
   - Давай лучше я сама, - предлагаю я. - Все-таки ты только после комы. Мне вообще кажется, что ты должен лежать под кучей капельниц, а не ходить по дому и готовить кофе.
   - Это магическая кома, - усмехается Алек. - От нее довольно быстро приходишь в себя. К тому же ты поделилась со мной энергией, задержав падение. Так что сейчас я в полном порядке.
   - А сколько вообще времени прошло? - с подозрением спрашиваю я. А то с моим обмороком может уже сутки пробежали, а я и не заметила.
   - Часов пять, - задирает рукав черной шелковой рубашки. Там шикарные металлизированные часы с миллионом функций. - Да пять с четвертью.
   - Ничего себе, - кажется, мои глаза стали размером с блюдца. - Мне точно надо позвонить. И прямо сейчас.
   Вздохнув, Алек полез в карман брюк. О! Он как я носит мобильник в кармане. Ура я не одинока в своем извращении. Отдает мне свой навороченный телефон. Беру сотовый, набираю номер. Интересно, что мне скажет мама. А может, я зря волнуюсь и она уже крепко спит.
   - Привет, - мама берет трубку на пятом звонке, но голос спокоен. - Мам, со мной все в порядке. Просто телефон сел, а я это только сейчас заметила.
   - Значит что тебе как минимум не скучно, - усмехается в трубку мама. - Ты сегодня вернешься?
   - Нет, наверное, - отвечаю я, прикидывая, сколько миллионов вопросов у меня еще есть для Алека. Да и ехать как не понятно. Его машина разбита, хотя я бы его все равно за руль не пустила. А просить Игната или эту красотку мне совсем не улыбается. В трубке образуется пауза. Хотя чего она ожидала, задавая такой вопрос? А вот Алек от моих слов роняет кружку, благо пустую и на колени. После чего воззряется на меня, как на воплощение Теургии, божественного покровителя магических сил. - Сразу на работу поеду. Так что жди меня завтра к вечеру.
   - Ты уверена? - ясно, что она подумала. Но не объяснять же, что я собираюсь всю ночь пытать кавалера расспросами.
   - Мам, все в порядке. Правда. И вообще, я большая девочка, по всем возможным законодательствам совершеннолетняя. Так что не волнуйся.
   - Ну, ладно, - мама, конечно, со мной не согласна, но на то она и мама. По крайней мере, никаких инсинуаций и откровенной критики. За это я ее и люблю, что принимает меня такой, какая я есть.
   - Тогда до завтра. Пока, - отключаюсь, поворачиваюсь к Алеку. - Вот теперь я на легальном положении.
   Алек занят. Тщательно готовит кофе. Даже не смотрит в мою сторону. И телефон не берет, хотя я его протягиваю. Приходится рядом на диван класть. Я теряюсь, похоже, что моя идея остаться до утра ему не по душе. Видимо, у него на ночь были другие планы. Черт. Неудобно получилось. Ну ладно, дом большой. Я где-нибудь тихонечко часиков до семи посижу, а там и на такси можно на работу доехать.
   - Эм, - признаться, не знаю что сказать. Приходит напрягать мозг. Он с этим явно не согласен, требуя отпуск и молока за вредную работу. - Если я нарушила какие-то планы, ты извини. Если хочешь, я могу уехать, это в принципе не проблема.
   - Ты же только что говорила... - Алек поворачивается ко мне с очень странным выражением лица, то ли облегчением, то ли разочарованием.
   - Ну да, я думала, ты не против будешь, - то ли я отупела после сегодняшних событий, то ли он решил меня до дурдома довести.
   - Я не против, - он отводит глаза, и я начинаю злиться. В конце то концов, что он мне голову пудрит!
   - А выглядишь так, словно не знаешь, как побыстрее от меня избавиться, - заявляю я, раздраженно взмахивая руками. Мне обидно. Я устала. Сегодня был такой длинный и сложный день. Да и от нашего свидания я ожидала чего-то другого, а не нападения мага. И вот понимаю, что Алексеевой вины в этом нет, но ведь все равно обидно, что сказки не получилось.
   - Это не так, - Алек мотает головой и осторожно протягивает руку. Что бы взять мою ладонь. Отдаю, может физический контакт поможет наладить контакт вербальный. - Просто удивлен. Я вообще-то думал, что ты не захочешь после всего произошедшего со мной общаться.
   - И не надейся, - честно отвечаю я. - Говорю прямо, дабы не мучиться с недомолвками и непониманием. Я теперь от тебя так просто не отстану. У меня столько вопросов. Так что морально настройся, что сегодня я буду тебя мучить.
   - Попробуй, - он весело ухмыляется. Под его мягким насмешливо-нежным взглядом я смущаюсь и перевожу свое внимание на кофемашину. Что поделаешь. Не привыкла я к романтическим ситуациям. Не знаю как себя вести. Зато знаю, а точнее вижу и обоняю, что наш кофе сварился.
   - Кажется кофе готов, - неуверенно предполагаю я, все же с такой моделью мне взаимодействовать не приходилось. Алексей оборачивается, кивает. Осторожно достает мою кружку с ароматной черной жидкостью и ставит ее на блюдце. Только после этого я получаю фарфоровую тару в свои загребущие руки.
   - Так что ты хотела узнать? - Алек берет свою кружку и с интересом смотрит, как я пью, обжигая язык и морщась.
   - Многое. Какие теперь у тебя планы? Кто такой этот Игнат? И почему он меня так не любит? Как вы будете теперь выслеживать колдуна? Как ты смог понять, что мы попали под магическую атаку? Как мы из нее выбрались? Могу ли я чем-то тебе помочь? Нужен ли вам цветочек в офис, а то у нас одна девочка на работе их очень талантливо выращивает и без всякой магии? Вот. Пока все, дальше буду спрашивать по мере поступления, - я начинаю хихикать, глядя как по мере поступления вопросов, меняется выражение лица собеседника. Но к моему удивлению, он не морщится в раздражении и не мучается от желания послать меня куда подальше. Нет. Он весело ухмыляется и качает головой.
   - Ты необычная, - смотрит на меня с любопытством. - Что ж. Давай по порядку. Если под планами ты интересуешься колдуном, то планов пока нет. Завтра соберем совещание и будем думать. Если же насчет нас, то, собственно, я бы хотел как-то исправить сегодняшнюю неудачу и попробовать пригласить тебя куда-нибудь снова. Далее Игнат. Это мой дядя, младший брат отца. И к тебе он относится нормально, просто боится, что я по пути его брата пойду.
   - Я слышала, он упомянул какого-то Филиппа, - осторожно вставляю я, когда Алек замолкает. Отставляю уже пустую кружку из-под кофе и осторожно беру его за руку. Он вновь вздрагивает, хотя чего тут такого, я не понимаю.
   - Да, это его брат, - Алек тоже убирает свою кружку, на полку под кофемашиной. Поворачивается ко мне. Вновь смотрит на меня этим внимательным изучающим взглядом. Я прямо чувствую себя каким-то редким лабораторным экземпляром. - У него не очень хорошие отношения с женой и Игнат теперь боится, что я тоже могу попасть в такую ситуацию.
   - А-а-а, почему он думает, что с тобой так же будет? - выпучиваю глаза в полном недоумении.
   - Мы одного возраста и похожи характерами, - Алек пожимает плечами, но даже мне, человеку не очень хорошо его знающему, видно, что эта тема ему неприятна.
   - Ты меня прости, но это какой-то полный бред, - искренне говорю я, пожимая его руку. - Даже у близнецов судьбы разные. А они уж тем более сильно похожи, чем ты с дядей. Какая-то извращенная логика, что если у одного не получилось отношения наладить или жена стерва попалась, то и у другого так же будет.
   - Я тоже так считаю, - улыбается и даже как-то расслабляется. Видно сильно на него давило это семейное помешательство.
   - Так что забей на них, - продолжаю выступление в защиту. Все-таки поражают меня иногда повороты человеческого мышления. - Ты свободный человек и можешь сам выбирать, что для тебя подходит. А что нет.
   - Да, пожалуй, - Алек отводит глаза, а потом меняет тему. - Что еще ты спрашивала? Про атаку. Понимаешь, нас в армии учили распознавать подобные угрозы. Это очень специфически ощущается. Скажи, вот ты сама что-нибудь заметила необычное?
   - Я удивилась, что вот мы были в потоке машин и неожиданно одни на дороге, - говорю первое, что вспоминается.
   - Это один из моментов, которые указывают на опасность. Когда тебя отрезают от окружающего мира. Есть еще и другие, в общем, то, что магические атаки невозможно распознать, просто сказка. При определенных навыках все возможно. Так же точно можно найти слабые места и вырваться.
   - Ясно, - Я поражена. Вот это человек мне на жизненном пути попался. - А я могу чем-нибудь помочь? Я, конечно, ничему особо не обучена. Но вдруг пригожусь.
   - Нет, - резко отвечает Алек. Я вздрагиваю от жесткости голоса. Да, мне попался не толстый домашний котик. Видя мое замешательство, Алек пытается как-то смягчить ответ. - Я не хочу, чтобы ты подвергалась опасности. Если ты хочешь помочь, то постарайся не попадать в беду. Хорошо?
   - Да без проблем, - честно отвечаю я и так невзначай передвигаюсь к нему поближе. - Я до тебя вообще ни разу не в какие переделки не попадала.
   - Прости.
   - Да ничего страшного,- отмахиваюсь я, а то примет еще мои слова за наезд. -Я вообще через какое-то время начну воспринимать это как экстремальное приключение...
   До конца договорить мне не дают. Открывается дверь и в нее входят трое здоровых мужиков. Одного из них, с необычными янтарными глазами, я уже видела в офисе, двоих других вижу впервые. Все трое за метр девяносто. Просто какой-то парад великанов. Проходят прямо к Алеку, обнимают его.
   - Нам только сообщили, иначе приехали б намного раньше, - низким голосом произносит один из незнакомцев, сжимая моего кавалера в медвежьих объятиях.
   - Игнат сказал, что это из-за нее, - с неприязнью в голосе говорит второй незнакомец, оглядывая меня оценивающим взглядом и явно не вдохновляясь увиденным. Алеку такое его поведение явно не нравится.
   - Игнату надо лучше думать, иначе я действительно устану от его закидонов, - отвечает Алек. Потом уже более спокойным голосом обращается ко мне. Я все еще сижу, и смотреть на высоченных мужиков, которые еще и стоят, не очень удобно. Приходится задирать голову. - Оля, эти двое грубиянов мои младшие братья Андрей и Саша. А тот, что мнется у двери, мой лучший друг Сергей.
   - Приятно познакомиться, - киваю всем троим. А потом поворачиваюсь к все еще кривившемуся Андрею. Именно он высказал тут бредовую идею, а оставить подобные инсинуации без ответа я не могу. - А Игнат вам не сказал, где я должна была раскопать колдуна? И зачем мне это было надо?
   - Оля, - Алек осторожно кладет мне руку, видимо пытаясь успокоить. Поднимаю на него глаза и натыкаюсь на еще один странный взгляд, будто не может понять, кто перед ним сидит. Это как-то спокойствию не способствует, как и дальнейшие выступления его брата.
   - Она может быть связана с этим делом, - продолжает настаивать тот, не обращая внимания на подошедшего к нему Сергея. - Тебе не кажется подозрительным, что ты встретил ее именно сейчас. Когда мы занялись этим делом. Ясно, что противник знает про тебя и мог подослать ее...
   - Что?! Да ты! Да как вообще...!!! - вскакиваю, не смотря на руку Алека. Внутри у меня все пылает праведным гневом, а на языке ни одного приличного слова, только междометия русского языка вертятся. Хочется то ли заплакать, то ли кинуться на него с кулаками. Глубоко вздыхаю и выбираю третий вариант. - Зачем мне это надо? И если б я была подставой, то во-первых, выбрали бы кого-нибудь посимпатичнее, а во-вторых, я бы выбрала что-то попроще и менее заметное, чем магическая атака. И вообще, знаешь, если я такая подозрительная, то лучше мне уйти и не выслушивать дальше этот бред. У меня и так выдался тяжелый вечер, что бы меня еще в нем обвиняли. А вы пока сможете спокойно побеседовать, за одно придумаете мне мотивы.
   Вывинчиваюсь между мужчинами, стараясь не смотреть на Алека, и быстро выскакиваю из комнаты. Пусть они там сами разбираются. К глазам все-таки подступаю предательские слезы обиды. Ведь, правда, ни в чем не виновата.
  
  Глава 6.
  
   Прислоняюсь к стене за дверью. Надо успокоиться, а то совсем что-то нервы ни к черту, так и до истерик докатиться недолго. Вот ведь довел, зарраза. Давно меня так от бешенства не трясло. А тут еще и ушла зачем-то, сама ведь не хотела Алека оставлять. А нет, гордость взыграла, обидели меня, понимаешь.
   - Какого, Андрей?! - слышу из кабинета чье-то разъяренное шипение. Голос не опознается, но точно не Алек. Похоже, уходя, я забыла закрыть дверь и теперь мне все слышно. Что ж, постоим, послушаем, торопиться мне все равно некуда.
   - Зачем ты это сделал? Что, твоему брату мало досталось? Надо его добить?! - похоже, это Сергей так шипит, даже на человеческий голос не похоже. Бр-р-р.
   - Да что такого? - теперь голос Андрея звучит растеряно. Оправдывается, - Это же просто девчонка. Самая обычная, еще найдешь.
   - Не найду, - оппа, это что Алек так убито говорит. Бред, с чего бы ему, мы же только познакомились. - Это она, понимаешь? Она.
   В кабинете устанавливается гробовая тишина, а я, кажется, даже дышать перестаю в ожидании дальнейшего разговора. Очень хочется войти и спросить, что он имеет ввиду. Но чую, что он ото всего отопрется. Будем дожимать постепенно. Тут на плечо мне ложится чья-то рука. Вздрагиваю, еле вспоминаю, что нельзя кричать. С гулко бьющимся сердцем поворачиваю голову. А там мне улыбается Марта.
   - Подслушиваем? - тихим шепотом спрашивает она, наклонившись к самому уху. В ответ только киваю. Она усмехается. - Подслушивать не хорошо. Пошли. А то он там совсем расклеится, а ему с утра еще тяжелая работа предстоит.
   Я киваю. Вся моя злость уже прошла, зато образовалось еще одно море вопросов, на которые, увы, я так просто ответов не получу. Марта обнимает меня за плечи и ведет обратно в кабинет. Картина, открывшаяся мне, следка шокирует. Все четверо на ногах, смотрят на нас, как на нежданно залетевшую шаровую молнию. У Алека во взгляде смешались страх и облегчение. Андрей смотрит как побитая собака, незаслуженно обиженная суровым хозяином. Остальные просто улыбаются. Но они мне и не интересны.
   - Что это вы девушку выгоняете? - нарочито сурово спрашивает ребят Марта, подводя меня к Алеку. Тот неуверенно улыбается, словно не зная, что от меня можно ожидать. Я смущенно опускаю глаза и просто стою. Хватит с меня на сегодня инициативы. Так, тихонечко поизображаю мебель, для разнообразия.
   - Да вот, у Андрея обострение мании преследования случилось, - ворчит Саша, второй или уже получается третий брат Алека. А Паша был прав, они действительно друг на друга не похожи. Андрей из них самый невысокий, с длинными прямыми черными волосами и серыми глазами, он больше похоже на старшего брата, хотя хищность черт лица более выражена. А вот Саша ближе внешностью к Павлу, такие же выгоревшие русые волосы, даже с какой-то рыжиной. Черты лица более мягкие, даже губы, в отличие от двух других братьев, пухлые. Так рядом поставить, не похожи. А вот если добавить кого-то чужого, того же Сергея, например, то сразу видно, что эти трое родня и довольно близкая.
   - Прошло? Или помочь? - Марта хищно улыбается Андрею. Тот в предостерегающе поднимает руки.
   - Не надо, - потом поворачивается ко мне. На лице виноватое выражение лица, но что-то мне подсказывает, что до конца он от своей точки зрения не отказался. - Прости, что обидел. Просто, мы ведь тебя не знаем. Вы только познакомились, и тут же на Алека совершается нападение. Вот у меня и возникли подозрения.
   - Мальчик, - голос мага становится очень холодным, я даже ежусь и пододвигаюсь поближе к Алеку, тот явно не против, осторожно обнимая меня за плечи. - Если ты не доверяешь собственному брату, который когда-нибудь станет главой не только вашей семьи, то поверь мне. Я бы обязательно увидела при осмотре, если бы девочка была не тем, кто она есть.
   - Просто Игнат... - парень краснеет, смущается под словами и суровым взглядом рыжеволосого мага.
   - Игнат все никак пережить не может, что Алек выбрал не его дочь, - фыркает Саша. Я подымаю недоуменный взгляд на виновника обсуждения, но Алек стоит с каменным лицом. Потом видя мое удивление, усмехается, осторожно обнимает меня за плечи.
   - Это которая в красной куртке? - осторожно интересуюсь я. Все с любопытством смотрят на меня.
   - Да, - наконец, отвечает Марта. Ну, хоть от кого-то я могу получить внятный ответ.
   - Вы же вроде родственники? - удивляюсь я, припоминая разговоры про брата.
   - Она приемная, так что не кровные, - это мне Саша объясняет, положительно, он тоже в списке моих любимых братьев.
   - А почему ты ее не выбрал? Она ведь красавица, - поднимаю голову и спрашиваю Алека. Он серьезно-удивленно смотрит на меня, в то время как его объятия вокруг моих плеч становятся все крепче.
   - Она стерва, - просто отвечает он. Доходчиво. Киваю. Принимая этот аргумент. А потом замечаю, как от смеха согнулся Сергей.
   - Ну, раз эти вопросы выяснены и вы убедились, что с братом все в порядке, предлагаю идти спать, - хлопает в ладоши Марта. - Всем завтра рано вставать.
   - Но мы только приехали, - запротестовал Андрей.
   - Вот и оставайтесь. А Олю я у вас забираю, ей надо отдохнуть. В отличие от вас я это чувствую, - Марта смотрит на меня всепроникающим взглядом рентгена. Я пожимаю плечами. Собственно она права и я действительно очень устала за столь сумасшедший день. Но вокруг столько интересного, что жалко уходить.
   - Ты, правда, устала? - Алек хмурится.
   - Есть немножко, - честно признаюсь я, хотя отлипать от него совершенно не хочется, такая печка шикарная под боком. Но надо, а то как-то уж совсем неприлично получается. Знаю то его всего один день, а ощущение, что как минимум полжизни дружим.
   - Тогда иди спать. Не волнуйся, я тебя завтра разбужу, отвезу на работу, - он покрепче обнимает меня и целует в макушку. Обнимаю его в ответ, улыбаюсь. Очень хочется поцеловать его, но не буду, тем более, когда вокруг столько его родственников.
   Марта отводит меня обратно, в комнату, где я очнулась, и выдает какую-то футболку. Когда она уходит, я, наконец, чувствую, как усталость стотонным грузом наваливается на меня. Возможно, конечно, что добрая госпожа маг позаботилась, что бы усилить ее, но спорить сил уже нет. Умываюсь, смываю остатки макияжа. Чувствую, предстану завтра в полной красе, но что ж теперь. Хорошо хоть в этом платье можно и на работу идти, оно не сильно навороченное. Ложусь и засыпаю еще, наверное, не донеся голову до подушки.
   Просыпаюсь от того, что кто-то гладит меня по голове. Дома уже до рефлекса привыкла, когда кот голоден, он меня лапой по голове гладит. Вроде как вставай хозяйка, жрать пора. Вот и теперь сразу подрываюсь. Вот только со сна не сразу соображаю, где я и что за мужчина на меня смотрит напряженным взглядом. Слежу за его взглядом. Упс, у меня футболка задралась. Быстро поправляю ее, параллельно окончательно просыпаясь и вспоминая кто я и где.
   - Ты знаешь, что это неприлично за девушками подсматривать пока они спят? - хриплым со сна голосом спрашиваю я.
  Ответа нет. Снова смотрю на Алека и натыкаюсь на напряженный горячий взгляд. Ой чую... В прочем сделать все равно ничего не успеваю. Он наклоняется вперед и нежно целует меня. М-м-м... Мне нравится такой способ побудки. Губы у него твердые, горячие, настойчивые, но нежные. Начинаю заводиться. Обнимаю его за шею, в ответ он крепко прижимает меня к себе и углубляет поцелуй. Вот его язык скользит по моим губам, прося и повелевая впустить его. Приоткрываю рот и осторожно повожу своим по его губам. Алек издает тихий рык и еще крепче прижимает меня к себе. Его поцелуй становится более диким, голодным. Меня захватывает водоворот ощущений и чувств, из которого не хочется выбираться. Ни разу в жизни меня так не целовали, и сейчас я испытываю самые яркие и сильные ощущения в жизни. Вцепляюсь ему в волосы, провожу пальцами между шелковистыми прядями.
  Неожиданно все заканчивается. Алек прерывает поцелуй, отскакивая от меня почти на метр. Глаза у него совершенно дикие, тяжело дышит, но явно пытается взять себя в руки. Трясет головой, тяжело вздыхает.
  - Извини, - а вот голос все равно низкий, вибрирующий. - Мне лучше выйти, иначе одним поцелуем дело не ограничится. Одевайся, я жду тебя снаружи.
  Мне, если честно, в данный момент все равно, чем все закончится. Но по мере того, как розовая дымка рассасывается, и закоротивший мозг возвращается к работе приходит понимание, что он собственно прав и вот так сходу я не хочу, ибо это как-то совсем не правильно. Киваю в ответ и провожаю его взглядом, пока он выходит из комнаты, стараясь не смотреть на меня.
  Дверь закрывается, и я с глупой счастливой улыбкой откидываюсь обратно на кровать. В теле легкая неудовлетворенность, в голове полная эйфория. Мысль, что я могу заставить такого крутого красивого и сильного парня потерять самообладание, вдохновляет. Все с той же улыбкой до ушей, встаю, иду умываться. Из зеркала на меня смотрит совершенно другая девушка. Глаза горят, щеки раскраснелись, губы припухли. Осторожно трогаю их, вспоминая поцелуи Алека. Лицо на глазах краснеет, но улыбка от этого никуда не уходит. Вот как мало человеку для счастья надо.
  Собираюсь как можно быстрее. За неимением расчески пытаюсь пальцами как-то уложить волосы. У них сегодня хорошее настроение, так что мне это удается. В прочем, похоже, сейчас у всех частей меня хорошее настроение. Выхожу из комнаты. Алек стоит у стены серьезный и хмурый. Всю мою эйфорию как рукой снимает. Уж не пожалел ли он или может я была не достаточно хороша. Моей неуверенности в себе только дай почву, расцветет пышным цветом. Подхожу поближе. Ноль реакции, на меня не смотрит, глаза не поднимает. Что-то мне это совсем не нравится.
  - Алек? - осторожно спрашиваю я. Пытаясь заглянуть ему в глаза. Отворачивается, трет лицо руками.
  - Ты прости, - начинает он каким-то тихим голосом. - Я не должен был на тебя так набрасываться с утра пораньше...
  - Ты что жалеешь? - упавшим голосом спрашиваю я, чувствуя как внутри все переворачивается. Это был лучший поцелуй в моей жизни, а он жалеет.
  - Что? - Алек, наконец, смотрит на меня круглыми удивленными глазами. Похоже на лице у меня отражаются все чувства, потому что он порывается ко мне и осторожно обнимает за плечи. - Нет, конечно, нет. Просто я подумал... что возможно ты жалеешь? Или боишься? Что я практически напал на тебя с утра пораньше.
  - Нет, - мотаю головой, снова осторожно улыбаюсь. Решаю быть честной, хотя иначе и не умею. - Это был лучший поцелуй в моей жизни.
  - В моей тоже, - на его лице расплывается счастливая улыбка, какую я совсем недавно видела в зеркале. Какой он все таки красивый и родной. Может это все иллюзии, но у меня стойкое ощущение близости, связи с этим человеком. Из его объятий не хочется освобождаться, а от поцелуев сносит крышу. О чем еще можно мечтать?
  Нас прерывают деликатным покашливанием. Поворачиваю голову и вижу улыбающегося в тридцать два зуба Сергея. Его янтарные глаза прямо таки лучатся еле сдерживаемым смехом. Лицо в один момент загорается от смущения, забиваюсь под бок к Алеку, который как всегда сама невозмутимость.
  - Ты что-то хотел? - спокойным голосом спрашивает он друга. У того почему то губы разъезжаются еще шире.
  - Нет, просто из своей комнаты вышел, - пожимает плечами Сергей и почему-то ласково смотрит на меня, потом переводит взгляд на Алека и вновь улыбается. - Думал тихонечко мимо пройти, чтоб не мешать. Но ты же меня все равно учуешь, так что решил испортить вам всю малину и пригласить на завтрак.
  - Завидуешь? - усмехается Алек, покрепче обнимая меня рукой за плечи.
  - Да, - спокойно отвечает Сергей и помигивает мне. Чувствую, как вытягивается лицо.
  Снова спускаемся вниз, но на этот раз идем не в кабинет, а на кухню. Здесь очень уютно. Утренний свет льется сквозь огромное окно от пола до потолка. Светлая мебель с хромированными ручками вместо аскетичности придает помещению законченность. Кто-бы не обставлял это помещение, у него хороший вкус. Парни всю дорогу обсуждают свои дела, я молчу, находясь под впечатлением.
  - Оля, что будешь завтракать? - Алек усаживает меня на высокий стул у бежево-серой гранитной барной стойки и разворачивается к холодильнику, где уже во всю орудует Сергей, набирая впечатляющую гору продуктов.
  - Кофе с молоком, - честно отвечаю я.
  - А есть? - Алек смотрит на меня слегка растеряно.
  - Это и есть, - улыбаюсь я слегка неловкой улыбкой. - Я не завтракаю.
  - Почему? - удивленно спрашивает Сергей, сооружающий себе бутерброд-гигант со всеми возможными начинками. Оглядывает меня внимательным взглядом. - У тебя вроде все в порядке с фигурой.
  - Вот поэтому и я в порядке, - усмехаюсь в ответ. Алек бросает недобрый взгляд в сторону любопытного друга. Потом не менее хмурый поворачивается ко мне.
  - Так нельзя, ты должна поесть, - настаивает он. Видимо придется прямо сегодня начать объяснять, что есть вопросы, которые я предпочитаю решать самостоятельно. - До обеда ведь далеко.
  - Алек, солнышко, - подчеркнуто приторным голосом начинаю я. Он настораживается. - Ты меня, конечно, прости, но мы знакомы меньше суток. Ты не настолько хорошо меня знаешь, что бы принимать за меня решения. Тем более, что есть сферы, касающиеся только меня и где решать буду только я.
  Он насуплено смотрит на меня недовольным взглядом, но я остаюсь стоять на своем. В вопросах моего питания я уступать не намерена, слишком тяжелым трудом мне далась смена образа жизни и похудение. И терять это только потому, что он недоволен, я не готова.
  - Но голодать вредно, - новый аргумент с его стороны.
  - Алек, ты действительно хочешь продолжать этот разговор? Потому что я не отступлю. У меня свои принципы и устоявшиеся привычки, которые я не вижу смысла ломать. По утрам я пью кофе с молоком и мне этого достаточно. Если бы не хватало, то я придумала бы что-нибудь еще. Но это же мой завтрак, так что давай я сама буду решать, есть мне или нет.
  - Как хочешь, - бросает он, отворачиваясь. Отлично, не успели еще стать парой, как уже ссора. Тяжело вздыхаю и натыкаюсь на осуждающий взгляд Сергея. Замечательно, меня еще и считают виноватой. Просто супер.
  Встаю, иду искать, где здесь кофеварка. Все же хоть я и полностью проснулась, но тот факт, что поспать мне удалось только пару часов, сказывается на умственных способностях. Соображаю я плохо, быть может, поэтому не сразу нахожу кофе и долго роюсь по ящикам. Алек обиделся и мне не помогает, ну, а Сергей выказывает ему дружескую солидарность. Плюнув на все, выхожу из кухни. По крайней мере в кабинете я уже знаю что и как работает.
  Выхожу и нос к носу сталкиваюсь с кем-то высоким и снова незнакомым. Поднимаю взгляд и встречаю такие же красивые как у Алека глаза, только очень грустные, словно человек постоянно терпит страшную боль. Вздрагиваю, и незнакомец отводит взгляд. Он действительно похож на Алексея сильнее, чем все братья вместе взятые, практически копия в натуральную величину. Только очень бледный и исхудавший. Как будто чем-то тяжело болеет. От него прямо таки веет горем и безысходностью.
  Сама не знаю почему, но моя рука сама тянется к незнакомцу. Непонятное, но знакомое ощущение сострадания, желание утешить и поддержать, наполняет меня, практически словно физическая сила. Я вкладываю всю эту энергию в легко прикосновение к его плечу. А потом на меня накатывает боль, по сравнению с которой вчерашние мучения просто цветочки. Перед глазами все темнеет. Я, кажется, вскрикиваю, но дальше не могу издать ни одного звука, так больно. Заваливаюсь куда-то в бок, пытаясь принять позу эмбриона. Незнакомец подхватывает меня. Где-то на грани сознания слышу чьи-то крики.
  - Что ты с ней сделал? - чей-то совершенно жуткий, звериный рев. Меня подхватывают и забирают, но недостаточно нежно, так что я сдавлено пищу. Кажется, по лицу текут слезы.
  - Ничего, - это что за сдавленный хрип. Они решили задушить ни в чем не повинного человека. Дергаюсь, пытаясь что-то сделать. Но в таком состоянии мало что ничего не соображаю, так еще и шевелиться не могу. - Я ее не трогал.
  - Нужно срочно позвать Марту, я чувствую на ней магию, - это уже третий голос, очень встревоженный. Методом исключения получается Сергей.
  - Так позови! - неужели этот яростный рык принадлежит Алеку. Трудно поверить, но методом исключения остается только он.
  - Я, правда, не трогал ее, - тихий испуганный голос рядом. - Поверь, я бы ни за что не причинил ей вреда.
  Алек осторожно кладет меня на пол, но не отпускает, продолжая гладить по голове и плечам. Но в отличие от вчерашнего вечера, сейчас это не помогает. Боль накатывает на меня волнами. Рефлекторно скрючиваюсь, притягиваю ноги к животу, пытаясь словно спрятаться от мира.
  - Что с ней? - все тот же тихий испуганный голос.
  - Не знаю, - голос Алека перешел на шепот, и столько в нем было печали, растерянности и беспомощности, что даже сквозь боль, мне захотелось как-то успокоить его. Но тут накатила новая волна, практически цунами боли, смывая мое сознание и унося его куда-то далеко-далеко.
  Прихожу в себя резко, перед глазами все плывет, но лицо Марты вполне различимо. Боль постепенно утихает. Приходит ирония. Похоже, лицо Марты и волшебные ощущения становятся лейтмотивом моих пробуждений.
  - Вот, она пришла в себя, - госпожа маг явно не в настроении, смотрит сердито. - Так что нечего была вытаскивать меня прямо из душа, Серж.
  - Что с ней? - голос Алека хоть и взволнованный, стал походить на человеческий.
  - Точно не знаю, - Марта вздыхает и гладит меня по щеке, смывая остатки боли. - Скорее всего, как я и говорила, остатки магии остались в организме, и Филипп сработал как катализатор. Возможно, на ней давно лежит какое-то заклятье, например маскирующее. Поэтому никто из специалистов осматривавших нашу Олю, ничего не нашел.
  Я осторожно поворачиваю голову и скашиваю глаза на Алека, что стоит чуть позади кровати, на которую меня положили. У него очень напряженное лицо. Осторожно поднимаю руку, беру его ладонь в свою. Вот теперь мне намного лучше. Даже удивительно, как человек, сутки назад бывший совершенно незнакомым, теперь так близок и важен мне.
  - Ладно, мы вас оставим, - Марта хитро улыбается. - Я постараюсь договориться со своим учителем. У него в друзьях есть высший белый маг, не маг жизни, конечно, но тоже не плохо. Попрошу, что бы он посмотрел девочку.
  С этими словами она уходит из комнаты, увлекая за собой Сергея с покрасневшей с одной стороны щекой. Следом за ними уходит грустный незнакомец, как я понимаю Филипп. Провожаю взглядом закрывающуюся дверь, потом перевожу его на Алека. Тот осторожно присаживается на краешек кровати и серьезно смотрит на меня.
  - Прости, - у меня охрип голос, и говорить немного напряжно, но я все равно разрабатываю голосовые связки. - Я извиняюсь, что устроила это выступление на кухне. Я не хотела тебя обидеть.
  - Ничего страшного, - он неловко улыбается, осторожно проводя пальцами по моей скуле, щеке. - Как ты себя чувствуешь?
  - Уже лучше, - осторожно пытаюсь сесть, но Алек пытается меня остановить.
  - Тебе надо полежать, - серьезным тоном говорит он.
  - Ты решил не выпускать меня из кровати? - шутливым тоном спрашиваю я, подкрепляя свои слова хитрой улыбкой.
  - Я бы с удовольствием, - ухмыляется он, оглядывая меня горячим взглядом, что у меня по всему телу мурашки бегут. - Но, к сожалению, ты не в том состоянии.
  - В любом случае, мне надо вставать и ехать на работу, - качаю головой. Алек снова хмурится, так что ласково глажу его по руке. - Это правда, солнышко, я не могу просто взять и не прийти. Тем более что Марта сняла боль, а причин она не знает. Не могу же я лежать здесь, пока она не найдет этого мага. Это представляешь, что мама тогда подумает. Уехала и не вернулась. И вообще, я, правда, чувствую себя хорошо.
  - Ладно, - видно, что согласие далось Алеку тяжело. Он отворачивается, трет лицо. - Я отвезу тебя на работу. Но обещай, если почувствуешь себя плохо, то сразу позовешь меня.
  - Договорились, - я привстаю на кровати и ласково целую его в щеку. Он смотрит на меня удивленными глазами. Какой он все-таки лапочка. Только я ему это говорить не буду, а еще обидится, что считаю его милым. Или наоборот будет думать, что у него уже все в кармане. Глажу его по голове и снова целую, на этот раз в губы. От продолжения нас отрывает неделикатное покашливание от двери, где стоит улыбающийся во все тридцать два зуба Сергей. Алек тихонько рычит на него, а я улыбаюсь, пряча лицо на его плече.
  
  Глава 7.
  
  На работу, как ни странно мы прибываем вовремя, вот только повторять такие гонки по загруженному с утра пораньше городу, мне бы не хотелось. Нас вез Сергей, так как машина Алека сейчас в виде металлолома находилась где-то на штраф-стоянке. Так что ехали мы на огромном тонированном джипе, рассекавшем по дорогам, как самый настоящий танк.
  Я с удовольствием осматривала салон, а потом происходящее за окном. Алек с Сергеем тихонько обсуждали какие-то рабочие моменты и я не хотела им мешать. Да и мне самой было о чем подумать. Мои туфли и куртка нашлись в прихожей. Там и сотовый, правда, с совершенно разряженной батареей.
  На проходной охрана как-то странно смотрит на меня, Алек хмуро смотрит на них и мы спокойно проходим внутрь. Входя в лифт, я весело улыбаюсь Алеку, осторожно сжимая его руку. Мне хочется его обнять, прижаться покрепче и не отпускать. И это пугает. Осторожно бросаю взгляд на Сергея, но тому до нас фиолетово, смотрит в другую сторону, внимательно изучает панель с меняющимися цифрами этажей. Прижимаюсь боком к Алеку, стараясь смотреть прямо. Вроде как ничего такого.
  - Какие у тебя сегодня планы на вечер? - вздрагиваю, совсем в своих мыслях заблудилась, когда Алек позвал.
  - Планы? - это что мой голос так пищит. Надо взять себя в руки и вообще... - Мне надо домой, привести себя в порядок. Эти сутки выдались слишком активными для меня.
  - Ясно, - похоже, он ожидал другой ответ, что ж, извини Алек, но на мой взгляд мы и так слишком быстро двигаемся вперед. - А в субботу?
  - Ну-у-у... - стреляю глазками, хитро улыбаюсь. Чувствую, мне нравится эта игра. - Ты можешь попробовать снова пригласить меня куда-нибудь. Я соглашусь на суши или итальянский ресторан.
  - Хорошо, - Алек смотрит на меня серьезным взглядом. Неужели не понял, что я шучу. И вообще, откуда такое серьезное ко всему отношение. Хотя, что это я, у меня столько моментов, которые надо серьезно обдумать.
  Лифт останавливается на нашем этаже. Выходим. Надо оторваться от Алека и идти в свой офис. Боги, как же мне этого не хочется. Поддаюсь порыву, в прочем, сознание не имеет ничего против этой идеи. Поднимаюсь на цыпочки, дергая Алека за галстук, что б опустил голову и нежно целую в губы. Он застывает. Похоже это нормальная реакция на близкий контакт.
  Отстраняюсь, улыбаюсь и заставляю себя уйти в сторону своего офиса, откуда торчат совершенно обалдевшие лица коллег с таакими большими глазами. Но мне не до них, потому что у Алека такое лицо, ну просто словами не передать, полное остолбенение.
  На рабочее место приземляюсь с глуповатой улыбкой на лице. Думать о делах не хочется. Собственно, думать вообще не хочется, но надо. Слишком много вопросов и непонятностей, которые могут оказаться важными.
  Но подумать мне само собой не дали. Кто бы сомневался. В мою ячейку маленькой бурей влетела запыхавшаяся Лера. Кажется, сейчас меня будут пытать. Делаю нейтральное лицо, ни единой мысли на лице.
  - Что это сейчас было?!! А ну рассказывай! Что ты от меня вчера утаила?! Как ты могла мне все не рассказать, мы же подруги! Я вот тебе все рассказываю!! - кажется, ураган Лера вошел в свою пиковую стадию.
  - Расслабься, - вздыхаю я, параллельно пытаясь решить какую версию выдать коллеге, ибо правда произведет эффект разорвавшейся бомбы. Пожалуй, через чур, еще убирать после взрыва придется. - Мы просто застряли в лифте и он пригласил меня на ужин. Думаешь, я просто так тебя вчера прессовала, что бы ты меня домой отвезла. Просто тебя интересовали другие вопросы, если мне память не изменяет.
  - Но все равно! - кажется, моя логика пришлась ей не по вкусу. Ответить я не успеваю, у Леры звонит телефон и она вихрем уносится куда-то, видимо, звонит кто-то особо важный. Зато у меня возникла законная передышка.
  А передохнуть мне необходимо, что бы понять куда двигаться и как. Особенно относительно Алека. Включаю компьютер. Загружаю необходимые программы и делаю вид, что работаю, параллельно пытаясь проанализировать все произошедшие события. Наливаю себе свежеприготовленного кофе, старательно уклоняясь от любопытствующих взглядов и интересующихся вопросов коллег.
  По трезвому размышлению, прихожу к выводу, что первоначально я зря обижалась на Игната, но тут меня можно простить, так мне было плохо. Хотя на его месте я бы тоже в первую очередь занялась родным человеком, пребывающем без сознания, а не незнакомой девицей. Так что, похоже надо будет извиниться. По крайней мере, мысленно.
  Что же касается самого Алексея, то ничего не скажешь, он меня поразил. Пожалуй, он первый мужчина, к которому меня так тянет, и которого я начинаю искренне уважать. Думаю, что вполне могу влюбиться в него до потери разума. Слава богам, это еще пока в перспективе, а сейчас за кружкой кофе и в одиночестве начинают вспоминаться различные непонятные мелочи. Что-то слишком много странного происходит вокруг этого человека. И целый особняк под штаб, и дорогие машины, и легкость в обращении с органами власти заставляют серьезно задуматься о том, кем на самом деле является человек, с которым свела меня судьба. И уж точно никому не удастся убедить меня, что Алек не обладает магическими талантами. Не настолько уж я глупа. Возможно, его силы находятся на невысоком уровне, но я все равно не понимаю, зачем вообще их отрицать. Но если он маг, то наши с ним отношения совершенно несерьезны и все радужные планы и телячьи нежности созданные моим богатым воображением всего лишь проявление моей романтичной натуры и недалекого ума. Потому что всем известно, что маги строят отношения только между собой, строго блюдя чистоту рода, дабы дети обладали такой же или большей силой. Существуют целые династии. Хотя подобная практика не всегда дает стопроцентный результат и у обоих родителей магов может родиться просто человек, как и среди обычных людей может появиться маг, все же в процентном соотношении в магических родах сила держится крепче. Поэтому маги стараются жениться только в своем кругу, и если я права, то Алек просто играет со мной. А это неприятно.
  Однако я могу ошибаться. Слишком уж сильная у него на меня реакция. И признаться, мне это очень очень нравится. Собственно я не знала ни одного мужчину, который бы так реагировал на меня, так что возможно за его поступками стоит что-то другое.
  В общем, допив кофе и испортив лист таблицы, я делаю логичный вывод, что надо подождать и посмотреть как в дальнейшем будет развиваться ситуация и как будет вести себя Алек. А заодно будет время разобраться в происходящем. На этой оптимистичной ноте я и решила закончить, тем более, что зазвонил телефон.
  - Алло, Оля, привет. С тобой все в порядке? - на том конце провода оказалась мама. Похоже, мое отсутствие ночью ее все-таки встревожило.
  - Да, все хорошо, - бодрым голосом рапортую в ответ.
  - Вот и отлично, - в голосе мамы явно слышится облегчение и радость. - Значит ты можешь съездить до управления по идентичности и взять справку о своей принадлежности. А то у нас тренинг в Иордании и только сейчас выяснилось, что нужны бумаги о энергетической принадлежности не только мои, но и ребенка.
  - Зачем? - удивляюсь я, внутренне напрягаясь. Ну очень мне не хочется ехать туда, стоять в бесконечных очередях, просвечиваться на всевозможных сканерах и сталкиваться с проявлениями нашей бюрократической системы.
  - Спроси что полегче. Может боятся, что могу быть связана с унгунами или что-нибудь подобное. Кто их знает. Главное, что тебе надо съездить прямо сегодня. Справка готовится три дня, так что завтра будет уже поздно, не успеешь. Хорошо?
  - Ладно, - тяжело вздыхаю, признавая свое поражение. Ох уж эти восточные страны с их шовинизмом. - Съезжу в обед.
  - Отлично, когда все сделаешь, позвони, - мама явно обрадовалась моей покладистости, видимо настраивалась на уговоры. Но мне что-то после прошедших вечера, ночи и утра совершенно не хочется вступать в любые прерикательства. - Ладно, пока солнце, не буду тебя отвлекать.
  До обеда добросовестно вкалывала, стараясь забить голову делами и успеть сделать как можно больше, ведь неизвестно во сколько я вырвусь из управления, может уже только ближе к вечеру получится. Надо что ли начальство предупредить, что б не потеряли.
  В половине первого, получив высокое разрешение главного босса, я выхожу из офиса. Наряд, конечно, на мне тот еще. Самое оно по улицам города в конце осени начале зимы мотаться. Платье, тонкая, зато красивая куртка, тонкие колготки и закрытые туфли. Прямо таки идеальный вариант в такую погоду.
  На секунду даже приходит мысль попросить Алека отвезти меня. Но потом просыпается после длительной спячки совесть, что человеку тоже работать надо, у него серьезное дело и вообще, он жуть, что вчера пережил и некогда ему со мной возиться. Я ведь уже взрослая девочка, сама справлюсь.
  Это заблуждение продержалось ровно до момента, когда я вошла в управление по идентичности и узнала какие документы нужны, а так же сколько кабинетов мне предстоит обойти. И вот я стою в первой приемной, таращу глаза на молодую, но уже явно уставшую как от этой жизни в целом, так и от посетителей вроде меня в частности, администраторшу.
  - ...вам необходимо пройти экспертизу. Для этого заполните семнадцатый бланк, образец на стене. Так же заполните запрос на прохождение осмотра и запрос на оплату по формам пять и девять. Потом идите в кассу и оплатите пошлину и проверку. Затем с чеком идите в двести тринадцатый кабинет и там вам уже расскажут что дальше... - тараторит девушка заученную фразу, даже не глядя в мою сторону. У меня же начинает кружиться голова от обилия информации и перспектив предстоящих действий.
  - А нельзя это как-то упростить, а то мне еще на работу сегодня? - неверным голосом спрашиваю я. Ведь всегда в подобных организациях система получения нужной бумажки усложнена до невозможности, дабы делать денюшку на ее упрощении.
  - В принципе можно, - вот теперь в голос девушки звучит куда как более заинтересованы, а взгляд направленным на меня. Я улыбаюсь пока внимательный цепкий взгляд оценивает меня сверху до низу. Потом девушка звонит кому-то, - Алло, Виталя, тут девушка пришла, хочет справку по быстрому. Откуда мне знать? Хорошо. Она будет ждать тут. Давай.
  Да здравствует бюрократия. Кажется, мне удастся сделать все еще до сольного выступления рака на горе. Главное что бы хватило денег, а то я ведь вчера не планировала поход по государственным учреждениям. Вскоре в комнату вошел невысокий худощавый мужчина с хитрыми расчетливыми глазами и обаятельной улыбкой.
  - Добрый день, меня зовут Виталий, пройдемте со мной пожалуйста, - вежливо открывает передо мной дверь. Что-то мне это все не нравится, но выхода уже нет, раз ввязалась в авантюру, то отступать уже поздно.
  - Здравствуйте, - мой голос звучит слегка испуганно. Мы выходим обратно в коридор и новый знакомый ведет меня куда-то. Поднимаемся на два этажа, тут народу меньше, на нас никто не смотрит, видимо уже привыкли. Заходим в довольно обшарпанный кабинет со старой изношенной мебелью. Тут еще двое мужчин с любопытством изучающих меня. Что-то становится совсем не по себе. Сажусь на стул, прижимаю к себе сумку, благо большая, можно отгородиться.
  - Ну, рассказывайте, девушка, как вас зовут и какая вам справка нужна? - весело спрашивает новый знакомый, садясь на облупившийся подоконник.
  - Мне нужна справка об идентичности, просто девушка в приемной перечислила столько всего, что и за месяц не управиться, а мне нужно быстрее.
  - Ясно, - вежливо кивает мужчина. - Вам с настоящим освидетельствованием или без?
  - Можно с настоящим, - пожимаю плечами. Бояться мне нечего, чай не первый раз проверяться приходится. Хотя вообще, конечно, бред, что документ, свидетельствующий принадлежность к виду, имеет срок действия. Меня это всегда поражало. Это что вот я этот год человек, а на следующий стану кем-то зеленым, пупырчатым и с щупальцами?
  - Ладно, - кивает Виталий. - Давайте паспорт, сейчас все организуем.
  Отдаю документ без единой задней мысли. Мужчина выходит из кабинета, а я остаюсь ждать. Оставшиеся двое хозяев кабинета тоже вскоре уходят о чем-то споря шепотом. Так что я остаюсь ждать в гордом одиночестве.
  Через тридцать минут возвращается Виталий, правда, своего паспорта я у него в руках не обнаруживаю. Чувство легкой паники перестает быть таким уж легким. Хочу домой к маме. А еще лучше к Алеку, уж он то сможет все решить. Я надеюсь.
  - Пройдемте, - мне вновь указывают на дверь. Встаю, выхожу из кабинета. Меня вновь куда-то ведут, но на этот раз мы спускаемся на какой-то цокольный этаж. Вокруг готовые декорации для фильма ужасов, разве что освещение не коротит и не мигает.
  - Куда мы идем? - нарушаю тишину и, наконец, задаю вопрос, который по-хорошему надо было спросить намного раньше.
  - На проверку, - отвечает провожатый. - Посмотрим кто вы на самом деле?
  - Было б на что смотреть, - хмыкаю в ответ, пожимая плечами. Меня окидывают внимательным взглядом, который мне очень не нравится, так что решаю дополнить ответ, дабы не создавать каких-либо дополнительных мыслей. - Я просто человек, ничего интересного.
  - Поверьте, просто людей не бывает, - усмехается Виталий.
  Навстречу нам идет группа, впереди трое, двое по бокам ведут последнего высоченного здорового как шкаф мужика с пьяным диким взглядом. За ними еще трое, явно наготове, если придется вязать гиганта. Виталий плавным движением прижимает меня к стене и сам сдвигается в сторону, дабы не мешать. Похоже, ведут кого-то опасного, вон как накачали зельем.
  - Почему без мага? - шипит мой провожатый.
  - Да ладно тебе, он и так под чурой, ничего не соображает, - отмахивается один из первой двойки. И делает это зря, очень зря.
  Гигант вырывается из хватки и отшвыривает зазевавшегося охранника, словно тряпичную куклу. Я, кажется, взвизгиваю от ужаса, и он поворачивается в мою сторону. Я встречаюсь взглядом с ярко-желтыми замутненными глазами, но больше всего меня поражает тонкий вертикальный зрачок. На секунду задержанный замирает, а потом переводит взгляд на Виталия и его руку, которой тот все еще прижимает меня поперек туловища к стене. И дальше начинается настоящий кошмар.
  Это существо выпускает когти и громогласно рычит, нападая на своих конвоиров. Те достают оружие, но монстру на это все равно. Он разрывает второго конвоира, все еще болтавшегося у него на руке. Меня с головы до ног заливает кровью. Кажется, я визжу во весь голос, ноги не держат, падаю на пол и пытаюсь отползти. Виталий, каким бы плохим он мне не показался, пытается меня загородить, но, кажется, делает только хуже. Существо поворачивается к нему, меняя направление удара. Одним смазанным движение оно выбрасывает вперед руку и с громогласным рыком вспарывает Виталию живот. Тот хрипло булькает и падает на меня. Я уже кажется, охрипла от крика или вообще потеряла голос от ужаса. Пячусь на четвереньках назад, но существо лишь усмехается мне и отворачивается разбираться с оставшейся охраной.
  В коридоре слышатся громкие хлопки и передо мной падают несколько непонятных цилиндров. Через секунду из них начинает идти дым. Монстр ревет, пытаясь развернуться и кинуться к выходу. Я чихаю и кашляю, глаза ужасно слезятся от дыма, начинаю задыхаться. Слышу громкие хлопки и падаю навзничь. Остатки мозгов предполагают, что должно быть это выстрелы, значит надо уйти из-под огня. Отползаю к стене и прижимаюсь к ней, как к родной.
  Делаю я это вовремя, потому что слышится грохот шагов и мимо меня проносится множество ног. Чудовище жутко орет. На меня вновь что-то падает, ощупываю и понимаю, что это человек с разорванным горлом. Дальше за меня действуют инстинкты. Отталкиваю труп от себя и на четвереньках пытаюсь убежать. Главное не перепутать направление и не оказаться в самом разгаре бойни. Боги, боги, боги, за что мне все это?
  Рядом звучат чьи-то крики, летят пули, но в дыму совершенно ничего не видно. Неожиданно что-то впивается в ногу ниже колена, чувствую острую боль. Несмотря на сорванный голос, кричу. Меня начинает трясти, дрожь не поддается контролю.
  Кто-то запинается об меня. Пытаюсь отползти, но от боли и страха совсем теряю возможность передвигаться. Меня подхватывают подмышки и забрасывают на плечо. Тихонько пищу, но будучи практически в обморочном состоянии, не сопротивляюсь.
  - Тихо, - рычит кто-то, на ком я вишу. - Сейчас вынесу тебя отсюда, только молчи, иначе привлечешь его внимание. Ясно?
  Затыкаюсь, ибо страшно. Через несколько минут мы приближаемся к лестнице. Незнакомец выносит меня на первый этаж и скидывает на пол. Я больно стукают копчиком об пол, но чувствую себя самым счастливым человеком на свете. Переворачиваюсь на четвереньки и пытаюсь прокашляться. Воздух медленно начинает проникать в обожженное горло. Из глаз градом катятся слезы, застилая взгляд, но тот факт, что руки даже в расплывшемся виде абсолютно красные, указывает, что я не уверена, что хочу себя видеть. В ушах шумит, но постепенно начинаю слышать голоса.
  - Кто это? - басит надо мной низкий мужской голос.
  - Без понятия, там не должно было быть посторонних. Я об нее просто споткнулся, - снова мой спаситель.
  - Ей нужен врач, кажется, она ранена, - меня осторожно поднимают на руки и куда-то несут. Я вся дрожу, сознание отказывается возвращаться. Но одна мысль все же приходит в голову.
  - Позвоните Алеку, - тихо шепчу я, ибо громче просто не могу, горло ужасно болит.
  - Хорошо, хорошо, - успокаивающе отвечают мне. - Не волнуйтесь, с вами теперь все в порядке. Этот унгун больше к вам не приблизится.
  Я содрогаюсь от ужаса и отвращения. Боже, а ведь раньше я считала их практически нормальными людьми, чуть ли не героями, а они вон какие...
  Человек, несший меня, понимает эту судорогу по-своему и ускоряет темп. Вскоре меня окружают врачи, что-то колют, чем-то мажут, стирают кровь, промывают глаза, бинтуют ногу. Постепенно мне становится легче, но я по-прежнему в шоковом состоянии. После каких-то капель зрение начинает проясняться. Вокруг меня суетится молодой врач, с очень серьезным сосредоточенным лицом. В стороне бегают люди, кто-то что-то кричит. Вооруженные люди группой бегут в сторону лестницы.
  - Вам повезло, - отвлекает меня врач от созерцания картины воплощенного хаоса, - удивительно, что вы отделались только одним огнестрелом в ногу. И зверь вас не задрал.
  Молчу в ответ. Хотя моего эскулапа это, похоже, не особо волнует. Он продолжает и дальше красочно рассуждать, что со мной должно было бы произойти, да только я везучая оказалась. Как ни странно, но помогает, когда слышишь, что с тобой не случилось, то действительно начинаешь ощущать себя баловнем судьбы.
  В коридор врывается вихрь, распадаясь на три высокие фигуры. Остатки моего сознания фиксируют, что эти великаны мне знакомы, но кто это конкретно вспоминаю не сразу. Только когда самый высокий не обращая внимания на окружающих, пытавшихся ему что-то сказать, бросается ко мне, я вспоминаю.
  Алек падает на колени передо мной, оглядывая совершенно диким взглядом. За ним стоят Сергей и Паша с выражением глубокого шока на лицах. Алек осторожно, словно не веря, что это я, поднимает руку и проводит вдоль моей щеки, но так и не прикасается.
  - Оля? - хрипло спрашивает он, оглядывая меня сверху до низу. При виде моей забинтованной ноги, он сжимает губы в тонкую линию, а глаза наполняются льдом. Мне снова не по себе, пытаюсь прикрыть ногу, но Алек останавливает меня. - Не бойся, больше тебя никто не тронет, клянусь.
  - Алексей Михайлович, - за спиной ребят появился незнакомый пожилой мужчина с усталым лицом, небольшим брюшком и в рваной заляпанной кровью рубашке. По голосу я опознала в нем человека, что донес меня до врача, неловко улыбаюсь ему, Алек тут же поворачивается и встает.
  - Что? - у него хриплый какой-то сдавленный голос.
  - Мы не можем с ним справиться, он рвет магическую сеть, и не реагирует на пули, хотя уже как решето, - мужчина тяжело вздыхает, потирая затылок. - Не верю, что говорю это. Но нам нужна ваша помощь.
  - Хорошо, - Алек вновь поворачивается ко мне и в его взгляде появляется беспощадность. - Мы его сделаем, но не обещаю, что ублюдок останется жив.
  - Что?! - хриплю я, хватая его за руку. Алек как обычно вздрагивает. Хорошо, что некоторые вещи никогда не меняются. - Ты туда не пойдешь! Это чудовище опасно, я не хочу, что бы ты пострадал.
  - Со мной все будет в порядке, солнышко, - он наклоняется ко мне, его глаза вновь полны нежности и заботы, а черты лица смягчаются. - Я обещаю, что все будет хорошо.
  - Он очень опасен, - шиплю я, потому что иначе говорить уже не могу. - Я никуда тебя не пущу! С тобой может что-нибудь случиться!
  - Оля, - Алек вновь присаживается передо мной на корточки и заглядывает в глаза. - Я тебе клянусь, что вернусь целым и здоровым.
  - Как он вообще разбушевался? - на заднем фоне спрашивает Павел у уставшего дядьки.
  - Его чем-то спровоцировали и магическая сеть не удержала, - как пописанному отрапортовал тот. Я перевожу взгляд на Алека и вспоминаю начало сцены в коридоре.
  - Они вели его без мага, - быстро тараторю я, понимая, что возможно эта информация может оказаться важна для Алека, если тот все же пойдет вниз. - Виталий еще ругался, что без мага. А конвоир ответил, что он под чурой...
  - Вы дали ему эту дрянь? - презрительно сморщился Сергей, поворачиваясь к подошедшему. - Она ведь не всегда срабатывает.
  - Он ослабил хватку, пока с нами разговаривал, - продолжаю я, глядя на Алека. Тот внимательно смотрит на меня. - И это существо вырвалось...
  - Девушка в шоке, - хмыкает мужик, разводя руками, на что получает недобрый взгляд трех пар глаз. - Что с нее взять.
  - Это правда, - уже практически одними губами шепчу я. - Не ходи туда, пожалуйста.
  - Я должен, - Алек отводит взгляд, потом встает. - Павел, останешься здесь...
  - Но Алек... - эта идея явно не по вкусу младшему из троих.
  - Никаких но, - неумолимым тоном прерывает его протест Алек. - Останешься с Олей, понятно.
  - Хорошо, - парень явно недоволен, но перечить начальству при посторонних не решается.
  - Оля, - Алек вновь поворачивается ко мне, наклоняется и очень-очень аккуратно и нежно целует меня в лоб, а затем в губы. - Все будет хорошо, солнышко. Я больше никому не позволю причинить тебе вред.
  Они с Сергеем и недовольным дядькой уходят, а Павел падает рядом со мной, провожая брата и друга внимательным взглядом. Он тоже беспокоится, понимаю я и кладу ему руку на плечо. Он поворачивается ко мне и неловко усмехается. Будем ждать.
  
  Глава 8.
  
  Мы с Пашей сидим минут десять не больше, перебрасываясь ничего не значащими фразами. Он тоже волнуется и это не прибавляет мне уверенности. Но спрашивать о чем-то серьезном посреди царящего вокруг дурдома не хочется. Да и в голове пусто. Видимо, шоковое состояние еще не прошло.
  От лестницы раздаются совершенно жуткие звериные рыки и крики, я вздрагиваю и прижимаюсь к Павлу, тот внимательно смотрит на меня и осторожно обнимает. Вновь душераздирающий рык, а затем пол под нами вздрагивает.
  Через минуту после этого с лестничной площадки появляются Сергей и Алек, все в крови и разодранной одежде. Они тащат за ноги давешнего монстра. Я вжимаюсь в Павла, с ужасом глядя на это теперь уже безвольное тело. На этаже все замирают, внимательно следя за действиями двух охранников. Паша крепко сжал меня за плечи.
  А эти два героя бросают тело перед столом начальника безопасности, как мне шепотом объяснил Паша. Сергей вытирает лицо и руки влажными салфетками. Алек что-то объясняет ошарашенному человеку за столом, но за царящим шумом не слышно. К ним начинают подтягиваться другие люди, боязливо косясь на бессознательное тело.
  - Он жив? - спрашиваю Павла.
  - Вряд ли, - взгляд парня ледяной и острый, что и сталь разрежет. Вздрагиваю.
  - Кто вы? - тихо спрашиваю я.
  - Что? - холод сменяется недоумением.
  - Кто вы? И не вешай мне лапшу, что просто люди, - шиплю я, для усиления слов, легонько толкаю его локтем в бок. - Этот парень был унгуном, куча народу с оружием не могли его завалить, а вы взяли и справились с ним...
  - Кто тебе сказал, что он унгун?! - перебирает меня оскорбленным голосом Паша.
  - А что нет? - удивленно шепчу я.
  - Конечно, нет! Это был ложник, магически преобразованный голем, но не унгун, - начинает с пеной у рта объяснять парень. В этот момент у меня начинает закрадываться смутное подозрение, с кем я имею дело, но без четких доказательств, я, пожалуй, придержу эту версию при себе. Особенно в этом месте. Паша, тем временем продолжает объяснение.- Унгуны не могут пойти против людей, особенно против женщин, это заложено генетически, если только не болен, но тогда они принимают другую форму. Это ведь всем известные факты. А вот ложников специально создают для действий против людей. Они были основной боевой силой у темных колдунов.
  - Это говорил тот человек, что подходил сюда за Алеком, - прерываю этот поток.
  - Ясно, - Паша скрежещет зубами. Потом смотрит то на ребят, то на меня, явно что-то там для себя решая. - Никуда не уходи, я вернусь через пару секунд.
  Он быстрым шагом уходит к своим ребятам. А я неловко кутаюсь в выданный мне плед. Кто бы мог подумать, что мне сразу станет не по себе. Пусть я их практически не знаю, и испытываю серьезные сомнения по поводу их природы, но все же с ними как-то спокойнее.
  Тем временем у стола Павел что-то рассказывает Алеку, размахивая руками. Тот внимательно его слушает, а потом с хмурым видом поворачивается к начальнику. Чую, сейчас разразится скандал. Осторожно встаю и решаю прошкандыбать туда, к ребятам. Хоть и придется проходить мимо монстра, но Павел сказал, что тот уже не опасен, к тому же никто его не вяжет, значит, больше не нападет. Жуть, конечно. Первый раз вижу мертвецов. Лучше бы и в последний. С цокольного этажа начинают выносить на носилках закрытые простынями тела погибших. А у стола уже кричат, да так, что перекрывают весь царящий шум и гам. Люди начинают поворачиваться в ту сторону, прислушиваться. Я потихоньку ползу в ту сторону.
  - И что вы собирались все свалить на очередное сумасшествие? - леденящим кровь голосом спрашивает Алек, перебивая крики брата. - И скрыть тот факт, что в городе орудует маг смерти?
  - У нас нет веских доказательств, что бы раздувать панику. Ваших слов, Алексей Михайлович маловато для объявления тревоги, а от совета мы еще никаких бумаг не получали.
  - Это же очевидный ложник! - ругается Паша.
  - А вас, молодой человек, там вообще не было или вы такие выводы со слов подружки делаете? Еще вопрос, как она сама там оказалась, - на эти слова Алек рычит, так что вздрагиваю даже я.
  - Собственно, Виталий вел меня для проведения экспертизы, - решаю вмешаться в разговор. Алек тут же оборачивается и поддерживает меня за плечи. Я ласково улыбаюсь ему в ответ, и слой крови на нем меня совершенно не пугает. - Мне надо было сделать справку об идентичности, маме для командировки надо.
  - Ты могла бы просто позвонить, - укоряет меня Алек, но глаза ласковые. - Я бы помог.
  - А зачем вы вниз то пошли? - непонимающе спрашивает мужчина у стола. В ответ уже я недоуменно смотрю на него.
  - Виталий сказал, что там проверяют, - неуверенно говорю я, переводя взгляд с одного окружающего меня мужчины на другого. Алек хмурится, толстячок потирает шею.
  - Вообще то там находится КПЗ и вход ограничен только для своих. А сканер стоит на втором этаже. Скажите, что конкретно вы просили и обсуждали с нашим сотрудником?
  - Я пришла, девушка в регистратуре начала перечислять мне список документов и я спросила, нельзя ли как-то это ускорить, - решаю быть честной, потому что ложь сейчас все только запутает, а надо разобраться в ситуации. И потом, я искренне верю, что Алек с ребятами меня если что вытащат отсюда. - Она позвонила, позвала Виталия. Тот проводил меня в кабинет на третьем этаже и спросил, какую справку я хочу, с проверкой или без. Я ответила, что с проверкой, мне скрывать нечего, просто нужна бумажка побыстрее. Тогда он повел меня вниз, на цокольный этаж. Вот собственно и все.
  - Ах ты ж, сукин сын, - рычит мужик, я еще крепче прижимаюсь к Алеку, тот недобро смотрит на него. Но мужчина быстро берет себя в руки, явно профессионал. - Прошу прощения. Обещаю, что мы разберемся в произошедшем. А пока вы свободны, ваша миссия здесь завершена.
  - Петр, вы действительно думаете, что я уйду, не добившись от вас ответа, что здесь произошло. Поверьте, мне не потребуется много усилий, что бы доказать совету, что вы переводили ложника без какой-либо магической защиты.
  - Ладно, ладно, не горячись, - мужчина поднимает руки в защитном жесте. Потом тяжело вздыхает. - До нас дошли слухи, что в отделе бывали случае вымогательства денег, когда людей нарочно запугивали преследованием для получения денег...
  - Черт, - Сергей удивленно качает головой, потом смотрит на хмурого Алека. - Знаешь, похоже, ложник был не самым опасным приключением твоей принцессы.
  - Пошли, - бросает Алек.
  Он крепко сжимает меня за плечи, выводя из здания в сторону большого черного джипа. Бмв. Как обычно, немцы. Уже даже не удивляюсь. Мне открывают дверцу. Залажу на заднее сидение, совсем забывая про ногу. Зря, она-то про себя помнит. Всхлипываю от боли и начинаю заваливаться. Алек ловит меня, тихо ругаясь сквозь зубы на себя за забывчивость, поднимает на руки и очень осторожно садится в машину, пока Паша держит дверь. Так что на заднем сидении я оказываюсь на коленях у Алека. Ребята запрыгивают вперед.
  - Поехали, - приказывает Алек, переводя внимание на меня. Становится неуютно под его изучающее-серьезным взглядом, но слезть не реально, он продолжает крепко держать меня.
  - Я тебя всего перепачкаю, - пытаюсь развеять серьезную атмосферу, но это только сильнее злит Алека.
  - Почему ты не сказала, что уходишь? Ты не брала телефон. Я даже не знал, что и думать, - голос Алека постепенно нарастает, а объятия крепнут. Похоже, что я его действительно разозлила. - Ты хоть представляешь, что я почувствовал, когда увидел тебя всю в крови?!
  - Нет, - честно отвечаю я, смотря на него большими круглыми глазами. - Не представляю.
  - Ты меня до смерти перепугала, - Алек еще крепче прижимает меня к себе. Кажется, я сейчас задохнусь. Пора выбираться.
  - Да чего пугаться то? - я, правда, не понимаю. - Ну, прибили бы меня, нашел бы кого-нибудь другого. Не велика потеря.
  - Никогда такого не говори! - Алек рычит в ответ и слегка встряхивает меня. Больно, на глаза выступают слезы. Пытаюсь отстраниться, но он не отпускает, но хоть понимает, что переборщил. - Я не хочу тебя терять, понятно? Где я еще найду девушку, которая не сбежит после магической атаки, а попросит кофе и предложит подарить нам цветок в офис?
  - Алек, - кажется, я не знаю, что ответить. Значит, буду говорить то, что думаю, хотя возможно все испорчу. - Я не хотела тебя пугать, правда. Я сама до смерти перепугалась. Это существо, кровь...
  - Не вспоминай, - Алек прижимает мою грязную голову к плечу. - Просто, если тебе что-то понадобится, скажи мне, я постараюсь помочь. Хорошо?
  - Хорошо, - киваю. Кажется, шок еще не прошел, иначе, почему мне все параллельно. Хотя начинает потряхивать. Закрываю глаза, но перед ними встают картины окровавленных тел, падающих на пол. Вздрагиваю, открываю глаза, но жуткие сцены не проходят. Становится очень холодно, хотя я закутана в одеяло и сижу на горячем как печка Алеке. Меня трясет крупной дрожью, кажется даже зубы клацают.
  - Тише, малыш, - Алек как-то пытается меня успокоить, гладя по спине. - Теперь все будет хорошо. Я тебя больше никуда не отпущу. Ты в безопасности, обещаю.
  Так мы и сидим, я трясусь, Алек что-то шепчет мне на ухо. Если честно, то слышу я его плохо, в ушах все еще звенит после сегодняшних событий. Машина, наконец, останавливается возле одной из недавно отстроенных многоэтажек. Интересно, куда это мы приехали?
  - Здесь моя квартира, - Алек словно мысли мои читает. - Я подумал, что ты не захочешь в таком виде появляться дома. А тут ты сможешь помыться. Ребята привезут тебе какую-нибудь одежду. Потом мы отвезем тебя домой, если захочешь.
  - Хорошо, - осторожно киваю, стараюсь взять себя в руки, вроде что-то получается. Пытаюсь слезть с колен Алека, но тот только крепче обнимает меня. Он берет меня на руки и бережно выносит из машины. Даже не смотря на шок, я все равно пытаюсь сопротивляться. - Да ладно тебе, я прекрасно могу сама дойти.
  - Ты ранена, - отметает мои возражения Алек.
  - Но тебе ведь тяжело!
  - Нет, - Алек первый раз с того, момента, как увидел меня в управлении, улыбается. - Тем более что носить тебя одно удовольствие. И так ты точно никуда не убежишь и не попадешь в неприятности.
  - И что, ты теперь меня все время на руках носить будешь? - правда, возмущение у меня не получается, слишком много тепла и нежности я испытываю к этому человеку.
  - Эй, голубки, - Паша прерывает нашу беседу. Он картинно облокачивается на переднюю дверцу машины и с легкой усмешкой смотрит на нас. - Пока ваше внимание на мне, вопрос: Оля, что тебе привезти?
  - Не знаю, - задумываюсь, хотя получается из рук вон плохо, мозг явно объявил забастовку с требованием очередного внеочередного отпуска. - Просто какие-нибудь джинсы, кофту и куртку. Размер сорок четвертый.
  - Ок, - Паша кивает и переводит взгляд на старшего брата. - Я договорюсь с Протасовым о переносе встречи. А Марта возьмет на себя вечерние переговоры. Мы еще тебе нужны или поедем?
  - Езжайте, - Алек кивает. Кажется, он даже не замечает, что я лежу у него на руках. Случайные прохожие смотрят на нас огромными круглыми глазами. Это и не мудрено, такая колоритная окровавленная парочка в рваных одежках. Но моего спутника это вообще не волнует. - Звоните, только если что-то очень срочное. И если появится информация по сегодняшнему нападению. И пусть Виктор побеседует со своим человеком в управлении. Что-то Петр сегодня темнил.
  - Хорошо, - Паша картинно отдает салют и запрыгивает обратно в машину. А мы идем к подъезду. Точнее, Алек то идет, а я на нем еду. Уже в темном подъезде мне приходит в голову страшная мысль, и я каменею до состояния полного ступора.
  - Что случилось? - Алек, конечно же, замечает мое состояние и напрягается в ответ.
  - Поздравь меня, - хриплю я, глядя на ошарашенного консьержа невидящим взглядом. Тот аж встает при виде нас. Наверное, таких больших и круглых глаз у него еще никогда не было. Но что-то говорить Алеку он не решается. И не мудрено, мой кавалер и так достаточно представителен, а в нынешнем виде вообще на редкость брутален и устрашающ. Это я знаю, что он добрый и заботливый, а по внешности его это сейчас точно не скажешь.
  - В смысле? - Алек проносит меня в лифт, осторожно следя, чтобы я не зацепилась раненой ногой. Двигается он очень быстро и легко, словно на руках не взрослый человек, а маленький котенок.
  - Я не просто дура, а полная и всеобъемлющая идиотка, - мне хочется рассмеяться во весь голос, но получается только невнятное карканье. Похоже, избежать истерики мне все-таки не удастся. А мне так не хочется терять остатки лица перед Алеком. - Капец, убиться об стену.
  - Что случилось? - мой кавалер собран, серьезен и готов вступить в бой. Какая прелесть, неужели мне попался мужчина, который не боится женских истерик.
  - Я оставила там паспорт, - честно признаюсь я. А потом добавляю. - Более, того, я собственными руками отдала его Виталию. Который его куда-то унес. И теперь у него уже не спросишь, где мои документы.
  - Найдем, - уверенным голосом отвечает Алек и для усиления своих слов аккуратно сжимает меня. - А если не найдем, то новый сделаем.
  - Еще мне нужна справка, - я уже плохо слышу Алека. Сознание отказывается воспринимать произошедшие со мной события, хватаясь за незначительное. - Мама меня прибьет, что я справку не сделала. Ее ведь не пустят на тренинг, а тогда начнутся проблемы на работе. Ей ведь так нравится эта работа, а я подвела...
  - Оля успокойся! - Алек сердито встряхивает меня, заставляя замолчать. Я поднимаю на него удивленный взгляд. - Я все устрою. Все будет хорошо, я ведь обещал, так?
  - Да, - растеряно отвечаю я. Не ожидала, что он так близко примет мои нервные рассуждения. Мы выходим из лифта и почти сразу оказываемся у большой железной двери в квартиру. Как Алек ее открывает со мной на руках, не имею ни малейшего понятия. Но ему это удается, и мы оказываемся в прихожей. В прочем, отпускать меня никто не собирается.
  - Я обещал позаботиться обо всем, я это сделаю, - Алек осторожно вносит меня в ванную комнату. Осторожно ставит в огромную джакузи и осматривает. - Тебе помочь помыться?
  - Нет, - мотаю головой, но про себя радуюсь, что, не смотря на суровость и привычку командовать, он все-таки спросил меня, а не решил все сам. Хотя ответ ему явно пришел не по вкусу. Так, вспоминайтесь уроки дипломатии. - Тем более, что мне нужны лекарства. Доктор говорил про обезболивание и смену повязки...
  - Хорошо. - Алек хмурится, кивает. Потом наклоняется и целует меня в лоб, благо с него еще доктора стерли кровь. - Я все принесу. И не буду тебя смущать. Только обещай, что если станет плохо или что-то будет тяжело, ты обязательно позовешь меня. Не хотелось бы, чтобы ты получила травму.
  - Да, меня это тоже как-то не вдохновляет, - неловко улыбаюсь я. Алек внимательно смотрит на меня, затем вздыхает, и вновь обняв меня, выходит из ванны.
  Я судорожно сдираю с себя остатки рваного заскорузлого грязного платья, испорченное белье и обрывки колготок. Туфли почили еще где-то в том страшном коридоре. Включаю горячую, почти обжигающую воду, но в одиночестве мне становится так холодно, словно я сейчас напрочь замерзну, превращусь в кусок льда. Вновь возвращается предательская дрожь. Меня так трясет, что руки почти не слушаются.
  Я со злостью срываю остатки одежды и нахожу губку и гель. Выливаю на себя и в воду почти половину бутыля. Нога ужасно болит, кажется, ее нельзя было мочить и вообще надо в больницу, но мне плевать. Чувствую себя грязной, словно окутанной во все эти смерти, в тот ужас. Кожа начинает болеть от температуры воды. Но я продолжаю тереть себя как сумасшедшая, словно пытаясь вместе с кожей сорвать все воспоминания.
  Наконец, истерика накатывает по полной. Слезы, впервые за много лет градом льют из глаз. Я реву, нет, я вою. Не смотря на обжигающую воду, мне все равно холодно. Перед глазами кровь, реки крови, лицо Виталия, когда ему вспарывают живот. Вновь накатывает весь ужас, страх, ощущение собственной беспомощности и бесполезности.
  В ванну залетает Алек. Глаза бешенные. Опускается возле меня, тянет руки, но дотронувшись до воды, резко с шипением отдергивает. Отключает горячую воду и на полную мощность врубает холодную.
  - Оля, ты что? Так же свариться можно! - выговаривает он мне, вытаскивая из ванны. Прижимаюсь к нему, обнимаю за шею. Мне становится легче. С этим человеком ужас сегодняшнего дня отступает, я чувствую себя под его защитой, словно он действительно сможет отгородить меня от всех бед, помочь, защитить.
  - Почему? - шепчу я сквозь слезы, но Алек явно понимает меня не так. В прочем, понять сейчас извращенный путь моих мыслей вообще не просто.
  - Так получилось. Мы выясним, кто виноват в произошедшем. В любом случае, теперь ты в безопасности. Я больше глаз с тебя не спущу, - Алек крепко обнял меня. Затем осторожно проверил температуру воды в ванной и, удостоверившись, что она нормальная, аккуратно опустил меня обратно в воду. - Сейчас, милая, я тебя помою, и тебе станет легче. Все будет хорошо, только не плачь, пожалуйста, не плачь.
  - Алек, - я вцепилась в него, словно клещ и не готова отпустить. Кажется, сейчас утащу его за собой в ванну. В прочем, он не против. Правда, залазит прямо в одежде. Зато я сижу совершенно голая, но сейчас это волнует меня меньше всего.
  - Вот так, малыш, сейчас мы тебя помоем, - Алек ласково шепчет мне на ушко, осторожно смывая оставшуюся грязь. Он аккуратно промывает мои волосы, пока я продолжаю плакаться ему в рубашку.
  Наконец, у меня заканчиваются силы, и я начинаю засыпать. Алек достает меня из ванной и нежно заворачивает в махровое полотенце. Удается ему это с трудом, так как я продолжаю мертвой хваткой держаться за него. Меня укладывают в кровать, и я практически сразу засыпаю.
  Просыпаюсь я, когда за окном уже темнеет. Осторожно приподнимаюсь на руках, оценивая свое самочувствие. Но к моему удивлению все в порядке, ничего не болит, не ломит, даже нога. Оглядываюсь, но в комнате никого и в сумерках невозможно ничего различить. Надо вставать. Правда, надо придумать, чем замотать свои телеса, а то костюм Евы уж слишком экстравагантен. О! Халатик, прекрасный махровый, явно Алека. Проваливаюсь в него, так что можно четыре раза вокруг меня обернуть. Закатываю в три раза рукава. С подолом придется быть осторожнее, его не закатаешь.
  Включаю свет, осматриваю комнату. Нога как новенькая, совсем не болит. Комната достаточно большая, простая, все в том же минималистичном стиле, что и кабинет, но хорошо продуманная и отремонтированная. Светло-голубые стены, темная мебель, ламинат и зеркало возле шкафа.
  Выхожу в коридор и планомерно осматриваю всю квартиру. Три комнаты, огромный коридор и кухня, размером в половину нашей гостиной. Тут я нахожу Алека, мирно посапывающего на мягком диване под плюшевым покрывалом. Ему явно очень неудобно, ноги и руки свешиваются с разных краев пестрой плюшки, приютившейся недалеко от барной стойки.
  Смотрю на него с умилением. Сейчас, когда черты лица разгладились, он похож не на сурового воина, а на милого мальчишку. Потом вспоминаю, как вела себя в ванной и мне становится стыдно. Тяжело вздыхаю. Честно говоря, меня до жути пугает то, как легко и быстро Алек стал мне не просто важен и интересен, а прямо таки необходим. Это делает меня слишком слабой, уязвимой.
  Выхожу обратно в коридор. Не буду мешать, лучше пойду найду телефон. Надо позвонить маме. А по дороге придумать, что же ей сказать. Мозг шевелиться отказывается, обиделся видимо. Глаза в прочем тоже объявили забастовку, отказываясь искать телефон. Тот, видимо, отчаялся дождаться меня, и зазвонил сам. Черт, и именно на кухне.
  - Ало, - слышу низкий со сна голос Алека. - Да, хорошо, спасибо. Нет, я сегодня заберу. Ладно, понял, тогда сейчас выезжаю.
  Алек выходит из кухни, потирая лицо. У него довольно потрепанный, усталый вид. Меня замечает сразу, встает как вкопанный. Хмурится. Опять ему что-то не нравится.
  - Ты куда? - спрашиваю я. Голос ломкий, словно у мальчика-подростка, но по-крайней мере он есть. Огромный прогресс.
  - За твоими документами, - Алек подходит ко мне. - Тебе рано вставать, ты еще не восстановилась.
  - Я чувствую себя прекрасно! - в ответ возмущаюсь я, упираясь голыми пятками в пол, пока меня тащат обратно в спальню. - А вот ты выглядишь уставшим и замученным. Так что тебе отдых больше моего нужен! И вообще, мы же договорились, что сегодня я поеду домой!
  - Оля, - Алек тяжело вздыхает и во мне, наконец, просыпается сочувствие, за одно с мозгом. Ласково глажу его по щеке, а потом практически в прыжке, целую в щеку.
  - Со мной правда все в порядке, честно, - стараюсь смягчить голос. - Ты мне очень помог. Не знаю, как бы я справилась без тебя... Но сейчас мне лучше и мне надо домой.
  - А как же документы? - Алек явно растерялся от моего поведения, хотя может просто дико устал и не выспался.
  - В любом случае, тебе сегодня ехать никуда не стоит, - категорично заявляю я и теперь уже сама тащу его в спальню. Он не сопротивляется, слава богам, а то фиг бы я его куда утащила. - Никакие мои бумажки не стоят твоего здоровья, так что марш в кровать.
  - Знаешь, - усмехается Алек, обнимая меня за талию. - Так меня в постель еще никогда не приглашали.
  - Ну-ну, - тяну я в смущении. Сразу вспоминается, что он видел меня голой и становится совсем не по себе. Стараюсь выкрутиться из объятий.
  - Прости, - Алек только крепче держит меня. - Не хотел тебя смутить, честно.
  - Верю, - неловко улыбаюсь. - Это ты меня прости, у меня не очень получается на такие темы легкий треп поддерживать.
  Завожу его в спальню и сажаю на кровать. Алек с легкой улыбкой подчиняется. Теперь, под хорошим освещением я вижу, что он помылся и переоделся. Но если футболка еще для сна сойдет, то в джинсах ему явно будет неудобно.
  - Ты, что, действительно решила уложить меня спать? - обнимает меня и тянет к себе. Я падаю ему на колени.
  - Ну да, - не понимаю, чего он так улыбается.
  - Оля, расслабься, я не кусаюсь, - Алек гладит меня по голове.
  - Так я тебе и поверила, - усмехаюсь в ответ, потом вздыхаю, отворачиваясь. - Просто я тебе столько проблем создала...
  - Знаешь, - кажется, я его достала. Алек берет меня за подбородок и поворачивает лицом к себе. Точно достала, вот какой раздраженный. - Если бы мне что-то не нравилось, я бы этого не делал, логично?
  - Да, - пытаюсь кивнуть, но никто и не думает отпускать меня.
  - Это ведь моя вина, - теперь Алек отводит глаза. - Я ведь обещал, что не допущу, что бы с тобой случилась беда, и не сдержал своего слова.
  - Интересно, как ты себе это представляешь, - теперь уже я иду в наступление, освобождаясь от хватки. Параллельно беру его лицо в ладони и заглядываю прямо в глаза. - Я ведь сама пошла в управление, ты был не в курсе.
  - Да, и теперь я тебя никуда одну не пущу, - Алек явно серьезно настроен выполнить эту угрозу, вот только я взвою на вторые сутки такого внимания.
  - Алек, - тяжело вздыхаю. Ужасно не хочется опять выяснять отношения, но как преподнести свои мысли, чтобы не задеть и не обидеть, я не знаю. - Как ты себе это представляешь? Не будешь же ты везде ходить со мной или наоборот, я с тобой. У каждого из нас есть своя жизнь. И прости, но далеко не со всеми ее аспектами я готова знакомить тебя на первой неделе знакомства. Так же, мне кажется, и ты не хочешь посвящать меня во все нюансы своей.
  - Просто я не хочу, что бы с тобой что-нибудь случилось, - Алек вздыхает, отводит глаза, но вроде не обижается. Наклоняюсь вперед и легонько чмокаю его в губы. Вздрагивает. Какая прелесть, все-таки.
  - Поверь, мне этого тоже очень не хочется, - усмехаюсь я. - А теперь, дай, пожалуйста, телефон, я вызову такси.
  - Ты совсем не слышала, что я сказал, - теперь очередь Алека тяжело вздыхать.
  - Скорее просто привыкла полагаться только на себя, - неловко улыбаюсь.
  - Пошли, - несмотря на усталость, Алек встает со мной на руках, словно я не взрослая девушка, а плюшевый мишка, объем есть, веса нет.
  - Куда? - крепко хватаюсь за шею.
  - Вначале одеваться, а затем я отвезу тебя домой. Никаких такси, - Алек категорично смотрит мне в глаза. А я разрываюсь между желаниями поцеловать его или дать по лбу. Пожалуй, выберу второе. Начинаю активно выкручиваться из его хватки.
  - Пусти, я прекрасно могу сама идти, - С тяжелым вздохом, Алек опускает меня на ноги. - И одеться тоже могу сама.
  Поворачиваюсь к выходу с самым независимым видом, делаю шаг вперед... И падаю, запутавшись в полах халата. Алек ловит меня практически у самого пола и поднимает обратно на руки. Я сердито смотрю на это веселящееся чудовище, поэтом не сразу замечаю, что халат распахнулся, и я в полном неглиже открыта взгляду Алека. Замечаю это только после того, как на моих глазах улыбка уходит с его лица, а взгляд становится горячим и напряженным. Чувствую себя кроликом перед удавом, вроде и хочется что-то сделать, а пошевелиться не могу.
  Алек отводит взгляд первым, осторожно ставит меня на пол и запахивает халат под самое горло. У него дрожат руки, но именно мне дается право выбора. Вот только я сама не знаю, чего именно хочу. Момент проходит. Мой кавалер отворачивается в сторону окна, а я начинаю чувствовать себя глупо.
  - Подожди, я сейчас принесу твою одежду, - Алек встряхивает головой и, наконец, поворачивается ко мне. На лице неловкая улыбка, неужто мне удалось смутить его. - Жаль, что сегодня был сумасшедший день, иначе я бы ни за что не отпустил бы тебя.
  Алек уходит, пока я качаю головой. Но как только он оказывается за дверью, губы сами расползаются в улыбке. Осторожно подбираю халат и на цыпочках иду к кровати. Вообще, странно, что я так хорошо себя чувствую, ведь помню, что нога была ранена. А сейчас все в порядке. В прочем, сейчас я не уверена, подтверждает это мою теорию или наоборот, опровергает. Нужно вернуться домой и проверить записи, которые я делала в универе и возможно проконсультироваться с научруком.
  - Вот, как ты просила. Джинсы, футболка, толстовка, - Алек возвращается буквально через минуту, я успеваю только сесть на кровать, когда рядом оказывается стопка новой модной одежды.
  - Ам... - тут в голову мне приходит очень умная мысль, что я забыла попросить о самых важных частях туалета.
  - Что-то не так? - Алек внимательно смотрит на мою алеющую физиономию.
  - Нет, все в порядке, - лучше я откушу себе язык, чем скажу правду.
  - Оля, - Алек садится передо мной на корточки и смотрит прямо в глаза. - Я не слепой и вижу, что что-то не так.
  - Алек, - наклоняюсь, чмокаю его в кончик носа. - Все хорошо, честно. Это очередной таракан в моей голове, ничего серьезного.
  - Ладно, - вздыхает, явно не поверил, но спорить не хочет.
  - Спасибо, - на этот раз целую в губы, а затем поворачиваюсь к одежде.
  
  Глава 9.
  
  Когда раздался телефонный звонок, я как раз поднимала диван. Мама в этот момент пыталась вытащить старый ковер из-под него. Скоро должна приехать служба доставки с новым, а нам еще надо этот свернуть. В общем, более неподходящий момент трудно найти. Так что первый звонок я пропустила. Но попался очень настырный абонент.
  - Ало! - отвечаю запыхавшимся и очень недовольным голосом, даже не посмотрев, кто звонит.
  - Привет, - голос Алека немного напряжен, но никаких претензий он не высказывает. Чудо, а не мужчина. - Чем занимаешься?
  - Перетаскиваю мебель, мы ковер меняем, - бодрым голосом отвечаю я.
  - Я так понимаю, что ты не рассказывала маме, что была ранена, - после паузы говорит Алек. В его голосе нет вопроса, ну, собственно он действительно прав.
  - Да, - выхожу в ванну, включаю воду, чтобы заглушить звук. Все равно придется заново начинать с диваном, а мама пока на кухне перекурит. - Я сказала, что все готовится и в понедельник мне отдадут документы. А платье я просто испортила.
  - Ясно, - тяжелый вздох. - Подождите, я скоро подъеду, помогу вам.
  - Да мы справимся сами...
  - Не сомневаюсь, - теперь он явно улыбается. - И тем не менее, грубая мужская сила не помешает.
  - Хорошо, - глупо отказываться, когда помощь действительно нужна. К тому же, если парень не боится знакомиться с мамой. - Только давай быстрее, скоро приедут грузчики с новым ковром, а нам надо до этого убрать старый.
  - Понял, буду через восемь минут.
  Алек отключается, а я выхожу предупредить маму, что сейчас приедет помощник. На душе пышным цветом расцветает счастье. Видимо я полностью и бесповоротно влюбилась. Скептически-настороженное выражение лица мамы говорит о том, что все мои чувства видны как на экране.
  - Сейчас приедет помощь, - объявляю я.
  - Твой ухажер? - уточняет мама, туша сигарету в пепельнице. - Хоть посмотрю на него.
  Киваю и сматываюсь к себе. Алек меня, конечно, всякой видел, но старая линялая футболка и вытянутые рваные бриджи точно не являются воплощением сексуального наряда.
  Вообще, мне очень повезло, что вчера вечером, когда Алек привез меня домой, мама не стала ничего спрашивать, видимо, новости она не смотрела, так что мои невнятные объяснения прокатили. Алек заходить не стал, ему опять кто-то срочно позвонил, так что удостоверившись, что я дома, он тут же укатил по каким-то своим рабочим делам. Мне удалось лишь вытребовать, чтоб он нормально выспался. Хотя подозреваю, что ему вряд ли удалось сдержать свое обещание.
  А вот проверить свою теорию мне еще не удалось. Во-первых, вчера я сразу же завалилась спать, а сегодня меня подрядили на разгрузочно-погрузочно-передвижные работы. Во-вторых, сегодня суббота и просто так беспокоить своего бывшего научного руководителя во время пар я не могу. Остается только подождать более подходящего момента. Ну, так я никуда и не спешу.
  Я как раз успеваю натянуть приличную кофточку, когда звонит домофон. И почему я не удивляюсь, что он знает номер нашей квартиры. Алек появляется весь при параде с большим букетом светло-розовых роз. При чем букет закрывает чуть ли не половину дарителя. Ласково улыбаюсь, принимая потрясающие цветы.
  - Привет, - кавалер явно немного смущается.
  - Привет, - губы сами разъезжаются в ласковой улыбке. - Очень красивые цветы. Спасибо.
  - Не за что, - Алек улыбается в ответ, параллельно снимая ботинки и куртку. - Так что надо двигать?
  - Диван и шкаф, здравствуйте, - из кухни выходит мама, внимательно осматривая Алека. Явно приценивается.
  - Здравствуйте, меня зовут Алексей, - вежливо представляется Алек.
  - Светлана, - кивает мама, забирая у меня букет. - Пойду, поставлю цветы в вазу. Покажи гостю, что надо делать.
  - Пошли, - тяну Алека в гостиную, и как только мама выходит из поля видимости, целую его.
  Алек чуть мешкает, словно не ожидал, а потом начинает отвечать и так что ух, дух захватывает. И совершенно не хочется прерываться, но надо. Отодвигаюсь и смотрю в ласковые, полные сдержанных страсти и желания глаза.
  - Так что мне нужно двигать? - ласково шепчет он, не делая ни единой попытки освободить меня из объятий.
  - Вон тот диван надо приподнять и подержать, пока я вытащу из-под него ковер. А затем тоже самое со шкафом, - объясняю я, неохотно отодвигаясь от теплого и надежного мужчины.
  - И вы собирались сделать это все вдвоем? - Алек легко поднимает диван одной рукой, и терпеливо ждет, пока я скатаю старый поеденный молью ковер. Вообще он не такой уж и старый, нам его всего лет пять как подарили, по сравнению с реликтом в маминой комнате, сущие пустяки, а не срок. Вот только наличие натуральных материалов явно слишком обрадовали моль, так что этого розового напольного гиганта теперь ждет незавидная судьба отправиться на свалку.
  - Ну да, - киваю я, и пыхтя выколупываю это шерстяное чудовище теперь уже из-под шкафа. - А что такого?
  - Это не женская работа, - пытается просветить меня Алек, бережно опуская шкаф на место, после того, как я выбралась оттуда с ковром. - Вам надо было кого-то позвать?
  - Ну, мы же позвали вас, - от арки раздается насмешливый голос мамы. - Тем более выбор не большой, когда в семье единственный здоровый мужчина это кот, да и тот кастрированный.
   - Звучит жутковато, - Алек осторожно помогает мне свернуть ковер. В нужные моменты он всегда невозмутим. - Куда его теперь?
   - Вынесете на свалку, - все-таки в лице моей мамы наша славная армия потеряла своего лучшего генерала, такой талант пропал даром. С другой стороны, если у Алека далеко идущие на меня планы или если я права в своих выводах, то ему так или иначе придется регулярно общаться с нашим общесемейным матриархом, пусть привыкает.
  - Хорошо, - все также невозмутимо Алек обувается и с ковром на перевес, выходит из квартиры. Я обуваюсь следом, надо же показать, куда нести.
  На улице похолодало, ясно чувствуется приближение зимы. Кутаюсь в куртку, сожалея, но постеснялась одеть пуховик. Алек с гордым видом, легко несет ковер в указанном мною направлении. Поразительно, все-таки к нам его кряхтя и пыхтя двое мужиков еле-еле затащили в квартиру. А этот несет, так, словно тот ничего не весит. Вот интересно, как бы так у него поделикатней прояснить свои подозрения. Вот если бы у него был родовой дом, то можно было бы и без слов многое прояснить. Пока я думала, Алек уже донес ковер до помойки и аккуратно сгрузил его в кучу мусора.
  - У тебя строгая мама, - отряхивая руки, замечает он. Я в ответ пожимаю плечами.
  - Нет, она просто привыкла, что она как старшая самая главная и за все отвечает, - поясняю я, дабы не возникло превратного представления о мамином характере.
  - У вас в семье что вообще мужчин нет? - искренне удивляется Алек. На нем тонкий пуловер и слегка запылившийся от общения с ковром пиджак, надо бы его побыстрее обратно в тепло утащить.
   - Пойдем, - отвечаю я, и тяну мужчину за руку в сторону дома. Как обычно прикосновение производит на него мощное воздействие, но меня это уже не пугает, кажется, привыкла, даже нравиться стало. Пальцы Алека переплетаются с моими, и от него идет такой жар, что мне в осенней куртке становится жарко. - У нас есть мужчины, просто они не очень подходят на роль главы семьи. Дедушке уже за семьдесят и он недавно пережил инсульт, а брату только десять.
  - У тебя есть брат? Я думал ты единственный ребенок? - мы медленно идем к дому. Возвращаться не очень хочется, а с таким теплом, какое излучает Алек, я и на северном полюсе голышом не замерзну.
  - Он двоюродный, сын маминой младшей сестры, - поясняю я, усмехаясь. Так забавно когда под стоическим выражением на лице Алека проявляются эмоции. Они от этого словно намного ярче становятся, удивительней. М-да, кажется, кто-то влюбился, причем почти с первого взгляда, причем по уши... Ладно, подумаю над этим позже.
  - А тетин муж? - Осторожно интересуется Алек. Видимо понимает, что у нас тут все не совсем просто. Ну, или очень просто, тут смотря как смотреть.
  - Она с ним развелась. У нас вообще в семье у женщин личная жизнь не складывается, - произношу это громкое заявление и украдкой кошусь на спутника, интересно как отреагирует. А тот задумывается и, похоже, в серьез.
   - Можно попросить Марту вас проверить, но на тебе она ничего особенно не нашла, хотя, опять же высматривала то она другое... - задумчиво предлагает Алек, отчего у меня глаза начинают из орбит вылазить и приобретать идеальную геометрическую форму.
  - Ты серьезно?
  - Конечно, - кажется, на этот раз удивляется Алек. - Как мне кажется, для вас это важно. Тем более, что если есть какие-то подозрения, всегда лучше проверить. Да и маг знакомый есть.
  - Алек знаешь что? - начинаю идиотски улыбаться, но ничего не могу с этим поделать, счастье так и прет из меня, кажется, сейчас взорвусь.
  - Что? - осторожно интересуется мой кавалер, не ожидавший, по-видимому, такой реакции.
  - Ты просто чудо. Самый замечательный на свете, - кидаюсь обниматься. Алек в начале замирает, а затем так крепко сжимает меня, что дышать не могу. Но все равно прижимаюсь, не хочу отпускать. Наоборот, хочется соединиться, отдать ему тот свет, что он во мне зажег и получить в ответ его нежность и доброту.
  Поднимаю лицо и тут же встречаю его губы. Поцелуй захлестывает словно волна. Я растворяюсь в нем, впервые отдаю все, что у меня есть и получаю несказанное счастье, что могу поделиться с ним своей любовью, нежностью, заботой. Поцелуй становится все глубже и жарче, руки Алека спускаются с талии, сжимают меня, так что по всему телу прокатывается волна удовольствия пополам с неприкрытым желанием. Кажется, я сейчас вспыхну как спичка. Эмоции во мне смешались и превращаясь в бешенный вихрь, сплавляя все чувства в нечто новое, прежде совершенно неизвестное.
  Нас прерывает телефонный звонок. Мобильный издает бодрую жизнеутверждающую мелодию. Неохотно Алек отпускает мои губы, прислоняясь своим лбом к моему. Он тяжело дышит, в прочем как и я, словно мы бежали марафонский забег. Руки держат меня, словно стальные, кажется Алек даже и не думает переключаться с меня на телефон.
  - Кажется, тебе звонят? - шепчу с придыханием, потому что говорить нормально просто не могу.
  - Да, - он кивает, крепко жмурится, а затем, словно через силу, отпускает меня и отступает на шаг назад.
  Я стою, улыбаюсь, глядя как это чудо под два метра ростом, косая сажень в плечах дрожащей рукой достает из кармана телефон, не сводя с меня голодного взгляда. И чувствую себя самой желанной женщиной на свете.
  - Алло, Да, я тебя слушаю, - взгляд Алека постепенно начинает фокусироваться. - Ты о чем? Кто проговорился? Ну, я ему устрою. Ладно, как понимаю, отвертеться не получится. Не дави, не все сразу. Посмотрим, как получится. Сейчас спрошу. Нет, сам справлюсь, не маленький.
  Алек поворачивается ко мне, а вид такой напряженный и немного раздосадованный. Интересно, что ему там такого наговорили. Вежливо улыбаюсь, изображая валенок, прежний порыв чувств тщательно в себе притаптываю, а то больно разошлись.
  - Оль, - теперь Алек обращается ко мне, - Там у нас сегодня небольшой праздник. А братья разболтали про тебя родителям, они теперь очень хотят с тобой познакомиться. Поедешь?
  - Э... - очень интеллектуально отвечаю я, выпучивая глаза. Я, в принципе, не против, тем более что Алеку уже пришлось с моей семьей познакомиться, но все же как-то неожиданно.
  - Если не хочешь, то не надо, это не обязательно, - тут же предлагает Алек, неверно истолковав мое молчание.
  - Почему же, хочу, - все-таки нахожусь я. Не хочу обижать самого лучшего и замечательного мужчину в мире, да и самой любопытно на его семью посмотреть. - Просто неожиданно, но я только за.
  - Отлично, мы приедем к семи, - это Алек отвечает уже в трубку. - Все, понял. Понял, говорю! Давай, пока.
  В этот момент у нашего подъезда останавливается грузовичок с растяжкой на боку. Видимо, наш ковер привезли. Алек осторожно обнимает меня за плечи, и мы все-таки идем к дому, а то без его тепла я уже успела подмерзнуть.
  - Ты останешься на чай? - спрашиваю я, покрепче прижимаясь к его боку.
  - Да, я договорился с ребятами, так что на сегодня я свободен, если только ничего серьезного не произойдет.
  - Отлично, тогда я устрою тебе экскурсию. Покажу, где живу. Хорошо? - поднимаю на него взгляд, так что приходится задирать голову.
  Мы укладываем ковер в гостиной, потом пьем чай с мамой. Алек совершенно невозмутимо выдерживает допрос со стороны родительницы. Кажется мама сама немного в шоке от него. Я же просто сижу, улыбаюсь, иногда только притормаживая матриарха при особо каверзных вопросах. А потом мы долго гуляем, я показываю ему институты, рассказываю о парках. Алек меня внимательно слушает, словно ему и на самом деле интересно. А мне... а мне никогда в жизни не было так хорошо и спокойно.
  Вечером Алеку приходится долго и упорно ждать, пока я оденусь, накрашусь, потом еще раз оденусь, потому что в первый раз мне не нравится. И заверения, что я выгляжу прекрасно, тут совершенно бесполезны. Очень волнуюсь, все-таки хочется понравиться родителям любимого. А то вдруг отговаривать начнут. Я ведь сама понимаю, что во многом до него не дотягиваю, он вон какой крутой, а я совсем простая и неинтересная. Но все равно надежда она такая, хочется верить, что это не сказка и не сон, и что в нашем сумасшедшем мире действительно можно найти принца.
  Хорошо, что фраза прийти вовремя хуже, чем опоздать, про меня. Не смотря на все переодевания и нервные заламывания рук, пока Алек не видит, мы все равно выехали во время и по заверениям моего спутника прибудем на место даже раньше намеченного времени.
  - Ты чего такой задумчивый? - интересуюсь я. Мы сидим в машине, тихо играет какая-то музыка. На этот раз это не мерседес, а ауди. Похоже, в этой семье признают только немецкий автопром. В прочем, я их в этом понимаю, машины то прекрасные.
  - Просто, - пожимает плечами, краем глаза косясь в мою сторону. - Все как-то неожиданно. Я даже не думал, что все так сложится.
  - Так, это как? - слегка сдавленным голосом спрашиваю я, стараясь по возможности скрыть волнение.
  - Так здорово, - от всей души отвечает Алек, поворачиваясь лицом ко мне не смотря на скорость и сумасшедшее движение на наших дорогах. - Не думал, что будет так хорошо и легко.
  - Я рада, - горло сдавило, так что голос больше походит на скрип пополам с писком. Осторожно кладу свою руку поверх его, на этот раз никакой дрожи, только ласковая полная нежности улыбка. - Тебя мама не сильно напугала?
  - Нет, - Алек вновь перевел свое внимание на дорогу. - Когда ты мне объяснила про вашу семью, я присмотрелся и понял, что просто она о тебе очень волнуется. А в этом я ее прекрасно понимаю.
  - Да ну? - шутливо удивляюсь я.
  - Да, - усмехается Алек, легонько пожимая мою руку, прежде чем отпустить ради рычага переключения передач.
  Мы подъезжаем к трехэтажному дому на окраине элитного поселка, за глаза прозванного народом деревней нищих. В свете уличных фонарей за высоким забором я различаю большой трех этажный дом. Начинаю чувствовать себя сироткой Марысей случайно попавшей на королевский бал.
  Алек кому-то звонит, и нам открывают ворота, за которыми простирается парк в миниатюре. Все еще зеленая газонная травка, слегка припорошенная первым выпавшим снегом, брусчатые дорожки, вьющиеся вокруг кустов и деревьев. Все словно сошло с иллюстраций журналов про ландшафтный дизайн. Все аккуратно подсвечено маленькими лампочками, спрятанными где-то в траве. Сам дом тоже производит впечатление. Огромный, покрытый штукатуркой и выкрашенный в терракотовый цвет, с большими окнами и высоким крыльцом, он выглядит очень представительно.
  - Вау, - выдыхаю я, когда мо челюсть, наконец, находит обратный путь с пола.
  - Нравится? - в голосе Алека отчетливо слышна гордость.
  - Не то слово, очень красиво! - искренне отвечаю я, пребывая в легком шоке. Боги, куда ж я попала. Правда, вслед за шоком усиливается ощущение своей неполноценности. Все-таки разница в положении между мной и Алеком оказалась даже больше, чем я могла себе представить. Просто воплощенная сказка про золушку, жаль только, что в жизни такие сказки обычно плохо заканчиваются.
  На крыльце нас уже ждут. Просто какая-то торжественная делегация из пяти человек. Мы выходим из машины, при чем Алек галантно открывает мне дверь. Я даже не удивляюсь, что он успел так быстро обойти машину, в любом случае, скоро мои догадки либо подтвердятся, либо будут опровергнуты.
  Первым я замечаю улыбающегося во все тридцать два зуба Павла. Он весело подмигивает мне, продолжая над чем-то посмеиваться. Рядом стоит Саша с не менее веселой физиономией. Между братьями затесалась невысокая, миниатюрная девушка потрясающей красоты, с длинными густыми темными волосами, светло-голубыми глазами и правильными чертами лица. Она внимательно осматривает меня сверху донизу, но в глазах, так похожих на Алековы светится расположение и доброжелательность. Собственно, по глазам я и поняла, что это скорее всего младшая сестра, про которую рассказывал Паша.
  Ближе всех к лестнице стоит пара, скорее всего родители. Но если не знать, то можно принять их за друзей или еще одних брата и сестру. Женщина с длинными каштановыми волосами и очень умными глазами могла бы хоть сейчас выступать на каком-нибудь конкурсе красоты или сниматься в рекламе купальников. Невозможно поверить, что она родила пятерых детей. Мужчина рядом с ней явно старше, судя по седине посеребрившей виски, но возраст не сказался на его физической форме, которой он легко мог бы поспорить с Алеком. Умные холодные серые глаза, словно лазер просвечивают меня насквозь.
  Как-то сразу не по себе, ежусь и сглатываю. Заметив это, Алек покрепче обнимает меня за плечи, давая понять, что я с ним. Ладно, надо успокоиться и расслабиться, не съедят же они меня.
  - Добрый вечер, - вежливо улыбаюсь, подходя к лестнице.
  - Здравствуйте, - добрая располагающая улыбка освещает лицо женщины. - Рады видеть вас в нашем доме. Меня зовут Дарья, а это мой муж Вадим.
  - Оля, - оторопело отвечаю я. Дарья уже спускается на встречу, забирая мою руку у Алека.
  - Пойдемте, я вас со всеми познакомлю и все покажу, и не стесняйтесь, здесь вам все рады, - она вежливо подводит меня к своим детям, указывая поочередно. - Познакомьтесь, это Саша, он у нас что-то вроде третейского судьи. Это Паша, он младший из мальчишек. И не смотрите, что такой лапочка, тот еще дьяволенок. А эта егоза, моя младшенькая Лена.
  - Привет, - меня сметает поток информации, так что ничего удивительного, что Пашу начинает трясти от смеха при взгляде на мое ошарашенное лицо.
  - Мама, ты ее сейчас совсем запугаешь, - усмехается Саша, после чего оборачивается ко мне. - Расслабься, ма просто волнуется. Сейчас сядем за стол, и все успокоятся.
  - Хорошо, - киваю и начинаю улыбаться.
  Вхожу в дом под руку с мамой Алека. На пороге оборачиваюсь и успеваю заметить, что Алек о чем-то серьезном разговаривает с отцом. У обоих такие сосредоточенные лица. Но рассмотреть, как следует, мне не дают, заводя в прихожую, а затем в большой зал, при взгляде на который я замираю. В голове крутится мысль, о том, как мне повезло, что ошарашенное выражение уже срослось с моим лицом, так что меня не выдадут чувства, которые я сейчас испытываю.
  
  Глава 10.
  
  Передо мною предстает большая зала, заполненная зеркалами. В центре комнаты стоит длинный обеденный стол. За местом в его главе висит самое большое зеркало, в тяжелой золоченой раме. Так же зеркала висят за каждым из четырех стульев по бокам стола и на противоположном его конце. На стене, где расположена входная дверь, находятся зеркальца поменьше, словно хаотично разбросанные по стене, но если присмотреться, то можно различить систему.
  Я встаю, как вкопанная, поражаясь открывшейся картине. И не столько смелым дизайнерским решением, сколько его значением. Теперь у меня не осталось ни каких сомнений, что я попала в родовой дом. И не просто родовой, а в клановый дом главного рода. А это в свою очередь означает, что люди, окружающие меня, включая Алека, людьми являются только отчасти. На самом деле они были унгунами.
  В первую секунду с приходом понимания, организм сковывает паника. Хочется тихонько сделать ноги, пока меня не съели. Все-таки пропагандистская машина работает на все сто, вдалбливая страх в подкорку и мозжечок. Но затем возвращается здравый смысл с большой такой монтировкой для выколачивания страха. Мне становится стыдно, что не смотря на то, что Алек ведет себя идеально, а его семья оказала мне столь высокое доверие пополам с радушием, я все же проявляю в ответ такое малодушие, опираясь на самые что ни на есть глупости.
  Дарья и остальные, кажется, не замечают моего состояния или думают, что оно связано с напором активной мамочки, которая продолжает мне что-то рассказывать про оформление дома и повадки семьи.
  - А это столовая, здесь мы встречаем почетных гостей, садитесь, - мне указывают на стул, за спинкой которого нет зеркала, видимо, гостевое. Остальные рассаживаются в соответствие со статусом.
  - Расскажите о себе, Оленька, а то наш Алек такой скрытный, - Дарья правит бал, остальные внимательно следят за мной, делая вид, что поглощены ужином. Алека все еще нет, так что у меня есть возможность узнать, что такое мягкий допрос. Интересно, что выдаст мой разум, расторможенный полученной информацией.
  - Да, в общем-то, рассказывать особо нечего, - смущаюсь я, глядя во внимательные материнские глаза. - Отучилась, работаю, особых вредных привычек не имею.
  - А где ты живешь? - нежный голосок младшей сестры отвлекает от гипнотически пронзительного взгляда Дарьи. Лицо Лены воплощает в себе чистое любопытство и настороженность. Где-то в районе желудка возникает такое чувство, что мне тут не очень рады. Хотя, теперь, зная с кем имею дело, глупо удивляться.
  - Я живу с мамой и котом, - честно отвечаю я. Честность сейчас единственный путь, любую фальшь или умалчивание они сразу почуют, если мне не изменяет память, и если не ошибаются книги.
  - А отец? - Дарья, похоже, решила развить тему. Даже мне с моим невооруженным глазом видно, что односложные ответы ей не по нраву. Но на языке крутятся фразы, слишком радикальные, боюсь, меня не поймут. Да и самой интересно признается ли Алек сам и если да, то когда.
  - С новой семьей, - пожимаю плечами, вроде как меня это не трогает. Хозяева хмурятся, чувствуют, что я не договаривают, но дипломатично не лезут в душу.
  - Паша рассказал, как вы познакомились, мы все долго смеялись, как вы их сделали, - меняет тему Саша. Похоже, у меня есть союзник, ну так он меня и раньше поддерживал. Вежливо улыбаюсь в ответ.
  - Да ребята просто не знали, куда вселяются, - встаю на защиту. - Это мы уже пятый год в том здании сидим, все подводные камни знаем. У нас из-за конфликтов с администрацией здания три секретарши на нервной почве заявления писали.
  - И все равно, я был в шоке, - усмехнулся Паша. - мне даже в голову не пришло, а ты так с ходу разобралась.
  - Спасибо, - смущенно краснею, все-таки похвалу спокойно воспринимать не умею, может, поэтому и не слежу, что с языка слетает. - У тебя такое ошарашенное лицо было, я еще подумала, что хорошо, что со мной ты пошел, а не Алек...
  - Почему? - тут же настораживается Дарья, кидая на младшего сына недовольный взгляд. Я же удивленно пытаюсь сообразить, что бы такое ответить. Потом мысленно даю себе тумака, раз уж все подозрения подтвердились, то скажу правду, тут ее оценят.
  - Вы бы видели Павла, - усмехаюсь. - Если бы на меня так Алек посмотрел, то точно бы никуда не пригласил.
  - Все равно бы пригласил, - раздается такой знакомый и такой родной голос. Поворачиваюсь на стуле, что бы увидеть, как мое солнышко входит в комнату в сопровождении отца. Губы сами расползаются в глупой улыбке. Чую, выгляжу сейчас как полная дура, в прочем чувствую так же, но ничего сделать с этим не могу. Алек довольно улыбается в ответ, подходит и садится рядом, хотя, судя по зеркалам, у него другое место, по правую руку от отца. Ласково целует меня в щеку, не смотря на внимательные взгляды родни, после чего я окончательно расплываюсь в сладкую лужицу. - Тебя не сильно замучили?
  - Нет, - мотаю головой. - Я как раз рассказывала про то, как мы с Пашей Интернет чинили.
  - Ясно, - Алек ласково гладит меня по голове, пока его не отвлекает Саша. Тот предельно серьезен, странно, что раньше не полез с разговором, раз что-то беспокоит.
  - Мы проверили счета и телефоны Гриши, Фарух был прав, у него есть неучтенные финансы, вполне достаточные для покупки средних размеров острова. На зарплату Совета он бы столько точно не скопил, так что подозрения подтвердились.
  - Придется пока подождать, необходимо выяснить с кем он работает, - Алек в миг превратился в собранного и холодного воина, готового к любым сражениям и я чувствовала, что он легко повернет любое наступление противника в свою пользу. - Я сам прослежу за ним...
  - Не думаю, что это хорошая идея, - перебил его Вадим. У него оказался глубокой властный сильный голос человека привыкшего устанавливать свои правила и управлять множеством людей. Он даже не стал поднимать голову от тарелки с ужином, не смотря на пронзительный взгляд старшего сына. В прочем, объяснения он все-таки решает дать. - Ты можешь поставить под угрозу не только семью и братьев, но и девушку. При чем ее даже в большей степени. И в отличие от нас она не знает с чем сталкивается и как себя защитить.
  - Я позабочусь об Оле, - резко ответил Алек. Похоже, такие наставления отца изрядно треплют ему нервы. Ну да, здоровый состоявшийся мужик, привыкший отдавать команды и требовать их неукоснительного исполнения, а тут его строят как маленького и это при родственниках и девушке, то бишь при мне.
  - И, тем не менее, я настоятельно рекомендую тебе передать это дело обратно в Совет, - подняв голову, Вадим прожигает старшего сына пронзительно холодным взглядом. - Тебе вообще не стоило в это ввязываться. Разборки магов должны оставаться только между магами. Более того, мне бы не хотелось потерять своего старшего сына из-за лени Совета.
  - Отец... - попытка Саши умиротворить обстановку с треском проваливается и парень замолкает под перекрестным огнем двух яростных взглядов.
  - Со мной все будет в порядке, - теперь вмешиваюсь я. В конце концов, я здесь чужая и если и испорчу отношения с этой семьей, то как-нибудь переживу. Лучше уж мне быть крайней, чем кому то из родственников, а то эти два упертых легко сгрызут влезшего между ними.
  - Боюсь, девочка, что ты не можешь оценить всей опасности, - несмотря на недовольство моим вмешательством, голос главы дома звучит ласково почти нежно.
  - Зато я адекватно оцениваю и себя, и риски, - жестко отвечает Алек, даже на стол слегка облокачивается. - Я справлюсь с этим делом и точка.
  Над столом повисает тишина. Похоже, подобная стычка здесь в новинку и никто не знает что с ней делать. Или же просто предпочитают сохранять нейтралитет. Мне же в голову приходит провести окружной маневр.
  - Никогда раньше не видела, что бы так украшали гостиную, - обращаюсь к хозяйке дома. Очень уж мне любопытно услышать какой мне могут дать ответ. - Очень необычно.
  - Это семейная традиция - украшать центральную комнату дома зеркалами, - вежливо отвечает Дарья, похоже, что даже обрадовалась, что решила сменить тему застольной беседы. Однако мельком замечаю подозрительный взгляд Паши, он похоже что-то почувствовал, но дык докажи что я не страус, самому ведь в начале признаться придется.
  - А какие еще у вас есть традиции? - продолжаю любопытствовать я, на этот раз кидая косой взгляд на Алека, углубившегося в свою тарелку и молча стискивающего челюсть. Весело, похоже, семейный обед проходит.
  - О! У нас есть еще несколько, например, свадебный обряд или традиции празднования, но мы об этом мало рассказываем, сами понимаете, они ведь семейные... - Дарья разводит руками, но продолжить речь не успевает, Алек резко встает кидая на стол салфетку и недовольно обводит взглядом все семейство.
  - Оля в скором времени тоже станет членом семьи, поэтому не вижу смысла что-то скрывать, - резко, почти зло бросает он, глядя в начале на отца, а следом на мать.
  Хорошо, что в этот момент он на меня не смотрел, потому что вид выброшенной на сушу рыбы, кое приняло мое лицо, не самое вдохновляющее зрелище. Сказать, что я удивилась, это как сравнить мага и мышь. Шок, вот это куда как более подходящее слово. Если честно, никогда не думала, что предложение руки и сердца будет сделано в такой форме и при всем честном народе. Видимо, все мои эмоции в полной мере оказались на лице, потому что когда Алек, наконец, решает посмотреть в моем направлении, то картина ему явно не внушает позитивных эмоций. Сжав челюсть так, что заходили желваки и, метнув взгляд, по сравнению с которым извержение вулкана представляется как парковый фонтанчик, он хватает меня за руку и вытаскивает из комнаты, на последок лишь кидая, - Мы уходим. Спасибо, что пригласили.
  Алек проносит меня к выходу, словно огромный и злой двухметровый ураган. Я не успеваю не то, что попрощаться, обуться я не успеваю. И от мокрой дорожки под ногами и очередного испорченного вечера у меня тоже начинает резко портиться настроение.
  - Что это было? - набрасываюсь на парня, когда мы садимся в машину. Он резко нажимает на газ, так что меня впечатывает в спинку кресла.
  - Не важно, - сквозь зубы цедит Алек, чем окончательно выводит меня из себя. Я сейчас не белая и пушистая, а седая и волосатая и буду больно кусаться.
  - В смысле не важно?! - ору я, размахивая руками. - То есть сцена перед твоей семьей это не важно? То есть твое выступление это не важно? А может тот факт, что даже не дал мне обуться, и я мокрыми ногами бежала за тобой по подъездной дороге - это тоже не важно?!
  Алек молчит, сжимает руль, так что почти трещит, в мою сторону даже не смотрит. Я злюсь, пышу праведным гневом, как злой ежик, толку все равно ни какого. К глазам пробираются предательские слезы, но позволять себе плакать я не буду, нечего такую слабость показывать, сама дурочка влюбилась в этого истукана, так что жаловаться теперь некому. Машу на него рукой и отворачиваюсь к окну.
  - Оля, - через какое-то время слышу из-за спины голос Алека. Странный какой-то голос, тихий, глухой. - Прости, что замочил тебе ноги. И за испорченный вечер прости.
  - Не важно, - отмахиваюсь я и слышу его тяжелый вздох. Снова молчание.
  Неожиданно машина, под громкие гудки проезжающих следом, резко сворачивает к обочине и останавливается, так что я чуть не слетаю с кресла. Алек отстегивает мой ремень безопасности, хватает за плечи и разворачивает к себе. Я изумленно таращусь на его разъяренное лицо, но, приглядевшись, замечаю, что в глазах моего милого больше отчаянья, чем злости.
  - Оля, я... - он на секунду замолкает и резко целует меня. Вот только в этот раз его поцелуй разительно отличается от всех предыдущих. Жесткий, требовательный. Его губы жалят, язык, словно захватчик врывается в мой рот, зубы кусают, хватка на моих плечах становится еще жестче, поцелуй глубже. Я в первое мгновение замираю от неожиданности, а затем начинаю отвечать со всем пылом и страстью. И пусть бывают недопонимания и противоречия, это все равно не может изменить всего того замечательного, светлого и прекрасного, что есть между нами. И страсть, и огонь никуда не денутся. И факт, что он мне нужен, и я без него уже никуда не денусь, остается фактом. Алек первым прерывает поцелуй, его глаза горят, как шальные, на скулах выступил румянец, а дыхание резко и прерывисто выходит изо рта. - Оля, выходи за меня.
  - Ч-ч-что? - мямлю я. Мозг продолжает пребывать в приятной розовой отключке. Даже взгляд с трудом фокусируется.
  - Да или нет, - а вот Алек, похоже, предельно собран и пристально следит за каждым изменением на моем лице, словно магическую бомбу обезвреживает. Я молу, разглядываю его в ответ. Постепенно мозг проясняется и до меня начинает доходить смысл вопроса. Теперь уже мне не до шуток, внимательно смотрю на него и понимаю, что ответ то очень прост, потому что уйти от него я не смогу. Да и не захочу, потому что вот он, мужчина, о котором я всю жизнь мечтала, сразу после волшебной палочки и космического корабля с мороженным, но тогда мне было пять лет. И что если сейчас откажусь, то дальше в этой жизни меня ничего не ждет. Пусть даже он мне до конца не доверяет и не говорит, кто он на самом деле, но это все поправимо, пока мы вместе. Все можно наладить, а вот если откажусь, то разрушу все и для себя, и для него.
  - Да, - хрипло шепчу я, потом прочищаю горло и уже более уверенно продолжаю. - Да, я выйду за тебя замуж.
  - Отлично, - на лице самого замечательного мужчины на свете расцветает самая потрясающая в мире улыбка. Он резко притягивает меня к себе и обнимает так, что я чувствую, как у меня трещат ребра. Алек нежно целует меня в макушку, а затем зарывается лицом в волосы. - Тогда завтра подадим заявление.
  - Алек... - осторожно начинаю я, поднимая голову, что бы смотреть в глаза любимого. Мне самой слишком страшно, слишком неожиданно все происходящее. Сердце бьется словно пойманная бешеная птица, пытаясь вырваться на свободу. Но я уже решилась, уже дала ответ и отступить теперь не могу. Рассеяно провожу рукой по его плечу, а голова пустая, совсем не знаю что говорить.
  - Не бойся, - парень нежно мне улыбается, видимо увидел что-то в моем лице или просто почувствовал. Наклоняется и целует на этот раз легким, почти невесомым поцелуем. Вот только меня это не устраивает и когда он начинает отстраняться, я сама накидываюсь на него, углубляя и разжигая поцелуй.
  Отчаянно цепляюсь за него, придвигаюсь как можно ближе, кажется, вообще переползаю к нему на колени. Поцелуй же становится все жарче, языки сталкиваются, заставляя все тело пылать, желая большего. Чувствую, как между ног становится влажно, а низ живота заполняют бабочки. Руки Алека скользят по моему телу, гладят, ласкают, сжимают, так что непроизвольно начинаю извиваться под ними, стремясь быть как можно ближе к любимому. Сама зарываюсь руками ему в волосы, глажу шею, плечи. Хочется большего, начинаю ерзать, тереться о него.
  - Милая, любимая, моя, - шепчет между поцелуев, Алек, крепко сжимая, изучая изгибы моего тела.
  - Алек, я хочу тебя, - признаюсь я. И впервые мне не страшно, не стыдно за свои желания, потому что чувствую его ответное желание, знаю, что его чувства не меньше моих, что не бросит и не предаст, не может. Как и я теперь не могу, потому что вот теперь она - моя жизнь, сидит подо мной и целует так, как никто никогда не целовал.
  - Сладкая моя, - последний легкий поцелуй, так не сочетающийся с каменным кольцом объятий и на меня смотрят раскаленные серо-голубые глаза. - На квартиру.
  Я возвращаюсь обратно в кресло пассажира и мы резко стартуем. Город проносится за окном с фантастической скоростью. Мы летим по дороге, словно за нами кто-то гонится. Внутри все бурлит, как у меня, так и у Алека. Самолюбие приятно греет мысль, что такой потрясающий мужчина так торопится из-за меня. Мы лавируем среди машин, подрезаем, обгоняем, перестраиваемся в каждую лазейку, что бы только не терять темп. Думаю, что так быстро эту дистанцию еще не преодолевали.
  Мы тормозим прямо у подъезда, Алек первым выскакивает наружу и стрелой проносится перед капотом, к моей дверце, я даже не успеваю отстегнуть ремень и вылезти. Алек подхватывает меня на руки и заносит в подъезд. Кажется, это уже начинает приобретать форму привычки, что в этот дом я своими ногами не захожу. Что вчера, что сейчас. В прочем, я только рада.
  Решаю похулиганить, раз уж мы уже не на дороге и начинаю медленно и с чувством целовать, лизать и покусывать шею Алека. Он вздрагивает, еще крепче прижимает меня к себе, но молчит. Значит мы такие крепкие и терпеливые, что ж, усилим натиск. Нежно глажу его по краю ворота, зарываюсь пальцами в волосы, целую за ушком, в начале легонько, затем начинаю рисовать узоры язычком на нежной коже. Этого уже не выдерживают и прижав меня к стенке лифта, начинают жадно целовать.
  - Моя, - оторвавшись, почти шипит Алек. Лифт останавливается, и я не успеваю даже моргнуть, как мы оказываемся возле двери в квартиру. Похоже, что мой оборотень, наконец, теряет свой самоконтроль. Ура мне.
  Влетаем в квартиру, ни на секунду не отрываясь друг от друга. Страсти успели так накалиться и разгореться, что сейчас мозг полностью отключается под их напором. Прямо в коридоре Алек начинает срывать с меня одежду, покрывая поцелуями шею и плечи. Я от него не отстаю, стягиваю с него пуловер, затем майку. Теперь передо мной бескрайний простор накаченной мужской груди. Целую ласкаю, глажу.
  Меня опять поднимают, несут и нежно складывают на постель, продолжая целовать. Я цепляюсь, обхватываю ногами за талию, так что на кровать мы опускаемся вместе. Алек ложится на меня, продолжая поцелуй, мои руки теперь порхают по мускулистой спине. Чувствую, как под ладонями перекатываются мышцы. Хочу быть еще ближе, слиться с ним, стать одним целым, отдать ему все, что захочет, всю себя. Алек отпускает мой рот, спускаясь вниз, целуя шею. Я чувствую запах его волос, кожи, истинно мужской, возбуждающий. Стону под его губами, выгибаюсь.
  Звонит телефон. Столько разнообразных проклятий я давно не вспоминала, благо про себя, вслух я пока отдышаться не получается. Алек на мгновение останавливается, пытается выровнять дыхание, жмурится. Похоже, мы оба ждем, что абоненту надоест звонить и телефон замолчит, но кто-то попался на редкость настырный.
  - Черт! - рычит Алек, резко поднимаясь и хватая валяющийся на полу сотовый телефон. Отворачивается, трет короткие волосы. - Да! Слушаю! Не твое дело! Черт! Уверен? Без меня никак? Блин, что значит требуют?! Я им не собака! Что?! Да пошли они! Нет, наоборот. Хорошо, буду! Как смогу! Все, пока!
  М-да, видимо романтичное празднование помолвки на сегодня отменяется. Сажусь, кутаюсь в покрывало, благо сорвать и скинуть его на пол мы не успели. Любимый мечется по спальни, словно дикий тигр и орет на собеседника. Искренне жалею того, кто на другом конце телефона, хотя посмотреть на вышедшего из себя Алека стоит. И хорошо, что злится не на меня, боюсь, моя психика не смогла бы переварить гнев такой горы мышц.
  - Солнышко, - Алек поворачивается ко мне, тяжело и глубоко вздыхает, словно перед прыжком в воду. - Мне придется уехать. Ребята вышли на мага смерти, надо его схватить, пока не ушел. Понимаешь?
  - Иди уж, - ласково усмехаюсь, глядя на то, как только что фонтанировавший магмой вулкан на глазах превратился в очень виноватого растерянного парня. - Я тебя подожду. Только возьми телефон и позвони, как все закончится, что б я знала, что с тобой все в порядке.
  - Оля... - Алек явно теряется, от чего становится очень милым. Поднимаюсь на колени, подползаю к нему и быстро целую в губы. Теперь у него глаза размером с куриное яйцо каждый и брови от удивления под линию волос взлетели.
  - Алек, радость моя, - глажу по щеке, вновь вдыхаю его неповторимый завораживающий запах, нежно улыбаюсь. - Я знаю, какая у тебя работа, помнишь? И понимаю, что она, безусловно, важна для тебя. С моей стороны было бы ужасно эгоистично требовать, что бы ты сейчас остался или обижаться и дуться, что ты уходишь. Тем более, что я знаю что ты вернешься.
  - Ясно, - Алек выглядел очень недовольным и даже расстроенным, как будто это я прервала прелюдию и теперь ухожу. Растеряно смотрю, как он отворачивается и, подхватив пуловер, выходит из спальни. Вскоре слышу, как громко хлопает дверь. Похоже, он сильно расстроился. Озадаченно сажусь на колени и пытаюсь понять, что же сказала не так.
  
  Глава 11.
  
  Когда я вчера говорила, что знаю, что он вернется, я не учла только когда. Именно об этом я думала на следующий день, глядя, как стрелка на часах переваливает за два часа дня. Я бессмысленно слоняюсь по квартире. Всю посуду уже перемыла, полы протерла, маникюр сделала, обед, плавно перетекающий в ужин, приготовила и чувствую, что еще чуть-чуть и взвою волком. Сидеть ничего не делая, засосаться в телевизор или в книжку не получается, слишком нервничаю, все-таки не цветочки собирать пошел, а мага смерти брать, это вам не фунт изюму.
  К трем часам, устроив себе тренировку и переделав все упражнения, что сохранились в моей девичьей памяти, я понимаю, что больше не могу. Либо он сейчас приезжает, либо я ему звоню. Хотя, звонить, конечно, нельзя, вдруг он там где-то в засаде сидит, и я его этим выдам, но и слоняться загнанным зверем по квартире мне надоело.
  В десять минут четвертого в дверь раздается дверной звонок. Поскольку Алек сам закрывал за собой и у него есть ключи, то особого энтузиазма я не испытываю. Как показывает глазок, за дверью стоит Лена, сестра Алека. Приходится открывать, правда, получается это у меня не сразу, так как с таким мудреным запором я встречаюсь впервые. Но все же победа остается за мной, и я провожаю нежданную гостью на кухню, где вкусно пахнет булочками и кофе.
  - Мне Алек позвонил, попросил составить тебе сегодня компанию, - объяснила цель своего прибытия красотка, наливая себе кофе. Я сажусь на табуретку, делая каменное лицо. Ей он, значит, позвонил, а мне не удосужился, хотя я тут как особо умная амеба сижу и жду от него вестей. Не говоря уже про то, что вчера специально попросила его, как человека, отзвониться, что он в порядке.
  - Ясно, - тяну в ответ, продолжая отсиживать табуретку.
  - Тебе, похоже, эта идея не очень... - морщится Лена. Решаю быть честной и откровенной, хотя не очень хочется выглядеть стервой, но смысла скрывать что-то все равно нет.
  - Просто я его специально просила мне позвонить, что б я не беспокоилась и что с ним все в порядке, а он в место этого позвонил тебе, - говорю и чувствую, как по-детски это звучит, что ж, значит, инфантилизм живет во мне и здравствует, ну и ладно.
  - Так он еще вчера попросил, - девушка то ли смутилась, то ли развеселилась, то ли все и сразу. - Просто я раньше приехать не могла, у меня экзамен был.
  - Правда? А где ты учишься? - хватит обижаться, буду лучше настраивать связи с будущими родственниками, раз уж вчера согласилась на предложение.
  - В архитектурном, - вот теперь Лена точно смущается, перебрасывая волосы на другой бок, так что бы слегка закрывали лицо. - Буду дизайнером по интерьерам.
  - Здорово! - искренне радуюсь. - Я тоже в начале хотела туда, но потом передумала. Тебе нравится? Интересно?
  - Очень, - на лице Лены расплывается счастливая улыбка, делая ее просто таки ослепительной. - Хотя, конечно, многое можно и по книжкам узнать, но вот мастер классы и семинары точно ничем не заменишь. А ты почему не пошла?
  - Решила, что таланта не хватит, да и ездить далеко, к тому же не было денег, что б в архитектурном учиться, - пожимаю плечами, не хочется чувствовать себя бедной родственницей. - Я в универе отучилась, он и рядом был.
  - Круто, - поражается Лена, ну да, наш вуз мало что в лесу стоит, зато один из самых сильных по стране, даже факультет магии есть, даже с магами, как в преподавательском составе, так и в студенческом, так что есть чем гордиться. - А какая специальность?
  - Я историк, - угу, звучит гордо, только работы днем с огнем не сыщешь, наши самые талантливые сейчас по институтам создают себе имя, а деньги в библиотеках магов зарабатывают, книжки перебирая.
  - Ух ты! - восхищается Лена и смотрит на меня уважающим взглядом. Как же приятно иметь дело с впечатлительными личностями, не имеющими понятия о реальной ситуации в современных гуманитарных науках. - А что же ты по специальности не пошла работать?
  - С моей специализацией только в столицу, в Институт Современной Проблематики при Совете Магов, а туда и так не пробиться, да и сил с нервами у меня столько нет. К тому же, опять же надо и денежку зарабатывать, а там бы их столько потребовалось... - неопределенно машу рукой, не желая вспоминать залихватские мечты студенчества о научной карьере, раз уж не сложилось, то теперь уже и думать смысла нет.
  - Жалко, - похоже, Лена понимает мои чувства и не лезет дальше. Смотрю на нее и вижу, что у Алека выросла не просто фантастически красивая, но и адекватная, умная и внимательная сестра. Повезет тому, кто ее захомутает.
  - Я поняла, - с усмешкой перевожу тему. - Теперь я знаю, зачем тебе четыре брата, что б ненужных ухажеров отгонять, а то и красивая, и умная, это уже через чур.
  Смеемся, атмосфера налаживается, так что может быть, не смотря на мой необщительный характер, с Леной мы подружимся. Дальше болтаем обо всем на свете, Лена рассказывает мне, как она учится и что за экзамен был, о друзьях, одногрупниках. Потом у нее звонит телефон, и, извинившись, девушка уходит с кухни на балкон. Я пью кофе с молоком и пытаюсь обдумать резкий поворот, какой сделала моя жизнь меньше чем за неделю. Становится не по себе, но, единожды решившись, отступать я не планирую, просто очень интересно, когда Алек соизволит признаться кто он есть, до или после свадьбы.
  Мне то в принципе все равно, я лично скорее за, чем против. Ведь известно, что когда маги выводили унгунов путем скрещивания оборотней различных видов с людьми и магическими хищными и опасными тварями создавался и механизм контроля то бишь пара.
  Кажется это было перед Второй войной за Эльдар, плавно перетекшей в Первую Европейскую Магическую, тогда Совет Магов во главе с Магистром Фертом создавали существ для защиты человеческих и магических поселений в долинах Эльдара от черных магов и магов смерти, а так же от различных тварей, начиная с гарпий и заканчивая хищными зомби. Получились унгуны: смесь человека, оборотня, химеры и василиска. Милые такие создания с основной человеческой формой, способностью к ее смене на боевую, в коей унгуны выглядят, мягко говоря, устрашающе в виде огромного, метра по три, по четыре ящера, покрытого как чешуей, так и мехом, с чудесными такими сантиметров по пятнадцать-двадцать зубами, когтями, а так же боевым гребем из шипов и шипами на хвосте. В общем, монстр-убийца. Вот только создавали их чтобы защищать и оборонять мирные поселения, а то провизии магам и их армиям стало не хватать, да и рабочие ресурсы необходимо было беречь, не говоря уже о том, что рост смертности гражданского населения был прямо пропорционален росту численности нежити. Поэтому магистры предусмотрели механизм безопасности и контроля. Во-первых, у унгунов изначально заложено очень сильное чувство ответственности, во-вторых, было усилено чувство самопожертвования, то бишь готовность ценой своей жизни защищать кого-то другого. Ну и, наконец, для каждого унгуна была запрограммирована всего одна единственная любовь, единственная пара, ради которой тот пойдет и в огонь, и в воду. Таким образом, контролировалась численность нового вида, так как генотип унгунов является доминирующим, то сокращение женщин в их жизни вело и к сокращению численности потомства возможностями каждой конкретной женщины. Во-вторых, такая единственная пара позволяла хорошо контролировать унгуна, не давая ему уйти или предать, потому что пара для унгуна была дороже и семьи, и собственной жизни, отсюда следовало, что и защищать ее, а за одно и все ее поселение он будет куда как тщательнее.
  Вот с тех пор ребята и мучаются, ну, а такие девицы как я томно вздыхают, что б найти унгуна, верного и преданного. Именно поэтому я совершенно не злилась на Алека и согласилась на предложение, все ж таки не совсем дура и смогла понять, что видимо мне реально повезло и сбылась мечта идиотки, я оказалась его парой, ура мне любимой.
  Откуда я все это знаю? Правильно, от образования. Это для жизни нас ничему не учили, кроме как языком трепать, да и молодая я еще, никто не слушает, а я и не лезу. Но за пять лет, мы успели много интересной информации нахватать, а я даже на спецкурс по истории унгунов к своему научному руководителю ходила. Отсюда и историю, и традиции и привычки знаю, как, например, традицию все основные события в жизни и статус каждого члена клана отображать через зеркало в родовом доме. Чем зеркало больше, тем выше статус. Становится широкое, значит нашел пару. Там еще куча заморочек с цветом, формой, размером и украшениями, как самого зеркала, так и его рамы, что сам черт ногу сломит, но чтоб опознать своих будущих родственников мне хватило.
  - Извини, - на кухню возвращается Лена, отрывая меня от размышлений. - Звонил Андрей, спрашивал все ли у нас в порядке. Сказала, что ты пока жива, и мы друг друга еще не загрызли.
  - Андрей это тот брат, которого вчера не было? - напрягаю память, пытаясь понять о ком сейчас идет речь.
  - Да, - Лена смеется, потом резко хмурится. - Ты извини, что родители вчера так насели на вас. Они просто за Алека очень беспокоится, он среди нашего поколения первым нашел...
  Тут она осекается и испуганно смотрит на меня. Изображаю хищную улыбку. Будем делать своего союзника, в крайнем случае, даже если сдаст, то ничего страшного, не сбежит же.
  - Пару? - невинно предлагаю я и, видя ошарашенное лицо будущей родственницы, начинаю просто неприлично ржать. - Прости Лен, не могу, у тебя такое лицо смешное. Знаю я кто вы, знаю.
  - Тебе Алек сказал? - недоверчиво предполагает она.
  - Нет, - мотаю головой. - Я же сказала, кто по образованию, мы вашу историю проходили, а у меня еще и диплом с уклоном в межкультурную коммуникацию, плюс научный руководитель Кастуров Сергей Васильевич, думаю, ты знаешь такого?
  - Дядя Сережа? - ошарашено шепчет Лена, а глаза при этом становятся такие огромные-огромные круглые-круглые. Тут я немного удивляюсь, хоть и предполагала, что они должны знать ведущего специалиста по унгунам, но что он тоже один из, всегда только подозревала, наверняка мне было неизвестно. - Как, однако, тесен мир. А ты видимо и есть та Оля, что его дочери зайца подарила?
  - Ага, - скрыть свое изумление не получается. - А что? Он обо мне говорил?
  - Да, все хвалил за мозги, а потом ругал, что в науку не пошла, - теперь на меня смотрят как на окончательно свою. - Вот расскажу Алеку, он долго удивляться будет. Дядя Сережа ему раз дцать предлагал с тобой познакомить, а брат все отказывался, теперь будет знать.
  - Что?! - подбираю с пола остатки челюсти. Никогда бы не смогла представить своего худощавого серьезного и строгого научрука в роли свахи.
  - Ага, - Лена энергично кивает головой, а затем смеется. - Теперь ты очень смешная. Но раз ты знаешь и все равно тут, значит все намного лучше, чем мы надеялись.
  - Я так понимаю все эти переживания из-за его схожести с дядей? - морщусь я.
  - Ты в курсе про Филиппа? А ну да, Сашка рассказывал, что вы встречались, - теперь девушка грустно-задумчивая, я смотрю на нее и пытаюсь понять, что же там такого произошло, что теперь вся семья на воду дует. Видимо, у меня в этот момент все на лице написано, хотя она же унгун, может многое учуять. - Фил младший из братьев, последним нашел свою пару. Скажу честно, большей стервы я в жизни не встречала и надеюсь не встретить. Такая вся из себя фифа с повадками уличной кошки. А как она узнала, что дядя ее любит, так стала им крутить, как хочет и деньги тянет, и изменяет, и гадости говорит. Они уже пять лет вместе, так Фил до сих пор от нее скрывает, кто он есть. А ты ведь понимаешь, что это для нас очень не просто?
  - Да уж, - растеряно тяну я. Похоже, у Лены накопилось злости на эту особу, вот она ее сейчас и выплескивает. - А чего это она так? В смысле, у каждого же есть причины для поведения... Просто странно...
  - Да ничего странного, - рассержено отмахивается Лена. - Просто легкомысленная и самовлюбленная. Привыкла с детства, что она единственная и самая замечательная и что с ней все носятся и делают, как велят. Избалованная, не ценит ничего, а Фил это только усугубляет, боится, что бросит, вот и стелется. Хотя по мне, лучше б бросила, а он бы другую нашел. Жаль только, что это невозможно.
  - Но я то не такая! - вдруг понимаю, что меня все это время сравнивают с особой не самого приятного характера. Начинаю злиться, ведь вроде и поводов не давала, ну или давала, но не много ведь. - С чего вы взяли, что я себя также вести буду?!
  - Никто не знал, - Лена пожимает плечами. - Мы тебя первый раз видели. Нам же Алек не сказал, что ты дяди Сережи протеже. А брат очень уж на Фила и внешне и характером похож, вот мы и боялись, как бы судьбой похож не оказался.
  - Ясно, - тяну в ответ. Вот и разобидеться хочется, и смысла в этом нет. - Ну, так официально заявляю, что Алека я люблю, изменять или мучить не собираюсь и то, что он не человек меня вполне устраивает.
  Молчим, пьем, Лена чай, я опять кофе, скоро оно у меня из ушей полезет. Начинает болеть голова, что и не мудрено, целый день взаперти сижу, никакого свежего воздуха, да и на нервах вся.
  - Может погулять сходим? - предлагаю. - А то надело уже тут сидеть.
  - Можно в центр съездить, в сквер, к фонтанам, - соглашается Лена. Ей похоже тоже надоело в четырех стенах.
  Собираемся, одеваемся. Я во вчерашнем мятом платье на каблуках и без макияжа смотрюсь странно. Лена в светлых джинсах с низкой посадкой, кашемировой кофточке и ботильонах выглядит свежо и прекрасно. Одеваем куртки. Контраст все равно слишком разителен, так что на внешний аспект остается просто забить или думать, какая я замарашка. Последнее плохо для самооценки и мироощущения, пожалеть я себя всегда успею, а сейчас не хочу.
  На улице Лена достает брелок от сигнализации и открывает маленький бордовый Опель. И здесь немецкий автопром. Интересно они их специально так подбирали или просто нравятся. Садимся. Машинка маленькая, но очень уютная и удобная. Пахнет какими-то духами, но запах легкий и не раздражает. Сидения, слава богам, не кожаные, а обычные, так что попа прилипать не будет.
  Вишенка оказывается довольно резвой, а Лена, как и положено, отличным водителем. Легко вливаемся в поток движения и летим к центру. Играет радио, там крутят очередную модную песню, спродюсированную сыном главы Совета Магов, так что от этого мотива уши уже устали. Не то что бы песня плоха, она то как раз нормальная, но в таком количестве и шоколад по вкусу начинает напоминать уксус.
  Прелесть маленькой машины заключается в удобстве ее парковки. Мы находим место с первого раза и достаточно близко к скверу. На улице сегодня солнце, последние теплые денечки перед затяжной зимой. С деревьев уже облетела вся листва, фонтан отключили, но модной кофейне в правом углу это никак не мешает, там как всегда полно народу, тепло и шумно.
  - Я не могу больше пить кофе, даже настоящее, правильно сваренное, - жалуюсь новой подруге, разглядывая со вкусом оформленное одноэтажное здание в окружении осенних деревьев.
  - Тогда пошли просто погуляем, - предлагает Лена, закрывая машину и оглядывая внимательным взглядом сквер.
  - Это привычка или часть натуры? - любопытствую я. Надеюсь, не обижу такой наглостью, но надо же мне знакомиться с особенностями новой родни.
  - Что? - Лена непонимающе поворачивается ко мне, но потом до нее доходит, и она слегка улыбается. - Часть натуры. Мы же все-таки на две трети хищники.
  - Хм-м... - в голове крутится целый рой мыслей и ни одной приличной. Вчерашняя незавершенность дает о себе знать, пробуждая всякие интересные фантазии на тему. - А какие у вас еще особенности, что б заранее подготовиться?
  - Ну, у мужчин и женщин, сама понимаешь, все по-разному, но я своего братца знаю, так что постараюсь помочь, - на секунду Лена замолкает, поправляя выбившийся локон. Мы как раз сворачиваем на одну из пустынных тропинок, так что говорить можно свободно, некому подслушивать. - Ты же ведь из-за брата интересуешься?
  - Угу, - киваю, губы сами по себе расплываются в хитрой мечтательной усмешке. Сейчас я все его секреты выведаю, а потом может, что интересненькое придумаю.
  - Просто помни, что мы хищники. А брат к тому не один год прослужил в спецназе и много чего успел повидать. Он, конечно, очень умный и под тебя сильно подстраивается, потому что ты ему нужна. Но на самом деле он куда примитивнее, - тут Лена усмехается. - Собственно все они. И основным для него является инстинкт затащить тебя в пещеру и там запереть для надежности.
  - Это мы уже проходили, - смеюсь в ответ. - Ты меня как раз из пещеры вытащила.
  - Да, точно, - мы обе смеемся, распугивая случайно встреченных ворон. Те с недовольным карканьем улетают искать более спокойные места. У меня начинает жужжать телефон, затем играет мелодия, которую я ставила на Алека. Теперь как полоумная начинаю рыться по куртке, чтоб быстрее найти сотовый.
  - Здравствуй солнышко мое, - на том конце уставший, немного хриплый, но неимоверно мягкий и нежный голос любимого.
  - Алек! Как ты там? - все мое беспокойство поднялось, словно цунами и сейчас лилось в трубку. - Все в порядке? Ты цел? Почему так долго не звонил?!
  - Солнышко, все в порядке, мы его взяли, так что скоро буду дома, - голос у Алека безмерно уставший, но все равно довольный. Внутри все само тянется к нему, обнять, приласкать, поделиться своим теплом и любовью.
  - Замечательно, - мурлычу ему в ответ. - Я в тебе ни секунды не сомневалась.
  - Скажи ему, что мы в сквере, а не дома, - шепотом советует мне Лена, но Алек похоже все равно ее слышит.
  - Оля, вы где? - теперь голос куда тверже и собраннее.
  - Мы погулять поехали, сейчас в центральном сквере, - тут же отвечаю я, не хочу, чтобы он волновался, я ему лучше потом другие куда более приятные волнения устрою. - Если хочешь, приезжай к нам, мы тебя кофеем с плюшками в кафе угостим.
  - Скоро будем, - бурчит в ответ и отключается. Перевожу непонимающий взгляд на удивленную Лену.
  - Это что сейчас было? Переведи мне, пожалуйста, на нормальный человечий, чего он взбеленился? - расстроено прошу я, в прочем чувствую, что где-то внутри начинает закипать злость. Я его жду, беспокоюсь, а он бурчит, отключается и сам обижается. И стою я такая вся из себя с высшим образованием, и понимаю, что ни хрена не понимаю чем я его задела и обидела.
  - Он просто волнуется, что ты на улице и без защиты, - объясняет мне Лена, осторожно обнимая рукой за плечи и отводя к скамейке. - Не обижайся, это просто инстинкт, что пара должна быть в полной безопасности. Для нас это первоочередное, самое главное, все остальное уже не важно. Я ведь говорила про пещеру, ну вот.
  - Но ведь со мной ты? - непонимающе смотрю на красавицу и чувствую себя маленьким ребенком, которому умная тетя про жизнь объясняет.
  - Я самая слабая в семье, - Лена пожимает плечами, но я вижу, как ее ужасно напрягает такое отношение. - И братья меня чуть ли не простым человеком воспринимают, а не как равную себе, не защитницей, а всего лишь украшением.
  - Дураки, - флегматично замечаю я, вызывая легкую улыбку собеседницы.
  - Ну, от этого не легче. Так что ты не расстраивайся, он просто очень за тебя беспокоится, а если еще и оборачивался, то и безумно устал, значит, контролировать себя получается не очень.
  - Вот приедет, я ему контроль устрою, - шутливо грожу воздуху кулаком. Злиться и обижаться уже расхотелось, он ведь, получается, за меня волнуется, глупо это не ценить. Ну, а то, что будут у нас недопонимания и столкновения, так это и ежу ясно, все-таки даже инстинкты разные, что уж говорить о воспитании. Он вообще отлично держался все это время, если б специально не искала, то и не заметила бы признаков, что не человек.
  - Ты с ним нежнее, - серьезно советует Лена. - Если он сразу с задания примчится, то владеть собой будет плохо, понимаешь?
  - Конечно...
  Я не успеваю закончить мысль, так как слышу скрип тормозов. На наших с подругой глазах черный спортивный ауди полицейским разворотом паркуется у ограды сквера и с водительского сидения, не обращая внимания на гудки рассерженных автомобилистов, в сквер буквально выпрыгивает Алек. Даже сквозь голые ветки деревьев видно, что вид у него не совсем человеческий. Следом из машины выбираются Паша и Андрей, оба безмерно обеспокоенные. Паша машет нам руками, что-то сигнализируя.
  - Быстрее, надо уходить, - голос Лены скрывается, а на лице я вижу чистейшую панику.
  - Что случилось? - я непонимающе смотрю то на нее, то на бегущего к нам и постепенно превращающегося Алека. Тело словно заморозило, не могу пошевелиться, как зритель смотрю на происходящее.
  - С ним что-то не так, быстрее, ты можешь оказаться в беде, - Лена тащит меня, но уже поздно к нам, бешеным вихрем подлетает Алек.
  Он вырывает меня из рук сестры и начинает тщательно осматривать и ощупывать, словно боится, что я могу быть ранета. Из изменившегося горла вырывается рычание, перемежаясь громкими рыками и шипением. Но руки его с длиннющими и острющими когтями прикасаются ко мне очень осторожно и нежно. Я стараюсь не шевелиться и почти не дышу. Не потому что боюсь, хотя есть и это, в первую очередь, потому что не знаю как себя вести.
  Признаться при виде изменившегося Алека я ощутила шок. Да, конечно, это все тот же мой любимый замечательный мужчина и я ведь знаю кто и что он. Но знать и видеть перед собой две очень разные вещи. Особенно когда он рычит и сверкает на меня глазами. Но первое потрясение начинает проходить, я приглядываюсь и вижу страх и беспокойство на его изменившемся лице, а глаза у этого существа все равно его глаза и полны они заботы и любви. Это все равно мой Алек, я чувствую это всем сердцем. Протягиваю к нему руку и глажу по покрытой жесткими блестящими крошечными чешуйками щеке, у висков, на скулах и подбородке у него уже прорезалась самая настоящая шерсть, да и черты сильно изменились, став лишь отдаленно напоминать прежнее хищно-прекрасное лицо. Он весь ко мне склоняется, практически окружает своим увеличившимся гибким сильным телом. Не смотря на кровь рептилий, он пышет жаром, как большая доменная печь. Алек жмурится и стонет под моим прикосновением.
  - Милый, любимый мой, - шепчу ему, гладя его по щеке, лбу, подбородку. Потом вспоминаю, что мне говорила Лена про императивы. - Со мной все в порядке, Алек, все хорошо, не волнуйся.
  - Оля, - мое имя звучит у него словно рык дикого зверя, но от этого не менее сексуально. У меня все тело откликается на этот звук, непроизвольно тянусь к нему, желаю быть ближе, обнять, успокоить, поддержать. С приглушенным полурыком, Алек склоняется еще ниже, зарывается лицом в мои волосы, трется носом и щекой о висок, потом о шею, нюхает меня, тяжело вздыхает и немного расслабляется. Его руки перестают бабочками порхать по мне и крепко обнимают за талию и шею.
  Вдруг раздается пронзительный женский крик, затем еще один и еще. Алек отрывает от меня голову и оглядывается по сторонам, я тоже пытаюсь осмотреться, но он крепко прижимает меня к себе, так что невозможно пошевелиться.
  Судя по всему, увиденное Алеку очень не нравится, хватка на моей талии и шее становится куда крепче, так что когти начинают впиваться даже сквозь теплую куртку и тонкое платье. Начинаю напрягаться, так как ощущения не самые приятные.
  - Ал, брат, - тихий не очень знакомый голос зовет откуда-то справа, Алек напрягается, но я чувствую по движению плеч и груди, что он поворачивается в сторону голоса. - Это я Андрей. Не волнуйся. Отпусти ее, брат. Ты причиняешь ей боль. Отпусти.
  Алек снова начинает рычать и до меня начинает доходить, что одними только волнением, беспокойством и усталостью такое поведение объяснить нельзя. Начинает пробирать страх пополам с ужасом.
  - Лена, что происходит? - тихо и мягко спрашиваю подругу, она точно где-то там и намного лучше понимает что происходит.
  - Оленька, - голос Лены срывается, она плачет, почти в истерике, голос полон горя и отчаянья. Меня подобное совсем не успокаивает, но я продолжаю обнимать Алека и нежно гладить по бугристой от мышц, с начавшим формироваться шипастым гребнем, спине.
  - Оля держись, - это, видимо, Паша, голос знакомый, но какой-то весь не такой. - С Алеком беда, похоже, маг успел заразить его безумием унгунов. Нам надо оторвать его от тебя, чтобы увести или успокоить, но пока он тебя держит, мы ничего не можем сделать.
  - Паш, все хорошо, - пытаюсь успокоить парня. Может я какая-то безумная сумасшедшая, но не вид, ни сила Алека меня не пугают. Что-то во мне, что куда глубже всяких интуиций, прозрений и шестых чувств, знает: он никогда не причинит мне вреда, в каком бы состоянии не находился. И что сейчас его просто надо успокоить, умиротворить и расслабить, и тогда он придет в себя.
  Вот только у окружающих судя по всему совсем другое мнение на этот счет, потому что меня грубо дергают за талию, при чем с такой силой, что когти Алека успевают как следует прорезать кожу, прежде чем он инстинктивно отпускает меня. И вот я уже лежу где-то в стороне, меня держат двое каких-то добровольцев, возомнивших себя героями.
  А Алек... А Алека вяжут его братья. Он ревет раненым зверем и вырывается из их захватов. В сторону отлетает Андрей, попутно подчистую снося приваренную к тротуару скамейку. Он тут же поднимается и снова кидается на старшего брата.
  А мне приходится отбиваться от особо ретивых помощников, решивших оттащить меня в сторону. Пытаюсь вырываться, но ужасно болят пораненные спина и шея. С губ невольно срывается стон, когда меня хватают за бок. Это привлекает внимание Алека. Мы встречаемся с ним глазами, на секунду он словно приходит в себя. А затем получает удар в челюсть. По скверу разносится бешенный рев зверя и я понимаю, что до этого не видела его полностью перевоплотившимся, а вот сейчас увижу.
  
  Глава 12.
  
  Его тело словно в дымке начинает расти, увеличиваться, все больше походя на огромную, почти четырехметровую ящерицу, прокрытую толстыми серо-зелеными чешуйками, между которыми растет короткий жесткий темно-коричневый мех, больше похожий на иголки, чем на мягкую шубку. Руки и ноги становятся длиннее, туловище мощнее и мускулистее. На локтях и коленях появляются длинные острые шипы. Когти на руках становятся еще больше, на них ярко выделяется темная кровь. Длиннее становятся и острые зубы, которые уже не вмещаются в увеличившуюся челюсть и острыми клыками торчат наружу. Изменениям подвергается и само лицо, окончательно перестав напоминать человеческое, оно сейчас походит на смесь волчьей и вараньей морд. Теперь это существо ничем не напоминает Алека, передо мной стоит жуткий монстр из ночных кошмаров.
  Люди с криками разбегаются в стороны, Паша с Андреем матерясь сквозь зубы, пытаются удержать рвущегося ко мне брата. Оба уже начали терять человеческий вид, обращаясь, чтобы справиться с силой Алека. Но в отличие от него младшие браться поменьше, да и контролируют себя значительно лучше, а потому Алеку хватает сил справляться с ними обоими.
  А я стою соляным столбом с открытыми от изумления глазами и ртом. Точнее меня как этот самый столб пытаются утащить куда-то в сторону, подхватив за талию и под ноги. От очередного перехватывания моей сползающей тушки добрыми людьми, я, наконец, прикусываю язык. Это приводит меня в чувства, начинаю соображать и, следовательно, отбиваться. Положения куля, который так бесцеремонно тягают по всему скверу, меня совершенно не устраивает. Да и кто им дал право меня хватать и таскать, где там мои защитнички, а то сейчас самой драться придется.
  - Да отпустите же меня! Я вам, что мешок с картошкой?! Сама прекрасно могу ходить! - приходится локтями и коленками пробиваться на свободу от через чур активных спасателей. Видимо добрые люди решили, что от шока я впала в маразм или вовсе с ума куда-то сошла. Так что приходится взывать к подкреплению, все равно стоит без дела, слезы льет. - Лена! Лена спасай меня! А эти придурки меня совсем добьют, пока утащат!
  - Сама дурра! - обижается один из спасателей, бросая мое побитое тело на землю, так что больно ударяюсь плечом, и оно начинает неметь. Завтра вся буду в синяках и ссадинах. От второго активиста меня освобождает подруга, она же помогает подняться. Очень оперативная девушка. И минуты не прошло, как она стояла почти в двадцати метрах от меня, а теперь вот уже рядом, отбивает от энтузиастов.
  - Оля, ты что? - шипит красавица, осторожно отряхивая меня, так чтобы не задеть поврежденные места. В прочем, я такая чумазая, что приведение в порядок без горячей ванны все равно невозможно. - Зачем кричишь? Ты же его еще сильней провоцируешь! Я ведь тебе объясняла!
  Перевожу непонимающий взгляд с нее на Алека, который, во-первых, уже окончательно не человек и даже не прямоходящий, а во-вторых, чересчур близко находится, таща на себе, как на буксире двух почти обернувшихся братьев. Вот только смотрю я не на них, а на мужчину, которого думала, что люблю. А сейчас, сейчас начинаю сомневаться.
  Ко мне тянется жуткое клыкасто-зубастое создание без проблеска интеллекта в мутно серых глазах с вертикальными зрачками. В этом звере нет ничего от Алека. Глядя на него, начинаю осознавать, что возможно права была Вика, когда говорила, что я просто не представляю, с чем могу столкнуться. Все тело от пальцев ног до кончиков волос пронизывает первобытная паника, страх перед хищником, для которого ты всего лишь добыча, еда.
  И монстр чувствует мой ужас, втягивая воздух, припадая к земле и рыча. Все его тело напрягается, двигаясь легко и грациозно, не смотря на двух висящих на нем собратьев. Если бы ситуация была иной и смотрела бы я на все это дело издалека, а не в метре от себя, то зрелище казалось бы мне потрясающе прекрасным. Но сейчас я могу лишь сжаться от ужаса в ожидании нападения.
  Вот только зверь не нападает. Прижавшись к земле передними мощными лапами, он медленно подползает ко мне, подставляя почти полуметровую лобастую голову. Словно щенок, жаждущий ласки, он осторожно тыкается носом мне в бок, фыркает, обнюхивая мою руку, и тихо шипит на окружающих.
  Я смотрю и не могу поверить своим глазам и ощущениям. То, что до боли пугает меня, пытается ко мне подмазаться. И в душе зарождается понимание, что я некоронованная королева всех дур и идиоток. Что Алек в любых формах и видах будет заботиться обо мне. Что я всегда знала, знаю, и буду знать: он для меня защита и поддержка, а не угроза. Что он, возможно, единственное существо во всей вселенной, на которого я могу полностью положиться. Что, будучи человеком или зверем, он все равно остается все тем же заботливым, ласковым и добрым. И что безмерно, всем сердцем и душой люблю его и готова отдать ради него абсолютно все.
  - Быстрее, пока он успокоился, - шепчет Лена, пытаясь оттащить меня подальше от Алека. Вот только я сегодня через чур стационарная, фиг сдвинешь. - Оля, пошли, быстрее. Надо уходить.
  - Лен, - спокойно отворачиваюсь к девушке и с удивлением отмечаю, что и она начинает оборачиваться, лицо уже изменилось, на висках проступает блестящая лиловая чешуя. Надо срочно вмешаться, а то они поубивают друг друга и меня заодно. - Успокойся. Дайте мне поговорить с ним, я попробую привести Алека в чувство.
  - Ты с ума сошла?! - рычит мне Андрей, пытаясь оттащить от меня старшего брата. Тот шипит низким пробирающим до костей звуком. Вздрагивают все, и люди и нелюди.
  - Мы все равно ничего не теряем, - уже тверже заявляю я. Ведь никогда себе не прощу, если сейчас не попытаюсь, не буду бороться за него.
  - Не боишься? - недоверчивое шипение Паши. Он внимательно разглядывает меня, словно неведомое науке и магии животное.
  - Все будет хорошо, - с уверенностью, которой в себе совершенно не ощущаю, заявляю я.
  Теперь надо действовать, вот только все равно страшно, ведь это все-таки не человек и мыслит он иначе. Тем более, Алек болен, ребята сами сказали об этом. Значит необходимо собраться, мобилизоваться и отбросить все лишнее. Сейчас от меня зависит слишком многое. Ведь пара для унгуна не только способ контроля, но и лучшее лекарство и энергетическая подпитка. А значит, между нами существует невидимая простому глазу связь и если постараться, то может мне удастся пробиться к нему самому и вернуть сознание.
  Протягиваю руку ладонью вверх. Так обычно знакомятся с собаками, давая себя обнюхать. В прочем с кошками, насколько я знаю, знакомятся так же, может и сейчас прокатит. Жду, затаив дыхание, как инстинкт сработает в случае с больным безумием унгуном. То есть оттяпает руку или признает.
  Признает, сам тянется, ластится. Начинаю нежно гладить его по чешуе, трепать клочкастый мех. Алек прижимает ко мне свою голову и тяжко вздыхает, переставая ожесточенно сопротивляться напору братьев. Те растеряно отступают, видимо не ожидав такой реакции. Но к нам уже бежит следующая толпа добровольцев во главе с полицией и каким-то магом.
  - Паша, не пускайте их, - быстро шепчу я, не отрывая взгляда от огромного монстра у моих ног. - Они все только испортят.
  - Хорошо, - кивает младший из братьев. Он с Андреем и Леной окружают нас, объясняя группе захвата, что же тут происходит и почему им нельзя всадить в Алека дезинтегрирующее заклятье. Я их не слушаю, что-то мне подсказывает, что и парни, и девушка костьми в этом сквере лягут, но не дадут Алека в обиду, пока будет хоть малейший шанс спасти его.
  Концентрируюсь на звере. Теперь глажу уже обеими руками, нежно провожу по ушам, бровям, щекам или тому, что было щеками. Встречаюсь с ним взглядом. В тусклых серых глазах с тонким вертикальным зрачком на меня смотрят ярость, злость, бешенство. Но и преданность, забота, страх. Последнее больше всего дает мне надежду. Ведь преданности можно добиться, заговорив кровь. Но страх говорит о том, что Алек все-таки что-то осознает, понимает. Наклоняюсь к нему поближе.
  - Со мной все хорошо, я жива и здорова. Я люблю тебя. Люблю больше всего на свете. Ты понимаешь? - по телу зверя проходит волна. Мускулы всего тела сокращаются и расслабляются. Значит, что-то все-таки услышал и понял. - Кивни, если понимаешь, что я говорю.
  Но ответной реакции нет. Все оказывается не так просто. А жаль. В душе снова поднимается паника, но на этот раз не за себя. Вдруг у меня не получится, я не смогу, не справлюсь. Боги, да я сама потом не захочу жить, не смогу простить себе, да и просто не смогу без него.
  На волне адреналина приходит воспоминание, как я прикоснулась к Филиппу, чтобы утешить тем безумным утром после сумасшедшей ночи. Ведь я тогда что-то почувствовала, из меня словно шла сила. И пусть это самообман, пусть всего лишь иллюзия, все равно стоит попробовать.
  Набираю в сердце, грудь всю любовь и нежность, что есть у меня. Они, как огромное облако светящееся и пахнущее цветами сгущаются, собираются. Я созываю все что есть, рву из самых глубин самой себя, ведь сейчас ничего не жалко. А потом направляю сквозь руки к своему любимому. Открываю в себе все шлюзы, позволяя чувствам, эмоциям и энергии возникшей на них, открыто выплескиваться на Алека. Но этого оказывается мало, слишком мало, для того, чтобы пробиться к нему, достучаться до его сознания и души.
  Становится ясно, в этой битве мне придется идти до конца, вытягивать все, что есть, чтобы спасти его. Готова ли я на это? Да, готова. В душе начинаю молиться всем известным мне богам, разрываю свою душу, чтобы помогли. Я готова отдать, и отдаю саму свою суть, ту энергию, благодаря которой я живу, и существует моя душа. Отдаю большую часть Алеку, чтобы вернуть его. Зову его, тяну его сквозь болото, в котором он увяз уже выше самой макушки, что и дышать нельзя. Но я все равно тяну.
  А другую часть души посылаю вверх, во вселенную, как жертву богам. Что бы услышали, помогли, спасли того, кто мне дороже всех на свете. Прости мама, прости папа, все вы близкие родные простите меня, но сейчас я готова, я с радостью рву, ломаю, убиваю себя только чтобы достать достаточно сил, магии на его спасение.
  Но магия идет, протекает в болото, где спрятана, запаяна душа любимого, сила растворяется, энергии вновь недостаточно, чтобы вытащить назад. Могу лишь слегка почувствовать, ухватить его сознание, но недостаточно, чтобы вернуть. Отчаянье наполняет сердце, понимание, что в этом чертовом сквере мы умрем оба, потому что я не остановлюсь. Потому что буду продолжать тянуть его, тащить до последней крупицы силы. Но этого не хватает, этого уже мало. А значит, когда кончится энергия души, и я умру, Алека убьют. Родным братьям придется уничтожить его, как уничтожили родственники парня в штатах и множества других унгунов по всему миру.
  - Алек, милый, дорогой, я люблю тебя, - отчаянно шепчу из последних сил, сидя перед ним на коленях. Где-то вдалеке слышу испуганные голоса, кто-то зовет меня, но я не отвлекаюсь. Сейчас все во мне направлено, нацелено на одну единственную цель: спасти его, спасти и выжить, не смотря ни на что.
  Инстинкты во мне оказываются сильнее, боевитее умирающих разума и сознания. Человек вообще тварь живучая, даже если сам того не осознает. А при должных стимулах так и вовсе способен на чудо. Вот и я, точнее мое подсознание или что-то еще более глубокое, оставшееся в наследство с первобытных времен от животных предков, когда вовсе не разум правил бал, а что-то куда более примитивное, это что-то борется, ищет выход. Оно не желает подчиняться и умирать, а хочет жить, сохранить организм, тело, душу и готово сражаться, нет, уже сражается за это.
  И это что-то примитивное, живучее, дикое находит путь, тропку к спасению. Я чувствую всем своим существом, телом, остатками утекающей души, умирающими чувствами, как во мне словно трескается какая-то преграда. Словно плотина на полноводной реке рушится и огромный мощный поток нерастраченной силы, энергии врывается в меня.
  В первый момент меня охватывает полный ступор. Шок от внешности звериной ипостаси Алека ничто по сравнению с этим. Замирает даже бессильное тело, статуей застывая возле унгуна. Тот тоже чувствует перемены и начинает тихо рычать, шипеть и скулить.
  Наверное, есть и какая-то внешняя реакция окружающих нас людей и нелюдей, но мне сейчас не до этого. Я пытаюсь справиться с собой, укротить, обуздать бешено несущийся поток, сметающий мои хрупкие ограждения. Остатки памяти говорят, что энергию необходимо перенастроить, вложить зов, жизнь, любовь, чтобы не просто вливать в затуманенное болезнью сознание Алека, а тащить его на себя. Ведь если сразу перенаправить всю эту мощь на него, можно просто выжечь все, что скрылось под гладью трясины.
  Но то же, что смогло пробиться к силе, те же инстинкты, из последних сил искавшие выход, сейчас подсказывают, что энергия правильная, такая как мне и необходима. Я вновь чувствую, как по телу горячей волной распространяется любовь, нежность, забота. Надо лишь сдерживать, контролировать объем энергии, пропускать сквозь себя, как воду сквозь редуктор и тогда все получится. Такой силы и мощи мне должно с лихвой хватить, чтобы спасти Алека.
  - Все получится, радость моя, все будет хорошо, - еле слышно шепчу онемевшими губами. Обрывком сознания улавливаю тихий скулеж, издаваемый моим любимым, гул голосов, какие-то крики, ругать вокруг. Частично осознаю, что во внешнем мире сейчас очень шумно и что-то очевидно происходит, возможно, важное, возможно касающееся меня и Алека.
  Вот только меня там больше нет, прежде чем пробиться к источнику силы, я почти полностью отдала себя, свою душу на спасение самого дорогого. И теперь не знаю, вернусь ли обратно, смогу ли восстановиться и жить, смогу ли вообще выжить. Но это для меня и не важно, самое главное вытащить его. Я сама сознательно выбрала эту цель. Сама пошла на все и сейчас не могу спасовать, не имею права отступать, потому что у каждого есть своя точка невозврата. У каждого есть что-то или кто-то дороже жизни, вечности, души, дороже и важнее всего себя. И сейчас я эту точку преодолела, сделала выбор и перешагнула через понятия жизнь и смерть, самосохранение и выживание ради спасения и благополучия другого существа, неизмеримо более ценного и дорогого мне, чем собственная жизнь.
  Энергии достаточно, она разделяется на ручейки, сплетается, соединяется, превращаясь в толстые потоки. Они прорывают, пробивают ледяную толщею болота, под которой Алек уходит от меня все глубже и глубже. А уже там сила, энергия, наполненная непонятной мне сейчас магией, подчиняясь моим приказам, превращается в мелкоячеистую сеть. Ячейки становятся все меньше и меньше, волокна силы тоньше, но их хватает, что бы обернуть сознание Алека, каждую малейшую его частичку. Сила непрерывно протекает сквозь меня в глубину магического безумия, насланного на унгуна магом смерти. Я чувствую насколько это чуждая для нее среда, как распадается, разрушается моя энергия. Ничего удивительно, что даже самого большого дара человека, его души, не хватило для спасения, энергия просто умирает внутри стеклянного болота, куда утянуло Алека.
  Наконец, злое заклятье поддается, мои путы вытягивают душу, сознание и подсознание Алека на свободу. Сейчас они в коконе моей силы, вне тела, так что нет ничего удивительного, что зверь под моими холодными руками дергается и ревет. Судя по всему, дергаются и остальные вокруг нас, но братья держат слово и никто не мешает, не лезет, куда не просят. Сейчас я могу все сделать как надо, могу закончить, спасти и его и себя. Радость и эйфория поднимаются в пустоте, что осталась внутри меня. Но не время, надо все сделать, закончить, прежде чем поддаваться эмоциями, которыми пропитана энергия из источника в глубинах меня. Все еще может пойти не так, испортиться, а я не имею на это права. Сейчас не тот случай, когда можно ошибаться.
  Болото начинает трещать в такт завываниям звериной формы Алека, нервно дрожащей, выгибающейся возле меня. Теперь заклятью не на чем пировать, огромная, практически неисчерпаемая энергетика унгуна больше недоступна, она в моем коконе, нежится в потоках любви, заботы.
  Болото начинает сереть, бледнеть, трещать, разрываться и распадаться. Я тщательно стараюсь отрезать от него все возможные источники энергии. Приходится воздействовать на физическое тело любимого. И у меня это даже получается. Раньше бы и в голову не пришло, что могу легко отключать, затормаживать или просто перенаправлять энергетические токи организма. Но теперь, существуя на голых инстинктах, просто не задумываюсь над границами своих возможностей. Сила во мне, подчиненная главному и единственному императиву спасти и вылечить, послушно выполняет все, что может быть необходимо для реализации задачи.
  Наконец, заклятье болезни разрушается, развеивается, словно злобный туман. Я осторожно проверяю, осматриваю пустыню внутри Алека, что осталась после болота. Наверное, со стороны он сейчас выглядит просто трупом, мертвецом. В прочем и я не лучше. Но прежде чем возвращать душу и все к ней прилагающееся обратно, в свое жилище, необходимо проверить, что зло не спряталось, не оставило свои споры, чтобы вновь пробудиться с возвратом хозяина. Потому что повторно я вряд ли переживу подобные манипуляции, да и вряд ли найду в себе силы, решимость и чувства, чтобы повторить такое лечение.
  Наваливается, усталость, апатия. Несмотря на продолжающую бить ключом энергию разрушение души дает о себе знать. Тело отвергает силу, не воспринимая ее без содержимого. Эта энергия не пригодна для изготовления зомби, а без души тело оживает только таким извращенным образом.
  Но пока еще рано отключаться, впереди еще куча работы и надо держаться. Проношусь словно вихрь теплого весеннего ветра над внутренним миром Алека. Но все чисто. Тот, кто придумал это мерзкое проклятье, не подозревал о моем методе лечения, так что зараза распалась и погибла полностью, оставив пространство для души Алека практически стерильным. Лишь моя любовь и то, насколько я нуждаюсь в нем, не могу без него, легким следом осыпается внутри оболочки тела.
  Знаю, что не права, совершаю зло, привязывая его к себе, а себя к нему подобными узами, заставляя его принять без права выбора мои чувства, признать меня как часть себя, но уже не могу иначе. Страх, одно и немногих оставшихся мне чувств, поднимается в пепелище души, подстегивая покрепче привязать к себе того, кто стал самым важным, самым дорогим во всех мирах, измерениях и состояниях.
  Наконец, направляю сознание, душу и подсознание Алека на их законное место. Тело под моими руками дергается, начинает дышать, но пока не меняет форму. Я же добавляю еще энергии в след вернувшемуся содержанию Алека, что бы легче восстановиться, чтобы быстрее поправиться, прийти в себя, выздороветь. Эти пожелания вкладываю в продолжающийся бежать поток энергии.
  Чувствую, как дрожит рядом со мной тело унгуна, как оно наполняется теплом, оживает. Я и сама начинаю возвращаться в обычный мир, выплывая из мира эмоций и ощущений. Вот только перед глазами все словно в дымке, а тело практически не слушается, что и не мудрено. В отличие от Алека у меня практически нечем наполнить внутренний мир, все теперь у него. Точнее где-то процентов девяносто пять, остальное ушло в никуда, в жертву богам. Но я не жалею, ведь они все же откликнулись, даровав мне этот поток силы, который в итоге спас и Алека и меня.
  Любимый начинает шевелиться, неловко качается из стороны в сторону, пытаясь подняться на ноги. Где-то еще появляется мысль, что вот теперь мне стоило бы и отползти, все-таки выселение и заселение души может вызвать неадекватное поведение, как у человека, выходящего из комы или из-под анестезии. Но сил на подобные подвиги уже нет. Организм, во главе с дисциплинированными, как солдаты, инстинктами, поняв, что миссия, ради которой мобилизовывались все резервы, выполнена, начинает отключаться. Нет сил даже просто сказать, прошептать о помощи, что б оттащили куда-нибудь в сторонку.
  Алек рычит, дергается, шатаясь, встает на все четыре лапы, неловко дрожащие под ним. Я инстинктивно тянусь следом. Теперь мы неразрывно связаны и куда пойдет он, туда потащит и меня. Тело то лучше знает, где обитает его душа.
  Вот только любимый мой сейчас мало того, что не осознает этого, он просто не знает, воспринимая меня на уровне инстинкта самосохранения. Глупо, конечно, с моей стороны куда-то лезть, но решать я уже не могу.
  Алек громогласно рычит, отшатывается, глаза совершенно безумные, дикие, сознание еще не включилось в работу, балом правит зверь. А я все равно тянусь, вот и получаю. Огромной когтистой лапой от лица до живота наотмашь.
  И отлетаю к какому-то дереву, а может просто чему-то безумно твердому. Сильный удар затылком спиной, громкий хруст, неестественно вывернутая рука. Острая боль пронзает весь организм сверху донизу, прорываясь сквозь затухающий мир.
  Зрение на мгновение проясняется, и я встречаю взгляд Алека, куда уже возвращается сознание. Последнее, прежде чем гаснет свет, я вижу осознание произошедшего в его глазах, страх, боль и зарождающееся отчаянье.
  Прости меня, родной. Прости, что так получилось. Я все равно тебя люблю.
  Все лампочка потухла. Я отключаюсь.
Оценка: 7.03*15  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"