Шамара: другие произведения.

Сборник этих самых, непричесанных

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
Оценка: 7.72*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Руки - в кровь, сердце - в дым,
    Мысли - рвань, память - пыль,
    Клочья снов, цвет воды,
    Неба щель. Это - быль.

   * * *
  
   Очарованные рассветом,
   В серебряно-звонкой тиши
   Они пели свои странные песни
   Цвета утреннего тумана
   С оттенком рябиновых гроздьев.
  
   Очарованные закатом,
   В паутине синей росы
   Они пели свои странные песни
   С горьким вкусом дыма костра,
   С терпким привкусом ивовых листьев.
  
   Кто они были - неведомо.
   Ушли - и будто растаяли,
   Оставив ветру свои имена,
   Оставив напевы свои
   Звездами
   В небе над пристанью.
  
   * * *
  
   Тепло рук. Тепло. Тепло снов.
   Неотмеренное. Заветное.
   Память слез. Песок. Звук шагов.
   И любовь, и стихи недопетые.
   Все плывет в океане травы,
   Паутинкою с небом связанное.
   И плетенье забытой канвы -
   Узелками. И то, что не сказано,
   Что не выпито, в землю не пролито,
   Недобитое, недорастаявшее
   И соленой водой недополитое,
   Семенами на дне прорастающее.
   Хрусткой крошкой, опавшими листьями,
   Бурым порохом, гладкою раковиной
   В океане зеленой травы,
   То ли радостной, то ли заплаканной.
  
   * * *
  
   Кто-то песни пел, хрустально-тонкие,
   И звенели они, тишину пьяня,
   Кто-то танец вил по лучу луны,
   Кто-то просто ушел, никого не виня.
   Кто-то звезды низал в ожерелье сна,
   Кто-то просто не спал, чей-то сон храня.
   Кто-то жизнь прожил, как речную гладь.
   Кто-то просто ушел, никого не виня.
   Кто-то видел Свет, кто-то Тьмы искал,
   Кто-то молча сидел у чужого огня,
   Кто-то воду лил, кто-то жизнь любил,
   Кто-то просто ушел - и забыл меня.
  
  
   Старьевщик
  
   Я, как старьевщик, в лавке своей, сижу,
   Все товары свои вокруг разложив:
   Вот товар, цена которому - взгляд,
   Вот товар, цена которому - жизнь.
  
   Я не зазываю в лавку гостей:
   Кто захочет, сам забредет сюда.
   Кто-то мне предложит жизнь за взгляд.
   Одному будет "нет", а другому - "да".
  
   Я не зову в свою лавку даже тебя,
   Но, если вдруг надумаешь ты, приходи
   Все, что тебе здесь понравится, можешь взять -
   Даром тебе отдам я и взгляд, и жизнь.
  
   * * *
  
   ... И падали Вселенные, кружась,
   Снежинками на детскую ладонь
   Как завершенье яростного танца...
  
   И мир опять такой же, как вчера.
   И кто-то плачет в темноте двора,
   Но падают Вселенные, кружась,
   Снежинками на детскую ладонь.
   И где-то в закоулках спит тоска,
   И так бесшумна времени река,
   Но падают вселенные, кружась,
   Снежинками на детскую ладонь.
   И где-то там, наверное, есть Бог,
   Мудрец сказал: "Всему приходит срок".
   И так огромна плата за урок,
   Но падают Вселенные, кружась,
   Снежинками на детскую ладонь...
  
   * * *
  
   Я рвусь из клетки, запертой изнутри,
   Я смотрю на небо, и я смотрю на землю,
   И когда прилетят три белые вороны,
   Кто мне скажет, что это всерьез?
  
   Я обрастаю шипами и перьями,
   Я не боюсь высоты, хоть не умею летать,
   Но когда взойдет черная луна,
   Кто мне скажет, что это всерьез?
  
   Я творец облаков, я кружусь, раскинув руки
   По окровавленным льдам и искоркам костров,
   Но если я, наконец, увижу солнце,
   Кто мне скажет, что это всерьез?
  
   А там, наверху, летят белые чайки
   Они опускаются вниз подраться за мертвых котов,
   Но когда я загляну в твои глаза,
   Я скажу, что это всерьез.
   Я прокричу это всему миру
   А тебе тихо шепну на ухо.
   И тогда завтра взойдет солнце.
  
   * * *
  
   Тепло сердца, солнечный свет.
   Ветер бурь моих давно утих.
   Лишь роса неясной тоски
   На тропинках прожитых лет.
   Поднимается синий туман
   Над слежавшейся пылью дорог,
   Звук шагов задает ритмы строк,
   Я кладу их в дырявый карман.
   И забытая песня звенит
   В серых сумерках давней весны.
   Ах, какие спокойные сны.
   Ты мне это, любовь, извини.
  
   * * *
  
   На небе свет, на небе тьма.
   Безвестную суть я знаю сама.
   В бессветную глушь, в края без теней.
   Забытая ложь земли без огней.
   Взвивается - конь, свивается - змей.
  
   Саднящая грусть, ушли - не догнать.
   Не то позабыть, не то потерять.
   Глухие слова по кругу стучат.
   Память без снов, боль без утрат.
   Мертвый - кричит, живые - молчат.
  
   * * *
  
   Темная тяга. Древний инстинкт.
   Алое пламя рвется на волю.
   Полураспахнуты губы. Причин
   Нет для отказа. Ты приговорен.
  
   Приговоренный, заговоренный,
   То ли желанный, то ли забытый,
   Полупригубленный, полуразбитый,
   Полупогубленный, полувлюбленный.
  
   Алые змеи, алая кровь.
   Не разберешься: кровь ли, вино ли.
   Грохот в груди - незаглушенный зов.
   Терпкая горечь с привкусом соли.
  
   Приговоривший, заговоривший,
   То ли желавший, то ли забывший,
   Полуразбивший, полупригубивший,
   Полувлюбленный, полусгубивший.
  
  
   Моему другу тополю (в память о совместных раздумьях)
  
   Наши корни едины,
   И наши едины сердца.
   Мы в кругу паутины,
   У которой нету ловца.
   Мы не помним о мире,
   Потому что мы - это мир.
   Мы уходим все шире
   В бесконечность залатанных дыр.
   А когда бесконечность свою
   Мы пройдем до конца,
   Мир замкнется в кольцо
   На наших корнях и сердцах.
   И мы станем собою,
   И прежней останется суть,
   Только... нас было двое,
   Когда мы чертили свой путь.
   Только... нас было двое,
   И мира не разомкнуть.
  
   После одного из моих споров (в качестве ответа)
  
   Пламя сжигает высь.
   Пламя сжигает ярко.
   Ты говоришь:
   - Берегись.
   Глупо. Чего бояться?
   В огне ли вода сгорит?
   Огонь ли в воде утонет?
   Долго ли пламени жить?
   Ну а воде? Застонет
   Или застынет сердце -
   Резкий чаячий всхлип -,
   Глупо бояться смерти,
   Глупо транжирить жизнь.
   Глупо собакой на сене
   Жизнь свою сторожить.
   Лучше костром осенним,
   Свечкой гореть... и жить.
  
   * * *
  
   Прыгают, прыгают солнечные зайцы
   Жадные и властные, ласковые пальцы.
   А в небе - зарево,
   По солнцу - марево.
   Ведьмино варево.
   Пахнет паленым.
  
   Губы - солоны.
   Пряди - не собраны.
   Мысли - не собраны.
   Песни оборваны
   Каркают вороны.
  
   По обе стороны души
  
   Ты снаружи, а я - внутри.
   Что мы можем поделать,
   Ограниченные проемом
   Зеркальной двери.
  
   Ты снаружи, а я - внутри.
   Мы танцуем на грани,
   Ограниченные проемом
   Зеркальной двери.
  
   Ты снаружи, а я - внутри.
   Но вот мы шагнули навстречу
   В звенящую стынь проема
   Зеркальной двери...
  
   Я снаружи, а ты - внутри.
  
   * * *
  
   Пустота.
   А в пустоте тоска -
   Сиплая наждачная боль,
   Плесень на пустоте,
   Тоска.
  
   * * *
  
   Один - это плохо.
   Лишенный лица - кричит
   Раззявленной маской
   И что-то упрямо сочит-
   Ся... Последний рассвет
   Заплывает карминовой краской.
   На ткани распяленной
   Бога иглой вышивают,
   Но это напрасно.
   На небе распяленном
   Бога душой вышивают -
   И это напрасно.
   И Бог замолкает,
   Огни затухают...
   Рассказана сказка.
  
   Кошка
  
   Урчу я довольно на сытую душу
   И мысленной лапой лениво ловлю
   Вопросы, и греюсь, уютно свернувшись,
   Под бледной луною. Хвостом шевелю
   Пушистым. И память лазеек не ищет.
   И мысли сбежали, и лень их ловить.
   И, чтоб не расслабиться, когти я чищу,
   Измазанные в буро-красной крови.
  
   Ане, моему напарнику
  
   Он знает: все тропы равно невозможны,
   И поэтому ночью по ним он свободно идет.
   Ф.Г.Лорка.
  
   Ветер забыл о свете
   И равнодушно стонет.
   Ветер, упрямый ветер
   В бездне небесной тонет.
   Наклонены ресницы
   Выгнутым частоколом,
   Кварцево-синей птицей
   Капля на них наколо-
   Та. И в усмешке губы.
   Память шуршит листвою:
   -Будет или не будет?..
   Высушенной рукою
   Сложит пасьянс листвяный,
   Тут же ответ забудет:
   Взглядом с судьбой не-данной
   Встретившись:
   -Что-то будет...
  
   Моему другу
  
   Последние шаги
   В хрупком шорохе асфальта
   Наполняют смыслом
   Бесконечный ряд
   Пройденных улиц,
   Тяжелые мысли крыш
   И белые крупинки неба,
   В которое зубной болью
   Вплавлены фонари,
   Ждущие утра,
   Превращающего их свет
   В бессмысленность.
   Хруст льда резок
   Под плачущими деревьями,
   И кости домов
   Торчат под прямым углом.
   И где-то там
   За ребрами стен
   Бьется сердце моего друга,
   Уверенно, но чуть-чуть не в такт.
   Теплое.
  
   * * *
  
   По вере, по вере,
   Каждому по вере его,
   По надежде и по любви.
   Чтоб неповадно
   Было
   Жить.
  
   Другу
  
   На белой стене - две трещины,
   Ты и я,
   Змеятся, разветвляясь на кружево Путей.
   Одни пересекаются, другие сходятся,
   Третьи - сворачивают прочь.
   Ты и я -
   Два темных раскола,
   Разделенные белой штукатуркой.
  
   * * *
  
   Сумасшедших фонарей нимбы
   Отражаются во льду черном,
   Исцарапаны мои руки,
   А глаза мои - твоя прорубь.
   Твоя сила пред моей - горы,
   И твоя звезда - мое солнце,
   Но ты мой, и ты моя горечь,
   И судьба твоя на вкус - солью.
   Перепутаны впотьмах губы,
   Тени множатся в бреду света,
   Небо дарит серебра груды,
   Изо рта крадет слова ветер.
   Он трясет их, смеясь, держа,
   Словно кости, в своей горсти:
   - Так и быть, я дарую тебе себя,
   Но вернуть тебе тебя - не проси.
  
   * * *
  
   Затихают усталые листья.
   Заплывают тучами лужи.
   Шорох шин приглушенно кружит
   В подворотнях. Сумерки тушат
   Небо.
   Вздыхают крыши.
   В полированных бусинах ветви.
   И окошек тусклых отсветы.
   И ресницы последним ответом
   Опускаются.
  
   * * *
  
   Я ласточкой в небо уйду.
   А, может быть, журавлем.
   А, может быть, выращу крылья.
   А может - сойдет и так.
   Запутавшись в пальцах ветра,
   Оставлю на небе след,
   И будут оракулы биться
   Над тайной его черты.
   И самый из них сумасшедший,
   Самый зеленоглазый,
   Со встрепанными вихрами,
   Воскликнет:
   - Эврика, братья!
   Воскликнет:
   - Я знаю точно!
   Прошепчет:
   - Я в это верю…
   Здесь сказано: день наступит.
   Наступит завтрашний день!
  
   Подарит папирус ветру,
   А после будет смеяться.
   Недаром он сумасшедший.
  
   * * *
  
   Трепет. Ветер. Листья. Тают.
   Песни. Слепо. Ввысь. Взлетают.
   Небо склочно хмурит брови.
   Мысли дремлют в изголовье.
  
   Ропот. Шелест. Скользко. Льдинка.
   Сердце. В ритме. Поединка.
   Это ласточка в ладонях.
   Это - спутанные кони.
  
   Это блеск в зрачках у рыси.
   Перепутанные выси.
   Это звон не утихает.
   Это. Просто. Листья. Тают.
  
   Стихотворение о любви с хирургической точки зрения, написанное в процессе подготовки к экзамену по патанатомии
  
   Душа моя больна тобой:
   Кричит и мечется в бреду.
   Я лед на рану ей кладу,
   Чтоб хоть чуть-чуть уменьшить боль.
   Для дезинфекции - сарказм.
   Я режу скальпелем края.
   Не признает душа моя
   Анестезии. Скальпель-разум
   Мгновенно тупится.
   - Тампон!
   На биопсию быстро! Кровь
   Остановить. Зажим. Капрон.
   Да это опухоль. Любовь.
   Ну, тут пропало, брат, пиши.
   Все в метастазах - не спасти.
   Осталось, разве что, пойти
   На ампутацию души.
  
   * * *
  
   Излом.
   Зола.
   Зла - нет.
   Цвет глаз.
   Стекло.
  
   * * *
  
   Empty spaces…
   Eternal security
   Checking our hearts
  
   To find the strategy of love,
   Checking our minds
   To find the Sense of the Existence -
   Eternal useless servants
   Of Great No One.
  
   * * *
  
       Смиряя сердце логикой пожара,
       В сумбурном танце трепетных огней
       Лавандовых, отчаянного дара
       Слез –
       Гитара
       Плачет
       Именем твоим.
       И лопаются почки этих дней.
  
   Тихо шаги вступают ритмом:
   - Там-там, там-там, там, там, там…
  
       Небо светлеет.
       Дрожит паутинка отважно,
       Надрывно.
       Не рвется.
       Звенит.
       Будто знает, как это важно –
       Или не важно –
       И дрожью рождается мир.
  
   Шаги удаляются:
   - Там, там, там-там-там-там…
   Гитара умолкает.
  
   * * *
  
   Все опавшие дни
   Вниз по излучине,
   Где сосновые пни,
   Истекая… Пахучие.
   Веки дрожат.
   Сны приручены.
   Сорванный взгляд.
   Как все изучено!
   Как все измучено
   Взмучено
   Слущено
   Сущее
   Стерто
   Упущено
   Как…
  
   * * *
  
   Как будто Богу дело есть
   до их огрехов и грехов,
   Как будто Богу дело есть
   до их проклятий и стихов,
   Как будто Богу дело есть
   до их лампад у изголовий,
   Как будто Богу дело есть
   до их дежурных славословий.
   Как будто
   Есть.
  
   * * *
  
   Туман. Медленные капли зависли в воздухе.
   Смерть торопит время.
   Время стало туманом.
   Окрепший ветер пробирается мимо.
   Звонко шагают по ступеням веры
   Вчерашние заповедные дети.
   Туман. Время еще не упало.
  
   * * *
  
   Отмечена плесенью сумерек,
   Зарыта в колодцах твоих фонарей
   Печаль моего города.
   Мечутся фары опоздавших к тебе.
   Звезды угадывают нас.
   Веди, собака.
   Куда ты неспешишь?
   Остуди свои глаза в неоновом свете.
   Замри на повороте:
   Вдруг там небо…
  
   * * *
  
   Оплетенные взаимным согласьем,
   Разведенные солью земно…
   Целовали терпкие губы…
   Щекотали упрямые пряди…
   И, как в омут, уйдя в разлуку,
   Обивали пороги хижин
   В поисках верного Дома,
   Одного на двоих.
  
   Жду
  
   Падает снег, падает.
   Падает снег.
   А тебя нет.
   Фонарь в ветвях.
   Подтаявший след.
   Ветер. Вечер.
   Падает снег.
   Падает.
   Падает.
   Гаснет свет.
   Звезд – нет.
   Асфальт.
   Шины.
   Черные полосы.
   Фары слепят.
   Мокрые волосы
   В глаза.
   Падает снег.
   Бред.
   А тебя нет.
  
   * * *
  
   Ковыльный излом. Пепел травы.
   Забытая правда заведомой сказки.
   Немного тепла. Глоток синевы.
   Случайные взгляды нечаянной лаской.
   Плетение ветра. Вода в рукавах.
   Колючая пыль. И на днище колодца
   Немеркнущий блеск в сумасшедших глазах.
   Там просто замерзший ребенок смеется.
  
   * * *
  
   Сизые листья кончаются ветром.
   Сизые листья на кончиках веток.
   Ветер течет, собираясь извивами.
   Вирами, ивами, ливнями сивыми.
  
       Копыта с топотом,
       Рокотом, ропотом,
       Цокают по полю.
       Толку-то, проку-то…
  
   Льется луна – полосы льна.
   Ветра цена – волосы в снах:
   Мои – в твоих прядях спутанных –
   Пальцы зверьками испуганными.
  
       Звезд пересвист.
       Слез перехлест.
       На березе клест
       Растопырил хвост.
  
   Глаз глубина – жарче вина,
   Светлее душа – темнее цена…
   Тонкие травы склоняются истово.
   Ветер кончается сизыми листьями.
  
   * * *
  
   Хруст под ногами бешеной кромки,
   Босой ступней в лужу сна
   Плеск, пряный трепет, синеву – скомкать,
   Колотые брызги. Весна.
  
   В танце беспечном подтянуться за небо –
   Что там?
   Нежность безумия, вечная небыль
   Взлета.
   Плен постоянства,
   Бред воскресенья,
   Псевдо.
   Псевдожеланье…
   Псевдонамеренье…
   Небо
   Рассудит все –
   Плен и проклятье,
   Несовершенство небытия,
   А мне – подтянуться, изранив запястья,
   Чтобы увидеть:
   кто же судья.
  
   * * *
  
   Я помню лишь помыслы, но не движенье.
   Я помню не суть, но ее отраженье –
   Я помню Печати.
   Печати на свитках,
   Обвитых тесьмою витою,
   Я витка,
   Я тонкая ветвь Иггдрасиля.
   Я сила,
   Присущая облику листьев – и птиц невозможных.
   Я помню…
   Я шепот…
   Я шелест и шорох страниц осторожный.
   Острожника шаг я.
   Я капли
                   воды,
                            что в пещере со стуком о камень…
   Я помню…
   Я пламя,
                    летящее гордо.
   Я город,
   Я век городской, огороженный, горький.
   Я град –
                     по карнизу,
                                         внизу
                                                     по скамьям,
                                                                      по ступень-
                                                                                          кам…
   Я деньги,
   Я звонкие деньги, что сношены, стерты руками.
   Я камень,
   Что точит вода непреклонно.
   Я лоно,
   Я влагой сочусь, тяжелею в томленьи.
   Я лень,
   Я ленивая тьма без границ, без намека на дерзкие блики.
   Я грань,
   Я гранит, в глубине заключающий лики
                                                                           святых и прохожих.
   Я помню…
   И это похоже на накипь былого.
   Я слово.
   Я первое слово.
   Но все же
   Я помню Печати.
  
   * * *
  
   Распахни меня, жизнь,
   Распластай молодецким размахом,
   Распахни меня, жизнь,
   От гортани до самого паха -
   Как окно. Разорви, разметай,
   Расплескай, моя леди.
   Распластай.
   И оставь.
   На лечение смерти.
Оценка: 7.72*7  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Е.Истомина "Приворот на босса" (Современная проза) | | К.Корр "Не влюбляться..." (Женский роман) | | Я.Логвин "Ботаники не сдаются!" (Современный любовный роман) | | Е.Кариди "Бывшая любовница (старая версия)" (Современный любовный роман) | | Д.Рымарь "Десерт по имени Аля" (Современный любовный роман) | | Э.Грант "Жена на выходные" (Женский роман) | | С.Волкова "Неласковый отбор для Золушки" (Любовное фэнтези) | | М.Светлова "Следователь Угро для дракона. Отбор" (Юмористическое фэнтези) | | LitaWolf "Королевский отбор" (Любовное фэнтези) | | Е.Ночь "Я научу тебя летать" (Романтическая проза) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "Император поневоле" П.Керлис "Антилия.Полное попадание" Е.Сафонова "Лунный ветер" С.Бакшеев "Чужими руками"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"