Шамраев Алесандр Юрьевич: другие произведения.

Вот это я влип (рабочее)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 5.46*40  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Попаданец. Лёгкое чтиво. Завершено

  С чего всё началось.
  
  1.
  
  Как же хорошо сидеть на берегу реки, у костерка и попивать чай с дымком, слушать плеск играющей рыбы и ни о чём не думать, полостью сосредоточившись на созерцании водной глади. Лепота, вот только та чёрная тучка, что показалась на горизонте, вызывает опасение - как бы дождь не испортил идиллию вечёрки. Придётся ставить свою старенькую палатку и накрывать её тентом. Всё никак не соберусь купить себе новую, консерватор я в этом плане, всё-таки почти восемь лет вместе. И вообще, я привык рыбачить в комфорте: газовая плитка, кемпинговый фонарь с приёмником, летний спальник, а костерок нужен для антуража и чая с дымком. На всякий случай не поленился и сходил набрал сухого хвороста для костра и уложил его под тент, занёс все вещи в палатку, она у меня рассчитана на двух человек, так что места вполне хватало и стал ждать первых капель дождя.
  Черная туча уже почти нависла над моей стоянкой, но была она какая-то странная - ни зарниц молнии, ни грома, в полной тишине она продолжала свой бег по небу. Знаком я с такими - тишина, тишина, а потом разверзнутся хляби небесные и одарят ливнем, а то ещё и с градом. На всякий случай собрал все вещи и снасти, мало ли чего, вдруг придётся эвакуироваться в машину. Пока ещё окончательно не стемнело, прикрепил фонарь на крючок и включил экономный режим, расстелил спальник, допил чай и прикрыл вход, опустив тент на землю, а штанги убрал в палатку. С опозданием вспомнил, что не свернул снасти и не убрал спиннинги на берег, но природная лень и русское авось, успокоили меня - дождь грозовой, долго идти не будет, так что подъёма воды можно будет не опасаться. Да и земля за декаду жары высохла до трещин, и воду в себя впитает на раз-два.
  Наконец-то засверкало и загромыхало, и я со спокойной душой завалился спать поверх спальника. Проснулся от того, что замёрз. Мозг лениво перерабатывал информацию - ночью обещали 22-24 градусов тепла, преимущественно без осадков, а по ощущениям было значительно ниже, где-то на уровне 16-18. Однако, забравшись в спальник, я быстро согрелся, выключил дежурное освещение и вновь заснул. Проснулся уже утром, от страшного грохота и даже не сразу сообразил, что это был гром прямо у меня над головой, вот только вспышки молнии я не видел. А затем начался кошмар наяву - налетел порыв ветра такой силы, что вырвал мои колья, которые крепили тент, сорвал его и унёс куда-то в сторону, благо, что палатка выдержала этот экстрим.
  Выглянув наружу, я опешил: над головой безоблачное небо, яркое солнце стояло уже почти в зените, речка куда-то делась, а вместо неё передо мной расстилался изумрудный луг с высокой травой. Пришлось потрясти головой, отгоняя от себя это наваждение и вновь скрыться в палатке. Приготовление лёгкого завтрака из сублимированной лапши отвлекло меня от неприятных мыслей о том, что произошло. Конечно чай на газовой плитке не идёт ни в какое сравнение с чаем на костре, но как говорится, за неимением гербовой бумаги, пишут на простой. Перекусив, я не удержался и глянул на часы, они показывали шесть часов пятнадцать минут утра. А как же быть с солнцем в зените?
  Осторожно выглянув из палатки, я вновь оторопело замотал головой - луг с высокой травой куда-то исчез, а вместо него меня окружали высокие, в несколько охватов деревья. Быстро одевшись, я набрался смелости и покинул палатку. Как только я это сделал, она со всем своим содержимым, с лёгким хлопком, исчезла без следа. Вот тебе бабушка и Юрьев день, но ведь это не сон. Что бы убедиться в этом я больно ущипнул себя за руку. Почему-то мне было более удобно сидеть на земле, чем стоять на ногах, но это продолжалось не долго - минут тридцать, пока я не успокоился и не постарался придать ясности своим мыслям. Страха не было, удивление - да, но поджилки не тряслись. Ёкорный бабай, вот это я съездил на рыбалку. Ко мне вернулась способность трезво оценивать обстановку и не принимать поспешных решений, вроде тех, которые напрашивались на ум - немедленно встать и куда-нибудь пойти, всё равно куда, только не оставаться на этом проклятом месте.
  Уже ничто не напоминало о моей стоянке, примятая трава поднялась, кучка хвороста растаяла, я уж не говорю о следах от костра. Небольшая полянка под кронами деревьев, слабый ветерок и ... знакомый запах костра. Вот на него я и решил пойти, но предварительно проверил содержимое своих карманов. И так, что мы имеем? На ногах лёгкие берцы, рыбацкий костюм расцветки 'дубок', охотничий нож на портупее, вставленной в шаровары, в карманах две блесны с защищёнными крючками, газовая зажигалка и коробок спичек, носовой платок. Вроде бы всё, я ещё раз осмотрел всё своё богатство, рассовал его вновь по карманам, проверил как извлекается нож из ножен и прикрыл его курткой на выпуск. Готово, можно и выдвигаться.
  Почему я пошёл на запах костра? Элементарно, Ватсон - надо же узнать куда меня занесло, да и не собираюсь ни от кого прятаться.
  Лес поражал своей чистотой и какой-то ухоженностью, будто это был и не лес вовсе, а парк какого-нибудь олигарха, и вот-вот за деревьями откроется его белоснежная вилла и ухоженный сад, чопорные слуги с подносами в руках, важные гости и бегающие дети....
  Поляна открылась неожиданно, и в самом центре её горел небольшой костерок, но возле него никого не было. Странно, а где хозяин? Я подошел к костру, но недостаточно близко, что бы меня могли упрекнуть в неуважении к огню и хозяину. В небольшом котелке булькало варево и на его запах мой желудок отреагировал негромким урчанием. Странно, я же вроде только недавно позавтракал...
  Благообразный старик с окладистой бородой до пояса появился передо мной неожиданно. Склонив голову набок, он внимательно стал рассматривать меня, а затем что-то произнёс на незнакомом мне языке и показал рукой на мою голову.
  - Извините, но я вас не понимаю, а кроме родного языка остальными, можно сказать, не владею.
  Тщательно подбирая слова, он произнёс, - Русич. Давно у нас тут таких не было. Запоминай, - ты унивет, то есть унесённый ветром. Наши боги иногда присылают к нам людей из далека, задача таких как я, находить вас и готовить к жизни в иной реальности. Бери котелок и ешь, это я готовил для тебя, а потом пойдём в мою обитель, там ты проведёшь несколько месяцев прежде чем выйдешь в большой мир. Все вопросы задашь только в обители. Если есть свои вещи от прошлой жизни, покажи мне и я решу, что можно оставить, а что надлежит закопать в землю и постараться забыть о них. Да, вот что ещё, возьми одень этот оберег, он заодно будет помогать тебе учить местные языки. - Он протянул мне обыкновенный камешек с дыркой, в которую была просунута бечёвка и знаком показал, что я должен одеть его на шею. Я так и поступил. В голову что-то сильно кольнуло, да так, что даже в глазах потемнело, а когда ясность вновь вернулась ко мне, то с удивлением заметил, что отлично понимаю тарабарщину с которой обратился ко мне старик.
  - Так-то лучше, а то уже стар я стал, чтобы напрямую с Русичем общаться, однако язык тебе всё равно учить придётся, так как мой толмач действует только в границах этого леса. Ты ешь, ешь, нечего нам здесь рассиживаться, а то скоро начнёт темнеть. А ночью этот лес обитель иных существ, встречаться с которыми нежелательно - никогда не знаешь, что у них на уме.
  Ага, это что у нас тут такое - я стал выворачивать содержимое своих карманов и объяснять для чего предназначены мои вещи. - Блёсна, говоришь, у нас такими не пользуются - в землю. - Туда же последовали спички и зажигалка, часы и даже носовой платок с портупеей. Мне милостиво был оставлен нож, да и то больше из-за червлёной надписи на лезвии - 'Своих не бросаем, пленных не берём'. - Хорошие слова, не иначе как ты из воинского сословия, да и одёжка у тебя примечательная, аккурат для скрадывания в лесу... - Этот нож мне был дорог как подарок от однокашника по военному училищу - Сани Цаплина, с которым мы перехлестнулись в Москве, когда я приезжал туда по делам. Я ему китайскую настойку со змеюкой и женьшенем, а он мне вот этот нож.
  До обители мы добрались ещё засветло. Это был добротный каменный дом в два этажа, обнесённый невысоким, мне по пояс, забором. Я усмехнулся, этот малыш вряд ли сможет защитить жильцов от чего-нибудь, однако, когда мы подошли к крепким дверям и я оглянулся, то от удивления присвистнул. Дом огораживал самый настоящий частокол в три человеческих роста с заострёнными наконечниками. И не знаю, показалось мне или нет, но между наконечниками проскакивали синенькие искры, а сам тын немного светился.
  Старик сразу же проводил меня в комнату, которая мне была выделена для проживания, - Осмотрись, обживайся, до завтрака тебя трогать не будут. Из дома не выходить, в подвал не спускаться, в остальном по дому никаких запретов нет. Знакомство и занятия начнём завтра.
  После его слов на меня навалилась такая усталость, что я с трудом сдерживал зевоту и желание поскорее завалиться на постель. Старик усмехнулся и вышел, не прикрывая за собой дверь. Преодолевая себя, я разделся до трусов и аккуратно сложил свою одежду, а нож сунул под подушку. Она и матрац были набиты душистой травой, что сразу же мне напомнило ночёвки на сеновале в деревне...
  Проснулся я рано, солнце ещё не взошло, но уже первые лучи касались макушек этих странных деревьев. Свою одежду я не обнаружил, вместо неё на скамейке лежала грубая холщовая рубаха и такие же штаны, длинной мне по щиколотку, обуви не было. А вот это уже не лезло ни в какие ворота, так как я терпеть не мог ходить босым, хоть носки, но должны были надеты на ноги. Как я раньше не старался избавиться от этого недостатка, у меня ничего не получалось - свободно мог ходить только по песку и полам дома. Как смеялась одна моя знакомая врачиха, у меня слишком нежная кожа на подошве и через чур чувствительные рецепторы. Этим она, кстати, объясняла моё отменное здоровье и умение переносить запредельные нагрузки, - Саша, у вас странная способность в нужный момент включать внутренние резервы, когда в этом возникает необходимость, а вместо нервов у вас стальные канаты... - Именно она вырезала мне аппендикс в своё время. Я привычно провёл пальцами по шраму и не обнаружил его, исчезли так же шрамы на пальцах и руках, а это уже было интересно.
  Одевшись, я опробовал свою новую одежду - мои движения она не сковывала и это радовало, правда штаны в поясе оказались великоваты и их приходилось постоянно поправлять. Осталось как-то приспособить нож для скрытого ношения, а в моей комнате, как назло, не оказалось ничего, что можно было приспособить. Пришлось временно воспользоваться бечёвкой на которой крепился тот странный камешек, что вручил мне старик. После чего я отправился знакомиться с домом в надежде найти не только обувку, но и какой-нибудь кожаный ремешок. Любое помещение, которое не было закрыто, подвергалось внешнему осмотру и где-то в седьмой комнате, уже на втором этаже, мне повезло найти не только кожаный ремешок с подобием пряжки, но и заношенные мягкие сапожки, которые мне подошли. На всякий случай я громко спросил у гипотетического хозяина разрешения забрать обноски. Ответом мне была тишина, а как все знают, молчание - знак согласия.
  Вернувшись в свою комнату, я обнаружил на столе горшочек с кашей и кринку молока, самодельную деревянную ложку, весьма неудобную в обращении. Но прежде чем приступить к трапезе, я занялся поясом и сапогами. Только после того, как результат меня удовлетворил, я позволил себе еду, а после этого стал приводить ложку в более или менее приемлемый и привычный вид. За этим занятием меня и застал старик. Не произнеся ни слова, он жестом предложил мне последовать за ним. Встав с лавки и отряхнув стружку, я направился к двери. Внезапно сзади на меня кто-то прыгнул и попытался прижать руки к туловищу. Сработали инстинкты - резко присев я схватил за шерсть напавшего и перебросил его через себя, а потом ещё и добавил ударом ноги в туловище. Зверь злобно рыкнул, вскочил на задние ноги, а я попятился к стене. Что это за тварь такая? На двух лапах стоит как человек, а передними тянется ко мне и явно не с целью поздороваться. Из-под полы рубахи достаю нож, он у меня прикреплён к поясному ремню ремешком от ПМ, чтобы не выронить или не потерять в пылу борьбы. Конечно в этом есть свои минусы - нож не метнёшь, длина ремешка не очень большая - чуть больше вытянутой руки, но преимущества неоспоримы, и главное из них - не потеряется и не выскользнет из руки на землю, а значит, даже на мгновение, наклоняться не надо.
   С ножом я почувствовал себя более уверено, это конечно не мой боевой, а обычный рыбацкий, я бы даже сказал - декоративный, но всё-таки какое никакое оружие. Зверь почувствовал изменение моего настроения и в нерешительности остановился в нескольких шагах от меня, затем, видимо приняв какое-то решение, прыгнул на меня. Глупо пытаться сбить меня с ног, так как весовые категории у нас примерно одинаковые и у меня за спиной имеется стена, которая готова послужить упором. И опять навыки и инстинкты сработали раньше, чем я принял какое-то осмысленное решение. Мой сэнсэй наверняка бы остался доволен... Перекат в сторону, уход от удара когтистой лапы, но недостаточно быстрый и на правом плече из-под разодранной рубахи появилась кровь. За это время я успел нанести два быстрых и резких ударов в область, где у человека расположена печень и одна из почек. Любому этого бы хватило, но только не этой твари. Она словно и не заметила своих ранений, отпрыгнула назад, приготовившись к повторному нападению, а потом внезапно исчезла, растворилась в воздухе, оставив на полу только несколько капелек крови.
  - Я впечатлён, - промолвил старик, - не многим удаётся продержаться без зачарованного оружия против моего волкодава, а ты даже умудрился хорошенько его потрепать. Обещаю, больше сюрпризов не будет, так что своё железо можешь спрятать.
  - Старик, я не доверяю тебе, так что подожду.
  Дело в том, что во время нападения на меня этот зверь успел прошептать, - Не верь и не доверяй ему.
  На его слова я никак не отреагировал, но почему-то сразу им поверил...
  - Настала нам пора познакомиться и ответить друг другу на возникшие вопросы. Начнём с тебя, как более молодого, расскажи о себе. Кто ты, откуда, чем занимался? - Мы пришли в большое помещение с пятью столами и скамейками, весьма похожее на классную комнату, которые любят изображать в исторических фильмах
  Ага, щас, буду я перед тобой раскрываться, ведь видно, что ты не простой человек, а раз так, то и откровенничать не стоит, - Я, как ты справедливо заметил, унивет. Моё имя тебе ничего не скажет, а новым я ещё не обзавёлся. Там, откуда меня выдернуло твоё колдовство, я был воином, но не таким, с которыми ты привык иметь дело. Я не владею ни мечом, ни луком, моя сила в знаниях правил и законов битв и сражений. (Как тут не вспомнить такой предмет в училище, как 'история военного искусства', кажется так он назывался) Я сирота, ни родителей, ни жены у меня нет, хотя наличие детей и возможно, но я о них ничего не знаю. Это всё.
  - Не густо, надеюсь, когда я завоюю твоё доверие, ты раскроешься. Теперь о себе, я старец Лир. Таких как я люди называют волдруд (производное от слов 'волхв, друид'). В настоящий момент ты находишься в проклятом лесу, в моих владениях, куда нет хода ни для одной ночной твари. Наш мир представляет собой плоскость, омываемую великим океаном, который проваливается на западе в глубокую пропасть, а на востоке ниспадает с неба огромным водопадом. Именно поэтому вся вода у нас течёт только с востока на запад. Наш континент разделён на четыре части, отделённые друг от друга непроходимыми горами, которые имеют только по два общих прохода, соединяющими с соседними царствами или империями. В настоящий момент ты находишься в царстве Сармат, где правит солнцеликий Рао вот уже пятнадцать лет. Он сменил на престоле своего отца, который скоропостижно скончался от неизвестной болезни, хотя поговаривают, что его просто отравили. Меня звали его вылечить, но я отказался - Лир не из тех, кто забывает обиды и подлость. - Старец погладил свою бороду и сделал несколько глубоких вдохов, явно для того, чтобы успокоиться, после чего продолжил. - Само царство разделено на восемь воеводств, где власть принадлежит царским воеводам, назначаемым по приказу царя. Имеется ещё столичный округ, вотчина солнцеликого Рао. Столица называется Трир, как, впрочем, и сам округ. У солнцеликого нет наследника мужского пола, только две дочери пятнадцати и тринадцати лет. Недавно он овдовел и теперь озабочен подбором новой жены, которая сможет принести ему долгожданного наследника. Произойдёт это или нет, известно только богам, а уже сейчас развернулись нешуточные страсти за право быть рядом с царскими дочерями и оказывать на них влияние. Царь снисходительно смотрит на всю эту возню и пока никак не проявил свою волю в назначении наследницы. Дочерей он любит, хотя и балует чрезмерно. Могу с уверенностью сказать, что свою жену, хотя это и был брак по расчёту, он любил и души в ней не чаял, а её смерть сильно переживал.
  - А от чего она умерла, или, как тут принято, и её отравили?
  - Смерть была естественной, вернувшись с верховой прогулки она, разгорячённая, напилась колодезной воды и простыла. Сгорела за три дня, я ничем помочь не мог, ибо не всесилен и против воли богов бессилен. Я как раз в это время гостил у солнцеликого и всё происходило на моих глазах, так что никакого отравления не было, просто трагическое стечение обстоятельств.
  - Хорошо, более подробно я с обстановкой в царстве и персонально в этом воеводстве познакомлюсь позже. Меня интересует, Лир, для чего ты призвал меня в этот мир?
  - Ты считаешь, что это сделал я? Мне это лестно, но уверяю, это не так. Моих сил и способностей на это не хватит.
  - Старик, я полевик и привык замечать мелочи, на которые другие не обращают внимание. Твой костёр горел от трёх до четырёх суток непрерывно, судя по золе, а значит, ты ждал моего появления и чёрная туча, и сказки насчёт унесённого ветром, и ночных тварях, тут не причем.
  - Можешь думать всё что тебе угодно, но к твоему появлению здесь я руку не приложил. Более того, я не знал, кого боги выберут, так же как не знал, когда состоится перемещение, поэтому вышел на поляну заранее, но ты почему-то оказался в другом месте и только через два дня моих ожиданий.
  - Лир, ты меня не убедил. Более весомые доказательства твоих слов есть?
  - Какой же ты недоверчивый, думаю время убедит тебя в моей правоте, а теперь позволь я продолжу тебе рассказывать о Сармате и знакомить с реалиями местной жизни...
  На обед я вернулся в свою комнату, где меня уже ждали горшочки с похлёбкой, пшённой кашей и кринка с самым настоящим чаем. Видимо кружек в этом доме не признавали.
  Примерно через час после обеда, старик отвёл меня в другую комнату, дверь которой открылась перед нами самостоятельно. Это был оружейный и тренажёрный зал, где мне предстояло выбрать себе оружие, которым я буду учиться пользоваться. Лир сразу же предупредил, что это обязательный предмет, на который будет отведена большая часть учебного времени. Никакие мои отговорки не помогли, а в конце ещё пригрозил, что если я буду лениться и работать не в полную силу, то мне будет сокращено время на сон и отдых. Пришлось подчиниться грубому насилию и приступить к выбору оружия. Я трижды осмотрел всё железо, что было развешено на стенах, - сначала в быстром темпе, чтобы получить общее представление, а потом неторопливо, отмечая для себя то, что мне понравилось или приглянулось. Проходя вдоль стен в третий раз я уже брал оружие в руки, проверяя, как рукоятка лежит в ладони, его вес и оптимальную для меня длину лезвия.
  - Старец Лир, из чего состоит обычное вооружение не очень знатного или не очень богатого воина?
  - Всё как обычно: меч, кинжал, лук или самострел с несколькими десятками стрел или болтов. Лук или самострел крепятся на боевом коне, там же находится щит и, при необходимости, копьё. Но им, как правило, пользуются только самые сильные и опытные воины, так как велика вероятность седоку самому вылететь из седла при ударе копьём своего противника. У нас лошади используются только для перемещения воина и перевозки оружия, а все сражения происходят в пешем порядке или с использованием колесниц.
  Получается, что об использовании конницы тут имеют самое смутное представление и наверняка понятия не имеют, что такое стремена и упор для спины. Надо будет это взять на заметку. Я так же не нашёл на стенах ни одного вида алебарды, а те боевые топоры, что там развешены, - грубые и тяжёлые.
  - Хорошо, не будем отходить от ваших канонов, пока я не освоюсь и не осмотрюсь. Я выбираю этот меч, этот кинжал, лёгкий арбалет и щит с металлическими полосами и бляхами. Тяжёлый, зараза, а цельнометаллические щиты у вас есть, или что полегче?
  - Есть, но воины ими не пользуются, считая, что они более подходят для женщин. К тому же стрелы их легко пробивают, а если увеличить толщину, то они становятся неподъёмными.
  - А с внутренней стороны их не пробовали обивать прочной кожей, чтобы повысить прочность? В любом случае давайте мне дамский щит и кусок прочной кожи, буду мастрячить себе защиту. - А в голове тут же мелькнула мысль, а почему кожей обивать изнутри, а не снаружи? Надо будет над этим подумать...
  Оружие было выбрано, Лир над ним даже поколдовал, усиливая его прочность и надёжность, а потом мы приступили подбирать мне доспехи. Вот уж не думал, что это будет такая канитель. Естественно ни о каких брониках тут не слышали и в ходу был или полный доспех из сырого железа, или комбинированный с кожей. Ни тот, ни другой мне не понравились - они сковывали движения, затрудняли перемещение и не позволяли совершать прыжки и кувырки. В общем, очередной примитив рабовладельческого строя на самом раннем этапе своего развития. О чешуйчатых или пластинчатых доспехах тут даже не слышали.
  Старец с подозрением посмотрел на меня, - Унивет, мне не нравится твоя многообещающая улыбка. Признавайся, что ты задумал?
  - Здесь кузница и нормальный кузнец есть?
  - Откуда? Хорошего кузнеца можно найти только в городе или крупном селе.
  - Не подходит. Мелкая забытая всеми деревушка с собственным кузнецом. Только так можно будет сохранить тайну нового доспеха. А коли кузнеца и кузницы нет, то и говорить не о чём.
  На этом мы расстались, и я отправился в свою комнату на ужин, после чего сразу же провалился в сон. Со следующего дня началось моё полноценное обучение у волдруда Лира, бывшего царского советника и лекаря. Ежедневно два часа после завтрака посвящались теоретическим занятиям по государственному устройству всех четырёх государств континента, их законодательству, военному строительству и тактике действий, инженерному обеспечению войск и всему прочему, что могло меня заинтересовать. Потом была первая тренировка, когда меня учили владеть этим примитивным оружием. Затем обед и час отдыха. А после этого я учился стрелять из тяжёлого и громоздкого арбалета, более похожего по своим размерам, да и по весу, на станковый пулемёт. Вес то бог с ним, тяжести таскать мне не привыкать, а вот с перезарядкой надо что-то делать - не всегда у меня будет возможность тратить полминуты на взведение струны или тетивы. Опять придётся ломать голову. срочно нужен мастер оружейник, который разберёт эту конструкцию и многое мне объяснит...
  2.
  
  Интересно, а почему я не видел никого кроме старца и странного существа, которое он назвал волкодав и с которым у меня была первая схватка? Ведь кто-то ж готовит пищу, прибирает в моей комнате и тренажёрном зале, стирает и ремонтирует мою одежду. Когда я обратился за разъяснениями к Лиру, он отмахнулся, - Не забивай себе голову такими пустяками, со временем всё узнаешь и со всеми познакомишься.
  Тогда я решил зайти с другого конца, - Мне не хватает разговорной практики, нужен, по-крайней мере, ещё один собеседник и желательно грамотный - умеющий писать и читать. Да и книгами неплохо бы разжиться.
  - Книги у нас являются штучным товаром и стоят очень дорого, а процесс их переписки занимает от нескольких месяцев до пары лет. В основном грамотные люди используют свитки - это выделанная специальным образом кожа, покрытая или пропитанная особым раствором, который позволяет сохранять написанное. Более бедные используют вощённую бумагу, на которой пишут специальной палочкой с расщеплённым концом, а потом написанное посыпают золой, что бы всё проявилось. Грязный и ненадёжный способ, да и бумага быстро расползается на волокна. Одну книгу я могу тебе дать, она предназначена для обучения чтению детей знатных людей. - Из складок своего балахона он достал достаточно толстый том, стряхнул с него пыль и протянул мне. - На каждом листе пергамента с двух сторон нарисованы картинки, а под ними пояснения, состоящие из трёх - четырёх строчек. Первая строчка показывается написание первой буквы того, что изображено на картинке. Вторая строчка разъясняет, как читается эта буква в слове и как она произносится отдельно, третья и четвёртая дают полное написание изображения. Как видишь, ничего сложного. Вот смотри, - он развернул книгу в середине, - рисунок курицы, вот как пишется буква К, а в отдельности произносится как КА, а вот написание полного слова - курица. Держи, и обращайся с ней осторожно, через десяток дней посмотрю, каких успехов ты достигнешь. Если что непонятно, обращайся.
  Не получилось обзавестись собеседником и хоть как-то прояснить, куда и к кому я попал, что за диковинный лес вокруг, кто и откуда там появляется по ночам, а самое главное - что меня ждёт в дальнейшем, когда обучение у Лира будет закончено? Из головы не выветриваются слова волкодава, сказанные им торопливо, когда он напал на меня со спины - 'не верь и не доверяй ему'.
  Занятия шли своим чередом: - бессистемные теоретические знания местного законодательства, особенности уклада жизни жителей столицы и различных воеводств, иерархия верховной знати, их фамильные цвета, девизы и гербы. Я давно уже отказался от мысли, что здесь раннее рабовладельческое общество, так как многое говорило о более высокой ступени развития цивилизации или об осколках более высокой, на обломках которой существует сегодняшний строй.
  По-прежнему львиная часть времени уходила на привитие мне навыков владения различными видами оружия, для чего использовались специальные тренажёры, от которых мне на первых порах частенько доставалось, о чём свидетельствовало большое количество синяков, пока я не догадался надеть на себя хотя бы кольчужную рубашку. Увидев это, Лир усмехнулся, но как обычно ничего не сказал, а только отвёл меня к новому тренажёру, с более сложной последовательностью ударов и защит. И вообще, как я понял, процесс обучения здесь напрямую зависел от степени моего восприятия, а основным методом была самостоятельное усвоение материала и практических навыков.
  В один из вечеров, закончив тренировку, я уже выходил из зала, когда краем глаза заметил тень и услышал немного знакомый шёпот, - За ужином ничего не пей. - А ужин, как назло, был весьма обильный и, как мне показалось, слегка пересоленный. Взяв кринку с чаем, я сделал вид, что отпил несколько глотков, а потом поставил её на стол. Чуть выждав, я привычно разделся и лёг на душистый матрац. Меня сразу же потянуло в сон, как только я прикрыл глаза, но в этот раз я мог бороться с этим. Выровняв дыхание, я приготовился ждать и через некоторое время услышал тихие шаги, а затем и знакомый тихий голос, - Будь очень осторожен унивет, тебя готовятся сделать таким же, как и меня - послушным орудием Лира, после чего отправить в подземелья царского дворца для наблюдения и выполнения грязной работы. Лиру нельзя верить ни при каких обстоятельствах, особенно тому, что со временем он сможет найти возможность вернуть тебя домой. Отсюда обратной дороги нет. Сам Лир тоже не принадлежит этому миру, вернее он отсюда, но принадлежит к расе колдунов, которым удалось выжить, когда в результате их войн предыдущий мир был почти полностью уничтожен. Я тоже когда-то был колдуном, но доверился ему и теперь просто раб. Он давно бы уже избавился от меня, но я успел связать наши жизни, и он вынужден терпеть моё существование. Предупреждён, значит вооружён...
  Это была последняя встреча с волкодавом, после которой он исчез, а я утром почувствовал пристальное наблюдение за собой, которое не прекращалось ни на секунду. Сначала эта слежка доставляла мне множество неудобств, но потом я привык и перестал обращать на это внимание.
  По моим подсчётам, в гостях у старца я пробыл уже четыре месяца, когда он устроил для меня первую проверку, - Сегодня, унивет, ты будешь подвергнут испытаниям для того, чтобы определить степень твоего обучения. Начнём, как обычно с теоретических знаний. Соберись с мыслями, настройся и отвечай на мои вопросы...
  Вот так я познакомился с местным аналогом детектора лжи, когда вопросы на самые разные темы чередовались с тем, что так интересовало старца: - встречался ли я, даже случайно с волкодавом? - О чём он мне рассказывал? - Кто уговаривал меня убить старца? - Умею ли я пользоваться ядами и где их прячу? ... При этом мне ещё предстояло отвечать на вопросы о государственном устройстве, законах, жизни и быте, манере поведения и особенностях одежды у различных групп и сословий...
  Немного наивно, но этот допрос изрядно мне надоел, к тому же я снял с себя все камни для облегчения общения, так что через два с половиной часа, когда мне позволили передохнуть перед практическими занятиями, я просто сел на пол, прислонился к стене и закрыл глаза, отключив свой мозг и восприятие на несколько минут. В нашей среде это называлось - отключиться от внешнего мира и позволяло быстро восстановить равновесие, спокойствие и ясность в мозгах. Не думаю, что б Лир знал о методиках таких тренировок, я и сам только начал их постигать под руководством старших товарищей, да вот отпуск прервал мои занятия. Через десять минут я был готов к новым испытаниям.
  Для начала Лир заставил меня повторить базовые движения с мечом и щитом, мечом и кинжалом, а также с одним мечом. Это был местный аналог специальных упражнений, так что особых трудностей я не испытывал, но и до конца свои возможности не демонстрировал, даже показал некую усталость и сбитое дыхание. Затем началась работа с тренажёрами и куклами, сначала по одиночке, а потом и двумя - тремя одновременно. Апофеозом этого безобразия была работа сразу с двумя самыми сложными многорукими тренажёрами, которые подготовили к экзамену - заменив деревянные клинки на настоящие. Как говаривали в своё время мои друзья, 'пережили голод, переживём и изобилие', когда им приходилось преодолевать специальную полосу препятствий на незнакомом полигоне. Я справился, и даже не получил ни одной царапины, не говоря уже об ударе.
  Лир остался доволен и покровительственно похлопал меня по плечу, - Молодец, очень хорошие результаты, до утра можешь отдыхать, а утром продолжим...
  Что-то в его голосе меня насторожило, но виду я не подал, а сразу отправил в моечную комнату, где с удовольствием вымылся с щёлоком и немного поплескался в маленьком бассейне. Не желая одевать потное тряпьё, я голышом отправился в свою комнату, а там меня ждал сюрприз. За столом сидела смазливая девица в одной набедренной повязке и настоящим выменем, по размерам, на груди. К нечто подобному я был готов, поэтому сразу бросил ей на колени грязную и потную одежду, - Выстираешь и вечером принесёшь, а сейчас брысь отсюда, мне надо отдохнуть.
  Сказав, что мой организм никак не отреагировал на женщину, я бы погрешил против истины. Отреагировал и ещё как, но к этому времени я уже сидел за столом и мою реакцию было не видно. С удовольствием съев всё, что мне было предложено, я откинулся к стене. Что ж, видимо мое противостояние с Лиром вступило в решающую стадию и проверка моей готовности была неслучайной. Это могло означать только одно, ужинать мне сегодня не придётся и надо держать ухо востро.
  Неожиданно для меня старец преподнёс мне по истине царский подарок. Он вошёл в мою комнату в сопровождении той же девицы, которая несла без видимых усилий два больших свёртка. В одном оказалось нижнее бельё и верхняя одежда знатного воина, а во втором лёгкая кольчуга, неполный комплект облегчённых доспехов и качественное оружие без особых знаков и гербов.
  - Это мой подарок, пора тебе вживаться в образ умелого и знающего себе цену наёмника. Завтра приступим к обучению верховой езде, особых трудностей я здесь не вижу. Она - кивок на женщину, - поможет тебе освоиться с одеждой и доспехами. Придётся потренироваться самому их одевать и снимать, желательно несколько раз, запоминая последовательность, чтобы не делать ошибок.
  Лир, этакая сволочь, растаял в воздухе, а моя невольная подруга с видимым удовольствием вздохнула полной грудью, - Боюсь я его. Никогда точно не знаешь, когда он говорит серьёзно, а когда шутит. Вот перед тем, как пойти к тебе, он приказал мне доставить тебе максимальное удовольствие, что бы ты после ужина спал без задних ног. А как я могу это сделать, если не знаю твои пристрастия и предпочтения. Подскажешь, что тебе будет больше нравиться...
  ... - Ну что, красавица, пора приниматься за дело. Давай сюда мою одежду и рассказывай, что и как надо одевать и носить. Да не торопись ты, да ужина уйма ещё времени... - В общем, я несколько раз оделся и разделся, запоминая что и как одевать, особенно набедренную повязку с её хитрыми обёртываниями и узлом. С одеждой было проще, ничего нового, вот только с сапогами возникла заминка - надо было подобрать длину крепёжных ремешков, что бы голенища не слетали с икр. Очень неудобно, надо будет потом заказать себе сапоги с жёсткими вставками, что бы они не сползали с ноги.
  Зеркала в комнате не было, так что пришлось довольствоваться охами и ахами подруги, - Какой красавчик... Все женщины столицы будут твоими... Камзол сиди как влитой, вот только под плечи надо бы прокладку побольше, это придаст солидности...
  А затем пришла очередь доспехов. Её весьма удивил тот факт, что я перед тем как одеть кольчугу, снял камзол и только потом одел его поверху. На кольчугу камзол оказался маловат, но терпимо. Лёгкий доспех меня полностью удовлетворил, - движения не сковывал, неприятных ощущений не вызывал и что немаловажно, моё оружие очень удобно крепилось на ремнях, немного похожих на разгрузку. Вместо неудобного самострела мне вручили 'дамский' арбалет, но с двумя струнами под два болта. Как я понял, это оружие ближнего боя, так сказать для рукопашной схватки, вот только болтов к нему не было, и я думаю, не случайно. А ещё меня поразил тот факт, что этот самострел был сделан с использованием высоких технологий, легированного металла и явно не принадлежал этому миру, или этой эпохе. Свои выводы я оставил при себе, а в слух выразил благодарность и полное 'одобрямс' подарку Лира. После чего пришло время тренировок - 'Рота, сорок пять секунд времени, подъём! Построение на центральном проходе, форма одежды - четыре.'
  Добившись удовлетворительных результатов, кроме как в одевании сапог, я с облечением вздохнул и полностью разоблачился.
  - Подруга дней моих суровых, голубка дряхлая моя, сейчас у нас с тобой будет тренировка, максимально приближенная к боевой обстановке. Давай, раздевайся и 'у койку'. - Она всё правильно поняла и быстро скинула с себя своё тряпьё.
  После того, как я отдышался, а она умиротворенно сопела мне в ухо, последовал вопрос из её обязательной программы, которую она ещё не озвучила, - Послушай, унивет, а как тебя зовут? А то как-то неудобно тыкать знатному воину. А то что ты знатный и умелый, у меня сомнений нет.
  Я немного помолчал, нагнетая обстановку, этакая мхатовская пауза, - А у меня нет имени, как-то не удосужился им обзавестись. Можешь сама мне его дать, только что-нибудь приличное и необидное.
  - Ты это серьёзно?
  - Вполне.
  Она серьёзно отнеслась к моим словам и стала перебирать мужские имена, бракуя их одно за другим. Наконец остановилась на трёх и предложила мне выбрать себе одно из них, - Как тебе - Драг, Стрим и Бой. Насколько мне известно, эти имена носили знаменитые наёмники и великие мастера меча прошлых времён.
  - Извини, подруга, но мне не хочется подражать никому. А как тебе имя Страх? - с этими словами я резко вскочил и стал быстро одеваться, однако в первую очередь обнажил меч и положил его так, чтобы мог быстро схватить его.
  Через пять минут я подвёл итог, - Третий сорт не брак, а категория. На первый раз сойдёт, но ещё совершенствоваться и совершенствоваться. Чего лежишь, вставай, хорошего помаленьку, пойдем прогуляемся для аппетита в сад, заодно покажешь мне конюшню, хочу глянуть на местную живность, а то у нас лошади стали этакой диковинкой...
  В сад мы вышли без проблем, и она повела меня вдоль начавшего расти забора за дом. Там то я и увидел приземистое здание от которого пахло сеном и скотиной.
  - Я люблю бывать тут, это мне напоминает дом. Я ведь обычная крестьянка, которая по глупости совершила обряд призыва и попала в рабство к старцу. Скрашиваю его одиночество. Тебя это не коробит?
  - Нисколько, только почему-то уверен, что ты не единственная девица для утех в этих хоромах., иначе он бы так просто тебя мне не отдал.
   - Ты прав, есть ещё одна, так сказать более свежая, вот она меня и отодвинула от хозяина. Сейчас она милуется с ним и ходит, задрав нос, не понимая, что красота скоро завянет, а искусству любви она учиться не хочет. Мокрощёлка мелкая, кожа и кости, даже подержаться не за что, тьфу на неё...
  Конюшня изнутри оказалась значительно больше, чем она виделась мне снаружи, правда не все стойла были заняты. А вот и лошадиное царство - шесть кобылиц и один жеребец, видимо производитель.
  - Послушай, я в лошадях не разбираюсь, от слова вообще. Какая коняка из них здесь самая лучшая?
  - Самая лучшая стоит в отдельном закутке. Это сделано для того, чтобы жеребец крыл других кобыл, а то, когда она рядом, он на других даже не смотрит. Пойдём покажу.
  - Странно, а мне она совсем не глянулась, какая-то дохлая, не лощённая...
  - Внешний вид обманчив. Она очень выносливая и резвая, только я бы не рекомендовала использовать её для скачки в полном и тяжёлом доспехе. Её преимущество в скорости и умении преодолевать большие расстояния.
  За спиной раздался смешок и пред нами нарисовался Лир под ручку со смазливой малолеткой, - Что, Страх, нравится? Жемчужина моей коллекции...
  - Да какая-то она неказистая и вряд ли может служить для представительских целей такого знатного воина, которого я буду изображать, особенно в столице, если я, конечно, туда доберусь.
  - Почему это изображать? Ты действительно происходишь из очень знатного и старинного рода. Кстати, твоё имя является родовым, так что ты хоть и обедневший, но вельможа, входящий в красную десятку первых семей нашего царства. Твоя мать много лет назад покинула двор из-за приставаний отца солнцеликого и очень долгое время ходили слухи, что это было сделано для того, чтобы скрыть последствия этой связи.
  Так, девочки, идите-ка погуляйте, а нам надо поговорить наедине.
  Дождавшись, когда лишние уши вышли из конюшни, Лир взял меня под руку и повлёк в противоположенную сторону. Мы вошли в небольшое помещение, которое использовалось для хранения разных там попон, ремней и прочих конских приспособлений. Старец взмахнул рукой и от меня не укрылись несколько искр, которые вошли в стены и там растворились.
  - Вот теперь нас точно никто не сможет подслушать.
  - А что, есть такая вероятность?
  - Нет, но как говорится, бережёного бог бережёт. Для начала я хотел бы тебя поблагодарить за твоё терпение и выдержку и за то, что ты о людях судишь по их поступкам, а не по тому, что о них говорят или им приписывают. Я имею в виду волкодава. Честно говоря, я постоянно ждал от тебя удара в спину, а потом убедился в твоей порядочности и перестал опасаться. Ты хоть догадался, что это именно он подсыпал тебе всякую гадость в чай? Ладно, хватит о нём, он получил то, что заслужил. - Он замолчал, собираясь с мыслями, - Грядут тяжёлые времена, если их конечно не остановить. Я имею в виду континентальную войну всех со всеми. Всё начнётся с императора Веспа. У него в последнее время появилась идея фикс - войти в историю как объединитель всех земель и начать он решил с нашего царства. Для этого ему надо сделать всего пустяк - не дать Рао вновь жениться и при случае устранить, а затем женится на старшей царской дочери и тем самым присоединить Сармат к своей империи. Затем объединёнными силами ударить по царству Солей - солнечному царству, которое является самым слабым из всех четырёх государств, а уж потом схлестнуться с самым крупным и сильным государственным образованием на континенте - империей Восходящего солнца.
  Как видишь, в его планах мы занимаем первое место, с нас он хочет начать и твоя задача, всеми средствами помешать этому и желательно без особого кровопролития. Причём учти, просто смена императора тут не поможет, так как всё его окружение спит и видит претворение этого плана в действие. Самым оптимальным вариантом было бы обострение отношений между империей Восходящего солнца и империей Весп - пусть между собой грызутся, а к нам и Солей не лезут.
  За то время, что я наблюдал за тобой и изучал, сделаны несколько очень важных выводов. Во-первых, ты обладаешь таким запасом знаний в военной области, что позволят тебе победить любого противника. Сюда я включаю и те новинки, которые ты можешь с помощью мастеровых создать для своего отряда, который ты начнёшь формировать. Во-вторых, по дороге к столице ты сможешь познакомиться вживую с укладом жизни простых крестьян и подумать, как улучшить их жизнь. И, наконец, в-третьих, ты должен пробиться на самый верх и добиться отмены воеводств, так как их существование ведёт к распаду царства на несколько княжеств. В истории такое уже было.
  К сожалению, я тебе практически ничем помочь не смогу, не считая конечно золота. Им я тебя обеспечу. Дело в том, что сейчас в окружении солнцеликого большинство составляют мои противники и самые настоящие враги. Любые мои слова и предложения не просто встречают противодействие, а самое настоящее неприятие. Рао предпочитает не лезть в эти интриги и уже упустил время, когда он мог влиять на решения думских бояр. Ах да, я же тебе о них ничего не рассказывал. Дело в том, что в царскую думу входят по одному боярину от каждого воеводства и столичного округа. Именно они с подачи царя принимают все важные указы. Высшим же органом управления является поместный собор, который собирается по мере необходимости, но в силу своей многочисленности не принял ни одного значимого решения. Слишком много противоречий между разными группами, разделёнными по границам воеводств и защищающих свои местечковые интересы. Скажу больше, если не принять решительных шагов, то развал царства на удельные княжества почти предрешён. Посуди сам, воеводы собирают налоги и оброк самостоятельно и в столицу отправляют строго оговорённую часть, причём проследить, сколько и чего собрано - практически невозможно. Каждый воевода помимо ополчения имеет и свою личную дружину, которые по отдельности уступают царской, но если объединятся две или три, то они превзойдут её по численности. Уже сейчас я располагаю сведениями, что по-крайней мере четыре воеводства имеют устный договор выступать единым фронтом против царской воли. Реально Рао может положиться только на две территории, где властвуют преданные ему люди, остальные шесть реально будут ему противостоять. Как видишь, царская власть значительно ослабла, а солнцеликий озабочен поисками невесты, а на остальное ему плевать, по-крайней мере сейчас. Боюсь, что когда он спохватится, то уже ничего сделать не сможет.
  - А если объединить силы с верными воеводами и ударить по паре земель и сменить там власть?
  - Остальные тут же придут на помощь, и этим воспользуется Весп, чтобы во время смуты покорить Сармат. Даже если мы выйдем победителями из этого противостояния, царство будет разорено.
  А теперь давай поговорим о том, какой манере поведения тебе следует придерживаться. Начнём с того, что на языке Сармата ты говоришь с небольшим акцентом, что выдаёт в тебе человека много лет проведшего на чужбине. Это тебе на руку, так как в царстве давно никто ничего не слышал о представителе из красной десятки боярского рода Страхов, хотя и ходили упорные слухи о том, что наследник обитает в царстве Солей. Долгие годы, проведённые там, наложили на тебя свой отпечаток - в тебе нет той боярской спеси, что присуща нашей знати, а то, что ты стал наёмником, да не простым, а командиром отряда, не позволяет садится никому тебе на шею. Исходя из этого и строй своё поведение, и ещё, ты из первой десятки, а значит можешь себе позволить многое, в частности самосуд прямо на месте. Это называется 'в своём праве' и кроме царя никто не может это оспорить, даже воевода, на земле которого ты находишься, но это не спасёт от предательского удара в спину или стрелы из кустов. По дороге в столицу тебе придётся заехать в свою вотчину и восстановить свои права на владение.
  - Прости что перебиваю, но как я докажу, что я - это я?
  - У тебя фамильное оружие и перстень рода. Они заговорённые и их носить может только тот, кто имеет на это право.
  - У меня такое право есть?
  - Да, ты унивет и на тебя магия этого мира не распространяется, так что и твой меч, и перстень тебя примут без всякого сопротивления. А давай это прямо сейчас проверим? - Не успел я глазом моргнуть, как в руках у старца оказался клинок в потёртых ножнах, а на его крестовине на кожаной тесёмке висело подобие печатки. Хотя правильнее сказать не в руке, а над ней, в воздухе, не касаясь кожи. - Заметил? Даже я, один из сильнейших волдрудов этого мира не могу прикоснуться к вещам, которые зачарованы богами и принадлежат твоему роду. Попробуй возьми его в руку, - и меч плавно поплыл в моём направлении.
  Мне ничего не оставалось, как перехватить его за ножны, а потом извлечь. Руку неприятно кольнуло, но не более того, затем меч засветился красным светом и погас.
  - Вот и всё, Страх, - старец выдохнул с облегчением, - тебя признали, как наследника и подтвердили твоё право числиться в красной десятке. Мои предположения полностью оправдались. А теперь давай вернёмся в твою комнату и там продолжим разговор, а то я что-то устал и проголодался. Фамильный перстень то одень на руку, только печатью вовнутрь, нечего раньше времени светиться...
  
  3.
  
  Последняя ночь, проведённая во владениях Лира, выдалась бессонной. Информация, которую следовало крепко накрепко запомнить, лилась на меня как из рога изобилия. Но что было удивительно, легко запоминалась, и я был уверен, что в любой нужный момент могу ею воспользоваться.
  Я узнал, что настоящий Страх, с доверенным слугой, действительно пытались перебраться в Солей, для чего воспользовались морским путём, но их каботажное судно попало в шторм и затонуло. Спастись не удалось никому, а тела Страха и слуги так и не обнаружили по той простой причине, что их поясные сумки м карманы были набиты золотом, что и утянуло их на дно.
  - На поиски их тел я потратил два года, вот откуда у меня и перстень, и родовое оружие. То, что осталось от них, я похоронил на дне океана, но самая главная тайна, над раскрытием которой я так долго бился, так и осталась для меня за семью печатями. Я не смог установить, кто был отцом Страха и какое отношение он имеет к царскому роду. К тому времени с отцом Рао я разругался вдрызг, а потом и спрашивать стало не у кого.
  - Постой, Лир, а как это соотносится с тем, что Рао сейчас тридцать пять, а мне двадцать восемь?
  - Тут всё в порядке, отец солнцеликого был ещё тот бабник, не пропускал ни одной симпатичной юбки, так что наличие бастардов никого не удивляло, ни старше, ни моложе тебя. Вся загвоздка была в том, что твоя мать была из очень знатного рода и это могло вылиться в такой скандал, который мог пошатнуть устои государства. Не обижайся, но это я, в своё время, предложил царю удалить твою мать из дворца, как только стало известно, что она ждёт ребёнка. А эта сволочь так и не обмолвился, его это ребёнок или нет.
  У тебя может возникнуть резонный вопрос, почему я тянул до последнего и не завёл этот разговор раньше? Всё дело в том, что я не был уверен, что ты согласишься взвалить на себя такой груз ответственности. Рисковать своей жизнью ради чужой страны - на это не каждый согласится. Я знавал двух уневетов, которые предпочли забиться в глушь и там спокойно жить на новой для себя родине.
   А потом я учил расположение комнат и жилых помещений в родовом гнезде, запоминал схему расположения тайников с семейными ценностями, узнал о наличии своих детских схронов в спальне, где, по словам старца, меня дожидается то золото, что он поднял со дна океана.
  - Золота у тебя достаточно, чтобы ни в чём не знать нужды и что бы содержать сотню воинов в качестве личной дружины. В столицу не торопись, сначала утвердись в воеводстве, пусть слухи о тебе достигнут царя и его ближайшего окружения. Надо посмотреть на его реакцию, так как я уверен в том, что с новой силой вспыхнут слухи о вашем родстве....
  Мара всем своим видом выражала недовольство столь медленным передвижением. Откуда ей было знать, что я с трудом сижу и удерживаю равновесие в седле, что, кажется, так и норовит сползти в сторону. Это мой первый опыт верховой езды, не считать же за него те два круга по двору, что я сделал под руководством Лира. И почему они до сих пор не придумали стремян? Почему под седлом какой-то фиговый листок, а не попона? Почему подпруги больше похожи не на ремни, а на нитки, а уздечка имеет столь сложный и запутанный вид? Всё-таки эта порося чувствует мою неопытность и некий страх перед ней. Иначе чем объяснить её внезапные взбрыкивания во время неторопливого хода и обязательный поворот головы, чтобы посмотреть на мою реакцию.
  Мы двигались, по совету старца, к побережью, избегая наезженных дорог, постоялых дворов и трактиров, предпочитая останавливаться на ночёвку в небольших деревушках, где за медяк можно было плотно покушать и получить торбу зерна или охапку свежего сена для Мары. Никто не интересовался кто мы и откуда, не задавал вопросы и не провожал подозрительным взглядом. Я так полагаю, что этому способствовал мой знак командира отряда наёмников - серебряная голова волка на камзоле и в виде фибулы на накидке.
  Как и говорил старец, я вышел между двумя прибрежными рыбацкими деревнями и прямиком направился к приметному домику, что стоял на отшибе. У двери меня ждал ещё крепкий старик, в холщовых штанах и без рубахи. Без предисловий я сразу же сказал, - Лир просил тебя подтвердить при случае, что я приплыл на лодке со стороны Солей и ты лично меня встречал и помогал разгрузить мои вещи и лошадь. Я кинул ему золотую монетку и не оборачиваясь пошёл к Маре, которая в это время вылизывала белую от соли корягу на берегу. Эта вредина давала мне понять, что я совсем её не кормлю и она вынуждена есть даже деревяшки, что бы не помереть...
  Обратно мы уже возвращались по наезженным дорогам, останавливаясь на ночлег в трактирах и на постоялых дворах. Каждое наше появление на новом месте вызывало скрытый интерес со стороны завсегдатаев, наёмники здесь были в диковинку, тем более командиры отрядов. В одной из деревушек, через которую мы проезжали, я услышал звук удара молота по наковальне, а вскоре на отшибе увидел и саму кузню - покосившийся сарай для инструмента, отдельно стоящую печь с горном и наковальню под навесом. Подъехав ближе, я увидел, что заправлял всем этим широкоплечий молодой парень лет семнадцати. Работал он без помощника, легко играя молотом и молотком, периодически поддерживая огонь, раздувая угли мехами. По тому, как он лихо со всем этим управлялся, эта работа была ему не в новинку. А вот дружелюбием он не отличался.
  - Что надо? Если перековать эту клячу, то только завтра с утра. - естественно, Мара такого обращения не потерпела, тут же подлетела к нему и цапнула за плечо. От неожиданности кузнец выронил молот, который очень осторожно и даже как-то ласково упал ему на ступню. А эта 'кляча' отошла в сторону и с невинным видом смотрела как кузнец прыгает на одной ноге.
  Я торопливо предупредил его, - Не вздумай замахиваться на неё, если не хочешь получить копытом в грудь или в голову, а также выбирай выражения, когда обращаешься к ней. Она обидчива и злопамятлива, так что я советовал бы извиниться перед ней. Моя лошадка необычная, её зачаровал самый сильный волшебник царства Солей, так что вполне возможно, что в прошлой жизни она была знатной дамой. А став лошадью, она от своих прежних замашек полностью не избавилась.
  Кузнец мои слова принял вполне серьёзно и даже поклонился Маре со словами извинения. Эта хитрюга тоже изобразила ответный поклон как настоящая цирковая лошадь, чем окончательно добила кузнеца и изрядно удивила меня. Возникла даже шальная мысль, - а что, если моя догадка правильная и эта непростая кобыла, превращённая в животину, бывшая подруга Лира или какая-нибудь знатная дама, которая перешла ему дорогу? Кто знает этих колдунов, вдруг они способны и не на такое?
  'Молодецки' спрыгнув с Мары и разминая ноги, я подошёл к кузнецу. Из-под полы накидки был извлечён самострел, и я представил его пареньку.
  - Сможешь изготовить и подобрать болты к этому чуду с двухгранными и конусными наконечниками?
  - Ух ты! Первый раз вижу подобное чудо. Потрогать можно?
  - Можно, но только не разбирать, - и я протянул ему арбалет.
  Пока кузнец любовался и осматривал его со всех сторон, я обошёл кузницу и укрепился в своём мнении, что эта кузня не принадлежала ему - не чувствовалось хозяйской руки, а значит подмастерье пришлый. Вероятнее всего он приходит в деревню только на рабочий сезон, когда на его мастерство имеется спрос. Да вот только деревенька выглядит бедной, так что вряд ли он сможет здесь хоть что заработать, хотя с другой стороны, для закрепления навыков работы с металлом, это место подходит как нельзя кстати.
  Как оказалось, жил кузнец здесь же, варил себе сам из тех продуктов, которыми с ним за работу рассчитывались деревенские, так что мне самому пришлось готовить ужин на двоих, благо Мара нашла неплохую полянку с сочной травой и теперь намеревалась превратить её в безжизненную пустыню. Миха, так звали кузнеца, рассказал мне, что он родился и вырос в большом селе Хвалынка, что в четырёх днях пешего пути отсюда. Отца своего не знает и в двенадцать лет нанялся в помощники к одному из местных кузнецов. Сначала был мальчиком на побегушках - подай-принеси, затем был допущен к работе лёгким молотом, а заметив неподдельный интерес мальца к кузнечному делу, его стали понемногу учить. И вот по прошествии пяти лет его наставник объявил, что ничему новому он его больше не научит и настала пора Михе заняться самостоятельным промыслом. Он же и надоумил его отправиться подальше от Хвалынки и найти небольшую деревеньку, где раньше была кузница.
  - Наставник учил меня, что бы я не гнался за большими деньгами, мне главное сейчас получить побольше практики. Этого добра здесь хватает, ремонтировать и восстанавливать приходится много, а вот с деньгами совсем плохо. За два месяца каждодневной работы всего пятнадцать грошей, этого даже не хватит на небольшую чушку ковкого металла невысокого качества. Так что, господин, изготовить вам болты я бы мог, но не из чего. Деревенские трясутся над каждой железякой и даже остатки после ремонта и восстановления забирают себе. Я даже уголь вынужден покупать себе сам...
  Я слушал Миху в пол уха, так как уже принял решение и надеялся, что этот жадный до знаний и работы паренёк примет моё предложение стать отрядным кузнецом, а для начала отправиться со мной в вотчину, где я, знал со слов Лира, была большая кузница. Уговаривать его долго не пришлось, практически сразу же он согласился, пояснив, что в его селе и так имеется аж три кузнеца, которые чуть ли не дерутся за заказы и четвёртый будет явно лишний.
  Дождавшись, когда паренёк заснёт после сытного ужина, я достал из седельной сумки промасленный свёрток - прощальный подарок старца.
  - Вот, посмотришь, когда отъедешь от леса на два дня пути. Я так и не смог с этим разобраться, лежит мёртвым грузом, а у тебя может быть получится. Если ничего не выйдет, то закапаешь где-нибудь в укромном месте до лучших времён, но в чужие руки это попасть не должно ни при каких условиях...
  В свёртке было духовое ружьё в кобуре, весьма похожее на наши кавалерийские карабины. Разобрался я с ним достаточно быстро. Стреляли из него свинцовыми или стальными шариками как от большого подшипника. Перезарядка и взведение поршня происходило по примеру винчестера из вестерна - опускаешь скобу со спусковым крючком до упора и возвращаешь назад. Всё, шарик уже в стволе, порция сжатого воздуха готова выплюнуть его в цель. Одномоментно в карабин можно было зарядить десять снарядов, правда после двух десятков выстрелов приходилось качать насосом, что был спрятан в прикладе, чтобы восстановить приемлемое давление в камере. Вместе с ружьём мне досталось по пятьдесят пуль каждого вида, и как я понял, стальные были бронебойными, а свинцовые использовались против лёгких или кожаных доспехов, хотя возможно, это было просто охотничье оружие на крупного зверя. Опытным путём я установил, что оптимальная прицельная дальность составляет девяносто метров для свинца и сто пять метров для стали. На прицельной планке были риски с двух сторон, для каждого вида пуль, хотя до семидесяти метров никакой разницы между ними не было.
  В преддверии выхода в более обжитые места, возрастала возможность встречи как с лихими людишками, так и людьми воеводы, охочими до чужого добра. Вот и решил я привести своё оружие в боевое состояние. С утра предстояло закрепить карабин на Маре так, чтобы он был всегда под рукой и легко доставался...
  Ранним утром меня разбудил звонкий перестук молота и молотка. Это мой кузнец, разогрев горн, ковал из сэкономленного железа два металлических болта, а также готовился отлить несколько наконечников для деревянных стрел. Как я понял, уж очень ему хотелось посмотреть на мой арбалет в действии. Видимо он считал его простой игрушкой и не очень верил, что это боевое оружие. Завтракать он пришёл к полудню и, весьма довольный собой, представил мне два бронебойных болта и пяток деревянных стрел с двухгранными наконечниками. Ел он быстро и жадно, глотая кашу не пережёвывая, торопясь опробовать самострел. Он же, после завтрака, показал мне старую колоду, от которой я отсчитал тридцать шагов. Учитывая, что средний шаг взрослого ровняется семидесяти пяти сантиметрам, а мой чуть больше, то тридцать шагов составляли что-то около двадцати пяти метров - прицельная дальность ПМ, что меня вполне устраивало. Пробные стрельбы превзошли даже мои ожидания. Железный болт полностью вошёл в колоду, а деревянные стрелы - более чем на половину. Я даже дал выстрелить Михе, с условием, что он потом извлечёт из колоды мои боеприпасы. И пока он курочил колоду, я мастрячил кобуру карабина на седло, а заодно присматривал, как бы прикрепить стремена и заменить подпругу на более широкие ремни, что бы они не врезались в тело Мары. Хорошо бы конечно, найти замену этому лоскутку, что выполняет роль попоны под седло, или, как его назвал Миха - чепрак, что бы седло не натирало спину Маре. Болт и стрелы он достал все, правда наконечники требовали небольшого ремонта, но так как результат был весьма хорош, то на эти мелочи я не стал обращать внимания.
  В общем, и в этот день мы никуда не стронулись с места, а вечером, вручив Михе несколько серебряных и медных монет я отправил его в деревню, за широкими кожаными ремнями и материалом для попоны и чепрака. Вернулся он через час избитый и с синяком под глазом. Шмыгая разбитым носом, он поведал, что деревенские отобрали у него деньги и пообещали прибить, если он ещё раз у них появится.
  - Понятно, деревенские понятия не имеют, что значит связаться с наёмником, тем более с боярином в своём праве. Что ж, надо преподать им урок, который они запомнят на долго. Людишек то запомнил, которые тебя грабили и мордовали? Пойдём, покажешь их хаты.
  К трём оставшимся болтам я прикрепил тряпицы, пропитанные маслом, приготовил кресало и факел. Подъезжая к деревне, я уже чувствовал, откуда дует ветер, а вскоре первый мой небольшой огненный подарочек воткнулся в крышу обидчика. Точно такая же участь постигла ещё двух охочих до чужого добра, а вскоре огонь разгорелся так, что не заметить его было невозможно. В деревне поднялась паника, помогать погорельцам никто не собирался, все были озабочены тем, что бы огонь не перекинулся на их хаты и постройки.
  - Вот он, аспид, с сыновьями бил меня ногами в живот и лицо, когда сбили на землю, но и я им хари попортил.
  - Это вон тот, что суетится у второго пожарища?
  - Да, это он.
  - Жди меня здесь.
  Мара, почувствовав толчок мои каблуков, резво понеслась к указанной кучке мужиков, в которую я ворвался с уже обнажённым мечом. В этот раз покинуть седло у меня получилось достаточно быстро, и я начал разить всех подряд. Никто не смеет поднять руку на наёмника, надеясь, что это ему за это ничего не будет. Пять тел, правда одного пришлось добивать, что бы не мучился. Мара ходила за мной как собачка и била копытом в распластанные тела, словно производила контрольный выстрел. Да, не простая у меня лошадка, очень непростая...
  Утром меня разбудил Миха, - Господин, там деревенские пришли с повинной. Они боятся, что днём вы спалите всю деревню. Они готовы выдать на ваш суд оставшихся двоих, что избивали меня и отбирали деньги, а также принесли то, что я собирался у них купить.
  - Хорошо, вижу урок пошёл впрок. Деньги то вернули? - Дождавшись его утвердительного кивка, я продолжил, - Рассчитайся с ними по-честному, а этих двух пусть привяжут к дереву, я чуть позже решу, что с ними делать...
  Вот и закончилось наше пребывание в этой деревушке. После себя мы оставили пять пепелищ и двух повешенных у кузницы. За эти два дня, под моим чутким руководством Миха не только заменил и улучшил подпругу и заменил чепрак, но и выковал мне стремена и приспособил их к седлу. Его работой я остался весьма доволен и в качестве премии вручил ему одну большую серебряную монету. Он даже кинулся мне целовать руки, так что пришлось прочитать ему целую лекцию о гордости наемника и дать обещание, что мы ненадолго заедем к его матери, что бы он передал ей заработанные гроши. Видя, что Миха мнётся, я сразу понял, что это не всё.
  - Давай, выкладывай, что ещё?
  - Господин, невеста у меня есть. Ей нельзя оставаться дома. По осени её силком выдадут за лавочника Фита, а она сказала, что наложит на себя руки, если я не заберу её к себе, - и он с надеждой посмотрел на меня.
  - Что она умеет делать? Неумехи мне не нужны ни в отряде, ни в имении.
  - Да она у меня мастерица на все руки: хорошо готовит, шьёт и вышивает, не гнушается стиркой и уходом за скотиной, следит за порядком в доме и присматривает за младшими....
  - Ладно, посмотрим, - прервал я его словесный понос, - сам гляну, что она из себя представляет, там и решу.
  Через три дня мы достигли окраин Хвалынки и остановились на постоялом дворе, чтобы привести себя в порядок и передохнуть после дороги. Я сразу же вызвал к себе хозяина и поставил ему задачу - найти очень хорошего мастера по пошиву одежды, а также оружейника и сапожника. Можно было, конечно, потерпеть и до своей вотчины, но уж больно не хотелось ехать в обществе оборванца.
  Хозяин, увидев серебряную волчью голову, буквально стелился передо мной, что было непривычно, но скрывать не буду, приятно. Узнав, что я хочу ещё прикупить с десяток хороших лошадей в полной сбруе и нанять пару погонщиков, которые сопроводят табун в моё имение, что в пяти суточных переходах отсюда, он заверил, что сделает всё, чтобы я остался доволен.
  На постоялом дворе пришлось задержаться, так как портной и сапожник смогли выполнить заказ только через два дня, а вот оружейный мастер порадовал. Через те же два дня я стал обладателем трёх десятков бронебойных болтов и полусотни стрел для моего самострела, а ещё, несмотря на удивление, был выполнен мой заказ на железные и свинцовые пули для карабина, хотя для чего они предназначались, оружейник так и не понял. Рассчитался я со всеми честь по чести, а тут и хозяин постоялого двора выполнил своё обещание и пригнал небольшой табун лошадей в пять десятков голов, что бы я мог выбрать свой десяток. Так как в лошадях я был 'некопенгаген', то взвалил эту работу на Миха, который уже щеголял в новой форме и сапогах, буквально преобразившись на глазах из оборванца в 'ушлого' наёмника.
  - Господин, у нас проблема. Я не могу выбрать десяток лошадей. Из полусотни я забраковал только пять лошадок и только потому, что у них стёрты подковы и переход они могут не выдержать. Может быть вы сами определитесь по мастям?
  - Миха, это не проблема, договорись о покупке всех пятидесяти и организуй замену подков у своего знакомого кузнеца. Мне только скажешь окончательную стоимость табуна и плату за работу кузнецу. И вообще, ты сейчас моя правая рука, привыкай принимать решения самостоятельно и представляй мне на утверждение уже готовые. Если мне что-то не понравится, я сам всё поправлю.
  Хозяин постоялого двора за усердие получил от меня премию в виде трёх золотых монет, что превзошло его самые радужные ожидания, а после того, как табун был отправлен в мою вотчину, мы съехали от него. Настало время выполнять свои обещания, и мы с Михом отправились навестить его мать и решить вопрос с невестой. Увидав такого красавца вместо оборванного помощника кузнеца, мать расплакалась и никак не желала верить в счастье, что привалило её сынку.
  А вот с невестой вышел облом, её папаша, опасаясь своенравной дочки и предвидя скоро возвращение Миха с заработков, выдал её за лавочника Фита ранее намеченного срока. Девица поплакала, а потом покорилась своей судьбе и теперь училась заправлять делами в лавке. Вечером, после того, как она повстречалась и поговорила с Михом, вся улица сбежалась слушать скандал, что она закатила своему отцу и Фиту с битьём посуды и ломанием мебели. А ларчик открывался просто, по своей душевной простоте Миха проговорился, что за неполный месяц заработал на службе у меня три большие серебряные монеты, которые и отдал своей матери. По мерке сельчан и одна большая серебряная монета была огромным богатством, а тут сразу три. На предложение бросить мужа и последовать за Михом хоть на край земли, мой помощник ответил гордым отказом, напомнив разборчивой женщине о её обещании дождаться его возвращения...
  Из Хвалынки мы выехали во главе небольшого обоза, состоявшего из трёх возов в которых разместился домашний скарб семьи кузнеца учителя Михи - дядьки Луки, а также необходимый инструмент для походной кузницы. Ещё в одном возке находилась крепкая выделанная кожа, для стремян и подпруг, а также материал для чепраков и попон. К нам присоединились ещё два деревенских паренька, которые согласились поступить в ученики наёмников, с тем, чтобы после трёх месяцев обучения заключить полноценный ученический контракт.
  Вечером второго дня на нас попытались напасть и ограбить. Шесть человек в тряпках, которые закрывали их лица, перекрыли нам дорогу и предложили отправиться, если конечно хотим жить, в лес, оставив всё имущество на дороге. У четверых были самодельные копья, переделанные из кос, страшные на вид, но совершенно бесполезные в бою, а у двоих - громоздкие охотничьи самострелы, которые использовали как стационарные для засад на тропах крупных копытных. Их то я и расстрелял первыми из своего арбалета, а пока те четверо удивлённо хлопали глазами, не понимая, почему их подельники вдруг упали и засучили ногами, я извлёк карабин и произвёл четыре выстрела свинцовыми пулями.
  - Миха, пока ученики обыскивают тела неудачливых разбойников на предмет чего-нибудь ценного и могущего пригодиться, извлеки стрелы из тел. Раненых, если таковые окажутся, добить и сбросить с дороги, а я прогуляюсь и посмотрю, откуда они пришли.
  Хорошо натоптанная тропинка очень быстро привела меня к небольшой полянке, на которой стояла телега, забитая под завязку тюками, с дремлющем на передке стариком. Хорошо, что его внешний вид не вызвал у меня беспечности и я был готов к любому сюрпризу, в том числе и к луку со стрелой на тетиве, которая должна была пронзить меня, замешкайся я на пару мгновений. Однако преимущество арбалета над луком в том, что тетива уже взведена, а стрела смотрит в цель. Вот уж не думал, что чмокающий звук присущ стреле, пробивающей незащищённую грудь разбойника. Вырезав ещё из живого стрелу, я обыскал его и снял пояс, набитый монетами и камнями, после чего повёл лошадку к дороге, на которой стоял мой обоз. К моему возвращению Миха и ученики уже закончили свои дела. Их трофеи по сравнению с моим были смехотворно малы - десяток медяков, один неплохой кинжал и два засопожных ножа...
  
  4.
  
  Проехав несколько лиг от места встречи с разбойниками, мы остановились на ночлег на берегу небольшой речушки. Проплешины от костров говорили о том, что это место пользуется популярностью у путников. Пока народ обустраивался и готовил ужин, я заглянул под полог трофейной телеги и обомлел - она под завязку была забита вещами с моим фамильным гербом. Серебряная посуда, подсвечники, картины в позолоченных рамах, рулоны тканей, даже щиту и паре мечей здесь нашлось место. Интересно, кто это так лихо обобрал меня и куда смотрел управляющий, если, конечно, это не его рук дело. А что, табун лошадей уже прибыл в мои земли, а значит сделать вывод о том, что хозяин возвращается, очень просто. Предстоит держать ответ, отчитываться, а так как наверняка к рукам прилипло не мало добра, то самое время сделать ноги, прихватив самое ценное. Вот такие мысли посетили меня, пока я тупо таращился на своё имущество.
  Подошёл Миха и заглянул мне через плечо, - Ничего себе, да тут добра не на одну сотню золотых. Вот свезло вам, господин.
  - Не так то уж и свезло. Это всё имущество из моей усадьбы кем-то украдено, так что теперь будем досматривать все подозрительные телеги и возки. А воров вешать. - И сжав кулаки, тихо произнёс, - Я буду в своём праве.
  Утром я убедился в том, что мой фамильный перстень реагирует на моё имущество вспышкой красного света, правда только тогда, когда он не повернут на пальце в сторону ладони. Вот так мы и тронулись дальше. Кольцо я уже не прятал, а все встречные телеги и возки объезжал по кругу. Повезло только на четвёртом возке, кольцо мигнуло ярким светом, и я подал сигнал Миху и парням. Возок сопровождал конный охранник, но заметив, что ему в грудь нацелен арбалет, он предпочёл не рисковать своей жизнью и дал себя разоружить и связать, хотя по началу и проявлял свой гонор.
  - Да вы знаете, с кем связались? Это личное имущество управляющего имением боярина Страха, он нарядил меня сопроводить его в родную деревню, куда собирается переехать, и удалиться от дел.
  Возничий равнодушно смотрел в сторону и никак не реагировал на происходящее. Парни быстро осмотрели возок и извлекли из-под горы рухляди приличного размера сундучок.
  Один из них хрипло произнёс, - Тяжёлый гад, он что каменьями набит?
  - Золото там, моё золото, которое управляющий украл за то время, что я отсутствовал. Сундук в нашу телегу, этих отпустить, но коня и оружие не отдавать. Слышишь, Миха, а может быть их обоих повесить, ведь факт воровства на лицо, а управляющего приплели сюда, чтобы обелить себя в моих глазах?
  - Господин, охранника я бы отпустил, по нему видно, что он не приделах, а вот возничего бы повесил, он не тот, за кого себя выдает. Гляньте на его холёные руки, которые не знали тяжелого труда. Скорее всего это доверенное лицо вашего управляющего, которому он безусловно доверяет и уверен, что тот с золотом никуда не сбежит.
  Возничий сразу как-то сник и попытался незаметно запустить руку под сено рядом со своим сиденьем.
  - И не пытайся, мой помощник давно держит тебя на прицеле, а твой самострел наверняка не приспособлен для стрельбы с одной руки. Парни, ссадите и свяжите его.
  Задержались мы не больше чем на двадцать минут, оставив ещё дёргающее тело висеть на толстой ветке разлапистого дерева, похожего на дуб, но без желудей. Охранник не рискнул напроситься с нами, взобрался на телегу и потрусил дальше по дороге, а мы продолжили свой путь в сторону моего имения. А потом нам встретилось некое подобие колесницы, в которой важно восседала моложавая женщина в сопровождении пяти конных. Пришлось достать карабин и приготовить его к использованию.
  - Господин, под ними лошади из нашего табуна.
  - Вижу! Эй вы, кто вам дал право распоряжаться моими лошадьми? Если не услышу внятного объяснения, буду считать вас ворами!
  - А ты сам то кто такой, что рискнул в одиночку выступить против пяти опытных воинов из личной дружины воеводы? - Так вот откуда ветер дует, оказывается и воевода замешан в разграблении моего имения, а значит я теперь в своём праве.
  - Вы сидите на моих лошадях, а в телеге у той старухи находится моё имущество, о чем подтверждает красный свет фамильного перстня. Вы воры, и ваше место на ветвях крепкого дерева. - С этими словами я взял на изготовку карабин и хладнокровно расстрелял охрану, они даже дёрнуться не успели, как кули вывались из сёдел и затихли на земле. - Теперь с тобой старая, кто такая, почему у тебя моё добро? Не будет внятного объяснения, повешу.
  Парни, а вы чего стоите как истуканы? Обыскали, обобрали, подобрали себе оружие и лошадей, остальное всё на телегу, а свободных лошадей привязать к возку.
  Женщина вздёрнула подбородок, - Не повесишь, будешь ещё валяться в ногах и выпрашивать прощение. Я племянница воеводы, а ты, как сказал дядя, самозванец.
  - Миха, у нас верёвки ещё остались? Если остались, то с парнями вздёрните её на вот этом дереве, только предварительно как следует обыщите. Особенно проверьте декольте, такие как она именно там хранят самые ценные бумаги.
   Я оказался прав и вскоре мне протянули опечатанный свиток, а из колесницы достали очередной сундучок, битком набитый драгоценными камнями. Я почему-то не сомневался, что многие из них ещё недавно служили украшением фамильных ценностей. Но самая интересная встреча поджидала меня под вечер. Нам навстречу попалась безоружная группа оборванцев, многие из которых были избиты и даже ранены. Они понуро брели по дороге, поддерживая друг друга.
   Я остановил их, - Кто это вас так отделал, неужели разбойники завелись в моей усадьбе? Я боярин Страх и вы находитесь на моей земле.
  Ответил самый старый, - Я десятник Устин. Управляющий нанял нас для охраны имения, но потом прибыли дружинники воеводы, нас разоружили, избили и ничего не заплатив, выгнали. А на последок посоветовали жаловаться самому воеводе.
  - Лука, ищи место для стоянки, надо ребятам помочь, при необходимости перевязать и, главное, накормить и напоить. Пусть твоя жинка этим займётся. Миха, приготовление ужина на тебе. Парни, вам охрана лагеря и наблюдение за дорогой. О всех телегах и возках докладывать немедленно, о больших группах людей, особенно вооружённых, тоже, а я пока подготовлюсь к встрече нежелательных визитёров.
  Миха поинтересовался, - А они будут?
  - Обязательно, Возницу колесницы мы же упустили, так что ночью или под утро следует ждать гостей.
  Раздался обиженный голос, - И никуда вы меня не упускали, я просто ехал в хвосте, чуть отстав, чтобы не глотать пыль. Я из местных конюхов и рад вашему возвращению, мой господин.
  - Иди ка сюда, расскажешь, что сейчас творится в имении.
  - Господин, дозвольте вначале лошадками заняться, а потом всё обскажу как есть...
  Сопоставив рассказы конюха и Устина, мне стало достоверно известно, что в усадьбе находится два десятка дружинников воеводы под командой старшего десятника или полусотенного. Была ещё личная охрана племянницы воеводы, но первая пятёрка вместе с ней уже убыла в столицу воеводства, а вторая наряжена для охраны управляющего, он почему-то опасается за свою жизнь и не доверяет дружинникам воеводы. Управляющий с семьёй уже много лет живёт в господском доме, вместе с ним там же сейчас находится доверенное лицо воеводы, а в доме, который он раньше занимал, сейчас расположились дружинники воеводы.
  В целом расклад мне был ясен и примерный план действий уже сложился в голове, но для начала надо было решить вопрос с Михом и парнями.
  - Миха, Жан, Жак, обстоятельства поменялись, и я отказываюсь от своего желания сформировать и обучить новый отряд наёмников. Вместо этого я буду создавать боярскую дружину с беспрекословным подчинением боярину и строгой дисциплиной, вольницы наемников там не будет.
  - Господин Страх, а в чём разница?
  - Разница большая. Наемникам приходится свои большие деньги оплачивать кровью и жизнями, их кидают в бой первыми и на самые опасные участки. Дружинников, как правило стараются беречь. Наемник сам покупает оружие, доспехи и коня, в случае ранения или болезни наёмник сам оплачивает услуги лекаря. Дружинника всем обеспечивает боярин. По выполнению контракта наёмники вправе покинуть нанимателя и даже наняться к его противнику, очень часто они служат тому, кто больше им заплатит, так что предательство целых отрядов не в новинку. Дружинник подписывает контракт с боярином и обязуется на определённых условиях отслужить десять или более лет. Наёмник, если ему что-то не нравится или не устраивают условия, вправе расторгнуть контракт со своим капитаном и прейти в другой отряд. Дружинник такой возможности лишён, если он самовольно покинет дружину, то объявляется клятвопреступником и подлежит публичному наказанию, вплоть до казни. Есть ещё очень многое, что отличает наёмника от дружинника, сюда можно отнести возможность дружиннику жениться и проживать со своей семьёй в специальной семейной казарме, пожизненную заботу боярина об увечных, если это прописано в договоре. И тот и другой статус воина имеет свои положительные и отрицательные стороны, так что я советую вам хорошенько подумать, прежде чем принять какое-либо решение. Поговорите с наёмниками, которым я, по старой памяти, помог.
  Жан и Жак переглянулись и пошли к костру, возле которого расположились наёмники, а Миха остался на месте.
  - А ты, что?
  - А я для себя уже давно всё решил - буду всегда с вами, если конечно, не прогоните. Даже если не подойду в дружинники, то вернусь к Луке. Думаю, второй кузнец вам не помешает, да и не все секреты я у него вызнал. Сына то он оставил в Хвалынке, а кроме меня знания передавать некому.
  Вскоре вернулись парни, а с ними к нашему костру подошёл Устин, но сперва я обратился я к ребятам, - Что-то вы быстро вернулись. Что решили?
  - От добра - добра не ищут. Остаёмся с вами господин. И вот, десятник Устин, просил замолвить за него словечко.
  - А он что, онемел? Говори десятник чего хотел?
  - Господин, вы, со слов парней, собираете собственную дружину. Я так считаю, что пара ветеранов вам будут совсем не лишними, особенно те, которые занимались долгое время обучением новичков. Хочу предложить вам свои услуги и за Сига замолвить словечко. Мы с ним вместе уже восемь лет и ни разу я не пожалел, что он стал моим побратимом. К сожалению, он сам за себя просить не может, избили его здорово и сейчас он отлёживается.
  - А как так получилось, что его избили, а на тебе даже царапинки нет?
  - Меня повязали по рукам и ногам сонного, а он проснулся от шума и кинулся в рукопашную. Хорошо хоть что пользовался только кулаками, а то бы зарубили его там же на месте. Но досталось ему хорошо. В любом случае, я готов за него поручиться.
  - А что остальные наёмники?
  - Необученный сброд, который нанял управляющий в первом же кабаке. Это те, кто не был принят ни в один отряд или изгнан их кумпании за проступки. Вам они однозначно не подойдут. Более того, я полагаю, что когда они немного отойдут, то полезут лазить по повозкам.
  Я немного помолчал, принимая решение, а потом выдал, - В дружину я тебя пока зачислять не буду, а вот в качестве охранника и учителя моих ребят готов нанять. Миха, пусть Устин подберёт себе доспехи и оружие из трофейных, в счёт своей оплаты. А насчёт сброда, что сейчас греется у костра и обсуждает, как лучше провернуть дело, я в курсе. Думаю, через часок, как всё утихнет, стоит ждать гостей.
  Миха, бери самострел и с парнями на охрану лошадей. С конокрадами не церемониться, в плен не брать, а я с Устином пригляжу за повозками. Да, и предупредите Луку, что бы держал ухо востро...
  Как я и предполагал, через час с небольшим, от костра наёмников отделилось несколько теней и хоронясь, направились к двум стоящим отдельно телегам. Не дожидаясь, пока они залезут под холстину, которой был укрыт груз, я сделал четыре выстрела, целясь если не в голову, то хотя бы в жизненно важные участки тела. Из-за темноты промазал только один раз, когда свинцовый шарик вместо того, чтобы разнести голову разбойнику, только оцарапал ему щёку. Пришлось стрелять второй раз. Возле табуна был небольшой шум, но быстро всё затихло, а вскоре к нам пришёл Жан и волнуясь доложил, что двое бандитов пытались увести несколько лошадей, но их расстрелял Миха из самострела.
  - А что, возничего, или как он представился - конюха, возле лошадей не было?
  - Нет, мы его не видели ни у лошадей, ни в лагере, когда ходили предупреждать кузнеца.
  - Понятно, уверен, утром не досчитаемся одной лошади. Весь вопрос в том, куда он направится - сразу к воеводе или в усадьбу? Ладно. Устин, на тебе присмотр за телегами, Жан, вы тоже оставьте одного для охраны табуна, а остальным отдыхать и предупредите Луку, что бы тоже ложился. Я же схожу на разведку в усадьбу, посмотрю, что и как там.
  На мой свист примчалась Мара, недовольно фыркая на то, что я её не расседлал, но поняв, что мы куда-то на ночь глядя собираемся, всё её недовольство тут же растаяло.
  Усадьба встретила меня полной темнотой и настороженной тишиной. Масляные фонари горели только на входе в господский дом, но туда я сразу не сунулся, а направился пешком к бывшему дому управляющего, где по словам конюха расположились дружинники воеводы. Ни одного огонька, даже охраны на входе не было, а дверь была приветливо раскрыта. Ага, щас, всё-таки возничий добрался раньше меня и предупредил своих о моём возможном визите, вот только о том, что в доме имеется ещё и чёрный ход, он вряд ли знает.
  Я, в прямом смысле, вползал в полуподвальное помещение и только прислушавшись и убедившись, что в нём никого нет, встал с пола и крадучись направился к очередной двери. Она тоже была не закрыта, так что я смог протиснуться в имеющуюся щель, молясь всем богам, что бы не раздался громкий скрип несмазанных петель.
  Голоса я услышал ещё до того, как покинул заброшенную кухню, один был уверенный и достаточно громкий, а второй заискивающийся и еле разборчивый. Странно, они не боялись, что их могут услышать, но вскоре мне стало понятно почему.
  - Какая у нас задача, новичок?
  - Прикрыть десяток от нападения с тылу?
  - Дурак, наша задача выжить в этой заварушке. Те, кто хочет выслужиться и получить свою порцию славы и похвалы от полусотенного, пусть стерегут дверь и вздрагивают от каждого шороха. Нам с тобой хорошо и здесь. Осмотрись, видишь, коридор без окон, мы в центре, а значит к нам так просто не подкрасться, да и услышим мы скрип дверей и шум шагов, если этот боярин рискнёт сюда сунуться. А нам есть чем его встретить - два арбалета это сила, если умело ими пользоваться, а я умею. Помню в деревеньке у брода, куда нас послали выбить недостающую дань для воеводы, я приголубил дурака с оглоблей с пятидесяти шагов. Видишь ли, не понравилось ему, что я его девку распечатал и поимел несколько раз. Вместо того, чтобы поблагодарить, что ею пользовался только я, а не весь десяток, он кинулся с оглоблей. Да, весёлые были деньки. А вот помню ещё случай, когда эта сучка-боярыня поймала своего полюбовника на другой. Тогда она со злости всех своих девок отдала нам на потеху, мне достались две, незабываемая ночь, что я с ними вытворял...
  - Кирьян, я, кажется, слышал шаги, - это подо мной скрипнула половица и этот звук насторожил молодого дружинника.
  - Не дури. Домина давно не жилая, вот она и скрипит, рассыхается от старости. Сам подумай своей бестолковой головой, ведь скрипнуло только один раз, больше никаких звуков не было, а по воздуху этот боярин летать не может. Вот грохнем его, пробежимся по комнатам, посмотрим свежим взглядом, что ещё в господском доме плохо лежит и вернёмся в казарму. А там целый месяц отдыха - гуляй, пей - нехочу.
  Осторожно приоткрыв дверь, я заглянул в коридор, а там, действительно, почти что в самом центре, у стены, сидели два тёмных силуэта с громоздкими самострелами на коленях. На фоне светлой стены их было хорошо видно, особенно неприкрытые головы, что меня вполне устраивало. Свои шлемы они сняли, что бы они не мешали им прислушиваться, это их и сгубило. С пятнадцати шагов я по таким целям не промахиваюсь. Раздались два глухих хлопка, и эта парочка уснула навсегда. В коридор я не стал заходить, так как совершенно случайно услышал подозрительный шум и заметил через неплотно прикрытую дверь с противоположенной стороны от меня, отблеск огня. Вскоре дверь тихонько открылась, и два человека крадучись вошли. В руках у одного была потайная масляная лампа, что давала узкий лучик света.
  - Я же говорил, что они дрыхнут. Охранники, мать их за ногу. Ладно, если б спал один, а второй следил, так ведь нет, оба спят.
  Я дождался, когда они приблизятся к мёртвой охране и выстрелил из духового карабина ещё два раза. Мои предположения, что проверяющие упадут на тела своих дружинников, полностью оправдались, так что сильного шума не было. Подойдя поближе и убедившись, что никого добивать не надо, я дозарядил и подкачал ружьё. Затушив лампу и дав глазам привыкнуть к темноте, вдоль стеночки неторопливо, стараясь не создавать шума, направился к выходу.
   Следующую пару я встретил только когда приблизился к холлу у центральной двери. И хотя окна-бойницы холла были прикрыты ставнями, их старший поставил здесь пост, чтобы исключить даже малейшую возможность воспользоваться самострелом через отверстия в стене. И всё-таки меня насторожил тот факт, что слишком мало дружинников находятся в бывшем доме управляющего. А где ещё полтора десятка воинов? Не думаю, что им позволили спать в ожидании нападения хозяина на незваных гостей, да и слуг не видно, а ведь такую ораву надо кормить.
  Откуда-то сверху раздался зычный голос, - Старшой, человек боярыни исчез, ну этот, который управлял её колесницей. Сбёг, сволота, через окно второго этажа.
  - Хорошо, спускайтесь вниз, но слуг не выпускайте.
  Через некоторое время более десятка дружинников, бряцая доспехами и оружием, спустились по центральной лестнице в холл. Зычный голос принадлежал здоровенному детине, который пророкотал, - На охране слуг я оставил пару человек, а то разбегутся. А этот старик хитрецом оказался, напел нам сказок о каком-то серебряном волке, а потом сбежал.
  Старший десятник встрепенулся, - Серебряный волк? И что он о нём рассказал?
  - Да всякую чепуху, будто видел он его лично и даже разговаривал. Говорит, что совершенно случайно заметил знак на камзоле местного боярина в виде волчьей головы, и что в недавние времена серебряный волк был в состоянии в одиночку уничтожить чуть ли не три сотни воинов.
  - Это не чепуха. Я сам был свидетелем того, как человек с таким знаком порубил в капусту полусотню отборных воинов соседнего воеводы, когда они нагрянули зорить село, где он отдыхал, так что старик просто сбежал, предполагая, что все мы уже покойники, хотя об этом ещё не догадываемся.
  - Да кто он такой, и почему о нём ничего не было слышно? Старшой, расскажи, что знаешь, так и время до рассвета быстрее пролетит.
  - Рассказывать-то особенно нечего. Серебряный волк, это кличка или прозвище знатного мастера оружия. Впервые о нём заговорили лет двести, а может и больше назад, как о защитнике простого люда от притеснений бояр и воеводы. Прятался он в местных лесах и нападал на обозы, в которых перевозили дань для воеводы и боярам, но только на те, где дань была значительно больше установленной нормы. Всех, кто собирал и охранял её, он брал на щит, в живых оставлял только возниц, но при условии, что они вернуться в деревни и сёла, где обирали сельчан и всё возвернут хозяевам. Он то появлялся, то исчезал, опровергая разговоры о том, что его толи зарубили, толи отравили, толи подстрелили из самострела. Раньше молва приписывала ему способность возрождаться, будто у него восемь жизней и пока он их все не потратит, по-настоящему его убить невозможно.
  Именно в этот момент я начал стрелять из своего укрытия, целясь в головы дружинников. Намерения оставлять кого-либо в живых у меня не было. Перезарядка карабина неожиданно заняла у меня больше времени, чем я рассчитывал и чем это происходило на тренировках, так что оставшиеся в живых дружинники бросились к дверям, что вели из здания наружу. Возникла не только паника, но и давка, ведь двери были заперты изнутри. И всё же трем воинам удалось вырваться. Памятуя о том, что наверху остались ещё двое, которые охраняли слуг, беглецов преследовать я не стал, так как был уверен, что они бросятся в господский дом, в надежде укрыться там. Откуда им было знать о подземном ходе, что соединял два строения, о котором не знал даже управляющий, это был один из четырёх возможных путей отступления в случае осады, наши предки предусмотрели и такой вариант.
  Шум внизу не привлёк внимания двух охранников, а может быть сказалась бессонная ночь и волнительное ожидание нападения. В любом случае эти двое спали, прислонившись спинами к дверям комнаты, где содержались слуги.
  Отодвинув ногой безжизненные тела с небольшими дырками во лбу, я открыл дверь и заглянул вовнутрь. Примерно два десятка человек, большинство из которых составляли женщины в разорванных одеждах и следами насилия.
  - Я боярин Страх и ваш господин, кто тут старший?
   Отозвался пожилой мужчина, у которого на коленях лежала голова ещё очень молоденькой девушки, которую он гладил по волосам. Разорванная одежда и синяки на лице и руках не оставляли сомнения, через что ей пришлось пройти.
  - Я старший слуга второго этажа господского дома...
  - Прекрасно, - перебил я его, - назначь людей, что бы прибрались в доме и убрали трупы дружинников, не забыв вытащить тела ещё четверых, что валяются в кухонном коридоре. Из дома до моего разрешения не выходить. Тела разместить в подвальном помещении, предварительно сняв с них всё ценное и то, что может пригодится в хозяйстве. Не забудьте проверить пояса, обычно там прячут наворованные ценности. Раненых не должно быть, но если вдруг найдёте кого, без сожаления добить...
  
  5.
  
  Со слов Лира я знал, что вход в подземный тоннель находится не где-нибудь, а в небольшой кладовой на втором этаже. На мой вопрос, почему не на первом или в полуподвале, ответа я не услышал. Не узнал я так же откуда о его существовании узнал старый маг, но информации о четырех способах проникновения или бегства из господского дома, воспринял радостно, особенно ту его часть, где было сказано, что кроме меня об этом не знает ни одна живая душа за пределами зачарованного леса.
  Кладовую я нашёл достаточно быстро. Она была забита разным хламом, который вроде уже и не нужен, но и выкидывать жалко: старые картинные рамы и подрамники, несколько поломанных масляных ламп, до которых не дошли руки, какое-то тряпьё неопределённого цвета, две метлы со сломанными ручками и прочая дребедень. Воспользовавшись тем, что коридор был по-прежнему пуст, я вошёл в кладовую и закрыл за собой дверь. Тут же передо мной на стене возник красный контур двери, на который упал луч с моего перстня и дверь материализовалась. С некоторым сомнением и опаской я открыл её и сделал первый шаг на винтовую лестницу, что вела как вниз, так и вверх. Вниз - понятно, но куда вверх, там же только крыша, даже чердака как такового не было? По всему видать, что дом управляющего таит свои секреты и не так прост, как кажется на первый взгляд.
  Винтовая лестница была металлической и, скорее всего, создана в очень древнюю эпоху. Сужу об этом по тому, что не смог определить, что это за металл и металл ли вообще. Прежде чем я достиг ровной поверхности, мне пришлось сделать шесть витков вокруг колонны из камня, украшенной барельефами диковинных зверей. По моим ощущениям я спустился метра на три ниже уровня земли, хотя могу и ошибаться. Тоннель начинался сразу, без всяких площадок и выглядел как естественное продолжение лестницы. Как только я вошёл под свод, он тут же стал светиться неярким мягко-жёлтым светом, и вновь я не смог определить, какой материал использовался при строительстве. Впрочем, забивать себе голову подобными проблемами мне было некогда, следовало продумать алгоритм своих действий в господском доме. Для начала я проверил наличие пуль и сжатого воздуха в карабине, затем проверил как извлекается фамильный меч и кинжал из ножен, а потом представил мысленно план третьего этажа, где мне предстояло появиться. Что за извращенцы были эти мои предки, надо же было додуматься устроить вход-выход на третьем этаже, хорошо хоть не в какой-нибудь кладовке, а в более или менее приличной комнате непонятного назначения, если конечно она не служила раньше спальней кому-либо из предков.
  Незаметно я преодолел весь путь и оказался перед дверью и вновь луч с моего перстня уперся в неё, и она сама открылась. Если я думал, что выйду к такой же винтовой лестнице, то грубо ошибся. Я оказался в той самой непонятной комнате, что полностью соответствовала описаниям старца. Дверь, через которую я вошел, тут же закрылась и исчезла, явив моему взору гладкую стену. Однако стоило направить на неё мой фамильный перстень, как она тут же появилась. Я прямо всей кожей почувствовал, что моему появлению здесь очень рады, мне даже показалось, что тёплый ветерок ласково прошёлся по моим волосам и щекам. А затем, на противоположенной стене засветился прямоугольник, как экран телевизора, на котором появились уменьшенные силуэты людей на первом и втором этаже. Благодаря этому я чётко представлял себе расклад и распределение противника. Как и в доме управляющего вся челядь была собрана в одном мете и заперта в одном небольшом помещении без окон, вот только охраны там не было. Понятно, людей не хватает, чтобы перекрыть все возможные пути моего появления на первом этаже. Вскоре все метки со второго этажа переместились на первый, за исключением трёх, которые так и остались в одной комнате. Я предполагаю, что это был сам управляющий с женой и дочуркой. Из обрывков разговоров дружинников я понял, что на дочурку положил глаз сам воевода, вот и выделил своих людишек, что бы её доставили к нему....
  Всё - отдохнул, дух перевёл, пора приниматься за дело. Ещё раз глянул на экран, мысленно представляя себе схему расположения дружинников и без боязни открыл дверь в коридор. Третий этаж был полностью пуст, так что я спокойно дошёл до центральной лестницы и спустился на второй этаж. Выпускать слуг я пока не собирался, а вот запереть дверь с управляющим стоило. Согласно схемы, он находился в четвёртом помещении от главной лестницы, и я поспешил к нему, пока никто не вздумал подняться с первого этажа. Вот же досада, дверь не имела замка, а изнутри закрывалась на щеколду или засов. Постояв некоторое время и ничего не придумав, я вернулся к комнате в которой были закрыты слуги. Открыв дверь, под многочисленными настороженными взглядами я вышел на середину.
  - Нужны два добровольца для охраны семейки управляющего, что бы он не смог сбежать. Из оружия могу выделить только кинжал.
  Тут же с пола поднялись пять мужчин в порванной одежде и с синяками на лице и один из них хрипло произнёс, - Да мы этого гада с его сучками голыми руками разорвём, если он только вздумает куда дёрнуться.
  - Рвать не надо, он должен уцелеть до моего справедливого суда. Да, забыл сказать, я хозяин этого поместья, боярин Страх. Хорошо, сами определитесь, но не более трёх человек. Остальным из комнаты пока не выходить, а кинжал всё-таки возьмите, - с этими словами я вытащил клинок из ножен и бросил его на пол, после чего повернулся и вышел вон.
  Пока я 'гулял' по второму этажу, по лестнице никто не поднимался, так что нападения со спины я не ожидал, если, конечно среди слуг не было предателя, желавшего выслужиться перед воеводой и его людьми. Но вообще-то, слугам следует доверять, но с осторожностью, пока не познакомлюсь с ними поближе.
  Итак, мне противостояли пять дружинников из состава охраны племянницы воеводы, полусотенный, доверенное лицо воеводы и тройка уцелевших дружинников из дома управляющего, добавим на всякий случай пару-тройку неучтённых лиц и получим примерно дюжину вооруженных людей, способных оказать сопротивление. Если я ни разу не промахнусь, то останется всего два человека с которыми возможно придётся скрестить мечи, думаю справлюсь.
  Странно, но лестницу никто не охранял, видимо не опасались нападения со второго этажа. Это мне было на руку. Остановившись на площадке между первым и вторым этажами я, в первую очередь очень внимательно рассмотрел расположение дружинников, которые прикрывали центральные входные двери. Их было пятеро, и у троих взведённые арбалеты. Вот их то я первую очередь и снял. Промахнуться на расстоянии двадцати - двадцати пяти метров было невозможно. Однако оставленные мною во вторую очередь успели поднять тревогу. Один из них закричал, - Он проник в дом, берегитесь! - после чего захлебнулся криком, так как пуля попала ему в лицо, раздробила зубы и вышла через затылок. На крик никто не от реагировал ни словом, ни действием. Я тоже замер, решив не проявлять своё присутствие - пусть гадают о моём местоположении. Через некоторое время я услышал лязг железа, но не боевой. Это кто-то пытался выломать решётки в окнах, но я почему-то был уверен, что эти попытки обречены на провал - умный дом не даст себя курочить...
  У уцелевших дружинников не выдержали нервы, и они втроём выскочили из комнаты, которая находилась вне моего поля зрения и бросились к входной двери, пытаясь её открыть и вырваться наружу. Эту попытку я хладнокровно пресёк тремя выстрелами, и вновь наступило затишье. Так продолжалось минут пятнадцать, а потом раздался голос, который объявил, что оставшиеся в живых сдаются на милость боярина и готовы сложить оружие.
  - Выходите по одному, оружие бросать на пол в центре холла, а потом встать у входной двери.
  Вышел сначала полусотенный, это я понял по добротным доспехам, а потом доверенное лицо воеводы, который оказался сухеньким старичком с крючковатым носом.
  - Следующий, не надейся спрятаться, - крикнул я на всякий случай. И, к моему удивлению, появился ещё один человек. По виду слуга, но с арбалетом в руках. Он стал крутить головой из стороны в сторону, не выпуская оружие из рук, правильно определив, что я прячусь за перилами лестницы. Выстрелили мы с ним практически одновременно. Моя пуля пробила его лоб, а его болт чиркнул по одной из колонн и рикошетом больно саданул мне в левый бок. Кольчуга Лира выдержала удар, но ребро, кажется, или треснуло, или было сломано. Блин, стрёмно было получить рану в самом конце - вот что значит расслабился раньше времени. Не понятно, почему я его сразу его расстрелял, когда он вышел на открытую площадку перед входом и промедлил?
  Подождав ещё некоторое время и убедившись, что больше никто не собирается выходить, я, кряхтя как старый дед, поднялся на ноги, но карабин на всякий случай держал наготове. Благо у меня было время для перезарядки и приведение его в боевое положение. Затем я хладнокровно расстрелял и полусотенного и старика. Подло? Я их сюда не звал, а с волками жить, по волчьи выть.
  - Эй, там наверху! Передайте народу, что бы выходил и начал наводить порядок. Оружие, доспехи, всё ценное сложить возле этой кучки оружия. И пусть кто-нибудь сходит в дом управляющего и передаст моё распоряжение о том, чтобы все трофеи перенести сюда, в общую кучу. Я сейчас на полчаса-час отлучусь за своим обозом, что ждёт меня в условленном месте. Что бы к возвращению вся кровь была замыта, а все тела погрузить в телеги и ждать моего распоряжения.
  - А что делать с управляющим и его семьёй?
  - Порка ничего, держать под стражей и глаз не спускать...
  Мара нарисовалась сразу же, как только я появился возле конюшен. Я и так-то всадник из себя не очень, а ещё с больным боком, в общем, в седло я взгромоздился с большим трудом. Умная коняка видимо поняла моё состояние и довольно бережно несла на своей спине. Обратная дорога в светлое время показалась мне значительно короче, чем ночью.
  Обоз уже был готов к движению, а остатки наёмников растворились ещё в утренних сумерках, оставив на наше попечение двух раненых, один из которых был Сиг. Устин, на правах самого опытного доложил мне, что моя команда готова ко всякого рода неприятностям, да я и сам уже увидел, что парни подобрали себе хорошие доспехи, с металлическими нагрудными пластинами, которые служили не для красоты. На их лошадях с обоих боков были прикреплены самострелы с уже взведённой тетивой, но без болтов, а у Миха, кроме всего этого, под рукой был и мой арбалет, полностью снаряженный на всякий непредвиденный случай.
  Все собрались вокруг меня, ожидая подробностей моей разведки и я сразу же поделился информацией.
  - В имении было более трёх десятков дружинников и людей воеводы.
   Только Устин обратил внимание на мое слово 'было' и тут же переспросил, - А что с ними стало? Мимо нас они не проезжали, или имеется другая дорога в столицу воеводства?
  - Вам придётся взять на себя труд отвезти их тела подальше, с помощью местных найти глубокий овраг, и туда сбросить трупы. Думаю, к нашему прибытию челядь уже закончит сбор трофеев, так что вам останется только проследить за погрузкой на телеги и вывоз. Жан и Жак вполне с этим справятся.
  Устин, тебе приходилось развязывать язык пленным? Поясняю, семейка управляющего попала в мои руки, и я надеюсь, что она поделится информацией, где закопаны их кубышки. Допросу с пристрастием подвергнуть всех членов семьи. Миха, тебе самая сложная задача, как моему ближайшему помощнику - надо составить список всех тех, кто остался в имении и не сбежал, с обязательным указанием их места работы, но это не самое главное. Главное, найти знающего человека, который поможет тебе выплатить им всем трёхмесячное жалование в качестве компенсации и поощрения за преданность боярскому дому Страхов. Деньги в нужном количестве я выделю. А сейчас Устин, посмотри, что у меня с боком. Болит зараза. Болт отрикошетил и врезал с левой стороны, но кольчугу не пробил. Может жёсткую повязку надо наложить? В общем, на твоё усмотрение, только помоги слезть с Мары...
  Повязка действительно помогла и боль стала вполне терпимой, я, даже, иногда забывал о ней, когда отвлекался. Мои первые дружинники с благоговением и восхищением смотрели на меня, слова о трёх десятках поверженных произвели на них впечатление. Наконец мы тронулись, и через некоторое время неторопливого движения, прибыли в моё поместье. Все мои распоряжения были выполнены, трофеи собраны в несколько больших куч: отдельно оружие, отдельно доспехи, отдельно одежда и самая маленькая куча - золотые, серебряные и медные монеты. Возле этих куч толпились люди и никто не расходился.
  - Миха, распорядись, что бы сюда принесли стол и два стула, а вы двое, следуйте за мной.
  Вместе с назначенными слугами я поднялся в свою бывшую детскую комнату и, следуя указаниям Лира, нашёл и открыл свой тайник, откуда слуги извлекли достаточно тяжелый сундучок, доверху набитый разными монетами. Открылся он сам, как только я дотронулся семейным перстнем до его крышки. Закрыв, я распорядился нести его вниз и вызвать в холл всю челядь и слуг, где бы они не находились. Думаю, принятое мною решение выплатить трёхмесячное жалование, поднимет настроение и успокоит многих - появился боярин и теперь всё наладится. Отправив слуг вниз, я немного задержался. Всё-таки этот непонятный старик поиграл с моей памятью, иначе откуда у меня возникли воспоминания о проведённых здесь детских годах и о самой главной моей тайне того периода. В изголовье под моей кроватью я поднял несколько половых плашек и с замиранием сердца
  Извлёк из-под пола миниатюрный портрет моей матери, который нарисовал по моей просьбе наш доморощенный художник. С него на меня грустно смотрела молодая белокурая женщина, а я тут же вспомнил, что в детстве у меня были полностью белые волосы, которые со временем потемнели и приобрели нынешний непонятный цвет, то ли начищенного серебра, то ли платины. Но судя по тому, что они никого не удивили, люди уже с подобным встречались.
  Внизу царило оживление и гул голосов был слышен задолго до того, как я спустился в холл. Миха сидел за столом и, высунув кончик языка, что-то старательно записывал в чистый свиток. К нему по одному подходили слуги и сообщали сведения о себе. Нда, на такое большое поместье челяди было явно маловато, не исключено, что часть просто ушла в свои деревни. Что ж, по возвращению они получат плату только за один месяц, а некоторые вообще ничего не получат.
  Сундук с моими сокровищами был водружён на стол и началась халява - выдача жалования за три месяца, все остальные долги я великодушно простил. Что бы не заморачиваться тем кто и сколько раньше получал, мною было принято решение выдать всем одинаковую фиксированную сумму, а именно одна большая и пять малых серебряных монет. Тут же Миха менял серебро на медь, как более ходовые деньги. В общей сложности получалось, что я оценивал каждый из трёх месяцев в пять малых серебрушек, что, впрочем, не вызвало никаких нареканий и, видимо, было достаточной компенсацией.
  Вскоре появились Жак и Жан, которые вывозили тела дружинников воеводы в один из дальних оврагов. Раздача жалования продолжалась почти до самого вечера, и я изрядно проголодался. К моему удивлению ужин был готов и для меня и моих ближних накрыли в малом зале. Незадолго до этого появился Устин, а с ним какой-то мужичок разбойничьего вида.
  - Господин, это бывший помощник управляющего, он может вам о многом поведать.
  - Хорошо, только пусть сядет на другой конец стола, от него воняет как от отхожего места.
  Устин усмехнулся, - Так его и определили в золотари после того, как он уличил управляющего в воровстве и разбазаривании хозяйского имущества.
  Мне почему-то подумалось, что дело совсем в другом. Просто этот 'бедолага' был недоволен той долей, что ему выделял управляющий и решил самостоятельно запустить руку в боярскую казну, на чём и попался. Моё решение было предсказуемым, - Приступай к работе управляющего поместьем, будешь воровать - повешу, а сейчас вон отсюда, вонючка.
  Устин, ты бы его, прежде чем представлять перед мои светлые очи, отмыл бы и переодел. Что там у нас с тем заданием, что я тебе дал?
  - Всё в порядке, управляющий совсем не умеет терпеть боль, так что запел как петух на заре. Выдал всё, что спрятал на чёрный день и сховал от жены. А баба у него упёртая, семь потов сошло, прежде чем она заговорила. Вот же семейка - друг у друга воровали и прятали.
  - А что дочь?
  - Та вовсе не при делах, вбила себе в голову, что воевода без ума от неё и метит на роль его жены, не понимая, что она ему не пара, не его поля ягодка. Поиграет он с ней, потешится молодым телом, да и найдёт себе другую, из боярского рода. На моей памяти он уже с десяток перепробовал, как овдовел. Тут другое, есть некоторые непонятки с их сыном, куда-то его отправили с частью уворованной казны, но куда, никто так и не признался, несмотря на мои старания.
  - Выброси его из головы, казну я вернул хозяину, то есть себе, а сынка повесил за воровство. Хотя, конечно, надо будет отправить людей и посмотреть, что за деревню выбрала себе для проживания эта семейка, чем там владеет и что из этого принадлежит мне. Но это не сейчас, есть дела поважнее. Завтра с утра с Жаном отправишься по деревням и огласишь мой приказ - выделить в боярскую дружину крепких и здоровых парней. Плата - три медяка в месяц на первых порах, а дальше, в зависимости от способностей и выучки, до большой серебряной монеты.
  - А зачем им платить, они же холопы.
  - А это что б не прятались от нас и шли с охоткой на службу. Да ты не волнуйся за мою казну, они из своего жалования оплатят мне и коня, и доспехи, и оружие, а может быть и кормёжку тоже.
  Дружину свою вижу в следующем виде... - дальше пошёл предметный разговор с участием Михи.
  Разошлись мы уже по темноте, и я отправился спать в свою детскую комнату, предварительно приказав заменить там кровать, подходящую мне по размерам.
  Утром началась суета: троица молодых парней под моим присмотром училась махать мечами до завтрака, кузнец Лука получил заказ на изготовление стремян для сотни сбруй, а также двух сотен древков для копий коннице и трёх сотен, трёх размеров, для пеших копейщиков. При этом я разрешил Луке набрать себе столько учеников, сколько ему надобно из числа желающих изучать кузнечное дело. Местный шорник тоже получил свой заказ и разрешение привлекать к работам, за отдельную плату, женщин и детей. Желающих заработать несколько медных монет оказалось так много, что пришлось устраивать отбор, благо я в эти дела не вмешивался, а со всеми жалобами разбирался Миха.
  Уже к обеду в кузнице закипела работа и мне пришлось как следует подумать, где брать железо, выделанную кожу для доспехов и шкуры для щитов. Пришлось вновь напрягать Устина, формировать обоз и отправлять его в Хвалынку для закупок необходимого материала. Главной же задачей бывшего десятника было сманить мастера плетения кольчуг в моё поместье, со всем своим скарбом и инструментом. Конечно кованные кольчуги более прочные, чем плетённые, но тут всё упиралось во временные рамки. На одну плетёнку, при достаточном навыке уходило два - три дня, а на кованную из отдельных колец и месяца не хватало. Так что остро встал вопрос, где всё закупить, да так, чтобы не взлетели цены и не возникали лишние вопросы. Я исходил из того, что воеводе, если он вздумает ставит зарвавшегося боярина на место, понадобится не менее трёх месяцев для подготовки похода - пока подготовят припасы и фураж, проверят конский состав, а с учетом того, что дружина у него избалована, а наиболее боеспособную её часть я уже выбил, так что пока суть да дело, аккурат месяца три, а то и четыре пройдёт. Отправить на моё усмирение он должен не менее полутора, двух сотен, так как единственный уцелевший из пришлых - возница его племянницы, наверняка расскажет байки и о серебряном волке, и о героической гибели всех его дружинников от рук этого монстра в личине человека.
  После обеда мне пришлось вершить суд, так как вновь назначенный мною управляющий поместьем недодал по одной серебрушке нескольким слугам, которые вернулись из деревень и рассчитывали получить свои подъёмные. Ко мне они, конечно, с жалобой не пошли, а рассказали всё Михе, уже зная от остальных, что он мой первый помощник. Управляющий что-то там лепетал о своей безграмотности и неумении правильно считать, но мой приговор был скор и суров - смертную казнь через повешение я заменил битьём кнутом, клеймением и продажей в рабство. Даже такой человек должен приносить мне пользу....
  На следующий день, как по заказу, я обзавёлся новым управляющим, вернее управительницей. Ещё до завтрака меня предупредили, что в гости пожаловал 'пропащий' человек. Будучи боярином по рождению, он умудрился промотать всё своё состояние в столице, удачно женился на богатой и через пару лет спустил и её приданное и всё, что у него ещё оставалось. В настоящий момент живёт в единственной своей деревушке на пять дворов в обычной крестьянской хате с дочерью, которая и заправляет всем немудрённым хозяйством. Его уже давно никто всерьёз не воспринимает и денег в долг не дают.
  Вот такую информацию выдал мне Устин перед своим отъездом на закупки. В помощь ему я выделил трёх рекрутов и Жака. Рекруты были возницами на колымагах под товар, а Жак вроде личного охранника. А ещё я рекомендовал бывшему десятнику заезжать в попутные деревни и закупаться там, а заодно договариваться о будущих поставках. Однако вернёмся к моей домоуправше. Боярин Арчи, как гордо он себя поименовал, прибыл с дружеским визитом, чтобы засвидетельствовать своё почтение. А, по моему мнению, он решил поживиться тем, что останется после грабежа усадьбы ратниками воеводы, иначе зачем бы ему понадобилась разбитая телега...
  Девица представляла собой этакую замухрышку в потрёпанном платье, на вид лет семнадцати. О таких обычно говорят. что морда её лица имеет крестьянский оттенок, однако я ошибся о целях визита семейства Арчи.
  - Господин Страх, у меня к вам будет большая просьба...
  - Денег не дам ни в займы, ни под залог.
  Он гордо вздёрнул подбородок, - А я и не прошу. Окажите небольшую любезность моей дочери - примите её на работу. Возможности обеспечить её приданным я не имею, а девочка уже на выданье. Она получила прекрасное домашнее образование и не чурается любой работы. Обучена грамоте, письму и умственному счёту...
  Я прервал его, - Эй, кто-нибудь там, позовите Миха, он мне срочно нужен.
  Через некоторое время появился мой помощник, было видно, что его выдернули из кузницы, где он, как в старые времена, помогал своему учителю.
  - Звали, господин?
  - Проверь девицу на умение читать и писать. Я в конюшню, результаты доложишь...
  
  6.
  
  Небольшое отступление.
  Я понимаю, что объять необъятное невозможно, но стремиться к этому надо. Время несётся галопом, вот уже и месяц пролетел, как я вернулся в свою вотчину и приступил к формированию своей дружины, взяв за основу фалангу и конницу Александра Македонского, правда со своей спецификой. По моему мнению именно такая форма наиболее соответствует существующему строю, в котором причудливым образом смешались раннее рабовладельческое общество и феодализм средневековья.
  От изготовления пластинчатых доспехов и кирас после нескольких неудачных попыток, пришлось отказаться и обойтись обычной нагрудной цельнометаллической пластиной, посаженной на кольчугу. Зато удалось изготовить и воспользоваться наплечниками римских легионеров, которые очень хорошо защищали от рубящих ударов. Всё упиралось в наличие металла, кожи и мастеров изготовителей. Пришлось так же отказаться от македонского копья для конницы с его двухсторонними острыми наконечниками и вооружать воином неким подобием пики с достаточно длинным металлическим наконечником, с которого, по идее, тела должны были легко соскальзывать. С сёдлами тоже пришлось ограничиться только небольшими усовершенствованиями, так как имеющееся кустарное производство не позволяло создать в нужном количестве и с надлежащим качеством седло для таранного копейного удара - так, небольшой валик под спину. А вот голову и грудь лошадей я решил защитить от рубящих ударов кожаными лошадиными латами. Прибавьте к этому чепрак, попону, потник, и вы поймёте, что о лошадях я заботился больше, чем о дружинниках. И это не случайно. Учитывая многовековой опыт, я решил сделать конницу основным видом своего небольшого войска, жалко вот только возможности у меня были ограничены, в том числе и в финансовом плане. Монеты утекали сквозь пальцы, а тратам конца и края не было видно. А тут ещё мастер кольчужник потребовал в два раза повысить ему плату за каждое изделие, за что был послан далеко-далеко, туда где кочуют туманы. Его манатки были собраны, и он с треском вылетел из имения, да ещё за использование нашей телеги и коня я содрал с него плату.
  Миха и один из плотников загорелись моей идеей создать 'тачанку' для борьбы с колесницами противника. Задумка была до банального проста - на специальной телеге разместить корпусной арбалет, который стрелял бы очень большими стрелами с серповидным наконечником. По идее, попадание такой стрелой в одну из лошадей колесницы или в саму колесницу, должны были выводить её из строя. Главным её недостатком была небольшая прицельная дальность и длительное время перезарядки. Опытный образец показал оптимальное расстояние, при котором стрела точно летела в цель, в пятьдесят метров, на перезарядку уходила примерно минута, через десять выстрелов приходилось менять верёвочную тетиву. В настоящий момент в срочном порядке изготавливалась витая тетива из воловьих жил, но её ещё не опробовали, и если испытания пройдут удачно, то на этом варианте мы и остановимся.
  После длительных раздумий я пришёл к выводу о том, что моя дружина должна состоять из двух сотен пеших и сотни конных. Расклад был такой: фаланга - тридцать человек по фронту на пять рядов в глубину, это копейщики. Кроме них пятьдесят мечников с небольшими копьями - резерв. Конница - сто всадников, плюс мой личный десяток, каждый из которых был вооружён двумя арбалетами и умел метко стрелять из седла, правда, пока не на скаку.
  В целях экономии, после завершения обучения копейщиков, они возвращались в свои деревни, чем сразу же снимали с меня бремя их кормёжки и размещения, а свои доспехи и оружие оставляли в специальном арсенале. Время обучения я решил оплачивать по три медяка в месяц, а время нахождения в запасе - по одному медяку. Вроде бы мелочь, но в крестьянских хозяйствах с их натуральным обменом, были рады и этому.
  Подготовкой копейщиков занимался Устин, мечников учил его побратим Сиг. С конницей было труднее, сначала приходилось самому осваивать новые приёмы, а потом учить те три десятка, что я набрал на первое время. Спал я урывками по три-четыре часа, а всё остальное время не слазил с седла, чему Мара была очень рада, хотя, возможно, она считала, что и спать я должен в седле. В общем, такого оживления и стольких новшеств население моей вотчины никогда не видело, всё крутилось, гудело и делалось без принуждения и с интересом, - что же из всего этого получится и насколько меня и моей казны хватит, ведь вотчина была не очень большой. Люди просто не знали основной закон боевых действий этой эпохи - войска должны кормить себя сами за счёт трофеев и жителей противника, а именно ему я и собирался следовать. Так что если у меня и будет обоз, то совсем небольшой.
  Жан и Жак за этот месяц заматерели, возмужали и даже раздались в плечах, вот что значит ежедневные тренировки под моим руководством. Жак возглавил мой личный десяток, а Жан стал начальником моей разведки. Мне пришлось довольно долго объяснять ему задачи его ведомства, правила вербовки агентуры и проверки доставленных сведений, организацию наблюдения за противником, сбора информации и прочую специфику тайной службы. На первых порах я выделил ему три золотых в серебре и предупредил, что платить он должен только за достоверные данные, а за ложные и обман строго спрашивать, вплоть до казни, чтобы другим было неповадно транжирить мои деньги...
  
  Сегодня, наконец-то поступили первые реальные сведения из столицы воеводства, их привезли купцы, которые прослышали о том, что я скупаю кожу крупного рогатого скота в больших количествах, а также не против пополнить свой запас железа, тканей и холста. Вот только цены они загнули такие, что я посоветовал им съездить в Хвалынку и там поинтересоваться стоимостью товара. Их посыльный обернулся в три дня и у нас состоялся предметный разговор, на котором присутствовала боярышня Илия, моя управляющая. На неё-то я и спихнул все необходимые закупки и суету торга с купцами.
  На следующий день я с улыбкой наблюдал, как Илия тыкала носом уважаемых купцов в бракованный и залежалый товар, безбожно сбрасывала цены на ткани и даже железо, определяя каким-то неведомым мне способом в нём раковины и недовес металлических чушек. А тут, на их горе, стали прибывать обозы с закупленными ранее Устином товары из Хвалынки и окружающих её свободных деревень. Купцы поняли, что с наваром у них облом и готовы были за копейки спихнуть весь свой товар, чтобы хоть как-то оправдать свою поездку. И тут появился я, весь такой великодушный, добрый и щедрый. Оперируя данными, которыми меня снабдила Илия, я предложил некоторым купить весь товар оптом за вполне приемлемую цену, но с одним условием - в столице они начнут закупать для меня небольшими партиями кольчуги и не реже одного раза в месяц отправлять их мне в поместье. Всего я заказал сотню вязаных кольчуг и два десятка кованных, а также полсотни мечей и сотню наконечников для копий.
  Дело в том, что сведения, доставленные купцами, заставили меня пересмотреть сроки готовности войска воеводы к выходу в поход против зарвавшегося боярина. Вместо трёх-четырёх месяцев у меня в запасе был только месяц, так как воевода решил бросить на меня не только часть своей дружины, но и сотню ополченцев из необученных холопов, которые были должны задавить нас своей численностью, ведь он по-прежнему считал, что я максимум смогу собрать только три десятка наёмников. По его мнению, две с половиной сотни хватит за глаза, чтобы расправиться с тремя десятками воинов. К тому же наёмники не дураки и вполне могут бросить своего нанимателя, увидев, с какой силой им придётся схлестнуться.
  Купцы, довольные и недовольные, убрались восвояси, а Жан проныра стал отрабатывать свой хлеб начальника моей разведки. Вскоре он и Жак получили знаки десятника, Устин - сотника, а Сиг - пятидесятника, без звания остался Миха, да оно ему и не было нужно, все и так знали, что он моя правая рука и ближайший помощник.
  Началась суета, связанная с подготовкой к встрече 'дорогих гостей'. Копейщики стали отрабатывать передвижение фаланги вперёд по команде. Тут главное было не нарушать строй, шаги делать одновременно и не только давить противника, но и наносить уколы. Особое внимание уделялось сменяемости раненых или уставших на резервных воинов четвёртого или пятого ряда в зависимости от длины копья. Исходя из того, что и у воеводы наверняка есть свои доброхоты, которые при случае могут ему сообщать сведения о моей дружине, хотя бы те же купцы, что бывают у меня, я озаботился поиском подходящего места для тренировок своих копейщиков в полном составе. Да и с конницей не мешало организовать взаимодействие. В уме я уже давно принял решение о построении дружины, имея в виду то место, где я хотел встретить воинов воеводы.
  Основную дорогу перегораживала моя фаланга. Слева, там, где были довольно густые кусты, её фланг будет прикрывать отряд мечников с короткими копьями, справа, где имелась возможность обойти фалангу, прикрытие осуществлять будет моя куцая конница. В резерве оставался мой личный десяток, который имел помимо обычного вооружения, ещё и по два самострела. Из четырёх 'тачанок', что я планировал иметь, две уже были готовы и прошли пристрелку. Не думаю, что воевода отправит больше двух колесниц на усмирение, так что этого должно было хватить. В крайнем случае лошадей расстреляем из арбалетов.
  Место для тренировки и боевого слаживания было найдено в одном конном переходе от основной усадьбы. Дело в том, что моя вотчина была не такой большой, как у многих других бояр из красного десятка, зато полностью находилась на очень богатых и плодородных землях. Как говорили в народе - боги благословили эти места, и бояре рода Страхов не стремились огульно расширять свои границы. На самой окраине моих владений, где они граничили с владениями боярина Брик, находилась вольная деревня в полтора десятка изб, которая немного захватывала благословенные земли. Жили они сами по себе, налоги никому не платили и служили неким буфером между боярскими владениями. Вот там-то и нашлось место для тренировок моего воинства.
  Да, давненько я не видел такого бардака, который образовался сразу же, как я объявил о подготовке к маршу и выходу в условленное место утром следующего дня. Естественно, к утру мои дружинники не были готовы и приходилось в ручном режиме разруливать все недочёты и недостатки непривычных к подобному бывших крестьян. Начнём с того, что не все десятки обзавелись своими котлами для приготовления пищи и со своих должностей полетели виртуальные десятники, которые допустили подобное непотребство. Некоторых из них я вечером вернул на свои должности, так как они где-то раздобыли котлы. Это Илия сжалилась над несчастными и голодными, так как приготовление пищи со вчерашнего дня каждый десяток готовил для себя самостоятельно из тех продуктов, что они получили на ближайшие три дня. За это 'сиротиночки' заготавливали дрова для обеспечения усадьбы в свободное от тренировок время. В общем, целый день ушёл на то, чтобы разобраться с питанием и перевозимым имуществом. Первой и второй шеренгам я запретил днём снимать доспехи и кольчуги. Из предмета гордости перед остальными копейщиками они превратились в 'кару' богов. Два человека, которые нарушили мой приказ были биты кнутом и переведены в четвёртый ряд, где были самые тяжёлые и длинные запасные копья.
  Пришла первая телега с заказанным мною товаром из столицы воеводства. Пятнадцать кольчуг и десять простых укороченных мечей, которые я стал называть палашами. Палаши пошли на вооружение фаланги вместо 'кухонных' ножей, а кольчуги почти полностью, после ускоренной переделки ушли в отряд мечников. По-прежнему чувствовался большой дефицит оружия и доспехов, но хотя бы дело сдвинулось с мёртвой точки, да и мои кузнецы время даром не теряли. Помимо оговоренной платы, возничий и сопровождавший товар, доверенный купца Лика, получили ото меня премиальные за быстрое выполнение заказа. Они же рассказали последние новости. Как я понял, дружина воеводы ещё даже не начинала готовиться к походу, проводя время в ремонте оружия и доспехов, сборе телег, на которых они собирались выступить в поход. Это тоже заставило меня задуматься о создании, пусть и временно, мотопехоты. Телеги не только для имущества десятков, но и для перевозки личного состава. Пять человек отдыхают на телеге, а пять передвигаются ускоренным маршем, через час- два происходит смена. Надо будет в будущем и этот вопрос отработать, когда у меня появится достаточное количество конного состава и телег.
  Вечером, когда я сидел у костра своего десятка, меня нашёл Миха и молча сел рядом. Я сразу же обрати внимание на то, что он был не только экипирован для похода и боя, но и отлично вооружён. Более того, из заплечного мешка он достал ещё один арбалет, очень похожий на тот, которым меня снабдил старец Лир, и который сейчас висел у него на боку.
  - Всё-таки не удержался и разобрал? Получилось скопировать?
  - Получилось, конечно не так, как ваш, но очень похоже. Утром принесут ещё два, их сейчас доводят до ума. Вот только возникла проблема - наш металл слишком мягок и быстро изотрётся. Вот бы достать металл древних, - и с надеждой посмотрел на мой меч.
  - Но-но, это фамильное оружие и в чужие руки никогда не перейдёт, оно именное и взять его может только тот, в кои течёт кровь бояр Страхов.
  - А может быть где кинжальчик завалялся, или что сломанное? Поговаривают, что у вас в подвалах есть много вещей из старых времён, мне бы там покопаться...
  - Миха, ты хоть понимаешь, что даже сломанная вещь старых времён стоит баснословных денег именно из-за того материала, который пошёл на её изготовление. Вот подожди, утвержусь я в воеводстве, позволю тебе покопаться в его оружейной, может быть, что и найдёшь. А теперь ответь мне, ты что со мной в поход собрался? Боишься, что целый десяток не справится с моей охраной?
  - Десяток, не десяток, а под моим присмотром мне и Илии будет спокойней, да и привычнее находиться рядом...
  - А то, что усадьба и вотчина остаются без твёрдого управления - это ничего?
  - А управительница на что? Вон как быстро навела порядок. Двух старост в деревнях за бороды таскала, вот что значит боярышня. - Он тяжело вздохнул.
  - Тебе то от неё не достаётся?
  - Боги миловали, вот только учиться заставляет. А у меня после кузницы глаза слипаются, а она со своим счётом и правилами писания. Я потому и сбежал, чтобы выспаться всласть без помех.
  - Жениться то на ней не собираешься?
  - А можно?
  - Можно, если только она сама возьмёт тебя в мужья, но и их родовое имя принять придётся. А что, боярин Миха Арчи - звучит нормально. Не волнуйся, есть такой закон, - если в боярской семье только девки, то старшая наследница имеет право взять так называемого пришлого в мужья, одарив его родовым именем, а их старший сын становится законным наследником вотчины и всего имущества. А вот его отец таких прав не имеет. Впрочем, такие тонкости тебе знать не обязательно.
  - Господин, я отлучусь ненадолго?
  - Ты же выспаться собирался - крикнул я ему в удалявшуюся спину....
  А утром Миха меня огорошил, - Боярышня Илия взяла меня в мужья, одарила родовым именем и стала боярыней. Свадьбу, честь по чести сыграем, как только вся эта суета закончится.
  - Миха, я считаю, что это не дело, бросать новобрачную после первой ночи.
  - А я и не бросаю. Вы ж пока только на тренировки, а я там не очень нужен, уверен десяток Жака справится, а вот когда дойдёт до настоящего дела, то я буду тут как тут. Да и боярыня моя сама меня выгонит из дома, чтобы, значица, я приглядывал за вами...
  Перед самым полевым выходом я предупредил молодожёнов, что Миха остаётся за старшего и чтоб они дела не запускали, а готовили продукты для пятидневного похода всей дружины для очередного тренировочного похода. Первыми выступила конница под руководством пятидесятника Сига, к которым присоединился отряд мечников, благо лошадей под верховых хватало, копейщики же вышли в поход только через три дня. За это время пришли ещё две подводы с заказанным оружием, так что моя основная ударная сила на этот момент почти полностью была одоспешена и вооружена. Первое же построение показало, какой грозный вид имеет фаланга, если её копейщики все блестят кольчугами, а на боку практически у каждого висит палаш или короткий меч.
  Два пеших перехода до района сосредоточения я использовал для изучения дружинниками сигналов управления и тренировок. С этой целью использовались било, которые я впоследствии планировал заменить барабанами. К окончанию перехода у моего пешего войска стало хоть что-то получаться с построением и перестроением в ходе марша, правда не обошлось и без накладок, но я был терпелив и только изредка прибегал к основополагающему принципу обучения по старику Марксу - 'битиё определяет сознание'. Именно поэтому за всё время марша только четыре особо нерадивых дружинника попробовали своими спинами вкус кнута и им это не понравилось, а остальные быстро усвоили урок. На то, что будущие десятники раздавали подзатыльники своим подчинённым, я предпочитал не обращать внимание. За этот двухдневный переход копейщики привыкли к своим копьям и несли их на плечах уже без всякого ворчания на то, что повозки идут полупустыми. Сотник Устин придирчиво проверял походный строй и его рыкающий голос слышался то спереди, то в центре, а то и в тылу колоны.
  По прибытию на место, под руководством Сига, десятки копейщиков заняли отведённые им места, где уже были приготовлены вода в котелках и дрова для похлёбки, зря что ли повозки я отправил вперёд, готовя место для ночлега и плотного ужина.
  После того, как лагерь немного затих, Сиг, на правах оставленного мною старшего не только среди мечников, но и среди конницы, в моё отсутствие, доложил о последних новостях и ходе обучения дружинников. От меня он удостоился похвалы за то, что помимо пеших тренировок мечников, на которых он учил их держать строй и действовать сообща, обучал действиям в конном строю, в качестве поддержки конницы, вооруженной копьями-пиками. От него я так же узнал, что моего прибытия дожидается делегация вольной деревни, которая ищет у меня защиты от распоясавшихся людей боярина Брика. Дескать пока был жив старый боярин, деревня проблем не имела, а теперь, при молодом, то скот угонят, то деревенских побьют так, что они пару дней встать не могут. А сдачи дать не моги, так как за спинами бриковских крестьян маячат два десятка его конных дружинников, так сказать силовая поддержка.
  - Их цель, принудить деревню перейти под руку боярина и тем самым отхватить клин особой земли, схожей с той, на которой находятся наши владения. - Мне польсти тот факт, что пятидесятник считает себя не просто наёмным учителем, а моим человеком.
  - И что ты им ответил? - поинтересовался я, после недолгих раздумий.
  - А что я им отвечу? Сказал, чтобы ждали господина, но особо на помощь не рассчитывали, так как господин вряд ли будет рисковать здоровьем своих людей ради какой-то вольной деревеньки, которая не входит в состав его вотчины...
  Сразу же после завтрака началось обучение дружинников действиям в составе всего войска - мечники, фаланга, конница, тачанки. Особое внимание я уделил сигналам оповещения, а ближе к вечеру посадил мечников на коней, и теперь моя фаланга была с обоих флангов прикрыта конницей. К окончанию первого дня обучения прибыла делегация свободной деревни, которую я принял у костра своего личного десятка. И хотя мне уже поставили походный шатёр, я предпочёл остаться среди простых воинов, чем, несомненно, укрепил своё положение среди них: не чураюсь, сплю как все у костра и питаюсь из одного котла со своим десятком.
  Выслушав их просьбу о защите, я ответил им почти теми же словами, что и Сиг, - Не вижу смысла помогать вам. Вы хотели свободы и независимости? Получили их? Так и защищайте свою свободу самостоятельно, или наймите наёмников. За вас я рисковать своими людьми не буду, денег тоже можете не предлагать. До вас мне нет никакого дела.
  Жак, пошли кого-нибудь проводить деревенских, - распорядился я, давая понять, что разговор окончен. Однако я ошибся, не прошло и получаса после их ухода, как они вновь вернулись к нашему костру и сходу заявили, что просятся под мою руку. Оказывается, что пока старшие деревни дожидались, когда я освобожусь, крестьяне боярина Брик под прикрытием его дружинников напали на деревню, разорили три крайние избы и, самое главное, в этот раз не обошлось без смертоубийства. Четыре мужика, которые бросились защищать своё имущество, были убиты. Дружинники ушли чуть раньше, а крестьяне боярина, набив три повозки разным добром, неторопливо направились в свою деревню.
  - Значит получается так, что ещё третьего дня вы встали под мою руку и ждали только моего приезда, чтобы подтвердить это официально. Люди боярина Брик напали на мою деревню, так что я в своём праве принять ответные действия. Жак, поднимай десяток и пусть возьмут свои пики, могут пригодиться. - На рысях мы догнали неторопливый обоз грабителей уже непосредственно в самой деревни как раз в тот момент, когда они под завистливые взгляды соседей поворачивали к своим хатам.
  Мой приказ, отданный громким голосом, прозвучал как раскат грома среди ясного неба, - Грабителей и разбойников повесить, их дома сжечь, повозки с награбленным имуществом вернуть в мою деревню владельцам. На деревню, за убийство моих крестьян накладываю виру в размере двух золотых монет, если в течении трёх дней вира не будет выплачена, деревню сожгу полностью.
  Мои орлы, привыкшие беспрекословно выполнять мои распоряжения, кинулись вязать опешивших крестьян, которые не ожидали такого развития событий, а Жак заметил, как какой-то парнишка вскочил на клячу и настёгивая её, поскакал в ту сторону, куда убрались дружинники.
  Когда два десятка бездоспешных всадников показались на другой стороне улицы, мы были уже готовы их встретить. Горели три избы, а на воротах самого богатого дома висело пять тел горе разбойников. Конная толпа, улюлюкая и крича, кинулась на нас.
  - Построение клин, я на острие. После того как пройдём этих дураков, разворачиваемся и добиваем уцелевших, затем собираем оружие, коней и возвращаемся в лагерь. Жак назначишь трёх возчиков на уворованные телеги с добром, их в нашу деревню, передать старосте, да смотрите мне, без ухарства.
  Прикрываясь щитами от случайного удара, мы с размаха врезались в эту неорганизованный сброд и прошли его насквозь, оставляя после себя только тела поверженных. Тех четверых, которые пытались скрыться, расстреляли из арбалетов...
  
  7.
  
  Слух о том, что мой десяток участвовал в стычке с дружинниками боярина Брика и взял неплохие трофеи, быстро облетел весь лагерь. Первыми, как и положено, прибыли сотник и пятидесятник, молча сели возле нашего костра, и я коротко, не вдаваясь в подробности, поведал им о том, как мы разгромили два десятка дружинников, особо подчеркнув, что они были бездоспешные, после чего предложил сотнику и пятидесятнику распределить меду собой лошадей, из расчёта - пять пехоте, десять мечникам Сига, а четыре, в качестве заводных, коннице, а значит тоже Сигу. Одна лошадь куда-то отбилась и на ночь глядя её, естественно, никто искать не стал.
  -А что, господа начальники, как полагаете, что предпримет молодой и горячий боярин Брик, когда узнает, что десяток боярина Страха выступил на защиту якобы его деревни и крестьян? Я так полагаю, что захочет отомстить. А как?
  Первым подал голос сотник Устин - Думаю, что соберёт все свои силы и утром ударит по деревне, чтобы разорить и сжечь, а крестьян или порубить, или увести в полон.
  - Согласен с побратимом. То, что я слышал о молодом боярине, говорит не в его пользу - молод, горяч, нетерпелив и ветер в голове. По моим прикидкам, он может выставить не более шести десятков всадников, вооружив остатки своей дружины и челядь подворья. Спешатся на околице, вырезая и сжигая всё на своём пути, начнут разорять деревню. Что бы не допустить урона имуществу нашего господина, надо встретить их заранее.
  - Поступаем следующим образом, - подвёл я итоги нашего импровизированного военного совета, - копейщики сотника перекрывают околицу деревни со стороны земель Брика, на правом фланге располагается конница Сида, на левом - мечники и мой десяток. Начало атаки - частые удары в било. Предупреждаю, ни один не должен не только уйти, но и уцелеть. Пленных не брать. По окончанию стычки, я с конницей захватываю усадьбу Бриков и объявляю о своём праве на её присоединение к владениям боярства Страхов. Мечники и выделенная пехота собирают трофеи. Старшим останется сотник Устин. Сиг, ты со мной и рулишь конницей, пока я со своим десятком наведаюсь и буду утверждаться в самой усадьбе. Предупреждаю, малейшее сопротивление пресекать на корню, но особо не зверствовать, ведь это теперь тоже мои люди, хотя они об этом ещё не знают. И ещё, наберите побольше молодух и девок, их надо будет отправить к Устину, хотя бы по одной на десяток, что бы парни потешили себя, но через три дня всех отпустить и не приведи боги, если хоть одна из них не вернётся домой в целости и относительной сохранности. Будет наказан весь десяток, а самый главный виновник повешен. Если всем всё понятно, то четыре часа на отдых, затем выдвигаемся на указанные мною позиции.
  - Господин, а что мы будем делать, если Брик не нападёт на деревню?
  - Это маловероятно, но тогда сами отправимся к нему в гости, ведь его люди первыми напали на нас, а значит я в своём праве...
  Ранний рассвет застал моё небольшое войско на своих позициях, а отправленные вперёд наблюдатели доложили, что мы не ошиблись и дружина боярина Брика, дополненная челядью, выдвигается в сторону деревни, которую я уже окрестил как Глушанки. Отряд боярина насчитывал менее сотни всадников, из них только половина имела справное вооружение и какие-то доспехи. Остальные были вооружен чем попало, начиная от самодельных копий, плотницкими топорами, а то и просто дубинками.
  Наступило тревожное ожидание. Я очень боялся, что боярин Брик распознает нашу ловушку и повернёт назад, но к счастью этого не произошло. Естественно, никакого дозора или разведки он не выслал, а не доезжая буквально сотни метров до окраины деревни, где расположилась моя фаланга, его всадники стали спешиваться и неторопливо двигаться небольшими группами в сторону Глушанок.
  Пора и я махнул рукой отдавая приказ бить в било. Протяжный звон разнёсся над деревней, нарушая утреннюю тишину, а затем зычный голос Устина стал отдавать команды на движение фаланги. Ощетинившись как ёж, острыми копьями мои дружинники стали не просто теснить воинов Брика, а наносить им конкретный урон, а тут ещё с двух сторон ударили конница с копьями наперевес и мечники с моим десятком. Разгром был полный, никто не смог оказать нам организованного сопротивления и только в одном месте произошла небольшая заминка, вызванная тем, что группу щитоносцев расстреляли из арбалетов, не сближаясь с ними и не дожидаясь подхода копейщиков. Несколько человек пытались вырваться из окружения, но пешие против конных не выстояли и минуты. Вскоре всё было закончено. Мечники и копейщики стали добивать раненых и собирать трофеи, а я со своим десятком и конницей прямиком направился в усадьбу Бриков. Естественно, нас там никто не ждал и никакого сопротивления не оказал, так как боярин забрал с собой практических всех мужчин, кроме стариков и немощных больных. Сиг стал выполнять мои указания, а я сам, в сопровождении десятка, неторопливо и по-хозяйски вошёл в центральное здание, так называемое боярское подворье. Мои охранники рассыпались по этажам, проверяя все комнаты и помещения и только их весёлые голоса раздавались в тишине. Чуть позднее к ним присоединились испуганные женские вскрики, а значит дружинники наткнулись на комнаты, где проживала доверенная прислуга. Я не собирался играть в благородство и лишать воинов их права развлечься с побеждёнными. Победители всегда насиловали побеждённых.
  В небольшом зале меня ждала невысокая девица, приятной наружности с кинжалом в руке. Как я понял, это была сестра погибшего боярина, но я на всякий случай решил уточнить, - Ты кто?
  Она гордо вскинула подбородок, - Я боярышня Алисия Брик, сестра боярина. По какому праву вы ворвались в наш дом и творите...
  Договорить я ей не дал, - Ответ неверен. Во-первых, это теперь мой дом, а ты поменяла свой статус и в одночасье превратилась в рабыню, а боярский дом Бриков прекратил своё существование, так как все земли отныне входят во владения боярского рода Страхов. За это можешь или благодарить, или проклинать своего покойного братца, который сегодня по утру попытался напасть на мои владения.
  - Он мёртв?
  Я пожал плечами, - Вообще-то я ещё не встречал тех, кто мог считать себя живым с отрубленной головой. Он пытался бежать с поля боя и один из моих всадников зарубил его. Не волнуйся, вскоре его тело доставят сюда на всеобщее обозрение. А ты, давай не медли, коль решила покончить с собой, только кинжал возьми по-другому, а то он только скользнёт по рёбрам да разрежет кожу, а значит тебя придётся добить, перерезав глотку. Затем тебя разденут догола и тоже выставят на обозрение. Это что бы ни у кого не возникло никаких надежд на то, что тебе случайно, или каким-то чудом удалось спастись и ты сейчас набираешь наёмников, чтобы отомстить за смерть брата и захват ваших владений.
  Я очень натурально описывал что станет с её телом и кожей через три дня, что она проведёт на виду у всех, как она будет вонять и вызывать омерзение у окружающих.
  А девица ничего себе, крепкая, в обморок не грохнулась, хотя и изрядно побледнела.
  - Но я и живой тебе не очень завидую. Для начала тобой попользуются по прямому назначению, а потом продадут в рабство. Говорят, грамотные рабыни из благородных семей в империи Весп весьма ценятся. Естественно, что первым с тобой развлекусь я, а потом мой личный десяток пропустит тебя через себя несколько раз. Не волнуйся, тебя не покалечат и даже не сильно будут бить, что бы на твоей коже не осталось никаких следов, разве только между ног разворотят всё как следует, но это уже издержки, практически все рабыни проходят через это. Так что ты давай не затягивай, режь себя и поскорее покончим с этим.
  Кинжал выпал из её рук, она упала на колени и заголосила, проклиная и свою судьбу, и своего брата, по вине которого славный род Бриков прекратил своё существование.
  Выждав небольшую паузу, и убедившись, что клиент как говориться созрел, я подошёл к ней поближе и с сомнением в голосе проговорил, - Есть, правда один вариант, при котором ты даже останешься боярыней Брик и хозяйкой поместья, но только этого поместья, если возьмёшь в мужья человека, которого я тебе укажу, и дашь ему своё родовое имя. Законы царства это позволяют сделать.
  - Сквозь рыдания она произнесла, - Я согласна на всё, только побыстрее закончите меня мучать.
  - Эй, кто-нибудь, немедленно вызовите ко мне начальника моей личной охраны десятника Жака, он мне срочно нужен.
  Послышался топот ног и вскоре Жак, запыхавшийся и с обнажённым клинком, буквально ворвался в залу, - Господин, вызывали? Что-то случилось?
  - Случилось. Но сначала ответь мне на несколько вопросов: - как тебе сам дом и поместье?
  - Да нормальные, не такие богатые и ухоженные как у вас, но жить можно. Для вас тут можно будет сделать, после небольшого ремонта, прекрасную летнюю резиденцию.
  - Значит тебе здесь нравиться.
  - Охранником, или управляющим здесь не останусь. Моё место возле вас.
  - А никто на твоё место не претендует. Просто я решил подарить это поместье тебе, но с некоторыми условиями. Первое, станешь мужем этой девицы и примешь её родовое имя, то есть станешь пришлым боярином. Второе, медового месяца у тебя как такового не будет, дней десять максимум смогу тебя не дёргать, а потом придётся вернуться к своим непосредственным обязанностям. Так что побыстрее вникай во все вопросы, делай боярышню боярыней и возвращайся в центральную усадьбу. Вместо себя назначь заместителя, а потом боярин Миха Арчи временно примет твою должность. Возражения не принимаются, это мой приказ.
  Жак непонимающе смотрел то на меня, то на Алисию, не веря во всё происходящее.
  - Что, удивлён? - Он только кивнул головой. - Ты мой девиз знаешь? Повтори.
  - Пленных не берём, своих не бросаем, - от тараторил он.
  - Вот я тебя и не бросаю. Случись что со мной, а ты уже боярин, пусть и мелкопоместный, но боярин. А теперь найди мне Сига, он проследит, что бы ритуал был проведён по всем правилам. Да и что там с девками для копейщиков и мечников, их отправили в лагерь?
  - Отправили. Нашлись даже такие, которые добровольно поехали сами. Тут оказывается с мужиками совсем плохо, а после того, как мы их проредили, дело вовсе швах. Так я пойду вызывать пятидесятника?
  - Да не сам, а пошли кого-нибудь. Негоже невесту в такой момент оставлять одну...
  В лагере, куда мы вернулись вечером следующего дня, немного гульнув на свадьбе Жака и Алисии, царило праздничное оживление - ну ещё бы, ведь в лагере были женщины, этакой прообраз будущих маркитанток. Однако, праздник - праздником, а пора и честь знать. Через три дня мы начали марш в сторону главной усадьбы и благополучно через полтора дня достигли своего полевого лагеря. Такого бардака, как при совершении первого марша уже не было, да и скорость передвижения увеличилась, так как лошадей и телег теперь хватало.
  Через несколько дней появился Жан, его сообщения заставили меня призадуматься. В столице воеводства - городке под названием Рута, пошли слухи, что воевода отправил гонца к своему ближайшему соседу с просьбой оказать помощь дружинниками для усмирения непокорного боярина.
  - Одного гонцы мои люди перехватили, но ведь воевода их мог послать и несколько, а слухи подтвердились. Он просит сотню-другую дружинников с большими щитами. Не иначе, как у него здесь есть свои глаза, и он уже знает о наших длинных копьях, хотя, возможно, это и купцы могли разболтать.
  - Молодец, хвалю. Держи знак пятидесятника, только особо его не свети. Новости о боярстве Михи и Жака уже знаешь? Ничего, и тебя сделаю боярином, но только уже в Руте, когда там обоснуемся. А теперь отдыхай и обязательно помойся, - несёт от тебя за версту, с таким духом ни о какой засаде не может быть и речи. На будущее это учти.
  Главная же новость, которую принёс Жан заключалась в том, что войско воеводы со скрипом сдвинулось с места, не дожидаясь подкрепления из соседнего воеводства. Отряд, отправленный на моё усмирение насчитывал около полутысячи ополченцев и почти двести дружинников, четыре колесницы и десяток боевых псов, натасканных рвать людей. Радовало только одно, что ни дружинники, а тем более ополченцы не имели даже такого боевого опыта, который уже получили мои дружинники. Я мог им противопоставить сто пятьдесят более или менее обученных копейщиков, четыре тачанки и почти сотню конницы. Мечники окончательно пересели на коней, а сотник Сид стал моим заместителям, и я на него полностью спихнул руководство и обучение конницы. Кстати, первые конные атаки выявили недостаток наконечников наших пик, нанесённые ими раны позволяли противнику ещё какое-то время сражаться, особенно, если они были неглубокими. Пришлось срочно перековывать и переоснащать копья на трёхгранные копейные наконечники, как у фаланги.
  Порадовал меня Миха и кузнецы - им удалось создать довольно прочные и достаточно лёгкие щиты для первой и второй линии копейщиков по ранее разработанной схеме - в основе цельнометаллический кованный щит, обшитый тремя слоями кожи буйвола с небольшими металлическими бляхами. Вес такого щита составлял, по моим ощущениям, в первой линии чуть больше шести килограммов, во второй - четырёх, и копейщики начали тренироваться с ними, привыкая к такой тяжести. При необходимости моя фаланга могла очень быстро трансформироваться из построения 20 в шеренге на 5 рядов в 30 в шеренге на 5 рядов, а также мой резерв из пятидесяти копейщиков мог действовать и как самостоятельная единица в виде небольшой колонны таранного типа. В перспективе я их собирался тоже посадить на лошадей, чтобы иметь возможность быстрого манёвра и наращивания сил на определённом участке.
  Через пять дней разведчики Жана принесли сведения о том, что войско воеводы находится в двух днях пути от выбранной мною точки встречи, а значит и нам настала пора выдвигаться. Жалко только, что Миха и его мастера не успели в достаточном количестве сделать лёгких арбалетов для ближнего боя, их хватило только-только для полного перевооружения моего личного десятка. Но и те два десятка тяжёлых арбалетов, что были переданы Сигу, значительно усилили конницу. В их распределение я не стал вмешиваться, хотя и видел, что все они ушли в первый отряд конницы, так называемый доспешный, а второй - кольчужный, был их лишён. Своё решение сотник обосновал тем, что со вторым отрядом будет действовать мой десяток, а значит у кольчужников будет даже преимущество в самострелах, так у моей охраны были арбалеты под два болта и перезаряжались они быстрее.
  В предрассветных сумерках лагерь противника был отчётливо виден. Как я и предполагал, на передовых позициях были расположены ополченцы, а за их спинами расположились дружинники воеводы. По докладам Жана, в рядах ополченцев растёт глухое недовольство и даже вражда к дружинникам. Оказывается, воевода не озаботился обеспечить продуктами ополченцев, а то, что они брали с собой на три дня, давно уже кончились. Их боевой дух опустился ниже плинтуса, и если они раньше надеялись хорошо поживиться за счёт разорения усадьбы и деревень опального боярина, то теперь все их мысли были направлены только на одно - где раздобыть пропитания. Участились случаи дезертирства и прямого неподчинения командирам, назначенным от воеводы.
  Взошедшее солнце светило нам в спину, поэтому наше появление на поле сначала не вызвало никакой реакции со стороны лагеря, и только тогда, когда мы уже закончили своё боевое построение и начали под звуки била неторопливое движение в сторону противника, там возникла паника и сумбурные перемещения с криками и руганью. Тому, кто командовал этим войском было понятно, что надо во что бы то ни стало остановить, или хотя бы ненадолго задержать движение фаланги, чтобы успеть принять некое подобие боевого построения, иначе ополченцы сомнут в бегстве строй дружинников. Он выслал нам на встречу все свои четыре колесницы, им навстречу выдвинулись наши тачанки и развернулись кормой к противнику, продемонстрировав большие самострелы с серповидными наконечниками. Этой новинки возничие не ожидали и стали придерживать лошадей. Подпустив их на пятнадцать - двадцать метров тачанки дали залп, который имел самые катастрофические последствия для колесниц. Две из них взмыли в воздух, несколько раз перевернулись и грохнулись на землю, рассыпаясь на куски. Оставшимся двум повезло больше, - их колесницы просто перелетели упавшую лошадь через голову и упали со всего размаха на землю. Прикрытия из десятка конных арбалетчиков не понадобилось, колесницы перестали существовать.
  Наша фаланга с небольшим замедлением преодолело эти препятствия и продолжило своё движение. Зрелище гибели колесниц произвело деморализующее влияние на ополченцев, которые пытались выстроиться в некоторое подобие строя. А тут ещё равномерный шаг и звук била давил на мозги, показывая неизбежность смерти от таких длинных копий, что не позволяли приблизиться к копейщикам. Два десятка лучников из числа дружинников даже толком не успели произвести залп и были расстреляны из арбалетов. Это окончательно добило ополченцев и они, бросая оружие и щиты, обратились в бегство, расстраивая ряды уже выстроившихся дружинников.
   Следуя моему сигналу, конница перешла в атаку и на плечах ополченцев врубилась в строй дружинников. Такого результата копейного удара даже я не ожидал, фланги дружины воеводы были смяты как бумага. А конница, пройдя насквозь фланги, развернулась и ударила в центр построения с тыла. Это было самое настоящее кровавое избиение. Подоспела фаланга и приняла бегущих от конницы на копья, не оставляя ни единого шанса им на спасение. Резерв фаланги добивал раненых и тех, кто упал, притворившись мёртвыми. Мой десяток, обойдя по дуге свои войска, устремился к единственной дороге, стремясь поскорее перекрыть её ещё до того, как верхушка командиров воеводы попытается сбежать с поля боя. Мы успели, и даже выстроились в две шеренги, приготовив свои арбалеты для стрельбы, а я расчехлил карабин и проверил давление воздуха в камере.
  Раздался топот копыт и большой отряд - тридцать, а то и сорок всадников мчался на нас. Раздались хлопки спускаемой тетивы и в течении нескольких секунд сорок болтов нашли свои цели. На дороге возникла свалка, ржали кони, кричали люди под их копытами, а мой десяток, повесив арбалеты на крюки, взяв в руки короткие копья, неторопливо направился к завалу, чтобы добить уцелевших и раненых. Я с Михой остался на месте, пристально вглядываясь, боясь пропустить рывок кого-нибудь уцелевшего. И один всадник вырвался из этого завала, ловко увернувшись от удара копьем одного из моих телохранителей, вот только от болта Михи он увернуться не сумел и тот пронзил его почти насквозь, выбив из седла и свалив на землю. Богатые доспехи, которые не смогли его защитить, явно говорили, что это не простой воин и золотая цепь на груди подтверждала это. За те несколько минут, что заняла эта попытка прорыва, дружинники воеводы были упокоены и мои телохранители приступили к сбору трофеев, ловле уцелевших лошадей и разбору завала из тел и туш.
  Вскоре к нам присоединился сотник Сиг, в сопровождении двух десятков всадников, оказывается, он заметил мой манёвр и как только смог освободиться, поспешил на помощь.
  - Что там у нас твориться, сотник. Докладывай коротко и по существу.
  - У вас, господин, ничего не творится. Воины заняты уже ставшим привычным делом - сбором трофеев, доспехов, оружия. Добыча весьма знатная, особенно в шатре ставленника воеводы. Представляете, господин, он даже девку с собой возил. Её связали и ждут вашего решения.
  - Какие у нас потери?
  Он улыбнулся во весь свой рот, - Убитых ни одного, раненых несерьёзно всего двое и то по своей личной глупости. Я нашёл лекаря воеводы, которому и поручил о них заботу, пригрозив, что если наш господин замети какой-нибудь вред, а он ученик самого старца Лира, то его повесят. А он только фыркнул в ответ и заявил, что ему плевать на всех неучей, которые ничего не понимают в лекарском искусстве и прикрываются именами шарлатанов.
  - Проследи, что бы его не обижали и обеспечивали всем необходимым. Свой лекарь нам нужен, а потом я сам с ним поговорю. Возвращаемся на поле боя, становимся лагерем в готовности вечером начать марш конницы в сторону Руты. Пора навестить воеводу и поговорить с ним по-мужски...
  Да, такого количества трофеев даже я не ожидал, и если две сотни неплохих лошадей меня не удивили, дружинники передвигались конными, то почти полторы сотни повозок и телег, многие из которых оказались пустыми, меня озадачили, пока я не сообразил, что их предназначали под трофеи, взятые в моей вотчине. Вот и у меня появились мат средства для создания своей мотопехоты, именно поэтому я отказался от идеи ночного марша только конницы. Выход был назначен утром всего отряда, включая копейщиков на телегах. При этом к каждой телеге придавалась ещё по одной заводной лошади, которых надлежало менять через каждые четыре часа движения.
   И в нашем импровизированном лагере началась кутерьма. Моим распоряжением каждому десятку фаланги выделялись по три транспорта для перевозки личного состава и имущества. Ещё десяток выделялся под продукты, десяток под зерно и фураж и ещё десяток в качестве резерва. Всё это добро поступало в распоряжение сотника Устина и его доверенных лиц. Кольчужным и доспешным отрядам были выделены по два десятка повозок, остальные пошли под трофеи, которые нам в настоящий момент не были нужны. В который раз произошло перевооружение фаланги на более качественное оружие ближнего боя, снятое с дружинников. При этом я приказал Устину, чтобы в тыловых десятках было однотипное оружие, а самый оптимальный вариант, что бы всё одинаковое было в шеренгах. Ещё я обратил внимание на то, что несколько доспешных подобрали луки и теперь тренировались в стрельбе под присмотром одного из десятников.
  Честно говоря, к вечеру я изрядно устал, разбирая споры и распределяя захваченное имущество между копейщиками и конницей. Первый обоз с трофеями уже был отправлен в имение и должен был вернуться ночью, чтобы к утру вновь загрузиться и совершить вторую ездку. Очень много времени ушло на то, чтобы собрать все тела и вывезти их в овраг, присыпав землёй и камнями. Получилось что-то вроде братской могилы. Откуда-то появились разбежавшиеся ополченцы, привлечённые запахом пищи. Их накормили и назначили возчиками на подводы и повозки, обещав заплатить по два медяка по прибытию в Руту. По-моему, деньги особо не интересовали ополченцев, а вот горячая похлёбка с сухарями, была в самый раз. Не обошлось и без негатива. Сразу три человека были пойманы на воровстве и их, без долгих разговоров, тут же повесили.
  Когда всё более или менее устаканилось, я отправился в шатёр командующего отрядом воеводы, надеясь поспать хотя бы четыре часа, совершенно забыв о той девице, что там находилась. Она сама напомнила о себе, обозвав меня грубияном и мужланом, когда я упал на перину и тюфяк, не снимая доспехов, не раздеваясь и задел её. Она сама развязалась и теперь ждала решение своей участи...
  
  8.
  
  Ранним утром я обнаружил эту девицу сидящей у выхода из шатра и баюкающей свою правую руку, замотанную какой-то тряпицей. Увидев, что я проснулся, она тут же накинулась на меня, - Почему ты не предупредил меня, что твоё оружие зачаровано? Посмотри, что твой меч сделал с моей рукой? - Она сдёрнула тряпицу, и я увидел большой ожог с волдырями.
  - Нечего лезть туда, куда тебя не просят. А оружие не зачарованное, а фамильное, именное.
  - Я просто хотела тебя разуть и раздеть сонного, что бы тело хоть немного отдохнуло. Я всегда так поступала с отцом, когда он брал меня с собой в походы. Не подскажешь, командир войска воеводы спасся, или может быть его пленили, чтобы получить выкуп?
  - Пленных нет, погибли все кроме черни ополчения, которое сразу же разбежалось, как только мои дружинники перешли в наступление. Все тела похоронены в одной братской могиле в овраге сразу же за лесом, справа от дороги.
  - А раненые? Может быть он среди раненых?
  - Всех раненых добили, что б не мучились. У нас нет лекаря, который мог бы им оказать помощь. - О захваченном в плен лекаре воеводы я решил умолчать.
  - Значит отец отмучился, а я осталась сиротой и теперь никто не сможет меня защитить от этого похотливого гавнюка, - она с надеждой посмотрела на меня в надежде, что я тут же приму на себя обременение.
  - Гавнюк - это воевода?
  - Он самый. Любитель молоденьких и нетронутых девочек. Тварь, каких свет не видел. Положил на меня глаз и стал домогаться, а отца, что б не мешал, отправил в этот злосчастный поход. Даже говорил, что женится на мне, если я ему уступлю. У этого гада чуть ли не каждый месяц новая игрушка, которую он потом за ненадобностью выкидывает. Если боярского рода, то просто опозоренную возвращает родителям с небольшим кошелем золота, а если из простых, то сначала отдаёт её своей охране и только потом выгоняет.
  - Что-то я не вижу горя на твоём лице от извести о гибели отца.
  - Он знал, что его убьют и запретил мне пускать слёзы и как-то горевать, чтобы не доставить этим удовольствие воеводе.
  - Откуда он это мог знать?
  - В его свите был убийца - отравитель, об этом его предупредили друзья. Они же предложили ему бежать в другое воеводство, но он отказался, заявив, что Вампы никогда не показывали спину противнику и ни от кого не бегали.
  - У твоего отца была цепь на груди?
  - Она была у того, кто должен был его отравить. Неужели ему удалось спастись?
  - Я же сказал, что погибли все, кроме тех ополченцев, что успели разбежаться. Что ты думаешь делать дальше?
  - Вернусь в Руту, соберу ценности и золото и отправлюсь в Солей. Надеюсь, эта жирная сволочь меня там не достанет.
  - А теперь давай поговорим на чистоту, убийца-отравитель. Ты хоть понимаешь, что это твои действия привели к полному поражению войск Руты. Полководец, которого ты отравила, имел план, которым он ни с кем не делился. Тот, кто его заменил, скорее всего прихлебатель воеводы, надеялся на очень лёгкую победу и просчитался. Именно у него была на груди цепь власти. Далее, тебя никто не связывал, ты сама опутала себя верёвками, поэтому то легко смогла освободиться. Расчёт был простой, - войны, что ворвутся в шатёр увидят тебя и решат, что это дело рук моих телохранителей, поэтому спокойно уйдут. Ты сделаешь вид, что смогла сама освободиться и станешь ждать меня. Да вот беда, у предусмотрительного полководца не оказалось никакого оружия в шатре, не оказалось и еды, которую можно было отравить, а на это ты не рассчитывала. Силёнок задушить меня у тебя не хватает, поэтому то ты и полезла к моему мечу.
  Глупой жила, глупой и умрёшь. Неужели ты думала, что такой господин как я, войду в чужой шатёр к незнакомому человеку, пусть даже он и женщина, без охраны? Двух моих воинов ты даже не заметила, а ведь они воспользовались той складкой в шатре, которую ты приготовила для своего бегства и через которую проникла сюда. Отравила ты его питьём, а вот кубок с земли поднять не удосужилась. Тело вынесли твои подручные, утром должны были объявить, что отец-командир скончался от какой-нибудь болезни и что вся полнота власти переходит к доверенному хлыщу воеводы. Конечно, эта картина не полная и в каких-то мелочах я могу ошибаться, но в целом картина выглядит именно так.
  Твоё счастье, что ты без оружия даже не пыталась приблизиться ко мне, иначе тут же бы схлопотала болт в грудь. А самая большая твоя ошибка заключалась в том, что ты не следишь за собой. Мой учитель, волшебник Лир, учил тому, что многие предметы, включая одежду и даже волосы впитывают в себя запахи. Ты не моешься и даже не меняешь свою одежду и поэтому от тебя ощущается не только запах немытого тела, но и пахнет миндалём. Тебе надо напоминать, какой яд пахнет именно так? Кстати, если у тебя он остался, то рекомендую его прямо сейчас выпить, ведь тебя сожгут живьём на жертвенном костре, предварительно распоров живот и намотав кишки на кол, к которому тебя привяжут. А теперь сними с себя занятное колечко, я знаю, что змеи любят жалить внезапно, так что возможно внутри него спрятана отравленная иголка. В противном случае тебе сейчас же отрубят руку.
  Вот и умница. - За всё время моего монолога она то бледнела, то её бросало в жар, однако кольцо она сняла тут же и бросила его мне под ноги, но поднимать я его не стал, так как заметил, как она чуть сдвинула его верхнюю часть. Мой меч легко располосовал его на две части и отравленная игла, спрятанная внутри выпала на землю.
  Я чертыхнулся, - Не мог ваш начальник постелить в своём шатре ковры на землю, вот где теперь эту гадость искать, придётся шатёр со всем содержимым предать огню. Парни, можете с ней позабавиться, но потом казнить так как я сказал. И поторопитесь, нам скоро выступать.
  Я вышел из шатра и вдохнул полной грудью чистый воздух. Из шатра послышался треск рвущейся ткани и приглушенный женский визг. Ты смотри, и не противно им возиться с этой грязнулей, впрочем, это их дело.
  Как только стало чуть светлее, моя дружина тронулась в путь. К этому времени шатёр почти полностью прогорел, тлел только центральный кол с привязанным к нему распоротым телом. И не скажешь, что это женщина - так, кусок жареного мяса...
  Через четыре часа я объявил малый привал для завтрака и смены лошадей в повозках. Через полтора часа движение возобновилось, однако скорость передвижения меня не устраивала - слишком медленно. Для многодневных маршей на длительные расстояния такое перемещение было оправдано, а на небольшие расстояния - нет. Именно поэтому, оставив весь обоз и копейщиков на сотника Устина, я с конницей поскакал вперёд. Ближе к вечеру вновь были сменены лошади и дружинники наскоро перекусили, так что к утру мы были уже у стен Руты. Нда, одно название - городские стены. Когда-то они может быть и выглядели грозно и мощно, а сейчас настоящие развалины, возле которых даже просто находиться страшно, вдруг обрушатся. Ворот тоже, как таковых не было, не было и стражи, так что моя сотня беспрепятственно вошла в город и неторопливо направилась к центру, где находился помпезный дом воеводы.
  Мой инструктаж был краток - всех, кроме слуг, отправить к богам. Я исходил из того, что во время схватки все взятки гладки, а вот после того, как я захвачу резиденцию, придётся соблюдать установленные правила, а там канитель с судом, сбором доказательств и прочие бюрократические препоны, так что так просто со своими врагами и друзьями воеводы уже не расправиться, придётся соблюдать хотя бы видимость законности. К тому же, я действовал в своём праве.
  Это была резня. Как потом я установил, мы вырезали практически всю родню воеводы и его ближайшее окружение. Единственная заминка возникла возле внутреннего караульного помещения, где находилось полтора десятка личной охраны воеводы. Они попытались оказать сопротивление и их пришлось расстрелять из арбалетов. Конечно, сыграли свою роль и внезапность нападения, и безалаберное несение службы стражей, и общее разгильдяйство привыкших к спокойной службе дружинников. Сам воевода даже не проснулся от шума, зато его жирное тело с обоих сторон грели две малолетки, от которых сильно несло какой-то гадостью. Скорее всего какая-нибудь разновидность местной наркоты, чтобы подавить волю и сделать беспомощными очередные жертвы.
  Мутные поросячьи глазки уставились на меня, не сразу наведя фокус, - Кто посмел нам мешать и нарушил наш сон? Стража! Заберите его и всыпьте десять, нет двадцать горяченьких, чтобы другим было неповадно отвлекать нас от важных дел. Этих двух можете забрать себе, а меня не будить, пока сам не проснусь. Впрочем, эту оставьте, я ещё с ней поиграю, - при этом он бессовестно лапал и тискал толком не оформившуюся грудь девчонки лет тринадцати, которая никак на это не реагировала....
  Наконец до этого толстопуза дошло, что никто не торопится выполнять его приказы и что в его спальне происходит что-то непонятное. А когда он увидел, что его окружают незнакомые вооружённые люди с весьма неприветливым выражением лиц, то испугался и взвизгнул фальцетом, - Кто вы и что вам надо?
  - Я боярин Страх из красной десятки. По твоему приказу твои люди пытались разграбить моё поместье и присвоить моё имущество. После этого ты отправил своё войско, чтобы покарать непослушного боярина и закончить грабёж, так что я в своём праве совершить над тобой и твоими подельниками справедливый суд. Такое право мне дано богами. - Словно в подтверждение моих слов фамильный перстень полыхнул багровым светом, и я заметил, как на противоположенной стене появился и быстро исчез контур двери. - Я приговариваю тебя к смертной казни через повешение, - не удержался и добавил, - приговор окончательный и обжалованию не подлежит!
  Притихшего воеводу под белые ручки потащили на выход и на ближайшем подходящем дереве у главного входа быстро повесили. Было странным, что он не сопротивлялся и не кричал. Затем началась зачистка его приспешников, благо нашлось много желающих помочь нам и указать их дома и подворья. К обеду было всё закончено, а сам город в тревоге застыл, не зная, что ждать от захватчиков, что так безжалостно расправились со знатью воеводства. В каждом зачищенном доме я оставлял пяток дружинников для охраны слуг и имущества, предполагая, что наверняка найдутся желающие под шумок поживиться за чужой счёт, а может быть и отомстить ненавистным вельможам.
  Городок хоть и небольшой, однако пришлось назначить конные патрули для предотвращения беспорядков, которые могли возникнуть при смене власти. В это время из резиденции обслуга выносила и вывозила тела погибших, а также привели ко мне двух избитых и связанных старших слуг воеводы. Один из них обеспечивал воеводу девочками из города и близлежащих деревень, а другой был при нём палачом и служил для разного рода наказаний и пыток провинившихся и неугодных. Их повесили рядом с воеводой.
  Сиг доложил, что всего зачищено шесть домов, где проживали наиболее близкие к воеводе мелкопоместные бояре. Оказывается, от всех, кто мог угрожать его власти, он предусмотрительно избавился с помощью различных средств: кого отравили, кого в открытую убили, а кого разорили и продали в рабство - в общем, весёлая жизнь здесь была. А самое интересное было в том, что бояре не возмущались, простой люд не роптал и дело здесь было совсем не в дружине воеводы, а в рабской покорности населения.
  На следующий день ближе к вечеру прибыл наш обоз и копейщики. К этому времени казармы дружинников очистили и привели в более или менее приемлемый вид, так что людей было где разместить. Конюшен и обслуживающего персонала тоже хватало, так что особых проблем не возникло.
  Утром я занялся хозяйственными делами: резиденцию оставил для себя и Михи, так как воеводство не собирался никому отдавать; один из зачищенных и бесхозных домов отдал Устину, второй Сигу, третий Жаку, четвёртый Жану, пятый лекарю для устройства лечебного заведения для всех жителей, а шестой оставил в резерве качестве гостевого дома. Все эти дома находились в непосредственной близости от теперь уже моей резиденции и, как мне представляется, неоднократно меняли своих хозяев.
  После обеда была назначена выплата премиальных всем участникам сражения, при этом я предупредил, что половину выплаты забираю себе в счёт погашения долгов за оружие, обмундирование, доспехи и коней. Никто не жаловался, так как две малых серебряных монеты для моих дружинников были очень большие деньги. На следующий день я обещал отправить небольшой отряд для сопровождения денежных средств тех, кто решит передать премиальные родителям или семьям в вотчину. Таких нашлось немало, а уже с утра к моим сотникам потянулись желающие вступить в дружину, и все почему-то непременно в конницу.
  По моему совету Жак вызвал свою жену в Руту, что бы она приняла пожалованный дом и занялась его обустройством. Я надеялся, что боярыня Алисия послужит тем мостиком, что позволит моим сотникам войти в провинциальный свет и стать завидными женихами, особенно для тех девиц боярского рода, кто остался жив после зачистки. За всеми этими хлопотами я как-то забыл о том, что нас ждёт 'приятная встреча с гостями из соседнего воеводства' в виде одной-двух сотен дружинников, но пятидесятник Жан напомнил мне об этом, сообщив, что в сопредельном воеводстве отряд уже собран и готов к выдвижению, задержка только за обещанной платой за помощь, но это здесь в порядке вещей, так что гостей надо вскорости ждать.
  Жизнь в Руте вошла в привычное русло, хотя некоторая настороженность у жителей осталась - что ждать от этого непонятного боярина, что провозгласил себя новым воеводой? Как на это посмотрят друзья казнённого? А новая власть, в моём лице, стала наводить свой порядок. Во-первых, создал городскую стражу, подчинив её Сигу. Его я предупредил, что со мной в дальний поход он не пойдёт, а останется исполнять обязанности воеводы до моего возвращения, чем ввёл его в ступор.
  - Моё воеводство должно остаться в надёжных руках. В твоём распоряжении будут пять десятков моих дружинников, плюс стража. Но главной твоей задачей будет подготовить пополнение для нашей конницы. Новые сёдла, стремена, лёгкие мечи, копья, кольчужные доспехи, защита для лошадей - всё это ляжет на твои плечи. В ближайшее время мне понадобится ещё не менее трёх сотен всадников. В моих планах захватить воеводство Сарта и присоединить его к Руте. Но это произойдёт только в том случае, если войска воеводы перейдут нашу границу и у меня появится повод объявить о том, что я действую в своём праве. В помощь тебе останется Миха, но потом с новой конницей он должен будет прибыть ко мне. Вероятнее всего, что я буду ждать его на границе с империей Весп, или в районе Трира, где я планирую встретиться с солнцеликим Рао и решить несколько вопросов по обеспечению нашего большого отряда. И ещё, займись вместе с Устином обучению копейщиков верховой езде и работе клинками. Я понимаю, что мечников так быстро из них не сделать, но и время зря терять не хочется. Так же в будущем будет создан отдельный отряд конных арбалетчиков, но метких стрелков надо привечать уже сейчас.
  Миха, на тебе все имеющиеся кузницы. Отбери наиболее молодых кузнецов и их учеников, но всех секретов им не раскрывай, пока ещё не заслужили. С кольчужными мастерами по строже, но палку не перегибай. Будут завышать цены, пусть сидят без заказов. Помни, всю кожу я буду менять на кольчуги и комбинированные доспехи. Эх, нам бы сюда прокатный стан и пресс. Вечером напомни мне, я объясню, что это такое, может быть, что и придумаешь....
  Казна воеводства была полупустой, так как этот жирдяй на своих прихотях не экономил, да и его приближённые не стеснялись запускать в неё руку, однако на первое время монеты были и лежать им мёртвым грузом я не позволю.
  Только через неделю я вспомнил о той таинственной двери, что отреагировала на мой фамильный перстень и в сопровождении Жака и Михи, которые категорически отказались отпускать меня одного, решил проверить куда она ведёт и что скрывает.
  Таинственный проход отреагировал мгновенно, стоило лишь направить моё кольцо на стену и тонкий луч едва её коснулся. Мы вошли в небольшое помещение два на два метра, обшитое самой настоящей пластмассой - я же не удержался и поковырял обшивку кинжалом. Проделанная мною дырочка тут же затянулась. Ни других дверей, ни лестницы, я уж было собрался выходить, предположив, что раньше это было комнатой для хранения особо ценных вещей, что-то вроде сейфа, как вдруг пол дрогнул и стал со скрежетом опускаться вниз. Мои сопровождающие схватились за мечи, но я успокоил их, - Не дёргайтесь, это лифт, наследие древних колдунов. - Не скажу, что мои слова их успокоили, но клинки из ножен они извлекать не стали. Вскоре пол перестал дёргаться и застыл, а через несколько секунд проявился очередной контур двери, в который мы и вошли.
  На этот раз перед нами предстал достаточно большой зал, заваленный разными непонятными механизмами и вещами. Даже я, человек двадцать первого века, не смог определить, что мы видим перед собой. На всякий случай я отдал приказ, - Ничего не трогать! Смотреть можно, трогать - нет!
  Первым не выдержал Миха, - Господин, да тут древнего железа хватит на целое войско. Нельзя, что бы такое добро пропадало и лежало мёртвым грузом. - А мне подумалось, что придётся посылать гонца к Лиру и просить его помочь разобраться со всем этим богатством, да и некоторые вопросы надо задать.
  Тем не менее я первым не выдержал и взял какой-то штырь, из небольшой связки, который так и просился в руку. Далее произошло нечто неожиданное - штырь вырвался из моей руки, немного повисел в воздухе, а затем устремился к моему мечу и тот его, в прямом смысле, вобрал в себя. Всё это действие сопровождалось лёгким потрескиванием. А потом мой клинок сам покинул ножны и завис передо мной. Словно по наитию я взял его в руку и черканул себя по запястью. В это время я себя не контролировал, так что не сильно удивился голосу, который раздался у меня в голове, - Привязка к объекту завершена. Меч-кладенец переходит в собственность боярина Страха и его потомков. Оружие именное. Выберите наказание за незаконное прикосновение или попытку присвоения: 1. Электрический разряд, вплоть до смертельного. 2. Термический ожёг, вплоть до смертельного. 3. Отсечение конечности, вплоть до расчленения всего тела.
  Я задумался, а как я должен подтвердить свой выбор? На всякий случай громко сказал, - Первый вариант, - после чего один раз щёлкнул ногтем по лезвию.
  - Выбор принят - электрический разряд, вплоть до смертельного, в случае неоднократного повторения незаконного прикосновения одним и тем же объектом, не являющимся кровным родственником боярина Страха. Смерть на третьем прикосновении.
  Я с трудом сглотнул вязкую слюну, а мой меч-то изменился. Я, конечно не специалист, но, по-моему, это нечто среднее между мечом и шпагой, которую я видел в Тульском музее оружия. Приятная тяжесть, удобная рукоятка и даже появившаяся гарда плотно закрывала кисть, словно была специально сделана под мою руку. Я тут же предупредил, в первую очередь, Миху, - Ни в коем случае не трогать мой клинок, на него наложено смертельное заклятие. Смотреть и рассматривать можно только тогда, когда он в моей руке. - Я тут же убрал меч в ножны, которые тут же изменились и подстроились под новый клинок.
  Взяв второй штырь из связки, я убедился, что ничего не происходит и штырь остался штырём. На этом эксперимент с непонятным железом я закончил, и мы продолжили осмотр зала дальше. Как говориться, чем дальше в лес, тем больше дров. Да, без Лира мне здесь не разобраться, тямы не хватает, не уверен, что и у этого старика тоже хватит знаний, чтобы определить для чего всё это предназначается. Помнится, он говорил, что сам является учеником ученика древнего волшебника, а каково было число этих учеников до его учителя - не известно, так что теперь понятно, почему многие знания утеряны - слишком большая получилась цепочка.
  Пройдя в конец зала, я с сожалением вздохнул, - одно непонятное железо, а как бы хотелось найти нечто похожее на кевларовый бронежилет, но увы.
  - Господин, посмотрите, тут какие-то металлические нити, как проволока для плетения кольчуг. Может быть их можно будет как-нибудь использовать? - Это Миха уже сунул свой нос в самый дальний угол. Я подошёл, чтобы посмотреть и, действительно, пряжа с металлическим оттенком, жаль только, что я вязать не умею. Придётся учиться, так как предполагаю, что ко всему что здесь находится, могу прикасаться и брать в руки только я. Больше ничего интересного мы не нашли и взяв в руки две бобины с непонятными нитями, отправились восвояси. Правда, перед этим Миха попытался взять у меня одну бобину, но получив электрический разряд и хорошую встряску, тут же отказался от этой мысли, а Жак заметил, - Эти штуки тоже именные. А может быть ещё и потому, они не даются нам в руки, что мы ещё не настоящие бояре.
  - Не говори чепухи Жак. Вы самые настоящие бояре, законно получившие титул или звание. Дело тут в другом. Я полагаю, что во мне течёт кровь тех древних, что жили тут раньше, не случайно же наш род входит в красную десятку царства....
  От мысли пригласить погостить старца я отказался, так как Жак-проныра сообщил, что из Сарты вышла чуть ли не вся дружина воеводы - три сотни пеших дружинников, но без конницы и большого обоза. Пришлось отставить на потом все свои дела и начать готовится к встрече 'дорогих гостей'. Первым делом со своим десятком мы стали подыскивать место для сражения и вскоре такое было обнаружено. Ничего нового в своём построении я выдумывать не стал - пять шеренг по тридцать копейщиков, а на флангах кольчужные и доспешные, в резерве четыре тачанки и небольшое ополчение из тех, кто хотел бы вступить в мою дружину.
  Воевода Сарта, а именно он возглавлял это небольшое войско, особо не торопился, словно чего-то ожидая, однако через три дня они всё-таки пересекли речку, которая отделяла одно воеводство от другого. Причина такого странного поведения стала ясна после того, как люди Жана доложили, что до воеводы дошли слухи о разгроме дружины соседа и его гибели в результате внезапного нападения на Руту, и поэтому он поджидал свою конницу и отряды боярского ополчения. По моим прикидкам, войско Сарта будет превосходить нас численно, но не более чем в два раза, что было для нас не критично. А вот то, что он сжёг две мои деревни, и крестьян силой переселил на свои земли, было уже лишним, так что я с полным основанием объявил, что буду в своём праве, если накажу агрессора...
  
  9.
  
  Воевода Шарфей со своим войском не торопился на встречу со мной, сделав упор на разорение и так не очень многочисленных моих деревень, отправляя для этого отряды боярского ополчения. Однако, основные свои силы держа в кулаке, он навёл меня на мысль, что именно в этом и заключался его план вторжения и никакого генерального сражения не будет, если только я не припру его к стенке. Тут же на память пришло донесение Жана о том, что продовольствия они взяли с собой очень мало, что не соответствовало целям похода, если конечно удалиться достаточно далеко от своих владений. После недолгих раздумий я пришёл к пониманию применения партизанской тактики времён Отечественной войн 1812 года, когда летучие отряды Кутузова перехватывали фуражиров, обозы с продовольствием и мелкие отряды французов. Пришлось задействовать всю свою конницу, разбив сотню на пять отрядов и назначив старших десятников. Цель ставилась двуединая - уничтожение мародёров из боярского ополчения и перехват обозов из Сарта.. И, как обычно, я приказал ополченцев в плен не брать, но обязательно уточнять, где находятся вотчины бояр, которые присоединились к войску воеводы. А дабы у Шарфея не возникло желания усилить отряды своих фуражиров за счёт собственной дружины, я приказал сотнику Устину начать выдвижение пеших воинов навстречу войску Сарта, но в бой с основными силами не вступать, держаться на некотором расстоянии.
  Это, конечно, было рискованное решение - оставить фалангу без флангового прикрытия, но я надеялся, что изготовленные острые рогатки защитят мою пехоту от атак конницы, а для пехоты имелся мой резерв из будущих дружинников, которые позволят выиграть время для сотника, чтобы перестроить фалангу.
  Мой план стал приносить первые плоды - за первые три дня были уничтожены семь небольших отрядов боярского ополчения, а сами бояре повешены. Их отряды насчитывали от пяти до двадцать человек личной дружины, так что для моей конницы они угрозы не представляли. А ещё через два дня нам улыбнулась удача и два мои отряда, объединившись, захватили большой обоз с продовольствием, который с малой охраной направлялся в лагерь воеводы. Часть продовольствия я направил для крестьян разорённых деревень, а большую часть отправил в столицу, для пополнения своих запасов и создания НЗ.
  Так называемые комариные укусы принесли свои плоды. Теперь фуражиры Шарфея отправлялись за продовольствием под большой охраной и старались далеко не отходить от основных сил. К лагерю воеводы тихой сапой подкрался голод, а мои летучие отряды продолжали своё 'чёрное' дело.
  Жан доложил, что достаточно большой отряд дружинников Сарта готовится выступить и он предположил, что они направляются встречать очередной, наскоро собранный обоз с продовольствием для обеспечения его безопасности.
  Что ж, для меня наступила пора перенести боевые действия на территорию противника, так как обоз я решил встретить именно там. К конным отрядам полетели гонцы с приказом общего сбора возле главного брода. В этот раз я решил сам возглавить наш рейд, а получив свежие сведения от людей проныры, только утвердился в собственном решении. Большой обоз по своей земле шёл вообще без охраны, даже дозоры не выделялись, не говоря уже о боевом охранении. Дождавшись, когда последние телеги и повозки присоединились, а отары овец были объединены в одно большое стадо, мы напали.
  Естественно, никто не ожидал такой наглости, и огромные трофеи были захвачены в течении нескольких минут. Отобрав самое ценное и долго хранящееся, под охраной десятка кольчужников, новый обоз отправился в мои земли. Задача ставилась очень простая - объездными дорогами доставить груз в столицу и передать сотнику Сигу. А вот что делать с остальным грузом, я не знал, но тут на помощь пришёл Жак.
  - А что тут думать? Переправляем всё в свои земли, часть овец раздаём в пострадавшие деревни и создаём свою продовольственную базу, оставляем десяток доспешных для охраны и у нас опять развязаны руки. - Я последовал этому дельному совету и через пару дней основные силы моей конницы освободились от конвойной службы.
  Представляю, как психовал Шарфей, когда ему доложили, что воевода Рута чувствует себя в его землях хозяином. К тому же, оправленный для встречи отряд вернулся ни с чем, сообщив, что огромное конное войско противника - у страха глаза велики - разгромило продовольственный обоз, а то что уцелело, было сожжено в колдовском огне.
  Как я и предполагал, воевода отдал приказ об отступлении и возвращении в свои земли, да вот только в мои планы это не входило. Посадив копейщиков на телеги, ускоренным маршем по объездным дорогам и тропам, моя пехота перекрыла основной путь отступления, а с тыла давили новобранцы и доспешные моей конницы, так как кольчужные и мой десяток ушли на поддержку фаланги.
  Мы едва успели подготовиться и принять боевое построение, когда первые небольшие отряды боярского ополчения пытались сходу прорваться к броду. А вот не тут-то было, я наглядно показал преимущество стрелкового отряда, вооруженного не только арбалетами, но и достаточно длинными копьями. Сделав два залпа из специальных арбалетов, перехватив копья, мой десяток ударил по уцелевшим. Чуть меньше десятка всадников удрали навстречу основным силам Шарфея, оставив на месте стычки не менее пяти десятка тел. Специально назначенные дружинники из пятой шеренги очень быстро отловили бесхозных лошадей и, по возможности, собрали оружие и доспехи. Получились две полные телеги, которые под приветственные крики копейщиков, ушли в тыл фаланги.
  Вскоре появились основные силы Сарта и стали строиться, ну а я как мог 'помогал' им. Пользуясь полным отсутствием конницы, которая была связана боем с моими доспешными и новобранцами, мой десяток подлетал на дальность стрельбы из арбалетов, делал два залпа и уходил для перезарядки. Свой карабин я пока не применял, готовя этот сюрприз на потом. Всем хороши наши арбалеты на два болта, да только вот запаса болтов у нас больше не было, так что расстреляв всё, мой десяток был вынужден отступить на левый фланг фаланги, где было его место по боевому расписанию. Перед фалангой остался я и Жак, который умудрился извлечь несколько болтов из тел ополченцев...
  Построение дружинников Шарфея было закончено, и они выстроились этаким подобием клина, где на острие были самые опытные и хорошо защищённые дружинники. Как только они тронулись, пока не переходя на бег, я достал карабин и послал Мару им навстречу. Прикинув, когда расстояние между нами стало менее ста метров я открыл огонь, выбивая в первую очередь остриё клина. Враг сначала ничего не понял и даже затормозил своё продвижение, пытаясь понять, почему лучшие воины внезапно стали падать. А я только успевал перезаряжать карабин и докачивать сжатый воздух. Вскоре стальные шары кончились и перешёл на свинцовые, в уме прикидывая на сколько ещё выстрелов их хватит и кляня себя за то, что взял с собой столь малый запас боеприпасов.
  - Вот и всё, Жак, - обратился я к своему начальнику охраны, услышав пустой щелчок сжатого воздуха, - мои специальные стрелы кончились, так что теперь всё решится в честном и открытом бою.
  Пользуясь растерянностью противника, я подал сигнал фаланге начать движение вперёд и под звук била она сделала первый слитный шаг. Со стороны это было завораживающее зрелище - ощетинившись частоколом копий, прикрывшись щитами, монолитный строй внушал ужас и страх противнику. Этой психической атаки противник не выдержал и бросился бежать, внося сумятицу и суматоху не только в свой строй, но и в ту часть конницы, которая уцелела после сшибки с моими доспешными.
  По моей команде оба фланговых отряда кольчужных приступили к беспощадному преследованию противника, а копейщики довершали разгром. Как я потом узнал, воевода Шарфей пал в числе первых от моего карабина, так как вместо того, чтобы руководить боем, он встал в первый ряд клина. Правда и я недалеко от него ушёл, но у меня было оправдание - мой карабин, да и в рукопашной я не собирался участвовать.
  Вскоре я с Жаком и примкнувший к нам десяток личной охраны, остались одни в самом центре поля боя. Распорядившись, что бы моя охрана стала добивать раненых моими пулями, если такие окажутся, я остановился у тела воеводы. Он ещё подавал признаки жизни.
  - Вот что делает с человеком недооценка противника и жадность. Мало того, что он сам себя подставил, по его вине погибла не одна сотня воинов. И что самое интересное, он не оставил мне выбора - придётся взять под свою руку и это воеводство, хотя бы временно, пока солнцеликий Рао не решит его судьбу.
  - Господин, он что-то шепчет, - и мне пришлось спешится и наклониться над умирающим.
  - В свите жены есть моя кровная дочь со светлыми волосами. Она там такая единственная. Пощади хотя бы только её. Никто не знает, что она моя дочь, а её мать я до сих пор люблю... - он закашлялся и у него горлом пошла кровь, дёрнувшись ещё пару раз он затих.
  - Господин, с телом что делать?
  - В общую могилу со всеми остальными. Если оврага не найдётся поблизости, то всех на жертвенные костры. Завтра весь день будет посвящён сбору трофеев и захоронению погибших. А потом отправимся принимать новое наследство. Я с Рутой то не до конца разобрался, а теперь ещё и Сарта свалилась на мою шею. Про дочь его слышал? Найди её и обеспечь её безопасность, а потом представишь мне. Гляну на неё и решу дальнейшую судьбу. У меня ещё Жан не пристроен, да и Сиг с Устином...
  В столице воеводства мы начали действовать по уже отработанному в Руте сценарию. Ближнее окружение Шарфея было казнено без суда и следствия в первый же день, конные патрули на корню пресекли любые поползновения нарушения порядка. Карательный отряд в количестве полусотни всадников отправился по усадьбам тех бояр, которые 'отличились' во время похода, сжигая и угоняя моих крестьян. Их усадьбы ждала та же участь - полное разорение, а родню - казнь или рабство.
  Резиденция Шарфея была каменно-деревянным новостроем. Из опроса слуг было установлено, что поблизости нет и никогда не было развалин древних сооружений, так что халява с обнаружением очередной двери обломилась. На второй день Жак сообщил мне, что он нашёл, где прячется жена Шарфея со всей своей свитой и что именно там обнаружена девица, по положению, с очень светлыми волосами - она личная служанка бывшей боярыни. Я распорядился доставить их всех перед мои светлые и незлобивые очи, а если будут противиться, то бить плетьми. И вот в небольшой зале стоит стайка из восьми представительниц женского пола, среди них особо выделяется только одна: властный вид, надменное выражение лица и куча драгоценностей.
  - Жак, почему эта рабыня одета вызывающе и неподобающим образом? - Мой палец указал на вдову воеводы.
  - Прошу прощения, господин, их только недавно обнаружили в комнатах прислуги и переодеть не успели. А эта рабыня смеет утверждать, что она знатного рода и является полноправной хозяйкой вашего имущества.
  - Ну так надо было дать ей десяток плетей, что бы она знала своё место, а потом отдать для развлечений в какой-нибудь отличившийся десяток дня на три. Мои дружинники быстро ей объяснят разницу между благородной женщиной и рабыней.
  - Вы не посмеете! Я жена воеводы Шарфея и требую к себе уважительного отношения!
  - Ты военный трофей и моя рабыня. Жак, вызови сюда десятника кольчужных и отдай ему это существо, только предварительно снимите с неё драгоценности, которые принадлежат мне. Будет сопротивляться и нести всякую ерунду о своём происхождении, выжечь ей рабское клеймо на лбу.
  А теперь ты, светловолосая, подойди ко мне. Перед смертью твой отец обратился ко мне с просьбой, которую я обязан выполнить, как его последнюю волю. Он признал тебя своей законной дочерью и даровал своё имя, но это не отменяет того факта, что ты тоже стала рабыней. Так вот, чтобы избавить тебя от рабского ошейника, я выдам тебя замуж за своего человека, а ты дашь ему своё родовое имя. Только так и ни как иначе. Согласна? Кстати, назови себя.
  - Мать назвала меня Риной, но она никогда ничего не говорила об отце.
  - Твоё родовое имя - Рина Сарта, дочь воеводы Шарфея. Для твоей же пользы тебя отправят в Руту, где у твоего жениха имеется собственный большой дом.
  Боярин Брик, найди пятидесятника Жана и проследи, что бы обряд был проведён правильно. Проныре передашь, что это мой приказ. А после пусть сразу же оба отправляются в Руту, в свой дом. Я даю ему десять дней отдыха на обустройство семейного гнёздышка.
  Вот так жёсткой рукой я гнул свою линию и заботился о будущем своих соратников. Перед глазами был исторический опыт в лице А.В. Суворова, который переженил своих крепостных, построив их по ранжиру, как говориться, 'стерпится - слюбится'.
  - Господин, а с этими-то что делать? - Жак кивнул на молчаливую кучку жавшихся друг к другу девушек из свиты бывшей боярыни.
  Уточни, кто такие, какого роду племени. Если их имена попали в список тех, кто жёг и грабил мои деревни, то в рабство, если нет, то оправить к родителям.
  Из стайки раздался робкий голос, - А если родителей нет, и я последняя в роду?
  - И сколько вас тут сирот приживалок?
  - Ответ убил меня, - Все, но четверо просто сироты, а мы двое последние в боярском роду.
  - Идите сюда, гляну на вас.
  Две девушки робко сделали пару шагов в мою сторону, но близко не подошли. Ничего, симпатичные, не страхолюдины, вот только б Сиг и Устин не заартачились, что подсовываю им малолеток. Хотя какие малолетки, на вид каждой лет по двадцать, а молодо выглядят от того, что мелкие. Как говориться, - 'маленькая собака - всегда щенок'. Именно эту мысль я озвучил и предупредил, что отныне они должны забыть о своём настоящем возрасте и всем говорить, что им двадцать лет. Рассматривая их более пристально, я обратил внимание на то, что всегда смотрю только на одну. И чем больше смотрю, тем больше она мне нравится. Это-то как раз понятно, - последний раз я занимался любовью ещё в зачарованном лесу у Лира, а после этого как-то было недосуг подбирать себе партнёршу, да и глаз ни на кого не лёг, а тут другое дело. Придётся Сигу с невестой подождать, а вот Устина я окольцую.
  - Ты, - я показал пальцем на понравившуюся мне девушку, - тебя как зовут?
  - Васа из рода Теребей.
  - Следуй за мной. - И резко развернувшись, направился в сторону своей спальни. Понурив голову и всем своим видом показывая покорность судьбе, она пошла за мной. - Если Устин появится, покажите ему его невесту, и пока не увидится со мной, что б никуда не исчезал.
  Спальня-опочивальня казалась не очень большой из-за громадного размера ложа. Целый танкодром, а не кровать, хотя перины могли быть и потолще, и помягче.
  - Чего стоишь? Раздевайся. - Не дождавшись, когда она полностью разоблачится, я швырнул её на кровать и грубо овладел, не сумев справиться и обуздать своё желание и страсть.
  - Там за ширмой бочка с горячей водой, иди ополоснись. Да не трясись ты так, первый раз всегда страшно и больно, зато потом будет хорошо. Я ненадолго отлучусь, а ты, когда ополоснёшься, ложись и набирайся сил, они тебе понадобятся. - Приведя себя в порядок, я вышел из спальни.
  Устин о чём-то беседовал со второй девушкой, увидев меня он поклонился, - Простите, господин, но зачем вы навязываете мне этого ребёнка, ей только четырнадцать лет. Мне бы кого-нибудь хотя бы лет на пять постарше.
  - Охрана! Забирайте эту в десяток на потеху, через три дня выжечь рабское клеймо на лбу и продать, а деньги поделите между собой.
  Девочка, со мной эти игры не проходят, ты сама выбрала свою судьбу и на тебе твой боярский род оборвётся. Теперь с тобой, Устин. Да не смотри ты на меня так, задрыпанная боярышня не стоит того, к тому же она с самого начала пыталась тебя обмануть. Да, она сирота, последняя в своём роду и ей уже двадцать лет. Поднеси-ка свой кулак ей под нос и поинтересуйся ещё раз, сколько ей лет? Ну что? Призналась?
  Устин выглядел растерянным и озадаченным, - Сказала, что ей двадцать и что она действительно боярского роду. А мне об этом ничего не поведала, кроме того, что сирота и была при бывшей жене воеводы, из жалости, кем-то вроде компаньонки - служанки.
  - Всё, хватит о ней. Ставлю тебе задачу, довести фалангу до трёх сотен копьеносцев и пол сотни лучников. Деньги на это выделю из казны моего второго воеводства. Вопрос тебе, стоит их объединить, или Сарту отдать царю, и он назначит сюда своего человека?
  - По мне, так лучше оставить себе. Неизвестно что за воевода будет здесь хозяйничать, вдруг начнёт вставлять палки в колёса и завидовать. К тому же, он не избавится от чувства, что обязан вам своим возвышением и вместо благодарности может возненавидеть. А оно вам это надо?
  - Резон в твоих словах есть, я подумаю.
  - Господин, а можно я эту боярышню себе заберу?
  - Не боярышню, а рабыню, и не заберу, а куплю. Большая серебряная монета и она твоя.
  - А можно, в счёт жалования, а то я всё что было раздал отличившимся воинам?
  - Тогда дождись Жака, он скоро освободится, пройдёшь с ним в казнохранилище и возьмёшь серебра столько сколько тебе надо будет, но на одну большую серебряную монету меньше. Да, и десяток золотых прихвати, вдруг у местных кузнецов есть кольчуги и мечи на продажу. Коней не покупай, у нас их избыток. Всё ясно? Меня до утра не беспокоить, буду занят, но сначала накрыть стол на две персоны и побольше еды и мяса. Проследи за этим лично, особенно за тем, чтобы повара перед моими дверями в спальню, лично попробовали свою стряпню и только потом передали моей охране...
  Мелкие вопросы позволили мне освободиться только через час. Нет, надо срочно искать и назначать управляющего. Миху что -ли вызвать сюда из Руты, пусть с местными кузнецами поработает, а заодно и за хозяйством присмотрит, ведь он моё доверенное лицо и первый помощник. Жалко, что Васу к этому делу не приставишь, нет у неё опыта, да и убрать её отсюда не помешает, а то завистники сживут со света раньше времени...
  Утром я встал в отличном расположении духа, осмотрел придирчивым взглядом остатки еды на столе и не найдя ничего достойного, вызвал охранника, - Найди слугу или служанку, пусть приберут на столе и накроют завтрак на двоих. Как прошла ночь?
  - Было спокойно, господин, не считая того, что по случаю своей свадьбы сотник Устин выставил для свободных от службы дружинников два бочонка вина. Но всё было благопристойно и тихо - песен не горланили, в пляс не пускались, оберегая ваш сон и покой.
  - Хорошо, иди. Васа пора вставать, скоро завтрак принесут.
  - Какой вставать, мой господин, мне пошевелиться больно. Такое ощущение, что у вас год женщины не было.
  - Всё равно, через немогу вставай. И ещё, сразу предупреждаю, шансов стать моей женой у тебя практически нет. Солнцеликий Рао не утвердит твою кандидатуру, а будет подыскивать мне какую-нибудь боярышню из знатного рода, приближённого к трону. Такова участь любого боярина из красной десятки и это правило никто не нарушит.
  - А что это за красная десятка? Я слышала о ней столько слухов и сказок...
  - В красную десятку входят только те боярские роды, которые являются прямыми потомками древних и в которых течёт их кровь. Раньше таких родов было значительно больше, но со временем, по недомыслию, или специально, но у некоторых кровь растворилась, и они не смогли одеть фамильное кольцо и взять в руки именное оружие, а значит, перестали быть прямыми потомками древних. Это, если коротко, но ты себе этим голову не забивай. Твоя главная задача - родить мне ребёнка. И кто знает, может твоя кровь смешавшись с моей, даст желаемый результат. А теперь хвати дрыхнуть, вставай, боярыня. И объясни мне, как внешне отличить боярыню от боярышни?
  - Отвернись, я стесняюсь...
  ... - И это всё? Значит, если голова не покрыта, то боярышня, а если даже лоскуток тряпки, - боярыня. - Не сосем, боярским дочерям разрешается носить ленты и подвязывать ими волосы.
  - А как быть с теми, что ещё до замужества стали женщинами, но замуж так и не вышли?
  - Они обязаны покрыть голову, как правило это или заколка, или гребень, или какое украшение. Даже нитка жемчуга на волосах говорит об этом. Здесь много своих заморочек, например, имение было взято на щит, и все женщины подверглись насилию. Тогда незамужняя девушка должна носить что-то красного цвета, если её избранник погиб или умер, то синего или чёрного цвета. Зачем тебе это?
  - Как зачем? Я же тебе объяснял, что мне надо будет в столицу, а там солнцеликий может настоять на моей женитьбе. Поэтому я должен знать все эти мелочи, а то подсунут порченную и прощай чистота крови, а вместе с ней и возможность доступа моего сына к тайнам древних.
  - А они есть? Расскажешь?
  - Вот смотрю я на тебя Васа и удивляюсь - вчера слово боялась сказать, вздрагивала от любого шума, а сегодня тебя словно подменили.
  -Это же естественно мой господин, вчера я была бесправной приживалкой, а ныне я стала женщиной и у меня есть свой мужчина, который будет меня защищать. Это, знаете ли, придаёт уверенности, в том числе и в себе.
  Я покачал головой, - Быстро же вы приспосабливаетесь к новым обстоятельствам. А если б я, получив своё, выгнал тебя ночью из опочивальни?
  Она пожала плечами, - Найдётся много желающих стать пришлым и получить моё родовое имя. Я иногда думала, что бывшая боярыня специально держала нас возле себя, как награду любовнику за преданность.
  - Дети то у неё есть?
  - Есть сын и дочь, но они у деда, так как Шарфей не признал их своими. Сыном она затяжелела ещё до свадьбы от подручного деда, а дочь уже нагуляла здесь.
  - А кто у неё дед?
  - Воевода Корина боярин Рымарь. Зная любвеобильность старшей дочурки, он пристроил её за Шарфеем...
  
  10.
  
  Прошло полтора месяца.
  Четыре больших канделябра ярко освещали небольшое помещение, круглый стол и четырёх человек сидящих за ним. Среди них выделялся один с крючковатым носом, что придавал его лицу хищное выражение. Именно он первым заговорил, а остальные его почтительно слушали.
  - Господа воеводы, мы сегодня собрались здесь, чтобы обсудить сложившееся положение и договориться о наших дальнейших совместных действиях. - Он замолчал, как бы предлагая начать высказываться присутствующим.
  Первым взял слово воевода Митака боярин Спеш - самый молодой и горячий из присутствующих, только недавно унаследовав боярство от своего отца, умершего от обжорства, а попросту говоря, захлебнувшегося рвотными массами после очередной пирушки.
  - А что тут обсуждать, объединить мои силы и ещё одного воеводства и преподать кровавый урок этому Страху. Мы все прекрасно знали, что Рута и Сарта не самые сильные и населённые воеводства, а их дружины только номинально можно было назвать дружинами воевод. Находясь за нашими спинами, они варились в собственном соку, за что и поплатились...
  - А что вам, господин Спеш известно об этом самом боярине Страх? Как ему удалось очень быстро, буквально за неполных две недели, захватить два воеводства и полностью уничтожить дружины Рута и Сарта?
  - Да какая разница, что известно, главное не дать ему закрепиться в новых землях. Сарта вернётся сыну боярина Шарфея, который воспитывается у уважаемого боярина Рымарь, а Рута отойдёт тому, о ком мы договоримся.
  - Это авантюра чистой воды, - подал голос воевода Кугута боярин Парин. - Сначала надо собрать сведения об этом боярине, сильных и слабых сторонах его войска, а то я слышал какие-то сказки о его манере воевать.
  - А что по этому поводу думает воевода Фаргала боярин Корвин?
  - Боярин Корвин ничего не думает и ждёт предложений от самого опытного из нас - воеводы Корина боярина Рымарь. Уверен, он уже успел навести справки об этом неизвестно откуда появившемся боярине Страх и поделится этими сведениями с нами.
  - Отчего же не поделиться. Только хочу напомнить, что до этого наша сила была в единстве и сплочённости перед лицом солнцеликого Рао. А собранные мною сведения действительно заслуживают того, чтобы к ним отнестись очень серьёзно. И так, по моим сведениям, боярин Страх прибыл к нам из царства Солей, куда он более двадцати лет назад перебрался со своим доверенным слугой и полностью исчез из нашего вида. Однако я полагаю, что солнцеликий регулярно получал о нем донесения, именно поэтому он не был удалён из красной десятки. Да, да, он входит в красную десятку прямых потомков древних, более того, мой человек в столице царства достоверно установил, что он является младшим братом царствующего Рао. Удивлены? Для меня это тоже было полной неожиданностью. Согласитесь, что эти сведения заставляют по-другому посмотреть на события последних месяцев. А если учесть, что за время, проведённое в Солей он получил серебряную волчью голову и теперь имеет право, не спрашивая никакого разрешения у царя и воевод, собрать отряд наёмников любой численности. Мне донесли, что своим воинам он после каждого боя платит деньги, так что разговоры о его дружине не более чем уловка - это большой отряд наёмников, который вряд ли удастся перекупить, если только не объединить средства всех воеводств. В настоящий момент его войско насчитывает более трёх сотен наёмников и ещё более двух сотен проходят обучение и получают вооружение. Так же прошёл слух, что он является учеником царского колдуна Лира и провёл несколько месяцев в зачарованном лесу, куда простым смертных хода нет.
  Возникает несколько вопросов, на которые я не смог получить внятных ответов. Первый - откуда он берёт деньги для содержания и вооружения своих наёмников, кто его финансирует, кроме солнцеликого Рао, естественно. Первое, что приходит на ум - царь Солей солнечного царства, а значит, в тайне от нас цари о чем-то договорились между собой. Слышали, наверное, о том, что в этом царстве практически полностью извели всех разбойников и городских бандитов? Уцелели буквально единицы, которые успели бежать в империю Восходящего солнца, где их благополучно переловили и повесили. Однако достоверных сведений о том, что царь Солей заплатил этому боярину золотом за услуги нет, более того, в свою вотчину он прибыл с малым обозом, который отбил у воинов Рута.
  Второе - это дело рук царского колдуна, а сам Страх несколько раз говорил о том, что является его учеником. Какими средствами располагает Лир никто не знает, но ходят упорные слухи, что он имеет доступ к сокровищам древних и количество золота у него неограниченно.
  Самое интересное в том, что мои глаза в столице не смогли обнаружить даже намёка на то, что солнцеликий каким-то образом оплачивает расходы своего братца, если конечно он не имеет своей личной казны, но опять возникает вопрос, каким образом это золото доставляется до нужного человека? Это возможно только в том случае, если здесь замешаны купцы. Мне сообщили, что некоторые из них частенько отправляли обозы с товарами, как только боярин Страх появился в своей вотчине. Приглядитесь к купцам, но только очень осторожно, иначе можем оказаться без торговых связей и товаров, как это было десять лет назад. Мы тогда еле выстояли и то пришлось идти на поклон к купеческой верхушке, а она вся, напомню вам, находится под влиянием солнцеликого Рао.
  Что ещё заслуживает нашего самого пристального внимания, так это какие-то нововведения в лошадиной сбруе и вооружении. Все они сделаны по требованию боярина, а исполнителем является его первый помощник - некий боярин Миха Арчи, из пришлых, бывший кузнец и мастер на все руки. Учитесь друзья, как надо привечать и поддерживать нужных людей. Кстати, его жена является управительницей всей вотчиной боярина Страха, и, по моим сведениям, управляет очень хорошо. А теперь я хотел бы послушать боярина Спеш. Этот молодой человек совершил очень неразумный поступок, который может привести к непредсказуемым последствиям для всех нас, а уж для самого боярина - точно. Он выкрал любовницу Страха Васу Теребей, боярыню по рождению, которая состояла в свите моей дочери и была моими глазами и ушами в воеводстве Сарта. Поведайте нам молодой человек, чего вы добились и что узнали?
  - Хвастаться нечем, уважаемые воеводы, на первом же допросе мой палач перестарался, и она скончалась. Её тело я приказал отправить боярину Страху, чтобы показать, что у нас длинные руки.
  Воевода Корина боярин Рымарь тяжело вздохнул, - Вот и осталось нас, друзья всего трое. Как представитель красной десятки Страх теперь будет в своём праве на месть и суд. Самое же важное, что боги будут на его стороне, если конечно признают это право справедливым. Лично я помогать и защищать взбалмошного юнца не собираюсь, мне моя жизнь и жизни моих людей дороги.
  В это время раздался осторожный стук в дверь и в зал просочился неприметный человек в серой одежде. Он подошёл к Рымарю, склонился и что-то прошептал ему на ухо, после чего тихо вышел.
  - Очень неприятное известие и даже трагическое я получил только что. Воеводство Митак боярина Спеша перестало существовать. Боярин Страх, находясь в своём праве, взял его на щит. Значительная часть дружины перебита, остатки бежали в мои земли, вся семья боярина Спеша, его приближённые и их семьи - казнены. Идёт зачистка земель от сторонников бывшего воеводы, а сам он объявлен вне закона и за его голову назначена награда в сто золотых.
  - Этого не может быть, Рымарь, ты же ведь наверняка пошутил и сгустил краски. И вообще, откуда такие сведения?
  - От ваших уцелевших дружинников и немногих счастливчиков, которым повезло уцелеть во время резни устроенной людьми боярина Страха. А теперь, прошу простить меня, но вы больше не воевода и должны покинуть наше совещание, как не имеющий право на нём присутствовать. - Дождавшись, когда Спеш, пошатываясь и держась руками за голову покинет помещение, он продолжил. - Обстоятельства вновь коренным образом изменились, мы теперь в явном меньшинстве и солнцеликому ничего не стоит стереть нас в порошок, даже без помощи своего брата, просто используя его как угрозу вторжения.
  - А если объединить силы и напасть первыми? Наверняка шанс появится.
  - Не удастся скрыть приготовления и Страх может подготовиться.
  - А мы не будем собирать, как обычно ополчение, а ударим силой трёх наших дружин. Сначала нанесём удар по воеводству Митак, где наверняка найдём поддержку у местных, не всех же сторонников Спеша он вырезал, а там видно будет - или будем замиряться, или продолжим.
  Вновь раздался деликатный стук, и та же серая тень подошла к Рымарю и склонилась, что бы сообщить новую срочную новость.
  - Говори так, чтобы все слышали, если твои вести касаются всех.
  - Как будет угодно моему господину. Царь Рао с дружиной и ополчением завтра начинает движение к границам вольных воеводств. По дороге к нему присоединятся дружины преданных ему бояр. Уже сейчас царское войско насчитывает полторы тысячи воинов, сколько их будет, когда он подойдёт к границам, одним богам известно.
  Боярин Рымарь вскочил и нервно стал ходить по комнате, - Обложили, как пить дать обложили, и пощады ждать не приходится, слишком долго и явно мы игнорировали царя и его указы, - сделав ещё несколько кругов вокруг стола, он внезапно успокоился и сел на своё место. - Значит так, братья, вот что мне сейчас пришло на ум. Боярин Парин, ты срочно отправляешься к солнцеликому и всеми силами пытаешься его убедить в том, что его брат, боярин Страх, нацелился на царский престол, для чего уничтожает верные царскому трону воеводства. Дави на то, что мы никогда и ничего не замышляли против государя, а всегда были верны ему и Сармату.
  Я отправляюсь к Страху и попытаюсь его убедить в том, что его брат заподозрил его в притязаниях на трон и готовится силой помешать этому, для чего договорился с нами о том, что мы пропустим его войска, которые он собрал якобы для войны с нами. А на самом деле - цель - устранить конкурента.
  Боярин Корвин, тебе предстоит собрать все наши дружины в один кулак и через три дня отправиться вслед за мной. Нападение на Страха должно быть внезапным и молниеносным. Затем его голову мы преподносим солнцеликому в качестве подарка и заверяем в своей преданности.
  План, конечно сырой, но у нас есть ночь, чтобы всё продумать до мелочей. Завтра утром встречаемся здесь же для его подробного обсуждения. Не смею вас задерживать, воеводы...
  Никто из присутствующих не обращал внимание на колебания язычков пламени свечей в канделябрах. А зря. Уже на следующий день сразу пять почтовых голубей доставили боярину Страху относительно полный отчёт о совещании воевод, и он собрал для совета свой ближний круг.
  - ... Теперь вы знаете тоже самое, что и я. Нас попытаются водить за нос и поссорить с солнцеликим Рао. Готов выслушать ваши соображения и предложения.
  Первым, по уже устоявшейся традиции, слово взял сотник Устин, новоиспечённый боярин Торина. Это освободившееся имение стало моим свадебным подарком ему и его жене Софе, той самой вредной девице, которая пыталась меня обмануть, заявив своему пришлому, что ей только четырнадцать лет. Ничего, мы и не таких на чистую воду выводили. А я, некстати, вспомнил Васу, и хорошее настроение мигом улетучилось.
  - Мой господин, лучше всего бить врага на его землях. Предлагаю дождаться, когда к нам заявится воевода Корина, взять его в заложники, а потом перейти границу и там разгромить объединённые дружины. Своим решением напасть на вас, они только подыграли нам. Кроме нас шестерых, присутствующих здесь, никто не знает, что выступление царского войска носит демонстративный характер и через семь дней они вернутся домой.
  Миха был немногословен, - Я против. Мы никогда не нападали первыми, а если сделаем это, то наш боярин не сможет заявить, что он в своём праве. А воины уже знают, что если он произнёс такие слова, то победа будет за нами, к тому же без потерь и достанется малой кровью.
  Боярин Сиг поддержал Устина, ещё бы ему не поддерживать своего побратима, а Жак и Жан поддержали Миху. Ну вот, опять решение принимать мне, советники называется....
  Молчание затянулось, все ждали моего окончательного решения, - Значит так, друзья. Встречаем объединённые дружины на своей земле, я имею в виду территорию присоединившегося к нам бывшего воеводства Митака. Устин с копейщиками демонстративно уходит в направлении Сарта, после чего сажает своих людей на лошадей и объездными путями отрезает дружинам путь отступления, если конечно будет кому отступать.
   Сиг, настала пора проверить всю нашу конницу в реальном бою. Построение - клин. Сразу распредели, какая сотня будет потом с тыла какой фланг громить. Третья сотня возвращается назад и повторяет лобовую атаку. Я со стрелками действую отдельно, в зависимости от обстановки.
  - Ага, знаем мы вашу обстановку, опять почти всех перебьёте и нам снова повоевать по-настоящему не придётся. - Ворчание Сига я услышал и повернулся к нему.
  - Сотник, вы кажется единственный не женатый в нашем дружном коллективе? Это непорядок. Сразу же после победы мы найдём вам достойную пару.
  - Это почему же он единственный, - на выручку другу поспешил побратим, - у нас есть ещё кое-кто, кто пока избежал этой участи.
  - Вам всем легко говорить, если невеста не понравилась, вы всегда были вправе отказаться от женитьбы, а мою невесту будет утверждать солнцеликий Рао, а ещё, имеется вариант, что он сам будет её подбирать. И как отказать царю? Не знаете? И я не знаю. Так что вам ещё повезло с тем, что я подбирал вам жен в соответствии с вашими вкусами и характером.
  А Устин не унимался, - Помнится, кто-то говорил, - стерпится - слюбится. Господин, не помните кто произнёс сии знаменательные слова?
  И тут нас всех снова удивил Сиг, - Господин, я вроде нашёл ту, что мне приглянулась, только я робею на неё лишний раз взглянуть, не то что подойти. Вы не могли бы это, того, - он стушевался и махнул рукой.
  И это был мой бесстрашный сотник, командующей всей конницей, - Ты хоть узнал, кто такая и где её как бы случайно найти?
  - Я встретил её на господском этаже, где она кого-то плачущего утешала. По-моему, она была подругой старшей сестры боярина. Мне пришлось её спрятать от охочих воинов, там-то я разглядел её красоту, только вот смелости заговорить, у меня не хватило.
  - А как она хоть выглядит, в чем была одета?
  - Она красивая, - это всё, что мне удалось вытянуть из Сига
  Пришлось мне махнуть рукой и завершить совещание. Все разошлись, кроме Михи. Он подсел ко мне и, заглядывая в глаза, посетовал, что я вот уже несколько дней не в настроении, а парни это видят.
  - Время скорби, господин уже прошло. Впереди очередное нелёгкое испытание. Голову этой сволочи вам вот-вот принесут, так что пора брать себя в руки. А давайте мы с вами, как в старые добрые времена, забуримся в кузницу и помашем молотом? Тем паче, что вы обещали мне показать какую-то особую ковку металла. Вот мне странно, вы не кузнец, а знаете столько о железе.
  Я перебил его, - Все вопросы об этой моей особенности к волшебнику Лиру, именно он напихал мне в голову всяких знаний, которые иногда из меня вылезают. Меня сейчас другое волнует, где искать эту красавицу?
  - А что её искать? Как только пройдёт слух, что мы с вами в кузнице, всем станет любопытно глянуть на странного воеводу, что ж он там делает? Надо будет только что б Сиг там рядом был и под присмотром Жака, остальное просто. Как только сотник поплывёт, так сразу и определить, на кого он свой глаз положил. Ладно, если она свободная, а если замужем? Хотя, скорее всего, уже вдова. Вот любят же люди создавать себе сложности - нет что бы сразу её зацапать и поставить перед выбором, или ко мне в жёны, или в рабыни, но тоже ко мне. - Вот так неспешно разговаривая, мы пришли к кузнице, а за нами уже увязался хвост и не только из моей охраны.
  - Жак, пусть найдут Сига, и он ждёт меня здесь, и пошли кого-нибудь в мои покои, пусть принесут седельную сумку, перевязанную крест-накрест ремнём и опечатанную моим перстнем. Ну что, Миха, приступим к волшебству превращения дрянного железа в булат или дамасскую сталь, что, впрочем, почти одно и тоже, по-крайней мере для меня....
  Сломанные мечи, косы, даже пара серпов, всё железо пошло в дело.
  В кузницу, на правах хозяина зашёл местный кузнец и его подмастерье. К этому времени мы уже проковывали в девятый раз получившийся слиток, расковывая его в длинную полосу и вновь складывая в несколько слоёв. Конечно, всё делал Миха, а я был в качестве грубой физической силы, типа - стой там, иди сюда. Я уже стал уставать махать молотом, когда вмешался мой помощник, - Эй, паря, ну-ка взял у боярина молот и покажи свою удаль, а ты что, как неродной в своей кузне? Видел, что нужно делать? - Кузнец кивнул головой и забрал из рук Михи клещи, которыми он держал и переворачивал заготовку.
  - Господин, много ещё раз месить? - Он присел рядом со мной на колоду.
  - В среднем, не менее сотни раз. - Он вздохнул. - Зато этот клинок будет с лёгкостью рубить все простые мечи, но только если в него будет добавлен металл древних. Без него ничего не получится.
  К нам подошёл Жак, - Я нашёл её, вон та с синей лентой в волосах и небольшой шапочке. Сиг, как только увидел её, так совсем перестал соображать, только и пялится на неё, благо она его не видит.
   А я сразу стал вспоминать уроки Васы, - лента в волосах - девственница, шапочка на голове - замужем. Парадокс какой-то получается, ладно, сейчас разберёмся.
  - Жак, задержи её, пока я умоюсь...
  И чего он в ней нашёл? Замухрышка какая-то, но как говорится, - у каждого свои тараканы в голове.
  Я молча рассматривал эту женщину, сто я перед ней и покачиваясь с пяток на носки. Она заметила моё пристальное внимание и попробовала уйти, смешаться с толпой любопытствующих, но ей это не удалось. По моему знаку двое охранников встали по бокам и недвусмысленно положили руки на рукояти своих мечей.
  - Кто такая?
  - Отвечай, когда к тебе обращается господин, - один из охранников легонько толкнул её в спину.
  - Я простая служанка, отпустите меня.
  Теперь уже вмешался я, - Не лги мне. Простой служанке другие слуги так не кланяются. К тому же твоя одежда выдаёт в тебе даму благородного происхождения. - Не дождавшись ответа я продолжил, - Не понятно почему ты не повешена как другие из ближайшего окружения Спеша. Жак, что скажешь по этому поводу?
  Начальник моей охраны пожал плечами, - Спрятаться сама она не могла, люди обыскали все помещения, значит кто-то из наших решил её оставить для своих утех. Пустующие виселицы имеются на заднем дворе, так что этот недочёт мы можем легко исправить. Но я думаю, это будет лишнее. Проще одеть рабский ошейник и продать.
  - Отвечай, рабыня, как получилось, что тот, кто тебя спрятал, не воспользовался своим правом победителя и ты до сих пор, не смотря на головной убор замужней женщины, носишь девичью ленту в волосах?
  Девушка изрядно струхнула и заикаясь тихо произнесла, - Я ключница этого поместья, а мой муж предпочитает мальчиков и мускулистых мужиков...
  - Сколько лет ты уже замужем?
  - Почти два года...
  К нам подошёл Сиг, было видно, что Миха уже успел его просветить, - Мой господин, это моя вина. Эта женщина мне понравилась, и я отправил её в свою спальню, что бы она не пошла по рукам воинов, но так получилось, что вот уже трое суток я не появляюсь в отведённых мне комнатах.
  - Понятно, даю тебе время до завтрашнего обеда, что бы ты решил все эти вопросы. Ленту и простынь передашь охране, что будет стоять у твоих дверей. Я не потерплю, что бы мои распоряжения не выполнялись. Если было сказано, что все женщины и девушки этого осиного гнезда должны быть изнасилованы и не по одному разу, значит так тому и быть. А потом я решу, что с ней делать - повесить или продать в рабство.
  Жак, проводи эту парочку в покои сотника и поставь охрану, до обеда никого не выпускать ни под каким предлогом. Всё ясно? Миха, передохнул? Возвращаемся в кузницу, надо доделать свою работу.
  Кузнец и его подмастерье, мокрые от пота, слажено махали большим и малым молотом.
  - Ну что, мастер, сколько замесов уже сделал?
  - Не считал, господин, но никак не меньше чем два с половиной десятка, а может быть и все три.
  - Хорошо, отдыхайте, а мы пока с моим помощником продолжим.
  Надо поднажать Миха, до сотни замесов осталось совсем немного. А вы, кузнецы, далеко не уходите, как только я сочту, что хватит целовать железо, разделю заготовку на две части и сразу преступим ковать два меча вчерне.
  Прошло ещё около двух часов, прежде чем Миха и кузнец, поглядывая друг на друга, приступили к обработке своих заготовок. А я, как надоедливый комар, гундел, - Делайте лезвие тоньше, ещё расковывайте и увеличьте длину клинка. Рисунок на стали уже появился? Как нет? Должны появится волны. Появились? Вот и хорошо, приступайте к чистовой обработке, а потом и к закалке, но не в воде, а в вине. Эй, кто-нибудь, пусть сюда принесут бочонок вина, а лучше два.
  Миха, дальше всё оставляю на тебя. Заготовки занесёшь мне, как закончишь, завтра заточим, отполируем и проведём испытания на прочность.
  Ужинали я вместе с Жаком, - Как думаешь, не переборщили мы с Сигом и его пассией? Вот уж не думал, что он такой стеснительный и нерешительный.
  - А ему теперь деваться некуда, мой господин, приказа он не ослушается, так что всё должно быть в порядке. Меня больше волнует вопрос, что он после этой ночи делать будет?
  - Вот завтра в обед и узнаем. Ешь давай, да и спать пора, что-то я устал сегодня.
  - Это вам почаще надо с мечом тренироваться, а то уже жирок на боках стал появляться...
  
  11.
  
  С раннего утра мы с Михой уже были в кузнице. Пока металл разогревался до нужной кондиции, так как меня не удовлетворила толщина клинков, мы с моим помощником обменялись мнениями о процессе изготовления 'теста'.
  - Простите, господин, но мне непонятно, для чего вам понадобилось на третей или четвёртой расковке засовывать заготовку в древесный уголь, в печь, да ещё без допуска воздуха и поддува? Мы на этом потеряли много времени.
  - Это специфика изготовления особого металла для клинков. Я сам толком не помню, но кажется так металл поглощает то ли углерод, то ли ещё что то, что выделяет древесный уголь, но от этого он становится прочнее. Здесь главное не передержать его, но и недодержать - тоже плохо. Главное, ты запоминай процесс и некоторые временные рамки. Держи всё это в тайне, а особенно то, что в основу положен металл древних. Пусть другие ломают голову, создают своё тесто, пытаются повторить наш результат, а мы будем посмеиваться и наблюдать за их потугами.
  Обожди, вот закончим миссию, которую возложил на меня волшебник Лир, вернёмся в вотчину и там займёмся вплотную изготовлением лучших в мире мечей и доспехов.
  - А как же воеводства, что вы взяли на щит?
  - А что воеводства? Я не жадный. В Руте моим наместником будет Сиг, я его уже об этом предупредил, в Сарте - Устин, а над ними буду я. Оба воеводства будут объединены в одно, а Митак вернётся под руку солнцеликого Рао. Но нам ещё рано об этом загадывать, так что давай займёмся текущими делами....
  До самого обеда мы доводили клинки до нужной кондиции: - расковали до нужной толщины, придали нужную форму и длину, сделав их обоюдоострыми, с возможностью не только рубить, но и наносить уколы. За образец я взял свой усовершенствованный меч. Внезапно в кузнице потемнело, кто-то встал в дверях, привыкая к особому освещению и отблескам горна.
  - Господин, - по голосу я узнал Жака, - Сиг убит, а женщина исчезла из отведённых ему покоев. Мы ничего там не трогали, а я сразу же поспешил предупредить вас.
  Это известие буквально пригнуло меня к земле. Я стал суетливо умываться и одеваться, предупредив Миху, что он остаётся здесь и доделывает всю нашу работу самостоятельно.
  По дороге мне стало известно следующее: за всё время из покоев никто не выходил, и никто не входил, ужин на двоих получал сам Сиг. В два часа по полудню, в установленное время, не дождавшись выхода сотника, охранник решил ему напомнить о моём распоряжении насчёт простыни и ленточки. Когда он открыл дверь, то первое, что ему бросилось в глаза - это тело Сига с кинжалом в груди. Второй охранник бегом побежал предупредить начальника охраны. Беглый смотр помещений никаких результатов не принёс, женщина бесследно исчезла. От моего имени все выходы из здания и всего имения были перекрыты патрулями и постами, задерживали всех из-за боязни, что эта тварь могла переодеться в мужское платье или нарядиться старухой, в самом здании идут обыски и прочёсывание всех помещений, а слуги и обслуживающие кухонные работники собраны в одном зале, к ним периодически добавляются те, кого удаётся найти в кладовых и подсобках...
  Тело сотника лежало в луже уже почерневшей крови, которая ещё не свернулась, а значит убийство произошло утром, не позже трёх - четырёх часов назад. Удар был нанесён сонному прямо в сердце и очень умелой рукой, смерть наступила мгновенно, так как сердце оказалось пробито насквозь. Мне почему-то на ум тут же пришла личная убийца воеводы Руты, с которой мне довелось познакомиться, неужели и эта из того же разряда?
  - Жак, поставь людей, что бы простучали все стены во всех помещениях, а также пол. Осмотром кровати я займусь сам. Если будет что-то необычное - немедленно звать меня.
  Так, что мы имеем? Здание - новострой, то есть досталось хозяева не от древних, но было построено по их чертежам или наброскам, ему лет пятьдесят, и я сомневаюсь, что хоть какие-нибудь документы или план сохранились. Вскоре были обнаружены два места с аномальным звуком. Методом тыка мне удалось их открыть, причём первое я сразу же забраковал. Не могла женщина стоя на коленях искать в плинтусе пола те две выемки, куда надо было сунуть указательные пальцы рук и надавить, что бы деревянная панель сдвинулась в сторону. А вот вторая дверь вполне подходила для того, чтобы знающий человек без особого напряжения мог воспользоваться тайным проходом. Честно говоря, я бы никогда бы не подумал, что это панно со сценами охоты на кабана и есть та дверь, которая скрывает лестницу вниз, в подвальные помещения.
  Меня 'ласково' отодвинули в сторону и сразу три моих охранника с взведёнными арбалетами, с факелами в руках, стали спускаться вниз. За ними последовали я и Жак, в то время как ещё трое направились в подвалы через кухонные коридоры. Лестница привела нас в винный погреб, где стояли большие бочки из одной такой мы и выбрались наружу.
  - Ищите пустые бочки и разборные крышки, доски которых должны сдвигаться в сторону.
  Вскоре такая бочка была найдена, и мы попали в подземный ход, который привёл нас в небольшую беседку за домом, в полу которой имелся открытый люк. Жак, который уже всё здесь облазил, тут же сориентировался и негромко просветил меня, - Впереди, за деревьями, заброшенные развалины старой конюшню, вернее того, что от неё осталось после пожара, назначенные люди должны были проверить её, и, судя по тому, что мне ничего не доложили, в ней ничего интересного не обнаружили.
  - Хочу сам её проверить, а твои люди пусть посмотрят следы в округе, особое внимание обращая на лошадиные. Сдаётся мне, что эта неглупая птичка предусмотрела пути для внезапного бегства, одна надежда на то, что её лошадь могли забрать отсюда, когда первый раз обыскивали все помещения на предмет спрятавшихся дружинников боярина Спеша.
   Пока мы шли в сторону развалин, я внимательно всматривался в следы на парковой дорожке и чем больше смотрел, тем меньше они мне нравились.
  - Жак, что ты скажешь об этих следах?
  Он наклонил голову к земле и через некоторое время произнёс в раздумье, - Здесь сначала прошёл ребёнок, след от сапожек маленький и ширина шага небольшая, а уж за ним прошла та, которую мы ищем.
  - Не совсем так. Шаги женщины не равномерные, то больше, то меньше, так что вполне возможно, что ей связали руки и тянули за собой, отсюда и такие следы. Отпечатки хоть и похожи на детские, но принадлежат взрослому человеку - у детей не бывает обуви с такой подошвой и, главное, с каблуками.
   Думаю, что это или горбун, или карлик. Теперь становится понятно, почему Сига кинжал пробил насквозь. Женщину не стали там убивать, чтобы пустить нас по ложному следу, так что прикажи охране стрелять в этого лже ребёнка на поражение и ни в коем случае не сближаться с ним. Полагаю, что это личный убийца боярина Спеша.
  Жак быстро нагнал шедших впереди и отдал им короткий приказ, после чего вновь присоединился ко мне. Вскоре показались развалины, заросшие высокой травой и кустарниками. По мере возможности их окружили и приготовили арбалеты. Уже не скрываясь, я с Жаком пошёл по чуть заметной тропе, что вела во внутрь, расчищая себе дорогу мечом. Видимо, поднятый нами шум был услышан, раздался женский вскрик, перешедший в хрип с бульканьем, а потом из полуразвалившегося стойла выскочил маленький человек, мельком глянул в нашу сторону и бросился бежать в противоположенную сторону.
  - Жак, глянь, что с женщиной, а я за этим шустрым.
  Несмотря на то, что карлику приходилось семенить, расстояние между нами никак не сокращалось и составляло метров пятнадцать. Но вот он нырнул в заросли, куда я мог попасть только передвигаясь на коленях, и я потерял его из виду. Пришлось махать мечом, расчищая себе путь, что весьма замедлило мою скорость. Но вот я вырвался на открытую местность и увидел карлика уже метрах в пятидесяти. Самым интересным было то, что он пробежал мимо моего охранника, который только проводил его взглядом и не предпринял никаких действий. Пришлось поднажать и снять с пояса свой арбалет, который я отобрал у Михи, чтобы не таскать с собой карабин. До спасительной чащи кустарника, куда рвался что есть мощи беглец, оставалось метров пятнадцать и мне ничего не оставалось кроме того, чтобы стрелять на ходу. Сразу же вспомнилось специальное упражнение учебных стрельб, когда приходилось вести огонь из автомата 'на падающем шаге', но это автомат, а не арбалет и у меня в запасе не пятнадцать патронов, а всего два болта.
  - Боги, молю, помогите попасть в тварь, что лишила жизни близкого мне человека, - в голове билась только одна мысль - попасть, обязательно попасть. Карлик допустил роковую ошибку, перед тем как нырнуть в кустарник, он повернулся ко мне и злорадно улыбнулся, а после этого сделал характерный жест, перерезающий горло. Два болта хоть и на излёте, но сделали своё дело. Один попал ему в лицо, а второй клюнул в грудь. И пусть они потеряли свою убойную силу, сам факт попадания на таком расстоянии выиграл мне несколько секунд. Карлик упал на спину и пока он вставал, я приблизился к нему так близко, что остриё моего меча уперлось ему в горло. Он схватил лезвие рукой, стремясь его отвести в сторону, но электрический разряд отбросил его на землю, заставив дёргаться в конвульсиях.
  Подоспел Жак и, деловито обыскав пленника, умело связал ему руки и ноги, после чего немного отдышался и доложил, - Он перерезал ей горло, но перед этим, вроде как бы потешился её телом. По-крайней мере её одежда разодрана между ног и задрана выше пояса.
  А кинжал то точь-в-точь как тот, что был в сердце Сига, - он протянул мне клинок со странным волнистым лезвием, - работа древних мастеров, сейчас такие не делают.
  Подоспели мои охранники и среди них я увидел того, кто пропустил карлу и не стал в него стрелять. Подлетев к нему, я со всего маха влепил ему оплеуху, от которой он кубарем прокатился по траве.
  - Обыскать и связать. - Как я и предполагал, в поясе охранника были найдены несколько десятков золотых монет. - Значит, продался, поэтому и пропустил его, не став стрелять. А стрелять не стал, так как боялся, что карлик перед смертью мог поведать о тебе очень интересные вещи, если б, конечно, сразу не умер. А ты был не уверен, что сможешь попасть в сердце или голову. Шансов догнать его у меня почти не было, если б боги не помогли. А они помогли, так как я выполняю их волю.
  Жак, обоих в разные камеры, а потом в пыточную. Жаль палача я повесил, но ничего, специалиста я быстро найду. А ты, десятник, приготовься мне объяснить, как в моей личной охране завелся предатель...
  Слух о том, что ночью был убит сотник, который возглавлял конницу и что в этом замешена прислуга, не на шутку испугал всё местное население. Оно попряталось по кладовым и все возможным щелям, боясь попасться мне на глаза.
  Это уже была вторая потеря, что вызвала острую боль в сердце и с трудом сдерживаемое желание всех здесь перебить. И Васа и Сиг погибли по вине Спеша и Рымаря, я дал себе слово, что обязательно их найду и их смерть не будет лёгкой. Вот такие невесёлые мысли одолевали меня, а во время поминок я стал размышлять и думать. Надо признаться, что я стал слишком самонадеянным, уж очень легко и просто мне всё давалось вот и расплата не заставила себя долго ждать. Эти смерти спустили меня с недосягаемой высоты унивета на землю. Самобичевание может быть продолжалось бы и дальше, но пришло известие о том, что ко мне в гости направляется мой новоявленный сосед воевода Корина боярин Рымарь в сопровождении малой свиты. Малая свита боярина насчитывала пять десятков доспешных дружинников и два десятка обслуживающего персонала. Всё бы ничего, но по дороге на воеводу напали лихие люди и почти в половину уменьшили его свиту. А с учётом увечных и раненых в строю у боярина осталось менее двух десятков здоровых дружинников. А вот нападавшие не понесли никаких потерь, потому что действовали из засады и в рукопашную не вступали. Считаю, что боевое крещение моих стрелков прошло успешно, а заодно показало этому воеводе, что не он здесь заказывает музыку.
  Я лично встречал воеводу Корина на въезде в поместье. Первыми словами после приветствия я посетовал, что в данном воеводстве придётся наводить порядок твёрдой рукой, так как лихие людишки, распущенные боярином Спешом, лютуют на дорогах.
  - Да что там на дорогах, вы представляете, воевода, они даже набрались наглости и проникли в мой новый дом, где лишили жизни моего боевого товарища - сотника Сига, который возглавлял мою конницу. К счастью, убийца был задержан и сейчас идёт его очередной допрос. Каким бы крепким не был карлик, а против специалиста он держался недолго, так что я с минуты на минуту жду результатов допросов. Если есть желание, можно поприсутствовать на опросе, уверен, вам будет интересно послушать, что поёт этот тать. Представляете, он утверждал, ещё на самом первом допросе, что является вашим личным убийцей и что именно вы его отправили в Митак, что бы он устранил руководство моим войском.
  Сами видите, как тут не спокойно и что бы обеспечить вашу безопасность, я решил вас поместить в один из подземных казематов, по соседству с вашими дружинниками. А во избежание всевозможных недоразумений их сейчас разоружают. Не знаю, как у вас, а я недавно в своём отборном отряде обнаружил предателя, перекупленного моими врагами. Его сейчас тоже допрашивают с пристрастием. Ах да, чуть не забыл, в качестве гостеприимного хозяина я подготовил достойную встречу воеводе Фаргала боярину Корвину. Надеюсь, ещё более теплую встречу вашему послу воеводе Кугута подготовит мой солнцеликий брат.
   Придя в себя от услышанного Рымарь хриплым голосом спросил, - Так вы всё знали? Кто предатель?
  - А вы, боярин, сами подумайте, кто свои интересы поставил выше общих и вышел из-под удара?
  - Спеш, сволочь, так это всё было заранее спланированно? А как же ваша месть за свою женщину - Васу?
  - Вы имеете ввиду своего человека в моём окружении? Она прекрасно справлялась со своей ролью до тех пор, пока вы не испугались, что она растает и откроется мне, поведав много чего интересного. Убрать её вы решили чужими руками, обмолвившись в одном из разговоров с воеводой Митака о том, что было бы неплохо нанести удар по близкому мне человеку, даже очень близкому человеку. Спеш не дурак, он всё прекрасно понял и, предупредив, избавил меня от вашего шпиона. (Прости меня Васа за подобные речи, но с этими пауками надо поступать только так). Да и надоедать она мене стала, начала выпрашивать привилегии для своих знакомых, требовать подарков и украшений. Вы понимаете, о чём я? - Наступило непродолжительное молчание.
  - Какие у вас планы, боярин Страх?
  - Особых никаких. Ваши воеводства мне не нужны, но все ваши семьи, до последнего человека, будут или вырезаны, или проданы в рабство. Это требование солнцеликого, который не хочет в будущем иметь проблем с вашими наследниками и близкими родственниками. Более того, я и воеводство Митак передам в руки старшего брата, пусть назначает воеводами своих людей, надеюсь, ошибок своего отца он не повторит и через каждые пять лет воеводы будут меняться.
  Мы пришли, боярин Рымарь. Вот ваши хоромы, окошко хоть и маловато и с решёткой, зато к вам никто не проникнет, так что пока вы можете не беспокоиться о своей жизни. Более не буду вам досаждать своим присутствием, вы ж всё-таки с дороги, так что отдыхайте, отсыпайтесь до утра, а завтра мы с вами о многом поговорим. Еду вам будут передавать через окошко, ключ от двери будет только у меня. До новой встречи, воевода Корина.
  Надеюсь, я не переиграл и был убедителен. Наверняка у Рымаря в обслуге, в том числе и среди тюремщиков, есть свой человек, с которым он и передаст весточку о предательстве Спеша. Я не тороплюсь. Есть ещё три дня, прежде чем объединённая дружина перейдёт границу воеводства Митак и я получу своё право на отражение агрессии....
  ... - Жак, я снимаю тебя с должности начальника моей личной охраны, как не оправдавшего высокого доверия, а так как людьми подобными тебе разбрасываться великий грех, то назначаю тебя командиром всей нашей конницы с присвоением звания 'сотник'. Все дела передашь Михе, теперь он начальник моего десятка и полусотни стрелков. Миха слышал? Вот и прекрасно. Как решили похоронить Сига?
  Ответил Миха - Его и тело его женщины сожгут, а пепел частично развеют, а частично бросят в реку. Не знаю, говорили вам или нет, но в руках Сига была зажата ленточка с волос его подруги, так что мы решили считать её его невестой. Вы не против?
  - Поступайте так, как сочтёте нужным. Что с допросными листами? Что-нибудь интересное выяснили?
  - Ваш бывший охранник простая пешка, но информация о том, кто его купил нам пригодилась. Карлик под пытками выдал всех людей Рымаря, о которых он знал. Он просит о встрече с вами.
  - Хорошо, завтра я его навещу. Ещё что-нибудь? ...
  Спал я отвратительно - мне снилась то обезображенная Васа, то улыбающийся Сиг, так что проснулся я в отвратном состоянии духа, злой и раздражённый. Сразу же после завтрака в сопровождении охраны мы с Жаком отправились к месту стоянки нашей конницы, где я устроил полусотенным и десятникам форменный разнос, благо в армии меня этому научили: кони плохо вычищены, сбруя вовремя не ремонтируется, тренировки в конном строю с использованием лошадиных нагрудников не проводятся, запасных копий недостаточно...
  В общем, пар я выпустил, навёл шороху и с чувством исполненного долга вернулся в поместье. Там меня ждали приятные новости. Во-первых, исчез один их тех, кто был в списке карлика, а значит информация о предательстве Спеша пошла гулять по воеводствам. Я не боялся того, что агент Рымаря может предупредить боярина Корвина, так как полагал, что пробираться он будет окольными путями и тропами из-за боязни быть пойманным моими конными патрулями. Во-вторых, пришло сообщение, что объединённые дружины трёх воеводств собрались вместе и начали движение к границам Митака, и, самое главное, прилетел почтовый голубь от солнцеликого Рао с небольшой запиской - 'Береги себя'. Я не стал ломать себе голову, что он этим хотел сказать, то ли предупредить меня об угрозе, то ли проявил заботу. В любом случае, эта записка показала, что информация о совещании опальных воевод дошла до адресата и можно надеяться, что будут приняты действенные меры.
  Сначала я решил зайти в пыточную, где содержали карлика. К моему удивлению, он имел вполне презентабельный вид, если отбросить тот факт, что один глаз у него вытек и он теперь носил повязку, напоминая мне пирата из детского мультика. Он встретил меня ворчанием, - Ваши олухи совсем не имеют понятия как надо пытать и выбивать показания. - А затем огорошил меня предложением, - Возьмите меня на службу к себе. Клянусь самыми страшными клятвами и именами всех богов, что буду служить вам верой и правдой.
  - С чего бы это? Странное предложение, или желание жить превыше верности прежнему господину?
  - Дело не в этом. Мне ночью было видение трёх безымянных богов, которые потребовали, что бы я стал вашим палачом. Сами понимаете, с одним глазом быть вашим убийцей я не смогу, да и не нужно вам этого. Если откажите, то после обеда я покончу с собой.
  - А что это после обеда?
  - Не хочу умирать на пустой желудок. Я ведь могу остановить своё сердце в любой момент, меня этому научил мой учитель. Только не спрашивайте, кто он и где находится школа убийц. Эта информация тоже для меня смертельна.
  - Хорошо, я подумаю, так что не торопись после обеда помирать, просто у меня много дел и до вечера я могу не освободиться.
  - Господин, я слышал, что вы захватили воеводу Корина. Хотите узнать, кто снабжает его сведениями из ближайшего окружения солнцеликого Рао? Я могу преодолеть его болевой порог, и он заговорит.
  Эти сведения стоили того, чтобы сохранить жизнь карлику, только вот как его спрятать от Устина? А то, что мой сотник будет обязательно мстить, я не сомневался.
  - Есть одна очень большая проблема, Карл. Отныне я буду тебя звать так. Это побратим Сига - сотник Устин, командир всей моей пехоты, даже если я ему прикажу, он всё равно будет мстить тебе, к этому его обязывает не только кодекс наёмника, но данная взаимная клятва, скреплённая кровью.
  - Мне не привыкать жить, оглядываясь по сторонам. К тому же, я предпочитаю всегда находится в тени и не светиться. Для меня до сих пор загадка, как быстро вы меня нашли. Как-нибудь, когда я заслужу ваше доверие, расскажите?
  - Там видно будет...
  Рымарь нас встретил свирепым взглядом, который довольно быстро сменился на нейтральный. Особенно его поразило нахождение возле меня Карла, его бывшего личного убийцы. Не обращая на меня внимания, он сразу обратился к нему.
  - Почему ты не убил до сих пор боярина?
  - Я теперь служу ему и буду предан до скончания своих дней.
  - Это нарушение контракта, и я вправе требовать твоей смерти.
  - Первым контракт нарушил ты, боярин. Ты скрыл от меня информацию о том, что боярин Страх входит в красную десятку, когда приказал мне убить его. Он прямой потомок древних и всему нашему клану категорически запрещено причинять им вред. Я это узнал, когда дотронулся до его меча - он именной и надёжно прикрыт заклятиями, поэтому выглядит как обыкновенный. А ты знаешь, что бывает, когда обманывают личных убийц? Вижу, что знаешь, так что будь готов к этому.
   Я решил вмешаться в разговор, - Рымарь, мне не очень хочется использовать пытку, чтобы получить от тебя нужные сведения, поэтому отвечай на мои вопросы честно и искренне. Кто поставляет тебе сведения из ближайшего царского окружения? Назови имена и должности. - Ответом мне было высокомерное молчание и довольно наглая ухмылка. - Хорошо, зайдём с другого конца - где ты хранишь свои основные запасы золота, в каком месте и как до них добраться? - И опять тишина. - По-хорошему не хочешь, значит будет по-плохому.
  Заковать его в железо с распорками, что бы он не мог пошевелить ни рукой, ни ногой и обязательно зафиксируйте его голову. Карл, сначала я попробую разговорить этого человека, а уж если ничего не получится, то тогда настанет твой черёд. И принесите мне небольшой точильный камень...
  Правильно говорят о том, что зубная боль самая мучительная, думал я, стачивая очередной клык боярина под его неумолкающий вой. Карл смотрел на меня с восхищением и удивлением, поражённый таким простым способом весьма мучительной и болезненной пытки...
  
  12.
  
  Рымарь раскололся и выдал всё и всех, хотя заканчивал допросы мой новоявленный палач, а я в это время хандрил, не зная, чем заняться. Самокопание и самобичевание облегчения не приносили, срочно требовалось конкретное дело да такое, что позволило бы забыться и забыть все свои допущенные ошибки.
  Многим известно, что нет ничего более отвратительного, чем ждать и догонять. Догонять-то ещё ничего, особенно когда видишь спину беглеца, а вот ждать и не получать известий... Устин молчал, и я мучился неведением - перешёл Корвин границу или нет. Три дня тишины, и я был готов лезть на стену, видимо морда моего лица была настолько свирепа, что от меня все, даже мои охранники, шарахались и старались не попадаться лишний раз на глаза. Наконец прибыл посыльный от сотника с известием о том, что объединённая дружина перешла небольшой ручей, что служил границей между воеводствами Корина и Митака. Перейти-то перешли, но дальше не пошли, чего-то выжидая. И хотя я уже был в своём праве и мог использовать только фалангу, пока конница не подошла, я решил выждать. И оказался прав. Следующий гонец доложил, что объединённая дружина, совершив ещё один суточный марш и пройдя в глубь территории около двадцати лиг остановилась на отдых и для пополнения запасов на развилке дорог. Воспользовавшись этим Устин отрезал противнику пути отступления в свои земли, перекрыв две основные дороги двумя отрядами по сто пятьдесят человек. Боярин Корвин оказался не дурак и сделал уже к обеду правильный вывод о том, что он попал в западню. Конница, со мной во главе в ускоренном темпе шла к месту предполагаемой встречи с противником, а с тыла сотник уже начал выстраивать боевой порядок.
  Поспешность его действий стала понятна, как только моя охрана и полусотня стрелков намётом вынеслась на открытую местность, где объединённая дружина готовилась к прорыву достаточно тонкой линии фаланги. Дожидаясь, пока подойдёт второй отряд, Устин растянул свои войска в линию на три ряда по пятьдесят воинов, имея в резерве пятьдесят пеших мечников. Объединённая дружина насчитывала, на глазок, около тысячи воинов - весьма внушительная сила, способная просто численно задавить мою пехоту, если удастся прорвать фронт или обойти с флангов. Правда, очень скоро должна подойти моя основная ударная сила и положение разительно изменится. Три сотни, при слитном ударе построением клин рассекут вражеское войско, а потом, разделившись на два отряда, примутся громить фланги. Этот приём на тренировках отрабатывался не один раз, но одно дело тренировка и другое - реальный бой. Правда, мне на руку играл тот факт, что это были три разные дружины и вряд ли они имели понятия о боевом слаживании и взаимодействии.
  Отправив одного стрелка навстречу своему отряду, что бы он уточнил Жаку порядок его действий, мы предприняли обходной манёвр и как чёрт из табакерки появились впереди своей фаланги. Полусотня стрелков, выстроившись в одну шеренгу, стала неторопливо сближаться с войском воевод. Метров с пятидесяти был произведён залп из арбалетов, по ещё не полностью перестроившимся отрядам, после чего стрелки переместились за спину моей охраны для перезарядки. Мой десяток ещё сблизился с первыми рядами и с шагов примерно сорока произвёл четыре залпа из своих двухзарядных самострелов, после чего поспешно сбежал за спины стрелков. За это время арбалеты были вновь приведены в боевое состояние. Долго игра в кошки-мышки продолжаться не могла, но мы выиграли время, к тому же, Корвин оказался не совсем дураком и распорядился своему войску перейти на бег, чтобы лишить моих стрелков возможности манёвра. Из глубин его отрядов появились шесть колесниц, навстречу которым тут же выдвинулись четыре двухзарядные тачанки с большими стрелами. От серповидных наконечников пришлось отказаться, так как они были хороши только на коротких расстояниях, а на достаточно большой дальности вести из них прицельную стрельбу было невозможно из-за большого рассеивания. Своих стрелков я сместил на левый фланг против двух колесниц, надеясь, что пара десятков болтов смогут остановить хотя бы одну из пары лошадей, что собьёт им ход, а в лучшем случае заставит оборвать постромки и перевернуться колеснице.
  Всё именно так и получилось, даже лучше. Мои тачанки вывели из строя все колесницы воевод, а на двух даже остались по одной стреле. Возницы самостоятельно приняли решение и переместились на мой фланг, где одним спаренным выстрелом буквально разбили в щепки одну из оставшихся колесниц, а со второй очень легко справились мои стрелки, отправив в бока и неприкрытые головы по несколько болтов. Произошедшее не самым лучшим образом сказалось на боевом духе нашего противника.
  Однако вскоре обстановка поменялась самым кардинальным образом. Фланговые охваты грозили полным окружением и выходом в тыл фаланги. Где черти носят подкрепления? Устин уже несколько раз посылал гонцов во второй отряд с требованием немедленно ускоренным маршем прибыть на поле боя и ударом в правый фланг опрокинуть противника, после чего воссоединиться с первым отрядом. Однако ни слуха - ни духа, ни один из гонцов обратно не вернулся. Перехватить их не могли, так как они выдвигались по лесным тропам, о которых противник не мог знать. А тут ещё конница почему-то задерживается, или это у меня что-то произошло с чувством времени...
  - Устин, придётся отступать и занять позицию в дефиле на дороге, там уплотнишь боевой порядок до пяти рядов и будешь стоять насмерть. Я со стрелками и мечниками попробую задержать продвижение обходящих нас отрядов, чтобы выиграть время для перестроения. Особо проследи, что бы отступление было организованным и без паники. Всех, кто струсит и вздумает бежать, вырвавшись из общего строя - рубить на месте.
  Вскоре раздались команда, которая была продублирована десятниками, - Поднять копья на плечо! Повернуться кругом! Бегом марш!
  Да, отступление мы не тренировали, благо оно было очень похоже на одно из отработанных перестроений из трёх шереножного строя в пять шеренг, хотя кутерьмы и беспорядка хватало. Особенно это проявилось в тот момент, когда копейщики стали втягиваться в узкое дефиле. Я слышал ор Устина и надеялся, что ему удастся навести порядок и выстроить фалангу до того момента, как мечников и стрелков сомнут.
  Первоначально нам удалось приостановить наступательный порыв объединённых дружин используя способ ведения арбалетного огня, который я называл стрелковым валом. Стрельба велась по десяткам с последующей сменой для перезарядки, однако вскоре болты закончились и мои стрелки приготовились к безнадёжной конной атаке. Я понимал, что мы завязнем в этой толпе, но другого выхода для того, чтобы выиграть несколько минут копейщикам для боевого построения, я не видел.
  Мечники, сдвинув щиты, ещё держались на своём фланге, но и их теснили и давили массой. Дружинники воевод понимали, что если они не прорвутся к спасительной границе, то моё подкрепление, которое вот-вот должно подойти, разобьёт их в пух и прах. Нашей лебединой песней стали последние залпы моего десятка, после чего пришлось спешиться и встать в общий строй к мечникам. Как-то само собой получилось, что мы встали клином, на острие которого были я и Миха, а у нас за спиной разместился какой-то молодой боец со стягом, на котором была изображена волчья голова. Началась бестолковая и жестокая сеча, на которую я уже никак не мог влиять. Сколько так продолжалось, я не знаю, но внезапно раздался леденящий душу вой и дружинники воевод сначала остановились, а потом и попятились. Это позволило перевести дух и оглянуться. На ногах нас осталось не больше двух десятков, а из леса выходили свежие копейщики и тут же строились в боевое порядок.
  Это наконец-то подошёл второй отряд сотника и теперь уже пять шеренг привычно двинулись вперёд. Нам пришлось посторониться, чтобы дать им место для маневра. Вновь раздался волчий вой - это оказалось боевым кличем копейщиков, которые слитно ударили в сбившихся в кучу воинов воевод. А тут им ещё в спину ударила моя конница. Началось избиение, ни о каком организованном сопротивлении не было и речи...
  Возле моего знаменосца стали собираться уцелевшие мечники и стрелки. Многие отдали последние силы, что бы собраться у знамени и теперь просто сидели или лежали на земле. Стрелкам досталось больше, их осталось всего двенадцать человек, тех, кто мог передвигаться самостоятельно. Оглядев своё воинство, практически все в посечённых доспехах и раненые, я громко проговорил, - Вы все зачисляетесь в особый отряд при мне и отныне будете носить звание гвардейцев, в него так же войдут те, кто оправится от ран. Как мечники, так и стрелки получат из моих рук специальный знак, который я лично выкую из трофейных мечей.
  Подскакали Жак и Устин в сопровождении десятка конников, сотник первый спрыгнул с коня и в тревоге бросился ко мне, - Господин, целы, не ранены? - А затем я получил разнос по полной программе, как безответственный, не думающий и безалаберный боярин, которому лишь бы мечом помахать и забывшему о том, что тут всё держится только на нём. Хорошо, что хоть без бранных слов обошлось.
  - Понял, усвоил, проникся, больше такого здесь не повториться...
  - Хочется верить, но почему-то не верится...
  Двое суток мы простояли на этом поле, пока не похоронили последнего своего воина и не закапали, с помощью пленных, всех погибших дружинников воевод. В этот раз я решил им всем сохранить жизнь, но с некоторыми условиями. Пленных, кстати, оказалось не так-то уж и много, всего двести семнадцать человек, не считая раненых, которых можно было вылечить. Всех тяжелораненых добили, так как своих хватало, а лекарей, как обычно, было мало.
  Жестокое время, жестокие нравы. Во все три бесхозных воеводства отправились усиленные отряды моих дружинников с карательными функциями - все семьи и родственники воевод должны быть вырезаны под корень. Ближние им бояре казнены, а их семьи проданы в рабство. Солнцеликому полетел голубь с просьбой прислать четырёх достойных бояр со свитой, которые займут место безвременно ушедших от нас воевод, с небольшими отрядами своих дружинников, дабы утвердится на новых местах.
  До меня дошли сведения, что боярину Спешу перерезали горло в одном из трактиров, когда он затеял пьяную ссору. Эти сведения я поручил перепроверить, а вскоре Жан подтвердил правдивость этих слухов, представив мне знак воеводы Митака.
   Свою временную резиденцию я разместил в поместье Спеша до прибытия нового воеводы, используя это время для пополнения своей дружины и обучения новобранцев. Оружия и доспехов у нас теперь было достаточно, чтобы с небольшой переделкой обеспечить всех одинаковой защитой, но по родам войск. Кавалерия, как основной вид моего войска, имела кольчуги и поверх них ещё переделанные кожаные доспехи с металлическими нагрудниками и наплечниками. Вооружение - копья, обоюдоострые прямые мечи, щиты и кинжалы. Каждый второй десяток вооружался ещё дополнительно дротиками для метания. На всякий случай я распорядился в обозе возить три сотни копий для фаланги, если вдруг придётся схлестнуться с превосходящим численно противником. Однако буквально через месяц пришлось отказаться от этой затеи из-за громоздкого и неповоротливого обоза. Вместо этого, в обоз были помещены запасные копья для конницы.
   Все копья для фаланги были оставлены в моём новом воеводстве, в которое вошли бывшие Рута и Сарта. Название бывших главных городов я оставил прежними, а само новое воеводство назвал просто и без затей - Русь.
  Стрелки тоже претерпели изменения - теперь у каждого было по два арбалета и двойной запас болтов на каждый, а гвардейские стрелки вооружались особыми самострелами на два болта, а в перспективе должны были получить и по второму такому же. Их кольчуги украшали стальные нагрудники со стилизованным изображением головы волка, а щиты были усилены металлическими бляхами, которые заменили толстую кожу. Мечи были изготовлены из особого сплава, с использованием металла древних. Как от таковых, от мечников я отказался и всех уцелевших перевёл в разряд стрелков, но с обязательным обучением работать клинками как пешим, так и конным. Особое внимание уделялось работе в составе десятка и взвода. Вообще-то от добра добро не ищут, так что мой взвод состоял из трёх десятков с десятниками во главе и полусотенным - командиром взвода. С учётом обозных ездовых, поваров, шорника и кузнеца с подмастерьями, как раз набиралось полсотни.
  Три взвода входили в роту, которая насчитывала двести человек, из них боевого состава сто двадцать человек, так как ротный имел свой резерв, состоящий из двух десятков самых опытных и умелых воинов, которые играли роль гонцов, а при необходимости могли заменить любого командира, в случае его гибели.
  Всего было сформировано пять рот - шестьсот всадников, которые при необходимости могли быть пополнены за счёт обозных. Сотня стрелков и сотня моей личной гвардии составляли резерв. Всего же моя дружина насчитывала около полутора тысяч человек. Это была внушительная сила, которую я не переставая тренировал, учил и вооружал более качественным оружием. Благо металла древних пока ещё хватало, хотя мне и приходится постоянно заниматься его черновой расковкой.
  Конницей командовал тысячник боярин Устин, его заместителем был боярин Жак, в распоряжении которого были так же стрелки. Гвардией и моей личной охраной командовал Миха.
  В один из дней, когда мы с Михой отдыхали после утренней работы в кузнице, ко мне пришёл с докладом боярин Жан. Я видел, что он мнётся и не знает, как начать доклад.
  - Жан, ты не красная девица, пора бы уже привыкнуть к тому, что ты входишь в мой ближний круг. Говори, что там произошло и кому надо рубить голову.
  - Мои люди в одной из небольших деревушек задержали странную женщину. Одета не по-нашему, языка не знает, лопочет что-то на своём, разобрали только одно слово - Страх. Я привёз её сюда, что бы вы могли на неё глянуть, вдруг какая дальняя родня...
  На площадке перед моей резиденцией толпился любопытный народ, - ожидалась публичная казнь убийцы целой семьи за несколько серебряных монет, которые ему вручил неизвестный человек в капюшоне. В принципе я догадывался из-за чего лишили жизни четырёх человек - их дом находился на второй линии от усадьбы воеводы и, со временем мог перейти в первую линию, что считалось весьма престижно. Вот и посмотрим, кто будет претендовать на дом и землю.
  Доставленная людьми Жана странная женщина была поставлена на такое место, откуда она могла видеть казнь целиком. Положа руку на сердце, я волновался - на ней был одет самый настоящий белый медицинский халат, а на нагрудном кармане была вышита фамилия. Издалека мне было не прочитать надпись, так что я решил вначале понаблюдать за её реакцией, и только потом встретиться. На вид ей было лет двадцать пять, весьма ухоженные руки, короткая стрижка, не присущая жительницам царства, а тут она ещё достала из кармана очки и надела их на переносицу, превратившись сразу в этакую профессоршу из блатных и дикорастущих. Вид казни на неё не произвёл ожидаемого мною эффекта - она даже не поморщилась, когда преступнику рубили кисти рук и ступни ног, прижигая раны, не давая ему помереть от потери крови, но её слова на чистом русском языке я очень хорошо расслышал, - Страх божий, какие тут варвары живут. Не удивлюсь, если они едят себе подобных. Одним словом - дикари. - Она ещё что-то стала бубнить себе под нос, но мне и услышанного было достаточно.
  - Миха, давай эту подругу в рабочий кабинет, а сам марш в кузницу, но на всякий случай при мне пусть будут два телохранителя с обязательно обнажёнными мечами. И подбери из тех, кто посвирепее выглядит или обезображен шрамами.
  Её привели ко мне в кабинет и она, не смущаясь стала рассматривать меня, попутно давая довольно едкие комментарии, - Вот ещё одна дикая обезьяна, чьи руки обагрены кровью. Отец, если это твои фокусы, то хватит издеваться надо мной. Ты не представляешь, как от них всех смердит, а эти двое у дверей самые настоящие гориллы. Интересно, они хотя бы говорить могут, или только издают горловые звуки? - Я продолжал внимательно изучать это создание и в моей голове зародился план, как её адаптировать к этому миру и использовать в своих целях. - Что уставился на меня, урод? Вот скажу отцу, что ты меня лапал, он быстро тебя свернёт в бараний рог...
  - Интересно, - проговорил я на своём родном языке, - если тебя повесить, у тебя язык вывалится на левую или правую сторону? - затем уже обратившись к охранникам распорядился принести мне хорошую плеть. - Эта девчонка забыла все мои уроки, придётся ей напомнить о необходимости послушания старшему брату.
  Версия её появления выстроилась в моей голове очень быстро: - это моя младшая сестра, чьё рождение держали в секрете, однако со мной в царство Солей она отправится не смогла по причине слабого здоровья и малолетства. Тогда в одной из прибрежных деревушек её оставили на попечение бабки знахарки у которой она и прожила до своего скоропалительного замужества. Муж - рыбак, не вернулся из очередного плаванья, и все думали, что он утонул, но скорее всего просто сбежал от её чудовищного характера. Соломенная вдова помыкалась и узнав, что я вернулся из своих странствий, решила встретиться со мной. На незнакомом языке она говорила по той простой причине, что только я могу его понимать - это тайный язык рода Страхов, а она очень опасалась, что через столько лет я могу её не узнать и не принять.
  Плеть мне принесли и я, смахнув всё со стола, распорядился положить её и придержать так, чтобы она не дёргалась. Задрав на ней халат до пояса я пять раз довольно сильно полоснул по её мягкому месту.
  - Можете отпустить боярыню и находитесь за дверью - если урок не пойдёт ей в прок, то я его повторю.
  Дождавшись, когда стража выйдет из кабинета, я обратился к 'сестричке', - Запоминай всё с первого раза, повторять не буду. Я такой же русский, как и ты. Не по своей воле попал в этот закрытый мир, из которого невозможно вернуться домой. С этим придётся смириться. Мир создан магией, волшебством или высокими технологиями. Он очень своеобразен и в естественных условиях существовать не может. Все реки, ручьи здесь текут в одну сторону, в местный океан или море, ещё не разобрался, который проваливается в бездну, а с другой стороны этого единственного континента вода в огромных количествах падает с неба в очередное море или океан, но уже, с другой стороны. Многие пытались разгадать эту тайну, но ни один из тех смельчаков, которые падали в бездну на кораблях или в специально созданных машинах, назад не вернулись. Более того их обломки так никогда не появлялись в водопаде с неба.
  Та высокоразвитая цивилизация, которая существовала до этого, полностью погибла, оставив после себя только крупицы знаний и несколько потомков, которые со временем выродились. В настоящий момент цивилизация находится на переходном, смешанном этапе своего развития, в котором причудливым образом сплелись рабовладельческий строй и феодализм. Я, прежде чем вышел в этот мир, долгое время учился у одного из учеников магов древних. Его зовут волшебник Лир, именно он подготовил меня к жизни здесь и разработал легенду появления в царстве Сармат. Таких, как мы с тобой, Лир называет униветами - унесённые ветром. Старинные вещи древних признают нас, и мы можем ими пользоваться. Теперь что касается тебя, забудь всё, кем ты была в старом мире, здесь твоя жизнь начинается с нового листа, и чем скорее ты это поймёшь, тем быстрее адаптируешься к новой жизни. Впрочем, если тебя всё это пугает, то можешь покончить с собой. Пока ты не выучишь местный язык, разговаривать будешь только со мной. Для всех ты моя младшая сестра. Кстати, как твоё имя?
  - Анна.
  - Так вот, отныне ты боярыня Анна Страх, вдова и моя младшая сестра. Сразу объясняю, почему вдова - мир простой и не испорченный, так что есть только одно объяснение того, почему ты не девственница - ты вдова. Замуж выскочила очень рано, но муж пропал в водах моря, так что ты опять свободна. Присматривайся к головным уборам женщин и лентам девушек - они символичны и могут многое рассказать знающему человеку. Как-нибудь я выберу время и проведу с тобой урок на эту тему, что бы ты не попала впросак. А теперь вставай, одёрни халат, я отведу тебя в твои покои, они будут рядом с моими, там ты ополоснёшься, а то от тебя ещё тот духан идёт и переоденешься в приличествующее твоему сану платье. Ухаживание за тобой рабынь и слуг воспринимай как само собой разумеющееся. Как только завершишь туалет, отправимся на обед, надеюсь хорошим манерам ты обучена? После этого я отведу тебя в помещение, доступ в которое открыт только тем, в ком течёт кровь древних. Я хочу убедиться в одной своей весьма важной догадке, а потом продолжим познание этого мира. Кстати, ты случайно, вязать не умеешь? Мне надо связать из специальной нити древних пару свитеров. Блин, ладно, не буду тебя нагружать раньше времени. А теперь можешь задать мне несколько вопросов, прежде чем начнёшь рассказывать о себе.
  - Всё рассказанное тобой, братик, больше похоже на плохо придуманную историю. А кем ты был в нашем мире? Мне вот интересно, где ты научился таким обходительным манерам с женщинами?
  - В армии, где я служил в звании капитана, особой разницы между мужчиной и женщиной нет, все они военнослужащие. Давай следующий вопрос.
  - А почему бы тебе не оставить меня в покое, или, на худой конец, не объявить своей женой и не сослать куда подальше?
  - Не получится. - Я тяжело вздохнул. - Являясь прямым потомком древних, я могу жениться только с личного разрешения царя Сармата - солнцеликого Рао, который, к тому же, считает меня своим братом. Так что если подтвердится тот факт, что и в тебе течёт кровь древних, то будь готова к тому, что мужа тебе будут подбирать очень тщательно. Я вот только не знаю, передаются ли способности древних через женщин. По-крайней мере, я об этом не слышал, но скоро мы всё узнаем. Всё, вечер вопросов и ответов пока закончен. Поведай мне коротко о себе, только не привирай, договорились?
  - Меня зовут Анна, я дочь одного очень высокопоставленного госслужащего. Окончила медицинский университет и аспирантуру, защитилась. До недавнего времени работала в Бурденко. Специализируюсь в области полостной хирургии. Мне 24 года, скоро будет двадцать пять...
  Я перебил её, - То есть обрабатывать, чистить и зашивать раны можешь? После последней небольшой войны у меня много раненых, у всех рублено-резанные раны, с которыми местные лекари толком справиться не могут, да и тех у меня всего двое, а знахарки могут только лечить травами и отварами. Ты нарисуй мне какой инструмент тебе понадобится, и я его лично выкую из лучшего металла древних.
  - Сам, что ли?
  - К чистому металлу древних прикасаться могу только я, остальных он может ударить током, а особо назойливых и убить...
  
  13.
  
  - Я пойду с вами, - безапелляционно заявил Миха, - перехватив её несколько взглядов на вас, мой господин, я убедился, что она вас ненавидит. Такая может ударить в спину и не поморщится, вид крови её, почему-то, не пугает.
  - Что он сказал, переведи, а то уж больно пристально и подозрительно он следит за мной.
  - Это боярин Миха Арчи, начальник моей личной охраны, друг и первый помощник. Кстати, очень хороший кузнец, а его жена, боярыня Илия управляет всей моей вотчиной. А сказал он, что ты ненавидишь меня и смотришь, когда я не вижу, с ненавистью.
  - А как я должна смотреть на самодура, когда нормально сидеть не могу? Ничего, я найду способ отомстить, не надейся, что это тебе так сойдёт с рук.
  - Хочешь ещё плетей отведать за непочтительное отношение к главе рода? Следи за своим языком, женщина. Здесь тебе не там, могут и в темницу бросить, а мне потом вытаскивай тебя оттуда.
  Миха, за свой несдержанный язык она отведала от меня плетей и теперь толком сидеть не может, вот и злится. Так как очень долго она прожила среди простого и грубого люда с самого детства, то в её речи преобладают в основном неприличные слова, и я запретил ей говорить на общепринятом языке, пока она не научится нормальному общению, свойственному высокородной боярыне, а не деревенской, скандальной бабе.
  Анна, я всё ему объяснил, но это не значит, что он тут же перестанет тебя подозревать, так что смирись с этим. Это его работа. Эх, если б ты только знала, сколько раз за последний месяц меня пытались отправить на тот свет. И почему люди такие злые, так и норовят обидеть меня, такого белого и пушистого...
  Сразу же после обеда мы пошли в мою оружейную, где я предложил Анне выбрать себе достойное оружие, что бы оно удобно лежало в руке и было не очень тяжёлое.
  - Когда я была молодой и глупой, начитавшись всякой беллетристики, записалась в секцию фехтования, правда, хватило меня ровно на год, но с тех пор кое-что в памяти осталось. Здесь нет ничего, что могло бы подойти мне. И я не вижу оружия, предназначенного для женщин, или здесь это не принято?
  - Только боярские жёны или их дочери имеют право носить клинки, но никто этим правом уже давно не пользуется. Через некоторое время, она с недовольным видом выбрала лёгкий меч, несколько раз взмахнула им и сделала несколько фехтовальных приёмов, чем вызвала удивление у Михи...
  Я подошёл к стене и, дождавшись вспышки фамильного кольца, первым вошёл в лифт. Спустившись вниз, я дал возможность Анне осмотреться и видел, как напрягся Миха, когда моя сестричка стала трогать непонятные металлические изделия.
  - Что-нибудь знакомое видишь здесь?
  - Ничего. Это что, какой-то склад запчастей? Для чего они предназначены?
  - Понятия не имею, я использую их для переплавки и изготовления оружия. Если этот металл смешать с местным железом, используя специальную технологию, то можно получить нечто очень похожее на булат или дамасскую сталь, с которыми могут уже работать местные кузнецы. Но секрет создания такой стали известен только мне и Михе. Ты, кстати, тоже можешь работать с металлом древних. Видишь, как мой помощник удивлён тем, что ты спокойно его трогаешь, всех остальных он бьёт током и весьма чувствительно, сразу отбивая охоту брать его в руки. Ладно, пошли дальше.
  Я попросил Анну взять в руки штырь из связки, в тайне надеясь, что он так же, как и у меня сразу же впитается и переделает её меч под неё. Но этого не произошло. Что ж, отсутствие результата - тоже результат. Штырь взял я и поднёс к мечу, который она держала в руке. Анну ощутимо тряхнуло, но меч она не выпустила из рук, а дальше произошло тоже самое, что и с моим мечом. Клинок легко сам выскользнул из ножен и металл древних неторопливо растворился в лезвии, изменяя его длину, толщину и вес, придавая ему изящный вид и даже шик. У меня в голове раздался уже знакомый голос, видимо его услышала и сестра, так как она побледнела и даже зажмурилась.
  - Порежь свою руку так, чтобы кровь попала на лезвие, да не бойся, порез сразу же исчезнет, я через это уже прошёл.
   Анна послушно, словно под принуждением, черканула себя по ладони и дала нескольким каплям упасть на клинок, а потом размазала кровь по всей длине.
  - Привязка к объекту завершена. Меч-кладенец переходит в собственность боярыни Анны Страх и её потомков женского пола. Оружие именное. Выберите наказание за незаконное прикосновение или попытку присвоения: 1. Электрический разряд, вплоть до смертельного. 2. Термический ожёг, вплоть до смертельного. 3. Отсечение конечности, вплоть до расчленения всего тела.
  - Рекомендую громко произнести выбранный вариант и щёлкнуть ногтем по клинку. Я выбрал первый.
  Анна тут же произнесла, - Первый вариант, - после чего один раз щёлкнула ногтем по лезвию.
  - Выбор принят - электрический разряд, вплоть до смертельного, в случае неоднократного повторения незаконного прикосновения одним и тем же объектом, не являющимся кровным родственником боярыни Анны Страха. Смерть на третьем прикосновении. Старшему рода предоставляется право изъятия клинка в случае его ненадлежащего использования.
  Я перевёл дух - получилось, и Анна тоже вздохнула с облечением, когда её меч вернулся в ножны. Хотя скорее всего это был уже не меч в его прямом виде, а самая настоящая почти что парадная женская шпага.
  - Успокоилась, дух перевела? Идём дальше, покажу тебе пряжу, из которой тебе придётся вязать что-то типа кольчуги для меня, себя и моих ближних. Всего шесть штук, а дальше видно будет, может солнцеликому преподнесём столь дорогой подарок, всё-таки царь и брат.
  - Что-то ты братик не договариваешь, уж не собираешься ли ты выдать меня за вашего царя?
  Я автоматически поправил её, -За нашего царя. Это было бы здорово. Как общаться в гадюшнике под названием высший свет ты знаешь, опыт имеешь, а Рао нужна поддержка. Да и его дочуркам твёрдая рука не помешает, а то я слышал, что он их балует и во всём потакает.
  - Знаешь, Страх, я почему-то тебе верю, хотя ты и приличная сволочь. Не мог мне всё на словах объяснить, обязательно надо было плеть использовать?
  - Ты была близка к истерике и вряд ли была готова внять доводам разума и простым словам, так что это вынужденная мера. Всё, пошли отсюда, бери две бобины, и я две возьму, как раз будет шесть. А ты точно вязать умеешь? Если что, будешь меня учить...
  Ещё перед ужином, переодев сестру в костюм для верховой езды, я вывел её в сад, где дал первые уроки владения клинком. - Забудь всё, чему тебя учили в твоей секции фехтования. Для начала почувствуй шпагу, её вес, удобство рукояти и гарды. Одновременно с этим буду учить тебя правильно передвигаться и что очень важно - дышать, так что бы после каждого удара дыхание не сбивалось...
  После бочки с горячей водой Анну развезло, и она буквально засыпала на ужине за столом, так что издеваться над ней сегодня я решил закончить. Радовало то, что она не ныла, не жаловалась на усталость, и даже до своих покоев дошла самостоятельно, без помощи служанок, которые тем не менее одарили меня недовольными взглядами. А я после ужина пошёл в кузницу, где мы с Михом стали готовить 'тесто' ещё для четырёх особых мечей, которыми мы перевооружали мою гвардию.
  Утром меня бесцеремонно разбудили, - Хватит дрыхнуть, братишка, уже светло, пошли на разминку, а то у меня мышцы немного побаливают.
  - Блин, Анна, все младшие сёстры одинаковые. В моей прежней жизни сеструха тоже поднимала меня чем свет, что бы я отвёл её в детский сад. - Я сел и сладко потянулся. - Всё, мотай отсюда, я через десять минут буду готов к тренировке, жди за дверью и что б без меня никуда. Тебя ещё здесь не знают, - договаривать я не стал, предоставив самой домыслить, что же я хотел сказать и о чём предупредить.
  - Слушай, брат, а ты бы не мог бы убрать от меня этих двух держиморд, которые словно тень ходят за мной. Окружающие от одного их внешнего вида шарахаются.
  - Нет, и не проси. Это твоя охрана. Зато никто, особенно из знатного окружения в столице, не сможет тебя упрекнуть в том, что ты одному из них симпатизируешь. Цени, это проверенные неоднократно воины из моего личного десятка, лучшие из лучших, а главное, преданные нашему роду. А теперь дай мне одеться...
  Возвращались мы с разминки через то крыло, где я устроил лазарет для раненых. Хотелось посмотреть на реакцию Анны - настоящая она врачиха, или так себе, сделавшая карьеру благодаря папаше и его связям. Лучше бы я этого не делал. Какими только словами меня не обзывали и в чём только не обвиняли. Мне даже пришлось огрызнуться, - А где рисунки или чертежи твоих инструментов? Или ты думаешь, что я так просто просил их сделать? И не забудь нарисовать какие иглы тебе нужны, а с нитками сама разбирайся. Бочонок с крепкой самогонкой возьмёшь у меня в кабинете, я её выдаю только для обработки ран, а то некоторые уже распробовали. И вообще, я буду очень рад, если ты снимешь с меня часть забот и хлопот о раненых. Пойми, я один и за всем не услежу и не всё могу заметить, а ту ещё знаний не хватает, особенно медицинских.
   Буквально через пару дней наш лазарет было не узнать - чистота, правда относительная, и порядок. Все раненые были рассортированы не только по местам ранений, но и по их тяжести. Анна не слезла с моей шеи до тех пор, пока я, не забросив все дела, не взялся за её инструменты. Скальпели, ланцеты - пинцеты, зажимы-хренимы (от слова - хрен) и много ещё чего, включая только одних щипцов четырёх видов, семь видов иголок, три стерилизатора и обязательное большое количество горячей воды и перевязочного материала, на которое шло обычное редкое полотно. С ранеными сестрёнка не церемонилась, и уже научилась нескольким бранным словам от них, обзывая их бабами и неженками. А меня передёргивало только от одной мысли попасть ей в руки, ведь обрабатывала она раны и зашивала их наживую, без всякого обезболивания. Правда, в особо тяжёлых случаях позволяла выпит несколько глотков 'специального' лекарства боярина Страха. Два лекаря, которые до этого ухаживали за ранеными, смотрели на сестру не просто с почтением, а скорее с обожанием и реагировали на малейшее её движение, даже бровью.
  Вскоре появились первые результаты - сразу несколько человек были выписаны по причине полного выздоровления. Особенное впечатление на моих дружинников произвел один случай, когда Анна разрезала зажившую рану и заново срастила мышцы руки, вернув ей и пальцам былую подвижность. А ещё я заметил, что ей стали кланяться даже ниже чем мне и любая её просьба была сродни приказу, который немедленно выполнялся. Через десять дней после её появления я получил весточку от Лира с разговорным камешком на верёвочке, который тут же, в своём кабинете вручил сестре, приказав одеть на шею и спрятать под одежду. Понравилось, что она ничего не спрашивала и молча выполнила моё распоряжение. После чего я обратился к ней на общепринятом языке.
  - Это подарок от нашего волшебника, я тоже начал изучать местный язык с таким камешком, только учти, на всё про всё у тебя только три месяца, потом он рассыплется в пыль, так что получай разговорную практику.
  - Страх, я слышал, что у тебя есть ещё знахарки - травницы, как бы мне с ними поговорить и озадачить поисками такой травы, которая вызывает местное онемение и снимает боль при чистке и обработке ран. Да и знание лечебных трав не помешает...
  Испытание первого свитера из металлических нитей было назначено на вечер этого дня, для чего был изготовлен манекен, в который его и обрядили. Сначала его рубил Миха с Жаком, а потом и Устин пришёл с топором. Ничего не получилось, всё оружие отскакивало от него как резиновый мячик от стены. Даже шпага Анны ничего не смогла с ним сделать, а вот мой меч легко рассекал и протыкал эту защиту. Ясно было одно, что и это право мне было дано как старшему рода. На удивление Анна не стала ругать за испорченную вещь, а забрала её на переделку, предварительно сняв мерки со всех моих ближних, кроме Жана, который, как обычно отсутствовал. Но я её успокоил, что он как две капли воды по строению своего тела похож на Жака, так что можно сделать два свитера по одной мерке.
  Через неделю стали возвращаться мои дружинники из своих отпусков. Это было неслыханное дело, что бы воинам предоставлялось время навестить свои родных и близких без всякой боязни, что они могут не вернуться и дезертировать. Должен сказать, что тысяча всадников - это силище для нашего царства, а если учесть, что я мог легко тысячу превратить в полторы, а пришлые воеводы это видели и знали, то никаких проблем с ними не возникало, наоборот, они часто обращались ко мне за советами, что меня несколько пугало.
  Через пять дней я назначил строевой смотр, для чего в окрестностях Руты был выбран самый большой луг, на котором был разбит наш воинский лагерь. На смотр привлекался весь личный состав моей дружины, включая мои элитные части. Мы с Михой проверяли строевые подразделения, а мой начальник разведки, боярин Жан Шарфей инспектировал гвардию. В завершении строевого смотра я вручил всем тем, кто стоял со мной у знамени во время битвы с объединёнными силами воевод специальный знак. Ох и помучился я пока вытравил на нём фразу 'За мужество и доблесть'. Такой же знак получили ещё несколько отличившихся дружинников по рекомендациям своих командиров. Прикалывался он к одежде с левой стороны и был сделан из серебра с примесью древнего металла.
  Вечером все собрались в штабном шатре и начался разбор полётов. Недостатков было вскрыто достаточно много: обувь дружинников требовала ремонта или замены, у некоторых мечи были заточены для проформы и не смогли даже разрубить тонкую кожу, наконечники запасных копий были ржавыми и не закреплены на древках. Что радовало, так это отношение к доспехам ратников, тут даже я особо придраться ни к чему не мог, хотя и хотел. В общем, смотр прошёл неплохо, вот только кузнечное оборудование и запасные подковы были в запущенном состоянии. Пришлось предупредить, что за каждую захромавшую лошадь я буду в равных долях высчитывать штраф с всадника, его десятника и командира взвода.
  Перед сном ко мне нарисовалась надоедливая сестрёнка, которая потребовала, что бы в её распоряжение были выделены пять крытых возков и две телеги для перевозки необходимы запасов и инструмента, а также, что бы они размещались всегда возле моего штабного шатра, что бы все знали, где им окажут первую помощь. Честно говоря, я этот вопрос упустил и похвалил Анну, от чего она, как маленькая девчонка зарделась.
  - Если мне не изменяет память, это первый случай, когда ты меня похвалил. А ещё мне нужны деньги в дорогу, хочу пошить себе несколько простых костюмов, в которых мне будет удобно. И ещё, небольшую палатку для отдыха и сна, а также спокойную верховую лошадь, а твои держиморды обещали меня научить, как ею пользоваться. Вот же надоедливые няньки. Ты объясни им, что я уже не маленькая, мне скоро будет двадцать пять и они оба моложе меня.
  - Они своими жизнями отвечают за тебя, так что смирись с их опекой, даже я не вмешиваюсь в их работу. Кстати, ты можешь взяться за их обучение в качестве медбратьев. Так как они всегда должны быть рядом, могли бы при операциях помогать тебе. Я даже готов изготовить несколько наборов медицинских инструментов с малым содержанием железа древних, что бы простой человек мог им пользоваться.
  Тут же последовал заказ на шесть таких комплектов и дополнительно три стерилизатора. Золотом и серебром я тут же снабдил её, благо сундучок для текущих расходов и поощрения, отличившихся, всегда был при мне.
  - А теперь оставь меня в покое, я очень устал и хочу спать.
  - Твоя усталость накопилась от чрезмерного напряжения, несбалансированного питания...
  - Это ты мне как крупный специалист в области полостной хирургии говоришь?
  - Дурак ты, братик, о тебе заботятся, беспокоятся, переживают. В общем, как врач говорю, тебе надо как следует выспаться, а если это не поможет, то понадобится женщина в твоей постели, желательно такая, которая заставит тебя пропотеть и оставит без сил. - В ответ я громко засопел и даже всхрапнул для вида.
  Ровно через восемь дней наше неповоротливое войска со скрипом сдвинулось с места и, набирая скорость с каждым переходом, направилось к горному перевалу на границе с империей. Высланные вперёд квартирмейстеры заранее подыскивали места для привалов и ночёвок, заготавливали или закупали дрова, провизию, свиней и овец, бережно относясь к возимому запасу продовольствия. Правда не обошлось и без накладок, в одной деревне нам отказались продавать провизию и даже попытались воспрепятствовать работе квартирмейстеров. Деревня, по моему приказу была сожжена, а староста и три его ближайших помощника повешены. В открытую больше никто не пытался нам противостоять, но чем ближе моё войско приближалось к столице, тем сильнее нарастало скрытое противодействие. Вскоре Жан докладывал первые результаты расследования. Все пути-дорожки вели в имение боярина Кудри, который подвизался при солнцеликом в качестве одного из царских советников. Пришлось нанести ему в усадьбу визит вежливости.
  За два дня, что я со своей гвардией пользовался гостеприимством боярина Кудри, мы полностью опустошили все его запасы, а пять бочек его лучшего вина я перегнал в самогонку для будущих раненых, хотя и ему оставил пару кувшинов. Напоследок управляющий имением был по моему приказу выпорот за неподобающее поведение с членом царской семьи, а именно с братом солнцеликого Рао.
  За два дня пути до царской столицы - Трира, моя дружина повернула в сторону границы с империей Весп, а я с гвардией прямиком направился к родовому дому, что был пожалован нашей семье на вечные времена. Конечно, дом находился в изрядном запустении, но крыша над головой была, кухня работала и что немаловажно, даже какое-то подобие бани существовало. К моему удивлению топилась она по белому, вот только парной не было, но пустой бассейн, в виде неглубокого корыта, присутствовал. Пока протопили и наполнили корыто, я успел облазить все уголки, таская за собой Анну, которая отчаянно этому сопротивлялась и ворчала.
  Вечером, за ужином, в тесном кругу, мы обсудили уроки нашего первого длительного марша - что удалось, а над чем ещё предстоит работать. Главным недостатком был большой и длинный обоз со всякими нужными вещами и припасами. Было высказано мнение о том, что везти с собой из нашего воеводства такой большой запас продовольствия и даже дрова было непозволительной роскошью, проще всё было купить по дороге. Миха тут же подсчитал, что если оставить только НЗ в виде одной сутодачи, то обоз можно будет сократить более чем на треть, а если эти продукты раздать в десятки и вернуться к практике приготовления пищи доморощенными поварами, то обоз сократится вдвое, благо на выделенных взводам и ротам телегах свободного места хватало. А вот предложение Анны уменьшить количество возимых с собой запасов оружия и рем фонда доспехов, было встречено в штыки. Я безапелляционно заявил, что безопасностью своих дружинников пренебрегать не буду ни при каких обстоятельствах, одновременно предложив сократить медицинскую часть обоза на два возка, за что был обвинён в непонимании важности медицины, её особенностях в ходе марша и в полевых условиях, а также дискриминации женщин. Причём тут женщины, я так и не понял...
  В этот же вечер я получил приглашение завтра по утру навестить царский дворец для встречи с первым царским советником, однако время визита не было указано, так что этого царедворца я решил проучить по полной программе. Это он должен был прибыть ко мне с визитом вежливости, а не снисходительно приглашать к себе в кабинет, ведь я всё-таки брат царя, а если кто об этом забыл, то я быстро напомню.
  Я намеренно шёл на конфликт с зажравшейся царской свитой, чтобы показать им кто я, и кто они.
  Ранним утром, когда солнце только-только начало разгонять ночной сумрак, в сопровождении двух десятков стрелков и трёх десятков гвардейцев я прибыл на рандеву с первым советником. Крыло дворца, в котором он вальяжно обитал, было взято под наш полный контроль в считанные минуты, местная стража особо не рыпалась под направленными на них болтами арбалетов и была разоружена. Пострадали всего несколько особо рьяных приближенных холуёв советника, которые видимо считали, что им ничего не может грозить по определению. Дух из них я приказал повесить прямо перед входом в крыло.
  Спальня первого советника отличалась помпезной роскошью, словно подчеркивая его незыблемое высокое положение. Хотя надо отдать должное - вкус у канцлера присутствовал. Балдахин над ложем был из золототканой материи, похожей на нашу парчу, драпировка спального места была отделана приличного качества гобеленами и позволяла спящему как бы уединиться на небольшом пространстве от нескромных взглядов. Откинув занавес, я увидел не дородного и толстого царедворца, а сухенького старичка с крючковатым, хищным носом, который с безмятежным выражением лица сладко похрапывал. Идиллия, да и только - дедушка спит.
  Откинув одеяло, я 'ласково' стал будить его ударами плетью, оставляя красные полосы на его худеньком теле, - Смерд, как смеешь ты спать, когда к тебе пожаловал младший брат царя, его высочество боярин Страх? Совсем нюх потерял? Ничего, я быстро приведу тебя в чувство.
  Ну-ка ребятки, разложите мне это чудо спиной вверх, я преподам ему урок, что бы знал, как приглашать царственного гостя к себе и не встречать его с поклоном у дверей.
   Со свистом плеть обрушилась на спину и зад тощего царедворца, от каждого удара он взвизгивал и извивался как 'вошь на гребешке'. Хотя надо признаться, бил я в пол силы, чтобы ненароком не запороть первого советника и царского канцлера до смерти, хотя такое желание и присутствовало.
  - Что гнида, сам расскажешь о своих связях с императором Веспа, или мне прибегнуть к пыткам?
  Карлуша, дедушка молчит, дедушка не хочет с нами говорить, займись им. А я послушаю его песни.
  Из-за спин рослых гвардейцев вынырнул карлик и со своей сумкой бодро проковылял к кровати, где лежал уже связанный по рукам и ногам возомнивший себя первым лицом царства старик.
  Вид извлекаемого инструмента в купе с комментариями Карла мог ввести в дрожь любого, даже более крепкого мужика, -... А это крючок, что бы у живого человека вытягивать жилы, больно будет только первые полчаса. Смотри, какой интересный ножичек, им так хорошо срезать кожу с живых, чтобы значит до мяса и не особо травмировать тело. Ну, с этим ты наверняка знаком - щипчики для вырывания ногтей и не только, хотя у тебя между ног наверняка и вырывать уже нечего...
  - Я всё расскажу и покажу, только не надо пыток. Уберите от меня это чудовище, - советник начал всхлипывать, - я боюсь боли и всё расскажу. - По моему знаку два гвардейца с писчими принадлежностями сели рядом с дедушкой, в готовности записывать его показания...
  
  14.
  
  Интересно, а какая разница между моими стрелками и гвардейцами? И те, и другие - моя гвардия, вооружение практически одинаковое - самострелы и мечи, разве что у арбалетчиков заканчивается перевооружение на два малых арбалета, рассчитанных на стрельбу двумя болтами, а у гвардии он один. Может объединить их? Хотя нет. Стрелки гордятся тем, что стояли насмерть и не позволили смять наш левый фланг, рубясь в рукопашной, а гвардейцы, презирая смерть, не позволили противнику прорваться к строящейся фаланге и защитили моё знамя. И те, и другие по праву носят мои медали и отличительные знаки - у одних два скрещённых меча, у других две скрещённые стрелы, правда издалека их отличить друг от друга невозможно. Я откровенно скучал, пока Миха и появившийся из ниоткуда Жан брали ещё тепленькими бояр из списка канцлера Чура, правда только тех, кто обитал в покоях царского дворца. Анна в это время обрабатывала и зашивала раны от плётки у первого советника, предварительно влив ему в рот грамм сто моего анестезирующего вещества, заявив, что местное обезболивающее она прибережёт для более важных случаев.
  Внезапно обе половинки дверей распахнулись и спальню вошёл богато одетый рослый мужчина в сопровождении двух угодливых и уже изрядно помятых, безоружных то ли слуг, то ли охранников.
  - У тебя не воины, а звери, брат. Это ж надо так быстро скрутит всю мою хвалёную охрану, и меня уложить лицом в ковёр. Ты их за это не наказывай, они же не знали, кто я, а представится я как-то не удосужился.
  Я опустился на одно колено, - Солнцеликий Рао, мой старший царственный брат, рад видеть тебя в добром здравии и хорошем расположении духа.
  - Прекрати, Страх, мы с тобой не на официальном приёме, так что в таких случаях можешь называть как детстве, просто Рао или старший брат. А ты изменился. Сколько мы не виделись?
  - Двадцать лет, или около того. Мне было восемь лет, когда я сбежал в Солей из-за боязни за свою жизнь и жизнь сестры.
  - У тебя есть сестра? Я ничего об этом не слышал.
  - Мы это скрывали из-за её особых способностей. Анна, подойди ко мне, я представлю тебя своему старшему царственному брату.
  - Ага, сейчас всё брошу и побегу на задних лапках. Подождёте, пока я не закончу оказывать помощь старику, я уже наложила ему более двух десятков швов, осталось совсем немного. А ты, братик, соизмеряй свою силу, мог бы хлестать не до костей, а как меня, до синяков.
  - Эта женщина твоя сестра? Что она делает с моим канцлером?
  - Да, это боярыня Анна собственной персоной, а Чуру она обрабатывает и зашивает раны, которые ему нанесла моя плётка. Брат, не обращай на её грубость внимание, всё же она более двадцати лет прожила среди простых рыбаков, а они, как известно, не очень воспитаны и понятия не имеют, что такое этикет.
  - Расскажи мне об этом подробнее.
  - Чуть позже, не хочу, чтобы она присутствовала при нашей беседе.
  Мой царственный брат, позвольте я представлю вам свою младшую сестру боярыню Анну Страх. В моей дружине она отвечает за лечение воинов и носит гордое звание главного лекаря. Анна, представляю тебе его царское величество солнцеликого Рао, царя Сармата.
  Анна смерила царя с головы до ног пристальным взглядом, потом нехотя поклонилась, - Всё, я могу идти?
  - У меня к тебе будет просьба, сестрёнка. Обойди стены спальни и проверь их на предмет дверей древних.
  - А если я её найду, ты опять всё захапаешь себе?
  - Как можно, Анна, это же царский дворец, а значит тут всё принадлежит старшему брату.
  - А что ж он сам не ищет эту дверь?
  - Я так полагаю, что за многие века кровь древних в его жилах несколько ослабела и она не реагирует на слабые сигналы.
  - Хорошо, но обещай мне, что если там я найду металл древних, вы часть отдадите мне на медицинский инструмент, а ты, братишка, его откуёшь.
  Я тяжело вздохнул, - Ты сначала найди, а потом что-то требуй. Всё, иди, дай мне поговорить со старшим братом.
  ... Тайну её рождения, также, как и моего, матушка унесла с собой в могилу, так что кто мой и её отец, мы не знаем. Прости, старший брат, но вероятнее всего твой царственный отец не является моим кровным родителем, хотя все и считают нас братьями.
  - Для меня это не новость, я знаю об этом, но приказ и посмертная воля отца - считать тебя своим братом для меня незыблемы. Продолжай свой рассказ, брат.
  - После того, как матушка скоропостижно скончалась, на нас с сестрой было несколько покушений и только чудом мы остались живы. По совету своего старого слуги было принято решение временно исчезнуть из Сармата и перебраться в Солей. Однако из-за малолетства и слабого здоровья, Анна оказалась не готова к такому путешествию, и мы её оставили в рыбацкой деревушке под присмотром бабки травницы...
  Я озвучивал принятую нами версию, которую с некоторыми уточнениями и подробностями Анна приняла... - Её муж, как считают в деревне, утонул во время шторма, хотя существует и другая версия - из-за её властного характера он решил от неё спрятаться и начать новую жизнь. Анна стала вдовой, а услышав, что я вернулся в родовое гнездо, решила встретиться со мной...
  ... На некоторое время я запретил ей говорить на нашем языке из-за огромного количества бранных слов в её речи. Общались мы на тайном языке нашего боярского рода, который кроме нас и старца Лира больше никто не понимает. Когда я убедился, что она стала исправляться, благодаря моему неусыпному вниманию, она опять вернулась к нормальной речи...
  - Твоё внимание, братик, проявлялось только в подзатыльниках, окриках и даже с использованием плети. Хватит болтать, пошли смотреть дверь, а то я с держимордами не рискнула туда соваться.
  - Держиморды - это её личные телохранители из моей охраны, а по совместительству её помощники и ученики, - пояснил я специально для Рао. - За неё порвут глотку любому.
   Мы подошли к пустой стенке, Анна отодвинула в сторону гобелен и протянула рук, тут же на стене засветился контур двери, и сестра её открыла. Отодвинув плечом главного медика без всякой почтительности, в небольшую комнату первым вошёл один из её телохранителей, а уж потом и мы туда просочились. Привычно заскрежетал лифт и Рао от неожиданности схватился за моё плечо, но я сделал вид, что ничего не заметил. Мы оказались в большой и полупустой комнате, которая только на треть была заполнена разными механизмами. Кто-то и когда-то уже хорошо здесь похозяйничал. В самом углу лежали несколько бобин нитей и небольшой пучок штырей.
  Я посмотрел на Анну, - Ты обещала для брата связать непробиваемую кольчугу.
  - Только ему и никому больше и только за отдельную плату в виде этих штырей, - она пнула ногой небольшую связку. - А ты обещал выковать мне ещё несколько простых комплектов инструментов, а также несколько особых, только для меня, из чистого железа древних.
  - Раз обещал, значит сделаю...
  Мы с братом облазили все углы, заглянули во все щели, он даже попробовал поднять несколько механизмов, но для него одного они оказались через чур тяжёлыми, а я свою помощь не предложил, чтобы не тащить их наверх.
  - У моего царственного брата есть боевой меч, а не парадная железяка? Если есть, то в следующий раз, когда мы с Анной будем гостить во дворце, его надо будет взять с собой и сестрёнка сделает его именным и зачарованным. - Я вытащил один из штырей и бросил его на пол, оставляя в хранилище.
  - Страх, а почему только в следующее посещение, почему не сегодня?
  - Если сегодня, то только после обеда, я проголодалась.
  - Сестрёнка, это уже без меня, мне надо продолжить чистить царскую свиту от сторонников императора Веспа. Только дай мне слово, что не будешь ругать старшего брата, который и для тебя тоже является теперь старшим.
  - Вот такого счастья мне совсем не надо, мало одного старшего, теперь появился ещё один - самый старший и тоже, наверняка, начнёт учить жизни. И почему у меня нет младшего брата, я бы на нём отыгралась...
  Идти на обед в царскую столовую мы наотрез отказались, мотивируя это тем, что нам рано ещё там появляться, по крайней мере до тех пор, пока сюда не доставят всех арестованных, согласно списка Чура. Естественно, Рао тоже остался с нами перекусить в условиях походной жизни, то есть в саду, правда за столом, а не на земле, но зато пища была приготовлена на костре, пахла дымком и была чертовски вкусной...
  - Старший брат, я вижу печаль на твоём челе, если это из-за заговора и предательства части твоего окружения, то не беспокойся, за пару дней мы эту заразу выжжем калёным железом.
  - Судя по тому, как ты взялся за дело, я уверен, что со скверной будет покончено очень быстро. Мне только одно не понятно - чего им не хватало? Осыпаны милостями, должностями и золотом, а всё равно злоумышляют против меня.
  - Они видят в тебе слабого правителя, который предпочитает задабривать, а не карать, в этом, я считаю, твоя ошибка. Достаточно было отрубить головы особо ретивым двум-трём боярам и всё бы успокоилось, но не в этом причина твоей печали, поведай, что тебя огорчает.
  - Ко мне обратились сразу пять претендентов на включение их в красную десятку, утверждающие, что в них проснулась древняя кровь, а как это проверить, я не знаю. Что посоветуешь Страх?
  -Это не проблема, сестрёнка тебе поможет. Анна, боевой меч старшего брата только подвергни зачарованию, но не делай именным. Кстати, заодно и сама пройдёшь проверку на включение в красную десятку, а то вдруг ты не та, за которую себя выдаешь?
  - Дурак ты, братец, а ещё старший рода, мало тебя матушка порола в детстве.
  - Но, но. Поговори мне ещё тут, дитя неразумное.
  - Вот видишь, самый старший брат, в каких условиях мне приходится жить? Рот затыкают, помыкают как хотят, нагружают грязной работой, и это называется заботой о сестре, младшей и единственной. Меня баловать надо, а потом отдать в заботливые руки мужа, а если они будут не заботливые, то я их отрублю по самые плечи и скажу, что так и было...
  Мы с Рао улыбнулись, после чего он встал, - А как зачарованный меч моих предков поможет определить достойных включения в красную десятку?
  - Очень просто. Его надо взять в руку и поднять над головой. Тот, кому это удастся, достоин быть в этом списке, а остальные - желаемое выдают за действительное.
  - Хорошо, примем это к сведению, а теперь мне пора в свою оружейную комнату, принесу боевой меч предков. Кроме меня никто не сможет открыть туда дверь.
  Анна, как обычно влезла, - А дочери? Ведь в них ваша кровь?
  Рао с удивлением посмотрел на неё, - Я об этом как-то не подумал. Надо будет попробовать, - и он быстрыми шагами направился в сторону дверей.
  Через некоторое время Анна поинтересовалась, - Брат, а почему ты не спрашиваешь у меня, понравился ли мне царь, или нет?
  - Аннушка, я не собираюсь тебя ни в чём принуждать, выбор за тобой, главное не ошибись. Такого понятия как развод в этом мире не существует, в этом случае, как правило, один из супругов внезапно умирает....
  Солнцеликий Рао появился в покоях своего первого советника только через три часа или около того. В руках он держал клинок в потёртых ножнах весьма непрезентабельного вида, - Вот, это боевой меч моих предков, давно его никто не брал в руки. Надо бы его почистить, но я торопился сбежать от дочерей - все уши прожужжали мне о боярине Страх. И когда только узнали о твоём появлении?
  - Больше всего вопросов, наверняка, задавала старшая?
  - Это и не удивительно, она у меня уже в возрасте невесты год как ходит.
  - Думаю, её интерес связан не с этим. Старший брат, твоя старшая не сильно, но замарана в заговоре против тебя. Давай мы вместе послушаем выводы моего начальника разведки и сыска боярина Жана Шарфей. Эй, кто-нибудь, позовите ко мне Жана. Кстати, как зовут твоих дочерей, старший брат, мне ведь наверняка придётся с ними познакомиться?
  - Старшая - Риола, младшая - Мила.
  Жан появился через несколько минут, поклонился всем одним общим поклоном, - Звали, господин?
  Ишь, хитрец, это обращение могло быть и мне и царю, а так, разбирайтесь сами.
  - Звал, Жан, расскажи первые результаты расследования заговора против солнцеликого Рао, мелкие подробности можешь опустить, только саму суть.
  Немного подумав и собравшись с мыслями, мой сыскарь начал свой доклад, - В заговоре против солнцеликого замешаны шестнадцать человек, все они из ближайшего царского окружения, кроме трёх, которые из царской дружины и охраны. Все они доставлены сюда и сейчас дают признательные показания, топя друг друга и выгораживая себя. Как вы и распорядились, господин, я всем тонко намекаю, что их слил боярин Кудря, который покаялся перед солнцеликим Рао и тем самым заслужил его прощение. Многие из них намекают на то, что царевна Риола ведёт тайную переписку с императором Веспа, но прямых доказательств этому нет - письма видели, но в руках их не держали.
  Основные положения заговора включают в себе следующее: - Внезапная кончина солнцеликого, так как официально наследница не объявлена, то трон передаётся по старшинству царевне Риоле; Сватовство императора Веспа и скорая женитьба на царевне, а затем включение Сармата в качестве провинции в состав империи Весп. Это лучший вариант. Худший заключается в прямом вторжении войск империи и силовое принуждение к вхождению в состав империи. - А затем Жан широко улыбнулся. - Ох и свинью вы подсунули императору, мой господин, когда устранили шесть воевод, которые его поддерживали и обещали свою помощь за сохранение своих привилегий.
  В настоящий момент император заканчивает подготовку армии вторжения и захвата новых земель. Она, по моим сведениям, будет насчитывать восемь тысяч человек и состоять из двух корпусов. Первый - корпус вторжения, будет насчитывать около трёх тысяч доспешных воинов. Цель - быстрый захват столицы и обеспечение женитьбы на царевне. Второй корпус - пять тысяч человек будет разделён на части и составит гарнизоны в покорённых городах и воеводствах. Часть нашего боярства предназначена для уничтожения, а их земли и имущество - передаче поселенцам из имперских земель.
  За участие в заговоре против солнцеликого Рао все предатели получали ежемесячное вознаграждение, так же подарки получала старшая царская дочь. В настоящий момент идёт уточнение, когда и каким образом заговорщики собирались нейтрализовать солнцеликого и кто в этом должен был непосредственно участвовать. О дальнейших результатах доложу завтра утром. И ещё, господин, пусть боярин Миха занимается вашей охраной и не лезет со своей помощью. Он костолом. Пусть уж лучше Карл проявляет своё искусство.
  - Жан, хорошо, что ты напомнил мне о начальнике моей охраны, пришли его ко мне. - Жан поклонился и тихо исчез из комнаты.
  - Интересно, брат, где ты находишь таких полезных бояр? Поделись секретом.
  - Секрета нет - я подбираю людей по их деловым качествам, смотрю, кто на что из них способен, и после этого назначаю на должности. А в качестве пряника женю их на наследницах боярского рода, как пришлых, с принятием имени. Боярышням деваться некуда - или в рабство, или замуж, ибо все они взяты на щит, за исключением Илии, жены Михи, она управительница всей моей вотчины. Небезызвестный тебе Миха - боярин Арчи, Устин - мой тысяцкий и командующий войском - боярин Торина, его заместитель и начальник стрелков Жак - боярин Шарфей. На подходе ещё несколько человек, которых я сделаю боярами по окончании компании против императора Веспа. Все они преданы царскому дому Сармата и служат не за страх, а за совесть.
  Анна! - позвал я сестру, - Ты собираешься заняться мечом старшего брата?
  - Собираюсь, но только после того, как вы закончите свои дурацкие разговоры.
  - Это почему же они дурацкие, сестрёнка?
  - Да потому, что вы наверняка обсуждали достоинства и недостатки женских прелестей претенденток в царские невесты. С десяток хоть успели обмусолить? Кобели...
  - А плёточкой, да по мягкому месту за непочтительное отношение к царской особе и старшему рода?
  - Да пошутила я, пошутила. Самый старший брат, пойдёмте скорее, а то у старшего действительно ума хватит меня полоснуть. А это знаете, как больно и обидно. Меч только не забудьте.
  Взяв царя за руку как малое дитя, она потащила его к стене и вскоре они скрылись за дверью древних.
  Появился Миха, - Звали господин?
  - Звал. Ты вот что, возьми-ка под свой надзор и солнцеликого, а то, раскрыв заговор бояр, мы можем спровоцировать их на попытку убийства царя, чтобы вызвать смуту и посадить на трон старшую дочь.
  - Я уже это сделал господин, два десятка приступили к его охране на всё то время, что мы будем находиться здесь.
  - Хорошо. Как там наш старичок канцлер?
  - Очухался и проспался. Рвётся встретиться с вами.
  - Что ж не поговорить с умным человеком, давай, веди его сюда...
  Прохаживаясь по спальне первого советника, я обратил внимание на неприметную дверь в стене, искусно спрятанную в настенной росписи. На картине был изображён старинный замок, вернее его часть, закрытая крепостной стеной и небольшой калиткой в ней. Вот эта калитка и играла роль двери, причём так органично была вписана, что если не приглядываться, то можно ничего и не заметить.
  ... - Боярин Чур, как самочувствие? Благодаря вам, заговор боярской верхушки полностью раскрыт. Были произведены аресты и сейчас полным ходом мои специалисты получают показания заговорщиков.
  Он затравлено огляделся и сглотнул слюну, - Вы подставили меня, угрозами и силой выбили признания, и теперь все остальные клянут весь мой род за предательство.
  - А при чем тут вы? - Я сделал удивлённое лицо. - Сведения я получил в полном объёме от боярина Кудри, он, кстати, единственный кто не арестован. Сбежал в своё поместье и сидит там как мышь, ждёт, когда всё затихнет. Так что вы, дорогой канцлер, ни при делах и страдаете так же, как и другие с той лишь разницей, что моя сестра вам оказала лекарскую помощь, а им она не светит. Можете даже похвастаться следами пыток и шрамами, но сейчас речь не об этом.
  Вы наверняка знали о переписке императора Веспа и старшей дочери солнцеликого. Так вот, я пытаюсь убедить своего царственного брата в том, что он не должен мешать счастью Риолы и отпустить её в империю, а вы должны будите её туда сопровождать в качестве опытного советника и наставника. Это всё лучше, чем живьём её поместить в подземелье и там или уморить голодом, или дождаться внезапной смерти от болезни. Через три месяца после их свадьбы, сможете вернуться в своё поместье, где встретитесь с семьёй и спокойно провести остаток своих дней в кругу родных и близких.
  - А если я откажусь?
  - Казнь. Поражение в правах всех родственников и продажа их в рабство, как соучастников преступления против короны. Женщины молодого возраста будут проданы в дома удовольствий, а мужчины в рудники и каменоломни. Подобная участь ждёт всех родственников заговорщиков-предателей Сармата. Выбор за вами. Сейчас вас проводят в отдельную камеру, так что день у вас на раздумье есть. Не смею вас больше задерживать.
  Эй, стража, распорядитесь от имени солнцеликого поместить первого царского советника в отдельную камеру....
  Где-то примерно через полчаса появились Анна и Рао. Аннушка сразу заявила, что у неё всё получилось, меч предков зачарован и уже претерпел изменения вместе с ножнами, но для чистоты эксперимента надо, что бы его попробовал взять в руки простой человек, кто-нибудь из стражи или охраны.
  - Старший брат, призови сюда своего телохранителя из местных и предложи ему взять в руки меч, а мы посмотрим на реакцию.
  С моего молчаливого разрешения в спальню втолкнули безоружного царского охранника, - Стив, - обратился к нему солнцеликий, - попробуй взять в руки этот меч. - С этими словами он взял клинок предков и положил его на небольшой столик.
  Охранник послушно подошёл к мечу и протянул руку, но, по-моему, даже дотронуться до него не успел, как получил ощутимый разряд и отлетел в сторону.
  - Спасибо, Стив. Получи свою награду, - Рао снял один из своих перстней и кинул его пришедшему в себя охраннику. Тот поймал его и с поклоном попятился к двери. И как только не промахнулся мимо?
  - Моему царственному брату надлежит уже сегодня объявить о том, что завтра состоится малый приём, на котором будет официально представлен старший боярского рода Страхов, а также проведена церемония проверки принадлежности к красной десятке её членов и претендентов на зачисление, после чего состоится пир. Думаю, к этому времени мои люди закончат с допросами и картина заговора будет ясна целиком. Да, и ещё, - не обижайся мой старший брат, но на время нашего нахождения здесь твою охрану будут осуществлять мои люди. Ты не забыл, что в числе заговорщиков были три человека из твоей дружины и охраны, так что надо проверить всех, а ещё лучше, полностью сменить своих телохранителей на новых. Своих не дам, самому нужны, к тому же, они моя личная гвардия и свою преданность доказали на поле боя.
  - Жадный ты, брат, раньше за тобой такого не замечалось. Ты всегда готов был поделиться со мной игрушками, если я просил.
  И опять вмешалась сестрёнка, - Самый старший брат, а хотите, я вас научу, как добиться от братишки целого десятка его вышколенных телохранителей, и при этом он сам с радостью их вам выделит? Только об этом я поведаю вам, когда его рядом не будет, иначе он выкрутится и у нас ничего не получится...
  
  15.
  
  Первой моей мыслью было - сестрёнка предложит царю взять её в жёны, но я тут же от неё отказался. Не пойдёт она на это в преддверии возможной войны с империей, появлении раненых и увечных, но больше в голову ничего не лезло.
  - Послушай, братишка, не хочешь сходить в сад и посмотреть, что там с ужином, а мы пока с самым старшим перекинемся парой слов наедине...
  Дрова в костре тихо потрескивали, похлёбка булькала в котле, а Миха колдовал над сервировкой стола. Увидев меня, он заулыбался, а затем нахмурился, - Скажите, господин, почему одним дозволяется больше, чем другим?
  - Не понял, поясни.
  - Жены Устина и Жака заставили их взять с собой в поход, в тайне от вас, а моя Илия спит в холодной постели.
  - Откуда ты это узнал?
  - Видел их в одной из повозок во время похода, я же их знаю, был на свадьбах у обеих, хоть они были и в мужской одежде.
  - Хорошо, я разберусь.
  Мне это очень не понравилось. Своевольство моих командиров могло печально кончится, особенно, когда в этом замешены женщины. Причин не верить Михе у меня не было, так что я решил, что как только воссоединись с войском, то сразу призову обоих молодых бояр к ответу. (Справедливости ради надо сказать, что Устин и Жак отпираться не стали и признались, что их жёны приезжали к ним на одну ночь. Кто-то им там наплёл, что именно после этого у них должны родиться мальчики, вот они и сорвались вслед войску, а на следующий день повернули назад. Одним словом - женщины.)
  Этот разговор однозначно испортил мне настроение, так что Рао и Анну я встретил хмурым видом и с раздражением в голосе спросил, - Ну что, насекретничались? Если да, то садитесь за стол.- Поел я быстро и первым встал из-за стола, - Анна, оставляю самого старшего на тебя, извините, но у меня дела.
  В сопровождении охраны я направился в самый дальний угол этого крыла царского дворца, где была устроена импровизированная пыточная. Ещё не доходя до трёх комнат, которые мои люди использовали для допросов, в нос шибануло потом, мочой, палёным мясом и свежей кровью. В первой комнате заканчивался допрос самого настоящего модного хлыща, он торопливо что-то диктовал писарчуку, поминутно оглядываясь на Жана, который с меланхоличным видом стирал большую лужу крови с пыточного стола, затем взяв ведро с дурно пахнущими внутренностями кого-то или чего-то, прошёл мимо хлыща и вывалил содержимое в большую бочку.
  Раздался голос писаря, - Мы закончили, он начался повторяться. Разрешите его отправить в камеру?
  - Отправляй. - Дождавшись, когда заговорщика выведут, Жан опять набрал в ведро внутренности и отнёс его к столу. Из угла достал ведро с кровью и ливанул её на стол, потом вытащил из жаровни раскалённые щипцы и зацепил ими из небольшой корзины кусок мяса. Сразу же неприятно завоняло палёным. Убедившись, что необходимый антураж создан, он крикнул, - Давай следующего.
  Я поинтересовался, - А Миха воспринял это представление всерьёз?
  Он кивнул, - Одно слово - костолом.
  Во второй комнате священнодействовал Карл. Багровые угли в жаровне давали мрачный, красноватый свет. Запах пыток уже меня не напрягал, а вот разложенный инструмент ввергал в дрожь. Как я понял, здесь тоже давили на психологию преступников, которые до ареста были уверены, что им ничего не грозит, а теперь оказались перед выбором - молчать и испытывать нестерпимую боль, или чистосердечно раскаяться, рассказать всё что знаешь и надеяться на милость солнцеликого.
  В третьей комнате на импровизированной дыбе висел обнажённый по пояс человек, весь в кровоподтёках, и синяках. Как пояснил мне обнажённый до пояса один из держиморд Анны, их попросили изобразить из себя палача и допрашиваемого. Всех бояр, которых вели на допрос, 'по ошибке' заводили в занятую комнату буквально на несколько мгновений, после чего препровождали в 'свою' пыточную. Некоторые от увиденного тут же теряли сознание, поняв, что время игр кончилось, а подвешенный громко стонал и корчился, - Я всё расскажу, всё расскажу... - в общем, самый настоящий спектакль с талантливыми актёрами.
  Ночь прошла спокойно, хотя Миха и удвоил посты, опасаясь, что оставшиеся заговорщики попытаются отбить своих товарищей. Особенно больших неприятностей ожидали от царских дружинников, даже с учётом что вся царская охрана была разоружена, их было во дворце более сотни. Однако, или мы обезглавили заговорщиков, или значительно преувеличили их силы и возможности. В любом случае, по докладу старшего караула, происшествий не случилось.
  Миха стоял у меня за спиной и ждал, когда я обращу на него внимание, чтобы дать пояснение, почему незнакомая девушка беспечно разгуливает по этому участку сада, да ещё в одиночестве. Скользнув по ней безразличным взглядом, я обратился к своему начальнику охраны, - Кто такая и что она здесь делает?
  Давно я не видел такой довольной физиономии у своего друга, - Это младшая дочь солнцеликого - царевна Мила. Вчера, когда вы ушли из-за стола заниматься делами, он сказал, что разрешил своим двум дочерям гулять в этом саду.
  Я сразу уловил его акцент на словах 'двум дочерям', - Ты хочешь сказать что всех нянек, мамок и их свиту ты сюда не пустил?
  - Именно так, да ещё пригрозил, что за неисполнение распоряжения солнцеликого могу вздёрнуть на ближайшем дереве особо недовольных. Подействовало. Вон в окна теперь выглядывают из свободных комнат.
  - А где старшая, которая Риола?
  - Пытается разговорить Жана, строит ему глазки, в надежде узнать результаты разбирательства с заговорщиками. Такое ощущение, что она чего-то опасается и всячески старается этого избежать.
  - Да знаю я чего она опасается. Если будет доказано её прямое участие в заговоре с целью свержения своего отца и передачи всей полноты власти своему, якобы жениху - императору Веспа, то её ждёт бесславный конец или на плахе, или в одиночной камере, будучи заживо похороненной в подвалах дворца.
  Я более внимательно посмотрел на младшую царевну - особой красотой она не блистала, обыкновенное милое личико, стройная фигурка, присущая всем четырнадцатилетним подросткам, но вод взгляд. Её глаза приковывали внимание и были очень похожи на глаза брошенного и забытого всеми щенка, который надеется всё-таки найти своего хозяина и поэтому готов вилять хвостом любому прохожему. Каким бы циником и жестокосердечным я не был, но пройти мимо такого щенка и не сказать ему пару ласковых слов, почесать за ухом, я не мог.
  А девушка бесцельно бродила между клумб, трогала и нюхала цветы, подходила к деревьям и гладила их стволы, листья... Я подошёл к ней со спины и своим вопросом испугал её так, что она вздрогнула и попыталась спрятаться за каким-то кустом.
  - Царевна, а где ваша сестра? Почему вы гуляете одна?
  Справившись с испугом и волнением она тихим голосом ответила, - А ко мне никто не подошёл, чтобы показать сад, а Риола куда-то ушла, наказав меня ждать её здесь и никуда не уходить. А вы знаете, молодой человек, как здесь тихо и хорошо. Я даже видела самого настоящего шмеля, который несколько раз пролетел мимо меня - такой толстый и важный, как камергер отца, который помогает ему одеваться. Вы не побудете со мной немного, пока сестра не вернётся, а то я боюсь встретиться с этим чудовищем - боярином Страхом. Говорят, у него из глаз вылетают молнии, а изо рта пламя и дым. Страх-то какой.
  - Не верьте досужим вымыслам, он обыкновенный человек, который одевается и выглядит точно так же, как и я. Единственное отличие от других в том, что он прямой потомок древних, ему многое дано. но и за многое спрашивается. А хочешь попробовать пищу, которой питается это чудовище? Приготовлено очень вкусно, на самом настоящем костре, с запахом дыма. ММММ, вкусняшка. Пошли вот по этой дорожке в глубь сада. Чувствуешь, как пахнет дымом? Да не бойся, за тем столом сам солнцеликий вчера дважды принимал пищу.
  Нам тут же накрыли на двоих, естественно без всяких разносолов - простая и здоровая каша с кусочками мяса и подливом. Настроение у меня улучшилось, и я с удовольствием стал есть. Глядя на меня и Мила попробовала сначала ложечку, а когда распробовала, то стала без стеснения уплетать за обе щеки.
   Вскоре к нам присоединилась Анна, - Доброе утро братишка. Смотрю, девушку себе нашёл? Давно пора, а то ходишь как бирюк всё один и один. Какие новости за ночь? Ах да, прошу меня извинить что сразу не представилась - я младшая сестра этого человека, зовут меня Анна. Буду рада если тебе, малышка, удастся растопить его ледяное сердце. Уж лучше пусть он начнёт встречаться с такой простой девушкой, чем с теми, кого ему начнёт подсовывать солнцеликий Рао.
  - Анна, прекрати.
  - Что прекрати? Дураку понятно, что солнцеликий обязательно попытается привязать тебя покрепче к себе, а для этого все средства хороши. Вот подсунет тебе в жёны свою младшую и ведь не откажешься от такого счастья...
  - Между прочим, ты сейчас сидишь с этой самой младшей за одним столом. Это царевна Мила, младшая дочь солнцеликого Рао.
  - Страх, это не смешно... Что, ты хочешь сказать, что это правда и ты сам с ней познакомился? Миха, ты слышал?
  - О чём госпожа?
  - Да садись и ешь, не стой столбом, сегодня денёк ещё тот будет. А речь я веду о том, что наш господин взял и сам познакомился с младшей царевной. Тебя это не удивляет, ведь он от юбок и платьев шарахается?
  - Не удивляет, это ведь я ему сказал, что она царская дочь. Не вижу в этом ничего удивительного, или вы считаете, что солнцеликий Рао напрасно называет его своим братом? А значит, царевна Мила приходится ему сестрой.
  - Так ведь он же не родной брат, а названный, значит она ему никакая не сестра.
  - Так об этом никто не знает, а солнцеликий и наш господин на эту тему не распространяются.
  Я стукнул ладонью по столу, - Всё, хватит. Довели девчушку до слёз? И кто вас просил чесать языки?
  Мила испугано смотрела то на меня, то на Анну и на её глазах наворачивались слёзы. Анна быстро встала со своего места, передвинула стул ближе к царевне, села рядом и обняла её за плечи, - Это судьба, девочка, а от неё, как известно, никуда не денешься. Быть нам с тобой родственниками.
  - Анна, переигрываешь, назойливостью своей переигрываешь. Миха, ты тоже в этом спектакле играешь свою роль? - мой друг опустил голову и ничего не ответил. - Мила, признай, что это отец просил тебя с раннего утра прогуляться в этой части дворцового сада? Ведь так? - Она тоже не ответила, а только кивнула головой. - О боги, как же мне надоели эти игры, я уже ими сыт по горло, и что вам неймётся?
  Неожиданно Анна вспылила, - Ты, между прочим, Страх, едешь не к тёще на блины, а на войну. И наверняка, по своему обыкновению, полезешь в самую гущу событий, а там ведь могут и убить. А у тебя, дурака, даже наследника нет. Ты об этом подумал? Я очень хочу, чтобы ты затащил в свою постель какую-нибудь девчонку и занялся с ней продолжением нашего славного рода, и мне плевать на то, царская это дочка или дочь простого горожанина. Ты понял это, дубина бестолковая?
  - Я смотрю, сестрёнка, ты никак не избавишься от своей дурной привычки сквернословить и ругаться? Не к лицу это будущей царице Сармата
  - А ты откуда знаешь, что Рао сделал мне предложение? Он что советовался с тобой?
  Наступила моя пора многозначительно промолчать, но потом я не выдержал, - Если б он этого не сделал, то я бы усомнился в его способностях принимать взвешенные и адекватные решения. Такими как ты не разбрасываются. И сегодня, когда станет известно, что ты войдёшь в красную десятку, вокруг тебя будет виться целый сонм претендентов на роль мужа.
  Анна фыркнула, - Я не дала ему ответ, а сказала, что подумаю и намекнула, что решающее слово будет принадлежать тебе, как старшему рода.
  - Царевна, если вы поели, то соблаговолите следовать со мной к тому месту, где вас оставила ваша старшая сестра, пока она не запаниковала и не переполошила весь дворец из-за вашего отсутствия. Слёзы только вытри. Что у вас за привычка чуть что, сразу плакать? ...
  Мы вышли на аллею, что вела к нашему крылу здания. У центральных ворот стояли солнцеликий и, видимо, его старшая дочь - Риола. Царь что-то выговаривал царевне и при этом даже размахивал руками. Неожиданно Мила дёрнула меня за рукав, привлекая внимание, - Давай немного постоим, не хочу туда идти, когда отец так машет руками, он зол и ругается. - Потом она внезапно провела своей ладонью мне по щеке, - А ты не бритый. Отец как-то сказал, что 'если мужчина на ночь бреется, значит он на что это надеется', так что тебе никто не греет постель. Это хорошо. Я уговорю царя выдать меня за тебя замуж, только не сейчас, а через год, когда я вступлю в возраст невест. Ты до этого не женись, ладно? Ты же ведь отцу не откажешь? - И как прикажите отвечать этому ещё наивному ребёнку с уже начавшей формироваться женской фигурой? А Мила продолжала, - А когда мы поженимся, то уедем к тебе, и ты разрешишь мне босой походить по траве и, даже, рвать цветы, которые растут не на клумбах.
  Наконец солнцеликий нас заметил и направился в нашу сторону, а его старшая дочь опрометью бросилась в здание. Мила вздохнула и пошла ему навстречу. Где-то на пол пути они встретились, перекинулись парой слов и разошлись.
  Старший брат начал без предисловий, - Я ознакомился с выдержками из опросных листов заговорщиков. Прямых улик, кроме наличия писем, на старшую царевну нет, но их пока не нашли. Я её предупредил, что если только она будет замешана в заговоре с целью моего убийства, то её ждёт публичная казнь и плаха. Сейчас обыскивают её покои и покои её доверенных подруг.
  - Пусть обыщут покои царевны Милы. Её сестра могла воспользоваться её наивностью и неопытностью.
  - Хорошо, я распоряжусь. Спасибо, что накормил младшую, ей у тебя понравилось и она испросила разрешение приходить сюда в гости. Я разрешил, ты, не портив?
  - Нет, конечно, но нам осталось воспользоваться, брат, твоим гостеприимством всего два-три дня, а потом мы отправимся нагонять мою дружину. Анна едет со мной, - поставил я его перед фактом.
  Он только кивнул головой, - Малый приём в твою честь и испытание всех желающих попасть в список красной десятки начнётся в полдень. Не опаздывайте. Анна будет участвовать?
  - Обязательно, только, старший брат, не торопи её с ответом на предложение, пусть подумает и определиться, неволить и навязывать свою волю, я не буду...
  Распорядитель, перекрикивая гул толпы и шум, зычно провозгласил, - Младший брат солнцеликого Рао боярин Страх и его сестра - боярыня Анна.
  Ишь, как хитро объявил - 'младший брат и его сестра', не назвав Анну сестрой солнцеликого. В зале сразу же возник рокот обсуждения этой новости, так как не многие помнили те времена, когда ещё прежний солнцеликий признал меня своим сыном и братом наследника трона.
  - Я прямо чувствую, как меня раздевают глазами, - прошептала мне Анна, пока мы с ней двигались в сторону возвышения, где величественно восседал царь с царевнами. При этом сразу же бросилось в глаза, что старшая дочь недавно плакала. Мне подумалось, что наверняка нашли письма и Риола доигралась в заговорщиков. Главное теперь её спровадить в империю к её женишку, который, наверняка, клялся ей в вечной любви. Если только в письмах имеются даже намёки на подобные слова, то вопрос о её высылке можно считать решёным. А если вдруг откажется на ней жениться, то станет изгоем для всех трёх коронованных семей властителей, или, как у нас раньше говорили - нерукопожатым.
  Солнцеликий Рао встал, неслыханная привилегия, пусть даже для царского брата, и громко произнёс, - Я рад видеть тебя, брат, в добром здравии - Мы с Анной преклонили колено. - И хочу поблагодарить за ту помощь, которую ты оказал мне в приведении опальных воеводств к порядку. Вместе с тем я не очень доволен тем, что ты вырезал все их семьи, а женщин и детей продал в рабство, некоторые из них могли бы ещё послужить на благо моего царства. Встань и займи место рядом со мной.
  - Это для меня неслыханная щедрость, которую я не могу принять, позволь мне сесть между царевнами, а моя сестра разместится у меня за спиной.
  - Будь, по-твоему. По окончанию приёма жду тебя в рабочем кабинете для беседы.
  А вам, мои подданные, сообщаю неприятное известие - мною раскрыт заговор. Часть вельмож, обласканных и приближенных мною к трону, переметнулись на сторону императора Веспа и предали интересы нашего царства. Они злоумышляли против меня, готовясь присоединить Сармат к империи. В настоящий момент они все раскаялись в содеянном и смиренно ждут решения своей участи. Окончательное решение я приму позже, после совета со своим братом и советниками.
  Я как можно кровожаднее улыбнулся и тут же обратился к царевне Риоле, - Умоляй отца, что бы он позволил тебе уехать к своему жениху, ссылайся на то, что любовь затмила твой разум и ты готова отказаться от своих притязаний на трон в пользу младшей сестры - царевны Милы. Я, со своей стороны, тоже попробую его уговорить помиловать тебя и заменить казнь ссылкой. Думаю, он ко мне прислушается. А сейчас ты должна поступить следующим образом...
  Пока присутствующие бурно обсуждали новость о заговоре и рассуждали кого нет на этом приёме и по какой причине, я успел проинструктировать Риолу и даже разжевать что и как она должна будет говорить, чтобы попытаться спасти свою жизнь.
   Когда гомон немного затих, старшая царская дочь встала со своего места и повернулась к солнцеликому. Звонким голосом, который дрожал от волнения, или она была прекрасной актрисой, она произнесла, - Перед лицом всех присутствующих я признаю, что тоже участвовала в заговоре с целью свержения солнцеликого Рао. - После этих её слов наступила гнетущая тишина, а Риола продолжила после небольшой паузы, - Любовь к императору Веспа затмила мой разум и заволокла глаза. Я раскаиваюсь в этом, и здесь, и сейчас, публично отказываюсь от каких-либо прав на наследство и царский трон в пользу моей младшей сестры, царевны Милы. Я об одном прошу солнцеликого - быть снисходительным к своей непутёвой, глупой дочери и отпустить меня к любимому, что бы мы могли воссоединиться в его империи. Клянусь ни словом, ни делом никогда не вредить царству Сармат и его царской семье.
  Как только она перестала говорить, я сразу же подошёл к царскому трону, - Старший брат, известно ли тебе, что в империи приготовлен восьмитысячный корпус для вторжения в наше царство и они ждут только повод, который им позволит это сделать? Им и придумывать ничего не надо - самодур отец решил казнить или заточить в темницу любимую императора, только не дать им воссоединиться, видя в этом угрозу своей власти. Кстати, реальной угрозы, но своим выступлением более чем перед сотней свидетелей Риола устранила эту угрозу, так как публично отказалась и от наследства и притязаний на трон. И ведь никто не скажет, что она это не говорила, или её принудили к такому заявлению под пытками. Надо бы будет ещё всё это оформить в письменном виде и скрепить подписью пока ещё царевны и царской печатью.
  - Эти сведения точны, или ты только что это придумал?
  - Если б я это придумал, то не гнал ускоренным маршем своё почти двухтысячное войско, чтобы захватить перевал и перекрыть дорогу прежде, чем туда подойдут войска императора. Солнцеликий, неужели твои царские советники тебе ничего не докладывают о том, что твориться за пределами царского дворца и столичного округа? Если это так, то повешение будет для них слишком лёгкой казнью. Хотя, впрочем, о чём это я, если твой канцлер и первый советник возглавлял заговор. Естественно, сам ничего не докладывал и другим не давал. По моим сведениям, три тысячи доспешных воинов составляют ударный отряд, они ломают любое сопротивление, захватывают столицу и под шумок избавляются от всей царской семьи. Затем пять тысяч, разбитые на отдельные отряды, захватывают столицы воеводств, вырезают часть бояр и замещают их своими, прибывшими из империи. С боярином Жаном, моим начальником разведки и сыска ты уже знаком, не доверять ему у меня оснований нет. И платил он за все эти сведения частью жизнями своих людей, частью полноценным золотом. Мой тебе совет, старший брат, возьми время для принятия решения и перейди к проверке достойных войти в красную десятку. Это хоть как-то скрасит негативные новости от предательства старшей царевны и твоих царедворцев.
  А присутствующие бояре гудели и обсуждали скандальные новости, пока царь не встал со своего трона. Когда наступила относительная тишина и то, только после того, как я пригрозил за непочтение к царской особе вырвать языки некоторым болтунам, он проговорил, - Своё окончательное решение по бывшей царевне Риоле я приму к завтрашнему утру, сейчас приказываю ей удалиться в свои покои и не выходить оттуда без моего разрешения никуда.
  Брат, - обратился он ко мне, - выставь свою охрану у её дверей, твоим людям я доверяю больше чем своим. - Солнцеликий устало сел на трон и подперев голову рукой, задумался.
   Я поднял руку и тут же Миха ответил мне таким же жестом, показывая, что он всё слышал и приступил к выполнению поставленной задачи.
  - А теперь, внимание! - Голос царского глашатая разнёсся по залу. - В последнее время сразу несколько человек обратились к солнцеликому Рао и сообщили о том, что в них проснулась кровь древних и они претендуют на включение в красную десятку. Наш великодушный государь разрешил им пройти испытание боевым мечом его предков, а заодно проверит соответствие красной десятке её членов, уже входящих в её состав. Для этого достаточно будет взять меч в руку и поднять его над головой. Недостойный этого сделать не сможет. Первым будет сам солнцеликий Рао...
  
  16.
  
  Слуги быстро вынесли накрытый красной тканью стол, и установили его на некотором удалении от трона, на который император, сняв с пояса, положил свой меч, предварительно вытащив его из ножен.
  Затем он взял меч в руку и вскинул его над головой, подождал несколько мгновений и положил на стол, - Как видите, я достоин быть внесён в списки красной десятки. Прошу следующего из уже внесённых в списки пройти проверку.
  Подошёл настоящий гигант и легко поднял меч, да ещё покрутил его над головой, а потом положил на место. Солнцеликий громко произнёс, - Боярин Свет подтвердил своё право быть в красной десятке и пользоваться всеми привилегиями.
  Следующим подошёл ещё почти мальчик, лет пятнадцати - семнадцати. Немного неуверенно он взял меч в руку, замер на мгновение, затем широко и радостно улыбнулся и воздел его над головой. Светлоликий так это прокомментировал, - Наследник боярского рода Родомыслов подтвердил своё право состоять в красной десятке, с чем я его и поздравляю, - и царь снисходительно похлопал мальчишку по плечу.
  Затем к столу подошёл я и продела все предписанные манипуляции с небрежностью бывалого мечника и опытного бойца, то есть не удержался и выполнил несколько финтов и выпадов, словно пробуя, как боевой меч династии сарматов лежит в моей руке. В этот раз Рао был краток, - Брат Страх подтвердил своё право, - а я положил меч на красную скатерть.
  Следующим был дородный боярин в богатых одеждах. Он даже толком не дотронулся до рукояти, когда его отбросило на несколько метров. Когда он немного пришёл в себя и отряхнул свою одежду, то завопил, - Так не честно, требую ещё одной попытки. Я один из богатейших бояр царства и моё место в красной десятке не подлежит сомнению.
  - Это ваше право, боярин Треш, но должен вас предупредить, что третье прикосновение может оказаться для вас смертельным. Оружие древних не терпят лжи и обмана.
  Боярин решительно подошёл к столу, но к мечу руку тянул очень осторожно, готовый отдёрнуть её в любой момент. На этот раз очень многие увидели злые синие молнии, что буквально укутали руку незадачливого претендента. Его вновь швырнуло на пол, но в этот раз он резво с него поднялся и попытался садануть по мечу кулаком. Яркое сияние окружило его со всех сторон и на пол упали хлопья чёрной сажи и несколько драгоценных камней, а сам боярин исчез в этой вспышке навсегда.
  Солнцеликий печально произнёс, - А я ведь предупреждал, что оружие древних не терпит лжи и обмана. Боярин Трещ и весь его род вычёркиваются из списков красной десятки как утратившие древнюю кровь.
  Следующим подошёл мужчина болезненного вида. Он с трудом поднял меч над головой и со стуком уронил его на стол.
  - Боярин Глоб, вас давно не было видно, что-то случилось?
  - Я сильно болел, государь, а кое кто воспользовался этим обстоятельством и стал разорять мои земли и насильно переселять моих крестьян в свои владения.
  - Это кто же такой смельчак, который осмелился напасть на представителя красной десятки, зная, что на его защиту выступят все красные? Сотни моих дружинников хватит, боярин, чтобы покарать зарвавшегося?
  Это мой сосед, боярин Рытвин, к несчастью мой дальний родственник. А насчёт сотни дружинников - не знаю, государь, у этого боярина в дружине ходят триста воинов.
  Рао весело спросил, - И что, он посмеет выступить против царя?
  - А что ему мешает, - это уже я вмешался в разговор, каждое слово которого ловили присутствующие на приёме, - дать по шапке царским дружинникам, а потом со всем своим добром и домочадцами уйти под крыло императора Веспа? Тут, старший брат, твоим дружинникам делать нечего, только кровью умоются. Давай-ка я отправлю пару-тройку десятков своих головорезов, а то засиделись они у меня без дела.
  - А твои, брат, справятся?
  - Справятся, только вот пленных не обещаю. Непринято в моей дружине пленных брать, вырезаем всех под корень, особенно тех, кто противопоставляет себя твоей воле и твоему величию. Хотя распоряжусь молодых девок и детей не убивать, а продавать в рабство, как военную добычу.
  На том и порешили. Я заметил, как от дверей в мою сторону, непочтительно всех расталкивая, продирается Миха, - Солнцеликий Рао, позволь обратиться к брату? - Царь великодушно кивнул головой, а сам придвинулся к нам, чтобы слышать, что же собирается мне поведать начальник моей охраны.
  - Господин, нельзя отправлять два или три десятка, остальные обидятся и решат, что вы им не доверяете. Предлагаю от каждого десятка выделить по пять воин, а в десятках пусть сами определяются, кто достоин, а кто нет. Двадцать пять ваши гвардейцев - это сила, тем более, что местные и рядом с ними не стояли, не в обиду вашей солнцеликости сказать.
  - На твоё усмотрение, боярин Арчи. Ты слышал, всех мужчин, имеющих хоть какое отношение к роду Рытвин - под нож, девок и детей - в рабство. С боярином Глоб определитесь, какая часть добычи достанется вам за участие, но не более трети взятого на щит, а то знаю я вас, так и норовите урвать побольше. Иди распоряжайся, да передай Жану, что он остаётся за старшего, или ты не будешь участвовать в карательной акции?
  - Как это не буду? А кто будет следить за тем, чтобы простой люд не трогали и крестьянских девок не портили? ...
  К столу подошёл распорядитель и громко всем сообщил, что ещё два боярина, которые раньше входили в красную десятку от прохождения испытания отказались и согласны с тем, что их вычеркнут из этого списка.
  - А теперь настала очередь тех, кто объявил, что в них проснулась древняя кровь и настаивает на включение в красный список.
  Первым подошел неуклюжий и худощавый паренёк, он для чего-то вытер свои руки об одежду и с отчаянным видом схватил рукоять меча, немного подождал, словно не веря, что его никуда не швырнуло и он ещё живой, потом пританцовывая стал крутить мечом над головой, выкрикивая, - Я же говорил, а вы мне не верили. А ведь я вам говорил. Теперь и жениться можно...
  Сам солнцеликий взял меч из его рук и положил на стол, - Сам ты, юноша, теперь жениться не сможешь. Тебе жену будут подбирать из боярского рода, в котором хоть чуть-чуть, но присутствует древняя кровь, хотя твоё мнение будет учитываться. Таковы правила, но я действительно рад, что красная десятка пополняется новыми членами и что боги не забывают своих детей. Назови своё имя юноша и род, к которому ты принадлежишь.
  - Я Атик, сын боярина Юна Болюс
  Когда кутерьма немного улеглась, к мечу подошла Анна и это вызвало ступор у всех присутствующих, кроме нескольких знающих. А когда она спокойно взяла меч в руку и показала несколько финтов, наступила мёртвая тишина. Наслаждаясь всеобщим вниманием сестра елейным голосом проговорила, - Вчера вечером я ещё нашла проход и склад древних в стенах этого дворца где хранится достаточно их металла и показала его солнцеликому. Но он всё равно настоял на том, чтобы я обязательно участвовала в испытаниях, хотя для чего - не понимаю. У меня есть свой именной, зачарованный клинок, который выковал мне мой брат, непробиваемая никаким оружием кольчуга, которую я сплела для себя и нескольких друзей сама из специальной пряжи древних, для чего мне это испытание - не понимаю.
  - Боярыня Анна Страх, это обязательная процедура для всех тех, в ком течёт сильная кровь древних, - с трудом подавляя смех проговорил солнцеликий Рао. - Не нами это правило установлено, не нам его менять. Единственное затруднение в том, что если для избранных мужчин прописаны правила подбора им невест и будущих жен, то для женщин, учитывая то, что вы вдова, ничего подобного нет. Придётся как следует покопаться в книгохранилище, особенно в ещё неизученной её части...
  Сообщение о том, что боярыня Анна свободная женщина, вызвало эффект разорвавшейся бомбы, а если правила для женщин не установлены, то она может сама выбрать себе мужа... Было интересно наблюдать, как часть присутствующие разделились на два лагеря, в одном преобладали девицы, которые старались поближе протолкнуться к долговязому новичку красной десятки, а вторая состояла из холостых мужчин и юношей, которые пытались обратить внимание сестры на себя. Анна же, чертовка, всем ласково улыбалась, кого-то даже приветствовала лёгким кивком головы, чем вызывала недовольство солнцеликого...
  Я считал, что уже прекрасно знал, что такое пир, но оказалось, что я знал, что такое пирушка. Это как сравнивать банкет в дорогом ресторане с дружеской пьянкой в гараже. Все места были расписаны заранее, за спиной у каждого удостоенного чести присутствовать на этом мероприятии стоял вышколенный слуга, который следил за тем, чтобы блюда попадали на тарелки в строгой последовательности, без всякой отсебятины и независимо от пищевых пристрастий. Так что, хочешь ешь, хочешь глотай слюну и жди очереди приглянувшегося куска мяса.
  Красная десятка сидела за отдельным столом во главе с солнцеликим Рао, но нас предупредили, что через час к нам может присоединиться любой желающий, а я-то думал, для чего такой огромный стол для нескольких человек, а оно вон что, оказывается. Так же любой из красной десятки мог пересесть за общий стол. Дождавшись, когда старший брат встанет и пересядет к Анне, как бы демонстрируя свои намерения не выпускать такую крупную удачу из своих рук, толпа придворных обоих полов ринулась за наш стол. Возникла небольшая неразбериха, правда без мордобоя и женского визга, чем я воспользовался и перебрался на место возле царевны. Уж теперь-то меня ни одна боярышня не достанет. Мила правильно поняла мои намерения и положила свою руку на мою, как бы говоря всем остальным девицам и вдовушкам, что им здесь ловить нечего, однако это не совсем помогло - всё равно вокруг нас образовался небольшой кружок жаждущих моего внимания, ведь царевна ещё не достигла брачного возраста, и не сможет дать мужчине то, до чего они так охочи, пока молоды и не насытились.
  - Царевна, а сколько мы должны просидеть за столом, прежде чем сможем сбежать отсюда, не нарушая этикета, порядка и правил поведения, с учётом того, что мы прибыли из глухих мест, весьма удалённых от столицы.
  - Не прибедняйтесь боярин, очень многие внимательно следили за вашей с сестрой манерой есть и пользоваться имеющимися приборами. Даже я, выросшая во дворце, такого изящества не видела, а для вас это было обычной повседневностью.
  Не буду же я объяснять царевне, что правила застольного этикета в меня вдалбливали в питерской кадетке несколько божьих одуванчиков, которые ещё наверняка помнили нашествие Наполеона и московский пожар 1812 года.
  - Страх, не стоит налегать на это, якобы лёгкое вино. Оно через некоторое время ударит не только по ногам, но и в голову. Не забывайте закусывать, не хочу общаться с пьяным.
  - А это разве вино? Я думал, что это какой-то сок, спасибо, что предупредили, так как я предпочитаю обходиться без пива, браги и вина в жизни - с детства к этому не приучен, - мне пришлось налечь на закуски, слова Милы я воспринял весьма серьёзно.
  Через некоторое время мне было заявлено, что мы сможем теперь сбежать из-за стола, так как всё внимание было переключено, во-первых, на солнцеликого и Анну, которая кокетничала направо и налево, а во-вторых, на Атика, который краснел и смущался от столь пристального внимания многочисленных девушек из знатных семей.
  Мы одновременно встали из-за стола и взяв царевну под руку, чем вызвал её удивление таким обхождением, направились к дверям. Как только мы вышли из зала, я с облегчением прислонился к стене, - Простите царевна, но меня действительно начинает штормить и кидать из стороны в сторону. Посмотрите пожалуйста, где тут мои охламоны их личной охраны, они проводят меня в покои, где я смогу без помех проспаться. Брр, какое неприятное чувство, когда твоё тело тебе неподвластно.
  - Не стоит, что бы ваши люди видели вас в таком состоянии, я сама вас доведу до такого места, где вы сможете прийти в себя и вас никто не побеспокоит.
  Теперь уже она взяла меня под руку и куда-то повела непонятными переходами и коридорами...
  Проснувшись утром, я обнаружил себя в незнакомой комнате, с разбросанной по полу своей и женской одеждой. Повернувшись, я увидел спящую Милу. Не сразу, но сообразил, что мы оба были в кровати обнаженными. С тревогой взглянул на её волосы и вздохнул с облегчением - ленточка в волосах присутствовала, а значит между нами ничего ночью не было. Хотя, а вдруг было, и она просто не успела её снять с головы? А тут ещё одеяло немного сползло с царевны, и я увидел несколько свежих засосов на её шее и левой груди. Уверен, такое же будет и справой стороны. Вот это я влип. Мозг стал судорожно вспоминать местные законы в части касающейся лишения девственности девушки не достигшей возраста невесты, но в голову ничего не шло. Пока мои мысли со скрипом ворочались в голове, Мила завозилась и открыла глаза.
  - Страх, ты ночью заставил меня делать такие непристойные вещи, что даже воспоминания о них заставляют меня краснеть и негодовать.
  - Я смотрю, у тебя ленточка в волосах...
  - До этого, к счастью не дошло, хотя и было весьма близко. Ты завёл меня до такой степени, что я была готова на всё. Интересное слово - завёл, оно сродни слову довёл? ...
  Но ты сказал, что до свадьбы ни-ни, а потом сунул мне в рот свой отросток, а потом ещё заставил глотать всякую гадость, что из него брызгала. И ещё наставил мне на теле цветов любви, которые теперь сойдут только через несколько дней. Как это понять, боярин Страх? Я жду объяснений.
  - А какие могут быть тут объяснения и оправдания, если это чёртово вино лишило меня всяческих нравственных тормозов и пробудило самые низменные инстинкты? У меня очень давно не было никого в постели, вот я и сорвался с цепи.
  - С одной стороны я очень рада, что ты берёг себя для меня, а с другой - такими вещами надо заниматься только после свадьбы, когда мы станем одним целым и в подобном единении не будет ничего постыдного.
  А мне подумалось, что в этом мире ещё не вошли в моду женские платья с декольте и открытыми плечами, а глухой ворот поможет скрыть сделанное мною безобразие. Надо будет поинтересоваться у Анны, она сможет хоть чем-нибудь помочь, чтобы ускорить рассасывание этих цветов любви. Через час мы привели себя в порядок, и я выглянул за дверь. Блин, ну спасибо Жану, теперь только слепой не увидит, что я ночь провёл в спальне царевны - два моих охранника подпирали стены справа и слева от дверей, а мимо, как бы случайно, прогуливались придворные и гости. Это навело меня на мысль о том, что всё это сделано преднамеренно и мне так захотелось это проверить, что я не удержался и приказал одному из своих сторожей принести мне мою седельную сумку. Её вскоре принесли, и я попросил Милу расстегнуть ворот. Пока она мучилась с крючками на шее, я достал бутылочку самогона и смочил небольшую тряпицу. Как только шея и несколько цветов любви открылись, я тут же провёл по ним эликсиром боярина Страха и о чудо, они исчезли с кожи девушки.
  - Раздевайся, буду тебя лечить.
  - Это ещё зачем? - Мила с тревогой посмотрела на меня. - Я не больная.
  - Раздевайся и что бы без разговоров...
  Пришлось даже немного применить силу, зато, словно по взмаху волшебной палочки один за другим засосы исчезали с кожи царевны. Я даже немного помацал её грудь - ничего так себе, в меру мягкая и упругая.
  - Вот и всё, Мила. Солнцеликому можешь сказать, что больше моей ноги в его дворце не будет. И сама тоже постарайся даже ненароком мне не попадаться на глаза - прибью не задумываясь. - Оставив дрожавшую девушку с ворохом платья, я вышел из её спальни. - Парни, объявите всем, что мы все уходим отсюда, сначала в мой дом, а потом на соединение с нашей дружиной. Кто останется здесь, может забыть о своём месте в отряде и на глаза лучше мне не попадается - повешу без зазрения совести как предателя. Исполняйте, а я в конюшню, седлать Мару...
  Через полчаса почти все мои воины и даже Анна уже были за пределами царского дворца. Быстро собрав всё своё имущество, мы неторопливо тронулись в сторону дороги, которая вела на тракт, по которому уже проследовали мои дружинники. Не забыл я отправить посыльного и к Михе, что бы заканчивал там наводить порядок и догонял нас. Пока мы неторопливо тряслись по дороге, поджидая несколько человек отставших, я рассказал всё Анне.
  - Ну а что ты хотел? Знаешь же, что цель оправдывает средства, а царь совсем не желал упускать такого как ты, вот и пошёл на прямой подлог. Уверен, что и в вино была подсыпана какая-нибудь дрянь, что бы ты отрубился и ничего не помнил. Благо со мной такой фокус не прошёл, и я вовремя сбежала в свою комнату, а там держиморды зарубят любого, кто попытается ко мне войти. Это будет тебе хорошим уроком, братик, а то ты уж больно расслабился...
  Через сутки нас нагнал Миха со своими карателями и с присоединившимися к его отряду опаздунами, но трёх человек я так и не досчитался. Жан получил задачу - разобраться, добровольно они остались во дворце, или их там оставили силой, а мы на это время свернули в небольшой лесок, где и остановились на отдых и приведение себя в порядок.
  Жану понадобилось два дня, чтобы установить, что все трое содержатся в царской тюрьме и о никаком добровольном уходе с моей службы не может быть и речи. Я достал свой нож, последнюю память о родном мире и перевёл Михе надпись на его лезвии, - 'пленных не берём, своих не бросаем'. Сестра поддержала моё намерение...
  - Готовимся освобождать своих из царских застенков. Жан, попробуй найти скрытые подходы к царской темнице, привлеки к этому Карла, он в этом спец. Если ничего не найдём, то пойдем на открытый штурм. А сейчас надо найти проводника, который сможет провести нас к столице тайными тропами, а затем и к дворцу, не привлекая особого внимания. Анна высказала предположение о том, что коль дворец творение рук древних, то наверняка они предусмотрели и возможность незаметно попасть в него. Мне тут же вспомнилось, как я попал в свой особняк, используя указания фамильного кольца, а что, если и здесь попробовать так же?
  Проводника, который вывел нас скрытыми путями к стенам столицы, мы нашли очень быстро. Просто задержали браконьера, который охотился в царских угодьях и предложили ему на выбор - быть повешенным или заработать десяток золотых. Естественно, он предпочёл десяток монет и действительно вывел нас самым коротким путём к городской стене, а ещё за пять монет показал и скрытый подземный ход, который позволял ему незаметно уходить на охоту и возвращаться с добычей. В разведку я пошел с личным десятком, разом припомнив все, чему меня учили мои отцы-командиры, с нами увязался ещё Карл, заявив, что у него богатый опыт проникновения в подземелья и нюх на поземные ходы. И, действительно, через метров сто, что мы крались вдоль дворцовой стены, он остановился и сказал, что здесь надо всё как следует осмотреть.
  - Уж очень удобное место для подземного хода, господин. Не знаю почему, но мой внутренний голос говорит, что тут надо как следует пошукать, особенно в районе вон той могилы, что находится явно не на своём месте.
  Ход открылся, как только Миха догадался повернуть могильный камень вокруг своей оси на 180 градусов. Деревянная лестница, что вела вниз от старости сгнила, так что для того, чтобы спуститься вниз пришлось использовать верёвки. Пахло сыростью, воздух был затхлым, а потом мы вышли в каменный коридор и там мой перстень показал мне проекцию двери, и я не удержался открыл её. Вот не было печали, а теперь появилась - мы оказались в зале, полностью заставленном небольшими сундуками с золотом и камнями.
  - Всё, уходим, ничего не берём, но обещаю, что мы сюда ещё вернёмся...
  Обратный путь до каменного коридора в этот раз показался мне значительно короче, и мы действительно минут через семь-десять оказались в пустой камере без двери. Это были уже царские темницы и неровный свет факелов показывал, что тюремщики сюда заходят. Вскоре мы услышали могучий храп, который издавала огромная туша в кожаном переднике на голое тело и большой связкой ключей на поясе. Тюремщик долго хлопал глазами не понимая, кто и как оказался перед ним и почему к его горлу приставлен длинный и острый кинжал. Договорились мы с ним очень быстро - сведения в обмен на жизнь, с обещанием крепко связать и навесить люлей, что бы его никто не заподозрил в предательстве.
  Своих гвардейцев мы нашли в одной общей камере, где их избитых приковали к стене. Один из них, с трудом ворочая разбитыми губами и опухшим языком сообщил, что на них сначала накинули сеть, а потом накинулись с дубинками и оглушили. Допрашивал первый раз сам царь, он то и предложил поступить к нему на службу в качестве личной охраны с чином десятника. После отказа он приказал нас приковать к стене, не давать ни пить, ни есть и периодически слегка избивать, добиваясь согласия служить ему.
  На обратном пути группа сопровождения пострадавших гвардейцев ушла вперёд, а я с несколькими гвардейцами нанёс 'визит вежливости' в хранилище. Это была адская работа - перетащить все сундучки к дворцовой стене, затем закрепить их частями на спины лошадей и отправить к крепостной стене, где их разгрузить... Восемь ходок пришлось сделать, прежде чем комната с царской казной опустела. Закрыв проход древних, я заулыбался, представив удивление доверенного лица, когда он придёт проверить или пополнить очередной сундук.
  Уходили от стен столицы мы намётом теми же короткими тропами, которые нам показал браконьер. Вернувшись в лесок, где нас ждали основные силы моего отряда и перераспределив свою добычу, мы начали движение к намеченной точке встречи с дружиной. На это у нас ушло пять дней и то благодаря тому, что Анна уступила одну из своих повозок под ценный груз, тем самым сняв нагрузку с боевых лошадей. Она только покачала головой, выслушав мой рассказ, заявив, - Везёт по жизни только дуракам и пьяницам, интересно, братик, к кому ты относишься? ...
  
  17.
  
  После воссоединения у меня было достаточно времени, чтобы определиться, в первую очередь для себя, стоит ли продолжать выполнение возложенной на меня стариком Лиром миссии или плюнуть на всё и начать марш в обратную сторону, но по другому маршруту.
  Разведку люди Жана теперь вели в двух направлениях - империи и солнцеликого, и, как оказалось не зря. Если с императором всё было ясно, он начал уже стягивать свои войска к границе и перевалу, то Рао объявил сбор ополчения, включая боярские дружины и посадскую пехоту. Оставалось только уточнить, против кого готовились эти силы - против императора Веспа, или против боярина Страха. Я, почему-то считал, что против меня. К такому выводу я пришёл после того, как разведчики доложили о том, где происходит сбор войска Рао. Он стремился перекрыть основной путь, по которому я буду возвращаться домой. И я далёк от мысли, что он готов пожертвовать столицей и царским дворцом для того, что бы не пустить войска империи в глубь страны...
  В штабной шатёр вошли Жак, Жан, Миха, Устин и Анна - мой ближний круг.
  - Я вас собрал, чтобы определиться с нашими дальнейшими планами. Следует ли нам, как планировалось ранее, противостоять захватнической политике империи Весп, или вернуться в свои края и там приготовить достойную встречу захватчикам? Прошу высказать свои суждения. Анна, тебе первое слово.
  - Я за то, чтобы надрать Веспу уши, иначе он не успокоиться, ведь амбиции императора распространяются на все четыре исторически сложившиеся территории. Пока он не получит по зубам, он не успокоится. По-моему мнению, неуча в военном деле, стоит перейти границу и встретить противника на его территории, как бы показывая, что он совсем не неуязвимый и может получить то, что уготовил для других. У меня всё.
  Затем слово взял Жак, - Я предлагаю обозначить своё присутствие на перевале, выстроить там каменную крепость, которая надёжно закроет этот единственный проход в наши земли. Это остановит войска императора и заставит их повернуть назад.
  - Не согласен, - взял слово Жан. - Армии собираются не для того, чтобы потом вернуться в казармы. Однозначно будет несколько штурмов этой крепости, а если Веспу удастся её захватить или разрушить и орды обозлённых захватчиков ринутся в мирные земли Сармата? Представляете, чем это закончится?
  Предлагаю отступить и дать возможность экспедиционному корпусу перейти границу, а потом на заранее подготовленных позициях встретить врага и разбить его. Это остудит некоторые горячие головы в окружении императора, да и его самого заставит задуматься о целесообразности дальнейшего наступления.
  Ему тут же возразил Жак, - Это может привести к затяжному военному конфликту, а мы знаем, что империя давно готовилась к нападению на Сармат, в отличии от нашего царства, да и сильнее нас империя. К длительной войне солнцеликий не готовился, он вообще ни к чему не готовился.
  - Устин, слушаю тебя.
  Тысяцкий прокашлялся, словно собирался произнести целую речь перед большой аудиторией, - Дружина должна перейти на территорию империи, внезапным ударом разгромить её наиболее боеспособные войска, затем так же решительно ударить по ополчению и рассеять его, потом совершить марш к стенам столицы, где несколькими отрядами кавалерии разорить усадьбы и имения наиболее одиозных сторонников войны, после чего вернуться на свою территорию и приступить к строительству крепости. Она действительно нужна. Тот, кто контролирует перевал, тот контролирует торговлю, а торгаши могут очень быстро поменять свою позицию, как только почувствуют, что вместо прибыли от присоединения новых земель у них сплошные убытки. У меня всё.
  Миха тоже прокашлялся, - У нас, грубо говоря, две тысячи воинов, против нас, наверняка, более восьми тысяч тех, кого можно поставить в строй. Даже если бить их по частям, потери неизбежны. Значит надо будет просить у солнцеликого вспомогательные войска, которые расползутся по империи и начнут разорять усадьбы местной знати. План с маршем к столице поддерживаю.
  - Значит так, дорогие мои военноначальники, поступим следующим образом - Миха, готовь письмо солнцеликому с требованием выделить в моё распоряжение строителей и каменщиков с запасом продуктов и инструментом. Открытым текстом можешь заявить, что, если их через неделю не будет, мы уйдем в свои земли и пусть он сам со своим ополчением встречает имперские войска. Завтра поедем на перевал и посмотрим непосредственно на местности, где будем закладывать крепость. Это первое. Второе - войну будем вести на территории врага. Лихим и неожиданным ударом громим доспешные войска, затем нападаем на лагерь основных сил и жжём все приготовленные запасы за исключением тех, которые заберём себе. Далее посмотрим по обстановке - или идём на столицу, или громим усадьбы бояр, сторонников войны. По-моему, они все за войну, так что жечь будем все, что находятся вблизи столицы. Никаких громоздких трофеев и большого обоза, мы должны быть быстрыми и долго на одном месте не задерживаться...
  С утра размерная жизнь полевого лагеря была взорвана новостью о скором начале боевых действий на территории империи и началом подготовки к вторжению. Однако обычной суеты уже не было, я бы даже сказал, что дружинники радовались тому, что безделье, надоедливые тренировки и смотры закончились. Наивные, они не знали главного правила - затрахать свои войска так, чтобы схватка с врагом была для них за счастье.
  Перевал представлял собой широкий каменный коридор в толще горы, шириной метров пятнадцать с большой площадкой посредине в виде правильного круга. Это была граница, как на это указывали два столба с гербами Сармат и Весп. Это место как нельзя лучше подходило для строительства крепости, вот только со стройматериалом была проблема. Гладкие стены коридора не брали никакие инструменты, так что камень придётся брать у подножья и поднимать сюда. Фундамент тоже не удастся создать, а значит стены придётся делать хоть и толстые, но не высокие. Пока Миха и Жак лазали и осматривали всю местность, хотя что там смотреть я не понимал. Стены были гладкими и отполированными, вероятно этот коридор элементарно выжигали каким-нибудь мощным лазером или ещё чем нибудь, не менее мощным, типа плазменной пушкой, больше на ум ничего не приходило, а вот круг меня заинтересовал. Почему именно круг, а не напрашивающийся квадрат, как более подходящая фигура, но ведь древние так просто ничего не делали...
  Решение пришло, как мне кажется, через полчаса, солнце как раз встало у нас над головами и стали хорошо заметны круги, которые расходились от центра к стенам и там терялись. Это следы посадки космического корабля или какого-то механизма, который сначала выжег эту площадку, а потом используя свою технологию прожёг коридоры в одну и другую стороны, расплавив породы до состояния легированной стали. Даже мой меч не смог поцарапать пол или стены, хотя, если использовать сверло из металла древних, то может быть что-нибудь получится. Фу, какая фантастическая чепуха лезет в голову, совсем мысли не в ту сторону повёрнуты.
  Вернулись разведчики Жана и принесли вести о том, что на расстоянии одного конного перехода на стороне Весп никого нет, даже купеческих обозов, что было весьма странно. Вывод напрашивался однозначно - вторжение начнётся скоро, а ещё меня удивило отсутствие таможенного поста на выходе с прохода. А кто тогда собирает дорожный сбор и подати, или это здесь не принято? И вообще, границы как таковой не существовало и общение между государствами походило на проходной двор.
  В лагере меня ждал долгожданный сюрприз - в штабном шатре, в самом углу, скромно сидел старец Лир и с удовольствием уплетал походное варево.
  Вскоре в шатре собрались ближние и командиры среднего звена от полу сотника и выше. Не размусоливая, я сразу же сориентировал их на то, что в ближайшие день-два мы выступим и перейдём границу, так что надо ещё раз всё проверить, особенно копыта лошадей, исправность сбруи и конской защиты, наличие полного комплекта запасных стрел и болтов, копий и щитов. На Лира никто не обращал внимания, так что я понял, что он использует одну из своих способностей - отводит глаза или остаётся невидимым для других. Когда совещание закончилось, я всех выгнал из шатра, заявив, что мне надо побыть одному и помыслить о высоком. Однако наедине с волшебником побыть не получилось - пришла Анна и сразу выдала, - Это что за старик? Шпион твой, что ли?
  - Ты его видишь?
  - Конечно. Сидит какой-то сморчок и глазками сверкает. Кожные покровы имеют нездоровый серый цвет, под глазами мешки как после грандиозной пьянки или загула. Тебе, дед, надо поберечь себя, особенно печень, а то ненароком помрёшь раньше времени, да и с женщинами надо завязывать - не чаще одного раза в неделю.
  Страх, я что пришла. Ты же ведь не собираешься оставлять своих раненых, когда они появятся, на территории империи, а значит надо будет создать эвакуационный отряд, который будет доставлять их сюда, в лагерь, под присмотр моих лекарей и травниц. Сама-то я буду с вами, оказывать первую медпомощь прямо на поле боя. Вот, я тут кое какие наброски сделала, на досуге посиди, подумай. И не забывай, видимая забота о раненых поднимает боевой дух войска ничуть не хуже, чем твои зажигательные речи и горсти золота. Дедок, не болей! Я пошла готовится к выходу. Ах да, со мной пойдёт ещё помощница и два моих охранника. Знаешь, кто у меня в помощницах?
  - Аннушка, извини, не до тебя. Взяла и взяла, тебе виднее, а меня такими пустяками не напрягай. Всё под твою ответственность. - Сестра надула губы и вышла, если б была дверь, наверняка она ею хлопнула бы.
  - Эта женщина унивет?
  - Я предпочитаю называть её своей сестрой, к тому же она, на удивление, оказалась стоящим лекарем, который уже не одному десятку моих воинов вернул здоровье. На меч её обратил внимание? Зачарованный, именной, к тому же видит двери древних и может брать их вещи в руки. Хотел свести её с Рао, но увидев, какая он непорядочная сволочь, теперь и близко его к сестре не подпущу. И вообще, старик, если б не данное тебе слово, я бы давно увёл своих людей домой. А теперь давай, колись, зачем пожаловал.
  - Царская казна твоя работа?
  - Моя, не буду скрывать. Эта цена за моральный вред и причиненные мне нравственные переживания и страдания, причиненные подлостью Рао, а ещё компенсация за арест и пытки трёх моих гвардейцев, которых он захватил в плен и склонял к измене. Это он ещё легко отделался, первоначально я вообще хотел ему устроить порку, но потом передумал - ведь после неё он неделю сидеть не сможет и многие догадаются. А он всё-таки царь, хоть и дерьмо приличное.
  - Солнцеликий сожалеет о произошедшем и приносит свои извинения.
  - Ага, именно для этих извинений он собирает боярское и поместное ополчение и перекрывает мне дорогу для возвращения домой. И заметь, он не собирается защищать ни столицу, ни свой дворец от возможного нападения войск Веспа, иначе его войска бы стояли совсем в другом месте. Старик, я не сопливый юноша и в состоянии анализировать поступки и их последствия. Можешь передать, что Анны ему не видать, я лучше выдам её за императора Веспа. А что, это идея. На хрена ему нужна эта Риола, если есть невеста из красной десятки с кучей способностей. Хотя нет, сестра нужна самому, так что пусть ищет себе мужа такого, что согласится перебраться к нам жить. И ещё, намекни ему, что я хорошо усилился. Ко мне подошло подкрепление, - более двух сот полностью экипированных и обученных всадников из моего воеводства, которых я распределил по отрядам. Так что если он задумал какую-то пакость, на троне будет сидеть другой человек.
  Лир кивнул головой, - Когда планируешь начать действовать?
  - Как только доспешные императора приблизятся к границе, так проще трофеи переправить к себе и выделить толику царю, а то он скоро с протянутой рукой по миру пойдёт. Козёл вонючий, развести меня хотел, а о дочери даже не подумал. Каково ей сейчас, опозоренной. - Я махнул рукой - Ещё что-нибудь?
  - Нет, всё что я хотел, услышал. Планами твоими специально не интересуюсь, чтобы ненароком не проболтаться солнцеликому. Зла на него особо не держи, уж очень велик был соблазн - жена и зять прямые потомки древних с ворохом способностей, тут у любого, как ты говоришь, крыша может поехать. Ему бы вместо сонного зелья подсыпать тебе в вино любовного, что бы ты сутки с младшей не слазил, тогда бы всё и уладилось, а так... - он махнул рукой и медленно растворился в воздухе, а я оторопело смотрел на тающий силуэт. Вот же паразит, а притворялся, что не умеет перемещаться в пространстве. Или умеет, но это требует большого расхода энергии, зря что ли Анна обратила внимание на его нездоровый вид...
  Я сидел за столом и бездумно смотрел в одну точку. Мысли тяжело ворочались в голове и никак не хотели настраиваться на рабочий лад. Не переборщил ли я с подобными заявлениями в адрес солнцеликого и почему я думаю о нём только плохо?...
   В шатёр заглянула Анна, она всё ещё обижалась на меня и смотрела исподлобья, - Выглядишь усталым, Страх, тебе надо отдохнуть. - Из поясной сумки она вытащила небольшой пузырёк, набрала в кружку немного воды и накапала в неё семь капель, потом немного подумала и добавила ещё одну. - Выпей, гарантирую заснёшь без сновидений на несколько часов и проснёшься с ясной головой, полный сил и энергии. - Я улыбнулся. - И чего мы лыбимся? Лекарство пить не хочешь? Не боись, не отравлено.
  - Я вспомнил, как Мила предупреждала меня не увлекаться тем самым вином, которое сильно бьёт не только в ноги, но и в голову. Предупреждала что ли? А ещё Лир говорил, что мне вместо сонного отвара надо было в вино налить любовного зелья, что бы я сутки с Милы не слазил. - Я опять глупо улыбнулся, - Она бы такой марафон не выдержала...
  Воду я выпил залпом и вскоре почувствовал, как глаза мои слипаются помимо моей воли, сильные руки меня подхватывают и переносят на лежанку, а потом полный провал. Проснулся я только утром, когда солнце стояло уже высоко и в шатре вкусно пахло. За столом сидел Миха и что-то мурлыкал себе под нос, неужели стихосложением занимается? Сладко потянувшись, до хруста в костях, я сел на топчан.
  - Кто мне скажет, сколько я продрых без задних ног?
  - Недавно боярыня Анна заходила, сказала, что вы, господин, скоро проснётесь. А, по её мнению, вы спали более девятнадцати часов, почти двадцать. Хотя не понятно, как это она так точно вычислила?
  - Миха, ты не забыл, что она теперь из красной десятки? А одна из наших способностей - чувствовать время. Значит двадцать. Какие новости, что случилось, пока я спал?
  - Да нет никаких новостей, разведка бдит и следит за доспешными Веспа, в лагере всё спокойно, готовятся к выходу, чистят и точат оружие, в который раз проверят подковы, а сейчас ждут обед.
  В шатёр влезла голова одного из моих охранников, - Пришло донесение - войска Веспа начал движение к границе!
  Всю лень как рукой сняло. - По местам стоять, с якоря сниматься, - весело проорал я, понимая, что время ожиданий прошло и настало время действий. - Миха, вызывай ближних и старших.
  - Пришло наше время, друзья. Рассусоливать не буду, всё уже давно решено и назначено. Напоминаю, на той стороне, до особого распоряжения, костры не разводить, лошадей в табуны не сбивать. Как только точно узнаем, в каком месте противник встанет на отдых, начнём осторожно сближаться с ним. Атакуем на рассвете! Порядок выдвижения остаётся прежним. Первая рота в авангарде, через час после неё начинает движение моя гвардия и основные силы дружины. Затем обоз и его охрана. В лагере кроме больных никого не должно остаться.
  - Господин, командиры взводов докладывают, что у них больных нет. А те, кто были, уже поправились и оставаться не желают.
  - Устин, из состава обозных назначь старшего, который будет следить за порядком, принимать имущество и грузить на телеги. Не забудь про лекарей и травниц, проследи лично, что бы пологи для раненых были натянуты заранее...
  В назначенный срок рота вышла из полевого лагеря. Как я не крепился, а усидеть на месте не смог, мне всё казалось, что без меня сотник сделает что-нибудь не так, не доглядит, пропустит. Не то что бы я ему не доверял или ещё чего, просто обычный мандраж требовал немедленного действия. Оставив всё на тысяцкого, через десять минут после того, как последний всадник покинул расположение, я, в сопровождении своего десятка, усиленного гвардейцами, отправился вслед.
  Недочёты выдвижения роты сразу бросились в глаза и мне пришлось её движение остановить, отозвать ротного в сторону и там намылить ему холку.
  - Почему не выслано походное и боковое охранение? Вы что, на прогулке? А если вражеские дозоры заметят вас, и вся наша внезапность пойдёт коту под хвост? А может быть вы продались императору и действуете так специально? - Бедный сотник то краснел, то бледнел, покрывался крупными каплями пота. Вскоре парные патрули были высланы вперёд и по бокам, а впереди основной колонны шел десяток дружинников с самострелами.
  К счастью мои опасения оказались напрасными, на своей территории враг вёл себя очень беспечно Разведчики Жана установили место ночной стоянки доспешных дружинников и доложили, что ни охранения, ни постов нет.
  - Вроде как на пикник собрались сволочи. Уверены в своей силе, ничего, за беспечность заплатите большой кровью, - шипел я в ухо Михе, рассматривая разбросанные то тут, то там костры и слушая весёлый гомон вражеских воинов. Вернувшись к своим, я позвал сотников. Первоначально планировалось охватить весь полевой стан полукругом, но потом стало понятно, что это не даст ожидаемого результата. Бить надо в центр слитным кулаком, а потом четыре роты рассекают лагерь на сектора и уничтожают его. Пятая рота в это время ждёт беглецов и уцелевших, перекрыв и блокировав дорогу в тыл.
   Особую роль я отвёл своим стрелкам из состава гвардии - им было запрещено участвовать в общей схватке, они должны были наблюдать за тем, чтобы нигде не образовалось очага организованного сопротивления. Если будут замечены даже намётки на это, они должны будут расстреливать всех с расстояния.
  Я конечно понимал, что мои гвардейцы не утерпят и влезут в побоище, поэтому приказал Михе усилить мой десяток охраны ещё двумя десятками стрелков и мечников. Резерв на всякий случай нужен был, и я его создал.
  Время тянулось до безобразия медленно, рассвет всё никак не хотел наступать, хотя лагерь имперцев давно уже угомонился и заснул. На фоне костров было хорошо видно, что многие на ночь сняли с себя доспехи и укрылись лёгкими одеялами. У моих воинов такого не было, и эта задумка мне понравилась.
  Почти час мы добирались в темноте до того места, где оставили своих лошадей, что бы они своим ржанием не выдали нашего присутствия, хотя конных, особенно среди начальников, у доспешных хватало.
  Прибыл гонец от командира пятой роты, он сообщил, что в двух лигах отсюда обнаружен обоз дружинников и испрашивал разрешение двумя взводами атаковать его, а один взвод и его резерв останутся блокировать дорогу. Я разрешил, но не раньше, чем начнётся наша атака на основной полевой лагерь имперцев
  Наконец-то начало сереть, и эта длинная ночь вступила в свою завершающую стадию. Поднялся небольшой туман, что было нам только на руку. Мои четыре роты начали выдвижение к лагерю, принимая по ходу боевой порядок. За его основу я взял так называемую казачью лаву, благо в лагере мы успели провести три полноценные тренировки. Исходил я из того, что ранним утром будет весьма проблематично действовать копьями. (В наиболее общем виде лава - это особый боевой порядок кавалерии при атаке, характеризующийся разомкнутым строем и построением в одну шеренгу (с резервом в глубине). В первом эшелоне действовали 1,2,3 рота, а 4 чуть отстав играла роль резерва для решения внезапно возникающих задач. Я очень надеялся, что дружинникам удастся сохранить боевой порядок и не превратиться в неорганизованную толпу.
  Гладко было на бумаге, да забыли про овраги. Всё, чему учили и все тренировки пошли насмарку, как только сотни стали набирать скорость. Я требовал, чтобы наступление хотя бы на первых порах велось без крика и воплей, чтобы раньше времени не поднять тревогу на дальних концах полевого стана. Куда там, поднялся такой ор, что некоторые лошади моего отряда стали не только прядать ушами, но и приседать на задние ноги. Оказывается, надо тренировать не только воинов, но и их лошадей, что бы не пугались шума.
  В общем, такого бардака я ещё не видел. Единственное подразделение, в котором сохранился определённый порядок, была 4 рота. На её долю досталась зачистка и дружинники справились с этой задачей блестяще. Вопящая толпа понеслась вперёд, затем через некоторое время развернулась и понеслась назад. Управление было полностью утеряно и мне оставалось надеяться только на то, что дружинники не посбивают друг друга в боевом азарте. Дело дошло до того, что я уже был готов отдать приказ своим стрелкам выбивать лошадей у вырвавшихся вперёд ополоумевших дружинников, однако трезвые головы нашлись и в сотнях. Уже достаточно рассвело, чтобы видеть, как несколько человек стали нагонять орущих и сбивать их с лошадей. Ещё двух ссадили мои стрелки. Основная масса стала придерживать лошадей, непонимающе озираться. А тут до ближних донёсся мой грозный командирский мат, причём я ругался на великом и могучем русском языке...
  Как оказалось, больше всего неадекватных было в первой роте. Десятники и взводные потеряли управление, а ротный куда-то сгинул с частью своего отряда. И мои подозрения о его предательстве вспыхнули с новой силой.
  Перехватила беглецов пятая рота и не только перехватила, но и спутав их с имперцами почти всех посекла. Быстрый допрос раненых показал, что я был прав и они действительно были подкуплены людьми императора. Гниль пошла от того пополнения, что пришло последним и которое я распределил по ротам. Вскрылась очень неприглядная картина, в которой оказались замешены два воеводы из моих соседей. Именно их 'добровольцы' мутили воду и даже умудрились уговорить на предательство сотника. Это был мой позор и моя недоработка, так как командиров такого уровня утверждал я лично...
  Конец первой части. Продолжение следует.
  Часть вторая. А оно мне надо?
  
  1.
  
  Первый сумбур от полной и безоговорочной победы улетучился, как хмель после похмелья несколькими каплями нашатыря, разведённого в воде. Пришла пора разобраться, что произошло и почему все наши наработки и тренировки не дали желаемого результата, отчего возник весь этот бардак, как в наши ряды проникли предатели и почему их не выявили сразу? Вопросов и проблем возникло столько, что у меня на первых порах голова пошла кругом. Но, как говорил командир третьей пулемётной роты Саня Захарычев, 'нет такой проблемы, которую не смог бы разрешить наш офицер в хорошей компании да под хороший закусь'.
  В один день первая рота была расформирована и раскидана по другим подразделениям, всё её командиры разжалованы до статуса простого дружинника, а всё прибывшее пополнение вновь перелопачено, что позволило выявить ещё трёх подозрительных добровольцев от тех же бояр воевод. Вид изготовленных виселиц быстро развязал язык одному из них и позволил арестовать ещё двух 'засланных казачков'. Оказывается, воеводы Когута и Фаргала очень не желали моего возвращения в родные пенаты и ради этого наняли за золото несколько наёмников, которые согласились при случае, в горячке боя, избавить этот мир от боярина Страха. Перекупив сотника первой роты, они должны были сорвать организованную атаку, поднять шум и панику, а когда я лично ринусь наводить порядок, нашпиговать меня арбалетными болтами, для чего ротный должен был отвлечь меня разговором. План был неплохой, но я поступил иначе и самолично порядок наводить не ринулся.
  Выступая по отдельности пред каждой ротой, рассказал о предательстве и попытке сорвать наше внезапное нападение, организации неразберихи и хаоса на поле боя. - Именно поэтому первая рота расформирована. Костяк предателей из числа наёмников оказался в ней. Но всю скверну мы не уничтожили. Наверняка остались те, кто сейчас начал вести разговоры о том, зачем нам эта война, мы взяли богатую добычу, её надо по-братски поделить и возвращаться домой. А если командиры начнут мешать, то их можно и того, а дома сказать, что погибли в бою, проверять то никто не сунется в чужие земли...
  В третьей роте из строя вытолкнули двоих, - Вот эти гады именно так и говорили, мол поделим добычу и домой, пока целы. - И эти из прибывшего пополнения, только уже подарок от воеводы Корина и тоже бывшие наёмники. Их связали, и я попросил Карла выбить из них всё что знают и что не знают, тоже.
  Ближе к вечеру пришла уставшая Анна, - Восемь тяжелых, у всех ранения в спину, из них три десятника первой роты. Рубили их конные, для спешенных раны расположены слишком высоко. У нас завёлся скрытый враг. Что думаешь делать?
  - Первые меры уже принял. Первую роту пришлось расформировать, из числа прибывшего пополнения выявлены наёмники трёх воевод, которым ставилась задача моего физического устранения и разложение дружинников, склонение их к прекращению боевых действий и возвращение с уже захваченной добычей домой. Допросы ещё идут, так что картина полностью ещё не ясна. Но уже сейчас понятно, что это дело рук императора Веспа, вернее его золота. А ведь я просил Рао прислать доверенных бояр на должность воевод, а он прислал крыс.
  Не волнуйся, Аннушка, планы менять не будем. Завтра после публичной казни предателей отправимся к лагерю основных сил императора. Знаешь, мне даже захотелось, чтобы он узнал о нашем приближении и вывел свои войска в чистое поле, а то я боюсь повторения того бардака, что был, когда мы громили доспешных.
  - Мне нужны ещё четыре возка для транспортировки раненых в наш лагерь. Я их почистила и зашила, но им нужен покой и хороший уход, а я даже не знаю, как они перенесут дорогу.
  - Слышишь, кандидат наук, а у вас что, полевую хирургию и организацию эвакуации раненых не преподавали? Самый простой способ, подвесить носилки с ранеными на ремнях, но так, чтобы они сильно не раскачивались, но и не закрепляя их намертво. Сейчас я тебе чертёжик от руки сварганю.
  На такой случай в штабной палатке всегда был запас пергамента, перьев и чернил, так что много времени это не заняло. Больше пришлось объяснять Анне как всё это крепить в возках, но как говориться, - 'с помощью зубила и какой-то матери' я справился.
  - Знаешь, брат, я поражаюсь разнообразию твоих знаний. Раньше я считала всех офицеров грубыми солдафонами, знающими только 'есть, так точно' и умеющими виртуозно материться.
  -Эти наблюдения ты сделала в Бурденко? Не забывай, что этот госпиталь для блатных и приближённых. Простому смертному попасть туда очень трудно. А подавляющее большинство блатных из холуёв. Ладно, не будем о больном и болезнях армии, тем более, что всё это осталось там, куда нам уже не вернуться. Если у тебя всё, то иди отдыхай, а мне ещё надо поработать с разведчиками, оружейниками, а затем завернуть к Карлу. Как думаешь, если я ему пожалую боярский титул с небольшой вотчиной, это сильно разозлит царских лизоблюдов?
  - Конечно разозлит, да ещё как, только зачем тебе это надо?
  - Хочу почистить царское окружение от спесивых и готовых на предательство, но, как говорится - всему своё время. Всё, иди, не мешай работать.
  - Ко мне не хочешь заглянуть, проведать раненых?
  - Прости, сестрёнка, не до этого сейчас, да и твоей заботы им вполне хватает.
  Анна ушла, а я стал читать донесения наших разведчиков, которые с их слов составлял Жан, оставляя самое важное. А важным было то, что всё пятитысячное войско пришло в движение и направляется к перевалу, в уверенности, что доспешные уже хозяйничают в Сармате. Итогом всех этих донесений известие, что к войску присоединились отряды некоторых воевод и теперь эта орда насчитывает около семи тысяч человек. По последним данным, двигаются они двумя колонами по разным дорогам и должны соединиться возле какой-то деревушки почти пред самым перевалом. Это обстоятельство я и решил использовать, чтобы разбить их по частям. Однако слухи о том, что первый отряд доспешных оказался почти полностью уничтожен невесть откуда взявшимся войском Сармата достиг ушей императора или его полководца, так что движение колон сначала остановилось, а затем они попятились назад и воссоединились у городка Сибур.
  Теперь и нам приходилось держать ухо востро, чтобы раньше времени не раскрыть свои намерения, так как боярин, которому было доверено руководить войсками, оказался весьма сведущим в военном деле и в разные стороны были отправлены разъезды и небольшие заставы, чтобы обнаружить нас.
  Устин присмотрел неплохое место для генерального сражения, которое облегчало действия конницы и затрудняло перемещения спешенных воинов. Рекогносцировка, проведённая мною лично, подтвердила его выводы о благоприятном рельефе местности и возможности устройства простейших инженерных заграждений. Более того, у меня возникло несколько интересных мыслей о том, как нанести урон противнику ещё до начала главного сражения. Суть моего плана заключалась в том, чтобы создать специальные укрытия для стрелков и оттуда обстреливать проходящие мимо отряды атакующей пехоты. А если они попытаются обойти и выбить моих воинов с позиций, то конница атакует их во фланг...
  Пришлось самому облазить всю местность и уже на ней раздать конкретные указания где и что сооружать и строить. Был построен деревянный частокол с местами для стрелков, который перегораживал дорогу к перевалу и с боков имел глубокие овраги, которые не так-то просто было преодолеть. Количество амбразур составляло ровно треть от наличия стрелков и позволяло после залпа второй шеренге занять свои места и прицелиться перед залпом, после этого вступала в действие третья шеренга, а первая к этому времени уже заканчивала перезарядку арбалетов. На всё про всё я выделил по десять болтов на каждого, после чего им следовало оставить свои позиции и отойти на вторую линию обороны. Она состояла из возов и телег без колёс, за которыми могли укрыться все стрелки разом и вести выборочный обстрел противника. Пять болтов на человека, после чего очередное отступление, но предварительно следовало поджечь телеги и возки. А уж затем, когда пехота вырвется на простор, дать ей немного продвинуться вперёд, для чего изобразить беспорядочное отступление стрелков, а затем атаковать таранным копейным ударом в самый центр наступающих. Прижать их сначала к догорающим телегам, а затем загнать в узкое дефиле между оврагами, где и добить окончательно. При всём при этом пятая рота в свойственной ей манере должна обойти противника и ударить ему в тыл, громя полевой лагерь и обоз, внося сумятицу, неразбериху и панику. Роль наживки в виде стрелков должны будут играть мои гвардейцы, как наиболее дисциплинированные и управляемые дружинники. Лишние потери мне были ненужны, а они были неизбежны, если не действовать слаженно и в соответствии с сигналами управления. В этот раз в резерве я оставлял только свой личный десяток, зато решил расчехлить карабин и использовать его по полной программе...
  Войско императора Веспа клюнуло на наживку, ведь пятая рота заранее ушла на свою позицию и семитысячной орде противостояло чуть более тысячи человек, часть из которых была спрятана в лесу в двух лигах от поля боя. Наши войска стремились создать у противника впечатление лёгкой победы и малочисленности.
  На подготовку к сражению у нас получилось пять дней, хотя я рассчитывал только на три дня. Задержка, как я потом узнал, была связана с прибытием императора и его желанием лично командовать разгромом этих недомерков из Сармата, что попробовали бросить вызов могучему и непобедимому войску империи. Кстати, количество имперских войск возросло до девяти тысяч, в основном за счёт боярского ополчения, что решило принять участие в разгроме врага и захвата новых владений и грабеже побеждённых.
  Радовало только одно, - никакого взаимодействия между отрядами ополчения не было, каждый действовал в меру испорченности своего боярина и их войска более походили на неорганизованную толпу, нежели на войска. Основную угрозу представляла имперская полутысяча и те пять тысяч, что готовились заранее к вторжению в наше царство. Я предполагал, что у полководца, поставленного рулить войском вторжения, было достаточно времени, чтобы если не потренироваться в совместных действиях, то хотя бы о них договориться, но Жан меня заверил в том, что единства у них нет и четыре отряда поместной дружины соперничают между собой. Это тут же мне напомнило о разгроме объединённого княжеского войска на Калке из-за спеси и распрей между князьями, их спорах о первенстве и старшинстве...
  Утро перед сражением выдалось тихим и безветренным. В безмолвном молчании мои гвардейцы занимали позиции и готовились к бою. Наступило тревожное ожидание. Внезапно тишину нарушил многоголосый вопль радости - это император вышел поприветствовать свои непобедимые войска, после чего уже тишины не было. Имперцы выходили на поле и строились в боевой порядок в виде гомонящей толпы, а потом нестройными рядами пошли на штурм наших укреплений. По моим прикидкам в первой волне атаки участвовало никак не менее полутора тысяч воинов. Их встретили дружные залпы арбалетчиков, а так как смена осуществлялась достаточно быстро, то даже у меня сложилось впечатление, что стрельба ведётся из автоматического оружия. Наступающие отхлынули, усеяв поле перед частоколом множеством убитых и раненых. Наступила небольшая передышка. К чести полководца, он быстро сообразил и первые ряды атакующих прикрылись большими деревянными щитами. Стрелять теперь на предельных дальностях не представлялось возможным и нам пришлось подпустить имперцев на тридцать - сорок шагов, именно с этого расстояния болты пробивали щиты насквозь. Дважды к имперцам подходило подкрепление, и они дважды доходили до частокола и, даже, его частично разрушили.
  Был отдан приказ отступать на второй рубеж обороны и мои гвардейцы организовано отошли, забрав с собой семь человек раненых, которых ещё не успела эвакуировать в тыл служба спасения. Победный рёв, треск ломаемых брёвен и имперские флаги над частоколом. Очередная порция подкрепления догоняла первую волну или то что от неё осталось. Быстро и без суеты стрелки заняли места за телегами и возами, здесь уже они действовали самостоятельно, но позиции без приказа не покидали. Пять болтов - это пять минут боя, так я думал вначале, а оказалось, это почти полчаса непрерывного обстрела, что позволило сбить наступательный порыв имперцев после захвата первого рубежа. Посчитав, что этого времени более чем достаточно для того, чтобы подготовить телеги и облить их маслом, я отдал приказ на отход и поджёг второго рубежа.
  Какими бы храбрецами имперские воины не были, но даже на глазах у императора никто из них не рискнул преодолеть море ревущего огня. В бессильной злобе они смотрели, как убегают эти трусливые сарматовцы, что боятся сойтись в честной схватке лицом к лицу с непобедимыми храбрецами империи Весп. Наконец огонь стал опадать и уже некоторые храбрецы стали перебираться через него, чтобы уже на другой стороне попытаться построиться в колонны для преследования противника. Пришлось ждать ещё минут двадцать, прежде чем основная масса перевалит через остатки второго рубежа обороны и ускоренным шагом, разбившись на две колонны устремиться к нашему лагерю, где царила паника, бегали и кричали специально назначенные люди, ржали лошади и бестолково двигались телеги с поклажей. Складывалось впечатление, что лагерь поспешно оставлен и только немногие возчики ещё пытались хоть что-то спасти из имущества, что было загружено в возки и телеги. Это прибавило сил имперцам, и они перешли с быстрого шага на бег. Внезапно послышался стук множества копыт по сухой земле и в дело вступили мои усиленные конные роты. Вторая и третья, в построении клин, легко рассекли пехоту противника, а четвёртая рота, развёрнутым фронтом, добивала тех, кто уцелел от таранного удара. Прикрытые защитной кожей, с масками на мордах, издалека наши лошади казались страшными чудовищами, на спинах которых восседают воины в блестящих кольчугах, прикрытые щитами и вооруженные острыми копьями, что пробивают любые доспехи и с которых легко стряхиваются тела насаженных.
  Воины Веспа в страхе бросились бежать и их вначале прижали к обгоревшим остовам второго рубежа, а потом и к остаткам частокола. Видя такой разгром, император отправил в бой свою личную полутысячу. Это не смогло остановить обезумевших от страха, но могло задержать наше продвижение. Вот тут-то и пригодился мой десяток и карабин, а также, успевшие сесть на своих лошадей и даже частично пополнить свой боезапас, гвардейцы. Сближаться и вступать в рукопашную с ощетинившимися копьями стройными рядами смысла не было, и мы принялись расстреливать элиту императора с расстояния.
  Все пятьсот человек остались на поле боя, ни один не побежал и тем самым они выиграли время для императора, что бы он смог 'поспешно отступить для призыва подкрепления'. В этот раз мой приказ пленных не брать касался только боярского ополчения, которое собралось на прогулку в царство Сармат для грабежа и обогащения. Вскоре к нам присоединилась и пятая рота, которая успешно справилась со своей задачей - захватить обоз и разгромить лагерь. От командира роты я узнал, что по пути к полю боя им встретился приличный конный отряд, который они сходу взяли на копье, но всех добивать не стали, так как торопились к нам на помощь. Впоследствии я узнал, что император был выбит из седла и только благодаря доспехам из металла древних, остался цел и даже без видимых ран и царапин.
  Победа была полная и окончательная. На поле боя мы остались ещё на трое суток, собирая и сортируя трофеи, оказывая помощь своим раненым и десятку имперцев из элитного отряда, пока пленные хоронили своих павших. После чего, отрезав каждому по одному уху, их отпустили по домам, предварительно предупредив, что если они в следующий раз попадут в плен, то их просто повесят или закапают вместе с погибшими живьём.
  Свою задачу моё войско выполнило с минимальными потерями, надолго отбив у императора охоту и желание нападать на наше царство, с целью присоединить его к себе. Трофеи были богатые и не только оружие и доспехи, а также золото и серебро для выплаты жалования, посуда из благородных металлов, меха, шатры благородных и трусливых бояр и много другой всячины.
  На следующий день был назначен марш в сторону границы, куда уже было отправлено несколько обозов с добром, правда самые ценные трофеи я придержал и решил сопровождать их лично.
  Однако утром все наши планы были порушены. В штабной шатёр вихрем ворвалась Анна.
  - Брат, попроси всех выйти.
  - Всех? Даже ближних?
  - Всех, а потом уже будешь сам решать, кому довериться. - Когда все вышли, Анна без сил опустилась на скамейку, - Имперцы захватили Милу, наследную царевну.
  - Действительно сногсшибательная новость, а теперь давай подробности.
  - Помнишь, я тебе в самом начале похода говорила, что у меня появилась помощница? А потом несколько раз просила навестить меня, что бы вы могли встретиться? Речь шла о царевне. Она считает себя виноватой перед тобой и решила таким образом хоть немного обелиться в твоих глазах, но ты был сильно занят, и ваша встреча не состоялась. Учитывая, что вскоре должно было состояться решающее сражение, я отправила царевну домой под предлогом сопровождения обоза с имуществом, предназначенного для царя. Она убыла, и я вздохнула свободно, а сегодня под утро мне доставили одного из сопровождавших этот обоз. Во время возвращения на них напали, причём ждали именно их, так как перед ними прошли телеги с припасами для дружины и их не тронули. Охранник уцелел случайно, стрела прошла по касательной и пробив кольчугу, застряла на выходе, а удар мечом, когда добивали раненых, не задел жизненно важных органов. Краем глаза он мог наблюдать, как царевну схватили и потащили в кусты, откуда затем раздались полные боли и отчаяния её крики. Со слов уцелевшего, четыре непростых воина насиловали её по очереди в течении всего светлого времени. Потом прибыл небольшой отряд, который забрал царевну и увёз в неизвестном направлении. Телеги и всех погибших отвезли подальше в лес и там бросили. Ему пришлось почти двое суток выбираться на дорогу, где его и подобрал наш патруль. Только через четыре дня после того, как его нашли, он был доставлен в мою службу спасения. Я сразу его прооперировала, а его лепет о царевне приняла за бред. Как только он пришёл в себя, то тут же всё рассказал мне, а я поспешила к тебе.
  - Ты не интересовалась, в наш лагерь они не заезжали?
  - Нет, не заезжали, иначе с ними бы передали запасы перевязочных материалов, а их в телегах не оказалось. Патрульные, которые нашли его, потом обнаружили телеги, в которых ничего не было тронуто, разве самую малость покопались в личных вещах.
  - Значит предатель был в царском окружении и среди тех, кто советовал Рао отправить дочь в наше войско, а сам снарядил или гонца, или почтового голубя императору. Я так полагаю, что будет разыгран спектакль, в ходе которого император возьмёт на себя весь позор царевны и убедит её выйти за него замуж, пообещав навеки закрыть рты четырём насильникам. Скорее всего их уже нет в живых.
  Мила наследует трон своего отца, это было уже провозглашено, а согласившись с доводами императора, она автоматически передаст царство в его руки. Правда, для этого царь должен или скоропостижно скончаться, или быть убитым случайной стрелой на охоте или при нападении разбойников во время прогулки. Думаю, в его охране есть исполнители и того и другого варианта, хотя отравление предпочтительнее - неизвестная болезнь подкосила солнцеликого Рао и он сгорел в течении трёх дней.
  - Что будем делать, Страх?
  - Ты, - ничего, как лечила, так и продолжай лечить, а мне надо немного подумать. Царевну, конечно, немного жалко, но она знала на что шла, когда пела под дудку своего папаши. Иди, сестрёнка и займись своими делами. Страже скажешь, чтобы никого ко мне не пускали до тех пор, пока я сам кого не позову. Чапай думать будет...
  ... Весь вопрос в том, как относиться к этому похищению царевны, как к акту государственного терроризма, как к праву победителей на насилие побеждённых или как к личному оскорблению, нанесённого мне?
  - Эй, стража, пригласите ко мне мою сестру, а также начальника моей охраны и боярина Жана. Пусть зайдут вместе, как только соберутся. Возвращение домой пока откладывается на неопределённый срок....
  Через пятнадцать минут все приглашённые на закрытое совещание уже сидели в моём шатре, и я ошарашил Миху и Жана новостью о том, что наследная царевна попала в руки врага, была зверски изнасилована несколькими приближенными императора, а затем куда-то отправлена, скорее всего в его ставку или резиденцию.
  - Анна, вопрос тебе, что говорил уцелевший охранник, Мила называла себя царевной или дочерью царя?
  - Да, ещё до того, как её скрутили и потащили в кусты, она представилась и просила относится к ней подобающим образом. Более того, обещала крупное вознаграждение, если её доставят к отцу или боярину Страху, а вместо этого бедную девочку по очереди насиловали до самого позднего вечера, а что бы не кричала, рот заткнули куском тряпья. А потом, как я уже говорила, её увезли в неизвестном направлении.
  - Жан, бросай все дела и вплотную займись расследованием. Первая информация такая: - кто-то из окружения царя отправил информацию о том, что царевна возвращается практически без охраны к нам; - в наш полевой лагерь обоз не заезжал, а значит из него утечки информации не может быть; - со слов уцелевшего, ты с ним побеседуешь, как только сестра разрешит, напали не простые воины и они специально ждали именно их.
  Надо осмотреть место, где всё это произошло, может быть следы подков или обуви остались. Определить, куда примерно могли отправить царевну, хотя я полагаю, что к императору. Установить, по возможности, личности напавших, какого рода, племени и где проживают они или их родственники. Миха, выделишь в распоряжение Жана потребное количество людей из числа моей гвардии. Дружине передать распоряжение - продолжать отдыхать и готовиться к новому сражению. Обоз с трофеями отправить царю, кроме самого ценного, имеется в виду золото и серебро, их будем возить с собой. Телеги оставить солнцеликому, а вот всех лошадей вернуть назад. Устина предупредить, что бы от лишнего груза и телег избавился, проверять буду лично...
  
  2.
  
  Вокруг нашего полевого лагеря на вражеской территории я приказал раскинуть густую сеть сторожевых постов, секретов и мобильных патрулей, - Ни один человек, будь то женщина или ребёнок не должен находиться в зоне ответственности караулов. Все должны быть арестованы и доставлены для опроса в лагерь. Противник не должен знать, чем мы занимаемся и что собираемся делать. С целью дезинформации обозы с трофеями отправлялись в наш полевой лагерь за перевал в сопровождении усиленной охраны, которая уже в лагерь не возвращалась, а заранее разведанными тропами пробиралась в новый район сосредоточения. Подобная предосторожность приносила свои плоды. Только за первый день было задержано шесть лазутчиков императора, которые высматривали и вынюхивали, наблюдали и собирали сведения о наших перемещениях, о составах обозов и их охране, маршрутах движения. Имперцы не стеснялись привлекать для этого женщин, сборщиц хвороста и детей. С лазутчиками и шпионами разговор был короткий - деревьев с крепкими ветками в округе хватало, правда женщин вначале отдавали бойцам для развлечений и только потом вешали. Детей пороли так, что с них кожа слазила лоскутами, а потом отпускали и следили, куда и к кому они пойдут. Так были выслежены несколько семей, которые занимались сбором информации. Их дома сожгли, мужчин повесили, а женщин, после 'профилактической беседы' с парой десятков дружинников отпускали на все четыре стороны. Были даже задержаны пара одноухих, которых при согнанных жителях, посадили на кол.
  Через пять дней стали поступать первые обнадеживающие сведения от Жана и его людей. Жители двух деревень за пару медных монет разговорились и показали, что у них действительно гостил небольшой отряд имперских воинов, который чего-то ждал, а потом внезапно снялся с места и отправился в сторону перевала. С их слов было составлено описание всех шестерых, которое подтвердили жители второй деревушки, где этот отряд остановился второй раз на постой, правда их было уже не шесть, а два десятка и из них около десятка лучников. Через эту же деревню потом, в сторону границы, проследовал небольшой крытый возок, но обратно не возвращался.
  После того, как Жан побеседовал с уцелевшим охранником, он утвердился в мысли, что это была специальная засада и что охотились именно за царевной. У него сложилось впечатление, что похитители действовали в соответствии с тем планом, который был разработан для них и в котором заранее оговаривалось их поведение в отношении пленённой царевны, угрозы и лёгкие побои. Следы возка, в котором увезли девушку затерялись на перекрёстках нескольких полевых дорог, которые в свою очередь вели ещё к другим перекрёсткам, так что возможности все их отследить не было ни какой. Жану с гвардейцами удалось установить место расположения ставки императора Веспа - старинный дом древних, превращённый в замок, но установить там ли находится Мила, не удалось, да и близко к замку было не подобраться, охрана стреляла из луков и арбалетов без предупреждения.
  Вот и все сторожевые посты, и караулы были сняты, а последний обоз в два десятка телег и возов отправился под надёжной охраной к границе. Конные патрули ничего подозрительного не обнаружили, и я надеялся, что наш манёвр удался, а значит противник будет считать, что мы вернулись в своё царство. В наш полевой лагерь было доставлено моё указание, - в ближайшие пять дней задерживать всех гостей и любопытных, не взирая на их статус и цель прибытия. Особенно это касалось бояр из царской свиты. Но я не думал, что их будет много, вряд ли они рискнут пропустить делёж трофеев и добычи, которую я отправил царю.
   Было ещё одно событие, которое укрепило меня в решимости отомстить имперцам за поруганную честь царевны. Окольными путями до меня сначала довели слова императора, а затем я получил через наш полевой лагерь на границе копию его письма царю. Суть его заключалась буквально в нескольких фразах, прикрытых витиеватыми словами об особенностях ведения боевых действий и отношении к пленным, в том числе и к женщинам, взятым на щит.
  '- Ни у одного из моих подданных не вырвется ни одного слова осуждения моим славным воинам за то, что они воспользовались своим правом победителей в отношении захваченной добычи в лице женщин и девушек.'
  Также в этом письме сообщалось, что царевна жива и здорова, ни в чём не нуждается и что как только отношения между двумя государями нормализуются, то она может вернуться домой. Говоря простым языком, было заявлено - дочь в полной моей власти, за то, что с ней случилось я никакой ответственности не несу, насильников искать и карать не буду, они поступили в своём праве. Царевну если и отпущу, то только после того, как все мои требования будут выполнены, а царь Рао выплатит приличную сумму в качестве компенсации, а там будем посмотреть.
  Жан свернул свои поиски в виду их бесперспективности, так как из полученных сведений следовало, что Мила неотлучно находится при императоре и отпускать её от себя он пока не собирается. В этой связи я приступил к реализации своего плана - ни много, ни мало, я решил захватить дворец императора и как следует там покуражиться. Люди Жана приступили к разведке различных маршрутов к столице империи, выбирая самый скрытый и безопасный для нас, попутно собирая сведения о городе и дворце. А ещё я задумал такую подляну для империи, которую она никак не ожидает. В ходе своего рейда к столице я решил освобождать рабов, сбивая с них рабские ошейники и даже готов был выделить им немного оружия для того, чтобы они могли нападать на боярские усадьбы и имения. Я так же планировал запустить слух о том, что империя Восходящего солнца с удовольствием принимает беглых рабов и сажает их на землю, а через пять лет даёт им полное гражданство, без всяких ограничений. Как говориться, надежда на счастливую жизнь умирает последней. Эту идею я планировал обсудить на ближайшем совещании командного состава, на котором собирался посвятить офицеров в свои планы.
  Через три дня наше небольшое конное войско наткнулось на всеми забытую деревеньку, жители которой жили сами по себе, никому не подчиняясь, там то мы и остановились на длительный отдых и обслуживание конного состава, благо разнотравья вокруг было очень много. Из жителей деревни нам выделили двух проводников к столице - одного для конного войска, а второго для небольшого обоза, который пойдёт другим маршрутом. Старшему деревни я посоветовал использовать наши полупустые телеги и возки для своих грузов, которые они смогут продать в столице или её окрестностях.
  Жан, верный своей профессии, собрал интересные сведения о жителях, которые пришлись как нельзя кстати. На две трети деревенька состояла из беглых рабов, что могло мне сыграть на руку. Наши кузнецы сбили с пяти мужичков рабские ошейники, а Анна дала им мазь, которая поможет скрыть следы на коже от длительного ношения железа.
  На совещании я довёл до командного состава свое намерение внезапным ударом захватить дворец императора и разграбить его, а если получится, то и столицу империи освободить от лишнего золота. Для многих это оказалось радостной новостью, особенно та её часть о том, что все свои обязательства перед солнцеликим мы выполнили и теперь настало время позаботиться о личном благополучии каждого дружинника, возничего и обслуживающего персонала, учитывая даже тех, кто находится по ту сторону перевала в полевом лагере, хотя и в меньшем объёме, чем участникам налёта на дворец и столицу.
  Затем я рассказал о своём плане использования рабов в борьбе с боярами империи, для чего мы вполне могли использовать жителей деревни, которые понесут вести в другие деревни, имения и усадьбы.
  - Сейчас для этого наступило самое благоприятное время, ведь значительную часть боярства мы проредили на поле боя, к тому же это отвлечёт силы имперцев на подавление восставших. Главное - все должны говорить, что империя Восходящего солнца готова принять всех беглецов, но это пока тайна, о которой можно говорить только тем, кто пользуется доверием.
  Рано или поздно, но эти слухи достигнут ушей императора Веспа, заставят его призадуматься и обратить особое внимание на охрану границы с соседней империей. Я более чем уверен, что он поверит в то, что самая крупная и сильная империя нашего мира вынашивает планы захвата его земель. Мы часто приписываем другим такие же поступки, которые готовы совершить сами, так что ему придётся на некоторое время смириться с занозой нашего отряда на его земле, пока он не обезопасит свои границы от мнимого вторжения.
  Мой план был принят, хотя использование рабов и их освобождение особого энтузиазма не вызывало, а я лезть в дебри перехода от рабовладельческого к феодальному строю не стал, только привёл пример своей вотчины, где рабства не существовало никогда.
  На следующий день третья сотня была переодета в одежду, которая никак не выдавала в них моих дружинников, разбита на десятки и отправлена в трёхдневный переход, предварительно с лошадей были сняты стремена и все наши усовершенствования, а наше качественное оружие заменено на местное. Эти десятки должны были совершать нападения на имения и усадьбы, освобождать рабов и мотивировать их для дальнейших действий, представляя полную самостоятельность. Я посчитал, что два суточных конных перехода от нашей деревушки поможет сохранить в тайне место, откуда пошла эта инициатива...
  Жан и его разведчики тоже в это время не теряли времени даром. Вместе с проводниками они пробили несколько маршрутов выхода как к стенам столицы, так и к императорскому дворцу, собрали последние сведения и сплетни. Из них я с удивлением узнал о полной победе местных храбрецов над армией агрессора, что посмела вторгнуться в земли империи, захвате баснословной добыче и наборе дополнительных отрядов для ответных действий на территории врага.
  Столица и дворец праздновали победу, жизнь вели беспечную, при которой даже на ночь крепостные ворота не запирались. Жан самолично побывал в Кнорре, походил по её улочкам и даже совершил конное путешествие к дворцу, который стоял несколько на отшибе - в трёх лигах от города.
  Своими впечатлениями он поделился со мной, - Я никогда не видел такого большого дворца. В нём не менее пяти этажей, даже крепостные стены, что его окружают кажутся мелкими и незаметными на его фоне. Дворец стоит на берегу достаточно большой реки, и я даже видел несколько больших лодок, что стояли у деревянного пирса. Причем это были не рыбацкие лодки, а скорее купеческие, так как с них днём сгружали какие-то тюки и бочки. Что бы не вызывать ненужного внимания, я ограничился только быстрым осмотром стен и двух башен, что стерегут проезд к самому дворцу, но лучше вам самому глянуть, господин. По мне, так дворец неприступен и нам придётся ограничиться только столицей....
  Через семь дней стали возвращаться десятки третей роты. Вернулись все, кроме одного. В последствии я узнал, что им так понравилась разгульная и разбойничья жизнь, что они решили дезертировать, а потом, как набьют свои сумки золотом и серебром, самостоятельно пробираться к границе для возвращения домой. Больше об этом десятке никто ничего не слышал, в общем, сгинули они на землях Веспа без следа.
  За то время, что мы отдыхали и набирали сил в деревне, а Анна залечивала раны дружинникам, обстановка в империи успокоилась, о нас не было ни слуха, ни духа, так что можно было с полным основанием сказать, что наши следы затерялись. По моим прикидкам, прошло уже достаточно дней, которые я выделил нашему полевому лагерю у перевала для свёртывания и начала движения окольными путями в своё воеводство. Это должно было так же послужить отвлекающим манёвром для других и убедить всех, что основная масса моей дружины уже прошла этим маршрутом, а обоз, как обычно, тянется в хвосте.
  Вот интересно, откуда у меня эта тяга к совещаниям и разжевываниям подчиненным прописных истин? Видимо сказывается армейское наследие. Я всё-таки настоял на том, что первый удар будет нанесён по дворцу и нанесут его всего два человека - я и Миха. Остальные будут ждать в ночи сигнал от нас о том, что обе башни на воротах зачищены и угрозы не представляют. В отличии от главных ворот, проход со стороны реки на ночь закрывался на крепкие ворота, а центральные оставались открытыми. Основное проникновение будет осуществляться через тыльные ворота, так как оттуда меньше всего ждут нападения. Люди Жана обещали без проблем открыть ворота изнутри, так как они вообще ночью не охранются.
  Через три дня мы были в окрестностях дворца, он действительно подавлял даже моих командиров своей монументальностью, основательностью и изысканным аристократизмом. Я уже не сомневался, что древние использовали это здание для отдыха и каких-то других приятных дел на берегу реки. Анна высказала предположение, что это был своеобразный дом отдыха для обслуживающего персонала и младшего звена древних. Я был склонен с ней согласится и, скорее всего, именно это позволило ему уцелеть во время тотального уничтожения цивилизации древних магов и волшебников. Так что к этому императорскому дворцу у меня был ещё свой шкурный интерес - вдруг удастся приблизится к разгадке тайны, почему и как были уничтожены практически бессмертные. Ведь если мои догадки верны, то местные боги есть ничто иное как уцелевшие маги, которые поднялись куда-то в небо и оттуда теперь наблюдают за нами. Хотя имеет право на жизнь и другая гипотеза - все происходит в автоматическом режиме и за нами присматривает нечто похожее на суперкомпьютер, а его создатели давно уже сгинули во времени и пространстве....
  Как же я жалел, что не озаботился созданием подобия примитивной подзорной трубы, вроде всё для этого было - стекло разной толщины из которого вполне можно было выточить выпукло - вогнутые линзы, а там методом тыка, проб и ошибок собрать прибор для наблюдения. Сейчас он бы очень пригодился.
  Я чертыхнулся, слишком большое расстояние до ворот, толком ничего не рассмотреть, а на открытой местности особо не погарцуешь, хотя моя Мара так и норовила выскочить в чистое поле и красиво распушив хвост пронестись перед воротами, что бы вызвать зависть у наблюдателей.
  К предстоящей операции мы готовились очень тщательно. У Михи кроме двух десятков обычных болтов было ещё десять бронебойных, с наконечниками из металла древних, а у меня подготовлен двойной боекомплект пуль для карабина, да ещё двести штук были в седельной сумке на боку у Мары.
  Алгоритм наших действий был оговорен неоднократно - стреляю только я, а вот во время перезарядки карабина в дело вступает Миха со своими двумя двуствольными арбалетами и страхует меня.
  Два одиночных всадника в сумерках, приближающихся по каким-то делам ко дворцу, особых опасений у охраны вызвать не должны, тем более, что мы были бездоспешными в том виде к которому привыкли местные воины, даже привычных кольчуг на нас не было, а вот 'свитера Анны' были одеты под верхней одеждой, а на мне ещё и некое подобие кальсон, которые защищали мои ноги полностью, а у моего первого помощника только до колен - на большее 'пряжи' не хватило.
  На воротах, которые действительно не были закрыты нас встретили около десяти человек. По-крайней мере, в неровном свете факелов именно такое количество стражников я насчитал. Миха успел мне шепнуть от том, что на смотровых площадках башен охраны не видно, но это не значит, что весь караул вышел нас встречать к воротам.
  По-видимому, начальник караула задал вопрос, - Кто такие и с какой целью прибыли во дворец? Оружие придётся перед въездом сдать, таков порядок.
  - Это вряд ли, мой клинок зачарованный и именной, а у моего помощника просто зачарованный. Если чужой возьмёт в руки, то очень быстро погибнет в страшных мучениях. Если не верите, то можете попробовать хотя бы дотронутся до него. - Я вытащил клинок и протянул его рукояткой вперёд старшему. Безбоязненно он протянул руку - не поверил, а зря. Звездануло его хорошо. Он отлетел к каменной стене и хорошенько к ней приложился. - Ещё кто-то хочет нас разоружить? Вижу, что желающих больше нет. Когда ваш десятник очнётся, передадите ему, что прибыл посол от Солнцеликого Рао - царя Сармата для переговоров о судьбе его дочери, царевны Милы.
  К чести старшего караула, он быстро пришёл в себя и услышав мои слова о царевне нехотя проговорил, - Вы зря приехали. Третьего дня почтовый голубь принёс известие, что царевна выбросилась с верхнего этажа летней резиденции, сильно разбилась и переломала себе множество костей и через два дня мучений скончалась, не смотря на всё умение лекарей. Я не знаю, что там произошло, но так просто девушка из окна не бросается на землю. Примите соболезнования. Хочу вас сразу же предупредить, что правду вам сразу не скажут, а будут тянуть время, пока не придёт ответ от императора, как с вами поступить. Вас всего двое? А где ваша свита?
  - Нас, действительно, всего две тысячи тех самых воинов, которых ваш геройский император доблестно разбил, потеряв при этом всю свою дружину и элитную полутысячу. В настоящий момент моя дружина заканчивает брать под полный контроль весь дворец, так что я предлагаю вам сдать оружие и позволить вас связать и заменить своими воинами.
  В это время к нам подлетели три десятка моих гвардейцев со снаряжёнными арбалетами, и старший десятник бойко отрапортовал, - Господин, дворец взят под полный контроль и сейчас проводится его зачистка. Тысяцкий боярин Устин просил передать, что больше нужды в отвлечении охраны нет. Что с этими делать - в расход или в тюрьму?
  - Что скажешь десятник? Решение за тобой.
  Решение он принял, но не то, которое я ожидал. Во всё горло он заорал, - Тревога! Нападение на дворец!
  Сразу два болта оборвали его крик, а также крики его стражников. В каждую из башен бегом направились по десятку стрелков и вскоре я услышал щелчки выстрелов и стоны раненых. Пару раз мне даже послышался металлический лязг, однако вскоре мне доложили, что зачистка произведена, уцелевших нет, у нас нет даже раненых...
  Моя гвардия окружила дворец и отлавливала тех, кто пытался сбежать через разные щели и окна. Их безжалостно расстреливали, так что те, кто пошёл во второй волне поспешили быстро вернуться во дворец. Всех его обитателей сгоняли в большой зал для приёмов и сразу же сортировали - слуги в одну сторону, благородные в другую, приближенные императора в третью, его родственники в четвёртую.
  По идее, для знати вечер только начинался, они стояли все расфуфыренные, разодетые в одежды кричащих расцветок, с кучей драгоценностей, от которых их тут же освобождали специально назначенные люди. Те, кто не хотел добровольно расставаться с ценностями тут же был зарублен, так что сопротивления поборам больше не было. Вскоре, обыскав ещё раз, мужчин отправили в отдельное помещение под усиленную охрану. Усевшись в кресло императора, что стояло на возвышении, я внимательно осмотрел стоявшие передо мной кучки людей. Они изредка пополнялись, это мои воины повторно стали уже более тщательно проверять помещения, спальни, кладовые и разные всякие загашники, где могли спрятаться самые ушлые. Мне надо было набрать не менее ста восьмидесяти благородных, что бы их получилось хотя бы по одной на десяток, на глазок их сюда согнали около двух сотен. За моей спиной Миха наклонился к моему уху и тихо произнёс, - Господин, ваши гвардейцы уже произвели предварительный отбор для вас и для себя, так что их в общий расчёт можно не включать. Когда они проверяли помещения на императорской половине, то наткнулись на целую толпу молоденьких воспитанниц из знатных семей, которых готовят к придворной жизни, вот их то они и определили для себя, но только после того, как вы на них посмотрите.
  - Обойдусь, пусть ребята отдыхают, они это заслужили, но служба должна быть организованна на высшем уровне.
  Ко мне быстрым шагом подошёл Жан, - Господин, в подвалах дворца имеется самая настоящая тюрьма для знатных и там в одной из особых камер содержится очень важная персона, доступ к которой имел только император. Не желаете глянуть, а то моего человека так ударило, когда он хотел открыть засов, что он минут двадцать отходил от боли.
  - Устин, дальше распределением живой добычи заниматься тебе. Смотри, чтобы всё было по-честному. Моих гвардейцев можешь в расчёт не принимать, они себя уже обеспечили. Я в местную тюрьму, хочу глянуть на врагов империи или на недругов императора. Пусть подготовят мне место для отдыха. Жаку передай, что на сегодняшнюю ночь он отвечает за безопасность дворца. И ещё, побеспокойся о сестре и её лекарях, а то я смотрю у сотников глазки блестят, и они обо всём позабыли.
  Местная тюрьма, как ей и положено, находилась в подвальных помещениях и была неплохо оборудована - целых две пыточных камеры, в одной из которой уже хозяйничал Карл; камеры просторные, у каждой имелось небольшое окошко, дверей не было, вместо них решётки с засовами и громоздкими замками. Арестантов тоже было немного, всего восемь человек. Их внешний вид выдавал в них придворных на которых упал гнев или которые в чём-то провинились.
  Я повернулся к Михе, - Пусть о них позаботится Карл, а то как-то неправильно они сидят в тюрьме - кормят как на убой, на щеках румянец, одежда даже не помята. Все вопросы должны касаться сокровищницы и тайн императора. Их дальнейшая судьба будет зависеть от полноты и правдивости ответов. Особенно меня интересует переписка и письма, а также кто конкретно занимается сбором информации, а заодно, пусть составят списки первых лиц империи, которые сейчас находятся здесь.
  Металлическая дверь сразу привлекла моё внимание не только богатой гравировкой, сколько своей вычурностью и грубым засовом, который резко выделялся из общего контекста изысканности. Лично для меня давно стало понятно, что тюрьму сделали на базе хранилищ и кладовых для продуктов, а за этой странной дверью скорее всего скрывалось помещение для заведующего всем этим хозяйством, хотя засов установили уже позже, скорее всего после гибели цивилизации, хотя и сделали его зачарованным.
  Без боязни я отодвинул засов и открыл дверь. Небольшой, но длинный предбанник без мебели и ещё одна дверь. Открыв её, я оказался в большой светлой комнате, которая была превращена в камеру для особо знатных или очень важных узников - на двух окошках под потолком мелкая решётка, массивная кровать под балдахином, рабочий стол с чернильным прибором и связкой перьев, простая, но на вид удобная мебель. И уж совсем удивительным выглядели два книжных шкафа возле стены, заполненные не только свитками и кипами пергамента, но и настоящими книгами. К этим шкафам я и направился прямиком.
  Раздался женский голос, - Для воина там нет ничего интересного.
  Я повернулся и только сейчас заметил, что из-под одеяла за мной внимательно следит девушка с грязно-голубой лентой в волосах, - Я сам привык определять, что мне интересно, а что нет. Вы кто и что тут делаете? - В ответ мне только улыбнулись, одно слово - воин, к тому же туповатый...
  
  3.
  
  Спасибо Лиру за то, что вбил мне в память умение читать книги древних, ведь их печатный язык весьма отличался от разговорного, хотя между собой они обычно общались мысленно, к сожалению, я такому не был обучен.
  - Ух ты, 'Жизнеописание великого архимага Светоч Жизни, написанное им лично в назидание потомкам.'. Миха, живо пару человек мне сюда из дежурного десятка, пусть отнесут книги, которые я отберу, в мои покои.
  Всякую белиберду, которая не несла ничего полезного в плане знаний древних, я безжалостно сбрасывал на пол, откладывая только то, что могло пригодится мне или Лиру. Среди книжного мусора, типа 'Как привлечь внимание мужчины, если он к вам равнодушен?' попадались настоящие сокровища. Одна книга с описанием трёхсот рецептов лечебных эликсиров стоила десятков тысяч золотых монет, а 'Описание животного и растительного мира с учётом генетических изменений за последнее тысячелетие.', вообще не имело цены.
  От перебора книг и их созерцания, меня отвлекло лёгкое сопение за левым плечом, - Воин умеет читать на древнем языке? Это немыслимо!
  Пришлось резко повернуться и сначала увидеть хитро- нагло-хамоватую улыбку своего начальника охраны и только потом девушку в прозрачной ночной сорочке, что, склонив голову набок, во все свои глаза рассматривала меня, словно какое-то чудо.
  - Я повторю свой вопрос и задам ещё несколько, - кто ты и что тут делаешь? Почему разгуливаешь в таком, почти обнажённом виде и какое тебе дело умею я читать на древнем или нет?
  Эта порося ничуть не смутилась, - Отвечаю по порядку. Я Авра, младшая сестра императора, названа так в честь...
   Я перебил её, - В честь богини утренней зари - Авроры, я в курсе. Давай по существу заданных вопросов. - И вновь она ни капли не смутилась.
  - Брат меня поместил сюда из-за моего нежелания помогать ему. Дело в том, древняя кровь в нём настолько слаба, что без использования специального перстня, он даже засов моей камеры открыть не может. Перстень никогда не покидает пределы дворца и в настоящий момент находится у лорда-канцлера...
  - Опиши мне его.
  - Кого? Перстень или канцлера, если канцлера, то его легко узнать по голубой ленте через плечо и многолучевой звезды на ней - знак его власти. А одета я так, потому, что другой одежды у меня нет. С отбытием брата канцлер забрал у меня все платья, хорошо хоть оставил это бесстыдное подобие ночной сорочки. Противный старикан.
  - Миха, сюда этого старого маразматика, можно не церемониться. Продолжай, Авра.
  - Так вот, во мне древняя кровь значительно сильнее чем в императоре, и он захотел, чтобы я открывала ему известные мне двери в тайные помещения древних. Я отказала ему в этом. Мало того, что он нарушил волю отца и силой захватил трон, что по завещанию должен был достаться мне, так он ещё захотел сделать из меня свою послушную собачку и даже делал грязные намёки на совместную жизнь для зачатия общего ребёнка.
   Не вижу в этом ничего смешного, что бы могло вызвать улыбку у воина.
  - А император не дурак, видимо знает или догадывается, что у вас разные отцы. Скорее всего твоя мать согрешила с кем-то из ближайшего окружения твоего отца, но скрыла этот факт, вот древняя кровь и оказалась разбавленной до состояния водицы, а ты - дочь своего отца, отсюда и разница в силе. Старый император видимо что-то заподозрил, вот и сделал тебя наследницей. Послушай, Авра, а не участвовал ли канцлер в том, что твой брателла захватил власть?
  - Этот противный старик и организовал дворцовый переворот, а также подделал завещание отца. Брат во всём слушается его советов...
  Воин, а что вы делаете во дворце императора Веспа?
  - В настоящий момент, это мой дворец, я взял его на щит. Так что все и всё что здесь находится - моя военная добыча, которой я волен распоряжаться по своему усмотрению. Я отдал приказ, чтобы все женщины и девушки, находящиеся во дворце, пошли для утех моим воинам, их около двух тысяч, так что ночка для многих в платьях окажется весьма занимательной и насыщенной. Это справедливая месть за действия твоего братца. В результате предательства кого-то из ближних царя Сармата, его дочь - царевна Мила была захвачена в плен и её подвергли неоднократному насилию, прежде чем передали твоему брату. Видимо издевательства продолжались и там, так как она предпочла смерть той жизни, что ей уготовил император. Она выбросилась с верхнего этажа его летней резиденции, сломала себе множество костей и через два дня умерла в страшных мучениях. Я был лично знаком с царевной и знал, что она влюблена в меня, так что я полном своём праве мстить за её поруганную честь и смерть.
  - Теперь понятно. Меня тоже будут насиловать?
  - Я же внятно сказал - всех.
  - Тогда я хочу, чтобы это был ты, хотя бы первым, прежде чем пойду по рукам.
  А можно я посмотрю, как ты отбираешь книги древних, ты только заголовки мне читай, потому, что я о некоторых текстах знаю из рассказов отца.
  - Он знал язык древних?
  - Нет, ему пересказывал их содержание дед, а тому рассказывал его дед.
  - Хорошо, только веди себя так, чтобы я тебя не видел и не слышал. Да накинь ты на себя, наконец, хотя бы покрывало, не ходи при мне голой.
  Миха, распорядись, что бы сюда позвали сестру и пусть прихватит женскую одежду, если есть на один-два размера меньше, чем она носит сама.
  Мне обиженно ответили, - Я же одета, а то что она просвечивает, не моя вина. - Я махнул рукой, припомнив поговорку о том, что последнее слово в споре с женщиной может сказать только эхо и то женским голосом.
  - Книга магистра магического искусства Ан Клав Тога об особенностях трансмутации живых существ и неживой материи под воздействием различных заклинаний. - Я не удержался и открыл её в середине, чтобы пробежать глазами несколько строк. Понял я только одно - древним было по плечу превратить простого человека в животное. На ум сразу же пришла моя Мара, наверняка здесь есть и обратная процедура возвращения человеческого облика и разума. Эту книгу я отложил отдельно.
  Всего я отобрал одиннадцать книг и приказал их отнести в свои покои и даже приставить к ним охрану, после чего продолжил осмотр комнаты.
  - Авра, а ты почему не решилась на побег отсюда? Ага, понятно, сила твоей крови тоже не позволяет тебе видеть все двери. - Я подошел к стене и протянул руку, тут же красный лучик с фамильного перстня нарисовал контур двери, которую я и открыл.
  Миха грубо оттолкнул меня в сторону, - Господин, ну сколько вам можно повторять, в незнакомые помещения древних сначала вхожу я или кто-нибудь из вашей личной охраны. Когда же вы научитесь ценить свою жизнь? Прямо как малое дитя. Можете войти, угроз нет.
  Я вошёл в небольшую комнату, сплошь заставленную вешалками с одеждой древних, что прекрасно сохранилась. Сразу стало понятно, что это что-то наподобие гардеробной. Интересно, а эта одежда зачарованная или её может носить любой человек? Михой я рисковать не собирался, поэтому взял первый попавший балахон и кинул его одному из охранников у дверей, - Примерь.
  Без всякой задней мысли он прямо поверх кольчуги надел его и повёл плечами, - Ух ты, как по мне сшит и рукава в самый раз.
  Я взял ещё один балахон и кинул второму телохранителю, - Это тебе, только оружие всегда должно быть под рукой, а не прятаться в складках одежды.
  Анна, ты вовремя. Иди-ка, глянь на эти тряпки и выбери себе и этой голожоп, в общем подбери и ей одежду, - я показал пальцем на Авру.
  - Брат, это твой приз? Мне забрать её для осмотра, да и помыть её не мешает, не хочу, чтобы ты что-нибудь подхватил. Вторую дверь уже открывал?
  - Откроешь тут, как же. Меня и от этой Миха за ворот оттащил, не дал войти первым.
  - Я открою и посмотрю, не против?
  - Действуй - злодействуй сестрёнка, утри нос этому любопытному начальнику моей охраны, надеюсь тебя от открытой двери он не оттащит как меня?
  - Напрасно надеетесь, господин. Не оттащу я, оттащат её держиморды. Они тоже переживают за её жизнь. Вдруг кто пальчик себе прищемит, кто лечить то будет?
  Вторая комната была вроде оружейной, по-крайней мере я её идентифицировал так. Конечно мечей и прочей атрибутики нынешней эпохи там не было, а вот что-то типа лазеров и бластеров, как их изображали в фантастических повестях и романах, было десятка полтора, не считая четырёх 'винтовок'.
  - В помещение никому не входить. Анна, тоже стой, это оружейная и допуск в неё должен быть ограничен даже для древних.
  Как не велик был соблазн сразу заняться изучением оружия всемогущих магов и волшебников, я решил отложить это мероприятие на потом, когда отдохну и высплюсь. В это время привели канцлера с голубой лентой, но уже без знака власти.
  - Все вышли. Анна, закрой и убери двери, только как я сказал, отбери несколько тряпок из этого вороха.
  Ну что, старый хрыч? Ты хоть сказал императору, что являешься его настоящим отцом и именно с момента рождения твоего сыночка, которого выдали за сына императора, начался закат вашей империи. Уже сейчас слабая кровь не позволяет ему ничего видеть без фамильного перстня, а у его детей не будет и малейшего намёка на древнюю кровь. Перстенёк то отдай настоящей наследнице.
  - У меня его нет, - и в подтверждение своих слов он показал мне свои пустые пальцы.
  Красный лучик моего кольца показал на его живот, видел это только я. - Если ты думаешь, старик, что, проглотив его, ты обезопасил фамильную реликвию императорского дома, то глубоко ошибаешься. Миха, выведи его в одну из пустующих камер и распори живот. Кольцо доставать только своим мечом, в нём достаточно древнего металла, чтобы не получить смертельного удара. А ещё лучше, найдёшь перстень, позови меня, я сам его достану или пришлю свой трофей, пусть копается во внутренностях, кольцо то по большому счёту принадлежит ей.
  - Страх, прекрати, девчонка и так из последних сил держится, чтобы не упасть без сил. Она уже два дня ничего не ела, а гордость не позволяет признаться в этом. Я забираю её. Накормлю, отмою и чрез три часа доставлю в твои покои. Не заставляй её долго тебя ждать, а то она уснёт и твою месть придётся отложить до лучших времён...
  Анна и Авра стали собираться и готовились уйти в сопровождении своей охраны, а я продолжил осмотр книжных шкафов. Жаль, но ничего больше интересного я не нашёл. Все эти свитки и пергаментные листы можно было охарактеризовать несколькими словами - слезливое женское чтиво. Дальнейший осмотр помещения никаких результатов не дал за исключением того, что под кроватью я обнаружил трясущуюся от страха небольшую девчушку. Только приглядевшись, я обнаружил, что это карлица.
  - Крикните Карла ко мне, он здесь в одной из пыточных работает, скажите, что у меня для него подарок. - Карл появился очень быстро, на ходу вытирая мокрые руки об передник, что был надет на нём. - Боярин, вот тебе мой подарок, владей и что хочешь делай с ней, отныне это твоя собственность.
  Я повернул карлицу к нему лицом и увидел, как он заулыбался, - Спасибо, господин, поистине царский подарок. Встретить себе подобную после стольких лет поиска, это похоже на чудо. Я могу идти?
  - Иди, Карл. Отдыхать не забывай.
  Я услышал шёпот Авры, - А что, действительно этот Карл боярин?
  - А чему ты удивляешься? Брат никогда не скупился на награды достойным. Все бояре, что его окружают выходцы из простого люда, женатые на наследницах боярских родов. У них был выбор - либо рабство, либо замужество. Как думаешь, что они выбрали? И что самое интересное, он так подобрал пары, что все остались довольные. Ладно, пошли, я тебе ещё много чего интересного расскажу о боярине Страхе из красной десятки.
  - А что это такое - красная десятка ...
  Блин, этот женский трёп выбил меня из колеи и заставил мои мысли повернуть в другую сторону. Может Анна действительно права и пора подумать о наследнике, тем более эта девчушка наверняка может претендовать на включение в красную десятку. Оставлять её здесь нельзя - сгинет или император её сломает силой, а мне, почему-то этого совсем не хотелось. Надо будет узнать результаты медосмотра и уже исходя из этого и наблюдений в течении нескольких дней, принимать решение.
  Я тряхнул головой, отгоняя проблемы, по которым уже принято решение и сосредоточился на оружейной комнате. Чувствую, что что-то я упустил, возможно важное... А во дворце царило веселье. Не удивлюсь, если все комнаты и помещения окажутся занятыми моими ребятами за исключением того крыла, где разместились мы с Анной и наш командный состав. Просто охрана сразу перекрыла туда все проходы, создав островок безопасности. Главное, чтобы не было вина, но за этим обещал лично проследить Жак, а ему можно верить, всё-таки мой бывший начальник охраны, к тому же у него непререкаемый авторитет не только у стрелков, но и у мечников.
  Начав нарезать круги вокруг кровати с балдахином, я обратил внимание на небольшой ворох одежды древних, которая не глянулась Анне. Подойдя ближе, я носком сапога пошевелил кучу - на первый взгляд унисекс, подходящий как мужчина, так и женщинам. Вот что-то крутится в голове, но поймать за хвост эту мысль пока не получается. Подняв эту небольшую кипу одежды и открыв дверь в гардеробную, я вошел вовнутрь. Балахоны сами по себе слетели из моих рук и устремились на свои места, где висели до этого. Миха присвистнул от удивления.
   Не оборачиваясь я сказал ему, - Нечего тут всем толпиться, оставь пару человек, а остальных отправь отдыхать.
  - Не пойдут, а вдруг и им обломится одежда древних? Это ж какой повод потом хвастаться перед другими. Я бы тоже не пошёл.
  - Тогда выбирай себе что-нибудь приглянувшееся, а что получше, отложи для Устина, Жака и Жана, а также ротным. Одежду можешь спокойно трогать, она не именная и не зачарованная, хотя, как я заметил, грязь и пыль к ней не пристаёт. А ещё, вполне возможно, что она защищает от дождя и холода.
  Повторять дважды Михе не надо было, и он стал рыться в вещах, снимая их с вешалок.
  - А это что такое? Господин, гляньте.
  Вот оно то, что не давало мне покоя, - Это, мой друг, специальные сумки для того оружия, что мы нашли в оружейной комнате древних. Надо найти всю одежду с такими или похожими сумками. Только учти, они могут быть как снаружи балахонов, так и внутри...
  Мы потратили достаточно много времени, прежде чем проверили эту большую кипу балахонов. У некоторых оказалось по две кобуры, а вот для винтовок я ничего подобного не нашёл, надеюсь они лежат в оружейной.
  Всё-таки какой же я нетерпеливый экспериментатор, нет что бы отложить дальнейшие исследования на утро, как и планировал, так нет, надо докопаться до всего и сразу. Выбрав балахон с двумя наружными кобурами разного типа, я облачился в него и на полусогнутых подошел к уже открытой двери.
  - Миха, если со мной что-то случится, немедленно вызывай Анну, пусть вытаскивает меня из оружейной.
  - А если её сразу позвать? Так будет спокойнее.
  - Нет, она сейчас занимается с моей будущей женой.
  Миха в очередной раз присвистнул и его лицо растянулось в широченную улыбку, - Сестра императора, дочь императора - это круто!
  - Не распространяйся на эту тему, это ещё не окончательное решение, надо будет ещё её спросить, согласиться ли...
  С трясущимися поджилками я вошел в оружейную, тут же лазер и бластер слетели со своих подставок и переместились в мои кобуры, причём никакой тяжести я не почувствовал. Я вышел из оружейной и стёр пот со лба, - Не именные, хотя и зачарованные. Жаль, что вам они в руки не дадутся, только красной десятке, а я, кроме Анны, с ними делиться не собираюсь.
  Уже безбоязненно я вошел в оружейную и тут же моё оружие покинуло кобуры и вернулось на свои места. Я вновь вышел и через некоторое время вновь зашёл. Как я и ожидал, оружие вернулось в мои кобуры. Дело осталось за малым, узнать в рабочем ли они состоянии и как ими пользоваться? Но этим я уже точно буду заниматься на свежую голову...
  Закрыв все двери и убрав даже намёк на них, а также задвинув засов на входной двери, я в сопровождении охраны отправился в отведённые мне покои. Усталость навалилась как-то очень резко, сил хватило только на то, чтобы отправить охрану за дверь, скинуть сапоги и снять балахон. Уснул я мгновенно и спал без всяких сновидений до тех пор, пока меня не разбудила Анна.
  Обратилась она ко мне на нашем родном языке, - Я так понимаю, что у вас с Аврой ночью ничего не было? - Я скосил глаза в сторону и увидел свернувшуюся калачиком девушку, которая спала у меня под боком в свой прозрачной ночнушке.
  Что бы не рассусоливать и не тянуть резину сразу сказал, - Я собираюсь на ней жениться.
  - И это правильно, я как раз собиралась поговорить на эту тему с тобой. У девчушки очень сильна кровь древних и упускать такой шанс было бы, по-крайней мере, очень неправильно.
  - Дело осталось за малым, надо, что бы она на это согласилась.
  Анна перешла на общепринятый язык, - У тебя, брат, очень богатый опыт убеждать таких как она. Или она становится твоей женой, или ты отправишь её в свободный полёт с пятого этажа.
  Раздался голосок Авры, - Я согласна. Не умею летать, - и она вновь сонно засопела... Мы с Анной переглянулись и одновременно улыбнулись. - У меня ещё одна новость для тебя брат, я выхожу замуж.
  Я взлетел с кровати словно мне в зад воткнули очень большую иглу, - Я тебя никуда не отпущу, жить только рядом со мной. Кто он, я его знаю?
  - А я никуда не собираюсь переезжать, по-крайней мере до тех пор, пока в нашей усадьбе рядом с твоим домом не построят для нас новый. Мой избранник - меченый держиморда, его зовут Ян.
  - Видел я какими глазами он смотрит на тебя, но всё равно надо спросить его желание, а то вдруг он будет против стать пришлым боярином младшей ветви рода Страхов.
  Анна вновь перешла на русский, - А куда он денется с подводной лодки на глубине сто метров, с задраенными иллюминаторами? Я беру пример с тебя - или в войска вернётся, или будет всегда при мне. Выбор, думаю, будет ясен...
  Весь оставшийся день я занимался изучением нового оружия и возможностями его применения, Авра, как собачка ходила везде за мной и иногда даже держала меня за рукав, если я начинал торопиться. Не знаю от кого, но все уже знали, что принцесса согласилась стать моей женой и теперь пребывала в статусе невесты. Что самое интересное и неожиданное для меня - ни одна женщина из тех, кого постигла суровая кара моей мести не выглядела недовольной или обиженной. Правда видел я не очень много, чуть больше десятка, в помятых платьях, с растрепанными волосами, но огнём в газах. Перемещались они по дворцу свободно, на многих появились знаки принадлежности к роте, взводу и десятку и для меня это тоже было в новинку. Получается, что вместо наказания я внёс разнообразие в их придворную жизнь...
  Всё новое - это хорошо забытое старое, в этом я ещё раз убедился, когда вышел экспериментировать с бластером или лазером - пока не разобрался, во двор. Пока я в очередной раз осматривал гладкую поверхность без малейших признаков кнопок или рычажков на стволе, солнечные лучи попали на его матовую поверхность и на нём появились зелёные полоски, которые стали 'бегать' точно также, как и при зарядке батареи мобильного телефона. Тоже самое произошло и со вторым стволом. И вот теперь я, как 'три тополя на Плющихе', стоял и ловил солнечные лучи.
  Прошло не менее получаса, прежде чем наметились хоть какие изменения. Мне уже давно принесли скамью, и я положил оружие на неё, а сам сел рядом, внимательно наблюдая за возможными изменениями. Однако первой их заметила Авра, - Ой, смотри, какая-то дырочка появилась...
  Раздался щелчок и рукоять одного из стволов стала рифлёной, а гладкая поверхность того, что я называл по аналогии стволом пистолета, потемнела и стала трансформироваться. От удивления я чуть было не упал со скамейки - бластер или лазер на моих глазах стал превращаться в привычный для меня ПМ. Неужели древние создали интеллектуальное оружие, которое реагирует на ассоциации владельца, и оно теперь подстраивается под мои предпочтения? Вот это фокус.
  Не удержавшись, я схватил пистолет и попытался его разобрать. У меня получилось, но не сразу, словно умное оружие считывало сначала информацию у меня из головы, а потом перестраивалось. В магазине вместо патронов оказался сплошной металлический кусок чего-то непонятного и по нему бегали зелёные полоски, показывая, как я догадался, уровень зарядки. Второй пистолет перестроился уже значительно быстрее и вскоре у меня было два абсолютно одинаковых пистолета Макарова. Единственным отличием от оригинала явилось то, что предохранитель имел не два положения -'вкл; выкл', а ещё дополнительно три - с одной чёрточкой, с двумя и тремя, причём 'выкл' было самым последним положением. Не сразу я разобрался что для того, чтобы ПМ заработал надо было сначала из самого нижнего положения перевести рычажок в самый верхний и только после этого выбрать, как я полагал, режим ведения огня. Ну вот как тут удержаться от того, чтобы не попытаться тут же на месте проверить свои догадки. Первая риска выдала узконаправленный луч, который легко прожёг крепостную стену насквозь, оставив дырку с оплавленными краями и размером с мой кулак, расстояние до стены было примерно сто пятьдесят метров. Вторая выдала череду импульсов, которые оставили в стене пять таких же дырок, а действие третьей я испытывать не стал - побоялся разрушить стену.
  
  4.
  
  - А я знала, что ты не простой человек, а посланный богами специально на землю с какой-то неведомой мне целью. С твоей сестрой всё понятно, она, наверное, организует обучение самых талантливых лекарей и передаст им свои знания, а они потом понесут эти знания в другие земли. А что ты принёс нам? Не хочу, чтобы ты учил других воевать. Войны - это плохо.
  - Ты же сама назвала меня воином.
  - А Анна сказала, что ты научил несколько человек ковать такой металл, который в десятки раз прочнее чем тот, который все используют сейчас, а значит орудия труда прослужат дольше и ими будет удобнее работать, а ещё изменил сбрую лошадей и она стала удобнее, научил перевозить раненых и больных в возках так, чтобы их меньше беспокоить. Она ещё о чём-то говорила, но я заснула.
  - Не выдумывай, я такой же, как и все.
  - А вот и нет, от меня можешь это не скрывать. Я сразу это поняла. Сам посуди - фамильное кольцо может взять в руки только тот, в ком течёт кровь рода, а одеть, только старший. Ты спокойно достал кольцо из живота старикашки, принёс и отдал мне. При этом оно было надето у тебя на пальце. А оружейная кладовая, в которую смогли зайти только ты и твоя сестра? Эти странные штуки наверняка именные и к ним никто кроме хозяина притронуться не может, а тебя они сразу признали и Анну, кстати, тоже. Она заходила туда и трогала эти страшные железяки, а я, даже с фамильным кольцом зайти не смогла.
  Я чертыхнулся про себя, как-то не подумал, что есть очевидные вещи, которые вполне изучены и понятны местным и на которые я не обращал внимание. Надо быть более осторожным и стараться не демонстрировать свои способности унивета. Да и Анну надо об этом предупредить.
  От размышлений меня отвлекла Авра, - А когда ты поведёшь меня к алтарю всех богов и объявишь своей женой? Не подумай ничего такого, я не жалею, что мы с тобой... это... до свадьбы, но хочется, чтобы всё было как у людей.
  - А где тут у вас алтарь?
  - Как где? Естественно на пятом этаже, что бы он был ближе к богам.
  - Вставай и одевайся, прямо сейчас пойдём к алтарю и проведём ритуал, а то утром народ заметит, что у тебя в волосах уже нет ленточки, а головным убором замужней женщины ты не обзавелась. Пойдут разговоры и сплетни, а я этого не хочу...
  Миха ни капли не удивился моей прихоти провести обряд среди ночи. Наоборот, от удовольствия потёр ладони рук и что-то шепнул одному из сопровождавших нас воинов и тот быстро куда-то пошёл. Я подозрительно посмотрел на начальника своей охраны, что-то эта проныра задумал, на всякий случай сказал, - Никаких торжеств, свадьбу официально сыграем по возвращению в вотчину.
   Миха вежливо покивал головой, и я успокоился.
  Чувствовался опыт моего начальника охраны в проведении подобных мероприятий. Сам ритуал он провёл быстро, без лишних слов и после того, как мы положили руки на алтарь, объявил нас мужем и женой. Полыхнула ярко красная вспышка и Миха с удовлетворением отметил, что боги скрепили наш союз.
  - 'Кого стоим, чего ждём?' - муж должен поцеловать жену, а после этого можно и за стол, по-простому, в полевых условиях. Наверняка уже всё готово.
  - Миха, я же говорил, что свадьба будет по возвращению домой...
  - А это не свадьба. Просто отметим скромно столь значимое событие...
  Скромно отметить не получилось. Вскоре весь дворец знал о проведённой церемонии и самый большой зал оказался забитым под завязку. Откуда-то появились столы, вино и закуски. Мне пришлось вмешаться и устроить некое подобие шведского стола, когда всё было сдвинуто к стенам, а гора тарелок и столовых приборов позволяли самим себе накладывать, наливать и употреблять. Исключение составил стол, за которым сидели мы с Аврой, Устин, Миха и Жак. Жан, по своему обыкновению, где-то пропадал, но место для него было оставлено.
  Поначалу местная знать не знала, как себя вести, но присмотревшись к поведению моих воинов, быстро смекнула что и как, а у нас царила полная демократия - каждый мог подойти и поздравить нас, чем многие и воспользовались.
  Я наклонился к Михе, - А где сестра? Она что, игнорирует свадьбу старшего рода?
  - Боярыня изволила, под покровом великой тайны, поздно вечером взять в мужья и дать свое родовое имя простому воину Яну, так что он теперь такой же пришлый боярин, как и я. Они заперлись в своей спальне и приказали до утра их не беспокоить.
  - Ну уж нет. Поднять и если надо, доставить сюда силой, это приказ! Ишь моду взяли всё по-тихому делать, мне что теперь одному до утра отдуваться? ...
  Молодых доставили перед мои грозные очи, и я тут же воспользовался ситуацией, чтобы перевести стрелки, - Мои боевые товарищи, представляю вам свою сестру боярыню Анну и её мужа Яна Страх из младшей ветви нашего боярского рода. Многие из вас знали его как простого воина, который, не щадя своего живота, охранял жизнь и здоровье моей сестры и помогал ей в её нелёгкой лекарской работе, а отныне стал боярином. Предлагаю всем присутствующим поздравить молодых и пожелать им долгих и счастливых лет совместной жизни.
  - А также кучу детишек, - вставила свои пять копеек Авра.
  К нашему столу подошла какая-то пьяная придворная дама и чуть заплетаясь поинтересовалась, почему это у моей невесты нет ленточки в волосах. Авра густо покраснела, а я тут же объяснил, - Я отдал приказ о том, что все женщины, находящиеся во дворце должны быть подвержены насилию. Получилось так, что в отношении боярышни Авры этот приговор исполнял я лично. Данное мероприятие мне так понравилось, что я решил жениться на ней. Не чахнуть же такой красавице в тюрьме, где я её нашёл...
  Пользуясь тем, что всё внимание переключилось на новые жертвы, мы с женой тихонько исчезли из зала и заперлись в своей спальне. Особо поспать, конечно, не удалось, но я был доволен, как кот съевший целую банку сметаны.
  Стоя у окна с настоящими стёклами, я внимательно наблюдал за тем, как из реи к пирсу швартовались три пузатых купеческих корабля, а ещё два, бросив якоря, ждали своей очереди. Тихо подошла Авра и прижалась к моему плечу, - Когда я была маленькая, на таком корабле меня чуть было не украли. Заманили в каюту и закрыли снаружи дверь. Хорошо, что няньки заметили мою пропажу и подняли тревогу. Команда ничего не знала, а капитан и его помощник так ничего и не сказали. Их всех повесили, а мне с тех пор запретили ходить на пирс.
  - А давай сходим вместе, посмотрим, мне тоже любопытно.
  Предупредив, что завтракать будем позже, мы в сопровождении дежурного десятка отправились смотреть на корабли. Первое, что бросилось в глаза - эти корабли предназначались для каботажного плаванья вдоль берега. Этакие большие плоскодонки с малой осадкой, с каждого борта отверстия для шести вёсел, если идти против течения, даже намёка на мачту и примитивный парус я не увидел, хотя, вполне возможно, что их заранее убрали.
  Команда сноровисто выгружала товар и бочки, которые после пересчёта разбирали уже местные, в том числе несколько человек из дворца. К нам этакой блатной походкой приблизился оборванец по одежде, а по наличию драгоценностей на пальцах и в ушах не меньше боярина.
  - Красивая деваха, уступи на пару часов за двести золотых.
  Равнодушно глянув на него, я бросил через плечо, - Повесить.
  Оборванца тут же скрутили и поволокли к подобию арки у самого начала пирса. Он начал дёргаться и кричать, что они не знают, с кем связались, что больше ни один корабль из империи Восходящего солнца никогда не пришвартуется здесь, что нам лучше его отпустить, иначе будут очень большие неприятности. Члены команды прекратили выгрузку, в их руках появились длинные ножи, и они гуртом пошли на нас. Щелкнули арбалеты и шесть человек, обливаясь кровью, упали на мокрые доски, остальные бросились прятаться за сгруженные тюки и бочки, а у арки захлебнулся криком оборванец и задёргался в петле. По сходням торопливо сбежал важного вида толстячок, он правильно оценил сложившуюся ситуацию и с низким поклоном подошёл к нашей группе.
  - Прошу прощения уважаемый, не могли бы вы объяснить мне, за что подвергли суровому наказанию моих матросов в нарушение всех существующих договорённостей между двумя империями?
  - Понятия не имею о ваших договорённостях с империей Весп, они меня не касаются и, по большому счёту мне на них наплевать. Со мной никаких договорённостей не заключалось, а за оскорбления я привык казнить и не только таких оборванцев, как ваши матросы, доставалось от меня и боярам и воеводам.
  - Уважаемый, - очередной поклон, - вы просто не в курсе о том, что на время выгрузки товара данный пирс становится землей империи Восходящего солнца и на нём действуют наши законы.
  - Уважаемый, - лёгкий кивок головы, - вы просто не знаете, что там, где находятся бравые воины царства Сармат, действуют только мои законы и ничьи больше. Уясните это с первого раза и предупредите других капитанов о надлежащем поведении, в противном случае они лишатся не только своего груза, кораблей, но и жизни.
  - Простите, уважаемый, но разве это не дворец императора Веспа?
  - Пока этот дворец принадлежит мне, я взял его на щит и ещё не решил, что с ним делать. Передайте своему старшему, что я хотел бы с ним переговорить. Ведь если я не ошибаюсь, весь караван принадлежит одному человеку?
  - Простите, уважаемый, а как я должен буду вас представить нашему старшему?
  - Очень просто - боярин Страх.
  Не знаю почему, но капитан корабля внезапно побледнел, а потом упал передо мной на колени, - Ваше царское высочество, простите, что не оказал вам все причитающиеся почести. Готов понести любое наказание, не связанное с лишением жизни. Готов в качестве приза отдать весь привезённый товар.
  Я рассмеялся, - А ты проныра, капитан. Лучше сделать вид, что добровольно отдаёшь то, что тебе уже не принадлежит. Ладно, корабль твой жечь не буду. Иди, и пусть твои поскорее заканчивают разгрузку. Старшего жду во дворец к обеду.
  Дорогая, пойдём, а то я уже проголодался. Миха оставь пару человек, что бы проследили за порядком.
  - Господин, я оставлю десяток гвардейцев из резервной смены, так будет надёжнее. Да и под прицелами арбалетов им работать будет веселее...
  За завтраком, который был накрыт в нашей спальне, моя дражайшая половина ненавязчиво поинтересовалась, - Дорогой, а почему он назвал тебя царским высочеством и испугался до дрожи в коленях, когда услышал, что ты боярин Страх.
  - Видишь ли милая, я считаюсь младшим братом солнцеликого Рао - царя Сармата. А испугался, наверное, из-за того, что в империи Восходящего солнца уже знают о разгроме двух армий императора Весп и моём решительном и бескомпромиссном характере. - И что бы сменить тему разговора, я поинтересовался, - А чем ты собираешься заняться до обеда?
  - Буду везде тебя сопровождать, всё-таки дворец я знаю лучше, чем ты. Предлагаю осмотр начать с покоев моего отца, они находятся в нашем крыле. Хотя нет, сначала проверим стены этих покоев - я раньше здесь жила и помню, что отец частенько отправлял меня погулять, когда заходил ко мне, а сам оставался здесь. Потайную дверь древних мы обнаружили только тогда, когда я, на всякий случай, сдвинул большое настенное зеркало из бронзы в сторону.
  Два перстня блеснули одновременно красными лучами и дверь открылась сама. Это было что-то новенькое, обычно приходилось открывать самому. И вновь винтовая лестница вела не вниз, как можно было предположить, а вверх. По моим ощущениям, мы уже давно поднялись выше пятого этажа. Я шёл первым, за мной сопел Миха, потом Авра, а замыкали нашу группу целых пять гвардейцев.
  - Ты зачем столько народу взял? Хватило бы и парочки.
  - А кто будет трофеи таскать? Мы же отправились на поиски сокровищницы императора? Или я не прав? А судя по тому, как он подкупал царских бояр и воевод, в золоте он нужду не испытывал.
  И вновь дверь сама открылась перед нами, стоило двум фамильным перстням одновременно своими лучами коснуться её поверхности. Я уже давно догадывался, что наши перстни ни что иное как универсальные ключи, хотя, возможно они обладают ещё неизвестными нам свойствами. У меня из головы не выходили картинки моего первого проникновения в свою вотчину, когда я на экране видел всех живых существ, что находились в главном здании.
  То, что мы увидели, поражало воображение, хотя я и пытался скрыть своё удивление видом нескольких сотен слитков золота, аккуратно сложенных на специальных столах. Я подошел и взял в руки один слиток, мне он показался слишком лёгким для золота. Однако стоило мне повернуться к Авре, чтобы поделиться с ней своими ощущениями и встать спиной к столу, как я сразу почувствовал приличный вес. Не знаю, сколько в нём, но явно побольше чем шестнадцать килограммов. Получается, что столы имеют какой-то гравитационный секрет, что уменьшает вес слитка до приемлемой тяжести, с которой легко справится один человек. Вот было бы здорово, если б удалось использовать эти свойства для транспортировки золота и не таскать эти слитки по одному. На всякий случай я осмотрел поверхность стола и не поленился заглянуть под крышку и осмотреть ножки в надежде найти какой-нибудь пульт управления. Повезло Авре, именно она нашла панель управления в виде сенсорных знаков на небольшом экране.
  Метод тыка результата не дал, тогда я просто приложил свою ладонь к экрану и представил, как стол со слитками превращается в небольшой сундучок. Раздался вскрик, так как все столы стали по очереди превращаться в сундучки. Авра первая подошла к одному, который уже закончил свою трансформацию и легко его подняла с пола, а потом открыла крышку. Тут же сундук опять превратился в стол со слитками и нам пришлось ждать его повторного превращения в сундучок.
  Трудность заключались в том, что кроме меня и моей жены, никто не смог прикоснуться даже к крышке этих своеобразных волшебных шкатулок. Пришлось отрывать Анну от мужа и вызывать сюда. После того, как я объяснил ей что от неё требуется и рассказал о том, что здесь произошло, она покачала головой и накинулась на Миху.
  - Боярин, у тебя голова на плечах есть? Почему ты позволяешь этим двум искателям приключений на свой зад рисковать жизнями? А если б что- нибудь рвануло так, что от них и мокрого места не осталось? - Затем повернувшись к нам, добавила, - Прямо дети малые. Поймите, это не игрушки, а технологии древних, в которых мы особо не разбираемся. В общем так, забираем всё ценное и быстро уходим отсюда. Мне что-то неспокойно на душе, а своим предчувствиям я привыкла доверять.
   Пришлось делать две ходки, чтобы перенести всё в нашу спальню. Я даже прихватил какой-то агрегат, что стоял в углу, в основном из-за того, что в нём я обнаружил пару совершенно новеньких золотых монет, а Авра сказала, что такие были в ходу, когда у власти был её отец и на лицевой стороне изображён его профиль. Они и сейчас являются самыми ходовыми, так как монет с профилем её брата пока не выпускали...
  В спальне императора было сразу три двери. Разделяться я запретил и поэтому мы по очереди побывали во всех трёх помещениях. Первое было обычной и привычной кладовой с металлом и агрегатами древних, но без штырей и пряжи. Во втором было сто семнадцать кожаных мешков, под завязку забитых золотыми монетами, что по весу весьма походили на вес золотого слитка. Кстати, Миха определил вес мешка примерно в двадцать пять килограммов. На всех монетах был профиль отца Авры, это наводило на кое какие предположения, но делиться ими я ни с кем не собирался.
  Третья дверь привела нас в так называемый лифт, который опустил всю группу в какое-то подземелье.
  Длинный коридор и огромный ангар с непонятным летательным аппаратом. Почему летательным? Да потому, что он имел небольшие крылья, размещённые попарно с каждой стороны.
  - Как бы мне не было любопытно, но туда я не полезу. Чувствую себя обезьяной с гранатой. Моих знаний не хватит, чтобы хотя бы примерно представить себе, что это такое. - Говорил я на языке боярского рода Страхов и понимала меня только Анна.
  - Одно из немногих твоих разумных решений. Это может и не быть летательным аппаратом, а, скорее всего, каким-то мощным оружием, которое спрятали на чёрный день, а воспользоваться не успели. Знаешь, брат, я всё больше и больше склоняюсь к мысли, что древние вымерли от использования разработок генно-биологического оружия, которое охватило весь их мир, а антидот почему-то не подействовал.
  - Или его не успели приготовить в достаточном количестве и спастись удалось всего нескольким особям, которые сбежали в стерильные условия ближнего космоса. Это предположение тоже имеет право на жизнь. Ладно, давай не будем ломать голову, скоро обед, а я на него пригласил старшего прибывшего торгового флота. Хочу договориться о том, чтобы он перевёз нас по морю сразу в рыбацкую деревню, где я бывал, в район села Хвалынка. Это рядом с нашими землями. В этой деревне имеется пара причалов для рыбацких лодок, так что проблем с разгрузкой не должно быть.
  Старший купеческого флота являл собой не просоленного ветрами и морем бывалого капитана, а этакого рафинированного придворного, которого сопровождал настоящий морской волк, так что на этого вельможу я сразу перестал обращать внимание. А это его покоробило, - Боярин Страх, вы больше уделяете внимания моему помощнику, чем мне, как главе этой экспедиции.
  - Молодой человек, вы обычный придворный хлыщ, который по протекции получил возможность возглавить торговую эскадру. Скорее всего вам поставлена задача шпионить и собирать различные сведения, так вот и занимайтесь этим, а мы, с вашим помощником, как люди серьёзные и облачённые реальной властью, обсудим некоторые вопросы, представляющие взаимный интерес. А что бы вы, юноша, имели представление к кому приставать с различными вопросами я представлю вам свой ближний круг.
  Рядом со мной сидит моя жена - боярыня Авра, сестра узурпировавшего власть императора Веспа. Рядом с ней моя сестра Анна - боярыня младшей ветви рода Страхов, рядом с ней ей муж - боярин Ян. Справа от меня - боярин Миха, моя правая рука и заместитель по всем вопросам, а также начальник моей личной охраны. Рядом с ним - боярин Устин, главнокомандующий всеми моими войсками. Рядом с ним - боярин Жак - его заместитель и командующий всеми стрелками кроме гвардии. Вот перед ними вы можете надувать свои щёки, принимать значительный вид и задавать свои дурацкие вопросы.
  Парни, отнеситесь снисходительно к этому юноше, это его первое задание, а так как он из породы лизоблюдов, то понятия не имеет, как работают настоящие шпионы. - Я повернулся спиной к опешившему старшему и обратился к его помощнику, - Кто я такой, вы знаете, представьтесь сами. Да не надо вставать, сидите, вы же не на официальном приёме. И сразу предупреждаю, не надо ко мне обращаться - ваше царское высочество, достаточно простого - господин.
  - Я старший капитан Винт, помогаю виконту Тесла управлять нашей эскадрой.
  - Всего виконт? А гонору то как у графа или маркиза. Такие у умного монарха в свите надолго не задерживаются. То, что ваш визит преследует цель посмотреть, что происходит в сопредельной империи, мне стало ясно с самого начала. Экспедицию готовил тоже какой-то придворный, который понятия не имеет ни о торговле, ни о прибрежном плавании. К тому же, часть ваших экипажей укомплектованы не моряками, а сухопутными крысами, что сразу бросается в глаза. Ну да боги с ними, меня это не касается, а пригласил я вас, капитан, чтобы предложить вам выгодный в денежном отношении фрахт. Давайте отойдём к окну и там в спокойной обстановке поговорим.
  - Я вас внимательно слушаю, боярин Страх. Что это за выгодный фрахт, вы меня заинтересовали.
  - У вас нюх на золото. Скажите, вы плавали к берегам царства Солей с нашей стороны континента? Есть ли у вас карты приграничных районов этого царства с промерами глубин. Подробности, как и сами карты меня не интересуют, мне будет достаточно ответов типа 'да', 'нет'.
  - Да, я самолично плавал вдоль береговой линии и вашего царства, и царства Солей, так что карты у меня есть.
  -Прекрасно. Меня интересует небольшая рыбацкая деревушка с двумя пирсами, недалеко от зачарованного леса волшебника Лир.
  - Это в сутках пути от села Хвалынка?
  - Это в нескольких часах конного перехода от этого поселения, но, возможно, мы говорим с вами об одном и том же месте. Так вот, я вам предлагаю заняться извозом и перевести моих людей, конный состав и имущество отсюда к этой деревушке. Дело в том, что это уже земли моего воеводства и там же рядом находится моя вотчина. Если вы согласны, то можно будет начать обговаривать все условия сделки.
  - А сколько у вас конных, а сколько пеших?
  - Встречный вопрос, а сколько кораблей в вашем распоряжении кроме тех, что вы показали нам у стен дворца, их грузоподъемность и осадка при полной загрузке? Используете ли вы паруса, если да, то какие - прямые или косые. Используете ли один парус или несколько, а также какой такелаж, то есть оснастку.
  Капитан поскрёб свой затылок, - Вижу с вами нет смысла хитрить. У нас десять средних купцов. Каждый сможет принять на борт три десятка лошадей и столько же пассажиров, а также немного некрупного груза на палубу. Парусами мы не пользуемся, так как не обучены этому искусству, предпочитаем вёсла, когда идём против течения... Больше часа мы обсуждали все имеющиеся вопросы и ещё полчаса торговались. Договорились, что всадник с лошадью стоит одну большую серебряную монету и что при острой необходимости, можно за счёт сокращения экипажа, увеличить количество перевозимых всадников ещё на десяток. Для вида я покряхтел, посокрушался высокими ценами, но в конце концов согласился и даже был готов выплатить аванс.
  - Вы только предупредите своих, что бы не вздумали лезть к моим головорезам, перебьют всех без всякой жалости и будут в своём праве.
  
  5.
  
  По моим расчётам на роту было потребно восемь кораблей, чтобы вывезти не только личный состав, но и всё имущество. Как я не старался избавить тылы от обременительного имущества, оно вновь появлялось из ниоткуда. Исходя из того, что до указанной деревушки предстояло плыть по течению трое суток, а обратно на вёслах все четверо, на перемещение одной роты требовалось не менее недели. Правда, если мои воины сядут на вёсла, то весь путь до деревушки может занять чуть больше суток. Думаю, они с удовольствием согласятся грести чтобы поскорее оказаться дома. А мне предстояло поломать голову над тем, как использовать примитивный парус и установить съёмную мачту. Пришлось вспоминать всю прочитанную художественную литературу о морских путешествиях, викингах и пиратах. Знания весьма скудные, но для меня-дилетанта и это было как крупинки золота.
  Погрузку второй роты я назначил на следующий день, чем вызвал энтузиазм у своих дружинников. Сотников я озадачил демонтажем стремян, так как не собирался ни с кем делиться этой технологией, по-крайней мере, сейчас. Копья и метательные дротики для конного боя увязывались в отдельные связки, а сами сёдла приказал поместить в трюм под охрану и никого к ним из членов команды не подпускать под страхом смерти.
  А затем у меня появились кое-какие мысли о дезинформации противника, и я решил их претворить на практике, для этого мне надо было переговорить с Аврой.
  - Дорогая, а у твоего брата имеются здесь почтовые голуби, которые обучены доставлять сообщения в его летнюю резиденцию?
  - Конечно имеются. Ты хочешь ему написать?
  - Не я, а ты. Сообщи ему, что дворец взят на щит боярином Страхом и он заканчивает его грабить. Так как ты не захотела учиться летать с пятого этажа, то вышла за меня замуж. Канцлер казнён, а перстень у тебя. Судя по приготовлениям, боярин собирается вернуться вскоре домой, так как началась погрузка в телеги. Он открыл двери древних и выгреб всё золото.
  Видишь ли, я хочу подтолкнуть его к мысли о том, что его сборные войска должны перекрыть мне доступ к перевалу, к которому я буду идти с награбленными трофеями и что он может не застать меня здесь, если вдруг ринется к столице. Мне надо выиграть месяц, чтобы вернуть всех домой без всяких стычек и кровопролития. Когда напишешь, покажешь мне текст...
  По моей просьбе старший капитан Винт передал в моё распоряжение один корабль, который я с потрохами купил у него после ожесточённого торга. На мой вопрос, где в настоящий момент находится виконт, он с усмешкой ответил, что данный придворный был ознакомлен с эликсиром боярина Страха и в настоящий момент находится в состоянии глубочайшего похмелья, которое перерастает в очередную пьянку, благодаря заботам тысяцкого.
  До обеда я облазил купленный корабль от носа до кормы и даже прикинул, где придётся прорубать в палубе отверстие для крепления мачты, а также как и где её крепить, что бы она была более-менее устойчива. На моё предложение заработать столько, что хватит на всю оставшуюся жизнь, откликнулись шесть матросов, которые и стали инструкторами для моего первого морского экипажа. К сожалению, ни один капитан или его помощник не купились на мои щедрые посулы, но я особо не расстроился, как говориться - ещё не вечер.
  Сообщение брату от сестры меня вполне устроило и, часта взмахивая крыльями, пернатый гонец понёсся к своей цели. А мне настало время заняться перетаскиванием вещей древних, включая металл на свой единственный корабль. Первым делом я перенёс лёгкие сундучки и назначил караул для охраны из трёх десятков своих гвардейцев. Женщин к погрузочным работам я не привлекал, так как Анна, истосковавшаяся по мужской ласке из спальни с Яном, появлялась только для приёма пищи, а моя жёнушка искала другие скрытые двери древних. Ей удалось удивить меня - в спальне своей матери она обнаружила, кто бы мог подумать, настоящий сейф, скрытый толстым настенным ковром. Странно, что его до этого никто не нашёл. Замок был настолько хитрым со множеством знаков и цифр, что я сразу оставил надежду подобрать к нему комбинацию - надежда оставалась только на грубую силу и везение.
  Для начала четыре воина выволокли его из ниши и установили на пол в центре помещения. Первая попытка использовать консервный нож в виде моего меча окончилась полным провалом - кроме нескольких царапин, толку от моих попыток разрубить его не было никакого. Ни на мой перстень, ни на кольцо Авры эта железяка никак не реагировала. Рассудив, что утро вечера мудренее, я вернулся на корабль и продолжил перетаскивание ценностей и металла, а также 'огнестрела' и балахонов в него. К обеду ноги гудели так, что хотелось просто сесть и ничего не делать. На моём корабле меня нашёл Устин и доложил, что погрузка имущества на первых пяти кораблях закончена.
  - Осталось погрузить людей, но тут возникли некоторые проблемы: с кораблей уже выдворили трёх женщин, которые неизвестно как на них попали.
  - Выстави караул на пирс с правом досмотра, особенно тюков и корзин, а также предупреди, что если кого уличат в попытках провести на корабли посторонних, то они будут оставлены здесь без права посадки на корабли. Ты лучше скажи мне, как разместили лошадей, им в трюме ведь находится пару суток?
  - С этим проблем нет, это же купцы, у них предусмотрены коновязи и стойла для перевозки животных, немного переделали и приспособили для лошадей. Сёдла и упряжь тоже поместили в трюм и выставили караулы от самых любопытных. Я полагаю, что следующую роту будем грузить в ночь с тем, чтобы утром уже тронуться в путь. Хоть капитаны и говорят, что для них без разницы день или ночь, однако при свете как-то спокойнее. Кто старшим пойдёт с первым рейсом, Жак?
  - Да, он. Пришли мне его, и я выдам жалование на всю роту, пока без премиальных за компанию. Они будут выплачены, когда все вернёмся домой, а заодно дам инструкции, как поступать в некоторых случаях, которые могут возникнуть.
  Устин, тебе случайно не попадались нетолстые брёвна длинной метров пять, можно и короче, но тогда придётся делать составные мачты.
  - А мачты, это что? - Пришлось вести его к вырубленному отверстию и объяснять свою задумку. Выслушав мои объяснения, Устин сказал, что он подумает и посмотрит, что можно будет сделать для того, чтобы корабль мог идти без вёсел против течения...
  После обеда Авра высказала мне претензии на то, что я совсем перестал ей уделять внимание, даже по ночам, не говоря уж о послеобеденном отдыхе. Пришлось объяснить, что в настоящий момент у меня очень много дел и возникли некоторые проблемы, которые требуют моего личного участия в их разрешении, а заодно пообещать, что вскоре мы всё наверстаем. Мне не очень поверили, а я в очередной раз подумал о непредсказуемости женского характера и настроения.
  Вторая рота ушла в ночь и нам, всем оставшимся здесь, осталось только ждать возвращения кораблей и сведений о том, как пройдёт первый рейс. И мы их дождались к вечеру следующего дня. Почтовый голубь принёс весточку о том, что при помощи вёсел, караван достиг указанной точки менее чем за сутки - дружинники меняли друг друга через каждые шесть часов, вкупе с гребцами купца получилось три смены, что позволило развить невиданную для местных моряков скорость. Выгрузка идёт пока без проблем...
  Рано утром, по распоряжению Устина, откуда-то приволокли несколько брусов, по моим прикидкам десять на десять сантиметров и местный плотник быстро срастил два из них деревянными клиньями, а для прочности ещё обвязали канатами. Тот же плотник установил гнездо для мачты в трюме. и закрепил её распорками в палубном отверстии. Рею и полотно я распорядился приготовить ещё раньше, так что проигнорировав обед, мой корабль вышел в море для ходовых испытаний. Самым сложным оказалось управление парусом, чтобы в зависимости от смены курса, ловить ветер, благо он дул постоянно только в одну сторону. Пришлось даже внести некоторые изменения в рулевое весло, которые тот же плотник очень быстро оформил
  В целом испытания прошли успешно, так как некоторые накладки с мачтой местный плотник устранил быстро, и я предложил ему поступить ко мне на службу, обещая, что он об этом не пожалеет. Не знаю, что его убедило - моё красноречие или рассказ Устина о том, из кого вышли мои ближние бояре, но он согласился, только поставил условие, что с ним поплывёт его семья - жена и двое детей. Естественно, я согласился и пообещал, что у него будет собственный дом.
  На следующее утро были готовы ещё восемь матч и загрузив всё необходимое для их установки, я отправился самолично навстречу каравану. Мои гребцы с энтузиазмом пенили воду, ведь им было обещано двойное жалование, так что корабли мы перехватили практически в самом начале их пути. На установку матч и парусов у нас ушло почти шесть часов, на их управление я выделил своих матросов, которые уже получили небольшую практику в управлении. Потерянное время мы нагнали за ночь и даже, на удивление капитанам, сократили вдвое время в пути. В общем караван купеческих судов к концу третьих суток уже швартовался к пирсу, и это при том, что мачты ставили прямо на палубе в специальный съёмный короб и крепили канатами к бортам корабля. Сама по себе конструкция была очень ненадёжной и при малейших порывах ветра могла рухнуть, но раскрывать секрет установки и крепления конкурентам за так просто я не собирался. А если начнут тупо подражать, то намучаются, особенно, когда брус начнёт выворачивать и он будет крушить палубу и борта.
  По прибытию мачты с парусами были сняты и переправлены вновь на мой корабль. Началась погрузка третьей роты и ускоренное перемещение особо ценных материалов на мой корабль. В это же самое время я оплатил в полном размере золотом первый рейс согласно прейскуранта, побывав на каждом купце и под взглядами матросов отсчитывал монеты капитану корабля, а сверх того выплатил толику премиальных непосредственно гребцам. К утру погрузка третьей роты была закончена и корабли тронулись в путь. Естественно мой корабль отстал, так как смены гребцов у меня не было, но нагнать время я планировал во время разгрузки, ведь у меня не было конского состава, да и имущества загружено значительно меньше чем в другие корабли. Единственный недостаток заключался в том, что очень многое мог разгружать только лично я сам, так как вещи древних признавали только меня, а жену и сестру на борт я не брал. Весь свой груз я перегрузил на приготовленные телеги и три десятка гвардейцев остались их охранять в ожидании следующего рейса.
  Жак доложил мне подробности первого рейса и собранные им и его людьми сведения о положении дел в воеводстве и за его пределами. Выслушав его доклад, я тут же распорядился второй роте выдвинуться в Руту, а третьей роте, после окончания разгрузки в Сарту. Это было связано с тем, что новые воеводы взяли моду 'щипать' моих подданных, устраивая налёты на деревни и выгребая из них всё подряд подчистую. Особо в этом плане отличались воеводы Кугута и Фаргала, а также примкнувший к ним позже воевода Митака. Объяснялось это очень просто - кто-то пустил слух, что моё войско было разбито в империи Веспа, а сам я погиб или сгинул. Вот под шумок и решили трое воевод половить рыбку в мутной воде в ожидании, когда солнцеликий пришлёт новых воевод в освободившиеся земли. Уверен, появление моих дружинников будет для них 'приятным' подарком, особенно после того, как я объявлю о своём праве на месть за разорение своих земель.
  - Вот и делай после этого людям добро. Жак даю тебе карт-бланш, то есть полную свободу действий. Всем, кто участвовал в нападениях никакой пощады...
  И вновь мой купец опередил всех и первым прибыл к императорскому дворцу, а там меня уже ждал начальник разведки, - Господин, горожане наконец-то проснулись и узнали, что дворец захвачен иноземцами. Сейчас собирается ополчение, и они готовятся выступить, чтобы отбить, а заодно и под шумок пограбить. Будет примерно три-четыре тысячи горожан и среди них не более сотни тех, кто хоть немного умеет владеть оружием -городская стража.
  - Не прошло и полгода, как они проснулись. Установили, кто мутит воду? Первыми нападать не будем, дождёмся их выступления. Командиру пятой роты передай мой приказ готовить роту к карательной акции, им в помощь пойдёт сотня моей гвардии. А что, триста воинов против трёх тысяч сброда - нормально.
   Жан, ты хоть как-нибудь пометил дома тех, кого в первую очередь надо будет навестить, я имею ввиду богатеев, купцов и сановников? ...
  А вечером после ужина Авра обратилась ко мне со странной просьбой - не жечь столицу, а просто назначить выкуп за отказ от разрушения. Резон в её словах был, так как в узких улочках коннице особо не развернуться, а горожане будут особо ожесточённо защищать свои дома, а значит, будут потери и раненые. Оно мне надо перед отъездом?
  Авре я уступил с очень неохотным видом и брюзжанием, за что был вознаграждён жаркой ночью. Как же легко манипулировать наивной девушкой...
  Четвёртая рота вышла с опозданием на три часа за что два взводных командира были сняты с должностей и переведены в разряд простых воинов из-за неподготовленности подчинённых к отъезду, а ещё лишены премиальных по итогам похода на половину. Это надо же было додуматься до того, что сёдла, упряжь и конскую защиту сложить в кучи на палубе, мотивируя это тем, что так легче потом будет разгружать - смотрите люди добрые, всё напоказ, никаких тайн от вас нет...
  В этот раз я мачты не изымал с купеческих кораблей, так как не планировал их сопровождать, а в стороне от пирса росла гора имущества, которое я не пустил на корабли. Я даже договорился с капитаном Винт, что он купит у меня всё одним чохом по дешёвке, в противном случае я всё сожгу, вместе с пирсом, чтобы хоть как-то обезопасить императорский дворец от нападения со стороны моря.
  В связи с изменившимися обстоятельствами я решил этим рейсом отправить Анну и Яна, а вместо этого наткнулся на грандиозный скандал, который устроило сестричка, обвинив меня во всех смертных грехах.
  - А если будут случайно раненые? Ты в состоянии оказать им квалифицированную помощь? Перевязать может быть и сможешь, а прооперировать и извлечь наконечник стрелы или зашить резаную рану? - Ругались мы на своём великом и могучем, так что в выражениях не стеснялись.
  - Да пойми ты, дура набитая. Я, в первую очередь забочусь о тебе. А если ты беременная уже? Думай не только о себе...
  - А я и думаю! Ты чёрствый чурбан не понимаешь, каково будет родным и близким узнать, что их воин погиб буквально в последний день перед возвращением домой только из-за того, что главный лекарь дружины ещё перед боем умотал домой.
  - Знаешь, Анька, я с тобой больше спорить не буду, это бесполезно, но хочу предупредить, что, если что, вы с Яном будете похоронены в одном гробу. Ты знаешь, я слов на ветер не бросаю.
  Естественно, эта перебранка сопровождалась ненормативной лексикой и громкими криками и не надо быть полиглотом, чтобы понимать, что мы ругаемся. Возле меня возникла Авра и стала гладить меня по плечу, по-своему стараясь успокоить.
  Я накинулся на неё, - Знаешь, дорогая, из-за глупого желания моей сестры остаться до последнего, я не буду щадить горожан. Более того, я постараюсь сделать так, чтобы вся эта толпа была уничтожена ещё задолго до того, как они приблизятся к крепостной стене. У меня плохое предчувствие и я предприму особые меры.
  Миха, удвой охрану боярыни Анны и проследи, что бы не было никакой помощи раненым горожанам, что бы и близко никого не было возле неё.
  Городское ополчение появилось вдалеке только после обеда. Вот и настало время окончательного испытания моего оружия древних. Я сразу перевёл рычаг на одном пистолете в третье положение, а на втором - во второе. Учитывая, что на расстоянии в сто пятьдесят метров ПМ действуют без всяких нареканий, я решил начать испытание примерно с двухсот - двухсот пятидесяти метров.
  Пятая рота сосредоточилась возле крепостных ворот, а оставшиеся мои гвардейцы - на крепостной стене, в готовности вынести арбалетами самых ретивых. Однако, не доходя до нужного мне рубежа, толпа остановилась и стала чего-то ждать. Чего - стало известно буквально через несколько минут. Воспользовавшись подземным ходом, о котором мы не знали и который был отрыт буквально пару лет назад, ударный отряд горожан проник во дворец. И хотя их появление было сразу замечено, противопоставить им нам было практически нечего. Это ещё повезло, что ход выходил в одну из камер императорской тюрьмы и им пришлось выламывать двери, а заодно были освобождены и арестованные вельможи. Но более всего меня поразило то, что на стороне горожан выступил виконт и его люди, которые проникли во дворец. Куда только делся его хмель и придурковатый вид. Прежде чем идти и зачищать дворец, следовало разобраться с основными силами горожан.
  Не дожидаясь удара в спину и во фронт, я атаковал первым. Выстрел с третьего положения ПМ в сторону ополчения и из ствола вылетел маленький красный шарик непонятно чего. Но чем дальше он летел в сторону противника, тем больше становился, его цвет сменился с красного на тёмно-бордовый. Вот он достиг диаметра баскетбольного мяча, а ещё метров через пятьдесят стал раза в три больше, а потом вдруг неожиданно для всех взорвался, и из него вылетели сотни маленьких красных шариков, которые накрыли квадрат примерно двести на двести метров. Одновременно раздались взрывы и на этом квадрате не осталось никого и ничего кроме запечённых кусков обгоревших костей. Я сделал ещё два выстрела и больше не стал наблюдать за результатами, а сняв со стен своих гвардейцев повёл их во дворец, на ходу отдавая распоряжения, - Действовать пятёрками, с горожанами не сближаться, расстреливать их с расстояния. Пленных не брать.
  Именно тогда я узнал о предательстве виконта и его помощи городскому ополчению и распорядился, по возможности, взять его живьём, можно даже не целым. В деле зачистки дворца нам неоценимую помощь оказали местные женщины, они показывали, в каких комнатах прячутся ополченцы и предавшие нас матросы, тем самым мы избежали неожиданных нападений со спины. По понятным причинам мы никого не щадили и никому уйти от возмездия не позволили.
  На третьем этаже была обнаружена Анна, горько рыдающая над телом своего мужа. Не знаю почему, но на нём не были одеты ни кольчуга, ни доспехи, а из груди торчали оперения трёх стрел.
   С лютой ненавистью я посмотрел на сестру, - Эх, такого парня потеряли. Миха, эту женщину в железо. Они будут похоронены, как я и обещал, в одном гробу. Своих слов на ветер я не бросаю. Глаз с неё не спускать. До того момента, как её положат в гроб к мужу, она должна оставаться живой.
   Я самолично обыскал Анну и из её карманов выгреб всё, что в них находилось, она безучастно стояла, когда ей одевали кандалы и не отрывала взгляда от умиротворённого лица Яна. Вскоре мне пришлось отвлечься, так как привели двух уцелевших вельмож и виконта Тесла, - Всех троих в руки Карла, передайте мой приказ, душу из них вытряхнуть, но до казни они должны оставаться живыми. Так просто я им умереть не позволю...
  
  6.
  
  Мара неторопливо несла меня к стенам Кнорр в сопровождении всего полусотни моих гвардейцев. Были уже видны ворота, через которые городское ополчение выходило на штурм дворца. Их так и не закрыли, а стража и любопытные горожане разбежались и попрятались. Меня это не волновало, я приговорил столицу империи к тотальному разрушению. Ведь мы их не трогали всё то время, что находились во дворце императора, так почему они решили напасть на нас? Я был в своём праве на месть, тем более, что мои дружинники понесли потери, гибель одного Яна стоила того, чтобы разрушить этот город.
  В Кнорр я въезжать не стал, а используя ПМ в третьем положении стал стрелять по навесной траектории через городские стены. Когда в одном ПМ кончилась энергия, я сменил его на второй. Вскоре стали раздаваться взрывы, крики и стоны, а в разных концах города возникли сильные пожары. Все ворота я приказал закрыть и возле них дежурили дружинники пятой роты с приказом - ни один житель столицы не должен выйти за стены живым...
  Только когда наступил вечер, я снял блокаду города и сделав ещё пару выстрелов в сторону уцелевших домов, приказал возвращаться во дворец. Там уже заканчивали наводить порядок -трупы и сломанную мебель убрали, кровь замыли. На всякий случай из состава пятой роты были назначены патрули по этажам на тот случай, если кто-нибудь умудрился спрятаться.
  Авра отказалась со мой не только разговаривать, но и общаться. Пищу она принимала в отдельной комнате, там же распорядилась, что бы ей постелили постель. Этакое мини восстание против семейной жизни. Мне от этого было только легче, так как я очень боялся, что сорвусь, а так, у меня появилось время, чтобы успокоиться и со всем разобраться. Первым делом я попросил Карла выяснить, откуда взялся этот подземный ход и куда он ведёт, а также кто ещё из экипажей купцов был замешен в попытке захвата императорского дворца?
  Миха передал мне просьбу Анны поговорить со мной, - Передайте вдовой боярыне, что я не только разговаривать, но даже видеть её не хочу, так как обвиняю её в преднамеренной смерти мужа.
  Миха подтвердил мою догадку о том, что Ян снял доспехи и кольчугу по настоянию жены, которая посчитала, что во дворце им ничего не грозит. Далеко за полночь стали известны наши безвозвратные потери. Все они пришлись на защитников дворца - не считая Яна, ещё три мои гвардейца погибли в схватках с воинами империи Восходящего солнца входивших в состав экипажей купцов. Передо мной во весь рост встал вопрос о том, что делать с экипажами семи кораблей, которые перевозили моих воинов, ведь для полной эвакуации предстояло сделать ещё пару рейсов, а доверять им я больше не мог.
  Ночью мне удалось, не раздеваясь, поспать два часа, после чего я отправился в пыточную, где ознакомился с протоколами допроса придворных императора Веспа и виконта Тесла. Теперь картина произошедшего высветилась в полном свете. Это был полноценный заговор, который ставил своей целью спровоцировать войну между империей Весп и царством, а затем одним внезапным ударом захватить Весп и присоединить её к своему государству. Тесла назвал так называемых агентов влияния, которые толкали императора к войне с Сарматом. Но самая главная новость ждала меня впереди. Уже под утро виконт признался, что большой флот и армия вторжения уже находятся здесь, в бухте Согласия, и только ждут сигнала для начала полномасштабного вторжения. О том, что императорский дворец был нами захвачен, верхушка столицы знала буквально через три дня, и нападение было частью согласованного плана. Оказывается, бухта у императорского дворца, была единственно пригодной для выгрузки кораблей на всём побережье, так как все остальные были усеяны осколками скал, рифами и не позволяли приблизиться достаточно близко к берегу. У виконта при себе оказалась и небольшая карта, с указанием глубин и безопасным проходом в бухту Согласия.
  Придворные Веспа подтвердили, что находились на содержании у императора Восходящего солнца и назвали всех, кого знали и кто предал своего императора. Обо всём этом я написал в летнюю резиденцию и сразу три почтовых голубя, с разницей в час, понесли эти вести. В последней записке я сообщил, что собираюсь навестить бухту Согласия и вину с императора за гибель царевны Милы не снимаю, но свою личную месть откладываю до лучших времён. Я так же сообщил, что столица Кнорр разрушена до основания, а жители, которые купились на посулы эмиссаров Восходящего солнца, были уничтожены мною в результате ответа на попытку захвата имперского дворца совместно с врагом Веспа. Четвёртый почтовый голубь понёс в летнюю резиденцию выдержки из допросных листов придворных предателей и виконта Тесла. Не знаю, к чему это может привести, ведь существовал немалый шанс того, что Весп смирится и примет доминирующую роль Восходящего солнца, а имперская корона будет заменена на королевскую. Правда, по сообщениям, которые поступали к Жану, мой подарок двум императорам в виде отрядов восставших рабов, начал приносить свои плоды. Сразу несколько больших отрядов прорвались через перевал и устроили беспорядки по обе стороны границы...
  Утром состоялись торжественные похороны Яна Страха, вместе с ним в гроб была помещена безучастная Анна и крышку гроба забили на два клина, после чего опустили в вырытую яму и кинули сверху несколько комьев земли. Ритуал похорон был соблюдён. После этого гроб подняли на поверхность, крышку сняли, Анну извлекли на свет божий и мы все отправились к приготовленной поленнице, куда и положили тело Яна. Негоже ему лежать в чужой земле, а пепел, пепел потом развеем в море. Вместе с Яном на костёр были уложены тела погибших воинов. После того, как всё прогорело, одна из помощниц Анны увела её, а мы, собрав весь пепел, на моём корабле вывезли его в чистое море, где и развеяли.
   Миха и пять лучших стрелков из моей гвардии получили особую задачу - Миха вооружился моим карабинам и стал тренироваться стрелять из него с завязанными глазами на звук, то же самое делали стрелки, но с двойными арбалетами. О своей задумке навестить бухту Согласия я никому не рассказывал, а тренировка шла вдалеке и от пирса, и от дворца императора. Исходил я из того, что никто не ждёт нападения на флот империи Восходящего солнца, особенно ночью, а стрелки мне нужны были для того, чтобы не допустить попыток проникновения на корабль тех, кто уцелеет и будет стараться забраться на борт корабля, ища там спасение.
  Ужинал я вместе с экипажем своего корабля, так как планировал выйти в море ещё до наступления полной темноты. Если верить карте, изъятой у виконта, особых трудностей до входа в бухту не предвиделось, а вот в саму бухту придётся входить с особой осторожностью и только на вёслах - уж больно много скал выступало из воды так что фарватер походил на тело ползущей змеи с множеством извилин. У лекарок я взял несколько сосудов с жидкостью, которая, якобы улучшала ночное зрение, но особой веры у меня этому не было.
  Наконец всё было готово. У Михи было триста разных пуль, а на каждый арбалет приходилось по тройному комплекту болтов, правда половина из них была с деревянными древками - именно их я приказал использовать в первую очередь.
  В ранних сумерках, под парусом, мы начали неторопливое плавание. Я постоянно сверялся с картой виконта и особо не торопился, так что к входу в бухту мы подошли аккурат к том у времени, когда солнце полностью скрылось за горизонтом и наступила темень. Небо заволокло тучами и начался мелкий и нудный дождь, который вскоре сменился сильным ветром и настоящим ливнем с грозой. Хорошо хоть, что длился он недолго, но тем не менее все, кто находился на палубе, промокли до нитки.
  В этой ситуации больше всего повезло гребцам, они хоть могли согреться, работая вёслами, а не повезло двум вперёдсмотрящим, которых я выставил на носу для наблюдения вперёд и по сторонам. Мне в этом плане было легче, моя вязанная кольчуга не только не пропускала влагу, но ещё поддерживала постоянный температурный режим, так что чувствовал я себя вполне комфортно.
  В саму бухту мы ползли со скоростью черепахи, а может быть даже и медленнее, так что чувство времени я потерял и не очень удивился, когда Миха шепнул мне на ухо о том, что через пару часов начнёт светать. А вот и чистая вода, на которой замерли в неподвижности силуэты кораблей флота вторжения. Нам повезло в том плане, что на многих кораблях, на специальных подставках, горели масляные фонари, а сами корабли были соединены друг с другом по три - четыре штуки мостиками и канатами. Как пояснил мне один из тех матросов, что перешли на службу ко мне, это было сделано на тот случай, если корабль сорвёт с якоря, то остальные удержат его на месте. Обычная практика для ночёвок в неизвестных бухтах с течением, а течение в бухте Согласия присутствовало.
  Мой корабль занял такое место в бухте, откуда мне было видно как можно больше групп кораблей, в тоже время он перекрывал единственный выход из неё, если найдётся какой-нибудь смельчак или идиот, вроде меня, что ринется на выход в такую темень. Мои дружинники вознесли благодарственные молитвы богам и приготовились к бою, а передо мной встал вопрос - какое положение на ПМ использовать - второе или третье? Всё-таки скорее всего третье - стрельба по площадям, так как корабли стояли плотными группами, чуть ли не в несколько рядов. К тому же вперёдсмотрящие меня предупредили о том, что они разглядели на берегу с десяток костров. Моё оружие было заряжено, насколько можно было его зарядить за один солнечный день, так что я решил, один ПМ разрядить полностью, а во втором оставить треть заряда как неприкосновенный запас.
  Глубоко вздохнув, я произвёл первый выстрел в самый центр флота, а потом, не дожидаясь результатов первого залпа, выстрелил по флангам корабельного строя. Для многих из моего экипажа мои действия были в новинку и многие вылезли на палубу, чтобы поглазеть, как их вождь собирается отомстить за смерть своего родича и дружинников. Многие полагали, что мы пойдем вдоль стоящих кораблей противника и будем осыпать их из арбалетов стрелами с горящими промасленными тряпками, надеясь на поджог. Однако то, что они увидели, заставило некоторых из них возносить молитвы богам за то, что они избрали правильный путь и присягнули на верность особому боярину, у которого в руках такое оружие...
  Вся бухта была ярко освещена факелами горящих кораблей, причем огонь быстро перекидывался с одного судна на другое из-за их скученности. Трёх выстрелов пока хватило для того, чтобы основные силы флота вторжения полыхали в ночи, как яркие фонари. Чуть в стороне я заметил небольшую группу, которая стояла обособленно от других. Один из матросов обратил моё внимание на то, что это место стоянки отличается тем, что там почти нет течения, поэтому корабли не сцеплены между собой, а просто стоят на якорях. Из этого я сделал вывод, что это скорее всего корабли руководства, поэтому, недолго думая, накрыл их ещё одним выстрелом из третьего положения. Сделано это было вовремя, так как в этом отряде началось непонятное движение. Вперёдсмотрящие мне доложили, что у некоторых в бортах открылись окна и появились вёсла. Не знаю, что хотели сделать командиры флота - толи попытаться прорваться из бухты в открытое море, толи наоборот, попытаться затеряться в нагромождении скал у береговой черты, в любом случае их намерения остались только в их головах, так как огненные шарики накрыли все их корабли, даже с запасом, и вспыхнули как масляные факелы.
  Начало светать. Чисто в профилактических целях я произвёл ещё один выстрел, но уже по тому месту, где мои матросы обнаружили огоньки костров. Хуже от этого не будет, а если там разместилась какая-нибудь команда с кораблей, то это будет для них моим прощальным подарком.
  К моему удивлению, заряд ПМ показывал, что он использовал чуть больше половины заряда, хотя количество выстрелов было или равно тому, что я использовал, когда жёг столицу Веспа, или даже превосходило их. В очередной раз я подивился этому оружию древних, которое я назвал интеллектуальным, и иных мыслей кроме, как только о том, что ПМ сам считывает информацию о качественных характеристиках цели и исходя из этого сам определяет мощность залпа и его насыщение энергией, у меня не было. Только как всё это делается - остаётся загадкой, так и хочется сказать, что без спутников и высоких технологий тут не обошлось.
  - Господин, господин, - Миха толкнул меня локтем в бок, - смотрите, это что ещё такое?
  Из тени высокого обрывистого берега в сторону нашего корабля ходко шёл большой, и по-своему красивый, корабль, значительно больше чем мой купец, одних только вёсел с одной стороны было не менее двадцати. Высокие борта, за которыми прятались стрелки из лука, нос имел острый выступ на уровне ватерлинии для таранного удара в борт. В тишине было хорошо слышно, что ритм гребцам задавал большой барабан или било. Когда до нас осталось метров двести, я перевёл рычаг в первое положение и своим лучом первым же выстрелом срезал не менее пятнадцати вёсел с одной стороны. Не сразу на корабле разобрались в чём дело, так что нос резко повело в сторону, как раз туда, где из воды торчали острые рифы и обломки скал. Мне уже было ясно, что набранную скорость погасить не удастся и встреча с препятствием - минутное дело. Раздался треск, было видно, как корабль содрогнулся и стал носом зарываться в воду. По-видимому, он врезался в подводные камни, и они сломали ему не только нос, но и проломили борт. Было хорошо видно, как экипаж и гребцы бестолково бегали по палубе, многие прыгали в воду и старались уцепиться за обломки досок, а кому их не досталось, тут же, под тяжестью доспехов отправлялись на дно. Больше всего выиграли те, кто не поддался панике и остался на корабле, так как он перестал тонуть и в полузатопленном состоянии замер, крепко засев в камнях. Таких оказалось не больше десятка, но идти ему на помощь я не собирался, так как не хотел повторить его участь.
  Удивили два человека, которые самым настоящим образом не только держались на воде, но и медленно плыли в нашу сторону. Сто метров не такое уж большое расстояние, так что я распорядился сбросить им с борта две верёвки - доберутся - их счастье, а на нет и суда нет.
  - Гребцам на вёсла! Своё дело мы сделали, возвращаемся. Рулевому и вперёдсмотрящим смотреть в оба! Якоря поднять! Навстречу пловцам три гребка!
  Осторожный разворот, неспешный взмах вёслами и вот уже оба спасшихся схватились за верёвки и их спешно подняли на борт, после чего наш корабль так же осторожно, как и ночью, пошёл на выход из негостеприимной бухты. Я ещё раз окинул место побоища своим взглядом и остался весьма удовлетворённым увиденным - множество мелких обломков и совсем немного голов над водой, которые держались за них в надежде как-нибудь выбраться на сушу.
  Повернувшись к двум пловцам, я поинтересовался, - Кто такие?
  Ответил старший из них, - Простые матросы из экипажа.
  Я саркастически хмыкнул, - С каких это пор простые матросы носят на пальцах дорогие кольца, а одежда у них их тонкого полотна? Да и на обувь свою внимательно посмотрите и сравните с обовью действительно простых матросов. Ещё раз спрашиваю - кто вы такие? - Ответом мне было молчание. - Миха, этих красавцев в железо и в разные углы трюма. По возвращению отдадим их в руки Карла и тогда узнаем всё!
  Обратное плавание прошло без приключений и беспокойства. У пирса я увидел возвратившиеся корабли и их команды под охраной стрелков пятой роты. Ещё перед отплытием в карательную экспедицию, я распорядился арестовать всех до единого и держать их на свежем воздухе до моего возвращения. Приказ был выполнен. Подойдя ближе, я нашёл глазами старшего капитана Винт и поманил его к себе.
  - Винт, у меня нет желания терять время на пустые разговоры. Ты знал о предстоящем нападении на дворец, организованном Тесла, но решил не участвовать в этой авантюре и отправился в плаванье к моей вотчине. Хотя, имеет право на существование и другая версия - ты отправился в разведывательное плавание, чтобы своими глазами всё увидеть, посмотреть и оценить. Я сохраню тебе жизнь, но тебе выжгут глаза, отрежут язык и отрубят правую руку. Так же поступят со всеми капитанами и их помощниками, разве только руку рубить не будут. Экипажи не тронут. И ещё, в бухте Согласия я сжёг все корабли, а в живых там осталось не более десятка тех, кому повезло зацепиться за обломки. Это моё предупреждение вашему императору. Дело в том, что пока ты там плавал, твои люди убили члена моей семьи - мужа сестры - Яна Страх, и за это я возьму жизни десяти членов императорской семьи...
  В это время чуть ли не бегом ко мне приблизился Жан и отозвал в сторону, - Господин, под утро убили вашу жену, боярыню Авру. Двух исполнителей из экипажа вот этого гада взяли с поличным. - Он показал рукой на Винта. - В спальню они проникли по неизвестному нам тайному проходу. Вероятно, среди находящихся во дворце у них есть сообщники, сейчас с ними работает Карл и вскоре мы узнаем результаты. Простите господин, но мы не смогли обнаружить этот тайный ход и убийцы им воспользовались. Когда охрана услышала шум и ворвалась в спальню госпожи, один её держал и зажимал рот, а второй нанёс несколько ударов в грудь. Болтами в плечо их обездвижили, тут же вызвали вашу сестру, но она оказалась бессильна. Один из ударов пронзил сердце, и она умерла мгновенно.
  Сказанное им не сразу дошло до меня - как это убили мою девочку? Кто посмел? Я потряс головой, - Повтори ещё раз... - И пока он сбивчиво повторил свой рассказ, я стоял в оцепенении, непроизвольно сжимая и разжимая кулаки.
  Слова давались мне с большим трудом, горло перехватил спазм, - Винт, двое из твоего экипажа убили мою жену. Что скажешь в своё оправдание?
  Он опустил голову, - Я ничего об этом не знаю, но сделали это не мои матросы, а те, кто был мне навязан в экипаж службой императора. Оправдываться не собираюсь, так как понимаю, что это бесполезно. Ещё раз повторю, мои люди тут ни при чём, но среди них по-прежнему находятся два человека из тайной службы. Мне они не подчиняются и действуют по своему плану. Я могу показать их. - В это время он увидел моих пленных и его лицо скривилось в горькой ухмылке. - Вот эти смогут рассказать значительно больше, так один из них младший сын императора и возглавляет тайную службу, а второй - его заместитель и истинный руководитель.
  Жан не выдержал, - Ого, какие птички попались, Карл должен будет их выпотрошить до самого дна, а то может и у нас завелись свои скрытые предатели...
  Тихо подошла Анна, одетая во всё чёрное, - Вот и осиротели мы с тобой, брат. Осталось только одно - месть, и она должна быть страшной и ужасной.
  - Миха, ты всё слышал. Пройди к экипажам и предложи службу у меня всем желающим. Если их не окажется, что делать с капитанами и их помощниками, ты знаешь, а всех матросов загнать на один корабль, и что бы через час духа их здесь не было, иначе будут все повешены или сожжены живьём, но перед этим рассчитай их за последний рейс.
   Анна, вот эти двое задумали и организовали все эти убийства и нападения. Отдаю тебе их на пару часов, но они должны остаться в живых, что бы потом с ними поработал Карл. Будут ещё двое из числа тех, кто убил твоего мужа, с ними можешь делать всё, что захочешь. Хочу верить, что их смерть не будет лёгкой...
  Авру уже умыли, переодели и у меня сложилось впечатление, что она просто спит, стоит мне провести рукой по её щеке, она откроет глаза и улыбнётся. Я не удержался и коснулся её лица, но тщетно, тело уже начало костенеть.
  За окном уже стемнело и в спальню принесли несколько канделябров на четыре свечи, а для меня время словно остановилось. Будто сквозь сон я слышал голос сестры, настаивающей на том, чтобы я поел, что-то механически жевал и глотал, не чувствуя вкуса...
  В себя я пришёл ближе к утру, встал, разминая ноги, ещё раз взглянул на Авру и решительно вышел из комнаты. Жизнь продолжается, а мне ещё многое надо успеть сделать до отплытия. Миха как тень следовал везде за мной, а ещё количество моей охраны выросло до двух десятков.
  - Где Жан, хочу прочитать опросные листы и выслушать его доклад о результатах допросов.
  - За ним уже послали, - и действительно, начальник моей разведки вскоре появился с кипой пергамента в руках.
  - Прочитаю чуть позже, доложи самую суть.
  Жан ненадолго задумался, а потом неторопливо заговорил, - Распоряжение об убийстве вашей жены отдал виконт Тесла, хотя и на вас готовилось покушение. Должны были быть задействованы те два агента, что ещё скрывались среди экипажа Винта. В их личных вещах были обнаружены разборные арбалеты весьма примитивной конструкции, что объясняет наличие стрел в груди Яна. Факт ареста этой мрази приказ не отменил. Он внебрачный сын герцога Хена, того самого старичка, которого вы спасли вместе с младшим сыном их императора, ему предоставлено право самостоятельно принимать решения и на территории Веспа он был наделён неограниченными полномочиями. Его агентуру, которую он назвал, мы выявили и изолировали, естественно только тех, до кого смогли дотянуться. С виконтом - всё.
  Герцог Хена, фактический глава тайной службы империи Восходящего солнца, муж старшей сестры императора. В это плаванье отправился, чтобы присмотреть за принцем, которого император явно выделяет среди всех сыновей, несмотря на то, что он не наследник. Всего у императора пять сыновей, семь дочерей и четыре жены. Герцог сторонник захвата и присоединения в качестве провинций всех земель на континенте. Сам он называет этот процесс мудрёным словом 'экспансия'. Больше ничего узнать о нём не удалось. Он тут пытался качать права, заявляя о бесчеловечном отношении к его особе, но быстро заткнулся после того, как ему сказали о подлом убийстве Яна и Авры и кем они приходились боярскому роду Страхов.
  Младший сын императора принц Денг, любимец отца и женщин. Избалованный и развращённый властью и вседозволенностью мерзавец. Сходу предложил мне работать на него, обещая умопомрачительную сумму за организацию побега и освобождение. Боль совсем терпеть не может, так что очень быстро раскололся и выдал всё, что знает. Только все его знания в основном касаются жизни во дворце и тех интриг, которые плетутся там. К тайной имперской службе имеет самое поверхностное отношение, как номинальный глава. Во всём полагается на герцога.
  Старший капитан Винт в ходе допроса с пристрастием показал тайник на корабле, где хранятся самые полные карты этого побережья, а также точный маршрут движения к вашим землям. Его допрос ещё продолжается.
  На службу к вам решили поступить ещё трое матросов и один помощник капитана Он уже более двадцати лет ходит в помощниках и стать капитаном ему не светит, так как нет связей во дворце и в свите, а на его знания и опыт никто не смотрит. Зол на старшего капитана за то, что он поставил руководить кораблём зелёного юнца, сынка какого-то близкого человека к свитским. О Винте он сообщил много чего интересного, что расходится с рассказами самого капитана. Винт был в курсе всех планов Теслы и даже подсказывал, как ему поступать в некоторых случаях. Это именно он предложил устранить вашу жену, так как боялся создания тесного союза между Сармат и Весп, а вот попытка устранения вашей сестры - целиком инициатива виконта. - Жан ненадолго замолчал, а потом спросил, - Извините господин, но где и как вы собираетесь хоронить свою жену? Если собираетесь везти её домой, то надо будет залить её тело мёдом...
  - Хоронить будем здесь, на её родине. Распорядись, что бы собрали большую поленницу дров в виде пирамиды. В её середине, по краям, предусмотреть четыре места для тех, кто отправится в ад - принц, герцог, Винт и виконт, каждый из них должен будет крепко-накрепко привязан к большому и сухому бревну, а на самой вершине пирамиды будет установлен гроб с телом моей жены.
  - А что делать с двумя исполнителями, теми, кто непосредственно участвовал в убийстве?
  - Карл их выпотрошил?
  - Да, они рассказали всё что знали и сдали своих подельниц из числа придворных дам. Именно они показали этот коридор и помогли убийцам проникнуть в спальню к боярыне.
  - Сколько их было?
  - Две. Обе поступили так из мести госпоже Авре, в своё время она отказалась их принять в свою свиту и посоветовала меньше заниматься сбором сплетен и их распространением.
  - Этих тоже живьём на погребальный костёр...
  Эту ночь я решил провести вместе с безвременно почившей женой, мне надо было разобраться в себе и своих чувствах, а также задать несколько вопросов. И главный среди них - а всё ли я сделал что бы обеспечить безопасность этой девочки, которая утонула в своих чувствах ко мне? Должен признаться, я всё пустил на самотёк, а ведь понимал, что именно мы с ней можем стать основными целями для наших многочисленных врагов. Я подошел к Авре и с трудом снял с её пальца фамильный перстень, эту память я никому не отдам.
  Любил ли я её? Скорее нет, чем да. Для меня это был брак по расчёту, хотя что тут скрывать - мне было легко и приятно находиться рядом с ней, я словно молодел на десяток лет, видя её неиспорченную непосредственность, наивность во многом и неприкрытое обожание. И вот всё кончилось, не успев толком даже начаться, а ведь мы могли быть счастливы, будь я более внимательным и чутким к ней.
  Вот и полночь, я незаметно проверил, как выходит меч из ножен, ведь если я не ошибся в своих предположениях, то вскоре в комнате должен появиться тот, кто дергал за все ниточки и заварил эту кашу. Хорошо помню слова Лира о том, что в каждом государстве имеется свой волшебник, или маг, а просто говоря - свой Лир, вот его я и ждал.
  В дальнем углу сгустилась тьма и там проступил силуэт в балахоне с капюшоном. Жаль, что в своё время я не расспросил старца о других волшебниках.
  - Можешь выйти из угла и не прятаться. Сразу убивать тебя я не собираюсь, хотя руки так и чешутся. Трудно было добраться сюда из ставки императора, хотя можешь не отвечать, ответ очевиден. Мне вот только одно не понятно, зачем понадобилось убивать Авру?
  Раздался скрипучий старческий голос, - Она отказалась отдавать перстень рода законному наследнику.
  - А у тебя есть убедительные доказательства того, что именно он наследник, а не она... Была. Вот у меня есть подлинник завещания её отца о том, что всю полноту власти он передаёт своей дочери...
  
  7.
  
  - Не лги мне. Такого завещания не существует.
  - Для тебя может быть и не существует, а вот для меня и Авры оно существует. Ознакомиться не желаешь?
  - Покажи мне эту никчемную подделку.
  - Я что, похож на идиота, чтобы носить столь ценный документ с собой? Пройди в спальню бывшего императора, открой сейф и ознакомься с подлинником, а не с той чепухой, что составил ныне покойный канцлер, чтобы возвести на трон своего сына, которого ты чтишь как законного императора Веспа. Думаю, подлинник от подделки ты сможешь отличить?
  Силуэт мага стал медленно таять в углу и через пару мгновений полностью исчез. Его отсутствием я воспользовался для того, чтобы открыть кобуру и выдвинуть на половину ПМ для удобства извлечения. Мага не было долгих полчаса или около того, так что я даже стал волноваться. Наконец он появился.
  - Спасибо, что показал, где была спрятано это завещание. Я его уничтожил, сжёг в магическом огне и уже никто не усомнится в законности и легитимности нынешнего императора...
  - Это вряд ли. На документе стоит печать древних, а значит его уничтожить невозможно. Можешь вернуться и вновь открыть сейф, но должен тебя предупредить, что третья попытка уничтожения завещания может оказаться смертельной. Пытались ли его уничтожить до тебя - скорее всего да, а может быть и нет. Ну что, рискнёшь или просто убедишься в том, что не смог его сжечь и этот документ по-прежнему находится в сейфе последнего настоящего императора Веспа?
  Не говоря ни слова, старик вновь исчез, чтобы вновь появится минут через десять всё в том же тёмном углу. Это уже становилось интересным, надо будет приглядеться к этому месту, вдруг там какой-нибудь портал перемещения спрятан, или переплетение силовых линий, которые поддерживают его магическую силу.
  - Меня это завещание не убедило в том, что император не настоящий.
  - Ты просто боишься себе признаться в том, что столько лет поддерживал и помогал самозванцу, а если к этому добавить организацию убийства законной наследницы, то сам заслуживаешь ужасной смерти. Каково это знать, что своими собственными руками уничтожил Весп? А ведь Авра могла подарить мне сына, который стал бы законным императором, а объединение в одном лице двух сильных потоков древней крови обещало исключительный результат.
  - В любом случае - что сделано, то сделано. Мне нужен фамильный перстень, ты знаешь, где он?
  - Конечно, знаю - на моей руке рядом с фамильным кольцом моего рода и отдавать его тебе я не намерен. - Пришлось в доказательство своих слов перевернуть оба перстня так, чтобы он мог в этом убедиться.
  Маг аж вжался в стену, - Этого не может быть. Перстень может одеть только старший рода, а ты никакого отношения к императорскому роду Веспа не имеешь.
  - Ты не веришь своим глазам? Разубеждать тебя я не собираюсь. Это кольцо я извлёк из желудка отца нынешнего самозванца. Повторюсь, именно канцлер являлся его отцом, а не последний император Веспа. Это единственное приемлемое объяснение его очень слабой силы как носителя древней крови. Это объясняет тот факт, что он никогда не одевал это кольцо, хотя и мог его держать в руке. Старшей рода была Авра и это кольцо я снял с её руки буквально перед твоим появлением здесь. Или ты надеешься, что после смерти канцлера и старшего рода старшинство перейдёт к нему? Вынужден тебя, старик, разочаровать - держать его в руке он может, а вот одеть нет. А его дети и этого будут лишены, они даже дотронуться не смогут. Древняя кровь не водица, если её излишне разбавить, то она теряет все свои свойства. Ты же знаешь, что самозванец, даже с кольцом в руке, не смог открыть многие двери и проходы древних, которые моя жена открывала без малейших усилий.
  Мне жалко тебя старик, ты своими руками разрушил такую империю, которая существовала с момента раздела существующего мира. Что за этим последует - известно только богам, но я полагаю, что ничего хорошего для Веспа. А теперь уходи, иначе я дам волю своим чувствам и убью тебя.
  - Я могу мереть только по своей воле...
  - Ты хочешь испытать на себе ужасную мощь оружия древних? Я могу представить тебе такую возможность, - в моей руке оказался ПМ и импульс с тихим шорохом прожёг дыру в стене насквозь не только в этой комнате, но и во всех остальных, что попались ему до того, как он вырвался на свободу за пределы дворца, где и растаял.
   Старик медленно опустился на пол, капюшон слетел с его головы. Он действительно был очень стар и дряхл, седые космы, белёсые глаза без зрачков, морщинистая кожа лица. Даже в свете канделябр было видно, что она имела коричневый оттенок. Он направил на меня свою трясущуюся руку, и я напрягся, ожидая магической атаки. И хотя боевая магия этого мира на меня не действовала (так утверждал Лир), мне стало не по себе.
  - Возьми на себя бремя императорской власти, и я передам тебе все свои знания, прежде чем уйду в иной мир.
  - Нет, такая власть не для меня, я залью всю страну кровью, так что пусть правит самозванец, до тех пор, пока не найдётся достойный претендент на корону. Ищи такого человека в младших ветвях императорского дома или среди бастардов. Не поверю, что императоры Веспа не имели детей на стороне. Подбери таких несколько человек и через старца Лир дай мне знать, я прибуду с перстнем для проверки их способностей. И мой совет, не смотри на знатность и богатства претендента, смотри на его человеческие качества.
  В это время дверь приоткрылась, влезла голова моего стражника и скороговоркой произнесла, - Там госпожа Анна желает вас навестить. Пропустить или сказать, что вы изволите отдыхать?
  - Пусти, она всё равно добьётся своего. Наверняка принесла какую-то дрянь, что бы я выпил и немного отдохнул.
  - Знаешь, брат, что я тебе скажу, лекарства от того и бывают горькими, что бы больной понимал, что легче предотвратить болезнь, чем потом лечиться всякой гадостью. А это что за старик сидит в углу?
  - Да вот понимаешь, предлагает мне стать императором Веспа. Он здесь, так сказать, маг при местном правителе, как Лир в Сармате.
  - Я надеюсь ты отказался? Пусть своё дерьмо сами расхлёбывают, - а потом она перешла на наш родной язык. - А вообще-то, предложение весьма заманчивое - неограниченная власть, все ресурсы страны будут подчинены тебе, это ж каких дел можно будет наворотить...
  - Ага, особенно в области демократии и принуждении к послушанию, а сколько знатны голов полетит? Даже представить трудно. Нет Аннушка, мне этого не надо. Сначала потренируюсь на своём воеводстве. Ты как смотришь, если я его объявлю княжеством или королевством, при формальном подчинении солнцеликому царю?
  - Я только 'за' двумя руками. Ты прав, начинать следует с малого. А весь оставшийся мир мы завоюем потом, года через два.
  - Никаких завоеваний, только добровольное присоединение.
  - Ага, по принципу добровольно-принудительного движения в светлое будущее...
  Она вновь вернулась на общепринятый, - Лекарство тебе всё-таки придётся выпить, иначе ты свалишься в самый неподходящий момент, силы то не беспредельны. - Она засунула руку в один из своих глубоких карманов и извлекла из него два пузырька. - Так, это тебе, Страх, а этот передай старику - общеукрепляющее и тонизирующее, а то смотрю, он тоже на ладан дышит...
  Анна безбоязненно подошла к старцу и сунула ему в руки склянку, - Выпей. Это эликсир древних придаст тебе сил и энергии. - И уже обращаясь ко мне, - Всё-таки ты гад, старший брат, обещал перевести пять рецептов древних, а перевёл только три и учить меня их письменному отказываешься.
  Я по привычке огрызнулся, - Делать мне больше нечего, кроме как учить уму-разуму тебя. Руки дойдут, составлю азбуку письменного языка и будешь сама учиться.
  Маг Веспа одним глотком выпил содержимое пузырька и скривился. Заметив его гримасу, я злорадно улыбнулся, - Теперь ты понимаешь, почему я не желаю пить эту дрянь без особой необходимости?
  - А придётся, братик, придётся...
  Проспал я не более двух часов, но чувствовал себя превосходно. Свечи в канделябрах прогорели почти наполовину, за окнами уже начинало сереть, а Анна и Миха сладко спали за столом. Ей тоже изрядно досталось, но внешне она справилась со своим горем. Не спали только четыре моих охранника, которые стояли у стен и внимательно наблюдали за всем, что могло произойти в помещении. Старик исчез и никаких следов его пребывания я не обнаружил. Откинув покрывало, которым был укрыт, я встал из кресла. Услышав мою возню Анна приоткрыла глаз, - А, это ты? Я думала дедок вернулся, он что-то там бормотал о возможности воскрешения Авры, но я подняла его на смех, популярно объяснив разницу между погибшим человеком и его клоном, но он, кажется, ничего не понял. Хотя, конечно, задумка неплохая, вот только мозг клона будет девственно чистый, это я тебе как специалист, который был допущен в Бурденко к материалам экспериментов, могу точно гарантировать. - Она закрыла глаз и продолжила бессовестным образом спать.
  Можно, конечно, силой поднять это бессовестное создание, но глянув на её мешки под глазами, я от этой мысли отказался. Тела Авры в гробу не было, но тут как нельзя вовремя появился старик-маг со спящей Аврой на руках. О том, что она спит я догадался по её розовым щекам и часто вздымающейся груди, что не могло скрыть даже её платье.
  - Я исправил свою досадную ошибку, надеюсь, боярин, ты выполнишь данное слово, и ваш сын станет императором Веспа.
  Я хотел было поинтересоваться, когда это я дал такое обещание, но в этот самый момент Авра открыла глаза и я обо всём забыл, - Как ты, девочка?
  - Немного болит грудь, и я зла на тебя, ты даже не удосужился сообщить мне, что жители столицы предали моего брата и встали на сторону империи Восходящего солнца. Так нельзя, Страх, мы же теперь семья, потрудись хоть иногда объяснять свои поступки. И это твоё плавание - не понятно куда и зачем. Я очень волновалась...
  - Ей надо дать немного того эликсира, которым потчевали меня, - проскрипел маг - резервов её организма явно недостаточно для полного восстановления. И не мешало бы дать мне такой сосудик с собой, мне кажется, я это заслужил.
  - Анна, слышала? И не притворяйся, что ты спишь. Влей пару глотков Авре, а старцу дай полный флакон.
  - А ты переведёшь для меня ещё пять рецептов эликсиров из своей книги?
  - Только когда вернёмся домой, ибо я её уже отправил в Сармат.
  - Договорились. - И пока Анна уговаривала мою жену сделать пару глотков горькой гадости 'за маму и за папу', я подошёл к магу.
  - О технологии воскрешения расспрашивать не буду, так-как и дураку понятно, что был запущен процесс клонирования. Мне непонятно одно, как удалось восстановить деятельность мозга и сохранить основные знания и память, ведь клетки мозга разрушаются первыми и необратимо.
  Старик хитро посмотрел на меня, - Всё надо успеть сделать в первые три дня после смерти, пока некая субстанция, несущая всю информацию о человеке, не покинула тело и не ушла в астрал. Я успел.
  Нас прервал возмущённый голос Авры, - Страх, ты говорил о двух глотках, а она влила мне полный флакон очень горького лекарства, меня сейчас вырвет от него.
  - Анна, прекрати своевольничать, а тебе, подруга дней моих суровых, надо усвоить, что верить лекарям на слово нельзя и их - будет не больно и - это не горько, обычные уловки.
  - Не волнуйся брат, двойная доза ей не помешает, ты лучше подумай, как представишь окружающим её воскрешение и что теперь будешь делать с поминальным костром?
  Подал голос маг Веспа, - А делать ничего не надо. Её надо положить в гроб и установить на кострище, тут появляюсь я и оживляю её. Все радуются и веселятся, костёр поджигается и те, кому положено спокойно горят в его огне. Это самый простой и разумный способ вернуть принцессу к жизни, а потом я просто исчезну. Главное, чтобы было побольше придворных, так как многие меня видели и при дворе, и в свите императора.
  Авру, не смотря на её возмущение, вновь положили в гроб и прикрыли траурной накидкой, затем четверо гвардейцев, что несли охрану внутри её спальни легко подняли гроб на плечи и вслед за мной понесли её к установленному месту аутодафе. Анна заснула и различить живая она или нет, можно было только если склониться над ней вплотную и уловить тихое дыхание. Приговорённые к казни уже были на своих местах, крепко связанные и привязанные, с заткнутыми ртами, они могли шевелить только глазами и тихо мычать.
  Где-то через полчаса небольшая площадь перед пирсом была уже полностью заполнена, запалили факелы, и мои воины встали у четырёх углов, чтобы одновременно поджечь поминальный костёр. Я поднялся на самый верх, стараясь изображать безутешное горе, но получалось это у меня не очень хорошо.
  - Хоть бы слезу проронил, тоже мне муж называется...
  - Поцеловать-то хоть напоследок догадается...
  А почему бы и нет? Я склонился и поцеловал Авру в губы, а потом и в лоб. И тут случилось то, что никто не мог предположить, - внезапна принцесса обхватила мою шею и села в гробу. С десяток человек упали в обморок, а я беспомощно оглянулся, ища глазами мага и ожидая, что он немедленно появится. Ага, как бы не так. Его наглую улыбку я увидел в толпе придворных, он помахал мне рукой и исчез. Вот же сволочь, бросил на произвол судьбы, а ты теперь как хочешь, так и выкручивайся. Благо на помощь пришла Авра, - Как же долго я спала, - и, хотя говорила она достаточно тихо, её голос услышали все, - поцелуй меня ещё раз, твой поцелуй разбудил меня.
  И что теперь прикажете делать? Пришлось взять её на руки и острожное спуститься на землю. Толпа качнулась в мою сторону, но охрана быстро взяла нас в кольцо и обнажила мечи. Выход из положения нашёл Миха, именно он подал команду 'поджигай' и это отвлекло от нас внимание, но не всех и ненадолго.
  Обильно политая маслом поленница быстро взялась со всех сторон и от нестерпимого жара нам всем пришлось отодвинуться от костра. Крепко прижав Авру к груди так, чтобы она не видела, как корчатся в огне приговорённые к такой смерти, я наблюдал за последними мгновениями жизни тех, кто это заслужил.
  К нам подошла Анна и, заставив меня опустить жену на землю, быстро накинула на неё лёгкую накидку, укутав принцессу с головы до ног. Свой поступок она объяснила очень просто, - Её платье просвечивает... Эх, и почему этот маг не появился, когда хоронили моего Яна?
  Я уж было хотел сказать, что в смерти своего мужа в первую очередь виновата она сама, но взглянув и увидев слёзы в полной муке глазах, промолчал.
  Моряки из империи Восходящего солнца, не дожидаясь, когда огонь прогорит полностью, быстро погрузились на корабль и, дружно взмахивая вёслами, отправились восвояси. Любопытные тоже стали расходиться, обсуждая на все лады события, свидетелями которых они стали. Мне тоже досталось за злосердечность - ослепить и вырезать языки капитанам и их помощникам, уж лучше сразу смерть, чем жизнь калекой. И никто не обмолвился о компенсации в тысячу золотых монет, которую я выплатил каждому из них. Этих денег хватит купаться в роскоши до конца дней не только им, но и их внукам. Правда у меня возникли большие сомнения, а доплывут ли они до дома - уж больно соблазн велик...
  Пока мы неторопливо возвращались во дворец и поднимались на третий этаж, я рассказал Арве всю правду о её убийстве и последующих событиях.
  - Получается, что я - это не я? Или другая я? Да нет, не шути так Страх. Так ты не шутишь? Я что, действительно умерла, а старый маг воскресил меня, но другую?
  - Дорогая, о том ты это или не ты, мне станет ясно сразу, как только я внимательно осмотрю твоё тело. У меня было достаточно времени и возможностей как следует изучить тебя, но в любом случае - для меня ты - это ты, моя непослушная и своенравная девчонка. И ещё, ты должна знать о нашем уговоре с магом - наш сын станет императором Веспа, так что придётся постараться, чтобы сыновей у нас было как минимум два.
  А теперь не очень приятный для тебя вопрос - ты знала о том тайном ходе, из которого в твою спальню проникли убийцы? Если знала, то почему не сообщила о нём своей охране?
  - Я как-то не подумала об этом и считала, что мне ничего не грозит.
  - Так вот, те две женщины, что показали дорогу в твои покои людям из империи Восходящего солнца, имели прямой приказ от твоего брата любыми средствами не допустить твоего освобождения из тюрьмы. Если захочешь, дам тебе прочитать их опросные листы, ты узнаешь много чего интересного, в том числе и о тех, кого считала своими подругами, входившими в твоё окружение.
  - Нет, избавь меня от этого. А когда мы будем обедать, а то я что-то проголодалась? А после обеда ляжем отдохнём? - Она прижалась ко мне, - Я соскучилась. - И опять я удержался от того, чтобы сказать ей несколько неприятных фраз. Она, видимо, догадалась об этом, так как поспешно произнесла, - Да, я дура и можешь мне об этом не напоминать, но я исправлюсь и лет через пятьдесят обязательно поумнею.
  Я аж опешил, - Почему через пятьдесят лет, а раньше никак нельзя?
  - Раньше нельзя. В семье должен быть только один умный человек, а я, уж так и быть, останусь просто красивой.
  Вот так переговариваясь мы дошли до столовой, где я не выдержал и громко рассмеялся, увидев оторопелый вид прислуги, - Не пугайтесь, боги воскресили мою жену и при этом присутствовали сотни людей, все подробности сможете узнать от них. А сейчас дайте нам чего-нибудь поесть, мы проголодались и общего приёма пищи ждать не будем. Нести на стол всё, что готово и что есть...
  Охрану я предупредил, что в спальню никто не имеет право войти кроме боярыни Анны и моего начальника охраны, но и их допускать только в случае чего-то очень важного, не терпящего отлагательства...
  Уже перед самым ужином, когда мы насытились близостью, Авра не удержалась и поинтересовалась, - Что скажешь? Я это я, или я - это другая я?
  - Милая, давай сразу определимся, для меня нет разницы в том, ты это ты или другая ты. Не стоит себе забивать этим голову.
  - Но мне же интересно, хотя можешь не отвечать, я и сама знаю ответ.
  - И что же ты знаешь, - мне просто стало интересно.
  - Я, это я, но вот тело у меня другое. Когда мы с тобой в самый первый раз этим занимались, мне было так же больно, как и сейчас, и простыню мы также испачкали, я это прекрасно помню. А значит я - это я, а вот то, что я опять стала девушкой - это происки того противного старикашки, что крутился возле нас и которого ты считаешь магом империи Весп...
  Праздничный пир - это так утомительно, хорошо, что хоть народу было не так много, это Миха ввёл ограничения. Почему-то все в основном смотрели на меня, а не на счастливо проснувшуюся Авру. Общее настроение высказал Жан, - Господин, а своим поцелуем вы можете оживить любого человека или только женщину?
  Я поперхнулся и хотел уж было рявкнуть на своего начальника разведки, но чувствительный удар локтем в бок, быстро меня отрезвил, - Видишь ли Жан, это чудо возможно только один раз и только с той, что стала моей официальной женой. С остальными ничего не получится, да и ты сам это знаешь.
  Ещё один чувствительный тычок локтем мне в рёбра и злой шёпот, - А позвольте-ка узнать мой господин, кого это вы пытались ещё оживить?
  - Клянусь всеми богами - никого. Просто была ещё одна женщина, которую захватили в плен и очень долго пытали, а потом отрубили ей голову и прислали мне её обезображенный труп. Я в это время был в отъезде. За её смерть я жестоко отомстил, так как она входила в круг моих близких друзей.
  Тут же последовал вопрос, - Насколько близкий?
  - Милочка, если б я хотел, то женился на ней, но я заранее знал, что встречу в своей жизни через чур любопытную девушку, которая с первого взгляда покорит моё сердце. И давай больше не будем об этом.
  Я взял кубок, наполненный лёгким вином и встал, - Наше пребывание здесь подходит к концу. Завтра я и мои ближние вместе с пятой роты отправимся домой. Находясь в чужой стране, я старался поступать по совести, обид особо не чинить и вести себя не как завоеватель, а больше как гость, но с особыми правами. Хочу сразу объяснить причину, по которой я запретил женщинам плыть вместе с моими войнами, она очень простая - все мои дружинники простые люди и если среди вас найдутся такие, незамужние, которые готовы будут дать своё имя и принять воина в качестве пришлого, то я буду это только приветствовать. Но учтите, жить придётся в моих землях, для вас на чужбине. Через пару месяцев я пришлю корабль, так что у вас будет достаточно времени для принятия решения. Особенно это касается воспитанниц, которые тесно общались с моей гвардией.
  А теперь я хочу поднять этот кубок за здоровье всех присутствующих в этом зале - за тех, кто делил со мной все тяготы походной жизни и битв, за тех, кто скрашивал суровый быт моих дружинников и гвардии! За всех вас! ...
  Ночь тянулась невыносимо долго, несмотря на всё старание Авры, которая понимала моё нетерпение и желание поскорее вернуться в родные края. Я чувствовал, что предстоящий переезд её пугает, незнакомое место, чужие люди, примут ли они её? Я как мог успокаивал её, благо у меня в распоряжении был один очень старинный, даже древний способ, который ещё ни разу никого не подводил.
  Когда мы отдышались, я поинтересовался, успокоилась ли она или надо процедуру повторить ещё раз?
  - Успокоилась, не надо ничего повторять, просто сейчас я очень хочу спать. И не надо меня так грубо тискать, я действительно сильно устала...
  Вскоре она заснула, а я стал прикидывать, что ещё надо будет сделать перед отбытием...
  
  Часть третья. В своём праве.
  
  1.
  
  Обратно мы летели словно на крыльях, гребцы менялись каждые три часа. Мне показалось, что на разгрузку мы потратили больше времени чем на само плавание. К обеду все корабли были разгружены и у меня появилось время, чтобы посмотреть, что здесь изменилось. Начнём по порядку - строительство второго пирса, более широкого и длинного практически было закончено, чуть в глубине появились постройки, которые я охарактеризовал как складские помещения, даже две лавки с товарами повседневного спроса и небольшая таверна были в наличии. Конечно, всё это будет ещё неоднократно обустраиваться, расширяться, сноситься и перестраиваться, но контур будущего городка и порта уже вырисовывались.
  Чуть в стороне от пирсов стояло несколько телег закрытых парусиной и под охраной моих гвардейцев - мои трофеи от древних, а ещё золотишко и прочие мелочи вроде книг, части оружия и одежды. Неплохо этак я прибарахлился. Моё благодушное настроение испортил Миха, который самым невинным голосом сообщил, что охраной были задержаны три дня назад несколько подозрительных личностей, которые проявляли особый интерес к телегам с моим имуществом и даже пытались подкупить несколько гвардейцев.
  - Одеты как оборванцы, а из самих порода прёт за целую лигу. На вопросы не отвечают, заявили, что говорить будут только с боярином Страхом. Особо среди них выделяется одна девица. Глянуть не желаете?
  - Отчего же не глянуть. Давай их всех сюда. А где Авра и сестра, что-то я их не вижу.
  - Ваша жена играет с котёнком под бдительным присмотром охраны, а боярыня Анна осматривает деревенских детишек и женщин, за ней тоже присматривают.
  Вскоре привели весьма живописную группу, состоящую из трёх мужчин и пяти женщин. Среди них выделялась одна - с властным и надменным выражением лица, а ещё я обратил внимание, что её окружение как бы прикрывало её со всех сторон. По описанию я сразу узнал одну из дальних представительниц царского рода Солнечной страны - царства Солей.
  - И зачем дочери царя Солей понадобилось рядиться в эти лохмотья, если, конечно, вы не прятались от преследователей и не являетесь беглецами?
  - Не дочери, а сестре узурпатора, который посмел воспротивиться воле отца и восстал против старшего царского рода, то есть против меня, - Ответила та, на которую я даже не смотрел
  Она хотела ещё что-то сказать, но я перебил её, - Не вижу фамильного кольца на руке в подтверждение ваших слов. 'Какие ваши доказательства?' - вспомнились мне, кстати, слова героя одного фильма.
  - Мой брат обманом завладел перстнем и отказался передать его мне согласно воле нашего отца, а доказательством могут служить слова моих друзей, которые последовали со мной в изгнание.
  - Уверен, ваш брат сможет представить не одну сотню таких свидетелей, которые подтвердят, что именно ему передал свою власть отец, а вы пытались её незаконно захватить. Других, более весомых доказательств нет? В последнее время жизнь меня научила не принимать слова на веру. Впрочем, прямо здесь и сейчас я могу проверить, а точно ли вы принадлежите к царскому роду Солнечной страны. Готовы пройти проверку?
  Она вздёрнула подбородок и с презрением посмотрела на меня, - Значит на слово вы мне не верите? Что ж, воля ваша, проверяйте.
  - Прошу следовать за мной, - и я направился к телегам со своим личным скарбом. Подойдя к первой из них, я развязал узел на верёвке и сунул под полог руку. К счастью, мне в руки попал не тяжёлый предмет из металла древних, и я спокойно его вытащил наверх и положил на ткань, прикрывающую груз от любопытных взглядов.
  - Попробуйте взять этот предмет в руку. Если в вас течёт древняя кровь царского рода, то вы это сделаете легко и просто. Если нет, то третья попытка будет для вас смертельной.
  Она подошла и протянула руку, зажмурила глаза и попыталась взять железяку в руку, но не тут-то было. Сразу несколько маленьких молний впились в её ладонь, и она закричала от боли, но быстро успокоилась, так как, видимо, заранее предполагала такой результат.
  - Ещё одну попытку используете? Только вынужден вас предупредить, что боль будет ещё сильнее и нестерпимее, можете даже лишиться руки. Рискнёте, или признаетесь, что вы такая же царская дочь, как я балерун. Ах да, вы же не знаете, кто такой балерун.
  - Мари, достаточно. - К нам решительно подола невысокая светловолосая девица и спокойно взяла металл древних в руку, некоторое время подержала, внимательно рассматривая его со всех сторон, а потом положила на ткань. - Это я царская дочь Мрия, а Мари моя подруга детства, которая везде и всегда сопровождает меня.
  - Это больше похоже на правду, но я помню царевну Мрию с косой, которой она очень гордилась.
  - Её пришлось обрезать, что бы меня не узнали, а также переодеться в одежду рыбаков и крестьян, что путешествуют по морю между царствами, так как перевал был уже закрыт, - Она тяжело вздохнула. - Прошу простить меня, но не могли бы вы нас накормить, мы два дня ничего не ели, а денег и ценностей у нас с собой не осталось.
  - Без проблем, Миха, распорядись...
  Ели они действительно жадно, но без той спешки, что присуща особо голодным, при этом старались соблюдать манеры, что совсем не вязалось с их одеждой. Подошли Авра с котёнком на руках и Анна, им тоже положили еду в простые миски, и они присоединились к общей трапезе.
  Мрия не удержалась и не дожидаясь окончание импровизированного перекуса, обратилась ко мне.
  - Боярин, потрудитесь представить мне всех присутствующих за столом.
  Ишь ты, поела и гонор прорезался? Ничего сейчас я тебе его быстро обломаю.
  - Ваше императорское высочество, позвольте представить вам женщину, которая в настоящий момент выдаёт себя за царевну Солнечного царства - Мрию, однако ничем подкрепить свои слова не может, кроме свидетельства своих спутников. И, кстати, Авра, тебе не кажется, что пора одеть фамильное кольцо императорского рода Веспа на свой прелестный пальчик, а то два фамильных кольца на одной руке носить не очень удобно, - с этими словами я снял перстень Веспа и передал его жене.
  Она вздохнула и одела его себе на палец, - Страх, я уж было подумала, что избавилась от этого бремени старшего рода, а ты вновь взвалил его на мои плечи. И ещё, я же просила не величать меня императорским титулом, в настоящий момент я твоя жена и просто боярыня Страх. Я же не обращаюсь к тебе как 'ваше царское высочество', а то что ты брат солнцеликого Рао мне уже давно известно.
  На Мрию было весело смотреть, она то бледнела, то краснела, то пыталась встать из-за стола, то наоборот, старалась спрятаться под ним. Ничего, это будет тебе уроком на будущее.
  - А разве мои особые способности не говорят о моём царском происхождении? - попыталась она использовать неоспоримый, как ей казалось, аргумент.
  - Отнюдь. Моя сестра родилась почти через шесть лет после того, как наша мать покинула царский дворец и вернулась в вотчину Страхов и через пять лет после моего рождения. Она обладает способностями значительно более сильными чем твои, но ни о каком родстве с царской семьёй не может быть и речи, хотя солнцеликий Рао и называет её своей сестрой. - Я встал, подошёл к одной из телег и, откинув полог, открыл ящик с оружием, достал образец похожий на винтовку. - Анна, возьми его в руки.
  Моя сестра спокойно подошла и взяла винтовку, покрутила её и так и сяк, - Ты этот образец оружия древних мне не показывал.
  - Это потому, что я его ещё и сам не исследовал. Мрия, попробуйте взять эту вещь древних в руки, или хотя бы дотроньтесь до неё.
  Мрия встала и безбоязненно протянула руку к винтовке и тут же получила очень болезненный удар, многие увидели злую молнию, что впилась ей в руку. Она закричала от боли, Анна тут же подошла к ней и осмотрела место поражения.
  - Небольшой ожог. Ничего страшного, несколько дней поболит, а вот шрамик останется, как напоминание. Это тебе урок, что бы не была такой самоуверенной.
  - Я так полагаю, что твою так называемую свиту следует распустить и оправить домой, она тебе больше не понадобится. Вам, молодые люди, в качестве компенсации боярин Миха выдаст по сотне золотых и организует отправку на родину. Что касается тебя, самозванка, то мне с первого взгляда стало ясно, что ты никакого официального отношения к царской семье не имеешь и даже рядом с царским столом не стояла. Единственное, что я могу тебе пока предложить - стать личной служанкой моей жены.
  - А если я откажусь?
  - Сначала моя тюрьма, а затем выдача в руки государя солнечного царства, с описанием твоего самозванства и предложением мне восстановить твои права на престол силой оружия. Думаю, после этого, не смотря на все твои особые способности, твоя голова очень быстро распрощается с твоей шеей, а саму тебя упокоят в какой-нибудь безымянной могиле.
  - Дорогой, не пугай так бедную девушку, ей и так в этой жизни уже досталось.
  - Милая моя, она воспитывалась в крестьянской семье и, хотя не имеет достаточного воспитания, нервы у неё железные, а апломба хватит на десяток боярышень, так что, по моему разумению, тюремная камера для неё самое то место, где она в спокойной обстановке может о многом подумать.
  Миха, взять самозванку под стражу и немедленно под усиленным конвоем отправить в нашу семейную тюрьму. По возвращению домой, я приму окончательное решение по ней.
  Теперь о текущих наших делах: - Боярин Жак и его жена Алисия берут на себя управление бывшим воеводством Рута и он назначается мои наместником; - Боярин Жан и его жена Рина берут на себя управление бывшим воеводством Сарта на правах моего наместника; - Боярину Устину и его жене Софе, я поручаю бывшее воеводство Корин, для подтверждения своего права пусть возьмёт четвёртую роту. Отныне все эти бывшие воеводства будут входить на правах провинций в новообразованное королевство Русь, формально подчиняющееся царю Сармата. Себя я вскоре провозглашу королём Руси, а Авру - королевой. Вновь назначенным наместникам продумать вопрос о сокращении нашего войска с двух тысяч до тысячи, исходя из того, что две сотни моей гвардии сокращению не подлежат. А это значит, что каждый наместник может иметь свою собственную дружину из состава моего войска численностью в двести пятьдесят всадников. Все остальные вопросы решим после моего непродолжительного отдыха по возвращению в вотчину. Если разгрузку закончили, то через час начинаем марш домой...
  Мара так и норовила сорваться с места и обогнать этих ленивых и медленно плетущихся, так называемых конников, но отрываться от возка, в котором разместились Авра и Анна, у меня не было никакого желания. Подспудно я всё ещё находился на враждебной территории и от этого чувства пока так и не избавился. Шли мы ходко, однако на ночь в Хвалынку заходить не стали, а предпочли разбить временный полевой лагерь на большом лугу, не забыв выставить охранение и сторожевые посты. Утром, повесив четырёх конокрадов, продолжили своё движение к моей вотчине и через пару дней Миха уже обнимался со своей женой. В честь нашего возвращения, я отпустил всех местных по домам на пять суток, а сам вознамерился отоспаться и предаться относительному безделью, ведь ещё предстояло разобраться с трофеями и золотым запасом.
  Ага, как же, дали мне отдохнуть. Сначала Илия стала доставать с отчётами о том, как она хозяйничала в моё отсутствие, что удалось сделать, а что нет, на что мне надо обратить особое внимание и решение каких вопросов требует моего личного участия...
  - Илия, я не понял, у тебя что красные слёзы любви потекли? Вы с Михой должны были дня два - три из спальни не выходить, а ты мне уже на следующий день продохнуть не даёшь. Иди к Михе и ублажай его, что б дней пять я вас не видел. Корми, пои его и обратись к боярыне Анне, она поможет в том, чтобы твои дни побыстрее закончились. Всё, свободна.
  Потом примчался Устин для уточнения поставленной задачи. Он убедил меня в том, что бывшее воеводство Рымаря Корин нам совсем не нужно, а лучше прибрать к своим рукам Митак, - Там, господин и естественная граница по неглубокой речке, а в устье вполне можно держать небольшой флот. Сейчас мои разведчики изучают глубины и возможность обустройства пирса.
  Он так же сообщил, что воеводы Когута, Фаргала и Митака бросили свои воеводства и сбежали в столицу, опасаясь, что я без всякой жалости расправлюсь с ними за нападения и грабёж своих земель.
  - Извините господин, но перехватить их мы не успели. Как только стало известно, что в Руту, а потом и Сарту вошли наши роты, они бросили всё, даже семьи и ударились в бега.
  - Воеводства Когута и Фаргала трогать не будем, а Митак бери под свою руку, отныне ты там мой управляющий. Солнцеликому я отпишу, что бы прислал новых двух воевод, сообщу о создании королевства Русь, а заодно поставлю в известность, что отныне Митак ушёл в моё королевство. Попрошу так же прислать мне головы бывших воевод Когута, Фаргала и Митак в обмен на его долю трофеев в размере пятидесяти тысяч золотых. Голов не будет, золото пущу на свои нужды. С этим всё. Лучше расскажи, как у тебя дела? Многие решили вернуться к мирной жизни? ...
  Этот разговор затянулся до самого вечера. Мы обсудили сокращение нашего войска, а также причитающиеся премиальные каждому участнику похода, включая ездовых и обслугу. Самое активное участие в разговоре принял Миха и прибывший Жак. Прервала наш разговор Авра, заявив, что мне тоже надо отдыхать, а разговор можно продолжить и завтра, после чего пригласила всех на семейный ужин.
   Я же видел, как внимательно Жак и Устин наблюдают за моей женой, уже успели наслушаться всевозможных сказок о её воскрешении, да наверняка с такими подробностями, что и в голове не укладываются. Лучше самому всё рассказать, как было на самом деле, чем воспалённое воображение моих соратников дорисует картину.
  - Слушайте внимательно, дважды повторять не буду. Эту девчонку, что сейчас смирно сидит за столом, скромно потупив глазки, действительно убили, но я никакого отношения к её возрождению не имею. Всё сделал маг Веспа. Он внезапно появился в спальне Авры и стал качать свои права в интересах её брата. Я убедил его, что единственным и законным наследником императорской власти является моя жена, не с разу, но он согласился и стал что-то мямлить о воскрешении. Мы даже с ним немного поспорили и обменялись мнениями о самом процессе. Тут пришла Анна и напичкала меня какой-то гадостью, в результате чего я вырубился на пару часов, а когда проснулся, то тут же появился имперский маг с Аврой на руках. Теперь настало время, когда она стала меня доставать, пытаясь разобраться - она, это она, или она - это новая она. Мы решили, что разыграем целое представление с её воскрешением на поминальном костре, когда внезапно перед всеми появится маг и оживит её. Но этот гад схитрил и подставил меня - когда я наклонился, чтобы поцеловать Авру, она внезапно проснулась и обвила меня за шею с причитаниями, что она долго спала и что ужасно замёрзла, а маг гадёныш помахал мне рукой из толпы и исчез. У всех сложилось впечатление, что это именно я, поцеловав жену, оживил её, но это не так. Пришлось выкручиваться и нести всякую чушь. Правдивость моих слов могут подтвердить моя сестра, Миха и четыре гвардейца, что в это время меня охраняли в спальне принцессы. Так что, друзья, никакими магическими способностями я не обладаю, хотя думаю, что народ мне не поверит, но вы должны знать правду.
  - Врёт он всё. Это он меня вернул к жизни, правда не на костре, а в моей спальне, а старый маг присутствовал при этом и немного помогал Страху.
  - Авра, что ты такое говоришь?
  - Я рассказываю твоим друзьям как было на самом деле и мои слова может подтвердить твоя сестра - боярыня Анна. А маг ещё добавил, что вернуть к жизни ты сможешь только того, с кем состоишь в кровном родстве и кого любишь больше себя. В доказательство могу сообщить вам один очень интересный факт - Страх носил наше фамильное кольцо на своей руке и вернул его мне только после того, как я заново возродилась, а как известно, чужой человек даже дотронуться до перстня не может, а родственник в ком кровное родство ослабло, может дотронуться, но не одеть на палец. Дорогой, одень кольцо, что бы твои соратники не приняли меня за лгунью, - с этими словами она сняла фамильный артефакт и передала его мне. Естественно, я его одел на палец, покрутил немного рукой перед лицом, после чего снял кольцо и вернул его Авре.
  - Вот видите. А ещё маг взял с моего мужа слово, что наш сын станет законным императором Веспа, а это значит, что у нас будет несколько детей, ведь и королевство надо будет кому-то передать по наследству, когда настанет время нам оправляться на небеса.
  Лучше бы она этого не говорила, так как я сразу заметил, как заблестели глаза у Жака и Устина. Легко можно было догадаться о результатах их мыслительных процессов, - Я же говорил, что наш господин не так прост, как хочет казаться, наверняка он из древних, которого отправили на землю для того, чтобы он навёл здесь порядок, а что б не особо выделялся, ему придали вид простого человека...
  Не думаю, что Авра сама дошла до таких выводов, а значит её кто-то надоумил. И как тонко всё рассчитали - любой довод имел подтверждение. Если это Анна, то зачем ей это? А если не она, то кто? На ум приходят только Лир и старик маг Веспа, но когда успели? Хотя если как следует подумать, то в Веспе было достаточно времени, чтобы внушить всё это Авре и вложить в её мозг нужную информацию. Нет, так нельзя, а то я до такой ахинеи додумаюсь, что самому будет страшно. Правильно говорят, что утро вечера мудренее, подумаем на свежую голову.
  - Ладно, бояре, вы можете ещё посидеть, а мы пошли спать. Можете попытать Миху, что б он рассказал вам об уничтожении флота и корпуса вторжения империи Восходящего солнца в бухте Согласия.
  В нашей спальне, где моя жёнушка успела уже навести свои порядки, я пристал к ней с расспросами, кто её научил так складно говорить и излагать историю её возрождения. На что получил недвусмысленный намёк на то, что её никто не учил, и что у нас есть более интересные дела, чем разбирательство с любимой женщиной. Даже к этому её подготовили. Пришлось временно отступить, но не успокоиться.
  А утром я нанёс ответный удар, - Дорогая, ты, смотрю, уже освоилась на новом месте, да и вчерашний твой рассказ, который разложил всё по полочкам, говорит о многом, так что для тебя будет совсем не трудным взять на себя организацию нашего свадебного пира. Побери три зала: для важных и высоких гостей, для гостей средней руки и для простых воинов. Исходи из расчёта на двести - триста человек, составь список необходимых закупок как продуктов, так и посуды, и прочей мелочёвки. Поставь задачу плотникам на изготовление дополнительных столов и скамеек, в общем прояви инициативу и свойственную тебе смекалку. Мне же придётся на пару недель оставить тебя одну, так как я хочу объехать все свои владения в границах нашего нового королевства, благо управляющие, которые теперь будут называться губернаторами, все здесь на месте. Да и золото надо развести для выплат премиальных воинам, а это дело на самотёк пускать никак нельзя. Возьму с собой три десятка гвардейцев, думаю, этого будет достаточно.
  А как ты думаешь, сколько монет будет приемлемо выплатить простым воинам? Исходя из этой суммы будут определяться премии для командного состава от десятника до тысяцкого...
  Чем дальше я говорил и ставил задачи, тем более оторопевшей выглядела Авра. Ничего, милая, проявила самостоятельность и спела под чужую дудку, теперь расхлёбывай заваренную кашу. Наверняка ты прямо с утра понесёшься к своему советнику, вот тут-то я и узнаю, кто это решил влиять на мою жену и через неё на меня. О наказании этого человека я подумаю позже...
  До завтрака я не отпускал Авру от себя ни на шаг, предотвращая любые её попытки куда-то сходить по своим делам, за что был вознаграждён. Сразу же после приема пищи она подошла к Анне и стала что-то ей негромко выговаривать, причём сделано это было за моей спиной, но зеркало на противоположенной стене давало мне ясную картину всего происходящего. Значит всё-таки Анна. Ей то это зачем? Тяжело вздохнув, я стал размышлять, что и как противопоставить этому женскому заговору. Для начала разделю основных действующих лиц.
  - Сестра, я сегодня убываю в объезд своих владений, ты поедешь со мной, посмотришь санитарное состояние городов, а заодно и детишек подлечишь в местах наших стоянок. Приготовь возок с лекарствами и всем необходимым, можешь взять с собой пару помощников. Выезд сразу после обеда, так что у тебя часа четыре на подготовку есть. Выезд в три часа по полудни.
  Миха, в этот раз ты остаёшься здесь, а роль моего начальника охраны по старой памяти возьмёт на себя Жак, а то я смотрю, он зажирел на должности заместителя Устина. И, кстати, объясните мне, почему вы с Жаном так быстро сбежали от своих жён? Что-то случилось?
  Жак покраснел, а ответил мне Жан, - Господин, помните, кое-кто пожаловался вам на то, что наши жёны нагнали нас во время марша, а через день вернулись домой. Так вот, у меня и у Жака ожидается пополнение в семействе. Не ошибусь, если скажу, что и его жена тоже стала этакой капризной фифочкой с заскоками и поеданием солений, которые им в большом количестве есть нельзя. В общем, мы сбежали, предварительно введя строгие ограничения, которые посоветовали для жен повивальные бабки. Такие вот пироги, мой господин...
  - Ага, начали постигать все прелести семейной жизни, то-то я думаю, почему это семейные мужики через месяц после возвращения под крылышко к своим любимым, норовят куда-нибудь слинять. Правда, есть редкие исключения, это если муж воспитает свою жену в духе преданности семейным ценностям, которые он сам установил. Мальчики, не позволяйте своим женщинам садиться вам на шею и понукать. А я, наверное, распоряжусь заложить монастырь для изгнанных жён, то есть для тех, кто пытается командовать своими мужьями или влиять на них под воздействием некоторых дур, как правило не имеющих или потерявших по глупости своих мужей. Настоятельницей сделаю свою сестру... - Я понимал, что режу по живому, но Анну надо сразу ставить на место.
  Бедная Анна, на неё было страшно смотреть, - Смерть Яна ты мне никогда не простишь?
  - А ты сама себе простила его гибель? - Мой вопрос остался без ответа. А моя сестра, наконец-то догадалась посмотреть в зеркало и увидеть моё злое лицо...
  
  2.
  
  До обеда я вновь был занят грубой физической работой - перетаскивал в свои скрытые хранилища сокровища древних, но сначала я провёл эксперимент и попросил жену открыть одну из дверей, но, к её удивлению, у неё ничего не получилось, хотя она пыталась несколько раз.
  - А почему я не могу открыть дверь? Она что, заговорённая? Ты же в нашем дворце спокойно открывал любые двери.
  - Это потому, что тебя ещё считают чужой. Вот когда станешь своей, тогда тебя признают. - А мне пришлось задуматься, как выкручиваться из этой ситуации, если Авра и в будущем не сможет входить в мои хранилища. Не объяснять же ей, что технологии древних считают меня и Анну своими с допуском в основные помещения, кроме запретных, а что такие есть, я не сомневался. Не откладывая дело в долгий ящик, я предложил Авре попытаться одеть моё фамильное кольцо, но у неё ничего не вышло, она даже дотронуться до него не смогла...
  Анна на обед не явилась, сославшись на большую загруженность, а мы всё время потратили на обсуждение премиальных выплат. В итоге нарисовалась следующая картина: каждый дружинник получает по двадцать пять золотых, десятники - по тридцать пять, командиры взводов и пятидесятники по сорок пять монет, командиры рот и сотники по семьдесят жёлтых кругляшков. Кроме этого был решён вопрос выплат обслуге - кашеварам, шорникам, кузнецам и прочему люду. Сошлись во мнении, что если это мастера из состава дружинников и принимали участие в боевых действиях, то им выплачивается премия по разряду десятников, всем остальным, включая ездовых и прочих не участвующих в сражениях - по восемнадцать монет. Без разговоров было решено выплатить лекарям - участникам похода, по сорок пять монет, всем остальным, которые находились в лагере по ту сторону перевала по двенадцать золотых. Кроме этого я выделил в распоряжение каждого ротного так называемый боевой премиальный фонд в размере двухсот пятидесяти монет для поощрения особо отличившихся воинов. Семьям погибших дружинников было решено выплатить по сто золотых...
  С собой в инспекционную поездку я взял только три десятка гвардейцев, и то, больше для представительства, чем для защиты. Золото на премиальные я выдал каждому губернатору с запасом, который можно было использовать на свои мелкие нужды, но предупредил, что раньше все воеводства были на самоокупаемости, то есть содержали себя сами, так что им в будущем придётся надеется только на свои силы и то, что удастся собрать в виде налогов, оброков и прочей экономической лабуды, но хоть умри, но десятину мне отправь.
  Дорога ровно ложилась под копыта наших лошадей, и мы особо не торопились, хотелось насладиться спокойной поездкой, без той настороженности, что сопутствовала нам в последнее время. На ночлег остановились на большой поляне, но сторожевые посты выставили. Ужин не готовили, так как много съестного взяли с собой уже готового, а костры развели скорее по привычке, чем по нужде. Ночь прошла спокойно и рано утром наш объединённый отряд продолжил свой путь в направлении Руты, где, по моей задумке, будет находиться столица нового королевства. По дороге я подробно просветил Жака о своих планах и выслушал его мнение. Мне так же пришлось объяснять Жану и Устину свою точку зрения на выбор столицы.
  - Чем я руководствовался, Устин, когда остановил свой выбор на Руте? Прежде всего целесообразностью и местоположением этого городка. Ты же понимаешь, что моё королевство состоит не только из трёх бывших воеводств, а если глянуть на наши земли с высоты птичьего полёта, то Рута как раз находится в самом центре наших земель. От неё близко как к перевалу, так и к бухте, где находится флот, да и ваши губернии под боком. Кстати, киньте клич на набор добровольцев в матросы, предпочтение отдавать моим бывшим дружинникам, они хотя бы знают, что такое плавание на этих корытах, но и рыбаков привечайте, как людей, знающих море и береговую линию. Вот так за разговорами прошёл ещё один день нашего неторопливого путешествия...
  Рута встретила нас тишиной и провинциальной умиротворённостью. У меня сразу же возник вопрос, а чем провинция отличается от губернии? Анна от общения со мной отказалась, видите ли я её обидел и специально тревожу её душевные раны. Раньше надо было думать о последствиях своего гонора.
  В общем я пришёл к выводу, что у губерний больше самостоятельности, а так как я не собирался взваливать на свои плечи руководство провинциями, то оставил всё как и намечал, а вот с губернаторов будет спрос особый, о чём с радостью сообщил своим соратникам.
  Дом бывшего воеводы с момента моего последнего посещения совсем не изменился, так что работы по обустройству и его перестройки предстояли большие. Устин и Жан задержались в Руте только на ночь, а потом отправились в свои земли, а я, пока Жак оповещал всех о выплате премиальных, провёл небольшую инспекцию нескольких деревень. Увиденное меня не впечатлило, видимо придётся собирать плотников со всего королевства, создавать бригады и поточным методом строить просторные избы для крестьян, благо леса хватало. А вот выделять ли им земли для огородов в пределах домовых владений, я пока не решил. И вообще, я прямо кожей чувствовал, как хозяйственная рутина затягивает меня в это болото быта...
  Выдача премиальных была обставлена с возможной торжественностью, а выплачиваемые суммы впечатлили в первую очередь горожан и окрестных крестьян. Немыслимые деньги, в их понятии, получили простые деревенские парни, которые в своё время рискнули и откликнулись на мой призыв вступать в дружину. Более того, после того, как сёдла, доспехи и оружие тех, кто решил вернуться к мирной жизни были сданы в арсенал, я милостиво распорядился отличившимся дружинникам выдать по лошади из числа обозных за чисто символичную плату - одна малая серебряная монета. Цель была двоякая - не только пополнение казны губернатора, но и перекладывание на крестьянские плечи заботы о чрезмерно большом конском поголовье, с которым в Веспе было жаль расстаться, но и содержать накладно...
  Как только прибыл вестник от Жана с сообщением о том, что у него всё готово для выплат премиальных, я тут же в сопровождении своей охраны выехал в Сарту. Там тоже всё прошло по тому же сценарию и возвело моих дружинников в разряд желанных женихов. К тому же, многие получили земельные наделы от Жана и теперь обустраивались на новом месте. У Жана я задержался и поставил ему задачу вновь заняться сбором информации и разведкой за пределами границ нашего королевства, а также собрать плотников, соображающих в строительстве изб и желающих подзаработать, сколотить из них бригады и приступить к заготовке строительного материала. А тут ещё Анна наехала на меня и в ультимативной форме потребовала в первую очередь построить нечто похожее на фельдшерские пункты, где будут жить её лекарки и вести приём больных. Причём начать можно было и с временных помещений, пока строится основное.
  - Страх, это очень трудно представить, в каких антисанитарных условиях живут семьи. В маленьких клетушках ютятся по семь-пятнадцать человек, здесь же на время холодов размещают мелкую скотину. С этим надо решительно бороться, иначе может случиться повальная эпидемия, перед которой я окажусь бессильной.
  - Хорошо, выбери места для своих медпунктов и потом покажешь их мне, только учти, что в каждой губернии на первых порах будет максимум по два пункта оказания помощи. И, наконец, займись вплотную подготовкой лекарей из числа травниц и склонных к этому детишек. Я возьму их на полное обеспечение, но при условии, что по окончании твоей школы они не менее пяти - семи лет отработают по разнарядке в местах, куда их направят. И вообще, привыкай сама решать подобные вопросы, а ко мне за помощью обращайся только в случае крайней или острой необходимости...
  У Устина, в Митаке меня застала весть о том, что на наш обоз с больными и ранеными, который двигался окольными путями от перевала с Веспом, были совершены два нападения. И если в первом случае это был какой-то сброд, который почти весь перебили, то во втором случае напали боярские дружинники и даже смогли отбить два возка с имуществом. Ничего ценного там не было, но лиха беда начало, а ведь в этом обозе перевозилась конфискованная мною у солнцеликого царская казна.
  Пятая рота в полном составе была поднята мною по тревоге, благо её ещё не успели реформировать в губернскую дружину и ускоренным маршем пошла навстречу нашему тыловому обозу. Шли налегке, двуконно, максимально сократив время на отдых, нигде не останавливаясь и успели вовремя. Наш пятисуточный переход окончился после того, как мы встретили очередного посыльного за помощью, который ввёл нас в курс дела. Оказывается, дальнейшее продвижение заблокировано объединённой дружиной нескольких бояр, которые предложили оставить им все повозки в качестве военной добычи, а самим убираться на все четыре стороны. Среди обозных нашёлся предатель, который сбежал потом к врагу. Он, видимо и рассказал, что имеется две телеги, которые охраняются десятком из личной гвардии боярина Страха, и что к этому грузу никого не подпускают. В настоящий момент обоз расположился на небольшом холме, окружённый со всех сторон. И если воды в достатке, то продуктов осталось на три - пять дней, и то при жёсткой экономии.
  - Всего, господин, по нашим прикидкам, нас окружают четыре дружины местных бояр. Это примерно около трёх сотен пеших воинов и около двух десятков конных бояр и их ближних. Десятник просил передать, что нас ждали и заранее подготовили засаду, но её обнаружил разъезд, так что внезапного нападения на марше не получилось. Сейчас свою стоянку мы окружили телегами и держим оборону за ними. Десятник уверен, что небольшой группе воинов по силам незаметно проникнуть в лагерь, так как после потерь во время первого штурма, противник не предпринимает активных действий, а ждёт, когда у нас начнётся голод и мы сами сдадимся.
  Высланная вперёд разведка доложила, что у противника, по существу, два полевых стана. В одном расположились бояре и их свита, а во втором их дружинники, сторожевые посты и охранение не выставлялись. Бояре пьянствуют, горланят песни и бахвалятся в шатрах, что вскоре доберутся и до самого Страха, который посмел заграбастать себе всю добычу и с ними не поделился. Наблюдением за осаждёнными занимаются не более двух десятков дружинников, которые весьма беспечны, жгут костры и жарят дичь.
  Устин презрительно сплюнул под ноги, - Идиоты, о таких даже оружие марать не хочется.
  - А тебе и не придётся. Ими займусь я сам со своими гвардейцами, тебе же поручаю их дружины. Ни один человек не должен уйти от наказания, а потом прогуляешься по их вотчинам и сожжёшь усадьбы. Всю близкую родню - вырезать под корень, девок на потеху дружинникам, а потом в рабство, если что присмотришь для своей губернии, забирай, но не увлекайся, обратно тоже пойдём быстро. Охрану нашего обоза увеличим, чтобы отбить охоту у всяких даже приближаться к нему.
  Всё-таки великое дело опыт. Никакой спешки или непродуманных суматошных действий, всё чинно, обыденно и размеренно. Охват полукругом лагеря дружинников, подготовка копий и арбалетов к работе, направления движения взводов и десятков, небольшой резерв для зачистки - любо дорого посмотреть. Нет, конечно свои недочёты были и лично мне они бросались в глаза, но в целом всё было хорошо.
  Моя гвардия тоже растянулась в цепь, охватывая боярскую стоянку. Беспечную охрану, что бражничала возле костров, расстреляли из арбалетов, из них же прикончили поваров и обслугу, всего где-то человек сорок нашли свою смерть на этом месте. Пара слуг успели с истошными воплями заскочить в шатры, поэтому, не сразу, конечно, но песнопения и крики затихли. А затем, из крайнего шатра выскочили в усмерть пьяные два олуха и стали размахивать мечами. Они-то на ногах держались с большим трудом, а взмахнув пару раз своим оружием оба упали на землю и самостоятельно подняться не смогли.
   Я распорядился, - Щиты на руку, не все могут быть такими пьяными, а ненужные ранения мне совсем не нужны. По пять человек на шатёр, всех, кто будет сопротивляться - в капусту, остальных связать, искупать в ручье и представить перед моими светлыми очами. Десяток в резерве...
  О каком сопротивлении может идти речь, если бояре напились до такой степени, что 'му' и 'кыш' не могли сказать ни вместе, ни раздельно, а их холуи предпочли сразу бросить оружие и не геройствовать, увидев направленные на них самострелы.
  Пока я смотрел на этот цирк, пятая рота успела дважды проутюжить лагерь дружинников и теперь добивала раненых и зачищала территорию. У них тоже не было даже раненых, так как почти все эти бездельники сняли с себя доспехи, у кого они были, и многие из них пили брагу или что-то похожее на пиво. Умница Устин оставил в живых целых семнадцать человек, которые сразу же приступили копать большую траншею, в которую складывали убитых, благо и лопаты, и мотыги нашлись в обозе...
  До самого позднего вечера продолжался скорбный труд пленных, включая бояр и их приближённых, которые хоронили убитых в своём кусте. Одного, который начал ерепениться, тут же повесили на ближайшем дереве, что наглядно показало, что церемониться с ними никто не будет.
  Протрезвели буйные головы достаточно быстро и с подобострастием стали отвечать на мои вопросы, валя вину друг на друга - дескать их заманили в это мероприятие обманом, да если б они знали кому принадлежит этот обоз, 'да нив жисть и обходили эти повозки за лигу'. В конечном итоге виноватым оказался тот, кого повесили, именно эта сволочь сообщила всем, что идёт богатый разбойничий караван, который маскируется под купеческий или лекарский. А с разбойниками с большой дороги у бояр один разговор - в петлю и на дерево. Они даже готовы заплатить виру за нанесённый урон, чтобы мирно разрешить имеющееся недоразумение. А потом настало время допроса их по одному, вот тут-то и началось самое интересное. То, что идея нападения на мой обоз принадлежала повешенному, было подтверждено каждым боярином. Ему стала доступна информация из первых уст о том, что в двух повозках хранится добыча, взятая на щит в империи Веспа и что это более пятидесяти тысяч золотых и серебряных монет, а также посуда и драгоценные камни. Охраняют этот груз всего десять дружинников, с которыми можно легко справиться, если навалиться сразу на всех. В остальных повозках имущество лекарей, раненые и больные, так что трудностей не предвидится. Кто же знал, что охрану этих двух возков несут гвардейцы боярина Страха. Первую банду, которую подбили для нападения уничтожили почти полностью. Второму отряду боярина Чука удалось отбить несколько повозок с рухлядью, но понесённые потери не шли ни в какое сравнение с добычей. Вот тогда и родилась идея объединить усилия нескольких соседских бояр, а добычу потом поделить по-братски, причём Чук настаивал на том, чтобы из состава обоза не осталось ни одного живого. То, с какой настойчивостью они валили всё на Чука убедило меня в том, что истинный руководитель этого налёта находится среди уцелевших, а также меня очень интересовала личность предателя, или хотя бы его словесный портрет. И вот тут начались разногласия в показаниях. Жаль, что Карла со мной не было, он бы быстро развязал язык боярам, а так, пришлось прибегнуть к грубой физической силе, а именно начать пороть бояр до костей. Я, может быть так бы и запорол их до смерти, если б один из моих гвардейцев не опознал в одном из холуёв моего бывшего дружинника из последней партии добровольцев.
  - Получается, Устин, не всех предателей и засланных казачков я вычистил, а всё спешка. Вот теперь и расплачиваюсь за это.
  - Да какая это расплата? Даже раненых нет, кроме двух ротозеев, которым колесом ногу придавило.
  - Время, Устин, время дорого. Я же должен был уже быть возле столицы империи Восходящего солнца и карать виновных, а я прохлаждаюсь здесь. Это не есть хорошо. Ладно, надо заканчивать этот представление. Всех, кроме трёх бояр развесить в качестве украшений на ближайших деревьях. Всё ценное загрузить в обоз, но только действительно ценное. Возьмёшь с собой два взвода и навестишь усадьбы бояр - разорить и сжечь, боярина там же повесить, всех по мужской линии зачистить, девок на потеху дружинникам, а потом в ошейники и продать в рабство. Через пять дней ты должен будешь нас нагнать, после чего будешь сопровождать обоз с золотом, а я с двумя взводами быстрым маршем вернусь в твою губернию. Деньги для премиальных выплат оставлю твоей жене, а это золотишко отправишь ко мне в имение, там и решим, что с ним делать...
  Тысяцкий управился за четыре дня, оказалось, что действительно все четверо бояр были соседями, к тому же родственниками и имели связи с кем-то из ближнего царского окружения, почему и действовали так нагло, не опасаясь последствий.
  - Мелкопоместные, даже ничего приличного у них не было, так что мы почти с пустыми руками вернулись. Господин, надо бы отписать солнцеликому, что бы вычеркнул из списков боярских родов всех четверых и сообщить, что их вотчины освободились.
  - Ты прав. Если Рао пришлёт мне головы тех воевод, что разоряли мои земли, то я ему отправлю обещанные пятьдесят тысяч золотых монет и сообщу о своём праве на месть за разбойные нападения на мой лекарский обоз...
  За время нашего отсутствия ничего примечательного не произошло, гонец, которого я отправлял к солнцеликому, ещё не вернулся. В отсутствие Устина я лично выдал премиальные дружинникам и обслуге пятой роты, которые оказались на месте и вернулись вместе со мной, оставшиеся средства я передал боярыне Софе, под расписку, а то знаю я этих женщин, им только дай в руки деньги, а потом не добьёшься, куда же они все делись. И в этой губернии я кинул клич для плотников, желающих подзаработать, предложив им сбиваться в артели и выдвигаться в Сарту к боярину Жану, объяснив, что им придётся строить избы.
  У Жана пришлось задержаться и в течении почти недели терпеливо объяснять плотникам, что значит поточное производство и специализация артелей. Только после того, как худо-бедно склепали первую избу, и сам Жан врубился в процесс и понял, что от него требуется, я отправился домой, наказав, что бы была произведена перепись населения и учтено по каждой деревне потребность в избах. А первую избу я отдал Анне, которая решила задержаться в Сарте для организации полноценного лекарского пункта. Вот где проявились её организаторские способности, мало того, что к ней и её травницам на приём ежедневно приходило от двух до трёх десятков больных разного возраста, так она ещё в вечернее время организовала обучение своих помощниц, готовя их к самостоятельной работе.
  Жак, который пытался своих плотников оставить у себя и тоже организовать строительство изб в пределах своей губернии, получил от меня нагоняй и отправил своих мастеров и подмастерий в Сарт.
  Домой я вернулся предельно измотанным и с удивлением обнаружил, что несмотря на то, что Авра самоустранилась от подготовки свадебного пира, дело шло к завершению. Столы и скамейки были уже изготовлены, полотно для скатертей отбелено и подшито, посуда закуплена с излишком. Как сказал мне Миха, - Осталось определить точную дату, чтобы начать закупать продукты к тем, что имеются в усадьбе и для приготовления разных блюд привлечь несколько поваров со стороны...
  Авру я нашёл в нашей спальне, где она пускала слёзы и сопли от того, что у неё ничего не получается и она только всем мешает. Пришлось успокаивать и утешать, а заодно прочитать небольшое нравоучение о том, что надо учиться жить самостоятельно и не надеяться на посторонние советы.
  - Пойми, дорогая, - я гладил её по голове, - мы с тобой на виду, а уж когда пройдёт коронация, личная жизнь будет только по ночам. Твоё слово, даже взгляд будут ловить и трактовать по-своему. Здесь самое главное не попасть ни под чьё влияние, особенно тех, кто будет стараться лезть в твой ближний круг. Будь очень разборчива и на первое время всех тех, кого собираешься взять в свою свиту, должны будут получить от меня одобрение...
  Жизнь затворницы у моей жены завершилась с моим возвращением, и она теперь хвостиком ходила за мной, куда бы я не направился, даже в кузницу, где жар и окалина в разные стороны. С одной стороны, это хорошо, что она всегда у меня на виду, а с другой подобная обуза несколько напрягала. Вечером я вызвал к себе Миху и Илию.
  Значит так, милые мои, времени я вам миловаться предоставил достаточно, так что пора и за работу взяться. Миха, послезавтра отправляешься к стоянке кораблей и готовишь мой к плаванью. Проверь всё досконально, обязательно загрузи запасную мачту и парус, в команде должны быть только мои гвардейцы, к тому же, прекрасные стрелки. Плавание к берегам империи Восходящего солнца - это не прогулка. Найди рыбака, который уже плавал хотя бы в царство Солей и найми его в качестве проводника. К сожалению, среди карт Винта не нашлось ни одной с контурами береговой линии солнечного царства. Экипаж должен состоять не менее чем из трёх смен гребцов, плюс мы с тобой и, если к нам присоединится, то моя сестра. Лошадей, включая мою Мару, не более пяти, запас продовольствия на десять суток. Завтра после обеда будь в готовности присоединиться ко мне в кузнице, где из металла древних я буду ваять две короны - себе и жене.
  Теперь Илия, что касается тебя. Дело в том, что моя Авра очень долгое время провела в заточении, куда её поместил брат, что бы она не мешала ему править, так что получается, что моя жена жизни практически не видела и теперь всего боится. Твоя задача вернуть её в нормальное состояние и, естественно учить вести не только хозяйство, но и управлению всеми процессами. Близко к ней никого не подпускай, я по горло сыт одной её ложной смертью, а желающие расчистить место возле меня, наверняка найдутся. Из числа моих гвардейцев, которые будут тут бездельничать, подбери несколько человек, которые буду вас охранять, кандидатуры обсуди с мужем. И ещё, учи её сдерживать свои эмоции, а то чуть что, у неё сразу слёзы. Сама понимаешь, будущую королеву это не красит. В глазах окружающих она должна выглядеть как властная и самодостаточная соправительница.
  За всё время разговора Авра не произнесла ни слова, но когда мы остались одни, прижалась ко мне и, заглядывая в глаза, жалобно попросила, - Страх, а можно мне с тобой? В прошлый раз, когда ты меня оставил, меня чуть было не убили.
  Я ничего не ответил по той простой причине, что мне и самому было спокойнее, когда она была рядом, но брать её с собой в плаванье, результат которого отнюдь не очевиден, не считал целесообразным, - Пошли спать, все решения будем принимать утром и то не завтра, а через несколько дней.
  Утром гонец получил от меня письмо на русском для передачи его Анне. В нём я написал, что считаю себя в праве нанести визит 'вежливости' в империю Восходящего солнца и что если она присоединится ко мне, то я захвачу и для неё оружие древних. Я так же поставил её в известность, что отплыть планирую через восемь дней и что пойдём одним кораблём.
  - Я считаю себя в праве на месть за смерть Авры и Яна и прощать этих тварей не собираюсь...
  С королевскими коронами пришлось изрядно повозиться. Мне даже пришлось отправить Миха на побережье и заменить его на дядьку Луку. И хотя он не мог трогать металл древних, его подсказки по температурному режиму и вязкости весьма пригодились...
  
  3.
  
  Как же легко и свободно дышалось в открытом море, хотя открытым его можно было назвать с большой натяжкой, так как береговая черта была в пределах видимости. Вскоре стал ясно различим посторонний шум, и наш лоцман пояснил, что это звук падающей в пропасть водяного потока на границе Солей и Сармат, но очень далеко от берега.
  - Господин, ожидается сильный шторм, нам бы лучше поискать укрытие и быть ближе к берегу.
  - Скажи, Нил, а часто бывают такие шторма?
  - Нет, не часто - раза два в сезон ловли простипомы, в остальные сезоны и того реже. Но, слава богам, о приближении непогоды нас заранее предупреждают белые и пенные буруны волн. Если вы не против, то я распоряжусь отвернуть к береговой черте. Здесь недалеко есть небольшой заливчик, не весть какая защита, но всё лучше, чем оказаться в открытом море. Многие рыбацкие лодки сгинули из-за того, что вовремя не успели укрыться или переждать на берегу.
  - Ты кормчий, тебе и командовать...
  Честно говоря, никакого заливчика я не заметил, но волнение в этом месте действительно было значительно слабее, чем в открытом море. Да и берег был пологим, что позволяло, в случае крайней необходимости, произвести эвакуацию на сушу. На палубу выбрались Авра и Анна, они обе плохо переносили морскую качку, но как только волнение снизилось, то тут же вылезли подышать свежим воздухом.
  - А ведь я тебя предупреждал, дорогая, что плавание будет достаточно тяжёлым и теперь ты расплачиваешься за своё легкомыслие.
  - Это потому, Страх, что ты мало взял солёных огурцов.
  - Ещё раз повторю, их надо не есть десятками, а положить кусочек под язык и изредка сглатывать слюну, только тогда можно будет минимизировать последствия качки. А то у вас с Анной получается замкнутый круг - огурцы, вода, зов Ихтиандра.
  - Ты, кстати, обещал рассказать, кто такой Ихтиандр и почему звуки рвоты ты называешь зовом его?
  - Обязательно расскажу, но только тогда, когда мы вернёмся домой...
  Нил очень внимательно следил за водной обстановкой и даже потребовал переместить корабль на несколько десятков метров в сторону от первоначальной стоянки. Гребцы быстро справились с поставленной задачей, а после этого были опущены в воду оба якоря - и носовой и кормовой.
  Когда налетел шквал, стало понятно, почему это место называли небольшим заливом. Вода внезапно отступила метра на два, и во всей красе перед нами предстал большой полукруг самых настоящих волнорезов, а Нил пояснил, - Эту защиту соорудили когда-то очень давно древние, с какой целью - не знаю, но нам, рыбакам и торговцам она весьма пригодилась.
  Подала голос Анна, - А я знаю для чего всё это было сделано - волнорезы защищают пляж, где древние наверняка купались, отдыхали и загорали, значит в глубине этого леса наверняка могли сохраниться их здания или, по-крайней мере, руины. Как-нибудь надо будет наведаться сюда...
  - Аня, сестрёнка, пошли в нашу конуру, а то эти волны нагоняют на меня страх. Лучше их не видеть, мне так спокойнее.
  - Ладно, пошли трусиха. Удивлена, как это брат согласился взять тебя в этот поход?
  Уже когда они спускались в трюм, я услышал, - Было тяжело, но мои слёзы сделали своё дело, он их не переносит...
  А мне подумалось, что наши женщины очень быстро определяют слабые места и умело на них играют, используя все дозволенные и недозволенные методы. Если быть честным пред самим собой, то я и сам подумывал о том, чтобы забрать Авру с собой. Как говорят - один раз обжёгся, теперь долго будешь дуть даже на холодную воду.
  На море ничего интересного не происходило, качка была очень слабой, а шквалистый ветер и дождевые заряды в залив, почему-то, не проникали. Вскоре Миха пригласил меня и Нила на обед. К моему удивлению в крохотной столовой уже сидели обе наши дамы и с аппетитом уплетали какое-то варево, подозрительно похожее на нашу уху с той разницей, что все кости в рыбе растворились при её варке, и вместо картошки был какой-то другой овощ. В помещении царил полумрак, который не могли разогнать две масляные лампы непроливайки, что создавало обстановку таинственности, так как свечами на корабле я пользоваться категорически запретил до тех пор, пока не придумаю удобную форму свечного фонаря по подобию 'летучей мыши', который надёжно защитит от пожара в случае падения огарка.
  Природа словно ждала, когда мы закончим обед, так как стоило нам выйти на палубу, как тучи быстро исчезли с небосвода и вновь засветило солнце, даже появился попутный ветерок, что, учитываю местную розу ветров было весьма необычно. Мы даже успели на вёслах покинуть гостеприимный заливчик и в течении чуть больше получаса идти под парусом, что вкупе с попутным течением позволило развить достаточно большую скорость. Однако лафа скоро кончилась и парус пришлось вновь свернуть и прикрепить к мачте.
  Ночью, по словам Нила, мы пересекли границу с солнечным царством, и он распорядился поставить парус, чтобы поберечь силы гребцов, ведь течение поменялось и стало для нас встречным. Вынырнув из-за лесистого выступа, мы увидели очень странную картину - несколько десятков кораблей империи Восходящего солнца стояли на якорях, а тройка из их числа пыталась высадить десант на допотопный пирс, который отчаянно защищали несколько лучников и мечников. Но слишком уж были неравные силы, к тому же все нападавшие были в доспехах, а стражники Солей в простой кожаной одежде, что совсем ни от чего, кроме дождя и брызг, не защищала.
  - Поднять флаг королевства Русь, приготовиться к бою. Анна, неси свой карамультук. У тебя будет прекрасная возможность опробовать его и потренироваться. (в современном русском языке слово стало просторечным, насмешливым обозначением любого относительно старого ручного стрелкового оружия.)
  Я только услышал стук каблучков и вскоре Аннушк появилась с футляром, из которого она острожное извлекла некое подобие винтовки с сошками. Кстати, по желанию, эти сошки могли возникать или исчезать, но сестре я об этом не стал говорить, пусть самостоятельно постигает и осваивает своё оружие.
  Приблизившись метров на триста к этой эскадре, я приказал опустить парус и бросить оба якоря.
  - Ань, сначала почисть пирс и сожги корабли там, а уж потом займёшься основными целями. Если что, я тебя подстрахую своими пээмами. Действуй - злодействуй и помни о своём праве на месть - никакой пощады этим гадам.
  Как заправский стрелок сестрёнка заняла позицию на палубе для стрельбы лёжа, видимо в Бурденко, как в любой нормальной военной структуре их раз в десятилетние вывозили на стрельбище, и она что-то там или увидела, или запомнила.
  Ни я, ни несколько любопытных гвардейцев не заметили и не услышали, когда были произведены выстрелы, но результат был, как говорится - на лицо. Все три корабля почти одновременно были охвачены огненными шарами, а после того, как они растаяли, на поверхности не было даже досок и мусора. Расправа над десантными кораблями деморализовала группу захвата пирса, к тому же, в самой гуще нападавших, возник такой же шар, только меньшего размера, и вскоре они был или перебиты, или захвачены в плен.
  - Прекрасно, сестрёнка, а теперь займись всем флотом захватчиков.
  Анна замешкалась и мне пришлось вновь напомнить ей о смерти Яна и о том, кто и какую роль сыграл в этом. В этот раз я деликатно её собственную вину опустил, сделав акцент на убийцах из империи Восходящего солнца, которые так же прибыли на кораблях, маскируясь под мирных купцов.
  У Анны возникли определённые трудности, у её винтовки предельная прицельная дальность оказалась не больше 400 метров. Всё что было за этим показателем результата не давало, мне подумалось, что всё дело было в настройке её оружия и с этим предстояло разобраться. Следуя моему приказу, гвардейцы сели за вёсла и на всех порах понеслись в центр флота вторжения. Как только расстояние до целей стало приемлемо, Анна вновь начала стрелять, а я стоял возле мачты готовый в любой момент пресечь дерзкую попытку какого-нибудь сумасшедшего капитана пойти на таран. Тем не менее около десятка кораблей, вспенив воду своими вёслами, рванули в разные стороны, избегая возможность представлять собой одну большую цель. По моему мнению, Анна стреляла очень медленно и не очень эффективно. Так из пяти её выстрелов в цель попадало только два - три заряда, а остальные шли мимо в морские глубины. Как говориться - первый блин комом, но я не стал её укорять, а наоборот похвалил и даже соизволил погладить по голове, после чего Авра тут же подставила свою макушку для поглаживания. Котёнок он и есть котёнок.
  - Анна, позволь мне попробовать стрельнуть, вдруг получится, ведь убивали и меня тоже.
  Вместо Анны я отрицательно покачал головой, - В нашей семье должен быть кто-то один сердобольный, к которому люди могли бы обращаться с просьбами и жалобами на меня. К тому же, это оружие древних не дастся тебе в руки и может причинить боль или вред здоровью.
  - А я всё равно хочу попробовать, а то получается, что я единственная на корабле, которая ничем тебе не помогает и просто бездельничает.
  - Авра, не говори глупости, - в разговор вмешалась Анна, которая встала с палубы и стала придирчиво осматривать свой винчестер, - от тебя зависит доброе расположение духа нашего господина, а это дорогого стоит. Ты же видела его злым и раздражительным? Не хотела бы я оказаться в это время рядом с ним - у него рука тяжёлая и плеть всегда на поясе. А тут, даже не смотря на мои многочисленные промахи, он даже голоса на меня не повысил. А всё из-за того, что ты рядом и своим присутствием гасишь весь негатив. А дальше произошло то, что я никак не ожидал - с лёгким треском винтовка Анна развалилась на десяток отдельных деталей, которые с шумом упали на доски. Мы с Анной оторопело смотрели себе под ноги, а Авра быстро наклонилась и стала их собирать.
  - Ань, ты ничего лишнего не трогала? - от волнения я перешёл на русский.
  - Конечно, нет, ты же предупреждал. Ничего понять не могу.
  Я распорядился принести мне кусок тряпки и Авра выложила на неё все собранные части оружия. Я стал внимательно их рассматривать, пытаясь сообразить в какой последовательности их надо будет собирать и как крепить. Только вот что-то мне мешало сосредоточиться. Непроизвольно я посмотрел на жену, а потом перевёл взгляд на её руки. Стоп, ведь раньше к оружию древних могли прикоснуться только я и Анна, а сейчас Авра держит части этой винтовки в руках и не испытывает никакого дискомфорта. Мысль оформилась достаточно быстро - по отдельности части оружия древних представляют из себя только куски их металла, но вот собранные вместе они даются в руки только хозяину или имеющему допуск к его использованию. Для проверки этой гипотезы я достал из кабуры свой пистолет и положил его на палубу, - Авра, очень осторожно попробуй дотронуться до моего оружия, но будь внимательна, оно может ударить тебя.
  Она протянула руку к ПМ, но тут же в испуге её отдёрнула из-за того, что маленькие злые молнии окутали пистолет и своим потрескиванием предупредили о возможных последствиях. Я видел, что моя девочка испугалась и прижала руки к груди, чтобы её успокоить я попросил положить всё железо, что было у неё ещё в руке, сделать шаг назад и оттуда наблюдать за моими попытками сборки.
  - Если у тебя возникнут какие-нибудь соображения куда и как пристроить ту или иную железяку, пожалуйста, не стесняйся, а тут же озвучь свою мысль. Так мы быстрее сможем восстановить винтовку Анны. Сестра, а у тебя какие-нибудь мысли появились, как всё это собрать?
  - Мыслей нет, есть предположение о том, что оно само соберётся, как только мы сделаем какое-то действие. Страх, это ты у нас военный, думай...
  Через несколько минут напряжённой 'умственной' работы я хлопнул себя по лбу, - Это же элементарно, Ватсон - после использования любое оружие належит обслужить и почистить. Это, видимо давно не чистилось, вот оно и решило нам напомнить об этом. Умный винчестер, ничего не скажешь, - и мы с Анной начали усилено протирать все железяки принесёнными тряпками. И о чудо, с лёгким потрескиванием запчасти сами стали складываться в нужную конструкцию и через несколько минут у Анны в руках оказалось её оружие полностью собранное. Контрольный выстрел показал его работоспособность и правильность сборки, хотя кто бы в этом сомневался - однозначно винтовка обладает интеллектом так же, как и мои пистолеты.
  Несмотря на то, что некоторым кораблям империи Восходящего солнца удалось сбежать, в целом операцию по оказанию помощи соседу можно было признать успешной, а по сему было принято решение нанести визит вежливости царю Солей, если он конечно не сбежал в глубь страны.
  Оказалось, что не сбежал, а попытался собрать ополчение, чтобы противостоять захватчикам. Честно говоря, для меня было странным узнать, что в Солей даже у царя нет своей постоянной дружины, что, впрочем, объяснялось миролюбием правящей династии и отсутствием не только внешних, но и внутренних врагов или претендентов, правда, до поры - до времени.
  Пришвартовались мы с первого раза, благодаря искусству Нила, который, срывая горло, орал команды гребцам. Я прекрасно понимаю, что настоящими матросами не становятся за два дня, но и обзывать моих гвардейцев 'вонючими козлами' было через чур. Впрочем, к конфликту это не привело, так как сразу же после того, как были отданы якоря, Нил объявил экипажу, что они молодцы и что это впервые в его практике, когда новички даже не поцарапали борт такой большой лодки. Установили сходни, и я с Михой и ещё пара гвардейцев сошли на мокрые и скользкие от крови доски пирса. Уставшие защитники сидели там, где их застало окончание сражение, многие из них были раненые из-за отсутствия доспехов. Глянув на эту неприглядную картину, скрипя сердцем, пришлось вызвать Анну с её инструментом и перевязочным материалом. В сопровождении пяти гвардейцев она сошла на берег, потребовала быстро расчистить место и сносит к ней тех раненых, которые не могли самостоятельно передвигаться.
  - Боже мой, - причитала она, - какая антисанитария, хоть бы ниток и перевязок хватило, хорошо, что я хоть эликсиров, как знала, заготовила с запасом...
  Вскоре к сестре потянулись и остальные раненые, правда им всем пришлось оставить всё своё оружие на границе импровизированного перевязочного пункта, иначе охрана их дальше не пропускала.
  Как я и предполагал, царь собирал ополчение и готовился встретить захватчиков в глубине территории, пожертвовав столицей. Ждать его мы не собирались, так что через несколько часов и только после того, как сестра закончила оказывать помощь пострадавшим, мы вернулись на корабль.
  И вновь раздались зычные ругательства Нила, который таким образом подбадривал гребцов, а когда мы вышли на чистую воду, то пользуясь уже попутным ветром, подняли парус.
  После завершения объединённого обеда с ужином было принято решение ночью идти не только под парусом, но и на вёслах, меняя гребцов каждые четыре часа. Правда, я сразу же предупредил гвардейцев, что бы жили не рвали, а шли ровным ходом. Заснуть я так и не смог, чем вызвал неудовольствие Авры, которая тоже не смогла спать, когда меня нет рядом. Под утро мы нагнали несколько имперских кораблей, которые я сжёг самостоятельно, дав Анне больше времени для отдыха.
  Вот только не понятно, винтовка Анны потребовала чистки, а моим пистолетам после многочисленных выстрелов ничего подобного не понадобилось. Долго ломать голову над этим я не стал, а для себя определил, что моё оружие более продвинутое и обладает функцией самоочистки, а у сестры более древний образец. Это был очередной мой прокол, так как надо было сначала как следует разобраться с этими охотничьими ружьями, выбрать лучшее, а не хватать первое попавшееся и понравившееся.
  Днём уже Анна сожгла ещё четыре корабля, которые пытались от нас оторваться, но против трёх комплектов гребцов и паруса у них не было никаких шансов. Игра в кошки - мышки понравилась моим гвардейцам, и они даже бились об заклад, с какого выстрела боярыня положит очередную цель.
  Видимо, капитаны оставшихся кораблей, увидев вспышки и услышав грохот взрывов решили не рисковать и ушли дальше в открытое море, хотя и в этом имелся немалый риск, если попасть в мощное течение или под удар падающих с небес водяных потоков. Как бы там не было, но больше никого, кроме рыбацких лодок, мы не встретили. А тут ещё наш корабль дал течь и пришлось свернуть к берегу, чтобы разобраться с этой неприятностью и попробовать отремонтировать днище своими силами.
  Первичный осмотр показал, что трещина возникла в месте крепления мачты к килевому брусу. Из-за того, что при управлении парусом мачта шевелилась, брус расшатался и крепление досок днища стало не плотным, вода стала поступать вовнутрь и её приходилось постоянно отчерпывать. Мне это совсем не понравилось, и мы засели с Нилом за решение этой проблемы. Самым простым способом было отказаться от использования паруса и мачты, используя для продвижения к цели только вёсла, но это сразу же нас лишало самого большого нашего преимущества - скорости. В принципе, можно было соорудить специальное гнездо не у киля, а чуть в стороне, не прибегая к креплению мачты к днищу, а воспользоваться дополнительными распорками и стяжками. Надёжность конструкции конечно снизится и даже средний ветер способен будет вывернуть мачту из гнезда, так что если не будет найдено другого решения, то придётся остановится на этом.
  Этот участок побережья Солей Нил не знал, так что близко к берегу мы не подплыли из-за опасности наткнуться на подводные камни и скалы. Пришлось очень медленно плыть вдоль побережья, подыскивая подходящее местечко для якорной стоянки и предстоящего ремонта. Наконец была найдена неширокая речка, которая пробила себе проход сквозь обрывистый берег и нагромождение скал. Не плыви мы достаточно медленно и так близко к берегу, нам бы ни за что не удалось отыскать это устье. Для того, чтобы подняться метров на пятьдесят вверх, мы потратили почти полдня. Меня уже начали одолевать смутные сомнения, а правильно ли мы сделали, что сунулись сюда, ведь если что, корабль придётся полностью разгружать и максимально облегчить, чтобы его развернуть вручную носом к морю. Нил меня успокоил тем, что пустая скорлупа буде весить не тяжелее рыбацкой лодки, а на корабле достаточно запасов верёвок, чтобы сделать рычаги и приподнять корабль из воды. Однако до этого дело не дошло, просто вскоре мы оказались в большом озере, откуда и вытекала эта речка и где было достаточно места не только для разворота, но и для ремонта.
  Последующие несколько дней были потрачены на то, чтобы разгрузить корабль, соорудить временное жилье и на катках вытянуть наше судно на берег. Сделали мы это весьма вовремя, так как некоторые доски днища держались на честном слове и в любой момент могли отвалиться. Что за этим последует, понимали все.
  Я приказал пересчитать все имеющиеся гвозди и составить список инструмента, благо запасливый Нил набрал с собой в плаванье столько всякой всячины, что её хватило бы на ремонт нескольких таких кораблей. Признавая его превосходство во всём, что касалось плаванья и ремонта судна, я назначил его главным прорабом, а сам взял на себя обеспечение экипажа свежим мясом.
  Во всём этом был только один существенный недостаток, в нашем распоряжении отсутствовала высушенная древесина для ремонта, а сырая и свежесрубленная для замены досок не годилась. Пришлось выкручиваться и производить замену досок не целиком, а по частям, сращивая старые с новыми дополнительными накладками. Несколько человек были мной отправлены искать сухостой, но ничего приличного и годного в ближайшей округе найдено не было.
  Особенностью строительства кораблей империи восходящего солнца было то, что использовался метод внахлёст, когда одна доска закрывала часть другой, а имеющиеся небольшие щели заливались специальной смолой, которая быстро застывала и скрепляла доски между собой не хуже гвоздей. Смолы этой на деревьях было достаточно, а кое где я даже нашёл специально сделанные надрезы для её сбора, но они были уже очень старыми, что говорило о том, что местные жители здесь уже давно не появлялись.
  Питались мы в основном мясом и рыбой, я даже выковал несколько крючков на берегу, используя вместо наковальни подходящий камень, а вместо молота плотницкий инструмент - обух топора и наши молотки. Ровно две недели мы потратили на ремонт, и работа нашлась всем, даже нашим лошадям, которые использовались как тягловые животные, кроме Мары. Она категорически отказалась что-то таскать и перевозить, зато с удовольствием катала на своей спине Анну и Авру, которые учились искусству управления лошадьми.
  Все эти дни Нил ворчал на то, что ему досталась команда неумех, что проще дикого зверя научить что-то делать, чем этих лоботрясов заставить работать быстро и качественно, но к этому его ворчанию уже привыкли и особо на него не обращали внимания. Наконец, по мнению прораба и главного инженера всё что можно было сделать в полевых условиях было сделано, и теперь осталось провести ходовые испытания и устранить мелкие недоделки, которые обязательно вылезут. А я для себя сделал очень важные выводы, - во-первых на корабле обязательно должен быть запас досок и ремонтный комплект паруса и мачты; - во-вторых в состав экипажа обязательно должен входить плотник универсал, мастер на все руки, и в-третьих - экипаж должен состоять из матросов, а не моих гвардейцев...
  - Как думаешь, брат, нас потеряли и успокоились?
  - Что потеряли - согласен, а вот успокоились, вряд ли. Я полагаю, что наблюдение за морем они ещё долго не снимут, а сейчас пытаются лихорадочно понять, что произошло и с флотом вторжения в Весп и с эскадрой нападения на Солей. О том, что было применено оружие древних, им уже известно, весь вопрос в том, что они могут противопоставить. Есть ли у них что-нибудь подобное? В любом случае мы должны быть готовы к неприятностям, да и их маг ещё никак не проявил себя. А ты помнишь, что сказал волшебник Веспа - именно их маг стоит за захватнической политикой империи Восходящего солнца, что приводит к нарушению устоявшегося равновесия и может привести к уничтожению всего мира. Я так полагаю, что нашей главной задачей будет не только и не столько месть и наше право, а нейтрализация этого молодого и амбициозного мага. Одно радует в этой ситуации - этот гадёныш наверняка не знает, что магия местного мира на нас не действует, а значит, у нас есть преимущество. Что-то подсказывает мне, что эту проблему нам придётся решать только вдвоём.
  - Твоё чувство тебе правильно подсказывает, одного я тебя никуда не отпущу.
  Подошедшая к нам Авра тут же выдала, - А куда это вы собрались и почему без меня? Опять какие-то тайны?
  
  4.
  
  Длительная стоянка для ремонта пошла на пользу экипажу, его действия приобрели более осмысленный характер, теперь каждая смена знала, что она должна делать по тревоге, если находилась не на вёслах. На совещании командного состава было принято решение снять парус и убрать мачту, чтобы ничем не выделяться на фоне других кораблей и тем самым не вызывать интереса у имперских наблюдателей, а что они будут, я не сомневался.
  Прибрежные воды кишели рыбацкими лодками, у меня сложилось впечатление, что в этот район их собрали специально. Этими мыслями я поделился с Нилом, но он меня успокоил, - Для этого времени года, это обычная картина. Рыба готовится к нересту, а для этого собирается в большие стаи и занимает акваторию перед каждым ручейком или речушкой, чтобы потом подняться в верховья и там отнереститься. В этом районе пока не действуют запреты на вылов и можно добывать столько, сколько сможешь увезти, вот рыбаки этим и пользуются. А вы заметили господин, что крупных судов нигде не видно? Боюсь наша маскировка вскоре будет разоблачена, если не предпринять некоторых мер.
  - И каких же?
  - Надо купить рыбу у нескольких рыбацких артелей, сделать это прилюдно и открыто. Лишних членов экипажа из трюма не выпускать, что б никто не мог догадаться, что у нас три состава гребцов и что мы не торгаши и не купцы. Покупая рыбу надо будет отчаянно торговаться. Товар брать только хорошо просоленный и пригодный для длительного хранения...
  Ещё в течении получаса слушали лекцию о правилах торговли, видах посола, уловках и обмана торговцев рыбаками. А в завершении Нил потребовал, что бы девчонки даже носа не казали из своей каютки, а мы все переоделись в какое-нибудь рваньё, но кольца с пальцев не снимали. Это, дескать, позволит разоблачить наш 'наглый' обман и притворство в качестве бедных родственников и неудачников. - Пусть думают, что купцы решили поживиться, изображая из себя бедных торгашей, нам это будет только на руку. Они ведь наверняка посчитают нас новичками и особо не будут скрытничать...
  Так всё и случилось. Сначала нам пытались всучить залежалый товар, но Нил проявил бдительность и послал недобросовестных артельщиков далеко, далеко. Наконец нам попался нормальный рыбак, а не перекупщик и Нил быстро сторговал весь его улов, который наши гребцы быстро перегрузили в трюм. Этот жук, который изображал из себя старшего нашей команды, откуда-то вытащил на свет божий несколько бочек, куда и перекочевала рыба. Он даже успел переброситься несколькими фразами со старшим артели и договориться, чтобы тот, по своим каналам, сообщил товарищам о покупке качественной солёной рыбы без посредников по справедливым ценам.
  На ночь мы встали у обрывистого берега и наш экипаж получил возможность подышать свежим воздухом, а девчонки, в плащах, совершить небольшую прогулку по палубе. Несмотря на то, что мы никак не обозначили свой корабль, утром возле нас были уже четыре больших лодки со своим уловом. И вновь, как по мановению волшебной палочки откуда-то появились ещё бочки, и вся рыба перекочевала в них. С каждым из старших артелей Нил переговорил в моём присутствии и тем самым позволил мне собрать весьма важную информацию из которой стало ясно, что все уцелевшие корабли империи отошли под защиту береговых укреплений. Меня этот факт поразил, я ни от кого ни разу не слышал, что у империи Восходящего солнца есть береговые укрепления. Можно предположить, что они остались от древних, весь вопрос в том, а сохранилось ли там и их оружие? Если сохранилось, то кто им управляет?
  - Что думаешь делать, брат? Мне кажется соваться туда без разведки нельзя. Если у них есть оружие древних, то они уничтожат нас без проблем.
  - Если исходить из того, что они узнали о твоей винтовке и ждут нашего нападения с моря, то самым оптимальным вариантом будет посмотреть на эти укрепления с суши, а потом уже принимать окончательное решение. Собираем военный совет и послушаем предложения других...
  Первым высказался Нил. Оказалось, что в этом мире не существует понятия морских границ и корабли любого государства могли плавать в мирных целях где угодно. И хоть он сам так далеко не плавал, просто в этом не было нужды, со слов старших артелей он знает, что сухопутная граница империи начинается с того мыса, мимо которого мы прошли в обед, так что теперь формально мы на территории империи. Так же из бесед с рыбаками нам стало известно, что практически до самых береговых укреплений мест для высадки нет, так как везде обрывистый берег с отвесными скальными породами высотой метров в сорок. В голове забрезжила мысль воспользоваться своей подготовкой по преодолению отвесных стен, правда выше десяти метров мне подниматься не приходилось. Я же заканчивал обыкновенное общевойсковое училище, а не специализированное горно-копытное, но эти мысли я пока держал при себе.
  В конечном итоге Нил предложил рискнуть, - Господин, предлагаю купить хорошую рыбацкую лодку, затарить её имеющейся рыбой и под маской торговцев разведать обстановку. Возглавлю лодку я. Артель должна состоять из четырёх человек, не считая меня...
  - Отклоняется. Мои гвардейцы не рыбаки и, наверняка проколются на какой-нибудь мелочи. Рисковать людьми не буду, но вот если ты сможешь нанять местных рыбаков, тогда можно будет рискнуть. Но, честно говоря, я в эту затею не верю. Дело в том, что порядки в империи Восходящего солнца разительно отличаются от всех других государств континента. Не удивлюсь, если у каждого рыбака имеется именной документ, подтверждающий его право на ловлю рыбы в прибрежных водах и говорящий о его лояльности государству. Так что даже один чужеземец будет быстро вычислен и арестован. Этот вариант будет самым крайним, если ничего другого не придумаем. Миха, у тебя какие мысли на этот счёт?
  - Предлагаю повернуть назад и искать место для высадки небольшой группы, а затем двинуться по суше через лес. На первом группа будет состоять из пяти человек, а потом останемся только мы вдвоём. Три гвардейца нам будут нужны для переноски продуктов и создании закладки для обеспечения возвращения. От лошадей придётся отказаться, так как в лесу они нас будут только задерживать. Идти придётся вдоль береговой линии, так как карт местности у нас нет, а проводника нанять вряд ли удастся нанять из-за боязни предательства.
  Я посмотрел на Анну, - Я в этих вопросах некомпетентна и ничего посоветовать не смогу, но вот обеспечить нужными эликсирами для повышения выносливости и поддержки сил могу.
  - Значит так, - подвёл я итоги обсуждения, - медленно идём вперёд, но близко к укреплениям не приближаемся, и, главное, ищем место для стоянки корабля. В рейд мы пойдём вдвоём с Михой, но для преодоления отвесных скал мне надо подготовиться. Нил, выделишь мне три десятка самых больших кованных гвоздей, два мотка крепкой верёвки и небольшой молоток. Экипировка будет по минимуму, так как тащить всё придётся на себе. Миха, карабин обслужить и взять три сотни зарядов, плюс наше обычное оружие - мечи и кинжалы.
  Анна, остаёшься за старшую, передашь Авре наш фамильный перстень на хранение, но только после того, как мы с Михой уйдём. Все остальные вопросы решим завтра...
  Утром началась подготовка к восхождению, благо подходящее место было найдено достаточно быстро. Широкая трещина, промытая дождливыми водами, тянулась почти до самого верха, да и сама поверхность изобиловала выемками и выступами, на которые можно было опираться или цепляться.
  Пока моя лежебока отсыпалась под мерное колыхание волнами нашего судёнышка, я начал своё 'героическое' восхождение. Первые десять метров я преодолел на одном дыхании, ненадолго задерживаясь только для того, чтобы вбить в трещину или выемку крепкий плотницкий гвоздь длинной сантиметров в двадцать и прикрепить к нему прочный шнур. Трудности были только в том, чтобы кольца у меня на поясе не перепутались, когда я отматывал очередные метры и крепил их к стене. Вниз я старался не смотреть, но, падлюка, так и хотелось глянуть, сколько уже пройдено. Постепенно стала накапливаться усталость, особенно рук и пальцев, а подъёму конца и края не было видно. Гвозди уже не так легко входили в трещины, да и их обвязка шнуром стала занимать значительно больше времени, чем в самом начале. Найдя подходящее местечко, где мои ноги приняли на себя основную тяжесть моего тела, я решил перевести дух и дать роздых для рук, а они, между прочим, тряслись как у застарелой пьяницы.
  По моим внутренним часам я уже полз по стене больше часа. Поменяв опору с одной ноги на другую, я уж было собирался продолжить подъём, но, когда освобождал из кольца очередной кусок шнура, случайно дотронулся до бокового кармана своих брюк и, если б не слабое звяканье, я бы не обратил на это никакого внимания. Ёлы-палы, да меня Анна затарила своими эликсирами, а я как дурак вместо того, чтобы воспользоваться ими изображал из себя вьючное животное. Трясущейся рукой я извлёк один пузырёк и зубами сорвал с него крышку. Как и предполагал, снадобье Анны было отвратительно невкусным и вязким, но подействовало сразу. Интересно, какую гадость я выпил - увеличение сил или выносливости? Да какая разница, главное, я почувствовал облегчение и желание немедленно начать двигаться. К счастью, этому чувству я не поддался, а подождал ещё пару минут, что бы эликсир впитался через стенки желудка и заработал на все сто процентов. После того, как я принял на грудь это отвратительное зелье, дело пошло на лад. Я даже не заметил, когда добрался до самого верха. Используя точащие корни деревьев как дополнительные опоры, я быстро преодолел оставшиеся полметра скалы и через минуту уже отсапывался на зелёной травке. Вокруг меня был древний лес с деревьями в несколько обхватов, кучей живности, которая прыгала, верещала и дралась на их ветвях. Это привело к мысли о том, что если есть пузатая мелочь, то могут быть и более крупные звери. Пришлось достать свой пистоль и привести его в готовность к применению. Только после этого я отвязал от пояса второй моток верёвки, крепко-накрепко прикрепил его к толстому корневищу, где перед этим закрепил основной шнур, и сбросил вниз. По договорённости, второй рейс должен был совершить Миха, используя проложенный маршрут и мою страховку. Не знаю, показалось мне или нет, но примерно через полчаса, он уже, даже не запыхавшись, сидел возле меня. А после этого мы стали поднимать груз, предназначенный для нашего путешествия и в первую очередь - оружие и только потом продукты и прочие необходимые вещи.
  Каково же было моё удивление, когда над обрывом показалась голова Нила и он, тяжело дыша завалился возле меня, показывая знаками, что ему надо отдышаться. В это время Миха поведал мне, что кажущейся лёгкости своего подъема он обязан эликсиру Анны, которая заставила его выпить перед началом восхождения. А вот Нил, судя по всему, обошёлся своими силами и мне пришлось дать ему сделать один глоток зелья, что бы он смог быстрее прийти в себя и объяснить, зачем он полез за нами и бросил корабль.
  Ларчик-то оказывается просто открывался - побудительным мотивом его действий была обычная жадность и прижимистость, - Где это видано, чтобы вот так просто бросить три десятка первоклассных корабельных гвоздей и почти сотню метров прочнейшего шнура. На такое я не согласен, так можно и всё имущество разбазарить, а с чем потом плавать? Ладно, вы отдыхайте, а я пошёл вниз. Попробую извлечь хоть частей гвоздей и освободить первую верёвку, а вторую вы позже мне сбросите вниз. В хозяйстве он тоже пригодится. Напоминаю вам, что в вещах лежат два мотка по двадцать метров, так что вам он не понадобится. Всё, я пошёл. - Он отвязал от корня основную верёвку и скинул её вниз.
  Когда голова нашего кормчего скрылась за обрывом, я поинтересовался у Михи, - Как думаешь, он достоин боярства?
  - И не только боярства, но и должности командующего нашим флотом. Местных он хорошо знает, так что экипажи сможет укомплектовать добросовестными рыбаками...
  После того, как весь груз был распределён между нами и дождавшись, когда страховочный шнур задёргался и глянув вниз я увидел, что Нил уже стоит на палубе и машет нам рукой. Миха отвязал конец и сбросил его вниз. Махнув на последок всем тем, кто стоял на палубе, взвалив на плечи подобие армейского вещмешка с вещами - моя придумка - мы начали движение в сторону укреплений, не удаляясь далеко от моря. Идти между этими великанами было нетрудно, так как подлесок почти отсутствовал. Иногда попадались какие-то развалины, но время мы на них не тратили, так как они больше походили на сооружения более поздних времён - я сильно сомневаюсь, что бы древние строили свои сооружения из дерева. Крупного зверья почти не попадалось, только мелкое, вроде зайцев или одичавших кроликов. Миха с самого начала предложил ставить вечером перед ночлегом на них силки, а утром их проверять, чтобы не тратить драгоценные пули, которые могли в будущем весьма пригодится, а свои ПМ я не использовал, опасаясь, что их применение можно будет отследить в магическом плане.
  На четвёртый день пути нам стали попадаться следы человеческой деятельности - лес вырубали, а ветки сжигали. Мы удвоили осторожность и, как оказалось, не зря. Дважды нам попадались конные разъезды, которые патрулировали эту территорию, хотя, как предположил Миха, это было связано с незаконными вырубками, которые наверняка вблизи столицы и императорского дворца были запрещены. Как бы там не было, но простых жителей империи мы не встречали. Наконец мы достигли той точки, где лес резко обрывался и перед нами предстала чистая местность, которая упиралась в береговые укрепления. С суши они выглядели не так внушительно и монументально, зато можно было разглядеть огромные механизмы древних, что стояли внутри подобия открытых окопов. Ну как открытых - с тыла они не были защищены, а вот со стороны моря их прикрывали толщиной в несколько метров бронированные плиты с металлическим отливом. Хотя, скорее всего это был не металл древних, а некое композитное вещество, которое использовали для защиты крепостного оружия. Однако у меня появились некоторые сомнения - не могло быть у древних такое громоздкое оружие, да ещё с такой защитой. Скорее всего это защитное сооружение появилось значительно позже того, как древние маги покинули континент и среди оставшегося населения возникли разборки по перераспределению их наследия. Своими мыслями я поделился с Михой и он со мной согласился.
  - Действительно, не похожи эти громадины на механизмы и оружие древних. Скорее всего это копии, но не приведи боги, действующие. А судя по тому, как возле них копошится обслуга, это так и есть.
  - Скорее всего ты прав, боярин. Ремонт нашего корабля позволил имперцам снять свои смертоносные игрушки с хранения и подготовиться к встрече с нами. Так, расстояние до береговых укреплений метров триста - триста пятьдесят. Это почти придел для моих ПМов, так как огонь придётся вести не по площадям, а по конкретной точке. Видимо придётся доставать из заплечника винтовку, которую я взял для себя. На испытаниях она показала хороший результат на дальностях пятьсот и более метров.
  Самое интересное, Миха, что я так и не установил, чем она стреляет. Из ствола вырывается этакая огненная плюха, которая набирает объём по мере приближения к цели и разрывает её на мелкие кусочки, а в некоторых случаях просто сжигает её дотла. Зависимость мне установить не удалось. Понятно только одно, что, когда я навожу перекрестие прицела на цель, считывается информация о расстоянии, характеристики цели и, наверное, определяется способ её поражения. Однако стрелять по таким громоздким целям мне не приходилось, и я не знаю, как поведёт себя моё ружьишко. На всякий случай приготовлю один из пистолетов для стрельбы в третьем режиме, чтобы попытаться вызвать пожар, уничтожить обслугу и, если получится, повредить этих монстров.
  - Интересно, а для защиты от кого предназначены эти береговые укрепления? Ясно, что ожидалось нападение с моря, но кого и чего? Не понимаю.
  - И мне ничего не известно, история ухода древних и последующие события нигде не описаны. По-крайней мере мне ничего подобного не попадалось.
  Решив понаблюдать за суетой в укреплении, мы затаились на окраине леса, благо за обстановкой в тылу никто не следил. Вскоре наше решение не торопиться с нападением дало свои плоды. К открытому капониру подъехала богато разукрашенная кавалькада, в которой я без труда узнал по специфической одежде имперского мага. По взмаху его руки обслуга быстро сняла маскировочные сети с ещё одной громадины, а ведь мы с Михой её даже не заметили. Получается, что у них уже есть готовые к применению специальные средства. Все спешились и подошли ко второму орудию. Было хорошо видно, как маг что-то объясняет и показывает вельможам, которые его окружили. Из его жестов мне стало ясно, что он показывает основные и дополнительные сектора обстрела. Минут через пятнадцать они закончили и всей гурьбой подошли к тому орудию, возле которого суетилась обслуга. Было видно, как маг придирчиво осматривает всё орудие, что-то поправляет на стволе и в механизме наводки. После чего из своей сумки достал какой-то предмет и прикрепил его на ствол. Ба, да это же прицел.
   Миха толкнул меня в бок, - Господин, посмотрите на море.
  А там три корабля тащили на сцепке по несколько рыбацких лодок, которые метрах в пятистах от береговой линии отцепили и бросили на волю волн и течения. Маг отогнал всех от этого странного орудия, несколько раз глянул в прицел, воздел руки к небу что-то проговорил. Стало сразу ясно, что это был специально разыгранное представление для тех, кто прибыл с ним. Последний громкий крик услышали даже мы, после чего он приложил руку к прицелу и тут же отдёрнул её, а сам поспешно отошёл в сторону. Эта громадина, несмотря на свой немалый вес, внезапно подпрыгнула и из ствола вырвался целый сноп огненных стрел, которые разлетелись в разные стороны и поразили все лодки, в каком бы месте они не находились, при этом расстояние не играло никакой роли.
  Маг удовлетворённо потёр ладони рук и что-то проговорил, обращаясь к вновь окружившим его вельможам, после чего вернулся к первому орудию и установил на него такой же прицел.
  - Вот это да! - Восхитился Миха. - Какая мощь и силище. Нелегко нам придётся.
  - Всё нормально, это наследие первого поколения тех, кто выжил после ухода древних. Видимо в империи Восходящего солнца смогли найти соответствующие записи и реанимировать это оружие. И вообще, по своему развитию, взять хотя бы наличие больших кораблей, они значительно превосходят все остальные государства. Не иначе в распоряжении императоров и их магов имеется библиотека древних, где они раскопали описание и чертежи, которыми теперь пользуются. Вот бы попасть туда и покопаться в архивных записях, уверен, я бы лучше разобрался во всём, чем этот доморощенный маг. Однако, Миха, от него надо избавиться в первую очередь. Для нас с тобой, в настоящий момент, он является первостепенной целью. Ждём ночь и готовимся к нападению на объекты. Думаю, прицелы, если их оставят на орудиях, я без труда сниму, тогда эти железяки будут бесполезны. Готовь карабин. Действовать, по возможности, будем тихо, причем ты будешь прикрывать меня и стрелять в самом крайнем случае...
  Вскоре маг и вся группа, что прибыла с ним, отправились во дворец, но прицелы остались на стволах и возле них были выставлены по четыре охранника с небольшими копьями и мечами, которые стали бодро нести службу. Будем надеется, что их рвение будет уменьшаться по мере удаления разноцветной кавалькады вельмож в сторону дворца. Так оно и произошло.
  Мы успели по очереди немного поспать и перекусить прежде чем наступила ночь. Словно по заказу небо заволокло тучами и стал накрапывать мелкий и противный дождь, даже скорее морось, что было нам на руку.
  Не особо прячась мы направились вначале к дороге, а потом по ней к укреплениям. Как я и предполагал, основное внимание охранников и наблюдателей было направлено на море, а за тылами никто не следил. Миха выбрал удобное место для снайперской лёжки, с которой оба громадных орудия были ка на ладони, да и расстояние до них было не более двадцати метров. Показав ему знаком, что я начну с левого орудия, я тихо скользнул в тень открытого капонира. Из вооружения у меня был пистолет, переведённый во второе положение для стрельбы импульсами и кинжал, всё остальное оружие пришлось оставить, чтобы оно не мешало и не сковывало моё движение.
  Все четыре охранника смотрели только в сторону моря, а накинутые на голову капюшоны скрывали от них тихие звуки моих перемещений. При этом трое из них чуть ли не лежали на защитных плитах, и только один находился в непосредственной близости прицела. Я подкрался на расстояние удара, зажал рот рукой и с тихим хрустом вонзил кинжал под лопатку в направлении сердца. Страж даже не ойкнул, медленно и тихо опустил его на землю и придал сидячее положение. Теперь оставалось ждать, когда его подменит следующий охранник, чтобы расправиться с ним, когда он будет спускаться с защитных плит. Однако долго ждать не входило в мои планы. Взобравшись на левую станину этого монстра и прикрывшись стволом от возможного наблюдения из соседнего открытого капонира, переведя пистолет в режим луча, я одним движением перерезал всех троих беспечных наблюдателей. Уже не особо прячась я подошел к прицелу и стал внимательно его не только осматривать, но и ощупывать. Крепёжные защёлки я нашёл быстро и вскоре прицел оказался в моих руках. Дело осталось за малым, попытаться как-то повредить само орудие и превратить его в бесполезную груду металла. Не знаю, получилось у меня это или нет, так как возможности проверить результаты диверсии у меня не было.
  Вернувшись к Михе, я завернул прицел в специально заготовленную тряпку и положил рядом со своим оружием, - Следи внимательнее, во второй раз мне может так и не повезти, к тому же, мы не знаем, когда у этой охраны смена. Если что стреляй без раздумий. Главное, снять второй прицел.
  С охраной второго орудия пришлось повозиться, так как наблюдали за морем только двое, а ещё двое охраняли прицел. А тут я ещё услышал щелчки карабина, что говорило о том, что Миха встретил смену. Не дожидаясь, когда охрана всполошится, я напал и воткнул первому охраннику клинок в подреберье, направив его вверх, а во второго пришлось стрелять. Сильный удар в спину чуть было не сбил меня с ног. Какая-то тварь вместо того, чтобы сойтись со мной в благородной рукопашной схватке, просто метнула копьё. Оба стражника скатились с защитных щитов и спрятались за орудием. Лезть к ним напролом я не собирался, пришлось, не смотря на сильное нежелание, лечь на мокрую землю и полоснуть лучом по их ногам, а потом добить.
  Прислушавшись, я не обнаружил щелчков карабина, но и Миха сигналов не подавал, а это означало только одно - он перебил не всех и теперь выжидал, когда оставшаяся смена подставится. С прицелом тоже пришлось повозиться, так как замки крепления на нём были более сложные чем на первом и мне пришлось немного поднапрячь мозги, прежде чем я разобрался с этими хитроумными застёжками. Ползти по мокрой глине и траве к лёжке напарника, ещё то удовольствие, а с учётом того, что запасной одежды мы с собой не брали, то возникали проблемы...
  
  5.
  
  Вернувшись к месту своей днёвки и забрав всё своё имущество, мы в ускоренном темпе направились в сторону императорского дворца, имея намерение обойди столицу по большой дуге. Дождь усилился, что было нам на руку, так как он смывал все следы, а промокнуть мы и так промокли до нитки.
  Шли ходко, чтобы, во-первых, согреться, а во-вторых, уйти как можно дальше от места диверсии. Скользя в лужах, я в очередной раз убеждался в собственной тупости и глупости - вот что мне мешало договориться о сигналах? Так бы наш корабль сейчас уже бомбил бы береговые укрепления, ведь Анна у нас мастер разрушений, а так теперь будет без дела стоять, пока мы с Михой не вернёмся на какой-нибудь посудине. Идти вновь через лес у меня особого желания не было. Внезапно в спину толкнуло так, что и я и Миха растянулись в грязи, и только потом пришёл громкий раскат взрыва. Обернувшись назад мы увидели багровый столб дыма и летящие по небу, словно в замедленной съёмке, куски береговых укреплений и монстрообразных пушек. Что там произошло, я без понятия, а Миха с восхищением смотрел на меня.
  - Вот это шутихи, теперь наши точно заметят сигнал. Господин, а что так могло бабахнуть, таммже гольное железо
  - Точно не знаю, а предположить могу следующее - мне удалось повредить накопитель заряда, когда я пытался вывести эти орудия из строя, а тут ещё дождь, вот там что-то замкнуло и они рванули. Вернее, рванула одна - левая, а правая уже потом сдетонировала. Как думаешь, Анна догадается сразу же сняться с якоря и пользуясь неразберихой добить укрепления...
  Начало светать, или это сполохи пожара сделали приемлемое освещение. Настало время искать место для засады, ведь наверняка маг захочет узнать, что там произошло. Сам то он вряд ли полезет в это пекло, а вот своих людей может послать. Эти мысли пришли нам одновременно в голову, так как Миха стал крутить головой и вскоре показал мне небольшой пригорок, всего в нескольких метрах от дороги.
  - Господин, вот прекрасное место для засады. К тому же там кусты, которые помогут нам, в случае необходимости, незаметно отступить. Не думаю, что император пошлёт большой отряд, а с маленьким мы легко справимся.
  А дождь вновь усилился и уже превратился в настоящий ливень, а потом, словно по щучьему велению, разом прекратился. Особого облегчения это нам не принесло - в сапогах хлюпало, мокрая одежда прилипла к телу и вызывала звонкий перестук зубов, так что я посчитал правильным накатить по пузырьку эликсира, о чем и сказал Михе.
  Приятное тепло стало растекаться по телу, кровь заструилась по жилам, появилось желание крушить и рушить всё вокруг. Хорошо, что это чувство ушло через пару минут, а вот прилив сил был весьма кстати. Небо, действительно стало сереть, а значит, ночь заканчивается так что настала пора осмотреться и выбрать для себя позиции.
  Пригорок - это, наверное, сказано громко - так, небольшой бугорок, да и с дороги он хорошо просматривался. А то, что вначале казалось кустами, на деле оказалось высокой травой. При близком рассмотрении, не самое удачное место для засады, конные смогут заметить нас издалека. Только зря время потеряли. И мы, как орловские рысаки, понеслись по дороге дальше, в сторону имперского замка.
  Перейдя на шаг, чтобы успокоить дыхание, мы ещё издалека услышали хлюпанье и ругань всадников. Пришлось просто сойти на обочину и принять положение для стрельбы с колена. В этот раз я решил воспользоваться своим ружьём, но ПМ был готов к применению. Дорога позволяла вести наблюдение метров на двести, можно было и дальше, но ещё недостаточно рассвело. Как только появились первые всадники, я навёл на них перекрестие своего прицела и стал ждать, когда кони приблизятся хотя бы метров на сто, что бы и Миха мог принять участие в этом празднике мести. На нас неспешно рысили полтора или два десятка всадников, оно и понятно, было скользко и в любой момент лошадь могла или сломать ногу, или растянуть бабки и захромать.
   И вновь, в который раз я не услышал звука выстрела и даже не заметил, что вылетело из ствола, а вот щелчки карабина были хорошо слышны. Послышалось гудение и возникший огненный шар охватил разом всю группу всадников, а потом с треском исчез, оставив на земле мешанину из кусков обгоревшего мяса. Даже на расстоянии около ста метров запахло палёным, а Миха пробурчал, - Чего жадничать то? Всё сам, да сам, а я даже выстрелить не успел...
  Дорога вела вверх и в восходящих лучах солнца крепость - дворец предстала перед нами во всей своей красе. Первое, что бросилось в глаза - это был комплекс зданий полностью созданный древними и не подвергнувшийся разрушению временем или в результате деятельности людей. Красиво, даже рушить такое не хотелось, хотя полной уверенности в том, что мне удастся своим оружием причинить вред тому, что создали древние, не было. В воздухе стало нарастать напряжение, и я распорядился, чтобы Миха встал мне за спину и оттуда не высовывался. Ворота крепости - дворца открылись и небольшой отряд выехал нам навстречу, возглавлял его имперский маг. Не доезжая до нас метров двадцать, кавалькада остановилась и вперёд выдвинулся волшебник страны Восходящего солнца. Его внимательный взгляд буквально ощупал меня всего - одежду, оружие, защитную одежду.
  - И с этим ты собираешься выступить против меня? Это самоубийство, я же раздавлю тебя как надоедливую мошку, несмотря на то, что в тебе течёт сильная кровь древних. Но что может значит кровь наших предков по сравнению с их знаниями, которыми я овладел. Смирись, и ты займёшь достойное место в свите нашего императора и получишь высокую должность в единой империи нового миропорядка.
  Я молчал, а маг заливался соловьём, рисуя заманчивые картины, пока я не прервал его, - Довольно болтовни, на меня твой трёп не действует. Я пришёл к вам, чтобы отомстить за смерть жены и члена своей семьи и действую в своём праве. - Словно в подтверждение моих слов громыхнул гром и на лице этого ряженого и самоуверенного клоуна впервые мелькнули тени страха и сомнений.
  Больше он говорить ничего не стал, а выбросил вперёд руки и с его пальцев сорвались змейки молний, которые, по мере приближения ко мне, стали истончаться, пока не исчезли совсем. Я снисходительно наблюдал за его потугами, ведь этому хлыщу было невдомёк, что магия этого мира на меня не действовала. Он ещё несколько раз пытался атаковать меня, сначала огнём, а потом и льдом. При этом я заметил, как он, прежде чем нанести мне очередной удар, дотрагивался до висящего на груди амулета, словно черпал из него силы и навыки.
  Настала моя очередь поглумиться над ним, - Это всё, на что ты, молокосос, способен? Правы были маги Веспа и Сармат, когда характеризовали тебя как недалёкого и самодовольного юнца, которому некому было обломать рога. Теперь это время пришло. Не надо было ни тебе, ни твоему императору трогать мою семью, ох не надо...
  Я медленно извлёк из кобуры ПМ, перевёл рычаг во второе положение и выстрелил в мага, который торопливо строил свою защиту. Пять импульсов буквально разорвали его на мелкие кусочки, а потом врезались в сопровождавшую его свиту, разметав и её. Видимо, за нами наблюдали, так как сразу же после уничтожения этого отряда ворота дворца, открытые до этого, стали быстро закрываться.
  Я обернулся, - Миха, ты как?
  - Было страшно, особенно когда он стал метать огонь и ледяные глыбы.
  - Это нормальное явление, каким бы храбрецом человек не был, от чувства страха ему полностью не избавиться, так что выше нос. Как думаешь, нам стоит штурмовать дворец или попытаться разрушить его отсюда?
  - Лучше отсюда, по-крайней мере до тех пор, пока они не сдадутся. Господин, вы же наверняка захотите покопаться в вещах и библиотеке мага, я прав?
  - Сам понимаешь, такую возможность упускать нельзя, но сначала бомбардировка дворца.
  Я снял с плеча чехол с ружьём и достал его, после чего навёл прицел на купол главного здания и шпили вспомогательных башен, - Посмотрим, что у нас из этого получится. - И вновь я не заметил и не услышал ни выстрела, ни движения. Уж было подумав, что ружьё определило эти сооружения как свои и отказалось их разрушать, я заметил, как купол дворца стал проседать, а потом с громким грохотом обвалился вниз. Тоже самое произошло и со шпилями вспомогательных башен - они обрушились. После чего настала очередь ворот - их вынесло и разорвало на мелкие кусочки, побив достаточное количество воинов, которые находились за ними. Используя третье положение ПМ, я накрыл оставшихся, а затем с интересом стал копаться в останках мага, желая разыскать заинтересовавший меня артефакт, которым он пользовался, за что удостоился неодобрительного взгляда от своего помощника. Но как говориться, - пережили голод, переживём и изобилие.
  Это был круг из непонятного и неизвестного мне материала диаметром в 5 сантиметров, разделённый на четыре части. Каждой части соответствовал свой знак: молния, огонь, снежинка и торнадо. По- крайней мере именно так я идентифицировал это изображение. Потерев артефакт о свои чумазые штаны и добавив к грязи ещё и следы чужой крови, я одел эту штуку себе на грудь. Странно, что цепочка на которой он висел, не порвалась. Прислушавшись к себе, я не заметил какого - либо воздействия на себя только после этого запоздало сообразил, что и не мог ничего почувствовать, ведь магия этого мира мною не ощущается. Я не удержался от того, чтобы не провести маленький эксперимент. Дотронувшись до знака огня, я выбросил правую руку вперёд, в сторону вторых ворот и крыши какого-то сооружения, что пряталось за второй стеной.
  Нда, надо как-то соизмерять свою силу, а то этак можно всё здесь сжечь и разрушить, а это не входило в мои планы. Мощный поток огня, всё сметая на своём пути и оплавляя камни, словно не замечал препятствий, ударил в крышу здания и в мгновение ока она оплавилась и потекла багрово-красными соплями вниз, вызывая пожар во внутренних помещениях. Всё это, конечно хорошо, да и зрелище огня завораживало, но это безобразие надо было остановить. Дотронувшись до снежинки, я направил несколько больших ледяных глыб в огонь, что бы они растаяли и затушили тот пожар, что я вызвал, из-за неумения соизмерять и дозировать свои силы. Клубы дыма и пара с шумом стали подниматься в небо, но вскоре всё прекратилось. Получается, что я смогу руководить процессом и мои желания могут ограничивать действие артефакта. Надо будет досконально его изучить...
  - Миха, как ты думаешь, а не шандарахнуть ли мне посильнее в главное здание дворцового комплекса, а то что-то император не торопится сдаваться и даже переговорщика не присылает. Не видит в нас что ли угрозы своей власти, или уже сбежал в укромное место, надеясь отсидеться?
  - Господин, мне кажется, боярыня Анна добралась до столицы, там в богатых кварталах вельмож начались пожары и явственно слышны взрывы.
  - Вот же безбашенная девка, не могла подождать, когда мы здесь закончим. И почему не соединилась с нами, опять что-то хочет мне доказать? Ох и дождётся она у меня, выпорю, как пить дать - выпорю.
  Пришлось навести перекрестие в крепостную стену чуть в стороне от разрушенных ворот и сделать два выстрела. И сразу стало видно, почему император не спешил со сдачей - за крепостными стенами расположился большой отряд конных, готовый атаковать нас сразу, как только мы войдём вовнутрь. Не трудно было догадаться, что нас захотели задавить численностью, и ведь наверняка и с другой стороны сосредоточен такой же отряд. Дотронувшись до знака торнадо или смерча, я отправил его на это конное воинство. Жалко было только лошадей, которые с жалобным ржанием взмывали в воздух с тем, чтобы потом упасть на землю с большой высоты. А затем, следуя моему мысленному посылу, смерч неторопливо направился ко второму отряду. Люди там оказались умнее и бросились в рассыпную, наплевав на приказ и дисциплину.
  - Миха, а не проявить ли нам учтивость как гостям и не нанести визит вежливости, в первую очередь в обитель мага? Как думаешь, где может находиться его лаборатория?
  - Думаю, в отдельном помещении или здании, под надёжной охраной. Вполне возможно, что в одной из башен второй крепостной стены. Будем осматривать?
  - Гадать не будем. Пошли, найдём местного аборигена и ласково попросим поделиться информацией...
  Дворец словно вымер, ни одного шороха, даже топота убегающих не было слышно. Заглянув в несколько комнат на первом и втором этажах, мы увидели только следы поспешного бегства и ни одной живой души, но в одной комнате на стене засветился экран со схематичным расположением всех помещений, а главное множество перемещающихся точек показывали, где находятся беглецы. На экране было хорошо видно, что большинство беглецов спрятались в различных секретных комнатах. Выбрав ближайшее к нам помещение, мы прямым ходом направились туда. Скрытую дверь нашли без труда, слишком много следов вело к деревянной панели, которую я просто пнул ногой. Со скрипом часть стены отошла в сторону, и мы увидели перепуганную группу придворных, состоящих в основном из женщин и детей.
  - Мне нужен человек, который покажет где находится жилище вашего бывшего мага, тогда остальных оставлю в живых. Будете молчать, начну убивать детей, потом женщин. Надеюсь, я ясно изложил свою просьбу? И учтите, я очень нетерпелив и тратить своё драгоценное время на вас не собираюсь.
  Из группы женщин вышла девушка слегка неодетая, - Я покажу и провожу, если вы дадите слово, что никого здесь не тронете.
  Вмешался Миха, - Девочка, перед тобой его королевское величество лорд Страх. Все, кто с ним сталкивались знают, что он всегда держит своё слово. И если вам обещано сохранение жизни, то так оно и будет. Только хочу предупредить, что с королём в акции возмездия участвует его сестра, боярыня Анна Страх, у которой имперцы убили мужа. Ей лучше на глаза не попадаться. В настоящий момент она занята тем, что разрушает ту часть столицы, где находятся дворцы придворных и вельмож. Вполне возможно, что она может появиться и здесь, так что вам лучше сидеть тихо и не пытаться куда-то перейти. Всё понятно?
  Как только мы пошли на выход, один из немногих мужчин пытался наброситься на меня с кинжалом, но только пепел упал на пол, так как он сгорел в огненной вспышке. - Я смотрю, дураков каких мало, у вас тут много. И что теперь прикажите делать? - обратился к девушке, - Налицо попытка нападения на мою особу, а своей жизнью я дорожу. - Из моей руки вырвался огненный луч и раскалённый поток воздуха, которые сожгли несколько человек, что стояли в группе, из которой на меня бросился этот смертник, - Сразу видно имперцев, - ни чести, ни достоинства, - я сплюнул под ноги, - ещё одно шевеление и от всех присутствующих останется только пепел...
  Когда мы оказались снаружи, Миха поинтересовался, - Семью императора искать будем?
  - Только после того, как разберёмся с наследием мага, да и то не специально. Мне проще полностью разрушить весь дворец и похоронить под его обломками всех, кто спрятался от нас. Думаю, это будет достаточной ценой за то, что они сделали с моей женой.
  Девица привела нас к одиноко стоящей высокой башни. Наверняка она раньше служила для наблюдения за окрестностями, или маяком для воздушных судов древних. Странно, но никакой охраны возле дверей не было, или разбежалась, или на них наложено заклятие.
  - Всё, подруга, свободна, теперь мы и без тебя справимся.
  Она отрицательно замотала головой, - Я теперь только с вами, отец не простит мне предательства и ему наплевать, что я спасала жизни другим...
  - Это твой выбор...
  Двери сами распахнулись, стоило мне протянуть к ним руку и мы вошли вовнутрь. Лестница вела как вниз, так и наверх. По идее наверху должны находиться жилые помещения, а в подземелье лаборатория.
  - Начнём осмотр сверху. Миха, вперёд меня не лезь, могут быть ловушки...
  Так мы и пошли, впереди я, потом незнакомка, которая так и не представилась, а замыкал нашу группу Миха. Лестница была оснащена каким-то подобием датчиков движения, так как стоило мне сделать несколько шагов, очередной виток освещался метров на пять - семь, а как только Миха проходил очередную отсечку, свет сзади гас.
  Первая дверь привела нас в рабочий кабинет мага, в котором он был редким гостем, хотя у меня возникла мысль, что это был рабочий кабинет его предшественника - уж больно много пыли было на столе и бумагах. Книжные шкафы были раскрыты и пусты, везде запустение и грязь. На следующем этаже были жилые комнаты, в которых тоже царил бардак и беспорядок, но они хотя бы были жилыми. В одной из комнат маг занимался любовью со своей очередной жертвой. Почему очередной? Да потому что мы обнаружили тела трёх женщин с распоротыми животами и вскрытыми грудными клетками. Все они были крепко привязаны к специальному столу, а их ноги были бесстыдно задраны вверх.
  - Так вот куда пропадали служанки с нашего этажа, - подала голос бледная как полотно девушка, а потом грохнулась без чувств на пол. Миха хотел подойти и оказать ей помощь, но я запретил, - Оставь её, очнётся - догонит, не очнётся, на обратном пути заберёшь.
  На следующем этаже было подобие кухни и столовой с горой немытой посуды с остатками пищи и горящим очагом. На самом верхнем этаже была смотровая площадка с самым настоящим телескопом. К сожалению, использовать его в качестве подзорной трубы не представлялось возможным. Весил он наверняка более сотни килограмм и был зело громоздким, даже на корабль его не установишь...
  Девицу мы застали в той же комнате, сидящей в углу и трясущейся от страха, - Там, - она показала на небольшой ящик, - монстр, который поедает тела. Увидев его, я оцепенела и у меня хватило только сил, чтобы забиться в этот угол. У него зубастая пасть и горящие красным светом глаза, больше я ничего от страха не разглядела.
  Движение руки и ящик вспыхнул ярким огнём, раздался визг на несколько мгновений и всё затихло, только горстка пепла осталось от этого существа, которое маг кормил человечиной.
  На подземных этажах оказалось значительно интереснее: была найдена небольшая библиотека с практическими пособиями по кораблестроению и чертежами, в другой комнате была лаборатория, но какая-то бедная, у моей сестры и то больше разных банок и склянок, а в третьем помещении были макеты оружия древних, большей частью поломанных, или собранных из разных кусков. Спустившись ниже мы обнаружили самое главное сокровище магов империи Восходящего солнца - книги древних, а также некие дисковые носители с информацией. Я даже в куче хлама нашёл два считывающих устройства, видимо маги не смогли разобраться с ними и выкинули как бесполезные вещи в мусор. Здесь мы задержались почти на час и вышли оттуда хорошенько нагруженные. Пользуясь тем, что мог читать на древнем языке, я произвёл отбор литературы, представляющей практический интерес, а всякую беллетристику безжалостно отправлял в угол. Особо ценные экземпляры я укладывал в свой заплечный мешок, выкинув из него почти всё, такая же участь постигла и мешок Михи, а нашей спутнице достались для переноски информационные диски, которые мы увязали в один большой тюк. Несколько дисков я всё-таки умудрился засунуть к себе вместе со считывающими устройствами. Больше всех повезло Михе, его жилах не текла древняя кровь, а значит он не мог и прикасаться к их вещам в отличии от меня и девушки. Оставив мешки и тюк на лестничной клетке, мы пошли дальше.
  Ещё ниже были складские помещения с разнообразным хламом, который собирало не одно поколение местных магов в надежде со временем разобраться в нём и приспособить для нужд империи. В самом же низу нас ждал сюрприз в виде двух тюремных камер, в одной из которых находился изнеможённый старик в рваном халате мага.
  - Как же так получилось, что твой ученик с тобой справился? Ого, кандалы на тебе не простые, они наверняка высасывают из тебя всю магическую силу? Ничего, сейчас я их сниму. Ну вот и всё. Идти сам сможешь? Дело в том, что эту башню я разрушу, и под обломками похороню все её тайны. Не доросла ещё империя до того, чтобы пользоваться на благо людей достижениями древних и дорастёт ещё нескоро. Девчонка, тебя как звать-то? Впрочем, не важно, будешь помогать этому живому скелету выбраться наружу, но учти, что и свой тюк придётся тащить. Миха, на тебе наша охрана, особенно со спины, если что дашь знать, и я вмешаюсь...
  Я специально освободил своего помощника от всяческого груза, так как он должен будет обладать подвижностью и мобильностью. Мне с двумя мешками не то что бегать, идти было неудобно, не говоря уж о девчушке, на которой старый маг повис как мешок, сами знаете с чем.
  Перед выходом из башни мага, чисто в целях профилактики и обеспечения нашей безопасности я запустил торнадо по кругу радиусом метров в сто, что бы он разрушил всё вокруг. Мало ли до чего может додуматься этот придурок с императорской короной за то время, что мы отсутствовали. Принятые мною меры предосторожности оказались нелишними и все те, кто оказался в зоне действия смерча почувствовали это на своей шкуре - вновь вверх полетели люди и кони, обломки крепостной стены, устилая очищенную площадку пятнами крови и мяса. А я задался резонным вопросом, почему у меня оказалось больше сил, чем у имперского мага недоучки? Ведь было видно, что он расходует собственные силы для управления артефактом, я же никакой слабости не чувствую, правда появилось чувство голода.
   А затем я исполнил свою угрозу, но только частично - дворец императора вздрогнул, после того как я навёл прицел своей винтовки на него и выстрелив в разные места несколько раз. Нетронутым оказалось только то крыло, в котором находились те, кому я обещал сохранить жизнь, хотя не скрою, с трудом подавил желание разрушить тут всё.
  И вновь я мысленно подивился тому, какой же я балда. Достав из кармана пузырёк с эликсиром, я жадно присосался к нему, то же самое сделал и Миха.
  - У тебя сколько осталось зелья моей сестрички? Если больше одного флакона, то поделись со стариком и девчушкой одним. Мне мой последний может пригодиться при возвращении домой.
  - Да без проблем, господин, у меня их три.
  - Ну ты куркуль.
  - Конечно, я же не вы. Это вы у нас десятижильный, не убиваемый и сын богов...
  - Кто, кто?
  - Так все об этом говорят. Простому смертному не под силу совершить и десятую часть тех подвигов, что вы совершили, взять хотя бы оживлении вашей жены через три дня после её гибели...
  - Всё, хватит, и ты туда же. Миха, но ведь это всё происходило на твоих глазах.
  - Вот я и говорю, когда маг Веспа доставил ей из мира мёртвых, вы поцеловали её в спальне и она ожила...
  
  6.
  
  - Свою миссию я выполнил, и мы возвращаемся на корабль. Старик, могу тебя доставить к волшебнику Лиру, мы с ним в приятельских отношениях, и я, как бы, являюсь его учеником. А вот что делать с девчушкой, я не знаю. Ты же вроде боялась, что тебя обвинят в предательстве, но теперь, - я обвёл рукой разрушения, - обвинять некому, зато ты можешь поставить себе в заслугу что только этим я и ограничился, а старик подтвердит твои слова.
  - Старый маг прошамкал, - Я остаюсь. Мои знания помогут моему народу избавиться от гнёта самодуров...
  - Я тоже остаюсь, - тихо проговорила пигалица, - буду помогать нашему волшебнику и позабочусь о скорейшем восстановлении его сил и способностей. Думаю, вдвоём мы сумеем предотвратить кровавую грызню за власть среди уцелевших вельмож и знати.
  Я пожал плечами, - 'Баба с возу - кобыле легче'. Это ваш выбор, к тому же Авра, это моя жена, может неправильно истолковать твоё появление возле меня. И заметьте, я не граблю вашу казну, так как понимаю, что много средств придётся потратить на строительство новой имперской резиденции. Более того, могу помочь открыть её и сделать доступной только для определённого круга людей - скажем тебя и твоих будущих детей, а также для мага страны Восходящего солнца, при условии, что магом он стал без использования силы, интриг и обмана. Всех остальных казнохранилище будет сжигать.
  Маг и девчушка переглянулись между собой и почти одновременно сказали, что они согласны.
  Вдалеке раздался цокот подков и показалась небольшая группа всадников, впереди горделиво скакала Мара, как бы показывая, что именно она здесь самая главная, а уж за ней Анна и её сопровождение из полутора десятков моих гвардейцев. Подскакав ко мне почти вплотную, сестра лихо спрыгнула с коня и обняла меня, затем больно толкнула в грудь, - Придурок, ты братец, а сообщить, что у тебя всё в порядке ты не мог, что бы я не строила догадки и не волновалась? Авра там на корабле сходит с ума. Ещё что-нибудь разрушить надо, или убить кого? Хотя вижу, что ты, как обычно всё сделал сам. Миха, ты хоть поучаствовал в этом?
  - Только как свидетель жадности господина, он даже из карабина мне толком пострелять не дал, всё сам, да сам...
  - Хватит выдумывать, а то вон гвардейцы опять неправильно всё поймут и очередные глупые слухи пойдут гулять обо мне.
  - А это кто? Тебе не кажется братец, что в последнее время ты стал увлекаться молоденькими девушками? Ты что, в педофилы записался? Да шучу я, шучу. Ты всегда подбирал бездомных щенков и котят, а потом пристраивал их...
  - Хорош болтать, забирай у пигалицы трофеи из библиотеки мага и грузи на свою лошадь, а я пока пристрою на Мару эти мешки с книгами, а попутно расскажи о том, что вы натворили в столице.
  - Да ничего особенного, мы же в неё не входили. Просто определили самый богатый район и порушили там несколько дворцов, хотя правильнее сказать, весь этот район вельмож разрушили. Не знаю что, но горит там хорошо. А ты почему такой грязный, да и Миха не чище?
  - Да вот ночью в районе укреплений потерял монетку, пришлось искать её наощупь, ползая по земле.
  Эй, старый, показывай, где вы храните свой золотой запас, и ты подруга идешь с нами.
  Маг повёл нас к неприметному одноэтажному зданию из массивных блоков. Перед воротами он остановился, - Вход только для членов императорской семьи. Обычно золото выносили сыновья, всем остальным ворота не открыть, они именные и только для правящей династии.
  Девушка вышла вперёд и дотронулась до дверей и, к моему удивлению, они мгновенно открылись. Везёт же мне на имперскую родню, то Авра, теперь эта пигалица, - Так кем ты приходишься бывшему императору?
  - Я его дочь, но моя мать недостаточно знатная, чтобы официально входить в его гарем, хотя он меня и признал.
  - Теперь понятно, почему ты находилась в том крыле дворца, где я тебя нашёл. Не слишком подходящее место для принцессы, но зато подальше от твоих братьев и сестёр, которые прямо пылают любовью к тебе и только ищут повод, чтобы избавиться от 'позора' семьи. А ты не подумала, принцесса о том, что не все члены твоей семьи погибли под развалинами? Некоторых сыновей император отправил возглавить нападение на соседей. Тех, кто возглавлял флот, я нейтрализовал, и они уже предстали перед небесным судом, где ответят за все свои деяния, но детей то у него было много. А ну-ка ответь мне на вопрос, а сколько у него было жён?
  - Любимых - четыре, а так, около десятка.
  - Хорошо пристроился, себе что ли гарем завести? Да не трясись ты так, это не больше чем шутка. Так, теперь положи свою руку на дверь, маг, и ты тоже. - На их руки я положил свои и как мог, отправил посыл, что отныне только они или их дети, или кому они передадут это право, смогут входить сюда, но говорить им об этом не стал.
  - Отойдите на пару метров, - и дождавшись, когда они выполнят мою команду, я закрыл ворота. - Старик, попробуй теперь открыть. - Маг подошёл и толкнул створку, ворота тут же открылись. - Вот и ладненько, теперь пошли вовнутрь, только я пойду впереди, вдруг есть ловушки и прочие хитрости для любопытных...
  В большом подземном зале царил идеальный порядок. Даже имелась книга учёта прихода и расхода. Это сколько же здесь золотишка, мои запасы на фоне этих смотрелись жалкой кучкой. В самом центре, под силовым колпаком, хранилась корона, наверняка парадная императорская. Тяжёлая, наверное. Я подошел и взял её в руки, осматривая со всех сторон. Это, конечно, не шапка Мономаха и даже не корона Екатерины второй, но что-то общее между ними было. Одев её на голову, я убедился в своей догадке, так как она тут же приняла удобную для меня форму и размер, а её тяжесть я почти не ощущал.
  Старый маг прошамкал, - Только настоящий и истинный император может одеть её на свою голову, даже погибший ни разу не рискнул это сделать, боясь сгореть. Примеры этому известны из летописей империи.
  - Не, не, не. Это я просто так пошутил, - корона тут же была возвращена на своё место, - я ещё и со своим новым королевством не разобрался, чтобы взваливать на свои плечи ещё эту обузу.
  - В этом ты весь, брат. Империю Веспа ты уже передал своему ещё не родившемуся сыну, хотя Авра уже налегает на солёное, а теперь бежишь и от Восходящего солнца. Тебе не кажется, что это боги подают тебе знак и ты должен объединить все земли континента под единым управлением?
  - Анна, не пори чепухи. Ты, кстати, как сюда попала?
  - Естественно, через двери. Ты, надеюсь, не забыл, что я твоя сестра, хоть и младшая, так что некоторые твои способности имеются и у меня. - Она повернулась к старику. - Маг, ты хочешь сказать, что настоящим императором может стать только тот, кто сможет надеть корону на голову? А как ты думаешь, на детей этого молодца это распространяется? Если да, то тебе девушка не отвертеться от сомнительного удовольствия оказаться в его постели, хотя Авра мне как-то призналась, что ей очень нравится заниматься с ним любовью.
  Она подошла к постаменту и протянула руку к короне и тут же с десяток молний впились в неё, благо она успела отдёрнуть, и большая часть мелких молний просто растаяла в воздухе.
  - Как же больно то. Вот и практическое подтверждение того, что я хоть и твоя сестра, но ты старший нашего рода и тебе дано значительно больше, чем мне. - В это время она уже достала из своих многочисленных карманов какой-то пузырёк и обильно смазала жидкостью из него повреждённую руку. - Ну вот, сразу полегчало. Кстати, Страх, а когда ты полностью переведёшь книгу с рецептами эликсиров и снадобий. Ты мне обещал.
  - Если обещал, то переведу, как только немного разгребусь с делами. А теперь пошли отсюда, пора возвращаться домой.
  Девица преградила мне дорогу и ткнув пальцем в грудь, громко произнесла, - Через год я прибуду к тебе в гости, чтобы зачать ребёнка. Года нам с магом хватит для того, чтобы навести в империи относительный порядок. Предупреждаю об этом заранее, что бы ты в это время оказался на месте. Как называется твоё королевство?
  Год - срок большой, так что многое может измениться, - Королевство Русь. Лучше путешествовать по морю, мой порт вряд ли не заметишь. Это сразу за царством Солей, практически на границе.
  Интересно, куда делся затравленный и испуганный взгляд? Рядом со мной стояла настоящая принцесса - гордая и надменная, - Меня зовут Меринда, но ты можешь звать - Мери. Постарайся не забыть...
  Всё, засяду в свою усадьбу и оттуда ни шагу в другие земли, хватит, надо и своими делами заняться, а мой внутренний голос этак ехидненько пропищал, - Ты сам то в это веришь?
  Волны мерно били в борт корабля, а на его палубе я нежился в утренних лучах солнца. Прижавшись к моему плечу мерно посапывала Авра, но за руку меня держала крепко, словно я мог куда-то сбежать. Вскоре показался Миха, глянул на парус и многозначительно произнёс, - С таким ветром мы уже через пару дней будем дома, если конечно, не будем заходить в Солей.
  Я изобразил пожатие плечами, - Если пригласят, то заскочим, чтобы ноги размять, но думаю, царю сейчас не до этого, ему ещё разбираться с имперцами, что просочились через перевал и теми, что спаслись с разрушенных кораблей. В общем, там видно будет.
  Появилась Анна и сразу напомнила мне об обещании. Вот дёрнул же меня вчера чёрт за язык пообещать ей начать разбираться с информационными дисками и считывающими устройствами. Хотя, если честно, то мне и самому хотелось поскорее узнать, какая информация заложена в эти накопители, но пока Авра не закончит дремать, ничем заниматься я не мог.
  Аннушка не выдержала, подошла и потрясла за плечо жену, - Авра, совесть у тебя есть? Страх и другим нужен, ведь у тебя была в распоряжении целая ночь, так что открывай глаза, а то пропустишь, когда Нил будет снимать пробу с малосольной рыбки. Такая вкусняшка, пальцы оближешь.
  Авра встрепенулась и открыла глаза, а потом опять их закрыла, поудобнее устраиваясь у меня на плече, - Ты сама ограничила для меня любые соленности, даже последние огурчики спрятала в ларь, а ключ носишь с собой. Отстань, я буду отдыхать и наслаждаться своим непоседой, пока он в очередной раз куда-нибудь не отправится. Язва ты Аня, взяла весь сон перебила, пойти что ли посмотреть, чем там занят Нил и что получилось из последнего засола? - Она легко встала и уже в её спину сестра проговорила, - Не больше одной средней рыбки, я потом проверю, а то потом опять ноги отекут. - И уже обращаясь ко мне, - Ты тоже за ней приглядывай, и вообще, балуешь ты её.
  Я огрызнулся, - Не тебя же, взрослую матрону, баловать. Ладно, мне вставать лень, так что иди в нашу каюту и принеси оттуда несколько накопителей и оба считывающих устройства, будем на пару думать, как заставить их работать.
  Аньку словно ветром сдуло с палубы, а Миха глубокомысленно заметил, - Господин, надо бы вашей сестре подобрать приличного мужа, тогда у неё энергии поубавится, и вы вздохнёте свободнее. Как насчёт того, чтобы приглядеться к царю Солей или к одному из достойных в его окружении?
  - Миха, дружище, ещё раз повторю, сестру от себя я никуда не отпущу. Приедем, нагружу её созданием школы целителей. Да и не принято в нашей семье неволить, пусть сама выбирает себе спутника жизни.
  Запыхавшаяся Аннушка нарисовалась возле нас, - Что, опять обсуждаете, как бы меня выдать замуж поскорее?
  - Да вот размышляем, где бы найти такого, что согласится переехать в нашу усадьбу и будет терпеливо сносить твои выходки и, представляешь, на ум не приходит ни одного достойного кандидата, разве что попробовать уговорить Нила? - Сам не ожидая, я попал прямо в цель, так как Анна покраснела.
  - А что, со стороны сильно заметно, что он мне нравится?
  Отвечать я не стал, а принял из её рук небольшой свёрток и стал осматривать первое считывающее устройство. Вот отверстие для дискового накопителя, только силовое поле внутри него не принимало ни одного диска, а значит, должно быть что-то на самом накопителе, типа системы 'я свой', однако ничего похожего на кнопку, или рычажок я не обнаружил.
  - Ань, как думаешь, почему мне не удаётся вставить накопитель, что может мешать?
  - Может быть в нём есть система защиты от дураков и не все диски именно это устройство считывает?
  - Ты думаешь я не пробовал? Нет, тут дело в чём-то другом и ответ наверняка лежит на поверхности. Стоп, а если действительно надо не вставлять в прорезь диск накопителя, а устанавливать его сверху. Попробуем?
  - Я в этом не очень разбираюсь и никогда не была продвинутым пользователем, так что вся надежда на тебя. - Я тяжело вздохнул, когда же за меня мою работу будут делать другие? ...
  Я чертыхнулся, - Ничего не получается. - Чисто машинально я приложил второй накопитель с обратной стороны считывающего устройства, сразу же раздался щелчок и из отверстия вылез небольшой экран, на котором появились цифры, а потом и текст. Если его перевести на общепринятый язык, то он выглядел примерно так, - 'Заставь дурака богам молится, он и лоб расшибёт. Учи инструкцию и матчасть и пока не сдашь мне зачёт, я работать отказываюсь.' Потом пошёл текст с инструкцией, в котором весьма подробно описывался порядок и последовательность действий для подключения считывающего устройства...
  Для меня всё перестало существовать, полностью погрузившись сначала просто в чтение текста, затем в его осмысление и переваривание, я не заметил, как наступил вечер. На экране возникло сообщение для меня, - На сегодня хватит, источник энергии ушёл на отдых, пора отдохнуть и нам.
  Не сразу до меня дошло, что под источником этот весьма разумный предмет подразумевал местное солнце, которое действительно уже практически село.
  К моему удовольствию царя Солей не было в столице, он продолжал со своим ополчением отлавливать и уничтожать мелкие отряды имперцев, выдавливая крупные силы со своей территории. Это позволило всю дипломатию взвалить на плечи Анны и Михи, что, впрочем, меня ни капли не интересовало, было более интересное занятие - информационные диски и считывающие устройства.
  Как я не старался, но наладить диалог с разумным устройством у меня не получалось. На мои словесные обращения оно никак не реагировало, а как печатать текст, что бы он появился на экране, нигде не объяснялось. Приходилось тупо следовать подсказкам, типа: - внимательно прочитай и запомни пункт такой-то на пятой странице инструкции, или - вернись назад и перечитай третий абзац, а после этого примени его к пункту 17 инструкции. К вечеру моя голова походила на мусорный бак из-за обилия информации, которую я не успевал анализировать, хотя и тратил на это почти полночи. В конечном итоге я решил оставить эти бесполезные попытки и вернуться к считывающим устройствам, когда у меня будет больше времени для экспериментов. К тому же Анна напомнила мне, что по прибытию состоится свадебный пир, а у невесты-жены нет даже свадебного платья, не говоря уже о моей парадной одежде.
  Когда я посетовал Михе, что совсем забыл о свадебном пире и остро встал вопрос о достойной одежде, он саркастически хмыкнул, - А что, разве мой господин не взял из Веспа кучу всякой одежды древних? Подобрав и одев на себя и госпожу даже простые тряпки из их гардероба, вы поднимитесь на недосягаемую высоту для всех, как бы подчёркивая свой высший статус.
  - А что, это идея, надо будет покопаться в сундуках...
  Наш порт походил на растревоженный муравейник, куча воинов сновала в разные стороны, а многие трофейные корабли были готовы к плаванью. Оказалось, что боярин Устин собирался отправиться на наши поиски во главе семи кораблей, битком набитыми моей гвардией, а также арбалетчиками и мечниками. Что бы его действия не пропали даром, я тут же распорядился отправить эскадру в помощь царю Солей, но на срок не более десяти дней, включая дорогу. Вот уж не думал, что уже к вечеру всё будет готово к отплытию, а среди моих военноначальников возникнет спор, кому оставаться, а кому плыть. Пришлось решать мне этот бестолковый спор и по старшинству возглавил экспедицию тысяцкий Устин.
  - Учти, через двенадцать дней состоится мой свадебный пир, не опоздай, а то я обижусь, ведь именно тебе предстоит вручить мне и Авре королевские короны, которые ты получишь из рук Жана и Жака....
  Текучка так заела меня, что некогда было даже толком расслабиться после приезда, не говоря уж о продолжении экспериментов с дисками и устройством. Именно только этим я могу объяснить свою глупость с коронами, ведь только прямые потомки древних могли касаться металла, из которого я выковал эти 'головные уборы'. Пришлось на ходу менять сценарий коронации. После недолгого раздумья я решил, что меня коронует Авра, а я короную её.
  Каково же было моё удивление, когда я получил известие, что ко мне на свадьбу на всех парах спешит наш солнцеликий Рао. Из Трира он выехал, как только узнал о предстоящем свадебном пире и с помощью Лира двигался очень быстро, так что должен был прибыть к назначенному сроку без проблем. Это хорошо, вот ему то я и спихну лже сестру царя Солей, но сначала заставлю принести мне клятву верности и послушания, как своему государю, используя один стариный обряд, который раскопала Анна в одной из переведённых мною книг. Странно, что сам я не придал ему никакого значения, хотя, впрочем, это можно было объяснить той спешкой и желанием скорее избавиться от назойливого нытья моей сестрички.
  Начало этого дня я встретил в своей личной тюрьме и был весьма удивлён тем, в каких условиях содержалась эта девица. Мрия возлежала на шикарном ковре и с увлечением изучала азбуку и тренировалась в написании простых слов. Увидев, кто к ней пришёл, она быстро вскочила и отвесила мне поклон как младший старшему и тут же перешла в наступление, - Мой господин, я согласна принять ваше предложение стать личной служанкой вашей жены, которая так добра ко мне и обеспечила достойное содержание в вашей личной тюрьме. Если б только не отсутствие общения и изоляция от внешнего мира, я бы с удовольствием провела весь остаток своей жизни здесь. Передайте госпоже мою искреннюю признательность и благодарность, а также не сочтите за труд попросить её навестить меня и разъяснить некоторые не очень понятные мне правила написания сложносоставных слов.
  Обведя убранство камеры, я поинтересовался, - Так это всё обустроила моя жена? - Эта хитрая чертовка знала, что в лучшем случае я просто пожурю Авру, а в худшем попрошу больше не вмешиваться в содержание моих арестантов. - Значит так, Мрия. После обеда к тебе придёт моя сестра и ты, под её присмотром и в моём присутствии, принесёшь мне особую клятву. Только в этом случае я могу тебя допустить к госпоже Авре. Подумай над этим, клятва эта будет нерушимой и её нарушение приведёт к твоей неминуемой смерти.
  Оставив девицу размышлять над своими словами, я поднялся наверх и отправился разыскивать будущую королеву, но не для того, чтобы сделать ей втык, а просто поинтересоваться состоянием её здоровья и предупредить, что бы она не перенапрягалась. Вернувшись домой, Авра активно включилась в подготовку к свадебному застолью, перенимая опыт Илии и даже пыталась сама командовать. Я в этот процесс не вмешивался, зато с каким задором она мне вечерами рассказывала, что ей удалось сделать, а что после её распоряжений пришлось переделывать. От четырёх до шести гвардейцев неотступно следили за ней и всюду её, по возможности тайно, сопровождали и отсекали все незнакомые личности. А их с каждым днём становилось всё больше и больше, так как начали побывать званные и незванные гости.
  Как я и обещал Мрии, после обеда мы с Анной навестили её, и она согласилась принести мне клятву верности. Повторяя за Анной непонятный набор слов на языке древних, она с недоумением смотрела на меня - какая же это клятва, так набор непонятных звуков. Однако, когда было произнесено последнее слово, вспыхнул яркий свет и откуда-то сверху раздался голос, - Клятва верности принесена боги подтверждают это и вступила в силу.
  - Сестра, проводи её к Авре и по дороге объясни в общих чертах, в чём она поклялась...
  Вечером, перед сном, когда я просматривал прибывшие донесения и депеши, Авра высказала мне своё мнение об этой клятве, - Ты сделал её своей рабыней и практически лишил права выбора. Если ты ей не доверяешь, то стоило ли эту девушку выпускать из тюрьмы?
  - Особенно, если учесть, что кто-то создал ей там благоприятный режим нахождения и даже стал учить грамоте. Всё дело в том, дорогая, что я собираюсь её подсунуть Рао и, почему-то уверен, что он клюнет на эту приманку. И не смотри на меня так, да - политика грязное дело, а я испачкаться не боюсь. Мне надо думать о наших будущих детях и о том, какой мир я им оставлю в наследство. Меня сейчас больше волнует почему Устин ещё не объявился, хотя завтра истекает отведённый ему срок...
  Волновался я напрасно, уже утром мне сообщили, что вся эскадра вернулась без потерь и даже привезла с собой делегацию царства Солей, её прибытие ожидалось завтра к обеду, к этому же времени должен был подъехать и солнцеликий со своей небольшой свитой. Бедному Миху пришлось в очередной раз уплотнять гостевые покои и даже распорядиться установить походные шатры для более простых гостей, так как всем места в главном здании и доме управляющего не хватало. Эта кутерьма и решение внезапно возникающих вопросов, выбивала меня из рабочей колеи.
  По настоянию Анны полдня мы с женой потратили на то, чтобы подобрать для свадебной церемонии и коронации одежды древних. Авре было представлено на выбор три платья - не балахоны, не хламиды и халаты, а настоящие платья. Свой выбор моя жена остановила на платье из небесно-голубого материала, украшенного небольшими блестящими звёздочками, которое Анна, тут же, не откладывая в долгий ящик, подогнала по её фигуре и комплекции. Естественно, меня выгнали из спальни, где шла примерка и запустили только тогда, когда всё было сделано вчерне. Свою девочку я не узнал, так прекрасно и необычно она выглядела. Ещё одно платье себе выбрала сестра, а третье досталось Мрии. От неё я скрывать не стал, что очень хочу, чтобы она покорила сердце солнцеликого Рао и стала царицей Сармата. А потом настала очередь для моих мучений. Меня заставили переодеваться аж шесть раз, пока все эти три мегеры не пришли к общему выводу, что в этих тряпках я смотрюсь более или менее соответствующим образом возле внеземной красавицы, которая досталось мне по великой случайности в жёны и которой, как водится, я не очень достоин. Я был бы не я, если б не попытался тут же отыграться, - А теперь займёмся одеждой Нила, он ведь тоже сегодня женится...
  
  7.
  
  На следующий день, как я и предполагал, почти одновременно прибыли посольство царства Солей и солнцеликий со своей небольшой свитой. Вот только гад Лир куда-то исчез, а мне очень хотелось задать ему несколько вопросов. Первым, по статусу, я принимал Рао в малом зале, который уже готовили к торжественной пьянке. Мы обнялись по-дружески, хотя царь не ожидал подобного отменя. Да плевать, мне надо было кое-что ему сказать на ушко, - Обрати внимание на подругу моей жены - очень сильная древняя кровь и непонятное происхождение, я считаю, что она связана кровными узами с царской семьёй Солей, хотя и воспитывалась в простой крестьянской семье, но ведь породу не спрячешь. Надо будет посмотреть, как на неё отреагирует посол Солей, когда увидит. Я, кстати, уверен, что она спокойно пройдёт проверку на включение в красную десятку.
  Наживка была закинута и по горящим глазам царя я был уверен, что он её уже заглотил. Мрия демонстративно не обращала на него никакого внимания, однако я заметил, как она напряглась, когда объявили о посольстве царства Солей. Из доклада Устина я уже знал о трагической гибели царевны, сестры царя. Речь шла о банальной случайности, свидетелями которой были более сотни человек. Качаясь на качелях, царевна не удержалась на ногах, вылетела из 'лодочки' и её затылок нашёл один единственный камень, который был во дворе... Произошло это более года назад.
  Когда посол соизволил наконец-то оторваться от своего свитка с приветственной речью, он заметил Мрию, сбился и в растерянности замолчал, но потом частично совладал с собой, - Царевна, ваше царское высочество, вы живы? Но как, я ведь лично присутствовал при вашем погребении в семейном склепе...
  - Успокойтесь посол, перед собой вы видите мою подругу, которая хоть и родилась в вашем царстве, но в настоящий момент является моей наперсницей и никак не может быть ожившей сестрой вашего царя. Это не более, чем сходство, хотя её тоже зовут Мрия и в ней течёт древняя кровь.
  А меня осенило, не двух детей, а троих родила царица в своё время, но вторую девочку по какой-то причине решили спрятать. Наклонившись к Рао, я тихо проговорил, - Уверен, она действительно является близнецом сестры царя, а значит близость Солей ей может угрожать. Пригласишь её к себе погостить на некоторое время, пока я буду разбираться в этой запутанной истории?
  - Конечно приглашу и прослежу лично, что бы к ней не смел приблизиться ни один чужой человек...
  - Вот и хорошо, надеюсь на тебя, твоё царское величество. Я бы мог и сам озаботиться её безопасностью, но боюсь рисковать здоровьем Авры, которая не расстаётся со своей подругой, а значит, может пострадать в случае покушения...
  И вот настал день, ради которого и затеивалась эта грандиозная пьянка. В самом её начале Нил был объявлен адмиралом нашего флота в звании тысяцкого, а также произведён мною в боярское сословие, но без выделения лена. Анна увела его для переодевания в форменную одежду, как было объявлено официально, а на самом деле для совершения брачного обряда. Минут через пятнадцать они оба пунцовые появились перед нами и гостями. Новобрачные переоделись в подобранную одежду древних и блистали на фоне всех остальных. Это не укрылось от некоторых внимательных глаз, и Жан тихо спросил у меня, - Они что, поженились?
  Я только кивнул головой и предупредил присутствующих о том, что мы с Аврой отправляемся для переодевания в свадебные наряды, после чего вместе с Мрией мы исчезли из главного зала на несколько минут. Наше появление вызвало шок у присутствующих, так как платье Авры стало переливаться разными цветами, а звёздочки засияли до рези в глазах, а платье её подруги как бы впитывало в себя это сияние и тоже начало светиться. На их фоне мой черный костюм служил контрастом, а контур головы волка, вышитый серебром (спасибо Анне), как бы подчёркивал моё величие. Дождавшись, когда приветственные выкрики и здравицы после пятого кубка немного спадут, мы вместе с Аврой отправились в другие залы, где пировали приглашённые гости и мои гвардейцы. Каждое наше появление было встречено оглушительным рёвом и выкриками с различными пожеланиями. Однако, в зале для благородного сословия, я заметил несколько неприязненных взглядов и взял этих людей на заметку. Когда мы проходили к специально отведённым местам, один из мелкопоместных бояр встал из-за стола и попытался приблизиться со стороны моей жены, но не успел сделать и пары шагов, как в его голову впились два укороченых арбалетных болта, и он упал на пол, а из рукава его одежды выпал кинжал. Тут же появились два моих гвардейца из числа дежурной смены, подхватили незадачливого убийцу под руки и как пьянчуги поволокли в комнату отдыха, громко сетуя на то, что на свадебном пиру господина так напиваться не следует. Этот маленький инцидент не привлёк особого внимания и пир продолжался своим чередом.
  Где-то через час мы вернулись на свои места в главном зале, а вскоре ко мне со спины подошёл Жан и шёпотом сообщил, что у убийцы был обнаружен хорошо подделанный пригласительный билет на вымышленное имя и это торжество. Установить, кто он такой и откуда прибыл, по горячим следам не удалось, однако в свите посла из царства Солей не хватает одного человека.
  А может быть целью этого скороспелого нападения была не моя жена, а Мрия, которая везде сопровождала нас? Однако эту мысль я озвучивать не стал, но попросил Жана удвоить внимательность и как следует приглядеться к нашим гостям из Солей.
  И вот настал кульминационный момент. Анна внесла небольшой поднос, накрытый покрывалом, под которым скрывались наши короны. Жестом фокусника она сдёрнула его и атрибуты королевской власти, переливаясь, засверкали всеми цветами радуги. Многие гости повскакали с мест что бы как следует рассмотреть эту красоту, но моя охрана, возникшая словно из-под земли, никого не подпустила близко к нашему столу.
  Солнцеликий встал и подошёл к Анне. Практически одновременно они взяли короны в руки и направились к нам. Мы с Аврой встали и склонили головы, на которые и были возложены эти венцы из металла древних, до которых мог дотронуться только тот, в ком течёт древняя кровь.
  Первым заговорил царь Сармата Рао, - Я очень рад тому, что мой брат наконец-то нашёл своё место и ни капли не сожалею о том, что на карте нашего мира появилось новое образование - королевство Русь. Я так же безмерно рад тому, что он нашёл своё счастье в лице этой прекрасной девушки - старшей императорского рода империи Весп, о чём наглядно говорит фамильный перстень на её прелестной руке.
  Он бы ещё, наверное, долго распинался, но тут вмешалась Анна, - Ваше королевское величество, - обратилась она к моей жене, - я знаю, что вы будете надёжной опорой своему мужу и разделите с ним бремя власти, но прошу вас помнить, что вашей важнейшей обязанностью является рождение наследников. Не надо откладывать это дело на потом, а за сим я прошу вас удалиться в свои покои и позволить присутствующим по-настоящему повеселиться на праздничном пиру....
  - Попросту говоря, нам сказали, чтобы мы уматывали в свою спальню и не мешали безудержному народному веселью. Всё-таки тяга к халяве неистребима.
  - А я считаю, что твоя сестра правильно сделала, отправив нас восвояси, а то я уже сильно устала и у меня стала кружиться голова. Посмотри, там на столе не остались солёные орешки? ...
  Несмотря на то, что окна и двери были плотно закрыты и задрапированы портьерами, звуки веселья проникали в нашу спальню в виде барабанных ритмов и гнусавых звуков местных инструментов. Авра действительно быстро уснула, а я потихоньку встал и стал просматривать бумаги, которые подготовили для меня Устин и Жан. Картина вырисовывалась не очень радужная и касалась она царства Солей. Самой большой неожиданностью явился тот факт, что в этой стране отсутствовал свой маг-волшебник, а все попытки Устина хоть что-то разузнать, натыкались на стену отчуждения и молчания. Да и с трагической гибелью царской сестры не всё было понятно - даже Устин обратил внимание, что все, кто ему рассказывал об этом происшествии, свидетелями которого они якобы были, говорили одними и теми же словами и фразами, словно выучили текст наизусть и теперь его заученно повторяли.
  В бумагах Жана анализировалась обстановка в сопредельных районах и боярствах, а также делался вывод о том, что нас бояться. У всех на слуху были рассказы о стремительном рейде на помощь нашему медицинскому обозу и той каре, которой я подверг всех тех, кто посмел на него напасть, не взирая ни на положение, ни на знатность.
  Представляю, что там будет твориться и какие пойдут слухи после того, как до них дойдут сведения о том, что мы натворили в империи Восходящего солнца.
  Раздался сонный голос жены, - Страх, хватит жечь свечи, иди спать, а то я без тебя никак заснуть не могу. - Ответить я не успел, так как услышал её мерное посапывание. Стоило мне только лечь, как она тут же прижалась ко мне, закинув ногу на живот, а рукой обхватив плечо. - Это правда, что уцелевшая дочь императора Восходящего солнца заявила, что хочет от тебя ребёнка? Знаешь, я не против, что бы она приехала и погостила у нас в то время, когда мне нельзя будет заниматься с тобой этим. Это всё лучше, чем ты будешь искать кого-то на стороне, или никого искать не будешь и станешь злым и раздражительным...
  Грандиозная пьянка не прекращалась всю ночь и продолжилась на следующий день. Мне по секрету шепнули, что солнцеликий пытался проникнуть в соседнюю комнату Мрии, но получил отпор и со словами, - Я честная девушка и такой останусь до своей свадьбы, - убыл ни с чем в отведённые покои.
  Посол Солей, сославшись на срочные дела, отбыл к себе сухопутным путём, но в его свите по-прежнему не хватало одного человека. В сопровождение ему я выделил два десятка своих гвардейцев, которые по возвращению доложили мне, что по дороге ничего существенного не произошло и до самого перевала на нашей территории всё спокойно, чего не скажешь о сопредельной стороне - там с высоты были видны пожары и зарево над двумя селениями. В просьбе посла помочь разобраться с тем, что там происходит, было отказано из-за отсутствия разрешения перейти границу.
  После того, как последние гости разъехались, наступили обычные будни. Для начала мы с Аврой перебрались в столицу нового королевства - Руту, где я пышно попрощался с солнцеликим и, несмотря на то, что головы опальных воевод он мне так и не привёз, передал ему пятьдесят тысяч золотых. Правда я предварительно очень подробно объяснил Мрии, как проникнуть в царское денежное хранилище, минуя общепринятые способы, так как старшей за доставку золота я назначил именно её, придав для солидности полтора десятка дружинников Жака во главе с десятником.
  Началась текучка и разные королевские дела, как-то проверка строительства изб для крестьян и лекарских пунктов, создание продовольственного неприкосновенного запаса, заготовка строевого леса для строительства новых кораблей по тем чертежам и технологиям, которыми я разжился в библиотеке имперского мага. Мои попытки запустить считывающее устройство с информационными дисками провалились окончательно, и я отложил всё это до лучших времён. Анна наконец-то вплотную взялась за создание своей лекарской академии, собирая со всего королевства молодых травниц и лекарок. К тому же на её плечи легло, как и обещал, надзор за строительством учебных зданий, пока деревянных, но в перспективе, все учебные корпуса будут каменными. Это грандиозное строительство, наряду с больницей для детей, велось на территории моей усадьбы.
  Нил, через две недели счастливой супружеской жизни, сбежал в строящийся порт, объяснив жене, что его присутствие там обязательно, иначе неучи такого нагромоздят, что придётся всё ломать и перестраивать. Пока я мотался по королевству, Авра, под руководством Илии, училась управлять и замещать меня. Должен сказать, что у неё это неплохо получалось, так что я в конечном итоге все внутренние дела столицы переложил на её плечи, благо беременность пока не сильно отразилась на ней.
  Жан по-прежнему занимался сбором информации и следил за обстановкой как внутри королевства, так и за его пределами. Устин получил от меня задачу создания регулярного небольшого, но хорошо обученного войска. Эти мобильные отряды я предназначал для рейдовых, самостоятельных действий на сопредельных территориях и в первую очередь в царстве Солей, где во всю полыхала гражданская война не понятно кого и не понятно с кем.
  
  
  Эпилог.
  
  Прошли годы и за это время произошло очень много изменений. Начнём с того, что солнцеликий Рао был отравлен своими боярами и после кровавых разборок, когда полетели многие головы знати, власть в свои руки взяла Мрия. Она несколько раз навещала Авру, и они очень долго о чём-то шушукались. В конце концов меня поставили перед фактом - я должен взять в жёны Мрию, которая так и не испытала радости материнства, а царству нужен был наследник. Так у меня появилась третья жена. Дело в том, что императрица страны Восходящего солнца выполнила свою угрозу и отбыла к себе только после того, как Анна констатировала, что у неё будет ребёнок. Как смеясь заявил Миха, я стал племенным производителем будущих царей и императоров. Ах да, царство Солей на 'добровольных' началах влилось в состав королевства Русь, хотя мне и пришлось почти два года наводить там порядок и бороться с расплодившимися бандами и боярской вольницей.
   В настоящий момент у меня пятеро детей: двое от императрицы, один от царицы и два сына от любимой жены. Хотя Авра клятвенно меня заверила, что она обязательно родит мне дочь, так как эта малолетняя банда, воспитывающаяся при королевском дворе, совсем отбилась от рук и уже старшие дважды пытались сбежать 'ловить то ли быка, то ли тура', который якобы объявился в моём имении и чуть ли не в самой усадьбе. Я пообещал Михе, у которого растут две дочери, надрать уши за пересказ моим отпрыскам песен Высоцкого, а также якобы правдивых историй о подвигах их отца в разных землях континента.
  Прошло ещё двадцать лет и королевский дворец опустел, правда ненадолго, появились внуки, которых их родители с удовольствием сбагрили на воспитание бабушке и дедушке. Правда, существовало одно но, мы с Анной не старели и выглядели такими же молодыми, как и в первые годы своего появления в этом мире, чего нельзя было сказать ни о моих жёнах, ни о сподвижниках. Зато в королевском совете заседали самые достойные, неоднократно проверенные и самые опытные вельможи...
  Как обухом по голове прозвучало наше с Анной заявление о том, что ровно через год мы уйдём в зачарованный лес, где будем жить и наблюдать за своими потомками, а в случае крайней необходимости придём на помощь...
  - Ты помнишь наш уговор о том, что мы сбежим ровно за сутки до пышных провод в зачарованный лес? Честно говоря, мне нытьё Лира о том, что он не просто устал, а уже не может исполнять обязанности мага и волшебника царства и королевства одновременно. Так что готовься принять на себя Сармат, а Русь, уж так и быть, я оставлю за собой.
  - Послушай, Страх, ты больше меня общался с тремя магами, каково это получить огромный багаж знаний древних? Не происходит ли при этом изменений организма?
  - Ты медик, тебе с этим и разбираться...
  
  ***************************************************************************************
  Крупные капли дождя забарабанили по тенту и разбудили меня. Оглянувшись с недоумением, я протёр глаза и поспешно выглянул из палатки. А где зачарованный лес и наш с Анной новый дом? Неужели всё это мне приснилось и не было этих десятилетий и столетий, что я провёл в другом мире? Полыхнула молния и я торопливо спрятался в палатку. Откинувшись на спальник, я почувствовал, что мне что-то мешает. Чёрт, чёрт, чёрт, это же мои пистолеты - оружие древних, значит это был всё-таки не сон?
  Мои мысли заметались в голове как испуганные тараканы. Успокоившись, я стал прикидывать, что надо сделать в первую очередь. Для начала надо определиться с временным потоком, сколько времени прошло с момента моего переноса, ведь и в роли волдруда я провёл несколько столетий, затем найти Анну, ведь наверняка и её тоже выкинуло на место переноса, а значит мне надо в Москву, в Бурденко. Надо раздобыть какие-нибудь документы, если мои пропали или уже устарели...
  Громыхнуло в последний раз и сразу раздались птичьи голоса. До утра я уже заснуть не смог, а когда наступил новый день, началась моя новая жизнь...
  Я оказался в 21 веке, в 2019 году и временной разрыв составил более двадцати лет. Как говаривал классик, разбудите меня через сто лет, и я точно вам скажу, что в России по-прежнему пьют и воруют.
  За две золотых монеты я получил вполне легально новые документы, включая даже свидетельство о рождении и диплом о среднем и высшем образовании, разрешение на ношение двух револьверов для самообороны, стреляющих якобы резиновыми пулями и только после этого я направился в столицу.
  
  Конец.
  
  
Оценка: 5.46*40  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com  
  В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа" (Боевик) | | Я.Малышкина "Кикимора для хама" (Любовное фэнтези) | | А.Емельянов "Мир Карика 7. Мир обмана" (ЛитРПГ) | | В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ" (Боевик) | | Д.Игнис "Безудержный ураган" (Постапокалипсис) | | Н.Любимка "Пятый факультет" (Боевое фэнтези) | | S.Kooper "Дюжина" (Киберпанк) | | В.Василенко "Дикие земли. Шарп" (Боевик) | | A.Opsokopolos "В ярости (в шоке-2)" (ЛитРПГ) | | М.Ртуть, "Во власти чудовища" (Любовное фэнтези) | |

Хиты на ProdaMan.ru Аромат страсти. Кароль Елена / Эль СаннаСлепой Страж (книга 3). Нидейла НэльтеИ немного волшебства. Валерия ЯблонцеваАномалия. Светлана ШпилькаКнига 2. Берегитесь, адептка Тайлэ! Темная КатеринаМагия вне закона. Севастьянова ЕкатеринаПриключения поттероманки. Исполнившееся желание. Радаслава АндрееваСоветник. Готина ОльгаОсвободительный поход. Александр МихайловскийТайны уездного города Крачск. Сезон 1. Нефелим (Антонова Лидия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"