Шаповал Николай Иванович: другие произведения.

"Держись ближе к жизни!"

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Ссылки:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Ссылки
 Ваша оценка:

.
                               
                                                             ***
                               
                                               Дабы довести  истинные причины
                                                   чернобыльской катастрофы
                                                       до человечества
                                                   заставило меня написать
                                                      это произведение.

                                                             +


                                                            +++

                                                   "ДЕРЖИСЬ БЛИЖЕ К ЖИЗНИ!"

                                 Под звуки  траурных  мелодий, салюта  залпов, шум  берёз, стою я
                             молча у могилы, с  тоской в душе  от горьких  слёз.  Потерял я друга!
                             Ему жить да жить - была  заслуга! Чернобыль, Афган мы  прошли вдвоём,
                             впитав  рентгены  и  огонь. На могиле  горой - венки,  цветы, вокруг
                             могилы ландыши, за потерю  жизни с рентгенами  в  бою я чарку поднял
                             горькую за упокой души.
                                 "Прощай, товарищ  боевой! Друзья  прощаются с тобой! С афганской
                             пылью и рентгеном нашёл  в  земле ты свой  покой. Афган сроднил тебя
                             со мной, ты ближе  мне, чем  брат родной! Ратный труд твой был велик
                             белокровием разбит.
                                                    Весна засыпала  цветеньем,
                                                    Под седину раскрасив цвет.
                                                    Жизнь хороша на удивленье,
                                                    А друга рядом  больше нет.
                                                                 
                                 Всем смертям, врагам  назло  нам в Афгане  повезло, а рентгенами
                             Чернобыль здоровье, жизнь твою угробил".
                                 У  чиновников  к  чернобыльцам,  к  их  болезням - одно  условие,
                             у врача - один  ответ. Откуда  белокровие? Почему  потерян иммунитет?
                                 О Чернобыле,  о    радиации,  о  друзьях,  товарищах  мне  тяжко 
                             вспоминать - за  ликвидаторов  обидно, хочу  я правду  знать,  а  за
                             льготы стыдно.
                                 В  войсковой  части  посёлка   Гончаровское  я  службу  проходил,
                             когда вулканом смерти... вблизи... задымил Чернобыль, никто не думал,
                             что атом мирный нам принесёт такую боль.

                                                      2. СЛУЖБА РАТНАЯ.

                                                 Я горжусь, как воин и мужчина,
                                                 Тем что в армии служу,
                                                 Тем, что граждан охраняю
                                                 И отчизной дорожу!

                                                 Ратный труд до капель пота
                                                 В зной, дожди и холода,
                                                 Офицером быть почётно
                                                 В нашей армии всегда.
                                                          
                                                 Гордость, дух патриотизма
                                                 Нас военных всех сплотил,
                                                 Ведь не зря народ наш русский,
                                                 В стольких войнах победил.

                                                 И пусть поёт певец с эстрады,
                                                 Нас величая "господа",
                                                 Я воин старого уклада,
                                                 Не соглашусь с ним никогда!

                                                 Мы щит страны большой державы,
                                                 Всегда мы будем всем в пример,
                                                 Всегда мы будем  по уставу -
                                                 Для вас - "товарищ" офицер.

                                 Ответственно  и  почётно  офицером  быть, дабы  страну  достойно
                             и с честью защитить. Служил  я  в Забайкалье, служил  я в Закавказье,
                             в Афганистане  и в  Молдавии, в Гончаровске  и в  Германии. Прошёл я
                             через  Орск, протопал  я  Свердловск, но душе  роднее, ближе посёлок
                             Гончаровск.
                                           3. ПОСЁЛОК ГОНЧАРОВСКИЙ - ВОЕННЫЙ ГОРОДОК.

                                 Посёлок  Гончаровский - военный   городок, окоп копай, траншею -
                             везде  один  песок. В лесу ты заблудился, попал  на полигон, сегодня
                             там  ученья - дрожит земля кругом. Полесье, междуречье - река Днепр,
                             река   Десна,  край  лесистый - ольха, берёза, ель,  сосна. В лесу -
                             земляника  и  малина, и опята и маслята, песчаный  пляж,  река Десна,
                             сосновый воздух и тишина.
                                 В  лесу  рядом   поляна  Красная,  любима   всеми - долгожданная,
                             офицерам  танкистам  погоны, звёзды замочила, должность, звания дала.
                             А однажды... были дела-а!.. дела-а! Ночку  буйно  не спала,  офицера
                             в генералы возвела. Борьба  за  трезвость - Горбачёва власть-напасть,
                             власти приказали - поляну Красную вспахали.
                                 Нынче  люди  говорят, городок  стал  намного краше, грибов, ягод
                             стало больше, посёлок просто не узнать.
                                 Давно я  не  был  там, душа  так  тоскует  по знакомым грибным и
                             ягодным  местам.  Нам  служивым  непременно  собраться  вместе  надо
                             хотя б на день, на два, пока  ещё  не  поздно и у однополчан  голова
                             не совсем, как лунь седа. Но где? Когда?
                                 На  нашем  ратном,  тернистом,  воинском  пути  я  уверен, лучше
                             Гончаровска   места  не   найти. Надо  нам,  друзья-однополчане,  на
                             Красной,  ягодной   поляне - по традиции   воина-танкиста  вспомнить
                             службу  ратную, вспомнить  былые времена, увидеть  знакомые, дорогие
                             лица, узнать  какие  нынче у каждого  дела. Пройтись бы  вместе, как
                             бывало, по  улице Танкистов, зайти бы в КЭЧ, по  улице Артиллеристов.
                             Спуститься  ниже. Посидеть бы, помечтать  под ивой у пруда. Пройтись
                             бы чистым лесом - вспомнить подзабытые места.
                                  Года  безжалостно   бегут!  Их   не  остановить  и  не  вернуть!
                             Эх, года!.. года! Приехать  надо   в  Гончаровское.  Вспомнить  надо
                             ратное, былое - надежду не теряю никогда.

                                               4. "ЧЕРНОБЫЛЬСКАЯ ТРЕВОГА!"

                                               Тревога подняла  нас на заре
                                               В клочках  плывущего  тумана
                                               И созерцала в странном цвете,
                                               Струясь в безмолвной  тишине.

                                   Предмайским ранним  утром  поспать бы  крепким сном, но сигнал
                             "Тревога!"  поднял,  судьбе   моей  назло,  обдал  горячим  потом  и
                             топаньем сапог и как пылинку ветром, нас в пекло понесло. 
                                   Проверить    боеготовность    перед    праздником,   армейскую
                             устоявшуюся традицию знали мы давно. Вставало солнце в лесу сосновом,
                             первый луч светил в окно.
                                   Парк  боевых  машин, дежурный по  техническому  парку  капитан
                             Хатынь: "Боксы не  вскрывать! Всем перед  КТП под тополями командира
                             ждать!"
                                   Слишком  долго  в ожидании  от  безделья  мы страдали. "Что за
                             странные разводы луж?.. такого  не  видали". "Тревожить в такую рань
                             солдат?.. солдату  часик  бы  поспать!" "Наверное, про нас забыли?"-
                             шутки в моде стали. Казалось, в ситуации обычной и простой армейская
                             тревога дала свой первый сбой.
                                   Только  через  час  командир   танкового  полка   подполковник
                             Болонихин  получил  приказ  и  по  армейски,  очень  кратко - приказ
                             довёл  до  нас: "Пять  часов  назад  в Припяти  на  атомной электро-
                             станции  произошла  авария  с   выбросом  радиации.  Нам  приказано:
                             сегодня 26 апреля в восемь ноль-ноль  послать  химиков  в  Чернобыль
                             для разведки в районе станции уровней радиации".
                                   Так  ранним,   весенним   утром   началась   необычная   война,
                             втянувшая  мир  земной  в  противостояние  с  радиацией,  в  которой
                             со свободой слова, с демократией Горбачёва  утонула  огромная страна.
                                   Пройдут  годы,  десятилетия,  но  та  апрельская,  странная  и
                             необычная  тревога  26 апреля 1986  года  останется  в  душе  воина-
                             чернобыльца, как 22 июня для бойца, обнажив чувство  боли  и  креста.
                             Та странная тревога, прозвучавшая от судьбы и бога, нас  в  радиацию,
                             как в космос окунула, в  Чернобыль первых завела.
                                   Та необычная тревога без стрельбы  и  флага  втянула  нас, всю
                             страну в смертельную, бескоровную войну. 
                                   Воинами-чернобыльцами "Чернобыльской тревогой" именною названа,
                             а аварию на АЭС  в  Чернобыле  "Чернобыльской  катастрофой"  назвала
                             страна.
                                   Был  Афган  кровавый - добавился  Чернобыль  и  в сотнях тысяч
                             людей здоровых Чернобыль иммунитет угробил. 
                                   Ещё недавно  в  Афгане  моджахед  стрелял  нам  вслед,  а  тут
                             злополучный   Чернобыль  свои  рентгены,   нуклиды  на  душу  многим
                             нам повесил.
                                   Кстати, войну в Афгане, нам афганцам из  жизни  не  вычеркнуть
                             пером, не  вырезать  ножом. А начиналось "ТАМ" всё буднично и просто.
                             "Вам выпала честь защищать интересы Родины вдали за рубежом".

                                                  5. АФГАН! ПЕРВЫЙ БОЙ.
                            
                                                     Свинцовые  трассы,
                                                     Что жалят до слёз,
                                                     Последние крики
                                                     В  ущелье  унёс.

                                   Жара и солнце, пыль столбом с необычным  маревом кругом. Перед
                             перевалом с камнепадом на плато горном  и  крутом  колонна  движется 
                             с трудом. В глазах  пыль, в машине зной - я не  гость в  краю  чужом.
                             В душе тяжесть, ощущенье  я  еду в  ад, аль  в  подземелье, сознание
                             давит мысль тоской - вернусь ли я живой домой.А так хотелось солдату
                             жить!.. жить и жить!.. не умирать. Край чужой! Откуда знать, когда и
                             где нам умирать?
                                   "Держись, братва!.." - вмиг  безлюдный, горный перевал огнём и
                             гарью нас обдал. Боль и стон, нам не до  слёз, запылал  наш бензовоз.
                             Первый бой я не герой, хочешь жить владей  собой. Кто стрелок, а кто
                             мишень?.. будет с кровью ратный день.
                                   Саша друг!.. сосед  с  тайги!.. соперник  мой, в  любви  враги!
                             Сверху, сзади моджахед-стрелец,  не  поможешь - мне конец.  "Спасибо
                             друг, мне подсобил! Врага атаку ты отбил!" "Бей врага!" Камни сверху
                             и один соседа Сашу раздавил.
                                   Мой друг, товарищ, наш комбат и четверо  молоденьких солдат не
                             поднимают головы, наверняка уже мертвы, под огнём  лежат. БТР сопро-
                             вождения отчаянно отстреливался, но после  четвёртого  попадания,как
                             факел вспыхнул, загорелся. Подняв столбы  дыма, девять из двенадцати
                             "Уралов"   взорвались...  останки   вездеходов   в   пламени  горели.
                             У расщелины за скалой раненого  водителя моджахед  колотил прикладом.
                             От безысходности солдат  сам себя  с  моджахедом  подорвал  гранатой.
                             "Смерть за  смерть! За  тех  ребят!" - крикнул  в  спешке  лейтенант,
                             бросая в гущу  моджахедов в связке несколько  гранат. Вдруг старшего
                             сержанта  зам командира авто взвода Широкова сбросили  два моджахеда
                             с диким криком со скалы небрежно, подло, голову  и  клинок  в  крови
                             показав  нам  нагло.  "Смерть!.. за смерть!"...  автоматная  очередь,
                             трое моджахедов со скалы, как снопы упали. 
                                   Вдруг наступила тишина. Добра не жди, идёт война. Понял я, что
                             враг хитрит и нам ловушку мастерит.
                                   Солдат! Это не учения, а война! Жизнь твоя для Родины нужна. 
                             Война поблажек не простит, кровавый штык в тебя вонзит. 
                                   Сержант сигару закурил, одну большую на  троих, затяжку сделал,
                             не  спешил... мелькнула  тень, вскочил, удар  штыком... уложил  один
                             двоих. Увернуться не успел, схватился с третьим и с ним осел. Сверху,
                             рядом за спиной раздался выстрел роковой. 
                                  "Прощай родной братишка, прощай  родная  мать. Хотелось жить бы
                             долго, жить не умирать. Но судьба у нас лихая, мне не повезло, такая
                             жизнь солдатская, такое ремесло. У родных, друзей, знакомых был я не
                             герой. Груз 200 родные  примут срочно: "Здравствуй  наш родной!" Был
                             бы я контужен, попал врагу  бы в  плен, я бы  долгой  смертью  мучил
                             жизнь свою. 
                                   Я за валуном под огнём, гул в ушах от разрыва  гранаты. Каждый
                             из нас впервые  и  враз  душой  ощутил  кровавую связь между смертью
                             и адом.
                                   Меньше сил у нас вдвойне, умру героем на войне. А так хотелось
                             солдату жить!.. жить и жить!.. не умирать.
                                   Солдат! Держись ближе к жизни! Не унижайся и не стони! 
                             За жизнь сражайся до конца, победа будет у бойца. 
                                   Боевые  вертолёты  и  спецназ   атаковали  с  тыла  моджахедов,
                             от плена, смерти спасли нас, потеснив со скал врагов. 
                                   Сверху службу  ратную  душою  впервые  осознали,  увидев  тела
                             друзей, их кровь, молча  панами сняли со стриженых голов. Двенадцать
                             воинов  солдат  неподвижно  меж  камней  лежат,  а  старший  сержант
                             Широков лежит у скалы  одиноко  исполосан, изрублен  клинками, а БТР
                             догорал, накрывая дымом перевал. Сроднил Афган  нас с тобой на веки-
                             вечные. Прощай  родной! А моджахед  стрелял  нам  вслед и на  бортах
                             оставил след. 
                                   Я наполнил стакан, чёрным хлебом накрыл... "Погиб наш братан!"
                             "Погибли солдаты!"  Потихонечку  звякнут  бокалы,  разговоров  будет
                             немало. 
                                   Закурить что-ли по одной и вспомнить  путь наш боевой, далёкий,
                             чуждый нам Афган для всех пришельцев  христиан. Не  грех и выпить по 
                             одной, за то, что ты и я живой, за офицеров  и  солдат, что в  земле
                             давно  лежат. За вертолёт  наш  боевой, спасший  нас  большой  ценой.
                                   Всем смертям, врагам назло  мне в Афгане  повезло. Камень  гор 
                             страны чужой, спас от пуль, мне стал родной. 
       
                                                      6. РЫБАЛКА.

                                                  Рыбаки - народ  весёлый,
                                                  Не соскучится народ,
                                                  Вместо рыбы ловят роллы,
                                                  По реке шагая вброд.

                                   Возле ЧАЭС два рыбака на ночной рыбалке не спеша,на охладителе
                             у ставка  ловили  щуку, вязя и  ерша.  Клевал  карась, а  время  шло,
                             рыбакам с ночёвкой не везло.
                                   Вмиг, вспышка над 4-м блоком молнией  озарила  ночную  темноту
                             и огненным, ядерным грибом взметнулась к небу в высоту. От взрывов -
                             одного,   второго    вздрогнули   днепровские    леса  и   малиновое
                             с голубым отблеском свечение вонзилось в землю, в небеса.
                                   Пожар! АЭС горит! Какой тревожный, но прекрасный и колючий вид?
                             Жаль!Не сумел на плёнку запечатлеть незабываемую сценку ни один пиит.
                                   Необычным зрелищем  два рыбака  с  тревогой  любовались  долго,
                             слышали, как на крыше  блока  пожарные в огне, в дыму  перекликались
                             громко. Начало светать - рыбка начала  клевать. Их хобби - их судьба,
                             на живца живого рыбаки в азарте  судака  наловили  много. Ночь темна
                             была  и  непонятно, какая сила  двух  парней  здоровых  с ног к утру
                             свалила.
                                   На  рассвете   рыбаки  необычно   посмотрели  друг на  друга и
                             удивились, как  за ночь  загорели  сильно. Стали  бронзовыми, как на
                             мемориале бронзовый  солдат, а уже  к  обеду, на  скорой  отвезли их
                             в медсанбат.
                                   Рыбаки были первыми, кто  в  ту роковую ночь о радиации ничего
                             не  знал  и  получил  не  солнечный, а ядерный, чернобыльский загар.

                                                       7. ЭКСПЕРИМЕНТ.

                                                    Солнце ласково светило,
                                                    Ликовала  во всю весна.
                                                    От сна природа пробудилась,
                                                    Зазеленела ковром трава.

                                   На Чернобыльской АЭС  при остановке 4-го ядерного  реактора на
                             плановый  ремонт сотрудники Атомэнерго предложили  провести  простой
                             эксперимент, но на испытания турбогенератора  бурбоны сами не пришли
                             и атомщиков пригласить  забыли. Эксперимент в один момент и мы решим
                             проблемы.
                                   Наукой знаний и ума радиация  ограждена,казалось бы, на вечные
                             времена от безумия и огня. Подумать страшно - выйти на улицу опасно!
                             Завтра с чёрного утра  рухнет  бетонная стена от бурбонов и огня и с 
                             радиацией начнётся долгая, необычная война.Не горячий, радиоактивный
                             атом начнёт  войну  с  человеком, а  человек  своим  безумием, своим
                             экспериментом пойдёт войной на атом.
                                   Для  какого  свята-чёрта  надо  начинать  войну?  Пусть  будет
                             проклята та скорбная минута!
                                   А на бумаге идея эксперимента  безобидна и проста, но запутана
                             по смыслу слова, как в инструкции  слова. "В случае  потери внешнего
                             электропитания  проверить  инерцию  турбогенератора и её возможность
                             использования для питания систем реактора".
                                   Кстати, такой эксперимент  по выбегу  ротора генератора крайне
                             необходим и важен для  обеспечения  безопасности  ядерного  реактора.
                             При  экспериментальном  испытании  требовалось  от  оператора  всего
                             навсего АЗ кнопку  нажать и перекрыть к турбине  доступ пара.
                                   Только через 65  секунд  при  потере  внешнего  электропитания
                             запускаются   дизель-генераторы   для  экстренного   питания  систем 
                             ядерного реактора.
                                   Ранее при пробных  испытаниях на ЧАЭС выяснилось, выбег ротора
                             генератора  прекращает  давать ток  раньше, чем  ожидалось. Институт
                             "Донтехэнерго"  для   устранения   недостатка  разработал  регулятор
                             магнитного поля генератора.
                                   За  две  недели  до  испытаний  Пузанов, Фомин  и  Дятлов  под
                             покровительством  сотрудника Минэнерго  Георгия  Копчинского  решили
                             провести   эксперимент  с  регулятором  магнитного  поля  генератора
                             25 апреля 86 года  при  остановке 4-го блока на ремонт, не оповестив
                             ни конструктора  реактора, ни институт Курчатова.
                                   В тот же день по требованию того же самого Георгия Копчинского
                             сотрудники АЭС врезали в пульт щита управления кнопку МПА блокировки
                             сигналов  от  датчиков  аварийных  систем  в  противовес  регламенту
                             испытаний и здравому смыслу рассуждений.
                                   Напрашивается вопрос. Зачем?  Своим  действием, запутав  мозги
                             нам всем.
                                   На  такой  вопрос-допрос  не  могли   дать  ответ  даже  сверх
                             специалисты - ни атомщик Медведев в своей  знаменитой "Чернобыльской
                             тетради",  ни  конструктор   реактора   Доллежаль  и  даже  академик
                             Александров.
                                   Какой смысл, какая программа была  заложена в этой  кнопке, но
                             именно эта  кнопка  в  сочетаниями  с  другими  факторами  привела к 
                             грандиозной  аварии, оставив  вечно-мёртвые  следы в нашей непростой
                             истории.
                                   Если бы в работу реактора не вмешался человек, работал реактор
                             четвёртого блока много, много лет.

                                             8. РЕГЛАМЕНТ И ЕГО БЕЗОПАСНОСТЬ. 

                                   Экспериментальные   испытания  с  выбегом   ротора  генератора
                             следует проводить только после нажатия  аварийной  кнопки АЗ, только
                             после  срабатывания   аварийной  защиты   реактора.  Реактор  должен
                             находиться в управляемом режиме стабильности, иметь оперативный и
                             регламентный запас реактивности.
                                   Способность к разгону реактора не должна превышать способность
                             поглощающих стержней цепную реакцию заглушить.
                                   Для ядерного реактора РБМК чернобыльского типа двадцать восемь
                             стержней  должны  находиться постоянно в активной зоне для аварийной
                             безопасности и составляют оперативный запас реактивности.
                                   При проведении  эксперимента  с  выбегом  ротора  генератора в
                             работе находиться  должна  аварийная  защита  и  её  система  подачи
                             охлаждающей воды в активную зону реактора.
                                   Программа  испытаний тщательно готовится, детально
                             согласовывается   с  Генеральным  АЭС   проектировщиком,  с  главным
                             конструктором реактора и с Госатомэнергонадзором.
                                  Все четыре пункта программы по выбегу ротора не соответствовали
                             безопасности ядерного реактора.
                              
                                                9. КТО КУДА, А МЫ НА РЫБАЛКУ.

                                   Без  сложных  схем, крутых  систем  армейский  джип  ЛУАЗ-967М
                             в  любое  место  доставит  без   задержки   и   проблем.  С  улыбкой
                             вспоминаю я его  тогда,  когда  вокруг  бездорожье и  вода. Машина и
                             лихая и проста - джип  военного  образца,  необыкновенно  миниатюрна,
                             не больше  метра  высота. Амфибия и  вездеход, как  по  маслу  везде 
                             пройдёт. Впереди  преграда - не беда... ей не страшны  ни бездорожье,
                             ни вода. Сто километров  в  час... красота - всё одолеет  без  стыда.
                             Со съёмным верхом-тентом - не промокнешь от дождя.
                                   С необычно гибким, как трос  рулём - машина необычно тихо едет,
                             я иду, ползу по земле с рулём, управляя рядом.
                                   Браконьеру  такой бы  джип - не осталось бы в  озёрах, реках и
                             в лесах полесских ни зверей, ни рачков, ни рыб.
                                   На одном из трёх таких необычных джипов нашей части,на которых
                             с поля боя  эвакуируют  раненых, я со  старшим  прапорщиком  Валевач
                             мчимся  по  незнакомой   местности  Гончаровское - Пакуль,  Пакуль -
                             Гдзень - Чернобыль, до ЧАЭС  города Припяти, подымая  по  бездорожью
                             пыль.
                                   Летняя,  купальная  пора - светило  солнце  ярко,  вокруг  лес
                             сосновый, в небе парил ярко-красный планер свободно и легко.
                                   От Гончаровска  сорок  вёрст  напрямую  с форсированием Днепра
                             и Припяти.  Выбрали  преднамеренно  дорогу непроходимую, на "Малыше"
                             без  проблем  мы  должны  её  пройти. Рыбаки  на  Днепре  и  Припяти
                             удивлялись  вездехода  прыткости, а рыбак  по  имени Арсен предлагал
                             даже "Ладу" на обмен.
                                   На прощанье  рыбаки  угостили  нас  ухой за улов  наш трудовой.
                             Пол звуки чарок и свой жаргон предлагали... взять с собой, как спирт
                             горящий самогон.
                                   Мы  поблагодарили  за  юмор  черниговских  ребят, вырулили  на
                             чернобыльский асфальт и помчались в город Припять.
                             
                                               10. СОСНА-ТРЕЗУБЦА СМЕРТИ.

                                   Вскоре мы увидели ЧАЭС - знакомый по фото силуэт, опубликован-
                             ный в журналах, книгах и на первых  полосах газет. Крупнейшая в мире
                             атомная  станция  дышала  обычной  жизнью...  без  бэр, вливая  свои
                             мощности  в  единую  энергосистему  СССР.  Возле   АЭС  остановились,
                             осмотрелись.
                                   И нашему  взору  вдали  представился  необычный, засекреченный
                             объект, поднявший во всём  мире  шумиху всех западных  газет. Объект
                             до того секретный,что из сотни тысяч снимков Припяти и Чернобыльской
                             АЭС нет ни одного снимка ЧАЭС,на фоне которой просматривалась бы РЛС.
                                   Это  необычное...  громаднейшее  сооружение.  К этому  объекту
                             чернобыльцы уже давно  с  осторожностью  привыкли  и  про  секретный
                             объект плели, придумывали всякие небылицы. Одни говорили - это радар
                             для связи  с  подводными  лодками. Другие  утверждали - этот  объект
                             изучает звёздный мир.Третьи отвечали просто - это РЛС создал человек
                             для связи с космонавтами.
                                   Все чернобыльцы, невзирая на  кривотолки и небылицы, гордились
                             неведомым  достижением  и  грандиозным  сооружением.  Построили  для
                             защиты  большой, родной  страны.  Значит, объект  нужен  для  страны,
                             чтобы не было войны.
                                   Это грандиозное  сооружение с небоскрёб(150 м) высотой, в семь
                             футбольных  полей (750 м) длиной, с пунктом  управления  двухэтажным
                             зданием до 700 метров длиной.
                                   Объект  расположен в 9-ти км от ЧАЭС, между  сёлами  Диброва и
                             Копачи, где стояла на отшибе раньше вышка пожарной каланчи.
                                   Это первая в мире действующая, загоризонтная, радиолокационная
                             станция ЗГРЛС "Дуга" системы ПВО, несущая научное и боевое дежурство.
                             РЛС системы дальнего  обнаружения  пусков  межконтинентальных  ракет
                             с территории США  в  сторону  СССР, фиксации  ракетно-ядерного удара
                             и нападения  на  СССР. Станция готовилась  к  гос приёмке и к работе
                             на полную мощность, поддерживая в стране на должном уровне
                             государственную безопасность.
                                   Две громадные антенны радара  возле Чернобыльской АЭС работают
                             только на приём  отражённого  сигнала РЛС и нет от них никаких помех
                             для окружающего  мира. Радар  обслуживали  более 1000 военнослужащих
                             ПВО,  десятки   учёных-служащих СА   и   прочее  начальство. Для  их
                             проживания  построили  закрытый, военный городок Чернобыль-2 с одной
                             прямой улицей, вытянувшейся, как Бродвей, с юго-запада на
                             северо-восток.
                                   А передающий центр  РЛС  и  его  громадная  антенна  находится 
                             в 60 км  от  Чернигова   в  городе  Любеч   Репкинского   района. За
                             характерный  звук (стук)  в  эфире  издаваемый  при  работе  станции 
                             "Дуга-1" получила прозвище "Русский, Чернобыльский Дятел" в западном
                             мире.
                                   Чернобыльский "Дятел" день и ночь для США  песню пел, от помех
                             эфирных  даже  Пентагон  вспотел. "Дятла"  глаз  орлиный  много  дел
                             в США разглядел, даже ионосферу  разогрел  от  своих  необычных  дел.
                             Это был для США предел. "Дятел" в  одно  прекрасное  время  задолбал
                             даже "Голос Америки", а "Голос"  в  ответ  "Дятлу", помехами в эфире
                             шумя, повторял  тысячи  раз  в сутки: "Русский "Дятел" сошёл с ума!"
                             "Чернобыльский "Дятел" - это  ионосферный  зверь, во  всех природных
                             бедах в США виновен только СССР".
                                   Станция "Дуга-1" фиксировала не  только  запуск  ракет. На ней
                             отрабатывались  программы  воздействия  на  климат  планеты, вызывая
                             природные катаклизмы. Вскоре  ЗГ радарные  системы  называться стали
                             климатическим оружием,  а  работу   загоризонтной,  радиолокационной
                             станции - климатической войной.
                                   Позже, когда в США на Аляске в одной  с  нами  связке появился
                             аналог русскому дятлу, за  низкочастотные  помехи в эфире мир назвал
                             РЛС США "Циркулярной Пилой", а работу  РЛС на Аляске - климатической
                             войной.
                                   США в 80-е годы, не имея в таком оружии военного превосходства,
                             не могли смириться с потерей своего господства.
                                   США старались в  обоюдной  дуэли  достичь  главной цели, любой
                             ценой  уничтожить  "Чернобыльского  Дятла",  стереть  с  лица  земли.
                             Есть идея сов.секрет... надо уничтожить русского "Дятла", не оставив
                             на "Дуге" даже малейший след.
                                   Заманчивая идея, аварию  устроить  ядерного реактора. Радиация
                             реактора  заглушит  навечно  "Русского Дятла"  и омертвит   мирового
                             гегемона - ядерного монстра.           
                                   Сделаем  первый, решающий  Боб  Стоунский  удар  по советскому
                             социализму и по  немецкому  коммунизму. С выбегом ротора эксперимент
                             наиболее заманчивый аргумент.
                                   И никаких  подозрений, свалив  причины  катастрофы на 
                             несовершенство  ядерного  реактора  и  на  низкий  профессионализм
                             обслуживающего персонала.
                                   Пока  я  рассматривал   "Дугу-1" - секретную  гордость  страны
                             в полевой бинокль, старший  прапорщик Валевач на стволе сосны-войны,
                             сосне-трезубце смерти, там,где начинался знаменитый свод, на котором
                             вешали партизан фашисты, написал мелом: "Здесь был Валевач. 84 год".
                              
                                        11. ЭЛЕКТРИКИ ЭКСПЕРИМЕНТ ЯДЕРЩИКАМ НАВЯЗАЛИ,
                                                  РЕАКТОР КСЕНОНОМ ОТРАВИЛИ.
       
                                   Накануне,   дневная   смена    получила    полный   инструктаж,
                             подготовилась  к  эксперименту,  блок   выбега    ротора  установила,
                             закончила  его  монтаж.  Боясь  теплового  удара   при  срабатывании
                             аварийной  защиты  и  в  надежде  эксперимент  повторить, сотрудники
                             ЧАЭС решили  сами, заблокировали датчики  защиты и аварийные системы.
                                   "Извините! Решили не сами. Звонок был сверху. И не один. Такое
                             указание  дал  Совмин", - уточнил   в   собеседовании  с  академиком
                             Легасовым  главный инженер Фомин.
                                   А  тут  перед   началом   эксперимента   по   закону  подлости
                             при  сниженной   реакторной   мощности   нагрянула   нежданная  беда,
                             как  на  голову   холодная   вода,  как-будто   по  щучьему  велению,
                             по чьему-то хотению невидимая нить  тянула  четвёртый  блок в аварию. 
                                   Телефонный звонок диспетчера Киевэнерго в один момент задержал
                             эксперимент.Реактор  вопреки регламента  пол суток ждал эксперимента,
                             на плавающей  мощности  работал,  закислялся,  тормозился, потенциал
                             смерти набирал. Так диспетчер  Киевэнерго - простой, городской мужик
                             по   чьему-то   велению,   по   собственном   недоразумению   создал
                             предаварийную ситуацию, эксперимент загнал в тупик. 
                       
                                                  День Победы!  Первомай!
                                                  Встречай с победой праздник Май.
                                                  Делу время и сейчас
                                                  Ночная смена народ "учёный",
                                                  А вмести с ними Дятлов "Ас"
                                                  Решат проблемы и без нас.
                              
                                            12. ПЯТЫЙ БЛОК ГОТОВИЛИ К ЗАПУСКУ. 
       
                                   Между тем,  руководство  атомной  станции  накануне  праздника
                             по  устоявшейся   традиции   ввод    нового   энергоблока   доверило  
                             спецам  четвёртого  блока. Свои  кадры - обычные  энергетики  прошли
                             переподготовку, заполнили четвёртый, пятый - готовили к запуску.
                                   У новоиспеченных  энергетиков, в том  числе у инженера Акимова
                             и оператора  Топтунова,  знаний  в  ядерной  энергетике кот наплакал,
                             еле-еле, а  навыков  управления, тем  более закисленными  реакторами,
                             нет их в  новом  деле. И  вообще, такой  процесс  мало  изучали. Все
                             ядерщики считали - делом ясным и обычным.
                                    Кроме того, смене  Акимова  не  дали  времени  самостоятельно
                             изучить  программу  испытаний, не  провели  инструктажа, не  провели
                             занятий.

                                              13. "БАТАЛЬОНЫ ПРОСЯТ ОГНЯ!"

                                   Юбилей! Юбилей! Встречай  Победу  веселей! Долгожданная Победа
                             гордость наша и свобода для советского народа.
                                   На "Малыше"ЛуАЗ-967М со старшим прапорщиком Валевач из Припяти
                             приезжаем  и  свой  Гончаровск  не  узнаём. В военном городке на всю
                             околицу  гремит  оркестровая  музыка, народ непринуждённо высыпал на
                             улицу в  ожидании  необычного  праздника. В полной  боевой  выкладке
                             полным полно  военных в городке в красноармейской и фашистской форме
                             Второй  мировой, а  у  одного  фашиста  на  поводке даже... немецкая
                             овчарка.
                                   Мимо скопившейся публики  в сторону танкового полка Болонихина
                             важно, как  на  параде  в  былые времена, проследовала автомобильная
                             колонна.  Впереди  командирский  "Виллис"  и  джип  ГАЗ-67В  Козлик",
                             а  за  ним   легендарный  ЗИС-5  "Захар"  и   знаменитый  Студебекер,
                             а в конце  колонны  ГАЗ-АА "Полуторка" и машина  Вермахта "Блицкрига"
                             с "зубчатыми" шинами Opel Blitz трёхтонка.
                                   А у гарнизонного  КПП  среди  сосен  в  кустах  перед  Красной
                             поляной  стоит  мотоцикл  с  коляской - настоящий  немец по прозвищу 
                             эСэС "Сахара" BMW R75 с боевой оснасткой. И немец в форме эСэС сидит
                             в  коляске  и, как  лошадь, отбиваясь  от  слепней, мотает энергично
                             головой в фашистской каске.
                                   Старший прапорщик  Валевач  остановил  разгорячённого "Малыша".
                             Мы  подошли  поближе... и не  спеша... наблюдать  стали  из-за куста,
                             стараясь  не  напугать  фашиста. К нашему  всеобщему удивлению рыжий
                             фашист эСэС в коляске  наигрывает  хорошо  нам  знакомую "Барыню" на
                             губной гармошке.
                                   "И что делает  здесь  в  стране далёкой и чужой наёмник фюрера
                             фашиста?" - спросили  мы с улыбкой у загадочного гармониста. "Сериал
                             "Батальоны просят огня!" к  40-летию  победы в Великой Отечественной
                             войне "Мосфильм" снимает  и  Вас  на  съёмки  приглашает!" - ответил
                             скороговоркой гармонист и поплыла по лесу снова "Барыня".
                                   По сценарию  я  унтер  офицер, а сам-то я из Питера" - ответил
                             чётко гармонист-"фашист" и перешёл  на "Подмосковные вечера". Вскоре
                             к нам  присоединился  мотоциклист  гармониста  и  мы  пропели дружно 
                             под мелодию легендарных два куплета.

                                                  Не слышны в саду даже шорохи.
                                                  Всё здесь замерло до утра.
                                                  Если б знали вы, как мне дороги
                                                  Подмосковные вечера.

                                                  Речка движется и не движется,
                                                  Вся из лунного серебра.
                                                  Песня слышится и не слышится
                                                  В эти тихие вечера".

                                   А  за  соседним  кустом,  как   напоказ, подложив  под  голову
                             противогаз, на  коврике  отдыхает  "офицер эСэС", настоящий "фашист-
                             балбес". Под звуки  чудной  песни  нашей "фашист" не шелохнулся даже,
                             спит среди буйной зелени, спрятавшись от солнышка в тени.
                                   Форма эсэсовца  фашиста меня сильно возмутила. Возмутил фашист
                             дикообраз - жестокий тип  без  лишних  фраз. Я вспомнил своё детство,
                             как дурман, врача фашиста в нашем доме, его конфетку и его громадный
                             чемодан. Вспомнил  возле  дома  старый вяз, на  котором эСэС повесил
                             партизан и своей бабушки и матери трагический рассказ.
                                   Мой  отец, прошедший  Финскую,  в  день  начала  Отечественной
                             служил  в  погранвойсках  на  границе с Польшей с трёхмесячным сыном
                             и  женой. Внезапно   началась  кровавая, долгая  война,  от  которой
                             еле не умерла громадная страна.

                                                     Рассказ матери.
                                                    22 июня  1941 год.

                                                    Собрать бы мне в дорогу 
                                                    Скромный узелок    
                                                    От войны подальше,
                                                    Ближе на восток.

                                                    Улица в развалинах,
                                                    Пылает вся огнём,
                                                    Бегут куда-то люди
                                                    И я с дитя следом.

                                                    Душа моя в отчаянии,
                                                    Слёзы на глазах:
                                                    "Помогите женщине
                                                    С младенцем на руках!"

                                                    Стук колёс на стыках
                                                    Летняя жара,  
                                                    Ночь спокойно ехали,
                                                    Плачет детвора.  

                                                    А с утра с рассветом
                                                    Начался налёт,
                                                    Все сидели молча,
                                                    Может повезёт.
  
                                                    В вагоне крыша решетом,
                                                    Вагоны кувырком,
                                                    Горят живые-мёртвые
                                                    И некому помочь.

                                                    Дорогой от Житомира
                                                    Прямо на Восток,
                                                    Кто пешком в сандалиях,
                                                    Другие босиком.

                                                     Двадцать дней в дороге,
                                                     Люди помогли, 
                                                     Сын на руках у матери,
                                                     К бабушке пришли. 

                                                     Нас  война  догнала,
                                                     Немцы на порог:   
                                                     "Млеко, матка, яйки, 
                                                     Гуте гросс пирог!" 
  
                                                     Залаяла собака,
                                                     Гуси, куры в крик, 
                                                     Фрю! Фрю! - завизжало,
                                                     Сделал фриц шашлык. 

                                                     Адъютант в саду под грушей
                                                     Коврик расстилал
                                                     И в чужом краю, как дома,
                                                     Абвер загорал.

                                                     Кто-то по ошибке,
                                                     Бог дитя сберёг, 
                                                     На ковёр  арийца
                                                     Наступил сапог.
    
                                                     "Бите, дритте, швайле,
                                                     Руссише на кол!
                                                     Мы научим русских
                                                     Уважать господ!"

                                                     Схватил дитя за ноги
                                                     Абвера шофёр
                                                     И вытрясал младенцем
                                                     Дряхлый свой ковёр.
    
                                                     "Внука  убивают!" - 
                                                     Детский плач и крик.  
                                                     На шум сбежались женщины 
                                                     И сосед старик.

                                                     Бедного ребёнка
                                                     Немец отпустил, 
                                                     Но трёх соседей женщин
                                                     Абвер застрелил. 

                                                     Налетели пчёлы,
                                                     Абвер убежал,   
                                                     А младенец молча,
                                                     С мёртвыми лежал.
                                                    
                                   Вскоре  на  Икарусах  мимо  ликующей  публики  в сопровождении
                             режиссёрской свиты  проехали знакомые артисты - Игорь Скляр, Николай
                             Караченцов,   Панкратов-Чёрный,  Олег   Ефремов,  Вадим   Спиридонов 
                             и множество других... знакомых и незнакомых. Любимые народом артисты
                             махали  весело руками  из  открытых  окон  Икаруса  и  без остановки
                             проехали мимо ликующей публики на полигон Гончаровска.
                                   Заезжаем  на  Малыше" в  парк  боевой  техники танкового полка
                             Болонихина, а  там, на  смотровой  площадке, как  на  показ, застыла
                             в шеренге среди сосен  и  тишины  вся  гордость "Мосфильма" - боевая
                             и транспортная техника Второй мировой войны. 
                                    А в  конце   технического  парка  возле  ПТО  рем роты  стоит
                             танковая рота - десять немецких "Тигров",а майор Кундель с солдатами
                             и  сотрудником  "Мосфильма"  наклеивают  на  борта  танков  свастику
                             фашистов. И на  чём свет  стоит  проклинает  фашистов  Кундель:" Так 
                             и хочется взять меч-картечь и танк фашиста сжечь!"
                                   Это  бывшие  танки Т-72  первого  танкового  батальона  майора
                             Белоусова  переданные  киностудии.  Теперь  наши  танки  Т-72  стали
                             достоянием "Мосфильма". На заводе "Ленинская Кузня" в Киеве наварили
                             фальшпанели-жестянки,   окрасили   камуфляжной   краской,  превратив
                             советские танки в немецких "Тигров" со свастикой на броне.
                                   Зашёл в офицерскую  столовую, а там кругом - "мерзавцы", сидят
                             за нашими  столами  одни  "фашисты-немцы". Автоматы  Шмайссеры висят
                             на спинках  стульев, а "фашисты"  хлебают  наши щи, пробуют  закуски.
                             Все разговорчивы, все  возбуждены, все  говорят по-русски. "Фашисты"
                             как на показ! Какие лихачи? Во всех  рукава  закатаны, как будто они
                             не солдаты, а из средневековья воины, а может и палачи.
                                   Вскоре   на   Гончаровском   полигоне   началась  "война",  от
                             реконструкций сражений  дрожала  полесская земля. Самые ожесточённые,
                             "кровавые"  сражения  в обороне с имитацией  взрывов "Мосфильм" снял
                             на Гончаровском полигоне. В массовых съёмках участвовали 
                             военнослужащие  гарнизона  и  местные  жители близлежащих сёл района.
                                   А  на  станции  Жидиничи  погрузки-разгрузки   боевой  техники
                             гарнизона  и   железнодорожный   вокзал  "горел",   людей   "фашисты
                             расстреливали", и "сгорело" два вагона.
                                   Здесь "Мосфильм" снял  последние  Гончаровские сцены  жестокой,
                             несправедливой и кровопролитной войны.
                             
                                                14. КОГДА ЛЮДИ МИРНО СПАЛИ.

                                   На Спасской  зазвенели  колокола.  Полночь.  Тишина.  Решающий
                             наступил  момент - Киевэнерго  разрешил  эксперимент. Процесс  пошёл.
                             Начало. Спокойно спит страна.
                                   Сердце  часто  застучало,  душу   тяжестью  прижало.  Оператор
                             реакторного цеха  четвёртого  блока  инженер  Топтунов  по  приборам
                             готовил ядерный блок к эксперименту, реактор  при  средней  мощности,
                             кажется, в стабильном, управляющем режиме.
                                   Начальник смены Акимов оператору 4-го  блока, что-то разъяснял,
                             зам. главного инженера Дятлов прохаживался вдоль щитовой и в
                             ожидании необычного молчал.
                                   Один стажёр  у дежурного  за столом  схемы  изучал, второй - с
                             детским  интересом наблюдал за  экспериментом. "Мне лично не понятно!
                             Зачем  эксперимент? - задал   вопрос   задумчиво  студент.  "Студент!
                             Отстал  от  жизни.  Сколько  можно повторять? Работа атомных станций
                             должна быть безопасной давно пора бы знать". 
                                   Оператор  щёлкнул  тумблера - в  сознании   оператора  начался
                             тепловой  процесс  снижения  мощности реактора. При ранее умышленно-
                             отключенной   системе   локального,  автоматического   регулирования 
                             реакторной мощности не сумел оператор в режиме 1200 удержать реактор,
                             невзирая на все его старания.
                                   На  пункте  "Зет"... провал реакторной  мощности. Откуда знать
                             такие тонкости?.. в регламенте такого нет!
                                   Нестандартная   ситуация   выветрила  все знания  из  мозгов и
                             сознания. Получилось, как у мальчишки из его дырявой книжки.

                                                        Тили-тили!
                                                        Трали-вали!
                                                        Это мы не проходили!
                                                        Это нам не задавили!

                                   Пробел  в  учёбе школьника звучит безобидно и смешно. Ситуация
                             непроста  для  специалиста  ядерщика, неуч с атомом в руках страшнее
                             террориста.
                                   Старался  оператор, час  потел и час  сражался, но закисленный
                             реактор - мудрил, не подчинялся.
                                   Оператор! Лучше  суки  отдохни  и  всё  сызнова начни. Реактор
                             пусть раскислится и тогда может подчиниться.
                                   На щит  управления, как  на  обед, сотрудники сошлись. Спорили,
                             решали - вскоре,  молча, разошлись. Скрытое  противостояние  обычных
                             энергетиков   с    ядерными... расцвело - сколько   потрачено   было
                             напрасных для страны трудов.
                                   После  разногласий,  противостояний   тишина, молчок. Внезапно
                             телефонный  звонок - протяжный,  долгий  и  крутой, обдал  застывший
                             разум, как  душ  холодною  водой. И снова Дятлов с трубкой, разговор
                             видать серьёзный, вид у инженера Дятлова слишком потрясённый.
                                   Телефон  взбудоражил   Дятлова, огнём  горели  двояко  чувства,
                             чувство   аварийной  опасности   телефонного  приказания  и  чувство
                             ответственности  его  выполнения. Выполню  приказ, надеясь  на авось,
                             буду главным инженером  ЧАЭС, откажусь от выполнения - отправят меня
                             на пенсию.
                                   Дятлов вдоль щита... туда-сюда, туда-сюда, словно очумел после
                             телефона - не нагрянула бы на всех  беда. И не подступиться... такой
                             он  слишком   грозный,  а  взгляд  коварно-приказной, как  в  январь
                             холодный.
                                   Начальник  смены  инженер  Акимов, видя замешательство Дятлова
                             и временное его недоразумение, принял срочное решение: "Что за вздор?
                             Оператор Топтунов! Опускай стержни! Глуши реактор!"
                                   "Не  позволю! Подымайте  мощность  реактора, иначе  завтра вас
                             двоих уволю!" Разгневанный  Дятлов  бегал  вокруг  пульта операторов,
                             сердился и ругался, не жалея грубых слов."Японские караси! Не умеете!
                             Бездарно провалились! В ответственный  момент  срываете эксперимент!"
                                   Дятлов  разыгрывал  сценарий, как приказали сверху, без особых
                             разъяснений, без личных комментарий.
                             
                                              15. ЭКСПЕРИМЕНТ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ!

                                   Инженерам  Акимову  и  Топтунову  удалось  вначале смены взять
                             в свои молодые  руки  полную  инициативу, после  слов-угроз "уволю!"
                             покорились  с  большим  трудом, приказы  инженера  Дятлова выполняли
                             покорно с вызовом, не обронив и слова.
                                   Не сама машина ходит, человек машину водит, а ведь люди разные
                             встречаются и по пустякам ругаются.
                                   "Товарищ Топтунов! Подымайте мощность реактора! После
                             эксперимента я думаю, хватит у вас мозгов,товарищ оператор заглушить
                             ядерный реактор".
                                   Приказ   инженера   Дятлова   на   подъём   тепловой  мощности 
                             закисленного  реактора  и  его запрет  на остановку реактора нарушил
                             техпроцесс, в аварию включил зелёный свет.
                                   Скрипя от негодования и страдая обидой в фальше,стержни защиты
                             и  мощности  оператор  подымает  выше... выше... Уже  вся  аварийная
                             система  потенциал  смерти  набрала, почти  все стержни наружу вышли,
                             а мощность, как будто умерла.
                                   Очевидно  и  невероятно,  но   факт   сугубо  аварийный,  дабы
                             компенсировать отравление активной зоны  реактора и выполнить приказ
                             Дятлова, Акимов и Топтунов вытащили  даже НЗ стержни из оперативного
                             запаса реактивности без особых опасений.
                                   Интересно! Сколько  стержней  "там"  внутри  осталось?  Кто бы
                             подсчитал им достоверней в душе надеясь на авось?
                                   Никто  кроме   машины   не   считал...  осталось  около  шести,
                             наконец-то, мощность начала расти.
                                   Ядерный, раскисляющийся  реактор  без  поглотителей  нейтронов,
                             как  автомобиль  без  тормозов,  Дятлов,  Топтунов,  Акимов  пустили
                             с Кавказских гор.
                             
                                               16. ВСЕ СМОТРЯТ НА ПРИБОРЫ,
                                         А НА ЗАБЛОКИРОВАННЫХ ПРИБОРАХ - ТИШИНА.

                                   Для оценки выбега  ротора требовалось от оператора...  кнопкой
                             АЗ-5 аварийной  защиты  сбросить  стержни  мощности  в  активную зону
                             реактора и перекрыть к турбине доступ пара.
                                   А на деле  себе и нам всем  сколько создали проблем? Отключили,
                             заблокировали  аварийные  системы, закислили  активную зону реактора,
                             оправдывая свои  действия диверсионной версией: "А вдруг эксперимент
                             придётся повторить!"
                                   Получилось всё наоборот, как  у  барана у новеньких ворот. При
                             неустойчивой работе реактора, когда реактор рекордсмен после провала
                             мощности  с  трудом   набрал   200  МВт вместо   1000  МВт,  начался
                             эксперимент. Эксперимент не ядерный - чисто электронный.
                                   "Инженер Акимов!  Оператор Топтунов!  Начинайте эксперимент!"-
                             потребовал у подчинённых Дятлов.

                                             Время "Ч". 1 час, 23 мин., 04 сек. -
                                                  счёт пошёл на секунды.

                                   По команде испытателя  Метленко  инженер  управления турбинами
                             Киршенбаум  перекрыл  подачу  пара  в  турбину  восьмого  генератора,
                             одновременно  нажал  кнопку  МПА, заблокировал  останов  реактора по
                             падению давления  пара  в  турбогенераторах  и с электриком Метленко
                             следили за выбегом ротора.
                                    Эксперимент  пошёл... ротор   турбогенератора  под  нагрузкой
                             систем  реактора  отработал... правильно,  эксперимент  с  вибрацией
                             прошёл, кажется... успешно.
                                   Чем дальше в лес - тем больше дров. "Оператор, глуши реактор!"-
                             приказал Акимов."Отставить, товарищ Топтунов! - крикнул, как отрезал
                             Дятлов.- А  вдруг  эксперимент  придётся повторить!" Глупому приказу
                             Дятлова  Акимов  и  Топтунов, как  витязи  на  распутье,  покорились 
                             с первых слов.
                                   Протон, нейтрон и атом можно понять человеческим умом, но
                             простым глазом атом не видать.
                                   После останова подачи пара к турбине генератора при работающем
                             реакторе  началось  запаривание  системы  охлаждения, а  пароводяная
                             вибрация  главных  циркуляционных   насосов  снизила  водяной  напор
                             в активной зоне реактора.
                                   Аварийная защита  реактора по низкому  напору  воды и высокому
                             давлению  пара  должна  была бы сработать трижды, но заблокированные
                             датчики  аварийных  систем  выключили  из  работы  аварийную систему.
                                   На  щите   управления   реактором - ни  световой, ни  звуковой
                             аварийной сигнализации в сложнейшей ситуации.Сотрудники и испытатели
                             верили во все  дозволенную  надёжность реактора, все устремлены были
                             к эксперименту по выбегу ротора.
                                   Между тем, раскисляющийся  реактор с запаренной активной зоной,
                             с выведенными из активной зоны стержнями  управления и защиты, начал
                             греться, как коллектор. Реактор  паро-водяной  превратился в паровой.
                                   Оператор Топтунов! Атом  наступает  грозно! Нажми  кнопку АЗ-5
                             защиты пока ещё не поздно.
                             
                                                       17. РАЗГОН.

                                   Нейтрон вырвавшись  на свободу повторял себе в угоду: "Спасибо
                             инженерам  всем  за  блокировку  всех  систем". У атома даже челюсти
                             свело, но ситуацию не спасло.
                                   Реактор  четвёртого  блока  без  поглотителей  нейтронов  стал
                             мощность  набирать - жадно,  быстро,  аварийно.
                                   Система  охлаждения  реактора  от воды, купели, пара, как лист
                             осенний задрожала.
                                   При  фазе  пара  в  контуре - атом  жаждою  страдал, до красна
                             разогревался, тело расширял.
                                   При обратной фазе, как богатырь крутой, со скрежетом и треском
                             боль  снимал  водой. От огня, воды  и  пара  сталь  булатная трещала.
                             Дебет, кредет, дисбаланс вошла система в резонанс.
                                   Сталь  закапала  слезами, металл  пошёл на перекос, а нейтроны
                             за "руки" взявшись, пошли с атомом в разнос.
                                   Атом, почуяв свободу, волю   бетон, железо  рвал,  сняв  оковы
                             тяжкие наружу выползал.
                             
                                                   18. ПРЕРВАННЫЙ ОБХОД.
 
                                   Гремя обидою тайком, инженер Перевозченко по винтовой лестнице
                             тихонько, подымался  вверх   один  пешком. "Отчего  и почему? Понять
                             никак  я  не  могу? Меня,  начальника   реакторного  цеха, участника
                             эксперимента при деле  важном и крутом, после  телефонного разговора,
                             отправил Дятлов в цех с контрольным, будничным обходом.
                                   С   душевной   пустотой,   разгоняя   гнев,  тоску,  не  спеша
                             Перевозченко одолел 43 отметку. Зашёл в центральный зал, на "пятачке"
                             минуту  постоял.  Прилив   духовных  сил  почувствовал  Перевозченко,
                             гордость  за  свою работу, партии родной сказал спасибо за её заботу.
                             Гнев  сошёл - в душе покой, "друзей" послал  подальше и махнул рукой.
                                   Какая мощь? Какая сила атом? Человек покорил своим умом, своим
                             трудом. Перевозченко  в  аномалии   раздора  сам  себя  не узнал, на
                             "пятачке"  реактора  самовластно  чечётку  станцевал  и про инженера
                             Дятлова песенку запел, подбирая с юмором слова.
   
                                                    Неподъёмную работу 
                                                    На себя Топтыгин взял, 
                                                    Будет тяжкою наградой 
                                                    Его новая медаль. 
   
                                   Стукнул  пяткой  о  плиту  защиты  "пятачка", не жалея каблука,
                             лихо спел и станцевал, как запорожец гопака.

                                                     Я стою на "пятачке" 
                                                     Умного реактора, 
                                                     Все нейтроны в моей руке 
                                                     Разбивают ядра. 
   
                                   У  дверей  операторов  цеха   Кургуза  и  Генриха  остановился
                             Перевозченко, сделал  шаг, хотел  зайти, но не решился, махнул рукой
                             и почему-то крикнул: "Горько!"
                                  Мимоходом  инженер  осмотрел  погрузочно-разгрузочную машину, и,
                             выйдя  на  балкон, душою  поймал  запах  тёплой  ночи, ночную тишину, 
                             а здоровым сердцем во всех прелестях весну. 
                                   Вдали светился  город Припять - город  атомщиков и, где-то там
                             среди огней его тёмное окно, наверняка, родные спят уже давным-давно.
                                   Возле  бассейна  с  водой, полностью  заполненный отработавшим
                             ядерным топливом, Перевозченко  остановился, похлопал  его по бортам,
                             поговорил, как с другом, один на один с собой. Обошёл вокруг бассейн,
                             шагами сделал его обмер. Вдруг остановился... замер.
                                   До слуха  донёсся  шипящий, странный  звук, глухой, тупой удар
                             и непонятный, виброударный  стук. Перевозченко  вздрогнул, как робот
                             повернулся  и  его душу  наполнил... ужас, страх! Биозащита ядерного
                             реактора в центральном зале раскачивалась, как лодка на волнах.
                                   Свинцовые, многопудовые   блоки  защиты  в  дикой  пляске, как
                             всадники  верхом,  подпрыгивать  начали   вверх, один  другого  выше
                             с грохотом и шумом. Со скоростью  гружёного состава, приближающегося
                             на всех парах, непонятный нарастал гул и страх.
                                   Дрожали  стены, трещала  арматура, сыпалась штукатурка, начала
                             падать с потолка и биться пластмассовая оснастка.
                                   Перевозченко  в  растерянности  бросился  к  лестнице на выход
                             к главному  щиту  управления, чувствуя  приближение  с  каждым шагом
                             опасности.  Надо  срочно  сообщить  Акимову!   Надо  срочно  реактор
                             заглушить!   Выложить  свои  чувства,  накипевшие  в  душе  до  боли,
                             инженеру Дятлову.
                                   Перевозченко  не  бежал,  стремительно  вниз  летел  по крутой,
                             винтовой  лестнице,  не  успевая  перебирать  ногами,  притормаживая
                             жёсткое падение о поручни руками.
                                   До крови  побил себе все руки, все колени и бока. В переходном
                             коридоре  увидел  Валерия Ходемчука. Валера  с  недоумением  смотрел
                             на  вибрирующие  насосы,  а  ещё  больше  удивился, увидев  бегущего
                             начальника. Хотел  что-то  сказать, но  не  успел, Перевозченко, как
                             метеор, промчался мимо по коридору прямо.
                                   Вот  уже  десятая  отметка - этажерка-де-аэратор.  Одна  мысль
                             терзала трудягу Перевозченко, надо быстрее, срочно заглушить реактор.
                                   
                                                 19. ПОД КОЛПАКОМ У АТОМА.
                              
                                   Оператору  Топтунову  на  щит  управления  поступил  аварийный
                             сигнал по уровню мощности  и  по  скорости  нарастания, но врезанная,
                             самодельная кнопка МПА  на  щите заблокировала  последний, аварийный
                             сигнал.
                                   Внутренним    чутьём  почувствовал  оператор  приближение беды,
                             напрасно  будут  все  труды. Топтунов  поднял  тревогу: "Разгоняемся,
                             Александр Фёдорович! Надо срочно бросать защиту!"
                                   Акимов  в мгновение  ока  рассмотрел  ЭВМ  "Скала"  распечатку, 
                             вздрогнул необычно, уронив на пол ручку.
                                       
                                                Время - 1 час 23 мин. 40 сек.
       
                                   "Бросаю  аварийную  защиту!" - крикнул  Акимов и дважды  нажал
                             аварийную кнопку. Стержни  системы защиты  пошли резко  вниз и сразу
                             остановились, намертво заклинив в деформированных каналах сверху.
                                  "Поздно! Слишком... поздно!" - сказал  атом грозно. В активной
                             зоне реактора начался неуправляемый разгон, началась деформация
                             твелов и деформация каналов, началась ядерная война, война нейтронов
                             с ядрами урана.
                                   Война  набирала  силу,  как  снежная  лавина.  От  пароводяных,
                             тепловых  ударов  трещали  трубопроводы, росла  аварийно температура,
                             росло аварийно давление, лопалась и рвалась арматура.
                                   Пугающе вспыхнула подсветка шкал указателей-сильсонов,в недрах
                             активной зоны началось плавление каналов.
                                   Люди   внезапно   прекратили     разговоры,   затаив   дыхание
                             прислушались.   Со  стороны  центрального   зала   донеслись   удары.
                             На щите управления всё мигало, всё аварийно звенело, как в лихорадке
                             перед смертью все системы реактора трясло.
                                   Упал опрокинувшийся  чей-то  стул, сверху  нарастал непонятный,
                             аварийный  гул.  Прекратились  на  щите  управления  споры-разговоры, 
                             переглянувшись в недоумении, один на другого смотрели операторы.    
                                   Еле  не  сорвавшись   с  петель,  в  щитовую  открылась  дверь.
                             В  ожидании  гробовой   развязки,  как  страх   из   детской  сказки,
                             к операторам  влетел Олег, своим внешним видом напугал у пульта всех.
                             "Оператор!  Срочно   глуши  реактор!  Там!..  в  центральном  зале!..
                             на  "пятачке"...  на  ядерном  столе...  свинцовые  плиты  биозащиты,
                             как  всадники  верхом, на  метр  вверх  подпрыгивают!.. весь реактор
                             ходит ходуном!"
                                   Акимов  в растерянности, чувствуя  беду,  повторно... дважды...
                             нажал  кнопку   АЗ-5,  обесточил  муфты,  повторно   включил  защиту.
                                   Напрасно   старались   заглушить   реактор  оператор  Топтунов
                             и инженер Акимов. Цепная  ядерная  реакция  с  началом выбега ротора
                             вышла  из под  контроля,  начался  непредсказуемый,  аварийный  рост
                             тепловой мощности в активной зоне реактора.
                                   Со  скоростью  приближающего  на всех  парах  поезда  нарастал
                             непонятный гул, приближалась непонятная беда.

                                                  Время - 1 час 23 мин. 43 сек.
                                                 до взрыва оставалась 1 секунда.
                                           
                                   Играли  нервы,  дрожали   стены,  как   живые  мигали  приборы.
                             Все, переглянувшись,смотрели  на  начальника  смены, начальник смены
                             в недоумении смотрел на приборы.

                                                      20. АВАРИЯ.

                                           26.04.86 год - точь-в-точь,
                                                          тёплая, полесская ночь.
                                           1 час 23 минуты 44 секунды -
                                                       1 час 23 минуты 46 секунд.

                                   От  взрывов - одного,  второго...  здание   резко  пошатнулось,
                             зазвенели стёкла, треск  от  коротких  замыканий. Потухло  освещение,
                             аварийное   загорелось,   как   под   бомбёжкой   в   сорок   первом,
                             земля  заходила  ходуном.  Фейерверки,  дым  столбом,  электрокабеля
                             горят  огнём.
                                   После   необычных   взрывов   установилась   необычная  тишина,
                             нарушаемая  шипением  пара и звуками  льющейся  воды.  "Конец всему"-
                             мелькнуло в сознании Топтунова, напрасны были все труды.
                                   Немая  сцена - минута... две...  с  немым  вопросом  в  голове?
                             Авария! Не может  быть? А  может, началась  ядерная война, о которой
                             ещё не знает Горбачёв и вся страна?
                                   Внезапно  распахнулась  щитовая  дверь  и  из  машинного  зала
                             влетел закопчённый, как  зверь  старший  машинист  турбины  Вячеслав
                             Бражник, всех ошарашил его вид  и  крик. "Пожар в машзале! Вызывайте
                             пожарную машину!" - прогремел, как колокол он, и бросился назад... в
                             машзал, в бешеную радиацию, в огонь, в смертельную пучину.
                                   За ним  бросился  вслед  Акимов, а вскоре  в  машзале появился
                             Дятлов. В воздухе густым озоном пахло, в горле запершило.
                             
                                            21. САМИ ПОДОЖГЛИ, САМИ ПОЖАР ТУШИЛИ. 

                                   В машзале  творилось  невообразимое,  незабываемое  и страшное.
                             Горело в нескольких  местах и на  нескольких  отметках. Сверху через
                             пролом в крыше опускался  чёрный  столб  радиографитной пыли с сажей,
                             накрывая беззащитных людей смертельной радиацией.
                                   Седьмую   турбину   завалило   обломками    потолочной   плиты,
                             из разбитой трубы  хлестало  машинное,  горячее  масло, а в баке 200
                             тонн - к нему подбирался небольшой огонь.
                                   Из пролома насосного патрубка бьёт мощная струя радиоактивного
                             кипятка, повинуясь закону Архимеда, по каналам - обоюдной артерии
                             вода стекала туда, и ниже, где нулевая отметка, загрязняя подземелье
                             станции.
                                   На жёлтом пластикате пола валялись раскалённые обломки графита,
                             топлива  и  ядерные  сборки  с  уровнем   радиации  от 500 до 10 тыс. 
                             рентген в час. Вокруг  обломков  возникали  новые очаги огня, чёрным
                             дымом коптя, мгновенно разгоралось пламя.
                                   А на крыше  гул  и  клекот  бушующего   пожара.  Ночное   небо
                             светилось ярко от радиации, огня и жара.
                                   Машинист  паровой  турбины   Вершинин  вовремя  погасил  пламя
                             разгорающееся  у  разлива  масла, а машинист  Вячеслав Бражник мигом
                             перекрыл выход масла и побежал  сообщить на  щит  о  пожаре, скользя
                             по битому стеклу в тёмном  коридоре. Новик, Перчук, Тормозин и Попов
                             тушили  пожар  в  других   местах,  предотвращая   водородный  взрыв 
                             в аварийных турбогенераторах. 
                                   Электрики  Лелеченко и Баранов локализовали аварийную ситуацию
                             на электрооборудовании, спасая от пожара  станцию. А  сколько стоило
                             здоровья им двоим проложить временный  электрокабель на обесточенный
                             блок станции в условиях высокой  радиации, когда вокруг темным-темно
                             и радиоактивная вода по колено.
                                   Благодаря  поступившей  электроэнергии  машинист  Юрий Корнеев
                             провёл    аварийное    вытеснение   водорода  из   8-го   генератора,
                             предотвратив его взрыв. 
                                   А Перчуку и Бражнику  удалось  две  задвижки  вручную  открыть
                             и из маслобака масло слить  аварийного  турбогенератора, не допустив
                             пожара. С трудом поддалась  и  открылась  вторая задвижка, в темноте
                             к  несчастью  рядом   лежала   топливная  сборка,  горячая,  колючая,
                             как мигрень, и  обожгла их тысячами рентген.
                                   От действий слаженных и чётких все очаги пожара внутри машзала
                             были ликвидированы до прибытия  пожарных. Не щадя  здоровья, не щадя
                             жизни, сотрудники машзала предотвратили  взрыв водорода и возгорание
                             200 тонн масла.
                                   Даже Попов случайно  оказался в турбинном зале, мог уйти и жив
                             остаться, но пожар тушил в машинном зале.
                                   Полученные дозы радиации  стали  сверх  смертельными и все они
                             умрут в Москве вместе с пожарными.
                                   Высшими наградами страны  можно  было бы наградить за мужество
                             и  героизм  сотрудников  дежурной  смены. Можно  и  нужно  наградить!
                             Живых  и  мёртвых, чтобы  ими  гордился  народ!  Великий,  советский 
                             народ - великой страны патриот!
                                   "Никаких наград! - побагровев, сказал  Михаил Горбачёв. - Сами
                             ночью ЧАЭС подожгли, сами пожар тушили. А пожарных... надо! Пожарные
                             вроде бы чужие". 
                                   Кстати, Дятлов  видел  куски  раскалённого  графита и ядерного
                             топлива, однако  сознание  не  принимало  страшный  результат взрыва,
                             итог его эксперимента.                                   
                             
                                                22. СТАЖЁРЫ ДОЛОЖИЛИ ТОЧНО.
                                                
                                   Акимов достоверно знал - стержни управления  и защиты застряли
                             на полпути, их надо из центрального  зала  вручную  опустить, но как
                             в аварийный  зал  зайти? Рядом  у  тренажёра  толкались  два стажёра.
                             Акимов:  "Бегом!.. в  центральный   зал  вдвоём!  Надо!..  покрутить
                             рукоятки  и  стержни  вручную  опустить, любой  ценой  реактор  надо
                             заглушить". 
                                   Кудрявцев  и  Проскуров, как  Александр  Матросов  в последнем
                             решающем  бою,  бросились   наверх  в  центральный  зал  к  реактору,
                             приближая с каждым шагом смерть неведомую свою.  
                                   По лестничным  маршам  бежали  вдвоём до 36-й  отметки, прыгая
                             через куски бетона, задыхаясь от  гари, дымя и чихая от запаха озона.
                             Вдруг остановились в недоумении, друг на друга посмотрели.
                                   Нет  реакторного  зала!.. кругом  валялись  битые  конструкции,
                             во все стороны торчала  стальная  арматура, а над  головой светилось
                             ночное небо в оранжевом отблеске пожара. 
                                   Плита   герметизации   реактора   "Елена"   лежала   на   боку,
                             а там... далеко за ней  внизу горел  ярко-оранжевый  огонь, извергая
                             из кратера разрушенного реактора, как вулкан сажу и озон.
                                   В эпицентра взрыва, в  самом  пекле  радиации, впитывая тысячи
                             рентген, стояли обречённые  стажёры, чернели  на  глазах от радиации,
                             от копоти, рентгенов стали чёрные, как негры.
                                   Кудрявцев и Проскуров с удивлением, сгоряча посмотрели друг на
                             друга, убежали в щитовую молча.
                             

                                            23. НАВЕРНОЕ, БАК С ВОДОЙ ВЗОРВАЛСЯ.  

                                   Вернувшись  на  щитовую,  Кудрявцев  и   Проскуров  начальнику
                             доложили  внятно, выслушав  обоих  бегло, стажёрам не поверил Дятлов.
                             "Мужики! Вы не сумели разобраться  толком. Реактор цел. Снесло крышу
                             взрывом, а что-то на полу  горело. Надо спасать срочно перегревшийся
                             реактор.  Надо  подавать  воду   для   охлаждения  в  активную  зону
                             и до конца заглушить реактор".
                                   Как  обычно  и  всегда, где  тяжёлая  беда,  родилась  легенда.
                             Реактор цел, бак с  водой  взорвался. Чиновник, чувствуя  вину, свою
                             вину отодвинул, на время оправдался. 
                                   Версия  инженера  Дятлова "бак  с  водой  взорвался"  дошла до
                             чиновников Киева, такую версию приняла Москва.
                             
                                                24. ВОТ ТАК... НИ ЗА ЧТО?.. 
                                                       И УМИРАЮТ ЛЮДИ. 
   
                                   Вверх - вниз, бегом, не  чувствуя  под  собою  ног, от отметки
                             к отметке бегали по очереди в темноте с фонариками  Топтунов, Акимов,
                             глотая радиацию и невыносимый смог.
                                   Плотный  воздух, как  детонатор,   пульсировал   радиоактивным,
                             ионизирующим   газом,  насыщенный   широким   спектром  долгоживущих
                             радионуклидов, которые  извергал из своих  недр  разрушенный реактор.
                                   "Что  с  реактором?  Как  сказывается   подача  воды?  Сколько
                             проложено рукавов?" - с минуты на минуту  постоянно требовал доклада
                             помутневший Дятлов.
                                   Акимова и Топтунова  от  набранных  рентгенов  тошнило и рвало,
                             ржавым железом  во  рту  пахло, шатало  и  трясло. Акимов и Топтунов
                             обречены... обречены  на  верную  смерть, но  не  уходили со станции,
                             чувствуя свою ответственность  за  исход  ситуации. До конца роковой,
                             необычной   смены   мучились,  страдали   оба  в  эпицентре и взрыва,
                             загорели, почернели сильнее  всех  от  йода, цезия и прочего нуклида.
                             Дежурная смена 4-го блока  в  темноте, не  разобравшись  в  ситуации,
                             подавала напрасно воду для охлаждения реактора, приближая новую беду,
                             отравляя радиацией подземелье станции.
                                   В итоге  у 134  сотрудников  ЧАЭС  развилась  лучевая  болезнь.
                             Многие из них  умрут  вместе  с  пожарными, первый - на десятый день,
                             на сотый день - последний.
                                   Умер начальник смены 4-го блока Акимов, умер оператор Топтунов.
                             Умерли два стажёра - Кудрявцев и Проскуров
                                   По приказу Фомина рано утром  его  заместитель по эксплуатации
                             инженер Ситников облазил весь аварийный реактор, убедился достоверно
                             в его разрушении, доложил  фомину  и  Брюханову  истинное  состояние,
                             но реальный доклад те не приняли к сведению, вызвав лишь раздражение.
                             Инженер  Ситников  получил  более  1000  рентген  и, как  все сильно
                             переоблучённые, умер от лучевой болезни  вместе с пожарными в шестой
                             клинике в Москве.
                                   Умерли от лучевой  болезни  в  Москве  две  женщины, работницы
                             сторожевой охраны Клавдия Лузгунова и Екатерина Иваненко, дежурившие
                             в ту ночь у аварийного блока.
                                   На мемориальном  кладбище в Митино  вместе с героями пожарными
                             рядышком все  лежат - красиво, величаво, в ряд, только... без наград.
                             
                                                25. ГЕРОЕМ СТАТЬ НЕ СУЖДЕНО. 
   
                                   После  взрыва  Дятлов  помрачнел,  морально  опустился   низко,
                             масштабы  катастрофы   принял   сердцем   близко, шумел  и  суетился.
                             Товарищ Дятлов! Сходи! Сбегай наверх! Посмотри в окно на свою работу.
                             Оцени ситуацию!.. убедись ты лично!
                                   Но, нет! Пойти  наверх  посмотреть, сколько  наломал  он  дров,
                             не решился Дятлов.
                                   Только в  четыре  часа  утра  прошёлся  Дятлов  мимо  развалин
                             ядерного  реактора.  Парового   взрыва   сердце  требовало  сценария,
                             а тут такая непонятная, ядерная авария.
                                   "Вот  так!.. трагично  закончилась  карьера  моя вся!" Получив
                             350 бэр дозу облучения, Дятлов тихо удалился.
                             
                                                26. ПРАВДА ВЫЛЕЗЛА НАРУЖУ.
.
                                   Директор ЧАЭС  о  катастрофе  с  радиацией не  спешил в Москву
                             с  докладом,  переживал   душой   и   сердцем,  говорил   с   трудом.
                                  "Произошёл на  ЧАЭС  пароводяной выброс...", - Пузанов доложил
                             в Москву  рано  утром, (о радиации - ни слова), доложил,  повременил
                             и принял  таблетку с йодом.
                                   И только  поздним  вечером   на   заседании  Правительственной
                             комиссии  главный  инженер  ЧАЭС  Фомин  донёс  рапортом:  "Разрушен
                             чернобыльский  реактор 4-го  блока! Вокруг  реактора  валяются куски
                             бетонита, сборки со стержнями и куски графита".
                                   Правительственная  комиссия  в одно мгновение  приняла решение
                             на эвакуацию населения.
                             
                                               27. ДЯТЛОВ УНИЧТОЖИЛ  "ДЯТЛА". 
             
                                   На загоризонтной РЛС "Дуга" по прозвищу "Чернобыльский Дятел",
                             расположенный   в  девяти  км  от  ЧАЭС,  после  ядерной  катастрофы
                             от излучений альфа, бета, гаммы возникли глобальные проблемы.
                                   Мощные вентиляторы  засасывали  наружный, радиоактивный воздух,
                             загрязняли нуклидами  электронные  блок-схемы, повышая резко  внутри
                             станции уровень радиации.
                                   По личной инициативе  в  день аварии  командир Мусиец выключил
                             комплекс, после  дезактивации в надежде вернуть  к  жизни РЛС "Дуга",
                             в противном случае - потеря будет слишком дорога.
                                   Кстати,  загоризонтная   станция  "Дуга"  прошла   многолетние,
                             предварительные  испытания, засекла  даже  катастрофу  американского
                             челнока  шатлла   "Челленджер"  и  после   модернизации   готовилась 
                             к гос приёмке  и  к  повседневной  работе, дабы обеспечивать надёжно
                             безопасность СССР.
                                   Потерять такое грандиозное по научным и  техническим масштабам
                             сооружение, обеспечивающее безопасность не только СССР, а всех стран
                             Варшавского договора - глобальное преступление.
                                   Военнослужащие "Чернобыля-2",  курсанты  военных  ВУЗов  целый
                             год  мели, скребли, смывали  радиацию, снимали  верхний  слой  земли,
                             землю вывозили,  хоронили. Много раз ЗГ РЛС (Чернобыль-2" по  уровню
                             радиации   приводили   в   допустимую  норму, докладывали  в  Москву 
                             о завершении дезактивации. 
                                   Но вскоре ветром наметало радиацию  после  каждой дезактивации,
                             как зимой в метель наметает снежные сугробы, напрасно были все труды.
                                   Через  год  ЗГ РЛС "Дугу-1" пришлось  закрыть. Высокий уровень
                             радиации не позволял электронике и человеку безопасно работать, жить.
                             Эксперимент  по  выбегу ротора  под  руководством Дятлова закончился
                             реакторным взрывом  четвёртого  блока  станции  с  выбросом радиации,
                             которая  привела   к   гибели   ЗГ  РЛС "Дуга" по  прозвищу  "Дятел",
                             соизмеримая по стоимости со всей Чернобыльской АЭС.
                                  Вместо госприёмки радара и ввод в строй грандиозного сооружения
                             СССР после Чернобыля потерял РЛС и в подарок получил зону отчуждения.
                             
                                             28. ПОЛ ЕВРОПЫ РАДИАЦИЯ НАКРЫЛА,

                                   Между тем, реактор бушевал, горел графит, кипел уран, тысячами
                             рентген  сиянием  северным  светился, пугая  всех  землян.  До  бела
                             разогревался  и,  как   рассерженный   верблюд   плевался радиацией,
                             омертвляя всё вокруг.
                                   Радионуклиды,  радиация, как  опиум,  как  дурман,  ползли  по
                             огородам  и  дворам. Покорили - Новозыбков, Речицы, Репки  и  Клинцы,
                             одолели - Овруч,   Гомель,   Могилёв,   подымались    выше   облаков.
                             Разносились  ветром, с  дождём  на землю приземлились, загрязняя всё
                             кругом.
                                   Окропили нуклидами - Николаевку,  Семёновку  и  Климов, обошли
                             стороною - Шостку, Нежин и Чернигов.
                                   А облако, радиоактивной  пыли, по  ветру  пол-Европы  обошло и
                             и радиацией, и нуклидами всё живое обожгло.
                             
                                                  29. АКАДЕМИК ЛЕГАСОВ.
                                                 ПО СВЕЖИМ СЛЕДАМ АВАРИИ.

                                 Взрыв ядерного реактора  с  выбросом радиации напугал мир земной,
                             сделал зону мёртвой. Такой результат  испытаний  реактора гиганта на
                             ядерную безопасность - такой итог эксперимента. 
                                 А  кто  разработал   регламент-документ?  Кто  проводил  простой
                             эксперимент?   Эксперимент проводили обычный энергетик представитель
                             "Донтехэнерго",  любитель  рыболов   Метленко  и  всемогущий  Дятлов.
                                 А документ кто утвердил?  Утвердил  главный  инженер  ЧАЭС Фомин.
                             А кто внёс столько колдовских, заказных  неразберих?  Изменения внёс
                             тоже он - главный инженер Фомин под  ту  же  самую неразбериху после
                             звонков и указаний сверху.
                                 Ядерщикам  непонятно!   Зачем  заблокировали,  отключили  многие
                             аварийные   системы  и  датчики   их  систем?  Зачем   заблокировали
                             аварийную систему охлаждения?  Зачем врезали кнопку МПА без научного
                             обоснования?  Зачем насиловали реактор на ядерную безопасность, если
                             в регламенте все нормативы есть?
                                 Зачем инженер-ядерщик Дятлов  после  многих звонков-обуз взял на
                             себя против своей воли такой  смертельный груз? Зачем инженер Дятлов,
                             как последний бос-барбос, пустил  ядерный  реактор в тепловой разнос?
                                 Но не надо   в полной  мере  винить Дятлова. Не вмешался бы в их
                             работу чиновник-энергетик сверху, не было бы взрыва.
                                 Фомину и Дятлову  персонально  по  телефону  приказали проверить
                             внештатную работу атомного реактора станции  на ядерную безопасность.
                             Последний телефонный разговор Дятлова, последнее наставление Дятлову:
                             "Подымай мощность! Проводи проверку! Либо  на пенсию ты уйдёшь, либо
                             главным инженером станешь Чернобыльской АЭС-2".
                                 По  свежим  следам  расследования  причин  аварии  Фомин  уверял
                             академика Легасова:"Мы выполнили требования Совминэнерго,а конкретно
                             внесли  изменения  в  программу  испытаний  по указанию зав.сектором
                             Атомэнерго при ЦК КПСС Георгия Копчинского.
                                 Вмиг, после  прибытия на ЧАЭС КГБ  и  Правительственной комиссии
                             телефонные   звонки  засекретили, журнал ЧАЭС  входящих   приказаний
                             таинственно исчез, а Фомин отказался от прежних показаний.
                                 Если бы главный инженер  Фомин  не  отказался  от  показаний, то
                             статья по  неосторожности  могла  перейти  в  статью  преднамеренных
                             действий, а это уже диверсия, высшая мера наказания.
                                 И последний мой вопрос  товарищ  диспетчер Киевэнерго дабы вывод
                             был всерьёз: "Зачем ты, как абитуриент-клиент, задержал эксперимент?"
                             На вопрос академика  Легасова  был  ответ  диспетчера: "Звонок был...
                             даже два - одно указание из Киевэнерго, второе - от нашего инженера".
                                "Теперь мне всё понятно, - подумал академик Легасов.- Эксперимент
                             на ЧАЭС прошёл  по  ранее разработанному сценарию втихаря и скрытно".
                             "Но кто  стоит  за  разработкой? - задал  вопрос  сам  себе  Легасов
                             и на него ответил неохотно. - Надо разобраться срочно!"
                             
                                             30. ТЕЛЕФОННЫЙ РАЗГОВОР УЧЁНЫХ.

                                 Через сутки  после  аварии  член  Правительственной  комиссии по
                             ликвидации  последствий  чернобыльской  катастрофы  академик Легасов
                             личные выводы причин аварии  доложил по телефону президенту Академии
                             наук   СССР академику  Александрову.  В конце  телефонного разговора
                             академик Легасов добавил: 
                                 "Простые  энергетики  в  аварии  обвиняют  конструкцию реактора.
                             Дело не в конструкции  реактора  РБМКа, в реакторе  были необходимые
                             защиты,  но,  извините  за  выражение,  не  было  защиты  от  дурака.
                             К примеру, вы ведёте машину, не в ту сторону  повернули руль. Авария!
                             Мотор виноват? Или  конструктор  машины?  Каждый  ответит... виноват
                             неквалифицированный водитель.
                                 Точно так произошла авария  на  4-м блоке  ядерного реактора при
                             проведении эксперимента  с выбегом ротора.
                                 На ЧАЭС провели эксперимент по самодельному  регламенту, нарушая
                             двенадцать раз регламент, что привело к взрыву. Из всех причин аварии
                             непонятных и опасных, главная причина аварии:
 
                                        при выведенных из активной зоны
                                        стержней  регулировки  мощности
                                        был нарушен запас реактивности".
               
                                 Легасов  знал  со  слов  Фомина, почти  все  нарушения программы
                             связаны с телефонными указаниями  зав. сектором  атомной  энергетики
                             всемогущего  ЦК КПСС. О  звонках  Копчинского  Легасов  Александрову
                             не сказал даже слова. 
                                 Заказной характер аварии председатель Правительственной комиссии
                             Щербина резко осудил и заявил:
                                 - Позиция заказной аварии подрывает авторитет партии.
                             Такое направление в расследовании дал лично генсек Горбачёв:  
                                 - Не надо оправдывать себя и за границей искать врагов.

                                 Ровно  два  года  академик  Легасов  лично  разбирался  в аварии.
                             Убедился - это заказная  авария. Это террор! Это диверсия внутренних
                             врагов управляемая из-за океана.
                                 Такую версию  академик  Легасов  огласил  5 мая 86 г.  Горбачёву,
                             за что лишился звания Героя, а вскоре - своей жизни.

                                                     31. МОКРОЕ ДЕЛО. 
   
                                 Окунувшись  в  радиацию   Чернобыля,  вскоре   стало  ясно,  как
                             отреагировала  соц  система - в  развал  загнал  атом  страну,  весь
                             советский народ, могучее, былое племя.
                                 Доигрались  взрослые с реактором, как дети в детскую игру. То ли
                             неучи энергетики  инженеры  Топтунов, Акимов, то  ли  инженер Дятлов
                             вместе с Копчинским стали тайными агентами ЦРУ.
                                   Разобраться бы КГБ в причине?  Сверху запретили - нельзя Запад
                             осквернять! Наше головотяпство - так в верхах решили.
                                   Невероятно, но факт!
                             Мирный, чернобыльский  атом  в  мирных, заказных  руках  превратился
                             в боевой уран, вызвав  у простых людей недоверие и непомерный страх.
                                                                                  
                                                     32. ПРОСТИ МЕНЯ.

                                   В Москве на могиле мужа жена Люда плакала, рыдала,вся в слезах,
                             в раздоре душою-сердцем проклинала тот миг, ту ночь, то горе.
                                  Сажи, мой  родной,  любимый! Почему  мир  такой  несправедливый?
                             Почему именно тебя, мою кровинку, у меня судьба забрала? Почему свою
                             любовь-иконку уберечь я не смогла?
                                   Ты так  хотел, мой дорогой, назвать  свою  дочурку Наташенькой-
                             Наташа,от твоих мечтаний таяла в мечтах моя душа. Встань, мой родной,
                             и посмотри! Родилась Наташа. Какая прелесть? Какая крошка наша?
                                   Со слезами на глазах я  хочу тебе  сказать, а  ты  должен меня
                             понять? Нет больше у нас с тобой дочурки нашей. Умерла  дочь  Наташа -
                             крохотулька наша.
                                   Прости! Слезами обливаюсь. Прости, родной, прости! Сейчас твоя
                             дочурка  очень  странно,  как  враг  народа  безымянно, будет  вечно
                             с тобою рядышком лежать, а я всю жизнь одиноко плакать и рыдать. Моя
                             любовь  к  тебе, мой  дорогой, нежная  и  верная,  по  чьей-то  воле
                             в лукавом зле свела с дочуркою тебя в земле.
                                   Вспомни, мой родной,как начиналась жизнь моя с тобой. Казалось,
                             ты и я - навеки  вечная  семья. Сколько  было  поздравлений,  улыбок
                             и  цветов?  А  подарков?..  подарок  главный - это  ты! Вася-Василёк
                             любимый мой цветок и твои цветы.
                                   И вмиг пропало  всё, завяли  на  клумбе  мои розы, исчезла моя
                             надежда на счастье,на любовь. Остались мои сухие слёзы, мои одинокие
                             мечты и там, далеко в земле, родная дочь и ты.
                                   И ещё осталась память - московские гвоздики,твои увядшие цветы.
                             Прости, родной, прости! Ты  и я. Любовь  с  любовью  в  счастье жили,
                             по-простому.  По  велению   мага   вернуться   бы  назад,  наверняка,
                             всё было б по-другому.
                                   И  снова,  и   снова... та... роковая   ночь   перед   глазами,
                             растоптавшая жизни безжалостно  ногами, окунула нас  в  ледяную воду,
                             не  спросила,  не  предупредила,  принесла  нам  безвозвратную  беду.

                                               "Люся! Второй час ночи. 
                                                          Ложись, родная, спать. 
                                               На  станции   пожар!
                                                                  Я скоро буду".

                                   Его слова,родной голос - жива буду не забуду,постоянно слышу я
                             бессонными ночами, прозвучавшие  в  темноте, как чернобыльский набат,
                             поднявшие на войну с рентгенами тысячи  простых людей, тысячи учёных,
                             тысячи офицеров и солдат.
                                   В тревоге не спала - в слезах  томилась,  с  тяжёлым  чувством
                             в сердце тебя родной ждала.
                                   В открытое окно - наше с  тобою  окно, дышит  свежестью  весна,
                             кругом тихо и темно. В кустах у проходной  щёлкнул  соловей  одиноко
                             и снова тишина.
                                   А небо над АЭС озарялось  багрово-жёлтым пламенем, дым столбом.
                             И там  мой  Вася!.. мой   родной, Вася-Василёк, любимый  мой  цветок,
                             там все друзья-пожарные ведут войну с  огнём, а город  спит  обычным
                             сном. Кому какое дело? Тишина кругом.
                                   А мне одной-то как?.. когда вокруг  ночь и мрак, пожар и страх.
                             Душа моя  горит  и  плачет, чувствует  беду. Кошмар  тревожной  ночи
                             помнить буду - не забуду.
                                   Что там с моим родным и дорогим? Что там  на  пожаре... с моим
                             любимым мужем? До  утра, туда-сюда,  от  окна  к  другому,  казалось,
                             вечность провела я с горем. Уже засеребрились облака, начало светать.
                             Пора вернуться ему домой. Давно пора! Сколько  можно ждать?.. тяжело
                             мне быть одной! Уже солнышко взошло, в лицо ударил яркий свет, а его
                             всё нет и нет.
                                   Уже шесть часов утра!.. пора ехать  нам в село! После трудовой
                             недели святое дело на природе  отдохнуть, помочь  родителям посадить
                             картошку, сходить на речку.
                                   Сколько можно ждать? От  бессонницы  ночной  нервы  все устали,
                             тело покидают силы.

                                             33. "В БОЛЬНИЦЕ ТВОЙ ВАСИЛИЙ!" -
                                                    УТРОМ ЛЮДИ ПЕРЕДАЛИ.
                               
                                   Бегом в санчасть-больницу,а там людей - не проехать, не пройти.
                             Где  же  мой,  Вася-Василёк,  любимый  мой  цветок?  Как  его  найти?
                                   Вокруг санчасти  машины  пожарные, санитарные,  на каждом шагу
                             милиция с жезлами в руках, медики в беленьких халатах.
                                   - Граждане, отойдите! Зашкаливают  машины! - не жалея мощности
                             и сил кричали постовые в рупоры. В небе  чёрный ворон  кружил, людей
                             кусали комары.
                                   Все шумят, кричат, кто-то  тянет медика за халат, много женщин
                             одиноких со слезами на глазах.
                                   Попасть  в  больницу  Припяти  народа  очень много и не узнать,
                             и  не  подойти - милиция  слишком   строга.  Мне  повезло,  знакомая
                             медсестра из города Остра. Прошу её:
                                   - Только посмотреть, а вдруг  настигла  мужа  смерть?
                                   - Пропустить не могу! - сказала в халате строго. - В санчасти
                             больных очень много, со всеми с ними плохо и с твоим мужем плохо.
                                   - Пожалуйста, только на минутку!
                                   - Ладно. Побежали.
                                   - Люда!  Людочка!  Узнай! - вдогонку знакомые кричали.
                                   В палате  увидала  мужа,  под  капельницей  лежал. С испугу не
                             узнала.  Чёрный-чёрный!  Я  думала  он  в   саже.  Отёкший,  опухший.
                             Мне поплахело даже. Жалко  и  обидно!  Весь поседевший,  почерневший,
                             глаз почти не видно.
                                   - Люди отравились газом! - медсестра  Петрова  повторила снова.-
                             Больные  отравились газом! Нет  выхода  иного, больным  надо  срочно
                             молока! Много молока, желательно  парного.
                                   Кстати, о радиации, о рентгенах никто не сказал  и слова.
                                   Я с Таней Кибенок, муж её в одной палате, на машине "Жигулёнок"
                             мы быстренько  в  село. С  молоком  нам  повезло - у  первого хлевка
                             нашли мы молочка.
                                   Больных  от парного  молока тошнило  и  рвало, как в лихорадке
                             знобило и трясло.
                                   В десять часов по Припяти, как утренний ветерок, пронёсся слух
                             с юга на восток, от травм и радиации  умер оператор Владимир Шишенок.
                             В  ядерном  реакторе  от  мук  скончался  Валера  Ходемчук,  остался
                             один на один с рентгенами на веки-вечные под завалами.
                                   Люди, узнав  о  радиации,  засуетились  скорбно,  пошли  слухи
                             об эвакуации неизбежно-срочной. Из уст в уста  шла  молва, возникали
                             споры. Везде... и здесь и там одни и те же разговоры.
                                   - На  атомной  станции  авария! Всю  землю  накрыла  радиация!
                                   - На планете всей будет тысячи смертей.
                                   От народа страхи, слухи утопили все науки.
                                   Я на шестом  месяце  беременности  была. Своим  здоровьем, как
                             зеницу ока, берегла  свою  кровинку, берегла  жизнь  нашему  ребёнку.
                             А мой Вася-Василёк, любимый мой цветок с  болью  и  тревогой  за нас
                             двоих переживал, совет мне давал с надеждой.
                                   - Люся! Моя роднулька! Уезжай к родителям в Кривушу.
                             Спасай себя и  нашего  ребёнка. Спасай кровинку нашу.
                                   - Нет родной, мой дорогой! Без  тебя  я  не  могу.
                             Тяжело быть одной! Без тебя, мой хороший, я умру.
                                   - Подумай хорошенько, не спеши!
                                   - Хорошо. Принесу молока, потом решим.
                                   Плохи дела, в  санчасть  людей  не  пустили  вечером.  Милиция
                             контрольными постами раз и навсегда перекрыла всё  кругом. Не ходили
                             в Припять автобусы  и  поезда. Город  заполонили  военные автомобили.

                                             Прошёл по городу слух -
                                                         зашевелились все вокруг.
                                             Йодистые препараты
                                                              защита от радиации.
                                             Вмиг  в  аптеках  йод
                                                                  раскупил народ.

                                   Только военные ходили в респираторах, в накидках, в хим плащах,
                             а  жители  города  ходили,  как  обычно  и  всегда,  продукты  несли
                             из магазина открыто,  всё  в  авоськах, всё в кульках.
                                   Хим войска  в  городе  Припяти  начали  дезактивацию,  смывать,
                             сметать, собирать и  хоронить  радиацию. Солдаты  из  АРСов поливали
                             улицы  раствором, мыли дороги, тротуары  белым  порошком, все улицы
                             в белой пене - чистота и блеск кругом.
                                   Власти  сообщили   вечером - из   Припяти  завтра  народ  весь
                             на  четверо  суток  эвакуируют  в  лес.  Взять  всем  с  собой самое
                             необходимое,  что  в  квартире  есть,  но   обязательно    документы
                             и   что-нибудь   поесть. Многие   обрадовались,   ходили   улыбались,
                             на природе отдохнём, потанцуем и споём. 
                                   Прекратились  вскоре   споры-разговоры,  люди  с  собой  взяли
                             заготовки на шашлыки, магнитофоны и  гитары. Плакали  только женщины
                             горькими слезами с болью, чьи мужья пострадали ночью.
                                   Родственники  больных  к  вечеру   санчасть  в  блокаду  взяли,
                             в окна, в двери барабанили, стучали.
                                   Вскоре,  открылась  дверь, где  стоял  милиционер. Все увидели
                             врача чернее чёрного грача:
                                   - Товарищи! Сегодня всех  тяжелобольных  самолётами отправляем
                             на лечение в Москву. Двадцать восемь  человек  наиболее пострадавших
                             из числа дежурной смены и числа пожарных.
                                   Люди,  услышав   новость,   заволновались   в   шуме-разговоре,
                             вскоре все... словно онемели и затихли в горе.
                                   Чихнул громко кто-то вдалеке за углом в сторонке:
                                   - Будьте здоровы!
                                   - Спасибо! На Титанике тоже были все здоровы.
                                   - Не до шуток, нынче! Радиация с нуклидами  нас в дорогу клыче.
                             Лечение больных в Москве для  нас  большая  честь, надежда. В дорогу
                             каждому  больному  нужна  чистая  одежда, решим  возникшую  проблему!
                                   Людей, как  ветром сдуло, все  разбежались  по  домам, на вело
                             одна мадам помчалася в село.
                                   Я от  нервозности  по  приходу  запуталась  с  вещами, собрала,
                             принесла одежду, а санитарные машины  уехали  с  больными в аэропорт
                             Жуляны. Долго тапочки искала - на минуту опоздала.
                                   В моём сердце что-то оборвалось... вмиг  закипела  бурно кровь.
                             Душа  окаменела,  потеряв   надежду   на  былое   счастье  и  любовь.
                             Я вздрогнула... мой нерв, душа заговорила.
                                   - Моего Васю! Моего мужа тоже увезли? Без  меня! Кто  позволил?
                             Кто посмел?.. мою кровинку, у меня забрать? Кто позволил  мою судьбу
                             испытывать, ломать?
                                  Обливаясь горькими слезами, я долго плакала, рыдала.
                                  - Отправили в Москву!.. отправили в столицу!
                                  Я вздрогнула от необычных слов, прозвучавших не во сне,а на яву.
                                  - Наверное, великой чести мой родной, любимый  своим геройством
                             заслужил! - сама себя я выслушала, набравшись  мужества и сил, молча,
                             улыбнулась, плакать перестала.
                                  К вечеру у  меня  началась  тошнота, рвота.  Ночь  я  не  спала,
                             родного, ненаглядного, своего любимого к себе звала.
                                  Жителей  города  Припяти  27  апреля   эвакуировали,  а  вскоре,
                             и Васино село,   напрасно картошку посадили, радиацией  и  нуклидами
                             и там всю землю замело.
                                  Сколько можно ждать! Хоть кричи,  хоть  молчи!  Надоели мне дни
                             печальные и со слезами ночи!
                                  - Надо! - сказала я себе. - Надо ехать к мужу  и не остановлюсь
                             ни в жару, ни в стужу.
                                  И к родному, ненаглядному в канун Первомая я поехала, помчалась,
                             на крыльях понеслась.
                             
                                                34. В МОСКВЕ, В СТОЛИЦЕ,
                                                       НА ЩУКИНСКОЙ
                                               В РАДИОБИОЛОГИЧЕСКОЙ В БОЛЬНИЦЕ.

                                   Неизвестность, новизну я боялась  с  детства, увидев бездонную
                             Москву одиноко растерялась, как перед  принцем дева. Найду ли я свою
                             кровинку - мысль меня терзала.
                                   На  привокзальной   площади  у  Киевского  вокзала  у  первого
                             милиционера   со   страхом   я   спросила...   Тот   лихо   козырнул,
                             улыбнулся мило:
                                   - Это на Щукинской радиобиологическая  больница. Есть в Москве
                             такая улица!
                                   Дабы я  не забыла, постовой не только рассказал, что мне нужно
                             было - всё на бумажке написал.
                                   - А говорили в Припяти... секретно!.. секретно!
                             Даже схему, как доехать, нарисовал подробно.
                                   В больнице  на  Щукинской  со  слезами, с боем выписали к мужу
                             пропуск,  пропустили  с  горем.  Зав  отделением  Гуськова  Ангелина
                             Константиновна  поставила  жёсткие  условия, невзирая  на  то, что я
                             его жена.
                                   - Даю на свидание  полчаса. До мужа  не  дотрагиваться. Нельзя
                             обниматься, целоваться,  рядышком  сидеть,  стоять. Нельзя принимать
                             от мужа вещи, но  что  мужу  нужно  можно  передать. Сейчас у вашего
                             мужа центральная  нервная  систем, костный  мозг, все гены полностью
                             поражены. Твой  муж  родной  и  любимый, что  чернобыльский  реактор
                             пропитан  радиацией - это  опасный  фактор  и  твой  выбор. Получишь
                             от мужа радиацию - ты  не  сможешь  рожать  детей. Эту необычную, но
                             простую инструкцию ты должна знать и твёрдо выполнять в целях личной
                             безопасности и себя не подвергай опасности.
                                   Слушаю я Ангелину и думаю:
                                   - Ничего страшного и  опасного. Я человек терпеливый и простой,
                             пусть муж будет  немножко  нервный, был  бы  только рядышком со мной.
                                   Я скрыла  свою  беременность,  если  скажу  всю  правду, тогда
                             уж точно  к  мужу, своему  родному,  ненаглядному  никогда не попаду.
                             Если  болеть,  страдать,  даже  если  придётся  умирать,  то  только
                             все втроём - вместе болезнь легче переживём.
                                   Я прекрасно  знала, если  к  родному  попаду, от  мужа  своего
                             любимого никуда я не уйду. Если уйду  от своего  родного, дала слово
                             себе я строго, то только вмести  с ним - со  своим  родным и дорогим.

                                                   35. ЭХ, САШОК! САШОК

                                   Захожу в палаты... больные  играют в  карты. Опухоль почти вся
                             с  загоревших  лиц  сошла, все  шутят, все  смеются. И  Вася-Василёк,
                             любимый  мой  цветок,  рядышком  на  стульчике  сидит,  меня  увидел,
                             вскочил, мне улыбнулся и от радости молчит. 
                                   Я увидела свою кровинку, поставила у ног корзинку.
                                   - Здравствуйте! - всем  больным  сказала,
                             от счастья зарыдала.
                                   - К больным  не  подходить! От  них  радиацией  фонит! Больным
                             продукты, вещи можно передать, но никаких вещей  у  больных не брать.
                             Дежурный врач не разрешил с любимым, дорогим  обняться, поцеловаться,
                             даже рядышком постоять.
                                   Вскоре ушёл  дежурный  врач,  я  дала  чувствам  волю,  обняла,
                             поцеловала мужа, наговорилась вволю.
                                   - Наверное, на Украине дождик, что  привезла  с  собою  зонтик?
                                   - Надежды нету на  погодку  прихватила  парасольку, - ответила
                             я с улыбкой, приподняв корзинку.
                                   Удивился парасольке Титенок, доедая пирожок:
                                   - На Украине прожив я сколька, но не  слыхав  слова парасолька.
                                   - Эх, Саня, Саня!.. плачет по тебе баня.
                             Ты лучше людям объясни, шо такое лазня?
                                   - Лазня, я гадаю, цэ нора, або нызька, вузька пещера, дэ можна
                             зустриты нэзабаром дыкого с когтями зверя.
                                   И все:
                                   - Ха-ха-ха!
                                   - Без страданий и греха рассмешили петуха.
                                   И снова все:
                                   -Ха-ха-ха!
                                   После капельниц в санчасти Припяти  больным на время полегчало.
                             Чернобыльцы  стали   ходить  друг  к  другу   по   палатам  в  гости,
                             рассказывать анекдоты.
                                   - Интересно, отчего  и  почему?.. в  печати  множество  статей,
                             но не сообщают про Украину, про Чернобыль никаких вестей.
                                   - Пишут! Пишут про нэньку столько, что во рту от оскомы горько.
                             Надо уметь читать, как колобок, прыг-скок...  в колонках между строк.
                                   - В Киеве на Подоле появилась европейская реклама, як баба Яга
                             на метли, без  людыны, надурняк, сама. На мэбэльном  магазине "Мэбли"
                             свитовэ  табло  по ночам  першою  буквою   моргае,  як дэшэвая мадам.
                                   И снова все:
                                   - Ха-ха-ха!
                                   - Хи-хи-хи! Да, ха-ха-ха! рассмешили жениха, наконец-то,
                             за ревнивого Сашка замуж вышла муха!
                                  - Эх, Сашок-Сашок! Лучше  выпей  на  посашок, чтобы  дома  люди
                             не болели и меньше пили.
                                  Все  хи-хи-хи,  да  ха-ха-ха,  а  мне  почему-то  не  до  смеха.
                             Встретив мужа, я  очень  рада, но  душу  скребёт...  скребёт  досада.
                                  Вдруг, тихо приоткрылась  дверь... на мгновение  народ в палате
                             замер. Прекратились споры-разговоры, как будто  зашёл в палату зверь.
                             К  пожарным  вошли  виновники   чернобыльской  катастрофы  начальник
                             четвёртого блока Акимов и оператор Топтунов.
                                   Акимов был обычно скромен, нынче  явно  возбуждён. Он повторял
                             пожарным многократно, как будто просил извинения:
                                   - Делали мы всё  правильно  и  на  тебе... взрыв! Весь реактор
                             разворотило, даже Норвегию радиацией накрыло.
                                   Это  было  последнее   посещение  палаты   инженером  Акимовым
                             и оператором  Топтуновым, их  последнее  извинение. Акимов  почернел
                             больше всех и больше  всех  получил  рентген. Слёг  и  умер  у брата
                             на руках  на  пятнадцатый  день,  раньше  всех...  в  тяжёлых  муках.
                                   Если бы  оператор  Топтунов  плюнул  на  все  указания Дятлова
                             и заглушил реактор по  приказу  инженера  Акимова, не было бы взрыва.

                                                   36. ТЯЖЕСТЬ ИСПЫТАНИЙ.

                                   Первые три  дня  я  прожила  на  Арбатской  у  своих  знакомых,
                             дежурили одной сменой первую ночь возле больных  жёны  семи пожарных.
                             Я, Людмила Игнатенко, Ващук и Титенок, Тищура, Правик и Таня Кибенок.
                             Варили мужьям бульон, носили  им  в  палаты,  врачи запретили мясное,
                             молочное и всякие салаты.
                                   На следующий  день  всем  тяжелобольным  стало  хуже,  каждого
                             уложили в ложе с лампой обогревом, а каждую  рентген-кровать в бетон
                             захоронили,  больным   запретили   ходить   по  коридорам,  общаться
                             и вставать. Жён  к  мужьям,  строго   настрого   не  пустили  больше,
                             напрасно Ангелину мы просили долго.
                                   Каждый больной с  болезнью лучевой  в  палате  одиноко мучился,
                             крепился и стонал от  болей и, как Иисус Христос с ореолом на кресте
                             распятый Идолом, одиноко в муках умирал.
                                   Мне лично не понятно:
                                   - Почему врачи людей не понимают? Почему жену родную к родному
                             мужу не пускают?
                                   Ночью я одна  тайком, сестрёнка  пропустила, к Васе быстренько
                             мельком, целую ночь  с  мужем  время  проводила. То  простынь заменю,
                             то подушечку поправлю, часами у  ног  его  сидела, поверну его и так
                             и сяк, судно выносила.
                                   Желудки  тяжелобольных  не  воспринимали  пищу  больше,  а так
                             хотелось накормить своего родного, хоть немножечко облегчить родному
                             боль. О, боже! Спаси его и  сохрани! Жалко  и  обидно! За жизнь мужа
                             мне стало страшно.
                                   В который  раз  в  обиде  на  судьбу,  обвиняя  себя  впопыхах
                             в неведомых грехах, я снова вся в слезах.
                                   Как  я  любила! Как  жалела  мужа!.. словами  душу  не  понять.
                             А мой родной так меня жалел, наверное, на свою погибель.
                                   С каждым днём  мужу  становилось  хуже,  хуже. Надежды никакой!
                             Только я, как человек, который  мужу  нужен. При  муже на его глазах
                             я крепилась,  я  держалась,  отойду  от  милого, родного  и всё лицо
                             в слезах.
                                   Вскоре, ожоги от радиации мужа  стали  выходить наружу. Во рту,
                             щёках появились сначала  маленькие  язвочки, вид  принимали странный,
                             быстро разрастались, превращаясь в раны. Слизистая отходила пластами,
                             цвет  тела  становился  синий, потом  ярко-красный и, в конце концов,
                             буро-чёрный, чёрный.
                                   Муж менялся  на  глазах, посмотрю   тайком   на   мужа, отойду
                             в сторонку и снова вся душа в слезах.
                                   От изотопов и их излучений, накопившихся в теле мужа, в палате
                             всё  в  рентгенах, всё  радиацией "светилось ярко", и мебель, и полы,
                             и штукатурка на потолках и стенах.
                                   Меня начал преследовать необычный  страх  постоянно, не потому,
                             что заходить в  палату  с  радиацией  опасно, а  вдруг муженёк умрёт
                             и меня не позовёт.
                                   Первоначально,  надписи  радужно  украшали  стены.  В  туалете
                             написано пером: "В палате были тараканы, понюхали  рентгены, убежали
                             мигом".
                                   Нынче,  стало  не   до   шуток.  Медперсонал   спец  отделения
                             от переоблучённых больных получил  сверх  допустимые нормы облучения.
                             Теперь  заходили   в   палаты,   обслуживали   больных,   обречённых
                             на мучительную смерть, только медики-солдаты. 
                                   По соседству на  этажах  выселили  всех  больных, убрали людей
                             нормальных от  людей  радиоактивных. Убрали  даже  цветы от радиации
                             подальше. Жён к больным, кроме меня, не пустили больше.
                                   Я знала, находиться  рядом   с   обречённым  мужем  смертельно
                             и опасно, но я рвалась к нему и остановить меня,мою любовь к родному,
                             казалось,  невозможно.  Меня  предупреждали, мне  запрещали,  ругали
                             сгоряча, но к мужу родному пропускали молча.
                                   Жить мне  предложили  вскоре  в  общежитии  для  медработников
                             на территории  при  больнице  и  дежурная   выдала   ключи от номера
                             в гостинице. В  номере  уютно  и  светло, санузел  с  душем, телефон,
                             радио и цветы - проблема  появилась, в  гостинице  не  было ни кухни,
                             ни плиты.
                                   Вдобавок,  химик-солдат  забрал  всю  мою  одежду  и  туфельки
                             пропитанные   радиацией,  оставив  в  замен   тапочки  и  больничный,
                             новенький халат.
                                   Как мне дальше жить?  В чём в магазин сходить? Как мужу и себе
                             и на чём бульончику сварить?
                                   Было бы горькое желание, стремление и мечта, люди  были добрые,
                             помогла любовь, беда.
                                   Как я любила?.. как любила  я  муженька  родного, ненаглядного?
                             Словами душу не понять... целыми  ночами  с  мужем  время  проводила.
                             Меняла  мужу  простыни, подушку  поправляла,  постоянно, держала его
                             ладонь горячую, как огонь.
                                   Медсёстры  отделения  сотни  раз  меня  ругали,  предупреждали,
                             не  пускали  в  палату,  говорили  каждый  раз... есть  такой приказ,
                             даже закрывали в туалете, там где унитаз.
                                   Требовали, убеждали:
                                   - Близко не подходить!
                                   Самоубийцей называли.
                                   Просили:
                                   - Рядом не сиди!
                                   Потом махнули рукой...
                                   - Хочешь умереть, иди!
                                   Когда Ангелина Константиновна узнала, что я беременная, срочно
                             вызвала меня к старшей  медсестре. Вскоре, я  стояла, как обвиняемая
                             у Ангелины на ковре.
                                   - Что за стыд! Что за срам! Как ты могла?  Ты ребёнка погубила!
                                   Строго отчитала, потом вежливо сказала:
                                   - Рожать приедешь к нам!
                                   Мой муж постоянно хотел меня чем-то  удивить и даже рассмешить,
                             мог  уйти,  как  будто  по  делам, собрать  букет  цветов и подарить
                             мне лично. Накануне, ещё в Припяти, выйдя  из  дома со мной на улицу,
                             муж сказал с улыбкой:
                                   - Девятого повезу тебя в Москву, покажу столицу.
                                   Показал Москву - столицу... вспоминаю  с  грустью, не  всё как 
                             обещал, но выполнил всё с честью.
                                   Сегодня 9-е мая - день Победы, кругом  улыбки, радость и цветы,
                             живи  и  радуйся, если  б  не  было  беды.
                                   Вечером муж попросил меня:
                                   - Люсенька! Открой окно.
                                   Он так хотел  мне  показать  Москву, о салюте  он мечтал давно.
                             Пройдя в одночасье огонь, радиацию и  воду, но  свою последнюю мечту
                             воплотил он в жизнь.
                                   Я на  постель  посадила  мужа  у  окна 8-го этажа, а  со спины
                             на  постели  осталась  кусками  кожа.   Содрогнувшись  от  необычной,
                             плачевной сцены, я улыбнулась  с  жалостью  страдальцу, муж  показал
                             столицу.  Навернулись  слёзы... мне  больно  и  тоскливо, за  судьбу
                             обидно,  салют  в  двадцать  один  ноль-ноль  прогремел  красиво.
                                   Любил мой родной на торжества, на  праздники  мне дарить цветы
                             и в тяжкую для него годину не прошло  всё  мимо, достал три гвоздики,
                             поцеловал мне руку и подарил цветы.
                                   - Поздравляю! С днём Победы  и  весны!  Медсестре   дал деньги,
                             медсестра купила твои любимые цветы.
                                   - Спасибо, мой родной! - обняла, поцеловала, отошла в сторонку,
                             как дитя заплакала.
                                   С лучевой  болезнью  больным  делали  пересадку костного мозга,
                             родственников вызывали из дома, брали  костный мозг, вводили больным.
                             К Василию приезжала сестра  из  Ленинграда, два часа на операционном
                             столе с братом рядышком лежала.
                                   Прости нас боже!.. я на всё согласна, может ему, моему родному,
                             ненаглядному, что-нибудь  поможет.  Между  тем, с  каждым  днём мужу
                             становилось хуже-хуже, особенно  после операции Гейла, напрасно бога
                             я просила.
                                   Теперь тяжелобольных лечили в барокамерах из прозрачной плёнки,
                             там такие  приспособления, чтобы  не  заходить,  можно  было вводить 
                             уколы,  катэтор  ставить, передавать таблетки.
                                   Несмотря на приём таблеток  роста и обновления клеток, Василию
                             стало так плохо, что я  не  могла  от  своего родного не только куда-
                             нибудь уйти, но даже на минутку отойти.
                                   От невыносимых страданий муж постоянно звал меня:
                                   - Люся! Люсенька! Где ты?
                                   - Я здесь, родной! Я  рядом с тобой, мой  дорогой!
                             Мужа обслуживала я сама, других больных обслуживали солдаты.
                                   Каждый день слышу: Умер! Умер!
                             Умер Тищура, Умер  Кибенок.  Сегодня - Правик  умер,  как молоточком
                             по темечку, слова грустные, скупые нагоняли печаль, тоску.
                                   У Василия на ногах начала  трескаться кожа, а потом и на руках,
                             всё  тело  покрылось  волдырями,  потемнело,  почернело,  как  будто
                             в синяках.
                                   Муж ворочал головой - на подушке клок волос.
                                   - Что делать? - вся в слезах я задала врачу вопрос.
                             Постригли чернобыльцев всех, постригла и  я  своего родного, слезами
                             обливаясь, как будто совершала грех.
                                   Больных угостили мандаринами, апельсинами.
                                   - Возьми, - муж тихонько между нами.
                                   - Нельзя! - медсестра остановила строго. - Полежал фрукт возле
                             больного, его не то, что  есть  опасно, к  нему  прикасаться страшно.
                                   Между тем, меня не первый и  не  последний  раз с палаты гнали,
                             просили, унижали. Но я снова  и  снова  шла к нему, своему любимому,
                             своему ненаглядному. Настойчивость мою все осознали с болью и к мужу
                             пропускали днём и ночью.
                                   Главврач Гуськова  вторично  вызвала  меня за сутки, чтобы ещё
                             раз прочитать нотацию для убеждения и моральной поддержки:
                                   - Вы должны не забывать!.. перед  вами  уже  не муж,
                             а радиоактивный объект  с  высокой  плотностью  заражения. 
                             Вы же не самоубийца! Возьмите себя в руки!
                                   Вопреки упрёкам и запретам, я снова  и  снова сидела у постели
                             мужа  на  двоих  разделяя  муки.  К  мужу,  моей  кровинке,  боялись
                             прикасаться все.  Медсёстры  прекрасно  знали, я  рядом, я в бытовке,
                             если я надо - меня быстро звали.
                                   Больные с болезнью лучевой  находились  под наблюдением учёных.
                             Учёные  проводили   групповой   осмотр,  фотографировали  обречённых.
                             Говорили любопытным изредка: "Знаний требует наука".
                                   Больным кололи наркотики - дабы  больные  больше  спали, легче
                             переносили свои страдания- муки.
                                   После аварии на ЧАЭС восемнадцать дней прошло, а моему родному,
                             ненаглядному столько горя намело, все  мышцы  отошли от костей, стал
                             ватно-резиновый. Поднимаю мужа с  кровати, а внутри гремят все кости,
                             высох весь от  нуклидов, стал  лёгок, как  дитя, а был мастер спорта,
                             олимпиада была его мечта.
                                   Не мог мой  родной  ни  говорить, ни  пошевелить рукой. Как на
                             больной мозоль с оскоминой, муж  неподвижно смотрел в потолок, редко
                             мигал веками без  ресниц, выпали  у  бедняжки с кожей из омертвевших
                             клеток.  Празднуя  скорую   победу  смерти  в  душе  бесились  черти,
                             а в глазах  горел  огонь  протеста  и  нежелание  подчиниться смерти.
                                   Я в истерике:
                                   - Он умирает!
                                   А медсестра в ответ:
                                   - А что ты хочешь? Он получил 1600 рентген.
                                   Смертельная доза 400 рентген.
                                   После похорон пожарных Володи Правика и Вити Кибенок,я с Таней
                             Кибенок с кладбища вернулась уставшей и больной, меня вызвали срочно
                             к Гуськовой. В  своём  рабочем  кабинете, бросив  на  меня печальный
                             взгляд, Ангелина прямо, вежливо сказала:
                                   - Ваш муж умер 15 минут назад.
                                   Я даже  не  помню, как  вошла в  истерику. Говорили  потом мне:
                             "Сколько было крику".  Меня   час,   может   два   врачи,  медсёстры
                             приводили в чувство, как во сне помню  смутно, как  уносили санитары.
                                   Мне стыдно и обидно - себя не смогу простить вовек, проститься
                             со мной не смог - умер мой самый дорогой человек.
                                   Кстати, когда  умерли  с  лучевой больные, в  больнице сделали
                             ремонт - вынесли всю мебель, взорвали весь  паркет, скоблили потолки
                             и стены.
                             
                                                   37. ПРОСТИТЬСЯ НАДО!

                                   Военные переодели мужа в военную, парадную  форму, в гроб тело
                             положили бережно, бархатом накрыли  сверху  нежно  и  привычно. Тело
                             положили   босого  без  обуви,   распухли   ноги  у  бедняжки  моего.
                                   За ритуалом со всеми  почестями  я  наблюдала  молча, смотрела
                             на мужа с горькими слезами.
                                   Вскоре, ко мне женщина подошла и вежливо сказала:
                                   - Проститься надо! - но не пустила близко к гробу,
                             многодневным горем выстрадала я такую просьбу.
                                   Окунув больную душу в терпенье, в грёзы,
                             я стояла тихо, проливая слёзы.
                                  Тело в парадной форме осторожно и легко засунули в целлофановый
                             мешок, мешок завязали крепко.
                                   От необычной, жуткой сцены  ёкнуло  моё сердечко и от душевной
                             боли я зарыдала жалко
                                   Уложили мешок в  деревянный  гроб  и  гроб  целиком  втолкнули
                             во второй  мешок. Второй  мешок  завязали  крепко,  поместили  мешок
                             в цинковый гроб и надёжно запаяли короб.
                             
                                                     38. НАРОДУ МНОГО, 
                                                А ПОГОВОРИТЬ ЧЕЛОВЕКУ НЕ С КЕМ. 

                                   Все родственники, умерших на Щукинской в больнице, по срочному
                             вызову  приехали  в  Москву   для   уточнения   и  разъяснений  мест
                             захоронения, их  принимала  Государственная,  чрезвычайная  комиссия.
                             Комиссары говорили всем: 
                                   - Отдать мужей, сыновей  родителям, жёнам  и  родственникам не
                             сможем. Тела очень радиоактивные - в рентгенах и нуклидах. Они будут
                             похоронены  на   московском   кладбище  Митино  особым  способом под
                             бетонными плитами в цинковых гробах.
                                   Этот документ-договор вы подписать должны. Ваши  подписи будут
                             важны не только для Вас, но и для нашей Родины".
                                   Кто хотел увезти тела на малую родину, тех убеждали - пожарные
                             герои и принадлежат не вам. Они все государственные люди.
                             
                                                 39. В МИТИНО НАВЕСТИЛА МУЖА. 
       
                                   После  похорон   мужа  почти  два  месяца  прошло,  я приехала
                             в Москву - светило солнце ярко, было тихо и тепло.
                                   И сразу  Туда"... к нему... в  Митино  на  кладбище,  к своему
                             родному - родному, ненаглядному.
                                   На могиле мужа  обливаясь слезами, я  долго мучилась, страдала,
                             свою  кровинку-половинку  на  свиданье  звала. От нервозности и слёз
                             мне  сильно  поплахело, затошнило. Начались схватки, мне стало дурно.
                                   В 6-й больнице в Москве у Гуськовой я рожала.
                                   - Рожать приедешь  к нам, - так Ангелина Константиновна раньше
                             мне сказала.
                             
                                                  40. НАТАШЕНЬКА... НАТАША. 
       
                                   Ты так хотел, ты  так  мечтал  её  увидеть. Встань, мой родной,
                             и посмотри на  подарок  мой. Родилась  Наташа - родная прелесть наша.
                             Важно ротик открывает и глазёнками моргает.
                                   За время  подневольно-тяжкое,  как  в  непробудном, тяжком сне,
                             впервые я улыбнулась, оставшись с дочуркой наедине.
                                   Моя душа ожила  надеждой, засветилась тёплою улыбкой. Я камень
                             с сердца обронила, с души горечь убрала.
                             
                                                  41. ТАБЛИЧКА С ИМЕНЕМ ГЕРОЯ. 
       
                                   Четыре часа  прошло после  рождения  Наташи. Ангелина в палату
                             мою  зашла, грустная, на  слова  скупая, минуту  молча, у  ног  моих
                             стояла.
                                   - Беда у Вас опять!.. Умерла Наташа!.. дочурка  Ваша. У  вашей
                             девочки  порок  сердца  был, а двадцать восемь рентгенов в её печени
                             вашу дочь убил.
                                   Словно окунувшись  в ледяную воду, я оцепенела в миг. В голове
                             моей  одиноко  скучной  закружилась, завертелась  жизнь. Нет  больше
                             у меня  ни Васи-Василька любимого цветка, ни связывающего нашу жизнь
                             долгожданного ребёнка.
                                   От внезапного удара  я  как  ребёнок  зарыдала.  Даже Ангелина
                             Константиновна,  пустив  слезу,  оплакивала  девчонку,  бранила себя,
                             меня и всех виновных в гибели ребёнка.
                                   Вскоре  Ангелина  круто  взяла  себя  в  руки, невзирая на мои 
                             60 рентген, не  отошла  от  моей  кровати,  начала  разговор с науки.
                                   - Я прекрасно  понимаю  тяжесть  твоей  необычной жизни, но ты
                             должна  себя  убедить, меня  понять  и  нас  простить. Мы  не  хотим
                             причинять тебе боль и не горим  таким желанием, но по научной логике
                             вашу дочь  в  виду  её  высокой  радиации  отдать  Вам  мы не сможем.
                                   Моё сердце вмиг  встрепенулось, замерло  с  болью в горе, язык
                             давно онемевший дал развязку в слове:
                                   - Как это не можете отдать? Это я  Вам не отдам! Вы хотите мою
                             дочурку забрать  в свою науку. Никогда! Я уже решила - похороню свою
                             дочурку рядом с  её  родным  отцом - такая  традиция  у  нашего села.
                                   - Хорошо, моя дорогая! Случай  в  жизни  не  простой. Но не ты,
                             а мы  её  похороним  специальным  способом, рядом с её  родным отцом
                             под одной плитой.
                                   Но ты пойми  меня и убеди в справедливости себя. Могилу твоего
                             мужа, как  народного  героя, должна  величать одна табличка с именем
                             героя.
                                   Пустив слезу горькую, плача, не проронив и слова, осознав свою
                             вину, я согласилась молча.
                                   Принесли мне  деревянную  коробочку,  поставили передо мной на
                             полочку.  Посмотрела  со  слезами я туда,  а в коробочке  лежит  она.
                             Дочь моя Наташа, как живая, кровинка наша.
                                   Подавленная горем и печалью,  проливая слезу горькую, смотрела
                             я на дочь свою с жалостью и душевной болью.
                                   - Здравствуй, моя родная!.. Здравствуй и прощай! Навеки-вечные
                             прощай!   Радиация   проклятая   погубила  нас.   Никогда  я  больше
                             не увижу Вас.
                                   Поцеловала тельце в лобик я легонько и зарыдала горько.

                                                  42. ОДИН БУКЕТ ЕМУ, 
                                                  ВТОРОЙ - КЛАДУ Я ЕЙ. 
       
                                   На мраморной  плите  мне  родной  и  дорогой  на  мемориальном
                             кладбище в Митино  нет  памятной  надписи  "Наташа". Там только одна
                             золотая  надпись  светится в  красоте и в грации  чернобыльца  героя,
                             спасшего мир земной от смертельной радиации.
                                   А дочь Наташа - крохотулька  наша, лежит  рядом с героем-отцом
                             в забвении одиноко-суровом  под единой, величавой плитой. Лежит, как
                             секретный, тайный  агент  безымянный,  без  надгробия,  без почести,
                             без таблички и чести.
                                   На аллею  героев  чернобыльцев в Митино  на кладбище я прихожу
                             всегда одна  с двумя  букетами цветов.  Один букет  для мужа, второй
                             на уголок кладу я ей. У могилы  родной  и  дорогой я  одиноко постою,
                             сама с собой одиноко наплачусь вдоволь, поговорю с мужем, с дочуркой
                             о своей жизни одиноко-скучной.
                                   Молча, одиноко  посижу  на  плите  надгробной,  вся  в  слезах 
                             с горечью душевной сама себе в укор скажу:
                                  - Прости, дочь, меня! Прости! Это я тебя, моя родная, радиацией
                             чернобыльской  убила, а  ты,  моя кровинка,  от смерти  меня  спасла.
                             Ты на себя, на  свою печень  приняла  радиации удар.  Прости, родная!
                             Ещё раз прости! Я Вас двоих любила.
                             
                                             43. Я РАССКАЗАЛА ВСЁ, ЧТО НАКИПЕЛО. 

                                   Много лет прошло после  аварии Чернобыля. Колючею с рентгенами
                             полынью заросла  полесская земля. На мемориале чернобыльцев в Митино
                             на всю московскую окраину  звучит  траурная мелодия, нарушая скорбно
                             лесную тишину.
                                   На одной  из  могил чернобыльцев  со слезами на глазах женщина
                             сидит-тоскует  одиноко, а  мемориал юбилейный  весь в венках, цветах.
                             Справа  на плите букет цветов, слева  на плите букет цветов, а между
                             ними сидит и плачет тихонько... Людмила Игнатенко.
                                   Уже давным давно  замолкла  музыка, под  тяжесть слёз и тишины
                             Людмила Игнатенко мне рассказала внятно  о  своей молодой, необычной
                             и тяжёлой жизни.
                                   В монологе долгих слёз её последние слова:
                                   - Здесь на родной плите-могиле под треск горящей свечки
                             я чувствую страданье мужа и любимой дочки.
                                   Я достал  армейский  индикатор - лично  убедился. От излучений
                             Наташи и пожарного Игнатенко индикатор, как маяк светился.
                             
                                                    44. ПРИБОР ЗАШКАЛИЛ! 

                                   О рентгенах, о  радиации  ИТР  догадывался   и знал, но почему
                             преступно до сих  пор  молчал. Надо, сейчас же!.. срочно!.. замерить
                             уровень радиации! Где главный? Куда исчез директор станции?
                                   Отыскали  один   прибор  ДП-5  с  большим  трудом. Неисправный,
                             остальные приборы лежали под завалом и под большим замком.
                                   К 3-м часам  появился  Воробьёв - начальник  штаба гражданской
                             обороны  станции, замерил   уровень радиации. Прибор  на 250 рентген
                             зашкалил у развалин.
                                   Воробьёв доложил начальнику о радиации, а толку, слушать
                             Пузанов не захотел:
                                   - Выброси свой прибор в утиль! Выброси на свалку!
                                   Вопреки протесту Пузанова, Воробьёв о радиации доложил по
                             инстанции в гражданскую оборону Киева. Киев замял дело, в Москву
                             не доложил о радиации.
            
                                                      45. ЧИСТЫМ ОЗОНОМ 
                                                       В РАДИАЦИИ ДЫШАЛИ. 
                             
                                   Раннее,   весеннее  утро - первое  утро  с  рентгеном и озоном,
                             аварийный  реактор  курится  пеплом  и  нуклидом. Рядом  с аварийным
                             блоком завыла  пожарная  сирена  протяжно и тревожно и снова нервная
                             тишина.
                                   Брюханов проводит  совещание, в кабинетах настежь открыты окна,
                             на улице тепло, свежо, сады цветут, пришла весна. На первом и втором
                             блоках работает  приточная  вентиляция, открыты  окна  во всех цехах,
                             а за окном сотни рентген, вся земля в нуклидах.
                                   Полгода  мучились  ликвидаторы,  глотая   радиацию  и  нуклиды,
                             удаляя в цехах  внутри  смертельные  следы. Начальник дежурной смены
                             АЭС  добавил   радиации,  отправляя  людей  домой, сосредоточил всех
                             у проходной в гуще радиации.  
                                   Только  на  третьем   блоке   начальник  смены  выдал  каждому
                             сотруднику  респиратор,  вентиляцию  выключил,  самостоятельно утром
                             заглушил реактор.
                             
                                                  46. В ЧЕРНОБЫЛЬ НА РАЗВЕДКУ.
                                  
                                   26 апреля. 8.00 утра. Время "Ч". Трубач протрубил - химтехника
                             танкового полка вышла по тревоге из Гончаровска в Чернобыль. 
                                   Кто мог тогда  подумать? Кто мог предположить? Техника мчалась
                             на  ЧАЭС в   своём  невозвратном, последнем  марше. Солдаты-дембель,
                             кто  постарше,  с  радостью говорили - нам повезло!   Светило солнце
                             ярко, было тихо и тепло.
                                   Крестьяне в  сёлах, как  обычно,  как  всегда, возле Чернобыля
                             и Днепра, копались  в  огородах и садах.  Всё готово к Первомаю - на
                             сельских клубах,на конторах, на столбах всё в плакатах, всё в флагах.
                             "Достойно   встретим Первомай!"   "День Победы! Первомай! Поработал -
                             отдыхай!"
                                   Вдоль по улице нам навстречу сплошным  потоком стадо рябеньких
                             коров, стеною стали, пыль столбом. Через  колхозное стадо смельчакам
                             в пример пробирался к нам в пыли и в спешке милиционер.
                                   - Дальше путь для всех закрыт! - глянул в пропуск.
                                   - Путь открыт!
                                   "Привал!" - вскоре прозвучал сигнал. Колонна  стала  за селом,
                             прибор  трещит  высокий фон, радиация проклятая замарала всё кругом.
                             Уровень радиации  крутой, не повернуть бы нам домой.
                                  На лесной поляне  вскоре  появилась первая  палатка. Колонна за
                             колонной двигались хим войска.
                                  Мы  по  таблетке   проглотили,   вели  себя,  как   нас  учили,
                             так Оранное село нам с ночёвкой помогло.
                                  Хим разведка на боевых, дозорно-разведовательных машинах БРДМ-2
                             помчалась без задержки на ЧАЭС для дозиметрической разведки.
                             
                                                47. НАЗВАНИЕ СКВЕРНО - НЕ БЕДА. 
       
                                   Рано утром  на  заре, в шляпе, с сумкой на ремне, полем, лесом,
                             напрямик бодро с палочкой шагал  крепко сложенный  старик. Возле нас
                             остановился, с  важным видом закурил  и  нам  служивым про Чернобыль
                             рассказал такую быль.
                                   По преданию  в  былое  время, в  походе на Прибалтику и Европу
                             Чернобыль  невидимой  стеной  перед  Золотой  Ордой  ночным видением
                             внезапно встал и золотое войско напугал.
                                   "Чернобыль!.. название  скверно - не  беда,  не страшны болота,
                             лесная тьма, страшнее страшного, там конец света, там чума".
                                   И золотое войско  от  генерала до солдат развернулось и чёрной
                             тучей, быстро двинулось назад.
                                   Так  Чернобыль  от  Золотой  Орды  всю  Европу  спас, а сейчас,
                             как свеча сгоревшая, для землян погас.
        
                                                    48. ПЕРВЫЙ ИНСТРУКТАЖ. 

                                 Чернобыльские власти сразу  же после аварии проявили  инициативу,
                             постами милиции огородили долину смерти.
                                 С эвакуацией  населения  на сутки  задержались по вине Брюханова,
                             директор  ЧАЭС   словно   воды   набрал  в  рот,  о   радиации,  как
                             шкодливый кот, не сказал  и  слова.  Только   к  вечеру  по  Припяти
                             пустили машину-экипаж и жителям стали  проводить в спешке инструктаж:

                                               - дома все форточки закрыть 
                                                 и по надворью не ходить; 
                                               - водой дороги поливать 
                                                 и калий йодистый принимать; 
                                               - в лес, за грибами не ходить 
                                                 и воду из открытых источников 
                                                 не пить.

                                   Первым делом надо, решили  киевские  власти, напряжение в зоне
                             снять от пугала-напасти. Что для бога  не грешное, для человека - то
                             святое, чернобыльцам  для  профилактики  разрешаем выдавать спиртное.
                             Крепкое спиртное  и  вино  портвейн  удаляет  из  организма радиацию 
                             и нейтрон.
                                   Уже  к  вечеру,  кто  в  парткоме  совещание  посетил досрочно,
                             пирожок со стаканом водки получил бесплатно.
                                   Не выдано! Не слыхано! В горкоме  при  Горбачёве такое было бы
                             возможно!
                                   Наш  химик  на  планёрке  задачу  уточнил, взял  грех  на душу
                             при выходе, набравшись  мужества и сил, подошёл  повторно к буфетной
                             стойке процедуру повторил.
                                   Проявилась  наболевшая  проблема...  быстро  отменили. Подвело
                             вино, подвело  спиртное,  на  разведку  к реактору задержалась смена.
                                   Дабы  не  подвергать  облучению  народ, был  установлен в зоне
                             сухой,  чернобыльский  закон.   По   маршруту  первыми  идут  химики-
                             дозиметристы, а на задание потом профессионалы-специалисты.
                                   Ликвидаторам-чернобыльцам принимать таблетки и ни грамма водки.

                                           49. ПРАВИТЕЛЬСТВЕННАЯ КОМИССИЯ РЕШИЛА.
 
                                 Когда впервые  с  вертолёта  экипажа  капитана  Володина  размах
                             бедствия Правительственная  комиссия  увидела очно и реально, власти
                             свою ответственность  осознали быстро,  пошли   доклады сверху-снизу
                             объективно, точно.
                                 Аварийный  реактор  надо   засыпать,   заглушить,  растаскивание
                             радиации надо срочно остановить.
                                 Только к  вечеру  комиссия, заслушав  учёных  и  врачей, приняла
                             неподъёмное решение:"Из Припяти и ближайших сёл надо срочно выселять
                             живность и людей.
                                 Народ трудно сдвинуть с места. Очень трудно!  Схитрить что-ли?..
                             с пользой для народа. Объявим народу:
                                 - Выселяем на три дня!
                                 А потом скажем:
                                 - Извините,  радиация!  Выселяем  надолго,  а  может  и навсегда!
                                 Кстати, чем  меньше  народ  страшилок  знает, тем лучше выживает.
                             Радиация для людей не пряники, проведём  эвакуацию  спокойно, быстро
                             и без паники.
                                 В Припяти уровень радиации  от  одного  до десяти рентген. Ходил,
                             бродил по городу - переоблучился  от радиации, виновен сам - лучевую
                             получил  за  день. Среди  любопытных  были  и  такие - бегали на АЭС
                             вслепую, без повязок и хим защиты - получили тоже лучевую.
                                 Пока всем жителям Припяти  сидеть до эвакуации в своих квартирах
                             и в своих домах. Кто хочет уехать лично, вещи собирайте и из грязной
                             зоны выезжайте срочно.
                                 Трудно властям было  принять  грандиозное решение на грандиозное
                             выселение.
                                                50. КОНЦЕПЦИЯ МИНЗДРАВА СССР.
                             
                                 "Любой   уровень   радиации   нарушает   иммунитет,  несёт  риск
                             заболеваний" - так в Минздраве сказано,  но какой нижний уровень для
                             здоровья опасный, не доказано наукой.  Власти и учёные мира не могут
                             до сих пор решить: "При каком  нижнем  уровне  радиации  человек без 
                             риска для здоровья спокойно может жить?"
                                 "Облучение   населения  0,5  бэр" - годовая  доза  по  Концепции,
                             принятой  Минздравом  СССР.  "В  Чернобыле, доза  35 бэр  за  75 лет"
                             основной руководящий документ.
                                 Австрийскую принять бы концепцию?  Пришлось бы выселять из новых
                             "чёрных" областей, дополнительно - сотни тысячи людей.
                                 Кстати, для военнослужащих боевая доза облучения:
                                 - одноразовая  -  50 рентген,
                                 - многоразовая - 100 рентген.
                                 Для  ликвидаторов-чернобыльцев - 25  рентген,  допустимая  много-
                             разовая доза облучения.
                                 С предельной дозой  облучения  всем  всё ясно и понятно. А какое
                             время с низким уровнем  радиоактивного заражения находиться человеку
                             безопасно - никому не ясно.

                                                       51. ЭВАКУАЦИЯ.

                                 Раннее утро 27 апреля. Цветут сады белым-бело,в свежем, зелёном
                             убранстве леса, луга, поля. На  малиновом  небе  в отблеске радиации
                             солнце  белое  взошло, людей  лучом  обдало, стало скверно, но тепло.
                                 Всю ночь  с  вечера  до утра, день погожий весь сплошным потоком
                             спешила техника "ТУДА"  в  Припять  на  ЧАЭС. Народ в стране большой,
                             больной  о  Чернобыле, о  радиации ничего  не  знал и с любопытством
                             и с тревогой терпеливо, молча, наблюдал.
                                 В городе атомщиков сорок пять тысяч жителей, эвакуировать надо за
                             день из Припяти всех людей. Снимем шляпы и вспомним тех,кто из города
                             Припяти, 27 апреля  за 2,5 часа  эвакуировали 45 тысяч  человек. Всех
                             разместили  в  комфортабельных местах, в санаториях, в профилакториях,
                             в отелях и в пионерских лагерях.
                                 Между  тем,  крестьяне  в  селе   частной  собственностью  сильно
                             прикипели к саду, к огороду  и  к родной земле. В деревне, в селе всё
                             личное, всё моё... и сад, и дом, и огород.
                                 "Радиацию проклятую нам-то  не  видать, так зачем?.. всему народу
                             из Копачей  да в Буду  от  неё  бежать. Никуда я не поеду!.. традицию
                             своих предков  нарушать  не  буду!" - так, баба  Катя  вся  в  слезах
                             участковому  заявила  бойко и, поцеловав  бурёнушку, зарыдала  горько.
                                 С большим трудом из сёл и деревень зоны отчуждения поспешно людей
                             и живность выселяли  и  в  местах новых расселяли, там, где безопасно.
                             
                                               52. МИЛИЦИОНЕР И ЕГО РЕВОЛЬВЕР.

                                 Вскоре из Чернобыльской зоны эвакуировали всех жителей,в городах
                             и сёлах, как  перед  боевым  сражением, установилась  мёртвая тишина,
                             нарушаемая  иногда редким выстрелом, впечатление...  враг идёт к нам
                             с запада,началась война.Милицию и кадровых военных Правительственная
                             комиссия привлекла к расстрелу брошенных животных.
                                 И село  Копачи  не  исключение... через  сутки  после  эвакуации
                             появился   в   селе,  в   радиации   штатный   милиционер  и  достал
                             свой револьвер. И как  охотник  втихаря  навёл мушку на кота, но кот
                             смышлёный - смылся мигом со двора.
                                 Вдруг  патрульный повернулся, как  мишка  в  норке  встрепенулся,
                             словно у злополучного куста увидел снова чёрного кота.
                                 В мёртвой зоне после  эвакуации  можно было встретить в радиации
                             только курицу, собаку и кота - вдруг увидел человека.
                                 У родного очага, где  сов. секретная "Дуга", доит женщина корову,
                             а корова, как манекен, жуёт жвачку и траву. 
                                 - Не понял, баба Катя! - прогремел  через респиратор, как оратор-
                             комментатор  постовой  милиционер. - Ты хочешь пройти адаптацию, что
                             вернулась  в  радиацию?  Полдня   мы  говорили  вам,  радиация  хуже,
                             чем чума! Тебя убеждали дольше всех! Почему ты снова дома?
                                  - Убежала  моя  бурёнушка  домой,  а  я  за ней следом. Вот так!
                             И не по прихоти своей вернулась  я  домой. А ты, какого беса закурил?
                             Курить  в  радиации  вредно! Ты  лучше  выпей парного молочка, как и
                             прополис молоко полезно, убивает радиацию  лучше чеснока, - ответила
                             баба Катя, на постового глядя.
                                 И наливает  парное  молоко  прямо  с  дойного  ведра через марлю
                             бережно и подносит в медной кружке.
                                 - Какое молоко, баба Катя! Не к месту твоя агитация. Ты посмотри
                             на прибор... о боже! Какая  здесь  радиация? Здесь  не  то, что пить
                             молоко опасно, здесь находиться страшно!
                                 - Как  страшно?  Вон  посмотри  на  вояку... солдатик  залез  на
                             железяку и что-то ковыряет не спеша, как будто у него  железная душа.
                             А я что?.. хуже того солдата? - ответила  баба  Катя  и  показала на
                             антенны РЛС "Дуга", на которой увидала солдата.
                                 - Баба Катя, моя родная, дорогая! В такой адской радиации хватит
                             хватать напрасно смертельные рентгены! Пойми меня правильно.
                                 Через  час  солдаты  погрузили  бабу  Катю  в  машину  с коровой
                             ненаглядной и отправили  в  село Буду  от  радиации подальше и на
                             новом поприще удачи пожелали ей большой.

                                                  Радиация опустошила родную хату,
                                                  Омертвила край родной,
                                                  Подарила  недуг смерти
                                                  Ликвидатору-солдату,
                                                  Наслаждаясь мёртвой тишиной.

                                 На следующий день  рано  утром, дабы  не вернулись жители в свои
                             дома  с  высокой радиацией, пришёл  бульдозер ИМР с ковшом и сравнял
                             все дома с землёй.
                             
                                               53. АКАДЕМИК ЛЕГАСОВ ПРЕДЛАГАЕТ.

                                 На заседании  Правительственной   комиссии  за трибуной академик
                             Валерий Легасов - учёный мирового уровня:
                                 "Из множества  поставленных  вопросов, нынче, всех  мучает  один
                             вопрос.  Идёт   ли   наработка  в  реакторе короткоживущих изотопов?
                             Короче говоря, может ли  в  реакторе произойти эффект цепной реакции
                             и произойти ядерный взрыв с выбросом радиации?
                                 Сегодня  рано  утром   на   армейском  бронетранспортёре удалось
                             с  большим  трудом  подойти   вплотную  к  аварийному  блоку станции
                             и провести замеры радиации.
                                 Приборы показали  мощное  нейтронное "свечение" и тысячи рентген
                             гамма излучение. Кстати,учёным мира неведомо такое измерение в таком
                             мощном излучении. Альфа, бета канал не работает в "поле", нейтронное
                             "свечение" забивает мощное гамма излучение.
                                 Я считаю, надо ехать  к  реактору повторно. Дело нужное и важное,
                             знаю, что  опасно. У  развалин  четвёртого  блока  надо  взять пробу
                             нуклидов и тщательно  провести радиохимический анализ короткоживущих
                             изотопов. Надо!.. срочно!.. остановить  разгон реактора, затормозить
                             излучение нейтронов и наработку короткоживущих изотопов".
                                 Уже на следующий  день  на  заседании  комиссии академик Легасов
                             докладывал и как учёный предлагал:
                                "Радиохимический  анализ   проб   воздуха   у   реактора  показал
                             достоверно - в подкритичном режиме  ядерная реакция реактора. На ваш
                             вопрос  о  нейтронном  разгоне  реактора, - Легасов  сделал короткую
                             паузу, повысил  голос. - Нейтронного  разгона  нет! Точный мой ответ.
                             По-простому говоря, сколько тепла пришло в ядерный реактор - столько
                             и ушло.
                                 Для  гашения  ядерной  реакции  надо  сбросить  в  чрево кратера
                             разрушенного реактора  поглотитель нейтронов, не менее 400 тонн бора.
                                 Дабы не прогорело  основание  реактора  и миллионы кюри радиации
                            не отравили  Чёрное море  и  весь  бассейн Днепра, необходимо снизить
                            температуру реактора. Для этого надо сбросить не менее 2-х тысяч тонн
                            свинца внутрь кратера разрушенного реактора.
                                Для уменьшения  испарений  в  атмосферу  аэрозолей,  реактор надо
                            накрыть фильтром - глиною и песком".
                                Кроме того, на заседании Правительственной комиссии обсудили меры
                            безопасности при нахождении  в радиации.
                            
                                            54. ТОЛЬКО  ВЕРТОЛЁТОМ МОЖНО ДОЛЕТЕТЬ.

                                 Ранним, предмайским утром  у кратера разрушенного реактора ворон
                             приземлился  одиноко,  клюнул  что-то,  щёлкнул  клювом,  перед  ним
                             лежала  птица  с  обгоревшим боком. А  там  далеко  внизу... реактор
                             пыхтел, кипел огнём, курился крематорием, сея  по земле обездоленной
                             радиацию и смерть, готовый мир земной с вороном стереть.
                                 Ворон схватил большой, блестящий  кусок графита клювом, взмахнул
                             крылом, улетел  с  испугом. Вскоре,  у  сосны  войны, у  крест сосны,
                             сосны трезубца  смерти, где эСэС фашисты вешали партизан, за оградой
                             у обелиска лежал ворон мёртвый, а вблизи подружка. 
                                 А вокруг шумел сурово пожелтевший лес, от выбросов и следа рыжим
                             лесом стал, умер от нуклида, заржавел, как сталь.
                                 Выбросы из кратера  разрушенного реактора надо срочно остановить,
                             задержать, "арестовать" бродячую по ветру смерть!
                                 Решили  оперативно  быстро,  без  лишних   разговоров.  Засыпать
                             кратер реактора с армейских вертолётов. 
                                 Кстати,  в  Чернобыле  экипажи  боевые были, прошедшие Афган, со
                             шрамами в душе, на теле  и  в афганской пыли. В Афгане моджахед, как
                             спец непонятный славянину, мой вертолёт не сбил, сегодня я увернулся,
                             ушёл в горную долину и забыл свою печаль.
                                 На   базу   возвратился - душевно    торжествую,   в   Чернобыле
                             наоборот - с  сердечной  болью, добавил себе рентген - полысею точно.
                             А может попаду в семейный карантин,мучиться ночами буду и спать один.
                                 Вот такой  Чернобыль  с  радиацией,  с  нуклидом, с  террористом
                             смертником  призрачным  бандитом.  Невидимым,  неслышимым,  как чума
                             заторможенным, для здоровья скрытым, грозным и опасным.
                                 Глотаешь пыль с воздухом пропитанный нуклидом и не знаешь толком
                             насколько радиацией, нуклидом  пропитался, а может лучевую подхватил,
                             переоблучился.
                                 А как потом всё это скажется  на мне, на детях? Что скажут внуки
                             о своих болезнях?
                                 Этот  груз,  эту   ношу  с  тревогой   морально  в  душе  носишь,
                             как тяжесть постоянно.
                                 Кстати, вылет  афганский  считался  боевым,  в  Чернобыле  полёт
                             обычный, но как в Афгане льготный.
                                 Впервые для разведки дрожа душой и телом вертолёт Нестерова МИ-8
                             завис  над кипящим  кратером.  Раскалённое,  огненное  пекло тяжёлую,
                             многотонную махину, как  щепку  бросило  резко вниз, потом в сторону,
                             вертолёт еле - еле не зацепив трубу... пилот удержал машину.
                                 Вертолёт сделал крен... но какая дребедень? Прибор ДэПэ зашкалил
                             со шкалой на 500 рентген.
                                 "На  высоте  200  метров  температура  235  градусов,  а уровень
                             радиации нам не по зубам!" - сообщил экипаж по рации.
                                 При  высоком  звании  и  беглом   обосновании  генерал  прикинул
                             на глазок по затуханию  на  расстоянии, на высоте 200 метров уровень
                             радиации около 3,5 тыс. рентген.
                                 Экипажам вертолётов для простых расчётов по технике безопасности
                             с росписью без  зачётов. Пилот  за  один  полёт,  как  живой манекен,
                             облучается  дозой  облучения  до  десяти   рентген  за  одну  минуту
                             зависания.  А  бортовой  техник  в  обмен  получает  до  20  рентген,
                             сбрасывая мешки вручную  с  открытой  боковой дверью, дыша радиацией
                             и гарью.
                                 Невзирая на явно-заниженный, но опасны расчёт,экипажи вертолётов
                             рвались  в  полёт.  Надо  срочно  закрыть  огненный  реактор! Разнос
                             радиации надо срочно остановить!
                                 Для  повышения  точности  сбросов  экипажи  вертолётов  на  цель
                             наводили корректировщики  полковник  Минка и  его  помощники с крыши
                             здания горкома партии города Припяти.
                                 Весенним,  тихим  утром  вертолёт  Яковлева  с  песком  в  шести
                             брезентовых мешках, завис  над  кипящим  кратером. Реактор, как Змей
                             Горыныч, дохнул  огнём,  обдал  струёй  раскалённых газов и огненным
                             потоком. Быстрей  мешки бы сбросить!.. песок летит "ТУДА", руки дело
                             делают проворно без напряжения и труда.
                                 Был в Афгане  на  войне,  но  над  реактором  зависать  с мешком
                             чувство опасности  вдвойне.  А  вдруг?.. в  махине  откажет какой-то
                             винтик. Я не Александр Матросов - мог стать я им вполне.
                                 По времени, без суеты, задержки  и лишних слов, уровень радиации
                             позволял сбросить за один полёт не более пяти-шести мешков.
                                 После  шести  полётов  техники  вертолётов  чернели  от  лучевой,
                             а задержка  с  выбросом  была  бы  роковой. Экипажи вертолётов после
                             десяти  полётов  тошнило  и  рвало, от  набранных  рентгенов  шатало
                             и трясло.
                                 Невзирая  на  симптомы, экипажи  рвались в полёт. "Ещё! Ещё один
                             последний вылет полчаса займёт!"
                                 Между тем, песок, свинец  и  бор, попадая  в  реактор, испарялся,
                             плавился, бесследно  исчезал, а экипаж, теряя  клетки, гены, получал
                             рентгены  и  незаметно  умирал. В  работ  нашей, как  у артиллериста
                             без стрельца начало есть и есть успехи, но не видать конца.
                                 Откуда взять  для  смертельной  с мешками мелочной работы тысячи
                             опытных пилотов и сотни вертолётов?
                                 Дабы  жизнь  земная  цветами  радости  цвела  и  не  страдала от
                             нуклидов, кому-то  снова  надо  окунуться  в  гущу изотопов, начатое
                             накануне  дело   надо  начинать  сначала.
                                 Рационализаторам-умельцам  удалось  усовершенствовать  подвесные
                             устройства  парашютных систем  к  армейским вертолётам. Экипажи МИ-6,
                             Ми-26  без  механика  спеца, начали  за  один  сброс  сбрасывать  на
                             парашютах до 15 т свинца.
                                 Вертолёты  с грузом  в  куполах  парашютов  свинца, песка и бора
                             летали по большому кругу и огненный  кратер реактора засыпали быстро.
                             За шесть суток  авиаторы  засыпали, закрыли  кратер  песком, свинцом
                             и бором и выбросы остановили радиации с нуклидом.
                                 Свинцовому листу был благодарен Ас, который от облучения защитил
                             и от смерти пилота спас.
                                 Впервые в мире без происшествий вертолётчики-афганцы с генералом
                             Антошкиным приняли на себя  радиации удар, дабы человек от рентгенов
                             не нервничал и не страдал.
                             
                                                  55. КАК НАРОДУ ДОЛОЖИТЬ?

                                В стране приближались торжества - долгожданные, любимые праздники.
                             Партийные работники, не сказав  о радиации народу даже слова, решили
                             провести  демонстрации  по  устоявшейся  традиции  тихо, мирно и без
                             паники, а простой народ страны, слухам важности не придавая, красил
                             губы, гладил брюки к встрече Первомая.
                                Между тем, власти, тихо и организованно без давления и принуждения
                             эвакуировали всех жителей из зоны отчуждения.
                                Жалко и обидно, но во многих районах России, Украины и Белоруссии,
                             особенно в городе Коростень  на  Украине, уровень радиации в десятки,
                             сотни раз превышал  допустимый уровень. Надо  хотя  бы  временно, до
                             спада уровней радиации, выселить весь народ из опасных городов и сёл.
                             О скоплении нуклидов  не  знал  на  местах простой народ, а Горбачёв
                             промолчал, боясь гнева и хлопот.              
                                 А Запад стоял в недоумении на ушах, радиация повышалась,особенно
                             в Швеции и Норвегии, как тесто на дрожжах. На весь мир шумели газеты,
                             трещала рация. Почему повышен фон? Откуда радиация?
                                 Только 15 мая  генсек  Горбачёв  для  огласки и приличий сообщил
                             всему миру: "На ЧАЭС произошла авария. Идёт  ликвидация последствий".
                             
                                                56. СВОБОДА СЛОВА С ДЕМОКРАТИЕЙ 
                                                       УТОНУЛА В РАДИАЦИИ. 
   
                                 Все дебаты  перестройки  о  трезвой  жизни  без  иголки, без еды
                             дали горькие  плоды. Радиация  и  демократия, самолёты  и  теплоходы
                             смешались в  кучи  аварии, вопросы, люди  и  сотни, тысячи  с испуга
                             просили бога: "Помоги!".
                                Демократия со свободой слова выпустила ядерного Джима из горящего
                             кувшина и объявила народам мира: "В СССР началась с радиацией война".
                                Чернобыль лучевой болезнью заразил систему, искусал её, как зверь,
                             и в коммунизм немецкий закрыл человеку дверь.
                             
                                                      57. ДЕЗАКТИВАЦИЯ. 
   
                                 Радиоактивные вещества  нельзя  нейтрализовать, их  надо смывать,
                             сметать, сгребать, как грязь  и в могильниках хоронить навеки, чтобы
                             сохранить в природе жизнь.
                                 Такой процесс борьбы человека  с нуклидами, с радиацией называют
                             дезактивацией.
                                 Действие  чернобыльской  радиации  на  живой  организм  вправе и
                             сопоставимо  по  действию  радиации  при  ядерном взрыве. Находясь в
                             радиоактивной  зоне  при  работе  с  нуклидами  по  ликвидации радио-
                             активности, грешно рисковать людьми.
                                 Первым делом, входя  в  радиацию, надо  знать  уровень  радиации,
                             допустимые нормы облучения и безопасное время нахождения. 
                                 Для ликвидаторов Чернобыля предельные нормы облучения:
                                 - при многократном облучении - 25 рентген;
                                 - при однократном - не более -  2 рентген в день.
                             Только надёжная  хим  защита, личная  техника  безопасности и чёткий
                             с рентгенами учёт жизнь ликвидатора спасёт.
                                 Раньше простые люди  с  радиацией никогда так не общались близко
                             и  радиацию, как  колдунью,  все  боялись  жутко. Смерть пожарных от
                             лучевой  в  стране  большой,  больной  с  Горбачёвской  перестройкой
                             напугала всех людей.
                             
                                                   58. ВСЁ ДЛЯ ЧЕРНОБЫЛЯ! 
                                                  ВСЁ ДЛЯ БОРЬБЫ С РАДИАЦИЕЙ! 

                                 Сразу после праздников  на  АЭС в Чернобыль, как на фронт ринули
                             ликвидаторы, кругом,  только  о  Чернобыле  слышны  разговоры. Планы
                             пятилеток партии и  народа, все дела служебные отошли на задний план,
                             нервная атмосфера не только в пределах зоны, в масштабах всей страны.
                                 Призывники-партизаны  заполонили  военкоматы. В  траур окунулась
                             вся страна, впечатление, началась  атомная война.
                                 Чернобыль!  Радиация!  Локальная  беда! А если  бы ядерная война?
                             Земля не выдержала, стала бы мёртвой, отчуждённой навсегда.
                             
                                                  59. БЕЗ ЖЕРТВ НЕ ОБОЙТИСЬ. 

                                Районный центр Иванков. В актовом зале райкома партии за трибуной
                             председатель Правительственной комиссии товарищ Силаев:
                                "В  момент  Чернобыльской   аварии   тысячи   смертельных  кусков
                             облучённого графита  и  ядерного  топлива  в  радиусе  двести метров
                             разлетелись  от  эпицентра  взрыва. Весь  персонал станции в блокаде
                             изотопов,  как   блокадный   Ленинград,  вынужден,  обязан  работать,
                             в смертельной  радиации. Вертолётчики  генерала  Антошкина закончили
                             герметизацию  блока, аварийный  реактор  накрыли  фильтром  из глины
                             и песка.
                             Нынче, у нас появилась  возможность  начать  дезактивацию четвёртого
                             разрушенного блока, несмотря на смертельную,труднодоступную радиацию.
                             Сбор ядерного  топлива  и  графита  вокруг аварийного блока выполним 
                             вручную, учёные не придумали  технику, способную заменить в радиации
                             человека.
                                 Поэтому я вынужден, обязан  людей послать в радиацию, может даже
                             на верную смерть. Для откачки  радиоактивной воды из ниш в аварийных
                             отсеках нам надо положить четыре  жизни, проделать проходы в завалах
                             двадцать две, а открыть заслонки слива масла только две".
                                 Силаев говорил  о  жертвах  твёрдо  и красиво, но в мирное время
                             работы с гибелью людей звучало зловеще и тоскливо.
                                 "Кстати, сегодня утром в  город Вышгород прибыли эшелоном первые
                             радиоуправляемые немецкие бульдозеры и японские манипуляторы.Надеюсь,
                             роботы-манипуляторы спасут  много  жизней, жизнь человека для страны,
                             для всех нас важней".
                             
                                                  60. ПОД ГРИФОМ "СЕКРЕТНО".

                                 В штабном, шумном коридоре в споре, разговоре появился необычный
                             офицер в густом, ядерном загаре.
                                "Интересно,где ты был? - задал каверзный вопрос дозиметрист-химик.
                             И сколько бэр ты получил?"
                                Капитан достал  из  мятой  пачки  пару папирос, папиросой угостил
                             соседа, чиркнул спичкой о сапог, прикурили  вдвоём от спички. Пустив
                             кольцо из дыма, одно... второе...  тонкую струю через загоревший нос,
                             офицер в ответ промолчал, как партизан, пришедший к Абверу на допрос.
                                 Громко щёлкнул тумблер - дозиметрист  включил прибор. Подошедший
                             Марьин - член Правительственной комиссии, у капитана молча, прикурил,
                             посмотрел на капитана, потом  на  рентгенометр, с интересом у химика
                             спросил: "И сколько капитан за день получил рентген?"
                                 "Много! Очень много!" - ответил дозиметрист Приходько,даже члену
                             Правительственной комиссии не сказал он... сколько. 
                                 Дозиметрист  уклонился  от  точного ответа, как и офицер - зачем
                             прибыл?.. и с какого места?  Само  собой, так  получилось - все трое
                             прошли проверку и все довольны - получили чистую пятёрку.
                                 В газетах, в журналах, по радио,по телевидению кричали о свободе
                             слова, но  свобода  слова  о  рентгенах  молчала  в  городах и сёлах.
                                 Все  донесения  "срочно"  радиационной   разведки  дозиметристов-
                             химиков шли с грифом ДСП, "секретно".
                             
                                                  61. РИСК БЛАГОРОДНОЕ ДЕЛО. 
   
                                 В огне и холоде тревог  один профессор-педагог высказал тревожно
                             версию, убедив  своих  коллег.  А вдруг  огненное  ядро разрушенного
                             реактора  и  тысячи  тонн  песка, свинца  и  бора  прожжёт, продавит
                             основание  реактора  и  миллионы  кюри  нуклидной  "грязи" проникнут
                             в почву и грунтовыми водами отравят весь бассейн Днепра.
                                 Заслушав  противоречивые  мнения  учёных   и  специалистов,  гос
                             комиссия решила: прорыть  в земле тоннель  для гарантия и успокоения
                             и под основание реактора залить  бетонную плиту с трубами охлаждения
                             и пустить по трубам воду.
                                 Прорыть  в  земле  тоннель  для  горного  шахтёра  дело  обычное
                             и простое, но в тысячах рентген  возле аварийного  реактора - работа
                             пахнет смертью и загробной жизнью.
                                 В полосе проходки штрека  надо  снизить  уровни радиации, убрать
                             надо с земли , с асфальта  ядерные  сборки  и  куски  графита. Пусть
                             лучше  пострадают  двадцать  два  солдата  из  Киевского дисбата, но
                             сохраним жизнь шахтёрам из Подмосковья и Донбасса.

                                                 62. ВМЕСТО РОБОТОВ ПОШЛИ...
 
                                 На омертвевшем  небе  в  отблеске  радиации  солнце белое взошло,
                             обдало людей лучом, стало  скверно, но тепло. У развалин блока пахло
                             озоном и полынью, железом ржавым и горячей пылью.
                                 Вместо роботов пошли двадцать два солдата, а во главе капитан
                             Малий - нам давно знакомый из КВО дисбата.
                                 До десяти тысяч рентген  излучают ядерные сборки и до двух тысяч
                             рентген графитные  обломки.  Кто  людей  послал "ТУДА" говорил: "ТАМ
                             радиация - вы первые разведчики", но  им никто не говорил, вы ребята
                             смертники.
                                 Для начала, для почина, без колебаний  и  парадных слов, капитан
                             Малий схватил  большой  кусок  графита, быстро  бросил  в кузов. Две
                             тысячи рентген обдало, никаких ощущений, всё как обычной жизни, беда
                             выльется потом в лучевой болезни.
                                 Люди собирали  сборки  и  графит  руками, все  солдаты, как один,
                             радиацию бросали в контейнера и в кузова машин. Лица солдат,капитана 
                             от омертвевших клеток поседели, почернели, как плоды каштана.
                                 Кто их видел - удивлялся, спорил, соглашался:
                                 - Кажется, отыгрались чиновники на офицерах и солдатах.
                             Выживут  ли  бедняжки?  Больше  всего, что умрут в горести,
                             болезнях, муках.
                                 Где лечились  штрафники, умирали - людям  не  понятно, шли слухи
                             в КВО... Горбачёв за героизм и доблесть помиловал их лично.
                             
                                               63. ШАХТЁРЫ, РЕАКТОР И ТОННЕЛЬ.

                                 Лес и лес  АЭС,  рентгены,  тишина  кругом. Жизнь  горит  вокруг
                             ЧАЭС дни и ночи невидимым огнём.
                                 14 мая  в  полосе проходки  для  выполнения спецзаказа появились
                             первые  23  шахтёра  из  383  шахтёров, прибывших  из  Подмосковья и
                             и Донбасса. Глотая пыль, озон  и  с  нуклидами  уран, шахтёры вырыли
                             за первый день шестиметровый котлован. 
                                 В прокладке  тоннеля  чётко  двигалась  работа, а  из механизмов
                             у шахтёра  вагонетка,  лом,   лопата.  Быстро,  как  кроты,  шахтёры
                             проложили в земле 136 метровый  тоннель под  основание реактора, над
                             которым в аварийном котле кипел металл.
                                 В голове шахтёра вертелось, в душе  скребло, не верилось? Сверху,
                             прямо  над   головой  в  чреве   аварийного   реактора  тысячи  тонн
                             расплавленной  магмы - свинца, песка  и  бора  с  ядерной, неведомой
                             начинкой.
                                 О, какой ужас! Какой  душевный  стресс! Не  выдержали  нервы  на
                             пределе, возмутился молодой шахтёр, лопату  воткнул  в  землю, начал
                             мандражный спор.
                                 - А вдруг эта расплавленная магма ринет  к нам в тоннель, сметёт
                             всё живое вместе снами, как огненная сель?
                                 Как в дождливый, грязный  день  блеснул  из-за  тучи солнца свет,
                             так из мрачного, длинного тоннеля послышался упрёк-ответ.
                                 - Если бы месиво ринуло - давно бы уже ринуло!  
                                 - Лучше бы промолчал!.. шахтёр!.. и сопли бы свои утёр!
                                 - Шахтёра смертью не пугай!.. бери лопату и копай!
                                 Вдруг  звучный,  певучий  голос   нарушил  наступившее  молчание,
                             остановил  противостояние,  поднял  всем  настроение.  Все  невольно
                             повернулись,  как  на  выстрел  пистолета,  прислушиваясь  в  тишине
                             к словам куплета.

                                                  Сегодня праздник! Юбилей!
                                                  Будь в рентгенах поумней!
                                                  Губы, зубы стисни
                                                  И в радиации не кисни.

                                                  День Победы, юбилей!
                                                  На праздник денег не жалей!
                                                  Покупай товар с перцовкой
                                                  И ночь гуляй с девчонкой.

	                         Вдруг  вздрогнула  земля... все  голоса  вмиг затихли, на голову
                             посыпался песок, упал  большой  кусок  земли. Прислушались... слышно,
                             как колотится  сердце  каждого...  гулко   и надрывно.  Без  команды
                             бросили  работу  все, ушли  поспешно  в  убежище. Вскоре, выяснилось,
                             выгорел в реакторе графит на днище и весь балласт осел.
                                 В мрачной тесноте  с  вагонеткой  в  ржавом  поте шахтёры залили
                             бетонную плиту  под  реакторное основание, но  по  трубам охлаждения
                             не пустили азот и воду.
                                 Напрасно  шахтёры,  рискуя  жизнью,  рыли  136  метровый тоннель,
                             глотая  с  гарью  радиоактивную соль и пыль. Основание реактора было
                             сделано прочно и надёжно.
                                 Вскоре, известный  писатель  Проханов  на  ЧАЭС  приехал оценить,
                             написать... насколько  опасна  Чернобыльская  беда. С интересом, без
                             опаски  и  труда прошёлся  по  тоннелю, плиту рукой потрогал - снизу
                             чуть тёплая плита.
                             
                                                    64. ЯДЕРНЫЙ ЗАГАР.

                                 Аварийный реактор  с радиацией в тысячи смертельных доз стал для
                             землян всерьёз неприступной  крепостью  среди сосен и берёз. Подарил
                             человеку для  экстремального  изучения  зону  отчуждения с рентген -
                             капканом и нуклидной тишиной кругом.
                                 С крыши четвёртого блока  надо  начать  дезактивацию, но кого на
                             смерть послать  в  пекло,  в  радиацию, то  ли  тысячи  добровольцев,
                             а может зэков или штрафбат.
                                 Японский робот-камикадзе  смело  шагнул  "ТУДА"  и сбросил кусок
                             графита  казалось, без   труда.  Недолго  буксовал,  трудился  робот
                             "железяка", не  выдержал  рентген  в  сгустке радиации,  с  грохотом
                             свалился с крыши блока станции, как смертник забияка.
                                 Страна, люди в стране, как и  в сорок первом, жили мирной жизнью
                             и не готовились  к  войне  с  радиацией  и с нуклидом. И не только в
                             Союзе... на большой  планете  всей  не  было  спецтехники  с защитой
                             от радиации людей.
                                 В срочном порядке  на  заводах для дезактивации  начали серийную
                             технику приспосабливать  для  безопасной  работы  в местах с высоким
                             уровнем радиации.
                                 Жизнь время торопит, радиация  не  дремлет  и не спит. На исходе
                             двадцатый век, но  только  человек, взяв в руки лом, кирку, совковую
                             лопату, сможет начать работы  по  дезактивации, а доверить это легко
                             и просто воину солдату, бросив его в море радиации.
                                 После  закрытия  кратера  аварийного  реактора   свинцом,  бором
                             и песком,  начальник  хим войск  генерал  Владимир  Пикалов  отобрал
                             сотню курсантов,  отобрал только добровольцев для дезактивации крыши
                             четвёртого блока станции и инструктаж всем по-отцовски прочитал, как
                             перед смертным боем:
                                 - Пятьдесят секунд времени  уровень  радиации  выделяет на вахту
                             каждому  на  крыше  блока  станции. По  сигналу каждый из вас должен 
                             с укрытия на крышу   быстро   забежать,  схватить   совковую  лопату,
                             сбросить кусок графита  или  топливную сборку и убежать мигом в нишу.
                             Вопросы есть! Вопросов нет! У матросов нет вопросов.
                                 - Как  это  нет  вопросов?   Курсант  Цыбизов.  Каждого  из  нас
                             интересует вопрос жизни, а может даже смерти.Сколько рентген получит
                             каждый курсант  за одну такую вахту, используя хим защиту и совковую
                             лопату?
                                 - Каждый получит облучения альфа, бета и гаммы столько - сколько
                             нужно, но  не  выше  допустимой нормы при условии соблюдения времени
                             пребывания.
                                 Посмотрев внимательно  на  курсантов,  дважды  повторил  Пикалов
                             заповедь академика Легасова:
                                 - Будьте осторожны! Держитесь ближе к жизни!
                                 Курсанты  спокойно,  не  спеша,  одели  доп. хим. защиту, сидели
                             молча в нише, перед выходом  на крышу. Каждый курсант считал доверие
                             за честь  достойно  выполнить работу  и  с  грамотой  от МО, которую
                             вручит генерал, героем уехать в часть.
                                 Радиоактивные обломки  на  крыше  после  пожара  застыли в смоле,
                             в гудроне  и  вахта  для  курсантов  возросла  вдвойне.  Невзирая на
                             смертельную опасность, каждому курсанту так хотелось, хотя бы на миг
                             заглянуть в реактор, пройтись по следам пожарных.
                                 В  походной  бане  ДДА, проходя  санитарную  обработку  курсанты
                             с явным  интересом  удивлялись,  даже  любовались необычным, ядерным
                             загаром.
                                 Сколько в бане было разговоров, сколько осмелевших слов? У одних
                             ликвидаторов  загорела  грудь, спина  и  бок, а  других, как и у них
                             всё тело в круговом загаре, наверняка, посетили  тоже аварийный блок.
                             На фоне загоревшего тела через одежду и сапоги,у каждого ликвидатора
                             сильнее всего в загаре, почему-то ноги?
                                 Загадочный ядерный загар буквально  всех заинтересовал, особенно
                             курсанта Ткачёва, и  на  его  вопрос  о  загаре был ответ лейтенанта
                             Рогачёва:
                                 - По земле ходят все, ходят  по  черно былью, покрытой необычной,
                             радиоактивной пылью.
                                 А для переоблучённых  курсантов  рентгены хотя бы что, все шутят
                             и смеются над необычным загаром Цыбизова:
                                 - Эх, Вован! Вован!.. ты  наш  орёл!  Посмотри  на  свой  кафтан,
                             какой загар ты приобрёл?
                                 Курсант   Цыбизов   не   выдержал   словесности   удар, вмешался
                             в разговор:
                                 - А,  между   прочем,  я   хорошо   сверху  рассмотрел   реактор.
                             Наши наставники не лгут, я убедился лично, реактору - капут!
                                 Однокашники   недоумевали,   но   спорить   с   ним   не   стали.
                             Вскоре   у  курсанта  Цыбизова  при  санобработке в душевой начались
                             признаки лучевой - головокружение, слабость. Цыбизова начало тошнить.
                             Курсант пожаловался командиру взвод  на плохое самочувствие. Рогачёв
                             тут же замерил дозу облучения:
                                 - Какой кошмар! 250 бэр облучения впитало твоё тело и твой загар.
                             Нарушил меры безопасности - теперь хвастайся и шути.
                                 Не  успел  лейтенант  последнее   слово   сказать,  как  Цыбизов
                             от тошноты-рвоты убежал голышом в кусты.
                                 После  необычной  вахты  загоревшие  курсанты  усердно  парились
                             и мылись, но от рентген заразы  и  нуклидной грязи так и не отмылись.
                             Курсанты  вернулись в войска в рентгенах  и  нуклидах, но с грамотой
                             от генерала, побывав   в   отпусках. Только  Цыбизов, как нарушитель
                             техники безопасности  по  своей  любознательности, попал  в  военный
                             госпиталь. 
                                 Вскоре,  тысячи   "биороботов"   солдат-срочников,   "партизан"-
                             ликвидаторов, впитывая  неподъёмные  дозы  облучения,  прошли  через
                             крыши, очищая уголки  и  ниши. Даже два советских лунохода с "Федей"
                             и Фёдором помогали очищать крышу от бешеных обломков.
                                 Чернобыльская авария началась физической гибелью людей и гибелью
                             людей  закончилась.  Второго  октября  86  года   потерпел  крушение
                             вертолёт МИ-8 при дезактивации крыши  блока станции. Солнце ослепило 
                             экипаж, вертолёт  лопастями  задел  трос   высотного  крана, который
                             возводил "Саркофаг" и на землю рухнул у аварийного блока.

                                                     Погиб весь экипаж:

                                                 командир -
                                                          Владимир  Воробьев;
                                                 члены экипажа:
                                                          Александр Юнгкинд,
                                                          Леонид    Христич,
                                                          Николай   Гонжук.

                                 Вечная слава  и  вечная  память  авиаторам-ликвидаторам погибшим
                             по чужой халатности у развалин четвёртого блока, про которых почему-
                             то замалчивают власти.
                                 Кстати, накануне  вылета  перед  экипажами  вертолётов появились
                             корреспонденты  и  попросили  сфотографироваться  любой  экипаж  для
                             газеты.
                                 Экипажи отказали корреспондентам...

                                                       Дурная примета
                                                       фотографироваться
                                                       перед вылетом.

                                 Экипаж Владимира Воробьёва  согласился  на  памятное  фото перед
                             своим вертолётом.
                             
                                              65. БИТВА В РАДИАЦИИ С РАДИАЦИЕЙ.

                                 В мёртвой зоне, где  мухи  мёртвые  лежали  и  не  летали комары,
                             там, где  смертельные  рентгены,  появились ИМРы - инженерные машины
                             разграждения  с  усиленной  защитой  от  радиации,  с  коэффициентом
                             ослабления  от  десяти  до  тысячи - в зависимости  от   модификации.
                                 Созданная  на  базе   танка  Т-72, ИМРы  оказались  единственной
                             в мире машиной  способной  работать  рядом  с  разрушенным реактором.
                             Машина имеет мощнейшее бульдозерное оборудование, стрелу-манипулятор
                             с захватом, ковш для земляных  работ и оборудование с ножевым минным
                             тралом.
                                Работать машина ИМР может,как бульдозер, как грейдер или скрепер,
                             как подъёмный кран и как экскаватор.
                                Девятого мая в день Победы два первых ИМРа бросили к разрушенному
                             блоку разгребать завалы. Имея  явные  преимущества  перед западной и
                             советской техникой  с дистанционным управлением, ИМРы мгновенно, без
                             особого  риска  и  опасения   ринули  в  гущу   радиации  для  работ
                             по дезактивации.
                                Как и предполагалось, воткнувшись в радиацию в тысячи смертельных
                             доз, на ИМРах мгновенно  сработала противоатомная защита - двигателя
                             заглохли, нагнетатели воздуха  отключились, жалюзи закрылись, машины
                             стали автоматически на тормоз.
                                 Противоатомная защита ИМРов сработала точно так,как будто машины
                             попали  под  взрыв  ядерных  фугасов.  Командир-оператор  и  механик-
                             водитель  знали  такие  особенности  ИМРов,  но  необычная  ситуация
                             поставила экипаж в тупик.
                                 При ядерном  взрыве  после  светового  импульса,  ударной  волны,
                             импульса радиации  запускается  нагнетатель,  запускается  двигатель,
                             возникает возможность  для  нормальной  эксплуатации. А у аварийного
                             четвёртого  блока   сверхвысокая   радиация   заблокировала  систему
                             противоатомной  защиты  ИМРов кажется, навсегда, и  нельзя  включить
                             ни двигатель, ни нагнетатель, нельзя тронуться с места.
                                 Механики-водители в ситуации быстро разобрались, отключили режим
                             автоблокировки  систем, вернули  тяги  оборудования   противоатомной
                             защиты  в  первоначальное   состояние - вмиг  запустились  двигателя,
                             запустились нагнетатели, ИМРы двинулись  вглубь радиации без проблем.
                                 Первым  делом  ИМРам   удалось  расчистить  проходы  и  подступы
                             к реактору, выполнить  замеры  уровней  радиации вокруг разрушенного
                             блока  станции. Только  ИМРам  удалось  полностью  собрать и удалить
                             разбросанные  в  мёртвой  зоне  обломки топливных стержней с ядерной
                             начинкой. Только ИМРам  удалось  захоронить  останки стен, графитных
                             блоков и сосновый, рыжий лес возле станции Янов.
                                 Они же... ИМРы... начали   возводить   в   мёртвой  зоне  вокруг
                             реактора саркофаг-укрытие,  доставлять   и   устанавливать  крановое
                             оборудование.
                                 Почти все ИМРы, стоявшие  в 86  году  в  боевом строю, оказались
                             в Чернобыле  и  навсегда,  остались  "ТАМ"  на  радионуклидном  поле.
                             За время работы машины набрали  так  много  радиации, что броня сама
                             по себе стала  опасно-радиоактивной  и  ИМРы, добравшись  до  поляны,
                             застыли в самоизоляции.
                                 Только тот, кто  прошёл  через  жернова  чернобыльской  радиации,
                             сможет   оценить   достоинство   ИМРов,    их   незаменимую   помощь,
                             их благородство
                             
                                                  Вечная память ИМРам,
                                                  Спасшим от радиации,
                                                  От болезней и смертей
                                                  Сотни, тысячи людей.

                                                  Вечная слава бойцам!..
                                                  Чернобыльцам!..
                                                  Ликвидаторам!.. ИМРам!

                                                 66. В БЛОКАДЕ ИЗОТОПОВ.
                            
                                 Дабы  радиоактивные  вещества  не  попали   в   водоёмы,  жёлтые
                             бульдозера  обваловали  берега.  Самолёты  дни  и  ночи  на  подходе
                             разгоняли тучи, вертолёты  Припяти-Полесья поливали землю полимерной
                             смесью. Ликвидаторы-дезактиваторы  с  рогульками  в  руках застывшие
                            "нуклид-блины" с радиоактивной смесью скатывали в рулоны и как сапёры
                             на минном поле рисковали жизнью.
                                 Бульдозеры  и  скреперы верхний слой земли  с  радиацией срезали,
                             погрузчики грузили в самосвалы. Тысячи  людей радиацию мели, скребли,
                             с домов смывали и на захоронения навечно  в  бетон с песком и глиной
                             отправляли, как чуму с холерой.
                                 "Бронированные такси" БТР-70  в  зоне  отчуждения гоняли на всех
                             парах, дабы ликвидатор дышал  меньше  в  нуклидных газах. Вахтовикам
                             индивидуальный  дозиметр   выдавали  один  на  всю  рабочую  бригаду
                             и в облучении свою дозу знал примерно каждый ликвидатор.
	                         Ликвидаторы  работали  в  зоне   до  получения  допустимой  дозы
                             облучения - 25 рентген,  но  не более 2,5 рентген в день, что похоже
                             по отработке на колхозный трудодень.
                                 От внешнего облучения человек может убежать, но от радионуклидов
                             попавших  в  организм  внутрь,  человек  всю  жизнь  будет  мучиться,
                             страдать. Ни  днём, ни  ночью  нуклиды  не  спят, не отдыхают, живые 
                             клетки-гены с упорством омертвляют.
                                 О действии радиации  знал  плохо  народ  земной и период болезни
                             скрытый не замечал порой.Но вскоре, ликвидаторы от болезней странных
                             умирали, а врачи, как  по  приказу  сверху,  болезнь  наследственной
                             считали.
                             
                                                 67. САРКОФАГ... УКРЫТИЕ.

                                 После  закрытия   кратера   разрушенного   реактора  специалисты
                             выяснили - в шахту  попала малая  доля песка, свинца и бора. Большая
                             часть материалов сброшенных  с  вертолётов  образовала в центральном
                             зале холм высотой пятнадцать метров.
                                 Основная причина - неблагоприятная геометрия разрушения активной
                             зоны. Верхняя плита "Елена"  герметизации  реактора весом более 2000
                             тонн  лежала  под  углом  пятнадцать  градусов,  повёрнутая  взрывом,
                             и мешала проникновению в активную зону реактора песка, свинца и бора.
                                 Поэтому строительство укрытия над разрушенным  блоком было явной
                             необходимостью,которая убедила даже заядлых скептиков в правильности
                             решения.
                                 Пока длились дезактивация четвёртого блока станции, конструкторы
                             спроектировали и разработали грандиозное сооружение, которое назвали
                             "Укрытие".  Территорию  у  места  строительства  для  снижения  фона
                             накрыли двухметровым слоем песка, щебня и бетона.
                                 Уже к ноябрю месяцу 86 года  в  зоне высочайшей радиации, за 206
                             суток, в спешке, в  рекордно-сжатые  сроки,  ценой  здоровья и жизни
                             90 тысяч работников страны, над аварийным реактором было воздвигнуто
                             гигантское   сооружение,   которое   инженеры    назвали   "Укрытие",
                             а в прессе величают "Саркофагом".
                                 Монтажными работами руководил инженер-строитель Владимир Рудаков,
                             который  в  скором времени,  как  и  другие  ликвидаторы,  скончался
                             от последствий смертельных излучений.
                                 По мере спада  радиоактивности  в  подреакторных  залах побывали
                            "биороботы" - добровольцы-специалисты. Добровольцы прояснили истинное
                             состояние разрушенного реактора, обследовали доступные подреакторные
                             помещения.
                                 По истечении времени оказалось, что в шахте реактора сохранилась
                             малая  часть  фрагментов   активной   зоны.  Во  время  взрыва часть
                             топлива попало в атмосферу, остальная - расплавилась в активной зоне
                             реактора, превратилась в лаву.
                                 Огненная,  радиоактивная  лава,   расплавив  основание  реактора
                             и вырвавшись из  активной  зоны,  ползла  по  энергоблоку,  впитывая
                             расплавленный бетон, металл, излучая  смертельные рентгены. Огненным
                             месивом стекала вниз  в  подреакторные  помещения, образуя "сосульки"
                             и многотонные "языки" из застывшей лавы.
                                 Только в 90-е  годы  инспекторам  удалось  детально  обследовать
                             аварийный блок  и  обнаружить  11-ти тонный, трёхметровый  необычно-
                             большой оползень, который назвали "Слоновьей Ногой".
                                 "Слоновья Нога"  радиацией  "светилась"  более  10 тысяч рентген
                             в час, убивая на дистанции 1 метра за 120 секунд человека.
                                 Кстати,  первые  смельчаки,  посетившие  подреакторные помещения
                             с бешеной  радиацией  в т. ч. и  первый  фотограф  "Слоновьей  Ноги"
                             Ободзинский,  вскоре  уйдут  из  жизни,  оставив  нам  фото, догадки 
                             и размышления.
                                 В течении многих лет "Слоновью  Ногу" охлаждали, но и сейчас она
                             ещё тёплая, распад радиации в ней  продолжается и будет продолжаться
                             тысячи лет.
                                 Зам. директора объекта "Укрытие" инженер Артур Корнеев со своими
                             коллегами  следит  за состоянием  радиоактивного фона, проводит фото-
                             съёмки,  изучает  состояние  магмы.  Проводит  экскурсии  с  шутками,
                             прибаутками:
                                 - Советская радиация - лучшая радиация в мире!
                                 - Атом должен быть  работником, а не солдатом!
                                 Ныне в подреакторных залах  огромные тёмные, пустые пространства,
                             бетонные развалы в копоти,бешеные излучения и чувство неопределённой,
                             убийственной  неизвестности.  Реакторный  зал  4-го блока смертельно
                             опасен по-прежнему, даже  сейчас - при  норме 5 рентген  в  год, фон
                             радиации зашкаливает за сотни рентген в час.

                                                   "Саркофаг" пирамидой 
                                                   Хеопса на мир глядит
                                                   И произвол   людей
                                                   Не может остановить.

                                                   А через тысячи лет
                                                   У кого спросить,
                                                   Что в этом громадном кубе
                                                   На дне лежит?

                                               68. ПОСТРОИМ ГОРОД НА ДНЕПРЕ -
                                                   ГОРОД ДРУЖБЫ НА ЗЕМЛЕ!

                                 Июльская жара, потянуло из-за леса тучей, прошёл дождик грозовой,
                             стало влажно и тепло. Закончив  сверку  приписной  техники и личного
                             состава  в  Черниговском РВК, я  со старшим прапорщиком Кравченко на
                             автомобиле  Зил-131  по  шоссе  разбитое  за  многие  годы, не спеша
                             возвращались в Гончаровское.
                                 После Михайло-Коцюбинска   на  обочине  дороги  стали появляться
                             указки с табличками - "Грузия", "Азербайджан" и "Армения", "Эстония",
                             "Литва"  и  "Латвия",  "Украина "  и  "Россия".  Мы знали, в декабре
                             86 года для энергетиков ЧАЭС  в  40 км  от  города Припяти и в 10 км
                             от Днепра,  началось  строительство  силами  8-ми  республик  нового
                             города,который хотели назвать Солнечный, Славутич, или же Солнцеград.
                                 Название Славутич  выбрали  в  честь  старославянского  названия
                             Днепра, наверняка  автодорогу  решили  сделать  строители Чернигов -
                             Славутич по прямой тоже интернациональной.
                                 Перед  поворотом  на  Пакуль - Гончаровское  мы  остановились  и
                             решили  в  новорождающий  город  заехать   и   нашумевшее, необычное
                             строительство осмотреть, тем более, что Славутич рядом.
                                 Вскоре, за строящимся железнодорожным вокзалом и сотнями вагонов
                             со  стройматериалами  показался  в  новостройках  город,  окружённый
                             живописным, сосновым  лесом.  За  железнодорожным  переездом на фоне
                             строящихся домов  нас  встретил необычный, более чем огромный плакат
                             "Славутич - город дружбы народов!"
                                 Оставив машину возле  одиноко  стоящей, как  сирота  берёзке, мы
                             пошли осматривать  не  спеша  новостройку  по  протоптанной тропинке.
                             Дома в  строительных  лесах возвышались  островками  между  вековыми
                             соснами, сохраняемые бережно строителями.
                                 Двигаясь от квартала к кварталу,  мы  прошли  через Черниговский,
                             Добрининский,   Московский,   Ленинградский   и  Печерский  кварталы.
                             Повсеместно работала техника,разгружались машины со стройматериалами,
                             туда - сюда   сновали   погрузчики,    рыли    траншеи   экскаваторы,
                             укладывались кабеля и трубы, рокотали бульдозеры.
                                 В этом шуме, хаосе  казалось, разобраться  невозможно, но каждый
                             отдельный строитель  из  сотен  строителей  каждой республики, делая
                             уверенно своё маленькое дело,вносил вклад в общее дело - за два года
                             все вместе должны построить новый город для 25 тысяч жителей.
                                 Необычно выделялся  Московский квартал  с  огромными дворами и с
                             великолепными парками из берёз  и  сосен, сохраняемые бережно внутри
                             дворов московскими  строителями.  На  нас,  как  на  военных, как на
                             незваных  гостей,  мало  кто  обращал   внимание  из  многочисленных
                             строителей.
                                 Добравшись  минут  за  пятьдесят  до  Белгородского квартала, за
                             которым заканчивался город  и  начинался  сплошной лес, мы повернули
                             назад. Послышался шум  вертолёта... еле  не  задевая  верхушек сосен
                             с грохотом пролетел над нами  вертолёт МИ-8 и приземлился на площади,
                             на которой  строились   культурно-торговые   комплексы  белорусскими 
                             строителями.
                                 Возвращались мы не спеша, через Прибалтийские кварталы - Рижский,
                             Вильнюсский, Таллинский и через Закавказские - Тбилисский, Бакинский,
                             Ереванские кварталы.Мы были в эпосе восторга от необычной планировки
                             архитекторами 8 республик города  Славутича. В каждом доме, в каждом
                             квартале города чувствовался  свой  особый стиль архитектуры каждого
                             народа.
                                Строители республик работали непринуждённо, прилежно и определить
                             победителя в новостройке было  невозможно. Необычная нумерация домов
                             по кварталам придумали архитекторы  восьми республик, чтобы оставить
                             о дружбе-стройке память будущим поколениям.

                                                "Киевски       квартал",
                                                "Таллинский    квартал",
                                                "Рижский       квартал",
                                                "Вильнюсский   квартал",
                                                "Белгородский  квартал",
                                                "Печерский     квартал",
                                                "Ленинградский квартал",
                                                "Московский    квартал",
                                                "Добрининский  квартал",
                                                "Тбилисский    квартал",
                                                "Бакинский     квартал",
                                                "Ереванский    квартал",
                                                "Черниговский  квартал".

                                 Республика Белоруссия, наиболее сильно  пострадавшая от радиации,
                             строила только культурные и торговые здания.
                                 Адресация домов по кварталам потянула меня к словам песни,
                             которую пели мы часто, находясь вдали от Родины:

                                               "Мой адрес не дом и не улица,
                                                Мой адрес - Советский Союз!"

                                 Даже сегодня эта песня волнует  каждого  из  нас, песня, которую
                             любит и поёт вся страна.
                                 Пока шли напрямик  от  Прибалтийских  кварталов  до  Тбилисского
                             квартала, вдвоём пропели  тихонько  два  куплета  популярной песенки.

                                                 Колёса диктуют вагонные,
                                                 Где срочно увидеться нам.
                                                 Мои номера телефонные
                                                 Разбросаны по городам.

                                                 Заботится сердце, сердце волнуется,
                                                 Почтовый пакуется груз...
                                                 Мой адрес не дом и не улица,
                                                 Мой адрес - Советский Союз!"
                                                       
                                 "Мой адрес не дом и не КВАРТАЛ,  мой  адрес - Советский Союз!" -
                             пошутил  я  в  конце  куплета, подпевая  соседу,  и  поспешно отошли
                             в сторону вдвоём  за  высокий  кустик,  пропуская  с  поднятой пылью
                             многоосный грузовик.
                                 На полянке в тени Грузинской  новостройки   под величавой сосной
                             собралось начальство, наверняка  шла  планёрка,  Тбилисский  квартал
                             мы обошли стороной. Подходя  к  новостройкам Азербайджана, мы издали
                             увидели  плакат  с  огромными  буквами: "Широко шагает Азербайджан!"
                             Плакат знакомый мне по армейской службе в городе Кировабаде, который
                             украшал все города Азербайджана, в том числе Кировабад.
	                         Плакат "Широко шагает Азербайджан!" - словесный подарок Брежнева
                             братскому народу - гордость азербайджанцев, гордость  Гайдара Алиева.
                             Под  песни   Муслима  Магомаева  и  Бюль Бюль Оглы,  переговариваясь
                             оживлённо, работали строители.
                                 Между  строящимися  домами  среди  сосен на полянке, спрятавшись
                             под  навесом,  дымилась  полевая   кухня,  пахло   шашлыком.  Пройти
                             незамеченными  нам  не  удалось,  подошедший  шеф-повар  по-дружески,
                             по-мусульмански поздоровался, хитро улыбнулся.
                                - Зовут меня Махмуд оглы! Я из Кировабада родом. Военных я уважаю.
                             Прошу к столу! Угощаю даром!.
                                - Спасибо, дорогой! А мои  четыре  года  армейской  службы прошли
                             в Азербайджане, - просиял я улыбкой.
                                 Без повторных  приглашений  сели  мы  за  стол, съели по шашлыку
                             вдвоём, по традиции  шеф  угостил  азербайджанским  чаем. Я  задавал
                             вопросы, а шеф-повар  с  интересом  усердно  отвечал, раздувая огонь
                             махалом.
                                 - Что нового в Кировабаде... за последние четыре года?
                                 - Достроили ли в городе долгострой гостиницу?
                                 - Сошла ли продукция с алюминиевого завода?
                                 Поблагодарив за гостеприимство  и  рассчитавшись щедро, взяв под
                             козырёк, мы удалились лихо.
                                 На Ереванском квартале к нам подбежал строитель.
                                 - Посмотри, мой дорогой! Самый красивый дом в Славутиче я
                             создатель! - сказал нам гордо армянин-строитель.
                                И действительно,  дом  армянских  строителей  отличался от других
                             домов необычной архитектурой с розовой отделкой.
                                 - Дорогой мой, товарищ! Я  с  просьбой  небольшой... Хочу с вами
                             сфотографироваться на фоне  нашего дома,- обратился  строитель к нам.
                             К нам подбежало ещё несколько строителей, сфотографировались все
                             вместе капеллой, как старые, давно знакомые. 
                                 Оставшись наедине, под впечатлением грандиозных  масштабов работ
                             интернациональных строителей  и обсуждением увиденного, мы вернулись
                             к своей машине.
                             
                                             69. ЖИЗНЬ В ТУМАНЕ, КАК В ОБМАНЕ.

                                                  По стране несётся тройка
                                                  Миша, Райка, Перестройка.

                                                          ****

                                 В открытом противостоянии двух мировых систем мировым  политикам
                             в 60-е годы  стало  ясно, победу  одержать  с  применением  ядерного
                             оружия невозможно.
                                 Англо-янки  в  США  приняли  это  к  сведению и в противоборстве
                             с Советским Союзом разработали мерзкую стратегию.Под видом внедрения
                             демократии, открытости  и  свободы  слова  разработали  против  СССР
                             хитрую, подпольную, диверсионную  войну.
                                 Создали секретный  сценарий  крушения  СССР, о котором не ведало
                             даже НАТО и не знал Бундесвер.
                                 Для внедрения сценария  развала  Советского Союза  ЦРУ нужен был 
                             свой человек в Политбюро в Москве. Своим  человеком в Политбюро стал
                             Михаил Горбачёв,  ставший  в  заграничных  поездках  лёгкой  добычей
                             западных политиков.
                                 Выбрав удобный момент для рокировки политических фигур, западные
                             лоббисты  через  иностранные  миссии,  в  частности  через  Громыко,
                             вытянули политика Горбачёва к вершине власти.
                                 С  появлением генсека Горбачёва, его  куратор и амбал подпольную
                             войну по развалу Союза начал.  Первым  делом  Горбачёв в содружестве
                             с западными "демократами-кураторами"  вытеснил  из  ЦК  и  Политбюро
                             опасных политиков и ввёл проамериканистов.
                                 Партийная  и  государственная   власть  в  центре  и  на  местах
                             переполнилась иностранными агентами-реформистами.
                                 По щучьему велению,по западному хотению Горбачёв и его окружение
                             перешли под внешнее управление. А сам генсек,погрузившись в западный
                             мир  по  ЦРУ следам, выложил  многие секреты СССР западным политикам,
                             в т. ч. премьер-министру Тэтчер.
                                 Вскоре  аналитик   Яковлев - поклонник   политики  Запада,  стал
                             незаменимым  марксистом-пропагандистом  перемен  жизни при Горбачёве
                             и его жене и вместе с Лигачёвым курировал вопросы идеологии в стране.
                             Под  видом  "перестройки"  и   обновления  социализма  Яковлев  лгал,
                             лукавил, лицемерил своей стране, своему народу  по  сценарию Америки,
                             опираясь на источники марксизма.
                                 Но  сам  политик  и  лицемер  достоверно   знал,  куда  приведёт
                             "перестройка", безобидная дорожка приведёт к крушению СССР. 
                                Яковлев - член Политбюро, член Центрального комитета, незаменимый
                             идеолог Михаила  Горбачёва, ещё во время  стажировки  в Колумбийском
                             университете ЦРУ завербовало Яковлева. А при  работе послом в Канаде
                             Яковлев, как персона, сидел достойно на чужом коде с прослушкой кода
                             Пентагона. Несокрушимый агент ЦРУ, "архитектор перестройки", Яковлев
                             сценарий  крушения  СССР  впитал  сердцем   и  душой   и  под  видом
                             перестройки втянул генсека Горбачёва в эту авантюру.
                                 Только  всемогущая  демократия  и  безграничная   свобода  слова,
                             перешедшая в разгильдяйство, смогут внести  в  России снова, как и в
                             17-м, разброд и шатания. В СССР первым делом, надо дестабилизировать
                             обстановку между властью  и  народом, внести  противостояние и давку.
                                 Аварии и катастрофы, митинги  и  политразборки такие для россиян
                             подарки от американца  Янки. Яковлев  был  не  только  организатором
                             "перестройки",  через  подставных  лиц  Яковлев   курировал   аварии
                             и катастрофы, которые  произошли  перед  развалом  СССР, в том числе
                             Чернобыльской, которая была  организована  через  своего  сотрудника
                             ЦК КПСС Георгия Копчинского.
                                 В дружеских  встречах  политики Запада М. С. Горбачёву притворно
                             лгали, лукавили, шли  на  обоюдные  уступки, обещая  помочь  генсеку 
                             сделать страну Советов процветающим государством.
                                 Генсек  Михаил  Горбачёв  начал  реализовывать  планы  со  слова
                             "перестройка",  ставшая  горбачёвским  лозунгом  новой  эпохи страны.
                             Народ с восторгом  воспринял  демократию  Запада,  сочинял  частушки
                             с юмором, ожидая от перестройки чуда.

                                                  По стране несётся тройка
                                                  Мишка, Райка, Перестройка.
                                                  Стал бы Мишка демократ,
                                                  Был бы Мишка  не женат.

                                                  Ой, как быстро, ой, как быстро
                                                  Созревает виноград,
                                                  Я любила коммуниста,
                                                  А теперь он демократ.

                                                  Перестройка - мать родная,
                                                  Демократ - отец родной.
                                                  Доживём, дойдём до рая,
                                                  Был бы Мишка холостой.
                                   
                                 В проамериканской компании  по оздоровлению  нации  в  Советском
                             Союзе первым  делом  надо внедрить  сухой  закон, надо  начать войну
                             с алкоголизмом. 

                                                  Горбачёв сухой закон,
                                                  Подарил нам в этот год.
                                                  Нынче гонит самогон
                                                  Православный наш народ.

                                 Окунувшись  в  перестройку,   и,  схватив,  как  школьник двойку,
                             советский  народ,  проявляя  первое  недовольство,  добавил  в  свои
                             частушки много юмора и острот.

                                                  По стране несётся тройка
                                                  Мишка, Райка , Перестройка.
                                                  Мясо - восемь, масло - семь,
                                                  А бензина нет совсем.

                                                  Водку мы теперь не пьём,
                                                  Сахару не кушаем.
                                                  Зубы чистим кирпичом,
                                                  Горбачёва слушаем.

                                                  Перестройка научила
                                                  Самогоночку варить.	
                                                  Из полпуда - восемь литров,
                                                  Вся - до капельки горит.

                                  Вскоре взрыв ядерного реактора  прогремел, как школьный звонок
                             в начале "перестройки", вызывая  в  народе ропот, шатания и разброд.
                             Прогремел,как гром среди ясного неба, при необъяснимых случайностях,
                             при странных обстоятельствах, давший россиянам впрок неведомый урок.
                                 Не успели люди  отрезветь  от  чернобыльского  "разгильдяйства",
                             как страна окунулась в бездну моря черноморского "коварства".
                                 В Цемесской  бухте  возле  порта Новороссийска  в  четырёх км от
                             Кубанских  берегов  31  августа   86  года  затонул   пяти  палубный,
                             пассажирский  пароход  Крымско-Кавказской  линии  "Адмирал  Нахимов". 
                             Из 1243 человек находящихся  на  борту  судна,  погибло 423 человека,
                             из них 23 ребёнка.
                                 Для роста новых противостояний в сценарий  янки-либералов бурбон
                             в городе Арзамас новый заложил фугас.
                                 Взрыв поезда со взрывчаткой 4 июня 88 года в Арзамасе унёс жизни
                             91 человек,получили ранения более 700 человек. От погибших множества
                             людей не осталось на земле следов, почти  тысячу домов взрыв сравнял
                             с землёй.
                                 Следственные эксперименты, проведённые  на  полигоне Капустин Яр
                             и доведённые  до  реальной ситуации, привели  к  однозначному выводу,
                             взорвались боеприпасы в Арзамасе после детонации.
                                 Члены следственной  комиссии, в т. ч.  председатель  госкомиссии
                             заявляли,  Арзамасская  авария - заказная авария - заказная трагедия.
                             Но реальные выводы  жуткой, уральской  катастрофы члены гос комиссии,
                             власти строго засекретили и не раскрыли правды. 
                                 Академик  Легасов - учёный  с  мировым   именем,  изучая  аварию
                             Чернобыля по свежим следам, был твёрдо убеждён. Чернобыльская авария
                             заказная трагедия.
                                 Точно  такое  предположение  высказал  председатель  госкомиссии
                             Гайдар Алиев о причинах гибели парохода "Адмирал Нахимов".
                                 Но почему?.. прозападный аналитик  Горбачёв скрыл  и  засекретил
                             истинные причины аварий, пустил все расследования по западному
                             сценарию.
                                 - Хватит осквернять   и винить нам Запад! Это наше головотяпство
                             и наше разгильдяйство.
                                 Трудно нашим политикам без суда и следствия судить мировоззрение
                             генсека  Горбачёва,   вызвавшее  для  страны  Советов  такие  адские
                             последствия. Между  тем, генсек  Горбачёв, принимая  важные  решения,
                             советовался всегда с железной леди  своей женой, главным посредником
                             внешнего управления страной. А резиденты США, используя доверчивость
                             Горбачёва, под видом развития демократии, вкладывая в демократизацию
                             и благотворительность  СССР  миллиарды долларов, старались побыстрее
                             развалить страну Советов.
                                 То ли генсек не знал истинных  намерений Запада, то ли в сговоре
                             был с ними, а может разваливал  целенаправленно страну Советов, мстя
                             за обиду своих дедов.
                                 Между  тем,  "перестройка",  поддерживаемая  Западом,  аморально
                             шагала по стране, воодушевляя народ на частушки, гремя на всю страну
                             юмором, как Бухенвальд набатом.
 
                                                    Перестройка! Перестройка!
                                                    Нет ни мяса, ни муки,
                                                    Как бы с этой перестройкой
                                                    Не  ослабли   мужики.

                                                    Соль и сахар по талонам,
                                                    Очереди длинные.
                                                    А у наших демократов
                                                    Речи  соловьиные.

                                                    Ты за дерзость нас прости,
                                                    Но Раису укроти,
                                                    Чтобы знала вся страна
                                                    Ты генсек, а не она.

                                                    По талонам хлеб и масло,
                                                    Без талонов - ни шиша.
                                                    Без талонов только вдоволь...
                                                    Только на уши лапша.

                                                    Перестройка важный фактор,
                                                    Грохнул атомный реактор,
                                                    Утопили пароход,
                                                    Пропустили самолёт.
                                                    Наркоманов развели,
                                                    СПИД в Россию завезли.
                                                 
                                                    При застое неплохо жили,
                                                    О еде мы не тужили,
                                                    А теперь голодные,
                                                    Но зато свободные.
           
                                                    Раньше мясо клали в щи,
                                                    Были мы - товарищи,
                                                    А как кончилась еда,
                                                    Все мы стали - господа.

                                                    Нет консервов и колбас,
                                                    Исчезло пиво, даже квас,
                                                    Не купить спичек, сигарет,
                                                    А на спиртное везде запрет.

                                                    Перестройка - мать родная,
                                                    Хозрасчёт - отец родной,
                                                    Не нужна родня такая,
                                                    Лучше буду сиротой.
        
                                 С  исчезновением  продуктов,  лекарств   и   товаров   народного
                             потребления,  даже  детских  игрушек, народу стало  не  до  частушек.
                             Вырубка виноградников в республиках юга страны, для которых виноград
                             и вино,  словно  для  России нефть,  окунуло   перестройку Горбачёва
                             в недоверие и месть.
                                 Снижение уровня  жизни,  задержка  пенсий  и  зарплат,  произвол 
                             чиновников, анархия  и  вседозволенность. Под  звон колоколов Запада
                             "перестройка"  вела  экономику,  жизнь  советского  народа  медленно,
                             но уверенно к краху.
                                 А остановить,  задержать   западную   "перестройку"  и  пойти по
                             китайскому пути у "демократов" Горбачёва не хватило толку.
                                 В стране радио, телевидение с подпиткой "Голоса Америки", "Радио
                             Свобода"  в  один голос кричали  о  всемогущей  западной  демократии,
                             способной привести страну Советов к всеобщему процветанию.
                                 В разгул западной "демократии", свободы  слова, вседозволенности
                             и разгильдяйства на Союз нахлынула новая беда,как на голову холодная
                             вода. Ровно через год после Арзамаса, день  в  день - 4 июня 89 года,
                             необычный  взрыв,  сопоставимый  по  мощности   с   ядерным  взрывом
                             в Нагасаки, прогремел под Уфой.
                                 Взорвалось "газовое озеро" в момент  схождения двух пассажирских
                             поездов, которое образовалось  в  результате аварии  на  газопроводе
                             жидких углеводородов. При  взрыве  в  пламени  газа погибло, сгорело,
                             умерло от  ожогов  в  больнице - 575  человек,  из  них - 181  детей,
                             травмировано - более 620 человек.
                                 Железнодорожная катастрофа стала  крупнейшей трагедией не только
                             в СССР, но  и  на  планете  всей.  Как  залп  "Авроры", возвестившей
                             о начале новой  эры,  так  катастрофа  под  Уфой  возвестила народам
                             страны о скором крушении СССР. 
                                 Политики, агенты  ЦРУ, вешая  лапшу  на  уши  Горбачёву, втянули
                             страну в ловушку хитрых  махинаций, перевернув  "перестройкой" жизнь
                             в СССР с ног на голову, разорив и развалив страну. 
                                 США, празднуя  победу  в  противостоянии  двух  систем, стали на
                             планете  гегемоном, а  Горбачёва-кукловода  США  совместно с Западом
                             сделали человеком года. Покончив  с  двух  полярным  миром, сенаторы
                             радовались,  как  дети, подминая  под  себя  однополярный  мир,  всё
                             население планеты.
                                 А граждане громадной страны в тяжести и печали тащили кровавую
                             тяжесть жизни, проклиная Горбачёва, его демократию и свободу слова.

                                                     Русским он себя считал           
                                                     И слугой народа,
                                                     А на самом деле стал,
                                                     Лучшим янком года.

                                 Народы мира, и особо народы  России, осознали цену "американским
                             демократиям" и научились  противостоять  цветным   революциям Запада
                             и американским  агрессиям.  Воротилы  США   своей  наглостью  довели
                             до омерзительности свою исключительность, поставив перед своей ложью
                             на колени свои СМИ и свою исключительность.
                                 В прошлые времена мы слушали  "Голос Америки", сейчас американцы
                             повсюду тайком слушают "Радио России" и узнают правду.
                                 Кстати, царь Пётр Первый в былые, непростые времена предупреждал
                             своих бояр, необычный совет давал жителям матушки-страны.

                                              Россия не Франция и не Австрия,
                                                            а громаднейшая империя.
                                              Дабы править такой страной
                                                              и не развалить страну
                                               надо иметь особые умения
                                                             и знать простую истину.

                                                   Закон политики царя простой,
                                                   Чтобы было всё в порядке,
                                                   Надо управлять железною рукой,
                                                   Но в бархатной перчатке.

                                                       Вредна наверняка
                                                       В деревне и в столице
                                                       Бессильная рука
                                                       В ежовой рукавице.

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) О.Миронова "Межгалактическая любовь"(Постапокалипсис) Л.Джонсон "Колдунья"(Боевое фэнтези) В.Кей "У Безумия тоже есть цвет "(Научная фантастика) Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) Э.Моргот "Злодейский путь!.. [том 7-8]"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"