Шашкова Екатерина Владимировна: другие произведения.

Цвет моих крыльев (Марготта - 2)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Оценка: 6.02*27  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Одни собирают марки, другие вышивают крестиком носовые платочки, третьи мечтают о вечной любви.
    А бывает ещё и такое хобби - ввязываться в приключения. Впрочем, это скорее дурная привычка, да ещё и весьма опасная для здоровья. Но ведь начиналось всё вполне невинно - в академии решили устроить показательный турнир. А у любимого сапога подошва оторвалась... вдруг!
    Книга вышла в 2010 году в издательстве "Альфа-книга".

  Внимание! Это вторая часть трилогии.
  1 часть - 'Марготта'
  3 часть - 'Тропы междумирья'
  
  Читать лучше по порядку :)
  
  И сразу предупреждаю: здесь только первые 12 глав. Полная версия лежит на ЛитЭре.
  Это бесплатно, просто на другом ресурсе.
  
  А если вы считаете, что автор за свою работу заслужил шоколадку, то можете скачать книжку в интернет-магазине "Призрачные Миры".
  
  
  Цвет моих крыльев (обложка)
  
  

Глава 1. Хронология пощёчин и оплеух

  
  Объявление на дверях столовой в Таинской Высшей Военной Академии:
  'Настоящим объявляем, что все желающие принять участие в показательном турнире, посвящённом дню весеннего равноденствия, должны подать письменную заявку не позднее завтрашнего дня. В случае несвоевременной подачи заявки, решение о допуске к турниру принимается организаторами в индивидуальном порядке. Двое финалистов получают право беспошлинного участия в турнире Равных'
  
  * * *
  
  Я облизнулась. Не на объявление, конечно, а на запахи, доносящиеся из столовой. Впрочем, завоевать бесплатное участие в Большом турнире тоже было заманчиво, но это мне в ближайшее время не светило.
  Несмотря на кажущееся равноправие полов, девушкам в турнирах побеждать было не положено. Эльфийкам и полукровкам - тем более. Будь ты хоть любимица ректора, лучшая фехтовальщица академии и племянница столичного начальника внешней стражи - подтасуют жеребьёвку, выставят против тебя двухметрового детину с бугрящимися мышцами и рожей матёрого уголовника... А детину потом красиво отделает в финале смазливый мальчик с хорошей родословной.
  Шквал аплодисментов. Море комплиментов. Глава Восточного совета господин Сайон айр Нермор обнимает сына и оплачивает всей академии праздничный ужин. Восторженные девицы первого года обучения выстраиваются в очередь, чтобы поздравить победителя и попытаться отодрать на счастье клок его рубашки. А новоявленный герой радостно улыбается, но, едва завидев меня, отводит бесстыжие голубые глазищи в сторону.
  Помню, я тогда жутко обиделась и влепила ему нехилую пощёчину. Парень рефлекторно замахнулся дать мне сдачи, но в последний момент сдержался, обозвал истеричкой и, круто развернувшись на каблуках, промаршировал в направлении пищащих от восхищения поклонниц. Девчонки смотрели на него как на бога. На меня, соответственно, как на святотатца. Это же надо было такое придумать - поднять руку на красу и гордость академии...
  Но как только 'краса и гордость', потирая щёку, скрылась за углом, я отвесила оплеуху уже себе. Неужели нельзя было сдержаться? Ну перетерпела бы немножко, позлилась в сторонке... В крайнем случае, поругалась с Глюком или побилась головой о стенку... или о Кьяло. О Кьяло, пожалуй, даже лучше - он мягче, и на лбу синяков не останется. А то негоже княжне ходить с побитой физиономией. А тем более негоже давать волю эмоциям при посторонних.
  - Неужели я и вправду истеричка?
  Вообще-то вопрос задумывался как риторический, но лёгкий на помине Кьяло неслышно возник за спиной и недоумённо поинтересовался:
  - Кто тебе сказал такую чушь?
  - Флай, - буркнула я. И тут же пожалела об этом, потому что лучший друг немедленно сжал кулаки и двинулся следом за моим обидчиком. - Но он не хотел, честное слово. Он совсем так не думает, он не это имел в виду.
  - А вот пусть он мне сам это теперь объяснит.
  - Ну какая разница, что человек ляпнул не подумав? Я тебя вот тоже как только не обзывала. А ты меня стервой несколько раз, и что теперь?
  - Я - это я. А он - высокомерный кретин и бабник. И давно уже должен заплатить за своё поведение.
  - Он заплатит, но потом. Кья-а-ало, ну остановись ты уже! - Я ухватила парня за пояс и попробовала затормозить движение. Ну да... По-моему, он даже не заметил помехи. Этому медведю все мои старания, как локомотиву - шлагбаум из бумажной салфеточки. - Ну куда тебя несёт, а?
  Кьяло всё-таки остановился, безо всяких усилий отцепил меня от своего ремня и с убийственной честностью ответил:
  - На конюшню.
  - Эээ... Так она же в другой стороне.
  - Зато главный мерин именно в той, куда иду я. И сейчас я ему копыта пообломаю, гриву повыдёргиваю и хвост отрежу!
  - У него хвоста уже несколько лет нет, нечего отрезать-то, - попробовала я достучаться до здравого смысла взбешённого парня.
  - То есть по поводу гривы и копыт возражений нет?
  - Есть! И вообще... Ну он же лично тебе ничего не сделал. Да, он меня обидел. Но только меня, понимаешь. А я его прощаю. Вот такая я сегодня добрая и заботливая. Всё, инцидент исчерпан!
  - А зачем он тогда в меня стрелял?
  Ну всё! Пошли дела минувших дней, преданья старины глубокой. Всё же парни - странные существа. То спокойненько так общаются, даже выгораживают друг друга перед преподавателями, если вдруг припрёт. То собачатся по десять раз на дню, припоминая все стародавние обиды.
  - Так метился-то он не в тебя!
  - Но попал-то именно в меня! Чуть не убил, между прочим.
  - Убьёшь тебя, как же... Разве что с башни сбросить. На вертикально стоящее копьё. А потом к ногам привязать каменюку покрупнее и отпустить на волю волн где-нибудь возле Главных ворот. Да и тогда, наверное, всплывёшь...
  - Я просто поражаюсь, как ты меня любишь, - вздохнул Кьяло. Но было видно, что злость на Флая у него уже поутихла. Совсем, конечно, не прошла, но неорганизованного мордобития в тот день избежать удалось. И на следующий день. И через месяц тоже...
  Короче, пол года спустя, когда стало известно об очередном турнире, я глубоко задумалась. Вопрос участвовать или нет даже не вставал. Поединщиков на несколько дней отпускали с занятий, давали в столовой добавку, разрешали вставать и ложиться спать не по графику и вообще позволяли всякие приятные вольности. Но вот надо ли стремиться к победе, или и так сойдёт?
  Можно, конечно, расшибиться в лепёшку и занять второе место... И даже попасть на Большой турнир - настоящий, престижный, с призами... И торжественно проиграть первый же поединок, потому что силы к тому моменту уже кончатся. Как, собственно, и случилось в прошлый раз с нашим золотым мальчиком, Флайяром айр Нермором.
  Тем самым, который почти три года назад имел честь возить меня на своей роскошной конской спине.
  Три года... Если совсем точно, то два года и восемь месяцев с того дня, как я попала в этот мир. Но кому она нужна, такая точность? Это первое время я считала дни своего пребывания здесь. И каждое утро просыпалось с мыслью: 'А вдруг именно сегодня меня найдут и заберут?' Однако не находили и не забирали. От родителей не было никаких вестей. От Ксанки тоже. Я не знала, где они, как они и что произошло в ту ночь.
  Три года... Я не перестала ждать, просто научилась с этим жить. А что мне ещё оставалось?
  Однажды я поймала себя на мысли, что всё больше срастаюсь с этим миром. Учёба в академии, ежедневные тренировки и ненавязчивая опека приёмного дядюшки постепенно делали своё дело, и я уже с трудом представляла, как раньше могла без этого обходиться. Кроме того, у меня наконец-то появились друзья.
  Там, дома, я большую часть времени проводила носясь по двору с мальчишками, но ни о какой дружбе и речи быть не могло. Это были случайные приятели, для которых величайшей жизненной трагедией была полученная в школе двойка, и последовавший за этим нагоняй от отца. Они курили под лестницей настрелянные у прохожих сигареты, пили дешёвое пиво и чувствовали себя хозяевами этой жизни.
  Здешние друзья были совсем другими. Я могла поссориться с ними из-за какого-нибудь пустяка, разругаться в пух и прах, несколько дней не разговаривать... Но при этом была свято уверена, что случись настоящая беда - и они в тот же момент окажутся рядом, готовые защищать меня не на словах, а на деле, пусть даже ценой собственной жизни. А я со своей стороны отдала бы жизнь за них. Хоть за обоих вместе, хоть за каждого в отдельности. Без пафоса и без сожаления.
  Вспыльчивый, но отходчивый Кьяло служил ходячим опровержением поговорки 'сила есть - ума не надо'. Эта гора мускул думать при необходимости умела, хотя и не очень любила. По документам он считался моим кузеном, а своё настоящее происхождение афишировать не спешил. Да я и не больно-то интересовалась. В конце концов, какая разница, кем человек был в прошлом. Главное - кто он сейчас.
  Что же касается Флая... Когда я первый раз увидела его в Академии, то жутко удивилась. И обрадовалась, конечно - хоть какое-то знакомое лицо. Только вот радость была недолгой, потому что при ближайшем рассмотрении Глазастый оказался хамоватым бабником с замашками человека, который всё в этой жизни может себе позволить. И всё бы ничего, кто из нас без недостатков, но в данный момент он хотел позволить себе меня. А я... Что у меня, других дел нет, что ли? Тот же турнир, к примеру.
  А он начался как всегда неожиданно. Накануне выяснилось, что кольчуга нечищена и на плече расклепалась, одна перчатка куда-то запропала, у сапога подошва оторвалась... вдруг. То есть она уже почти месяц как-то странно хлюпала, но я упрямо надеялась, что обойдётся. Не обошлось...
  Как же не вовремя-то! И в чём я завтра на поединок выйду? В замшевых туфельках?
  Упс! А ведь и в туфельках тоже не выйду - у правой каблук сломался ещё осенью.
  Конечно, я могла просто купить новую обувь - деньги-то были. Или сдать старую в починку. Но время уже перевалило за полночь, а до того, что сфера услуг должна работать круглосуточно, в Предонии ещё не доросли. Да и кто бы меня выпустил из академии после заката?!
  То, что Таинская академия - это просто колония для несовершеннолетних (причём строгого режима), я поняла уже спустя неделю своей жизни здесь. Кьяло пребывал в блаженном неведении ещё несколько месяцев, и только потом до него начал доходить весь грандиозный замысел создателей этого учебного заведения.
  Ни шагу без разрешения. Ни слова без ведома преподавателей и ректора. Никаких тайных свиданий, романтических прогулок под луной и записок с признаниями. Выход в город - только по большим праздникам и обязательно с наблюдающими (мне всегда хотелось обозвать их конвоирами). Вся почта проверяется. Все комнаты периодически обыскиваются.
  И все об этом знают. Но всё равно стараются всеми мыслимыми и немыслимыми средствами выбить себе тёпленькое местечко в этом гадюшнике, потому что это престижно. В академию приходят разновозрастные раздолбаи со своими мечтами и устремлениями, а выходят квалифицированные военачальники, политики и шпионы. Или не выходят, а вылетают в процессе обучения - заваливают экзамены, или просто не выдерживают ежедневной муштры и начинают проситься домой.
  Вместе со мной, Кьяло и Глазастым в Академию поступило почти двести человек, причём девушек было больше половины. До конца обучения продержались около тридцати парней. И всего четыре представительницы прекрасного пола.
  Вот их-то я и начала бодренько перебирать в уме, размышляя, у кого бы одолжить обувку. Потому что просить что-то у младших, чтоб потом на каждом углу болтали о том, что Марготта айр Муллен не может сама себе сапоги купить... Ну уж нет!
  Кардинн не даст. Просто из-за природной вредности не даст. Соврёт, что ей тогда самой не в чем пойти будет... Ну да, а я привычно сделаю вид, что поверила. С её-то гардеробом, как у Ксении Собчак... Да и зачем ей завтра сапоги? Ведь она в турнирах никогда не участвовала, если не считать самого первого, на который интереса ради записались вообще все. А на трибуне и босиком посидеть можно. Но всё равно не даст!
  Вильда даст без вопросов и выкрутасов, всё равно она недавно ногу сломала. Но в её сапог я нырну целиком, и ещё место останется. Не у каждого парня бывает такая лапища, как у этой гренадёрши. Так что отпадает.
  Остаётся Рисса... Полноватую блондиночку я невзлюбила с того самого момента, как поставила против неё в местном подобии тотализатора. Ставки принимались на то, кто первый вылетит, а я ни сколько не сомневалась, что эта инфантильная дура надолго в Академии не задержится. Как ни странно, ошиблась; проиграла кучу денег и воспылала к этой белобрысой пылкой нелюбовью, которую не особенно-то старалась скрывать.
  Но спустя пару минут эта нелюбовь переросла в бурлящую ненависть - комната Риссы оказалась заперта, а на стук никто не вышел.
  Я несколько раз пнула дверь босой ногой, отбила палец, беззвучно обматерила всё, что находилось в пределах видимости (за ругательства в полный голос, да ещё посреди ночи можно было схлопотать немаленький штраф), развернулась на сто восемьдесят градусов... и нос к носу столкнулась с Кардинн.
  - Эээ... Привет, - Я почему-то смутилась, словно меня застукали на месте преступления. - Ты тут какими судьбами?
  - Здравствуй. Я шла мимо, - Голос девушки был лишён всех интонаций, да и смотрела она сквозь меня, будто пьяная. Это напрягало.
  - Кар, слушай, а ты лунатизмом не страдаешь, нет? А валерьянки на ночь много выпила? И вообще, ты знаешь, сколько сейчас времени?
  - Нет. Нет, не пила. Два часа пополуночи.
  - А коноплю не курила? Кар, это вредно, от этого глюки бывают. Ты меня хорошо видишь?
  - Не курила. Вижу хорошо, - То, как методично она ответила на все вопросы, не проявив при этом и толики своей обычной стервозности, окончательно убедило меня, что что-то здесь неладно. Хотя... в данный момент у ситуации были и свои плюсы.
  - А можно я на завтра твои сапоги возьму.
  - Да.
  - А на послезавтра? Ну, на весь турнир, пока свои не починю!
  - Да.
  Та-а-ак... Что-то уж совсем странное. Даёт мне свои вещи и ничего не требует взамен. И даже хамить не пытается... Это лечить надо! Потом, после турнира.
  - А можно я их сейчас возьму? Ты мне ключ от комнаты дашь?
  - Там открыто. Бери всё, что хочешь.
  Я настолько обалдела, что убежала не попрощавшись. Зазомбировали её, что ли? Или закодировали? Только вот не слышала я, чтоб от хамства кодировали. Или это такой новый способ заманить меня в ловушку, чтоб потом вволю поиздеваться? Но комната Кардинн действительно была открыта, замаскированные капканы у порога не стояли, взведённые самострелы в углах не прятались, да и вожделенные сапоги не были прибиты к полу.
  Но ощущение скрытого подвоха только усилилось.
  - А завтра утром она поднимет на уши всю Академию и будет орать, что её ограбили. Взяли сапоги, вечернее платье, кольцо-печатку и треснутую чернильницу. Точнее, две. И три сапога, - мрачно пробормотала я, заваливаясь спать, - И разбудит меня городская стража... нет, внешняя, я же из Тангара.
  Но разбудил меня Кьяло, ворвавшийся в комнату, как голодный медведь на пасеку.
  - Подъём! Хватит уже дрыхнуть, а то без тебя начнут!
  - Не начнут. Я первая... то есть вторая... ладно, третья претендентка на победу. А ещё я девушка, а девушкам положено опаздывать. И вообще, рань же несусветная.
  - Очень даже сусветная! Через полчаса общее построение всех участников.
  - Ну так ещё пол часа целых... Чего? - Я подскочила в кровати, как ужаленная. - А как же завтрак?
  - Завтрак был час назад, - развёл руками парень. - Я честно пытался тебя разбудить, но ты не отзывалась, а дверь была заперта... В общем, пока я её открыл...
  Зная этого бронебойного субъекта, 'открыл' надо понимать как 'разнёс вдребезги вместе с прилегающим косяком и запирающим заклинанием'. Ну ни фига себе я спала!
  А есть, как назло, хотелось всё больше и больше...
  - Я что, голодная должна отстаивать свою честь на поле боя?
  - Почему? Я тебе бутербродов принёс. Какой будешь, с сыром или с колбасой?
  - Оба! - Я вцепилась в вожделенный завтрак сначала руками, а потом и зубами.
  - А я не знаю, как там твоя честь, - в комнату протиснулся Флай, - но если опоздаешь на построение, то защищать её придётся в другом месте и со-о-овсем другими методами. И кстати, ты хоть заявку-то подать не забыла?
  - Ч-чёрт! - Я судорожно сглотнула мешанину из хлеба, сыра и колбасы. И потянулась за валяющейся возле кровати одеждой. - Хоть бы отвернулись, олухи.
  - Да я уже, - пробубнил зардевшийся Кьяло.
  - А чего я там не видел? - привычно отшутился Глазастый.
  Но, что характерно, оба сразу же с преувеличенным вниманием уставились на пол и потолок соответственно. Пока парни изучали качество побелки и покраски моего обиталища, я поспешно натянула форму, побрызгала в лицо водой, мельком глянула в зеркало. И в который уже раз сама себе напомнила новогоднюю ёлку.
  Дело в том, что форма академии делилась на мужскую и женскую. Причём женская представляла из себя безразмерный суконный сарафан, длинной до щиколотки, в котором даже красавица Кардинн выглядела как баба на чайнике. Естественно, все девушки, когда была такая возможность, носили мужскую вариацию: штаны, рубашку, куртку и сапоги. При этом штаны и куртка были выдержаны в цветах академии - зелёные с золотом, а рубашке полагалось быть либо белой, либо родового цвета. То есть, в моём случае, тоже зелёной. (Вообще, поговаривали, что в основании академии самое непосредственное участие принимал какой-то предок моего 'дядюшки' Муллена - отсюда и совпадение цветов.) А у меня ещё и глаза зелёные. Ну и прибавьте теперь коричневые сапоги. Что получается? Натуральная вечнозелёная ёлка, только вместо пятиконечной звезды на макушке россыпь коротких чёрных волос. И уши торчат, как у добермана на тропе войны.
  - Ну ты там скоро? - поторопил Флай, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. А у меня вдруг возникло жгучее желание двинуть его чем-нибудь по башке, чтоб стабильно опоздал на построение. Если меня из-за неподанной в срок заявки не допустят до участия, хоть не так обидно будет. Посидим втроём, как в старые добрые времена, предадимся ностальгии... Благо, Кьяло-то уж точно никуда не торопится.
  Мой лучший друг в турнирах вообще никогда не участвовал из-за природного человеколюбия. В смысле боялся, что в процессе особо напряжённого поединка его опять может переклинить в берсерка - и тогда бедный соперник, бедные зрители, попавшиеся под раздачу... и бедный он сам, естественно. Мне было проще - я хотя бы могла самостоятельно решать, применять магию или нет. Но колдовство на соревнованиях всё-таки здорово походило на жульничество. Тем более, что могли заметить, и это поставило бы под удар не только меня, но и Кьяло, и Хозяина... И пока что я не рисковала. Честно говоря, за прошедшее время я магией пользовалась исключительно для того, чтобы запирать двери, да зажигать в комнате свечи, потому что с местными способами добывания огня так и не освоилась. А метать фаерболы во все стороны нужды не было. Хотя иногда очень хотелось запустить парочку в особо занудного преподавателя. Или в Кардинн. А уж с каким удовольствием я подпалила бы Риссу...
  - Пошли уже, соня!
  Терпение парней всё-таки лопнуло и моим пироманским фантазиям пришёл конец. Потому что мечтать о таких вещах надо в тихой и уютной обстановке, а не болтаясь как мешок с мукой на широком плече Флая (и когда только этот задохлик успел вырасти?).
  - Всё собрала, надеюсь? - Кьяло, подхватил объёмистую сумку с доспехами и поспешил следом за нами.
  - Не помню, - честно призналась я, пытаясь подтянуть сползающий сапог. Всё-таки великоват, зараза. - Да и какая разница? Вот если бы я целенаправленно шла выигрывать ...
  - А ты что, показательно проигрывать собралась, что ли? Сюрприз Муллену готовишь?
  - А он тут причём?
  - Как это при чём? Он же вчера приехал!
  Вот как, значит! Приехал, а мне даже словом не обмолвился. Кьяло в курсе, и ещё пол города наверняка знают, и весь замок... А ко мне даже в гости не зашёл!
  Кажется, я наконец-то начала понимать Тьяру, вечно упрекавшую отца в отсутствии внимания. Ему до всего дело есть, кроме неё... и меня.
  - Что, решил тряхнуть стариной и поучаствовать в организованном мордобитии? - Я изо всех сил постаралась придать лицу выражение относительного безразличия. Сделать это было нелегко, особенно учитывая, что Глазастый как раз начал спуск по крутой лестнице, и всё время норовил задеть перила моей головой.
  - Насколько я знаю, нет. По делам, наверное. Или просто поглазеть, как молодёжь резвится.
  Поглазеть... Явно не на образцово-показательный фарс, организуемый академией. А на настоящий турнир, куда я с такими упадническими настроениями могу и не попасть. И Хозяин в очередной раз убедится в том, что его 'племянница' - полнейшая бездарность.
  - Обидно...
  - Что именно?
  - Да так, не бери в голову. Лучше скажи честно - я могу пробиться в турнир Равных? Теоретически?
  - Только если возьмёшь второе место в нашем. Первое-то тебе точно не грозит, не доросла ещё, - вклинился в разговор Флай.
  - И кто это говорит? Моё постоянное и излюбленное средство передвижения! - Я извернулась и отвесила парню беззлобную затрещину. От которой он даже не попытался уклониться. - Ну а серьёзно? Шансы-то у меня есть?
  - Шансы-то есть... - задумчиво ответил парень. - А вот как ты ими воспользуешься - сейчас посмотрим. Только учти - я поддаваться не буду.
  - И не придётся! Я сильнее.
  - Не сильнее, а увёртливее, - лениво поправил Кьяло.
  - И умнее! - подхватила я. - Ведь если признанный чемпион, победитель трёх последних турниров несёт меня на руках, значит он давно признал своё поражение, и хочет таким образом показать, как ничтожно мало значит его скромная персона в этом бренном мире.
  - Ну хватит! - не выдержал Флай, резко опуская меня на землю.
  Но было поздно: мы уже пришли. Как выяснилось, мою вдохновенную тираду слышали и собравшиеся участники, и преподаватели, и зрители, пришедшие полюбоваться на торжественное построение. Грянул хохот. Даже главный организатор (он же спонсор) всего этого мероприятия, господин Сайон айр Нермор, ухмыльнулся в седеющие усы.
  Невозмутимым остался только Жеом Понжер, наш ректор, к которому я первым делом и подбежала.
  - Разрешите доложить, Марготта айр Муллен для участия в построении и жеребьёвке прибыла.
  - А госпожа Муллен ничего не забыла? - в серых глазах главы академии мелькнули лукавые искорки.
  - Ну, доспехи взяла, - Я кивнула на Кьяло, который как раз плюхнул рядом со мной тяжёлую сумку, - Сапоги у Кар одолжила ... извиняюсь, у Кардинн Герьез. А меч выдаётся из общей оружейной, разве нет?
  - Я не экипировку имел ввиду. Где ваша заявка, княжна?
  - Сейчас напишу! Если одолжите перо и чернила. А бумага у меня с собой. - Я продемонстрировала Ректору мятый листок, который специально для этой цели успела выхватить из стола, пока собиралась. То есть, изначально он мятым не был, но в силу некоторых особенностей моего прибытия на смотровую площадку... Судьба у него такая, в общем!
  - А ничего, что с обратной стороны на нём что-то уже писали?
  - Да? - Я растерянно перевернула листок и с изумлением уставилась на неровные строчки. Почерк был незнакомый. Чужой конспект схватила, что ли? - А какая разница? Главное, чтоб всё было написано по форме, а на чём - дело десятое.
  Ректор и Нермор-старший переглянулись. Общий смысл их незатейливого обмена взглядами сводился к одному - 'Ох, ну и молодёжь нынче пошла!'.
  Нермор-младший тем временем крадучись пробрался на своё место в середине строя, и теперь исправно делал вид, что пребывает там уже как минимум пол часа. Уж он-то заявку написал как только объявление увидел, это точно.
  - У вас пять минут, госпожа Муллен, - Организаторы турнира наконец-то прекратили строить друг другу рожи и вернулись к более насущным вопросам, - Пишите скорее заявку и начинаем жеребьёвку. Вам присваивается номер сорок восемь в общем списке участников. И раз уж вы позволили себе честь опоздать на построение, а жетона с данным номером вообще не заготовлено, то предлагаю с вас и начать. Итак, прошу, господин Нермор... - Ректор протянул главе Восточного совета резную шкатулку, в которой мерно перестукивались друг о друга жетончики. Я нервно закусила губу.
  - Извините, можно вас на минуточку!
  Неожиданно для всех на площадку выбежал какой-то мальчишка из первогодков, ничуть не смущаясь схватил Ректора за рукав и что-то бодро зашептал ему в ухо. Наш руководитель заметно переменился в лице, буркнул 'Показывай!' и умчался вслед за пацанёнком в сторону конюшен. Понятное дело, все собравшиеся бросились следом. Несколько секунд я ещё поразрывалась между любопытством и недописанной заявкой, а потом всё-таки сделала выбор в пользу первого и рванула за толпой, на ходу засовывая листок в карман, чтобы не потерялся.
  Бежать пришлось недалеко, метров двести. Весь народ внимательно что-то изучал возле задней стены замка. Что именно - я из-за маленького роста рассмотреть не могла. А пробиться в первые ряды не представлялось возможным, так плотно там все скучковались. Сзади же тем временем напирали всё новые и новые любопытствующие, даже самые младшие из которых были выше и шире меня. Не элитное учебное заведение для дворян, а клуб культуристов какой-то!
  Самая крупная из всех окружающих фигур, как назло, маячила аккурат передо мной. Мало того, что обзор заслоняла, так ещё и с рожденья не стриженные волосы то и дело лезли мне в нос и рот. Мысленно досчитав до десяти (ладно, до девяти с половиной), я немного успокоилась и передумала поджигать эту роскошную шевелюру. Ограничилась звонким подзатыльником её обладателю.
  - Ты чего дерёшься? - удивился Кьяло.
  - А чего ты тут стоишь? - возмутилась я.
  - Ааа... Тебе не видно что ли? Так бы и сказала! - парень легко выхватил меня из толпы и посадил себе на шею. - Так нормально?
  - Вполне! Ого!
  Я наконец-то поняла, на что все собравшиеся уставились, как критики на квадрат Малевича. В том смысле, что кто-то с негодованием, кто-то с восхищением, а большинство с искренним непониманием. Дело в том, что на брусчатке возле стены лежала Кардинн. А точнее то, что от неё осталось после падения с большой высоты.
  Лица видно не было, но больше ни одна из студенток академии не обладала такими роскошными каштановыми кудрями. И уж тем более никто больше не разгуливал по замку на таких высоченных каблуках-шпильках.
  - Интересно, кто это её так? - из людского моря вынырнул Флай.
  - А может, она сама, - нерешительно предположил Кьяло.
  - Не, это вряд ли. Я, конечно, допускаю, что она за новую блузку могла удавиться, но чтоб со стены прыгать...
  - Ну, если она вдруг увидела у кого-нибудь точно такие же серьги, как у неё, то вполне могла. От ревности, что у неё не эксклюзив, - хихикнула я. - Хотя нет, тоже не катит. Она бы тогда конкурентку скинула, а сама осталась.
  - А вдруг конкурентка оказалась ей не по зубам? Марго, признавайся, эти злополучные серьги случайно не в твоих очаровательных ушках были?
  - Скорее уж, в твоих.
  Мои 'очаровательные ушки', к слову сказать, до сих пор не были проколоты, вопреки последней предонской моде. Зато Глазастый щеголял сразу двумя побрякушками в левом ухе, да и Кьяло всерьёз задумывался, не обзавестись ли чем-нибудь подобным.
  Пока мы перекидывались дежурными шутками, на месте происшествия наконец-то появились представители городской стражи. Вояки усердно пытались отогнать любопытствующих подальше, мотивируя это тем, что 'для дела свежий воздух и простор нужен, а убивца надо по следам вычислять, а если всё затоптано, то и словить его не получится'. Студенты вежливо кивали, соглашались со всеми доводами, но расходиться не спешили. И правильно. Какие могут быть следы 'убивца', если она два десятка метров пролетела?!
  - Так жеребиться мы сегодня будем, или как? - выкрикнул из толпы кто-то нетерпеливый.
  Ректор окинул собравшихся тяжёлым взглядом:
  - Жеребьёвка переносится... ну, как минимум, на завтра. Турнир, естественно, тоже. Подробности сообщу дополнительно. А теперь все марш по своим комнатам. Тот, кто рискнёт высунуться из окна, чтоб рассмотреть подробнее, что здесь происходит, останется без обеда.
  Толпа ответила руководителю академии грустным вздохом. Ну, вообще-то всё логично. Зрелище вы, господа студенты, уже получили. Захотите больше - пожертвуете хлебом.
  - Ну, хоть заявку теперь успею спокойно написать, - хмыкнула я.
  - Тебе её совсем не жалко, - Кьяло не спросил, а скорее поставил в известность всех окружающих. Которых, впрочем, кроме Флая уже и не было - толпа медленно разбредалась.
  Я прислушалась к собственным ощущениям. Где в организме помещается жалость, я примерно представляла. Там же, где ненависть, страх, любопытство, ожидание... Все чувства находились на своих местах. Кроме одного.
  - Ты, прав, мне её не жалко. Но интересно.
  - Что?
  - То же самое, что и всем. Кто убил Кар! Точнее, кто заставил её спрыгнуть со стены.
  - Заставил? То есть, не столкнул, а уговорил? - уцепился за мою мысль Флай.
  - Это бред, - Кьяло попытался пожать плечами, но на них всё ещё сидела я. - Может слезешь, наконец?
  - А зачем? Ты даже не представляешь, какое это наслаждение - когда из спальни тебя на руках выносит один парень, а обратно гордо вносит другой. Кстати, никто не забыл мой доспех?
  - Марго, у тебя совесть есть? - фыркнул Глазастый. Но сумку подхватил. И даже дотащил до моей комнаты, что по его меркам было просто неслыханной услужливостью. Правда, после этого марш-броска он прямо в сапогах завалился на кровать и заявил, что в ближайшие пол часа сдвинуть его отсюда не получится.
  Я и не спорила - всё-таки чужой труд надо уважать. Но так как стульев в моих апартаментах было весьма ограниченное количество (то есть всего один, и его уже оккупировал Кьяло), то я плюхнулась прямо на Флая.
  - Я тоже устала, между прочим.
  - Ты-то с чего? - сдавленно раздалось из-под меня.
  - Как это с чего? А хронический недосып? А тяжёлый умственный труд? А отсутствие завтрака?
  - Я же тебе лично бутерброды утром принёс! - возмутился Кьяло.
  - Бутерброды - это не завтрак, а перекус. А обед ещё не скоро. Так что самое время поговорить.
  - А мы что делаем? Если хочешь знать, именно этим мы и занимаемся уже...
  - Серьёзно поговорить, - обрубила я, делая ударение на слове 'серьёзно'. - Кьяло, закрой дверь пожалуйста.
  - Так ведь я её... того... - смутился парень, - выбил с утра. Ну, могу, конечно, на место поставить, только держаться не будет, наверное.
  - С такими друзьями врагов не надо, - пробурчала я. - Ладно, будем делать вид, что так и должно быть. А сейчас у меня вопрос ко всем собравшимся: что вы, ребята, знаете о зомбировании?
  - Ну, зомбяки - они такие... Вроде упырей. Страшные! - Кьяло широким жестом обрисовал контур предполагаемого ужастика. Выходило метра два в ширину и столько же в высоту. - По кладбищам гуляют.
  - Я не том зомбировании. О мозговом. Когда один человек подчиняет себе другого и заставляет выполнять свои приказы.
  Я кратко обрисовала свои ночные похождения, особый упор делая на поведении Кардинн.
  - Хочешь сказать, что её кто-то зазомбировал? - выпучил глаза Флай. - Разве в академии есть другие маги, кроме тебя?
  - Ещё вчера я искренне думала, что нет. Но по всему выходит именно так. Значит, будем искать.
  - Приятно думать, что в тебе есть что-то человеческое, - улыбнулся Кьяло.
  - Где? - искренне удивилась я, дёргая ухом.
  - Ну, ты же хочешь найти убийцу...
  - Я хочу найти мага. А это не одно и тоже! И начну, пожалуй... - Паузу я выдержала исключительно для красоты, потому что вывод был прост до банальности.
  В моей жизни было не так уж много жестоких разочарований. Гораздо меньше, чем счастливых случаев или неожиданных совпадений. И когда два с лишним года назад в ярких лучах восходящего солнца мелькнула рыжеволосая фигура в розовом платье, я даже на секунду не поддалась сомнению.
  А зря. Потому что когда я, пыхтя, как марафонец после забега, догнала девушку и рывком развернула её к себе, то выяснилось, что Ксанкой там и не пахло. Единственное, что роднило незнакомку с моей сестрой - принадлежность к женскому полу. В остальном же...
  Девушка была ниже ростом, но зато ощутимо толще, а круглое улыбчивое лицо обрамляли пушистые светлые волосы, кажущиеся рыжеватыми только из-за прихоти рассветных бликов.
  Я пробормотала что-то вроде 'извините, обозналась' и, красная от стыда (а может и от злости), сбежала в ближайшую подворотню. И всё бы ничего, но блондинка почему-то рванула за мной с воплем: 'У вас что-то случилось? Может, я смогу чем-то помочь?'. Понятное дело, у меня не было никакого желания болтать или жаловаться на жизнь, но девушка не отставала. Некоторое время мы поплутали по городу, потом я наконец-то оторвалась от своей преследовательницы... но только затем, чтобы спустя несколько часов наткнуться на неё в академии. Где она хвостом ходила за мной ещё полдня, пытаясь вызнать, что же я всё-таки хотела от неё добиться.
  Поэтому неудивительно, что Риссу я невзлюбила задолго до того злополучного проигрыша в доморощенном тотализаторе. Собственно, иначе я никогда не поставила бы против неё.
  Но сейчас против блондинки играла не я, а обстоятельства. Её не было ночью в комнате, её зачем-то искала невменяемая Кар, а логику её поступков я вообще категорически не понимала, - ...начну я с Риссы.
  
  * * *
  
  Варвара взгромоздила на стол корзинку с продуктами и принюхалась. В доме отчётливо пахло жжёной пластмассой.
  - Олежа... Олеженька... - осторожно позвала женщина.
  Никто не отозвался, но в дальнем углу что-то явственно зашуршало. Варвара вздохнула, набрала в лёгкие побольше воздуха и крикнула звонко и требовательно:
  - Олег!!!
  - Да? - парень сразу же высунулся из-за шкафа, делящего комнату на две неравные части, и стянул с головы наушники, из которых доносились тяжёлые аккорды 'Апокалиптики'. В одной руке он держал паяльник, в другой - букет из разноцветных проводков, за ухом торчала отвёртка.
  - Ты чем тут развонялся?
  - Привожу системник в приличный вид, - Олег снова нырнул за шкаф и уже оттуда поинтересовался: - Что слышно?
  - Да совершенно ничего. Нас уже три недели никто не ловит. Кажется, оторвались наконец-то.
  - Сплюнь и постучи.
  - Разве что по твоей голове непутёвой. Вот зачем тебе компьютер, если у нас электричества нет?
  - Ну так это дело наживное. Побольше аккумуляторов заведём, подумаешь...
  - Куда больше?! И так каждую неделю мотаемся их заряжать. Надоело, сил нет. Жили бы лучше как люди, сливались с толпой...
  - В Запределье? Сливаться? Шутить изволите, матушка? Тут все так пытаются выпендриться, что лучший способ стать незаметным - навертеть вокруг себе кучу тайн и недомолвок, и притащить из ниоткуда гору необычных вещей неизвестного назначения.
  - По-моему, с вещами ты малость переборщил. Половину из них давно пора выкинуть.
  - Ага! Предлагаю начать с холодильника! - радостно провозгласил из своего закутка парень.
  - С ума сошёл? - Варвара, как раз разбиравшая продукты, чуть колбасу не выронила от такого предложения.
  - Во-во, ты без холодильника не можешь, а я без компа.
  - Но у тебя их три!
  - Ну... - вялое оправдание заглушил невразумительный скрежет. Который, в свою очередь, сменился громоподобным стуком.
  Варвара не сразу поняла, что стучат в дверь. А когда сообразила, то невольно поёжилась. Случайные прохожие так требовательно не колотят, а клиенты тем более.
  - Кто там? - осторожно спросила женщина, попутно нащупывая в кармане амулет мгновенной телепортации. Успеет ли перебросить его Олегу? Сама-то, если что, и без него справится, не впервой.
  - Письмо от её королевского величества, властительницы Запределья, Араи Первой, ныне гостящей у всемилостевейшего короля Девианта, адресованное придворному магу вышеозначенного и всемилостивейшего короля Девианта, с просьбой о встре...
  - Короче, это мне!
  Королевский посыльный, стоящий за запертой дверью, даже не понял, в какой момент тонкий конверт исчез из его рук. А Олег, отбросив не успевший ещё остыть паяльник, уже изучал послание.
  Следующие несколько минуту курьер протоптался у двери, напряжённо вслушиваясь в шуршание бумаги. А когда оно затихло, набрался наглости и спросил:
  - Ответ будет?
  Посыльный изо всех сил пытался вложить в вопрос побольше самоуверенности и достоинства, но отчего-то смутился, запнулся, и едва расслышал собственные слова. Но из-за двери незамедлительно донеслось:
  - Письменного не будет. А на словах передайте её величеству Арае... хм... Первой, что я приду. Даже постараюсь не опоздать.
  - Рад стараться, - отрапортовал курьер в направлении замочной скважины и поспешно удалился. А Варвара шипя, как лесная кошка, вцепилась в рукав Олега.
  - Никуда ты не пойдёшь! Не пущу! От одной погони ели оторвались, а ты снова лезешь к чёрту на рога.
  - А разве у Араи есть рога? - вяло отшутился придворный маг, рассеянно теребя длинную светлую чёлку.
  - Раньше не было, ты же её видел. И она тебя, между прочим, тоже. Она тебя узнает - и всё пропало. Или сама прибьёт, или заложит Высшим. Или ещё чего похуже удумает... А если она поймёт, кто я?
  - Уже... - Олег сунул женщине письмо, - Она уже всё знает.
  Варвара от растерянности даже шипеть перестала. И не сразу решилась взять в руки лист бумаги с рубиновым теснением по краю.
  
  'Здравствуй, мальчик!
  Давно не виделись. От кого прячешься? От меня? От Высших? Или прячешь кого-то? Придворный маг - это же надо такое удумать! Что ж, я умею ценить чужие тайны. Но услуга за услугу. Если хочешь узнать подробности - приходи завтра днём.
  Как видишь, я сегодня добрая. Даже даю время подумать. Или сбежать.
  С любовью, твоя королева Арая Первая'
  
  * * *
  
  

Глава 2. Издержки большой политики

  
  - Маргошенька, а ты слышала последнюю новость? А куда твоя дверь делась? Ой, а ничего, что я на ней стою, да? Ты это специально, или она сама упала? Только я же не об этом хотела сказать! А вас тут так много... А парням же нельзя находиться в женских комнатах, разве нет? А вы не боитесь, что вас застукают? Я, конечно, никому не скажу, но если вдруг кто-то пойдёт мимо и заметит... Ничего, что я заглянула?
  - Ничего, - сдавленно прорычала я, даже не надеясь прервать бесконечный словопоток Риссы. Вообще-то, она была права, и Кьяло с Флаем, находясь сейчас в моей комнате, действительно нарушали одно из многочисленных правил академии. К слову, до меня только сейчас дошло, что они - парни. Обычно моё воображение приписывало после их имён слово 'друзья', без какой либо пометки о половой принадлежности. Может быть, именно поэтому нас ещё никто и не застукал?!
  - Так вот, я только что видела Альку, которая второго года, а она слышала от... от кого же? Ой, не помню... Но тебе же это всё наверно не интересно, да? Ты сейчас скажешь, что я могла бы и покороче! - Я энергично закивала, - Но Маргошенька, ты же знаешь, что меня не переделать. То есть можно попытаться, конечно, но вряд ли получится, потому что все уже пытались. Или почти все. А папа вообще всегда говорил, что меня проще убить, чем заставить замолчать, но мама тогда...
  - А можно покороче? - не сговариваясь попросили я и Флай.
  - Да можно, конечно, я же ведь и говорила, что вы обязательно так скажете. А я ведь вам очень важную новость принесла! Мне-то она без надобности, а вам интересно будет, особенно Флайчику, наверное. Поэтому хорошо, что вы все здесь собрались, чтоб мне не пришлось всё это несколько раз повторять.
  - Короче, - рявкнули мы. Теперь к слаженному дуэту прибавился просительно-извиняющийся бас Кьяло.
  - Ну как хотите. Я ведь собиралась как лучше... - Рисса надула и без того полные губки и заговорщическим шёпотом поведала: - А Кардинн, кстати, никто не убивал. Она сама со стены спрыгнула, это Фаньё из первогодков видел. А ещё он видел, что перед этим она говорила с тобой, Маргошенька.
  - Что ещё за Фаньё? - нахмурилась я. Блондинка мигом сменила гнев на милость (ну как же, наконец-то её слушают!) и присела на краешек стола.
  - Да плюгавенький парнишка такой, поменьше тебя ростом, волосёнки жиденькие, физиономия страшненькая... Короче, смотреть не на что.
  Я честно напрягла память, пытаясь вспомнить хоть кого-то ниже меня, но потерпела жестокое разочарование. Видимо, Фаньё был настолько неказист, что я и внимание на него не обращала. В том числе и этой ночью.
  Ну и что теперь делать?
  Хотя, а прочему это я должна что-то делать? У меня есть стопроцентное оправдание - я за сапогами шла. А то, что мы случайно столкнулись и поговорили, ещё ничего не значит. Тем более, что я действительно ни в чём не виновата.
  - Ну мало ли, кто с кем поговорил. Вот если ты сейчас выйдешь от нас и навернёшься с лестницы - кто виноват будет?
  - Не дождётесь! - гордо задрала носик Рисса.
  - Ладно, это всё весьма интересно, но я-то здесь причём? - Флай сладко потянулся, всем своим видом выражая полное безразличие.
  - А при чём тут ты? - растерялась наша гостья.
  - Ну, ты хотела сказать что-то, что будет особенно интересно именно мне. Я не ошибаюсь?
  - Ах это... Ну да, совсем забыла. Турнир переносится на завтра, закончить его хотят побыстрее, поэтому построение в семь утра. Всё, я побежала, а то мне до обеда надо ещё к Вильде заскочить. Ей тоже, наверное, интересно будет.
  - Ей без разницы, она же ногу сломала!
  - А вдруг она уже срослась!
  И Рисса выбежала из комнаты, по пути споткнувшись о дверную ручку. А чуть позже с лестницы раздался сдавленный крик.
  Флай и Кьяло дружно вскочили со своих мест (Глазастый при этом стряхнул меня с кровати) и ломанулись к дверям.
  -Только не говорите мне, что она всё-таки навернулась, - лениво пробормотала я, поднимаясь с пола, - Шею свернула, надеюсь?
  - Вроде нет! Вон, и встала уже. Марго - ты всё-таки сумасшедшая ведьма.
  - Во-первых, не ведьма, а магичка. А во-вторых, это не я. К сожалению.
  - Да? Жаль, а то я хотел тебе спасибо сказать! - хихикнул Флай.
  - Ребят, ну нельзя же быть такими безжалостными, - угрюмо посмотрел на нас Кьяло. - Ей же больно, наверно.
  - Если больно, то почему она бежит так, как будто на обед опаздывает?
  - О, кстати! Обед!!!
  
  После обеда моё настроение значительно улучшилось, смерть Кар отошла куда-то в глубь сознания, а перенос турнира перестал восприниматься, как досадное недоразумение. Ну подумаешь, сдвинули на день. Так не на два же, и не на неделю. А то, что кому-то теперь придётся прямо после поединка за первое место, не успев передохнуть, отправляться на турнир Равных - это явно не мои проблемы. Я всё равно не выиграю.
  Лениво помахав во дворе мечом (не тренировки ради, а приличия для), я написала нудную объяснительную по поводу выломанной двери (в другое время это послужило бы источником для длинного разбирательства, но сейчас всем хватало проблем с трупом) и отправилась к себе в комнату.
  Делать было решительно нечего, ложиться спать - рано, поэтому я, чуть помедлив, залезла под кровать, приподняла одну из половиц и извлекла оттуда пухлую пачку бумаги. С некоторых пор это стало навязчивой необходимостью - описывать всё странное, непонятное или интересное, случившееся за последнее время. При этом я честно старалась не думать о периодических обысках в комнатах. Тайник казался мне достаточно замаскированным, а чары неоткрываемости, наложенные не только на двери, но и на кусок пола, давали определённую надежду на светлое будущее.
  В общем, весь остаток дня я методично конспектировала историю с Кар. Хотя, истории-то пока никакой и не было, одни домыслы и предположения. Может быть, именно поэтому желание пографоманствовать растянулось не на всю ночь, как обычно, а только до темноты. И заснула я ещё до отбоя. А следовательно, проснулась с первыми лучами солнца, то есть непростительно рано.
  Вышла на балкон, с наслаждением вдохнула морозный весенний воздух, привычно вздохнула, любуясь рассветными бликами, отражёнными в колыхающемся зеркале залива... и вдруг резко присела, прячась за перила. По двору, прямо подо мной, шли ректор академии господин Жеом Понжер, и мой Хозяин, он же 'дядюшка', Топиэр Рулипп айр Муллен.
  - И что мне теперь делать? Опять переносить? - надрывался глава академии.
  - Да зачем? Пусть всё идёт как идёт. Я пока не понимаю, что тут происходит, но дело явно не в турнире.
  - Думаешь?
  - Уверен! Ни одна из девушек не собиралась в нём участвовать, правда?
  - Да, но... Бесы их раздери, что же они время-то такое неудачное выбрали!
  - Кто?
  - Да кто угодно! Убийцы, убитые... Ты вообще представляешь, как мне с их родителями теперь объясняться? А стража? А власти? А инквизиция? А в моём возрасте, знаешь ли, такая нервотрёпка даром не проходит.
  Понжер привалился к стене и шумно вздохнул. Видок у него был, надо сказать, тот ещё. Всю ночь не спал, что ли? Хозяин выглядел посвежее, но было заметно, что он тоже не на шутку встревожен.
  Что же у нас ещё успело случиться, пока я спала? Кто умер? Надеюсь, Рисса?
  Но отвечать на мой невысказанный вопрос никто пока что не спешил. Муллен только беспомощно развёл руками:
  - Ну, стражу, предположим, я возьму на себя. О том, чтобы в совете не поднимали особого крика - это к Нермору, ему большая шумиха тоже невыгодна. А вот инквизиция... Думаешь, святоши припрутся?
  - А куда они денутся? Два самоубийства за два дня, без записок, без видимых причин - это уже попахивает культом. А оттуда и до магии недалеко. Если академию после этого не закроют - будет чудо!
  - Не говори чепухи. Никто вас не закроет. И вообще, привёл бы ты себя в порядок что ли. Тебе ещё весь турнир делать вид, что ничего не случилось.
  - Какой уж тут может быть порядок? - Ректор снова вздохнул, - Это же конец всей моей карьеры.
  - Всей или не всей - это мы ещё посмотрим. А сейчас иди отсюда и до построения не высовывайся. И не ори о своей проблеме на каждом углу, а то у стен, знаешь ли, тоже бывают уши!
  - Эй, ты что себе позволяешь? Ты кого жизни учишь, я же тебе в отцы гожусь?! Я тебе сейчас припомню, как ты голеньким карапузом бегал по поместью от кошек и кричал, что они больно грызутся!
  - Уже припомнил. Знаешь, я ведь серьёзно. Постарайся хоть чуть-чуть отдохнуть, а я пока погуляю и подумаю о том, что делать дальше, договорились? - Кажется, Хозяин пустил в ход всю свою убедительность. Впрочем, уболтать он действительно мог любого, кроме разве что Тьяры. И меня. Так что Понжеру осталось только покорно склонить голову.
  - Может, ты и прав. Ты же у нас столичный начальник в конце концов. А я... теперь уже никто, наверное...
  И глава академии понуро побрёл по двору в направлении своих покоев.
  А Муллен тем временем немного покрутился на месте, что-то неразборчиво бормоча себе под нос, и вдруг поднял голову к моему балкону. Я вжалась в оградку, честно пытаясь представить себя маленькой незаметной пылинкой, но тщетно. Видимо, на каждую пылинку найдётся свой пылесос.
  - Марго-о-о! Слезай вниз, всё равно я тебя видел! Есть разговор.
  - Так нечестно... - пробормотала я, перелезая через ограждения и сползая во двор по плющу, густо обвивающему стены замка. Третий этаж - конечно не шутка, даже для меня. Особенно учитывая здешнюю высоту потолков. Но именно под моими окнами крепкая зелёная плетёнка разрослась настолько бурно, что я бы и с закрытыми глазами по ней спустилась. Или поднялась, в зависимости от ситуации.
  - Нечестно подслушивать чужие разговоры. Впрочем, иногда допустимо. Но только тогда, когда речь заходит о твоей собственной безопасности. Чуешь, к чему я клоню? - Я помотала головой. - Ладно, постараюсь объяснить понятнее. Что ты делала этой ночью?
  - Спала, - пожала плечами я. И, не удержавшись, ехидно добавила: - Как ни странно!
  - Замечательно. А свидетели есть?
  - Какие ещё свидетели? Я же одна спала!
  - Как ни странно! - передразнил меня Муллен. - Лучше бы ты в нарушение всех правил ночевала с кем-то. Так было бы гораздо надёжнее. А прошлой ночью?
  - К турниру готовилась. И сапоги искала.
  - И при этом тебя тоже никто не видел!
  - Почему? Меня видела Кардинн, и ещё какой-то мелкий парнишка. Ой... - до меня плавно начло доходить к чему он клонит. - Так вы что, меня подозреваете что ли? Но это не я, честное слово. Я и заклинаний-то таких не знаю... Да и зачем мне кого-то доводить до самоубийства? Смысл в чём?
  - А сам не знаю. И тебя ни в чём не виню. Пока что. Потому что через пару часов на меня, скорее всего, свалят всю ответственность за это дело, и вот тогда я начну подозревать всех. Поэтому я тебя очень прошу - будь осторожна. Старайся держаться на виду и не выпендривайся. Не забывай, что ты, помимо всего прочего ещё и эльфа. А отношения с западом сейчас - сама знаешь.
  Я, к сожалению, действительно знала. Размолвки между двумя расами в стране были всегда, но именно сейчас они, кажется, достигли своего апогея. Недавно в Релте по подозрению в каком-то мелком преступлении задержали одного эльфа. В ответ выходцы из Западной Предонии, полностью уверенные в невиновности соотечественника, взяли тюрьму штурмом. А на следующую ночь люди без суда прирезали всех зачинщиков этого происшествия. Остроухие, понятное дело, обиделись и пригрозили нам войной.
  'Нам' - потому что подсознательно я всегда причисляла себя к людям, несмотря на внешность. К сожалению, некоторые придерживались другого мнения. И если в Таине всё ещё пропагандировали политику терпимости, то ближе к западу меня могли спокойно прирезать представители любой из противоборствующих сторон. Люди - за длину ушей, эльфы - за то, что ношу форму человеческого учебного заведения.
  Короче, в стране назревала полноценная гражданская война. И что-то мне подсказывало, что меня это всё ещё коснётся. Лишь бы не сегодня.
  Пока я пересказывала самой себе краткий обзор политической ситуации в Предонии, Хозяин тихонько развернулся и пошёл своей дорогой. Видимо, решил оставить меня наедине со внезапно проклюнувшимся здравым смыслом. Я не сразу вспомнила, что хотела у него спросить...
  - ...А кого ещё убили-то? Ну, пока я спала!
  - Ещё одну девушку с вашего года обучения. Вильду. Она повесилась на люстре. Только чтоб никому ни слова! Те, кому надо, и так всё знают.
  Упс! Я, признаться, тайно надеялась, что это окажется кто-то незнакомый. Ну или хотя бы Рисса. Кстати, о Риссе... Она ведь вчера сболтнула, что идёт докладывать последние новости нашей хромоногой воительнице. Вот вам и зацепка!
  Самое странное, что я никогда не замечала за собой пристрастия к детективам, даже до классики типа 'Шерлока Холмса' руки не доходили. А тут вдруг проклюнулось совершенно дикое желание разобраться с этим делом. И, желательно, опередив Хозяина. Пусть поймёт, что я умею находить не только приключения на свою многострадальную задницу, но и ответы на вопросы. Тем более, что магия - чёрт, видимо всё-таки магия - это, как ни крути, мой профиль.
  Хотя первая мысль, пришедшая мне в голову, была так же далека от волшебства, как я - от балета.
  Если неведомый злодей решил методично пройтись по всем девчонкам моего курса, то рано или поздно он доберётся до меня (ха, пусть попробует справиться!) либо до Риссы. Если этот гад остановит свой выбор на мне - я точно узнаю, кто он. А если на блондинке - значит, она не преступница, а просто жертва обстоятельств. В любом случае за ней стоит проследить. Но до темноты можно даже не рыпаться: во-первых, убийца явно работает по ночам, а во-вторых, мне некогда, потому что турнир.
  Турнир! Построение!!!
  От души чертыхнувшись, я помчалась в свою комнату за вещами. Лестницу одолела если не в три прыжка, то в четыре точно. И упёрлась носом в новенькую, поставленная взамен выломанной, дверь. Запертую изнутри не только на заклинание, но и на вульгарный дубовый засов.
  Пришлось бежать обратно и снова карабкаться по зарослям плюща, теперь вверх. А потом опять вниз, уже нормальным путём, но волоча за собой сумку с доспехами. Что самое обидное, ни Кьяло, ни Флая, на которых можно было бы взвалить эту ношу, поблизости не наблюдалось.
  Но на жеребьёвку я, как ни странно, не опоздала. Почти.
  В том смысле, что как всегда влетела на площадку в самый последний момент и незаметно пристроилась с краю общей шеренги. Грустный и помятый Понжер тем временем нарочито весёлым голосом объяснял, что у господина Нермора какое-то важное совещание, поэтому в данный момент он присутствовать не может, будет позже.
  - А помочь нам с определением пар любезно согласился мой хороший друг, начальник внешней стражи Тангара, господин Муллен.
  Ну вот, не успели попрощаться... ладно, теперь хоть будет кого обвинять в выборе некомфортных соперников. А вот чтоб я его за подходящих похвалила - не дождётся. Не по спортивному это как-то.
  - Так как при вынужденном переносе соревнований никто не снял свою кандидатуру, и у нас по прежнему сорок семь участников...
  - Так было же сорок восемь! - вырвалось у меня.
  - Хорошо, - легко согласился ректор, мгновенно стряхнув с лица озабоченное выражение. У меня сразу же возникло ощущение, что он всё утро только и делал, что ждал этого вопроса, - У нас сорок восемь участников, но всего сорок семь заявок. И если в ближайшие несколько минут...
  Я мигом растолковала намёк и бросилась к столу, на котором лежали письменные принадлежности. Словно специально для меня кто-то добрый оставил. Хотя, кто их знает, может и для меня. Всё же я не в первый раз забываю про эту чёртову заявку. И даже не во второй... Если честно, я вообще ни разу не подавала её в положенные сроки, всё как-то не получалось. Но обычно успевала за пару часов до начала поединков, а не за несколько минут.
  Как только исписанный моими каракулями листок лёг в руку Понжера (он даже не потрудился прочитать, что я там накарябала), Хозяин сразу же деловито зашуршал жетончиками. Я так поняла, сейчас из шкатулки должен был появиться номер моего потенциального соперника. Волноваться и загадывать какого-нибудь малолетку было уже поздно, поэтому я просто терпеливо ждала вердикта.
  - Номер два, - возвестил собравшимся Муллен.
  Кто-то удивлённо присвистнул, а из середины строя раздалось нервное покашливание. Ректор мигом вспомнил, что он сегодня усталый и замученный и, кажется, с трудом сдержался, чтобы не ухватиться за сердце. Словно все присутствующие и без сверки списков знали, на кого указывал резной жетончик.
  Я недоумённо покосилась на Хозяина. Мол, что я сейчас-то сделала не так?! Он едва заметно пожал плечами. То есть нас тут двое таких неосведомлённых. Уже хорошо.
  Я честно пострадала от неопределённости ещё пару секунд, и уже готова была лопнуть от распиравших меня эмоций, когда глава академии на всякий случай сверился со списком и совершенно умирающим голосом объявил:
  - Итак, первой парой являются: номер сорок восемь, Марготта айр Муллен, и номер два, Флайяр айр Нермор.
  Упс! Я закатила глаза к низкому облачному небу и искренне пожалела, что не могу прямо сейчас завыть от злости. В принципе, можно было ожидать, что нам опять придётся выходить друг против друга. Но не в первом же поединке!!!
  Я еле сдержалась, чтобы прямо на площадке не высказать Хозяину всё то, что я думаю об его 'лёгкой' руке. Но он, кажется, и сам уже понял. Хотя с его точки зрения, дело было не столько в наших дружеских отношениях с Флаем, сколько в политике. Сын главы Восточного совета против племянницы начальника внешней стражи - это же идиотизм. Как если бы в нашем мире схлестнулись отпрыски президента и какой-нибудь большой шишки из ФСБ.
  Какое счастье, что Нермор-старший из-за своего совещания не увидит этот образцово-показательный трагифарс!
  Не успела я обругать последними словами злодейку-Судьбу, как меня подхватил под локоток какой-то непонятный субъект с ног до головы закутанный в чёрный плащ. Если он хотел таким образом стать незаметным или слиться с толпой, то здорово просчитался - никого более нелепого вокруг не наблюдалось.
  - Чего надо? - как можно грубее осведомилась я, выдёргивая руку.
  - Не надо срывать на мне вашу праведную злость, глубокоуважаемая госпожа. Поверьте, я того не стою, - извиняющимся тоном пролепетал этот непонятный тип. А я запоздало отметила, что он совершенно крошечного роста, почти на пол головы ниже меня.
  - Тогда хватит меня лапать.
  - Что вы, и в мыслях не было. Просто поговорить, причём исключительно о деле. Впрочем, я уже заранее предвижу, что разговор наш успехом не увенчается.
  Я с сомнением осмотрела субтильную фигурку незнакомца. В голове тем временем мелькнули две версии возможного развития событий: врезать ему сразу, чтоб под ногами не путался, или сначала выслушать, а уже потом врезать. Коротышка кажется, прочитал мои мысли. Или правильно растолковал то, что было большими буквами написано на лбу.
  - Но молю, не надо меня бить, я же всего лишь посредник, существо подневольное. Я же о малом прошу - выслушайте меня, и всё.
  - Ну?
  - Эээ... Я правильно понимаю, что вам бесполезно предлагать деньги за проигрыш в этом поединке?
  Я наконец-то перестала колебаться и выбрала версию 'врезать сразу'. Но стоило только замахнуться, как вкрадчивая речь незнакомца резко ускорилась, и мне невольно пришлось дослушать до конца.
  - Мне не важно, какое решение вы примете, я ведь только посредник. Скажу лишь, что в случае вашего проигрыша, намеренного или случайного, вас будет ждать сумма в сто золотых. Я лично передам её. Видите ли, это как раз тот случай, когда быть проигравшим очень выгодно, и наоборот...
  - Марго, вот ты где! - Замах оборвался на середине. Я оглянулась и увидела, как ко мне бегом приближается Кьяло, - Ты что тут делаешь? Тебе давно пора одеваться, весь турнир хотят впихнуть в один день, поэтому поединки начнутся сразу же, как только закончится жеребьёвка. А ты первая, помнишь?!
  - Я не первая, я - сорок восьмая, - уныло сообщила я парню. - А где...?
  - Кто?
  - Да тут стоял такой мелкий, весь в плаще... Неужели не видел, я с ним разговаривала.
  - Никого я не видел, - пожал плечами Кьяло.
  Но ещё некоторое время я тупо глазела по сторонам, пытаясь засечь коротышку-посредника. Естественно, безрезультатно.
  А потом Кьяло отволок меня, нерасторопную, в какой-то тёмный уголок и принялся методично запаковывать в доспех. Я этот процесс никогда не любила, но без должной защиты на турнир никого не пускали, даже на показательный.
  Хотя нет, не так - особенно на показательный. На Большой-то как раз многие выходили даже без кольчуги, благо вся ответственность за жизнь этих камикадзе ложилась на них самих. А вот в академии с этим делом было строго. Оружие - только тупое, защита - по полному разряду, и куча лекарей по краям ристалища бегает, караулит. Тоска зелёная, в общем.
  Совершенно убийственные очертания эта тоска обрела, когда Кьяло со всего размаху нахлобучил на меня шлем, безжалостно придавив уши.
  - Садюга, - огрызнулась я, тряся головой.
  - Ничего, целее будешь, - ответил этот нехороший человек, затягивая последний ремешок. - Ну давай, покажи этому сивому мерину, где раки зимуют.
  - А где они зимуют? - машинально поинтересовалась я. На самом-то деле меня сейчас занимал совсем другой вопрос, но надо же разговор поддерживать.
  - Откуда я знаю!
  - И я не знаю! А куда тогда показывать?
  - Можно в сторону сортиров, он оценит.
  - С ума сойти, как же вы друг друга любите, - хихикнула я. И наконец-то решилась, -Кьяло, а сто золотых - это очень много, правда?
  - Это год учёбы в академии. Включая питание. Или очень неплохой меч, комплект доспехов и ещё какой-нибудь кинжальчик в довесок. Или призовая лошадь. Короче, прилично. А что?
  - Да так, просто вдруг подумалось... не важно!
  - Раз не важно, тогда не выпендривайся, а иди уже! Удачи, - парень подтолкнул меня к ристалищу, сунул в руки клинок, а сам нырнул за ограждение для зрителей.
  А я пошла вперёд, лениво размышляя над предложением коротышки. Где-то в глубине фраз явственно чудилось двойное дно. Если я проиграю, даже случайно, то получу деньги. А если выиграю? Что тогда? Прирежут меня в тёмной подворотне? Или повесят, как Вильду? Ага, а Хозяин их тогда... А если они его?
  Но в любом случае, проигрывать я не собиралась, поэтому поспешила выкинуть из головы дурные мысли. А чтоб хоть как-то отвлечься, забубнила себе под нос первое, что пришло в голову.
  
  Меч тупой, кольчуга старая,
  В шлеме не видать ни зги,
  Потерялась наручь правая,
  И натёрли сапоги,
  
  Поддоспешник - рвань кошмарная,
  Рукавицы велики.
  Всё равно иду упрямо я
  По дороге, где враги.
  
  Врагов, впрочем, на горизонте видно не было. Даже мой противник не спешил идти на встречу. Видимо, его тоже кто-то спешно экипировал. Поэтому я продолжила.
  
  А враги на это зрелище
  Без улыбки не глядят.
  Что за чудное нелепище
  Обрядилось в сей наряд?
  
  Ржут они, а мне до смеха ли?!
  Мне обидно - прямо жуть!
  Над моими ржут доспехами,
  Но назад не повернуть!
  
  Пробежав глазами по трибунам я уловила взгляд Хозяина. Он лукаво подмигнул мне и улыбнулся. Я почувствовала, что краснею. Ой, ну какого чёрта, а? Ведь только что всё было нормально, душевное равновесие на месте, желание выиграть бурлит и искриться... Последнее, впрочем, никуда не делось. Но общее настроение как-то сразу перестало быть воинственным.
  Тем временем Флай всё-таки появился, отсалютовал мне клинком, я послала ему шутливый воздушный поцелуй - и завертелось.
  Дальнейшее описывать не буду. Рассказывать о поединках - вообще занятие неблагодарное. Во-первых, очень сложно вспомнить, что именно ты там делал с мечом, собственным телом и противником. И даже если вспомнишь (это уже во-вторых), то кто-нибудь шибко умный обязательно скажет, что так не бывает. Это, видите ли, вопреки законам физики, здравому смыслу и технике безопасности.
  Есть, конечно, и те, кто прекрасно знает, что ещё и не такое бывает, а рассказчику нужно верить на слово. Только встречаются они очень редко, к сожалению.
  Короче, наше неописуемое мельтешение с мечами закончилось для меня в тот момент, когда я пропустила удар сверху. Очень неплохой удар, к слову сказать. Аж в мозгах зазвенело.
  Честно говоря, за последнее время я уже успела отвыкнуть от того, что самый многострадальный орган в моём организме - голова. Даже на поединках я так старательно берегла её от посторонних вмешательств, что удары приходились только вскользь. А уж таких ощущений как сейчас, я не испытывала уже года два. С тех пор, как на меня упала люстра.
  Вообще, подозреваю, что люстры в жилых комнатах висели исключительно для красоты, потому что ни один здравомыслящий человек не будет каждый вечер лазить на трёхметровую высоту, чтобы зажечь свечи. Но я была бы не я, если бы однажды не решила устроить полную иллюминацию. Подтащила в середину комнаты стол, на него взгромоздила стул, сверху себя... Подпалила шесть свечек из семи, и никак не могла дотянуться до последней. Тянулась, тянулась... Что было дальше, я думаю, и так понятно. Стул качнулся, на мгновение застыл на одной ножке и вдруг резко ухнул куда-то вниз. Я следом, судорожно хватаясь за люстру. Зря! Если бы я просто упала - это ещё ничего. Но падать в обнимку с горящей люстрой?!
  Естественно, я поспешно выпустила светильник и вполне изящно приземлилась на четвереньки. Только и успела, что улыбнуться и почувствовать себя героиней... и тут люстра крепко вмазала мне по темечку. А следом и стул. Дубовый, между прочим!
  После этого происшествия я накрепко уяснила, что мебель в академии лучше не трогать, особенно если она подвешена к потолку. Ведь если она выдерживает свой вес, то не факт, что выдержит что-то ещё... даже маленькую хрупкую меня.
  Кстати... Если люстра и меня-то не удержала, то... учитывая богатырское телосложение Вильды... Повесилась на люстре, говорите? Ну-ну, как же! Да эта кованая фигня навернулась бы с таким грохотом, что и пол бы проломила! Там такой тарарам был бы...
  Тьфу ты! Я настолько увлеклась рассуждениями, что забыла, где нахожусь. Поэтому тарарам действительно был, но опять-таки по моей голове. Перед глазами заплясали звёздочки, ноги подкосились. Упс! Кажется, я умудрилась проиграть первый же поединок. На глазах у Хозяина. Позор-то какой!!!
  Впрочем, сотня золотых тоже на дороге не валяется...
  Да пошла она к чёрту, эта сотня!
  
  Меня усадили на скамейку, стянули изрядно помятый шлем, сунули в дрожащие руки кружку с водой и принялись тыкать в лицо пальцами, слёзно умоляя их посчитать.
  - Тридцать девять, - отрапортовала я после минутного ступора. - А теперь тридцать семь, кто-то два убрал. И вообще, если вы все будете постоянно размахивать руками и галдеть, как базарные торговки, то я собьюсь со счёта.
  - Жить будет! - констатировал кто-то из набежавших лекарей.
  - А никто и не сомневался. Эльфы - они вообще на удивление твердолобые, - подхватил ещё какой-то 'доброжелатель'.
  - Неправда, я нежная и ранимая.
  - В упор из арбалета? - голос Флая над самым ухом я бы ни с чем не спутала.
  Ну вот и главный виновник происшествия пожаловал. Судя по ехидству, сквозившему в голосе, виноватым он себя отнюдь не считал, но состроить извиняющуюся рожу попытался.
  - Марго, солнышко, ну не убивай меня, безмозглого. Ведь если однажды я проснусь и обнаружу, что ночью скоропостижно скончался, то обвинят всё равно не тебя, а какую-нибудь влюблённую в меня малолетку, которая не вынесла душевных страданий. И как же ей, бедняжке, не страдать, ведь её-то я никогда не бил. Я ведь умный, я знаю, что девушек бить не следует, а если и следует, то только тогда, когда они сами попросят, но и тогда нужно проявлять заботу и ласку, и только если не получается...
  - Я тебе сейчас такую заботу проявлю, что одной лаской не отделаешься, - мрачно пробормотала я, пытаясь вычленить хоть какой-то смысл из его словоблудия. Бесполезно, только голова разболелась, - Хоть бы извинился, коняга.
  В ответ голубые глазищи распахнулись во всю их немыслимую ширину:
  - Прости меня, о прекраснейшая из воительниц! Прояви столь несвойственное тебе милосердие, и одари меня своей пленяющей улыбкой, сравнимой лишь с первым рассветным лучом...
  - ...или последним закатным, - смеясь подхватила я. Всерьёз злиться на этого шута горохового было совершенно невозможно.
  - А ну пошёл отсюда! - Ага, а вот и Кьяло появился. Где его раньше черти носили, хотела бы я знать? - Доволен небось, что без проблем победил девчонку, да? Я бы посмотрел, как ты со мной справишься, если бы пришлось. А то тоже мне, нашёл предмет для гордости! И ещё издеваешься...
  - Я не издеваюсь, а прощения прошу, - фыркнул Глазастый. - И между прочим, я имел точно такие же шансы получить по башке, как и она. Поединок был честный, это кто хочешь подтвердит.
  - Да о какой чести вообще может идти речь, когда о твоей победе все знают заранее? Она же проплачена на пол года вперёд!
  Запахло скандалом. Причём скандалом политическим, и немногочисленные любопытствующие поспешили смыться. А то поди потом докажи, что ты ничего такого не думаешь, и вообще просто прогуляться вышел.
  Мне уходить было неохота, да и некуда, разве что глазеть на следующие поединки. А чего я там не видела?! Поэтому я поморщилась от всё нарастающей громкости крика и привычно пробормотала:
  - А спорим, не подерётесь?
  Не знаю почему, но фраза эта всегда действовала безотказно. Вот и сейчас раскрасневшиеся парни мигом заткнулись. Ещё некоторое время они угрюмо сверлили друг друга взглядами, потом дружно выдохнули и демонстративно разошлись в разные стороны.
  Флай, понятное дело, готовиться к следующему поединку, а вот Кьяло...
  - Эй, ты куда? А кто мои доспехи наверх потащит?
  Парень, не сбавляя хода, вильнул в сторону, подхватил мою сумку (в которую я и сложить-то ещё ничего толком не успела), и вернулся на прежнюю траекторию.
  - А ну стой! - пришлось сделать над собой усилие и подняться с такой родной и уютной скамейки. Земля под ногами качнулась, но сохранила горизонтальное положение. Что ж, не так уж всё и плохо, видимо. - Или ты сейчас же объясняешь мне, что происходит, или я буду тебя зверски пытать. А если ты умрёшь в процессе пыток, то приглашу Тьяру - она и мёртвого разговорит. И вообще, где тебя носило?
  - Что? - Кьяло обернулся чрез плечо.
  - Ну, где ты был во время моего поединка? Ясно, что не среди зрителей, иначе не подошёл бы ко мне последним...
  - Да я сначала искал, откуда лучше видно, а потом мельком услышал... короче, ночью Вильда повесилась!
  - Не повесилась, - отмахнулась я. - Нельзя на здешних люстрах вешаться, опасно для жизни.
  - А ты откуда знаешь?
  - Я вообще всё знаю!
  - Да? И то, что труп пропал?
  - Как пропал???
  - А вот так! Её нашли повешенной, полюбовались и оставили висеть до дальнейшей экспертизы. Потом отвлеклись на построение и открытие турнира. А труп тем временем исчез из запертой комнаты.
  Я невольно хихикнула. Жизнь становилась всё интереснее, а существование в академии ещё одного мага уже не подвергалось сомнению. Ладно, ночью пойду ловить этого сумасшедшего. Хотя... ловить-то ночью... А вот осмотреть комнату Вильды можно было бы и прямо сейчас, пока все глазеют на турнир.
  - И ещё... - на лице Кьяло появилось совершенно непередаваемое выражение. С таким обычно говорят две фразы: 'Мне нужно в туалет' и 'К нам едет ревизор!'. Но, кажется, первая была бы сейчас не совсем в тему... - К нам едет комиссия от инквизиции!
  
  * * *
  
  Как любой квалифицированный маг, Олег прекрасно знал, что заклинания - вещь крайне ненадёжная. Поэтому в кармане куртки у него лежал пистолет а на поясе висел кинжал. Варвара ласково называла это холодное оружие тесачком, а одно время даже приноровилась чистить им картошку. Когда Олег узнал об этом, то долго ругался - всё-таки ритуальный стилет, да ещё и некромантский - это вам не кухонный ножик с пластмассовой ручкой. Но женщина только лукаво ухмылялась и разводила руками. Да и сам кинжал, как ни странно, не возражал против такого применения.
  От мыслей о Варваре в груди потеплело. Хоть она и устроила настоящую истерику, пытаясь не пустить парня к самопровозглашенной властительнице Запределья, но это вполне можно понять. В конце концов, должен же быть в мирах хоть один человек, которого стоит бояться. Ну, или хотя бы остерегаться...
  Олег неожиданно для себя обнаружил, что волнуется. Руки начали ощутимо подрагивать, да и коленки вели себя как чужие.
  Парень достал из внутреннего кармана куртки фляжку и сделал душевный глоток. Помогло. В голове прояснилось, и дрожь прошла.
  Ну, пора!
  Все действия были продуманы до мелочей.
  Пройти по секретному тоннелю к дверце, ведущей в тронный зал Девианта. Посмотреть, где Арая. И выстрелить.
  Просто, как всё гениальное.
  Задача, стоящая перед придворным магом облегчалась ещё и тем, что королева не гуляла по огромному помещению, а спокойно сидела на троне. Лицом к главному входу. Спиной к парню.
  Несмотря на внешнюю непоколебимость, трон Девианта представлял собой далеко не самую прочную конструкцию. Прострелить спинку - плотный бархат, натянутый на фанерный каркас - сложности не вызывало.
  И Олег выстрелил. Раз, другой... третий...
  ...Четвёртого раза не получилось.
  - Впервые убиваешь кого-то, да? - вкрадчивый женский голос прозвучал возле самого уха. - Забавный ты парнишка! Первый раз вижу некроманта, которому доводилось только оживлять. Зато так качественно оживить, как ты, сумел бы не каждый.
  Олег нервно сглотнул и скосил глаза на источник звука. Арая, живая и невредимая, стояла рядом с ним. В руках королева небрежно крутила какую-то палку, увенчанную рубином. Не то скипетр, не то жезл. Оправдываться было поздно. Всё, что оставалось - состроить хорошую мину при плохой игре.
  - Рад видеть вас в добром здравии, ваше величество!
  - Я бы на твоём месте не радовалась... Впрочем, как знать. И, кстати, можешь выдохнуть. В ближайшие несколько часов я тебя убивать не буду. Сначала поговорим. Присаживайся!
  Парень бегло оглядел тронный зал, уже представив себе, как где-то возникает из воздуха стул. Или хотя бы колченогая табуретка... А вот ничего подобного!
  - А куда садиться?
  - Да куда хочешь, - пожала плечами королева. - Можно даже на трон, я не обижусь. Не знаю, правда, как твой законный правитель на это отреагирует... В конце концов, это его сидение, не моё.
  Олег покосился на трон, в спинке которого зияли ровненькие дырочки с оплавленными краями. Потом на собственный пистолет. Задумчиво хмыкнул и убрал оружие в карман куртки.
  - Нет, спасибо. Я постою, если позволите. Не хочу джинсы об пол пачкать.
  - Ну стой. Только учти - разговор будет долгим.
  С этими словами властительница Запределья взмахнула длинными ресницами - и величественно опустилась в незамедлительно появившееся кресло.
  
  * * *
  
  

Глава 3. Рисса

  
  В коридорах академии было удручающе пусто. Казалось, даже вездесущие мухи, активизировавшиеся с наступление весны, умотали смотреть турнир.
  Кьяло бодро промаршировал до моей комнаты, закинул сумку внутрь, и выжидающе уставился на меня. А я, в свою очередь, на него, мучительно раздумывая, что ещё такого страшного этот тип имеет мне сообщить.
  Парень, как назло, молчал. То ли надеялся, что я сама догадаюсь, то ли уповал на неведомое мне искусство телепатии.
  - Ну что ещё? - выждав для приличия пару минут поинтересовалась я.
  - Да я это... пойду, наверно... Там турнир же...
  - Иди, - я выразительно пожала плечами.
  Но он почему-то остался на месте. И стоял так до тех пор, пока с улицы не донеслась очередная партия восторженных криков и горестных вздохов. Турнир шёл своим чередом: кто-то выигрывал, кто-то проигрывал. А мой друг изображал древнюю статую.
  - Что стоим? Кого ждём? - не выдержала я.
  - Я вот думаю...
  - Да?
  - Ведь стоит мне сейчас уйти, как ты что-нибудь натворишь. А Муллен потом с меня шкуру сдерёт и над камином повесит. Так?
  - Есть такое дело, - серьёзно кивнула я. - Только можешь расслабиться, я до вечера ничего творить не собиралась. По крайней мере, до того, как ты предложил.
  - А я предложил?
  - Ну, предположил. Вот я теперь и думаю, что бы такого сделать... К Вильде в комнату что ли наведаться?
  - Только попробуй. Я тебя сам тогда прибью. Чтоб впредь неповадно было!
  - И не стыдно тебе девушек обижать?
  - Девушек - стыдно, тебя - нет!
  - Вот ведь... ты к нему со всей душой... Пошла спать! - и я решительно шагнула в комнату, захлопнув за собой дверь.
  Спать я, конечно же, не собиралась. Да и о каком сне может идти речь, если сама судьба предоставила в моё распоряжение целый свободный день. Хоть ей для этого и понадобилось пару раз шарахнуть меня по голове.
  Обидно, конечно. Но так мне и надо, если рассудить. А то привыкла тут, понимаешь, без проблем входить в десятку, да ещё и на призовые места претендовать!
  Я как раз заканчивала переодеваться, когда из коридора донёсся звук удаляющихся шагов. Видимо, происходящая в душе Кьяло вселенская битва между ответственностью и желанием посмотреть турнир обернулась победой последнего.
  Ну вот, от навязчивого присмотра отделалась. Теперь можно и делом заняться.
  Под 'делом' я подразумевала осмотр комнаты нашей повешенной. Ну, или хотя бы попытку осмотра, в зависимости от ситуации.
  При этом я сама толком не знала, что хочу найти. Ну, хоть приблизительно оценить возможности потенциального противника. Или союзника... кто его знает, как обернётся.
  Напрягало то, что способности у этого субъекта скорее всего немалые. Настоящий труп на люстре висеть не мог, это понятно. Значит, будем исходить из того, что его там и не было. Но если кто-то видел, как тело болталось под потолком, а затем оно пропало из запертой комнаты - значит, это был морок. Но его наверняка всячески щупали, искали пульс, пытались вынуть из петли... или даже вынули... Значит морок осязаемый и очень качественный. Интересно, это вообще возможно? Я лично такого никогда не видела.
  Но ничего более реального мне в голову не приходило. Разве что массовая галлюцинация... Нет, вряд ли... А если?..
  От очередного предположения я отмахнулась, как от назойливой мухи. Потому что если Вильда на самом деле просто повесилась (а люстра такое издевательство просто выдержала), а Кар просто спрыгнула со стены... И никакой магии там вообще нет, и тайн никаких тоже...
  Ага! А куда тогда делся труп?
  Но чем ближе я приближалась к комнате покойной воительницы, тем тише и осторожней становились шаги. Кто его знает, что меня там ждёт. Впрочем... уж по коридорам-то средь бела дня у нас ходить не запрещено. Вот я и хожу. Гуляю. И фиг кто придерётся...
  Но к правому крылу, где жила Вильда, я всё равно не шла, а кралась. Замерла перед поворотом, горячо жалея, что не имею привычки носить с собой зеркальце, чтоб сподручнее было заглядывать за углы...
  Да что это со мной? Старею, что ли? Или это сегодняшний удар по голове так влияет?
  Плюнув на все меры предосторожности, я вышла из-за угла и бодрым шагом направилась к нужной двери. По совершенно пустому коридору. Ни наблюдателей, ни охраны. Может, все внутри? Сидят себе на подоконнике, турнир смотрят. Сверху такой замечательный вид на ристалище!
  Я подошла к двери вплотную и прислушалась. Нет, кажется действительно никого. А если попытаться открыть?
  Но прежде чем тянуться к дверной ручке, я прошептала заклинание отвода глаз. Не знаю, пригодится ли, но лишним точно не будет. Давненько я им не пользовалась, всё как-то необходимости не было.
  Странным образом вместе с чарами меня окутала какая-то сумасшедшая уверенность в том, что я всё делаю правильно. Меня просто переполняли энергия и жажда действия. Ну всё, теперь хоть к чёрту в зубы, хоть к парням в раздевалку!
  И я решительно толкнула дверь. Она, как ни странно, легко поддалась, распахнувшись внутрь. Никого! Я не стала лишний раз вертеть головой, разглядывая обстановку - и до того не раз была у Вильды в гостях. Ну бардак, ну пыль на тех вещах, которыми не пользуешься каждый день. Кстати... кажется, люстрой она тоже не пользовалась, предпочитая обходиться небольшими подсвечниками? Вот сейчас и проверим. Главное, не забыть дверь за собой закрыть!
  Пыхтя, как ёжик в брачный период, я вытащила стол на середину комнаты, взгромоздила сверху стул (малость косой, но другого не было), забралась на эту импровизированную пирамиду, и принялась разглядывать злополучный светильник. Все кованые финтифлюшки и завитушки, ровно как и свечи, покрывал толстый и безупречно ровный слой пыли. То есть за последние пару месяцев до люстры даже не дотрагивались, а уж тем более не обвязывали её верёвкой. Значит, в активе у нас иллюзорный труп Вильды, висящий в иллюзорной петле. Замечательно... пыль-то настоящая, надеюсь?
  Я легонько провела пальцами по ближайшему завитку. Серая пудра легко стёрлась, обнажив металл. Часть её осталась на руке, часть дымным облаком взвилась в воздух, запорошив всё вокруг. В носу мучительно засвербело.
  - А-а-апчхи! - громогласно выдала я, машинально отшатнувшись подальше. Стул опасно качнулся. Я, чертыхнувшись про себя, рванулась обратно, но моя неустойчивая 'пирамида' от этого движения как-то странно заскрипела и начала оседать вниз. Я мысленно съёжилась и поняла, что если в замке остался хоть один человек, не убежавший на турнир, то будет мне сейчас крышка. Причём от канализационного люка. - Упс!
  В последний момент оттолкнувшись от разламывающегося на куски стула, я легко взвилась в воздух, уцепилась за люстру, качнулась вперёд, разжала руки и приземлилась уже на подоконнике. Замерла, сама себе напоминая человека-паука на карнизе, и осторожно оглянулась через плечо.
  От стула осталась живописная кучка стройматериала, стол завалился на бок, люстра свихнувшимся маятником моталась из стороны в сторону, но пока не падала. Неужели выдержит?
  Но посмотреть, чем закончится противоборство отважной люстры и земного притяжения, мне не дали. По коридору прогрохотали шаги, раздались голоса, нецензурно повествующие о том, что можно бы и потише.
  Хмыкнув, я покосилась вниз, мечтая о том, чтобы... Да!
  Под этим окном тоже буйствовали заросли вьюнка. До земли, правда, не доставали, но вполне позволяли доползти до одного из ближайших окон. Что я и сделала. Одна нога, вторая... Уже распластавшись по стенке, я обновила заклинание (а то мало ли!) и выдохнула.
  Вот ведь попала. Счастье, что отпечатки пальцев в этом мире снимать ещё не умеют, а то вычислили бы меня в пять секунд. Ну и что, что я не виновата. Кто-то там умный говорил, что преступник всегда возвращается на место преступления!
  Эх... лучше бы я пошла следить за Риссой.
  С 'места преступления' тем временем доносились приглушённые голоса. Чья-то вихрастая голова высунулась из окошка, обозрела местность и, зевнув, исчезла в недрах комнаты.
  - Нету там никого! - провозгласил неизвестный голос.
  - Ну-ну, - Уж скептическое хмыканье Хозяина-то я из тысячи отличу. - А кто же тогда...
  Конец фразы утонул в грохоте. Кажется, многострадальная люстра всё-таки упала. Интересно, на кого...
  Вот говорила мне мама: 'Не суй свой нос в чужие комнаты, если он тебе ещё дорог!'. Правда, последний раз я слышала эту фразу лет в восемь, когда родителям надоело каждое утро по очереди освежать всё то же пресловутое заклинание отвода глаз на кончиках моих ушей, и они сообща решили изготовить небольшой амулетик мне в подарок. Как я поняла, эта штука должна была носиться на шее, подзаряжаться раз в месяц, и всё время действия скрывать от чужих взглядов мои нестандартные уши. И всё было бы ничего, но создание амулета велось в глубокой тайне, а раскрытие тайны было приурочено как раз ко дню моего рождения. Я же, как существо весьма любопытное, за несколько дней до этой знаменательной даты решила устроить в доме обыск. Ну и наткнулась на шкатулочку, в которой обнаружился симпатичный медальончик. Откуда же я знала, что он зачарованный. И что точную структуру заклинаний предки ещё не задали.
  Конечно же, я вцепилась в украшение обеими руками и поспешила напялить его на себя, чтоб покрасоваться перед зеркалом. Но в процессе ныряния головой в цепочку, медальон стукнул меня по носу и по неизвестной причине активизировался.
  Нет, взрыва не было. Я вообще ничего не почувствовала, кроме лёгкого магического фона. Ещё некоторое время покрутила безделушку так и эдак, а потом сняла и убрала на место, пытаясь обставить всё так, будто меня тут и рядом не стояло.
  Но как только мама пришла домой с работы и бросила рассеянный взгляд на младшую дочь... Я давно не слышала, чтоб она так хохотала!
  - Ну, чего? - обидевшись на странную реакцию, спросила я.
  - А ты в зеркало посмотри!
  - Смотрю! - ответила я, действительно уставившись на своё отражение. - Чего такого?
  - А ты неправильно смотришь! Внимательней надо. А то ты заранее знаешь, что увидишь. Глаза зелёные, брови чёрные... а вдруг что изменилось?
  Я снова вперилась в зеркало и принялась рассматривать свою растерянную физиономию по частям. Особое внимание уделила бровям с глазами, потом опустила взгляд ниже... и выдала тихое 'Упс!'. Нос у меня отсутствовал напрочь.
  То есть когда я потянулась к нему рукой, он, конечно же, оказался на своём законном месте. Да и при беглом взгляде на отражение казалось, что всё в порядке. Но факт оставался фактом - мой милый и родной носик настолько перестал привлекать к себе внимание, что стал практически невидимым. На целый месяц! Даже несмотря на то, что медальон в это время спокойно лежал в своей шкатулке.
  Месяц я просидела дома, выслушивая ехидные Ксанкины подколки и фальшивые родительские сочувствия. Без друзей, без беготни по двору. В самый разгар лета.
  Впрочем, была от этого случая и польза - заклинание отвода глаз я за этот месяц освоила в совершенстве, со всеми модификаторами. Но зато у меня появилась стойкая антипатия ко всякого рода побрякушкам. Кольца, кулоны и брошки, даже безо всякой магической примеси, я игнорировала напрочь. Ну а серьгами (и необходимыми для них дырками) вообще так и не обзавелась.
  Ностальгируя, я доползла до соседнего окна, но оно оказалось заперто. Как и следующее. Вот ведь незадача - и спуститься никак, и стенка кончается. Разве что вверх...
  Вздохнув, я продолжила путь в единственном доступном направлении. И через несколько метров поняла, что не прогадала - окно, находившееся этажом выше, было приоткрыто. Но не успела я воодушевлённо ухватиться за подоконник, как сообразила, до чьей комнаты добралась. И почти сразу же услышала голоса:
  - Всё поняла?
  - Да было бы, что понимать! Ты мне объясни только, зачем вообще где-то прятаться? Думаешь, какая-то там доморощенная инквизиция меня раскусит? Если бы всё было так просто, меня бы уже двадцать раз поймали, и сорок три раза повесили! - торопливый речитатив Риссы звучал как-то странно. Более рассудительно, чем обычно.
  - Сожгли.
  - Что?
  - Не повесили, а сожгли. Здесь ведьм сжигают, - А вот в голосе Кьяло чувствовалось беспокойство.
  Кьяло? Что он вообще делает в комнате этой блондинки?
  - Да какая разница. Мне всё равно ничего не грозит! Точнее, не грозило бы, если бы я оставалась в академии. А вот если я исчезну неизвестно куда - меня точно хватятся, будут искать. И обвинят во всех грехах! Ты этого хочешь?
  - Не хочу! Но и здесь тебе оставаться нельзя! Давай ты уйдёшь, а я... Я пойду к Понжеру и всё ему объясню. Ну, про то, что ты тут делаешь. Он хороший мужик, он поймёт. А потом скажу, что... ну, что тебя срочно вызвали... письмом...
  - Во-первых, все письма через него проходят! Так что в это он вряд ли поверит. А во-вторых, про меня он и так в курсе. И про тебя, кстати, тоже! А ты не знал?
  - Не-е-е... - Пауза затянулась. Я живо представила себе, как Кьяло буравит взглядом потолок, пытаясь найти на нём верные слова, или решение проблемы. - То есть он знает, кто ты? И кто я знает тоже?
  - Конечно знает, глупенький. А иначе принял бы он тебя в академию, сам посуди?
  - Ну, Марго же принял!
  - Э-э, родной, не путай тёплое с мягким! Маргошка - мулленовкая родственница, а ты - раздолбай из ниоткуда. Все ваши притянутые за уши генеалогии яйца выеденного не стоят, даже не обольщайся.
  У меня тем временем началось самое натуральное раздвоение личности. То есть одна половина меня очень хотела дождаться конца разговора и понять, что они имеют в виду, а у другой начали ощутимо уставать руки.
  Пока побеждало любопытство, но отрыв неотступно сокращался. Всё же зелёная плетёнка - это вам не шведская стенка в школьном спортзале. Да и на той долго не провисишь...
  - Тогда Понжер сам должен был первым делом сплавить тебя подальше отсюда, когда началась вся эта катавасия! - не унимался Кьяло.
  - Вношу ясность: Понжер знает, какая у меня должность и что я здесь делаю. Но кто я -ему знать не обязательно! Так что не надо тут делать такие страшные глаза, как будто я вот так походя взяла и раскрыла ему все семейные тайны. Всё же Предония - это Предония, а Лёсса - это Лёсса.
  Лёсса?
  После секундного ступора я вспомнила, что так назывались земли на востоке. Не страна, а именно земли - без точных границ, без информации о городах и жителях. То, что на картах обычно оставляли белым, изредка снабжая ветвистой подписью - 'Царство Лёсское, неизведанное'.
  Так она оттуда что ли? Или они оба?
  Теперь я просто обязана была дослушать до конца. Несмотря на то, что руки уже ничего не чувствовали, да и неловко подогнутая правая нога начала затекать.
  - Ну, если уж речь зашла о твоей должности... Ты ещё не забыла, что вообще-то обязана мне подчиняться? - В голосе Кьяло прорезались командные нотки. А я и не знала, что он умеет отдавать распоряжения, да ещё таким непререкаемым тоном.
  - Забудешь тут, как же!
  - Тогда так! Я приказываю тебе собрать всё необходимое и удалиться за пределы академии. И отсидеться где-нибудь до ухода инквизиции. Или до тех пор, пока я не разрешу тебе вернуться. Всё! Это приказ! А приказы не обсуждаются!
  - И не выполняются, - мрачно пробормотала Рисса. Но, судя по шорохам и скрежетам, долетевшим из окна, немедленно начала собирать вещи. - Ты мне переодеться дашь, или так и будешь над душой стоять?
  - Твоя душа, между прочим, принадлежит мне. Что хочу - то и делаю!
  Но дверь хлопнула почти сразу же - Кьяло всё-таки вышел в коридор.
  Хм... С каждой минутой всё любопытностнее и любопытностнее...
  Но, кажется, лимит подслушанных разговоров на сегодня был исчерпан. Сборы блондинки проходили в гробовом молчании, которое лишь изредка прерывалась угрюмым сопением.
  Выждав для приличия ещё пару минут я с трудом отодрала занемевшие руки от спасительного вьюнка и поудобнее ухватилась за подоконник. Подтянулась, влезла на него с ногами, сбросила с себя остатки заклинания и тактично постучала по раме.
  - Можно войти?
  - Ой, Маргошечка! Что ты тут делаешь? - Рисса всплеснула руками и с такой неуёмной прытью бросилась к окну, что я машинально отшатнулась и чуть было не вывалилась наружу. А пока я пыталась восстановить равновесие, девушка метким пинком зашвырнула под кровать объёмную сумку, и снова повернулась ко мне, - Что ты тут делаешь? Тебе помочь?
  - Не надо, - поспешно отмахнулась я, красочно представляя, чем может кончится такая помощь. - Я тут случайно мимо проползала. Хотела к себе, но у меня окно заело, и... ну, короче, я просто сейчас выйду в дверь, и ты меня сегодня больше не увидишь, хорошо?
  - Хорошо! А то, может, посидела бы у меня немножко, поболтали бы! Знаешь, мы ведь так давно не разговаривали просто так, как две подруги. Мы же подруги, правда? А то в последнее время у меня совсем никого не осталось, со всеми что-то случается. Как ты думаешь, оно нечаянно так получается, или это кто-то нарочно? Ну, то есть, я имею ввиду, что все говорят, будто по Академии ходит убийца, и всё это так страшно, да?
  Если бы я только что не удостоверилась, что Рисса может вполне логично рассуждать и говорить с нормальной скоростью, я бы сейчас взвыла и поспешила удрать из комнаты. Но её диалог с Кьяло заставлял на многое посмотреть со стороны. Блондинка была гораздо умнее, чем хотела казаться. И знала больше, чем могла. И что-то скрывала.
  Поэтому я переборола желание как можно быстрее бежать к себе и вежливо улыбнулась.
  - А если тебе страшно, то почему ты сидишь здесь одна? Смотрела бы турнир, там куча народу и нечего бояться. Кругом все свои...
  - Свои-то они свои, - очень натурально поёжилась девушка, - Но вдруг именно среди них прячется кто-то чужой? Я уж лучше одна посижу. Дверь запру, и окно тоже закрою. И чтоб никто-никто меня не тронул. А ты почему не на турнире? Просто я кого угодно ожидала увидеть, но не тебя, потому что ты же обычно там в первых рядах, и участвуешь, и смотришь. Ну, то есть я видела из окна, как тебя Флайчик победил, но я думала, что ты там останешься, и... Ну, это же нечестно, правда? Что он так взял и победил?
  Я пожала плечами, не представляя, что ответить. Не признаваться же, что пропустила удар из-за собственной рассеянности. Как-то не к лицу мне...
  А Рисса тем временем всё болтала и болтала, не переставая. Она вновь превратилась в ту самую словоохотливую простушку, которую я знала уже два с лишним года. Актриса, чёрт бы её побрал!
  С другой стороны, а на что я надеялась? На то, что она сейчас прекратит притворяться и выложит мне всё начистоту? Это вряд ли - ведь и я не спешила что-либо ей рассказывать.
  Поэтому когда разговор (точнее, бесконечный монолог) сам собой перешёл на вечные темы типа погоды и природы, я не стала изображать из себя прилежную слушательницу и предприняла попытку тактического отступления.
  - Уже уходишь? - удивилась Рисса, вскидывая на меня круглые глазищи.
  - Да, - кивнула я. - Ведь надо же и за турниром немного понаблюдать. Какое место Флай займёт... и вообще...
  - А мне из окна лучше видно. Я отсюда посмотрю... - пролепетала девушка, закрывая за мной дверь. И почти сразу же я услышала, как прошелестела по полу вытаскиваемая из-под кровати сумка. Сборы возобновились с удвоенной скоростью.
  И только тогда я поняла, что вся трясусь. Дрожь начиналась где-то в районе щиколоток, и оттуда неумолимо распространялась по всему телу. Зубы стучали так, будто я пол дня провела на морозе в тридцать градусов. Но здесь таких холодов даже зимой не бывало, да и сейчас температура воздуха была явно не при чём.
  Это что, от страха?
  Повисела пол часа на стене, и уже расклеилась? Ну я даю!
  Но сколько бы я не убеждала себя, что ничего особо экстремального пока не произошло, организм напрочь отказывался верить разуму. Пришлось привалиться спиной к ближайшей стенке, а потом и опуститься на корточки.
  И только через несколько минут мне полегчало настолько, что я смогла встать и двинуться по направлению к... своей комнате? Как бы ни так! Сначала следовало найти Кьяло и устроить ему допрос с пристрастием.
  Но искать человека в большой толпе - занятие, как правило, совершенно бесполезное. Во-первых, всё равно не найдёшь. А во-вторых, кто-нибудь непременно найдёт тебя.
  Так вот, пока я лавировала среди зрителей, высматривая двухметровую фигуру Кьяло, сзади ко мне подкрался Хозяин.
  - Продула! - с плохо скрываемым ехидством провозгласил он.
  Я не сразу поняла, что он имел в виду. Но когда сообразила, бурлящий в крови охотничий азарт сразу же испарился, и на его место пришло осознание всей прозы жизни.
  - Ну, продула. И что с того? - огрызнулась я. - Нельзя же всегда побеждать! Я вам не Верба! И не вы в молодости!
  - Я и не думал тебя в чём-то обвинять. Просто сказал...
  - А что, я сама не в курсе? Мне, думаете, приятно по башке получать?
  - Да не кипятись ты! Я, наоборот, хотел сказать, чтоб ты не расстраивалась. У тебя же всё впереди ещё...
  - Что у меня впереди? Что? Учёба в этом году закончится, и показательные турниры для меня тоже. А участие в Большом стоит таких денег, каких у меня отродясь не водилось. Вы мне когда последний раз деньги давали, а? За учёбу платите - и хорошо, мол. Правильно, я же вам никто. Так, дура приблудная. А вы вообще в курсе, что у меня сапоги порвались? Что одеть, кроме формы, нечего? Вы меня запихнули сюда, и думаете, что этим решили все проблемы! А потом что? Сплавите меня замуж за первого встречного? Или просто выгоните? Вы об этом подумали? А я живой человек, между прочим! У меня свои чувства есть! И вообще...
  Я осеклась, наконец-то сообразив, кому я это говорю.
  Упс! Он же меня сейчас по стенке размажет за такое поведение. Или устроит так, что меня завтра же отчислят из Академии. Или просто обидится... Последнее - хуже всего, потому что... Ну, наверное просто потому, что вообще-то я очень не хотела его обижать. Как-то так само получилось...
  Но Муллен обижаться, кажется, не собирался. Он спокойно смотрел на меня сверху вниз и думал о чём-то своём. Долго думал - целую минуту, наверное. А потом у меня кончилось терпение и я, привстав на цыпочки, помахала рукой перед его лицом.
  - Что? - мрачно осведомился Хозяин, отвлекаясь от своих мыслей.
  - Ничего, - потупилась я. - Извините. Глупость сморозила.
  - Не за что извиняться. Ты всё правильно сказала. И я всё понял. Сколько тебе надо?
  От его тона, неожиданно холодного и делового, у меня перехватило горло.
  Нет, всё-таки обиделся...
  И вот тут уже, уж сама не знаю на что, обиделась я.
  - Ничего вы не поняли! И ничего мне не надо! Сама справлюсь.
  Я резко развернулась на каблуках и, чеканя шаг, отправилась... а куда, собственно? Куда бы могла отправиться оскорблённая в лучших чувствах девушка, которую один друг треснул по голове, второй обманул (или просто что-то скрыл, но это уже не важно), а опекун как всегда ничего не понял?!
  Наверное, я должна была пойти в столовую. Или к ближайшему лотошнику, ловко снующему среди зрителей. Или хотя бы в свою комнату, где в ящике стола прятались от посторонних глаз кусок сыра и две шоколадные конфеты.
  Но всё это, как назло, осталось у меня за спиной.
  Затылком я всё ещё чувствовала взгляд Хозяина, и возвращаться не было никакого желания. Так что я упрямо продолжала двигаться в том направлении, куда развернула меня судьба. То бишь в сторону конюшен. Не самый плохой выбор, честно говоря. Тем более, что там у меня тоже была припрятана небольшая съедобная заначка.
  
  * * *
  
  - Итак, мальчик... - Арая закинула ногу на ногу и обворожительно улыбнулась, - Пожалуй, начнём нашу беседу.
  - Начнём, - согласился Олег, невольно подстраиваясь к светскому тону королевы, - Только я всё же попросил бы не называть меня мальчиком. Внешность бывает обманчива, знаете ли.
  - Да, я понимаю... Но я помню тебя ещё мальчишкой, а ты совершенно не изменился. В замке Высших время идёт по-другому? Не идёт вовсе? Или делает петлю? Впрочем, не важно. Это мы обсудим в другой раз. А сейчас, юноша... Так ведь можно? Юноша - это уже не мальчик, правда?
  Олег сдержанно кивнул. К щебетанию Араи он прислушивался, но больше для виду. Юноши, мальчики, время - это всё для отвода глаз. Но почему она его не убила? И даже не удивилась, когда он попытался убить её? Скорее... обрадовалась?!
  Она настолько обрадовалась, что он вообще пришёл, что просто махнула рукой на все сопутствующие обстоятельства. Он нужен ей. Именно он. Только зачем?
  - Позвольте вопрос, ваше величество?
  - Конечно, милый мой. Хоть несколько. Возможно, я даже отвечу. Я не хочу, чтоб ты меня боялся. Знаю, что предыдущая наша встреча не сопутствовала развитию взаимопонимания, но...
  - Ваше величество! - Олег слегка повысил голос, перебивая королеву, - Что вы от меня хотите? Только честно и без отвлечённой болтовни, пожалуйста.
  - Честно и без болтовни? - Арая вздохнула, мгновенно меняя позу и выражение лица. Светская львица превратилась в деловую леди. А рядом с парнем возник-таки вожделенный стул. Которым он не преминул воспользоваться. - Ну что же... Давай обсудим всё как цивилизованные люди. Что ты знаешь об оллах?
  - Их не существует!
  - Забавное заблуждение. А ты допусти, что существуют. Тогда что?
  - Ну, оллы - мифическая раса, которая существовала несколько тысяч лет назад. Якобы. И от которой, якобы...
  - Стоп, хватит, - королева откинулась на спинку кресла. - Забудь всё, что тебе рассказывали в детстве. И слушай меня. Оллы - не раса. Среди них встречаются и люди, и эльфы... кто угодно, хоть ниекки. Но уровень магии у них гораздо выше. Хм...Как бы так, чтоб ты сам понял... Чем отличается маг от ведьмы?
  - Маг использует силу какой-то конкретной стихии, ведьма - просто чистую энергию, ни к чему не привязанную.
  - А Верховная ведьма?
  - А Верховная может аккумулировать в себе силу всех ведьм и магов своего мира и использовать по собственному желанию.
  - Значит, Верховная ведьма - это самая высокая ступень? Она самая сильная?
  - В пределах своего мира - да. Но при перемещении в другой она теряет связь со 'своими' и, соответственно, часть своего могущества, - Уж это-то Олег знал хорошо. Всё-таки он был сыном самой настоящей Верховной. - К чему вы клоните, ваше величество?
  - Неужели не понятно? Ведь можно предположить, что есть кто-то, способный пользоваться силой всех миров. Тот, сила которого равна силе Верховной, находящейся в родном мире, или даже превосходит её. Понимаешь? Но этот человек не привязан к миру! Он могущественен везде! И, кроме этого, может свободно перемещаться между мирами. Без пентаграмм, без специальных предметов. Ничего не надо - только желание! Всё подчинено твоему желанию! Стоит лишь захотеть...
  - Это невозможно! - обрубил Олег. - Если бы такие люди... эльфы... да кто угодно... если бы они существовали - они подчинили бы себе все миры!
  - Зачем все? - искренне удивилась Арая, - Достаточно взять под контроль Запределье, а остальные придут на поклон сами.
  - А Запределье сейчас...
  - А Запределье контролирую я! - улыбнулась королева. - Все эти многочисленные корольки, самопровозглашённые монархи, владетели, государи - все они постепенно признают мою силу. Все склоняют голову под моей рукой. Им так удобнее, а мне выгоднее.
  - Но это же не значит, что вы...
  - Хватит! Я и так объяснила достаточно. Умей смотреть правде в глаза, мальчик. Перед тобой олла! И как бы, иначе, я сумела победить твою мать?!
  - Это вышло случайно!
  - Хватит, я сказала!
  Но Олег уже и сам видел, что Арая права. Некоторые необъяснимые вещи сразу стали логичными и понятными. Например, почему властительница Запределья до сих пор жива. Особенно учитывая ту ловушку, в которую они её заманили в прошлый раз. Поэтому он решил принять наличие оллов (ну, как минимум одной оллы) - как факт. Существуют - и ладно. Не так страшен чёрт, как его малюют.
  Но один вопрос всё-таки не давал парню покоя.
  - Ваше величество... я сильно извиняюсь... Но я то здесь при чём? Я не олл, это явно. Так зачем вы мне всё это рассказали?
  - Между прочим, некоторые оллы очень долго не осознают иность своей природы. И даже, как правило, считаются не самыми сильными магами... - Королева усмехнулась, - Но речь сейчас не о тебе, это верно. Дело в другом. Оллов весьма сложно убить с помощью магии. Она для них - родная стихия. Пережуёт - и выплюнет, извини уж за натурализм. Но с помощью обычного оружия это сделать не так уж и сложно.
  - Однако вас я убить не смог.
  - Всего лишь потому, что я была готова к нападению. А она не будет.
  - Она?
  - Да. Девушка. Эльфа. Совсем молоденькая и глупенькая. Прикончишь её - и мотай на все пять сторон света, держать не буду. Ещё в дорогу снаряжу и перед Высшими прикрою. Ну как тебе предложение? Согласен?
  - Я не буду убивать того, кто не сделал мне ничего плохого.
  - Стыдишься? - Усмешка Араи всё больше и больше раздражала Олега. Он почувствовал, как сами собой сжимаются кулаки... и усилием воли расслабил руки. Не сейчас! Пусть она пока упивается собственной силой. А он подождёт. И подыграет ей.
  - Я ещё никогда не убивал.
  - Ничего, всё когда-нибудь бывает в первый раз! И было бы кому бояться! Ты - один из самых сильных магов не только в Запределье, но и в других мирах. Некромант. Красавец. Сбежавший от Высших. Твоя эпопея с воскрешением матери уже легендой стала! Ну, так как? Согласен?
  В карих глазах королевы зажглись алые искры азарта, дыхание стало прерывистым. Казалось, она наслаждается этим моментом, своим триумфом, зная, что молодой маг не посмеет отказать ей. Особенно после всех этих комплиментов.
  - Согласен?
  - И всё равно я не вижу никаких причин убивать её! - Олег решительно мотнул головой. - Для меня, по крайней мере. Объясните, почему я должен это сделать? Что это мне даст? Свободу? Так она пока при мне! Богатство? Оно мне не нужно! Силу? Помилуйте, мне и своей хватает.
  - А если... меня? - Арая кокетливо поправила золотистый локон, повела плечом. - Если этот маленький, но геройский поступок даст тебе меня? Что скажешь?
  Парень ошеломлённо молчал. Конечно, можно было предположить, что он внезапно осознал, какая эффектная женщина сидит перед ним, как она обворожительна и притягательна. И как бы ему хотелось быть с ней...
  Но, честно говоря, Олег думал совсем о другом. Он вспоминал слова Варвары о том, что королева удивительно похожа на селёдку. Такую блестящую с виду, весело резвящуюся в мутных водах своих интриг. Но уже малость протухшую. А с одного конца - кем-то обгрызенную...
  - Зачем вы мне, ваше величество? Я геронтофилией не страдаю. По крайней мере, до настоящего времени думал, что эта напасть меня стороной обходит.
  - Обходит? Ну-ну... - Арая резко поднялась с кресла, и в то же мгновение стул Олега растаял в воздухе. Правда, парень был внутренне готов к чему-то похожему, поэтому красочное падение не состоялось. Маг легко вскочил на ноги и приготовился удирать от разъярённой королевы.
  А властительница Запределья действительно была в ярости. Мало того, что какой-то мальчишка пытался её убить, а потом посмел ей отказать... так он ещё и со стула не упал!
  - Стра-а-ажа-а-а!!!
  Не успел Олег обернуться к выходу из тронного зала, как двери распахнулись, впуская вооружённых охранников. А тайный ход за троном преградила плотная магическая завеса.
  - А сохраниться на этом этапе, конечно, нельзя, - мрачно пробормотал парень и мысленно позвал Варвару. Точнее, попытался позвать.
  Но мать молчала.
  Молчала, впервые за несколько лет. И, кажется, Олег знал, кого в этом винить.
  - Что ты с ней сделала, селёдка сушёная? Где она?
  - Никогда... слышишь? ...Никогда не называй меня селёдкой! - прошипела в ответ королева, морщась, словно от зубной боли. И куда только делось всё её царственное очарование? - Ты будешь служить мне, хочешь этого или нет! Взять!
  Последнее относилось, понятное дело, к стражникам.
  
  * * *
  
  

Глава 4. Сила есть - ума не надо

  
  - Знаешь, Глюк... - После пятого пряника жизнь перестала казаться мне такой уж паршивой штукой. - ...Наверное, я что-то неправильно делаю. Сидела бы себе спокойно, вышивала крестиком парадные портянки для Хозяина. Так ведь нет - тянет меня турниры выигрывать, тайны раскрывать...
  Конь (да, вот уже пол года, как мой зверь был конём) ехидно заржал. Мол, всегда я знал, что ты дура, но чтоб настолько.
  - А как мне ещё доказать ему, что я не пустое место? Я же и делать-то больше ничего не умею! Даже магию совсем забросила...
  - Всё! Ещё одно слово - и я за себя не отвечаю!
  Я подскочила от неожиданности и недоуменно уставилась на Глюка. Но конь только рассеянно тряхнул головой - не я, мол. Да и правильно. С чего бы это ему говорить голосом Кьяло. Но откуда тогда звук?
  Оглядевшись по сторонам, я заметила под самой крышей маленькое окошко. Не знаю уж, служило ли оно для вентиляции, для красоты, или просто доска вывалилась, но отголоски разговора доносились именно оттуда.
   Конечно, я тут же отодвинула кулёк с пряниками и полезла смотреть, что происходит снаружи!
  Вскарабкаться по дощатой стенке, отгораживающей соседние стойла друг от друга, было легче лёгкого. Спустя пару секунд я уже балансировала на верхней рейке, пытаясь одновременно произвести поменьше шуму, устроиться поудобнее и обзор получить повыгоднее. Уж не знаю, как там с шумом, но вид мне открылся достаточно интересный: Кьяло со сжатыми кулаками, а напротив него - Флай, внимательно изучающий облака.
  - А ты никогда за себя не отвечаешь, - усмехнулся Глазастый, - Я, по крайней мере, всегда держу ситуацию под контролем.
  - Вот прямо-таки всегда?
  - Да, всегда.
  - То есть когда ты бьёшь девушек по башке, это называется контролем?
  - Нет, это называется турниром! Неужели ты не видел, что она сама подставилась?
  - Ничего я не видел... А виноват всё равно ты! - Кьяло, похоже, уже всё для себя решил, и переспорить его было непросто.
  - Ну да! - Флай рассеянно пожал плечами, - Я всегда во всём виноват. Если небо упадёт на землю - это тоже будет по моей вине.
  - И все победы у тебя - купленные! Можешь не отнекиваться, это и так все знают.
  Нермор-младший наконец-то отвёл взгляд от облаков... и резко, без каких-либо отвлекающих манёвров врезал Кьяло в челюсть. Тот ответил - тоже резко и очень охотно. Чувствовалось, что этого и добивался.
  Короче, долгожданная драка всё же состоялась! Причём не успела я решить, за кого буду болеть в этой потасовке, как оба парня, забыв про одиночные удары, сцепились и покатились по земле, подняв тучу пыли. Они даже ругаться перестали: до меня доносилось только сердитое сопение и сдавленное рычание. Причём разобрать, кто из них какой звук издавал, я смогла только тогда, когда рычание перешло на качественно-новый уровень. Оно внезапно стало глубже, раскатистее...
  Окончательно сомнения покинули меня, когда Кьяло вдруг на мгновение замер и напрягся. Я не видела его глаз, но живо представила, как они стекленеют, и наливаются золотом. Только этого не хватало!
  Флай тоже почувствовал перемену и попытался отползти подальше, воспользовавшись заминкой, но не успел. Берсерк уже крепко ухватил его обеими руками, сжал... Мне показалось, что я слышу, как у Глазастого трещат рёбра. А может, и не показалось...
  В любом случае медлить было нельзя, а звать на помощь - крайне нежелательно. Поэтому я сделала первое, что пришло в голову - прыгнула на Кьяло сверху. Точнее, попыталась прыгнуть, но тут вмешался пресловутый человеческий фактор. Или нечеловеческий... В общем, фактор был на пару размеров больше нормы и имел вид в меру растоптанного сапога, который в самый неподходящий момент зацепился за край окошка. В результате вниз я не спрыгнула, а спикировала. Впрочем, приземлилась именно туда, куда задумывала - на шею нашего спятившего берсерка.
  Но он, кажется, даже не почувствовал моего появления. Как и удара каблуками под рёбра, которым я его немедленно наградила. А никакого более действенного оружия у меня с собой конечно же не было. Разве что... Магичка я или нет, чёрт возьми?
  Я вцепилась обеими руками в плечи Кьяло и начала нагревать ладони. Медленно... слишком медленно... Впрочем, это моё восприятие времени опять дало сбой. На деле не прошло и пары секунд, а рубашка моего лучшего друга уже начала дымиться. А до меня дошло, что плечи - не самое уязвимое место у такого бугая.
  Одна ладонь спешно переползла на шею, другая на щёку. В этот раз ожог получился более резким; Кьяло дёрнулся всем телом, разжал руки и попытался стряхнуть меня со спины. А фиг вам! Держалась я крепко, и при этом лихорадочно пыталась сообразить, как привести парня в чувство. Зато он пустыми рассуждениями себя не утруждал и, нащупав мою левую руку, дёрнул её с такой силой, что запястье обиженно хрустнуло. Я взвизгнула, но только сильней вцепилась в шею берсерка раскалёнными пальцами. Кьяло, в свою очередь, издал что-то, отдалённо напоминающее вопль самца бабуина в брачный период, крутанулся вокруг своей оси и со всей дури приложил меня спиной об стену конюшни. А потом ещё раз. Третьего удара доски не выдержали, и мы ввалились в стойло сквозь образовавшуюся брешь. Точнее, я повалилась на усыпанный опилками пол, а Кьяло - на меня. И тут же возле моего виска мелькнуло что-то большое и тёмное. И врезалось парню в затылок.
  Но вырубилась при этом почему-то я.
  Очнулась, впрочем, почти сразу же, от перешёптываний.
  - А она точно жива? - Встревоженный голос Кьяло (нормальный, человеческий!) сложно было с чем-то спутать.
  - Вроде бы да. Мёртвые же не дышат! Кажется, - А вот Флай как-то странно похрипывал.
  - Тогда её, наверное, в комнату отнести надо...
  - Ага! Ты ещё скажи - лекаря позвать! И попутно объяснить, что здесь произошло.
  - Ну подумаешь, выяснили отношения.
  - А заодно снесли стенку конюшни.
  - Да она гнилая была!
  - Это ты Понжеру объяснять будешь. А ожоги свои - инквизиции показывать.
  - Они пройдут к утру! У меня всё быстро заживает.
  - А до завтра ты в парандже будешь ходить, как алийская красавица?
  - Я тебя сам сейчас в паранджу по самые уши замотаю!
  - Это мы ещё посмотрим, кто кого замотает!
  - А спорим, не подерётесь! - прошептала я.
  Прошептала? Хотела же гордо провозгласить! Но губы меня не слушались, и звуки получились едва слышными. Не знаю, насколько хорошо парни разобрали, что я сказала, но спорить они сразу же перестали. И то хорошо, а то от каждого их слова голова готова была расколоться на кусочки, как плохо склеенная вазочка. Неприятное ощущение.
  Молчание, впрочем, длилось недолго.
  - Ты как? - поинтересовались ребята, в кои-то веки проявляя солидарность друг с другом.
  - Бывало и хуже, - поморщилась я. - А вы?
  - Бывало и лучше! - вновь хором отрапортовали парни.
  Я поняла, что словами ничего путного от них не добьюсь, и попыталась разлепить глаза. Веки были тяжеленными, будто к каждой реснице привязали по пудовой каменюке. Однако, крепкие у меня реснички - не отрываются! Но и не поднимаются.
  Изображать Вия и замогильным голосом просить 'Поднимите мне веки!' я не рискнула, поэтому пришлось справляться самостоятельно. Зато когда я наконец-то смогла различить склонившихся надо мною друзей... Ой! Оказывается, смеяться - это так больно!
  - Ты что? Тебе плохо? - по-своему истолковал мою гримасу Кьяло.
  - Мне уже хорошо, - хмыкнула я. - Вы бы себя видели, вам бы тоже хорошо стало.
  Парни пожали плечами и посмотрели друг на друга. Вгляделись повнимательнее. И начали робко ощупывать собственные физиономии. Ага, дошло!
  Флай щеголял шикарным фонарём под глазом (Вот теперь действительно Глазастый!) и разбитой губой. Да и дышать старался пореже и потише.
  У Кьяло на щеке красовался нехилый ожог, по форме точно повторяющий мою ладонь. Ещё один, чуть поменьше, украшал шею. Рубашка на плечах прожжена, один рукав оторван, второй держится на двух хиленьких ниточках. На коленке дырка.
  Ну и грязные оба, как два шахтёра после пьянки в забое.
  Флай, видимо, первый сообразил, как он выглядит со стороны, и выразительно хмыкнул. И сразу же поморщился.
  - У тебя рёбра целы? - подозрительно спросила я, припоминая все подробности драки.
  - Вроде бы да. Хотя ощущения такое, будто я - развалины кровати, на которой два дракона предавались бурным утехам.
  - Извращенец, однако, - ухмыльнулся Кьяло. - Ну всё, теперь я точно знаю все твои фантазии. Осталось только найти подходящих драконов...
  - Опять нарываешься?
  - А ты опять выпендриваешься?
  - Так, мальчики! - вмешалась я. - Если вы сейчас же не прекратите ругаться, то я просто развернусь и уйду.
  - Тебе сначала встать придётся, - заметил Глазастый.
  - Ну, значит встану, развернусь и уйду.
  И я немедленно попыталась выполнить собственную угрозу. Встала я с третьей попытки. Развернулась с четвёртой. А вот уйти не получилось вообще, потому что на первом же шаге ноги подкосились, и я непременно грохнулась бы обратно, если бы Кьяло меня не поймал.
  - Нет, не уйдёшь, - резюмировал Флай. - Можно продолжать ругаться хоть до вечера.
  - Да хоть всю ночь, - нахмурилась я. - Только чтоб потом ко мне никаких претензий не было, что кто-то не выспался и из-за этого в первом же круге вылетел с турнира Равных. Ты же участвуешь?
  - Ну да... - Глазастый вдруг помрачнел, - С практической точки зрения - да. А с теоретической - ещё ведь показательный финал.
  - Так его что, ещё не было?
  - Нет. Решили сделать небольшой перерыв, чтоб мы отдохнули.
  - Вижу я, как ты отдыхаешь...
  - Отдых - всего лишь смена вида деятельности, - нравоучительно произнёс Кьяло.
  - А тебя вообще никто не спрашивал, - огрызнулась я. - Какого чёрта тебя опять переклинило? Не мог просто подраться и успокоиться?
  - Ну, я же не нарочно! Честное слово, не нарочно! Просто разозлился очень... и вот...
  - Ну как-то же ты в себя пришёл!
  - Ну да, пришёл. Так не сам ведь. Мне эта твоя зверюга так копытом по башке врезала, что я аж вырубился. А потом обратно врубился - и всё вроде как уже нормально стало. И сейчас мне стыдно. Правда, стыдно очень. Хочешь, прощения попрошу?
  - Проси, - великодушно разрешила я.
  Парень с готовностью рухнул на колени и покаянно опустил голову:
  - Прости меня, пожа...
  - Да не у меня! - перебила я его. - У Флая прощения проси. Это же у него финал и завтрашний турнир. На который ему точно в парандже идти придётся. Ну, или шлем не снимать даже под страхом смертной казни.
  Ребята смерили друг друга самыми угрюмыми взглядами. Повисла пауза.
  - Ну что? Кто её в этот раз тащит? - наконец спросил Глазастый.
  - Давай я! А то у кого-то там турниры, победы...
  - Эй, вы чего? - запротестовала я. Но Кьяло уже подхватил меня на руки и бодро зашагал в направлении жилых комнат.
  Сил на сопротивление не было, поэтому я позволила себе расслабиться и надеяться, что навстречу никто не попадётся. Как ни странно, в этом плане нам повезло. А может, быть и не повезло, но я этого уже не видела, потому что позорно уснула.
  Проснулась (или, скорей уж, очнулась) я перед дверью собственной комнаты, когда меня довольно бесцеремонно поставили на пол и велели:
  - Открывай!
  - Сами без рук, что ли? - фыркнула я, изо всех сил стараясь удержаться в вертикальном положении.
  - Хочешь, чтоб я её опять выломал? - ехидно осведомился Кьяло. - Запирала ты - тебе и расколдовывать.
  Сил на пререкания уже не было, поэтому я просто шепнула нужное заклинание и сделала лёгкий жест левой рукой.
  Уй! Жест-то был, может, и лёгкий, но запястье тут же свело совершенно дикой болью. Я закусила губу, чтоб не вскрикнуть, но раскалённая волна не удовольствовалась моей рукой и поднялась выше, охватывая плечи. И почти сразу же в поясницу мне вонзился десяток отточенных спиц. В глазах потемнело, дверь уплыла куда-то в бок...
  О том, что парни подхватили меня и уложили на кровать, я догадалась только тогда, когда смогла различить на потолке знакомую паутинку. Она там давно висела, а смахнуть всё руки не доходили. Да и зачем? Паук на моё жилище вроде бы не покушался, так с чего мне разрушать его плетение.
  - Ну вот... - пробормотала я, - Теперь всё в норме.
  - А по-моему, ничего не в норме, - сразу же запротестовал Кьяло, - Тебе к медикам надо! На тебе же лица нет.
  - Есть, я им смотрю и говорю! И нормально себя чувствую!
  - Это - нормально? - В голосе Флая было столько ехидства пополам с сочувствием, что я не смогла удержаться от улыбки.
  - Да, это совершенно нормально для человека, которым только что прошибли стену. Отлежусь немножко - и всё пройдёт. Лучше вот с этим что-нибудь сделайте, - Я не без труда приподняла левую руку.
  - А что с ней?
  - Вывихнула. Точнее, кое-кто помог, но не будем показывать пальцем.
  Флай выразительно покосился на Кьяло, берсерк уставился в пол.
  - Если это тоже я, то... ну, я же извинился, кажется...
  - Да извинился, извинился. Помочь не хочешь?
  - А что делать-то?
  - Вправлять!
  - А... ну... тебе же больно будет! Да я и не умею...
  - Флай? - нахмурилась я.
  - А я что? Я тебе руку только отрубить могу, но ты же будешь против, да?
  Я тихонько заскулила. Ох уж эти парни! И как они только учатся?! И это притом, что здесь, в академии, оказание первой помощи стоит в списке обязательных предметов. Мол, в боевой ситуации каждый военачальник должен знать, уметь, понимать, и т.д.
  - Ладно, герои, - вздохнула я, пытаясь придать организму сидячее положение, - Тогда просто держите меня крепко. Если буду орать - заткнёте рот бутербродиком!
  Команду 'держать' Глазастый воспринял с энтузиазмом: после таких объятий разнополые люди обычно или женятся, или один из них получает обвинение в злостном домогательстве. Впрочем, одно другому не мешает.
  Я поудобнее устроилась в его руках, прикрыла глаза и сосредоточилась на ощущениях в районе запястья. Ну ладно, не в первый раз... хотелось бы верить, что в последний.
  Обхватила посильнее. Зажмурилась. Дёрнула. Щелчок.
  - Ой-ё! - сквозь зубы прошипела я, чувствуя, что кость встала на место.
  И снова рухнула в никуда.
  Очнувшись, я ещё некоторое время полежала с закрытыми глазами, мысленно ощупывая свой организм. Рука была в порядке, хоть и ныла. Спина казалась одним большим зудящим синяком, но это тоже было вполне терпимо. Голова вообще вела себя на удивление прилично, то есть не болела и не кружилась. И очень хотелось есть! О чём я и сообщила немедленно в полный голос, попутно открывая глаза.
  Кьяло, до этого сидевший возле меня с выражением полного покаяния на лице, дёрнулся от неожиданности.
  - Слушай, скажи честно, в гроб тебе потом тоже еды положить, чтоб по ночам голодный труп не являлся?
  - А ты меня уже хоронишь?
  - Пока нет. Но на будущее надо учесть.
  - Ладно, напомнишь попозже, чтоб я включила в завещание полный перечень блюд. А где Флай?
  - Ушёл свой финал проигрывать.
  - Выигрывать, - машинально поправила я.
  - Да какое там выигрывать, он же на ногах еле держится.
  - Зато он упрямый. И сражается действительно хорошо, - Я сползла с кровати и потянулась всем телом. Мышцы слушались, ноги держали... Живём! - А поединка ещё не было? Пошли, посмотрим что ли!
  Кьяло смерил меня недоверчивым взглядом. Потом встал, обошёл по кругу, и снова уставился на меня как на хрупкий музейный экспонат:
  - Ты уверена?
  - Вполне! А что?
  - Да ничего, просто... А ведьмы все так быстро выздоравливают?
  - Во-первых, я магичка, - привычно буркнула я, - А во-вторых... не знаю, честно говоря. Никогда об этом не задумывалась. Может, у меня просто регенерация хорошая? Да и то мне до тебя далеко.
  - Но у меня это скорее побочный эффект...
  - Ну и ладно! Вот тебе сейчас надо углубляться в генетику и физиологию? - Парень замотал головой с таким видом, что сразу стало понятно - он и слов-то таких не знает. - Ну тогда пошли вниз, на турнир смотреть!
  Финальный поединок решили обставить с помпой. На середину двора выволокли дощатый помост, с которого Понжер в начале каждого учебного года обычно высказывал свои пожелания касаемо нашего хорошего поведения, а в конце долго ругался на плохое. По углам помоста воткнули флаги: красный с золотой башней - Восточная Предония, синий с белым парусником - город Таин, зелёный с золотой извилистой полосой по центру - наша Академия.
  Касаемо происхождения этой полосы были разные варианты. Кто-то считал, что это просто волна, вежливый кивок в сторону портового города, приютившего студентов; другие рассуждали о женских локонах и о лентах, вплетаемых в эти локоны (раз уж это единственное учебное заведение, куда берут девушек); третьи с пеной у рта доказывали, что это символическое изображение извилистого жизненного пути, который предстоит пройти ученикам за время обучения. Сами же студенты прозвали знамя академии червяком, и не особо утруждались поиском скрытого смысла.
  Четвёртый угол помоста пустовал. Флаг Западной Предонии так и не решились воткнуть на законное место и, поколебавшись, отнесли обратно на склад. Ну и ладно, зато обзор загораживать не будет!
  Повертев головой, я заметила Глазастого на другом конце двора. Он уже полностью упаковался в доспех, и лицо с фингалом спряталось под шлемом. Чуть поодаль переминался с ноги на ногу его противник. Я вгляделась повнимательнее, но второго претендента на победу так и не опознала.
  - Ты не знаешь, что это за тип? - Я дёрнула Кьяло за рукав.
  Парень присмотрелся повнимательнее, и удивлённо помотал головой:
  - Не имею ни малейшего понятия. Странно... Обычно все лучшие на виду. А раз он пробился в финал - значит не худший, логично?
  - Угу, - согласилась я, изучая финалиста. Проблема состояла в том, что разглядеть что-либо под слоем доспехов не так уж легко. Я сумела выяснить только то, что паренёк был невысок, да и особой толщиной не отличался. Пришлось-таки пожертвовать честью выпускницы и снизойти до какой-то пробегавшей мимо малявки. (К слову сказать, малявка была на голову выше меня и отличалась совершенно богатырским телосложением.)
  - Слушай, а кого сейчас младший Нермор будет показательно избивать, а? - спросила я, останавливая эту богатыршу.
  - Это ещё вопрос, кто кого там изобьёт, - хмыкнула девица. - Лично я поставила на Лавянки.
  Некоторое время я честно копалась в памяти, пытаясь выудить из тёмных закоулков хоть какую-нибудь информацию об этом самом Лавянки, но повсему выходило, что я даже имя это слышу впервые. А судя по обескураженной физиономии Кьяло, с ним была та же история.
  Пришлось признаваться в собственной неосведомлённости.
  - А что это за фрукт-то? Он хотя бы парень? - Я внутренне напряглась. Было бы очень неприятно узнать, что в финал пробилась девушка, причём эта девушка - не я.
  - Конечно парень! - хохотнула богатырша. - Хотя мелкий такой, что глянуть не на что. Если победит - я его даже обнимать не пойду, чтоб не задушить ненароком. Но молодец, вёрткий. С нашего года.
  - Первогодок? - удивился Кьяло. И было чему удивляться - за всё время нашего обучения малышня даже близко к финалу не подбиралась.
  - Ну, не всё же вам выделываться! Вот сейчас он вашего хвалёного Нермора отлупит хорошенько, и будет нам тоже счастье!
  С этими словами девица убежала, мощным бюстом пробивая себе дорогу в толпе, а я нахмурилась.
  - Тебе этот Лавянки уже заранее не нравится? - ухмыльнулся берсерк. - Да не бойся, наш Глазастый его разнесёт в пух и прах. В чистом фехтовании он даже меня уделает и не поморщится.
  - Тебя-то кто угодно уделает, ты неповоротливый...
  - Ну спасибо, - надулся Кьяло.
  - Да погоди ты злиться! Я имею ввиду, что в настоящей битве, где много народу, ты незаменим, потому что сильный, тяжёлый... сам знаешь, какой. Но в такой одиночной дуэли ты его даже не достанешь.
  - Ну, это мы ещё посмотрим, достану или нет! Тем более, что я его сегодня уже повалял, и он, мягко говоря, далеко не в лучшей форме.
  - Всё равно он молодец! И он выиграет! - запальчиво крикнула я.
  - Ну вот, дошло наконец-то. А то стояла с таким лицом, будто он уже проиграл.
  - Ах ты...
  Пока мы спорили, Понжер вещал с помоста что-то шаблонное о чести и достоинстве. Причём только слепой не заметил, что на собственную речь ректору откровенно наплевать, и мысли его витают где-то далеко. Поэтому собравшиеся тоже не баловали оратора вниманием, перешёптываясь о чём-то своём. Наконец, глава академии понял, что его всё равно никто не слушает, и изобразил многозначительную паузу. Зрители поспешно замолчали, а наиболее вежливые ещё и сделали вид, что всё это время старательно внимали.
  - А теперь разрешите представить вам наших финалистов, воспитанников Таинской высшей военной академии: Флайяр айр Нермор... - Под бурные аплодисменты на помост поднялся Глазастый. - ...и Фаньё Лавянки. - Конкурент Флая сразу же встал напротив него. А я задумчиво тряхнула головой. Имя царапнуло слух, будто я где-то его уже слышала. Но вот только где?
  Понжер пожелал финалистам удачи, привычно провозгласил 'И пусть победит сильнейший!' и спустился к зрителям. А противники, не сводя глаз друг с друга, начали медленно двигаться по кругу.
  - Ты только глянь! - Кьяло тронул меня за плечо, - Он же ещё и хромает! Да, как-то не вовремя этот псих полез ко мне отношения выяснять!
  - Вообще-то, ты первый его оскорбил, - хмыкнула я, приглядываясь к походке Глазастого. Он действительно ощутимо припадал на правую ногу. И вообще вся его поза была чересчур напряжённой, как будто любое движение требовало огромных сил.
  Впрочем, может быть, именно так оно и было...
  Лавянки первым потерял терпение и нанёс удар. Нарвался на блок, попытался ещё раз. Первогодок действительно двигался очень быстро, и движения у него были отточены до автоматизма. Интересно, это он уже здесь, в академии, фехтовать выучился, или таким приехал? В любом случае, сражался он мастерски, и постоянно теснил Флая к краю помоста. Глазастый больше блокировал, чем бил, но долго так продолжаться не могло. Наконец мой друг решил, что настал его черёд переходить в наступление, и рубанул мечом, целя малолетке в плечо. Если бы это был настоящий поединок и настоящий, заточенный, меч, Лавянки просто разрубило бы напополам. Но, во-первых, меч был тупой, а во-вторых, этот паршивец каким-то неимоверным образом сумел увернуться, поудобнее перехватил свой клинок и ударил, целя открывшемуся Флаю в грудь. Тот отшатнулся, дёрнулся вбок, и удар пришёлся в предплечье.
  - Минус один, - пробормотал Кьяло, для верности загибая палец.
  - А счёт до десяти? - уточнила я.
  - Да, как обычно.
  - Всё равно Флай выиграет, - упёрлась я.
  Но в следующие несколько минут Глазастый пропустил ещё пару ударов, причём один из них - в корпус.
  - Осталось шесть очков, - вздохнул Кьяло. - Уже не выправится.
  - Ещё как выправится! Сейчас он сделает этого малолетку, вот увидишь!
  - Да брось ты, - отмахнулся берсерк, - проиграет он, точно тебе говорю.
  - А спорим?
  - На что?
  - Ну... - я задумалась. - Давай на желание, а то придумывать лень.
  - Согласен.
  И мы с удвоенным вниманием уставились на постамент, на котором Лавянки усиленно изображал горного козла. То есть бодро скакал вокруг Флая, а тот едва успевал отмахиваться. Я прикусила губу. Ведь должен же этот нахальный мальчишка сделать хоть какую-нибудь ошибку. Хоть одну-единственную...
  И он её сделал!
  Когда Глазастый в очередной раз поднял меч для замаха, первогодок резко пригнулся и рванул вперёд. Намерения его были вполне понятны - поднырнуть под клинок, одновременно рубанув противника по животу, а потом, оказавшись у него за спиной, ударить в спину или в голову. Красивый приём, и достаточно легко реализуемый, когда один из бойцов ниже и быстрее другого. Я сама его очень любила, и охотно демонстрировала на всех желающих, кроме Флая. Потому что Нермор-младший был единственным, кто умудрялся поймать меня на первом же движении.
  Я не видела его лица, спрятанного под шлемом, но была уверена, что Глазастый улыбнулся. И резко рубанул сверху, так и не доведя замах до конца.
  Удар пришёлся точно в шлем малолетки. По толпе прошёл гул.
  - Минус три с Лавянки.
  Ещё один удар Флая, и снова по голове. Глазастый явно вошёл в раж, даже хромать перестал. Теперь уже он гонял оглушённого мальчишку по всему помосту, не забывая наносить точные и сильные удары.
  - Ещё минус три, да минус два... И ещё два... Всё!!!
  Зрители завопили. Нермор-старший восторженно запрыгал на одной ножке, забыв, что он первое лицо государства. Муллен зааплодировал. Даже Понжер на мгновение забыл обо всех проблемах и убийствах.
  Фаньё Лавянки сорвал с головы шлем и зло швырнул его на землю. Светлые волосы мальчишки были мокрыми от пота, лицо раскраснелось, глаза сверкали... Обычный пацанёнок, расстроенный проигрышем. Тогда почему у меня такое нехорошее предчувствие?
  Тем временем Флай тоже стянул шлем, явив миру разноцветный фингал, и отправился принимать поздравления.
  - И ты опять будешь уверять, что не колдовала? - ухмыльнулся Кьяло.
  - Даже в мыслях не было, - Я выразительно пожала плечами. - Да и не знаю я таких заклинаний, чтоб жульничать на турнире. Даже не представляю, есть ли они вообще. И, кстати, ты теперь должен мне одно желание.
  - Смотри-ка, погода портится, - поспешил сменить тему мой друг.
  Я рассеянно глянула на небо, да так и замерла. И всё время, пока Понжер с помоста поздравлял Флая и втолковывал толпе, что в турнире Равных будут принимать участие оба финалиста, я не сводила глаз с огромной тучи, наползающей со стороны порта. Небо стремительно темнело, воздух холодал.
  - Гроза идёт! - крикнул кто-то. - Шторм!
  И тут небо наискосок рассекла яркая, извилистая молния. Гром ударил почти в тот же момент, да так, что земля под ногами затряслась. Некоторые дамочки из зрителей встретили стихию дружным визгом (ладно хоть, в обморок решили не падать), большинство мужчин - лаконичными и звучными ругательствами, а самые умные молча засобирались по домам.
  К счастью, и я, и мои друзья относились к третьей группе, поэтому когда первые крупные капли забарабанили по крышам, мы уже сидели в моей комнате и отмечали победу Флая. Ради такого дела я достала почти все вкусности, припрятанные по углам, и устроила настоящий пир. Вообще-то, чуть позже должен был состояться праздничный ужин, но ведь до него нужно было ещё дожить, а есть хотелось сейчас!
  - Итак, - провозгласил Глазастый, поднимая бокал с яблочным соком (ничего крепче кефира я не пила и, соответственно, не держала), - предлагаю выпить за завтрашний Большой турнир. За мою победу не предлагаю, ибо нереально... но хоть за достойное участие!
  - Скорей уж за то, чтоб турнир вообще состоялся, - фыркнула я, выглядывая в окно. Дождь шёл всё сильнее, и весь двор Академии уже скрылся под водой. - А то такими темпами не в искусстве фехтования придётся состязаться, а в скоростной гребле.
  - Да, не завидую я тем, кто сейчас в море. Или даже на суше, но под открытым небом.
  - Ага! По такой погодке и на улице утонуть можно.
  Кьяло вдруг судорожно сглотнул, залпом осушил свой бокал и вскочил.
  - Ээээ... я скоро буду... Просто вдруг вспомнил, что мне ещё сделать надо кое-что. Если к ужину не приду... ну, значит не приду, - С этими словами он рывком распахнул дверь и скрылся в коридоре.
  - Куда это он? - удивился Флай.
  - Не имею ни малейшего поня... Хотя нет, имею! - догадка обрушилась на меня так же неожиданно, как и ненастье на город. - Пошли, надо его перехватить!
  
  * * *
  
  Двоих Олег затормозил сразу же, инстинктивно. Просто остановил обоим сердца, ни секунды не задумываясь о том, что делает это первый раз в жизни. И совершенно не испытывая мук совести.
  Да и о какой совести можно вести речь, если опасности подвергается твоя собственная жизнь. Единственная и неповторимая, а не одна из девяти, как у тех же ниекки.
  Впрочем... кидая пульсар в третьего нападающего, парень уже понимал, что ему-то как раз ничего не угрожает. Если он нужен Арае - значит будут брать живьём. Иначе она не разводила бы всех этих дурацких разговоров, а просто прибила бы его собственноручно. Если уж настолько сильна... Или это только видимость?
  Ещё один пульсар... Гораздо слабее, чем первый. Заряда у тёмного сгустка едва хватило, чтоб долететь до очередного стражника и опалить ему ухо. Неприятно, но не смертельно.
  А в двери тем временем нахально протиснулся наконечник стрелы. Или болта - с такого расстояния не разобрать. Тем более что сам стрелок вместе с оружием на глаза показываться не торопился.
  Олег поспешно нырнул за трон, чертыхаясь сквозь зубы.
  Некромантия - весьма специфичная область магии, для боя подходит мало. Большинство заклинаний требуют глубокой сосредоточенности и спокойной обстановки. Ни того, ни другого в распоряжении парня не было.
  - Вот вам и один из самых сильных магов. Сейчас завалят количеством и капут, - проворчал он, доставая пистолет. - Чтоб я ещё работал на вашего психованного Девианта?!
  Первый выстрел попал в цель, об этом возвестил короткий вскрик со стороны одного из нападавших. Раненый стражник неловко вскинул руки, словно пытаясь заслониться от всех, а потом стал заваливаться набок. Почему-то медленно, как в кино. Остальные замерли в нерешительности, не веря своим глазам.
  Нет, огнестрельное оружие в Запределье диковинкой не было. Как и само Запределье не было стандартным миром, застывшим в эпохе, близкой раннему средневековью. Видели местные жители и автоматы, и пулемёты, и даже стреляющие зажигалки. Но не пользовались никогда!
  Никто не мог точно объяснить, откуда взялось это табу. Но все знали, что притащи ты с собой в этот мир хоть гильотину, хоть коллекцию метательных ножей, хоть обвешайся мечами с головы до ног - никто на тебя и не взглянет. А вот если в твоих вещах обнаружат пистолет, пусть даже и игрушечный - сначала казнят, а только потом будут разбираться, в чём тут причина.
  Так что Олег, готовясь к убийству Араи, рассчитывал по большей части именно на эффект неожиданности. Но просчитался. Зато теперь удивление и искреннее недоумение было крупными буквами написано на всех лицах, обращённых к нему. А ещё злость. И всё нарастающая ненависть.
  - Ну всё, теперь точно убьют, - пробормотал парень, выпуская одну за другой ещё две пули. Одна, как назло, только чиркнула по кольчуге одного из стражников, выбив сноп искр, а вот вторая... Вторая вдруг замедлила движение, будто воздух вокруг неё стал густой и вязкий. И не только вокруг неё.
  Олег вдруг заметил, что ему тяжело дышать и почти невозможно двинуться с места. Со всех сторон словно сжимали невидимые руки, и руки эти принадлежали как минимум мастерам спорта по тяжёлой атлетике.
  - Что за... - слова давались с трудом, да и звучали словно через сложенное вчетверо одеяло..
  - Всё, мальчики, повоевали - и будет! - воскликнула Арая, небрежным кивком отсылая стражников. Те неохотно, но всё же подчинились. То есть забрали трупы и поспешно удалились из зала, закрыв за собой дверь. - Ну что, выпустил пар? Успокоился?
  - Где она?
  - Кто? - притворно удивилась олла. - А, твоя милая мамочка? Да здесь она, здесь. Ты оглянись.
  Олег попытался повернуть голову, но сопротивление воздуха было таким сильным, что она не сдвинулась ни на сантиметр.
  - Что, не можешь? Ну, тогда придётся поверить мне на слово. За твоей спиной стоит клетка. Серебро и самородное железо, всё как полагается. Ну, антимагический порошок, конечно, тоже. В нашем деле без него никуда. Ах да, ещё шипы. Они там торчат из стен, из потолка, а кое-где и из пола тоже. Направлены, как ты уже догадался, вовнутрь. Так что смею заметить, нашей прелестной ведьме там весьма и весьма неуютно. А если ты откажешься со мной сотрудничать - будет ещё неуютнее. Хотя, кто его знает, как там, на том свете?
  - Не посмеешь!
  - Ещё как посмею! Тем более, что опыт уже есть. Кстати, это тело ей не идёт. Прежнее мне нравилось гораздо больше.
  - Су... - начал было парень, но горло сразу же сдавила невидимая рука. А где-то за спиной раздался женский вскрик.
  - Слышишь? Ей больно? - Арая улыбалась. Казалось, она упивается моментом собственного триумфа. - А если будешь своевольничать - будет ещё больнее. Ну что? Согласен? Жизнь какой-то девчонки за жизнь матери - и я не имею к тебе больше никаких претензий.
  - Не слушай! - голос Варвары резанул по ушам. Сомнений больше не было - там, за спиной, действительно была она. - Не верь ей!
  Но Олег уже знал, что придётся согласиться.
  Воздушные тиски немного ослабли, и позволили ему сделать кивок.
  - Я сделаю то, что вы велите.
  - Вот и хорошо, вот и замечательно! - прощебетала властительница Запределья, возвращая воздуху его нормальную консистенцию.
  Первым делом парень развернулся и бросился к клетке. Которая, впрочем, тут же начала таять в воздухе. Нет, это был не мираж. Это была настоящая Варвара, попавшая в настоящую западню. Только находилась она уже не в тронном зале, а в одном из многочисленных подвалов замка. И не факт, что именно этого замка.
  - А вот теперь обговорим подробности нашего маленького предприятия, - усмехнулась Арая, повторно наколдовывая стул. Олег вздохнул, но сел. Так глупо он себя ещё никогда не чувствовал. - Ты уже понял, что действовать тебе придётся обычным оружием. На магию даже не рассчитывай - бесполезно. В остальном же, если будешь меня слушаться, шансы у тебя есть, и неплохие. В принципе, мне всё равно, как именно ты её убьёшь - застрелишь, отрежешь голову, сбросишь на неё гранитную плиту. Условие одно - после смерти проткнёшь ей сердце вот этим мечом. Если будет, что протыкать, конечно.
  Олег не понял, откуда Арая достала клинок. Луч света скользнул по лезвию, задел посеребрённую гарду, выполненную в виде двух раскрытых крыльев... Если бы вместо этого излишества была обычная крестовина, то меч, наверное, ничем не отличался бы от тысяч своих собратьев. Самый заурядный одноручник.
  - А это ещё зачем? Ритуальная убивалка такая, что ли? Как осиновый кол для вампира? Чтоб не возродилась?
  - Нет, скорее просто дань традиции... - Властительница Запределья покачала головой. - Но всем будет лучше, если ты сделаешь так, как я велю. На, возьми.
  Олег осторожно принял меч, сжал рукоять, примериваясь к длине и весу... И вдруг правую руку до локтя пронзила нестерпимая боль. Это было похоже на удар электрическим током. Только вот удар током никогда ещё не оставлял после себя ощущение близкого знакомства с абсолютным нулём температур. А меч, словно электрический угорь, моментально выскользнул из онемевшей руки.
  Ударившись об пол, клинок зазвенел, точно хрустальный. Лезвие мелко задрожало. Казалось, сейчас оно разлетится на крошечные осколки. Но обошлось... Звонкое эхо ещё гуляло по залу, когда Арая насмешливо поинтересовалась:
  - Что, совсем обессилил? Руки не держат?
  - Он... - Парень со злостью покосился на меч, - он же ледяной! Ну, не в том смысле, что сделан из льда... Но он холодный до невозможности. До костей прожигает!
  - А ты думал, я тебе ржавую железяку дам?
  - Да уж получше было бы! Потому что эту дрянь я в руки больше не возьму. И не надо на меня так снисходительно смотреть! Да, мне больно, чёрт возьми!
  - Ладно, ладно. Пусть больно - я не спорю, - Королева примирительно пожала плечами, - Но отказываться уже поздно. Ты сам согласился мне помочь. И придётся тебе... ну я не знаю даже... перчатки надеть!
  - А я в чём? - Для наглядности Олег продемонстрировал Арае руки. На обоих красовались чёрные кожаные перчатки с обрезанными пальцами.
  - Ну, ещё одни наденешь. Это уже, извини, не моё дело!
  
  * * *
  
  

Глава 5. Именем святой инквизиции!

  
  Кьяло мы нашли в коридоре первого этажа. Впрочем, 'нашли' - не совсем верное слово, потому что потерять это чудо природы, топающее как подкованный бегемот, было весьма и весьма затруднительно. А учитывая, что бегемот ещё и торопился... Я удивилась, что вся обслуга (а на первом этаже обитала именно она) не повыскакивала из своих комнат, чтобы посмотреть, что происходит.
  Поэтому мы просто шли следом, ориентируясь на звук. И очень удивились, когда шаги вдруг затихли в маленьком тупичке с подсобными помещениями. Зато раздался тихий скрежет.
  Я осторожно выглянула из-за угла, пригляделась... Ну так и есть! Кьяло увлечённо возился с замком какой-то неприметной на вид дверки, ничего вокруг себя не замечая. У меня появилось совершенно безумное желание подкрасться к нему и сказать 'Бу!'. И если кто-то думает, что я это желание стоически преодолела, то он просто плохо меня знает.
  Я даже заклинание на себя накидывать не стала. Просто подошла, привстала на цыпочки за спиной берсерка и...
  - Именем святой инквизиции, стойте!
  Кьяло резко выпрямился, взвился в воздух и с разворота врезал локтем по предполагаемому источнику звука. Упс! Счастье, что я успела пригнуться.
  - Марго! Чтоб тебя приподняло и шлёпнуло сорок три раза коромыслом об забор! Ну нельзя же так пугать!
  - А как можно? - я заинтересованно посмотрела на парня и выразительно похлопала ресницами.
  - И не надо изображать наивную дурочку, тебе не идёт!
  Вот как мы заговорили, значит! Если он после этого ещё посоветует мне идти своей дорогой (а ведь похоже, что прямо сейчас и посоветует), то я обижусь, наверное. По крайней мере, честно попытаюсь обидеться.
  Но проверить правильность моей гипотезы не удалось из-за того, что Флай потерял терпение и тоже высунулся из-за угла.
  - Куда собрался? Только вот не надо делать вид, что ты просто так тут гуляешь, ладно?
  - А что, гулять по коридорам теперь запрещается? С каких это пор? - огрызнулся Кьяло, - И вообще, почему я должен перед вами отчитываться? Я самостоятельный человек, между прочим! Что хочу - то и делаю! И всякие там победители турниров мне не указ!
  - Ты чего? - искренне удивился Глазастый и повторил мой трюк с хлопаньем ресницами. К моему глубокому стыду, у голубоглазого красавчика получилось лучше, чем у меня - Кьяло даже слегка оттаял:
  - Да пойми ты, Флай... Мне, правда, очень нужно ненадолго уйти. Я не могу объяснить, это не моя тайна. Простите, ребята.
  - Да никто и не просит тебя раскрывать тайны, - фыркнула я, - Тем более что я и так всё знаю. Гораздо интереснее, как ты собрался выбраться из замка. Ведь все входы или охраняются, или запираются на ночь.
  - Плох тот замок, где нет чёрного хода! - наставительно произнёс берсерк. И тут же спохватился, - Что ты знаешь? Откуда?
  - Ну, не совсем всё, честно говоря, - покаялась я, - но про то, что Рисса сейчас где-то мокнет под дождём, а ты собрался оказывать ей моральную поддержку, я поняла. А если ты ещё и объяснишь, какого чёрта ты её отослал, будет просто замечательно.
  Кьяло смерил меня долгим оценивающим взглядом. Потом ещё один взгляд, точно такой же, достался Флаю. Вот уж не знаю, что он пытался в нас углядеть такого, чего не обнаружил за несколько лет, но разглядывал, как уценённый товар в магазине - по принципу 'Вот где-то меня кидают, а где - не пойму'. Наконец берсерк посчитал осмотр законченным (о его результатах нас в известность так и не поставили) и вернулся к недовскрытому замку. Пара движений - и дверь перед ним приветливо распахнулась, приглашая в маленькую каморку, заваленную всяким хламом. Здесь были какие-то доски, куски ткани, приставная лестница без верхних ступенек, дырявые вёдра, хромоногие стулья, битое зеркало, три люстры с оторванным крепёжным крюком (видать, не только у меня эта конструкция с потолка падала), ломаные тренировочные мечи, ржавые составные части от доспехов и прочий мусор, накопившийся за долгие годы существования нашего учебно-военного учреждения.
  Оглядев всю эту свалку, Кьяло удовлетворённо хмыкнул и сноровисто нырнул в недра кладовки. Я и Глазастый, переглянувшись, полезли следом, изо всех сил стараясь не уронить шаткую конструкцию из нагромождённых друг на друга предметов. Спустя пару минут (и несколько метров) нашему вниманию предстала прислонённая к стене и слегка обгорелая по периметру дверь. А за ней - дверь настоящая, действующая и открывающаяся. И даже не запертая.
  - Дверь! - прокомментировал Кьяло.
  - Вижу, что не окно, - ответила я, попутно пытаясь отцепить от рубашки какую-то металлическую фиговину. Фиговина при ближайшем рассмотрении оказалась гнутой вилкой без двух зубцов. Которой я немедленно попыталась уколоть нашего берсерка (а то что-то он слишком серьёзный стал, не к добру).
  - Дверь закрой, я сказал, - вздохнул Кьяло, лениво отбиваясь от моего страшного оружия. - Ту, через которую мы вошли.
  - Сразу не мог сказать? - проворчала я, протискиваясь обратно. - И как я её закрою, если замок снаружи должен висеть?
  - Ну, просто прикрой, чтоб в глаза не бросалось. Вернёмся - запрём.
  - Главное, чтоб нас самих здесь не заперли, - нахмурилась я, в порыве вдохновения накладывая на дверь сразу два заклинания - для отвода глаз и чары неоткрываемости. В кладовке сразу стало темно и как-то жутковато. Но ровно до того момента, пока Кьяло не запалил масляную лампу. И откуда только достал... - Слушай, а когда Рисса уходила, это ты потом замок обратно вешал?
  - А она не здесь выходила. У неё свои пути.
  - И что же, она этими путями своими вернуться сама не может? Обязательно нам за ней под дождь лезть? - удивился Флай.
  - Вас, между прочим, никто со мной идти не просил! А она не вернётся, пока я ей не прикажу.
  - И вот тут мы возвращаемся к самому интересному, - Я снова шутливо кольнула Кьяло вилкой в бок, - Почему ты ей приказываешь? И кто она вообще такая?
  - Идите за мной, - Берсерк смело шагнул в тёмный тоннель, обнаружившийся за потайной дверью. - Вам действительно так надо это знать?
  Я призадумалась. Может, он прав, и эта тайна из тех, в которую лучше не совать свой нос, если хочешь его сохранить? Но ведь шаг уже сделан, а возвращаться с полпути - это не для меня.
  Флайяр, кажется, подумал о том же самом:
  - Не обижайся, но ты о нас знаешь очень многое. Такое, чего в здравом уме никому не рассказывают. Мы многое вместе пережили, хоть я большую часть этих приключений и провёл на копытах и под седлом. И мне никогда - слышишь, никогда - даже в голову не приходило, что ты можешь рассказать кому-то обо мне что-то такое, что могло бы помешать, скажем, карьере отца. Или моей карьере в будущем. Или просто стать поводом для шуток. И я никогда не боялся быть при тебе самим собой, хоть это и было чревато некоторыми не очень приятными последствиями, - Глазастый выразительно потрогал разноцветный синяк. - И я не знаю, что у тебя там за тайны, но неужели ты думаешь, что, узнав их, мы сразу же нарисуем красочные транспаранты и пойдём в народ, рассказывать всем встречным и поперечным...
  - Понял, понял, - перебил Кьяло его словопоток. - Просто это действительно не моя тайна. Но если хотите... - На несколько секунд парень замолчал, подбирая нужные слова, - Дело в том, что Рисса - мой телохранитель.
  - Что? - осторожно переспросила я, боясь, что ослышалась. - Да её же одним пальцем перешибить можно!
  - Ну, на самом деле она не такая уж и слабая, просто хорошо маскируется. Короче, это длинная история. Я ведь вам говорил, что меня из дома выгнали?
  - Раз сто! - хмыкнул Флай.
  - Ну вот... А почему выгнали - не говорил. Дело в том, что я подрался с сестрой.
  - И что с того? Я со своим старшим братом по семь раз на дню дрался! - пожал плечами Глазастый.
  - Вот именно, что со старшим. А она у меня - младшая. Три года разницы. Совсем тогда малявка ещё была. А я - тоже болван малолетний, но силы-то немерено... Короче, строила она какой-то дворец песочный, а я его раздолбал шутки ради. Ярка разревелась и налетела на меня с кулаками. А какие там у неё могли быть кулаки? Я и ударов-то не чувствовал! Но мне эти нападки надоели, я её оттолкнул... Сначала несильно. Но она снова ко мне приставать начала. Я терпел, терпел... Потом ещё раз толкнул, уже ощутимо. А она подобрала какой-то камень и в меня кинула. Даже не добросила... Но меня это почему-то так разозлило! Я налетел на неё, ударил, она упала, я снова ударил... Так и бил, пока злость не улеглась. А потом выяснилось, что у неё рука сломана, несколько рёбер, нос, губа разбита, щека разодрана... А она же девочка, как ей потом с таким лицом. Да и вообще её после этого еле откачали. А когда меня спросили, что случилось, я соврал, что не мог себя контролировать. Мол, нашло что-то, в глазах потемнело, дальше не помню. Врал, конечно. Мог я остановиться, тысячу раз мог.
  Кьяло замолчал и оглянулся на нас. Флай смотрел на него с едва заметным осуждением, я - с любопытством. Избитую девчонку было, конечно, жалко, но при чём тут Рисса я пока упорно не понимала, и, чтобы хоть как-то забить возникшую паузу, начала глазеть по сторонам. Мы шли по тоннелю, длинному и прямому. Он был выкопан прямо в земле и ничем толком не выстлан - лишь иногда попадались деревянные балки, поддерживающие потолок. Балки было старые, местами прогнившие от сырости, а кое-где их оплетали белёсые корни деревьев. Не знаю, каким образом этот памятник архитектуры сохранился до наших дней. Лично мне всё время пути казалось, что стены и потолок вот-вот обвалятся и погребут нас под собой.
  Но наш Сусанин уверенно шёл вперёд. Кажется, он уже неоднократно пользовался этим проходом и был достаточно уверен в его надёжности. Только вот боюсь, что во время его предыдущих вылазок, сверху не капала дождевая вода, просочившаяся с поверхности.
  Короче, подземный ход оказался весьма мрачным местом. А рассказ Кьяло только нагнетал атмосферу:
  - Знаете, отец меня тогда даже ругать не стал. Просто сказал, что я больше ему не сын, и больше никогда со мной не разговаривал. А мать... у неё истерика была, и она кричала, что если я себя не умею в руках держать, то никогда и не научусь, и что я наказание для всех, кто меня знает, и что я проклят... Знаете, она же не ведьма, моя мама. Она обычный человек. Но в тот момент мне показалось, что она меня насквозь видит. И что я действительно проклят. С того самого момента, как соврал. И теперь я на самом деле иногда не могу остановиться. Так что никто меня из дому не выгонял, я сам ушёл. Потому что не мог там больше. Я там чужой теперь. Вот! Можете начинать меня презирать!
  На парня было жалко смотреть. Кажется, он никому и никогда не рассказывал эту историю и вообще изо всех сил пытался её забыть. А я почему-то чувствовала себя очень неловко, словно вытащила наружу из глубины души что-то грязное, и выставила на всеобщее обозрение.
  - Ну, у всех бывают ошибки, - смущённо кашлянул Флай, - особенно в детстве. В конце концов, тебе сколько лет-то тогда было?
  - Шесть. А Ярке три. Почти. Через два дня день рождения должен был быть.
  - Ну, так она, небось, и не помнит ничего уже. А ты тоже на себя наговариваешь! Дети - вообще жестокие существа. В шесть лет многие и без всяких проклятий глупости делают, и на самом деле ничего не соображают.
  - Но я то соображал! - голос Кьяло сорвался в крик.
  - Ладно, ладно, соображал, верю. Только я, честно говоря, никак не пойму, Рисса-то тут причём?
  - Да не причём, в принципе, - вздохнул наш проклятый, - Просто мне вдруг показалось, что вам нужно знать обо мне ещё и это. Чтобы мне действительно больше нечего было от вас скрывать. А Рисса... Дело в том, что она мавка, а не человек.
  - Нежить? - Я едва успела подхватить нижнюю челюсть, устремившуюся в направлении пола.
  - Да, нежить. Но так сложилось, что их племя в долгу перед моим родом. И они подчиняются нам, приносят клятву верности. И Рисса давным-давно принесла эту клятву мне. Так что теперь она сама, её тело и душа... ну и далее по тексту... это всё принадлежит мне. И как только она узнала, что я здесь, в академии, то сразу же приехала.
  Я лениво сопоставила даты и выразительно хмыкнула.
  - Знаешь, учитывая, что она приплыла из Лёссы... Ведь из Лёссы же? - Я дождалась кивка и продолжила, - Тогда выходит, что она отправилась в путь даже раньше, чем мы сами узнали о том, что едем в академию. Это как понимать?
  - Вот у неё и спросишь. Только не надо во всём искать подвох. Просто учти - я ей доверяю целиком и полностью. Может, мы просто чего-то не знаем.
  Я промолчала, потому что, честно говоря, о мавках не знала вообще ничего, кроме того, что они существуют. Память, правда, услужливо подсунула какую-то полусказочную ерунду о воскресших некрещёных младенцах, но я поспешно выкинула этот бред из головы. В нашем мире этот вид нежити точно появился раньше христианства, поэтому никакой привязки к религии иметь просто не мог. Да и здесь, скорее всего, тоже.
  - А вот интересно, - задумчиво протянул Флай, - Её внешность настоящая или нет?
  - Конечно! - Судя по нарочитой уверенности в голосе, Кьяло сам уже давненько мучался этим вопросом. - А какой же ей ещё быть?
  - Ну, обычно всякая нечисть...
  - Нежить, - поправила я.
  - Ладно, нежить... Но мне почему-то всегда казалось, что они все должны быть худые, бледные, красноглазые, с клыками, когтями...
  - И чтоб боялись солнечного света, - с азартом подхватила я, - А ещё страдали наследственной аллергией на чеснок! Ты их с вампирами не перепутал, нет?
  - Вампиры - тоже нежить! - парировал Глазастый.
  - Вампиров не существует, - ехидно ответила я, и едва удержалась, чтоб не показать парню язык. Остановило меня только то, что в полумраке тоннеля он всё равно ничего не разглядел бы. Но душа усиленно требовала какой-нибудь каверзы, поэтому я неожиданно прыгнула на него сзади и вцепилась зубами в шею. - А-а-а! Свежая кровь!
  Я не знаю, как Флай выработал такую выдержку, но он не то что не завопил - даже не дёрнулся. Только подхватил меня под коленки, чтоб не сползла, и хорошо поставленным голосом объявил:
  - Ну вот, так я и знал! Стоило за день не сделать девушке ни одного комплимента, как она сразу же сама лезет целоваться!
  - Скорей уж, кусаться, - уточнил Кьяло.
  - Изголодалась по мужскому телу, бедняжка, - притворно вздохнул Глазастый, при этом перехватив мои ноги так, чтоб я не смогла от него отстраниться.
  - Да ну вас, - буркнула я, чувствуя, что неудержимо краснею, и уставилась в пол. Точнее в слой жидкой грязи, его заменяющий:
  - Мне кажется, или в начале пути было гораздо суше?
  Парни переглянулись и посмотрели себе под ноги с таким вниманием, будто надеялись найти там рассыпанные золотые монеты.
  - Да, откуда-то подтекает, - глубокомысленно изрёк Кьяло после минутного раздумья. - Но тут недалеко осталось, так что дойдём. Главное не навернуться, а то скользко.
  - Зря ты это сказал! Теперь точно...
  Плюх!
  По закону мирового свинства, не повезло, конечно же, мне. Точнее Флаю, но ведь я всё ещё висела на нём, так что грохнулись мы вместе. Одно хорошо - Глазастый приземлился не на спину (читай - на меня), а на живот, нырнув в грязь всей своей высокородной физиономией. Зато ноги мои он при падении отпустил, и я наконец-то почувствовала дух свободы. А если точнее, то затхлый такой душок...
  - А чем пахнет?
  Флай отлепился от земли, кое-как вытер лицо рукавом и тоже принюхался:
  - Как будто сдох кто-то...
  - Ребят, вы не поверите, но они здесь все сдохли! - Кьяло ускорил шаг и махнул рукой, предлагая поспешить. И вскоре я почувствовала, что коридор начинает круто забирать вверх. И почти сразу же земляной потолок наконец-то сменился каменным, а стены оказались обшиты крепкими досками. Цивилизация восторжествовала!
  Буквально пара шагов - и тоннель кончился. Теперь мы оказались в тупике, зато потолок радовал глаз квадратным люком. Впрочем, снаружи отверстие загораживала какая-то каменная плита, и как её открыть я совершенно не представляла. Как попасть наверх, соответственно, тоже.
  Флай задумчиво прикинул расстояние до потолка, поднялся на цыпочки и едва дотянулся до преграды.
  - И дальше что? Если эту каменюку толкать, то я - пас.
  - Да она не тяжёлая, там всё очень точно подогнано, - Кьяло оттеснил Глазастого от люка и легко сдвинул плиту в сторону.
  Но лучше бы он этого не делал!
  В открывшуюся дырку хлынул поток воды, моментально залив берсерка с головы до ног. И если у истока этого Ниагарского водопада поток был ещё более-менее прозрачным, то разбившись о землю он приобрёл грязно-бурый оттенок. Брызги разметало по стенам, потолку, Флаю, не успевшему отскочить в сторону... Мне бы тоже перепало, но я в кои-то веки вовремя вспомнила о своём магическом происхождении. Вот только об огненной стихии забыла. И в ситуации, где любая нормальная магичка поставила бы щит, я, не задумываясь, выпустила с обеих рук по пульсару.
  Эффект превзошёл даже самые смелые мои ожидания: столкнувшись с огненными шарами летящая в меня вода попросту испарилась. Не в смысле 'исчезла', а превратилась в пар. Меня окружило облако раскалённого воздуха, защититься от которого не было никакой возможности. Разве что зажмуриться, прикрыть лицо руками и терпеть, что я и сделала.
  Жаль, что при этом я не догадалась закрыть уши. Во-первых, потому что их тоже окатило паром, и кончики моментально защипало, а во-вторых, парни дружно разразились таким потоком ругательств... Если бы давешний водопад состоял из слов, он показался бы хиленьким ручейком по сравнению с этой прорванной плотиной.
  А самое обидное, что все мои ухищрения оказались напрасными. Стоило мне отнять руки от лица, как насквозь промокший Кьяло решил отряхнуться, и незамедлительно приступил к этому увлекательному занятию. Видели когда-нибудь, что делает большая и лохматая собака, вылезая из реки? А теперь представьте на месте собаки двухметрового, но ещё более лохматого богатыря.
  После импровизированной парилки, капли, слетевшие с его тела, показались мне ледяными.
  - Эй, прекрати! - озвучил мои мысли Флай. - Тоже мне, устроил тут фестиваль поющих фонтанов!
  - Это как? - заинтересовалась я.
  - Это в Тангаре, летом. На центральной площади. Красивое зрелище! А ночью их ещё фонариками цветными подсвечивают - вообще загляденье.
  - Да, наверное, - согласилась я. - Только вот, чую, сейчас тоже будет зрелище.
  - А что?
  - Ну, как мы вылезать-то отсюда будем? Я не допрыгну! А лестница не предусмотрена, - я выразительно глянула вверх, на зияющий темнотой люк. С краёв отверстия продолжала ручейками стекать вода, но это было уже не смертельно - всё равно отовсюду капало, а ноги утопали в грязной жиже по щиколотку. В сапогах тоже предательски булькало - кажется, они уже начали подтекать.
  - Ой, тоже мне, нашла проблему! - махнул рукой Кьяло, передавая мне светильник. А потом он ухватился руками за край люка и легко подтянулся. Мгновение - и его ноги уже исчезли в дыре, а к нам, вниз, протянулась спасительная ладонь, - Хватайся.
  Ну, я и схватилась, не подумав. Левой рукой! Просто совсем из головы вылетело, что меньше чем пол дня назад её в очередной раз... ммм... слегка повредили. Память-то девичья. Не болит, мол, и ладно.
  Короче, от рывка я взвыла! Проникновенно так, от всей души!
  Берсерк от неожиданности выпустил мою больную конечность и зажал уши. А я, не успев сгруппироваться, тяжело плюхнулась в грязь. Флай, стоящий неподалёку, ухмыльнулся.
  - Не смешно, - буркнула я, поднимаясь на ноги. - Мог бы и поймать!
  - Мог, - согласился он. - Но тогда ты единственная осталась бы почти чистой и относительно сухой. А это неинтересно!
  Вторая попытка втащить меня наверх прошла более удачно - Кьяло тянул за здоровую руку, а Флай, сжалившись, подталкивал снизу. Так что на поверхности я оказалась довольно быстро. И сразу же начала с любопытством глазеть по сторонам, благо лампа всё ещё горела. Каким чудом она уцелела после всех наших падений и намоканий - оставалось только гадать. Но светила исправно, хоть и тускло.
  Мы оказались в небольшой прямоугольной комнате без окон и с одной-единственной маленькой дверцей. Обстановки здесь не было никакой, не считая четырёх каменных ящиков, выстроившихся рядком вдоль одной из стен. Ещё один ящик был сдвинут в сторону, и поэтому выбивался из общего ряда - это он служил крышкой для люка. И всё!
  Короче, тот, кто обустраивал это помещение явно исповедовал политику минимализма. А вот за качеством строения не следил - с потолка капало, каменные стены покрылись в углах сетью трещин, под дверью просачивалась вода, по полу бежали мутные ручейки.
  Сгорая от любопытства, я подбежала к выходу и выглянула наружу. В лицо сразу же ударил поток свежего воздуха, щедро приправленный дождём. Кажется, за всё то время, что мы шли, ливень и не думал утихать. Зато окончательно стемнело, и я совершенно ничего не могла разглядеть за сплошной пеленой падающей с неба воды.
  - А где Рисса? - непонятно у кого поинтересовался Кьяло, - Мы же договорились, что она будет ждать меня здесь.
  - Может, перебралась туда, где посуше? - предположил Флай, выкарабкиваясь из люка.
  - Куда? Это же единственно помещение с крышей на всю округу!
  - Толку-то от этой крыши, - фыркнул Глазастый, - И, кстати, мы вообще, где?
  - На восточном кладбище.
  Я нервно сглотнула. С некоторых пор я очень не любила без особой необходимости гулять среди могилок. Впрочем, я же и не гуляю, просто стою. И даже не на могиле, а... Упс!
  - Так мы что, в склепе?
  Кьяло рассеянно кивнул, продолжая обшаривать глазами маленькое помещение. Как будто всё ещё надеялся увидеть Риссу. Ага, щас! Вот откроется крышка одного из этих ящиков (Хм... если мы в склепе, то ящики, стало быть, саркофаги? А в них - высокопоставленные покойники? Неаппетитное, наверное, зрелище!), и оттуда, как чёртик из табакерки, выскочит наша блондинка. Мечтать не вредно!
  Однако берсерк мечтать и не собирался. Он вполне целенаправленно вышел на середину склепа, и, сложив ладони рупором, гаркнул:
  - Ри-и-исса-а-а! Ри-и-ис!!!
  Голос у него был зычный, и перекрыл даже отдалённый раскат грома, но ответа не последовало.
  - Может, она всё-таки вышла? - спросила я, тщетно вглядываясь в пейзаж сквозь пелену дождя. - Что тут ещё есть поблизости, кроме кладбища?
  - Да ничего тут нет! Лес кругом, всё заброшено давно. Чуть севернее проходит дорога на Таин, но... Нет, не могла она уйти. Я чувствую, что она где-то рядом!
  - Так не обязательно же уходить далеко. Она могла просто в лес податься.
  - Зачем? Тем более в такую погоду.
  - Мало ли, что девушка может делать в лесу! Шишки собирать, подорожники нюхать, ёжиков распугивать...
  - Ну, если ёжиков... - понимающе вздохнули парни. - Может, тогда ты её и поищешь?
  - Хм... - Я с сомнением покосилась на бушующее ненастье. - А что мне за это будет?
  - Могу поцеловать! - великодушно предложил Флай.
  Я досадливо поморщилась и, спасаясь от столь щедрой награды, решительно шагнула под дождь.
  Промокла я сразу же и насквозь. Волосы прилипли к голове, одежда - к телу, сапоги, булькнув, погрузились в вязкую грязь. Зато обожжённые уши наконец-то перестали зудеть. Ну, и то польза.
  Кроме этого, сделав пару шагов вперёд, я наконец-то начала различать размытые очертания окружающего пейзажа. Склеп оказался не в центре кладбища, как мне почему-то представлялось, а на окраине. Так что сейчас с трёх сторон меня окружали мрачные и высоченные деревья, и только с одной - благопристойные бугорки могилок.
  На секунду я замешкалась - куда идти, но тут прямо надо мной ослепительно блеснула извилистая молния, и всё вокруг на какую-то долю секунды приобрело чёткие, дневные очертания. И я совершенно точно уловила размашистое движение за деревьями.
  - Рисса, стой!
  Мир снова погрузился во тьму, но направление движения я уже задала, и теперь неслась к цели, наплевав на лужи, и ловко уворачиваясь от веток, норовящих хлестнуть по носу, или отсечь кончик уха.
  - Рисса!
  Что-то блондинистое мелькнуло перед самым моим лицом. Не раздумывая, я вытянула вперёд руку, намереваясь схватить девушку за волосы... но внезапно обнаружила, что держу за хвост верещащую белку. Мех у зверюшки был необычный, очень светлый. А зубы - безумно острые. Это я поняла, когда пойманная лесная жительница, не раздумывая, вонзила их мне в палец.
  Я взвизгнула от боли и неожиданности и перехватила белку поудобнее. Ну, не отпускать же такую добычу! А в голове мелькнула вдруг совершенно шальная мысль:
  - А ты, случайно, не Рисса? - В конце концов, ведь я так мало знаю о мавках. Может, они и в животных могут превращаться?
  Но белка в ответ скорчила такую обиженную физиономию (разве что головой не замотала), что я сразу поверила - не она. И, в качестве извинения, даже почесала зверюшку по мокрому пузику. Мохнатая попрыгунья сразу же разомлела, лёжа на моей ладони... и вдруг рванулась из рук, сноровисто вскарабкалась на плечо, оттуда прыгнула на ближайшее дерево и вскоре скрылась в густой листве. Я так и не поняла, что её напугало. Я вроде бы ничего такого не делала...
  Пожав плечами и ещё раз, для приличия, окрикнув Риссу, я развернулась, чтоб идти обратно... и скакнула в сторону не хуже белки. Потому что прямо передо мной воздух вдруг пошёл странной рябью, замерцал и порвался. Понимаю, что представить себе рваный воздух достаточно трудно, но именно так оно и выглядело - крупная дыра с обмахрившимися краями, сквозь которую виднеется иная реальность. А потом из разрыва вышел парень.
  Ну, парень как парень, лет двадцати с хвостиком. Я бы и внимания особого на него не обратила (интересно, а можно ли вообще не обратить внимание на человека, появившегося из ниоткуда прямо перед тобой?), если бы не два обстоятельства - его руки и ноги.
  Руки - потому что в одной он держал пистолет, а в другой - меч. Причём рукоять меча была в несколько слоёв обмотана какой-то плотной тряпкой. Жёлтенькой, с голубыми цветочками.
  А ноги - потому что они были в кроссовках. Обычных таких, поношенных, в меру драных. Не знаю, почему обувь заинтересовала меня больше, чем оружие. Но смотрела я именно на ноги незнакомца, и именно поэтому раньше него обнаружила, куда он попадёт, сделав шаг из портала.
  Глубокая лужа с жадным чавканьем приняла в себя сперва кроссовки, а потом и самого парня, не удержавшего равновесие на скользкой грязи. Меч отлетел в одну сторону, пистолет в другую, а пришелец из ниоткуда разразился длинной матерной тирадой, рассказывающей много нового и интересного о погоде, природе, косых порталах, моих предках и обо мне самой.
  - А я то здесь при чём? - заинтересовалась я, протягивая руку, чтоб помочь парню выкарабкаться из лужи.
  Но пришелец шарахнулся от меня, как блондинка от учебника по ядерной физике, предпочитая выбираться самостоятельно.
  - А кто тебя просил оборачиваться? - зло бросил он, пытаясь что-то нашарить в мутной воде. - Постояла бы пару секунд спокойно, мне даже вылезать из портала не пришлось бы.
  - А ты вообще кто такой? - запоздало спросила я. И сама удивилась, как этот вопрос раньше не пришёл мне в голову. Ведь не каждый же день из порталов выпрыгивают разговорчивые типы в кроссовках! - Ты из какого мира?
  - Звучит, как 'Ты с какого района, чувак?' - усмехнулся парень, наконец нащупав что-то в луже. Усмешка у него вышла какая-то... нехорошая. Кривая. Да и глаза, которые я с трудом разглядела под длинной чёлкой, мне совсем не понравились. Может, просто потому, что я не привыкла видеть чёрные глаза у блондинов. А может, потому что чернота в них казалась совершенно живой. Она клубилась, как дым над костром, или как чернила, вылитые в миску с водой.
  А ведь ему далеко не двадцать лет. И даже, пожалуй, не тридцать...
  Я невольно отступила на шаг.
  А незнакомец выпрямился, попутно выуживая из лужи найденный пистолет. Оружие было направлено на меня. Вот ведь западло-то... А я сегодня так устала...
  - Слушай, ну объясни хоть, что я тебе сделала? Ты же специально за мной явился? Сам портал настраивал? А откуда проекцию ауры взял? - Я старательно тянула время, пытаясь создать максимально мощный и плотный пульсар. А то в такую погоду от обычного толку мало.
  - Извини, ничего личного... - пожал плечами пришелец.
  А потом всё произошло одновременно. Его пуля, мой огненный шар. Грохот выстрела, сливающийся с громом, и яркий свет пульсара, почти незаметный в блеске молнии. Я метнулась вниз, чувствуя, как что-то горячее бьёт меня по кончику уха. Ладно, переживём! Но незнакомец тоже успел уклониться, и моё заклинание впечаталось в дерево, растеклось по нему огненной кляксой, и тут же погасло, залитое дождём.
  Не дожидаясь следующего выстрела, я метнулась вперёд. Цель была проста до банальности - прыгнуть на нападающего, уронить его на землю и выбить из руки пистолет. Можно в другом хронологическом порядке, но с тем же результатом. Однако реакция у моего противника была просто потрясающая. Отскок в сторону, и я неэстетично плюхнулась животом в грязь. При этом попытка смягчить падение, приняв основной удар на руки, ничем хорошим не окончилась - при соприкосновении с землёй, левую пронзила такая боль, что у меня в глазах потемнело.
  Нет, день определённо не задался!
  Я поспешно перекатилась в сторону и наугад выпустила ещё один пульсар. Судя по отсутствию воплей и многоступенчатой ругани - снова мимо. Плохо! Если меня хватит ещё хотя бы на один - это уже хорошо. Только вот хватит ли?
  Сразу устраивать проверку я не рискнула, решив немного подкопить силы. Проблема в том, что копить их предлагалось не лёжа под кустиком, а кувыркаясь по грязи и уворачиваясь от пуль. Кстати, а где пули-то?
  Ба-бах!
  Я уже не знала, какого бога благодарить за криворукость и косоглазость доставшегося мне стрелка. Ведь практически в упор же палил, и каждый раз мимо!
  - Мазила! - крикнула я, делая совершенно немыслимый кульбит назад через голову. Эх, все ветки на своём пути собрала, да ещё и коленкой врезалась во что-то острое. Поспешно смахнув со лба пот, перемешавшийся с дождевой водой, я бросила рассеянный взгляд под ноги и обомлела. Обнаружить рядом с собой меч - тот самый, вылетевший из руки незнакомца - о таком счастье я и не мечтала.
  Рука сама потянулась к рукояти, вцепилась в неё мёртвой хваткой. Глаза ещё изучали необычную гарду в форме распахнутых крыльев, а мозг уже прикинул вес клинка, его баланс и необходимую силу удара. Тело рванулось вперёд, совершенно не принимая в расчёт возможность быть расстрелянным. Отточенное лезвие со свистом рассекло воздух.
  Удар!
  Всего один удар, точно в сердце. Всё-таки несколько лет тренировок сделали из меня неплохого фехтовальщика. Впрочем, особого умения здесь и не требовалось. Скорее уж, свою роль сыграл пресловутый фактор неожиданности.
  Да, такой исход мой противник вряд ли предполагал. А вот теперь лежит с клинком в груди... На какую-то секунду мне даже стало его жаль. А потом вдруг свинцовой тяжестью навалилось понимание того, что я только что сделала. Я убила человека! Своими руками! И даже не пульсаром, брошенным издалека, а мечом. Один на один, глядя в глаза. Ой, мама, мне же эти глаза теперь ночами сниться будут.
  Я попятилась назад, чуть не навернувшись в грязь, и пытаясь взять себя в руки. Как ни странно - получилось. Истерика отступила в глубь сознания, остались только трезвые размышления на тему того, что мне грозит за убийство... А вот не знаю! С таким опекуном - и не знаю!
  Внезапно за моей спиной предательски хрустнула ветка. Я мигом выхватила из трупа меч, из кармана вилку, и обернулась, готовясь порубить в капусту каждого, кто застанет меня на месте преступления... Флай и Кьяло бодро отскочили на несколько метров назад.
  - Ты чего? - удивился Глазастый, переводя взгляд с распалённой меня на свежеубиенное тело. - Ух ты!
  - Он первый начал! - буркнула я. - Я тут всю грязь собрала, а вы под крышей отсиживались. И вообще, у вас за убийство сажают? А если это была самооборона?
  - Для начала, успокойся, - Флай приобнял меня за плечи и внимательно посмотрел в глаза. - Ты его знаешь?
  - Первый раз вижу.
  - Меч был его?
  - Его.
  - Тогда оставь оружие здесь, и пошли обратно. Даже если труп и найдут, то... да кому он нужен, этот труп?! А вот клинок приметный.
  - Ты что, не понимаешь? Я же человека убила!
  - Понимаю я, понимаю. Потом поговорим. Меч только оставь.
  Я вздохнула. Расставаться с клинком очень не хотелось. Лёгкий, удобный... когда ещё удастся заполучить что-то подобное...
  Но всё же я наклонилась и вложила меч в безвольную руку. Даже пальцы вместе свела, будто бы так и должно быть.
  А потом вдруг поняла, что выпрямиться уже не могу. От шеи до поясницы прокатилась обжигающая волна боли, словно кто-то невидимый, но безжалостный решил содрать с меня кожу. Дыхание перехватило, ноги подогнулись, и земля с ужасающей скоростью метнулась навстречу лицу.
  - Марго! - коллективный вскрик насквозь пробил виски и заметался по голове, глухо стукаясь о черепную коробку.
  - В порядке... - выдохнула я одеревеневшими губами.
  ...Но мне почему-то не поверили, и до склепа несли на руках. А там бережно уложили на один из саркофагов и даже услужливо поплескали на лицо дождевой водичкой. Как будто до этого я была недостаточно мокрая.
  Впрочем, через пару минут мне надоело изображать умирающего лебедя на каменном ложе (холодно же!) и я решительно привела тело в вертикальное положение. Две пары глаз тут же с любопытством воззрились на меня.
  - Что там случилось? - деловито поинтересовался Флай.
  - Где Рисса? - вспомнил о насущном Кьяло.
  - Не имею не малейшего понятия, - ответила я на второй вопрос.
  - Да где же её носит! - Берсерк со злостью ударил кулаком по крышке одного из саркофагов.
  - Кто там? - незамедлительно вопросили из каменного ящика, и крышка начала медленно сдвигаться в сторону.
  Кьяло поспешно перекрестился, я чертыхнулась, а Глазастый геройски отодвинул меня от гроба, прикрывая своим телом. А из саркофага, зевая и потягиваясь, вылезла наша потерявшаяся блондинка.
  - Какого...? - высказал общую мысль Флай, украдкой выдыхая.
  - Ах, какого? Флайчик, миленький, отойди в сторону. Ты хороший мальчик, тебе незачем слушать все те слова, которые я сейчас скажу этому проклятому отпрыску великого рода. Маргошенька, и ты тоже отойди. Да, лучше подальше, ибо я страшна в гневе! И вообще, я ещё спрошу с этого недотёпы за всё, в том числе и за то, что он приволок с собой вас, но сейчас... Кьяло, солнышко, какого лешего ты меня не послушался, когда я говорила, что мне и в академии будет неплохо? И где тебя носило всё это время, я даже заснуть успела! И вообще, чего вы все застыли, как мраморные статуи в эльфийском парке? Собираетесь возвращаться в родные пенаты, или до утра будете здесь торчать? А то оно ведь не за горами!
  С этими словами Рисса бодро спрыгнула в люк и зашагала по подтопленному подземному ходу. Даже светильник с собой прихватила.
  - Слушай, Рис... Можно один вопрос? - крикнул ей вдогонку Флай, пока Кьяло отходил от гневной тирады своей телохранительницы.
  - Ну? - донеслось из недр коридора.
  - А как ты в этом гробу-то оказалась?
  - Просто это было самое сухое место на всём этом треклятом кладбище!
  
  * * *
  
  Четвёрка лошадей натужно тянула по размытой дороге чёрную карету. Колёса скрипели, крупные дождевые капли непрестанно стучали по крыше, а ветер порой задувал с такой силой, что норовил снести с козел двух скукожившихся под плащами мужчин. Один из них уже продрог насквозь и теперь постоянно чихал; второй же, несмотря на тряску и ненастье, даже умудрился задремать.
  Те путники, что находились в карете, ехали с большим комфортом. Если, конечно, путешествие в такую погоду вообще можно было назвать комфортным. По крайней мере, отец Силько, старший инквизитор, находил такое времяпрепровождение просто ужасным. У него ныла спина, затекли ноги, и как-то подозрительно постреливало в ухе - должно быть надуло из окна.
  Инквизитор поёрзал, поудобнее устраивая на сидении свой обширный организм, помянул недобрым словом Нечистого, пославшего грозу, и недовольно покосился на свою спутницу. А та, казалось, вообще не замечала тяготы пути. Так и сидела всю дорогу - спина прямая, руки сложены на коленях, голова чуть опущена, так, что плотный капюшон полностью скрывает лицо. Не женщина - статуя.
  Если бы отцу Силько сказали, что сестра Анелла и в самом деле высечена из камня - он бы, пожалуй, поверил. А что? Перчатки на людях не снимает, лицо прячет. Говорят, это потому, что обет какой-то дала. А что может быть проще, чем всё свалить на обет? Сама-то она, небось, правду никому не скажет. От такой никогда слова не дождёшься!
  Инквизитор нахмурился, пытаясь вспомнить, говорила ли она вообще при нём хоть что-нибудь... По всему выходило, что нет. А может, она немая? Как же тогда с этой каменной девой общаться? Впрочем, какое уж тут общение... С такой о погоде не поговоришь, об урожае винограда не поспоришь...
  Настроение у священника совсем испортилось.
  И зачем её вообще к нему приставили? Задание-то инквизитор получил простенькое - съездить в Таин, в военную академию, и посмотреть, что там случилось. Ну, людей поспрашивать для приличия, порыскать. И ничего не найти. В любом случае - не найти, в таких местах находить не положено. Только доложить куда следует. Всего-то!
  Он и в дорогу уже собрался, а тут вдруг как снег на голову: 'Сестра Анелла с тобой поедет'. И всё. Нет бы объяснить, зачем?! И кто она, вообще, такая? А то появилась неделю назад, неизвестно откуда... С отцом-настоятелем всё долгие разговоры разводила... Вот и договорилась!
  Нет, польза от неё есть, конечно. Сразу карету выделили, бутыль вина хорошего в багаж добавили. А всё же неспокойно на душе. А ну как сестра за ним шпионить приставлена? Доложит потом, факты подтасует - и прости-прощай жизнь смиренного служителя Господа, отца Силько.
  Инквизитор поёжился... И тут капюшон, скрывающий лицо монахини, легонько качнулся:
  - Вели остановить карету.
  Ишь ты! Значит, умеет говорить-то! И голос такой приятный. Глубокий, бархатистый...
  Священник так удивился, что не сразу сообразил, что от него требуется. Зато когда понял, мигом подскочил на сидении, высунулся из кареты почти по пояс и не крикнул - гаркнул:
  - Стойте! Остановите!
  - Стоять! - подхватил его вопль один из тех, кто сидел на козлах, - Тпру-у-у! А-а-апчхи! Стоять, клячи дохлые!
  Лошади, к слову сказать, на кляч вовсе не походили. Крупные, холёные. Но встали как миленькие.
  Сестра Анелла же, не мешкая, распахнула дверцу, выбралась наружу и бодрым шагом направилась в придорожный лесок. Казалось, она вообще не заметила ни льющейся сверху воды, ни грязи под ногами.
  - Ланья, вы туда по делу или до кустиков? А-а-апчхи! А то, может, помочь чем? - окрикнул монахиню простуженный. Инквизитор брезгливо сморщился - частично от неприкрытого панибратства, частично от принятого в богопротивном Альсоро обращения. И только тогда вспомнил - а ведь карета-то её, Анеллы. Она в ней и приехала. И мужчины эти с ней же были. А ведь они не монахи, и не послушники даже. Ну дела!
  - Сиди на месте, олух. Ещё я перед тобой не отчитывалась!
  - Как хотите, ланья, - не стал спорить возница. Только поплотнее закутался в плащ и прикрыл глаза, намереваясь вздремнуть.
  Отец Силько провожал женщину взглядом до тех пор, пока она не скрылась за деревьями. А потом любопытство пересилило, и священник, бегло перекрестившись, направился следом за Анеллой. Проламываясь сквозь кусты, он изо всех сил старался не шуметь, но получалось плохо - инквизитор постоянно проклинал своё грузное тело и благословлял ливень, заглушающий звуки. Впрочем, вскоре монахиня замедлила движение, а затем и вовсе остановилась. Священник ещё раз перекрестился и постарался подобраться поближе. Упрямство служителя Господа было вознаграждено - последние несколько шагов удалось проделать совершенно бесшумно. Силько осторожно сдвинул в сторону загораживающие обзор ветки и нервно сглотнул - на небольшой полянке, открывшейся его взгляду, лежал труп.
  В том, что молодой парень, с ног до головы вымазанный грязью, был мёртв, сомневаться не приходилось. Неестественная поза, неловко подвёрнутая нога, огромное количество крови - какие уж тут сомнения. Непонятно было другое - каким образом монахиня узнала о том, что в лесу покойник.
  Сама же женщина сейчас стояла над телом и с любопытством его разглядывала. Потом присела рядом на корточки, не обращая ни малейшего внимания на то, что плащ давно уже промок насквозь, а весь подол платья испачкан густой коричневой грязью. Некоторое время сестра Анелла сидела не шевелясь, а затем легонько повела ладонью над мёртвым. Медленно, от головы к ногам, не касаясь тела. Потом она точно таким же образом исследовала меч, который мертвец всё ещё сжимал в руке.
  Капюшон качнулся, и священник был готов поклясться, что разглядел довольную ухмылку.
  - Первый, - удовлетворённо произнесла женщина, и резко поднялась. - Святой отец, вам не надоело стоять в одной позе? Так подойдите, разомнитесь.
  Инквизитор побледнел. Ноги вмиг стали ватными, перед глазами всё поплыло. И как он только мог поддаться уговорам Нечистого и последовать за этой страшной женщиной? И уже не важно - каменная ведьма она или приставленный настоятелем соглядатай. Он, отец Силько, только что сам подписал свой приговор.
  - Что, неужели ноги затекли? - всплеснула руками сестра Анелла, и сама приблизилась к окаменевшему от страха священнику. - Ох, откуда только берутся такие идиоты. Ну что вы на меня так вылупились, Силько? Не съем же я вас, в самом деле. Так, понадкусываю...
  Женщина медленно, словно рисуясь, сняла перчатку, прищёлкнула пальцами - сверкнуло тонкое серебряное колечко - и легонько дотронулась до лба инквизитора. Небо наискось перечеркнула извилистая молния, громыхнуло где-то совсем близко, Отец Силько вздрогнул...
  ...и проснулся.
  Карета всё также подпрыгивала на ухабах, дождь стучал по крыше, и каменная женщина по-прежнему сидела всё в той же неудобной позе.
  'Задремал', - с неожиданным облегчением подумал инквизитор. - 'А ведь что-то страшное снилось. А что именно - уже и не вспомню. Ну и ладно, без того хлопот хватает!'
  
  * * *
  

Глава 6. Второй клинок

  
  Обратная дорога показалась мне вдвое короче. Скорей всего потому, что большую её часть я бесстыдно проспала.
  Точнее, сначала я честно месила ногами грязь и пыталась не отставать от ребят. А они, как назло, вспомнили, что неплохо было бы вернуться в Академию затемно, и теперь спешили изо всех сил. Рисса задала неплохой темп и неслась впереди, что-то сердито бормоча сквозь зубы, Флай чуть прихрамывал, но в целом держался вполне бодро, а Кьяло вообще всё было нипочем. Ну да, они же через кусты не продирались, в грязи не кувыркались и от выстрелов не уворачивались.
  Кстати, о выстрелах... А также о джинсах, кроссовках и потёртой 'косухе'...
  По всему выходит, что этот чёртов мазила из моего родного мира. И охотился он за мной, целенаправленно. Только вот с чего бы это? Кто-то настолько не хочет, чтоб я вернулась домой? Бред! Ангелом я, конечно, никогда не была, но и крепко насолить никому не успела. А этого белобрысого вообще в глаза не видела. Может, он просто наёмник? Вполне возможно. Тогда кто заказчик? Кто-то весьма неслабый, чтоб поставить прямой портал между мирами.
  Впрочем, почему обязательно 'между'... Заказчик вполне может находится здесь, а наёмник - существо без родины и национальности. А одежда выбрана специально, чтобы ввести меня в заблуждение.
  Только вот зачем пудрить мне мозги костюмчиком, если всё равно убивать? Нет, что-то не сходится... Может, меня вообще с кем-то спутали? Эх, не догадалась поближе рассмотреть рубец от портала. Я в них, конечно, не разбираюсь, но могло и повезти. Может, именно в тот момент кто-нибудь выглянул бы посмотреть, чем дело кончится...
  Задумавшись, я споткнулась раз, другой. На третий Кьяло подхватил меня на руки (Флай тоже хотел, но не успел), и дальше я путешествовала с комфортом. Сама не заметила, как задремала. Проснулась только не пару минут, чтоб уже в комнате стянуть с себя насквозь мокрую форму, и сразу же отрубилась снова.
  А разбудили меня вопли:
  - Маргошенька, солнышко, открой глаза и дверь! Потому что если ты сейчас не встанешь, мы уйдём смотреть турнир Равных одни, и тебе потом будет крайне обидно за пропущенное зрелище. Марго-о-о!
  Рисса надрывалась в коридоре уже минут десять, и всё это время я тщетно пыталась подняться с кровати. Всё тело болело, левая рука еле слушалась, ноги гудели, голова трещала, кончики ушей немилосердно чесались... Уши-то с чего? Ах, да, паром обожгло... А потом пулей зацепило, кажется...
  'Марго, не заставляй меня вышибать дверь. Я могу перестараться и снести всю стену', - голос блондинки, прозвучавший почему-то прямо в голове, застал меня врасплох. А мавка тем временем подкрепила свою угрозу решительным пинком по дверному косяку.
  'Вот я сейчас встану - и ты ляжешь!' - мрачно подумала я, решительно придавая организму вертикальное положение. Но, кажется, от моих благих намерений мало что зависело. Комната резво крутанулась вокруг своей оси, в глазах потемнело, и я едва успела ухватиться за спинку кровати, чтоб не грохнуться.
  Упс!
  Где-то на задворках сознания раздалось явственное хихиканье:
  'Ты сначала до меня доберись!'
  Ах так? Я решительно сжала зубы и двинулась к дверям. Пол качался, потолок норовил свалиться на голову, а каждый шаг превратился в пытку. Что там про Русалочку говорили? Как по острым ножам ходила? Да я бы сейчас и по горящим углям прошлась, лишь бы не чувствовать этой слабости и отупляющей боли во всём теле.
  Ещё немножко, ещё...
  Какого чёрта здесь целых две комнаты? И одной с лихвой хватило бы...
  Шаг. Шаг.
  Дверь!
  Стой, дверь, не убегай! Я всё равно тебя поймаю. И двоиться не вздумай!
  Ага!
  Я вцепилась в ручку, как утопающий в шею спасателя, и рванула на себя. Дверь издевательски заскрипела, но не открылась. А если наружу? Тоже бесполезно! Да что же с ней такое? Или со мной...
  Перед глазами всё плыло. Я прислонилась лбом к косяку, и попыталась сообразить, в какую же сторону открывается эта дурацкая дверь.
  - Быстрее, Марго!
  Ещё и блондинка эта верещит, как резаная. Нет бы оставить меня в покое. Ну его, этот турнир. Сколько раз смотрела - всегда одно и тоже. Глазастый вылетит в первом круге, Верба победит. Она всегда побеждает. А раньше Муллен побеждал...
  - Марго, если ты сейчас же не откроешь дверь, я скажу Флаю, что ты не хочешь его видеть. Он обидится, нарвёт в оранжерее каких-нибудь вонючих пустоцветов, зажмёт букет в зубах и полезет через окно. Но веточки окажутся ядовитыми, и он геройски умрёт у твоих ног. Если не откроешь!
  - Не пролезет он через окно, - из последних сил огрызнулась я. - Там заклинание...
  Заклинание! Ну и дура же я.
  Я снова схватилась за ручку, пытаясь не ошибиться в магической формуле. В этот раз дверь поддалась, и я вывалилась в коридор. Прямо в объятия Риссы.
  - Не возражаешь, если я зайду? - церемонно осведомилась мавка, демонстративно не замечая, что мне, мягко говоря, не до неё.
  - Заходи, - выдавила я, цепляясь одновременно и за блондинку, и за остатки сознания. Первая не сопротивлялась, чего нельзя сказать о втором.
  - Благодарю, - Рисса нырнула в комнату, втащила туда же меня и рывком захлопнула дверь. - Дура, ты что творишь? Ты же фонишь на всю академию! А по этажам, между прочим, инквизиция гуляет! Ты в курсе?
  - Сама дура, - из последних сил прошептала я, лениво наблюдая, как зелёные шторы расплываются по потолку. Они уже почти добрались до люстры и тянулись к ней тяжёлыми бархатными щупальцами. - Всё-таки это ты убивала. И меня сейчас...
  - Дура! - повторила блондинка. - Не будешь меня слушаться - точно убью! А ну ложись.
  Выполнить это указание было проще простого. Почувствовав, что меня не держат, я с готовностью рухнула на пол. Шторы тем временем совершенно распоясались. Они уже покончили с люстрой и поползли дальше, уничтожив даже мелкого паучка, спокойно дремавшего в своей паутине. Жаль... Я уже привыкла его за домашнюю зверюшку считать.
  Тем временем мне на лоб опустилось что-то прохладное, и глаза закрылись сами собой. Мысли немножко прояснились, но исключительно для того, чтоб секунду спустя вновь закружиться в бешеном круговороте. Причём это были уже не мои мысли.
  
  '...Трон стоит тысячи лет. И всегда будут те, кто заслонит его собой в минуты опасности. Не мёртвые, не живые, отдавшие душу и принесшие клятву, распахнувшие крылья и обнажившие сталь. И покуда стерегут они Уряду - крепок трон. А пока стоит трон - живёт Опрежь...'
  
  - Что такое Опрежь? - машинально спросила я вслух.
  - Чего? - переспросила Рисса. - Ты как?
  - Нормально, - Я запоздало удивилась тому, что язык не заплетается. И остальные части тела тоже, кажется, слушаются. Глаза, по крайней мере, открылись без проблем, - А что это было?
  - Чтоб я знала... - Мавка сидела рядом со мной, прямо на полу, устало прислонившись к ножке стола. - Но пол часа назад во всей академии подскочил магический фон. Да так, что я аж проснулась. Пошла искать источник и добрела до твоей комнаты. Еле до тебя докричалась, между прочим. Спишь, как заколдованная принцесса из сказки!
  - Вообще-то, я чутко сплю! Иногда...
  - Вот именно, что иногда. Но когда ты проснулась, то энергия вдруг пошла таким потоком - меня чуть по стенке не размазало. Причём весь этот поток шёл от тебя. Я еле сумела комнату снаружи заблокировать, пока святоши ничего не почуяли... А потом ты открыла дверь и грохнулась в обморок. Скорее всего, от резкой потери силы. То есть минуту назад ты была совершенно на нуле.
  - А сейчас? - Насколько я могла судить, моя магия была при мне и никуда не девалась. А в момент пробуждения? А тогда мне было не до того!
  - Сейчас всё в норме. И не надо на меня так удивлённо смотреть!
  В этот момент я действительно сверлила блондинку взглядом, пытаясь понять, говорит она правду, или это такая специфическая шутка юмора. Ну какие могут быть потоки энергии, если меня хватает на три пульсара с половиной?
  А в голове навязчиво вертелась подленькая мысль, что мавка всё это придумала. А на самом деле она сама наслала на меня эту слабость. Потом поняла, что не может открыть дверь, разбудила меня, ворвалась в комнату... А убить не успела, потому что я пришла в себя.
  Жаль только, что оружия у неё с собой нет. Задушить она меня собиралась, что ли? Или защекотать до смерти?
  Я поднялась с пола, оседлала стул и задумалась, к чему бы ещё придраться.
  - А как ты привела меня в чувство?
  - Да никак, - хмыкнула Рисса. - Хотела в голове у тебя покопаться, посмотреть, с чего это вдруг пошла такая мощная отдача энергии. Но по мне вдарило такой волной, что свои-то мысли разбежались, как тараканы. Еле собрала. А тут уже и ты очнулась.
  - И часто ты так в чужих мыслях копаешься?
  - Иногда приходится, - серьёзно ответила мавка.
  - То есть ты и сейчас знаешь, о чём я думаю?
  - Знаю. Пытаешься подловить меня на вранье. Только чтоб это понять, телепатом быть не надо. У тебя на лбу всё написано. И, кстати, сейчас я тебя не читаю. И вообще, я могу работать только с мыслями тех, кто себя не контролирует - со спящими, или теми, кто в обмороке. Так что расслабься.
  Легко сказать - расслабься. Во-первых, мавка наверняка что-то не договаривает. Во-вторых, что же со мной всё-таки произошло? И что это за Опрежь? А ещё наёмник этот непонятный... Ладно, наёмника отложим на потом.
  - Ты спрашивай, спрашивай, - зевнула Рисса. - Всё равно спать ложиться уже поздно, а вставать - ещё рано.
  Я мельком глянула в окно.
  На улице медленно светлело. Тучи уверенно расползались в стороны, мокрые крыши и стены тускло поблёскивали в первых солнечных лучах.
  - И какого чёрта ты мне врала, что мы опаздываем на турнир?
  - А ты бы иначе встала?
  - Нет... - покаялась я. - Послала бы тебя далеко и надолго.
  - А наутро проснулась бы совершенно здоровая, и никогда не узнала бы, что умудрилась ночью нехило всколыхнуть магическое поле, - продолжила блондинка. - У тебя хоть что-нибудь болит? Только честно.
  Я закрыла глаза и покорно прислушалась к ощущениям. Немного чесались кончики ушей, но в остальном всё было в полном порядке.
  - Не дождётесь! Готова к ещё одной прогулке по сто лет нехоженным и порядком изгаженным тропам! И, кстати, как вы выбрались из тайного хода? Я же точно помню, что зачаровала двери!
  - А я, думаешь, зачем нужна? Для украшения интерьера, что ли?
  Я вздохнула. Иногда мне казалось, что лучше бы блондинка и впрямь была украшением. Желательно, безмолвным. И спрятанным на дно сундука. А то больно уж она въедливая.
  - Ты же не магичка...
  - Нет. Но я мавка. А такое простенько заклятье снять - много умения не требуется.
  Упс! А я то всегда думала, что надёжней этих чар ничего нету. Почему же тогда дома ни родители, ни Ксанка никак не могли их взломать? Или могли, только мне не говорили?
  - Тогда... выходит, что любой мало-мальски приличный маг и даже некоторая нежить может снять моё заклинание?
  - Ну да. Дел-то на пару секунд, - Рисса пожала плечами. А мне вдруг стало слегка волнительно за судьбу своего тайника с записями. Я то надеялась, что он закрыт надёжно! Да и смысл тогда комнату запирать? Кстати, о комнате... Во-первых, когда я успела её зачаровать? А во-вторых... - Так на кой чёрт ты мне утром в дверь дубасила? Открыла бы, да зашла!
  - Ну открыла бы. Но всё равно не вошла...
  - Это ещё почему?
  - Видишь ли, я не могу войти в жилое помещение без разрешения! Особенно в спальню. Я всё ж таки нежить, причём высшая. А у нас свои законы.
  - Кстати, уважаемая нежить, - ухватилась я за ниточку, - А что ты ещё можешь и не можешь? Ну, кроме как читать мысли и торчать под дверями, пока не впустят?
  Мавка уставилась на меня взглядом, достойным высококачественного рентгеновского аппарата.
  - Могу песню спеть... - решилась, наконец, она. И после длинной паузы добавила, - А могу и не спеть.
  - Я из магии имею в виду, - нахмурилась я.
  - А из магии, уважаемая магичка, я могу читать мысли и торчать под дверями, пока не впустят.
  Я вздохнула. Нет, не выйдет у нас с ней конструктивного диалога. Подумаешь, я её во всех грехах подозреваю... Так это не то чтоб совсем я, просто обстоятельства так сложились. Но она-то меня в чём винит? Надеюсь, не в том же са...
  - А-а-а-а-а-а!!!
  От неожиданности я подскочила вместе со стулом. В воздухе мы с ним, правда, разделились и приземлились уже по отдельности: я - на ноги, а он - кувырком, и на то место, где только что сидела Рисса.
  Сама же мавка в этот момент уже выскакивала за дверь. Я поспешила следом, невольно отмечая, как у неё меняется осанка, походка... Жаль, выражение лица не разглядела. Но всё равно я готова была поспорить на последнюю заначку печенья, что оно сразу же стало более простецким. И более привычным.
  - У-у-у-у-у-у!!! - Женский голос в коридоре сменил тональность, но упорно продолжал изображать пароходную сирену.
  Голосила какая-то молоденькая девчонка, замершая перед входом в соседнюю комнату. При этом она так старательно заслоняла собой дверной проём, что я видела только её спину, да распахнутую дверь. Мавка оказалась чуть проворнее меня и первой оттолкнула крикунью с линии обзора, втиснувшись на её место. И сразу же подхватила эстафету, затянув:
  - Ы-ы-ы-ы-ы!!!
  Сдвинуть Риссу с места было проблематично, поэтому я попыталась встать на цыпочки и заглянуть в комнату через её плечо. Ага, разбежалась! Обзор там плотно загораживали густые пушистые волосы мавки, которые, кажется, жили собственной жизнью. Причём в этой жизни их явно держали впроголодь, иначе с чего бы это им набрасываться на меня, как могучему хищнику на трепетную лань?!
  С трудом отмахавшись от блондинистых локонов, я переключила своё внимание на нижнюю часть вражеской амбразуры. Проще говоря, опустилась на четвереньки и поползла между ног Риссы. Но там меня ждала новая преграда - блондинка относилась к тому самому абсолютному меньшинству студенток, которые мужской форме предпочитали женскую. Короче, я упёрлась лбом в плотный подол длинного сарафана, и некоторое время упрямо бодала его, прежде чем догадалась поднырнуть.
  Впрочем, все усилия того стоили. Зрелище моему взору открылось незабываемое.
  Во-первых, моя соседка Нинетта, девица второго года обучения. Точнее, её тело, полулежащее в кресле.
  Во-вторых, кровь. Крови, даже на первый взгляд, было много. Она тёмным пятном выделялась на ковре, бурыми ручейками стекала по ножкам кресла, алыми кляксами расплывалась по ночной рубашке.
  Картину довершала бритва, выпавшая из безвольной окровавленной руки.
  - Упс! - пробормотала я, категорически не желая присоединятся к двухголосому вою. Который, к слову, уже и так привлёк достаточно внимания.
  Из других комнат начали выглядывать заспанные студентки. Постепенно подтягивались к месту событий и студенты мужского пола. Слуг тоже набежало приличное количество. Только преподавателей пока не наблюдалось, но это было делом времени. Вопли тем временем начали потихоньку стихать, уступая место истеричному всхлипыванию.
  Прибежал Кьяло, закутанный в простыню, как римский патриций. Уж не знаю, что он там подумал, разглядев в толпе любопытствующих меня и Риссу, но в комнату Нины он даже не заглянул - просто выдернул нас двоих из дверного проёма и прижал к стенке.
  - Что вы ещё успели натворить?
  - И в мыслях не было! - дружно возмутились мы.
  - Тогда почему вы опять в центре событий?
  Мы недоумённо посмотрели друг на друга. При этом в глазах блондинки мелькнуло что-то такое... нехорошее. И я крепко пожалела, что не умею читать мысли. Впрочем, тут и без чтения всё было ясно. Мавка явно прикидывала, не мог ли ночной всплеск энергии, который её разбудил, быть связан со смертью Нинетты...
  А разбудил ли? Вот с этого места поподробнее, пожалуйста!
  Я скользнула взглядом по невыспавшимся студентам, продолжавшим заполнять коридор. Все девушки были в ночнушках, пеньюарах, каких-то цветастых халатиках. И только вездесущая мавка - в розовой блузке с ужасными оборочками и в форменном сарафане. Да ещё и расчёсанная, хотя по её шевелюре этого никогда нельзя утверждать наверняка.
  Что-то она явно недоговаривает. Пожалуй, эту нежить ещё рано сбрасывать со счетов!
  Увлекшись размышлениями, я не сразу заметила, что вокруг стало как-то подозрительно тихо.
  Я торопливо отвела взгляд от розовых оборочек и увидела в конце коридора Понжера. Выглядел он, мягко говоря, не очень - мятая рубашка удивительно гармонировала с землисто-серым лицом.
  Интересно, он за последние несколько суток вообще спал? А то похоже, что нет... но сонного он, впрочем, не напоминал. Двигался чётко, уверенно и очень быстро, на грани бега. Думаю, от преодоления этой грани его удерживали разве что ранг ректора, да две персоны, торопливо шагающие следом. Весьма примечательные персоны, надо заметить.
  Тучный краснолицый священник выдерживал заданный темп с явным трудом. Он тяжело дышал и постоянно утирал катящийся по лицу пот. Но так как платка у него с собой не оказалось, он украдкой пользовался то рукавом чёрного монашеского балахона, то краешком плаща. То есть это он так думал, что украдкой.
  За толстяком следовала ещё одна фигура. Небольшого роста, с ног до головы закутанная в плащ с глубоким капюшоном - она представляла собой огромный простор для фантазии, потому что издалека даже пол этого человека определить было невозможно. Да и на счёт человека у меня были некоторые сомнения. Помнится, светловолосый нотариус, прислуживавший Роледо и не снимавший капюшон даже в помещении, в итоге оказался эльфом.
  Завидев вновьприбывших, студенты как-то сразу выстроились вдоль стеночки и изобразили на лицах скорбное недоумение. Понжер промаршировал к комнате Нины, заглянул внутрь и неопределённо хмыхнул. Кажется, удивить его чем либо было уже невозможно.
  - Итак, господа студенты, - обернулся к нам ректор, - Кто нашёл тело?
  Смотрел он при этом почему-то на меня, лишь изредка переводя взгляд на Кьяло. Поэтому невольно вздрогнул, когда вперёд выступила давешняя девица.
  - Я нашла, господин Понжер.
  Брови ректора метнулись вверх. Кажется, я поторопилась с выводами - удивить его было можно. Главное знать чем.
  - А что вы делали здесь в столь ранний час?
  - Я зашла к Нине, чтоб помочь ей с причёской, - отчаянно смущаясь, пропищала девица.
  - С какой ещё причёской? - нахмурился глава Академии.
  - С парадной. Она хотела быть самой красивой, ведь сегодня праздник и турнир. Я постучала, но она не открывала. А потом дверь вдруг сама распахнулась, и я увидела... что там... она...
  - То что вы увидели, мы обсудим чуть позже и не здесь, - К нам стремительно приближался Муллен, - Поэтому вы все сейчас разойдётесь по своим комнатам и будете сидеть там до тех пор, пока я лично с каждым из вас не переговорю. А вы, - Хозяин наугад ткнул куда-то вбок, - составите мне список всех собравшихся.
  - Вообще-то я собирался пойти немного размяться. Перед турниром. Я в нём участвую, знаете ли, - лениво отозвался тот, на которого пал выбор моего 'дядюшки'.
  Оба-на! Лавянки, собственной персоной!
  - Сюда вы, надо полагать, тоже зашли в качестве разминки? Нет? Тогда будьте любезны выполнять мои требования. И не волнуйтесь, на турнир вы не опоздаете. Из-за погодных условий он состоится не на городской площади, а во дворе академии. Сейчас там как раз идёт подготовка, поэтому искренне советую не мешать. Марготта, выдайте этому молодому человеку бумагу и перо.
  'Молодой человек' смерил меня таким взглядом, будто я должна была принести ему змеиного яда в чашечке. Да ещё и дождаться, пока выпьет. Но с опекунами не спорят (по крайней мере, прилюдно), поэтому я покорно притащила из комнаты письменные принадлежности, торжественно вручила их мальчишке и, виновато улыбнувшись Кьяло и Риссе, удалилась к себе. Нисколько не сомневаясь, что меня Хозяин навестит с допросом в последнюю очередь. Если вообще навестит. А я тем временем гляну, чему там во дворе нельзя мешать.
  Стук в дверь застал меня на полпути к балкону:
  - Эй! А чернильницу?
  - А о ней речи не было. Все претензии - к Муллену!
  В коридоре сердито засопели. Кажется, Лавянки на меня обиделся. Мне даже на какое-то мгновение стало стыдно. Впрочем, длилось это мгновение очень недолго, потому что добравшись наконец-таки до балкона я просто обалдела от того, как изменился наш двор.
  Нет, к показательному турниру его тоже украшали, но как-то более скромно. А теперь на стенах и столбах просто места свободного не было от ленточек, рюшечек и бантиков. Самого ристалище я не видела, зато слышала из-за угла непрекращающийся стук молотков - возводили дополнительные трибуны. На свободных местах, как грибы, вымахали торговые палатки. Одна, особо цветистая, примостилась у самых ворот. Причём с наружной стороны. Я долго к ней присматривалась, пытаясь понять, чем же она отличается от остальных, но так ни до чего и не додумалась. Пришлось пойти на разведку, а для этого прибегнуть к испытанному способу - спуститься вниз по плющу. Предварительно натянув мятую, измазанную грязью и не просохшую с ночи, форму. Счастье, что без кровавых разводов обошлось. Но всё равно - та ещё гадость.
  А внизу меня уже караулили.
  - Я весьма рад, то вы согласились уделить мне минутку вашего драгоценного времени, княжна. Я, признаться, даже не надеялся, но если само провидение решило устроить нашу с вами встречу...
  Я хмуро обозрела коротышку в чёрном плаще. Того самого посредника, что предлагал мне деньги за проигрыш в поединке с Флаем.
  - Ну? Чего ещё?
  - Ваши честно заработанные, госпожа, - Посредник протянул мне плотно набитый бархатный кошелёк. - Если помните, я упоминал, что вы получите их независимо от своего намерения. Всё должен был решить только исход поединка. И судьба была к вам благосклонна. Так порадуйтесь же, госпожа. А я, с вашего позволения, удаляюсь.
  И коротышка бодро посеменил прочь.
  - Постойте, - отойдя от секундного ступора, я бросилась за ним, - Кто вы? Как вы сюда попали? Кто вас нанял?
  - Слишком много вопросов, юная госпожа, - Он притормозил и обернулся. - Слишком много вопросов остаётся без ответов. Такова судьба. И, кстати, возможно вас заинтересует... Одно из слагаемых вашей судьбы находится сейчас вон там!
  Я повернулась в указанном направлении, но там не было ровным счётом ничего интересного. Разве что двое мужиков тащили какой-то ящик, но разве это можно назвать слагаемым судьбы?!
  - Ничего там нет, - буркнула я, переводя взгляд обратно на посредника... но того уже и след простыл. Бред какой-то.
  От нечего делать я снова повернулась к мужикам и начала за ними наблюдать. Не походили они на обычных грузчиков-таскальщиков - слишком уж бережно обращались с ящиком. Почти торжественно.
  Не вытерпев, я подошла поближе и напрямую спросила, что там.
  - Приз! - гордо провозгласил старший из пары. - Тому, значит, кто турнир выиграет, да лучшим из равных себя покажет - тому и достанется. Ценная вещь, госпожа.
  - А посмотреть можно? - загорелась любопытством я. - Ну хоть одним глазком. Ну пожа-а-алуйста-а-а.
  - Да отчего же нельзя, - хмыкнул мой собеседник, даже не дослушав мои жалостливые причитания. - Смотрите, нам не жалко. Всё равно же его потом на всеобщее обозрение выставят. Чтоб, значит, поединщики все на него смотрели и зрелищем вдохновлялись. Так что любуйтесь, госпожа.
  И с этими словами он откинул крышку.
  - Упс! - пробормотала я, нервно сглатывая. Другие слова на ум упорно не шли. Разве что матерные.
  В ящике, бережно обложенный соломой и какими-то тряпками, лежал меч.
  Обычный такой меч, одноручный. Потёртая кожаная оплётка на рукояти, пара зазубрин на лезвии, пятнышко ржавчины возле гарды... И, собственно, гарда -ѓ в виде двух распахнутых крыльев.
  Точная копия клинка, которым я ночью заколола того парня. Но - именно копия. Внешних отличий не было, но я была уверена - не тот.
  - Смотрите, смотрите, госпожа, - неверно истолковал моё замешательство мужик. - Ещё детям своим и внукам потом рассказывать будете, что вблизи такую редкую вещь видели. Говорят, клинком этим сам святой Кондий последнего дракона изничтожил. Да только жар драконий в железо-то как впитался, так по сию пору и не вышел. И если до меча дотронуться, так сразу пламя чувствуется.
  - А почему такая реликвия в обычном деревянном ящике? Положили бы в футляр какой-нибудь, на бархатную подушку...
  - Нельзя, госпожа. Говорят, уже не один век этот меч так хранится, и не дерево не гниёт, ни ржа металл не берёт.
  Ну, по поводу ржи я бы с ними поспорила, конечно, но в остальном... Даже интересно, сколько ему лет. Или веков. Когда в этом мире драконы перевелись?
  - Ну, госпожа, нам торопиться надо. Не возражаете, если пойдём?
  - Да, конечно, - неопределённо отмахнулась я.
  Крышка с тихим скрипом закрылась, и ящик потащили дальше.
  Вместе с мечом.
  А я осталась посреди дороги, чувствуя, как мимо меня проходит что-то важное. И это важное нужно обязательно догнать, поймать, ухватить за хвост... или за рукоять.
  Да, точно! Меч - это ключ. Если не ко всему, то очень ко многому. Он мне нужен. А я нужна ему.
  Я помнила, с какой готовностью клинок лёг мне в руку там, в лесу. Он был частью меня, я чувствовала его от оголовья до самого острия. И если этот, его двойник, настолько же хорош... Значит, он должен быть моим! Любым способом!
  Что же делать? Я лихорадочно оглядела двор в поисках подсказки. В самом деле, не красть же меч у всех из под носа! А надо заполучить его до вечера, иначе победитель увезёт приз с собой. Впрочем...
  В тот момент идея показалась мне гениальной - надо просто выиграть турнир! Но уже через секунду я поняла, что затеваю глупость. Победить в турнире Равных - задача не для студентки академии. С той же Вербой мне не равняться... Но попробовать-то стоит!
  Окружающая действительность всё-таки подсунула мне инструкцию к действию в виде таблички 'Запись участников'. Что характерно - на той самой цветастой палатке, которую я заприметила ещё с балкона. Положение осложнялось тем, что она находилась по ту сторону решётчатых ворот, отгораживающих замок от остального мира. Ну, правильно! С нашей-то стороны она кому нужна? У студентов таких денег нет. По крайней мере, не должно быть.
  Я подбежала к решётке и прильнула к прутьям. Охрана меня не останавливала - ведь ничего противоправного я не делала, и за территорию выходить не собиралась.
  - Эй! Эй, люди! А запишите меня, пожалуйста! Я на турнир хочу!
  - Ты сначала подрасти, малышка, - беззлобно хохотнули из палатки.
  - У меня есть деньги! Честно! - Я потрясла свежеобретённым мешочком. Смех оборвался.
  Участие в турнире стоило сто двадцать золотых. Целое состояние, и гораздо больше, чем я предполагала. Пришлось срочно разрывать все свои тайники и заначки (все обе), и только тогда у меня в руках наконец-то оказалась нужная сумма. А затем и бумага, подтверждающая моё участие.
  Прижимая к груди заветный листок, я отлепилась от решётки...
  - Что ты здесь делаешь?
  Упс! Хуже некстати подвернувшегося Хозяина может быть только некстати подвернувшийся и весьма раздражённый Хозяин, это я уже давно поняла.
  - А вы? Узнали что-нибудь интересное про труп? - попыталась я перевести тему.
  - Ровным счётом ничего. Все прибежали на вопль. Ты ведь тоже?
  - Ага, - охотно кивнула я. Уф, кажется пронесло.
  - А когда ты увидела тело, тебе что-нибудь необычное не бросилось в глаза?
  - Ещё как бросилось! Вы видели, что она в кресле сидела?
  - Ну да. И что? - непонимающе мотнул головой Муллен.
  - Как это что? Кресло! У неё в комнате есть самое настоящее кресло! А у меня только какой-то кривоногий стул.
  - Марго!
  - Что? Я тоже имею право на кресло! В конце концов, я ваша племянница!
  - А она - внучка Роледо. И что?
  - У Роледо же не было никаких внуков. У него и детей-то, кажется, не было. Ну, по крайней мере тогда, когда его убили! - не поняла я.
  - Убили Котво Роледо. А у него был младший брат, Персо, который и унаследовал все деньги старого хапуги. Так вот, Нинетта - внучка этого самого Персо. И единственная наследница, к слову сказать.
  - Была, - добавила я.
  - Была, - согласился Хозяин. - И всё-таки, мы отклонились от темы. Что ты здесь делаешь?
  Я вздохнула. А ведь ничего не попишешь, придётся признаваться. А то всё равно ведь узнает.
  - Я участвую в турнире.
  - Что-что? - переспросил Муллен, тряхнув головой. - Каким образом? На какие деньги?
  - Я участвую в турнире, - спокойно повторила я, наблюдая за тем, как лицо моего опекуна меняет выражение. - А всё остальное не имеет значения.
  - Как это не имеет? Ещё как имеет! Ох, Марго, что же ты творишь, а?
  Я пожала плечами. От чистого сердца, между прочим. Потому что сама ещё не до конца поняла, что именно я хочу сделать. Просто мне нужна была победа.
  - У тебя хоть меч нормальный есть?
  - Эээ... - выдавила я из себя. Про оружие я вообще не подумала. Привыкла, что на показательные турниры его, как и доспех, выдают из общей оружейной.
  - Значит нет, - верно истолковал Хозяин моё невразумительное мычание. - Ладно, эльфёныш. Пошли, что-нибудь придумаем. Не может же моя племянница опозориться, верно? И ещё, Марго, пожалуйста, помой сапоги. А то они выглядят так, будто ты пол ночи гуляла по глухому лесу.
  Я хмыкнула. Ну не объяснять же ему, что примерно этим я и занималась.
  
  * * *
  
  Дождь кончился.
  Тучи, правда, так до конца и не развеялись, но заметно посветлели и поредели, а кое-где сквозь разрывы виднелись мелкие предрассветные звёзды. Ветер тоже утих. Решил, видно, что хорошего понемножку.
  Любопытная белка выбралась из своего убежища и, чуть слышно шурша коготками по коре дерева, спустилась вниз. Потом добежала до распростёртого на земле тела, запрыгнула на него, брезгливо отряхнула испачканные лапки и отправилась исследовать содержимое карманов олеговой куртки.
  Но тут зверюшку поджидало жестокое разочарование - все карманы оказались застёгнутыми на молнию. Но белка энтузиазма не потеряла и переключилась на джинсы. В правом кармане она обнаружила две жареных семечки и с удовольствием ими перекусила. Левый же был удручающе пуст, должно быть из-за немаленькой дырки. Набравшись смелости, белка протиснулась в прореху и побежала по ноге внутри штанины, при каждом шаге вонзая в кожу острые коготки.
  На третьем беличьем шаге Олег вздрогнул, на четвёртом - открыл глаза, а на шестом - вскочил и принялся вытряхивать из штанины ошалевшую от такого поворота событий зверюшку. При этом в руке он по прежнему сжимал меч, которым, увлёкшись изгнанием белки, чуть не пропорол себе ногу.
  Коротко ругнувшись, парень отбросил мешающий клинок в сторону... и только тут до него начал доходить весь смысл произошедшего. Рука сама собой метнулась к груди, ощупала продырявленную насквозь куртку, пропитавшуюся кровью рубашку... Шрама не было, сердце работало ровно и уверенно, чего никак нельзя было сказать о голове. Мысли путались, перескакивали с места на место и упорно не желали понимать причины произошедшего.
  Белка, воспользовавшись замешательством молодого мага, выскользнула из джинсов и рыжей молнией метнулась к своему дуплу. Она была очень зла - ведь нельзя же так издеваться над порядочными животными: сначала прикидываться трупом, а потом вытряхивать её, голодную, из штанов.
  А Олег, не обращая внимания на грязь и лужи, уселся прямо на землю (после того, как всю ночь на ней провалялся, жалеть одежду смысла не было) и прислонился спиной к толстому, поросшему мхом, дубовому стволу. Он упорно пытался понять, что же случилось. Впрочем, пока что безрезультатно. Принимать же произошедшее как данность он не мог: всё-таки сам был некромантом и уж о смерти-то, кажется, знал всё. Теперь вот выяснилось, что не всё!
  Парень сидел под деревом до тех пор, пока солнце не выбралось из-за горизонта. Тучи к тому времени уже окончательно превратились в облака, да и те спешили поскорей убраться с небосвода. Лес тоже преобразился - ярко-зелёная листва, вынырнувшие из-под земли грибы, звонкое щебетание местных птичек. О ночной битве напоминали лишь подсохшие бурые пятна на траве, да меч, валяющийся чуть поодаль. Кстати, о мече...
  Олег не сразу понял, что привлекло его внимание. Лишь когда случайный луч скользнул по лезвию, отразился от него и заметался по деревьям безумным солнечным зайчиком, парень заставил себя встать, подобрать клинок и рассмотреть его поближе.
  Так и есть! Крови на лезвии не было ни капли. Возможно, конечно, что её смыл дождь... но ведь и водяных потёков тоже не было. Меч выглядел так, будто его только что кто-то старательно начистил и отполировал до блеска. Гарда вообще сияла сама по себе, да и выглядела совсем не так, как накануне.
  Парень присмотрелся повнимательнее, осторожно провёл пальцем по крыльям. Нет, не показалось. То, что ещё ночью было серебристым металлом, теперь напоминало горный хрусталь, прозрачный и хрупкий. Да и сами крылья стали другими - теперь они больше походили на нетопыриные, чем на птичьи.
  - Это что ещё за чертовщина?
  Фраза была произнесена вслух, но отвечать на неё было некому. Только белка высунулась из дупла, бросила на Олега презрительный взгляд и снова скрылась в своём логове.
  Парень вздохнул и поплёлся к спрятанному в кустах порталу. Не то, чтобы ему так уж хотелось отчитываться перед Араей, а тем более рассказывать ей о неудаче... Но ведь именно властительница Запределья вручила ему этот меч, и не может такого быть, чтоб она ничего не знала о его особенностях! Да и Варвара... её он бросить никак не мог.
  Дойдя до нужного места, Олег нащупал оставленную загодя трещину портала, открыл проход и уже почти сделал шаг, как вдруг на него снизошло ещё одно озарение. Маг внимательно посмотрел на клинок, на свою руку, сжимающую рукоять... тряпки не было. Он просто держал меч. А тот и не думал обжигать.
  
  * * *
  

Глава 7. До победы!

  
  Турнир Равных состоял из двух частей-туров. Первый не особо отличался от наших показательных 'махаловок' - тренировочное оружие, обязательная защита, жеребьёвка, счёт по очкам. И, как по заказу, откровенно слабые противники. Из тех, которые просто хотели 'мир посмотреть, себя показать'.
  Не знаю уж, много ли они там посмотрели сквозь прорези шлема, одетого, кажется, первый раз в жизни. Но себя показали совсем чуть-чуть, и то не с лучшей стороны. После третьего соперника - дюжего парня, которому я вышибла меч из руки первым же ударом - я начала всерьёз подозревать, что часть поединщиков набрали просто для массовки. Чтобы тем, кто реально рассчитывает на победу, было кого побеждать. Ну, они и побеждали. Я, как ни странно, тоже.
  Впрочем, и Флаю с Лавянки пока что везло. До второй половины турнира мы все добрались без поражений, и ни разу не схлестнувшись между собой.
  Академия ликовала! Мало того, что в Большом турнире в кои это веки участвовало не два студента, а три, так мы ещё и не думали выбывать из борьбы. Только вот меня почему-то не оставляло поганое ощущение, что нам просто дали фору, и её срок уже подходит к концу. Так я Кьяло в перерыве и заявила.
  - Да ну, брось! - отмахнулся от моих предположений берсерк. Просто вы молодцы - и ты, и коняга наша недоделанная. Видела бы ты, как он во втором круге уложил того мордоворота!
  Но я, конечно, ничего не видела - многие поединки шли параллельно, на разных площадках, и как раз в этот момент я тоже с кем-то сражалась.
  - Так что не волнуйся. Лучше съешь бутербродик - специально для тебя припас.
  - Спасибо, - я с готовностью цапнула еду у него из рук.
  - А мне? - вмешался отыскавший нас Флай.
  - А тебе-то за что? - удивился Кьяло. Но бутербродом всё же поделился. - Собрались тут нахлебники! Ещё скажите, что я и того белобрысого недомерка кормить должен!
  - Его и без тебя накормят, - фыркнул Глазастый, кивая куда-то вбок.
  Я проследила его взгляд и невольно хмыкнула: Лавянки окружила толпа его одногодниц, каждая из которых пыталась впихнуть своему кумиру что-нибудь вкусненькое. Положение осложнялось тем, что мнения о вкусностях у девушек различались кардинально, и бедному мальчишке подсовывали под нос попеременно то пирожные, то салаты. Причём салаты есть полагалось, видимо, руками, потому что ни вилки, ни ложки ни одна из поклонниц не припасла.
  - Вот и кончилась твоя слава, - Я шутливо пихнула Флая в бок, - Раньше эта мелкотня вокруг тебя увивалась.
  - А толку-то от них... Только под ногами путаются. Вот если бы ты к этому новоявленному герою убежала - тогда бы я огорчился, это да.
  - Хоть сейчас-то не начинай, - поморщилась я, опасливо косясь на Кьяло. Берсерк нахмурился и демонстративно отвернулся. - Лучше сделай умное лицо и послушай, что там Понжер хорошего скажет.
  Флай обернулся к центральной ложе, в которой как раз вставал наш замученный ректор. Ничего интересного он, правда, не сказал. Вежливо заметил, что ему очень приятно принимать турнир Равных в стенах академии, но он искренне сожалеет, что центральная городская площадь пострадала из-за стихии. Он и перед началом поединков то же самое говорил. Наверное, решил повторить для тех, кто проспал.
  К числу проспавших, видимо, относился и таинский градоправитель, господин Филак. Обряженный во что-то ярко-бирюзовое, украшенное перьями, он, в отличие от Понжера, выглядел бодрым и довольным жизнью.
  Градоправитель едва дождался, пока ректор закончит свой монолог, и сразу же начал расточать ответные комплименты. Из его речи мы в очередной раз узналии, что и замок у нас восхитительный, и студенты великолепные, и организация на высоте. Говорил он долго, вдохновенно и многословно. Естественно, я к болтовне не прислушивалась, поэтому едва не пропустила тот момент, когда Филак перешёл к описанию приза.
  - ...наградой победителю станет легендарный 'Крылатый', меч святого Кондия. Тот самый меч, в котором до сих пор живёт пламя последнего из драконов, усекновенного великим рыцарем.
  Зрители зашлись благоговейным гулом. Некоторые участники - тоже. Странно... Они что, не знали, за что сражаются? Я напрягла память и постаралась сообразить, объявляли ли о призе заранее. По всему выходило, что нет. Так мне что, просто повезло? Или были и другие 'всезнайки'? Наверняка были. За деньги можно купить любую информацию.
  Я мельком глянула на парней. Кьяло уставился на меч как Ксанка на новую косметичку. Разве что рот от восторга не открыл. Флай же наоборот, всем своим видом показывал явное пренебрежение:
  - Кажется, власти хотят сэкономить.
  - В смысле? - не поняла я.
  - Ну, этот меч, конечно, безумно дорогая вещь, единственная в своём роде и всё такое. Но в качестве приза совершенно бесполезная. И сражаться за него - всё равно, что задаром.
  - Почему?
  - Потому что по традиции владеть Крылатым может только тот, кто сумеет взять его в руку. А это ещё никому из ныне живущих не удавалось.
  - Как это? Его маслом полили, чтоб выскальзывал?
  - Нет, он... Лучше потерпи до конца, сама увидишь.
  Но терпения моего хватило очень ненадолго.
  - Флай... А почему ты сказал, что этот меч - единственный в своём роде?
  - Потому что он единственный, - пожал плечами Глазастый.
  - А ночью тогда какой был? Там, в лесу.
  - А ночью была подделка. Их много, похожих. Не бери в голову. Считай, что тебе это приснилось. И вообще, зря мы туда пошли. Остались бы в академии - ничего бы не случилось.
  - Случилось бы, - покачала головой я. - Тот человек охотился за мной, и выход портала был настроен на меня. А я в это время должна была спокойно спать в своей постели. Даже проснуться бы не успела. А в лесу у меня появился шанс.
  - И ты им воспользовалась, - Кьяло, наконец, оторвал взгляд от меча. - Только вот кому ты помешала? Это ведь с твоей родины подарочек?
  - Видимо. Но я не знаю в чём дело. Правда, не знаю.
  - А знать и не обязательно. Просто я теперь тебя одну никуда не отпущу. Если понадобится - буду весь день за тобой хвостом ходить. И всю ночь возле тебя сидеть. И пусть только кто-нибудь попробует сунуться... - В карих глазах мелькнули золотистые искорки.
  - Спать ты когда будешь, герой? - поддела я.
  - А мы по очереди! - ухмыльнулся Флай. - Или ты думала, что этот медведь будет протирать твой прикроватный коврик, а я - почивать в мягкой постели? Мы всё уже продумали!
  Глаза парней сверкали. Вот ведь... Я то уж было решила, что им на ночное происшествие наплевать. Жива, мол, и ладно. А они, оказывается, уже мой коврик поделили.
  - Вы ещё Риссу на это благое дело припрягите! Кстати, где она?
  - С утра не видел, - Кьяло рассеянно огляделся в поисках собственного телохранителя, - Как Муллен всех по комнатам разогнал - вот с того момента. Где её, действительно, носит?
  - Опять спит в каком-нибудь гробу? С неё станется! - предположил Нермор-младший.
  Я хотела в очередной раз напомнить, чтоб он не путал мавок с вампирами, но тут непрекращающийся гул толпы заглушил трубный рёв - сигнал к продолжению турнира. И спустя пару мгновений мы с Флаем уже стояли на помосте, вместе с остальными претендентами на победу. Кроме нас во второй тур прошли ещё шесть человек, но знала я из них только двоих - Лавянки и Вербу. Кьяло, несомненно, помнил по именам и всех остальных, но я великими воителями современности никогда особо не интересовалась. Наверное, зря. Сейчас было бы полезно знать слабые места и привычки соперников. Но, видно, не судьба.
  На помост поднялись Понжер, Филак и ещё какой-то разряженный франт. Градоправитель и его спутник предъявили нам ларчик для жребиев, показывая, что всё честно. Могли бы обойтись и без этой показательной демонстрации. Всё равно же смухлюют, если понадобится.
  Ректор академии тем временем напоминал нам правила второго тура. Как будто их кто-то не знает...
  - Оружие у обоих участников должно быть равноценное, заранее оговорённого вида и длины.
  Я скосила глаза на свой клинок. Одноручник мне презентовал Хозяин, с чётким условием - 'Отдашь, как только проиграешь'. Проигрывать я не собиралась, отдавать, стало быть, тоже... Но если мне достанется Крылатый - пусть забирает свою железяку, не жалко.
  - Доспехи и прочая защита - любые, по желанию участника.
  История стёрла имя того, кто впервые решил сражаться в финале без доспеха. Чего он хотел? Смерти? Славы? Или банально проспорил? Уже не важно, ведь тогдашний его соперник поступил честно - тоже снял с себя всю защиту. А потом люди прониклись идеей. Им стало казаться, что скрипящий бронемишка на ристалище - это даже как-то неэстетично.
  И вот - фраза в правилах значится по-прежнему. Но стоящие сейчас на помосте дружно предпочли остаться без доспеха. Ведь нельзя же всерьёз считать защитой откровенный бронеливчик Вербы?
  - Поединок идёт до победы, до первой крови или до смерти - по договорённости соперников.
  До смерти на моей памяти не сражались ещё ни разу. До победы, впрочем, тоже. Эта формулировка означала, что один из бойцов должен добровольно сдаться и публично признать своё поражение. Поступить так - покрыть себя позором и пожизненно лишиться права участвовать в Большом турнире.
  - Нельзя покидать огороженную территорию, нельзя оскорблять соперника и судью, нельзя спорить с судьёй. Любое требование судьи должно быть немедленно выполнено, даже если это требование - прекратить поединок. Вопросы?
  Вопросов, понятное дело, не последовало.
  Когда я впервые услышала о предонских турнирных правилах, то сильно удивилась: 'А как же сверкающие доспехи, взмыленные кони, копья, длинные мечи, гербовые щиты, культ прекрасной дамы?' 'А зачем?' - спросил в ответ Муллен. - 'Турниры - забава для знатных и богатых. Для тех, кому не положено нестись на коне впереди войска и хранить верность мельком увиденной девице. Они сидят в штабе, отдают приказы, плетут интриги и изменяют жёнам'. 'А Верба?' - не поверила я. - 'Она-то уж точно никак не связана с политикой. И не изменяет своему...' Я поспешно зажала рот обеими руками. Чуть не проболталась. А ведь обещала же хранить тайну. Но оказалось, что Хозяин и без того был прекрасно осведомлён.
  'Верба, говоришь... Княгиня Вербина айр Астэр изменила своему роду, за что была лишена имени, титула и герба. А ещё она изменила своей стране, за что была лишена домов и земель. Ей запрещено оставаться в любом населённом пункте Восточной Предонии дольше, чем трое суток кряду. Верна ли она мужу? Об этом судить не мне и не тебе'.
  Я сморгнула, отгоняя воспоминание.
  Воительница стояла совсем недалеко от меня, высокая, статная, горделивая. Я в который раз удивилась, какое у неё сильное, молодое тело. Возраст выдавали разве что глаза - глубокие, окружённые сеточкой лукавых морщинок. Верба заметила, что я её рассматриваю, улыбнулась, чуть склонив голову набок. Изменница? Нет, кто угодно, только не она!
  Герольды вновь протрубили что-то бодренькое. Градоправитель с его подручным взялись за жеребьёвку, и не успела я подумать о том, кому выпадет открыть второй тур, как:
  - Княжна Марготта айр Муллен, - Флай одобряюще сжал мою руку и подтолкнул вперёд. - И княжич Флайяр айр Нермор.
  Я не верила своим ушам! Второй раз за два дня - это уже не смешно. Совсем не смешно.
  Никто и не смеялся. Мой вечный противник хлопал глазами и, кажется, вообще мало что соображал. Чёрт! А ведь я была так настроена на победу.
  Решимость и боевой задор стремительно таяли. Я искала решение, хоть какой-то выход из сложившейся ситуации - и не находила.
  - Ваш выбор? - Я не сразу поняла, о чём спрашивает крепкий мужчина с суровым морщинистым лицом.
  - Хочешь, сдамся? - одними губами прошептал Глазастый.
  - До первой крови! - решительно произнесла я, наконец-то сообразив, что от меня требуется.
  - До первой крови, - со вздохом подтвердил Флай.
  - Я слышал вас, - произнёс положенную по регламенту фразу судья (ну конечно, это был судья!) и отошёл к краю помоста. Теперь дело было только за нами.
  Я отсалютовала противнику мечом... и сразу же, без раздумий, рухнула в битву, как в водоворот. К чему пробные удары, переглядывания, перемигивания и ложные выпады? Мы оба знаем, на что годимся. Знаем каждое движение, каждый жест, каждый взмах. И знаем, кто победит.
  Флай всегда был сильнее меня. А ещё - быстрее, ловчее, удачливее. Одним словом - лучше. Так к чему гадать?
  Нет, я сопротивлялась. Сопротивлялась упорно, и несколько раз даже чуть-чуть не достала его кончиком меча по плечу. Но это было то самое 'чуть-чуть', которое в расчёт не принималось. Иногда казалось, что он мне подыгрывал. Клинок мелькал в миллиметре от моего тела, в самый ответственный момент замирал в воздухе или уходил в бок. Возможно, только казалось. А может, так оно и было, кто теперь разберёт.
  В любом случае - я была обречена. Осталось только уйти красиво, и дать Флаю в полной мере показать себя. Пусть Нермор-старший порадуется за сынишку.
  Я намеренно замедлилась. Рука, сжимающая меч, почти зависла в воздухе, давая противнику шикарный шанс нанести удар. И он его нанёс. Но почему-то не по мне, а по клинку. Сталь зазвенела, пальцы с силой вцепились в рукоять. Что он творит? Я для кого открывалась?!
  Поединок длился непростительно долго, я начала уставать, а Флай - прихрамывать. Надо было кончать с этим театром. Очередной обмен ничего не значащими ударами - для приличия, чтоб зрители не заскучали. И Глазастый поднял меч вверх, замахиваясь. Красиво, и очень знакомо.
  Я, не раздумывая рванулась вперёд в вечной надежде поднырнуть под клинок. Это уже рефлекс! Горбатого могила исправит!
  Но собственные мысли о могиле мне совсем не понравились. Даже наконец-то заработал какой-то слабенький инстинкт самосохранения. И внезапно нахлынуло понимание того, что мы натворили: он не успеет погасить удар, я не успею проскочить. Меч - боевой, голова - беззащитная. И безмозглая. Что же я делаю?
  Времени на раздумья больше не оставалось! Вместо того, чтоб бежать, я всем телом рухнула вниз и впечаталась лицом в доски помоста. Где-то в районе моего затылка раздался свист, а в голове мелькнула ехидная мысль - 'Вот так и изобретают гильотины!'. Но боли не последовало, и я перекатилась на спину, чтоб хоть как-то видеть, что происходит. А происходило следующее: мой противник снова поднимал меч, чтобы красиво поразить беззащитную меня, развалившуюся у его ног. Беззащитную, но не безоружную!
  Каким чудом я успела поставить блок - сама не знаю. Помню, как звякнул металл, как Флай склонился надо мной чуть ниже, чем было нужно для следующего удара... Видимо, его просто немного занесло по инерции, но я вошла в раж и не собиралась упускать такой случай.
  Обе ноги взметнулись вверх, метя в холёное лицо этого представителя золотой молодёжи. А что? Если не запрещено, значит - разрешено!
  Глазастый следил за моими руками, за клинком, но этого не ожидал. Каблуки попали в цель, парень отшатнулся, бестолково взрезав мечом воздух, открылся... Я вскочила, коротко замахнулась...
  - Стоп! Стоп! - Между нами бесстрашно вклинился судья. - Достаточно!
  - А что, ногами всё-таки нельзя? - смущённо спросила я, опуская клинок. - Кажется, в правилах ничего такого не было...
  - Да при чём тут ваши ноги? Просто поединок окончен.
  У меня внутри всё оборвалось. Про ноги пункта может и не было, а вот этикет, правила приличия и всё такое... Что же я из этого нарушила? Или Флай ещё до этого успел меня зацепить? Но когда? Вроде нигде не болит...
  - В поединке до первой крови победителем объявляется Марготта айр Муллен.
  Зрительская толпа вокруг помоста вздрогнула и взревела.
  - Что? - прошептала я, поднимая глаза на судью. - Как так? Я же его...
  - Ты мне нос разбила, - прогнусавил Глазастый, утираясь рукавом рубашки. Кажется, он даже улыбался. - Всё правильно, до первой крови. Поздравляю с победой.
  
  Кьяло нигде не было. Как и Риссы, и Хозяина...
  Я помогла Флаю умыться, и теперь мы лениво наблюдали, как на помосте Лавянки сражается с каким-то огромным мускулистым телом. Именно телом - голова у таких субъектов обычно маленькая и существует только для того, чтоб в неё есть.
  Контраст между бойцами был огромным. Мальчишка был едва по грудь своему сопернику, и раза в четыре худее. Но уступать не собирался - крутился юлой, прыгал, метался по огороженной площадке... и явно выигрывал.
  - Слушай, ты же с ним сражался вчера... Он сильный?
  - Он вертлявый. И гибкий, - подумав, ответил Глазастый. - Реакция просто потрясающая. А что? Думаешь, он достанется тебе?
  - Почти уверена. Три студента Академии во втором туре - это уже нонсенс, этого не может быть. Значит, нужно стравить нас между собой, чтоб хотя бы двое вылетели точно. Сначала мы с тобой, потом я - с Лавянки. А одного оставшегося общественность, так и быть, переживёт.
  - А что? Очень даже может быть. Но ты молодец, ты справишься, - подбодрил меня Флай. - И ещё... Слушай, ведь если ты победишь в следующем поединке - ты выйдешь в финал, так?
  - Да. Так близко, а попробуй дотянись...
  - Ты справишься, - повторил парень. - Только вот зачем тебе это? Не верю, что ради престижа и всеобщей любви.
  - Мне нужен меч, - честно ответила я. - Он мне позарез нужен, и я его в любом случае добуду. Только не спрашивай, зачем. Я сама не знаю.
  Вокруг загомонили - Лавянки удалось чиркнуть своего противника по груди. Это означало, что мальчишка всё-таки прошёл в полуфинал. Ну что ж... осталось дождаться очередной жеребьёвки и выяснить, насколько честен и неподкупен наш градоправитель!
   То ли господин Филак излишней честностью не страдал, то ли проказница-судьба опять вмешалась в ход истории, но моя гипотеза всё-таки подтвердилась, и в соперники мне достался именно первогодок. Сражаться нам выпало во вторую очередь, и сейчас мы мрачно разглядывали друг друга. Точнее, я смотрела на Лавянки, а вот он - куда-то в бок.
  Я проследила его взгляд, и у меня даже уши дёрнулись от неожиданности - мальчишка смотрел на приз. Меч прямо в ящике водрузили на высокий постамент, приставили к нему парочку охранников, и теперь любой желающий мог с почтительного расстояния изучить эту раритетную штуку. Ну он и изучал. Да как!
  Глазами Лавянки впился в клинок, словно намеревался просмотреть в нём дырку. Губы дрожали, правая рука сжималась и разжималась, будто хотела ухватить потёртую рукоять. Кажется, о том, что нужно иногда дышать, он позабыл напрочь.
  И мне это совсем не понравилось!
  - Флай, ты погляди-ка! - Я кивнула в направлении мальчишки. - Кажется, не я одна за главным призом охочусь.
  - Ну, фанатики всегда находились, - фыркнул Глазастый. - Ты не представляешь, сколько раз Крылатого пытались украсть из ратуши. Видимо, этому малолетке тоже не дают покоя лавры великого охотника на драконов.
  - Возможно, - пробормотала я, рассеянно переводя взгляд со своего будущего противника на помост. Там как раз боролись за выход в финал Верба и молодой парень, имя которого я, конечно же, прослушала. Хотя нет, 'боролись' - неверное слово. Они даже не сражались, они танцевали.
  Танец был дикий, стремительный, завораживающий. Поединщики двигались с совершенно сумасшедшей скоростью, я не успевала разглядеть отдельные движения, всё сливалось в какой-то немыслимый круговорот.
  Зрители смотрели во все глаза, даже говорливые дамочки прекратили шептаться с соседками, а седеющие мужчины забыли про скептическое хмыканье. Воительница двигалась с кошачьей грацией, парировала, наступала - и на секунду не переставала улыбаться. При этом улыбалась она всем сразу и каждому в отдельности, разве что не кивала на каждый, даже вскользь брошенный, взгляд.
  Признаться, раньше я думала, что её любят исключительно за откровенные наряды. Нет, ошибалась. Её любили потому, что не могли не любить. Она жила битвой, упивалась ей, была её частью. И она не могла проиграть. Просто не могла!
  Впрочем, противник Вербе попался достойный, и это сразу бросалось в глаза. Во-первых, он был просто нечеловечески красив. Что-то такое чарующее было в его высокой, изящной фигуре, в немного резковатых чертах лица, в пронзительных серых глазах... Сама не знаю, как я умудрилась рассмотреть глаза в мельтешении поединка, но готова была поклясться, что видела его лицо так чётко, будто оно было на расстоянии вытянутой руки. А ещё у него были просто потрясающие волосы, золотистой волной струящиеся по плечам. А уши... вот уши, к сожалению, были совершенно обычные, а то я бы подумала, что он самый настоящий эльф.
  Во-вторых, он действительно мог сражаться с Вербой на равных, и с успехом это демонстрировал. И я бы не сказала, что воительница была против.
  Смертоносный танец длился и длился. Мне показалось, что это может продолжаться до бесконечности... когда всё внезапно закончилось. Улыбка сползла с лица воительницы вместе с азартом боя. Она вежливо кивнула судье и зрителям, перешагнула через низкое ограждение и легко спрыгнула с помоста. Златоволосый не-эльф с готовностью продемонстрировал всем желающим тонкий порез на предплечье, из которого неохотно выкатилась пара алых капель.
  - В поединке до первой крови победителем объявляется называемая Вербой! - запоздало проорал в толпу судья.
  Но воительница уже исчезла из виду, и на поединок, не мешкая, вызвали меня и Лавянки.
  - Я буду болеть за тебя, - шепнул Флай, помогая мне подняться на помост.
  - Лучше Кьяло найди. Что-то мне не нравится его отсутствие...
  Но Глазастый, понятное дело, никуда не пошёл. Так и остался караулить возле помоста. Как будто на глазах у всей толпы со мной может что-нибудь случиться. То есть может, конечно... Со мной всё что угодно может случиться, но не сидеть же теперь в комнате под усиленной охраной.
  Лавянки встал напротив меня, поудобнее перехватил меч...
  - До первой крови? - Вопросительная интонация прозвучала несколько неуместно. А как ещё мы можем драться? Не до смерти же!
  - До первой крови, - кивнула я, примериваясь к противнику. Как ни странно, мне ещё никогда не приходилось фехтовать с людьми моего роста. А мальчишка, кажется, даже чуть ниже.
  Я шагнула вправо, отводя руку для пробного удара... и едва успела поставить блок. Клинки стукнулись друг о друга с такой силой, что у меня зубы лязгнули. Ничего себе малолетка первого года обучения!
  В следующие секунды на меня обрушился настоящий шквал из ударов, каждый из которых был мощней и резче предыдущего. Я пятилась назад, едва успевая парировать, а он всё бил и бил!
  Чёрт! Откуда в этом хиленьком теле столько сил? И столько злости?
  О злости я догадалась не сразу, а только встретившись с Лавянки взглядом. Глаза у него были совершенно дурные - огромные и тёмные. Казалось, что радужки в них не существует вовсе, только гигантский зрачок, в котором медленно разгорается багровое пламя. Наркоман он, что ли? Хотя нет, где-то я читала, что от наркотиков зрачок, наоборот, сужается. И уж никак не краснеет.
  Тем временем мальчишка всё бил и бил. Без остановки и без усталости. Я вдруг подумала, что если пропущу хоть один удар, то мне крышка! Он ведь не погасит замах, не отведёт клинок в сторону. Этот псих рубанёт меня туда, куда достанет. И рубанёт сильно. Интересно, а за убийство во время турнира здесь какое-нибудь наказание предусмотрено? Вряд ли, ведь отсутствие доспеха - исключительно моя вина!
  Удар, удар, ещё удар!
  Я вертелась по площадке, как загнанный в ловушку таракан, и никак не могла понять, что происходит. Может, я двигаюсь слишком медленно? Может, меня отравили, что-то подмешали? Нет, бред! Это не со мной, это с Лавянки что-то не так. Он нечеловечески быстр. И это пламя...
  Зрачки моего противника уже откровенно полыхали. Огонь, самый настоящий огонь! И самая настоящая магия!
  Как же ему нужна эта победа, что ради неё он готов колдовать здесь, в академии, на глазах у всех? Как же ему нужен Крылатый...
  А плевать! Мне он тоже нужен. И более того - я нужна ему!
  Кажется, эта мысль была верной. Я словно воочию увидела клинок, его странную гарду, наливающуюся алым пламенем... Только это пламя, в отличии от того, что танцевало в глазах Лавянки, было дружественно ко мне. Оно было частью меня.
  Всё внезапно встало на свои места.
  Я легко отбила очередной удар, нанесла свой, затем ещё один... Третий достиг цели, из рассечённой щеки мальчишки брызнуло алым.
  Я выдохнула. В груди щемило, будто этот выдох был первым за всё сражение.
  - В п-поединке д-до крови победила Марготта айр Муллен, - запинаясь и пропустив половину положенных слов выдавил из себя судья.
  Я спрыгнула с помоста, приземлившись аккурат в объятия Флая. Непонятно откуда вдруг накатила нечеловеческая усталость, и я даже не сопротивлялась парню, вцепившемуся в меня, как ребёнок в тряпичную куклу.
  - Марго, ты... Что это было? Как тебе удалось?
  - А что? - недоумённо спросила я, отстраняясь. - Что-то не так?
  - Всё так, но... Я просто не понял... Вы двигались быстрей, чем Верба с этим её красавчиком. Честно, я не разглядел ни единого движения!
  - Так уж и не одного? - не поверила я. - И для кого я тут десять минут скакала, как полоумная?
  - Какие десять? Пол минуты не прошло!
  - Врёшь!
  Флай покачал головой. И вдруг снова обхватил меня за плечи, прижимая к себе. Я так обалдела, что даже сопротивляться не стала.
  Пол минуты... Значит, не зря мне показалось, что за время поединка я ни разу не вздохнула. Всё правильно, я и не дышала!
  Перед финалом сделали небольшой перерыв. Очень кстати, потому что я чувствовала себя как кусок лимона, пропущенный через мясорубку. Так же кисло и бесформенно.
  Никто из наших пропавших так и не появился, а в довершении всего куда-то исчез и Лавянки. Девчонки-первогодки с ног сбились, разыскивая своего кумира, но тот как в воду канул.
  Кто же он всё-таки такой? Нет, не маг, я бы почувствовала. Очередная человекообразная нежить? Похоже на то. Чёрт, не военная академия, а какой-то заповедник для исчезающих видов. Одна беда - не разбираюсь я в этих видах совершенно.
  - Эй, - Кто-то легонько потянул меня за рукав, - Привет, малышка. Давно не виделись.
  - При... Здрасьте!
  Вот уж чего не ожидала, так это того, что до меня снизойдёт Верба. Однако же вот она, стоит рядом и заговорщицки улыбается.
  - Отойдём в сторонку? На пару слов.
  Я, как послушная собачка на поводке, сразу же побежала за воительницей. Флай хотел было рвануть следом, но, сделав пару нерешительных шагов вперёд, передумал. И правильно. Если ничего важного, то я ему всё равно потом ему всю беседу перескажу. А если всё ужасно важно и секретно - тем более перескажу, потому что одна голова хорошо, а две... или, считая Кьяло, три... Нет, три головы - уже Змей Горыныч!
  Однако, никакой интригующей беседы не получилось.
  Стоило нам выбраться из толпы, как Верба резко затормозила, обернулась ко мне и задала один-единственный вопрос:
  - А оно тебе надо?
  О чём речь можно было даже не уточнять, и так понятно.
  - Надо, - упрямо ответила я. При этом я почему-то никак не могла решиться встретиться с воительницей взглядом, а поэтому глядела прямо перед собой. На тот самый злополучный бронелифчик. Нет, мне такой не пойдёт. Мне в него класть нечего.
  - Ну, смотри. Если что - претензии потом принимать не буду.
  Женщина развернулась и решительно двинулась обратно к помосту.
  - Э-э-э... - Я хотела её окликнуть, но никак не могла решиться на фамильярное 'Верба'. - Госпожа Астэр!
  Воительница замерла так резко, будто врезалась с размаху в каменную стену.
  - Неужели это имя ещё кто-то помнит? Отец рассказал?
  - Он не отец, он дядя!
  - Ну да, дядя. Знаем мы таких дядь. Ты учти на будущее, что у него родных братьев с сёстрами отродясь не было. - Она всё-таки обернулась, и я облегчённо вздохнула. Разговаривать с затылком было не больно-то удобно. - Чего тебе ещё?
  - Что вы хотите сделать?
  - Отдать долг, малышка. Всёго лишь отдать долг. Передавай привет... дяде.
  И она снова зашагала прочь. А окликнуть её во второй раз у меня духу не хватило. Да и некогда было - трубы снова изобразили рёв мамонта в брачный период, а господин Филак торжественно объявил, что сейчас состоится финал.
  Я привычно полезла на помост, попутно гадая, что имела в виду Верба, и что теперь будет. Значат ли её слова, что она мне поддастся? Было бы неплохо, а то руки-ноги уже еле двигаются. Только вот зачем ей это? Кому задолжала?
  Судья оценивающе глянул на меня, потом перевёл взгляд на Вербу и хмыкнул. Ну да, сравнение не в мою пользу получилось. Интересно, сколько он поставил на бессменную победительницу турнира Равных? Или ему не положено?
  - Ваш выбор?
  - До первой... - начала было я, но воительница меня перебила:
  - До победы!
  Я как стояла - так и застыла. Судья, кажется, тоже. Прошла по меньшей мере минута, прежде чем он повернулся ко мне с вопросом:
  - Вы подтверждаете выбор?
  Верба едва заметно кивнула мне. Мол, соглашайся. А что мне ещё оставалось? После малолетнего идиота-Лавянки сил на очередной поединок всё равно уже не было. И даже если бы сейчас выяснилось, что сдаться должна я... Ну и ладно!
  - Да, подтверждаю. До победы.
  - Я слышал вас, - выдавил из себя судья. Хотя думал он явно о том, что лучше бы не слышал.
  - Женская логика - суть вещь непознаваемая, - ошарашено пробормотал какой-то доморощенный философ среди зрителей. Но в наступившей тишине слова показались чуть ли не громогласными.
  - Я, называемая Вербой, считаю себя побеждённой в этом поединке и тем самым признаю победу княжны Марготты айр Муллен.
  Непонимание зрителей теперь ощущалось чуть ли не физически. По их мнению, если кто и должен был сдаться, то это я. Я же могла только стоять, и хлопать глазами. Да какая из меня победительница? Даже то, что я дошла до финала - всего лишь череда случайностей.
  - От лица всех жителей славного города Таина, я поздравляю нового победителя, - воспользовался всеобщим молчанием градоправитель. - Госпожа Муллен, вы показали, что воистину достойны главного приза. Так возьмите же его - и владейте по праву.
  Давешние мужики втащили на помост ящик с мечом и бухнули его у моих ног. Нет бы торжественно вручить, передать из рук в руки...
  Ах да, Флай же что-то говорил насчёт того, что клинок невозможно взять в руку. А если и у меня не получится? Что же, всё было зря?
  И снова все взгляды были устремлены на меня. Как будто люди знали то, о чём я едва догадывалась. И с нетерпением ждали развития событий. Ну, не разочаровывать же их всех, в самом деле!
  Я нагнулась, выхватила меч из ящика и театральным жестом воздела его над головой.
  Ничего не произошло. Молния с безоблачных небес в клинок не ударила, земля подо мной не разверзлась. Даже икота не напала. Разве что зевота попыталась, потому что стоять перед всеми с поднятой рукой было откровенно скучно.
  От нечего делать я начала разглядывать лица зрителей. Взволнованные, заинтересованные... и даже откровенно скучающие. К последним относился странный лысоватый тип, старательно прижимающий к лицу носовой платок. Заметив, что я на него смотрю, мужчина торопливо отвернулся и пошёл прочь, скрываясь в толпе. А у меня осталось стойкое чувство дежа-вю. Где-то я его уже видела!
  Я попозировала благодарным зрителям ещё пару секунд, а потом всё же опустила меч и вопросительно посмотрела на Филака. Мол, а дальше что?
  - Эээ... - невразумительно протянул градоправитель. На такой исход он, видимо, не рассчитывал. - Вы действительно достойны этого святого орудия, благочестивая госпожа. Так владейте им во веки веков, если такова воля Господа.
  - Спасибо, - немного не в тему ответила я, крепче сжимая рукоять. Она оказалась неожиданно-тёплой, словно и впрямь хранила в себе чьё-то жаркое дыхание.
  Кажется, на этом церемонию награждения можно было считать законченной. Я кивнула Филаку и спрыгнула на землю.
  - Флай, слушай...
  Я уже привыкла, что парень исправно караулит меня возле помоста. И искренне удивилась, не найдя его на привычном месте.
  - Флай? Фла-а-ай!
  Я привстала на цыпочки, вглядываясь в толпу, ища знакомые русые вихры... Но Глазастого нигде не было.
  Он тоже куда-то пропал!
  
  * * *
  
  Некоторое время Рисса чинно сидела в комнате, сложив руки на коленях. Дверь мавка не запирала - пусть видят, что скрывать ей нечего. Тем более, что и в самом деле нечего. Магия - не оружие, не подложные письма, не пятна на платье. Её не надо прятать, чтоб при необходимости эффектно представить всем желающим. Она сама хорошо обеспечивает собственную безопасность, таясь ровно до того момента, когда в ней возникнет нужда.
  Естественно, мавка имела ввиду собственную магию. Способности людей - другой природы. Со стороны-то разницы иногда не видать, а начнёшь всматриваться - вот она, родимая. Это как у зверей и рыб. И те, и другие дышат, но первые - через рот, а вторые - жабрами. И поди разберись, чей способ лучше и правильнее.
  Так что в человеческом способе колдовать Рисса не слишком-то разбиралась. Однако не думать об этом не могла. Мысли сами собой возвращались к тому моменту, когда её, уставшую и сонную, насквозь пробило потоком холодной, чуждой энергии. Откуда эта энергия взялась, и почему её проводником послужила остроухая недоэльфа - отдельный вопрос. Пока без ответа.
  Мавка лениво потянулась, встала и подошла к окну. Двор жил своей собственной, причём весьма бурной жизнью: все спешили, бежали, сталкивались друг с другом, сверяли списки участников и приглашённых, занимали места - одним словом, готовились к турниру.
  Промчался куда-то Муллен. О своём намерение лично наведаться в гости ко всем, кого он застал час назад в коридоре, начальник внешней стражи уже благополучно забыл. А может, и изначально ничего такого делать не собирался. Так, припугнул, чтоб под ногами не путались.
  В любом случае Рисса рассудила, что выходить уже можно, и немедленно покинула комнату. Ведь надо же было, в конце концов, закончить оборвавшийся на полуслове разговор с Марго. И лучше бы до того, как начнётся турнир.
  По коридору мавка почти бежала... не остановилась даже тогда, когда увидела, что у нужной двери кто-то есть. Так и врезалась с разгону в Лавянки, увлечённо изучавшего косяк. Вот спросить бы его сейчас, что он тут забыл... Но глуповатой блондиночке такие вопросы задавать не положено. Зато прямо-таки рекомендуется нести чушь.
  - Ой, как хорошо, что я тебя встретила! А то ищу, ищу. Всю Академию уже оббегала!
  - Это ещё зачем? - нахмурился мальчишка, с усилием отлипая от стенки, в которую его вдавила полненькая нежить. Сама нежить тем временем усиленно придумывала, что бы ещё такого наболтать. Чтоб и на правду было похоже, и концов потом не найти. Главное, имён побольше!
  - Да мне Жес сказал, что ему Алька сказала, знаешь, со второго года которая, что она встретила... или её встретили... В общем, она видела Понжера, и он зачем-то тебя искал. То есть не он сам искал, а его кто-то спрашивал, где ты. Кажется, Муллен спрашивал, хотя я не уверена, потому что Алька - она же растяпа такая, вечно всё забывает. Но я подумала, что тебе, Фаньёльчек, наверное важно будет знать, что тебя искали, и тоже пошла тебя искать. А в комнате тебя не оказалось, но я же не знала, что ты здесь, потому что если знала бы, то пошла бы сразу сюда. А ты к Марго пришёл?
  - Ага, - не раздумывая согласился Лавянки, чтоб хоть как-то среагировать на всю эту тираду. Но сразу же взял себя в руки, - То есть, нет, конечно.
  - А что ты тогда здесь делал? - Тут главное сделать наиглупейшее выражение лица и выразительно похлопать глазами. - А! Знаю! Наверное, ты её тайный поклонник, да? И собирался серьёзно с ней поговорить, а её нет? Или просто хотел оставить ей какую-нибудь записку, или подарок, чтоб сделать приятное перед турниром? А я тебе помешала, да?
  - Вообще-то, я просто хотел ей перо отдать, - пожал плечами мальчишка.
  - Ой, извини, пожалуйста! Да, да, конечно, отдать перо. Я так и поняла. Не волнуйся, я никому не скажу, что тебя тут видела. Это ведь наверное тайна, да? Ну так я тайны хранить умею! Честное слово. Вот просто честное-пречестное. Веришь?
  Сама-то Рисса в такой бред никогда бы не поверила. Да и не один здравомыслящий человек тоже. И если Лавянки ещё не вышел из себя, и не спровадил её далеко и надолго, значит, ему действительно было, что скрывать. Знать бы ещё, что. Ох, не нравился ей чем-то этот пацанёнок. Крепко не нравился.
  - Да, верю. Так что давай ты сейчас пойдёшь туда, куда шла... А я тут ещё немножко постою, договорились.
  - Ага, - мавка закивала, - Только ты не забудь, что я говорила, что Алька говорила, что...
  - Я помню! - мальчишка уже почти рычал. Вот в таком состоянии люди обычно и делают ошибки.
  Однако ошибаться Фаньё не торопился. Он просто в упор смотрел на улыбающуюся блондинку. Долго смотрел. Пока, видимо, терпенье не лопнуло.
  - Так ты пойдёшь?
  - Да, конечно! - заверила его Рисса и с готовностью прокрутилась на каблуках. И тот час же почувствовала удар по затылку.
  Человек от такого сразу отрубился бы на неопределённый срок. Мавка же сознание не потеряла, но всё равно предпочла упасть, чтоб понаблюдать, что будет дальше
   Но тут из-за поворота раздались чьи-то приглушённые голоса, и планы Лавянки, какими бы они не были, моментально изменились. Он подхватил девушку на плечо и помчался в противоположном направлении. Учитывая, что 'бесчувственная жертва' была гораздо крупнее мальчишки, Рисса в происходящее верила с трудом. Даже в какой-то момент подумала, что удар был чуть сильнее, чем сперва показалось, и теперь ей чудится всякий бред.
  Но бред и не думал кончатся. Фаньё петлял по коридорам с неутомимостью призового скакуна, а все, кто мог бы попасться ему на встречу, уже удобно устроились во дворе на зрительских трибунах.
  - Ты на турнир не опоздаешь? - машинально спросила мавка. И чуть не взвыла от осознания собственной глупости. Вот ведь вжилась в роль набитой дуры!
  - Ты ещё дышишь? - искренне удивился Лавянки. И сразу же, не вдаваясь в подробности, исправил свою оплошность. В этот раз удар был действительно сильный. А Рисса так и не поняла, как он сумел его нанести. Ведь только что, кажется, держал её обеими руками.
  
  * * *
  

Глава 8. Все дороги ведут в библиотеку

  
  Я угрюмо шагала по двору.
  На триумфальное шествие победительницы прогулка не походила совершенно. Разве что толпа при виде меня расступалась, но вряд ли это было как-то связано с турниром. Просто никого не вдохновляла перспектива оказаться на пути у хмурой девицы, тащившей в каждой руке по клинку. При этом Крылатый был ещё и без ножен. Как выяснилось, они у него отсутствовали как факт.
  Казалось бы, я должна прыгать от радости и упиваться победой. Но упиться хотелось разве что водой, а её поблизости не наблюдалось. Как и Кьяло, который мог бы быстро раздобыть всё, что требуется. И Флая, чтоб подбодрить. И даже Риссы, чтоб забить тишину.
  А ещё мужик этот с платком... Я всё-таки вспомнила, где его видела. В Тангаре, когда меня похитили, перепутав с Тьярой. У него ещё был громила-напарник, а руководила этой парочкой какая-то колдунья.
  Ну, допустим, это действительно он. И что этот вечный аллергик тут забыл? Опять ищет какую-то жертву? Или я просто обозналась и спешу повесить все грехи на ни в чём не виновного мужика?
  Непонимание раздражало. Но больше всего действовало на нервы то, что я понятия не имела, куда делись мои ребята. Потому что прекрасно знала - эта компания вполне может ввязаться без меня в какое-нибудь приключение. Со мной, конечно, тоже может. Но тогда я буду в курсе дела, буду знать, что с ними всё в порядке и перестану, наконец, ощущать эту непонятную тяжесть на душе, и желание порвать на куски первого встречного...
  - Марго, - на моё плечо легла чья-то ладонь.
  Я резко обернулась, наотмашь рубанув мечом. Клинок со свистом рассёк воздух, легко преодолел сопротивление нескольких чахлых веточек и замер у шеи Флая. Парень нервно сглотнул, переведя взгляд с лезвия на то, что всего пару мгновений назад было аккуратным букетиком. Сейчас в руке Глазастого остались только замусоленные стебельки. Мелкие красные цветочки россыпью валялись под ногами.
  - Рехнулась? - спросил Флай.
  - Кажется, да, - созналась я, убирая меч и последними словами ругая себя за нервозность. Раньше за мной такого не водилось, чтоб на своих с оружием кидаться.- Где вас всех носит?
  - За всех не скажу, но меня уже нигде не носит. Износился. Но всё равно поздравляю с победой! - Парень с галантным поклоном протянул мне пучок обкромсанных веточек. Который я, конечно же, не приняла, потому что обе руки уже были заняты мечами. - Ты чего такая дёрганая?
  - Мне это не нравится.
  - Что именно?
  - Чтоб я знала! - вздохнула я. Но всё-таки попыталась объяснить. - Вообще, всё не нравится. Вся ситуация, и весь сегодняшний день... Предчувствие какое-то нехорошее. И есть охота.
  - Вечером будет праздничный ужин, - напомнил Глазастый.
  - Да знаю я...
  - Ладно, уговорила! Пошли.
  - Куда? - опешила я, но Флай уже направился к замку, увлекая меня за собой.
  Причём шли мы явно не в жилое крыло, а туда, где располагались учебные залы, библиотека, некоторые подсобные помещения и...
  - Кухня! - догадалась я, принюхавшись. - Только никто нас туда не пустит! Там Вальф!
  Вальфом звали главного повара, и все кухонные помещения он не без оснований считал своей вотчиной. Среди первогодков особым шиком считалось пробраться на эту вотчину и спереть оттуда что-нибудь вкусненькое. Вот только удавалось это благое дело далеко не всем, потому что повар не просто хозяйничал на кухне - он там жил. То есть дневал, ночевал, ругался с женой, воспитывал поварят из многочисленных детей... По слухам, он даже женился не выходя из своих владений. Потребовал, чтоб священника ему привели 'с доставкой на дом'. А Понжер не посмел отказать человеку, кормящему весь замок.
  И вообще, Вальф в Академии считался существом полумифическим. Например, никто и никогда не видел его спящим, или даже дремлющим. А ещё он постоянно что-то жевал. Казалось, его челюсти жили собственной, отдельной от всего остального организма, жизнью. И двигались, двигались, двигались...
  - Ничего, Вальфа мы как-нибудь обойдём, - беспечно отмахнулся Флай, почесывая припухший нос. - Думаешь, только Кьяло здесь все тайные ходы изучил?
  Я прокрутила в голове все известные мне способы нелегального посещения кухни - начиная от банальных (к сожалению, окна забрали решётками ещё в прошлом году), и кончая экстраординарными (мешки с картошкой теперь проверяют), и решительно выдала:
  - Через каминную трубу больше не полезу!
  - Так это ты была? Когда у всех потом форму проверяли, остатки сажи искали?
  - Ага, - гордо кивнула я.
  - А как же ты это всё потом отчищала? Стирала?
  - Вот ещё! Во-первых, я не в форме ползала, а в пижаме. А во-вторых, это была пижама Кардинн.
  - Тебя в детстве не лупили? - ехидно осведомился парень.
  - Грозились. Даже пытались. Но так ни разу и не догнали. А что?
  - Да так... пытаюсь придумать способы твоего перевоспитания. А то зачем мне невеста, которая ночами по трубам ползает?
  - Я тебе не невеста! - сквозь зубы зарычала я, заключая 'жениха' в ласковые объятия двух клинков.
  - Да? - наигранно удивился Флай. - А кто тогда?
  - Не знаю, - почему-то смутилась я. - Наверное, никто. Так что прекрати эти свои вечные подколки! Сколько раз уже просила.
  - И ещё попросишь, проблем-то! - Глазастый осторожно отодвинул один из мечей и выбрался из окружения. А прежде, чем я успела возмутиться, добавил, - Так что, разлюбезное моё 'никто', ты есть хочешь? Ели хочешь - то нам туда.
  И распахнул передо мной дверь в библиотеку.
  Я скептически оглядела ряды книг на полках и несколько кресел вокруг небольшого овального столика в центре комнаты, ковырнула ногой потрёпанный коврик, лежащий на пороге, и нерешительно шагнула внутрь.
  Нет, в библиотеке я до этого была не раз. Даже, помнится, просидела тут немало вечеров, читая очерки местных полководцев, и монографии служителей господа о богопротивном происхождении магии. И каждый раз меня сильно отвлекали умопомрачительные ароматы, неизвестно как сюда проникавшие. В коридоре и то пахло гораздо меньше.
  - Только не говори мне, что сейчас мы отодвинем какой-нибудь шкаф, а за ним окажется проход прямиком на кухню.
  - Почему сразу шкаф? - искренне возмутился Флай. - Стол! Да и двигать его вовсе не обязательно.
  С этими словами он заткнул так и не выброшенный пучок веточек за пояс, приподнял край длиной скатерти и нырнул под неё. Я кое-как ухватила оба меча одной рукой и полезла следом.
  Под столом было тесно и темно, но Глазастый довольно легко подцепил одну из досок, сдвинул вбок... Конечно же, под ней был лаз. Довольно узкий, но богатырским телосложением мы оба не отличались, так что проблем с застреванием не предвиделось. Напрягало другое:
  - Там темно!
  - И что? С каких это пор ты боишься темноты?
  - Я не боюсь, но... ничего не видно же.
  - А на что там смотреть? Тоннель - он и есть тоннель. Даже сворачивать никуда не придётся. Так что ползи давай.
  - А ты?
  - А я следом.
  - А мечи?
  - Марго!
  - Что?
  - Вот именно! Что? Что с тобой сегодня? Возьми себя в руки! Ведёшь себя так, будто тебя несколько раз головой об стенку шарахнули.
  Я вздохнула. Не объяснять же, что примерно так я себя и чувствую.
  Как ни странно, с появлением Флая ощущение чего-то непонятного и тяжелого только усилилось. Я напряжённо прислушивалась к себе, пытаясь понять, к чему бы это, но всё было бесполезно. Или даже вредно, потому что, погружаясь в себя, я совершенно переставала воспринимать, что твориться вокруг. И чувствовала себя при этом форменной блондинкой.
  - Так куда мечи-то девать? Я с ними не поползу.
  - Да оставь их прямо тут, проблем-то! А когда обратно полезем - заберёшь.
  В тоннеле умопомрачительно пахло разными вкусностями. Даже если бы он разветвлялся, а не шёл прямо, выдерживать направление не составило бы никакого труда - достаточно было просто ориентироваться на запах. При этом ароматерапия подействовала на меня более чем удачно - я наконец-то отвлеклась от туманных предчувствий и начала понимать, что происходит вокруг.
  И это понимание убило меня наповал.
  - Мы опять куда-то лезем!
  - Да, а что? - немедленно отозвался откуда-то сзади Флай.
  - Просто вдруг осознала... Мы всё время куда-то лезем. Даже тогда, когда вполне можно обойтись без этого.
  - Можем повернуть обратно! - с готовностью предложил парень. - И ты ещё пару часов будешь зудеть, что хочешь есть.
  - Ну уж нет! Так не интересно! Тем более, я этой дорогой ещё никогда не пользовалась.
  А дорога, тем временем, явно подходила к концу. Запахи стали насыщеннее, а воздух - теплее. Или даже горячее. Стенки лаза тоже ощутимо нагрелись, и у меня возникли весьма неприятные мысли, что мы такими темпами сейчас угодим прямиком в разожжённый камин. Но не успела я рассказать о своих подозрениях Флаю, как врезалась лбом в стенку. По туннелю эхом разнеслось гулкое 'бамс'.
  - Всё, добрались! - провозгласил Глазастый, - Теперь посмотри вверх, там должен быть люк.
  - И как я его найду, если ничегошеньки не видно?
  - На ощупь!
  Я слепо поёрзала руками по потолку тоннеля. Деревянная, плотно подогнанная крышка обнаружилась почти сразу же, но открываться не желала.
  - Толкай сильнее, - прошипел над ухом Флай. - Или пусти, я сам.
  Я с готовностью вжалась в стенку, пропуская парня вперёд.
  Несколько минут он упорно пыхтел в кромешной темноте, заехал мне локтём по уху, дважды наступил на ногу... и только после этого робко предложил попробовать вдвоём.
  Мне к этому времени уже совершенно расхотелось лезть куда бы то ни было, но бросить всё и повернуть назад было совсем уж неспортивно. Поэтому я кое-как развернулась в узком тоннеле и тоже взялась за крышку.
  - Давай!
  Совместная попытка удалась - преграда немного приподнялась. В образовавшуюся щель проник лучик света, скользнул по стенке лаза... и тут же погас, словно на крышку что-то навалилось с той стороны.
  - Ещё раз!
  Я нажала изо всех сил. Глазастый, видимо, тоже, потому что люк наконец-то поддался. Причём крышка откинулась с таким грохотом, будто мы своротили в сторону по меньшей мере посудный шкаф.
  - Кажется, сверху что-то стояло, - проборматала я, щурясь от света.
  - Скорей уж кто-то, - уточнил Флай, легонько толкая меня в бок.
  Я неохотно разлепила глаза... и сразу же об этом пожалела.
  Нет, Вальфа в помещении не было. А вот его жена - была!
  Госпожа Вальф была дамой во всех отношениях видной. Ростом она могла поспорить с Кьяло, по толщине превосходила даже своего немаленького мужа, а голос её по сладкозвучию походил на пароходный гудок.
  И вот сейчас эта роскошная женщина возвышалась над нами, как статуя работы Церетели, выразительно похлопывая скалкой по ладони. А мы смотрели на неё, как завороженные.
  - Ну? - вопросила повариха, вдоволь налюбовавшись на наши торчащие из люка физиономии.
  - А мы... это... дверью ошиблись! - машинально пробормотала я, пытаясь втиснуться обратно в тоннель. Но узкий проход полностью загородил Глазастый.
  - Дверью ошиблись, - кивнула женщина, - А куда же вы направлялись, милые мои?
  - Да мы... в общем...
  - Мы безумно рады, что судьба привела нас сюда, - перебил меня Флай, - и спешим засвидетельствовать своё почтение достопочтенной госпоже Вальф, чьими усилиями мы вот уже третий год не остаёмся голодными, и искренне наслаждаемся каждым съеденным кусочком и прожитым днём. Больше того, скажу вам по секрету, о великая богиня скалки и сковородки, что мы и живём-то здесь исключительно ради вашей стряпни, и просто не представляем, что будем делать и чем питаться, когда окончим это достойное учебное заведение.
  Повариха зависла, пытаясь переварить эту тираду. Я честно пыталась не рассмеяться, но Глазастый пресёк все мои попытки на корню. Видимо произведённого эффекта ему показалось мало, и он решительно вытащил многострадальные мятые веточки.
  - И в знак искренности моих слов я вручаю вам этот букет, который, конечно же, не идёт ни в какое сравнение с вашей величественной красотой. Но, тем не менее, надеюсь, что он послужит достаточным залогом нашего к вам расположения.
  Та гамма чувств, которая отразилась на лице Вальфихи при виде этого веника, описанию не поддаётся. Я мысленно сжалась в комочек, ожидая, что сейчас в нас полетит если не чугунный котёл, то уж ругательный словопоток - это точно. Повариха краснела, бледнела, открывала рот, как выброшенная на берег огромная рыбина... а потом вдруг протянула вперёд свою лапищу, сграбастала 'букет' и замерла, глядя на него как на дохлую мышь, извлеченную из кастрюли.
  И улыбнулась.
  - Вы... это... мне?
  - Ага! - радостно осклабился Флай, задним ходом втискиваясь в тоннель. - Ну, пойдём мы, пожалуй. Не хотели вас беспокоить, так уж вышло... Искренне рады были увидеться...
  - А ну стоять! - внезапно гаркнула госпожа Вальф, отбрасывая в сторону 'залог нашего расположения' и хватая меня за воротник. В следующее мгновение раздался треск крепкой материи, шумный вздох... и повариха выдернула меня из люка и поставила рядом с собой. Флай, повинуясь её суровому взгляду, вылез сам. - Куда это вы собрались? Сейчас ужинать будем!
  От еды я, понятное дело, никогда не отказывалась, тем более от дармовой. Вальфиха оказалась неожиданно рачительной хозяйкой и постоянно подкладывала нам на тарелки всё новые и новые вкусности. В какой-то момент я даже подумала, что она специально хочет накормить нас до такого состояния, чтоб мы могли только сидеть и смотреть осоловелыми глазами в потолок. А потом предъявить нарушителей порядка мужу, или сразу Понжеру. Только вот что ректор сделает победительнице турнира Равных? Из академии не выгонит, это точно, а на остальное наплевать.
  Флай, видимо, подумал так же, но всё-таки не удержался и спросил:
  - Госпожа Вальф, а где ваш муж?
  - Муж? - женщина как-то странно дёрнулась и быстро огляделась, словно испугашись, что повар сейчас выйдет из стены и предъявит ей выговор с занесением в личное дело за разговоры с непричастными к великому кулинарному искусству. - Муж готовит всё к вечернему пиру. А сюда он не заходит... и не зайдёт! Тут я хозяйка! Я тут... ладно, не важно. Вы кстати, никуда не торопитесь? А то уже поздно, и как бы вас не начали искать, и...
  - Торопимся, торопимся, - заверили мы внезапно засуетившуюся повариху. - Уже уходим. Спасибо, всё было очень вкусно!
  - Ребята, вы только не обижайтесь, я вас не выгоняю. Просто так надо. Вы заходите если что. Только лучше днём, хорошо? И... Да куда же опять в свою дыру полезли? Нормальная дверь же есть! Нет, не эта. Вот сюда, да. Осторожно, не споткнитесь!
   Предупреждение немножко запоздало. Сытая я не заметила высокого порога и, запнувшись, грохнулась на четвереньки, с размаху вмазавшись ладонями в какой-то белёсый порошок.
  - Ой, у вас тут что-то просыпалось.
  - Не трогай! - чуть ли не завопила повариха, рывком вздёргивая меня на ноги. И, выдохнув, уже поспокойнее добавила: - Да, я знаю. Не обращай внимания, так надо. Всё, детки, идите, идите. Вам пора уже!
   И дверь за нашими спинами с грохотом захлопнулась.
  - Это только мне показалось, что она не в себе? - недоумённо спросил Флай, устремляясь вглубь по коридору.
  - Да, тараканы у неё в башке однозначно водятся, и немалые, - ответила я, отряхивая ладони от непонятного вещества. - Как думаешь, что это?
  - Ну, может, отрава от мышей какая-нибудь? Чтоб в муку не влезли...
  - Вот так открыто, по всему порогу? Вряд ли! - Я принюхалась к крупинками и осторожно слизнула одну из них. - Ага, точно. Соль это. Обычная соль.
  - А почему на полу?
  - Да кто её знает... может, она нежити боится? Есть такое поверье, что они не могут перейти через соляную дорожку.
  - А на самом деле? Могут?
  - Откуда я знаю. У Риссы спроси, ей виднее.
  - Знать бы ещё, где она.
  - Ну... - Я многозначительно пожала плечами. - Кстати, а мы сейчас куда?
  - А ты в библиотеке ничего не забыла? - с ехидной улыбкой поинтересовался Глазастый.
  - Ой. Клинки! Пошли скорее, пока их кто-нибудь не нашёл.
  Но как мы не торопились, нас всё-таки опередили. Дверь была приоткрыта (хотя я точно помнила, что Флай плотно её закрывал) и из помещения доносились неясные звуки. Будто кто-то нарезал по библиотеке круги, стараясь не шуметь. Только вот получалось у него плохо.
  Мы озадаченно переглянулись, не решаясь войти.
  - Да в конце концов! - Первым не выдержал Глазастый. - Что нам уже, в библиотеку сунуться нельзя? Мы ученики военной академии, или воры в здании Восточного совета?
  Но внутрь он так и не зашёл, предпочтя сначала осторожно заглянуть в щёлочку. Последовавшее за этим глубокомысленное хмыканье развеяло все мои опасения.
  - Что там?
  - Сама посмотри!
  Я с готовностью прильнула к щели.
  Пока мы совершали героическую выползку до кухни, на улице наступили сумерки, а в помещении ощутимо потемнело. Свет неизвестный не зажигал, предпочтя блуждать в полумраке, и мне пришлось подождать, чтоб глаза привыкли к темноте. Зато когда я наконец-то поняла, что за книголюб сунулся в библиотеку на ночь глядя, то старательно скопировала флаевское хмыканье. Да, могли бы и догадаться... Не знаю как, но могли бы!
  - Здравствуй, таинственный незнакомец! Что делаешь ты в столь поздний час в этом приюте пыльных свитков и гримуаров? - нараспев произнесла я, распахивая дверь.
  Вопреки ожиданиям, Кьяло даже не вздрогнул. Только досадливо отмахнулся и продолжил неспешную прогулку по периметру комнаты. А я наконец-то разглядела, что глаза у него закрыты.
  - Эй, ты чего? После учёбы лунатиком подрабатываешь? А почему нам не рассказывал?
  - Марго, заткнись и отстань. Или иди победу отмечать. А я занят!
  Такой подлянки от всегда вежливого и обходительного парня я не ожидала. Флай, видимо, тоже, потому что поспешно вылез вперёд и бросился на берсерка... нет, пока ещё не с кулаками. Но с намереньем душевно поругаться - это точно.
  - Ты чего несёшь? Ты как с девушкой разговариваешь? Да если бы не она, ты до сих пор жил бы на улице, грабил прохожих в подворотнях и жрал объедки.
  - Ну, объедки я, предположим, никогда не ел, - Кьяло всё-таки остановился и открыл глаза, - А где жить - это уже моё дело. Эх, весь настрой сбили!
  - Какой ещё настрой? - влезла я, - А ну выкладывай, что ты тут творишь?
  - Да ничего я не творю. Ищу просто.
  - Что? Очередной тайный ход? Так он не за шкафами, а под столом.
  - При чём тут ход? Риссу я ищу, а она... Что ты сказала?
  Повторить я не успела. Да он, видимо, и так всё прекрасно расслышал, потому что тут же метнулся к столу. Замер на мгновение, будто прислушиваясь... и удовлетворённо полез под скатерть. Я едва успела вытащить у него из под ног свои мечи.
  - Может, объяснишь всё-таки, куда собрался?
  - А куда ход ведёт?
  - В одну сторону - кухня, а в другую - подвалы какие-то, - припомнил Флай, - Не знаю, до конца не добирался. Но там всё время вниз, потом даже ступеньки начинаются.
  Кьяло вновь завис, переваривая информацию.
  - Нет, на кухню мне не надо, - наконец решил он. - Там её нет.
  - Нет, - подтвердила я, понимая, что диалог становится всё бессмысленнее, - А откуда ты знаешь, что её там нет?
  - Просто я знаю, где она есть. И это не кухня.
  - Стоп! - решительно мотнул головой Флай. - Ещё раз, и по порядку, пожалуйста. А то я уже ничего не соображаю.
  Берсерк вздохнул и смерил нас взглядом из серии 'Всё, сейчас буду открывать очередную военную тайну, и только попробуйте хоть кому-нибудь...'. Мы с Глазастым синхронно закивали, пытаясь изобразить на лицах осознание полной серьёзности момента. Судя по постной мине Кьяло, получилось у нас не очень хорошо, но выбирать не приходилось...
  Поэтому он помялся для приличия ещё некоторое время, и всё же сообщил трагическим шёпотом:
  - Я её чувствую. Риссу. Чувствую, что она где-то заперта и не может выбраться. И это 'где-то' находится примерно под библиотекой. Вот я и искал, как туда попасть. А тут вы ворвались, отвлекли, перебили мне всё восприятие...
  - То есть мы тебе сказали, где начинается тоннель, и мы же ещё и виноваты? Ты думаешь, это нормально? - огрызнулся Флай.
  - Я думаю, что было бы нормально, если бы ты хоть на минутку замолчал, и дал мне сосредоточится. Потому сейчас я её не слышу, а мне нужно подтверждение, что мы движемся в правильном направлении.
  - Во-первых, никуда мы пока что никуда не движемся. А во-вторых, почему это 'мы'? С каких пор мы стали придатком могущественного и неустрашимого тебя?
  - Так, девочки, не ссорьтесь! - вмешалась я. - Флай, тебя никто здесь не держит, можешь уходить. Кьяло, объясни понятнее. Как ты её слышишь? На что это похоже? И почему только ты?
  - Ну... - парень задумался, подбирая слова. - Видимо, это отголосок той клятвы, что связала два наших рода. Если я попаду в беду, она почувствует. А если она, то я... Сложно объяснить. Словно у меня в голове играет музыка. Тревожная такая. И чем ближе я подбираюсь к Риссе, тем громче звучит эта музыка. И образы... как будто она в какой-то клетке. И её надо спасать. Так что или вы прекращаете спорить и идёте со мной, или...
  - Или спорить не прекращаем, но всё равно идём с тобой, - кивнула я. - Потому что кто же тебя одного отпустит. Мало ли что случится? Тоннель узкий, вдруг застрянешь? Вытаскивать придётся!
  Кьяло нерешительно улыбнулся... и вдруг замер, уставившись куда-то за мою спину. Я поспешно обернулась, ещё не до конца понимая, что насторожило парня.
  - Дверь, - голос берсерка прозвучал на самой границе слышимости.
  - Я закрывал, - немедленно отозвался Флай.
  - Внизу.
  Я скользнула взглядом в направлении пола. Ага, вот оно! Под дверью была щель, сквозь которую свет из коридора проникал в сумрачную библиотеку. А сейчас эту яркую полоску что-то загородило.
  Скрипнула, поворачиваясь, ручка...
  Мы не сговариваясь ломанулись под стол. До сих пор не понимаю, каким чудом три человека на такой ограниченной территории умудрились устроиться так, чтоб руки, ноги и головы не торчали наружу. А уж в каких позах мы замерли, боясь пошевелиться - даже описать не возьмусь.
  Дверь тем временем всё-таки открылась и сразу же захлопнулась снова. По дощатому полу простучали каблуки.
  - Вы уверены, что сюда никто не зайдёт?
  - Сегодня? В библиотеку? Не смешите меня, сестра. Это далеко не самое популярное место в замке. - Услышав этот голос, я едва сдержалась, чтоб не взвыть в голос. Хозяина что, магнитом ко мне притягивает? А сестра... Видимо, одна из представителей той самой злополучной инквизиции. Интересно, какие у этой пары могут быть секреты?
  - Надеюсь, вы правы. Так о чём же вы хотели со мной поговорить, господин Муллен?
  - Я? Мне казалось, это вы меня искали.
  - Не искала. Лишь поинтересовалась у многоуважаемого господина Понжера, долго ли вы ещё пробудете в академии. Я не ожидала, что он сразу же перескажет вам наш разговор.
  - Он не пересказывал. Просто учтите на будущее, что у стен тоже есть уши, сестра Анелла.
  - Не называйте меня так. Хотя бы вы не называйте, - Голос монахини начал подрагивать. Щедрое воображение сразу же подсунуло картинку, как она, едва сдерживая слёзы, хватает начальника внешней стражи за руку. Не утерпев, я приподняла краешек скатерти и попыталась рассмотреть, что же там происходит.
  Нет, хватание за руки не состоялось. Маленькая женщина в чёрном предпочитала стоять подальше от Хозяина. И, как по мне, правильно делала. Что же касается слёз - лицо, скрытое капюшоном, давало большой простор для фантазии.
  - И как же мне вас называть? Может, стоит сначала решить, кто вы сейчас? Как вы считаете?
  - Я... А кем бы вы хотели, чтоб я была? Я давно забыла себя, и уже не знаю, как снять маску.
  - Нет, так мы ничего не решим, - вздохнул Муллен, падая в кресло. - Садитесь, сестра. Садитесь и объясняйте, зачем вы приехали.
  - Хотела посмотреть на вас. И на неё.
  - Посмотрели?
  - Да.
  - Ну так уезжайте.
  - Я не могу. В том, что у вас тут происходит... в смерти этих девушек явно замешана магия. И мой долг служителя Господа - найти преступившего закон и передать его в руки правосудия.
  - Ну так ищи и передавай. Только объясни, за какими бесами ты тут изображаешь оплот нравственности и безгрешности? Я ведь не святой, могу и сорваться.
  - Лан Муллен, - голова монахини дёрнулась, словно от пощёчины, - у вас действительно нет сердца.
  - Нет, - спокойно согласился Хозяин. - И я даже знаю, кто в этом виноват.
  - Ах так? Скотина ты неблагодарная! Сволочь двуличная!
  Ого! А вот таких слов я от инквизиторши не ожидала. Муллен, кажется, тоже. По крайней мере, на его лице отразилось искреннее удивление. Пока он боролся со столь несвойственной ему эмоцией, женщина уже успела выскочить в коридор, не забыв громогласно хлопнуть дверью.
  - Вот кто из нас двуличная сволочь, я бы ещё подумал, - мрачно сообщил в пустоту начальник внешней стражи Тангара, вставая с кресла. - Дура психованная.
  И, пнув по ходу движения пару шкафов, Хозяин тоже покинул библиотеку.
  - И что это было? - поинтересовалась я, едва его шаги затихли в конце коридора.
  - Тебе виднее, - хмыкнул Флай, разминая затёкшие от неудобной позы конечности, - Твой же опекун.
  - Теоретически - мой. Но он же никогда ничего не рассказывает!
  - Значит, считает, что тебе это не надо.
  - Он то считает, да! Хоть бы раз моим мнением поинтересовался!
  - Хватит, - одёрнул меня Кьяло. - Мы Риссу искать идём?
  - Нет, не идём, - буркнула я. И, насладившись растерянностью на лице берсерка, уточнила, - Ползём.
  Этот лаз был намного длиннее того, что вёл на кухню. Длиннее, но просторнее. Спустя несколько минут в нём уже можно было стоять в полный рост (правда, только мне), а стены раздались в стороны настолько, что я доставала от одной до другой только разведя руки. К сожалению, в нашем случае такая ширина коридора только мешала, потому что шагали мы в кромешной темноте.
  - Вот идём мы тут, как слепые котята, вдоль стеночки, а вдруг с другой стороны какое-нибудь ответвление пропустим? - проворчала я.
  - Можно выстроиться в шеренгу, и касаться обеих стен одновременно, - посоветовал Кьяло.
  - Или просто один справа, другой слева... - поддержал его Флай.
  - Ага, а третий - посередине, и за всё запинается.
  - Зачем запинается? Третий - держит факел.
  - Какой ещё фа-а-а... - Посередине и немного впереди шла как раз я, в очередной раз пытаясь измерить ширину тоннеля. При этом я так увлеклась, стараясь дотянуться руками до стен, что о ногах совершенно забыла. Спохватилась только ощутив под каблуком пустоту, вместо ставшего уже привычным каменного пола. И тут же ухнула куда-то вниз.
  Летела не долго, но громко.
  - Марго? Ты жива? - тихо и с некоторой опаской вопросил сверху Глазастый, как только я наконец-то соизволила замолчать.
  - Не дождётесь! - отозвалась я, ощупывая себя на предмет синяков и ссадин. - Кстати, тут лестница. В семь ступенек.
  - Когда это ты умудрилась их сосчитать?
  - Когда-когда... Падала и считала. Они у меня, можно сказать, впечатались... в память.
  - Ну, если в память... - усмехнулся парень. - Факел нашла?
  - Нашла. - Я как раз пыталась понять, на что такое деревянное я приземлилась. Но раз говорят, что факел - значит факел. - А ты откуда знаешь, что он тут есть?
  - Так я его туда и уронил. Когда исследовал всё. Он когда грохнулся - погас, а я плюнул и обратно вернулся. Говорил же, что до лестницы доходил.
  - Говорил, - согласилась я, наколдовывая огонь.
  Факел загорелся без проблем. Темнота покорно отступила, затаившись в углах и нишах длинного извилистого коридора.
  - Ну что? Пошли дальше? - Глазастый лихо спрыгнул вниз, проигнорировав ступеньки, и тут же скривился. - Вот ведь мракобесие!
  - Нога болит? - вспомнила я.
  - Нет, - геройски соврал парень, пытаясь незаметно помассировать коленку. Я тактично сделала вид, что полностью поглощена изучением стены.
  
  * * *
  
  Арая бушевала. Долго, громко и старательно.
  Властительница Запределья металась из одного конца кабинета в другой, швыряла об пол мраморные статуэтки, срывала со стен картины именитых живописцев, топтала книги. Хотелось орать и ругаться, но нужных слов не находилось, а тоскливо выть на одной ноте не позволяло положение. Всё же королева, а не базарная торговка.
  Мальчишка смирно сидел в кресле.
  Он, может, и хотел бы оказаться сейчас подальше отсюда, да только выбора не было. Паршивец был так плотно связан заклинаниями по рукам и ногам, что даже пошевелиться не мог. О кляпе, конечно же магическом, олла тоже позаботилась. Единственное, что она не смогла - это предугадать развитие событий.
  Когда, в какой момент всё пошло наперекосяк? То, что сопливая малявка умудрилась каким-то образом отбиться от этого горе-некроманта - это одна проблема. Но ведь она же...
  - Повтори ещё раз. Она ударила тебя точно в сердце, так?
  Мальчишка молчал. Королева досадливо поморщилась, и прищёлкнула пальцами, снимая чары.
  - Ну?
  - Да, она ударила меня в сердце.
  - А потом?
  - А потом я умер, - Олег картинно пожал плечами. - Так что, как не прискорбно это звучит, но дальнейшие события были скрыты от меня тёмной пеленой небытия.
  - Прекрати паясничать! - прокричала Арая.
  - А вы прекратите орать. И вообще, сколько можно повторять одно и тоже? С утра тут сидим.
  - Это ты сидишь!
  - А вам кто мешает?
  У этого нахала ещё хватало наглости издеваться!
  Конечно, ему легко говорить. Он же не знает, что натворил. Однако надо как-то исправлять ситуацию. И чем скорее - тем лучше.
  - Сегодня же ночью пойдёшь и довершишь начатое.
  - Не пойду.
  - Что? - королева подумала, что ослышалась. - Что ты хочешь этим сказать?
  - Именно то, что говорю. Я не хочу никуда идти, я не хочу никого убивать. И умирать самому мне тоже не очень-то понравилось. Поэтому можете искать себе другую марионетку.
  - Да ты понимаешь, что говоришь? Ты забыл, что сейчас твоя жизнь зависит только от меня? И жизнь твоей матери, между прочим, тоже. Тебе её не жалко? - Властительница Запределья остановилась напротив кресла и посмотрела на негодника сверху вниз. Мальчишка поймал её взгляд и улыбнулся краешком губ.
  - Жалко. Только вы ей ничего не сделаете. И мне тоже.
  - Это ещё почему? - растерялась королева.
  - Я вам нужен, ваше величество. Уж не знаю, почему именно я, но то, что нужен - факт. Иначе не стали бы вы со мной церемониться. А значит, вы будете меня холить, лелеять и кормить пряниками до тех пор, пока я не соглашусь выполнить ваши условия. А соглашусь я только в том случае, если вы объясните мне, зачем это надо. Желательно, подробно и правдоподобно. Это во-первых. А во-вторых... что касается матери... - В чёрных глазах мелькнули льдистые искры, - Если ты, селёдка драная, хоть что-то ей сделаешь, то никакого 'во-первых' не будет. Я просто тебя убью. И в этот раз у меня получится.
  - Ах ты, паршивец! - Арая замахнулась, чтобы дать мерзавцу пощёчину, но в последний момент передумала и опустила руку.
  Мальчишка был прав. Прав во всём, от начала и до конца.
  И что с ним теперь делать? Убить - нельзя, отпустить - невозможно, а заставить делать то, что надо не получается. Впрочем...
  Королева поспешно отвернулась, чтобы Олег не заметил скользнувшей по губам улыбки. Нет, она не будет его заставлять, не будет намекать и подсказывать. Он всё сделает сам. Всё - сам.
  
  * * *
  
  

Глава 9. Прощание с Лавянки

  
  Блуждание по тоннелю кончилось внезапно.
  Вроде бы только что петляли по закоулкам, попутно спускаясь всё ниже и ниже, и вдруг - дверь.
  Честно говоря, это была не первая дверь на нашем пути. Да и не последняя. Коридор тянулся дальше, и глупо было бы предположить, что он закончится тупиком. Но Кьяло, до этого с непробиваемым упорством игнорировавший все боковые ответвления и дверные проёмы, вдруг остановился.
  - Мы что, пришли? - уточнила я.
  Берсерк на мгновение прикрыл глаза, прислушиваясь к внутреннему голосу, и уверенно кивнул.
  - И что дальше? - осведомился Флай, - Будем выламывать?
  - Зачем? - удивился Кьяло. - Может, просто постучим?
  - Ага, так нам и откроют!
  - Ну, почему же... Могут и открыть, - вмешалась я. - Через открытую дверь гораздо удобнее расстреливать непрошеных гостей из арбалета.
  - А может, мы прошенные! - не унимался берсерк. - Если постучим - нас могут принять за своих. Могут же у него быть сообщники.
  - У кого - 'него'?
  - У злодея, который похитил Риссу!
  - Он не злодей! - вступилась я за нашего неведомого противника. - Он спас мир от непрекращающейся болтовни и воплей. Ему памятник поставить надо. Или даже два.
  - А два-то зачем?
  - На выбор! Вдруг один не понравится!
  - А если оба не понравятся?
  - Тогда... тогда... - Я так и не смогла сходу решить, что делать с памятниками... Зато наконец-то поняла другое, - Знаете, у меня такое ощущение, что можно и не стучать. Всё равно кто бы там, внутри, ни был, он нас уже услышал.
  - А чего же он тогда не вышел?
  - А оно ему надо?
  - Логично, - согласился Флай, дёргая дверь. Та, естественно, и не думала поддаваться.
  - Она внутрь открывается! Тоже мне, спасатели нашлись, не могут посмотреть, с какой стороны петли навешаны, - бодро прозвучало с той стороны. - И вообще, где вас весь день носило? Я тут сижу, жду, изображаю, можно сказать, прекрасную принцессу в заточении. А отважные герои всё не идут и не идут!
  Голос был знакомый. И настолько пронзительный, что я невольно поморщилась. Мелькнула даже мысль бросить эту болтушку тут и вернуться в библиотеку. Причём вместе с догорающим факелом. Только вот Кьяло мои желанья нисколько не интересовали.
  Берсерк встряхнулся, прорычал что-то нечленораздельное и безо всякого разгона врезался в преграду. Кажется, головой. Что-то хрустнуло. В прочности черепной коробки этого бронебойного типа я не сомневалась, значит, не повезло двери.
  Второго удара (Нет, не головой. Всё-таки плечом) крайняя доска не пережила, треснув по всей длине. Доломать оставшиеся было делом нескольких секунд, и вскоре мы дружно ввалились в комнату.
  Да, за дверью была комната. Достаточно большая, но без единого окна. Из всей мебели - тонкая ширмочка в углу, да громаднейшая кровать с балдахином. А на кровати - две девушки. И если увидеть Риссу я ожидала, и практически смирилась с её присутствием, то появление второй - высокой, крепко сбитой брюнетки - меня откровенно удивило. Парней, впрочем, тоже.
  - Вильда? - недоверчиво сощурился Кьяло, - Ты же того... повесилась!
  - Да, мне уже рассказали.
  - И как тебе пребывание среди трупов? - не удержался от шпильки Флай.
  - Я уже и к трупам готова, лишь бы подальше от этой, - девушка угрюмо кивнула на Риссу.
  - А что я? Что сразу я? - затараторила блондинка, - Почему если что-то случается, то виновата обязательно Рисса, а если ничего не случается - опять Рисса? Или это теперь у всех хобби такое - валить все проблемы на меня?
  Мавка явно пребывала в своей говорливой ипостаси. Значит, Вильде она ничего о себе не рассказывала. Ну и правильно, не со всеми товарищами по несчастью можно открыто делиться информацией. Иногда полезнее казаться наивной дурочкой.
  - Она тебя заболтала до смерти? - сочувственно поинтересовался Глазастый.
  - Хуже! Она тут ещё и пела!
  - Я же сказала: могу петь, а могу не петь, - подмигнула мне мавка.
  Я невольно хихикнула. Пела она, значит. Вот откуда взялась музыка в голове у Кьяло. Ну, хоть что-то выяснили.
  - Да если бы она нормально пела, - Вильда сложила руки на груди и нахмурилась, - А то тянула какую-то заунывную ерунду на одной ноте. Даже этот сморчок сбежал, чтоб не слушать.
  - Какой ещё сморчок?
  - Да Лавянки же!
  - Лавянки? - удивлённое трёхголосье прозвучало так слаженно, будто мы специально репетировали.
  - Может, вы нас сначала отсюда вытащите, а потом будете делать такие круглые глаза и переглядываться, а? - почти взмолилась Рисса. - Я вам всё расскажу, честно-честно, только давайте уже пойдём отсюда, а то он ведь и вернуться может.
  Я недоверчиво покосилась на мавку. Мне показалось, или она действительно боится этого непонятного мальчишку? Верится с трудом. Но тогда почему она ждала нас, ведь наверняка уже сто раз могла сбежать. Чтоб нежить не справилась с какой-то хлипкой дверью? Да и у Вильды кулаки покрепче, чем у иного мужика.
  - А что вы без нас то не ушли? - Кьяло, кажется, подумал о том же.
  - С этим? - брюнетка выразительно посмотрела на свои ноги.
  Хм... А вот о том, что правая у неё сломана, я, признаться, совсем забыла. Впрочем, с другой ногой тоже были проблемы - лодыжку обхватывал плотный металлический обруч, от которого шла толстая цепь. Точно такое же 'украшение' было и на Риссе. Другим концом обе цепи крепились к скобе, вделанной в стену в какие-то незапамятные времена. Если она изначально была предусмотрена для крепления оков - то выдернуть эту штуку точно не получится.
  Берсерк резко переменился в лице и ринулся к девушкам с явным намерением освободить их прямо здесь и сейчас. Причём исключительно силой мышц. То есть схватил первую попавшуюся цепь двумя руками и с силой дёрнул в стороны. Звенья жалобно задрожали, но выдержали.
  Второй рывок был на порядок сильнее, и тут уже задрожала прикованная к раздираемым путам Вильда. Видимо, испугалась, что лопнувшая цепь по инерции стукнет её по лбу. Цепь, однако, лопаться не собиралась. Зато после третьего рывка эпидемия дрожи перекинулась на Флая. Я незаметно отодвинулась к стенке - а вдруг это заразно?! Но как оказалось - нет. Глазастый просто пытался сдержать смех.
  - Ну чего ты ржёшь, коняга? - огрызнулся Кьяло, окончательно убедившись в том, что цепь сдаваться не собирается.
  - А ты головой думать не пробовал?
  - Вот только не надо мне говорить, что здесь где-то есть какой-нибудь маленький рычажок, который нужно сдвинуть в сторону и все колодки раскроются сами собой. Всё равно не поверю!
  - Да я, вообще-то, совсем не это имел в виду. Просто ты же с дверными замками ловко управляешься. А чем эти хуже?
  Берсерк ругнулся и вытащил из кармана тонкую проволочку. Следующие несколько минут он увлечённо ковырялся сначала в оковах Вильды, а потом и Риссы. При этом его лицо приобретало всё более и более растерянное выражение.
  - Что-то не получается? - осторожно поинтересовалась я.
  - Не понимаю, - честно признался парень. - Я всё сделал. Механизмы простенькие, на один зубок. Но они не открываются. Оба.
  - А тебе никогда не приходило в голову, что существуют такие замки, которые ты при всём желании взломать не сможешь? - влезла мавка.
  - Рис, ты не понимаешь. Я их открыл. Кандалы сейчас ничего не держит. Но они всё равно не размыкаются.
  - Значит, неправильно размыкаешь. Может, тут другой подход нужен! Им, наверное, хочется, чтоб с ними обращались ласково, нежно. Чтоб их касалась маленькая женская ручка...
  - Рис, у тебя жар? Ты бредишь? - поморщилась Вильда. - Я их сколько дней касаюсь?
  - Если у тебя маленькая ручка, то я - эльфийская принцесса! - отрезала блондинка. - Пусть, вон, Марго попробует. А то стоит в углу, как неродная.
  - Где хочу - там и стою, - отмахнулась я. - Да и что от моего присутствия изменится? Я замки взламывать никогда не умела.
  - А ты попробуй, попробуй, - с нажимом повторила Рисса, - у тебя получится. С такими замками - получится.
   Я недоверчиво покосилась на мавку. Это у неё нервный тик, или она опять мне подмигивает? Видимо, всё же подмигивает. А слабо ей мигать более вразумительно?
  Совершенно не понимая, что от меня хотят, я приблизилась к девушкам и нерешительно тронула оковы. Металл как металл, только почему-то тёплый. Причём именно в районе замка. Кьяло нагрел руками, пока пытался вскрыть? Нет, не похоже. Скорее, тепло идёт изнутри... и странное оно какое-то... неестественное, будто магическое.
  Ой, ну и дура же я! Никаких 'будто', оно и есть магическое. Замки поверх механизма заперты на заклинание! Я для вида ковырнула ногтём какую-то щербинку на металле, а другой рукой незаметно изобразила несложный пасс. Браслет, сковывающий лодыжку Вильды, тут же раскрылся на две половинки.
  Вдохновлённая успехом, я занялась Риссой. Сама блондинка тем временем задрала нос к потолку, всем своим видом показывая, что надо было сразу с ней соглашаться, и всё вышло бы гораздо быстрее. Мне, впрочем, было совершенно всё равно, что она там из себя изображает. Молчит - и ладно.
  - Ребята-а-а...
  Ага, так я и думала! Надолго её безмолвия не хватило!
  - Ребята, нам нужно уходить. Срочно! Он возвращается!
  - А ты откуда знаешь, - недоверчиво спросил Флай.
  - Знаю - и всё тут! - блондинка резво соскочила с кровати и бросилась к двери.
  В этот раз я почему-то сразу же ей поверила. Может быть потому, что сама почувствовала что-то странное. Будто волна горячего воздуха, налетевшая извне.
  - Она права. Уходим!
  - А я? - окрик Вильды застал нас уже на пороге.
  Чёрт! Про её злополучную ногу мы, конечно, совершенно забыли. Как же некстати-то!
  - И кто у нас любит таскать девушек на руках? - осведомился Кьяло, с сомнением оглядывая дюжую фигуру загипсованной брюнетки.
  - Ты? - наивно захлопал глазами Флай.
  Берсерк поморщился, но Вильду подхватил. А вот сделать хотя бы шаг - не успел, потому что в дверном проёме вдруг возникла из ниоткуда огненная стена. Хорошая такая, горячая... хоть и не очень высокая. Я едва успела отшатнуться.
  - Ничего себе! - выдохнул Флай.
  - Марго, твоя работа? - покосился на меня Кьяло, совершенно забыв про конспирацию. Хотя, какая уж тут конспирация. В живых бы остаться.
  - Это не я! Я так не умею.
  - Зато он умеет! - 'обрадовала' нас Рисса, отодвигаясь в дальний угол комнаты.
  - Лавянки? - недоверчиво сощурился Глазастый. - С какого перепугу?
  Но мавка только покачала головой. Молча! Где бы записать дату этого эпохального события, а? Только вот именно сейчас я предпочла бы, чтоб она говорила.
  - Рис, а действительно... Он кто?
  Блондинка снова не ответила. Только закусила губу... и вдруг рванулась вперёд с совершенно нечеловеческой скоростью. В пламя она не вбежала, а влетела. Огонь тут же взметнулся под потолок, окружив фигуру девушки ярким ореолом.
  Я машинально сжала кулаки. Что она творит? Ведь сгорит же! Шанс, что сумеет прорваться, настолько мал, что...
  Она и не прорвалась. Но и не сгорела.
  Не успел зелёный подол окончательно скрыться за стеной огня, как пламя зашипело, полыхнуло алым - и Рисса спиной вперёд вылетела обратно. Прямо на Кьяло. Тот бы её, конечно, поймал... если бы при этом не держал на руках Вильду. Но он честно попытался. Правда, для этого пришлось высвободить одну руку.
  Брюнетка, почувствовав, что её почти ничего не держит, басовито взвизгнула и повисла у берсерка на шее. Тот от неожиданности дёрнулся, промахнулся мимо падающей мавки... Но она всё равно грохнулась именно туда, куда надо. Я, конечно, сомневаюсь, что Рисса сделала это специально, но приземлилась она аккурат на Вильду. И вцепилась руками в первое, до чего дотянулась - в волосы девушки и в нос парню.
  Следующие несколько секунд спонтанная пирамида колыхалась из стороны в сторону, пытаясь сохранить шаткое подобие равновесия. Постепенно девушки даже разобрались, за что держаться, но тут огонь погас так же внезапно, как и загорелся. Тихий хлопок, с которым это произошло, послужил последней каплей - скульптурная группа из трёх человек всё-таки развалилась.
  От вдумчивого созерцания образовавшейся на полу кучи-малы меня отвлекло растерянное флаевское 'Хм'. Причём сказано это 'Хм' было настолько проникновенным тоном, что я заранее поняла - ничего хорошего оно не предвещает.
  Так и вышло.
  Оказывается, пока я пыталась понять, где чьи руки в общей свалке, и кому при падении Вильда заехала гипсом по голове, в комнате возник Лавянки. Не пришёл, а именно возник. Появился в дверях взамен огненной стены, которую сам же, наверняка, и соорудил.
  Я угрюмо уставилась на белобрысого мальчишку:
  - Ну и? Может, хоть ты объяснишь, что здесь происходит?
  - Зачем? - удивился тот. - Я вас просто убью. Только сначала ты отдашь мне меч!
  - Ха-ха! Очень смешно, - огрызнулась я, мучительно пытаясь понять, шутит он так, или говорит серьёзно. - А если не отдам?
  - Тогда я его отберу.
  - Попробуй, - в этот раз мой смех был более натуральным. - Только как отобрать то, чего нет?
  Вот люблю я наблюдать искреннюю растерянность на чужих лицах. Весьма приятное занятие, хоть и не совсем приличное. А уж когда лица такие выразительные, как у этого мальчишки...
  Лавянки недоверчиво оглядел меня с головы до ног, потом подошёл поближе и окинул взглядом ещё раз - теперь уже с ног до головы. Искомого меча, конечно же, не обнаружил, и заметно расстроился.
  - А где он?
  - Так я тебе и сказала.
  - Если не скажешь, я тебя убью, - Какой, однако, честный мальчик. Что на уме, то и на языке. И в каком только инкубаторе его таким вырастили?!
  - Если убьёшь, то не узнаешь, где клинок.
  - Тогда... тогда я убью её! - Лавянки ткнул пальцем в Риссу. - Она мне надоела!
  - Какое совпадение, мне тоже, - улыбнулась я.
  - Я... Ты что, не понимаешь? Я ведь взаправду её убью!
  Я то понимала. Но если этот меч ему настолько нужен, значит, отдавать его не стоит - это я понимала тоже. И что мавку убить не дам, понимала...
  А вот интересно, что из всего этого дошло до Кьяло? Потому что он себя усердными размышлениями, кажется, не утруждал. И едва речь зашла о блондинке, бросился её спасать. Тоже мне, защитник слабых и обиженных!
  Оружия у берсерка с собой не было, но кулаки его с успехом заменяли. Один удар в челюсть - и по всем законам человеческой анатомии мальчишка должен был вырубиться на неопределённый срок. Только вот анатомия у Лавянки была явно нечеловеческая. И реакция тоже.
  Во-первых, он уклонился. А во-вторых, ухватил Кьяло за пояс, поднял в воздух и швырнул об стенку. Да, этот белобрысый малолетка! Да, двухметрового берсерка! Не видела бы своими глазами - не поверила бы.
  Флай в это время ухватил выломанную из двери доску, и предпринял героическую попытку огреть ей мальчишку по затылку. В этот раз Лавянки среагировать не успел, и удар пришёлся туда, куда и должен был. Доска сломалась. А Глазастый спустя мгновение полетел вслед за Кьяло.
  Светлая идея швырнуть пару пульсарчиков пришла в мою голову только тогда, когда вся потасовка уже закончилась. Впрочем, не думаю, чтобы от огненных шаров был какой-то прок против этого терминатора. Только спалила бы что-нибудь ненароком.
  - Бесполезно, - вздохнула Рисса.
  - Конечно, - сверкая красными глазами подтвердил Лавянки. - Вам со мной не тягаться!
  - ...Жалкие людишки, - не удержавшись, добавила я.
  - Что? - не понял мальчишка.
  - Ну, ты должен был сказать 'Вам со мной не тягаться, жалкие людишки!'. А потом демонический смех. Злодеи всегда так делают.
  - А я злодей?
  - А кто ты после этого? - я кивнула на парней, живописно развалившихся под стенкой. Они как раз пытались сообразить, на каком свете находятся, и что вообще случилось. А Вильда, сидящая неподалёку, впала в самый натуральный ступор. Кажется, происходящие события настолько шли вразрез с её мировоззрением, что мозги попросту отказывались их воспринимать. По крайней мере, глаза у неё были совершенно дурные. Хорошо хоть, дым из ушей не шёл.
  Лавянки тем временем усердно думал. Занятие это ему, видимо, было в новинку. По крайней мере, глазищи он выпучил не хуже Вильды, да при этом ещё и шевелил губами, словно проговаривая слова про себя. Если смотреть со стороны и не знать, что он тут учудил - так можно подумать, что это старательный школьник повторяет заученное наизусть стихотворение.
  - Я не злодей! - мальчишка наконец-то пришёл хоть к какому-то выводу. - Я ничего плохого не сделал.
  - Ну-ну! - хмыкнула я. Кажется, убивать меня уже передумали. Вот и замечательно! Теперь бы ещё разговорить его... - А кто Вильду сюда приволок?
  - Да какая ей разница, где сидеть со сломанной ногой, у себя или здесь? Я её вообще хотел сначала в своей комнате оставить, но она грозилась, что кричать будет. И сбежать хотела. Вот и пришлось...
  - А зачем она вообще тебе понадобилась?
  - Ну так это... - Щёки и уши у Лавянки немедленно залились ярким румянцем. - Ну... Чтоб поближе к ней быть. И вообще... так получилось. Я ей говорил, что её люблю, а она не верила. Сказала, что я ни на что не способен, что я ребёнок ещё. А я решил доказать, что способен. Ради любви - я на всё способен.
  Я недоверчиво хмыкнула и перевела взгляд на Вильду. Она по-прежнему изображала из себя статую. Разве что дышала, да и то редко. И чего он в этой мужиковатой девице нашёл? Она же его на полторы головы выше. А ещё страшна, как зомби с похмелья, разве что мозгов чуть больше. Да и характер - не сахар. Вот это и называется - любовь зла!
  - И? - Флай тоже решил включиться в спонтанный сеанс психоанализа для несовершеннолетних. - На что именно ты оказался способен?
  - Ну, она сначала сказала, что я ей не нужен, что я ей мешаюсь. И чтоб я шёл к Кардинн. Мол, у той таких поклонников много, одним больше, одним меньше - она и не заметит. А я подумал, что Вильда, наверное, просто стесняется. Из-за внешности. Кар ведь красивая... Даже слишком красивая. А это нехорошо, так выделяться, потому что от этого другим плохо. А я не хотел, чтоб Вильде было плохо, поэтому я... в общем... я...
  - Поэтому ты Кар убил, - бесцеремонно закончила за него я.
  - А вот и неправда! Не убивал я её!
  - Ага, она сама со стены сбросилась, - хмыкнул Глазастый.
  - Да, сама! Я только приказал! Если бы у неё хватило силы воли мне отказать, была бы жива. А если не хватило - значит она слабая, и туда ей и дорога!
  М-да... Логика - железная. И ведь, что самое страшное - он действительно так думает.
  - Псих, - вздохнул Кьяло.
  - Ага, маньяк, - согласилась я. - А иллюзию трупа зачем к потолку подвешивал?
  В этот раз мальчишка отвечать не торопился. Стоял и молча сверлил меня взглядом. А я терпеливо ждала продолжения отповеди. Главное, чтоб до него не дошло, что мы просто выуживаем из него информацию.
  Ну и что, что этот мелкий пакостник себя злодеем не считает. Это не мешает ему совершать типичные злодейские ошибки - рассказывать потенциальным жертвам всю подноготную своих поступков. Оно, конечно, понятно - поболтать-то хочется. Но головой работать тоже иногда надо. А он нас, похоже, за стоящих противников вообще не считает. Так уверен в своих силах? А ведь на турнире я его обошла. Знать бы ещё, каким образом.
  - Я подумал... - Желание высказаться, похоже, всё-таки победило здравый смысл. - Я подумал, что если будут искать, кому выгодна смерть Кардинн, то подумают именно на Вильду. Я ведь её в это время уже сюда перетащил. То есть все решили бы, что она пропала потому, что сбежала. А сбежала потому, что убила. А я не мог допустить, чтобы на неё упали хоть какие-то подозрения. Вот и решил устроить всё так, будто она тоже жертва.
  - Гениально, - покачал головой Кьяло.
  - Что, серьёзно? - просветлел лицом Лавянки.
  - Нет, это он так шутит, - разочаровал мальчишку Флай. - А та девчонка, которая вены перерезала, что? Тоже слишком красивая была?
  - Нет. То есть, да, но не настолько. Она просто дурой была. Она сказала, что Вильда повесилась потому, что с такой рожей жить невозможно. И что я турнир выиграл потому, что заплатил. И на самом деле я ничего не могу, только выделываюсь. А я совсем не выделываюсь, я на самом деле такой. И нечего про меня всякие глупости говорить, вот!
  Вот так! Он людей убивает не потому, что выделывается, а потому, что он такой.
  Нет, я конечно тоже не ангел... Но вот такого я просто физически не могла переварить. Убить живое существо из-за каких-то глупых слов... или из-за внешности. Да ещё и так спокойно об этом говорить. Да ещё и списывать всё на отсутствие силы воли... Нет, он действительно псих. Причём опасный псих. Буйный. Самого б его со стены да на камушки...
  Наверное, все эти размышления сразу же отразились на моём лице. Причём крупно и разборчиво. Потому что Рисса внезапно подошла и положила руку мне на плечо:
  - Успокойся. Не надо злиться. А то сама будешь как он.
  - Я не злюсь, - буркнула я, рывком освобождаясь от непрошеных объятий. - Я просто не понимаю.
  - Нет, злишься. А на него нельзя злиться. Он по-другому не умеет. Он действительно такой.
  - Какой? Рис, ладно, я не понимаю! Тогда объясни! Кто он, чёрт возьми?
  Кажется, эмоции наконец-то нашли выход. Мавка, конечно, ни в чём не провинилась, и вообще вела себя в этот раз исключительно достойно, но кричала я всё равно на неё. При этом мне было искренне стыдно, но остановиться я уже не могла.
  - И какого чёрта ему можно то, что для всех остальных считается преступлением? Почему именно ему? Особенный? Чем? Тем, что вставил в глаза красные лампочки и теперь радует всех разноцветным зрением? Я тоже так могу, если с иллюзиями потренируюсь!
  - Марго...
  - Ну что Марго? Я уже восемнадцать лет Марго, а толку-то? - я рассерженно сбросила с плеча чью-то горячую ладонь. Вот ведь взяли привычку меня лапать по поводу и без.
  - Марго, - повторил мальчишка грустным голосом. - Извини, пожалуйста. Я не хотел никого убивать. Правда, не хотел. Я только мечтал Вильде понравиться. Честно. Я не думал, что так получится. Я просто не привык, когда мне отказывают, вот и всё.
  - А к чему ты привык? - Злость понемногу отступала. Кажется, я тоже погорячилась, причём в самом прямом смысле - пальцы сводило от нерастраченного жара. Нет, никаких пульсаров сейчас! - Кто ты, Фаньё?
  - Ну, во-первых, я не Фаньё. Я это имя сам себе выбрал. А на самом деле меня зовут Лавянки Ямаити, и... Ой! - мальчишка вдруг вздрогнул и поспешно зажал себе руками рот, будто сказал нечто недозволенное. И в тот же момент под потолком комнаты что-то громыхнуло.
  По глазам резануло светом, а по ногам - чем-то тяжёлым. Не удержавшись, я грохнулась на пол. И только тогда услышала могучий бас:
  - Так вот где тебя носит, Лавянки Ямаити!
  Зрение после вспышки восстанавливалось медленно. Перед глазами плавали разноцветные пятна, и тот осколок реальности, который удалось разглядеть, я поначалу приняла за глюк. Проморгавшись, снова попыталась осмотреться... и тогда уже окончательно замерла с открытым ртом.
  Потому что посреди комнаты, скукожившись и поджав хвост, сидел дракон. Самый настоящий: ярко-алый, чешуйчатый и пышущий жаром. Примерно трёхметровый. А ещё - говорящий.
  - Не ушиблась, малявка? - пророкотало создание.
  - Н-нет, спасибо... ѓ- Запоздало пришло понимание, что это он хлестнул меня хвостом по ногам, оттого и упала. - Здравствуйте.
  - И тебе здоровья. Что этот паршивец тут натворил?
  - Лавянки? - зачем-то уточнила я, хотя прекрасно понимала, что других паршивцев тут не водится.
  - Ну да, он.
  Я задумалась. С одной стороны, перспектива обвинить мальчишку во всех грехах выглядела весьма соблазнительно. С другой же - вываливать на дракона (Дракона! Живого! Настоящего!) кучу грязного белья из человеческих разборок...
  - Да ничего особенного. Так, по мелочи кое-что...
  - Ох, что-то не верится мне в эти мелочи, - реликтовое животное шумно вздохнуло, из ноздрей вырвались язычки пламени. - Что-то ты недоговариваешь. Боишься меня, что ли?
  Я нехотя кивнула. А кто бы не сознался, когда на тебя в упор смотрят огненно-алые глаза. Такие же, как у Лавянки, только большие...
  - А вы не родственники случайно?
  - Толковая малявка! - громыхнул дракон, - А вот боишься зря. Ну ничего, сейчас будет проще. Зажмурься.
  Едва я успела захлопнуть глаза, как последовала новая вспышка, ослепительная даже сквозь веки. Но дышать в комнате как будто бы стало легче. Выждав для приличия пару секунд, я рискнула посмотреть, что произошло.
  Теперь посреди комнаты стояла молодая женщина. Огненно-рыжая, с алыми губами и ногтями. Одежда у неё, впрочем, была белая. Причём этот белый цвет был таким ярким, что снова захотелось зажмуриться.
  Значит, не дракон, а драконица! Вот ведь рассказать кому - не поверят. Хотя, все, кому можно было бы рассказать, уже здесь. И, кажется, всё равно не больно-то верят. Даже своим собственным глазам.
  - Лавянки Кимура, - представилась женщина. - Мать это мелкого пакостника. И поверьте мне, ребята, я знаю его подольше, чем вы. Так что давайте, рассказывайте, что такого случилось, что он меня позвал. У него спрашивать не буду, всё равно ведь наврёт.
  - А... как это он вас позвал? - заинтересовался Глазастый. Парень совладал с собой удивительно быстро. Впрочем, ему-то к превращениям было не привыкать.
  - Мы договаривались, что если я понадоблюсь, ему достаточно будет произнести вслух своё полное имя. Или моё, на выбор. Он его произнёс.
  'Лавянки Ямаити и Лавянки Кимура' - мысленно повторила я. Получается, сначала фамилия, а потом имя? Как в Японии что ли? Но внешность у драконицы (в любом из воплощений) была вполне европеоидная. У мальчишки, кстати, тоже. Интересно, почему так...
  - Ну а теперь давайте к делу. По пунктам. Я считаю. Итак... - женщина приготовилась загибать пальцы на руке.
  - Убил двух девушек, - обречённо начала я с самого главного.
  - Ещё одну похитил, - добавил Флай.
  - Двух, - поправил Кьяло, кивая на Риссу.
  - Магией пользовался направо и налево, - внесла свою лепту мавка.
  - И на турнире чуть меня не прибил, - закончила я.
  - Ой, дитё, - всплеснула руками драконица, глядя на отпрыска. - Вот дался тебе этот турнир?
  - Там меч был призом. Крылатый, - хмуро сообщил матери Лавянки.
  - И что?
  - Ну, Крылатый же! Тот самый, которым тот рыцарь дедушку убил!
  - И что?
  - Как что? - растерянно захлопал глазами мальчишка. - В мече же теперь его сила хранится. И вообще он волшебный!
  - Ой, балбес! - покачала головой Кимура. - Никакой он не волшебный. Стражный он. Дед твой на старость лет по дурости с его хозяином сцепился, а ты от горшка два вершка, а всё те же ошибки повторяешь.
  - И ничего я не повторяю...
  - Ну да, как же... Девиц крадёшь, на оружие чужое покушаешься. Вот как есть весь в него. Меч в итоге тебе достался? - драконица бесцеремонно ткнула в меня пальцем.
  - Мне, - кивнула я.
  - Ну и правильно. Только ты смотри, воли ему особо не давай. А ты, - женщина повернулась к сыну, - иди сюда, домой пойдём. Не умеешь себя по человечески вести - так и не пытался бы. Тридцать лет дуралею, а всё как вчера вылупился!
  Тридцать? Ну ничего себе маленький мальчик!
  Впрочем, чему удивляться. Драконы живут тысячелетьями. Неудивительно, что несколько десятков лет для них - раннее детство. Поэтому Лавянки и ведёт себя так по-детски... И жизнь человеческая для него... Чёрт, а ведь Рисса была права. Ему и убивать можно. Ему вообще всё можно, по праву сильного и по праву рождения. Он - дракон, вершина эволюции!
  - Мам, ну можно я хоть до конца года останусь, - одна 'вершина эволюции' глядела на другую огромными влажными глазами. - У меня друзья тут уже появились. И весело здесь.
  - Нет.
  - И меня тут всякому разному учат. И никто ведь не догадался, кто я. А на Бельтейн нас обещали отпустить погулять в город. И ещё...
  - Нет, нет, и ещё раз нет! - категорично оборвала отпрыска драконица.
  - Ну ма-а-ам! - Да, мимика у мальчишки, конечно, потрясающая. Чтоб устоять перед таким жалостливым взглядом, нужно иметь железную силу воли. Или титановую. - Ну пожа-а-алуйста! Ну хоть ещё одну попытку мне дай! Я справлюсь, вот увидишь. Я буду хорошим, я думать буду!
  - Думать он будет, - фыркнула мать. - Ладно. Но только если найдётся хоть кто-нибудь, кто будет твои думы контролировать. Вот если друзья твои новые согласятся за тобой иногда присматривать...
  Губы дракончика растянулись в улыбке.
  - Ну вы же согласитесь, да? Ну пожа-а-алуйста! - завёл он всё ту же песню, только теперь адресовав её нам. Нашёл друзей, тоже мне! - Я вас не подведу, честно-честно. Я ничего не натворю, я даже историю учить буду!
  Этим он, признаться, меня подкупил.
  Историю в академии преподавал мерзкий вспыльчивый старикашка, который признавал только одну точку зрения - свою собственную. А она у него менялась по двадцать раз на дню. Поэтому на одном уроке он мог сказать, что в разделе Предонии на Западную и Восточную виноваты эльфы, а на следующем - обвинить во всём людей. Учить же по книгам было бесполезно, с чужими научными трудами этот зловредный тип не соглашался никогда.
  - А когда на обед будут сдобные булочки - я с тобой поделюсь. Честно-честно!
  Эх, ещё и булочки...
  Я с сомнением поглядела на ребят. Кьяло пожал плечами. Мол, как решишь - так и будет. Рисса демонстративно отвернулась, всем своим видом показывая, что она тут не при чём. Флай скорбно вздохнул.
  - Ну что? - мальчишка уже чуть не прыгал от нетерпения.
  - Нет!
  - Как это нет? - столько ужаса в одном-единственном вопросе я ещё никогда не слышала.
  - Вот так! Нет! У меня и без тебя проблем хватает.
  - Ну нет - значит нет, - улыбнулась драконица, цепляя Лавянки за руку. - Прощайся, мы уходим.
  - До свидания, - выдавил из себя мальчишка.
  Я не удержалась и одобряюще взъерошила ему волосы. Вот ведь... Пол часа назад убить его была готова, а тут вдруг расчувствовалась. Кошмар какой...
  - Ещё увидимся.
  - Увидитесь, - подтвердила Кимура, - жизнь длинная. Хоть и не у всех. Отойдите в угол и закройте глаза.
  Мы забились за кровать и старательно зажмурились.
  Вспышка.
  В комнате стало на двух человек меньше и на двух драконов больше. Лавянки Ямаити был меньше матери, но она и одна-то здесь еле помещалась, а на пару они, кажется, заняли вообще всё пространство.
  Вспышка.
  Помещение резко освободилось. Драконы исчезли, оставив после себя только волну горячего воздуха, которая смела с кровати Вильду.
  - А она, кажется, до сих пор не в себе, - задумчиво произнёс Флай.
  - В себе, в себе, - хмыкнула Рисса. - Просто очень глубоко в себе.
  - Так это ты её так... заморозила? - уточнила я.
  - Я, - не стала отпираться мавка. - Проблем с ней много. И вопросы потом пойдут... А оно нам надо? Так что память я ей чуток потёрла, что надо - подправила. Очнётся к утру, в своей комнате, и пусть дальше Понжер, инквизиция и твой дядюшка как хотят, так и разбираются. А нас тут и рядом не стояло.
  - Ну да, не стояло, - Кьяло скептически оглядел бессознательную девицу. - А в комнату свою она как попадёт? Опять мне нести?
  - Понимаешь ли, друг, есть в мире вещи переменные, а есть постоянные, - велеречиво начал Глазастый. - Вот у тебя сила постоянная. А я устал. С утра на ногах, между прочим. Причём с прошлого. Два часа сна - это, как бы, не совсем то, что нужно для полноценного отдыха здоровому организму!
  Берсерк демонстративно рыкнул, подхватил Вильду на плечо и вышел из комнаты. Когда мы наконец-то выскочили следом, он уже бодро шагал по направлению к выходу.
  Я подхватила Риссу под руку и немного приотстала.
  - А говорила, что можешь воздействовать только во сне... Что-то я не помню, чтоб Вильда спала.
  - При вас не спала. А вот при мне, днём - дремала. А я на всякий случай маячок ей в голове поставила. И ведь пригодился же!
  - Я теперь при тебе спать не лягу, - хмыкнула я.
  - И надолго тебя хватит? - ехидно осведомилась мавка. - Кстати, что там за меч такой странный?
  - Стражный, - машинально поправила я. - Крылатый.
  - И?
  - Я думала, ты мне объяснишь... Я его на турнире выиграла.
  - Первый раз о таком слышу, - нахмурилась Рисса. - Покажешь потом. А где он, кстати?
  - В библиотеке, под столом валяется. То есть, лежит. И ещё... Слушай, ты же вроде умеешь снимать чары неоткрываемости. Так почему сама цепи не сняла?
  - Пыталась. Но заклинание было слишком сильным, мне не по зубам.
  - А мне, значит, по зубам? Ой, не смеши мои тапочки!
  - И в мыслях не было, - пожала плечами мавка. - Просто ты сама не представляешь, своих возможностей.
  - Очень даже представляю. Три с половиной пульсара и ещё пара заклинаний средней корявости.
  - Это ты так думаешь. Более того, ты убедила сама себя, что ничего более мощного сделать не в состоянии, и именно поэтому застряла на таком низком уровне. Ты открыла замки на колодках только потому, что даже не представляла, с какой силой они запечатаны.
  - Да ну тебя, - отмахнулась я. - Просто ты не справилась, вот и несёшь ерунду. А силы там никакой особой не было, я бы почувствовала.
  - Ну, как знаешь. А я тебе своё мнение сказала.
  Как же, мнение! Её послушать, так я вообще энергетический излучатель какой-то. Сила из меня потоками хлещет, заклинания любой мощности пощады просят.
  - А всё-таки как-то слишком легко мы их отпустили, - пробормотал Кьяло, перекидывая Вильду с одного плеча на другое. - Получается, что Лавянки совсем безнаказанным ушёл.
  - А что, надо было его поймать, связать, а потом предъявить Понжеру и заодно инквизиции? - вмешалась я, - Извини, но это нереально. С голыми руками против двух драконов в закрытом пространстве - это, конечно, неплохой способ превратиться в отбивную. Но мне покамест и так неплохо.
  - Ну, необязательно связывать. Можно было поговорить как-нибудь. Объяснить ему, что нехорошо так поступать.
  - У него мать есть, вот пусть она и объясняет. Или сам бы ему высказал всё, что думаешь, если уж так справедливости захотелось. А я драконят воспитывать не нанималась.
  - Да уймитесь вы, - шикнула на нас Рисса. - Чего разорались на весь замок?
  - Нечаянно, - смутилась я. - Кстати, народ, я придумала, что делать с памятниками!
  - С какими памятниками? - непонимающе уставились на меня все.
  - Ну, мы же говорили про два памятника злодею, которые могут ему не понравится... Так вот, их можно поставить на въезде в город, по обочинам главной дороги. А между ними натянуть транспарант 'Добро пожаловать!'. Такая офигительная триумфальная арка получится! А понизу верёвочку тонкую натянуть. Все будут смотреть на приветствие, а не под ноги, и обязательно кто-нибудь запнётся. Это запинание будет считаться проявлением божественной и монаршей воли. Запнувшегося сразу должны хватать стражники, обыскивать и допрашивать. В профилактических целях.
  - Марго, ты сумасшедшая! - Флай с хохотом притянул меня к себе.
  - А ты против? - мне, вопреки обыкновению, даже не слишком хотелось вырываться из его объятий.
  - Нет, что ты! Я исключительно за!
  
  * * *
  
  На деревню напали ночью. Внезапно, без предупреждений, без объявления войны. Совершенно безмолвно, но чётко и организованно. Смутные, как полуночные тени, захватчики врывались в дома. Их движения казались смазанными и нечеловечески быстрыми, будто во сне.
  Ксанке даже показалось, что это и есть сон.
  Ну да, задремала сидя у окна, с кем не бывает. Если каждую ночь сидеть, напряжённо вглядываясь в лесную тьму за околицей, ещё и не такое привидится.
  Во дворе хрипло взвыла собака... И этот вой словно пробил невидимую стену между сном и явью. В ночную оторопь ворвалась какофония звуков - звон разбитого стекла, женский крик, лязг металла, топот подкованных сапог по выложенной камнями тропинке. Дверь распахнулась с такой силой, будто с той стороны в неё ударили по меньшей мере тараном. Видимо, нападавшие рассчитывали на то, что придётся выламывать засов. Зря старались - в этом доме не принято было запираться на ночь.
  Трое в зелёном и чёрном, стройные, гибкие, ворвались в комнату, потрясая оружием. И замерли в нерешительности, обнаружив, что никто и не думает сопротивляться. Одинокая девушка у окна - разве же это противник. Её и убивать-то не обязательно - можно просто развлечься, да бросить в разграбленной деревне. Выживет - не страшно, а помрёт - не жалко.
  Так подумала Ксанка, и так же, видимо, решили непрошеные гости. Первый не глядя вбросил меч в ножны и с нехорошей ухмылкой направился к девушке. Остальные последовали за ним. Почему-то медленно-медленно... Как во сне...
  Ксанка подпустила их поближе. Дождалась, когда пальцы в чёрной перчатке попытаются ухватить её за запястье... и резко вскинула руки вверх. Ладони охватило голубоватое сияние. Внезапный и чуждый порыв ветра разметал мужчин в стороны, а девушка бросилась бежать.
  - Ведьма! Матерь лесная, ведьма.
  Стрела свистнула у самого виска. Ещё бы чуть-чуть, и...
  - Не стрелять! Ведьма живая нужна!
  Куда бежать? Только не по дороге, догонят. В лес, и затаиться там, спрятавшись под какую-нибудь корягу? Может повезёт, и не заметят.
  Если бы было хоть чуточку потемнее... До новолуния осталось лишь несколько дней, серебристый месяц совсем истончился, но всё равно слишком светло - видно каждую травинку, не то что девицу в белой сорочке. А преследователей много, слишком много, и всем глаза не отвести.
  - Стой, ведьма! Стой, если жить хочешь!
  Она бы не остановилась, нет. Но нога внезапно провалилась в ямку, коварно спрятавшуюся под контрастной ночной тенью. Кто постарался - дикий крот, или просто собака какая разрыла? К чему теперь гадать...
  Падение... Больно не было. Во сне никогда не бывает больно, а это был просто сон. Из тех, когда ты точно знаешь, что спишь, но никак не можешь проснуться.
  Ксанка отрешённо наблюдала, как её окружают чёрно-зелёные силуэты. Не какие-то случайные разбойники, а самые настоящие солдаты. Эльфийские. Значит, остроухие всё-таки перешли рубеж. И теперь начнётся война. Или уже началась? До маленькой деревни на берегу Граничной новости всегда доходили медленно. Если вообще доходили.
  - И не вздумай рыпаться, ведьма.
  Вся её вина состоит в том, что она ведьма. Или это, наоборот, счастье? В отличие от других, её не убьют, не изнасилуют. Просто свяжут, отведут к начальству... А там - будь что будет. Главное - выжить.
  - Ты слышишь меня? Только попробуй выкинуть какой-нибудь фокус, поняла?
  Конечно, поняла, чего же тут не понять. Предонские эльфы говорят на том же языке, что и люди. Истинный эльфийский давно уже мёртв. Его помнят разве что врачи, законники... да ведьмы.
  - Я не буду сопротивляться. Я сдаюсь, - голос хриплый, будто чужой. Это не от волнения; она уже и не верит, что он когда-то был другим. Но слух царапает каждый раз. - Делайте со мной всё, что хотите.
  - Умная девочка. Знаешь, что тебе не справиться с нами.
  Не справиться. Их слишком много, а ведьмы не всесильны.
  Зачем она, вообще, убегала? Зачем тратила силы, играла с судьбой? Ведь с самого начала было понятно, чем это всё закончится.
  Наверное, потому, что это всего лишь сон. Тяжёлый предрассветный сон, после которого можно не проснуться.
  
  * * *
  
  

Глава 10. Кто ходит в гости по утрам...

  
  Давненько мне не снились кошмары. Скажу больше - они мне почти никогда не снились. Впрочем, этот сон недельной давности не был кошмаром в полном смысле слова. В нём не было совершенно ничего страшного. Но зато была Ксанка. И от этого было и жутко, и тоскливо... и стыдно.
  Стыдно потому, что я почти не вспоминала о ней в последнее время. Ни о ней, ни о родителях... Я запретила себе думать о них, гадать, предполагать, на что-то надеяться. Я практически поверила в то, что я - Марготта айр Муллен, племянница начальника внешней стражи Тангара. Казалось, что Предония, военная академия, Флай и Кьяло, фехтование, окно с видом на залив - всё это было всегда. Единственная ниточка, соединявшая меня с прошлым - Глюк - стоял на конюшне, и я всё реже находила время, чтобы зайти к нему в гости.
  Даже дневник я вела теперь на предонском. Так было проще.
  Да, это существенно облегчало его чтение тем, кто мог случайно или специально на него наткнуться. Но я всё же надеялась, что этого никогда не произойдёт. Правда, тайник под кроватью очень скоро перестал казаться мне надёжным, и теперь я всегда таскала записи с собой, в сумке. Так их, по крайней мере, в случае какой-нибудь непредвиденности, всегда можно было сжечь. Пусть даже и вместе с сумкой.
  Да, пачка бумаги к этому времени была уже достаточно толстой, и весила прилично. Но мы же не ищем лёгких путей, мы из тех, кто спит стоя, в гамаке и в противогазе!
  Короче, я как раз запихивала в сумку листок с описанием сна, когда в дверь деликатно постучали.
  - Кто там? - лениво поинтересовалась я. А, кстати, действительно, кто? Явно же не мои ребята. Те никогда так вкрадчиво не стучат. Они вообще не стучат. Сразу долбят так, что стены замка содрогаются от подвала до чердака.
  - Княжна, откройте, пожалуйста. Нам надо поговорить.
  Понжер? Под дверью моей комнаты? В шесть утра? Такого на моей памяти ещё не случалось!
  Я подлетела к дверям, мысленно перебирая все причины, которые могли занести сюда главу академии, да ещё в такую рань. Опять кого-нибудь убили? Так это не ко мне, это к Хозяину... Упс!
  - Что-то с дядей? - с порога набросилась я на ректора.
  - Нет, с чего вы взяли? Насколько я знаю, он жив и здоров. Простите, можно войти? Не хотелось бы разговаривать в коридоре.
  - Да, конечно, - я покорно посторонилась, пропуская Понжера в комнату.
  Что же всё-таки случилось? Меня отчисляют? Или в чём-то подозревают? Не в колдовстве, надеюсь...
  Таинственное исчезновение Лавянки и появление Вильды с частичной амнезией сошло нам с рук удивительно гладко. Даже та непонятная инквизиторша не нашла, к чему придраться. А Муллен, может, и нашёл бы, но его вызвали в столицу каким-то срочным письмом... В общем, последний месяц мы жили в своё удовольствие: Рисса без умолку болтала, парни препирались по мелочам, а я вдохновенно конспектировала ночами воспоминания о турнире и драконах и... стыдно признаться, учила историю. Мне вдруг стало интересно, что из брюзжания вреднючего педагога - правда, а что он сам себе на досуге выдумал, чтоб помучить учеников. Выяснилось, что не так уж много и выдумал. Просто точку зрения постоянно менял.
  - Садитесь, - я кивнула на единственный стул, а сама бесцеремонно примостилась на краешке стола.
  - Я, признаться, удивлён, что вы не спите... - Ректор решил начать издалека. Интересно, хорошо это, или плохо?
  - Надеялись разбудить?
  - Нет, что вы. Просто увидел в окне свет и решил, что раз вы уже проснулись, то дольше откладывать разговор смысла нет. Ваш... дядя всегда говорил, что действовать надо быстро, и что длительные раздумья только увеличивают шансы противника на победу. А так как в данном случае это нам совсем не на руку, а я бы даже сказал, наоборот... Вы слушаете меня, княжна?
  Я торопливо кивнула, попутно пытаясь побороть зевоту. Проснулась, как же! Сказать ему, что я ещё не ложилась, или пусть пребывает в блаженном неведении?
  - И кто же наш противник, господин ректор?
  - Что вы знаете о политической обстановке в стране? - вопросом на вопрос ответил Понжер.
  - Смотря, что вас интересует, - Я всё-таки зевнула в кулак. Такие разговоры на кого угодно тоску наведут, а уж на меня после бессонной ночи... - Но вообще она, кажется, довольно напряжённая.
  - Я рад, что вы это понимаете. Потому что исход нашей беседы во многом зависит от вашего понимания. И от нашего взаимопонимания. Дело в том, что я не должен бы говорить вам то, что сейчас сообщу... и вы, конечно, вправе отвергнуть моё предложение, потому что такие вещи... они, в некотором роде, не для юных девушек, но...
  - Господин Понжер, извините, конечно, но можно покороче, а? Что случилось?
  - Хм... понимаете, Марготта... Я смею надеяться, что сказанное мной не выйдет за пределы этой комнаты, и...
  Я снова зевнула. На этот раз демонстративно.
  - Эльфы перешли западную границу. Официально о войне ещё не объявлено, но она уже началась, - единым духом выпалил ректор.
  Если глава академии надеялся, что после этой новости я упаду со стола, то он сильно просчитался. Магичка из меня, конечно, никакая, но чтоб отличить пророческий сон от обычного ночного сумбура больших способностей не требуется.
  - Неделю назад? - дотошно уточнила я.
  - Да. Вы уже знаете? Как?
  Я с трудом сдержала почти сорвавшееся с языка 'Элементарно, Ватсон!' и попыталась быстренько изобрести какое-нибудь правдоподобное оправдание моей осведомлённости.
  - Нет, я... Я просто прикинула, сколько времени потребуется, чтоб новость добралась от границы до нас, и сказала наудачу. Я удивлена, что угадала, честно.
  - Мне нравится ваша реакция, - неожиданно улыбнулся ректор. - Большая часть студенток сперва сказала бы, что это кошмар и катастрофа, а потом принялась бы прикидывать, во сколько им обойдётся временная эмиграция вглубь страны.
  - А почему вглубь? И зачем вообще куда-то эмигрировать? - не поняла я. - Ведь от линии фронта до нас получается гораздо больше, чем до столицы. А с моря эльфы не зайдут.
  - Почему? - Странный вопрос. Понжер явно знал на него ответ, но всё равно спрашивал, как на каком-то непонятном экзамене. Или это и был экзамен? Тогда мне совсем не хотелось его провалить.
  - Эльфы никогда не воевали на море. У них и кораблей-то толком нет. По крайней мере, так считается. А если бы и были! Только самоубийцы будут нападать на Главные ворота Таина. Здесь же сплошные мели, фарватер узкий, берега крутые... Нет, к нам они вряд ли полезут. Их цель - Релта. Город близко к границе, укреплён плохо. Тем более там сплошные торговцы, а они вряд ли полезут на стены с оружием. Скорей соберут вещи и сбегут. Или останутся и взвинтят цены... а если Релта падёт, то... Не думаю, что большинству из них будет важно, с кем заключать сделки. Люди, эльфы - ерунда. Лишь бы платили...
  - Я рад, что не разочаровался в вас, Марготта. Вы, возможно, не знаете об этом, но практически все преподаватели отмечают вашу усидчивость и эрудицию. Вы, действительно, одна из лучших выпускниц академии.
  Выпускниц? Не студенток? Та-а-ак... Кажется, экзамен я всё же сдала. Причём сразу итоговый. Что-то мне это совсем не нравится... Может, не надо было умничать? Ляпнула бы глупость какую-нибудь, глядишь, ректор и отвязался бы.
  - Господин Понжер, я, конечно, очень рада, то вы меня так любите и цените... Но я до сих пор не понимаю, зачем с утра пораньше сообщать мне о начале войны, да ещё и под большим секретом?
  - Видите ли, Марготта, всё дело в том, что наша академия всё же военное заведение. А такая наука обычно больше удаётся юношам, чем девушкам... Вы - заметное исключение. А после победы на турнире - особенно заметное. И при этом - эльф. Пусть частично, но... Понимаете, к чему я клоню?
  - Не очень, - честно ответила я. - Может, намекаете на то, что я могу оказаться эльфийской шпионкой? Так тут я вас разочарую. Лично я не знаю ничего, что могло бы их заинтересовать.
  - Я это понимаю. Но наши противники - нет. Они могут лишь предполагать, что некая девушка пользуется особой благосклонностью Вербы, находится в родственных связях со столичным начальником внешней стражи, весьма близко общается с младшим сыном главы Восточного совета...
  - И ничего не близко! - не выдержала я. - Сколько можно всем объяснять, что мы просто друзья?!
  - Успокойтесь, княжна. И выслушайте меня до конца, пожалуйста.
  - Слушаю. Только вы же ничего не говорите. Ходите вокруг да около.
  Ректор вздохнул и посмотрел на меня усталыми, красными от недосыпа, глазами. Наверное, надеялся, что я устыжусь и перестану его перебивать.
  Нет, я, конечно, устыдилась. Немножко. Даже попыталась сделать серьёзное лицо. И со стола слезла, потому что княжне айр Муллен не полагалось сидеть на столешнице и болтать ногами. Впрочем, смирения моего надолго не хватило, и вскоре я взгромоздилась на подоконник. Ректор, следящий за мной с траурным молчанием, снова вздохнул.
  - У меня есть веские основания предполагать, что в ближайшее время эльфийская разведка попытается вас завербовать. Возможно, они попробуют с вашей помощью вызнать какую-либо информацию. Или воздействовать на перечисленных мной людей.
  - На Вербу? А зачем на неё воздействовать?
  - Я имел в виду Нермора и вашего дядю. Так вот, могу ли я в этой ситуации надеяться на ваше благоразумие?
  - Вы хотите, чтоб я послала остроухих далеко и надолго, если они попытаются сделать мне предложение, от которого невозможно отказаться? Так это, вроде бы, само собой разумеется. То есть, я же не предательница, и вообще...
  - Нет, Марготта, всё не так просто. Я хотел бы, чтоб вы приняли это предложение. Приняли и полностью перешли на сторону эльфов.
  С подоконника всё-таки пришлось спрыгнуть, потому что сидя такие вещи не усваиваются. Как выяснило впоследствии, стоя - тоже. Мне пришлось нарезать пару кругов по комнате, прежде чем удалось собрать в кучу разрозненные мысли.
  - Вы хотите, чтоб я делала вид, что работаю на эльфов, но на самом деле в это время собирала бы информацию для вас? То есть была бы двойным агентом?
  - Совершенно верно, - Понжер улыбнулся. Я не видела никакого повода для радости, поэтому продолжила:
  - Одна малость - меня ещё никто не вербовал.
  - Думаю, они рискнут. А вы, при случае, попытаетесь во всеуслышанье объявить о своей лояльности к эльфам. Если они на это не купятся - что ж, вам же проще. Забудете о нашем разговоре и вернётесь к прежней жизни. Думаю, не надо напоминать вам, что эту беседу необходимо сохранить в тайне.
  - Даже от Муллена? - Ох, зря я назвала 'любимого дядюшку' по фамилии. Как-то не по-семейному это... Но ректор, кажется, ничего не заметил.
  - Он знает. Более того, он это и предложил.
  - С-с-скотина! - не сдержавшись, прошипела я.
  - Княжна! - с укором возразил глава академии.
  - А что? Могу я в кои это веки дать волю чувствам? Тем более, что в ближайшее время мне придётся постоянно себя контролировать, так ведь?
  Ректор кивнул и поднялся, давая понять, что разговор окончен. Как у него всё просто: вот тебе задание, иди - выполняй.
  - Господин Понжер... - Мой окрик застал мужчину почти на пороге. - Но я же ничего не знаю. С чего мне начать? Я не умею ничего такого...
  - Умеете, княжна, умеете. Неужели вы окончили военную академию, а так и не поняли, что война - это не только битвы и манёвры? Большая часть сражений выигрывается головой. А голова у вас работает хорошо, уж можете мне поверить. Всё необходимое в неё за минувшие три года вложили. Ещё вопросы?
  - Да! Почему вы говорите, что я уже окончила академию? Ещё два месяца осталось, и экзаменов не было...
  - Но, тем не менее, ваше обучение закончено. В течение ближайших нескольких дней вас отчислят. За вопиющее нарушение дисциплины. Не подводите меня лишний раз, и постарайтесь за это время что-нибудь натворить. Это вы, насколько я знаю, тоже умеете. До свидания, княжна.
  - До свиданья, - пробормотала я, закрывая за ректором дверь.
  Мыслей в голове не было. Наверное, они просто испугались ответственности и разбежались в разные стороны, оставив меня в гордом одиночестве. От нечего делать, я подошла к зеркалу и тоскливо вгляделась в мутноватое отражение. Марго из зазеркалья смотрела на меня настороженно и угрюмо. Ей проще - не нужно хитрить и притворяться. Только копировать действительность. И не важно, что эта действительность тебе совершенно не нравится.
  За внимательным изучением собственного отражения меня и застал Флай.
  Нет, дверь я запереть не забыла. Но он в неё и не входил. Улыбающаяся физиономия возникла в окошке. Впрочем, улыбка истаяла сразу же, как только Глазастый заметил меня.
  - За какими бесами ты не спишь? - нахмурился парень. - Я проснулся в такую рань специально для того, чтобы сделать тебе сюрприз, влез сюда, ободрал коленку - а ты не спишь? А ну-ка ложись обратно в кровать и сделай вид, что досматриваешь последние предрассветные сны.
  - Рассвет уже был, - отмахнулась я.
  - Тогда послерассветные. Или предзакатные, неважно. Главное, чтоб ты меня не видела. А я тем временем залезу и начну тебя будить. Потом ты проснёшься, завизжишь от неожиданности...
  - Не буду я визжать, Флай. И вообще, шёл бы ты отсюда, а?
  - Та-а-ак... - Глазастый сноровисто перевалился через подоконник и подошёл ко мне, - Что случилось?
  - Ничего.
  - А на самом деле?
  - И на самом деле - ничего. Просто сон плохой приснился.
  Я даже не соврала. Был же сон. Не сегодня, не вчера - но был.
  - Марго, ты за идиота меня принимаешь, да? Думаешь, что твоё оправдание меня полностью удовлетворит, и я пристыжённо удалюсь тем же путём, что и вошёл? Так я тебя разочарую - обратно я по стенке не полезу, я не паук и не безумный акробат. Вообще не представляю, как ты там карабкаешься.
  - Нормально, - я пожала плечами. - Просто я легче. Так что худеть тебе надо. На диету сядь, что ли...
  - И это говорит человек, который ест всегда, когда не спит!
  - А я не человек, я эльф! - Теперь бы самой ещё в это поверить...
  Кстати, займёмся-ка аутотренингом на досуге: я - эльф, я на стороне остроухих, желаю им (то есть, нам) счастья, здоровья, разномастных успехов и, главное, победы в войне. Люди - заразы, оттеснили нас на край континента, взвинтили таможенные пошлины, забыли старую веру, и вообще всячески нас, бедных-несчастных, притесняют... Да, как-то так!
  - О чём задумалась?
  - Вот не поверишь, о человеческой несправедливости. ...Слушай, Флай, я действительно хочу побыть одна. Так надо. Потом всё тебе объясню. Наверное.
  - Вот это 'наверное' мне и не нравится, - невесело усмехнулся парень. - Ладно, пошёл я. Увидимся. Дверь открой.
  - А что, сам ты со щеколдой не справишься? Мало каши ел?
  - Так, мелкая, ты определись уже - мне кашу есть, или на диету садиться?!
  - Конечно на диету. Из каши. На завтрак овсяную, на обед - рисовую, на ужин - гречневую, а если проголодаешься ночью, то - пшёнку.
  - Кажется, после такой диеты я к тебе в окно точно не пролезу. Да и не одна стенка меня не выдержит.
  - Выдержит, - решила я. - Но только очень прочная!
  - Что-то меня такие перспективы совсем не радуют. Может, без диет обойдёмся? Я и так красавец хоть куда!
  - Слушай, красавец! Я ведь серьёзно! Шёл бы ты уже, а?
  - Да, я понял, что ты не в духе, - кивнул Глазастый. - Только дверь всё-таки открой. А то знаю я тебя, понавешаешь там заклинаний всяких...
  - Нет там ничего, успокойся. Только щеколда.
  ...И ещё я теперь не магичка. Я заурядный эльф, я ничего не умею, я до чёртиков зла на людей... Тьфу ты, глупость какая!
  - Я ушёл! Не опоздай на завтрак!
  Ну вот, ещё и завтрак. Вообще-то, я хотела перед ним хоть капельку подремать, но теперь уже не успею.
  И вот кто, спрашивается, просил Понжера заявляться с утра пораньше? Пришёл бы вечером, а лучше - ночью. Все тайные дела нужно обговаривать ночью. Нет, не потому, что так положено. Просто ночью я лучше соображаю.
  Я плюхнулась на кровать, закинула руки за голову и уставилась в потолок. Смотрела долго, ни на что особо не надеясь, но втайне мечтая, что на белёном камне сейчас возникнут огненные письмена. И начертаются этими письменами ответы на все мои вопросы, и снизойдёт на меня озарение, и будет мне счастье великое во веки веков.
  Короче, завтрак я проспала! И утренние занятия тоже.
  Совесть из-за прогула меня не мучила совершенно. Сказано было нарушать дисциплину, ну так я этим и занимаюсь по мере возможностей. На отчисление такие мелочи, конечно, не тянут... А что тянет?
  На кухню, что ли, снова пробраться? Только сразу к Вальфу, а не к его жене. Хотя нет, не катит. Отчислять за это тоже не будут, а вот попасться повару под горячую руку - чревато. А если тихонько спереть оттуда масло и полить им ступеньки? В принципе, можно.
  Можно ещё пририсовать что-нибудь нецензурное к портрету основателя академии. Или вывесить на забор панталоны Риссы. Много что можно. Но это глупо, скучно и не по возрасту. Да и вообще, все эти измазанные чернилами сиденья, прибитые к полу туфли и вовремя (а чаще - не вовремя) опрокидывающиеся на голову вёдра с водой - просто детский сад. Но как же, оказывается, сложно изобрести достойную каверзу! Да ещё так, чтоб меня потом вычислили. А то могут ведь свалить всю вину на того, кто первый под руку подвернётся... И доказывай потом, что это всё я! Да, и часовню тринадцатого века тоже я развалила...
  Думала я долго, аж до обеда. В итоге на него тоже чуть не опоздала, пришлось бежать в столовую сломя голову. Тут уж не до дисциплины, лишь бы добавки потом хватило!
  Коридоры в замке были ветвистые, с крутыми поворотами. На одном из них меня занесло, и я изящно сшибла с ног какую-то первогодку. Извиняться, конечно же, не стала. А впереди уже мелькнула невысокая фигура в чёрном плаще. Как кстати!
  Предположения о том, почему монашка до сих пор обитает в академии, ходили самые разные. Большинство неромантично склонялось к тому, что служительнице Господа просто нечего делать. Тем более что её коллега-инквизитор давно уже уехал. Причём, верхом. Посмотреть, как толстяк забирается на лошадь, сбежалось пол академии. Несчастное животное испуганно косилось на грузного наездника, нервно перебирало ногами и совершенно по-кошачьи прижимало уши к голове.
  - Сбросит, - резюмировал Флай. - Как только за город выберется - сразу сбросит.
  Я не спорила. В конце концов, кому, как не ему разбираться в лошадиной психологии. Сколько он там под седлом проходил?
  Впрочем, добрался ли инквизитор до места назначения, я так и не узнала. А сейчас это было совершенно неважно.
  Я хмыкнула и рванулась вперёд. Догнать монашку и 'нечаянно' толкнуть её плечом было секундным делом. Вот только красиво отлетать к стенке женщина почему-то не пожелала. Вместо этого носом вперёд полетела я. Запнулась, что ли? Этого только не хватало!
  Приземлилась я довольно ловко, тут же вскочила на ноги и бросилась бежать... и сразу же споткнулась опять, зацепившись пряжкой сапога за длинную лямку собственной сумки, так некстати сползшую с плеча. Рванула посильнее, мысленно попрощавшись с пряжкой... Зря! Фурнитура оказалась приделана на совесть. А вот тот, кто шил сумку, явно схалтурил.
  Раздался тихий хлопок. Лямка лопнула, сумка с размаху хлопнулась на пол и распахнулась. По коридору разлетелись исписанные листки. Чёрт! Кажется, носить всё с собой было далеко не лучшей моей идеей!
  Выругавшись сквозь зубы, я бросилась собирать записи. А монашка, как назло, и не думала уходить. Взирала из под своего капюшона на ползающую по полу меня и улыбалась. То есть лица я её, конечно, не видела. Но почему-то всё равно была твёрдо уверена, что она улыбается.
  А что ещё делать? Я бы на её месте уже хохотала в голос. А ещё обязательно улучила бы момент и посмотрела, нет ли чего интересненького в чужих бумагах.
  Впрочем, она и улучила!
  Стоило мне отвернуться, как женщина стремительно нагнулась и подхватила один из листков. Я бы и не заметила ничего, если б не тень, повторившая её движение. Тёмный силуэт на стене выдал монашку с головой. Я резко крутанулась обратно и едва успела выхватить трофей из её руки. Мельком взглянула на строчки... Уф, пронесло! Всего лишь описание турнирного поединка с Флаем. Ничего компрометирующего, никаких двусмысленностей...
  - Спасибо, что помогли мне собрать бумаги, сестра. Но вам не стоило себя утруждать. Я бы и сама справилась.
  - Ничего, мне не трудно. Но в следующий раз глядите под ноги, это бывает полезным.
  - Я учту.
  А вот интересно, издёвка в её голосе мне только послышалась, или она на самом деле была? И что-то у меня нехорошее ощущение, что такая ведь может и не пожаловаться. Подстроить при случае какую-нибудь ответную пакость - да, а вот целенаправленно настучать на нерадивую ученицу - очень вряд ли. Кажется, я промахнулась. Ну, упс!
  Словно в ответ на мои мысли женщина качнула капюшоном и отправилась своей дорогой. Мне оставалось только молча смотреть ей вслед.
  - Марго! Вот ты где! - Я с трудом отвела взгляд от удаляющейся монахини и обернулась. По коридору бежали Флай и Кьяло. Вместе. Ну надо же, какое поразительное единодушие. К чему бы это?
  - А где же мне ещё быть?
  - Зная тебя - где угодно, - усмехнулся Глазастый.
  - В комнате тебя нет, на площадке для фехтования - нет, в конюшне - нет, в столовой - тоже нет, - методично перечислил берсерк, для верности загибая пальцы. - А Понжер, между прочим, хотел за обедом какое-то объявление сделать. Так что пошли скорее.
  - Пошли, - кивнула я, напоследок оглядывая коридор. Нет, вроде бы все листочки собрала.
  На понжеровское объявление мы почти не опоздали. Почти - потому что вводная тягомотина к нашему появлению как раз закончилась, и ректор перешёл к делу.
  - Многие из вас, наверное, с нетерпением ждут завтрашнего дня. Завтра Бельтейн. В этот день в нашей академии всегда отменяли занятия и разрешали ученикам погулять по Таину. Естественно, с сопровождением преподавателей. Но в этом году мы нарушим традицию.
  - Отпустите без сопровождения? - весело поинтересовался кто-то нетерпеливый.
  - Нет, не отпустим вообще. И все уроки будут идти своим чередом, - покачал головой ректор. - Дело в том, что...
  Договорить ему не дали. Все, собравшиеся в столовой, загалдели одновременно, стараясь как можно громче выказать своё недовольство нововведением. Яростнее всех были, конечно, первогодки, которые ждали этого дня чуть ли не с самого приезда в академию. Иногда мне казалось, что они только ради него сюда и рвались. Впрочем, многие преподаватели тоже были неприятно удивлены. И их можно было понять - ведь погулять хотелось всем.
  - Кажется, в этот раз Понжер всё решил сам, ни с кем не посоветовавшись, - Флай покосился на брызжущего слюной историка. Тот как раз громогласно объяснял всем окружающим, что эта традиция старше, чем все мы здесь вместе взятые, и нарушать её ни в коем случае нельзя. А то его, старого больного человека, такое пренебрежительное отношение к истории сведёт в могилу.
  И в кои это веки я была абсолютно согласна со стариканом. Хоть и предпочитала про себя называть канун Бельтейна Вальпургиевой ночью.
  - Наверное, у него есть веская причина, - примирительно начал Кьяло.
  - Да хоть две! - возмутился Глазастый.
  - Точно! - поддержала я. - Пусть хоть конец света настанет, а праздники отменять нельзя. Это не по-человечески! И даже не по-эльфийски. Те то, небось, отмечать будут.
  - Дело в том, что... - ректору наконец-то удалось переорать собравшихся, - ...что в последнее время в нашем городе участились случаи стычек между коренным и эльфийским населением. Напряжённость постоянно нарастает, а я несу ответственность за вас перед вашими родителями и родственниками. И отмена самостоятельного выхода за пределы академии направлена, в первую очередь, на обеспечение вашей же безопасности!
  Я вздохнула. Всё, что вещал недовольной публике Понжер, до боли напоминало родные выпуски новостей. Вот слово в слово! Не может он человеческим языком объяснять, что ли? Сказал бы: 'Народ, тут такое дело! В стране война, а я над вами главный!' - и все бы сразу заткнулись.
  Хотя... про войну нельзя, её же официально ещё нет. А волнения по всей стране есть, и все об этом знают. Вот и несёт бедный ректор всякую чушь... Мерзкая у него работа, как ни крути. Не хотела бы я когда-нибудь оказаться на его месте. Тем более что это, как выяснилось, не единственная его работа. Только вот вторая - ещё хуже. Как же он, интересно, зовётся? Глава разведки и контрразведки? Или не глава... Но ведь не последний человек - это точно. А кто тогда первый? Ну, не мой же 'дядюшка', в самом деле!
  - Вы все здесь взрослые, серьёзные люди, - продолжал тем временем обладатель неизвестного чина предонской разведки. - И я надеюсь, что никто из вас не попытается нарушить моё распоряжение. Уверяю вас, что наказание за проступок будет максимально строгим. Вплоть до отчисления. И я надеюсь на вашу сознательность и понимание.
  - Да-да, мы все здесь сознательные и понимающие, - пробормотала я в такт собственным мыслям.
  - Даже не думай! - одёрнул меня Флай. - Отец писал, что в городе действительно неспокойно. Лучше здесь отпразднуем. Вина хорошего раздобудем... А тебе - компот!
  - Не собираюсь я удирать из академии, больно надо, - отмахнулась я, надеясь, что говорю достаточно убедительно.
  - Точно? - сощурился Кьяло.
  - Честное слово, - обречённо соврала я.
  Говорить друзьям заведомую неправду было неприятно, но их я за собой тащить не собиралась ни в коем случае. Причём не только потому, что злостно нарушать дисциплину и огребать за это по полной программе, я намеревалась в гордом одиночестве. Была и другая причина: с парней бы сталось вывести меня за пределы замка, а потом вернуть обратно так, что никто ничего бы и не заметил. И наказания бы, понятное дело, никакого не получилось. Смысл тогда ползать туда-сюда по очередным осыпающимся тоннелям?!
  Нет уж, мы лучше по-простому - через забор! Если повезёт - поймают ещё до того, как я выберусь за территорию академии.
  - Марго?.. - недосказанный вопрос Флая повис в воздухе.
  - Чего? - нахмурилась я.
  - Ты сегодня слишком много молчишь и слишком мало ешь. И мне это не нравится.
  - Мне тоже много чего не нравится, и что дальше? Может, я просто не выспалась?
  - Так иди спать. До вечерних занятий время есть.
  - И пойду! - решила я.
  И пошла. Конечно не спать, а думать... Но в голову, как назло, лезли совершеннейшие глупости. Я их усилием воли из мозгов вытряхивала, а они нахально пёрли обратно. Не помог даже общественно-полезный труд - ремонт сумки. Вздорные мысли продолжали напирать. А раз отделаться от них не было никакой возможности - приходилось терпеть.
  Я геройски протерпела до наступления темноты. А потом собралась и втихомолку спустилась во двор. Там было неожиданно пустынно. Слуги, вечно слонявшиеся туда-сюда, словно испарились. Стражника, обычно лениво подпиравшего стену возле входа, тоже видно не было. И куда все подевались?!
  До кованых ворот я шла совершенно не таясь - и хоть бы кто окликнул. Через решётку лезла внаглую, в самом высоком месте - и снова никакой реакции. Мой гордый проход по освещённой фонарями дороге заметил бы каждый, выглянувший в окно - но выглядывать никто не спешил.
  Я совершенно ничего не понимала.
  Нет, то, что в такую ночь люди предпочитают сидеть дома и не высовываться без нужды - это я знала. Местные священники вообще рекомендовали проводить всё время до завтрашнего утра в молитвах и покаяниях - и это тоже было понятно. В конце концов, многие традиции одинаковы в разных мирах, даже если они всего лишь суеверия. Праздник должен был начаться утром, и знаменовал он, кроме всего прочего, ещё и окончание этой мистической ночи.
  Другое дело, что ничего мистического в ней отродясь не бывало. Шабаши устраивали, над городом летали, в окна скреблись, народ загулявший пугали - это да, было. Ну а мистика-то тут где? Тем более, что здешние зашуганные ведьмы даже на такие мелочи не решаться. Если они вообще тут остались!
  Так что единственная странность этой ночи состояла в том, что мне до сих пор никто не встретился.
  Впрочем, стоило мне об этом подумать, как сзади раздался топот копыт и поскрипывание. Я торопливо свернула на обочину, пропуская карету. Чёрная повозка пронеслась мимо, и ни возница, ни пассажир не удостоили меня ни малейшего внимания.
  - И куда это сестра Анелла собралась на ночь глядя? - ехидно вопросили кусты за моей спиной.
  Не буду врать, что я подпрыгнула от неожиданности. Хотя соблазн был большой.
  - Флай! С ума сошёл? Нельзя же так пугать! Ты что здесь делаешь?
  - Как это что? За тобой слежу, непонятно разве?
  - И давно?
  - От самых ворот. Не заметила?
  - Неа, - созналась я. - А Кьяло где?
  - Откуда я знаю?! Я его не пасу! Или ты нас только на пару воспринимаешь, а по отдельности - нет? - вскинулся парень.
  - Почему? Я очень даже воспринимаю... Просто странно, что ты здесь, а его нет. Или есть? - Я огляделась, почти уверенная, что берсерк сейчас выползет из придорожной канавы. Но всё было тихо.
  - Кажется, он зря понадеялся на твою честность. - ухмыльнулся Глазастый. - А теперь, раз мы здесь одни, может, всё-таки скажешь, что случилось?
  Я задумалась. Держать всё внутри было тяжело. Душа настоятельно просила длинного, почти исповедального, монолога. И стороннего одобрения. Наверное, я просто не создана для тайн.
  - Мне приснился не слишком хороший сон. И я всю ночь не спала. А ещё порвалась сумка, отменили праздничный выходной... в общем, ты и сам всё знаешь.
  - Марго, кому ты врёшь, а? Что на самом деле случилось?
  - Я же сказала, у меня порвалась сумка. Просто порвалась сумка, и от этого испортилось настроение. И мне срочно понадобилось развеяться. Я бы погуляла немного и вернулась. Честное слово!
  - Ты сегодня уже давала честное слово, что никуда не пойдёшь.
  - Ну и что. Я - девушка, а девушка всегда имеет право передумать! А ты, между прочим, тоже никуда не собирался. Зачем тогда за мной пошёл?
  Теперь задумался Флай.
  Кьяло бы честно признался, что волновался, беспокоился, не хотел оставлять одну. А этот...
  - А у меня пятка зачесалась. Левая. И знаешь, так страшно зачесалась, что просто сил никаких нет. Ну, думаю, надо прогуляться, чтоб перестала. И пошёл я на прогулку. А кругом так спокойно, романтика, птички поют. И тут ты. Придётся, видимо, вдвоём прогуливаться. Согласна? - парень галантно подал мне руку. И я её приняла. Надеюсь, не менее галантно.
  - Согласна! Всё равно от тебя теперь не отделаться.
  
  * * *
  
  Олег читал. А что ещё оставалось делать?
  Из дворца его не выпускали. Да что там, даже из комнаты, где он жил, выходить разрешали не всегда. Комната, правда, была огромная, впору балы устраивать или фехтованием заниматься. Но склонности к танцам молодой маг никогда не испытывал, а вот поединки...
  Поединки здесь же и проходили. Несколько раз в неделю, под личным контролем Её Величества Араи Первой. Сперва на этом настаивала сама королева, но со временем Олег понял, что такое времяпрепровождение ему даже нравится.
  Оружие всегда было одно и то же - тот самый меч с крыльями на гарде, а вот учителя и соперники менялись часто, несмотря на то, что платила Арая щедро. Те, что поумнее, уходили сами, своими ногами. Менее сообразительные (или более жадные) рисковали задержаться... Как правило, у них были неприятные лица с маленькими, бегающими глазками, хамоватая улыбка и много гонору. Олегу они не нравились. Мечу тоже.
  Маг довольно быстро сообразил, что его новое оружие имеет собственную волю. И не сказать, чтоб это сильно его удивило. С подобными вещами он уже встречался - когда-то ими очень интересовалась Варвара. Помнится, ведьма даже метлу свою сделала из какой-то особой, не пойми как добытой, дриадской ольхи. Помело получилось быстрое, манёвренное, и на редкость самостоятельное. Могло летать без всадника, умело выбирать дорогу по своему усмотрению, любило охотиться за кошками и мелкими собаками, пугало непрошеных гостей... И, естественно, никого, кроме владелицы, не слушалось. Да и ей, честно говоря, подчинялось не всегда.
  У меча характер оказался попроще, чем у метлы. На зверей клинок не реагировал, на хозяина не покушался. Но проливать чужую кровь любил очень.
  Олег чувствовал, что вполне может контролировать своё оружие, удерживая его от кровопролития. Но настроение у него в последнее время было отвратительное, а противники подбирались на редкость мерзкие... Большинство из них после поединков уносили. Некоторых - уводили, бережно поддерживая с двух сторон.
  Потом прибегали слуги, споро подтирали с пола кровь, убирали осколки очередной подвернувшейся под руку вазы, снимали со стены ненароком рассечённый гобелен... А маг уходил за тоненькую ширмочку, где стояла его кровать, и читал. Колдовать он даже не пытался. Арая достаточно чётко дала понять, что комната заблокирована от любой магии, кроме её собственной.
  Стоило вспомнить о королеве, как по мраморному полу застучали тонкие каблуки. Вот ведь легка на помине!
  - Здравствуй. Скучаешь?
  Она задавала этот вопрос изо дня в день, с завидным постоянством. Впрочем, ответы Олега тоже разнообразием не отличались.
  - Не дождётесь, ваше величество. Мне весело, как никогда.
  - Врёшь, - властительница Запределья присела на краешек кровати и кокетливо поправила локон. - Ты всегда мне врёшь.
  - Просто отвечаю взаимностью. Вы тоже правду говорите редко.
  - Почему же? Ты в моей власти. Твоя мать в моей власти. И это будет продолжаться до тех пор, пока кто-либо из вас не убьёт ту девчонку. Что из сказанного ложь?
  - Последнее, - Олег демонстративно уткнулся в книгу. - Вы не собираетесь меня отпускать, иначе не стали бы так опекать. Не знаю, что вы задумали, но я вам свою точку зрения уже объяснил. До свидания.
  - До свидания, мальчик мой. До завтра. - Королева легко поднялась и, покачивая бёдрами, направилась к выходу.
  Некромант ухмыльнулся. Что бы ни замышляла эта царственная особа, он останется при своём мнении и не сделает отсюда ни шага. А когда припрёт - Арая сама всё расскажет. Интересно будет послушать. Предсмертные монологи всегда интересны.
  Да будь эта драная селёдка хоть тысячу раз королева, и миллион раз - олла! Она считает себя великой правительницей и непобедимой чародейкой - пусть считает. Она запрещает ему колдовать и практиковаться в магии - и ладно. Она хочет добиться своего любыми методами - её проблемы.
  Олег рассеянно провёл рукой по клинку, лежащему в изголовье. Кончики пальцев привычно кольнуло холодом. Мечу не было никакого дела ни до Араи, ни до её антимагических штучек. Все запреты он попросту игнорировал. И это следовало учесть.
  
  * * *
  
  

Глава 11. Вальпургиева ночь

  
  Замок, в котором находилась академия, стоял на небольшом холме, немного за городской чертой. Впрочем, самой черты, как таковой, здесь и не было. Дома, поставленные в художественном беспорядке, начинались сразу у подножия холма. Постепенно их становилось всё больше, улицы извивались под совершенно немыслимыми углами, пересекались, делали петли, но в конечном итоге всегда приводили к гавани. Даже если изначально шли в совершенно противоположном направлении.
  Поэтому гуляя по ночному Таину, мы просто обязаны были рано или поздно оказаться на берегу. И, конечно же, оказались.
  Залив, который я каждый день наблюдала из собственного окошка, гордо назывался Главные ворота и, по сути, ими и являлся. Так же, чтоб не путаться, именовали и местный порт. Который я тоже к этому времени досконально изучила не выходя дальше балкона.
  Честно говоря, из моей комнаты открывался гораздо более удачный вид на побережье. Но раз всё равно пришли, почему бы ни полюбоваться природой. Любованию, правда, слегка мешал назойливый запах рыбы, справиться с которым не мог даже постоянный ветер, но мы стоически терпели. В конце концов, во всём остальном обстановка вполне способствовала романтике. С точки зрения Флая.
  Парень по-джентельменски расстелил на берегу свой плащ и предложил мне на него усесться. Я подумала - и оседлала громадный булыжник неподалёку. Глазастый ехидно сощурился и вытащил из сумки нехилый кусок мясного пирога, который тут же принялся с аппетитом уплетать. Я срочно передумала и перебралась на предложенную подстилку.
  Хотелось просто поговорить ни о чём, но беседа не клеилась. Сначала потому, что рты были заняты пирогом, а потом... Я мучительно пыталась придумать, с чего начать разговор, но все слова будто вылетели из головы. И у Флая, кажется, тоже.
  - Марго, слушай... тут такое дело... - наконец-то решился он.
  - Ну?
  - Ты только пообещай, что сразу ругаться не начнёшь, ладно?
  - Так уж и быть, пару минут потерплю, - согласилась я.
  - Десять!
  - Ладно, десять. Даже пятнадцать. Не знаю, что ты хочешь сказать, но оставшиеся пять тебе даются на то, чтобы удрать подальше.
  - Тогда я начинаю? Ну, то есть ты готова?
  Честно говоря, мне очень хотелось подольше полюбоваться таким редким явлением, как Флай, не отваживающегося что-то сказать. Но глаза у него при этом были такие жалостливые, а рожи он корчил такие скорбные... Короче, я не выдержала:
  - Вперёд, мой герой!
  - Ты ещё не думала, где будешь жить после окончания академии?
  - Нет... - А ведь действительно, не мешало бы подумать. Не у Хозяина же торчать. А постоянно снимать комнату - хлопотно. И крайне накладно... - И какие будут варианты?
  - Понимаешь, я тут подумал... - парень зачем-то вскочил и вытянулся по струнке. Видимо, шило в известном месте засвербело, - Ты могла бы жить у меня. То есть выйти за меня замуж и жить.
  После такого заявления мне тоже осталось только вскочить. Но не из-за осознания торжественности момента, а потому, что я резко пожалела об обещанном пятнадцатиминутном перемирии. Рука самовольно сжалась в кулак. А Флай, вместо того, чтобы отшатнуться, плюхнулся на колени и покорно склонил голову.
  - Ну и что это за миниатюра? Типа 'повинную голову меч не сечёт', - ехидно осведомилась я.
  - Ага. В общем... ты подумай над этим, если что... Я же от всей души...
  - Так я и думаю... стою тут и думаю... что дурак ты, Флайяр айр Нермор, княжич Предонский! Ну, притащишь ты меня в дом, и что? Что отец твой скажет? А всякие высокопоставленные шишки? А люди? Я - эльфа! Я - магичка! Без родословной, без денег, без нормального воспитания, без ничего! Только и умею, что мечом махать и в приключения ввязываться. Я - никто, понимаешь?! Или нет? Ты, вообще, о престиже семьи думаешь?
  Ой, что-то меня понесло. Учитывая, что сама я о пресловутом престиже имела весьма посредственное представление... неожиданный результат получился. А ответная реакция Глазастого оказалась ещё более неожиданной.
  Во-первых, он наконец-то прекратил утаптывать землю коленками. А во-вторых, разразился пламенной речью:
  - Нет, это ты - дура, Марготта айр Муллен! Потому что, мне наплевать, что там у тебя с деньгами, и на мнение всяких идиотов из Восточного совета тоже! А если тебе званий не хватает, или титулов, то вспомни, что ты, между прочим, выпускница Таинской академии, победительница турнира Равных, дочка тангарского начальника внешней стражи...
  - Племянница, - уныло прервала его словоблудие я. - Тем более, фиктивная.
  - Да какая, к бесам, племянница? Ты же видела портрет Аллены! Неужели не заметила, что вы с ней как две капли воды похожи?! И, между прочим, все люди, о мнении которых ты так рьяно заботишься, думают, что ты - самая настоящая Мулленовская дочка, просто воспитывалась где-то на родине матери. А почему он тебя признавать не хочет - это отдельная история. Большинство считает, чтоб ты потом на наследство не претендовала.
  Странно... До этого момента мне даже в голову не приходило, что обо мне вообще кто-то думает. Да ещё и гадает, где я могла воспитываться... Ладно хоть, не пришли к выводу, что в монастыре. А то я бы прямо сейчас от смеха окочурилась.
  - С ума сойти. А уши они как объясняют?
  - А что уши? Да в Предонии у всех в роду рано или поздно попадаются эльфы. А у аристократии - особенно. Это не секрет. Ну, значит, и у Муллена где-то были. Кстати, скорее всего, действительно были!
  - С чего ты взял?
  - А у него слишком хорошая реакция для человека. Ты видела, как он сражается? Люди с такой скоростью не двигаются!
  - Ну не скажи... За тобой, например, очень сложно уследить.
  - А кто тебе сказал, что я чистокровный человек? У меня бабушка по маминой линии - эльфа, между прочим. ...Ну всё, я пошёл.
  - Куда это?
  - Не важно, лишь бы подальше. Пятнадцать минут-то уже кончились, сейчас ты меня убивать будешь!
  - Да нет, наверное не буду, - неожиданно для самой себя созналась я. - Ты сам-то в это веришь?
  - Во что?
  - Ну, в то, что я могу на самом деле оказаться родственницей Муллена. Ведь ни у какой материнской родни я, как ни крути, не воспитывалась. Да и вообще, по-моему, эта версия за уши притянута. Хоть бы и за мои. Есть уже у Хозяина одна дочка. Не подарок, конечно, но родная, и он её любит. Зачем ещё и меня туда же?
  - Не скажи... тут ещё один факт есть. Я в тот раз, когда домой вернулся, у отца повыспрашивал насчёт этой истории со смертью Аллены. Так вот, вполне вероятно, что она действительно до сих пор жива. Потому что в склепе её тела нет!
  - Что-то частенько у вас тут тела пропадают, - невольно хихикнула я, вспомнив Вильду. -А Хозяин что, не в курсе?
  - Откуда я знаю! Думаю, ему об этом доложили. Но скорее всего - не сразу. Возможно даже, что спустя несколько лет. Он же как раз после той истории из замка Муллен уехал, и долго потом туда не возвращался.
  - То есть он уехал, а труп его жены встал и своими ножками вышел из склепа? Так, что ли? Извини, но это бред.
  - Ну, вам, магам, лучше знать, что бред, а что нет.
  - Упс! - Я хлопнула себя ладонью по лбу.
  - Что?
  - Ты прав, я - дура. Аллена же была некроманткой. А у них таких фокусов со смертью навалом... То есть, не такой уж и бред получается...
  - Вот! А теперь слушай дальше, - Лицо Флая приняло совершенно неописуемое выражение. Мол, 'я такую тайну всех времён и народов знаю, что ты сейчас упадёшь'. Я вздохнула и приготовилась слушать. Хотя точно знала, что сейчас он сморозит какую-нибудь глупость.
  - Ну давай, рожай уже!
  - О, великая пророчица! И как ты догадалась, что именно об этом я хотел тебе рассказать? О, воистину, ведомы тебе тайны всех времён и народов! - парень снова плюхнулся на колени и принялся бить шутливые поклоны.
  - Эээ... Не догоняю, - созналась я, несколько раз повторив мысленно свою последнюю фразу. - Чего я такого сказала? И о чём догадалась?
  Надо было видеть выражение его лица. Как оно из гротескно-комического становится совершенно серьёзным, даже торжественным.
  - Аллена, когда умерла... или не умерла... В общем, она в это время была беременна! И об этом Муллен точно знал! И ещё некоторые знали. А вот куда она потом делась вместе с ребёнком...
  Я задумалась. Ненадолго. Что-то во всей этой картине не складывалось, и я даже знала, что именно.
  - Слушай, да какая разница, кто куда делся? Устроил мне тут мыльную оперу похлеще 'Санта-Барбары'... А ты подумал о том, что у меня, вообще-то, есть родители. Свои, родные. Правда, я понятия не имею, где они, и живы ли они вообще... Но они всё равно есть, понимаешь? Они меня родили и воспитали! Или ты думаешь, что я на них с неба свалилась?
  - А почему нет? На нас же свалилась.
  - Не на вас, а на мостовую. Жёсткую, между прочим! И вообще... пошли!
  - Куда?
  - Куда угодно. Мы ведь гуляем? Значит, будем гулять! - И я с целеустремлённостью неуправляемого танка направилась по узенькой улочке вглубь города.
  Флай подхватил с земли плащ и бросился следом. Некоторое время молча шёл рядом, приноравливаясь к моему шагу, потом попытался возобновить разговор... Впрочем, дальше попытки дело не ушло. Стоило ему открыть рот, как откуда-то сверху прямо нам под ноги рухнул горшок с розой. Как ни странно, не разбился. Просто цветок с комлем земли отлетел в одну сторону, а посудина - в другую.
  Мы, не сговариваясь, задрали головы кверху. Глазастый - настороженно (вдруг оттуда ещё что-нибудь прилетит), а я - с любопытством. Из открытого окна второго этажа на нас тоже смотрели. На лице неопрятной и необхватной тётки надежда странным образом мешалась со злостью. Горшок она, видимо, сбила, когда закрывала ставни. И теперь старательно соображала - спуститься за ним, или так сойдёт.
  - Мальчики, горшочек не занесёте мне?
  Я невольно улыбнулась. Давно меня с парнями не путали... Надо почаще в город выбираться!
  - Чего лыбишься? - моментально среагировала тётка. - Горшок верни, говорю, отродье эльфийское!
  Тут я не сдержалась и расхохоталась в голос. Сама не знаю, почему. Наверное, нервное напряжение всего сегодняшнего дня наконец-то нашло выход. А вот Флаю смешно не было:
  - Уважаемая, вы заткнуться не хотите? Нет? А то ещё пара слов - и я вам лично объясню, кто здесь чьё отродье. Боюсь только, что портовые нищие этого родства не признают, потому что такие постыдные вещи принято опровергать с гордо поднятой головой.
  Тётка как стояла, так и зависла. Правильно, чтоб такое адекватно переварить - надо обладать хоть какими-то мозгами. А у неё, видимо, и зачатков этого органа не имелось. Зато глотка была лужёная.
  - Благоро-о-одные, мать вашу через колено об забор, - раскатисто проревела владелица небьющегося горшка. - Вы мне тут поговорите ещё. Ужо я всё знаю, что недолго вам тут командовать осталось, злыдням остроухим!
  - Марго, я не понял, - демонстративно мотнул головой Флай, - это у почтенной госпожи галлюцинации, или у меня тоже вдруг уши отрасли?
  - Нет, просто она считает, что моих должно хватить на двоих. Или... ты же сам говорил, что эльфы у всей аристократии в родне отметились, - приступ смеха прошёл так же внезапно, как и начался.
  - Говорил. Но на всю улицу-то об этом зачем орать?
  - А может, ей просто завидно, что на её прабабку никакой остроухий красавец не польстился?
  - Если прабабка была похожа на эту заплывшую бочку, то охотно верю.
  - Это кто тут бочка? Кто бочка? - Проблем со слухом у тётки тоже не наблюдалось. - Сами тощие, что мужнин кошелёк, а девок ваших и вовсе тростинкой перешибить можно. Ничего в красоте не смыслите, а ещё благоро-о-одные. А кто дело делать будет, а? Расплодили эльфов в городе!
  - Вот теперь я на самом деле не понял... Мы всё-таки эльфы, или мы их расплодили?
  - А кто нас, эльфов, разберёт, - усмехнулась я, подбирая с земли злополучный горшок. -Тяжёленький!
  - Ты чего задумала?
  - Как это что? Вернуть вещь законному хозяину!
  И прежде, чем парень успел перехватить мою руку, горшок полетел в открытое окно. Прямо в голову владелице. Увернуться та не успела, и округу огласило звонкое 'Бом!' Горшок, благополучно переживший падение со второго этажа, разлетелся мелкими осколками, а тётка потёрла лоб и разразилась отборной бранью. Слов в её речи было гораздо больше, чем смысла. Я разобрала что-то про поганых эльфов, про то, что все 'благоро-о-одные' - сволочи, и про то, в каком гробу она нас видела. Потом пошёл вольный бред о том, что до утра нам не дожить, потому что бог всё видит, а люди - слуги его... Но это я уже не дослушала, потому что Флай ухватил меня за руку и потащил дальше.
  - А красивый монолог был! Мне даже интересно стало, чем всё это закончится, - хмыкнула я, когда мы отошли на достаточное расстояние.
  - Закончилось бы тем, что на её крик из окон повыглядывали бы все соседи, и в нас полетала бы ещё парочка горшков. И хорошо, если цветочных. А то можно и ночных!
  - Да ну, брось. Если б соседям было до этого дело, они бы ещё раньше появились. А все сидели за закрытыми ставнями и молчали, словно вымерли. Да и вообще, тебе это всё странным не кажется?
  - Что именно? Летающие горшки?
  - Да нет же! Безлюдность абсолютная. И тишина. Даже бандитов никаких на улицах нет. Где все?
  - Смотри, сейчас накаркаешь на нашу голову какую-нибудь шайку, - припугнул меня парень, но я уже видела, что он тоже задумался. - А может, тут всегда так? Я ведь ночью в Таине никогда не был. А тем более такой ночью...
  - Сразу видно, что у тебя окна на другую сторону выходят. А от меня всё как на ладони видно. Бывает тут народ ночами на улицах, ещё как бывает. И в будни, и в праздники. И даже если предположить, что одни сейчас усердно отсыпаются перед Бельтейном, а другие так же усердно молятся...
  - А тебе обязательно надо предполагать? - едва заметно поморщился Глазастый. - Сама же сказала, что мы просто гуляем.
  - Какое-то у нас непростое 'просто' выходит...
  Я попыталась улыбнуться, но получилась только косая гримаса. Чувство опасности, поначалу едва заметное, всё нарастало. Тревога сочилась из всех щелей, пробивалась сквозь плотно закрытые ставни, стелилась низким туманом по мостовой. Я сама не заметила, как прижалась к Флаю.
  - Ты чего дрожишь? Замёрзла? - Глазастый великодушно укутал меня своим плащом. С наружной стороны накидка была в прибрежном песке, с внутренней - в крошках от пирога. Которые сразу же посыпались мне за шиворот. По спине побежали мурашки. То ли от крошек, то ли от страха. Не моего. Боялись люди, спрятавшиеся в домах. Некоторые даже в подвалы забрались, тщетно надеясь, что беда их там не найдёт. А многие дома и вовсе были пусты. Их хозяева решили провести эту ночь за городом.
  Откуда я это знала? Как поняла? Или это просто бред воспалённого воображения?
  - Флай, пошли отсюда.
  - Куда? К ратуше? Там, наверное, уже всё украсили к завтрашнему. Хочешь посмотреть?
  - Нет. Мы пойдём обратно, в академию. И быстро.
  - Ладно, - парень пожал плечами, но спорить не стал. И хорошо. Я потом всё ему объясню. Если смогу. Если успею.
  Башенные часы отбили полночь, а стоило им замолкнуть, как мы услышали стук копыт. Одинокий всадник был ещё далеко, но в ночной тишине звуки казались такими чёткими, словно неизвестный находился прямо за спиной. Я даже не выдержала - обернулась. И, конечно же, никого не увидела.
  - Интересно, кому ещё не спиться? - беспечно осведомился Глазастый.
  - Без понятия, - как можно небрежней бросила я, прибавляя шагу. Встречаться с наездником у меня не было никакого желания. Только вот мои желания в эту ночь совершенно никого не интересовали.
  Вскоре стало понятно, что встречи избежать не удастся. Всадник, кто бы он ни был, ехал прямиком к нам. Уж не знаю, видел он нас или чувствовал, но стук копыт неуклонно приближался, а вскоре в конце улицы появился и тёмный силуэт.
  Флаю, кажется, наконец-то передалась моя тревога, и теперь уже он неуклонно тянул меня вперёд. А потом мы и вовсе побежали.
  Цокот за спиной действовал на нервы и звучал громче набата. При этом всё вокруг казалось каким-то странным, нереальным. Улица словно бы раздалась вширь и вытянулась в длину. Но вместо того, чтоб свернуть в какую-нибудь подворотню, мы упрямо неслись посреди дороги. И какая-то часть меня даже понимала, что это глупость... Но часть эта за координацию движений явно не отвечала, и организм продолжал мчаться в том же направлении.
  Чувствовала я себя при этом маленьким загнанным хоббитом. А то, что нас догоняло, представлялось мне в виде какого-то инфернального назгула на коняге, размером со слона. Интересно, оно нас съест, или только понадкусывает?
  Силы кончались - всё-таки человеку с лошадью не равняться. Да ещё я, как всегда, вознамерилась сделать глупость. Ведь понимала же, что останавливаться нельзя, а оглядываться - очень не желательно, но всё равно притормозила и бросила взгляд через плечо.
  Наш преследователь был уже совсем близко. Достаточно близко, чтоб его можно было разглядеть. Но вместо этого я почему-то уставилась на лошадь. Животное мои опасения оправдало - это был настоящий монстр. Высоченный, широкогрудый, и совершенно нереального, красно-бурого цвета. Если бы из его ноздрей вдруг вырвались языки пламени - я бы не удивилась.
  - Марго, скорее!
  Я с трудом отвела глаза от адской зверюги и прибавила ходу. Сбежать от такого преследователя - нереально. Но это не значит, что я не буду пытаться!
  Впрочем, энтузиазма моего надолго не хватило. Под ногу совершенно некстати подвернулся какой-то кособокий камушек и я полетела на землю. И уже в падении вспомнила, что мне всё это напоминает.
  Мой сон. Тот самый, про Ксанку. Она точно так же бежала, словно продираясь сквозь реальность, и так же падала...
  ...Ни додумать, ни упасть мне не дали.
  Чья-то рука над самой мостовой подхватила меня за воротник. Коленками я, конечно, всё равно приложилась, но не так сильно, как можно было ожидать.
  - Спасибо, - машинально буркнула я, и только тогда поняла, что произошло. Рука, всё ещё держащая меня за шкирку, принадлежала тому самому всаднику. - Только не ешьте меня, я ядовитая!
  - Малышка, ты рехнулась? Делать мне больше нечего, кроме как есть костлявых остроухих подростков?
  Голос был знакомый. Настолько знакомый, что я наконец-то набралась наглости поднять глаза и взглянуть на 'инфернального назгула'.
  - Верба, ты... вы... вы откуда здесь?
  - Проездом. Я всегда проездом. А вот какого... огородного растения вы двое тут делаете в такую ночь?
  - Гуляем, - Флай никак не мог отдышаться после сумасшедшего бега. Да и я тоже.
  - Не могли другого места выбрать для прогулок? - Воительница наконец-то отпустила мой воротник и легко спрыгнула на землю. Одежда на ней в этот раз была совершенно обычная - никаких бронелифчиков и коротеньких юбочек. Это было непривычно, но почему-то казалось правильным. - Или хотя бы другого времени?
  - А какая разница? Или вы тоже верите во всякую сегодняшнюю мистику?
  - Мистику? - Верба удивлённо вскинула брови. - Ты про эти церковные бредни что ли? Ну уж нет, мне и реальности вполне достаточно. И хватит тут мне зубы заговаривать. Быстро взяли ноги в руки и шагом марш из города, пока не поздно.
  - Зачем, - не поняла я.
  - Куда? - Глазастый тоже убегать не торопился.
  Воительница вдруг ухватила его за подбородок и пристально всмотрелась в глаза. Лицо у неё при этом как-то странно посерело, словно тень упала.
  - Тебе - уже некуда. Можешь не торопиться. Главное, чтоб она ушла. Головой за неё отвечаешь, понял?
  Парень торопливо кивнул.
  - Да что всё-таки происходит, а? - не выдержала я. Нет, день сегодня точно не задался. А ночь - и подавно.
  - А сама подумать не пробовала? Тебе Понжер ещё утром должен был всё рассказать!
  - А вы откуда знаете, что должен был?
  - А кто, думаешь, письмо привёз? - вопросом на вопрос ответила Верба. - Чтоб ты знала, малышка, такое случайным гонцам не доверяют. А ещё он должен был запереть вас всех в замке, и чтоб ни одна живая душа наружу не вылезла. Запер?
  - Запер, - понуро согласились мы.
  - Так за какими бесами вас понесло в город, а? Романтики долбанные! Глаза б мои вас не видели! Всё! Хватит препираться! Бегом отсюда, и срочно. Да не туда! Вот же два идиота мне на шею...
  - А куда? - Флай, наметившийся было в сторону академии, недоумённо обернулся.
  - Из города. То есть, совсем! Лучше - через Вторые ворота, а оттуда - в Тангар. Деньги есть?
  - Н-нет...
  - Не просто романтики, а ещё и блаженные! Держите, дуралеи, - воительница сорвала с пояса кошелёк и протянула мне. - В трёх лигах к востоку по тангарскому тракту ферма будет, там лошадей разводят. На двух тут должно хватить. Скажешь, что от меня - ещё и скидку сделают. Дома Муллену передашь, что тут не всё так гладко, но я справлюсь. И уши прикрой чем-нибудь. И держитесь подальше от вот таких меток...
  Женщина кивнула на один из ближайших домов. Я присмотрелась, и с трудом разглядела косо намалёванный белый крестик над дверью. Выглядел он так, будто его долго пытались стереть, но так и не преуспели в этом благом деле.
  - А почему?
  Не знаю, стала бы Верба отвечать на этот наивный вопрос, но тут башенные часы глухо стукнули один раз.
  - Пол первого, - машинально расшифровал Флай.
  - Как? Уже? Вот мракобесие! - Кажется, воительнице резко стало не до нас. Она одним движением влетела в седло, поудобнее перехватила повод... Нет, всё-таки оглянулась: - Вы ещё здесь? Всё, побежали! Быстро, быстро.
  И, словно подавая нам пример, огромный конь резво двинулся вперёд. Только, почему-то, в противоположном направлении.
  - Она, значит, в академию, а нам нельзя? - нахмурился Глазастый.
  - Дискриминация по возрастному признаку, - угрюмо подтвердила я. - Ты хоть чего-нибудь понял?
  - Только то, что я головой за тебя отвечаю.
  - Безумно информативное заявление! - Я зевнула. Бежать через пол города до Вторых ворот не было ни сил, ни желания. Тем более что я собиралась по мере сил нарушать дисциплину.
  И тут зазвонил колокол.
  Сначала я вздрогнула от неожиданности, потом - от вернувшейся тревоги. Но если до этого волнение было какое-то неясное, словно тщательно скрываемое, то сейчас человеческие эмоции набросились на меня, как свора бешеных собак на зазевавшегося прохожего.
  А потом в домах начали распахиваться двери.
  Вроде бы ничего особенного. Просто двери, просто люди, вдруг скопом повалившие на улицу. Почему-то только мужчины. Вооружённые тем, что нашлось дома. Крепкая палка, кочерга, топор, вилы, кухонный нож, кованый прут от старой решётки - в оружие годилось всё. Многие были пьяны. И почему-то мне с трудом верилось, что они просто уже наотмечались. Вид у них был совсем не праздный. Скорей уж - для храбрости выпили. Или за упокой... кого-нибудь.
  Улицы заполнялись народом с ужасающей быстротой. Люди выглядывали из дверей, находили взглядом друг друга, кивали, улыбались... Улыбки были какие-то растерянные, словно никто не мог понять, а что теперь делать. Ну, вышли по условленному сигналу, а дальше? На нас никто особо и не глядел.
  Постепенно мужчины скучковались на перекрёстке. А все мои умные мысли дезертировали в неизвестном направлении, оставив меня в гордом одиночестве посреди дороги. Не знаю, сколько бы я так простояла, но Флай сориентировался быстрее: натянул мне на уши капюшон, схватил за руку и потащил. Сначала - прямо сквозь толпу, расступившуюся от такой наглости, потом в какой-то незаметный переулок.
  За нами никто не пошёл, и паника снова отступила... Ровно до той поры, пока нам на встречу из другого конца переулка не вышла ещё одна нетрезвая группа. Тоже вооружённая чем попало.. Но в отличие от первой, настроенная гораздо более воинственно. Ребята были уже в той самой кондиции, когда просто необходимо приложить к чему-нибудь свою буйную молодецкую силушку. А в объекты приложения, не сговариваясь, определили нас.
  - Эльфы? - хором вопросила толпа, вжимая нас в стенку.
  - Нет! - гордо соврал Флай, уставившись огромными честными глазами на разномастный сброд.
  - Докажи, - выкрикнул кто-то шибко умный из заднего ряда.
  Парень покрутил головой, с готовностью демонстрируя всем присутствующим вполне человеческие уши.
  - Ты тоже! - в меня ткнулся чей-то палец с обломанным ногтем. - Показывай.
  - Это брат мой! - Глазастый оттеснил меня за спину. - Родной. И уши у него такие же.
  - Мало ли, кто чей брат. Может, мамка твоя с эльфом загуляла! Показывает пускай!
  - Он... того... дурной он. Сумасшедший. Если с него капюшон снять, он орать начнёт. И о стенки биться. И слюни пускать! Он и так уже боится. Из дома удрал, бестолочь, и заблудился. Я его еле нашёл.
  - Дык тем более сымай! На дурачка-то посмотреть всем охота!
  Больше всего я в тот момент жалела, что не могу слиться со стеной. То есть, конечно, могу... Но не сейчас. Глаза всем этим борцам за чистоту крови надо было раньше отводить. А теперь уже слишком поздно, не прокатит. Да и многовато их...
  Я ухватилась за рукав Флая и гнусаво замычала. Интересно, психи так делают или нет? Но не слюни же пускать, в самом деле!
  Эффект от моего мычания, правда, вышел совершенно дурацкий. Все собравшиеся захохотали, а тот, что тыкал в меня пальцем, подскочил поближе и рванул плащ на себя. Завязки с треском порвались, и я вцепилась в ускользающую ткань руками. Глазастый потянулся за мечом, но вспомнил, что тот остался в академии. И, не долго думая, полез на обидчика с кулаками. Кажется, сын первого лица государства решил перенять методы решения проблем у Кьяло. Лучше бы он мозги у кого-нибудь перенял! Один против тридцати человек - это как называется? Особо жестокий способ самоубийства?
  В общем, мне ничего не оставалось, кроме как выпустить капюшон, схватить парня за куртку и заорать. Вопль получился громкий и душевный. Все сразу же дружно обернулись поглазеть на 'дурачка', а в особенности на его уши. И разочарованно вздохнули. Уши как уши, вполне обычные. Ну да, совсем глаза отвести у меня не получилось бы. Но навесить привычную иллюзию на любимые органы слуха - легко!
  - И стоило тут кулаками махать, - разочарованно буркнул говорливый тип. - Забирай своего брата и идите себе.
  - А зачем вы остроухих ловите? - наивно хлопая глазами поинтересовался Флай.
  - Дык ясно ж, зачем. Все проблемы от них. Караваны грабят, девок наших уводят. А главное - религия ихняя богопротивная, и все беды от неё. А вот как мы всех сёдня перебьём, так и заживём спокойно. Ну, бывай, парень. И за братом следи.
  - Ага, - кивнул Глазастый, укутывая меня плащом. - Пошли... братишка.
  Я, не переставая орать, и не отцепляясь от его куртки, поплелась следом. Замолчала только тогда, когда борцы за чистоту человеческой расы оказались на достаточном расстоянии.
  - Я тебе сумасшедшего братишку ещё припомню!
  - Припоминай на здоровье. Ты тоже хороша! Не могла сразу уши спрятать?
  - Забыла, - потупилась я. - Отвыкла и растренировалась. Слушай, а если бы они меня раскусили, они бы нас убили?
  - Нет, по головке бы погладили! - фыркнул парень. - А сама-то как думаешь?
  - Да какие-то они... добродушные слишком. Вроде и настроены решительно, и подраться им хочется, видно же. А вот убивать... не будут они убивать. По крайней мере, специально.
  - А вон те?
  На другом конце улицы выламывали дверь. Дружно, старательно и с громкими комментариями. Из комментариев я узнала, что именно взломщики хотят сделать с семейством, запершимся внутри. Предложений было много. Самое гуманное из них было - распять на воротах. А остальные мне и выслушивать не хотелось. Но мнением моим никто не интересовался, а поэтому - пришлось.
  После красочных описаний всевозможных надругательств я искренне пожалела, что у меня крепкие нервы. Изнеженная столичная барышня услышав такие слова должна была немедленно рухнуть в обморок. Желательно - на руки кавалеру.
  Кавалер мой тем временем уволок меня на соседнюю улицу, от греха подальше. А я всё-таки прикрыла нас заклинанием, кое-как растянув его на двоих. Лучше уж так, чем совсем ничего. Хоть в глаза бросаться не будем. Может, и пронесёт...
  Не пронесло.
  
  * * *
  
  - Кьяло! Кьяло, проснись!
  Мавка вот уже несколько минут старательно барабанила в дверь. За это время от её криков и стука проснулся весь этаж, но в нужной комнате по-прежнему царила тишина. Чтобы разбудить берсерка посреди ночи, нужно было как минимум опрокинуть на него бадью с ледяной водой. Да и тогда оставалась вероятность, что он перевернётся на другой бок и будет спокойно досматривать свой сон.
  Рисса рычала, шипела, ругалась, но ничего не помогало. Ну почему, почему нельзя разбудить его магией? Сейчас наслала бы какой-нибудь кошмар - так вскочил бы как миленький. Но она ему присягала, а значит у этого нестриженого богатыря полный иммунитет ко всем её воздействиям. К любым, даже к самым полезным. Вот ведь проблема-то!
  И через окно не влезть. Хорошо Марго, она по стенке ползает, как свихнувшийся паучок - быстро, ловко и по любой траектории. Ещё бы ей не ползать, эльфа же. Да и легче она почти в два раза. А такую фигуру, которой боги наделили несчастную мавку, никакой настенный вьюнок не выдержит, даже самый крепкий.
  Девушка сердито пнула злополучную дверь. Результата никакого, разве что душу отвела и палец ушибла.
  - Да проснись ты уже, соня великовозрастная! Подъём! Утро! Завтрак! Враги!
  Неизвестно, на что среагировал берсерк - на завтрак или на врагов, но в комнате тут же скрипнула половица, и почти сразу же распахнулась дверь. В проёме возник хмурый спросонья Кьяло:
  - Чего тебе?
  - В окно смотрел?
  - Делать мне больше нечего, кроме как посреди ночи в окна пялиться!
  - Так посмотри, голова твоя дубовая! - Мавка резко развернула парня в нужном направлении. Тот хотел было что-то возразить... да так и застыл с открытым ртом. Потому что посмотреть было на что.
  В городе творилось нечто немыслимое.
  По улицам тут и там сновали люди, с факелами и без. Никакой закономерности в их передвижениях не было, наоборот, всё было донельзя сумбурно и хаотично. Казалось, они сами с трудом понимали, куда бегут и зачем. Но бежали. Всё время двигались, словно боясь замедлиться или остаться на одном месте. На главной площади горел невообразимых размеров костёр, в порту полыхало огненное зарево, и даже до академии долетал терпкий запах гари. И над всем этим витал глухой, монотонный колокольный звон.
  Во дворе замка тоже было неспокойно. Носилась прислуга, выглядывали из окон воспитанники, ржали кони, кто-то хриплым голосом отдавал приказы...
  - Что происходит? - оглянулся на мавку Кьяло.
  - А я откуда знаю? Похоже на какое-то восстание. Или бунт. Беспорядки, одним словом.
  - А Марго ты разбудила?
  Рисса нахмурилась. Знала же, что первым делом он спросит об этой остроухой недоучке. И что теперь говорить? Правду? Как бы её за такую правду ненароком по стенке не размазали!
  - Я не застала её в комнате.
  - То есть она проснулась и куда-то побежала?
  И-ди-от! Наивный идиот! Недомолвок и полутонов не понимает совершенно. Всё нужно говорить открытым текстом и без двусмысленностей. И как он только так живёт?
  - То есть она и не ложилась. Дверь нараспашку, сумки нет. И... у Флая то же самое.
  - Она же обещала, что никуда не пойдёт!
  - Мало ли, что она обещала. Значит, соврала.
  - Так что, она сейчас там, что ли? - парень махнул рукой в сторону окна. - И этот конь зачарованный тоже?
  - Да.
  - Пошли!
  - Куда?
  - К ней в комнату! Я хочу сам убедиться.
  - В чём? Я же сказала, что её там нет! Кьяло... Да погоди ты! Оденься сначала.
  Парень, уже выскочивший в коридор, смутился и вернулся обратно. Извлёк из-под кровати мятые штаны, схватил со стула рубашку... Куртка обнаружилась на люстре. Как она туда попала, оставалось только гадать. Впрочем, учитывая рост обитателя комнаты, вполне возможно, что он частенько использовал завитушки канделябра вместо одёжных крючков. Но именно в этот раз подкладка намертво сцепилась с какой-то острой загогулиной.
  - Не снимается, - сам себе пожаловался берсерк и дёрнул посильнее.
  Форму в академии шили на совесть! А вот люстры...
  Рисса даже не удивилась, когда светильник с грохотом рухнул на пол. Видимо, на нём не только самим вешаться было нельзя, но и что-то другое вешать не рекомендовалось.
  
  * * *
  

Глава 12. Ветер и звёзды

  
  Город всё больше походил на ад.
  В порту что-то горело, не переставая бил колокол, а со всех сторон слышались невразумительные вопли, от которых хотелось зажать уши, и бежать вперёд не останавливаясь и не оглядываясь. Что многие и делали. Зря. На бегущих сразу обращали внимание те, кто этой ночью примерил на себя ипостась охотников. Показать уши больше не требовали. Вообще ничего не требовали. Просто убивали. Казалось, все вокруг сошли с ума. Причём вдруг и одновременно. И не было никого, кто мог бы хоть как-то взять ситуацию под контроль.
  На стражников мы не наткнулись ни разу. То ли они все заблаговременно попрятались, то ли просто смылись из Таина, едва узнав о том, что тут намечается. А что знали - это точно. Многие знали. И Понжер наверняка знал. Только всех остальных оставил в блаженном неведении. Чтоб не волновались, надо полагать.
  А ещё знали многочисленные бродячие проповедники. Но эти из города не сбежали. Напротив, чувствовали себя здесь как крокодилы в зоопарке - сытно и комфортно. Вездесущие типы в рясах кричали на каждом углу, что всё происходящее - кара за грехи. Самыми большими грешниками объявлялись, конечно, эльфы и все, кто состоит с ними в родстве или дружбе. А заодно их соседи, соседи их соседей, да ещё те, кто хоть немного богаче, образованней да культурней всех прочих.
  Священников слушали с жадным вниманием. А потом, воодушевлённые, отправлялись нести 'божью кару'. Это было легко и понятно. Чего же тут непонятного - кто не с нами, тот против нас! Да здравствует крестовый поход по центральной улице Таина!
  Именно поэтому мы старались идти безлюдными закоулками, но и там случалось наткнуться на воинствующих идиотов. Нас пока не замечали, зато мы видели всё. Не закрывать же глаза, в самом деле. По пути, как назло, попадалось всё больше и больше выломанных дверей и разбитых окон, а на мостовой то и дело встречались лужицы крови.
  Несколько раз мы натыкались на трупы. А может, они были живы, просто не шевелились. Сначала я всё время порывалась проверить и убедиться, но Флай упрямо тянул меня вперёд. Мозгами я понимала, что он прав, и нам некогда останавливаться возле каждого избитого, но всё равно это было бесчеловечно. А ещё - жестоко, несправедливо, страшно, мерзко... Но каждый раз я с усилием отводила глаза от очередного тела и шла за своим другом.
  Хуже было, когда мы точно видели, что человек ещё жив. Он стонал, шевелился, звал на помощь... Помочь мы не могли, и молча проходили мимо, а я ещё долго чувствовала затылком умоляющий взгляд. Он не мог нас видеть, тот бедняга. Заклинание всё ещё действовало. Так какого чёрта он так смотрел?
  В какой-то подворотне насиловали молоденькую девчонку. Она кричала, вырывалась, брыкалась... а десяток извращенцев любовались на это и хохотали.
  - Сволочи!
  - Не смей! - Флай до боли сжал мою руку. - Не вздумай туда соваться.
  - Ты что, не понимаешь? Так же нельзя! Её спасать надо!
  - Каким образом? У тебя есть оружие? Или собираешься раскидать всех врукопашную? Марго, не дури. Пошли. Ничего ты тут не сделаешь.
  - Я могу и без оружия! Я же магичка, я справлюсь! И ты... ты же мне поможешь, да? А вдвоём мы точно справимся, мы же лучшие!
  Парень молчал. Сомневался. Или размышлял, как бы потактичнее заткнуть моё разбушевавшееся чувство справедливости. А я стояла и думала о том, что если сейчас даже не попытаюсь что-то сделать, то никогда себе не прощу. Потому что есть вещи, мимо которых просто нельзя пройти. Нельзя, потому что если ты закроешь глаза на происходящее, то уподобишься тем самым скотам, которые сейчас упиваются собственной безнаказанностью.
  Темноту прорезал очередной вопль, полный боли и отчаянья. Я разом избавилась от последних остатков здравого смысла и рванулась на помощь... И в тот же момент Глазастый схватил меня в охапку и потащил подальше от места происшествия.
  - Ты просто трус! - Я совсем забыла, что нужно вести себя тихо.
  - Трус, - спокойно согласился Флай. - Я и не скрываю, что боюсь. Только я же не за себя боюсь, а за тебя. И кроме того, я Вербе обещал, что ты выберешься из города живой и невредимой.
  - Про 'невредимой' ты ничего не говорил. И вообще... это же бесчестно! И та девчонка... она же ни в чём не виновата. Она же человек! Не эльф ни капельки!
  - Человек, - кивнул парень, обходя очередную кровавую лужу. - Они все тут - люди.
  - Нелюди! - прошипела я.
  Глазастый не ответил. Зато из ближайшей арки вдруг раздался восторженный вопль: 'Эльфы!' - и наперерез нам бросилась целая толпа. Кажется, заклинание от моих криков всё-таки слетело. А капюшон слетел ещё раньше.
  Дальнейшее в памяти сохранилось плохо. Вроде бы я поднырнула под чью-то руку, кого-то пнула в самое уязвимое место, другому заехала локтём в нос. Без меча было непривычно - ни ударить, как следует, ни блокировать. Плащ, спешно намотанный на руку, помогал мало. От магии тоже никакого толку, в общей свалке можно и себе что-нибудь подпалить, и друга зацепить ненароком. Оставалось только вертеться, как живая рыба на раскалённой сковородке. Впрочем, любой, даже самой живучей рыбе до меня было далеко.
  В какой-то момент мы с Флаем сомкнулись спинами - и тут же наступила короткая передышка. Нападающие поняли, что первая атака не прошла, и расступились, образовав вокруг нас злобное, ощерившееся дубьём кольцо. На повторную вылазку они пока что не решались. Тем более что Глазастый к этом времени уже отобрал у кого-то крепкий дрын, и сейчас демонстративно постукивал им по ладони. Мне с трофейным оружием не повезло. Точнее, мне даже в голову не пришло попытаться вырвать у кого-нибудь дубинку. Слишком занята была попытками спасти собственную шкуру.
  Зато теперь на безоружную меня смотрели с гораздо большим интересом, чем на Флая. Оно и понятно - нечто мелкое, ушастое и злорадно ухмыляющееся опасным не выглядело нисколечко. Ухмылку я, понятное дело, тут же спрятала, но в немытых головах злостных человекофилов к тому времени что-то уже щёлкнуло. Ещё пара секунд отдыха - и на меня, отталкивая друг друга, бросились сразу трое.
  Первый получил огненный шар в лицо, второй - в грудь, третий, завидев такое дело, резко развернулся и рванул в обратном направлении. Крики 'Держите эльфа!' сразу же сменились на 'Хватайте колдуна!'. Ага! Значит, с моей половой принадлежностью они пока что не определились. И то хорошо, а то участь давешней девчонки из подворотни меня всё же смущала!
  Ох, лучше бы меня смущала местная охота на ведьм!
  Не успела я пригрозить нападающим ещё одним пульсаром, как откуда-то выскочил щуплый священник. Размахивая крестом и надрывно вопя что-то пафосное, этот задохлик устремился ко мне... И вот тут-то и началось самое интересное. Мой очередной фаерболл испарился, едва коснувшись его драненькой сутаны. Упс!
  Мужики восприняли это как знак свыше и накинулись на нас всей кучей. Флай ещё как-то удерживал их вокруг себя, а мне пришлось совсем худо. Кажется, я слишком понадеялась на собственную магическую мощь.
  Самое обидное, что я точно знала - святость и набожность монаха здесь не при чём. Скорей всего, он с ног до головы в антимагическом порошке. Эта противная субстанция, в моём мире неизвестная, в Предонии пользовалась большой популярностью. Особенно в разных религиозных организациях. И изготавливали эту дрянь как раз с помощью 'богопротивной' магии. Так что с этой точки зрения, священник был ничуть не меньшим еретиком, чем я.
  Но ведь вооружённой банде это не объяснишь!
  Я попробовала шарахнуть по толпе ещё одним пульсаром, но не успела сконцентрироваться и только без толку подпалила намотанный на руку плащ. Впрочем... Так ли уж и без толку? Я схватила ткань за непострадавший край, и махнула в сторону ближайших противников пылающим подолом. И ещё раз!
  Кому-то перепало по физиономии, ещё одному задело руку. Вряд ли дело дошло до ожога, но нападающие снова отпрянули. Я украдкой перевела дух... и едва успела уклониться от прилетевшего из толпы камня. Новая забава толпе понравилась, и вскоре на нас обрушился целый град. К счастью, каменные градины были не слишком крупные. Впрочем, и такого размера мне хватило, чтоб зашипеть от боли, когда одна из них двинула меня по плечу. И почти тут же ещё одна чиркнула по лбу. Вроде и не сильно, но по виску сразу же потекло что-то мокрое и горячее. Спустя мгновенье на мостовую упала первая капля крови.
  А потом Флай за моей спиной с глухим стоном осел на землю. И тут же кто-то ушлый выдернул у меня из рук горящий плащ. В ответ я швырнула в наглеца пульсаром и, когда огненный шар уже сорвался с пальцев, отчётливо поняла - это последний. Больше я сегодня ничего не наколдую.
  Мужики об этом, понятное дело, не подозревали. Никому из них не хотелось стать следующей жертвой моей магии, поэтому нападение в очередной раз застопорилось. Мои противники использовали получившуюся передышку для того, чтоб поймать и выпихнуть вперёд упирающегося священника. А я - чтоб подхватить всё тот же дрын, выпавший из руки Флая, встать покрепче и...
  Нет, вниз не смотреть! Ни в коем случае не смотреть! Чего я там не видела? Да, там лежит мой друг, замечательный человек, который мне очень-очень дорог. И у него пробита голова, и он весь в крови, и бледный, как отбелённая простынка. И больше всего мне сейчас хочется убедиться, что он жив; поймать взглядом малейшее движение; услышать, как он дышит... И именно поэтому туда смотреть нельзя! Чтоб не отвлекаться. Чтоб дать достойный отпор этим скотам, которые посмели покуситься на его жизнь. Потому что если они сейчас задавят меня количеством, то умрём мы оба. Прямо здесь, на этой самой мостовой. Ой, мамочки...
  Умирать мне не хотелось. Ни сейчас, ни в ближайшее время. Но что делать я не представляла совершенно.
  Бежать? Даже если прорвусь через кольцо, всё равно рано или поздно догонят. Да и Флая я здесь не оставлю. А бежать вместе с ним - тоже не вариант. Это он меня мог бы на плечо взвалить, а я ведь его даже не подниму.
  Отбиваться? От... сколько их там? Человек двадцать? Такое, наверное, даже Хозяину не под силу. А мне и подавно. И никакая победа на турнире тут не поможет. И руки уже дрожат. Ещё бы им не дрожать, я же выжата полностью. Нападающие об этом не знают, им и не надо. Но легче от этого не становится.
  Звать на помощь? Было бы кого! Верба сейчас, наверное, уже в академии. Кьяло - там же. Муллен - в столице. Одни мы тут застряли, как идиоты. Хотя, почему 'как'? Идиоты и есть. Точнее, я - идиотка. Далась мне эта ночная прогулка по городу!
  Если выживем - всегда буду слушаться старших. Совсем всегда! Ведь говорили же, что из замка выходить нельзя, а я... Да что там, теперь вздыхать поздно. Теперь драться надо!
  Я судорожно втянула воздух сквозь сжатые зубы и поудобнее перехватила палку.
  - Итак, господа, кто из вас первый кандидат на тот свет?
  Голос не дрожал. Уже хорошо. Совсем уболтать эту кодлу вряд ли получится, но хоть время потяну. А там - будь, что будет. Благо, камнями кидаться больше никто не собирается. Наверное, собрали всё, что под ногами валялось, а новые наколупать неоткуда. Самый чистый город Предонии, чтоб его.
  Из толпы всё же вытолкнули незадачливого святошу. Он, кажется, уже и сам был не рад, что полез в эту свалку. Но хорошую мину при плохой игре сделать постарался.
  - Молодой человек, зачем же так грубо? Убивать - это плохо, это грешно. Давайте, вы сейчас положите своё оружие, а потом...
  - А потом эти улыбчивые люди, так и быть, возьмут грех на душу, и быстренько меня забьют, - с готовностью подхватила я. - А вы, как лицо духовное, их потом простите, или даже благословите. Так?
  - Не совсем. Видите ли...
  - Не вижу.
  - Но ведь вы даже объяснить мне ничего не даёте!
  - А зачем? Ничего принципиально нового я от вас не услышу, а на общеизвестное мне наплевать. Лучше бы рассказали, откуда вы эту антимагическую дрянь достаёте? Уже любопытно стало, честное слово.
  Священник заметно смутился. Правильно, я бы тоже смутилась, если бы на меня вдруг уставились два десятка немытых, но крайне заинтересованных рож.
  А что делать, святой отец? Вы, может, и неплохой человек, но если вдруг удастся перевести все стрелки на вас, я буду только рада. Такова жизнь!
  - Зачем вы упорствуете в грехе, сын мой? Зачем толкуете о несуществующем и вселяете смуту в сердца этих честных горожан? - Ага, решился-таки на ответ. И как красиво загнул. Их что, специально учат так лихо нести благозвучный бред? - Неужели разум ваш настолько замутнён чужеродной ересью, что вы не в состоянии отличить силу истиной веры от богомерзкого колдовства? Неужели не видите вы, что ваше неверие - суть проявление бесовского влияния...
  Дальше я не дослушала, потому что краем глаза уловила какое-то движение возле своей ноги. Флай! Жив! Наверное, на моём лице в тот момент отобразилось слишком много эмоций, никак не способствующих дальнейшим богословским беседам, поэтому священник всё-таки заткнулся. На мгновение. А потом махнул рукой и устало, даже немного грустно, произнёс:
  - Да что с него возьмёшь, с эльфа. Одно слово, еретик.
  Не знаю, что он имел ввиду, но горожане восприняли эту фразу как прямое побуждение к действию. И немедленно бросились на меня. Всей толпой.
  Какое там отбиваться! Палку у меня из рук выдернули в первые же секунды. А потом я успела только скукожиться на мостовой, заслоняя собой Флая, и прикрыть руками голову. По спине застучали удары. Главное, чтоб не по почкам. Хотя, какая теперь разница.
  Мне даже больно не было. То есть было, но это была совсем другая боль, не физическая. От ощущения собственного бессилия хотелось выть. Неужели это конец? Неужели можно умереть так глупо и бессмысленно?
  Флай снова шевельнулся. А может, просто дёрнулся от чьего-то пинка.
  Его-то за что? Ведь только я во всём виновата! Это из-за меня... Всё из-за меня...
  Мамочка, папа, простите, я так и не узнала, что с вами случилось и живы ли вы. Ксанка, я так и не смогла тебя найти. Хозяин, я больше никогда не буду вам докучать. Кьяло, ты замечательный парень и хорошо, что тебя здесь нет. Рисса... Верба... Тьяра...
  Имена и образы мелькали перед глазами безумным калейдоскопом. Все, кого я когда-либо знала. Не так уж и мало их было. И ведь не только люди. Мавка, никса, драконы... Драконы! Они же... как же я сразу не сообразила...
  Кажется, меня всё-таки задели по голове, потому что мысли начало стремительно ускользать. Мир свернулся в тугую спираль, и готов был вот-вот распрямиться с безумной, неудержимой силой, разорвав сознание на клочки. Я цеплялась за реальность, как могла. Мне нужно было успеть сказать два слова. Всего два слова.
  - Лавянки Кимура...
  На выдохе, едва слышно.
  Помню ещё, как где-то на границе сознания промелькнула дурная мысль: а что, если она не услышит, не поймёт? Или просто не захочет прийти?
  А потом я всё-таки отключилась. Показалось, что буквально на мгновение, но за это время ситуация успела кардинальным образом измениться. Когда я пришла в себя, улица была пуста, а надо мной склонялась встревоженная драконица. В своём человеческом, но не менее грозном облике.
  - Жива, малявка?
  - Да, я... - Это мой голос? Вот этот невразумительный хрип - мой голос? Нет, так не пойдёт, нужно взять себя в руки, и срочно.
  Легко сказать! При попытке вдохнуть поглубже по всему телу пробежала волна такой боли, что из глаз брызнули слёзы, а я невольно закусила губу. Мир, вопреки всем законам гравитации, крутанулся вокруг своей оси и теперь угрожающе покачивался. Паршиво...
  - Молчи и не шевелись. Я лечить не умею, и понятия не имею, что там у тебя может быть сломано. Или отбито. Или перебито. И что с тобой делать - тоже не знаю. Поэтому ты будешь лежать, а я буду думать. И так до тех пор, пока...
  - Надо отсюда убираться, - в этот раз слова получились чётче, а усилий на них было затрачено меньше. Значит, не всё так плохо, как мне сперва показалось. - Здесь опасно.
  - Конечно, опасно, - подтвердила драконица. - Особенно сейчас, когда здесь нахожусь я. Я, вообще-то, не самое дружелюбное существо на свете, не находишь?
  - Они могут вернуться!
  - Этот недоделанный шашлык? Пусть возвращаются! Я с удовольствием ими поужинаю. Или позавтракаю.
  - Приятного аппетита.
  - Издеваешься? - Кимура смерила меня пронзительным взглядом. - Нет, точно издеваешься! Ты что, видела, как я кусала того типа?
  - Ничего я не видела. А которого?
  - Да монаха этого плешивенького, чтоб из него на том свете Праматерь подушечку для иголок сделала. Вот ведь скотина первостатейная! Мало того, что он грязный, как жук-навозник, так ещё и весь в этой пакости неперевариваемой! Слов у меня больше нет, одни эмоции, и те нецензурные! Это же издевательство над всей магической природой!
  - А разве на вас этот порошок тоже действует?
  - Ещё как действует. Иначе бы я с тобой сейчас болтологию не разводила. А приходится тут сидеть и... Кстати, кто тебе разрешал разговаривать? Я же приказала молчать?!
  - Но мне уже лучше. Честно слово.
  Мне действительно полегчало. Резких движений я делать больше не рисковала, но потихоньку пробовала шевелить руками, ногами, головой... Вроде бы всё было на месте, и даже относительно цело. А синяки посчитать можно и потом, когда выберусь отсюда. А выбираться надо, и срочно, потому что Флай... Вот чёрт, как же я могла забыть?! Флай!
  Я попыталась сесть и осмотреться, но сил хватило только на то, чтоб чуть приподняться на локтях. Да и то ненадолго. Боль накатила с новой силой, в глазах потемнело, и я постыдно плюхнулась обратно, на мостовую.
  - Где он?
  - Да здесь он, твой герой, здесь. Рядом лежит.
  - Он... жив?
  - Пока что жив. Без сознания только.
  - Его к врачу надо, срочно! - Её безразличное 'пока что жив' мне совершенно не понравилось. Драконица могла сколько угодно говорить, что не разбирается в медицине, но отличить раненого от умирающего могла наверняка.
  - А я, по-твоему, о чём думаю? Об особенностях изготовления кровяной колбасы из святош? Хотя, и об этом тоже, конечно...
  - Но вы же... Вы же можете нас телепортировать куда-нибудь, да? Туда, где ему помогут...
  - Не могу, - огрызнулась Кимура. - Если б могла, давно бы уже избавилась от вас двоих.
  - Но ведь сюда же вы переместились, когда я вас позвала.
  - Переместилась, на свою голову. Любопытно стало, кто такой умный. Как ты вообще догадалась, что меня достаточно просто назвать по имени, чтоб я услышала?
  - Когда Фаньё... Ну, то есть Ямаити, назвал своё настоящее имя, то вы сразу появились. И я подумала, что если вы на его имя так среагировали, то и на своё должны.
  - Никому я ничего не должна. Ещё раз позовёшь - не явлюсь, так и знай! А то мчишься тут к ним с самыми благими намереньями, а тебя отравленными священниками кормят! Чтоб ему Разящий в истинном облике ночью явился, да объяснил, что ноги надо мыть!
  - Вы... - до меня наконец-то дошло. - Вы теперь не можете телепортироваться, потому что куснули служителя, который был весь в порошке? А как же тогда... Ну, вы же сперва драконом были, а потом уже превратились в человека. Или это и есть ваш настоящий облик?
  - Облик тут не при чём. Его я и сейчас могу менять, сколько заблагорассудится. Это же не колдовство, а врождённая особенность. И, между прочим, их у меня не два, а гораздо больше. А какой из них истинный - это уже дело десятое.
  - Но ведь летать вы без магии можете?
  - Какие тебе сейчас могут быть полёты? Ты на земле-то усидеть не можешь, а уж на мне...
  - Я могу! И на вас смогу! - Главное, побольше уверенности в голосе. Тогда у меня, может быть, и получится её в этом убедить. А заодно и себя. - Тут же недалеко, пол часа пешком. Вон, замок виднеется! Ведь вы же это расстояние за минуту пролетите! А уж это время я как-нибудь продержусь!
  - Ты, допустим, продержишься. А он? - драконица хмуро кивнула на Флая.
  Я скосила глаза туда, где лежал парень, и в очередной раз убедилась, что с этой точки видно только его ноги. Пришлось пересилить себя и всё-таки сесть. Ме-е-едленно. Пейзаж сумасшедших кульбитов больше не выделывал, да и организм мой вёл себя практически хорошо. Пару раз резануло где-то в груди, но это было вполне терпимо.
  На ноги я подниматься пока не стала, и несколько метров до друга проделала на четвереньках. Довольно бодро и даже без помощи Кимуры. Впрочем, сомневаюсь, что она стала бы мне помогать. В таком белом платье только с замызганными эльфами нянчиться.
  Флай лежал на спине, с закрытыми глазами. В позе не было ничего страшного. Казалось, что он просто спит. Или притворяется, что спит. А сейчас вскачет, засмеётся и сделает какую-нибудь глупость. Будет надо мной подшучивать, или дразнить. Или вернётся к разговору о свадьбе. И вот как ему, такому замечательному, объяснить, что никакой любви нет, и не было. Лишь дружба и привязанность... А всё остальное он сам себе выдумал.
  Тьфу ты, какая фигня в голову лезет!
  Усилием воли я запретила себе думать о всяких глупостях, и снова взглянула на парня. Ночь стирала краски и размывала очертания, но я всё равно разглядела слипшиеся от крови волосы, и алые потёки на бледной щеке.
  - Как же ему досталось, бедному.
  - Ты ещё порыдай тут, - фыркнула драконица. - Решила лететь, так залезай. Или так и будешь сопли по мостовой размазывать?
  - Я не... - Только сейчас я заметила, что Кимура уже вернула себе настоящий облик. В этот раз она, видимо, решила обойтись без вспышек света. - А как же он? Вы его в руках понесёте? Ну, то есть в лапах?
  - В этих что ли? - Кимура сунула мне под нос верхнюю конечность. Вся она была покрыта крепкими и острыми наростами, а громадные когти напоминали набор столовых ножей. - Тогда он точно не доживёт! Да и неудобно будет. Так что придётся тебе его держать. Уронишь - сама будешь виновата.
  - Не уроню, - заверила я, поднимаясь на ноги. В груди снова резануло, отдало куда-то в позвоночник, спустилось к пояснице и тонкими иголками вонзилось в правую ногу. Ну и пускай, переживу. - Я сильная!
  - Упрямая ты, а не сильная, - ворчливо заметила драконица, подставляя спину. - Затаскивай его. И сама залезай.
  Как я умудрилась в одиночку взгромоздить парня на нашу спасительницу - ума не приложу. Наверное, будь на его месте Кьяло - тот так и остался бы лежать на мостовой. Но берсерк, к счастью, спокойно спал в академии, а Флай грандиозными габаритами никогда не отличался. Но всё равно он был просто неимоверно тяжёлым, и на голову выше меня. А ещё при попытке его поднять он вздрагивал, дёргался, стонал, но в себя не приходил. Мне тоже, честно говоря, хотелось постонать, а иногда и поорать. О том, как хотелось упасть и отключиться, вообще молчу. Но нужно было двигаться. И я двигалась.
  Кое-как усадила Флая на дракона, залезла сама. С облегчением опёрлась спиной о широкий костяной гребень, поставила ноги на основания крыльев, подождала, пока окружающий мир перестанет качаться и двоиться... и удивлённо отметила, что сидеть на тёплой, широкой спине до неожиданности удобно.
  - Взлетаю! - предупредила Кимура.
  Я покрепче обхватила Флая, и приготовилась к толчку. Как выяснилось, совершенно зря.
  Не знаю, как это получилось, но в воздух мы поднялись удивительно плавно. Если бы не ветер, ударивший в лицо, и мостовая, стремительно ушедшая куда-то вниз, я бы в жизни не догадалась, что мы куда-то летим. В общем, верховой дракон оказался намного комфортней лошади. А уж насколько быстрее!
  Кимура сделала несколько кругов, каждый раз поднимаясь всё выше и выше, и, наконец, удовлетворившись высотой, стремительно понеслась в сторону академии. А под нами, по дороге, в том же направлении шла целая процессия с факелами. Им что, в городе мало 'эльфов' оказалось? Решили в двери замка постучаться? Ага, так им и откроют!
  Флай снова застонал. Он полулежал, опершись спиной на меня; запрокинутая голова покоилась на моём плече, и я видела, как дёрнулась при этом его измазанная кровью щека. А потом он открыл глаза.
  - Летим, - его голос был едва различим за свистом ветра.
  - Летим, - подтвердила я, посильнее прижимая парня к себе. Огромный булыжник, всё это время лежавший на сердце, с триумфальным рёвом рухнул куда-то вниз. Наконец-то! - Сейчас доберёмся до академии и всё будет хорошо. Вот увидишь. Ты только сознание больше не теряй, а то я так с ума сойду. Слышишь меня?
  - Слышу. Марго?
  - Что?
  - Прости меня.
  - За что?
  - Не знаю. За всё. За предложение это дурацкое. Не хочешь выходить за меня замуж - и не надо. Я того не стою. А тебя я всё равно любить буду. До смерти.
  - Дурак! До смерти ты ещё пятьдесят раз меня разлюбишь! А то и сто! И вообще, кто тебе сказал, что...
  - Сама дура, - Обескровленные губы сложились в знакомую усмешку.
  А потом он вдруг весь как-то обмяк, и почему-то потяжелел. От неожиданности я чуть было не разжала руки. Потом спохватилась, вцепилась в него так, что свело пальцы... И только тогда поняла, что он не дышит.
  - Флай! Флай, ты... А ну прекрати! Не вздумай умирать, слышишь? Флай, ну пожалуйста! Я даже замуж за тебя пойду, я всё что угодно сделаю, только живи! Флай!
  - Да не ори ты так, - рыкнула драконица. - Ему уже не поможешь, а у меня и без воплей твоих голова болит.
  - Но он же... он ведь... - выговорить предложение до конца у меня не получилось. Горло перехватило, и уже родившиеся слова так и не смогли вырваться наружу.
  - Умер, - закончила за меня Кимура. - Все смертны.
  - Но он же пришёл в себя!
  - Это нормально, так бывает. Если хочешь, можешь пореветь, станет легче. Только тихо.
  Но реветь у меня тоже не получалось. Слёзы, как и слова, были накрепко заперты внутри.
  Ну почему, почему? Почему всё так глупо? Если ему с самого начала суждено было умереть, то лучше бы нас обоих убили там, на тёмной таинской улочке. Так было бы проще. И правильнее.
  Ведь его смерть целиком и полностью на моей совести. Если бы я не решила погулять этой ночью... Если бы он не увязался за мной... И ещё миллион 'если бы'. А виновата во всём я. Одна я! И как мне теперь с этим жить?
  Может, и вовсе жить не стоит? От меня же всем одни неприятности. И вообще...
  Я почувствовала, как начинают трястись руки. Нет, только не это! Только бы они не разжались. Я ведь должна удержать Флая, должна отвезти его домой, и объяснить... Как? Как я всё произошедшее объясню? Меня же убьют, не дослушав до конца! И правильно сделают, потому что иного я и не заслуживаю. А если не убьют, то я сама... Да, так даже лучше.
  Только как же мне им всем в глаза теперь смотреть?
  Допустим, Нермору-старшему я всё объясню в письме. Точно, я напишу ему письмо, и скажу, что вина за смерть его сына лежит на мне, и поэтому... А Хозяину что сказать? Или тоже написать? Он меня не поймёт. Он плюнет на дела, и пойдёт к Льёни, напиваться. А ему сейчас нельзя, потому что война.
  - Что же мне делать? - Я не собиралась произносить этот вопрос вслух, он сам вырвался. А Кимура не замедлила откликнуться:
  - Откуда мне знать. Лучше скажи, в этой твоей академии как к непрошенным гостям относятся?
  - Плохо. А что?
  - А то! Я очень не люблю, когда в меня целятся из арбалетов. Слухи о прочности драконьей шкуры сильно преувеличены.
  - А они целятся? - Смотреть вниз мне не хотелось. Вообще шевелиться не хотелось. Все силы уходили на то, чтобы удержать Флая. Его голова всё ещё лежала на моём плече. Бледное лицо человека, бывшего моим другом... пустые глаза, глядящие в небо...
  - Ещё как целятся. Бояться, заразы, до дрожи в коленках, но глаз не спускают. И перед замком приземлиться не получится, там эта злобствующая кавалькада с факелами бродит.
  - Ну, оставьте меня где-нибудь ещё, я сама доберусь.
  - Доберёшься ты, как же. Повесишься на ближайшем дереве, лишь бы успокоить совесть.
  - Ещё чего! Делать мне больше нечего! - Я не на шутку обиделась. И как эта крылатая рептилия разгадала, что у меня на уме?! - Да и верёвки у меня нет.
  - Мозгов у тебя нет! Говори быстро, куда тебя отнести. А то у меня кончится запас хорошего настроения, и я вас обоих просто сброшу.
  - Сбрасывайте. Никто вас ни в чём не обвинит.
  - Хотела бы я посмотреть на того бедолагу, который попробует в чём-нибудь меня обвинить. Надеюсь, он будет молодой и не слишком жирный. И чистый! Запомни, малявка, самое отвратительное в еде - это грязные ноги. Запах перебивает всё!
  У меня просто в голове не укладывалось, как Кимура умудрялась в такой ситуации шутить. Хотя, возможно, она и не шутила вовсе. Просто говорила то, что думала. Кто их, драконов, разберёт.
  - Ну что? Надумала? Могу сбросить в море, заодно и охолонёшься. Опять же, несколько секунд свободного падения - это ощущение, которое редко кому доводится испытать. Если выживешь, мне будет очень интересно послушать твоё мнение о таком виде развлечений.
  - В Тангар, - наконец решилась я.
  - Куда??? - в рёве драконицы явственно послышалось удивление. - А в Лёссу тебя не отнести, нет? А в восточные земли Алиев? А на край света?
  - Мне не надо на край света. Только в Тангар. Если не можете - то лучше в море.
  - Наглая стала, да? Я то могу... - Кимура завершила очередной круг почёта над академией и развернулась к северо-востоку. - Только к концу полёта тебя даже сбрасывать не обязательно будет, сама сверзишься.
  - И не подумаю! Я...
  - Да-да, я помню. Ты сильная, упрямая, и вся такая из себя героиня. На что спорим, что сверзишься?
  - На что угодно, - Если я свалюсь с дракона, то наверняка разобьюсь. И тогда мне уже будет всё равно, что проигрывать. Впрочем, мне и сейчас всё равно.
  - Тогда так: если упадёшь - чтоб я больше тебя никогда не видела и не слышала. А если вдруг выдержишь весь полёт, то можешь звать меня на помощь в любое время дня и ночи. Устроит?
  Я кивнула, уверенная, что Кимура это моё движение и без слов почувствует. Но потом не выдержала, и всё же добавила:
  - Только не радуйтесь раньше времени. Я падать не собираюсь. Так что придётся вам, если что, исправно являться на мой зов.
  - Не передёргивай! - фыркнула драконица. - Являться я не обещала, хоть ты до посинения ори.
  - Но вы же... Вы...
  - Я, - довольно хмыкнула Кимура, - Существо древнее, непознанное и безответственное. Приятно познакомится. А теперь держись, малявка. У меня нет никакого желания подлетать к вашей столице при свете дня. Значит, придётся поторопиться.
  - Было бы, за что держаться, - вздохнула я, покрепче сжимая ногами тёплые бока драконицы.
  - Ну, тогда жмурика своего держи.
  - Он не жмурик!
  - Да ты что? А так похож!
  И, не слушая больше моих возражений, Кимура резко рванулась вперёд. А я сразу же поняла, что до этого мы тащились с черепашьей скоростью. Былая плавность движений канула в небытие, взмахи крыльев стали частыми и сильными, а алая чешуйчатая спина перестала казаться мягким уютным креслом.
  Встречный ветер бил в лицо, путал волосы, проникал под тонкую куртку. Не знаю, от высоты или от ветра, но сразу же стало холодно. Только это был правильный холод. Он успокаивал раны, прочищал мысли, не давал впасть в тупое оцепенение.
  Я стремительно неслась вперёд, забыв о боли и горечи. Скорость пьянила и будоражила. В глубине души я понимала, что сейчас мне должно быть так же тоскливо, как несколько минут назад, но ничего не могла с собой поделать. Мне хотелось жить и дышать полной грудью. И лететь, словно я сама была ветром. Ледяным ветром, обдувающим душу.
  - Нравится? - пророкотала драконица.
  - Не то слово! - созналась я. И, обалдев от собственной наглости, попросила: - А ещё быстрее можно?
  Кимура не ответила. А может, я просто не расслышала её слов в безумном рёве ветра. Но, как выяснилось, быстрее было очень даже можно.
  Скорость, ветер и восторг вдавили меня в спинной гребень драконицы, заставив захлебнуться ощущением свободы и вседозволенности. Я была счастлива, как никогда раньше. И, что самое странное, мне совсем не было за это стыдно.
  Я бы подумала, что это какое-то волшебство, если б не знала точно, что после 'ужина' антимагическим порошком, Кимура не сможет колдовать ещё около суток. Может, чуть меньше, всё же она не человек, а высшее существо...
  Нет, это была не магия. По крайней мере, в общепринятом смысле этого слова. Скорее, нечто непознанное и неуправляемое, рождённое самой стихией. И эта стихия творила со мной всё, что хотела. Она несла меня вперёд, уверяя, что всё хорошо, и я ей верила. Меня тянуло петь, плясать, смеяться - и всё это одновременно. Хотелось заключить в объятия весь мир, признаться ему в любви и рассыпаться звёздами в тёмном безлунном небе. Я сама была этим небом и серебристыми кристаллами звёзд, я была ветром и лунным светом, я была вечностью и растворялась в ней...
  ...А потом я разжала руки.
  О том, что стряслось, Кимура, видимо, сообразила раньше меня. Я ещё обнимала воздух и дивилась тому, что ничего не давит на колени и плечо, а она уже нырнула вниз, за несущимся к земле Флаем. Всё произошло с такой стремительностью, что я, не успев прийти в себя, чуть не слетела со спины драконицы. Кое-как удержалась, прижавшись к ней всем телом и вцепившись пальцами во вздыбившиеся чешуйки... и только тогда поняла, что натворила.
  Кимура, сложив крылья, мчалась к земле. От немыслимой скорости гудело в ушах, в теле просыпалась задремавшая было боль. Хвалёное 'ощущение свободного падения' на поверку тоже оказалось весьма сомнительным удовольствием. А уж когда я мельком глянула вниз и увидела, как тёмный массив на глазах рассыпается на отдельные пятна-деревья, мне совсем поплохело. Как морально, так и физически. Обозвать себя последней дурой я не успела только потому, что драконица вдруг резко взмахнула крыльями, ловко спланировала над самыми кронами, и начала снова набирать высоту. Я поняла, что она подхватила парня задними лапами. А потом представила, как полуметровые когти впиваются в его тело и невольно вздрогнула. Да, ему уже не больно, но это же не значит, что можно вот так.
  А как можно? Так, как я? Как же это вышло, что я его уронила?
  Кажется, последний вопрос я произнесла вслух, потому что драконица невразумительно хмыкнула. А спустя некоторое время и вовсе расхохоталась.
  - И ничего смешного, - буркнула я.
  - Это тебе ничего, а мне очень даже. Люди вообще необыкновенно смешные существа.
  - Почему?
  - Ты Посвящение проходила, малявка? - вопросом на вопрос ответила Кимура.
  - Да, конечно. Ещё в детстве.
  - И что тебе определили?
  - Огонь, - Я наконец-то нашла в себе силы отлепиться от драконовской спины и усесться нормально. - Там, правда, были какие-то непонятки, но я точно не помню, потому что маленькая была.
  - То есть тебя классифицировали как огненную магичку? И учили соответственно? И ещё, небось, долго удивлялись, что у них ничего не получается, и валили всё на тебя. Мол, ты - бездарность, а они все белые и пушистые?
  - Да-а-а, - непонимающе протянула я. - А что? Что-то не так?
  - Ой, уморила! Да всё не так! Увидишь тех, кто проводил твоё Посвящение, передай им моё громкое 'фи'.
  - Так я что, не огненная? Или вообще не магичка? - После всех сегодняшних событий сил удивляться у меня уже не было. Приходилось принимать информацию как данность. - По-моему, вы надо мной прикалываетесь!
  - Да чтоб меня Праматерь обратно в яйцо запихала, если вру!
  - И кто же я тогда?
  - А это уж ты сама должна решить. Не в моей компетенции рассказывать такие вещи. Ещё зазнаешься! Опять же, меньше знаешь - крепче спишь. Так что не бери в голову. Думай, что злая тётка-драконица глупость сморозила. Вот уж воистину: язык мой - враг мой. Как всегда. Помнится, как-то спёрла я одну принцессу... На спор. Её так назойливо охраняли и ото всех прятали, что грех было не поспорить. А про эту принцессу эту слухи ходили, что она красавица писаная, рыцари ей стихи посвящали, на турнирах сражались... А она знать сидит себе на скамеечке, лицо вуалькой прикрыла и усмехается. Жениха выбирает. Ну, я её схватила, к себе притащила, вуальку откинула - и обалдела. Страхалюдина несусветная оказалась! Так я ей открытым текстом и говорю: 'Что ж ты такая уродина-то!' А она мне в ответ вопит: 'Я красавица! Я венец творения!'
  А я ничего умнее не придумала, чем ткнуть её физиономией в зеркало. Кто же знал, что в их замке все зеркала заговорённые были, и она действительно в них красотку видела. Короче, перебила она мне в пещере всё, в чём отражение своё увидела, наорала на меня такими словами, которых девушкам и знать-то не положено... А потом взяла и в обморок грохнулась. Не выдержала!
  И вот, лежит она, вся такая из себя обморочная, а тут и рыцарь едет. Весь статный, в броне, на коне таком внушительном и с мечом. Это он против меня, значит, с мечом. Самоубийца!
  Встал у входа в пещеру и вещает: 'Выходи, чудище, на смертный бой!' Да ещё и шлем снял, чтоб удобнее кричать было. А я как его лицо увидела - так и влюбилась. Красавец, блондин, и во всех отношениях шикарный мужчина! И вот стою я столбом, смотрю на этот идеал и думаю, что делать. Бить его - жалко. Прятаться - стыдно. Принцесса эта ещё под ногами валяется... И тут меня кто-то за язык дёрнул. Выхожу я к нему, и говорю: 'О, мой герой! Это я, прекрасная пленница. Забери меня отсюда, пока дракон этот страшный не вернулся. А я за тебя замуж пойду!'
  А он и рад, что сражаться не пришлось! В седло подхватил, до замка домчал... А я вуальку принцессочкину нацепила, чтоб никто не узнал. И так несколько дней всем головы морочила - и слугам, и королю... И хоть бы кто догадался!
  На третий день и свадьбу сыграли. Торжественная церемония, гости, подарки, все дела... 'Объявляю вас мужем и женой'. И тут я вуальку откидываю... И все ближайшие родственники, кто принцессу в лицо знал, роняют на пол челюсти. А остальные ничего понять не могут, только недоумённо переглядываются. Дальше, конечно, визги, вопли, истерики...
  Я не стала дожидаться, пока они стражу позовут. Превратилась да телепортировалась. А они потом ещё долго решали, считать ли брак действительным, и стал ли тот рыцарь официально принцем... Потом ещё принцесса эта обморочная до родного замка добралась. Тоже масла в огонь подлила. Короче, так я и не знаю, чем оно там всё у них кончилось. Иногда только думаю, что надо бы того драконоборца найти да с сыночком познакомить. Ну да, Ямаити мой - отпрыск того красавчика. А в кого, ты думаешь, он такой блондинистый?
  - Да, наверное... - Я, честно говоря, о малолетнем дракончике вообще не думала, поэтому и брякнула первое, что в голову пришло. Но Кимура на мой неподходящий ответ внимания не обратила. Своей баечкой она явно пыталась увести разговор в сторону. Но я всё же сделала ещё одну попытку вернуться к прежней теме. - Послушайте, не хотите объяснять, кто я - и не надо. Скажите только, что только что произошло. Я же не могу чувствовать ветер, это не моя стихия! Так в чём дело? Вы ведь знаете! И знаете, что я была не в себе...
  - Не в себе? - переспросила драконица и причмокнула, словно пробуя фразу на вкус. - Нет, пожалуй, как раз в себе. Точнее, в одной из своих ипостасей. А что произошло... Ну, считай, что ты прошла ещё одно Посвящение и раскрыла очередную часть себя. Всё, больше ничего не скажу. И вообще, хватит болтать. Ты-то сидишь, а я крыльями работаю! А от разговоров дыхание сбивается, и всё такое...
  Я совершенно не замечала, чтоб у неё что-то там сбивалось, но настаивать на продолжении беседы не посмела. В конце концов, кто я такая, чтоб с драконами спорить?! Тем более что из всех её намёков и туманных объяснений, я не поняла ровным счётом ничего. А открытым текстом она говорить не желала. Размышлять же над недомолвками и искать скрытый смысл я была решительно не в состоянии. Осталось только прикрыть глаза, расслабиться и постараться ни о чём не думать. Что я и сделала.
  Никакой воздушно-звёздной эйфории больше не было. Только свежий ветер, обдувающий лицо, и незнакомое прежде ощущение свободы и лёгкости. Как будто какая-то часть меня действительно очнулась от долгого сна, выползла на поверхность и по мере сил наслаждается жизнью. Хорошенькое же она выбрала время!
   За этими размышлениями я и задремала. А проснулась (или, скорее, очнулась?) от удара. Причём удар этот был настолько неожиданным, что я не сразу поняла, что случилось. Только когда открыла глаза и обнаружила, что лежу на песке, лицом вниз, наконец-то сообразила - приземлились.
  - Упала! И проспорила, - злорадно расхохоталась Кимура, уже успевшая принять человеческий облик. - Ну, всё! Теперь только попробуй меня позвать - сразу же сожру и не поморщусь.
  - Вы сами меня скинули! - возмутилась я, пытаясь подняться. Всё тело затекло, рук и ног я почти не чувствовала. Зато очень хорошо чувствовала, как каждый вдох отдаётся в груди дикой болью.
  - Докажи, - осклабилась драконица. - И вообще, нет бы спасибо сказать. Я всю ночь летела, между прочим. И садилась в авральном режиме, потому что у меня крыло свело. И жмурика я твоего дотащила. И тебя доставила в целости и сохранности. Чего тебе ещё надо?
  - На счёт целости я бы поспорила, - вздохнула я, с трудом разминая руки. Но в остальном Кимура была права: Флай лежал тут же, на песчаном берегу, за небольшим перелеском виднелись белые стены Тангара, а небо на западе медленно розовело. - Спасибо вам огромное. Я не знаю, что бы я без вас делала. Я ведь вас даже за спасение не поблагодарила, а вы меня и сюда донесли, и вообще... Может, вам что-нибудь надо в ответ? Если я смогу это достать или сделать, то...
  - Надо, - тряхнула огненной шевелюрой Кимура. - Во-первых, чтоб ты больше не появлялась в моей жизни. А во-вторых - выспаться. Так что забирай своего покойника и катись отсюда на все четыре стороны.
  - А... как? То есть, он же тяжёлый. Я его не подниму! А если стража на воротах увидит, то меня сначала схватят, а только потом будут думать.
  - А вот это, малявка, уже твои проблемы. Хочешь жить - умей вертеться. И, кстати, вот тебе ещё совет на будущее, пока я добрая. Слушай и запоминай. Когда-нибудь ты встретишь людей... а, возможно, и не людей... Главное, их будет двое. И с каждым из них тебя будет что-то связывать. Что-то, чего ты не сможешь понять и объяснить. Возможно, чувства или обстоятельства. Не суть важно. Вас в любом случае будет тянуть друг к другу. Так вот, если такие люди найдутся, спроси у них, что с ними было в даты твоих Посвящений. Того, первого, огненного, и сегодняшнего, воздушного. Если они те, кто тебе нужен - они вспомнят. Такое не забывается. И если выяснится, что они именно те - не теряй их из виду. Вы должны быть вместе. Запомнила?
  - Запомнила, - кивнула я. - Кимура, почему вы не можете сказать всё открытым текстом? Обязательно нужны эти недомолвки и загадки?
  - Совершенно не нужны. Но мне так больше нравится. Вот такой я забавный зверёк. Ну, бывай, малявка! Надеюсь, больше не увидимся!
  Драконица вновь сменила ипостась на чешуйчатую, махнула на прощанье хвостом и исчезла. Значит, действие антимагического порошка закончилось. Интересно, давно ли? И если давно, то зачем нужно было лететь остаток пути, ведь можно было просто телепортироваться?
  Ох уж эти драконы! Воистину, древние и непознанные!
  Ну а мне-то что теперь делать?
  Я присела на корточки рядом с Флаем, зачем-то стряхнула песок с его куртки (как будто это имело какое-то значение) и скользнула взглядом по окрестности. Пейзаж был знакомый: раскидистое дерево, изломанная линия дикого пляжа, мелкая речушка - всё точно такое же, как и несколько лет назад. Мне даже показалось, что сейчас из воды должна обязательно появиться красавица-никса...
  И она, конечно же, появилась. Правда, совсем с другой стороны.
  Сначала я услышала стук копыт и тихое поскрипывание. Потом мягкие шаги. А затем за моей спиной зашелестели кусты - и сразу же наступила полнейшая тишина.
  - Доброе утро, - не оборачиваясь бросила я в пространство.
  - Уже не доброе! - Голос у речной ведьмы совсем не изменился. Так и остался высоким и противным. - Как ты сюда попала? От дороги следов нет... Опять рекой принесло?
  - На драконе прилетела.
  - Врёшь! В нашем мире нет драконов! - убеждённо взвизгнула никса.
  - Значит, этот был из другого мира. Можете сами убедиться, - я кивнула на разворошённый песок, на котором виднелись чёткие отпечатки когтистых лап.
  Речная ведьма немедленно подошла к следам, внимательно их изучила и с неохотой выдавила:
  - Всё-таки не врёшь. Надо же! А это кто? - носок зелёной туфельки указал на Флая.
  - Сами посмотрите, - огрызнулась я. - Вы ведь говорили, что вхожи во все влиятельные дома столицы. Значит, должны узнать.
  - Мало ли, куда я вхожа, - Никса наклонилась над моим другом, вгляделась в его лицо... и тут же отшатнулась, словно ужаленная. Брови удивлённо поползли вверх, в каштановых волосах проявились изумрудные прядки. - Сайон знает?
  - Никто пока что не знает. А я ума не приложу, как протащить его в город. И где искать Нермора.
  - Можно провезти в моей карете, - после минутного раздумья решила зеленоволосая. - А вот где искать - не скажу. Его сейчас где угодно можно застать, даже дома. Хотя дома, наверное, в последнюю очередь. Только я не представляю, как он это переживёт. Потерять сначала жену, потом старшего сына, а теперь и младшего... Бедняга.
  - Старший, кажется, как пропал, так и не вернулся? - вспомнила я. С Флаем мы на эту тему старались не разговаривать. Иначе сразу всплывали обстоятельства нашего знакомства, сопровождаемые далеко не лучшими воспоминаниями с обеих сторон. Но три года назад старший братец Глазастого совершенно точно был жив. А вот его дальнейшей судьбой я никогда не интересовалась.
  - Нет, не вернулся, - кивнула никса. А затем распахнула глаза во всю их нечеловеческую ширь, подняла лицо к небу и издала странный переливчатый звук. Пахнуло магией. И сразу же за моей спиной вновь что-то заскрипело, застучали копыта, и на берег, с трудом продравшись сквозь густые кусты, выехал экипаж, запряжённый двойкой лошадей.
  Бледный возница без лишних слов спрыгнул на землю, распахнул резную дверцу, подхватил на руки Флая и положил на сиденье внутри кареты. А потом, продолжая хранить траурное молчание, вернулся на своё место.
  Я невольно поймала себя на том, что с интересом разглядываю безмолвного слугу. Лицо у него было странное - одутловатое, с бесцветными, водянистыми глазами. Казалось, оно в принципе не способно выражать какие-либо эмоции.
  - Жаба, - односложно пояснила никса, видя мой интерес. - Эх, не догадалась что-нибудь подстелить. Прощай теперь, новый обивочный бархат. Только на той неделе поменяла!
  - Как вам не стыдно? Человек умер, а вы о бархате!
  - А почему мне должно быть стыдно? Особенно если обивка действительно новая! Ты хоть знаешь, сколько я за неё отдала? Тебе такие деньги и не снились!
  - Если вы так меркантильно ко всему относитесь, почему решили мне помочь?
  - Разве тебе? Своим поступком я оказываю услугу Нермору. И, думается, Муллену. А это такие люди, с которыми выгоднее иметь хорошие отношения. Так что не строй из себя самую умную и полезай в карету.
  - А вы?
  - А я сначала переоденусь! Не может же девушка появится на людях в одном и том же платье два дня подряд. Это дурной тон, и, кроме того, означает, что она не ночевала дома.
  - Вы и не ночевали, - вполголоса пробормотала я, наблюдая, как одежда никсы на глазах меняет цвет и фасон. Рукава удлинились, декольте сменилось на аккуратный воротник-стоечку... Хочет выглядеть серьёзной и деловой, а не вернувшейся со свидания. Или откуда ещё можно возвращаться домой под утро? А вот интересно, где же она живёт по официальной версии? Ведь если она вся такая из себя светская дама, то должна принимать гостей, устраивать званые вечера. Не на дне же речном обхаживать предонское дворянство!
  - Ну как? - речная ведьма закончила приводить себя в порядок, - Достаточно прилично для официального визита к сильным мира сего?
  - Волосы перекрасьте, - подсказала я.
  - Ах, да! Спасибо, что напомнила. - Изумрудные кудри вновь превратились в каштановые, став при этом заметно короче. - Ты представляешь, некоторые уже бились об заклад, сколько у меня париков - десяток или больше. Вот наивные! Кстати, почему ты ещё не в карете?
  - Там Флай.
  - И что? Не думала, что такие как ты боятся трупов.
  - Я не боюсь. Просто... не хочу, чтоб он остался в памяти таким, - неожиданно для самой себя созналась я.
  - Так и не запоминай его таким, глупая. Твоя же память, а не чья-то посторонняя. Как хочешь, так ей и вертишь.
  - Я не умею.
  - Придётся научиться. Если не научишься забывать - сведёшь себя в могилу. Да и для кожи лишние волнения вредны. Всё, залезай. Поехали. Кстати, куда едем-то?
  Я задумалась. От мысли, что придётся как-то объясняться с Сайоном айр Нермором, сердце начинало колотиться, как бешеное. А если его ещё и дома нет... Как втолковать слугам, зачем он мне нужен? Да и кто меня, такую остроухую, вообще слушать будет?
  - К Муллену, - выдавила я. Хозяин выслушает и поймёт. Главное, чтобы он оказался на месте.
  И мы поехали.
  Видимо, стражники на воротах карету никсы знали, поэтому пропустили без вопросов. Даже не соблаговолили заглянуть в окошко, предусмотрительно занавешенное плотной шторкой. 'Дядюшки' на них нету! Он бы за такую халатность... Впрочем, сейчас разгильдяйство стражи было мне только на руку.
  Людей на улицах ранним утром было немного, добрались быстро. Я так и не придумала, что говорить, с чего начать. И как объяснить, что ещё вчера вечером я была в Таине, а сегодня оказалась в столице. Придётся вываливать на Хозяина всю правду, а не хотелось бы. Впрочем, кого сейчас интересуют мои желания?
  Я вздохнула, посмотрела на Флая... и решительно полезла из кареты. Никса сказала, что подождёт внутри, чтоб не попасть под горячую руку. И я прекрасно понимала её осторожность. А сама всё также пыталась оттянуть момент объяснения.
  О смерти всегда говорить неприятно, и даже страшно. О смерти близких и родных людей - ещё страшнее. А о смерти, которую мог бы предотвратить? Чёрт! Почему я опять стою и философствую, когда нужно что-то делать?
  К воротам я подошла быстрым шагом, стремясь не растерять по дороге остатки мужества. Решительно тряхнула кованую решётку. Открыли мне сразу же. Значит, узнали. Даже попытались поздороваться и выразить свою радость от того, что госпожа вернулась... Но осеклись, заметив выражение моего лица, потёки крови на лице и куртке, драную штанину.
  В ухоженном, цветущем дворике я, наверное, смотрелась дико и чуждо. А уж когда вошла в прихожую, грохоча каблуками по мраморному полу, слуги просто прыснули кто куда, справедливо стремясь не попадаться мне на глаза. Причину такой расторопности я понимала очень хорошо. Точно так же они себя вели, когда мрачный и не всегда трезвый Хозяин вваливался в дом после какого-нибудь совещания, или заседания Восточного совета, или ещё какого-нибудь официального мероприятия. Подобные сборища он откровенно ненавидел и, возвращаясь, частенько срывался на тех, кто имел неосторожность попасться ему на глаза.
  Я тоже была бы рада сорваться, но, заметив в углу недостаточно расторопную девчонку, односложно спросила:
  - Где?
  О ком речь уточнять не требовалось. Не Тьяра же мне могла понадобиться с утра пораньше.
  - В кабинете, - пискнула служанка, вжавшись лопатками в стену. По общей бледности физиономии она вполне могла с этой стеной соперничать. Неужели я так страшно выгляжу?!
  Лестницу на второй этаж я одолела бегом, перепрыгивая через три ступеньки за раз. Потом, не сбавляя скорости, промчалась по коридору. В кабинете, значит. Интересно, уже встал или ещё не ложился? Зная Муллена - скорее второе, хотя всё возможно.
  Незапертая дверь легко распахнулась внутрь. На то, чтоб отдышаться и дисциплинированно постучать моего здравомыслия уже не хватило.
  - Хозяин, я...
  'Дядюшка' сидел за столом, с унылым видом изучая какую-то бумагу, но при моём появлении сразу же про неё забыл. На его лице немедленно отобразилась немаленькая гамма эмоций, самой понятной из которых было удивление. Ещё бы! Ведь я сейчас должна быть на другом конце страны. А ещё он сразу понял, что со мной что-то не то. Не увидел (это-то было как раз несложно), а словно почувствовал. Даже не стал ругать меня за 'некняжеское' обращение. Кажется, вообще не заметил оговорки. Просто резко встал, подошёл и положил руки мне на плечи, будто не решаясь обнять.
  - Что случилось?
  Произнёс он это неожиданно мягко, успокаивающе, но я стояла, и молчала. Казалось, чего бы проще - сказать несколько слов. Но горло вдруг перехватила чья-то невидимая рука, а ладони Муллена на плечах нисколько не прибавляли уверенности, лишь пригибали к земле.
  Я несколько раз открывала рот, потом снова закрывала его, и всё никак не могла решиться произнести вслух одну-единственную фразу. Губы дрожали, перед глазами всё плыло, сердце билось о рёбра, как безумное. И я молчала.
  В углу за моей спиной скрипнуло кресло, и я вздрогнула, запоздало сообразив, что в комнате есть ещё кто-то. Но обернуться и посмотреть почему-то не смогла. А этот кто-то тактично кашлянул и спросил:
  - Может, мне выйти?
  Голос я узнала. Тот голос, который меньше всего хотела бы сейчас услышать. Сайон айр Нермор, глава Восточного совета. Отец Флая.
  - Да, наверное, - пробормотал Хозяин.
  - Нет, - тут же выкрикнула я, не давая ему договорить. - Это и вас тоже касается... Я объясню... Мы... Мы с вашим сыном...
  Снова скрипнуло кресло. Нермор встал и подошёл поближе, а я так и нашла в себе сил обернуться.
  - Мы сбежали из академии. Не навсегда. Просто погулять. Но... так получилось... на нас напали, и... в общем...
  Это было так странно - обращаться к человеку, который у тебя за спиной, и при этом разглядывать расстёгнутый воротник хозяйской рубашки. Я уже запомнила каждый стежок, все переплетения нитей, досконально изучила едва заметное чернильное пятнышко...
  - Ну, говори же, Марготта. И не волнуйся, никто не будет наказывать вас за побег. Просто это удивительно, как вы сумели добраться сюда, когда в стране такое творится, что представить страшно. Так что главное - вы живы, и...
  - Нет, - с усилием вытолкнула я, наконец-то переведя взгляд со злополучного воротника на мужчину. - Я жива, а он... нет...
  Лицо главы Восточного совета не дрогнуло. И за сердце он не схватился. И вообще мне на какое-то время показалось, что он просто не понял, что я сказала.
  - Нет? - наконец шёпотом переспросил Нермор, - Нет?
  - Внизу... там, в карете... Я... понимаете, так получилось... - Как же глупо это всё звучит. Почему я даже объяснить не могу толком?!
  В глазах мужчины что-то блеснуло. И он сразу же метнулся прочь из комнаты, а Хозяин, словно решившись, прижал меня к себе. Я уткнулась лицом в его грудь, в этот проклятый воротник, и всё-таки разревелась. Слёзы, копившиеся всю ночь, лились сплошным потоком, и кончаться никак не желали. Впрочем, я не больно-то старалась их остановить.
  - Ну что ты, эльфёныш? - прошептал Муллен, рассеянно поглаживая меня по спине, - Ведь главное, что ты жива!
  - Ничего вы не поняли! - сквозь слёзы прорычала я, - Вы опять ничего не поняли!
  - Всё я понял, - вздохнул он. - Я вообще понятливый. Но для меня... понимаешь, для меня... Так вот, для меня важнее всего, чтоб с тобой ничего не случилось. С тобой и с Тьярой! И плевать на остальных, понимаешь? Вы мне важнее всего остального мира! И даже важнее всех миров!
  - Так вы меня всё-таки любите? - всхлипнула я.
  - Конечно, я люблю тебя, доченька. У меня же есть сердце... что бы там по этому поводу некоторые не говорили.
  
  * * *
  
  Пока Кьяло внимательно осматривал опустевшую комнату эльфы, Рисса стояла в дверях, демонстративно скрестив руки на груди. Она так и не поняла, что берсерк стремился найти, и только глубокомысленно фыркнула, когда он полез под кровать. И крайне удивилась, услышав оттуда радостный вскрик:
  - Так я и знал!
  - Что? - не выдержала мавка.
  - Сейчас покажу! Будь другом, кинь мне какую-нибудь плотненькую тряпочку.
  Тряпочек в обозримой близости не наблюдалось, пришлось сдёрнуть со стола скатерть. Снежно-белую и явно недавно стираную. Рисса поморщилась, представив, во что она превратится, побывав под кроватью, но если уж так надо...
  После непродолжительного сеанса шорохов и шуршания, Кьяло выполз наружу, сжимая в руке нечто, замотанную в ткань, назвать которую чистой теперь не смог бы даже портовый нищий. Берсерк тоже был в серо-бурой пыли, с ушей свисали густые лохмотья паутины, но на лице сияла улыбка.
  - Значит, она точно скоро вернётся. Без этого надолго не ушла бы.
  - Без чего? Ну не томи, показывай уже, что нашёл?
  - Любуйся, - парень отогнул край материи, и мавка увидела приметную, 'крылатую' гарду.
  О боги, какой же растяпой надо быть, чтоб хранить боевой клинок под кроватью! Тем более, такой клинок! И ножны она к нему так и не подобрала.
  Только вот, если меч валяется здесь, а его владелица где-то бродит, то получается...
  - Так она что, без оружия убежала?
  - Выходит, что так, - улыбка разом сползла с лица Кьяло. Берсерк настороженно покосился в сторону окна и нервно сглотнул, - Если ещё и этот конь недоделанный с собой ничего не взял, то я их обоих поубиваю, как только вернутся. Пошли!
  - Куда?
  - К Флаю! Убеждаться, что он болван!
  Убедиться оказалось несложно. Дверь была не заперта, меч обнаружился висящим на стене, а кинжал красовался в оконной раме. Причём засел он там так крепко, что вытаскиваться упрямо не пожелал.
  Следующей точкой спонтанного ночного марш-броска послужила конюшня. Точнее Глюк, мирно дремавший в стойле. Ему, кажется, было совершенно наплевать на шум и беготню во дворе. Он и на друзей-то среагировал только тогда, когда Кьяло бесцеремонно дёрнул его за ухо и сурово вопросил, где Марго. Но о местонахождении хозяйки конь тоже ничего не знал.
  - Значит, она ещё и пешком туда потащилась! - вздохнул берсерк, тактично не уточняя, где находится это самое 'туда'. Риссе оставалось только сочувственно кивнуть.
  На самом деле, она не испытывала совершенно никакого восторга от всей этой суеты и беготни. Ну, пропала эльфа - и ладно. Вернётся, никуда не денется. Пропала вместе с младшим Нермором? И пусть их, погуляют на пару. Может, хоть разберутся в своих отношениях. А то он только на неё и смотрит, а этой остроухой недотёпе лишь бы подраться и желудок набить. Воистину, некоторым девушкам нужно было бы рождаться парнями!
  Однако, Кьяло отсутствие остроухой беспокоило. Настолько, что он теперь стоял посреди двора, и отчётливо не знал, куда себя приткнуть. Впрочем, не он один. Всем ученикам уже не раз недвусмысленно намекнули, что выходить из своих комнат не рекомендуется, но большинство всё равно толпилось на улице, стремясь не упустить ничего интересного. Мавка считала такое поведение совершеннейшей глупостью, потому что из окон видно и слышно было гораздо лучше. А уж с балконов - тем более.
  Ещё ей не нравилось торчать у всех на виду. В первую очередь потому, что на людях нужно было изображать болтливую простушку. Делать это в последнее время почему-то становилось всё труднее. Хотелось молчать и думать. А ещё хотелось привстать на цыпочки, ухватить великовозрастного подопечного за ухо и не отпускать, пока не пообещает сейчас же собрать вещи и вернуться в Лёссу. В ту самую далёкую, неисследованную, дикую Лёссу, где просто живут, и знать не знают о межрасовых конфликтах, о запрете на использование магии, о здешнем культе единого Бога, и о прочих тому подобных глупостях. Хотелось пообщаться с сёстрами, побегать босиком по весеннему лугу, затянуть весёлую песню, сидя у ночного костра...
  А приходилось встревоженной квочкой прыгать вокруг Кьяло, и нести чушь!
  - Ой, а это ведь не опасно, да? То есть, если они там, в городе, всех поубивают, то к нам потом не пойдут, нет? А то я где-то слышала, что такие погромы иногда очень далеко заходят, а мы ведь не далеко, мы очень даже близко. Но ты представляешь, что если мне даже тут страшно, то каково тем, кто там? Они, наверное, завтра все будут такие злые и невыспавшиеся! И мы тоже не выспимся. А ведь завтра ещё и занятия! Или их теперь должны отменить? Кьяло, солнышко, ты не слышал, про отмену занятий ничего не говорили? А то ведь должны бы, если совсем что-то серьёзное случится. Вот то, что сейчас происходит, это же серьёзно? Или нет? Ну, это, конечно, не так страшно, как стихийное бедствие, но...
  - Рис! - глухо зарычал берсерк, - Если ты не уймёшься, то я сам тебе сейчас устрою стихийное бедствие.
  - Серьёзно? - мавка захлопала зелёными глазищами, - А как? Я имею в виду, это же только природное явление, разве нет? А если ты спровоцируешь бедствие, то оно будет какое угодно, только не стихийное.
  Блондинка прекрасно осознавала, что нарывается. Но ругаться с ней при всех парень не посмеет. Значит - потащит в какой-нибудь укромный закуток, чтоб выяснить отношения там. И уж тогда она ему выскажет всё, что думает.
  Но ссоре так и не суждено было состояться.
  За воротами раздался стук копыт, потом какой-то невразумительный гомон, и, наконец, всё заглушил звонкий крик:
  - Если мне сейчас не откроют, то всем потом будет очень стыдно. А некоторым - даже больно!
  - Верба, - облегчённо выдохнул парень. Рисса тоже невольно улыбнулась. У воительницы был какой-то совершенно непонятный талант поднимать всем настроение самим фактом своего существования.
  Ворота, конечно, тут же открыли. Кто-то быстроногий помчался искать Понжера, а женщина тем временем въехала во двор, но спешиваться не стала. Наоборот, приподнялась на стременах, выглядывая кого-то в толпе. Нашла глазами высокую фигуру Кьяло и направила коня прямо к нему.
  - Ну что? Тебя сейчас отругать, что не уследил за подружкой, или подождать, когда всё закончится?
  - А что с ней? Что-то случилось? - сразу же забеспокоился берсерк.
  - Надеюсь, что нет. Если у неё хватило ума меня послушать, то сейчас эта сладкая парочка уже выбралась из города, и направляется в Тангар.
  - Какой ещё Тангар? - подошедший ректор успел ухватить обрывок разговора. - Ведь они же должны быть в замке! Я приказывал никого не выпускать.
  - А никого не впускать тоже приказывали? Однако, я перед вами! Ладно, забудьте. У меня к вам совсем другое дело. - Воительница легко спрыгнула на землю и перехватила коня под уздцы. Потом, будто что-то вспомнив, обернулась на Кьяло и Риссу. - Вы ещё здесь? А ну брысь. Тут деловые разговоры ведутся!
  - Может, в кабинет? - услужливо предложил Понжер.
  - Ради одной фразы? Не смешите меня. Лучше примите к сведению, что вся эта мразь, которая сейчас развлекается в Таине, вскоре пойдёт к замку. Намерения у них, как вы понимаете, весьма далеки от дружелюбных. Отбить сумеете?
  - Они вооружены?
  - Разве что энтузиазмом! Некоторые, для разнообразия, вилами.
  - Тогда точно сумеем. Мы всё же военная академия, а не пансионат для благородных девиц.
  - По поводу девиц я бы поспорила, но не буду. Идите лучше командовать. А я тут боевым духом займусь. Заодно и прослежу, чтоб ваши подопечные под ногами не путались. А то любопытные они у вас - сил нет! Открытым текстом их посылаешь - а они всё равно стоят и слушают.
  Последняя фраза явно относилась к Риссе и Кьяло. Мавка, смутившись, отступила назад, чтоб в случае чего спрятаться за берсерка, но вдруг обнаружила, что тот куда-то пропал. Пока она оглядывалась, пытаясь определить, куда делся этот великовозрастный охламон, парень уже вновь появился. И не один.
  Кьяло тащил за узду упирающегося Глюка. Конь был осёдлан, но едва перебирал ногами, двигался непонятным зигзагом и, кажется, вообще спал на ходу. Изредка он открывал глаза, недоумевающе вертел головой и решительно поворачивал обратно к конюшне. Парня это не устраивало, он тянул животное за собой, а так как силы были примерно равны, борьба проходила с переменным успехом.
  - Далеко собрался? - со смешком спросила Верба, наблюдая это представление.
  - Спасать! - многозначительно объявил берсерк, в очередной раз дёргая повод.
  - Не пущу! - категорично объявила мавка. - Потому что даже если ты уговоришь эту скотину дойти до ворот, если тебя выпустят наружу, если ты доедешь до города и найдёшь там Марго, если её вдруг действительно понадобится спасать, и если ты даже сумеешь это сделать, то... то...
  - Что?
  - Не знаю, - потупилась Рисса, которая к концу предложения уже забыла, о чём хотела сказать. - Но одного точно не пущу!
  - Так всё равно же другой лошади нет! А этот доходяга нас двоих не довезёт.
  Глюк, услышав про доходягу, обиженно всхрапнул. Чрезмерная худоба к его недостаткам точно не относилась. Скорей уж наоборот - покушать конь любил, и на его фигуре это сказывалось вполне ожидаемым образом.
  Верба, до этого с вежливым интересом слушавшая дружескую перепалку, вдруг вздрогнула и безо всяких видимых причин посмотрела вверх. И невольно присвистнула. Мавка тут же проследила её взгляд, и поняла, что спор окончен. Потому что в ночном небе летел дракон, а на его спине смутно угадывались два силуэта. Впрочем, если для Риссы это было 'смутно', то для человеческих глаз, наверное, и вовсе неразличимо.
  - Кажется, спасать уже никого не надо, - Рисса дёрнула парня за рукав и жестом заставила посмотреть вверх. - Вон они, оба.
  Где-то совсем рядом раздалось восторженное 'Ух ты, какая птичка!', и вскоре весь двор заполнили разноголосые охи и вздохи. Студенты стояли, задрав головы к небу, и не сводили глаз с дракона. Кто-то жалел, что не может рассмотреть как следует; другие уверяли, что это просто крупная птица или летучая мышь; третьи с опаской вопрошали, а не может ли крылатый ящер спалить весь замок. К сожалению, последних было большинство. Кто-то даже притащил лук и выпустил по едва заметной цели пробную стрелу. Стражники, подумав, решили поддержать одинокого стрелка, и тоже вскинули свои арбалеты.
  - Идиоты, - сквозь зубы прошипела Верба.
  - Вы их не остановите? - спросил Кьяло.
  - Уже не послушаются. Да и права не имею, если уж на то пошло. А заставлять силой, и прибавлять к обширной коллекции своих грехов ещё и спасение нечисти от доблестной стражи, очень не хочется.
  - Дракон не нечисть! - вскинулась мавка.
  - Это ты служителям объясни при случае!
  Тёмная крылатая тень тем временем поднялась повыше, чтобы не задело шальным выстрелом, сделала ещё пару кругов над замком, а потом свернула к северо-востоку.
  - Куда это они? - недоумённо спросила Рисса.
  - Видимо, в столицу. Значит, малышка всё же иногда слушает, что ей советуют.
  - Ну, в столицу - так в столицу! - Кьяло бодро вскочил на Глюка. Разом проснувшийся конь от неожиданности прянул в сторону, а потом и вовсе встал на свечку. Однако сбросить берсерка не сумел, и быстро успокоился. А потом повод перехватила мавка.
  - Не пущу!
  - А кто тебя спрашивать будет? Приказы здесь отдаю я!
  - Всё равно не пущу! Свяжу и запру в комнате! Никуда ты без меня не поедешь.
  - Поеду!
  - Не поедешь!
  - Поеду! - На их крики начали оборачиваться, но спорщикам было уже всё равно.
  - Не поедешь!
  - А чего бы вам обоим не поехать, если уж совсем неймётся? - сощурилась Верба.
  - Конь один, - дружно вздохнули оба.
  - Тоже мне, нашли проблему. Можете мою Злючку взять.
  - Эту? - мавка с подозрением покосилась на огромного зверя, который при ближайшем рассмотрении действительно оказался кобылой.
  - Ну да. Как прибудете на место, оставите её в 'Тарелке', а там уж Льёни сам разберётся. Заодно и привет передадите.
  - Вы что, серьёзно? - Рисса упорно не понимала, как можно вот так, не раздумывая, отдать лошадь. Пусть на время, да и не первому встречному, но всё же...
  - Серьёзней некуда. Чую, я здесь надолго застряну, а она свободу любит. Так что забирайте, пока я не передумала, и марш отсюда.
  Мавка не заставила себя долго упрашивать, и влезла в седло. Глюк, видя такое дело, понял, что отвертеться от похода уже не удастся, и обречённо двинулся к воротам. Которые сражу же загородили бдительные стражи.
  - Без особого разрешения никого из замка выпускать не велено! Учеников особенно.
  - А если у нас есть разрешение? - не растерялся Кьяло.
  - Так ведь нет же! - парировал пожилой стражник.
  - Рис, покажи им.
  - А без этого никак? - Мавка угрюмо посмотрела на товарища. - А то, может, здесь останемся?
  - Рис, я приказываю!
  - Слушаюсь, ваше высочество, - вздохнула блондинка. И запела.
  Это была песня без слов. Но все, кто её слышал, вдруг поняли, что это самое совершенное, что только может быть в жизни. Музыка лилась из ниоткуда, очаровывала, затмевала сознание, заставляла беспрекословно повиноваться. И стражники повиновались.
  Спустя всего несколько секунд ворота были открыты, а граница замка преодолена.
  - Вот обязательно было про высочество говорить? - буркнул Кьяло, как только они выехали на дорогу.
  - Так всё равно же забудут, - беспечно отмахнулась мавка. - И про наш отъезд забудут, и про разговор, если слышали.
  - А Верба?
  - Верба не забудет, я на неё маячков не ставила. Но это не проблема. Она, мне кажется, и так всё знает. Я другого не пойму: вот ты бы свою лошадь мне отдал?
  - Никогда в жизни. Жалко было бы бедную животинку. Разве что она изначально глухая была бы, потому что любую другую ты насмерть заболтаешь!
  - Ах так? - нахмурилась Рисса. - Хочешь, чтоб я молчала? Хорошо, буду молчать! Долго и упорно, до самого Тангара.
  - Не выдержишь! - хмыкнул парень.
  - Выдержу!
  - На что спорим, что не выдержишь?
  Но мавка не ответила. Она уже начала молчать.
  
  * * *
  
  
  
  Напоминаю, это не конец!
  
  Полную версию можно скачать на ЛитЭре или в интернет-магазине 'Призрачные Миры' с вот такой обложкой:
  
  Там же есть и другие мои книги.
  
  А бумажную версию ищите по магазинам, она там есть.
  Например:
  - в Лабиринте - http://www.labirint.ru/books/256306/
  - на Озоне - http://www.ozon.ru/context/detail/id/5568957/
  - в Буквоеде - http://www.bookvoed.ru/book?id=396426
  - в read.ru - http://read.ru/id/615019/
  
  Приятного чтения!
Оценка: 6.02*27  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Межзвездный мезальянс. Право на ошибку" С.Ролдугина "Кофейные истории" Л.Каури "Стрекоза для покойника" А.Сокол "Первый ученик" К.Вран "Поступь инферно" Е.Смолина "Одинокий фонарь" Л.Черникова "Невеста принца и волшебные бабочки" Н.Яблочкова "О боже, какие мужчины! Знакомство" В.Южная "Тебя уволят, детка!" А.Федотовская "Лучшая роль для принцессы" В.Прягин "Волнолом"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"