Шепельский Евгений Александрович: другие произведения.

"Варвар как я", главы 1-4

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Читай на КНИГОМАН

Читай и публикуй на Author.Today
  • Аннотация:
    Роман в жанре героической фэнтези - с юмором, однако это не юмористическая фэнтези а-ля Белянин, это драмеди. Собственно аннотация: И вот он - финал истории. Все дороги сходятся ко мне, Фатику Джарси, а мир тем временем трещит по швам и грозит развалиться без нового бога. Кверлинги, чародеи Талестры, загадочный арбитр, и сам Вортиген с эльфами-полуночниками и смертоносцами - против варвара-интеллигента. А есть еще пираты Кроуба, эльфийская оппозиция Витриума, гномши-феминистки, и... Да разве может справится со всеми этими напастями самый простой человек? Конечно, может. Все дело в воле. Воля двигает горами. А если гору сдвинуть не получается... Впрочем, кто сказал, что волей нельзя двигать горы? Все зависит от человека... Итак, вот он - финал моей истории. Третий, завершающий роман цикла. Пишется. Выкладываются вычитанные главы.


  
   Варвар
 как я
        
         Фатик Джарси, странный варвар - 3 (третий, завершающий роман цикла).
        
         Первый роман здесь:
          http://www.ozon.ru/context/detail/id/19863702/
         http://www.labirint.ru/books/374198/>
        
         На Украине:
         http://topbooks.com.ua/imeju-topor---gotov-puteshestvovat.htm
        
         Текст целиком:
         http://samlib.ru/s/shepelxskij_e_a/topor1.shtml
        
         Второй роман здесь:
         http://www.ozon.ru/context/detail/id/24926044/
         http://www.labirint.ru/books/419457/>
         На Украине:
         http://topbooks.com.ua/jelfy-topor-i-vse-ostalnoe.htm
        
         Текст:
         http://samlib.ru/s/shepelxskij_e_a/topor3.shtml
        
         Спасибо всем, кто купил бумажные версии. Если вы категорически против бумажной книги, порадуйте автора той суммой, которой не против порадовать:
         
Рублевая карта "Приват": Шепельский Евгений 5168757256146640
         
Гривневая карточка "Приват" : Шепельский Евгений 5211537433010738 
        
      Роман "Фаранг" (попаданец в тело наемного убийцы в фэнтези) здесь:
        
         http://samlib.ru/s/shepelxskij_e_a/warwarkakja1.shtml
        
         Ставить скверные оценки роману и писать о нем гадости можно здесь (доступно зарегистрированным пользователям "Фантлаба"):
         https://fantlab.ru/work773289
        
        
  
   ФАТИКА УБИЛИ!*
  
   О ложных героях, или варвар Фатик М. Джарси, как пример подлеца и негодяя.
  
   Инвектива Доминуса Мраго, мага Большого Конклава Талестры в изгнании.
   Издано: Фаленор, Адварис, Университет Просвещения, год Новой Эры 5-й, март месяц, в омнибусе "Как это было - начистоту", по особому повелению Государя Фаленора Ф.М.Д.)
  
   Приветствую всех честных и добрых лю**...
  
   Уместно ли будет сразу начать с обличений, или сначала набросать непредвзятому оку читателя беглый портрет этого подлеца и негодяя, Фатика Мегарона Джарси?
   Возможно, вы никогда не слышали о нем, что сомнительно, ибо по обоим континентам нашего мира ныне ширится подложная слава об этом псевдогерое, волосатом, немытом, рано облысевшем необразованном подлеце (слово сие я намеренно употребляю многажды в таком близком соседстве, ибо Ф.М. Джарси - совершенный подлец и негодяй, в чем я расписываюсь!). Да, я, Доминус Мраго, обращаюсь прежде всего к тем, кто ничего еще не знает о Фатике Джарси: не слушайте славословий и легенд, но внимательно прочтите мой труд, и уже затем делайте верные выводы, ибо вы, мои читатели, умны и прозорливы хотя бы уже потому, что умеете читать! Писака из другого измерения набросал об этом подлом варваре две книжонки, "Имею топор - готов путешествовать", и "Эльфы, топор, и все остальное". Так вот - не верьте им, не верьте ни единой строчке, ни единому слову! Там все - бесспорная и безусловная ложь!***
   Но сначала я бегло обрисую вам портрет этого негодяя и образ его действий, затем столь же бегло коснусь обстоятельств, кои предшествовали ужасным и роковым событиям в Талестре, и уже после подробно опишу, сколь жестоко и кроваво разделался Фатик Джарси с Тавматург-Академией Магов, в результате чего ныне я, правая рука Кваруса Фальтедро, вынужден скрываться в Веринди под разными вымышленными именами (под именем Мальвуса Оро я уже не живу, учтите, а если вам будут утверждать, что я скрылся, не заплатив за проживание - это гнусная клевета!). Те безмерно достойные господа, среди которых я сейчас обретаюсь, помогая им осуществлять разные достойные дела на благо неимущих, обычно называют таких как Фатик "потрох сучий", и я заверяю вас, мои добрые читатели, в абсолютной правдивости сих слов!
   Что ж, коснусь портрета, попробую набросать его, хотя я и невеликий мастер описывать негодяев... Фатик Мегарон Джарси родился где-то в отстойнике под горами Джарси, и воспитан был в варварском клане, люди которого исповедали отвратительный промискуитет и кровосмесительство. Клан этот, как заведено у варваров, промышлял грабежами и убийствами, особо кровожадных подонков нанимали разные темные личности, чтобы руками безумных варваров творить бесчинства еще более страшные. Тем и промышлял Фатик Джарси больше десяти лет. Как говорит мой новый друг Хьюберт Жоп-Без-Глаза (он занят на поприще силовых решений разнообразных финансовых конфликтов) - "Борзое падло". И характеристика сия верна безусловно!
   Был он не особо высок для варвара, однако крепок, и отличался особой подлостью своей змеиной натуры, что выражалось в бесчисленном количестве преступлений, кои он совершил. Лично я слыхал, что Фатик Джарси преуспевал на ниве преступного ремесла, присовокупив к нему занятия еще более гнусные, навроде торговли живым товаром, сиречь девственницами, коих он усиленно портил и доставлял заказчикам в непотребном виде! (Врет, как сивый мерин, ну я же пояснял, что и как было в той истории! - примечание Фатика М. Джарси.) В частности, он совершил такие преступления, как...
   Страница оборвана...
   Ну а потом за свои подлые дела он угодил в тюрьму, и на время решил завязать с преступлениями. Как говорит мой новый друг Жамка Две Селедки (работающий на поприще защиты купцов от оголтелых преступников-рэкетиров): "Рога лосю поотшибали, вот он и забзд..."
   Страница оборвана...
   Он обжился в Хараште, столице синдиката Харашты, вместе с подельником - гномом по имени Олник, с коим познакомился в тюрьме. К несчастью для всего мира, Фатика нашли эльфы Витриума, и он обманом, втершись к ним в доверие, вынудил их взять его в качестве проводника в Дольмир, к Облачному Храму, где располагался Оракул Вопроса. Мотивы действий эльфов (в команде оказались также люди и гномша) были понятны: Оракул должен был открыть имя последнего наследника Империи Фаленор, коя претерпевала лишения под пятой злодея - Тавро Вортигена. Он вырезал всех прямых наследников истинного императора, Травельяна Гордфаэля. "Пошел по беспределу", как говорит еще один мой новый друг Мокрило Жабья Морда (работа его связана по улучшению человеческой породы, обычно ножом или удавкой, или, если порода совсем крепкая, кирпичом). Однако внебрачного ребенка он не учел... Прошли годы. Ребенок вырос, не зная о своем предназначении. Вырос в клане Мегарон гор Джарси... Народы Империи и сопредельных стран объединились в Альянс, коему недоставало истинного предводителя. И вот этим предводителем суждено было стать... Нет, вовсе не Фатику. Ибо, как выяснилось позднее, Оракул указал совсем на другого человека... На его сводного брата, Шатци Мегарона Джарси! А Фатик все это время играл роль подсадной утки, отвлекая внимание убийц, подосланных Вортигеном! Однако все это неважно для нашего повествования.
   Продвигаясь к Дольмиру, по дороге Фатик совершил немало бесчинств - в частности, убийств, а также на его совести соблазнение эльфийки! А они очень страстные в постели, очень страстные, очень, очень, очень страстные... (ОЧЕНЬ СТРАСТНЫЕ!) Он ее соблазнил и затем на ней женился, вот же подлец, а!
   Нет, все же, я должен начать с главного - Фатик М. Джарси последовательно уничтожил все наши надежды на новые социальные устройства - во Фрайторе, Мантиохии и в Дольмире! Я до сих пор недоумеваю, как этот недалекий и подлый варваришка сумел не раз и не два раза помешать нам привести к покорности человеческое стадо! Он помог одной самозванке выиграть войну во Фрайторе, избавил жителей Мантиохии от гибели в страшном иномировом смерче и поставил над ними нового короля, а в Дольмире спас старого правителя от заслуженного отправления на вечный покой и, можно сказать, реставрировал монархию.
   Как говорит мой новый друг Горо Сунь-В-Нос-Палец (он занимается углубленными исследованиями кружек для религиозных подношений): "За все хорошее - надо поставить Фатика на ножи", и я подпишусь под его словами. А теперь кратко поведаю о том, что случилось непосредственно в Храме Оракула.
   Страница оборвана...
   Ну а теперь вы узнаете, каким образом Фатик уничтожил нашу прекрасную Тавматург-Академию...
  
   Здесь заканчивается текст инвективы, оборванный рукой самого Фатика.
  
   Приписка рукой Фатика М. Джарси.
  
   Теперь вы видите, что думают обо мне маги... которые еще остались в живых... Поймаю этого Мраго - рога ему поотшибаю и в нюх вотру, беспредельщику! Посажу на параш...
  
   Страница оборвана...
  
   Панегирик моему другу, написанный у его могилы. За авторством Олника Гагабурка-второго Доули, выполненный собственноручно (без редактуры профессоров Университета Просвещения)
  
   Фтик очен хроший друк. Мне пчално што он умр.
  
   Приписка от руки Джальтаны Мегарон Джарси (бывшей возлюбленной Фатика М. Джарси, отринувшей его ради Шатци М. Джарси)
  
   Не мой характер. Вы понимаете? Слишком спокойный и ровный. Он не может достать звездочку с неба, если я попрошу. Да, будет рядом, но... Он пресный, с ним скучно, он ужасно предсказуем, и даже не хотел со мной драться, когда мы, бывало, скандалили. Ну, вы знаете - он бы потягал меня за волосы, я врезала бы ему промеж глаз - зато потом все завершилось бы сладким и страстным примирением. А то, что финал истории сложился для него так скверно и он, можно сказать, умер... Ну-у-у... Я даже не знаю, что сказать... Вы сами прочитайте и во всем разберитесь.
  
   Приписка от руки Виджи Риэль Альтеро (супруги Фатика Мегарона Джарси).
  
   Фатик умер, но всегда живет в моем сердце.
  
   Приписка от руки самого Фатика:
  
   Я не умер, меня убили. А теперь догадайтесь, каким образом я пишу эти строки, хожу, дышу и люблю свою жену? Ответ - в этой книге.
  
  
   *Доминус Мраго, конечно, не мог сдержать радости, узнав о моем убийстве. Видели, какими большими буквами это написал перед своей инвективой? Ну что я могу сказать, да и нужно ли тут что-то говорить? Да, меня убили, это чистая правда. (Прим. Фатика Мегарона Джарси).
  
   **Здесь и далее - рукопись загадочно обрывается в некоторых местах, предположительно, Доминус Мраго писал ее кусками и второпях, или же Фатик ее обрывал - подвергал цензуре перед изданием.
  
   ***Да не такие уж и плохие книжки, немного приукрашенные, конечно, в частности, рост у меня все же пониже, и не такой я смелый, и... А о том, как я разделался с магами Талестры, вы можете прочесть в этой книге. В целом, она подводит итог моим злоключениям, и... Короче говоря, сами все увидите! (Прим. Ф.М.Д.)
   Пролог
  
   Адварис, столица Фаленора. Время действия - примерно тогда же, когда я, Фатик Джарси, разбираюсь с проблемами в недрах горы Оракула.
  
   За много сотен миль от Дольмира солнце пыталось пробиться сквозь тучу пепла, накрывшую Адварис.
   Пепел тихо сеялся с неба, оседал на крышах, забивал водостоки, проникал сквозь щели окон, забирался в постели и рты горожан.
   Вечный снегопад пепла - начало и конец каждого дня в столице Империи вот уже двадцать лет. Да, пепел сыплет и днем, но горожане, поглощенные работой, не слишком его замечают. О том, что есть другая жизнь и другой свет, они вспоминают поутру и на закате - когда солнце, подсвечивая тучу, бросает на город золотисто-розовые блики.
   Пепел, разумеется, падает и ночью.
   Утром жители сгребают его в клоаки. Там, в воде, пепел растворяется и уносится в море серым потоком.
   Дышать на улицах можно, лишь натянув на лицо полотняную маску. Нельзя долго дышать пепельным воздухом без маски: невесомые хлопья забьют легкие, и человек умрет, хрипя и пуская пену изо рта. На кошек и собак не натянешь маски: они давно мертвы. Из городской живности выжили только крысы, выжили - и расплодились в невиданных количествах.
   Птиц в городе нет.
   Пепел убил деревья и траву. Деревья в парках напоминают окаменевших мертвецов, трава давно стала пылью.
   Туча - отражатель любой магии, кроме магии смертоносцев Императора, некогда людей, ныне - измененных, полудемонов, самого Вортигена и скованных чародеев - бывших служителей Ордена Империи, плененных узурпатором. В подземной части дворца Гордфаэлей они заняты непрестанным поддержанием заклятия, а их силы питает непрерывная гекатомба - ежедневная и беспрерывная смерть десятков людей.
   Адварис - столица Империи. А дворец Гордфаэлей - ее сердце. Сейчас на этом сердце - черный нарост Крепости, издалека похожий на колючий исполинский куст, опутавший наружными корнями белый мрамор дворца до самого фундамента. Крепость Вортигена растет над дворцом Гордфаэлей, растет ежедневно, ежечасно, питаемая чужемирной магией. Центральная башня Крепости, называемая Агастр, похожа на черный тюльпан с наполовину раскрывшимся бутоном. Он слегка кренится на тонкой ножке и нависает над городом, готовый раскрыть свои лепестки...
   На самом верху башни находится не слишком просторный зал. Колонны у его стен и сами стены странно изогнуты, от чего зал напоминает выпотрошенную грудную клетку. Там, в зале, в том месте, где в грудной клетке помещается сердце, набросив глубокий капюшон, сидит создание, которое давно перестало быть человеком...
  
   ***
   Огромная фигура зябко куталась в меховой плащ, усеянный пролысинами больше, нежели мехом. Острые плечи создавали впечатление сложенных под плащом крыльев - кожистых, нетопырьих. Руки в перчатках - и сразу бросается в глаза, что пальцы слишком длинные, отчего кисти, прижатые к груди, кажутся парой крупных, сцепившихся лапами пауков.
   На лице создания была маска - серебряный лик, изображавший человека, несомненно, волевого и решительного, с острыми скулами и выпяченным подбородком. На маске отпечаталось выражение пугающего, отстраненного равнодушия, словно ее обладатель давно расстался с земными заботами и пребывал в горних высях. В черных прорезях поблескивали глаза.
   Тавро Вортиген, бывший герцог и нынешний император, узурпировавший трон Империи, сидел на дрянной, точенной шашелем трехногой табуретке, и дрожал.
   Некогда он так боялся физической смерти, что решился смешать свою плоть с плотью демонов мира Агон, чтобы обрести если не бессмертие, то его иллюзию. Болезнь, жравшая его тело, отступила, но не ушла, затаилась в глубине тела, и давала о себе знать всякий раз, когда приходило время новой трансформации.
   Мотивы великих злодеев зачастую весьма просты. Вортиген просто боялся сдохнуть, он хотел быть, существовать, дышать, и ради этого был готов пойти на все. Вообще на все. Уничтожить бесконечное число жизней, пожертвовать родными и близкими. Практически забыть свою личность.
   Впрочем, трансформация помогла лишь частично: он и сейчас безумно боялся смерти. Не от болезни или старости, а от удара в спину, мятежа, или даже от своих союзников из Агона, которые с каждым годом выражали все большее недовольство тем, что ему никак не удается уничтожить Витриум, сжечь, спалить, перевешать всех эльфов, предварительно отрезав им острые уши и сложив из них памятный курган.
   Сейчас был период очередной трансформации, - в его тело посредством магических ритуалов добавили новую частичку демонской плоти.
   Болезненный процесс.
   Но и необходимый. Без новой частички демонской плоти болезнь снова напоминала о себе и начинала быстро жрать его тело, не брезгуя чужемирной добавкой.
   Союзники каждый раз уверяли, что надежно сепарируют демонскую душу, отделив ее от плоти, но остатки этой души с ее странными, чужеродными мыслями, желаниями, горестями, неизменно просачивались, и после смешения некоторое время корежили тело и изводили, точили душу императора.
   Вортиген полагал, что союзники намеренно оставляют частичку души демона, чтобы напоминать, кто его благодетель.
   За его спиной было огромное, выпуклое в сторону города окно в частых стальных переплетах, похожих на паутину. Над столицей до самого морского рейда сеяла пепел колдовская туча.
   Перед Вортигеном вросла плоским основанием в черный пол овальная чаша из цельного куска багрово-красного мрамора. Ее размеры вызывали в памяти сказки о пирах горных великанов. Рука эльфа-каббалиста по имени Митризен изрезала внешнюю сторону низких стенок острыми колючими знаками, выражавшими лишь одну эмоцию - ненависть.
   В чаше, завиваясь спиралью, почти вровень с краями, кружил густо-багряный туман.
   Чаша была Вратами и Голосом. Голосом тех, кто дьявольски хотел, но не мог материально воплотиться в мире Вортигена, да, собственно, и ни в каком ином мире. Их клеткой был мир-тюрьма, куда в свое время заключил их Творец. Их души горели местью. Местью эльфам Витриума, смертным существам, души коих Творец смешал с душами людей.
   Голос ожил и заговорил - внезапно для императора.
   Голос, в котором звучало жужжание разворошенного пчелиного роя, сказал:
   - Наша личность присутствует, внемли. - Обертоны голоса Владыки Агона были слишком чужды, каждое слово болезненной волной отдавалось в теле императора. Так бывало всегда, когда говорил сам хозяин Агона, а не кто-то из его слуг. Голос Владыки прижигал кожу Вортигена изнутри.
   Владыка никогда не снисходил к разговору просто так.
   - Ты слышишь шепот? - сказал он.
   - Шепот? - с трудом повторило существо, настолько боявшееся смерти, что предало своих родителей.
   - Шепот твоего мира, - сказал Владыка. - Шепот сквозь Врата. Наша личность его слышит.
   Вортиген насторожился: сердце мощными толчками гнало кровь по телу, и она гудела в ушах. Обычное дело во время трансформации. Обычные звуки.
   - Я не слышу...
   - Странно, что ты его не слышишь... - сказал Голос.
   Император усилием воли заставил свои зубы не лязгать: трансформация - болезненный процесс, а Голос ее усугублял.
   - Я еще не закончил... обращение, - сипло сказал он. - Мне... больно.
   - Я знаю, - сказал Владыка с неясным чувством, и его голос - хор раскаленных пчел - забрался под кожу императора и принялся деловито терзать его плоть. - Но все же - прислушайся еще раз.
   Вортиген повиновался.
   - Я ничего не слышу. О чем он говорит, этот шепот? Это - знак? Предвестие беды?
   Пауза.
   Голос сказал неторопливо:
   - Наша личность не может уяснить это. В твоем мире происходит нечто странное. Попытайся разобраться сам. Пусть слушают твои смертоносцы...
   - Я скажу...
   - Слушай еще. Пришло время. Построй большие Врата на границе с Витриумом. Ты знаешь, что для этого нужно...
   Вортиген едва справился с болезненной дрожью.
   - Я сделаю.
   - Построй их как можно быстрее. Наша личность дает тебе срок - месяц. Пришло время нашей личности вмешаться, раз ты не можешь совладать с Витриумом.
   С каким бы удовольствием Вортиген расколотил чашу, с какой мстительной радостью истоптал бы сапогами ее осколки, чтобы больше никогда не слышать союзников и самого Владыку, не чувствовать себя нашкодившим щенком, которого тычут носом в собственную лужу. Но он не мог: он безумно боялся смерти. А смерть без очередной порции демонской плоти в нужный срок - неминуема. Он это знал, и союзники знали, и потому вертели им, как хотели.
   К его горлу подкатила дурнота. Наступал самый худший период трансформации, когда осколки воспоминаний чужой души начинают гулять в сознании, обжигая всем спектром эмоций: щемящей болью и безумной радостью, сладостью победы и горечью потерь, чувствами любви, ненависти, дружбы, - задевая собственные чувства императора. Те самые чувства, которым давно полагалось усохнуть, отмереть, заглушится единственным оставшимся живым чувством - чувством страха.
   Это был долгий и самый болезненный период, за которым следовало освобождение. Ничего, к утру трансформация завершится, и он насладится легкостью и свободой нового тела - еще на полгода.
   - Хорошо, - повторил Голос, все так же обжигая плоть Вортигена огненными пчелами. - Наша личность будет ждать. Что касается наследника, плетение нитей говорит странное... Наследник все так же должен умереть в зале Оракула... Он умрет и не умрет... наша личность не может понять...
   Вортиген не ответил. О событиях, что последуют вслед за смертью наследника престола, плетение нитей говорило сущую несуразицу. Выходило так, что наследник восстанет из мертвых и, более того, раздвоится, причем его первая, основная ипостась с некоторого момента уйдет в глубокую тень, а вот вторая - начнет приближаться к Адварису странным зигзагом, - через Южный континент и Одинокое море. Дальнейшие события распадались на тысячи возможных вероятностей, слишком странных и страшных, чтобы толком их осмыслить. Там, в частности, фигурировала супружеская пара гномов, отряд поющих огров и некий всесокрушающий топор. Но две трети этих вероятностей заканчивались победой Вортигена, и это было славно, это ободряло и заглушало страх.
   - Наша личность уходит, - сказал Голос. - Странно, что ты не слышишь шепот.
   Туман в чаше разгладился, растянулся багровой мерцающей пленкой.
   Создание, настолько боявшееся смерти, что перестало быть человеком, выбранилось. Затем оно отвернулось к окну, легким щелчком отсоединило маску, поднесло к голове рукав плаща и высморкалось, измарав волчий мех кровью.
   Когда завершилась трансформация, Вортиген так и не услышал шепота. Не различили его и смертоносцы Внутреннего Круга, которым он запоздало велел слушать.
  
   Часть первая
   Фатик без маски
  
   1.
   Пожалуй, я начну там, где закончил, но не с самого конца. Там, если вы помните, красовался эпилог, который я опрометчиво пообещал сделать прологом новой истории. Так вот: не вышло. Считайте, что я вас обманул, да.
   Меня дурили всю дорогу. Я не был наследником престола. Я был... лопухом.
   Можете смеяться, я позволяю.
   Я оказался расходной пешкой в игре могучих сил, и мне это не понравилось. Еще больше мне не понравилось то, что мой сводный брат, Шатци Мегарон Джарси, наклонившись, выдал свой монолог, сдобренный парами чеснока. Закончил он его следующим образом:
   - Ай, долго объяснять! И у тебя в отряде - магов шпион! А сейчас скажу тебе главное, слушай...
   Я оглянулся на своих праведников-обманщиков, резко, готовый прикончить негодяя, если шпион только подаст вид, скажем, дрогнет, а то и кинется бежать. Стоят, насторожили уши. Блеснули глаза Имоен, Монго что-то промямлил. Скареди позади них качнул головой, отчетливо хрустнув позвонками:
   - Святая Барбарилла, шпион?
   Ну да, шпион. О нем говорил и Тулвар, а Шатци подтвердил...
   Крессинда выдержала мой взгляд, затем покосилась на Олника. Мой беспамятный приятель по стеночке, по стеночке пятился от ретивой невесты. Наконец он облюбовал место возле нас с братом, став так, чтобы туша чорона закрывала его от Крессинды.
   Самантий по-прежнему маячил подле Альбо, баюкая свою сковородку - осколок артефакта трактирного всевластия. Рядом с ними Тулвар, прислонился к стене коридора, выпятив тощие груди, - по виду, вот-вот отдаст концы от страха.
   Шпион, яханный фонарь! Кто? Ну же, дернись, выдай себя! И... дай подержаться за твою шею!
   Тулвар говорил о соглядатае, да я тогда не успел ничего предпринять, - очень уж много всего навалилось. Глупо, недальновидно поступил старина Фатик.
   Я перехватил руку брата, сжимавшую мой топор. Рванул рукоять на себя, однако брат держал ее крепко.
   Виджи спала неподалеку, медовые волосы запахнули лицо. Месяц жизни, всего только месяц! Мысли путались, сталкивались, происходящее казалось страшным сном. Сейчас я проснусь рядом со своей утконосой эльфийкой, стоит только приложить небольшое усилие!
   Оплывшее тело Гродара... Тускло отблескивает на полу слетевшая маска... Быстро я прикончил смертоносца, надо признать!
   Шатци был в кольчужной рубахе, забрызганной кровью, и в меховых штанах по колено - классический походный набор варвара Джарси (не хватало еще безрукавки из шкуры барса, мой брат, видимо, где-то ее задевал). Нижнюю часть этого набора я весьма не любил - очень часто в штанах заводились навязчивые насекомые. Если мне случалось ехать на дело прямо из клана Джарси, я, едва спускался с гор, тут же менял меховые штаны на нормальные, из льняной ткани.
   В горле Квинтариминиэля бурлила кровь.
   Я содрогнулся и вновь рванул топорище на себя.
   - Да брось, Фатик, - сказал Шатци гулко. - Не бузи, хе-хе, хы, го! Прознатчик ведь не опасный. Маги его используют, ну, как это... Он это... слепая лошадка. Они сквозь его гляделки зырят, могут пару слов сказать его голосом. А так, чтобы шпион сотворил что-то там, нож в спину скажем, так нет. Ну, то есть как... чем ближе шпион к магу - тем лучше им управлять, чем дальше - тем сложнее, вот! Мы ж тут одного мага поймали, поговорили с ним по-свойски, он и выдал... Имени шпиона не сказал, маг из младших чинов, такого ему знать не положено. И сейчас они слушают, слушают, хе-хе-хе! Пускай слушают, да зубами скрежещут. Не по их желанию все вышло, Великая Торба! А теперь я скажу тебе, все-таки, главное! Хе-хе, хы, го!
   Как же меня бесили его прихохатывания. Наверное, сильнее, чем смрад чеснока, который я должен был вдыхать.
   - Ну? - я снова рванул топорище, но Шатци был сильнее меня.
   - Короче, Фатик, - прошептал этот охламон, выдвинув вперед челюсть, которую можно было использовать для колки орехов. - Я таки сделал Джальтане ребенка, и теперь, согласно нашим клановым законам, должен на ней жениться. Ты понимаешь? Нет, мало мне того, что я наследник Гордфаэлей и будущий император, так еще и это... Я не хочу, понимаешь? А она хочет, с... сук... су... Ох-х, яханный фонарь... А ведь говорила - да действуй смело до самого конца, в этот день не зачнем. Ты понимаешь, что она меня обманула, лишь бы только женить на себе? Вот она, бабья подлость!
   Тьфу ты, Великая Торба! Я-то думал, он выдаст мне очередную порцию обжигающих тайн и загадок.
   Мой брат, в дополнение к невеликому уму, еще и приличный эгоист. Это свойство, на самом деле, помогает ему брать от жизни все. Умножает его удачу. Хотя, пожалуй, то, что он сделал ребенка моей бывшей возлюбленной... женщине, которую сам же у меня отбил давным-давно, а вдобавок оказался наследником, могло свидетельствовать, что его удача пошатнулась. Скажем так: беременность Джальтаны и будущий брак были малой карой за все грехи Шатци, а вот то, что он, свободолюбивый эгоист, должен взвалить на себя ответственность за Альянс, и, в перспективе, за Империю, было карой превеликой.
   Я ощутил неприкрытое злорадство. Ничего, родной, помучайся, хватит с тебя неба в алмазах.
   - Ну, так драпай, наследник династии, - криво усмехнулся я. - Беги прямо сейчас. Выход - вон там.
   - Я боюсь гнева дедушки Трампа, - промямлила эта орясина.
   Дедушки, который на самом деле - мой отец. Я поежился. Снова дернул за топорище. На руку капнуло что-то вязкое и липкое. Кровь чорона.
   Шатци покачал головой:
   - Нет, Фатик, топор я тебе не отдам.
   - Почему?
   - Эльфы его выкупили сразу после того, как ты его в ломбард зафинтил.
   - Ну, это ясно. Следили за мной, хитрецы.
   - Следили. А топор мне всучили. Я, конечно, удивился. А эльфы мне и говорят, что, мол, ежели я отдам тебе топор, пока "...не закончится жизнь Вортигена", то ты сгинешь. Используй, сказали, то оружие, что добыл у горгон. Оно, мол, хорошее, проковано с добавкой металла Агона. Не знаю, что там за Агон, хе-хе, хы, го!
   Зато я знаю, дорогой мой брат. Это мир, в который Творец заключил истинных эльфов, обезумевших от свалившегося на них бессмертия.
   - У горгон? Я отобрал мечи у оргов Митризена.
   Братец кивнул:
   - Ага. Орги - они же горгоны. Орги - это если укорочено. Твари с Горгонид. Отсель далече, в Южном океане, есть такой архипелаг. Полуразумные твари...
   "Прямо как ты", - едва не ввернул я.
   - Митризен, что Сеет Пагубу, он же Изгнанный из Витриума, в странствиях обнаружил их. И открыл кое-какие их свойства...
   Горгониды... Так же назывался корабль Димеро Буна. Интересное совпадение. Слишком много совпадений в этой истории, яханный фонарь! А еще этот Митризен, который, по словам Шатци, бродит где-то в Храме...
   Я хотел расспросить о свойствах тварей, спросить и про Митризена, но принц внезапно закашлялся, сдвинулся и издал стон.
   - Фа... а-а-а... ти-и-ик...
   Я склонился над ним. Эльф распахнул веки, нашарил меня глазами, по которым опять, как в Ридондо, расползлась тьма.
   - Обещай...
   - Все, что угодно.
   - Произведи сейчас свое слово... псс-ха-а-а... - Кровь заклокотала в его груди, поднялась вместе со словами к горлу, он сделал над собой усилие и сплюнул длинную тягучую струю. - Бросишь... сейчас... меня...
   - Не брошу.
   - Бросишь... крентенел... пока есть время! В яму Оракула. Ты. Пока я живой немногим буду...
   - Зачем мне тебя убивать?
   На самом деле я должен был спросить в лоб: на черта я буду тебя убивать? Ты же отец моей жены, верно, и сам сейчас отдашь концы?
   Он задышал быстро, в предагонии, всхлипывая и клокоча.
   - Ответ на вопрос... Как спасти мою дочь.
   Твою же! Вот что задумал этот ушастый на пороге смерти! Смело - и отнюдь не глупо. И тяжело - для меня. Старине Фатику нужно прорваться к Оракулу, пока эльф еще дышит - ибо мертвое тело с отлетевшей душой Оракул не примет.
   И хитро. Давайте учтем, что принц активно противился моей связи с Виджи, всеми четырьмя лапами упирался. Похоже, я становлюсь параноиком, но смотрите: если я убью Квинтариминиэля (между нами - за одно это имя его стоило пустить в расход), пусть даже ради жизни его дочери, пусть даже он и так готовится распрощаться с нашим миром, я превращусь в отцеубийцу. Не отвернется ли от меня Виджи, или, того хуже, - хотя что может быть хуже? - не ляжет ли на нее обязанность кровной мести? Кто их знает, этих эльфов. Не скажу, что я боюсь смерти от руки любимой женщины, но хочется, все-таки, пожить, и крайне желательно - в ее обществе.
   Эльф захрипел.
   - Обещай мне свое заднее слово срочно! Я тяну... пс-с-ха-а-а... свою жизнь еще час, потом уйду за порог. Дай могучее слово Джарси!
   Гритт!
   Слово варваров Джарси нерушимо.
   Мой брат, сопя, склонился над нами. Я тут же превратился в дольку чеснока.
   - Чего он там стрекочет, этот воробей? Зашвырнуть его к Оракулу заради ответа? Фатик, я это сделаю, не вопрос. Да и весит он как перышко от воробушка.
   Принц распахнул глаза и взглянул на Шатци с ужасом.
   - Запре... пссс-ха-а-а... щаю! Аллин тир аммен! Ты, малый варвар с плешью, ты отправишь меня в яму!
   Даже на пороге смерти он не удержался от того, чтобы меня подколоть.
   - Слово... варвар... с-слово-о-о... Если любишь мою дочь.
   Кровь стекала с углов губ, тягучая, черная в полумраке.
   Я видел по его глазам, что ему нужно мое слово, жизненно нужно, как бы смешно это ни звучало.
   Черт с ним. Я произнес клятву Джарси, нерушимую, и так далее, и тому подобное.
   Эльф вздохнул, как мне показалось, облегченно, хотя какое может быть облегчение, когда в твоей груди зияет дыра размером с кулак?
   Ледяные пальцы коснулись моего запястья.
   - Бла... годарю... Будь мужественным на всю свою малую длину.
   Все-таки он меня не любил.
   Я оглянулся на отряд и решил нарушить свою клятву. Чихал я на аллин тир аммен.
   Принц издал жалобный вздох и закрыл глаза, но сердце его продолжало биться. Он знал, что протянет еще час, оттягивал момент смерти каким-то хитросваренным эльфийским способом. А я знал, что нарушу клятву, потому что... У меня есть еще одно существо с душой, которое я могу принести в жертву ненасытной утробе Оракула.
   Альбо. Пророк Гритта-Миротворца. Разум его стерт, но душа, надеюсь, жива - эльфы говорили, что транкас убивает разум, но не стирает душу.
   Поверю эльфам на этот раз.
   - Во-от, - промолвил Шатци над самым моим ухом, - я как чувствовал, что Зал Оракула тебе будет нужен. Да и Талиэль мне это же сказал... Смотри, - он еще понизил голос, - ситуация такая. Мы изначально закрепились в Зале Оракула, держим его и часть переходов Храма. У нас в заложниках несколько аколитов и сам настоятель Чедаак. Маги бьются со смертоносцами и их шатией, и попутно режут аколитов, чехарда еще та, и мы в самой ее сердцевинке. Да, Талиэль что-то там говорил о каком-то странном шепоте...
   Мой брат - настоящий талисман удачи. Я испытал прилив сил и веселого ухарства. Надо же, как все сложилось. То есть сложилось оно, конечно, скверно, но лучик надежды осветил дно пропасти, где я сидел.
   "Нарушивший клятву Джарси навсегда покидает клан и объявляется среди других Джарси вне закона", - строки из Кодекса Джарси эхом отдались в голове.
   Так было с некоторыми из нас. Так случилось с Черным Пахарем, который попрал клятву, бросил клан и организовал среди чернокожих юга свое королевство. Так случится и со мной. Поживу вне закона Джарси, зато - рядом с любимой. И тень отца Виджи, убитого моей рукой, не будет лежать между нами.
   Что ж, примемся за Альбо. Он стал растением (вернее даже, овощем, если учитывать его габариты), это будет убийство из милосердия.
   Самантий вдруг охнул, сковородка со звоном выпала из рук.
   - Фатик! Твой священник!.. Он только что открыл глаза, и... умер!
   В любой ситуации варвар должен держать лицо спокойным, а штаны - сухими.*
  
   *Тут и далее в конце каждой из глав - премудрости из книги "Кодекс варваров Джарси". Обычно авторы помещают подобные штучки в начале каждой из глав в виде эпиграфов, ну а я решил помещать их после сказанного. Так сказать, "кода", или, в буквальном переводе - "хвостик". Ну, или "антиэпиграф".
  
   2.
   Вот это поворот! Вот это пи... п... Твою же растреклятую гоблинскую мать!
   Я заорал и молнией слетел вниз, локтями растолкав гоп-компанию праведников. Застывшее лицо Альбо было изжелта-серым, выпученные глаза уставились в низкий свод перехода.
   Самантий вздохнул слегка виновато:
   - Мне кажется, любезный мой Фатик, это я его, мнэ, удручил.
   Но в его голосе не звучало раскаяния. Он пожил достаточно, и перенес всякое, чтобы слишком расстраиваться из-за убийства едва знакомого ему человека. Альбо умер внезапно, это и испугало тучного трактирщика.
   Я коснулся пульса на шее пророка. Сердце молчало. Ощупал голову, где там отек от удара сковородки? Нет? Какая неожиданность. Перелома костей черепа тоже не оказалось. Мистические силы, влившиеся в тело пророка, успели залечить все увечья, если те все-таки были.
   Кроме стирания разума транкасом. Здесь силы Гритта были не властны.
   - Не думаю, Самантий. Он умер, потому что... Сейчас я не смогу тебе объяснить.
   У меня нет времени рассусоливать и отвечать на глупые вопросы. Сперва - дело.
   Я закрыл Альбо глаза и встал. Некто обрезал нить жизни своей марионетки, потерявшей моими стараниями управление. Некто, обладающий сверхъестественной силой.
   Гритт.
   Кстати, смешно бы получилось, окажись Альбо вдобавок шпионом талестрианских чародеев.
   Только теперь выходит так, что я должен сбросить в пропасть Квинтариминиэля.
   Яханный фонарь.
   - Фатик, - простонал сквозь зубы Тулвар. - Все это так ужасно для нашей тонкой душевной организации! Умоляю, ты, подлая помесь шакала и верблюжьей колючки, ишачий пупок на хворых ножках, пес, покрытый паршой, давай же покинем это ужасное место поскорей! Забирай свою уродливую плоскогрудую женщину, и бежим, умоляю тебя на коленях!
   - Иди к екру, - сказал я.
   Тулвар зарыдал. Повышенная эмоциональность, обретенная бывшим монархом в женском теле, делала его совершенно нестерпимым.
   - Эркешш махандарр!* - Олник подобрался ко мне и вручил клинок Гхашш, тот самый, что я бросил под ноги Гродару, играя в труса. - Слушай, Фатик, ты давай это... или вперед, или назад, потому что вот тут, на этом самом месте, меня скоро схватит горный карачун или даже гномья курва!
   Произнося это, он смотрел на Крессинду (та смотрела на него, в полумраке видно было, как изумленно округлились ее глаза). Горным карачуном и гномьей курвой была именно она. Женщины, женщины, вы воистину и ангелы, и чудовища - все зависит от мужского взгляда.
   Ко мне спустился брат, деловито оттирая куском ветоши кровь с топора. Глянул на труп Альбо.
   - Да уж, парниша смертельно устал. Не нужно его больше трогать.
   - Идем к Оракулу, Шатци.1
   - Обязательно, Фатик. Но сперва... Значит, такое дело... Вот эта крючконосая с маленькими титьками, она была в твоем отряде с самого начала? - Замечу, что уважение к женщине, то самое, глубинное, истинное, ни мне, ни Трампу в Шатци вбить так и не удалось.
   - Крючконосая? - задохнулся Тулвар. - Ах ты... И груди нашей милости в полном порядке! Потрогай, какие упругие соски!
   - Заткнись, - велел я устало. - Еще слово, и брошу тебя и твои соски рядом с трупами. Нет, Шатци, она навязалась к нам у Самантия. Бесполезная дура. - Замечу без скобок, что мое уважение к женщинам осталось неизменным - Каргрим Тулвар оставался для меня тем же слабовольным и глупым монархом-мужчиной.
   - Фа... ах... о...
   - Цыть!
   - Ну и добренько. Хе-хе, хы, го! Значит, тебе, ей, трактирщику, и этому твоему... как бишь его?.. карапет такой, не могу его в темноте разглядеть, навроде гриба-поганки. Светит лысиной и воняет паленым. Ты мне скажи, он напился пьян и свалился башкой в костер, верно?
   - Гшантаракш гхор!
   Я ощутил, как в моей груди начинает расти ком ярости - верный предшественник амока.
   - Шатци, заткнись! Все - тихо. Брат, говори только по делу. Олник, молчать!
   - Хе-хе, хы, го! По делу, братец, по делу. Всем остальным, всему твоему братству, хранителям твоей милости, хе-хе, мы завяжем глаза. У тебя в отряде магов шпион, и дорогу к Оракулу - а так же путь к отступлению, он не должен увидеть.
   Это звучало разумно.
   - Завяжем им глаза и дадим гномские имена, чтобы никто не догадался! - влез Олник. - Гофур, Мофур, Дохур, а вот эта, - он показал на Крессинду, - Яханный Офур.
   - Цыть!
   - Гном у тебя, Фатик, по-прежнему не блещет... - Шатци сказал вполголоса: - Талиэль обещал заглянуть в голову каждого, прямо сюда, - он звучно постучал себя по лбу, - найти шпиона и вытащить чужие глаза наружу... Что за штука нужна от тебя магам?
   Бог-в-Себе, дорогой Шатци, но вот только зачем?
   - Талиэль - один из твоих эльфов, кто остался жив?
   - Он. Брат его прыгнул в провал и пропал, хе-хе-хе.
   Я ведь и сам должен прыгнуть в провал... и пропасть. Или - победить. Добраться до Источника и во всем разобраться на месте. Впрочем, Талаши сказала, что с прыжком в провал у меня не сложится. Да, сначала я должен буду спровадить туда Квинтариминиэля.
   Тут я вспомнил, что Талаши поведала мне кое-что еще.
   Наследник Гордфаэлей погибнет в Зале Оракула.
   Получается, я не должен брать Шатци с собой? А кто же покажет мне путь в Зал? Но, взяв Шатци с собой, я обрекаю его на смерть? В то же время, не пройдя в Зал, я не выполню то, что должно.
   Чертова дилемма. Хренов моральный выбор. Да, да, да, я пожертвую сводным братом, лишь бы спасти мир, мир - и свою женщину. И пошли вы все туда, куда не хотите идти! Фатик стал подлецом, так и запишите в книге судеб! И ни черта я Шатци не скажу - во-первых, он все равно пойдет, а во-вторых, у меня нет желания объяснять. С другой стороны - Шатци уже побывал в Зале и не умер, так может быть, его демон удачи сумел обвести смерть вокруг пальца? В любом случае, я должен прибыть в Зал. И я надеюсь, что наследник Гордфаэлей не врежет там дуба.
   - Что еще сказали этот... Талиэль?
   Шатци вдруг подобрался, повел плечами, завертел головой.
   - Хм, хм... Сказал, тебе кровь из носу понадобится узнать ответ Оракула. Он, дескать, это видит... Фатик?
   - А?
   - Слышишь шепот?
   - Что, Шатци?
   - Шепот! Талиэль сказал, что слышит какой-то шепот, что у нас немного времени.
   - Не понимаю, о чем ты, но давай торопиться.
   - Да, завяжем всем глаза. Стойте здесь, я вернусь. - И он направился к трупу Гродара.
   Последовали протесты. Слабые, вроде писка, со стороны Имоен и Монго, невнятные в виде гудения - со стороны Скареди, и громогласные, яростные - от Крессинды.
   - Я точно знаю, что я не шпион! - ревела она. - А кто вообще может сказать, что ты - не шпион? Какие твои доказательства? - Она ткнула большим пальцем в Шатци. - Или вот этот - полоумный лысый безбородый гном? Яханный Офур... Да как у тебя язык повернулся сказать такое мне, своей невесте?
   Ее губы задрожали, и она огласила переход рыданиями, спрятав лицо в ладонях, которые были едва ли меньше моих.
   На Шатци женские слезы не действовали.
   - Тем не менее, леди, я завяжу глаза всем, кто вышел из Катрейна, - сказал он и, сдобрив слова ухмылкой, шагнул к Крессинде с полоской ткани, отрезанной от одеяния Гродара. - Кому не по нраву сей аксессуар, - может оставаться здесь или выкатываться наружу к едреной матери.
   Крессинда вырвала шмат ткани из его руки:
   - Не сметь трогать меня! Я сама! Я не в хлеву родилась! И никакая я не леди, леди у тебя в штанах вшей ищет! Я - Жрица Рассудка, так и запиши на своем чугунном лбу!
   Она утерла слезы, завязала себе глаза и гневно топнула ногой.
   Используя обрезки ткани, мы превратили зубастых праведников в слепых крольчат. Опасно, безусловно, это было опасно, но я положился на удачу новоиспеченного лидера Альянса.
   - Вперед! Верить можно только мечу... и топору! - хохотнул Шатци и крутанул топор, мой топор.
   Внезапно брат всхрипнул, схватился за голову свободной рукой и устремил на меня взгляд, в котором застыли осколки льда.
   - Фа... Фатик... Все, что я тут... Опомнись!
   - Шатци?
   - Шепот! Шепот... - Взгляд брата затуманился, но очистился за какой-то миг. И вот уже Шатци взирает на меня с прежней глумливой ухмылкой.
   - Шепот?
   - Хе, Фатик, забудь. Нужно идти.
   Я оглянулся, снедаемый недобрыми предчувствиями. Альбо казался в полумраке статуей из алебастра, статуей, что небрежно прикрыли одеждой... Туша чорона уже начинала издавать знакомое зловоние. Еще пара минут, и она распадется прахом, подобно гшаану. Или чирвалам, или шаграутту, нашедшим успокоение на дне пропасти Дул-Меркарин.
   Гродар лежал на боку, львиная грива запахнула демонскую морду, сквозь окровавленные слипшиеся пряди блестела крупная бусина глаза. Я подумал, что Охотник Борк, если он встретится мне на пути, вряд ли будет столь же легкой добычей. Да и мешочков с огненной смесью у меня больше нет. Но со мной брат, настоящий пробивной талисман! Сладим, сдюжим, прорвемся!
   Виджи я понесу, а принц...
   - Скареди?
   - Да, мастер Фатик?
   - Вытяните руки, вот так. - Я осторожно сгрузил на руки паладина Квинтариминиэля. Весил он не то чтобы очень много.
   - Ваша ноша, Скареди.
   - Святая Барбарилла! Я слеп, ровно крот!
   - Это принц. Вы его не уроните. Самантий!
   Трактирщик, задыхаясь, подковылял ко мне, грохнув сковородкой о стену.
   - Будешь его сопровождать. Придерживай под локоть. Ты его глаза. Голубые очи.
   - Ясно, Фатик.
   - Тулвар! Пойдешь следом за ними. И молчи! Молчи!.. Молчи, я сказал! Крессинда, клади руки на плечи Тулвара. Монго - на плечи Крссинды, Имоен - на плечи Монго. Если кто-то уберет руку - значит, он хочет снять повязку. Если он хочет снять повязку - значит, он и есть предатель. - Так я сказал, разумеется, блефуя: руку можно снять с плеча по десятку причин и поводов. Но припугнуть моих бывших праведников - а ныне вполне сложившихся лжецов - стоило. - Олник - замыкающий. Да, черт подери, я приказываю тебе охранять наш тыл!
   Так мы и двинулись - самый нелепый отряд в истории посещений Оракула. Я шел рядом с братом, Виджи спала на моих руках сном младенца, немного приоткрыв рот. Я мог бы нести ее вечно (и любить - тоже).
   - Нам долго идти, Шатци?
   - Нет, Фатик. - Он снова заговорил шепотом: - Будь спок, прорвемся, и всем по черепку настучим, кто захочет, а кто не захочет - тех мы за ноги подвесим. Гритт, что за шепот имел в виду Талиэль?
   Понятия не имею, Шатци. Я знаю, что иду в Зал Оракула, где тебе обещана смерть. И я рад, что наследником престола оказался ты, мой сводный брат. Я бы не справился. А тебе и справляться не нужно - дуракам сопутствует удача.
   Мы продвинулись шагов на сто, редкие светильники освещали наш путь. Дважды мы встречали трупы аколитов, некоторые были изрублены с особой жестокостью - это явно постарались посланники Вортигена. Затем впереди показался изгиб коридора, мы повернули и увидели туман, устеливший пол серовато желтой периной. Тот самый туман. Его просто не могло тут быть. Однако он был.
   Теперь я понял, о каком шепоте толковал Шатци.
   Чуждое явилось. Оракулу, как и храмовой горе, осталось недолго.
   Когда варвар чувствует приближение смерти, ему надлежит рассмеяться и убежать. Смерть решит, что он сумасшедший, и не станет с ним связываться.
  
   *Значение восклицаний на гномском языке см. в предыдущих книгах. Но я и так вам скажу - ничего приличного гномы не изрекают.
  
   1. Название ресторана, которым владеет (владел?) Арнольд Шварценеггер (прим. автора, не Фатика).
   3.
   Я охнул.
   - Туман... - проронил мой брат, шумно потянув носом. - Не дым, нет. Вообще не пахнет. Морок явный.
   - Всем стоять, - успел сказать я, и тут Виджи изогнулась с протяжным хриплым вздохом. Это случилось так внезапно, что я едва не выронил ее; тень птицы со сломанными крыльями метнулась по гладко отесанной стене. Затем она обвисла на моих руках, запрокинув голову. Я подставил под ее затылок локоть, взглянул на лицо. Его исказила застывшая гримаса боли, однако в сознание Виджи так и не пришла. Только теперь это был не сон, нет, болезненное забвение с полузакрытыми глазами.
   Терпи, лисьи ушки...
   - Самантий, как раненый?
   Трактирщик шумно завозился в полумраке.
   - Доходит. Сердчишко едва-едва...
   Великая Торба, нужно торопиться!
   Чуждое выпивает жизнь и магию, стало быть, час, обещанный мне принцем, надо ужать вполовину, а лучше - минут до двадцати. Но я справлюсь. Главный вопрос теперь - успеем ли мы убраться до того, как смерч уничтожит храмовую гору. Вернее, не так. Успеют ли убраться все, кому надо убраться, после того, как Фатик Мегарон Джарси сиганет в провал Оракула? И нужно ли будет им убираться, если новый бог моего мира все-таки надумает родиться?
   - Шатци, сколько еще?
   - Скоро придем, Фатик.
   - Быстрее.
   - Скорострел ты, братец. Хе-хе, хы, го!
   А ты бездарный зубоскал с волшебной удачей. Но сейчас я рад, что ты рядом. А еще, повторю, я рад, что жребий тяжкой ноши лидера Альянса выпал тебе, а не мне. Я бы такое не потянул. Я бы сломался.
   Наверное, сломался. С приставкой "бы".
   Просто одним суждено побеждать, а другим - разгребать дерьмо за победителями. Я из вторых, это очевидный факт (и не смейте говорить, что я неудачник!).
   Туман поднялся выше лодыжек. Шатци нагнулся и взбаламутил морок плоской стороной топора.
   - И чего это он тут? Мнэ-э...
   Крессинда сказала гулко:
   - Мастер Фатик. Туман... тот самый?
   Умная гномша.
   - Тот самый, Крессинда.
   - Это плохо.
   - У нас еще есть время. - Я сказал это, и сам не поверил. - Шатци, вперед.
   - Как тут мерзко и гадко! - проговорил Тулвар сиплым фальцетом. - Я примерно накажу настоятеля Чедаака за то, что позволил этой трижды отвратной желтой мгле запятнать наши ноги! Фатик, будь ты навсегда проклят, мразь, негодяй, подонок, сын драконьей суки и говорящего осла с вялой пипкой, ответь, пожалуйста, дружочек, ты точно уверен, что туман не ядовит?
   - Самантий, - сказал я. - Если эта девица еще хотя бы пискнет, хряпни ее по лицу сковородкой. Помнится, нос у нее кривой, ты подправишь.
   Чтобы снять напряжение, я начал считать шаги. Через тридцать шагов нам повстречался поперечный коридор. Он поднимался вверх полого, в рассеянном пятне света метрах в десяти от горловины мне померещились две тени в свободных одеждах типа бурнусов. Я напрягся, но Шатци только хмыкнул довольно:
   - Не трясись, Фатик, это свои. Нам прямо. Путь к Оракулу мы выстлали для тебя лепестками роз.
   Я снова посмотрел вбок - желтое отражение светильника на стене чуть заметно подрагивало. Так бывает, когда кто-то быстро перемещается, и ток воздуха тревожит пламя. Кстати, тумана в поперечном проходе не было.
   - Великая Торба, как вам вообще удалось взять Зал Оракула, поясни? Сколько вас здесь? Ты, Джальтана, эльф, и..?
   Шатци издал смешок, который я мог бы охарактеризовать как "хитрый". Все-таки как же меня бесила эта его кипучая самоуверенность!
   - Чуток больше, чем "немного", и намного больше, чем "маленечко". Терпение, братец, явимся в Зал, и все уразумеешь. Гарантирую тебе удивление... приятное.
   Ох... Только открытий чудных мне и не хватало. Может быть, брат нанял местных орков? Этим отморозкам все равно, кого убивать, только плати. А что, если, кроме Шатци и Джальтаны, в Зале Оракула есть еще Джарси? Мог же дедушка Трамп... м-м-м, мой отец Трамп, отправить к Оракулу помощь? Учтем, что с эльфами Витриума у него налажены самые тесные связи, и все расклады он, очевидно, знал заранее.
   Итак, что же ждет меня внутри?
   Зайди - и сам увидишь.
   Туман, густея, поднялся до середины голени. Я вновь начал отсчитывать шаги.
   Проклятие, а куда делись крысы? Предчувствуя беду, они драпанули из Ридондо первыми. Или нет в этом храме крыс? Но тут аколитов за сотню человек, имеются кухни и кладовые. Могу предположить, что крысы бежали из горы через парадный вход.
   Шатци спросил шепотом:
   - То, что потребно от тебя магам, оно с тобой?
   - Угу.
   - Береги его и никому не отдавай!
   Удивительно ценный совет.
   Крессинда подала голос:
   - Мастер Фатик, я хочу высказать личное мнение!
   - Не сейчас.
   - Мастер Фатик, я точно знаю, что я не шпион! Позвольте мне развязать глаза и взять в руки оружие! У меня скверные предчувствия, мастер Фатик!
   Черт!
   - Крессинда! Если твои руки уберутся с плеч Тулвара, я велю тебя связать. И пока не выяснится, кто шпион, я буду считать тебя таковым!
   - Я готов связать Яханного Офура и вести его на веревочке! - заявил Олник. - А если начнет рыпаться, дам пинка под зад. Он такой большой, даже в темноте не промахнешься!
   - Ах ты... неблагодарный мозгодуй! Мне, своей невесте... После того, что между нами было... Все дни и ночи, что я тебе посвятила...
   - Крессинда, молчать! Олник, закройся! - Я стал вполоборота, пытаясь разглядеть что там, позади, в желтоватом полумраке, но фигура Скареди перекрывала обзор. - Тулвар, руки гномши на твоих плечах?.. Почему не отвечаешь? Говори!
   - Ты же сам запретил ей говорить, - мягко напомнил Самантий.
   Яханный фонарь троллю через огрово колено! Я с ними со всеми с ума сойду в этих пещерах!
   - Тулвар, разрешаю ответить - один раз. Руки все еще на твоих плечах?
   - Да, бесконечно отвратительный Фатик, чтобы ты сдох.
   - Хорошо. Ты скажешь мне, если хотя бы одна рука уберется.
   - Да, ужасный и мер...
   - Больше ни слова. Молчи, Тулвар! Молчи, Крессинда! И улыбайтесь! Улыбка помогает.
   Помогает не двинуться рассудком, следовало бы мне добавить.
   - Я вам повинуюсь, мастер Фатик, - сказала гномша тихо. - Но только до Зала Оракула. Я давала слово.
   Похоже, мой поступок оставил скверную зарубку у нее в памяти.
   - Я не требую большего.
   Мы двинулись вперед. Мы шли, а туман поднимался и густел на глазах.
   Я попытался вспомнить, когда же начал слышать в Ридондо потусторонний шепот, и не смог. Кажется, когда туман полностью поглотил город.
   Значит, есть еще время.
   Вновь поперечный коридор. Беспокойная тень от светильника на стене. Тут я поймал себя на мысли, что в недрах горы удивительно тихо. То есть, я прекрасно понимал, что каменная толща глушит любые звуки, но ощущения. Ощущения были таковы, что любое шевеление в Храме Оракула прекратилось, все и вся погрузились в тревожное ожидание. Осознав эту мысль, я даже замедлил шаги. Шатци сказал с ухмылкой:
   - Двигай, Фатик, дверь уже рядом, за этим поворотом. Пропущу тебя вперед, ты же с дамой, хе-хе, хы, го! Для тебя всегда открыто, входи!
   Я прошел за поворот и увидел дверь - потертую, приземистую и широкую.
   Черный вход в зал судьбы.
  
   ***
  
     Я стою перед дверью в зал Оракула. Моей женщине осталось жить месяц. Моему миру - меньше года. Я все еще пешка в чужой игре. Был пешкой, и ею остался. Но, Гритт подери, я приложу все усилия, чтобы стать ферзем!
      Дверь. Оракул. Час истины. Моя судьба.
      Сейчас я открою дверь и войду.
  
   ***
   Я пнул дверь без всякого почтения и вошел.
   Мы вошли.
   Мы все.
   Дверь звучно захлопнулась, и тут же за моей спиной раздался странный шум. Не успел я оглянуться, как мою шею обожгло льдом топора - острая кромка оцарапала кожу сбоку, где проходит артерия.
   Голос брата - чужой, мертвый - сказал:
   - Больша-а-ая ошибка.
   Откуда-то сбоку вырисовался мой старый знакомец - Кварус Фальтедро, маг из Талестры, умыкнувший у меня маску Атрея.
   Маг был бледен, измотан, по лбу его стекал пот. Он приветствовал меня кратким кивком.
   - Молодец, Фатик, ты принес то, что нам нужно, вовремя. Теперь отдай.
   Путь варвара - путь непрерывных испытаний. Проваливать их нельзя. Или, во всяком случае, нежелательно.
   4.
   Старый подлец выглядел по-прежнему молодцевато и подтянуто, и даже печать усталости не изменила его величавой осанки. Декан кафедры Духовного просветления Тавматург-Академии Талестры слегка обкорнал свою окладистую бороду и сбросил фунтов десять, что только пошло на пользу его аскетичной фигуре. Все такой же глубокий взгляд, все такой же любопытный заостренный нос. Внешность безупречно респектабельная, сходу и не скажешь, что ее обладатель - законченный жулик.
   Придушенно пискнул Тулвар. Самантий что-то промямлил. Сковородка брякнула о камни.
   - А!.. - сказал голос Крессинды. - О... Хр-р...
   Шмяк!
   Кажется, ретивой гномше врезали под дых.
   - Фа... А чего происхо...
   Позади меня происходило шевеление: моих праведников вязали.
   Шмяк! Бамс!
   - Эркеш...
   А это угостили тумаками Олника.
   - Святая Ба...
   - Скареди, положите принца... осторожно!
   Мои ноги и все тело внезапно сковала слабость, мне пришлось напрячься, чтобы не уронить Виджи. Внезапное нервное потрясение, вот как охарактеризовал бы мое состояние любой из мозгоправов Харашты, у которых я пытался найти смысл жизни, чтобы затем, разочаровавшись, устроить им дефенестрацию. Дурак, что поделать. Мозгоправы не могут найти даже собственный... м-м-м... не буду конкретизировать, особенно если мозгоправ женщина, в общем, деньги, припасенные на поход к такому горе-доктору, вы можете смело пропить в ближайшем кабаке - пользы будет больше.
   Туман поднялся уже до груди - необычайно плотный, хоть режь на куски. Нижняя часть Зала Оракула была укутана им настолько тщательно, что я не мог разглядеть яму Оракула, находящуюся почти точно посредине, но зато хорошо различил головы кверлингов, маячившие там и сям, как огромные репки. Верхняя кольцевая галерея тоже была заполнена ими. На неподвижных лицах, источенных хищными штрихами татуировок, играли желтые тени светильников. Бурнусы темных тонов, сабли, луки... Несколько кверлингов сопровождали Фальтедро. Позади же, судя по звукам, их было чуть больше, чем "несколько".
   Шатци Мегарон Джарси привел мой отряд прямиком в западню, а я шел как баран на бойню, и сомнений у меня не возникло...
   Я покосился на брата - и увидел статую с пустыми глазами. Маги опередили нас, переиграли по всем пунктам, поймав отряд Шатци в ловушку, и пересадив его личность в какого-то хмыря с помощью маски Атрея. Если бы у меня было чуть больше времени на размышления, если бы события не развивались столь бурно...
   Фальтедро подтянул рукава свободной серой хламиды и покачал коротко стриженной головой:
   - Нет-нет, Фатик, это не маска. Шатци наш давний шпион. Видишь ли, он, как и ты, посещал в свое время Талестру, где нам удалось поработать над его разумом. Щепотка сонного зелья в вино - и вот он уже в распоряжении нашей академии... Глубокое внушение и настройка на ведущего, слияние разумов, после которого ведущий обретает способность слышать ведомого на огромном расстоянии, и чем ближе оказывается ведомый, тем большей властью начинает обладать над ним ведущий. На расстоянии в несколько сот футов ведущий превращается в кукловода, а ведомый принимает его мысли за свои и ведет себя как обычно. Например, твой брат искренне считал, что Зал Оракула захвачен его людьми - и сказал тебе об этом. И это не магия, а всего лишь силы разума. Вспомни, как мы работаем с кроутерами. Ментализм, Фатик. Силы разума и щепотка алхимии.
   Заткнулся бы, гнида. Лекций проникновенным голосом мне только не хватало!
   Шатци соврал, когда говорил, что шпион не может ничего сделать. Вернее, соврал маг, говорящий его устами. Как оказалось, вблизи от ведущего шпион превращается в покорную марионетку.
   По лицу Фальтедро прошла судорога - болезненная и страшная, глубокая сетка морщин вдруг состарила его лет на тридцать. Чуждое воздействовало на мага куда сильнее, чем на чугуннолобого варвара Фатика.
   - У меня очень мало времени, Фатик. Этот шепот начинает сводить с ума... Отдай предмет, спрятанный в твоем поясе. Пожалуйста.
   - Подойди и возьми.
   Фальтедро пожал плечами и уставил взгляд на моего брата. Шатци, зажав топор между ног, схватился за мой хитрый пояс и, поработав пальцами, расстегнул тайную застежку.
   А я все стоял, удерживая на руках беспамятную Виджи.
   Шатци подал Фальтедро Бога-в-Себе - яркую, играющую огнями рубиновую жемчужину.
   Фальтедро начал баюкать ее на ладони, поглаживая указательным пальцем, и я изо всех сил пожелал ему уронить новую игрушку, так, чтобы она, подпрыгивая, подкатилась к яме и рухнула туда.
   - Магия... прекрасная утерянная магия... Да, да, да, как сладко ощущать давно забытое...
   Кви...
   Интересно, где Джальтана, эльф по имени Талиэль и прочие из окружения брата? Мертвы, или пока живы? Смертоносцев, похоже, кверлинги вырезали, как и аколитов. А сколько правды в словах брата? Он - наследник? Или Монго Крэйвен? Прыгал ли эльф в пропасть, услышал ли отряд слова Оракула? И кто в моей команде - шпион?
   ...и-иши-и-и...
   Синекожая богиня сказала, что наследник Гордфаэлей умрет в зале. Похоже, ее слова грозили сбыться.
   Думай, что делать, Фатик. Думай, что делать!
   Я осторожно уложил добрую фею на каменный пол, выпрямился и совсем не героическим жестом подтянул штаны.
   Фальтедро все еще играл с жемчужиной, ее мерцающий свет дробился рубиновыми искрами в его карих глазах.
   Кви-и-и-ши-и-и...
   А вот и шепот. Легок на помине. Теперь до появления смерча осталось немного.
   Думай, Фатик!
   Метнуться к Фальтедро и вырвать у него жемчужину? А потом, одним рывком, кинуться в пропасть? А если Бог-в-Себе просто соскочит с ладони мага, и ухнет в провал? Ну а я следом, в качестве бесплатного довеска? Зерно нерожденного бога должно быть при мне, только тогда оно сможет защитить меня от смерти. Если же я разобьюсь, кто доставит зерно к Источнику?
   Слишком рискованно. Впрочем, что я теряю? Не думаю, что Фальтедро собирается оставить нас в живых.
   Я почти примерился метнуться к чародею, как Фальтедро поднял голову и, взглянув на меня, строго покачал головой. Тут же руки Шатци заключили меня в железные объятия.
   - Но-но, Фатик. Я вижу, что у тебя на уме. Не стоит, расслабься. Я считаю, что должен тебе кое-что пояснить, прежде чем уйду. Прежде чем уйдет твой брат. Я вижу в том свой моральный долг. Тебя обманывали как-то слишком нагло, и много, и мне тебя, скажу я честно, жаль... Итак, слушай...
   - Времени у меня маловато тебя слушать, - буркнул я.
   Маг улыбнулся - бледно так, иронично.
   - У всех у нас маловато времени, Фатик. У тебя, у меня, даже у мира, в котором мы сейчас пребываем. Но кое-что отныне изменится.
   Снова лекции. Сквозь удивление и ярость я ощутил нечто похожее на скуку. Слишком банально услышать оправдания злыдня; они всегда оправдываются перед тем, как тебя прикончить, если имеют интеллект чуть выше табуретки. Впрочем, Фальтедро не считает себя злыднем. Он блюдет свои интересы, я - свои, и вот они пересеклись - и чародей, приложив умение и хитрость, одержал победу.
   Кви-и-и-ши-и-и...
   Фальтедро передернул плечами и спрятал зерно нерожденного бога куда-то в складки своего наряда. Пот крупными каплями покрывал его лоб.
   - Ты привел к нам Тулвара. Это правильно. Совершенно бесполезный субъект, однако же, своим бегством доставивший нам беспокойство. Живое шельмование идеи абсолютизма... Дагесте... м-да, все равно не нравился ее прежний облик... А маска делает нас фактически бессмертными - переход из оболочки в оболочку происходит мгновенно...
   Он замолк, погруженный в свои мысли - видимо, однажды проводил эксперимент с маской Атрея и на себе, но все-таки вернулся в свое тело - еще крепкое, годное к длительной службе.
   Отрывистые предложения, которыми он меня потчевал, раскрыли главное - в живых ни меня, ни Тулвара, ни кого-либо из моего отряда он оставлять не намерен. А что касается Шатци и его окружения?
   Сердце отчаянно стучало в груди.
   Кви-и-и-ши-и-и...
   Туман охватил уже плечи Фальтедро. Пока он думал, полуприкрыв глаза, я осмотрелся украдкой, не особо крутя головой. Напротив меня, по другую сторону невидимой ямы Оракула, виднеется циклопическая арка центральных ворот. Створки закрыты. Проходы на кольцевую галерею затянуты туманом, их не видно. Между ними - тоже сейчас невидимые - находятся каменные ниши, похожие на книжные шкафы - там, в свитках, хранятся записи посещений Оракула за все время его существования. Много пергамента с регистрациями смертей и именами тех, кто посетил Оракул, пусть даже зачастую эти имена выдуманы, ибо посетители стремятся соблюдать инкогнито. Где же Джальтана и прочие из отряда Шатци? Здесь, скрыты туманом, или давно отдыхают на дне ямы, списанные Фальтедро за ненадобностью?
   Я уставился в перевернутую чашу потолка, рассматривая выцветшие от времени фрески с изображением Аркелиона и самого Рамшеха - роскошно одетого бородача с огромными глазами. По-моему, бог страдал хворью, от которой выпучиваются гляделки.
   Амок был готов взорваться в моей голове.
   Но я держал его на привязи - понимал, что из объятий Шатци мне не вырваться.
   Затем я ощутил, как меня давит чей-то взгляд. В кольцевой галерее, над аркой ворот, в глубокой тени стоял некий скрытный господин. Он взирал на меня с живейшим интересом, так голодный лев смотрит на ягненка.
   Кви-и-иши-и... шии-и-и мо-о-о ква-а-ай...
   Фальтедро встряхнулся и сказал, утерев пот:
   - Я помню, Фатик, как в нашем путешествии за маской по земле клана Амброт-Занг мы говорили с тобой об устройстве государств и о том, что любой строй, каким бы он ни был, изначально порочен, и превращает жизнь маленького человека - да, это твои слова! - в ад.
   - Было дело, - сказал я. - Ты показался мне весьма подкованным умником, прямо как один мой знакомый абортмахер.
   Он улыбнулся чуть заметно.
   - Сейчас я стал мудрее. Да, это правда: какое бы устройство государства ни было, нельзя добиться справедливости для всех. По правде говоря, справедливостью и большинством благ пользуется кучка тех, кто присвоил себе власть - не важно, кто это, аристократы, священники, демократы.
   - Или маги.
   Он не купился на подначку, кивая в такт своим словам и мыслям. Пот струился по его лицу. Ему было плохо от чуждого, но фонтан его красноречия пока не иссяк. Скрытный господин взирал на меня неотрывно. Видимо, очень хотел есть.
   - Академия Талестры, Фатик, давно экспериментирует с социальным устройством, но до сих пор любой наш эксперимент оканчивался неудачей. Поставленные на вершину власти начинали жрать материальные блага. У них открывались бездонные желудки. Мы ставили на место королей и прочих правителей лиц самых достойных. Мы давали власть людям из народа, играя в демократию, мы даже как-то вручили власть одному кондитеру... Это окончилось, конечно же, катастрофой... Мы пытались... сколько раз мы пытались создать общество, справедливое для всех, но постоянно, раз за разом, терпели неудачу...
   Над моей головой вздохнул Шатци. Я подумал, что он продал душу чесночному дьяволу.
   - Вы, вроде как, тайное общество? - сказал я. - "Черная рука справедливости", как в Хараште? "Кровавый молот чести", как в Хлеберине? Или "Баран расправил плечи", как в Фаленоре до воцарения Вортигена? В Турне было еще общество этих... которые не хотят работать, а только думают о судьбах родины, плюя в потолок и обрастая бородой... энти лигенты. Все они забавные ребята - но ни черта у них не получается. Они преуспели в одном - в производстве сотен глупости и духовного дерьма.
   Туман поднялся выше подбородка Фальтедро - густой, но все же я увидел, как тонкие губы сложились в улыбку.
   - Не ставь нас на доску с примитивами, Фатик. Магия это необоримая сила. Смешно думать, что обладающие магией будут смиренно нести службу при дворах таких, как Тулвар, или даже самых достойных правителей. С самого начала разумного мира мы незримо правим большей частью мира людей. Пытаемся учить и направлять. Но знаешь, к какому выводу мы со временем пришли? Мы не видим прогресса. Человек остается необучаемым животным. Жрать, сношаться, спать и давить слабого - все, чего он, по большей части, хочет. А к животным не может быть снисхождения...
   Красиво - назначить себя выше большинства людей, и тем самым лишить себя части моральных ограничений. Так делают дворяне и попы. Первые по праву рождения, вторые - потому, что служат высшей силе.
   - Мы стали действовать жестче. Особенно с тех пор, как магия начала утекать из нашего мира и диапазон наших возможностей существенно сократился.
   Виджи подтянула ноги к животу, свернулась калачиком. Веки ее подрагивали. Дыхание было прерывистым - кажется, вот-вот очнется. А как там мои горе-праведники? Молчат... Кверлинги скрутили их надежно. Самое время появиться богу из машины, потому что я не знаю, кто еще может нас спасти.
   Скрытный господин смотрел неотрывно; я напряг зрение и разглядел колеблющуюся тень - черную, как вакса для ботинок, на фоне теней серых. Тень дышала, тень текла, меняя очертания - то растягиваясь жирным пятном, то сжимаясь до размеров тощего доходяги.
   Кви-и-и-ши-и-и...
   - А как в вашу схему вписываются боги?
   - Никак. Бог этого мира мертв, о чем нам достоверно известно от нашего нового друга. А человеку изначально дана свобода воли. И человек виноват, что направляет свою волю на то, чтобы превращать все вокруг себя в дерьмо. Человек занял доминирующее положение среди иных рас этого мира, но остался диким и жадным ублюдком. Скажи, разве я не прав?
   Пожатие плечами в моем положении было невозможно, потому я просто кивнул.
   Фальтедро кивнул мне в ответ.
   - Тогда ты должен нас понять. Жемчужина - великий артефакт, из которого умелый маг может зачерпнуть силу. Фактически, она будет питать всю магию Академии Талестры, и так же позволит насыщать мощью предметы, из которых странствующий маг сможет черпать силу. В мире, откуда магия почти исчезла, мы станем почти всемогущи и сможем... да, сможем многое... Недавно мы потерпели ряд болезненных неудач. По странному стечению судьбы виновником их был ты. В Арконии, Фрайторе, Мантиохии... а так же в Дольмире, ты вмешался в наши дела и победил, расстроив наши планы создать из поименованных государств новый Альянс, способный противостоять возросшей мощи Вортигена. Мы видели все глазами нашего соглядатая, но не могли тебе противостоять. У тебя талант, Фатик, баламутить воду и побеждать. Всегда побеждать.
   У меня? Талант? Побеждать? У меня, Фатика Мегарона Джарси, который постоянно получает оплеухи судьбы? Не смешите мои подштанники!
   Туман запахнул голову Фальтедро. Так как он стоял от меня на расстоянии в шесть футов, я едва видел очертания его тела. Финальные слова прозвучали сухо.
   - Фактически, мы полагаем тебя, Фатик, опаснейшим врагом Тавматург-Академии, и считаем, что ты должен быть немедленно уничтожен. А так же все, кого ты с собой привел. Да, Шатци Мегарон Джарси - истинный наследник Гордфаэля. И он под нашим руководством соберет силы Альянса и разобьет Вортигена. Мне слегка жаль, что наследником оказался не ты. Твой брат глуп и занудно прямолинеен, а ты гибок и умен, но такой правитель нам не нужен. Сейчас я уйду и заберу с собой отряд твоего брата и его самого. В Талестре мы с ними поработаем, и они станут проводниками нашей воли, когда вернутся в Фаленор. Затем, когда с Вортигеном будет покончено, мы снова начнем эксперименты по улучшению мира.
   - Это называется утопия, - сказал я. - Вы глупцы. Мир распадается. Мне нужна жемчужина, чтобы...
   - Ты получил артефакт от внемировой сущности, Фатик. Сущность заперта в пещере силой или законом еще более сильным. Артефакт настолько силен, что может удержать мир от распада. Фактически...
   Очень он любил это слово - фактически.
   - ...мы договорились с нашим новым другом о том, что он поможет справиться с напастью. Нужен только артефакт... и пара мелких услуг. Новый друг, - он вновь сделал акцент на этих словах, - знает, как наложить на нашу реальность новые скрепы. Но хватит разговоров.
   Он отдал приказ на боевом языке кверлингов.
   Мои руки связали за спиной. То же самое, судя по звукам, проделали со всеми из моего отряда. Но Виджи не тронули - Фальтедро, по-видимому, знал, как действует чуждое на эльфов.
   Шепот нарастал. Шепот бился в мозгу клубком яростного багрового пламени.
   - На той стороне ямы - Охотник Борк, - сказал Фальтедро, прерывисто дыша. - Мы пленили его и усыпили. Он интересный экземпляр и в другое время я бы не отказался с ним поработать, но не сейчас. Сейчас в него вольют бодрящее зелье. Через несколько минут после нашего ухода он пробудится. Он знает, что ты, Фатик, на этой стороне ямы. Он очень интересно умеет чуять ауры, особенно если прочитает ее слепок с предмета, некогда принадлежавшего владельцу... Например, с твоего топора, варвар... Борк думает, что ты наследник. Он придет за тобой и убьет. Ну а затем убьет всех, кто пришел вместе с тобой. Возможно, у тебя хватит времени и сил распутать веревки... Это небольшой шанс, который предоставляю тебе я и наш новый друг.
   - Последнее слово, - сказал я; туман поднялся почти к самым моим глазам. - Кто шпион в моем отряде?
   - Монго Крэйвен. Он когда-то посещал Талестру, надеялся стать магом. Мы приготовили его впрок. Мы многое делаем впрок, Фатик. Но с тобой мы просчитались. Ты ведь тоже бывал в Академии, и, более того, прослушал начальный курс по магии. Но мы не взяли тебя в расчет - тогда ты показался нам не слишком... перспективным.
   Фальтедро направился к арке центральных ворот. С ним ушел Шатци, взяв мой топор в обе руки. И кверлинги. И еще несколько теней, в одной из которых я опознал свою бывшую любовь - Джальтану.
   Тень скрытного господина тоже исчезла - утекла, растворилась между камней.
   Если варвар встретил врага сильнее себя - да убежит варвар, забыв о приличиях. Ну, или пусть дерется. На его усмотрение. Но иногда проще убежать.
  


РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Н.Яблочкова "Академия зазнаек или Попала в дракона!" (Попаданцы в другие миры) | | Е.Лабрус "Под каблуком у Золушки" (Современная проза) | | Н.Любимка "Страж Огня" (Любовное фэнтези) | | В.Кощеев "Некромант из криокамеры" (ЛитРПГ) | | Э.Блесс "Где наша не пропадала 2" (Любовное фэнтези) | | М.Весенняя "Дикая. Будешь моей женой!" (Попаданцы) | | А.Ардова "Мое проклятие. Книга 3" (Любовное фэнтези) | | В.Свободина "Покорность не для меня" (Городское фэнтези) | | А.Рай "Соблазн - не обладание" (Любовное фэнтези) | | Н.Кофф "Зараза и Черт" (Современный любовный роман) | |
Связаться с программистом сайта.
Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Е.Ершова "Неживая вода" С.Лысак "Дымы над Атлантикой" А.Сокол "На неведомых тропинках.Шаг в пустоту" А.Сычева "Час перед рассветом" А.Ирмата "Лорды гор.Огненная кровь" А.Лисина "Профессиональный некромант.Мэтр на учебе" В.Шихарева "Чертополох.Лесовичка" Д.Кузнецова "Песня Вуалей" И.Котова "Королевская кровь.Проклятый трон" В.Кучеренко, И.Ольховская "Бета-тестеры поневоле" Э.Бланк "Приманка для спуктума.Инструкция по выживанию на Зогге" А.Лис "Школа гейш"
Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"