Щепетнов Евгений Владимирович: другие произведения.

Блуждающие тени.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
  • Аннотация:
    Куда исчезли жители Аркаима? Как избавить людей от страшных болезней? Как сбежать от недреманного ока могущественной спецслужбы? Как стать волшебником и чтобы ничего за это не было? Он узнает все и постарается выжить - и в нашем мире, и в параллельном. Но сделать это будет ой как трудно...
    КУПИТЬ КНИГУ "Блуждающие Тени" ТУТ

  Какой таинственной казалась мне та ночь,
  Я затушил свечу и стал ждать, чего - не знаю.
  В тишине вдруг представилось мне
  
  Блуждают тени возле дома разных сказочных зверей,
  Исчезнут и возникнут снова.
  Стучатся еле слышно в мою дверь, мою дверь.
  
  Я подошёл к окну всмотрелся в темноту,
  Стекло протёр и улыбнулся,
  И в самом деле
  Всё, что я представлял, увидал
  
  Блуждают тени возле дома разных сказочных зверей,
  Исчезнут и возникнут снова,
  Стучатся еле слышно в мою дверь, мою дверь
  
  Блуждают тени возле дома разных сказочных зверей,
  Исчезнут и возникнут снова,
  Стучатся еле слышно в мою дверь.
  'Король и шут'
  
  
  
  Глава 1
  Сколько помню себя - я никогда не болел. Нет, вру - болел - но как бы это сказать - чихнул пару раз, и всё - болезнь убиралась от меня, как будто я напился антибиотиков, или же сделал кучу уколов. Даже когда в нашем классе, а потом в университете, свирепствовали эпидемии гриппа - я ходил по опустевшим коридорам учебных заведений с видом победителя - хрен вам, а не комиссарского тела! И это при том, что спортом я особо-то не занимался, никогда не злоупотреблял физкультурой или каким-нибудь оздоровляющими упражнениями.
   Чем горжусь? Тем, что как сказал знакомый медик, от предков мне достался невероятный иммунитет? Да, горжусь, а почему и нет? Моя прабабушка с маминой стороны, простая деревенская баба, дожила до ста семнадцати лет. Кстати - по дошедшим до меня слухам, она была деревенской колдуньей и уходила из жизни очень тяжело.
  Как-то бабушка виновато сказала моей матери: 'Она так просила взять её за руку - взяла бы, она бы так не мучилась! Никак не могла уйти...так и померла в муках, ругала меня всё. Она же должна была передать свою силу мне, а не вышло. Мне бы тогда пришлось передавать силу Петьке...ну её, силу эту. Прожили жизнь как люди, и слава Богу! Эй, ты, шпана, ну-ка хватит подслушивать!' - я с позором был изгнан из-за угла кухонной двери и бит веником.
  Я тоже ничем не отличался от всех окружающих - ну, кроме, как сказал - отменным здоровьем, которое не мог пошатнуть никакие СПИД или проказа (тьфу-тьфу! Как говорила бабушка - язык мой - враг мой!). Дожил я до двадцати двух лет спокойно, сытно и весело - пока не случились эти события, перевернувшие всю мою жизнь...
  Этот день начался как обычно - я пришёл в фирму по ремонту сложной бытовой техники - телевизоров, мониторов и всякой такой хрени, водрузился на своё кресло и предвкушая чашку кофе, общение в скайпе со своими друзьями - после плотного возлияния, общения, наконец, собираясь проверить этот чёртов ящик, занимающий половину моего рабочего места.
   В огромном зале было светло и прохладно, гудела аппаратура и пощёлкивали выключатели, у входа в зал скапливалась небольшая группка знакомых и знакомых знакомых мастеров, ожидающих выхода своего благодетеля к столу охранника - нормальная обстановка сервисного центра по ремонту, к которой я привык за полгода, что здесь работаю, и которая вызывала только скуку и больше никаких эмоций. Платили здесь неплохо, и после окончания физмата я устроился сюда работать через папиного приятеля, имеющего какое-то отношение к системе этих сервисов.
  Так-то работа меня не напрягала - мне с детства нравилось возиться с приборами - дома имелся осциллограф и различные причиндалы для ремонта техники, так что тут я был, можно сказать, на своём месте. Амбициозностью я не обладал - хватает на жизнь, на одежду, обувь, на пиво и сходить в клуб с девчонкой - и ладно. Ну да - хотелось бы там мотоциклет с визжащим глушителем, и чтобы девка прижималась ко мне голыми сиськами, смеясь и размахивая снятой майкой - но я смотрел на жизнь реально - на хороший моцик надо много денег, а на плохом - только позориться, что касается темы сисег - ну да, вниманием не был обижен, но и сексуальным маньяком тоже не был. В общем - среднестатистический парень, каких миллионы и на которых держится весь мир. Так я считал до этого дня...
  Закончив свои делишки и искоса поглядывая на приближающего ко мне начальника группы, я с умным видом снял заднюю крышку телевизор и погрузил свои умелые руки вовнутрь, автоматически, как последний лох, цапанувши обеими руками за внутренности аппарата...
  Что было в течение этих десяти минут, я не помню, мне рассказывали, что я вскрикнул и с грохотом свалился со своего стула на каменный пол, ударив головой в него с таким стуком, что услышал даже охранник в двадцати метрах от меня.
  Подбежавший ко мне начальник группы кинулся слушать сердцебиение - его не было. Минут пять я лежал на полу в окружении толпы тупо взирающих на меня соратников, пока их не растолкал с матерными выражениями и пиханием локтями старый мастер, хромой, перекошенный на одну сторону Василий Петрович, работавший по вызовам ещё в советское время.
  Он кинулся ко мне и с силой ударил несколько раз по груди сложенными вместе кулаками, прямо в сердце. Потом на этом месте у меня был огромный синячина и сильно болела грудь - мастер был сухонький и старенький, но ходьба с клюшкой так натренировала его руки, что он бы мог гнуть ими подковы... Сердце снова пошло.
  Сколько я был в состоянии клинической смерти? Никто не знает. Одним показалось, что прошло минут десять с того момента, как моё сердце встало от удара током, другие говорили - что прошла всего минута - я благодарен судьбе, что рядом оказался этот злой, перекошенный жизнью старикашка - старый мастер Петрович - ему я и благодарен за всё, что со мной случилось дальше. Иначе я бы уже лежал за железной оградкой, под дурацким памятником с ещё более дурцкой фоткой, которую достали бы из моего университетского альбома.
  Пробуждение было странным - я не мог понять, где нахожусь - надо мной, в необъятной вышине, плавали знакомы лица, но я никак не мог сосредоточиться и узнать их - вроде лица знакомые, но имена вылетели из головы, и всё тут! Потом глаза сфокусировались и я узнал Петровича, который сказал три слова, из которых было два матерных, добавив потом:
  - Чуть парня не загубили, болваны! Вот вам урок на будущее - не хватайтесь ручками поганенькими за что угодно, не подумав! - дальше следовал непереводимый фольклор в мой адрес, безрукого придурка с кривыми руками.
  Я лежал и тихо думал про себя - как могут существовать эти два взаимоисключающих факта - безрукий криворукий придурок? Ведь если у меня нет рук, то как они могут быть кривыми? Логичность этой мысли, и сам процесс размышления разогнали мой мозг и я всё-таки осознал, что со мной что-то не так и понял, что лежу на полу в окружении толпы любопытных людей, воспользовавшихся случаем, чтобы ускользнуть от трудовой деятельности.
  Тут же в голову ударила боль от столкновения с каменным полом - ощупав затылок, я обнаружил на нём страшнейшую шишку, размером с яйцо, не меньше. Голова сразу закружилась и меня затошнило - что сразу разогнало толпу любопытных в стороны, подальше от меня - смотреть, как помирает знакомый довольно весело и интересно, а вот получить порцию блевотины на ботинок - не так забавно.
  Впрочем, содержимое желудка - два яйца в смятку и бутерброд с сыром-маслом я всё-таки в себе удержал, но мне было реально хреново.
  С помощью начальника группы Андрея я водрузился на своё кресло, откинулся на спинку и замер, пережидая очередной приступ дурноты. В глазах плавали мошки, какие-то верёвки, нитки и сетки - такой гадости никогда не видал. Сколько не моргал - нитки-шнурки так и висели, никуда не девались, насылая на меня тошноту и и боль. Закрыл глаза.
  - Ну что, Михайлов, может скорую тебе вызвать? А может без скорой обойдёмся - поедешь домой, я тебя отвезу! Ты сегодня не работник, это точно - жизнерадостный голос начальника группы ремонтников Андрея просто сочился сочувствием, а у меня в больной голове, неожиданно вспыхнула картинка - Андрей, на пляже, рядом с загорелой тёлкой и бутылкой пива. Я встряхнул головой - ясно, да, хочет воспользоваться случаем и свалить из офиса, чтобы потом сквозануть на пляж и позагорать. Похвальное желание - в такой ясный летний день смотреть целый день на скучные рожи подчинённых и слушать гул неоновых ламп - это просто извращение. Почему бы не помочь человеку принять правильное решение? Да пусть едет, пусть окажет помощь своему подчинённому.
  - Да, Андрей...что-то мне хреново...отвези меня домой, на улицу Котовского, знаешь, где это?
  - Знаю, конечно - какие вопросы! Не заблюёшь мне сиденья? Как чувствуешь себя?
  - Нормально...почти. Возьми на всякий случай пакет с собой, вдруг что - я в него поблюю. Поможешь мне дойти? Я что-то хреново вижу - в глазах мельтешит всё, не пойму ничего. Отлежусь дома, а там видно будет что делать - может в больничку схожу.
  - Ага. Только это...Петь...в больничке скажи, что дома упал, после работы, ладно? А то нас премии лишат. А мы тебе тут больничный нормально закроем, отпуск ещё сделаем - лишнего не говори, ладно? - простодушно-хитрое лицо тридцатилетнего начальника озарилось внутренним светом своей правильности и ума - вот мол, какой я правильный и продуманный - и товарищу помогу, и производству не наврежу.
  - Ладно, ладно, помогай давай, а то я опять грохнусь - досадливо сказал я и пошатываясь встал с своего рабочего места. Окинул взглядом стол - телефон не оставил, документы на месте - можно и валить отсюда. Отлежусь с недельку, отдохну, и снова сюда.
  Тогда я не знал, что на своём законном рабочем месте я был в последний раз...
  Поддерживаемый под локоть начальником, предвкушающим жар песка и холодное пиво в горло, я вышел с ним к логану, втиснутому у входа в сервисный центр. Андрей распахнул правую дверь и следя, чтобы несущиеся по полосе автомашины не снесли нас вместе с дверью, усадил меня на сиденье, захлопнул дверь и пошёл обходить машину спереди.
  Сфокусировав глаза на нём, я с отвращением заметил, что на его шее сидит какая-то пакость - что-то вроде слизня, или этакого мешочка, ритмично раскачивающего бока, как будто пьёт из него кровь. От этой твари тянулась нитка ярко-красного цвета, уходящая куда-то вдаль. Андрей невозмутимо уселся за руль, вставил ключ в замок зажигания, завёл автомобиль и только тут увидел мой странный взгляд:
  - Ты чего? Чего смотришь на меня, как будто увидел морского змея? Что, поблевать хочешь? Дать мешок?
  - Давай...-протянул я нерешительно, потом решился - слушай, Андрей, чего там у тебя на шее?
  - А чего у меня на шее - он механически провёл ладонью по затылку, посмотрел на ладонь и с подозрением глянул на меня - чего ты там увидал?
  - Ты ничего не чувствуешь? Совсем ничего?
  - Да что я должен чувствовать-то? - уже начал сердится Андрей - у тебя что, глюки?
  - Наверное - да, потому, что я вижу какую-то тварь, присосавшуюся к твоей шее! - выпалил я, как будто бросившись в ледяную прорубь.
  - Ээээ...братец, что-то всё-таки у тебя с головой. Сейчас, как приедешь, ложись в постель, выключай всю муру типа телика и компа и спи - проспишься - будешь как огурчик и никто ни у кого уже не будет сидеть. Если это только не тёлка на коленях...
  Машина вывернула в поток и понеслась по полузабитой транспортом улице.
  Дорога к дому не заняла особо много времени - через двадцать минут я уже стоял перед подъездом своей пятиэтажки и через минуту медленно поднимался по затёртой тысячами ног лестнице на пятый этаж, где и проживал последние двадцать два года своей жизни вместе с матерью и отцом.
  Вернее - двадцать один год вместе с матерью и отцом - последний год мы жили с матерью вдвоём - отец умер после недолгой болезни - сгорел за месяц, врачи сказали, что у него рак толстой кишки. Он несколько месяцев жаловался на боли в желудке, но терпел. А когда обследование показало, что он болен раком - было уже поздно... Мне до сих пор не хватало его и я никак не мог привыкнуть к его отсутствию - вот и сейчас, мне казалось, что он откроет двери и подмигнув скажет: 'Что, сбежал с работёнки? Да наплюй - выкрутимся! Было бы здоровье!' Увы, не дал Бог здоровья, не выкрутились.
  Звонить в дверь квартиры я не стал, всё равно дома никого не было - мать работала экономистом в каком-то учреждении, связанном то ли с сельским хозяйством, то ли с собесом и была наверняка на работе. Впрочем - к лучшему: объяснять, что со мной случилось, отбиваться от попыток вызвать скорую помощь у меня совершенно не было сил. Так как опыта болеть у меня не было, то переносил я своё болезненное состояние очень плохо - жизнь была отвратительной, будущее бесперспективным и тусклым, и вообще хотелось умереть.
  Под воздействием депрессии я прошёл на кухню, где в шкафчике стояла бутылка коньяка, которую мать использовала для подливания в какие-то торты и печения - так как баловала нас она этим делом редко, а после смерти отца вообще ничего не пекла, так что этой бутылке было минимум года два и я боялся, что она совершенно выдохлась.
  Нет, не выдохлась - налив в гранённый хрустальный стакан грамм сто пятьдесят этой гадости, я залпом вылил в себя жгучую жидкость, едва не сфонтанировав, как нефтяная скважина.
  Удержав в себе эту пакость, скорее убрал бутылку на место и максимально быстро пошёл в свою комнату, пока стресс и алкоголь не взяли надо мною верх. Плюхнувшись на кровать, почувствовал, как коньяк впитывается в кровь, растворяется внутри меня и одевает мозг тёплым одеялом, отгоняя дурные мысли, депрессию и странные картинки, лезущие мне в глаза. Последнее, что я подумал - отлежусь, всё нормально будет. И уснул.
  Проснулся я уже вечером, когда грохнула входная дверь и в квартиру вошла мать. Она прошла сразу на кухню, опытным глазом увидела, что я брал бутылку с коньяком и прибежала ко мне в комнату с трагическим выражением лица:
  - Что с тобой? Ты ПЬЁШЬ? Ты спиваешься! Твой дедушка Григорий пил горькую и гены передались тебе! Это всё отцовская родня. Их дурное влияние!
  - Мам, ну ты чего?! Просто мне было плохо, депрессия, и ещё - я ударился головой, вот и полечился немного. Ты же знаешь, я не пью! Сто раз же тебе говорил!
  - Не пьёшь? Ты употребляешь наркотики? Мне рассказывала Мария Фёдоровна, на работе - вся молодёжь сейчас пьёт и употребляет наркотики! Сынок, признайся - если вовремя полечить, мы спасём тебя! Я продам бабушкино кольцо, возьму кредит в банке и мы тебя полечим! Сынок, признайся - ты наркоман?
  - Мам, ты с ума сошла? Если я не пью, значит наркоман? А если выпил сто грамм, значит алкоголик? Ты хоть понимаешь, что это взаимоисключающие заявления? Отстань от меня! Не пью я, и не нарк! И даже не курю, как ты знаешь! Лучше пожрать чего-нибудь сделай, я с утра ничего не ел!
  Под причитания матери я потащился в ванную, разделся и встал под душ, смывая горячей водой пот, оставшийся после дневного тяжёлого сна и головную боль от удара об пол. Перед тем, как пройти в душ, я украдкой, внимательно посмотрел на мать - нет, никаких чудовищ на шее или ещё где либо не увидел, хотя - пространство так и было заполнено нитками - красные, жёлтые, чёрные, зелёные и серые - всех цветов и оттенков, каких только не было! Попробовав потрогать нити, я убедился - я никак не могу на них воздействовать, эти нити струились, как какие-то лучи, если подставлял руку - они проходили через неё, не оставляя никакиз следов и не давая никаких ощущений.
  Вытеревшись полотенцем, отправился в свою комнату, надел треники и майку и пошёл в кухню.
  Мать гремела посудой - покосилась на меня:
  - Садись. Я пельменей сварила, ешь. Сегодня не пойдёшь никуда?
  - Нет, скорее всего не пойду - говорю тебе - сегодня упал, ударился головой. Сильно. Вот и лечился...глянь, шишка тут какая была!
  Мать подошла ко мне, ощупала голову, ахнула:
  - Давай скорую вызовем! А если трещина в черепе?! А если ты вообще с ума сойдёшь с такой травмой? Я, когда маленькая была - один мальчик с качелей упал у нас в детском саду, так у него с головой что-то случилось - он стал говорить, что видит чудовищ всяких (я при этом поперхнулся и долго откашливался, под сочувственным взгядом матери), плакал, спать перестал - его забрали из садика - говорили - лечили долго, но так и не помогло. Потом - не знаю что с ним было. Вдруг и у тебя с головой что-то? Надо врачу показаться обязательно! Завтра прямо с утра и пойдёшь! И не возражай, не возражай! Я сейчас позвоню тёте Оле, у неё хирург знакомый есть - пусть завтра осмотрит, я чтобы ты не сбежал, я завтра сама с тобой пойду. Знаю тебя, негодника - скажешь, что был у врача, а сам сбежишь!
  Мать немедленно приступила к боевым действиям - набрала по сотовому телефону родную сестру, тётку Олю, рассказала, как собирается меня взять в полон и подвергнуть унижениям с помощью осмотра у хирурга, и моя судьба была решена - десять утра, первая клиническая больница, доктор Симонович.
  Ночь прошла тихо - я спал, как убитый, провалившись в сон в девять часов вечера, будто бы и не проспал весь день. Это было странно, так как я обычно ложился поздно, очень поздно - пока полазишь по сети, пока почитаешь, а то вдруг возникнет мысль поиграть в сетевуху какую-нибудь - смотришь, уже час-два ночи. Утром, со скрипом, встаёшь на работу и сидишь там до обеда с чугунной башкой - скорее всего это и было поводом допустить такую элементарную ошибку и подставиться под удар током в несколько тысяч вольт.
  Утром мать торжествующе повела меня в больницу - лучше нет развлечения для матерей, чем залечивать своих несчастных чад. Материнский инстинкт, страшный и не рассуждающий, заставляет пичкать своих детинушек лекарствами, парить им ноги и ставить банки, даже если они уже на голову выше матери и весят в два раза больше, вот как я.
  Выход на улицу явился для меня потрясением, какого я не испытывал ещё никогда - нити никуда не делись, а улицы были заполнены людьми, на которых сидели 'чудовища', различного вида и расцветок - как и нити, идущие к ним они были всех цветов радуги, и располагались где угодно - от шеи, до гениталий. Жутко было видеть, как навстречу мне идёт девушка в легкомысленных шортах, врезающихся в красивую попу, а впереди неё,, как этакий горб внизу живота, визит противный фиолетовый мешок, пульсирующий, как сердце.
   Я проводил взглядом несчастную, подумавшую, что я заглядываюсь на её задницу и презрительно фыркнувшую при виде простого парня в дешёвых кроссовках и джинсах не от Версачи, и пошёл дальше, со смятением в голове, опасливо поглядывающий на мою конвоиршу - не да бог она узнает, что я вижу чудовищ! Судьба мальчика из её детства никак не вдохновляла меня на откровение.
  Вообще - давно сделал вывод - чем меньше рассказываешь матери о своих недомоганиях, тем меньше шансов их усугубить - залечит к чёртовой матери
  Но деваться было некуда - я любил свою мать и расстраивать не хотел - она и так чуть ума не лишилась после смерти отца, пусть уж покомандует, переживу.
  По дороге в больницу я насчитал несколько десятков людей, на которых сидели чудовища. Сообразить, чтобы это значило, я не мог - мысли были, но это было так фантастично, что не укладывалось в голове, болевшей после вчерашнего падения и возлияний коньяка - я ведь на самом деле почти не пью...ну так, изредка, в компании, и потом сильно от этого болею.
  - Ну что, молодой человек - на что жалуетесь? - жизнерадостно спросил меня доктор лет сорока пяти, с белоснежном халате со щеголеватыми усиками над губой.
  - На маму. Ещё - нет мотоцикла. Зарплата не очень. Ещё может быть какие-то жалобы вам сообщить?
  Доктор сразу притух, жизнерадостная улыбка увяла и он взглянул на мою мать:
  - Тяжёлый случай. Говорите, головой ударился? Никак не проявлялось? Тошнота, рвота? Какие-то отклонения в психике? - он взял со стола снимок моего черепа, экстренно сделанный в кабинете рентгенологии и посмотрел на свет - нет, трещин вроде нет. Ну что, юноша, так и будете отмалчиваться и тревожить свою мать? Может всё-таки расскажете о своих симптомах?
  Что меня дёрнуло - я не знаю - то ли был приступ хулиганского настроения, то ли раздосадовало обращение со мной, как с маленьким ребёнком со стороны матери и этого жизнерадостного доктора - только я взял и со зла ляпнул:
  - Вижу на вас, в области поясницы, сгусток, вроде слизняка, от которого тянется серая нить. Вижу чудовищ на других людях - не на всех, правда, но на многих. Ещё вопросы?
  Врач с интересом посмотрел на меня, покосился на мою мать и с облегчением сказал:
  - Не мой профиль. Это вам надо к Льву Филипповичу, в тринадцатый кабинет, сейчас я вам направление к нему дам. С моей стороны никаких нарушений не замечено - череп цел, и вообще - на удивление ФИЗИЧЕСКИ здоровый человек, соответствующий своему возрасту. Вы не спортсмен, молодой человек? - врач быстро и непонятно писал что-то в листке - нет? А такой здоровый! Может потому и здоровый! - усмехнулся он и протянул моей матери листок с непонятными каракульками - сходите к Льву Филипповичу, он вам что-нибудь посоветует...
  Мы вышли из кабинета, я плотно закрыл за собой дверь и огляделся - больница была полна людей, на которых сидели чудовища - от маленьких, размером с мандарин, до огромных, похожих на пульсирующий воздушный шар метра в диаметре.
  Такой шар висел на молодой девушке с интересным лицом, которая с трудом шла на костылях, сопровождаемая врачом и женщиной лет сорока - видимо матерью, с заплаканными красными глазами. Мне стало тошно и я отвёл глаза.
   Мать мне что-то говорила, плаксиво морща лицо, убеждала - непонятно в чём. Я лишь разобрал из её слов, что совершенно необходимо сходить к Льву Филипповичу - он настоящий психиатр, из старой школы врачей, он обязательно разберётся с моим недугом и поможет!
  - Психиатр? Какой психиатр! Это он меня к психиатру отправил? - с недоумением спросил я, разглядывая бумажку с каракулями хирурга - да пошёл он к чёртовой матери, я нормальнее всех вас, вместе взятых! Не веришь, что я вижу чудовищ на людях, не надо - от этого они всё равно не исчезнут! Ты понимаешь, я вижу их! Я вижу!
  - Ну что ты кричишь, что кричишь - нервно оглянулась мать, смотря - не слышал ли кто-нибудь моих крамольных слов - тебе что, трудно, что ли? Ну сходи, ради моего спокойствия, сходи! Я же не так много прошу от тебя! - и она тихонько заплакала, прижимая к глазам платок.
  Я выругался про себя - вот чёрт! Придётся идти! Сколько раз хотел уехать куда-нибудь от этой материнской опеки, да жалко её - как будет без меня, пропадёт одна.
  Угрюмо кивнув головой, я обречённо проследовал за ней к неприметной белой двери с вывеской 'Психиатр' и номером '13' вверху.
  Забавное совпадение - подумалось мне - забудь надежду всяк сюда входящий! Толкнув дверь я решительно вошёл в кабинет:
  - Здравствуйте. Вы Лев Филиппович? Меня направил к вам хирург.
  - Да-да! - высунулась из-за меня мать - мы от Симоновича, он нас направил! Вы нас примете, доктор?
  - Вас? - с усмешкой спросил психиатр и посмотрел на нас поверх очков, сидящих на самом кончике носа - а вы что, тоже не приём? Или только этот молодой человек? Если только он - выйдите из кабинета и закройте дверь. А вы, юноша, присаживайтесь и рассказывайте.
  Мать поспешно скрылась за дверью, я же посмотрел на сидящего за столом мужчину, больше похожего на грузчика, чем на психиатра своими мощными плечами, пышными соломенными усами под красным носом и крупными руками с вздутыми венами.
  Ему было лет шестьдесят - впрочем, может и больше - я никогда не умел определять возраст людей, как-то не задумывался над этим. Научусь, когда-нибудь. Меня не оставляло раздражение от этого посещения врачей, раздражение на мать, на свою жизнь, которая преподнесла мне странный сюрприз я был настроен ещё агрессивнее, чем у хирурга.
  Усевшись напротив стола, я демонстративно-независимо положил ногу на ногу и уткнулся глазами в руки врача, покрытые вздутыми крупными венами - что-то он совсем не похож на психиатра, может самозванец какой-нибудь, диплом купил?
  Чем больше я накручивал себя, тем больше врач приходил в весёлое состояние - почему-то я чувствовал это, и после продолжительного молчания, он сказал:
  - Достала, да? Знакомое чувство...я тоже когда-то был под гнётом материнской любви, пока не сходил в армию. Там научили, как выживать... ты в армии ещё не был?
  - И не буду - буркнул я угрюмо - у нас военная кафедра была в университете. И вообще - тратить год-два жизни на дебильную муштру может только идиот! Что, вызнаёте - нет ли у меня психической статьи? Нет, заверяю вас. Поход в поликлинику затея моей матери - ни малейшего смысла в нём не вижу!
  - Да без проблем! Просто поговорите со мной, и всё - чтобы успокоить вашу маму, вы же не хотите причинить ей боль? Она будет расстраиваться, если вы сейчас уйдёте. Может, расплачется - я же вижу, что она уже плакала, вы же приличный молодой человек, сразу видно, любите свою маму. Ответьте на мои вопросы и идите себе домой! Ну что, поговорим?
  - Поговорим. Задавайте ваши вопросы. Только если они мне не понравятся - я отвечать не буду!
  - Договорились! Я же не гестапо, чтобы вас пытать! Начнём с малого - вы работаете где-то?
  Неожиданно для себя я выложил ему всё про свою жизнь - он ловко подталкивал меня наводящими вопросами, спрашивал о каких-то, с моей точки зрения, несущественных деталях и в конце концов, оказалось, что я рассказал ему всё до того момента, как и почему оказался сегодня в больнице.
  Насторожившись, я ждал, что психиатр будет выпытывать что-то интимное, узнавать какие-то подробности моей половой жизни или же ещё что то такое интимное, но ничего подобного не было и я расслабился.
  - Да, да - среднестатистический молодой человек, не курите, не пьёте - вот только тут доктор Симонович пишет: 'Галлюцинации, возможно на почве алкогольно-наркотического отравления...' - это как? Вы сказали, что не выпиваете и не употребляете - а откуда такие галлюцинации взялись? Вы чего-нибудь этакого на работе не ели-пили? Ну, например - съели что-то из магазина 'Магнит' и вас пронесло, или же глюки пошли, нет? Бывает же - попало что-то в консервы, или в салат - и человек страдает. Не думали над этим? Нет? Не могли бы описать свои видения?
  - Видения? Хорошо, слушайте - усмехнулся - весь мир, всё пространство пронизано нитями - тонкими и толстыми. Они идут в разных направлениях, пучками и отдельными нитями и тянутся к неким сгусткам, похожим на слизняков, сидящим на людях. Они сидят на разных местах тел и пульсируют, пульсируют, пульсируют - как будто что-то перекачивают.
  - Красиво! - восхитился врач - а какого цвета ваши...хммм...мешки?
  - Разного - любых оттенков. От серого и чёрного, до красного и синего. Размер тоже разный - от маленьких, с грецкий орех, до огромных - метра в диаметре.
  - И что - они на всех людях? И на мне тоже? На вас?
  - На мне нет. На вас? - я посмотрел на доктора внимательно, осмотрел с ног до головы - нет на вас, я бы нить видел тянущуюся к вашему слизняку. Они не на всех людях, примерно на процентах двадцати, в больнице их гораздо больше - процентов девяносто. Если не больше. Ну вот, так вот...
  - Интересно, очень интересно! Вы так подробно их описываете..знаете что я вам скажу, не могли бы мы встретиться с одним человеком - это мой университетский товарищ, он тоже психиатр, он в соседнем корпусе находится - в стационаре. Можно я его приглашу и вы ему расскажете о своих видениях? Подождёте минут двадцать, ладно? Посидите в коридорчике? Мне бы хотелось с ним проконсультироваться - больно уж случай интересный!
  - Посижу, если не долго...почему нет.
  - Нет-нет, очень быстро - сейчас я с ним созвонюсь и он прибежит. Идите, перекурите пока.
  Врач ласково улыбаясь выставил меня из кабинета и я присел на кушетке, где нервно ожидая меня, сидела мать.
  Она с испугом заглядывая мне в глаза, спросила:
  - Ну что, что доктор сказал? Можно как-то это вылечить?
  - А чего это-то - ощетинился я - что я тебе, психопат, что ли? Прекрати эти дурацкие предположения! Я нормальнее всех вас с доктором, вместе взятых!
  - Ладно, ладно, успокойся! Так что доктор сказал?
  - Доктор позвал своего друга, типа консилиум - будут разглядывать меня, как зверушку. Довольна? Мам, ты иногда просто невозможна! Так и хочешь загнать меня в дурдом!
  Мы сидели и препирались минут пятнадцать, когда в коридоре показался пожилой толстенький человечек, как колобок, в распахнутом, развевающемся халате, очень спешащий в нашу сторону. Предположив, что это и есть искомый психиатр, друг здешнего психиатра, я встал с места и стал прохаживаться возле кадки с фикусом. ожидая когда меня позовут. 'Колобок' исчез за дверями кабинета номер тринадцать, и через минуты две оттуда выглянул Лев Филиппович:
  - Зайдите, молодой человек!
  Моё сердце слегка сжалось - не нравилась мне вся эта суета вокруг меня, и я шагнул за порог, приготовившись к самому худшему. Мне и правда закрадывалась мысль - может, действительно, что-то случилось с моим мозгом и я вижу то, чего не существует? Я знал по триллерам, что в принципе, человека можно убедить в чём угодно, если воздействовать на него нужным образом, а уж если с помощью специальных лекарств...у меня просто мороз по коже прошёл.
  Так что, к моменту беседы с 'консилиумом' я уже был весь в тягостным раздумьях о своём больном состоянии и меня можно было убедить в чём угодно - например - в том, что я шизик и подлежу лоботомии.
  - Я рассказал моему коллеге о ваших видениях, но он хотел бы это услышать от вас. Не могли бы вы повторить то, что мне говорили?
  - Что, всё, с самого начала?
  - С начала, только то, что касается ваших видений, разумеется.
  Минут пять я передавал им то, что я вижу, 'колобок' внимательно слушал, доброжелательно кивал головой, и я успокоился - может и правда я вижу, то что вижу, а не сумасшедший?
  После того, как я закончил, наступило молчание, затем 'колобок' начал важно сыпать каким-то терминами, как понял, на латыни. Они о чём-то спорили минут десять, с жаром вставляя непонятные слова в свой поток латинских фраз, и в конце концов я затосковал - сколько можно слушать эту хрень?
  Видимо заметив это, Лев Филиппович оборвал свой поток красноречия и нормальным голосом сказал:
  - Наш уникум заскучал, давай-ка, Вась, перейдём всё-таки, к самой главной и животрепещущей проблеме - что с ним делать?
  - Ничего со мной не делать - заволновался я - вы что, лоботомию мне задумали сделать, или током бить? Так я не дамся!
  Врачи весело рассмеялись - чего им не веселиться, не их же превратят в овощ! Потом Лев Филиппович сказал:
  - Никто вас не собирается оперировать! Но мы бы очень хотели понаблюдать вас какое-то время в стационаре, если бы вы согласились. Насильно никто вас не будет туда класть, но если у вас есть возможность побыть в стационаре и желание всё-таки узнать о данном феномене что-либо, прошу вас, согласитесь на обследование! Вас как звать? Пётр, ага. Так вот, Пётр - досужие вымыслы по поводу психиатров основаны на триллерах и журналистских выдумках - действительность выглядит совсем иначе, чем в статьях писак. Вы будете лежать в комнате, читать, разговаривать с людьми, а за вами будут наблюдать и если случится какое-то ухудшение здоровья - тут же помогут! Интересный факт открылся - мой коллега, Василий Фёдорович, уже встречался с случаями, подобными вашему - люди рассказывали, что видят чудовищ, какие-то странные картины, но фокус в том, что все эти люди были действительно больными, с детства, они практически не могли передать, что видят, не могли рассказать врачу, какие картины наблюдают. Вы же, человек умный, образованный, начитанный, могли бы помочь нам иметь представление по предмете исследования, помочь науке в лечении подобных нарушений психики! Ну что, поможешь нам? - голос психиатра сочился доброжелательностью, был ласковым и бархатным. Так и хотелось, услышав такой голос, бежать за врачом и отдаться в руки исследователей моей психики! - они так думали. По крайней мере надеялись, что сработает...
  - И не подумаю. Несмотря на то, что я вижу всякие нити, а на вас, доктор, сгусток в районе затылка, я не собираюсь служить в качестве подопытной свинки или лабораторной собаки - кстати, терпеть не могу Павлова за его издевательство над несчастными животными. Делаю вывод - вы ни черта ничего о том, что со мной происходит, не знаете, вам я интересен только как лабораторный кролик, а если я, спятив на самом деле, отдамся вам в руки - вы и вправду доведёте меня до сумасшествия. И если вы думаете, что ваши душеспасительные беседы возымели успех - глубоко заблуждаетесь. Вот, как то так. До свидания. Ой, нет - прощайте...
  Я встал и прошёл к двери мимо кислого 'колобка', под хмурым взглядом Льва Филипповича, открыл дверь и вышел в коридор:
  - Пошли отсюда, мама - ни черта они ничего не знают! Быстро отсюда валим, а если ты ещё раз меня поведёшь с такой целью в это заведение - клянусь, я сниму квартиру и не скажу тебе, где я нахожусь! Всё! Закрыли вопрос! - я рванул вперёд, не дожидаясь, когда мать мне ответит, и с разгону врезался в ту самую хромую девушку на костылях, которую видел в коридоре перед тем, как посетил психиатра. Получилось так, что я практически упал на неё, и самое противное в этом было, это то, что я с размаху погрузился в 'тело' метрового 'слизняка', сидевшего на девушке, погрузившись в него, как в густой туман или в кашу.
  Что произошло - не знаю, но показалось, что пространство вокруг взвизгнуло, этот слизняк вдруг запульсировал, меняя частоту в сторону ускорения и вдруг лопнул, исчезнув в небольшом тёмном вихре. Нить, которая связывала его с чем-то, чего я не видел, рассыпалась небольшими кусочками, извивающимися, как червяки и тоже распалась на исчезающий в воздухе туман.
  Только теперь я услышал возмущённый крик женщины и вскрик этой девушки, тихо лежащей подо мной. Как ни странно, она не испугалась, только с интересом глядела мне в лицо, явно забавляясь ситуацией.
  - Может ты встанешь с меня, увалень, а то моя мама сейчас вся изойдёт на крик? - низкий голос девушки разрушил гипноз её огромных синих глаз и я судорожно стал пытаться встать с неё, под крики её мамаши:
  - Идиот! Набросился на дочь и свалил её, как сумасшедший бегает! Кто их пускает, этих идиотов в больницу! Да уберите этого придурка с неё, она и так едва ходит, а тут этот бандит!
  Наконец, я встал с девушки, покраснев до корней волос, автоматически протянул ей руку, забыв, что она вообще-то без костылей и ходить-то не может. Она тоже, совершенно машинально, схватила меня, утонув своей тонкой худой рукой в моей лапище, и вскочила на ноги, на глазах вскрикнувшей и зажавшей рот матери.
  Конечно, девушка была худа, измождена болезнью, но она совершенно спокойно стояла сама, без поддержки, без костылей, а ведь несколько минут назад она едва-едва могла двигаться!
   На неё набросилась мать, потребовала, чтобы та села на скамейку, стала подтаскивать костыли, чего-то говорить, девушка что-то ей отвечала, но я уже этого не слышал - сбежав вниз по лестнице я нёсся домой, забыв о том, что сзади меня не поспевает мать, требующая, чтобы я её подождал, чтобы я не вёл себя как идиот или сумасшедший, чтобы я...уже не помню, чего она там требовала, но в голове у меня вертелась одна мысль, не позволяющая мне расслышать её слова: 'Я могу убивать этих тварей! Моё прикосновение убило эту гадость и девушке стало лучше! Что бы это значило, почему это?!'
  На ходу я бросил матери:
  - Езжай домой, я позже буду - хочу прогуляться. Голову проветрить! - не слушая её причитания, я запрыгнул на остановке в остановившийся автобус и поехал, куда глаза глядят. А глядели они у меня на какую-то кафешку, где под навесиком, у небольшого фонтана, возле голубой ели, разогретой летним солнцем, были выставлены столики и ходила официантка, вполне так смазливенькая девка в сексуальном передничке с кружевами.
  Она, улыбнувшись, приняла у меня заказ, и скоро я сидел перед высокой запотевшей кружкой с пивом, открывая фисташки и поглядывая на пробегавший мимо меня рабочий люд.
  Холодное пиво лилось в живот, успокаивая и охлаждая моё разгорячённое нутро, а я наблюдал за людьми и думал: Что со мной случилось? Этого, скорее всего, я не смогу узнать... Что-то повернулось в голове, что-то замкнуло, или наоборот разомкнулось, только - теперь я могу лечить людей. Всех людей? Нет, не всех, только тех, на которых сидит эта гадость. То есть, фактически - как минимум, половину больных людей. А с чего я взял, что половину, и что я смогу всех лечить? А я проверю! Кто мне мешает полечить ещё кого-нибудь? Если получится - это будет классно...только представить - я - типа экстрасенс! Лечу наложением рук! Это и почётно, и интересно, и...денежно. Что, я собрался зарабатывать на человеческом горе и болезни? Упс! Чего я несу-то? Врачи, что, на горе и болезни зарабатывают, типа мародёры какие-то? Ну...если эдак рассудить - некоторые - да. Но не все же! Есть кто лечит ради призвания - лечить людей. Почему и я не могу? Тем более, что могу вылечивать страшные случаи...хммм...наверное. Ох, куда меня занесло! Могу, да, что-то там вылечивать. Могу убрать эту пакость, пакость исчезнет, болезнь, ей вызванная - исчезнет. И всё. А что за пакость - не всё ли равно? По большому счёту...нет, не всё равно! Интересно же...
  Допив свою кружку потеплевшего пива, я побрёл мимо газона с зелёной стриженой травой, вдыхая запах разогретой на солнце хвои, земли и цветов из соседней клумбы, посмотрел на сверкающее на небе солнце и с удовольствием подумал: а что, хорошо ведь! Когда ещё представится повод заняться таким делом, которое денежно, да ещё и на самом деле приносит пользу людям! Как начать? А запросто!
  Маршрутка высадила меня возле моего дома, хлопнула самозакрывающейся дверь и унеслась по своему извечному маршруту в бесконечность, а я сделал первый шаг к своему светлому будущему: возле подъезда, на скамеечке, сидели трое старушек из нашего дома.
   Как всегда они перемывали кости всем соседям, рассказывали последние дурацкие новости и ругали правительство, которое ну никак не хочет помочь пенсионерам, а кидает им только подачки, как собакам.
  Я поздоровался и задержался у скамейки, якобы для того, чтобы поправить развязавшиеся шнурки кроссовок. Бабки продолжили прерванный моим появлением разговор, а я внимательно осмотрел их и обнаружил у одной приличного размера слизняка на плече. Слизняк был тёмно-красный, с довольно толстой нитью, и пульсировал, как будто докачивал последние остатки жизни из старухи. Она шевельнул рукой, и видимо почувствовала острую боль, потому что её лицо изменилось и вздрогнуло.
  Старуха терпеливо потёрла плечо - я видел, как её рука входила и выходила из тёмно-красной массы слизняка, потом бабка снова застыла, подождала и сказала своим товаркам:
  - Пойду-ка я домой лягу, так плечо сегодня разболелось - видно дождь будет. У меня что-то часто стали кости ломить - помру, наверное скоро. Она с кряхтением стала подниматься, когда я, неожиданно и для себя и для неё, сказал:
  - Баб Маш, хотите я вам помогу, полечу?
  - Старухи воззрились на меня, как будто я сказал что-то необычайно неприличное, или же, встав перед ними на четвереньки, снял штаны и показал им голый зад.
  - Ты? Полечишь? - самая старшая и злобная старушенция баба Наташа, или, точнее, Наталья Феодоровна, с недоверием посмотрела на меня - это чем ты полечишь-то, Кашпировский ты хренов! Плюнешь ей на плечо, что ли? Или ещё что на плечо ей сделаешь?
  Старухи радостно захихикали, уверенные в том, что они являются фонтанами искромётного юмора и Петросяну до них, как до Луны.
  - Лечильщик хренов! Маш, дай ему...он тебя полечит!
  - Тьфу на вас, дуры, пацана совсем в краску вогнали! Старые, а охальницы ещё те! - баба Маша усмехнулось и спросила серьёзно - а что, правда полечить можешь? Если можешь, лечи! Я как-то смотрела про экстрасенсов - там такие молоденькие были - дак они и рассказывали всё, и порчу снимали! Может и ты порчу снимать можешь?
  - Могу, баб Маш - храбро заявил я - на вас порча, на плече, я могу снять! Хотите?
  - Ясно хочу - обескуражено ответила сбитая столку старуха - только я денег не дам! Нет у меня денег-то!
  - Да я и не спрашиваю - вам - бесплатно будет! Сядьте на скамеечку - сейчас я вас мухой полечу! Ну, в смысле, не мухами, а мухой, быстро значит! - я запутался в своих заявлениях и уже жалел, что связался с этим делом - а вдруг не получится - злостные старушки разнесут всё это дело по всем дворам, потом пальцем все будут показывать - вон мол, придурок идёт, экстрасенс хренов!
  Но делать было нечего - назвался груздём - полезай в кузов. И я полез.
  Усадив старушку на скамейку, я важно изобразил из себя экстрасенса под любопытными горящими взорами старушек - протянул руки вперёд и стал шевелить пальцами. Вышло это забавно, так что старушенции даже слегка отшатнулись от моих страхолюдных движений и взгляд их охватило сомнение - зря-то так шевелиться не будет! Колдовство творит, однако!
  Коснувшись сгустка зла на плече бабы Маши, я снова ничего особого не почувствовал, только увидел, как сгусток лопнул и завернулся небольшим вихрем. Вся операция заняла секунду - дольше только страху нагонял своим театральными действиями.
  - Смотри-ка, а рука-то перестала болеть! - с удивлением сказала баба Маша - это ты когда научился-то так лечить, сынок? Вроде я и не знала, что ты у нас тут экстрасенс такой живёшь! Ничего себе... Видали, бабки, у нас какой тут умелец живёт? Вот это да...вот это парень! Спасибо, сынок! Тебе бы в передачу попасть на телевизор! А вы смеялись, глупые! И что, сынок, все болезни лечить можешь?
  - Нет , баб Маш, только те, которые от порчи, которые навели. А если кто упал там и сломал себе что-нибудь - не могу. Только против зла могу. Так что - если кто хочет порчу снять - присылайте - сниму. Если время будет... - я подмигнул лишившимся речи старушкам и пошёл домой, не обращая внимания на остолбеневших скамеечных завсегдатаек - случилось чудо! - они лишились речи. Это надо где-то записать такое событие...
  Мать уже была дома, завела какое-то своё причитание про лечение, про то, что я зря обидел важных докторов и сбежал из больницы - я не обращая внимания на её заунывное бормотание, ушёл к себе в комнату и улёгся на постель, закрыв глаза. Вначале пытался обдумать происшедшее, а потом дневные переживания, усталость и нервотрёпка взяли своё и я уснул. Разбудил меня голос матери, которая трясла за плечо и говорила:
  - Петь, вставай, тут к тебе пришли!
  - Кто пришёл? Зачем? - спросонок я ничего не понимал - вроде не жду никого. Кто там?
  - Женщины две - говорят, ты порчу снять можешь - глаза матери были вытаращены от удивления - я им говорю - какую порчу? Кто такую ерунду придумал? А они не уходят, плачут - в ноги бросаются, выйди, пожалуйста, разберись! Только это - она понизила голос - смотри, осторожно! Может аферистки какие-то, или ненормальные - вдруг покусают ещё?!
  Меня как пружиной сбросило с постели, и я, как был, в слаксах и майке пошёл к двери. У входа топтались две женщины - одна почти девочка, с ребёнком на руках, вторая старше, лет сорока. В глаза бросился здоровенный пузырь, сидящий на несчастном ребёнке, который задыхался и синел - слизняк сидел на горле.
  - Вы Пётр, да? - с надеждой спросила старшая женщина - нам сказали, что вы можете снимать порчу, не поможете нам? Ребёнок сильно болеет, может порчу на него навели? Мы уж всех врачей обошли - никто не помогает, а мальчишка чахнет и чахнет! Помогите, ради Христа! Мы заплатим, всё что есть отдадим, помогите, пожалуйста, не откажите!
  - А кто вам сказал про меня - я рассматривал слизняка и удивлялся - как это ребёнок ещё жив при таком здоровенном гаде на шее - помогу, конечно. И не надо ничего, так помогу. Да, на нём порча и очень сильная, но сейчас мы её прихлопнем! - я протянул руку и коснулся слизня - есть! Готово! Порчи больше нет. Если что, приходите. Я повернулся и ушёл в дом, оставив у порога недоумевающих женщин:
  - Что, уже всё?
  - А что вы ожидали? Танцев с бубном, завываний и каких-то молитв к древним богам? Всё, готово. Если снова начнётся - приходите. А пока - видите, он повеселел и сделался розовый, дышит как следует, живи, братишка!
  Я помахал пацанёнку, улыбнувшемуся мне вслед и пошёл на кухню искать банку с спрайтом - почему-то мне привиделось, что она где-то в холодильнике была прикопана на чёрный день - в глотке пересохло, просто до очумения. Были бы бабки - сплит-систему поставить неплохо бы в доме! Жарко - грёбаная пятиэтажка, последний подъезд - крыша нагревается, как сковорода, летом спать невозможно. Отвратительно. А может кондиционер оконник воткнуть? Да что я рассуждаю-то - всё равно бабок нет. А почему не взял у женщин? А что я, мародёр, что ли, какой-то, видно же, что небогаты и последний хрен без соли доедают, стрёмно брать и нищих. Были бы богатые какие-то, тех сам Бог велел ободрать, как липку - не последнее отдают. А эти...нет уж, я ещё не опаскудился, чтобы так делать. Не голодаю.
  Хлопнула входная дверь, в кухню влетела совершенно очумелая мать:
  - Что это было-то? Ты объяснишь? Они мне тысячу рублей сунули! Я отбивалась, как могла, а они всё равно на шкаф сунули и ушли, тебе привет передавали! Ты что, правда их лечил?
  - Мам, ну зачем деньги взяла? - я слегка расстроился - ну да ладно: да, лечил. Я же тебе говорил - я вижу то, что никто не видит. И могу лечить людей от порчи. Веришь ли ты со своими дурацкими докторами, или не веришь, но это так. Давай-ка лучше сооруди мне яичницу на копчёном сале, жрать хочу, аж пищит всё...
  
  
  
  Глава 2
  Я не ожидал такого эффекта. Длинные языки бабулек разнесли известия обо мне по всем уголкам нашего района, и даже нашего города (а может и дальше!). Возле дверей нашей квартиры стояла очередь людей, с измождёнными лицами, настойчиво и упорно дожидающихся того момента, когда они могут войти ко мне в квартиру и попасть ко мне на приём.
  Вначале меня это радовало - ну как же, я помогаю людям! Мной было уничтожено сотни, тысячи 'слизней', спасены множество людей - но чего это мне стоило! Нет, быть неким мессией, великим лекарем не только удовольствие и радость, это огромное напряжение и сплошной негатив.
  Как сейчас помню - ко мне пришла молодая семья, которая принесла ребёнка лет двух. Ребёнок, судя по всему, родился с какими-то нарушениями - то ли генетическими, то ли родовые травмы, но они были уверены, что он отстаёт в развитии и показывает уже сейчас, что будет идиотом, только потому, что на него наслали проклятие.
  Никакого проклятия на нём не было - ребёнок с признаками даунизма, развивающегося по непонятным мне причинам.
  Несчастные родители были уверены в том, что я уклоняюсь от лечения их чада, и меня за это надо порицать.
  Порицали они, вначале матом, а потом попытались меня избить - не вышло - всё-таки я лось здоровенный, но выталкивая их из квартиры я получил много синяков и царапин, на лице, но больше всего - на душе.
  Душа моя болела - я даже не подозревал, что в мире столько страданий - эти бесконечные вереницы убогих, больных, страдающих, заискивающих и ругающихся.
  Противными были посещения журналистов и различных проверяющих органов - журналисты всё время норовили уличить меня в том, что я аферист, который наживается на горе людей, ехидно задавали вопросы 'с подковыркой', я гнал их, научившись определять этих кадров сразу, с порога.
  Кстати сказать. У меня проявилось ещё одно странное свойство - коснувшись человека, задав ему определённые вопросы, я мог увидеть какие-то картинки из его жизни - подобное я видел в старом фантастическом фильме. Герой этого фильма мог определить убийцу, взяв кого-то там за руку, или взяв предмет, который человек держал ранее. Насчёт предмета не знаю, но вот то, что можно узнать всё о человеке, коснувшись его - я убедился полностью.
  Однажды ко мне пришла молодая парочка - девушка была бледна, некрасива, толста и ко всему прочему, у неё на шее сидел огромный слизняк. Её партнёр, или жених, не знаю, как его назвать, мне очень не понравился - он был таким лощёным, таким предупредительно слащавым и демонстративно влюблённым в свою некрасивую подругу, что и без особых способностей становилось ясно - типичный альфонс.
   Когда я случайно задел его рукой, в моей голове вспыхнула картинка - толстая девушка с криком падает с высокого этажа дома на асфальт - он так ясно это представлял, что эта картина вспыхнула у меня в голове, как кадр из кинофильма. И тут же картина - этот молодой человек и рядом голая девица с длинными распущенными волосами, брюнетка, с чувственным губастым ртом, в самом интересном состоянии процесса...
  Мне стало неприятно, и я, сделав вид, что хочу получше полечить эту толстушку, выгнал её парня из квартиры, затем пригласил девушку в зал - теперь я тут принимал посетителей, устроив что-то вроде кабинета психотерапевта, или психолога - не знаю, как назвать. Пристально посмотрев на девушку, я сказал:
  - Знаете, зачем я вас позвал? Я хочу открыть вам глаза. Мне вас стало жалко и я не люблю когда подличают.
  Девушка грустно улыбнулась:
  - Вы про Виктора? Вы уже не первый мне это говорите. Он меня любит. Я не хочу ничего слышать о том, что он негодяй, которому нужны мои деньги. Папа оставил мне деньги, перед тем, как разбился его самолёт над Саянами, вот теперь все думают что на меня набросятся ловцы наследств. И вы туда же, хотите обвинить моего любимого?
  - И я туда же. Подумайте - нет ли в вашем окружении некой девушки с губами, как у Анджелины Джоли, с длинными чёрными волосами, высокой и стройной? Так вот - он с ней спит. Я видел это в его голове. И ещё - я видел, как вы летите с высоты пятнадцатого этажа на асфальт. Не ходите с ним на высотные дома, если будет предлагать.
  - Всё? - девушка недоверчиво и сердито смотрела на меня - а лечить будете?
  - Да я уже вас полечил - проклятие снял, вероятно, вы уже стали чувствовать себя лучше, не правда ли? Всего доброго вам, ваш молодой человек вас заждался. Помните про высотные дома...
  Я выпроводил девушку, сердито косящуюся на меня и подумал: какого чёрта я лезу не в своё дело? Ну, убьют её, и что? Если она сама хочет, чтобы это сделали, я-то причём? И вообще - что я здесь делаю?
  Посмотрел вокруг - мать суетится на кухне, разговаривая с какими-то людьми, в прихожей столик для записи посетителей, в зале кабинет для приёма, свободен я только в своей комнате, когда запираюсь и не отвечаю ни на какие стуки и крики за дверью.
   Уже четыре месяца я снимаю проклятия с людей, проклятия ли? Что это за слизни? Я так это и не узнал. Пытался найти упоминание о них в интернете, пытался связаться с какими-то экстрасенсами - бесполезно. Экстрасенсы оказались на сто процентов аферистами, в лучшем случае слегка владеющими паранормальными способностями, никаких слизней они не видели, и вообще принимали меня за сумасшедшего, переставая отвечать на мои письма или звонки по скайпу. Постепенно, я прекратил всё общение со всеми ними.
  Мне всё осточертело. Мне осточертела эта квартира, мать с её разговорами с объявившимися вдруг помощниками организации лечебного процесса, толпы людей, которые ждали, заглядывая в дверной проём - когда же они войдут в квартиру?
   Выйти во двор я не мог - начинали шептаться и цепляться ко мне - 'Это он! Это он!'. Ко мне подбегали на улице и просили снять проклятие, ночевали на лестнице и в машинах возле подъезда, в ожидании посещения.
  Соседи начали писать жалобы. Жалобы дошли до самых верхов, и началось: проверяющие шли потоком, один за одним - началось с каких-то инспекторов, участкового, который важно шагал с папкой по квартире, но так и не найдя к чему придраться, свалил к себе в опорный.
  Пытались прорваться телевизионщики с какого-то местного канала - предупредил мать, чтобы она ни под каким видом их не пускала - так когда они пришли, она обдала их вчерашним супом - слава Богу тёплым, потому что уделаны они были с ног до головы и ушли, угрожая, что так распишут нашу богадельню, что прокуратура нами сразу заинтересуется.
   Прокуратуры пока не было - видимо не успела до нас добраться. Но конкретный, серьёзный наезд, проблемы, начались однажды, в понедельник, с молодого человека, который зашёл ко мне сгибаясь и изображая сильную боль.
   На нём не было слизняка, и видно было, что он шибко и ненатурально изображает болезнь - взяв его за руку я чётко увидел человека в форме, рядом с которым, улыбаясь, сидел этот парень, вполне даже здоровый и веселый, и совсем недавно здоровый и весёлый, часа два назад.
  Посмотрев в глаза парню я спросил:
  - Что, вы штатный сотрудник, или так, по велению души пришли разоблачить афериста?
  Парень сразу прекратил изображать страдания:
  - О чём вы? - его глаза сделались колючими и настороженными - не понимаю!
  - Всё понимаете. Если ваш начальник хочет правда что-то выяснить - пусть приходит сам. Или боится?
  - Ничего он не боится! - начал парень, тут же заткнулся и покраснел, потом вскочил и выбежал из квартиры.
  Его начальник и правда появился - на следующий день.
  Он вошёл в квартиру с видом хозяина, по его лицу было понятно, что он точно не ждал у порога сутками, да и не собирался - такие люди всегда вне очереди и берут то, что им надо.
  - Приветствую. Вы Пётр? - из-за плеча важного чиновника испуганно выглянула моя мать и пожала плечами - что, мол, я могла сделать?
  - Я Пётр! - посмотрел на человека - ну да, его я видел в видении парня вчера вечером, только он был в милицейской форме - по-моему полковничьей, а теперь - в дорогом, даже на вид, костюме, в золотых часах. Лицо умное, глаза смотрят хмуро и хитро, как будто пронизывают насквозь и заранее знают, что я виноват.
  - Так что вы тут устроили, Пётр? Прежде чем принять к вам меры, решил узнать получше, что тут происходит, посмотреть на это бесчинство! Кто вам позволили устраивать из квартиры лечебницу? Вы имеете медицинское образование? У вас есть разрешение на практику? Предъявите ваше разрешение! Вы получаете доходы, нигде их не отмечаете, ни в каких декларациях - вы нарушаете закон, и мы вас можем арестовать!
  Я стал медленно закипать от злости, глядя на этого холёного борова, по хозяйски топающего по моей квартире:
  - Вы, вообще, кто такой? Вы чего тут расхаживаете, как хозяин? У вас есть право врываться в дом, допрашивать, выдвигать обвинения? Шли бы вы отсюда к чёртовой матери!
  Глаза полковника сузились, его перекосило от злости:
  - Значит так, да? Наглеешь? Сопляк! Я просто тебя уничтожу, вместе с твоим притоном! Бабки берёшь и не делишься? Гадёнышь! Чтобы каждую неделю по десять штук отдавал! Тогда будешь работать! Нет - я эту свору разгоню, а тебя закрою!
  - На основании чего закроешь-то? Я и не открывал ничего. Не лечу никого. И - кстати сказать - ни рубля в руки не взял!
  - Ты не взял - твоя мамаша берёт! В среду пришлю парня - вчера который был - чтобы ему передал десять штук. И так каждую среду будешь отдавать. Всё, разговор закончен! - полковник нарочито топая ботинками вышел на лестницу, а я опустошённо закрыв глаза стал думать - что делать? И правда ведь, закроет! И хрен с ним - закрывает. Не хочу больше этот конвейер бед обслуживать. Чёрт с ним, с этим предприятием - ошибка была. Найду что-то и получше для заработка. На том и порешил.
  Получилось так, что к моменту визита полковника (так я для себя его окрестил), я уже созрел для того, чтобы закрыть предприятие.
   Впрочем, как оказалось, полковник имел в виду другое закрытие - по своей тёмности я не знал, что на уголовном жаргоне, а также на жаргоне милиционеров, 'закрыть' - означало вовсе не закрыть предприятие, а нечто худшее...
  В среду в двери заглянул тот самый хорьковатый парень - он нашёл меня глазами и спросил:
  - Приготовил?
  - Нет, не приготовил. Пошли вы нахрен с вашим полковником!
  - Вот так, да? Ну, пеняй на себя! - парень исчез, а я продолжил приём 'проклятых' людей.
  Около пяти вечера я прервался, чтобы поужинать и уселся на кухне, хлебая щи и заедая их пирожками с мясом, которые очень хорошо умела делать мать.
  Слава Богу - я успел съесть большую чашку, умять три пирожка, когда в дверь позвонили и обломали мой ужин...
  После того, как мать открыла дверь, в неё ворвались вооружённые люди в камуфляже и стали дико вопить, как будто напали на наркопритон или логово террористов:
  - Всем оставаться на местах! Лежать! Стоять где стоите!
  Я очень удивился взаимоисключающим командам - как это я буду лежать, если я сижу, и как буду стоять - если не стою? Выяснить данные вопросы решил у главного, громче всех оравшего, тут же получил сапогом в рёбра и улёгся на полу в позе зародыша - мне было очень больно и обидно, и скоро я всё-таки просветился и узнал, что 'закрыть', означает не ликвидацию предприятия.
  А оно означало, что меня вульгарно сажают в милицейскую автомашину под взглядами сочувствующих и злорадствующих людей, и везут в КПЗ, где нормально оформляют задержание по подозрению в мошенничестве и ещё по множеству статей, в которых, слава Богу, не было статей по педофилии и изнасилованиям - и за это спасибо важному полковнику.
  В 'обезьяннике' сидело с десяток людей в разной степени целостности - двое с подбитыми глазами и разбитыми носами обсуждали какую-то 'суку Таньку', которая 'ввела в блудняк', трое других негромко переговаривались, озираясь по сторонам, четвёртый...в общем шла напряжённая, активная жизнь.
  Меня вызвали довольно скоро - как я и ожидал. Два милиционера - спереди и сзади, повели меня по пыльной лестнице на второй этаж, мимо пахнущего хлоркой и неисправным унитазом, туалета, в самый конец коридора, где на двери была привешена табличка: Начальник Управления Общественного порядка Кантирович.
  Милиционер постучался и не дождавшись ответа заглянул за массивную деревянную дверь:
  - Товарищ полковник, задержанного доставили!
  Меня втолкнули в кабинет и я оказался перед сидящими у стола трёмя мужчинами - полковник так и был в гражданской одежде, рядом же сидели два в милицейской форме - майор и подполковник. По их виду, они были давно и глубоко пьяны - рубахи расстёгнуты, галстуки отпущены, лица их были красны, а на столе перед ними стояли рюмки и тарелочки с лимонами и бутерброды.
  - Ну что, наглец, вот я тебя и закрыл! Предупреждал же! Видите, ребята, какой наглец - я пришёл к нему по доброму, предупредить, помочь, а он меня нахрен посылает!
  Полковник встал из-за стола, обошёл его справа и споткнувшись об угол шкафа, сказал:
  - Ты кто такой, сучонок, чтобы притивиться мне, Кантировичу?! Да я тебя сгною! Да я тебя! - он размахнулся и врезал мне правой рукой в скулу, разодрав кожу перстнем и отбросив в угол, на пол.
   Я был в наручниках и упав на спину испытал невероятную боль - похоже руки мои распухнут потом до размеров брёвен. От ярости и боли я зарычал, и мне страшно захотелось убить этого поддонка, захотелось, чтобы он стёр улыбку со своей поганой морды, и тут, со мной что-то случилось - мозг вспыхнул огнём и из меня что-то полезло, как будто мозг выдавливал из себя что-то чёрное, гадкое, это гадкое лезло, лезло и вдруг оно обернулась 'слизняком', размером с футбольный мяч! Э
  Этот слизняк метнулся, как кошка, и шлёпнулся на голову полковника - тот охнул, и схватился за голову:
  - Ну, пацаны, говорила мне мама - не пей, не пей больше! Не слушал её! Что-то у меня голову сжало, как в обручах.
  Полковник проковылял на место и уселся, глядя в стену бессмысленными глазами:
  - Давно так голова не болела. У вас не болит, ребята? Может, погода меняется?
  - Да нет, вроде бы не болит - ответил один из собутыльников, и потом тихо ему прошептал - слушай, ты бы не связывался с этим типом - всё-таки экстрасенс, говорят - нашлёт ещё какую-нибудь гадость...
  - Да пошёл он! Это обычный аферист, никакой он не лекарь - я следил за ним. Бабки грёб лопатой - делиться не желал! Вот теперь пусть посидит. Ну что, ещё по одной?
  - Нет, мы пойдём домой, хватит. Нормально посидели - подполковник с сожалением поднялся и кивнул на меня - а с ним что будешь делать, правда его закроешь?
  - Закрою - теперь куда деваться, обязательно закрою! Щас оформим и в сизо...пусть посидит полгодика, подумает, кто тут хозяин.
  Я лежал в углу, смотрел на хозяина кабинета, на его друзей и думал - что случилось? Как я выпустил эту гадость из себя, и почему у меня вдруг перестала болеть отбитая скула? Почему у меня зажили ссадины на руках, скованных наручниками, руки не болят и вообще - я чувствую себя великолепно, в отличие от этого негодяя, как вижу!
  А негодяю и правда было плохо - он с трудом поднялся, потирая виски руками, подошёл к внутреннему телефон и сказал в него, отрывистым и грубым голосом - быстро сюда помощника - задержанного отправить в сизо!
  Потом полковник положил трубку, уселся снова за стол и стал смотреть на меня тяжёлым взглядом:
  - Сгною тебя! Будешь сидеть в сизо и полгода, и год - пока не начнёшь соображать, как себя вести и не приползёшь ко мне на коленях! Буду узнавать время от времени - как ты, не готов ли уже работать как следует, как надумаешь - скажешь. А пока посиди. Там сейчас хорошо...курорт! - полковник усмехнулся, явно зная что-то интересное о сизо и отвернулся, потирая виски.
  Я молчал и смотрел, как на его голове пульсирует чёрный, как уголь, футбольный мяч. Толстая чёрная нить тянулась ко мне, и я думал - теперь я знаю, куда и зачем тянутся эти нити. Сколько же нас таких? Сколько людей питаются чьей-то жизнью? Откуда, вообще, взялась у меня эта способность? Ответа не было.
  Серый автозак втянулся в унылый двор, меня вывели из машину с обязательными словами - 'Руки за спину! Смотреть вперёд!' и повели по длинным коридорам, выкрашенным синей краской.
  В дежурке скучный толстый капитан оформил мой приём, забрал всё, что у меня было в карманах (а у меня там и ничего не было), шнурки из кроссовок, и вот я уже снова шагаю по коридорам и переходам сизо к своему пристанищу на ближайшие недели и месяцы - камере сто тридцать четыре. Вот в этой-то камере я и узнал, что такое ад на земле.
  Переход от роли мессии к роли заключённого был настолько быстр и шокирующ, что мой мозг до конца так и не мог это осознать, особенно, когда открылась дверь в 'преисподнюю' номер сто тридцать четыре и перед глазами предстал он, Ад: в камере, предназначенной для двадцати человек, находилось восемьдесят.
   До сих пор я не понимаю - зачем засовывать в тюрьму всех, без разбора? Ну ладно я - меня засунули туда специально, как бы попрессовать, не как бы - а точно попрессовать, но эти-то - мелкие мошенники, воришки, семейные дебоширы и пьяницы - им-то что там делать? Почему судебная система работает так, что эти люди, ещё не осужденные, должны месяцами находиться в диких условиях, фактически быть наказанными с недоказанной виной? Нет ответа у меня, и никогда не будет.
  Это тесное помещение было заполнено клубами дыма, тут курили, и дыму некуда было уйти - он стоял у потолка тяжёлой полосой, во влажной жаре, как тыманные испарения каких-нибудь африканских или южноамериканских болот.
   В этом дыму лазили полуголые, мокрые от пота люди, с блестящими от лихорадки, жары и бессонницы глазами - мои будущие товарищи по несчастью - только вот товарищами их называть было совсем нельзя, это точно.
  Моё появление в камере было воспринято никак - на меня почти не обратили внимания, хотя я ждал, что будут сейчас докапываться - хоть я и не вращался в кругах близких уголовным, но кино-то смотрел, а наши киношники любят смаковать всякие подробности из жизни зеков.
  Стал лихорадочно вспоминать - как мне себя вести и громко поздоровался с камерой:
  - Приветствую! Кто старший, с кем говорить?
  С завешанных тряпками нар слез молодой парень с одутловатым лицом и протянул мне руку:
  - Давай здороваться, что ли?
  Я посмотрел на заинтересованные взгляды вокруг и почуял что-то неладное - не стал с ним 'ручкаться', а ещё раз спросил:
  - Кто старший в камере?
  Одутловатый не отставал:
  - Что, тебе западло здороваться с своим товарищем?
  - Цыц, Мурка! - откуда-то издалека, от окна раздался жёсткий голос и на нарах присел мужчина лет сорока, по пояс голый, весь в наколках - иди сюда, парень.
  Я прошёл к нему, и мужчина, посмотрев на меня, спросил:
  - По какой статье чалишься?
  - Мошенник, говорят... - развёл я недоумённо руками.
  - Ага значит, сто пятьдесят девятая, часть какая?
  - Третья.
  - Значит - крупный размер. А чего без барахла, если крупный? Сидора нету?
  - Нет. Вот что на мне, в том и привезли. Из дома взяли, даже одеться не дали.
  - Ну, тут одеваться тебе не особо к чему...скоро раздеваться будешь. Чуешь, какая тут температура?
  И правда - в камере стояла удушающая жара - люди были покрыты каплями пота, стояла вонь, идущая от грязных тел, от носков, от параши - хотелось блевануть от этой вони, но так было бы только хуже.
  Ещё, заметил - половина, как минимум, заключённых была со слизняками, и тот, кто о с мной говорил - тоже. Его слизняк сидел на руке, которую тот время от времени морщась потирал.
  - А за что тебя взяли? Что шьют-то? (уже потом я понял, что смотрящий 'упорол косяк' - нельзя заключённого расспрашивать о том, что ему вменяют - могут принять за 'наседку')
  - Я с людей проклятие снимал, ну, как бы, лечил. Ну а полковник Кантирович решил. Что я должен ему платить. Я не захотел.
  - Правильно. Нечего краснопёрым бабло отдавать! Надо на общак платить, а не этим боровам!
  - Да мне и нечем было платить - я денег за лечение не брал - матери продукты давали, может, какие-то деньги, но я сам ничего не брал.
  - Ага! Типа - народный целитель! Слыхал я - если они бабки берут за лечение, у них способности пропадают! Интересный ты парнишка! Погоняло есть? Нет? Будешь...будешь...Колдун! Во - Колдун! Я Лысый - смотрящий за этой хатой, от воров поставлен. Значит так - живи мужиком, там посмотрим. Если что пришлют с воли, - отстёгивай на общак и всё будет нормально. Наша хата по понятиям живёт, так что тебя никто не тронет, если сам не накосячишь. Правильно, что ты с Муркой не стал здороваться - он здешняя машка, поздоровался бы - зашкварился. В семью вступать будешь? Вон - там ваши кучкуются, семьёй - мошенники и аферисты. Народ зажиточный, справный. Главный в семье Профессор - вот сидит, видишь? Строительством занимался, народу кинул море. Можешь к нему подойти - он тебе место покажет, скажи - в семье хочу быть. Ты ещё, вижу, тёмный совсем, законов не знаешь - скажи - я велел тебя ввести в курс дела, законы рассказать, чтобы ты не накосячил. И не дрейфь - первый раз все стремаются, а потом привыкают. Шагай к нему.
  Лысый закончил речь, важно откинулся на постель и закрыл глаза, а я пошёл в дальний угол камеры к сидящему на нижней шконке мужику лет тридцати пяти, с тёмными глазами и располагающей внешность, немного похожего на капитана Немо из кино.
  Подумалось - аферисту нужно иметь располагающую внешность - на то он и аферист.
  - Добрый вечер. Лысый сказал мне подойти, поговорить. Я - Колдун, такое погоняло Лысый дал.
  - Привет. Я Профессор. Хочешь вступить в семью? Ты вообще - первый раз попал на нары?
  - Да, первый. По сто пятьдесят девятой.
  - Да понятно - потому Лысый и прислал тебя ко мне. Вроде как пацан ты правильный - иначе Лысый бы ко мне не отправлял, но расскажи о себе - присаживайся на шконку. Поговорим, потом определимся, как и что.
  Я снова пересказал, уже Профессору - за что, какая статья, кто виноват в том, что я тут завис и он выдал своё резюме:
  - Да, понятно. Наш человек. Я не спрашиваю тебя, за дело ты тут паришься или просто по беспределу - тут все безвинные. Давай я тебя в курс дела введу - что тут и как.
  Профессор полчаса рассказывал мне основные правила поведения в сизо, законы уголовного мира, правила поведения, потом замолчал и сказал с усмешкой:
  - Вижу тоску в глазах - не горюй, первая ночь в камере всегда самая страшная, потом привыкнешь. Занимай верхнюю шконку надо мной - нижних нет, народа полно. Что, бельё не выдали? Завтра дежурного озадачим. Там есть матрас, подушка - спать есть где. Правда - тяжеловато будет тебе в первую ночь... Ну, давай, отдыхай. Успеем наговориться...
  Первая ночь и правда была тяжкой - горела лампочка за стальной решёткой, бросая тусклый свет на ободранные стены, на лежащих заключенных - кто-то спал, кто-то разговаривал потихоньку бубня, кто-то стонал во сне - на многих из них я видел слизней, высасывающих жизнь.
  Сизый табачный дым не хотел никуда уходить и ядом впитывался в одежду, обувь, постели..было страшно и противно. И тоскливо.
  Пытаясь заснуть на грязном матрасе, я заставил себя думать не об этой неприятной действительности, а о том, что происходит с моими магическими способностями, например: откуда взялся слизняк, который вылез из меня и набросился на полковника? Вот и сейчас я видел нить, которая шла ко мне в голову - чёрная, матовая, как будто поглощающая свет.
  Физически я чувствовал себя прекрасно - не беспокоили никакие боли, даже не мучал голод, хотя я и ел много часов назад, все раны и ушибы зажили. Откуда-то я знал, что полковнику сейчас очень, очень худо! И это меня радовало... Нет, я не был злым человеком, скорее наоборот, но у меня было обострено чувство справедливости - с детства я очень остро и болезненно воспринимал любую несправедливость, и лишь врождённая логика и осторожность останавливала меня от резких, непродуманных действий. Так что - пусть помучается - заслужил.
  Ещё - я сделал вывод, который напрашивался сам собой: каждый слизняк, это производное такого, как я. То есть - в мире есть какие-то существа, которые выпускают таких в слизняков и те присасываются к людям, выпивая из них жизнь и здоровье. С горечью подумал: если бы мои способности проснулись раньше, года два-три назад, ведь тогда папа был бы жив...я бы снял с него эту пакость, и он сейчас был бы дома, смотрел телевизор, смеялся и когда я не вижу хлопал бы мать по заду, после чего она хихикая и притворно сердясь кричала бы на него: 'Дурак! Мальчишка увидит!'
  Судя по нитям - этих людей, с способностью высасывать энергию, было много - очень много! Мне показалось, что на улицах каждый третий, как минимум, был захвачен слизняком. Скорее всего, конечно, это было не так - посоображав, прикинув, я решил - где-то процентов десять, это будет точнее. В больнице - да, там уже приближалось к девяносто процентов, но это и понятно - в больницы сходились все больные. Тут, в камере изолятора, тоже было много захваченных слизняками - процентов сорок, не меньше. Опять подумалось - почему я ни разу не видал, как чужой слизняк нападает на свою жертву? Ну, кроме своего слизняка, конечно. Поразмыслив, пришёл к выводу: просто не пришлось. Увижу ещё.
  Утро началось с криков, проверки, суеты, завтрака - жрать хотелось неимоверно, сутки уже ничего не ел. Бельё мне всё-таки выдали - передали в кормушку.
  Жратва была, конечно, отвратная (какой ей быть в тюрьме?), даже упоминать её не хочу.
  После того, как всё успокоилось - стал знакомиться со своей 'семьёй' - так называют в тюрьме группы заключённых, объединённых по статьям, или местечковому признаку - это я уже знал, откуда - не помню, читал где-то. Они поддерживают друг друга, делятся передачками, защищают от других сокамерников - как бы некий коллектив образуется.
  В семье было шестеро человек, я седьмой. Народ всё больше благообразного вида, умные, образованные, начитанные - настоящие аферисты. Те граждане, что в основной своей массе заполняли камеру им и в подмётки не годились по интеллекту - мошенники были своеобразной элитой преступного общества - оно и понятно, отнять у государства или человека деньги, без каких-то физических действий - это надо иметь большой ум.
  Они опять наставляли меня, как себя вести - ведь за косяки члена семьи отвечает вся семья., но она же за него и заступается, если что случится.
  После того, как перезнакомился с своей 'семьёй' и рассказал, как тут оказался - вкратце, конечно, без подробностей, я лежал на своей шконке и лихорадочно думал, как отсюда выбраться. Получалось - меня могут держать годами в этом аду, возникли мысли даже о том, не лучше ли сдаться полковнику и дождаться, когда он 'крякнет', чтобы от него освободиться. Но у меня вскипала злость и в ней растворялись все разумные мысли - хрен ему, не сдамся!
  Видимо, предполагая что-то подобное, скорее всего через администрацию тюрьмы, ко мне прислали 'уговаривающих'. Началось это с визита мордоворота с тупой харей, ростом метра два.
  Он подошёл к моей шконке и дёрнул меня за штанину (раздеваться я так и не хотел, хотя и страшно потел в одежде - противно было касаться тюремного белья):
  - Эй, ты, Колдун! А ты чего это развалился тут, на шконке, и совсем бесплатно? Платить за шконку кто будет? Слезай, базарить будем!
  Сердце у меня замерло - ну вот, поехало! Драться я не особенно умел - хотя силой не был обижен, и росто, но детина был на полголовы выше даже меня - этакий раскормленный боров. На его теле было много наколок, но похоже авторитетом он не пользовался - типичный баклан или 'торпеда' - хулиган, в общем.
  Я посмотрел на угол Лысого - тот якобы, ничего не замечал, и я понял - санкционировано - вот тебе и правильная камера...болтуны хреновы - везде болтуны - и на воле, и в тюряге.
  Чего-то подобного этому наезду и ожидал...только не думал, что это будет так быстро. Хотя - почему не быстро? Куй железо, пока горячо - на месте этого полковника так бы и сделал - пока я тёпленький, первый день в сизо, деморализован, голоден - тут только и дави!
  Опять меня ярость охватила - не дамся! И подумалось - чего это я стал такой резкий? Ну платил бы уроду, как все платят, да и всё! Но ведь я не ларёк держу, да и не рвал я бешеные бабки - если честно - даже не знал, сколько мать берёт. Как-то стыдно было спрашивать - типа - я святой, денег не касаюсь! Усмехнулся - чего себя-то обманываю? А для чего тогда я это всё затеял? Для святости? Жрал-пил всласть, одевался-обувался - на какие деньги?
  - Чего лыбишься? - недоумённо спросил мордоворот - платить за шконку будешь?
  - Кому платить? - спокойно спросил я.
  - Мне - хохотнул мордоворот - кому же ещё?
  - А почему тебе? Ты кто такой?
  - Я - Зубила! Платить будешь мне!
  - То есть ты, не считаешься с авторитетом смотрящего и присваиваешь себе, по беспределу деньги, которые я не обязан платить?
  Зубила опешил:
  - Какому беспределу? Ты - лох педальный, и ты должен платить! Клади сюда штуку, и спи себе на шконке. Штуку в неделю.
  - Беспредельничаешь - мне вчера Лысый сказал, что тут не платят, здесь соблюдают воровские законы, а раз ты идёшь против него, значит ты нарушаешь закон. Ты против воровского закона?
  Мордовот захлопал глазами:
  - Метла у тебя чисто метёт...ладно, твоя взяла. Но на тебя воровской закон не распространяется - ты лох! А если надо будет - я отвечу перед ворами! Отказываешься платить, чмо болотное? - урод схватил меня за лицо своей грязной, вонючей ладонью, которой только что лазил в паху и толкнул назад так, что я ударился головой о шконку.
  У меня перед глазами закружились огненные круги...
  Такой ненависти и ярости я не испытывал давно - что-то как будто щёлкнуло у меня в голове и мой взгляд стал ощутимым, весомым, как будто это был не взгляд, а огромное бревно, вылезающее из моей головы.
  Бандит, вначале глупо улыбнулся, а потом упал на колени и заскулил, ухватившись за голову, а я наклонился к нему и тихим, страшным голосом сказал:
  - Уходи, и никогда ко мне больше не подходи - меня нет! Иначе ты умрёшь страшной смертью!
  Бандит, шатаясь, поднялся с пола на ноги и шатаясь поплёлся прочь от меня, не разбирая дороги, налетел на стол, опрокинув кружки заключённых, поедающих что-то из сидоров, доплёлся до параши и выблевал туда всё, что получил в желудок во время завтрака.
  Я сел на шконку Профессора и замер, вцепившись в край кровати - меня трясло, лихорадило, оглянулся на лежащего афериста и заметил, как он, почему-то, вздрогнул.
  - Колдун, а ты ведь правда колдун! Слушай, а чего у тебя с глазами?
  - А чего с глазами - постепенно успокаиваясь выдавил я.
  - У тебя зрачки во весь глаз! - Профессор настороженно посмотрел мне в глаза, и заметно расслабился - нет, уже нормально. Может показалось? Ну ты и напугал меня! А чего этот придурок так бросился от тебя? Впрочем - понимаю. Если уж я, рядом напугался, то он, глянув в твои глаза... так что, ты и правда экстрасенс?
  - Правда. Снимаю порчу.
  - А с меня можешь снять? - Профессор с интересом посмотрел на меня - в тюрьме скучно, всё какое-то развлечение...
  - А на тебе нет порчи. Не вижу. А вот на многих тут - висит. Только снимать с них не хочу - с какой стати?
   - Интересно! - опять восхитился мужчина - а в нашей семье есть порча у кого-нибудь? Эй, мужики, айда сюда - Колдун сейчас порчу снимать будет с вас!
  Мужчины, принадлежавшие к нашей 'семье' зашевелились и собрались на шконке Профессора.
  - Сейчас Колдун посмотрит и определит - есть ли на вас порча, давай, парень!
  - На двух - вот на нём и на нём - я указал рукой на полненького мужчины в очках, на котором, на пояснице, сидел здоровенный слизняк, и вот на нём - показал на высокого, с интеллигентным лицом худощавого мужика, даже здесь умудрявшегося сохранять вид, как будто он только что вышел из салона красоты. На нём слизняк сидел на животе - подумалось - или рак начинается, или язва.
  - Т где у них порча? Что болит? - Профессор сверкал глазами от удовольствия - столько развлевения, и всё бесплатно! - можешь сказать?
  - Вот у него, скорее всего, сильные боли в пояснице, а вот у него - или желудок больной, или кишки.
  - Ну-ка, ну-ка ..он правильно говорит, парни?
  Аферисты-мошенники ошеломлённо покачали головами - да, верно.
  - А снять порчу можешь? Для своих корешков? - Профессор внимательно смотрел мне в глаза - реально можешь?
  - Могу. Сейчас сниму. Идите сюда.
  Мужчины, с недоверчивым выражением лица встали с мест и подошли ко мне - я легко коснулся слизней рукой, они лопнули, как обычно, и исчезли.
  - Всё. Порча снята.
  - И что - вот так, махнул рукой, и всё - разочарованно протянул Профессор - я-то думал что-то более зрелищное будет!
  - Я что, должен был бить в бубен, скакать полчаса орангутангом и потом только объявить, что порча снята? - меня разобрал смех и я тихонько засмеялся, поддержанный Профессором и своими 'соратниками'
  - Ну да, что-то вроде этого! Вообще - когда выйдем и ты снова начнёшь свою аферу - приходи ко мне за консультацией - ты совершенно не умеешь подавать свой дело в нужном ракурсе! Где длинные патлы, где демонические причиндалы вроде хрустальных шаров и магических метёлок? Ну какой уважающий себя бизнесмен отвалит тебе приличный кус? Так и будешь кусочничатьь со своей мамашей! Эх, молодёжь, учить вас и учить! А как они почувствуют, что порча снята?
  - А они уже почувствовали, не правда ли? - спросил я полеченных мужчин - поясница не болит, живот тоже, да?
  - Правда...я давно так хорошо себя не чувствовал, если забыть, что я на нарах - с удивлением выговорил высокий мужик - вроде как его звали Владиславом, насколько я помнил - раньше, как кол в желудок вставили, а теперь вообще ничего, как у младенца! Силён, парень!
  - Да, я тоже чувствую - добавил толстячок - слушай, как выйдем отсюда - предлагаю сделать клинику! Будем обслуживать вип-клиентов, денег будет море!
  - Стоп-стоп, забито! - хлопнул ладонью Профессор - я и без вас парня пристрою к делу. Кстати, мы может подзаработать и тут - есть желание? Будешь снимать порчу с братвы - будем брать продуктами, деньгами - всё на семью. Чаем будем брать, сигаретами - мы такую развернём деятельность! Я всё организую, комар носу не подточит! Согласен?
  Я не раздумывал ни секунды - одно дело ты залётный лох, без всякого статуса в этом сообществе, и другое - нужный человек, считай - лекарь:
  - Давай, организовывай - вы обеспечиваете мне прикрытие, ну а я снимаю порчу. Всё заработанное на общак в семью.
  - Молоток! - восхитился Профессор - только это, учти - некоторых, кого покажу, будешь лечить бесплатно - это смотрящий и его приближённые, а также воры и авторитеты, которые тут, в сизо. Политика, сам понимаешь. Типа ты на общак лечишь. И ещё - будем долю в общак хаты засылать, иначе работать не дадут. Всё, сейчас я договорюсь с Лысым!
  Профессор вскочил с места и пошёл к смотрящему - он долго что-то обсуждал с ним, потом смотрящий важно кивнул головой и Профессор с довольным видом вернулся назад:
  - Ништяк всё! Десять процентов на общак, смотрящему, его и его свиту лечим бесплатно, и он нам ещё подсылает людей на предмет осмотра и лечения! Вот развлекуха, и питание будет нормальное! Сейчас мы их раскрутим!
  По одному потянулись страждущие - Профессор брал с них то банку тушёнки, то денег пятьсот рублей, то пачку чаю - тут продукты, особенно чай, были дороже денег, пачка чая стоила как раз те пятьсот рублей.
   К вечеру у нас набралась приличная мзда, пересчитав которую, Профессор отделил долю на общак и отнёс Лысому. Вернувшись, с удовлетворением сказал:
  - Дааа..хороший бизнес! Повёл рукой - и вот тебе капитал. Айда чай пить - сейчас сварганим!
  Профессор со товарищи торжественно достали откуда-то жестяную банку. Налили туда воды из под крана и стали варить чифир кипятильником - я никогда до того не пробовал эту гадость. Но пришлось... потом мы плотно поели - люди семьи были довольны свалившимся с небес угощением - и я снова забрался на шконку.
  Так тянулись мои дни - иногда ко мне приводили людей из других камер, и я снимал с них порчу, дважды выводили к каким-то охранникам - они потребовали, чтобы их тоже лечили от порчи, прознав о моих способностях, но меня всё не вызывали и не вызывали по моему делу - как будто решили похоронить в этой живой могиле.
  Я, иногда, разговаривал с Профессором, и он подтвердил мои опасения - меня могут держать в камере по беспределу месяцами, стряпая заново и заново различные бумажки - мозг человека всегда был способен на подобные гадости.
   Всё время после начала моей карьеры тюремного лекаря, я был, можно сказать, если и не в авторитете, то в большом уважении - на меня больше не было попыток нападения, а тот, кто пытался наехать, исчез в тюремной больнице, и по слухам - то ли умер, то ли ушёл на волю инвалидом.
  Вокруг меня витал ареол колдуна, чёрного колдуна, который может не только снимать порчу, но и её напускать. Впрочем - а разве это было не так? Кроме того, за меня горой стояла 'семья' и смотрящий со своими прихлебателями - они тоже довольно хорошо имели с меня дохода.
  Передач мне не было - уверен, что моя мать пыталась проникнуть ко мне и что-нибудь послать, но ей отказывали под любым предлогом. Так потом и оказалось...
  Неожиданно, в один из дней дверь камеры с лязгом открылась. Вошли двое охранников и выкрикнули мою фамилию.
  Я от неожиданности даже вздрогнул, потом облегчённо вздохнул и сказал Профессору:
  - Наконец-то хоть что-то определится.
  - Ну ну..на всякий случай - удачи, Колдун! Если в камеру не вернёшься - запомни номер сотового, он простой - и Профессор быстро продиктовал мне номер - состыкуемся, если что.
  Охранники, как ни странно, спокойно смотрели как я прощаюсь с сокамерниками и не торопили - всё-таки слава чёрного колдуна имеет свои преимущества, вдруг порчу напустит?
  Заложив руки за спину я пошёл за ними по коридору, после процедур оформления снова отправился в автозак и через два часа меня вели по вонючему коридору к знакомому кабинету, с которого началось моё путешествие в тюрьму.
  Конвоир толкнул дверь, спросил разрешения и второй конвоир подтолкнул меня вперёд, под светлые очи хозяина кабинета.
  Очи были и правда светлые, да и хозяин очень уж сильно сильно побелел. Он был бледен, измождён и худ, как палка, одежда висела на нём, как на вешалке, на голове пульсировал мой слизняк, выкачивая силу и перекачивая в меня.
  Все эти месяцы, что я был в сизо, я чувствовал, как тают силы полковника и поддерживается моё здоровье. Я бы не удивился, если бы узнал, что и лет жизни у меня прибавилось, а у полковника сократилось.
  - Что, доволен? - лицо полковника задёргалось в нервном тике и перекосилось - проклятый колдун!
  Полковник достал пистолет, передёрнул затвор, дослав патрон в патронник и направил его в меня:
  Я сдохну, но и ты сдохнешь, тварь! - он прицелился в меня и выстрелил, целясь прямо в грудь, дважды нажав спусковой крючок.
  Как будто страшный молот обрушился на моё плечо и грудь - одна пуля разбила мне ключицу, а другая пробила лёгкое и изо рта у меня фонтаном хлынула пузырящаяся кровь.
   Последнее, что я увидел, это как мой слизняк раздулся раза в три и запульсировал с такой скоростью, что, его пульсации перестали быть видны, такое впечатление было, что он просто завизжал, перекачивая энергию от полковника ко мне. Это меня спасло, а полковника убило - фактически, он убил самого себя, заставив мою чёрную сущность активизироваться в попытке очень быстро восстановить моё здоровье, конечно, за счёт его жизни, а жизни оставалось немного - за два с половиной месяца слизняк успел забрать у него всё здоровье.
  Полковник умер на месте, но я этого не видел, потеряв сознание.
  Очнулся я уже в больнице, под охраной милиционеров, стоящих у изголовья, и первое, что увидел над собой - шар головы следователя:
  - Очнулся? Давай поговорим с тобой, расскажешь, как дело было - капитан милиции сидел рядом со мной и с интересом смотрел на меня - самое главное, что мне скажи - как это получилось, что в тебя всадили две пули калибра девять миллиметров, а ты остался жив, и при этом раны твои выглядят, как будто ты был ранен лет десять назад? А? Пояснишь? Пули остались в тебе и каким-то образом зависли в теле, не мешают тебе жить. Как это может быть? И вообще - с чего вдруг полковник стал в тебя стрелять, чуть не с порога? Тут ходят странные про тебя слухи - информация просто потрясающая, как в передаче про таинственные явления на рентиви...ну так что, пояснишь мне что-то?
  - Ну а что пояснять-то - с недоумением сказал я - ну начал ваш этот придурок стрелять в меня, почему - не знаю. Я упал, очнулся...хммм..ну не гипс, да - палата вот эта. Сами-то вы хоть знаете, что с ним случилось, чего он спятил?
  - Знаем - неохотно ответил, после непродолжительного молчания капитан - у него был рак мозга на последней стадии, скоротечный, с метастазами везде, где только можно и нельзя. Так почему он стал в тебя палить?
  - Извините - ну вы же взрослый человек - у человека рак мозга, он медленно или быстро сходит с ума - я-то как вам могу пояснить, что было у него в мыслях?
  - Да, мне говорили сотрудники сизо, что ты умеешь говорить - сокамерники о тебе докладывали. Но так же они докладывали, что ты там занимался снятием проклятий, и вроде как, они боялись, что ты можешь их насылать, это так? Фактически, ты можешь убивать людей, насылая на них проклятие, на расстоянии, и так, что все будут считать это естественной гибелью, это верно?
  Я замер. Внутри у меня захолодело, я разглядывал гладкое лицо следователя, его короткую спортивную причёску и соображал - тут что-то не то! Как они меня вычислили?! Потом в голову пришла мысль - это не следователь.
  - Вы кто такой? Покажите мне свои документы - удостоверение там, или ещё что-то, иначе дальше я с вами не буду разговаривать!
  - Вот моё удостоверение - следователь достал красную книжечку и помахал ей перед моим лицом - ну что, успокоился? Решил, что тебя бандиты, что ли, похитили? Нет, братец, бандитам мы тебя не дадим. Знаем мы всё про тебя - знаем, как лечил в своей квартире, как полковник на тебя наехал, знаем, что ходил ты к психиатрам в больницу - засветился ты по полной, и деваться тебе некуда. Поступаешь ты в отдел специальных мероприятий при...хммм...да не нужно тебе это знать - где это при. А то, что ты будешь делать - наверное догадываешься. И давай без глупостей - твоя мать сейчас находится у нас, и если ты взбрыкнёшь, попытаешься, например, наслать проклятие на меня или на других сотрудников - твоя мать погибнет. Смотри сюда - 'Следователь' достал из сумки планшетник, пощёлкал клавишами и на экране появилось лицо моей матери:
  - Сынок, со мной всё в порядке, я нахожусь в хорошем месте, обо мне заботятся. Пожалуйста, сделай всё, что они просят! Я тебя люблю и мы скоро увидимся
  Мать говорила монотонно, как неживая, похоже - её напичкали какими-то наркотиками или психотропными средствами. У меня заныло сердце - единственно, на чём они меня могли взять - это мать. И они поймали меня...
  'Следователь' закрыл планшетник и доброжелательно, практически любя, сказал:
  - Не беспокойся - всё будет нормально! Ты получишь всё, что хочешь, будешь жить в достатке, получать деньги на счёт. А когда отработаешь положенное время - тебя отпустят, здорового и весёлого! Будешь жить-поживать на свои денежки с мамой и с кем там захочешь, и всё, никаких проблем! Ну всё, отдыхай, а наши ребята тебя пока постерегут - чтобы ты чего-нибудь не выкинул, говорят, ты парнишка хоть и тихушник, но строптивый, как чёрт. Отдохни, а завтра врачи тебя посмотрят и скажут - в каком ты состоянии, и можно ли начинать с тобой работу. Какую работу? Увидишь. Теперь ты боец спецподразделения 'Ночь'. Гордись!
  'Следователь', усчмехнувшись, вышел из комнаты, а я с горечью подумал: вот нахрена мне это всё надо было? Ну зачем, зачем я полез обеими своими погаными ручками в тот телевизор? Ииииэээххх...
  
  
  
  Глава 3
  Долго я в палате не залежался - меня поволокли на обследования - брали кровь, просвечивали мозг, руки-ноги, всё тело моё исследовали как подопытную собачку, не отвечая ни на какие вопросы.
  Я вообще не знал, где нахожусь - то ли подземелье, то ли высоко над землёй, а может под водой - да чёрт их знает! Эти грёбаные врачи - или не врачи? - молча, как автоматы, бегали вокруг меня и только подавали однообразные короткие реплики - подержи то, подержи сё, наклонись, выпрямись, не дыши - дыши.
  Аппаратура, которую они использовали, была мне незнакома, одно было ясно - эти приборы очень дороги и вряд ли стоят в районной больнице города Заплюевска.
  Столько исследований моё тело не видело никогда - тем более, что я и болеть-то не особо болел...
  В конце всех процедур меня повели в небольшую комнату, обставленную аскетично, но стильно - кресло из белой кожи, столик из толстого тёмного стекла, какие-то картинки на стенах - всё в тон, всё нарядно и даже на вид дорого. Там сидел приятный мужчина лет пятидесяти, с седоватыми волосами и голубыми пронзительными глазами, смотревшими весело и немного с насмешкой.
  - Прветствую вас, молодой человек. Вас звать Пётр, насколько мне известно. Меня - Алексей Фёдорович. Я ваш куратор по паранормальным явлениям группы 'Ночь'. Присаживайтесь, поговорим. Итак, насколько я знаю, вы обладаете способностью напускать порчу на людей, с тем, чтобы они теряли здоровье и умирали. Расскажите мне с самого начала - откуда у вас взялась эта способность? Чувствовали ли в детстве свою необычность? Бывали ли у вас в роду такие аномальные способности? - он расположился поудобнее и закинул ногу на ногу - не спешите, у нас много времени - рассказывайте всё, с самого начала.
  И я рассказал. Всё. Или - почти всё. Зачем им знать, что я могу видеть картинки, или же, что я могу взглядом остановить человека? Чем больше у меня есть неизвестных им способностей, тем сильнее я буду против них. Никакой уверенности в том, что спецслужбы - а это были именно они - отпустят меня хоть когда-нибудь у меня не было совершенно - да, я не сталкивался с ними никогда в своей жизни (если только в булочной, в дверях), но то, что войти сюда можно, а выйти нет - об этом рассказывали тысячи книг и документальных свидетельств. Нет бывших шпионов, как нет бывших ментов - профессия навсегда накладывает отпечаток на человека.
   В общем, я рассказал ему про слизняков, про лечение, про напускание слизняка - только сразу предупредил, что напускать слизня осмысленно я не могу - у меня получилось это один раз, и то, когда я был в страшной ярости и ненавидел этого человека. Поэтому - скорее всего, пользы от меня будет мало. Вот снять слизня - пожалуйста, а напустить его - это не очень-то в моих силах.
  Послушав мой рассказ, куратор недолго помолчал, потом усмехнулся как-то грустно и сказал:
  - Мы тебе поможем развить свой талант - хочешь ты этого, или не хочешь, не беспокойся. Мне кажется ты парень неглупый, и даже себе на уме, так вот, я без обиняков сразу хочу тебе сказать - жизнь твоей матери зависит от того, как ты себя поведёшь - пока ты слушаешься - жива и она, если мы придём к мнению, что ты бесполезен, что ты сопротивляешься обучению и нашим указаниям - матери будет плохо, а тебя могут выкинуть с промытыми мозгами, с лоботомией на улицу. Мы же не можем оставить на свободе - и не на свободе тоже - здорового колдуна-монстра, способного убить любого человека, в том числе из руководства страны? Или ты у нас под контролем и подчиняешься нашим указаниям, или ты умираешь, превращаешься в овощ, исчезаешь. Тебе это понятно? Помнишь кино 'Никита'? так вот, ты сейчас наша Никита, более того - от тебя зависит жизнь твоей матери, и если надо будет тебя сломать - мы ни минуты не будем колебаться и сделаем это, с помощью твоей матери, используя её. Извини, Пётр - таковы правила игры. Ты не в то время и не в том месте...сунул пальцы в розетку. Мне жаль тебя, но если нужно будет для дел, я лично перережу горло тебе и твоей матери.
  - И после этого вы говорите, что наше государство правовое, и что у нас всё по закону? - со злобной досадой выдавил из себя я, кипя от бессильной ярости - а что будет, если я сейчас напущу на вас порчу, и вы будете умирать в корчах много дней, зная, что никто не сможет её снять? Вот прямо сейчас напущу - не боитесь?
  - Боюсь - спокойно сказал куратор - но это моя работа, а если ты это сделаешь, твою мать убьют медленно и мучительно, и покажут тебе фильм, как это делали, и ты запомнишь на всю жизнь, как убил свою мать. Если тебя оставят жить. Кроме того - найдут всех твоих родственников - да что их искать? Все они известны. Тётки, двоюродные и троюродные братья - погибнут все. Ты их фактически убьёшь. Ты ещё хочешь напустить на меня порчу?
  - Хочу. Но не напущу. Я вас ненавижу - вы даже хуже этого сраного полковника - он был просто мздоимцем, подлецом, а вы реально нелюди.
  - Согласен. Иногда я сам себя ненавижу...а что делать? Так получилось. Ты не один в группе - там есть ещё люди с паранормальными явлениями - гипнотизёры, экстрасенсы - не те придурки, что устраивают клоунады на телевизионном экране - нет, настоящие экстрасенсы - ты с ними познакомишься. Заодно и проверим, как на тебя действует тот же гипноз. Кроме тренировок по экстрасенсорике, ты пройдёшь полный курс обучения диверсанта-разведчика. Что толку от твоего проклятия, если ты не сможешь подойти вплотную, на рабочее расстояние к объекту нападения? И зачем нам терять ценного агента, если ты не сможешь уйти с места происшествия? Ты получишь полный курс - тебя будут учить переодеваться, менять внешность, добывать документы, убивать людей голыми руками и подручными предметами, стрелять, метать ножи, ездить на всех видах транспорта. Хочешь стать Джеймсом Бондом? Неужто нет? А! - ты хочешь свернуть мне шею? Ну что же - и шею сворачивать тебе придётся. Будет такая возможность. Отмечу хорошее - у тебя будет столько денег, сколько тебе надо - дорогая машина, квартира или дом, путешествия за границу, красивые женщины - плата только одна - в определённый момент, ты напускаешь порчу на того, на кого мы укажем. Без вопросов и сомнений. Все сомнения будут расцениваться как предательство и ты, или твоя мать, будут наказаны. Запомни ещё раз и забудь о бегстве или каких-то вредоносных действий в отношении кураторов группы 'Ночь' - ты наш. Навсегда. Не обольщайся, что отсюда куда-то там сбегают - не сбегают. Из тюрьмы можно сбежать, из психушки, откуда угодно - от нас - нет. Тебя найдут всегда и везде на этой Земле, в любом её уголке. И расплата будет страшной.
  Куратор помолчал. Его жёсткие, как ледяные иглы, глаза потеплели и он усмехнулся:
  - Да ну чего мы заладили - расплата, расплата - гляди - ты жив, здоров, чистый, сытый, впереди интересная жизнь - чего печалиться? Сейчас ты пройдёшь в один кабинет - будет немного больно, потерпи. Пошли за мной.
  Куратор поднялся и вышел из кабинета, дождавшись, когда я поднимусь и пойду за ним.
  Недолго прошагав по коридору я оказался в белоснежной комнате, по типу операционной, в которой стоял стол , над которым горели мощные светильники и вокруг стояли двое людей в хирургических масках и костюмах.
  - Снимай рубаху и ложись на стол. Сейчас будет немного больно, но придётся потерпеть, это необходимо.
  С замиранием сердца я стащил с себя полотняную рубаху, улёгся на живот и стал ждать. Стоявшие справа и слева прихватили мои руки ремнями, закрепили ноги, голову, и один из них протёр мне резко пахнущей жидкостью место где-то у левой лопаткой. Затем последовала резкая, шипучая боль - у меня даже искры из глаза посыпались и закапали нежданные слёзы, и всё прекратилось. Мне залепили место укола пластырем, развязали, и я кривясь и морщась оделся.
  - Вот теперь, уважаемый Колдун - кстати, ты так и проходишь теперь по нашим документам - мы будем знать всегда, где ты находишься, с кем ты находишься и слышать все твои разговоры. Это сделано для нашей и твоей безопасности. Мы же не может допустить, чтобы такой ценный агент как ты, пропал, исчез где-то в неизвестном направлении? Ты всегда будешь на наших мониторах, и мы будем знать жив ли ты. Капсулу, которая в тебе теперь сидит, извлечь трудно - сам ты это точно не сделаешь, а при попытке извлечения, она может взорваться и убить тебя заложенным в ней мгновенно действующим ядом. Так же - мы можем взорвать её на расстоянии, если увидим, что ты совершаешь что-то такое, что входит в разрез с данными тебе инструкциями. Учти это. Ты наш - навсегда! Теперь можешь идти в свою комнату - тебя проводят. Завтра будет первый день твоих занятий. О расписании тебе расскажет тот, кто провожает. Ну что же, добро пожаловать в группу 'Ночь', Колдун!
  Моя комната ничем не отличалась от всех здешних комнат, которые я видал - аскетизм, чистота, стерильность и ничего лишнего. На письменном столе в углу - компьютерный монитор, рядом ноутбук, авторучки, листы бумаги. В углу - кровать - довольно широкая, можно сказать двуспальная.
  Посмотрел - рядом вход в ванную комнату, сверкающую кафелем и хромированными ручками кранов, унитаз, биде и кабина душа. Была и ванная - тоже сверкающая и стерильная так, что хотелось в неё плюнуть, чтобы хоть как-то нарушить совершенство этого царства чистоты. Была и кухня - оборудованная огромным количеством всякой бытовой техники, от посудомоечной машины до каких-то комбайнов, мне непонятных и неизвестных. Два огромных холодильника были заполнены всевозможными продуктами - деликатесами и полуфабрикатами.
   Как сказал мой провожатый, человек лет тридцати, представившийся Николаем, я могу обедать в столовой, где обедают все курсанты, а могу сам себе готовить что-то в этой кухне - по желанию. Продукты будут автоматически, по мере их трат, восполняться. Если есть какие-то пожелания - что-то хочется из продуктов или что-то не хочется - оставлять записку на холодильнике, прикрепив магнитом, всё будет сделано. Одежду и бельё, которое нужно постирать, надо оставлять в крытой пластмассовой корзине. Компьютеры подключены к интернету, так что можно читать и смотреть всё, что угодно, связываться со всеми, с кем угодно - только с одним условием - как только я попытаюсь нарушить государственную тайну - интернет отключат, а я понесу наказание. Вся моя жизнь теперь под контролем. Приводить в свою комнату я могу всех, кого пожелаю, оставлять на ночь и делать с ними всё, что хочется, в пределах разумного, конечно - убивать их нельзя, калечить тоже, а так - кувыркаться в постели можно с кем угодно, женщинами, мужчинами и даже баранами, если я тут их отыщу - не возбраняется. После 22.00 ходить по коридорам воспрещается, только по вызову руководства. Начало занятий в восемь ноль ноль, подъём в семь. В двенадцать ноль ноль - час на обед, потом занятия до семнадцати ноль ноль. После занятий - свободное время и отбой двадцать два ноль ноль. За соблюдением распорядка строго следят, и за злостное невыполнение распорядка может быть назначено наказание. Какое? От банального избиения, до дополнительных нагрузок на обучении - а это ещё хуже. Теперь всё. Если чего-то понадобится - всё, что угодно, просто нужно сказать вслух - я хочу то-то и то-то, и мне это доставят. Женщину? И женщину тоже - по моему выбору. Антилопу гну? Вряд ли - если только со спиленными рогами.
  Когда я остался один, то скинул кроссовки и бросился на постель, раздумывая о том, что на меня навалилось... лежать на мягкой упругой постели было хорошо и приятно, но мысли были совсем неприятные - стелят-то мягко, спать вот жёстко... Фактически - я раб. Элитный раб, да, мне дают всё, всё, о чём может мечтать обычный человек - сытость, удовольствия, зрелища, но отнимают за это свободу. Я даже сходить погадить не могу без того, чтобы кто-то не слышал, и не видел, как я это делаю! Даже рабы могли это делать без глаз и ушей надсмотрщика, а я не могу! Ну не скотство ли?
   Спина болела, ощущая наличие в моей спинной мышце надзирающей бомбы - без неё ещё как-то можно было надеяться на благополучный побег, но с ней - как я с ней убегу? Грохнут на взлёте, как дурную заполошную утку из двустволки... ну что же - пока я жив - надеюсь. Надеюсь на то, что они сами воспитают из меня то, что потом сможет их победить. Пока я обычный пацан, никакой - но в будущем - посмотрим, кем я буду в будущем. Человек всегда найдёт дырку, даже в непроницаемом заборе, в этом я был уверен.
  Пойдя на кухню, открыл холодильник и порывшись в нём с удивлением и удовольствием отрыл здоровенную банку чёрной икры, несколько бутылок пива разных видов, сырокопчёную колбасу, виноград, груши, яблоки - выложил всё богатство на стол и стал поглощать всё это дело с мстительным удовлетворением - хоть обожрать их, моих пленителей, раз убить не могу!
  Появившийся в дверях кухни Николай с улыбкой осмотрел это торжество плоти и сказал с усмешкой:
  - Главное, чтобы завтра на занятиях не обделался, а то от такой еды точно пронесёт. Вот тебе расписание - завтра, в первой половине дня занятия по физо и рукопашному бою, после обеда спецзанятия, по твоему профилю и теория по общим основам разведки. В восемь утра ты уже должен быть в спортивном зале, налево десятая дверь. Одежда - кимоно и кроссовки - они будут лежать у твоей постели. И без опозданий, помни, что я говорил о наказаниях.
  - Николай, а сколько вообще это обучение будет длиться? Когда я смогу выйти из этого здания на свободу?
  - На свободу? Никогда. Из этого здания, на землю - когда закончишь обучение. А обучение закончится тогда, когда мы сочтём тебя к нему готовым. Обычно оно длится от двух лет, без выходных и отпусков. Выходные не предусмотрены - на том свете отдохнём. Твоя задача пройти обучение как следует - от этого зависит длина твоего поводка, на котором тебя будут отпускать ходить по земле.
   - А мать я смогу видеть?
  - Только по телевизору и по специальному разрешению, раз в месяц. Для неё ты в важной правительственной организации и контакты с тобой запрещены законом. Впрочем - это так и есть. Ну всё, отдыхай. Не забудь завтра вовремя прийти на обучение. Телевизор можешь смотреть через компьютер - там всё налажено, шестьсот каналов. Удачи, Колдун.
  Я остался перед своей грудой продуктов - есть уже расхотелось. Мысли о несвободе и о неясном будущем не способствуют хорошему аппетиту.
  После обеда, пошёл, включил компьютер - полазил, почитал новости, включил телевизор и улёгся на постель, незаметно угрелся и уснул.
  Проснулся уже ночью, поглядел на мерцающий экран монитора, на котором дикторша вешала что-то важным голосом исходящим из неподвижной манекенной головы, нажал кнопку выключения и снова уснул сном младенца - после диких условий сизо, эта золотая клетка казалась просто раем.
  Мне приснилось, что на меня летит огромный тепловоз - с рёвом, шумом колёс - я еле успел от него увернуться, проснулся в холодном поту и понял, что ревел не тепловоз, а сигнал побудки, видимо, проведённый в каждую комнату курсантов. Кстати - я так и не знал, сколько курсантов будет обучаться вместе со мной - Николай только сказал: увидишь! Возможно, он и сам не знал полностью, до конца, сколько курсантов будет.
  Я быстро позавтракал, оделся в кимоно, оказавшееся мне точно по размеру (да и глупо было бы, если это бы не так), натянул кроссовки и вышел в коридор.
   Оглянулся - двери снаружи никак не запирались - впрочем, изнутри я тоже запоров не заметил. А от кого запираться? Чужие тут не ходят, всё просматривается, а у рабов нет интимных секретов и быть не может.
   Прошлёпав по коридору, отсчитал двери, толкнул десятую и замер - это был громадный зал, теряющийся где-то далеко-далеко, даже не видно где. На нём находились какие-то постройки и странные сооружения - видимо для бега с полосами препятствий.
  В углу, у входа, уже кучковались человек десять молодых ребят, одетых как я - в кимоно. Их возраст колебался от семнадцати до двадцати пяти лет, впрочем - я могу и ошибаться, физиогномистика никогда не была моим сильным местом. Женщины - то выглядят моложе своих лет, то старше своих лет, парни...по парням я вообще - пас. Даже пройдя через тюрьму...
  Я подошёл к группе, поздоровался, и уставился на Николая, стоящего рядом с человеком среднего роста, лет сорока с небольшим - коротко стриженным, с шеей, плавно переходящей в пулевидную голову - похоже, это был наш тренер.
  - Курсанты! Это ваше тренер. Вы будете его звать Мастер. Обращаться друг к другу только по псевдонимам, потом вы узнаете, какие у кого псевдонимы. Мастер будет руководить всей вашей физической и рукопашной подготовкой на всё время обучения. Он же - ваш экзекутор, если вы проштрафитесь. Я вас покидаю до конца занятия, Мастер - они ваши.
  Николай усмехнулся и неслышными шагами пошёл к двери, скрывшись из глаз за плотно притворённой белой металлической пластиной. Мастер внимательно оглядел нас маленькими жёсткими глазками, и сказал:
  - Вы все - дерьмо! Вы никуда не годные твари, которых одним пальцем убьёт любой из спецназовцев. А вы должны быть круче их, вы должны быть настоящими убийцами, убийцами от бога, вернее - от сатаны. Я научу вас убивать голыми руками, предметами, холодным оружием - так естественно, как будто вы просто едите вилкой и ложкой. Это будет очень жёсткое обучение, и выбывшие тут будут только на тот свет. Вас уже предупредили об этом. Кончились детские игры, кончились шуточки - вы - группа 'Ночь', вы блуждающие тени в ночи, вы хуже чем ночь - ночь отпускает, а вы не должны отпускать, если вцепились в жертву. Мы будем заниматься рукопашным боем, физической подготовкой, психологической подготовкой к тому, чтобы вы были готовы убить. Это непросто, это очень непросто. Ударить человека, покалечить его - это одно, а убить его, одним ударом, так, чтобы он больше никогда не смог жить - это совсем другое, особенно, когда вы смотрите ему в глаза, видите, как он умирает - это вам не из винтовки стрельнуть за два километра. Впрочем - и этому вас научат. Запомните - вы Тени! Вы незаметные, невидные, каждый из вас обладает каким-то особым умением, которое он применит в своей деятельности. Это умение будет отдельно развиваться, в особом порядке, а я вас буду обучать общему курсу, который никогда не преподаётся ни в одном спецподразделении, кроме - подобном нашему. Вы элитные убийцы, и вы всегда у нас на прицеле, вы оружие, запомните! Но пока - вы дерьмо. И из этого дерьма мы будем лепить стальной клинок. Вот ты, увалень. или сюда - как тебя звать? Ну да, ты, ты, бестолковая орясина!
  - П..Колдун.
  - Так вот, Колдун - ты что-то умеешь, с помощью чего ты можешь убить человека, такого же сложения и роста как ты?
  - Умею. Взять нож и воткнуть ему в сердце.
  - На, возьми нож. Попробуй, воткни мне в сердце - Мастер подал мне тупой пластиковый чёрный нож, я неловко взял его, покрутил в руке и неожиданно выбросил руку вперёд, надеясь покончить с наглым и самодовольным преподавателем раз и навсегда. Конечно, ничего у меня не вышло, но попробовать-то стоило?
  Я плюхнулся на маты со всем весом своих девяноста килограммов и из меня улетучился весь воздух, вдобавок Мастер вывернул мне руку с ножом так, что я с минуту вопил и пытался удержать слёзы, катящиеся из глаз от боли - ещё немного, и он сломал бы мне руку.
  - Видите - как ни в чём не бывало спокойно продолжил Мастер - здоровенный детина, плачет как дитя, когда дядя взял его за ручку! Вот и все вы такие - рыхлые, самодовольные, необтёсанные! Ничего, я вас доведу до ума...вставай, детинушка. Встать в строй.
  Теперь замечание по тому, что вы сейчас видели - забудьте то, что я сейчас делал - вы будете изучать другой рукопашный бой. В том приёме, которым вы будете действовать в аналогичной ситуации - нет места удержаниям или болевым приёмам, вам не для чего захватывать противника. Вам надо его убить - кратчайшим и наиболее эффективным способом - его же ножом или голыми руками. Предупреждаю - рядом всегда дежурит группа реанимации, но некоторые из вас могут и не дожить до конца обучения. Зато оставшиеся выйдут сухими их любой ситуации. В основу нашего комплекса рукопашного боя, входят выжимки из всех известных человечеству и из всех неизвестных большинству людей, стилей борьбы с оружием и без оружия. Никаких балетов, никаких па и пируэтов - удары ногой не выше пояса. Выше пояса - только руки. Никаких прыжков, никаких грозных и красивых стоек - каждый ваш удар это и защита и нападение, каждый удар - смерть противнику, или тяжёлое увечье, на худой конец, и только так. Итак, начинаем с пробежки, становитесь - побежали за мной!
  Примерно с час мы бегали, отжимались, кувыркались, разминались. Потом приступили к тренировке.
   Время пролетело незаметно, и когда появился Николай, все уже порядочно вымотались и покрылись слоем синяков. Мне даже некогда было рассмотреть своих одногруппников - только успел заметить, что парней, вместе со мной, было пять человек, а девушек шесть. Странно. Подумалось мне - почему девушек больше, и почему вообще их так много в этой группе? Потом рассудил - для убийцы важно быть незаметным, выглядеть безобидным и беззащитным - кто лучше всего подходит для этой роли? Конечно, девушка.
  Николай объявил:
  - Сейчас все на обед - перерыв час. Столовая в третьей двери отсюда, направо, или каждый может пообедать у себя. В своей комнате - помыться, переодеться в слаксы и рубаху. Приготовиться к теоретическим занятиям. С собой блокнот для записей и авторучку. Предупреждаю, что нагрузка будет увеличиваться с каждым днём, и через полгода время вашего дневного обучения уже составит двенадцать часов в день. Пока - всего восемь. Вот ещё что - девушкам не рекомендуется оставлять длинные волосы - всем, у кого они отличаются от длины волос парней, постричься. После окончания курса, при желании. Вы снова отрастите свои волосы. Сейчас они будут только мешать. Впрочем - потом - они вам тоже будут мешать - вас легко схватить за эти волосы и лишить подвижности, а то и искалечить. Ну всё, по домам! Учебный класс располагается в восьмой комнате. Номер на двери. Разбежались! - Николай негромко хлопнул в ладоши и мы медленно стали вытягиваться из помещения.
  Я искоса смотрел на своих соратников и думал - чем же их могли сюда залучить? Каким способом? Наверное, не менее радикальным и отвратительным, чем тот, которым воздействовали на меня. И ещё - что они умеют? Это ведь не простая группа, как мне сказал куратор - кто есть кто из них? Ну да ладно - скоро я всё и так узнаю. Возможно.
  Обедать я решил у себя - перекусил, попил чаю, выпил стакан сока, выжатого из грейпфрута - а чего себе отказывать? - и поплёлся на занятия по теории.
  Все уже сидели в 'классе' - приготовив ручки и блокноты. Особо экстраординарного ничего не было - ознакомительные лекции по теории наблюдения, слежки, изменения внешности - кое-что я даже встречал в популярной литературе. Мы записывали, и украдкой рассматривали друг друга.
  Девушки были вполне миловидные, особенно понравилась одна, с короткой чёрной стрижкой, типа 'тифозная', её большие зелёные глаза восемнадцатилетней ангелоподобной детки невинно хлопали ресницами, и на лице было всё, кроме отражения того, что сейчас она учится на спецкурсах по убийству людей. Кто мог заставить такую невинную особу заниматься таким неблаговидным делом, и КАК её заставили? Это я узнал уже после, через несколько месяцев после начала занятий. Сейчас я знал только то, что её псевдо был Ласка.
  Когда я услышал его, усмехнулся - вообще-то ласка совсем не ласкова, это страшный зверь, очень быстрый, жестокий, просто невероятно жестокий, при своей красоте. Это один их немногих зверей, которые убивают ради удовольствия - если ласка завелась в курятнике - она убьёт всех кур, а сожрёт только одну и то не целиком. Соответствовала ли девушка своему звериному аналогу? Я не знал этого.
  Остальные девушки тоже были вполне симпатичны, и как бы это сказать...незаметны. Если она не накрасится, не наденет что-то вызывающее - пройдёт мимо и потом не вспомнишь, что она тут проходила.
  Таковы же были и парни - среди них лишь я выделялся ростом - всё-таки у меня рост был за сто восемьдесят сантиметров, сто восемьдесят пять, если быть точным, а они все были ниже меня сантиметров на пять-десять.
   Так что тут сидела группа действительно теней - пройдут незаметно, и человек умер, не успев осознать, что он уже труп, и никто потом не сможет вспомнить лицо этого среднестатистического человека-убийцы.
  Как оказалось - мне не будет позволено знать, какими сверхнормальными способностями обладают мои соратники.
  Через два часа после начала занятий, нас развели по разным комнатам. В моей комнате оказался куратор Алексей Фёдорович, и небольшой сухонький человечек академического вида. Он жадно разглядывал меня, подробно расспросил о моих ощущениях, а потом спросил:
  - Сейчас вы ни на ком не видите, как вы говорите - слизняка?
  - Нет, ни на ком. Вы чисты.
  - Славно, славно - потёр руки человечек - а наслать его на кого-нибудь можете, например - на него? Он показал пальцем на недовольно поморщившегося куратора - попробуйте, нашлите на него порчу!
  - А потом у меня будут неприятности? - подозрительно ответил я - гарантируете, что проблем не будет?
  - Гарантируем, гарантируем - вы тут же и снимете слизняка с него!
  - А вдруг не смогу снять? - мстительным удовлетворением сказал я - вдруг я могу снимать только чужих слизняком. Да и не думаете ли вы, что после снятия слизняка, процессы могут быть необратимыми? Например - он как-то запустит процесс образования раковой опухоли, и она будет развиваться сама по себе, не думали над этим?
  - Хммм...- выпятил губу человечек - не думал. Нет, не думал. Возможно. Возможно.
  - Так если возможно - так какого хера вы, профессор, напускаете его на меня - рассердился куратор - давайте вам посадим на шею слизня, чтобы вас потом скрючило! Я вам что, подопытный кролик! Курсант, я запрещаю вам без моего разрешения подсаживать кому либо эту сущность, вы поняли меня? Под страхом жестокого наказания! А вы профессор, вначале думайте и прикидывайте на себя, прежде чем ляпнуть!
  - А что я, что я - чисто академический интерес - засуетился профессор - что такого-то? Ну оставим пока эту тему, потом обсудим. Перейдём к другой проблеме: скажите, юноша, а какие-то другие паранормальные способности у вас не проявлялись?
  Мне показалось, что и куратор и профессор замерли, будто охотничья собака, вставшая в стойке над дичью - но нет, хрен вам!
  Я сделал как можно более простое и невинное лицо, и сказал:
  - Нет, ничего - только порча и её снятие. В основном снятие - порчу я напустил только один раз.
  - А сейчас мы проверим, проверим - почти пропел профессор - сейчас я попытаюсь вас погрузить в гипноз - вы знаете, что это такое. Не сопротивляйтесь мне и смотрите в глаза.
  Профессор пристально посмотрел мне в глаза и я буквально почувствовал, как его воля обволакивает меня и заставляет подчиниться.
   Я никогда раньше не участвовал в сеансах гипноза, и не знал, как это выглядит, но представлял, что это выглядит именно так - без каких-то блестящих шариков, раскачивающихся на нитке - просто человек скажет, чтобы другой человек спал, и тот заснёт.
   Это же попытался сделать и мой собеседник, вот только промахнулся с выбором объекта - как только на меня стало наваливаться ощутимое ментальное давление, я легко толкнул сжимающую мой мозг стенку, и она рассыпалась мелкими кирпичиками.
  Профессор покраснел, вытер пот со лба и с сожалением сказал:
   - Он не поддаётся гипнозу! Я встречал подобные случаи, но очень редко. Против меня ещё никто не устоял, он первый - я сильный менталист. Давайте его попробуем на детекторе лжи - там уже чисто механические факторы, устоять может только человек тренированный, или от природы умеющий регулировать процессы, протекающие в организме. Ну что, проверим его?
  - Давайте - охотно согласился куратор.
  Ну а моего желания никто и не спрашивал...
  Мне нацепили кучу присосок, проводков, и начали кружить по всем пунктам моих ответов, начиная с детских мастурбаций и заканчивая отношением к политике руководства России.
   Я отвечал не думая, быстро и уверенно - да-нет, да-нет. Скоро они подкрались и к моим способностям:
  - Владеете ли вы каким-то паранормальными способностям, о которых не знают кураторы?
  - Нет.
  - Пользовались ли вы каким-то паранормальными спосбностями, о которых не знают кураторы?
  - Нет.
  И вот такая бодяга тянулась около часа, пока мои мучители совсем не выдохлись и куратор не заявил:
  - Хватит уже. Оператор чётко сказал - все совпадения стопроцентны, он реально не врёт. Увы... ладно, отпускаем его и обсудим, как нам тренировать его в его способности напускать порчу. Есть у меня одна задумка... Иди Колдун, в свою комнату. Или в столовую, если хочешь. Свободен!
  Выйдя из комнаты, я тоскливо побрёл к себе - мне было скучно, тоскливо..решил на ходу - пойду в столовую, хоть с с кем-нибудь пообщаюсь, и то ладно, всё веселее будет.
  В столовой было безлюдно - сидели только пятеро из тех, кто был в группе - отдельно сидела Ласка, по двое - ещё четверо.
  Я подошёл к стойке раздачи, взял себе поднос, наставил на него салатов, сам налил в чашку борща, положил второго - раздатчика тут не было, всё делали сами - даже объявление было такое: 'Курсанты обслуживают себя сами, грязную посуду сбрасывают в бак для посуды'.
  Собрав эту всю еду, громоздившуюся на подносе, как гора, я подумал, и подошёл к столику Ласки:
  - Можно к тебе присесть?
  - А зачем?
  Я сделал глупое лицо, и сказал:
  - Ну как - сейчас я присяду, потом сделаю какое-то забавное замечание, ты улыбнёшься, мы вступим в разговор, в процессе разговора почувствуем приязнь друг к другу, решим закончить беседу у меня в комнате. Там выпьем, расслабимся, и на основе одиночества и оторванности от привычной среды, вступим в интимные отношения...два раза. Или три - я сегодня в ударе. Так как, я присяду?
  - Хммм...присядь - улыбнулась Ласка - хорошо излагаешь! Только вот интимных отношений не обещаю. А так - почему бы и не пообщаться? И правда, скучно. А где ты научился так излагать свои мысли?
  - В тюрьме. Мне учил один из самых крутых аферистов во всей стране - Профессор его погоняло.
  - Ты был в тюрьме? - удивилась девушка - за что? За кражу подштанников на общественной кухне? Или за совращение малолетних неформалок?
  - Если бы - тогда я бы был почтенный крадун или брачный аферист - сидел всего лишь за колдовство и снятие порчи!
  - Ага - вот откуда у тебя имя Колдун...ну что, Колдун, пошли исполнять следующую часть твоей программы-максимум? Доел?
  - Доел. Пошли.
  Мы направились в мою комнату, под взглядами моих соратников по группе и под неусыпным взором невидимых телекамер.
  Подходя к дверям комнаты, Ласка сделал неприличный жест куда-то вверх и со злобой сказала:
  - Смотрите, суки! Ещё не на всё вы наложили свою лапу!
  Затем она толкнула дверь и вошла в мою берлогу.
   Конечно, уже через час мы были вместе в постели - Ласка отличалась невероятно привлекательной фигурой - смесь спортивной девчачьей фигуры, мальчишеских бёдер и полной груди одалиски.
  Она была очень страстной - уверен, от её стонов и криков у всех, кто подглядывал в этот момент за нами через камеры, была устойчивая эрекция. Надеюсь - они стали после этого импотентами.
  Мне было вначале очень неудобно, зная, что за нашими выкрутасами наблюдают внимательные и похотливые глаза, а потом это даже стало возбуждать, и я развернулся во всю силу, держа в руках бёдра трепещущей смуглой фигурки Ласки, содрогающейся в череде непрерывных оргазмов.
  Это безумие продолжалось часа два, потом Ласка оторвалась от меня, неожиданно спрыгнула с постели, и закинув на плечо свои штаны и майку, как была, голышом, открыла дверь и вышла за порог, сказав:
  - Хорошего понемножку - это было здорово, но спать я люблю одна. Ты молодец - как-нибудь повторим это дело. И почему я раньше не спала с теми, кто долго сидел и был всё это время без бабы? Я много потеряла! - она озорно усмехнулась и её босые ноги зашлёпали по пластиковому полу коридора, я же остался лежать на постели, среди запахов женщины, мокрых пятен и сумбурных мыслей о происшедшем.
   День прошёл хорошо - подумал я и моментально уснул, несмотря на то, что тело ныло от непомерных перегрузок, болели синяки от ударов, полученных на тренировке и болела вывернутая Мастером рука. А может именно потому и уснул как убитый - плюс ко всему - два часа приятной физкультуры с новой подружкой.
  Новый день повторил прежний, изменений не было, за исключением того, что больше попыток заставить меня вызвать слизняка не было.
  Ласка вела себя ровно, как будто и не скакала на мне вчера, как на необъезженном жеребце - похоже что для неё это было не впервой.
   В столовой её не было, так что вечером я поплелся домой один, и очень удивился, когда увидел её в своей постели, уже раздетую и готовую к сексу:
  - Ну что встал? Не нравлюсь? - она приподняла обнажённую гладкую ногу совершенной формы и пошевелила розовыми пальчиками - смотри-ка сюда, а мне нравится моё тело!
  - Мне тоже оно нравится! - внезапно охрипшим голосом сказал я и на ходу сбрасывая с себя одежду помчался к вожделенной цели.
  Ласка хихикнула, стала притворно отбиваться, и всё закончилось к нашему вящему удовлетворению - стонами, криками, судорогами наслаждения и мокрыми телами, скользкими от любовного пота.
  Спал я опять один - да и к лучшему, я тоже не любил спать с кем-нибудь, лучше всего - встретились, покувыркались и разошлись по своим комнатам. Только в этом раз я нашёл в себе силы дотащиться до душа и всё-таки смыть с себя любовные соки и пот - хоть и трудно было поднять своё измученное тело. Подумалось - эдакими темпами я загоняю себя вусмерть - днём Мастер измывается, вечером Ласка - и куды крестьянину подацца?
  Следующий день принёс сюрприз - нет, не в боевой подготовке - в кабинете, где обсуждали мои способности, снова сидели куратор и профессор - я так и не знал его имени - профессор и профессор, и вообще мне до лампочки его имя. Скорее всего и у куратора было не то имя, которое он мне назвал. Имена в этом мире мастеров плаща и кинжала имели второстепенное значение...
  - Итак, молодой человек - сейчас вы продемонстрируете нам, как вы умеете напускать порчу. Объектом будет вот этот человек - профессор указал на тридцатилетнего мужчину с жёстким взглядом и шрамом на щеке. Сосредоточитесь и напустите на него порчу. Давайте, давайте, не стесняйтесь - он в курсе, на службе и полностью осознаёт последствия.
  Я пожал плечами, сосредоточился...и у меня ничего не вышло. Ещё раз попробовал - опять не вышло. Третий раз - ноль.
  - Не могу, не получается - удручённо сказал я - наверное, прошлый раз, у меня вышло потому, что я сильно ненавидел этого полковника, а тут я этого человека и знать-то не знаю.
  - Ага. Ясно - задумчиво сказал профессор - ментальный барьер. Основан на порядочности испытуемого - нельзя вредить тому, кто не сделал ему зла. Я что-то подобное и предполагал.
  Он кивнул человеку в камуфляже, тот подошёл ко мне и ударом ноги в грудь сбил меня со стула, потом начал пинать меня ногами, попадая во все болезненные и уязвимые места. Я вертелся ужом, сопротивлялся, вернее - пытался сопротивляться, но он был безжалостен и избивал меня со знанием дела.
  Уже почти теряя сознание от боли в разбитом носу, в отбитых почках, я выстрелил в него слизняком, и это был слизняк в два раза больший, чем на полковнике!
  Он обхватил его голову, как огромный нарост, и человек прекратил избиение, застонав и схватившись за голову.
  Я злорадно смотрел, как он корчится у стены и чувствовал, как в меня вливаются силы и заживают мои раны. Легко поднявшись, я сел на стул и продолжил смотреть за мучениями палача. Кровь у меня уже не капала, синяки исчезли и даже усталость пропала, как будто не было тяжёлого насыщенного занятиями дня.
  - Колдун! Сними с него проклятие! - приказал куратор, с тревогой глядя на корчи человека в камуфляже.
  Я немного выждал, кивнул головой и медленно пошёл к пострадавшему. Мне хотелось ещё немного оттянуть момент освобождения его от слизняка - вливаемая слизняком сила была так восхитительна, так хороша - теперь я до конца осознал, как я смог продержаться в вонючем сизо - если бы не то, что на полковнике сидел мой слизняк и передавал мне его здоровье - мне было бы очень, очень тяжко.
  Наконец, я справился с собой, подошёл к зажавшему голову человеку - было такое впечатление, что его руки уходят куда-то в угольный мешок, и легко коснулся слизняка рукой. Тот привычно неслышно хлопнул и исчез в сером вихре.
  Мою голову кольнуло, я потёр висок, но всё было нормально - никаких последствий резкого разрыва с выпущенной мной сущностью не было - я так же чувствовал прилив сил, свежести и был бодр, как будто отдыхал много, много часов.
  Наоборот, палач в камуфляже выглядел отвратительно - он был бледен, исхудал, и как будто постарел на несколько лет - стоял дрожа и пошатываясь, как пьяный.
   Профессор достал телефон, набрал несколько цифр и через несколько минут 'камуфляжника' укатили на каталке для обследования.
  Куратор и профессор были чрезвычайно довольны, только что не мурлыкали:
  - Великолепно, молодой человек! Эдак мы и сломим ваш ментальный барьер и вы сможете кидать проклятие, ненаучно выражаясь, на любого человека! Тут ведь как: надо, чтобы вы знали, что невыполнение приказа - не направление проклятия на объект, всегда связано с болью. Ваш организм это запомнит и будет выпускать слизняка каждый раз, как вы пожелаете. Кстати, а почему эффект проклятия был таким явным? Мне казалось, что вмешательство в организм проклятого идёт слабее, как вы думаете, молодой человек?
  И вот тут я допустил ошибку - занятый своими мыслями, ляпнул то, что было у меня в голове:
  - Потому, что он сильно избил меня, а слизняки это не только и не столько проклятие, они служат для восстановления жизненных сил, здоровья своего хозяина! Вот почему.
  Куратор и профессор переглянулись, а потом куратор с непонятной мне интонацией медленно сказал:
  - Значит, чтобы ускорить процесс умирания объекта, вытягивания его жизненных сил, надо нанести ущерб твоему телу, и чем больше ущерб, тем больше энергии надо на восстановление, и тем скорее скончается проклятый...ин-те-рес-но....
  У меня замерло сердце - ну, писец! Какой я болван! Ну кто, кто тянул меня за язык? Эти люди не остановятся ни перед чем..и я дал им такой прекрасный и эффективный способ убивать людей с различной степенью замедления, а самое главное - я при этом буду терпеть страдания! Стоит прострелить мне грудь, когда я буду в связи со своим слизняком на жертве, и жертва неминуемо отдаст мне все свои силы! О, Боже мой...ну я и попал...
  В это вечер Ласки не было. Я полазил в сети, почитал сайты, посмотрел новости и спокойно лёг спать. Конечно, мне хотелось бы, чтобы она пришла - чисто физически, а морально - можно немножко и отдохнуть.
  Последующие несколько недель, я немного сблизился с остальными своими соратниками. Особой дружбы не было, она и не поощрялась, хотя, по понятным причинам, никто не собирался останавливать связи между мужчинами и женщинами - даже такие жёсткие руководители, как наши кураторы, прекрасно понимали, что нельзя противостоять инстинктам, запретом тут ничего не сделаешь.
  Они и не запрещали. Они только нагружали нас так, что домой мы приползали, высунув язык, как загнанные лошади.
  Ласка приходила ко мне довольно часто - иногда два дня подряд, иногда три - нас, практически, ничего не связывало, кроме отмороженного, отвязного секса, в котором она была мастерица, не знавшая никаких запретов, никакой брезгливости или недозволенности.
  В нашей паре, скорее всего, вела она - несмотря на кажущуюся хрупкость и субтильность, обладая сильным, развитым телом и железной волей.
  Мы не разговаривали ни о чём, кроме секса и некоторых нюансов работы. Иногда мне казалось, что рядом со мной лежит не человек, не женщина, а некий прибор, механизм для удовлетворения моих страстей, а иногда - наоборот - что я для неё не парень, с которым она проводит время, а механизм для удовлетворения её похоти.
  С этими рассуждениями я совсем сломал голову, и решительно приказал себе забыть о них - идёт, как идёт - мне хорошо с ней, лучшей сексуальной партнёрши у меня не было за всю мою недолгую жизнь (чего там - пару девчонок - одна из которых меня наградила триппером - пришлось втихую от матери колоть уколы), так что зачем мне суетиться? Нет душевной близости? А может и к лучшему - зачем мне сейчас создавать какие-то отношения, в которых я точно долго не останусь - после того, как покину это заведение, после обучения.
  А обучение шло полным ходом - скоро мы занимались по десять часов в день, и темп тренировок наращивался.
  После того, как несколько месяцев нас готовили к рукопашных боям, настал момент, когда мы должны были показать, на что способны, как мы усвоили уроки убийства. Да, мы спарринговались, да, иногда даже наносили друг другу такие удары, что противник терял сознание, несколько дней не мог заниматься, но мы не убивали. А без того, чтобы убить по настоящему - какие мы убийцы.
  Наши добрые наставники это предусмотрели - мы должны были не только быть настоящими убийцами, но ещё и должны были быть повязаны кровью, до конца.
   В общем - настал черёд 'манекенов'. Да, именно так здесь называли людей, которых мы должны были убить. К этому нас подводили месяцами, промывали мозги - рассказывали об очищении государства от плохих людей, о тех, кто не имеет права жить - педофилы, маньяки, серийные убийцы, сумасшедшие изуверы - да, я знал о таких, всегда знал, и когда видел их по телевизору, негодовал, что их оставляют жить, сажают в какие-то колонии пожизненно, - уничтожать их надо! Вот только никогда не задумывался - а КТО будет их уничтожать, КТО будет палачом?
  Теперь, оказалось - палачами предстояло стать нам. Это произошло после полугода нашего обучения. К этому времени мы прошли большой курс рукопашного боя, с оружием и без оружия, фактически уже были на уровне сильного спецназовца - наверное ещё круче - специальные тренировки, ежедневно, без выходных, без праздников, по шесть часов в день - волей-неволей станешь крутым.
  Так что, когда однажды утром Мастер выстроил нас перед собой, он сказал:
  - Сегодня приступим к реальным боям с реальными противниками. Никаких ограничений. И у противника, и у вас, задача одна - убить. Если он убьёт кого-то из вас - его статью переквалифицируют, или его спишут по здоровью - якобы умер, а на самом деле куда-нибудь переведут, это ему обещано. Вы должны его убить любым доступным способом - рукопашным, или своими способностями. Как умеете. Но убить обязательно. У вас сегодня будет по два противника. И так будет постоянно, всё время ваших тренировок - вы будете убивать людей, пока это не станет для вас простым, как нарезать хлеб. Чтобы вас не мучила совесть, скажу, что на совести у каждого из этих людей по несколько загубленных душ - некоторые убивали ради развлечения, мучили, пытали, издевались над детьми, рвали их на части. Вы обязательно должны их добить, если раните, как и они добьют вас. Если они вас не добьют - убьют их. Если вы не добьёте - вас изобьют так, что вы долго не сможете встать, а потом снова поставят напротив этого противника. Остаться в живых должен только один, учтите это. Скидок на то, что против вас будет мужчина сильнее и выше вас - не будет. Вы подготовлены, они нет, вы тренированы, а многие их них нет, хотя среди них есть очень сильные и тренированные люди - бывшие бойцы, боксёры, единоборцы. В общем - всё как в жизни. Теперь вы будете в месяц убивать по несколько человек - сколько - это решим мы, когда увидим, что вы ГОТОВЫ к убийству. Выбор противников будет определяться жеребьёвкой - вон там, стоит коробка, в ней номера противников. Идёте и вытаскиваете по одному номеру. Всё, пошли!
  И мы потянулись к простой картонной коробке, в которой лежали чьи-то жизни....
  
  
  Глава 4
  Я был четвёртым по счёту, когда сунул руку в эту коробку.
  Мне достался номер тринадцать - забавное совпадение - ну всегда мне он достаётся, тринадцатый номер.
  Я не знал, кто это будет - тот первый человек, которого я убью в поединке. Первый ли? А полковник? А мордоворот в сизо? Да, я их убил, но это было совсем по другому. Теперь я должен был убить совершенно неизвестного мне человека - пусть, возможно, и нехорошего, но мне лично ничего не сделавшего. От этого у меня всё в душе переворачивалось. А что, я должен подставить себя, и свою мать под удар, из-за какого-то незнакомого типа? Нет уж - тюремный закон гласит: 'Ты сдохни сегодня, а я - завтра'. Жизнь в тюряге кое-чему меня научила, пусть я и не очень долго там был.
  Ласка тоже выбрала себе жертву в картонной коробке и спокойно уселась на скамью рядом со мной. Её ангелоподобное лицо с огромными глазами было спокойно и умиротворённо. За то время, что я с ней был, я так и не узнал до конца, как она сюда попала - знал лишь, что её прихватили за какое-то убийство - то ли приревновала кого-то, то ли хотела денег срубить - в общем Лаской её назвали не зря...
  Не было никаких клеток, как в фильмах про бойцов, не было никаких зрителей или орущих болельщиков - всё обыденно, спокойно и тем страшнее.
   В стене, позади того места, где мы ожидали боя, открылись неприметные двери, и оттуда вывели человека средних лет, похожего на бухгалтера - ну, типичный Чикатило.
  Мастер объявил: номер шесть!
  Встал один из наших парней, приготовился, Мастер подал команду...заключённый умер через три секунды - удар в шею заставил его потерять сознание, а следом послышался хруст позвонков - Тень сломал ему шею. Заключённого уволокли.
  - Номер три!
  Встала небольшая светленькая девушка с симпатичным грустным лицом, звали ей, как мне помнится, Заря - против ней стоял здоровенный детина, выше больше чем на голову, с руками, как грабли.
  Он с усмешкой посмотрел на стоящую перед ним пигалицу и изготовился к бою.
   Противник успел нанести несколько ударов - прошедших мимо цели - гибкая девушка каким-то образом пропустила их рядом с собой так, что они не коснулись её тела (сразу вспомнились занятия с Мастером, когда он обстреливал нас вначале мячами, а потом перешёл на пластмассовые тяжёлые полнотелые шары - не увернулся - вот тебе синяк или выбитый зуб). Затем с ним что-то случилось - он зашатался, закрыл глаза руками, как будто его разум помутился, а девушка нанесла сокрушительный удар ему в сонную артерию кулаком и уже упавшему, как гора, свернула шею, отчётливо хрустнувшую на весь зал.
   Неожиданно, ко мне сзади подошёл Николай, сопровождаемый , в пяти шагах от него, куратором и профессором.
  Николай подошёл ко мне, а его сопровождающие остались у стены, наблюдая за происходящим на 'арене', где добивали очередного 'манекена'.
   Кстати сказать - из шести заключённых, ещё ни один не только не выжил, но и не смог оказать даже достойного сопротивления Теням, хотя было видно, что некоторые из уголовников совсем не промах в деле подраться.
  - Подойди к куратору - шепнул Николай и отошёл в сторону, наблюдая за происходящим.
  Встав, я сделал несколько шагов и оказался перед двумя моими начальниками, с интересом разглядывающими убийство людей.
  - Я слушаю вас.
  - Колдун, тебе приказ - когда выйдешь биться - применять физическую силу по минимуму и практически не уклоняться от ударов. Учти - если не выполнишь, нам придётся исполнять эксперимент по другому, и тебе будет гораздо хуже!- куратор жёстко посмотрел мне в глаза - тебе, в общем-то, ничего не угрожает - сам знаешь - бросаешь на него проклятие, и ждёшь, когда твой слизняк его задушит, восстанавливая тебя. Мы хотим увидеть, как это произойдёт. Ты понял меня?
  - Понял
  Я отошёл от своих 'благодетелей' и меня душила злоба - так хотелось их убить, и даже просто голыми руками. Безо всякого колдовства. Но я проглотил злобу, сел на своё место и стал наблюдать за поединками.
  Следующей вышла Ласка - против высокого парня с хищным кавказским лицом - я где-то его видел, вроде как по телевизору - один из боевиков, организовавших много взрывов и убийств людей в русских городах - он точно заслуживал смерти, но как это с ним сделала Ласка - запомнилось мне на всю жизнь, тут я и понял, какое её свойство было паранормальным и почему её назвали Лаской.
  Кавказец злобно ухмыльнулся, сплюнув на пол, когда увидел, что против него вышла девушка, хрупкая и гибкая, как тростинка, похожая на ученицу девятого класса, а не на убийцу, Терминатора какого-нибудь.
  Он почти успел дотянуться до ней кулаком, когда Ласка вдруг превратилась в смутное пятно - на тренировках она никогда не показывала такой скорости - видимо она возникала только в экстремальной ситуации - Ласка просто размазалась по пространству - секунда, и у боевика были вырваны глаза - повисли на каких-то тяжах, сосудах, ещё секунда, и боевик стоял с вырванным горлом - кусок его остался у девушки в руках.
  Она бросила вырванный кусок мяса на пол, он шлёпнулся со смачным шлемпком, Ласка подняла руку вверх и слизнула ручеёк крови красным язычком, которым так часто меня ласкала ...
  Боевик, булькающий горлом, из которого толчками выливалась кровь, упал на пол и задёргался в судорогах. Мозг его уже отключился, но тело не знало, что оно умерло и сопротивлялось смерти. Наконец он затих.
  Честно говоря, мне было его не жалко - он загубил столько народа, что за каждого человека его следовало трижды убить, много сотен раз. Но то, как сделала это Ласка, наслаждаясь убийством, наслаждаясь вкусом и запахом крови, меня просто потрясло - похоже она была немного сумасшедшей, и если бы не эта организация - быть ей убитой, или быть там, с той стороны, в рядах наших противников.
  Впрочем - женщин у нас не сажают пожизненно...особенно таких красивых. Чтобы они не сделали...
  Ласка селя рядом со мной, а я старался не смотреть на неё - почему-то мне стало неприятно, как будто всё это время я спал не с красоткой, а с маньяком-убийцей, который в любой момент мог лишить меня жизни. Может этого и добивались организаторы этого действа - показать - если вы выйдете из-под контроля, за вами пойдут вот они, ваши так называемые 'товарищи', и пощады тогда нет ждите!
  Следующим был назван мой номер, и я с небольшим мандражем, встал на место боя. Пол уже оттёрли, труп унесли, место боя было сухо и чисто.
  Из дверей вышел человек ростом с меня - по тому, как он двигался, я понял, что это опытный и умелый боец, скорее всего боксёр или рукопашник.
  Как потом я узнал (Николай рассказал) - это действительно был бывший рукопашник, занимавшийся в бандитской группировке ликвидаций людей по заказу, а также своих соратников, проштрафившихся за что-то и приговорённых авторитетами. Прихватили его только потому, что сами бандиты, напуганные уничтожением своих товарищей, заложили киллера, боясь его больше, чем отсидки. Погоняло его было, как ни удивительно - Боксёр.
  Он двигался легко и непринуждённо, и первые удары пошли в меня, как из пушки - я едва успел их блокировать, уведя в сторону мягким движением руки - я бы мог его сейчас серьёзно травмировать, или покалечить - в меня вбили уже столько способов убийства руками, что я с трудом остановил начатое движение - но Боксёр решил, что я просто лох, который не может ответить, и набросился на меня с вихрем ударом, сразу разбив мне бровь, и нанеся удар в солнечное сплетение, от которого я чуть не потерял сознание - как мне и приказывали - я специально принял на себя эти удары - что делать, приказ есть приказ.
   Когда он отскочил от меня, я выпустил слизня, тут же вцепившегося в голову противника - излюбленное место нападения моих слизней - и сам не знаю, почему.
   Боксёр вздрогнул, скривился, его ехидная улыбка потухла, но он собрался с силами и бросился на меня, молотя кулаками, как грушу.
  Каждый удар его достигал цели, но я восстанавливался быстрее, чем он наносил удары, и скоро он стал шататься, превратившись из мощного, могучего бойца в дряблую костлявую развалину, а затем вовсе упал на пол, где и остался, тяжело и с присвистом дыша.
   Я подождал несколько минут, стоя над ним, но этот парень оказался крепким, никак не хотел умирать - а может не мог - я ведь уже восстановил силы, так что слизняк почти не оттягивал от него энергию, так что мне пришлось уничтожить слизняка и сломать противнику шею. На этом бой кончился.
  На моём лице не осталось ни следа от травм, тело пело, насыщенное энергией, и только моя одежда - всё кимоно было залито моей кровью - напоминала о только что прошедшем бое и понесённых мной увечьях.
  Уйдя с поля боя, я подошёл к куратору и тихо сказал:
  - Довольны? Хватит вам этого зрелища, или ещё раз повторить?
  - Достаточно - с довольной миной сказал профессор и ему вторил куратор - то, что хотели увидеть - увидели. Следующего противника можете бить как хотите.
  Я бесстрастно кивнул головой и сел на своё место рядом с Лаской, которая с недоумением и некоторой неприязнью смотрела на меня. Она видела, как противник бил меня как грушу, и не понимала - почему я веду себя как безнадёжный увалень.
   Да мне было плевать, что она думает - честно говоря, прошлый её бой слегка открыл мне глаза на то, кем она на самом деле является - кровожадная убийца, наслаждающаяся убийствами и кровью жертв. Впрочем - а кто я? Я - не хуже ли неё? Чёрный колдун, высасывающий жизнь из людей, вместо того, чтобы их лечить!
  Следующие противники были вооружены ножами - длинными, сантиметров тридцати длиной.
  Впрочем - успеха им это не принесло - манекены быстро были уничтожены - их же ножами, или точными ударами в жизненно важные центры тела.
  Ласк, после убийства своего противника, сделала то же самое, что и перед этим после прошлого боя, только после того, как облизнула кровавую руку, она посмотрела мне в глаза - может почувствовала моё неприятие этим пиром убийств, а может считала, что так выглядит в моих глазах соблазнительнее - в любом случае - я знал, что прежних отношений уже не будет. Я никогда не смогу забыть того, что видел.
  Мой следующий противник довольно умело махал ножом, но скорость его оставляла желать лучшего - первым же блоком я сломал ему руку в локте и тут же перебил горло страшным ударом - никаких магических штук, никаких слизней - две секунды - и труп.
  Подумал про себя - видела бы меня мама - во что я превратился, или тётя Оля - которая всегда говорила, что я олух царя небесного, и что я тюфяк, который никогда не может постоять за себя, даже если об него будут вытирать ноги.
  После сегодняшнего побоища нам объявили сокращённый день и отпустили по домам. Я гадал - придёт ли ко мне Ласка - но так и не решил, хочу ли её видеть. Чисто физически - наверное - да, хочу - долго обходиться без женщины вообще тяжко, а уж привыкнув к такой красотке... совсем худо было бы без бабы. Но и думать о том, что она в любой момент может вырвать тебе горло - как- то не очень хотелось.
  В этот день я напился - до поросячьего визга, благо, что в холодильниках имелся запас крепкого спиртного - коньяка, виски.
  Очнулся я только глубокой ночью, в луже блевотины, дрожащий от холода.
  Раздевшись, встал под горячий душ и с наслаждением почувствовал, как вода смывает сегодняшний негатив и клейкие вонючие выделения моего желудка...
  С этого дня нам регулярно привозили людей, который мы убивали различными способами - были и поединки на палках, и даже на саблях, организаторы этого действа, кажется, соревновались в придумывании различных способах уничтожения 'манекенов'. Может они снимали всё это на плёнку, через камеры? Ну что снимали-то это точно, вот только не верилось, что они это делают в коммерческих целях - ну как в кино показывают - тотализаторы там всякие...впрочем - всё может быть. Этого я не знаю, и не узнаю, наверное, никогда.
  Наши отношения с Лаской охладели - нет, мы не оборвали их сразу - она ещё несколько раз ко мне приходила, но всё реже и реже, а потом перестала приходить вообще.
  Через какое-то время я увидел её с молодым парнишкой, самом собой из наших, она шла в его комнату и даже не оглянулась, когда я проходил в этот момент мимо неё.
  Почему-то меня это даже не задело...умерла, так умерла.
  После этого я пустился во все тяжкие - переспал практически со всеми девушками в группе - по-моему, только с одной не переспал, и то, только потому, что она была не в моём вкусе - похожа на доярку из 'Особенностей национальной охоты'.
  Конечно, я не против крепких девушек с глупым выражением лица, но спать с ними как-то не желаю. Увы, ни одна из них и близко не дотягивала до умения и сексуальности Ласки - после неё мне трудно будет подобрать сексуальную партнёршу - когда поешь деликатесов, трудно потом переходить на пшённую кашу. Но я довольствовался тем, что есть, а как-то, когда мне не хотелось видеть никого из моих 'подруг', хотелось отдохнуть от всех лиц, которых лицезрел каждый день, я взял и сказал вслух:
  - Хочу женщину, не старше двадцати лет, брюнетку, ниже меня ростом, с короткими волосами и стройной фигурой!
  Смешно - но через двадцать минут в мою комнату вошла прелестная брюнетка, улыбнулась, стянула с себя короткое, практически микро-платье и занялась моими сексуальными проблемами.
  Через два часа добротного секса, спросила, не хочу ли я, чтобы она осталась на ночь, я отказался, девушка мило улыбнулась, оделась и вышла из комнаты.
   Я полежал немного, и решил, что это было хорошо и нахрена мне заморачиваться, окучивая моих соратниц-убийц, когда можно вот так - спокойно и беспроблемно воспользоваться услугами прелестной красотки.
  Подумал ещё и громко сказал вслух:
  - Спасибо за подарок. Завтра ещё вызову - и пошёл мыться.
  Наша учёба продолжалась дальше - нагрузка стала такой мощной, что из моих девяноста килограммов, осталось только восемьдесят - я стал жилистым, как вяз, каким-то узловатым - когда я стоял возле зеркала в ванной, в нём отражался высокий парень с хмурыми глазами, перетянутый мышцами и жилами, как подсушенный культурист, и они все двигались, двигались, двигались...
   Вообще-то, мне понравилось, то что я видел в зеркале, но какой ценой это достигалось!
   Двенадцать часов день - первая половина дня - тренировки в физических умениях, добавилась ещё и стрельба из всех видов стрелкового лёгкого оружия, которое можно придумать - даже луки и арбалеты - кстати, тут, как и в метании ножей, у меня, неожиданно открылся талант - я спокойно всаживал со ста метров чуть ли не стрелу в стрелу, что из лука, что из арбалета.
  Впрочем - из боевого арбалета стрелять было проще, чем из лука - это выглядело почти как стрельба из пистолета, даже прицел на арбалете был лазерным - куда точка упала, туда стрела и попала - легко. Для меня. Некоторые же курсанты учились этому долго и трудно.
  Ножи я тоже метал легко и точно - они почему-то летели всегда острием и втыкались туда, куда нужно, до миллиметра. Мастер даже сказал, что у меня талант к этому делу и я мог бы выступать в цирке - если бы не надо было убить кучу народа, мешающего стране жить. Шутка это такая у него была. Фонтан искромётного юмора, типа того.
  Учились мы менять свою внешность - мне приходилось быть и стариком, и гопником, и даже здоровенной дамой - типа Верки Сердючки, только выше на голову - курсанты только похохатывали, глядя, как я стараюсь ковылять на туфлях с высоким каблуком - пришлось научиться ходить на подобных туфлях - через две недели я уже вышагивал как заправская гламурная кисо.
   Зачем всё это было? Нам объясняли, что мы должны уметь подойти к объекту незаметно, так же незаметно от него уйти - каждый шум, для любого разведчика, диверсанта или ниндзя, вроде нас - это провал, этот огрехи в работе. Подошёл, незаметно убил - и незаметно ушёл.
  Учили нас и воровать - это искусство оказалось очень, очень сложным. Не зря в тюрьме щипачи - воры-карманники, считались одними из самых уважаемых воровских профессий. Попробуй-ка сопри что-то, у живого гражданина из кармана, прижатого к телу, да ещё на глазах окружающих - но это было необходимо для работы - мало ли что может случиться с 'ниндзя'-Тенью, когда он будет на задании.
  Да и стимул учиться был очень весомый - экзекуции были не редкостью - несколько раз мастер избивал тех, кто не старался справляться с заданием так, что их уносили с помоста без сознания - и тут уже никакие паранормальные способности не помогали - их запрещено было использовать против администрации учебки.
   Трижды я видел, как устраивали аутодафе для проштрафившихся курсантов - дважды это были парни, один раз девушка - их привязали к перекладине за руки, предварительно сорвав с них всю одежду, и били палками, пока всё тело не покрылось синими полосами, а местами не выступила кровь. Калечить, конечно, не стали - агент с особыми приметами - например от порки, никому не нужен, но всем показали - вот так будет с теми, кто проигнорирует приказы начальства. Все это запомнили...
  Я не подвергался ни наказанию, ни особым похвалам - кроме как от Мастера, по стрельбе и метанию ножей, старался не высовываться из середнячков, по всегдашней своей привычке не лез на рожон, а потому мои дни шли тихо и размеренно, если не считать дней, когда нас заставляли убивать 'манекенов' - сколько я их убил - уже не помню.
  Все они слились для меня в аморфную массу фигур и лиц, я и не хотел их запоминать - так было легче.
  После полугода обучения начальство посетила новая шиза - нас стали обучать языкам - проходило это методом погружения - то есть - все переставали говорить с нами кроме как на английском языке, и даже между собой нам было запрещено общаться на русском - только английский, до особого распоряжения.
   Вот так пострадала та, единственная девушка, которую поставили перед всеми голышом и высекли, превратив тело в сплошной синяк - она взбрыкнула и высказала своё недовольство. Больше она его не высказывала...
  После того, как все свободно стали общаться на английском, в том числе вести записи (поганцы - даже телевизионные передачи пропускали только на английском!) - нас перевели на немецкий, испанский, португальский, французский...на каждый язык уходило месяца по два - если медведя сильно бить, он начинает ездить на велосипеде.
  Последующие язык уже давались легче - видимо сказывалось знание предыдущих языков - они были всё-таки из одной группы. Вот китайский - это улёт - тут всем пришлось туго - здесь уже пострадал один из высеченных парней, взбрыкнувший на этот счёт.
  Что интересно - Мастер продолжал обращаться к нам по русски - правда мы должны были отвечать на том языке, который в этот момент изучали. Впрочем - если он и не знал какого-то языка, по нему это не было видно - возможно он и знал большинство из тех языков, что мы изучали.
   Впрочем - и отвечать-то ему обычно было нечего - он просто ставил задачу и ты должен был её выполнить, не выполнял - спарринг с ним, где он избивал иногда до потери сознания, не смотря, кто перед ним - мужчина или женщина.
  Победить его было нереально - это на самом деле была машина убийства, если мы тренировались полтора года, каждый день, то он это делал двадцать, или тридцать лет.
  Как я понял по отрывочным мимолётным сведением, собранным с помощью наблюдений и сопоставлений фактов, Мастер происходил из какой-то семьи, потомственно связанной с ниндзя и был взят на службу много лет назад, вначале в качестве оперативного агента, а потом тренера-наставника. В его облике проглядывало что-то восточное - немного раскосые глаза, какие-то движения, мягкие, как у кошки. Он был невысоким, но невероятно сильным, его тело практически было стальным, пробить его пресс не представлялось реальным - удар шёл как в стену.
  На втором году обучения нас стали тренировать чему-то вроде паркура - то есть, бегать через препятствия в городе - с огромной скоростью, на ходу, преодолевая оконные проёмы, лестницы - это было понятно, уйти от погони - агент должен был это делать лучше всех, несмотря на то, что нам вдалбливалось в голову - раскрытый агент почти бесполезен. Но ведь и терять агента, в которого вложили столько денег и усилий не хочется...да и не простые агенты мы были.
   Через несколько месяцев мы уже могли бы соревноваться с паркурщиками, которые совершенствовались в этом деле годами - побегай-ка каждый день, да по нескольку часов, да встречая по пути людей, которых надо выключить в схватке, да стреляя на ходу по мишеням на точность, или метая ножи
  Кроме того - мы плавали, ныряли, просто так и с аквалангами, дрались под водой без оружия и с оружием, стреляли под водой и из воды.
  Обучались и вождению автомобилей - огромный полигон содержал для этого всё необходимое - не было только танков, и вертолётов. Впрочем - для обучения их вождению были тренажёры, полностью имитирующие процесс.
  В учебных классах нам преподавали способы убийства с помощью различных ядов, которые мы могли приготовить в домашних условиях из подручных средств, противоядий - вдруг придётся самому вместе с жертвой выпить свою отраву- надо же как-то спастись. Занимались приготовлением взрывчатки, изготовлением отравленных пуль и стрел, стрелок для духовой трубки, изучением специальных средств - типа ампул, раздавив которую в закрытом помещении ты убиваешь всех нервно-паралитическим ядом за несколько секунд- если, конечно, предварительно, за несколько часов ты принял противоядие, нейтрализующее действие это пакости. Иначе самому кранты...
  Очень трудно дался мне курс обучения, который я назвал бы - 'Грязь'.
  При моей чистоплотности, я с детства терпеть не мог не то что грязного тела, но и каких-то запахов, типа сортирных - меня с них просто мутило - то-то мне так трудно было сидеть в сизо. Убийца должен был быть абсолютно устойчивым к таким раздражителям - вдруг придётся спасаться по канализационным трубам, лежать в грязи, в дерьме...вот нас и заставляли лежать и ползать в дерьме, в грязи - тренажёры полностью имитировали канализационные трубы, заполненные полусгнившим дерьмом, и мы сутками находились в этой пакости, пока у всех не исчез рвотный рефлекс.
   Запах падали - рядом с полуразложившимся трупом собаки, покрытым белыми, отвратительными червями, я однажды пролежал сутки - казалось - этот запах, впившийся в меня не исчезнет никогда.
   Но вот трупы людей...где они взяли эти трупы? В морге? Или это были трупы тех, кого мы убивали на спаррингах? Наверное.
  Эти раздувшиеся, отвратительные, с хлопаньем лопавшейся кожи, раздутой газами, и оскалом полусгнившего черепа - они будут мне сниться ещё много лет...если я выживу.
   Приходилось взваливать их на себя, маскироваться под труп и лежать часами, долгими, долгими часами, ощущая, как на тебя капает гнилостная жидкость из раздувшегося тела.
  Тогда и сорвался третий из парней - возмутившись, заявил, что это бесполезная тренировка, ни к чему не пригодная, а он трупов боится с детства - его избили, потом посадили в яму с дерьмом, где он и сидел по шею, без воды и еды.
  Кстати сказать - ямы с дерьмом не избежали и все мы - сидели там как миленькие - ну тут-то я ещё понимал - вдруг дожидаться жертву придётся где-нибудь в сортире - например, какого-нибудь боевика, бандита - в сельской местности.
  Как по контрасту - одновременно, нам преподавали умение вести себя в элитном обществе, одеваться, понимать живопись и искусство - слава богу, хоть не требовали петь или играть на музыкальных инструментах - у меня к этому никогда не было склонности.
  Позабавил курс обольщения - как обольстить женщину, соответственно - как обольстить мужчин женщинам, как вести себя в постели, что нужно уметь, как двигаться и как изображать оргазм, если его нет - для женщин.
   Приглашались объекты соблазнения - после них можно было стать импотентом - толстые и худые тётки разных возрастов, и мы, мужчины, были должны изображать неземную страсть и удовлетворять их по всем правилам.
  Хорошо хоть, что время обучения посвящённое этому было недолгим - иначе и правда могли привить отвращение ко всему женскому роду. Столько уродиц в своей постели я не видел никогда, ни до, ни после.
  Это всё было понятно - агент должен уметь втереться в доверие, соблазнить женщину, доказать ей, что он не ради денег или доступа к чему-то тайному, её соблазнил, но и изобразить настоящую неземную страсть.
  Трудно изображать страсть к стодвадцатикилограммой туши, которая радостно похрюкивает под тобой, во время акта, и требует активности в постели...
  Женщинам, вроде как, было проще - раздвинул ноги и лежи, но одна из случайных партнёрш-курсанток жаловалась мне на то, что это тоже ужасно - требуют от них всех удовольствий, что может предложить женщина, вплоть до совершенно извращённых, и чтобы при этом она ещё стонала, кричала, якобы в потрясающем оргазме - это ещё хуже, чем трахать толстушку, пахнущую потом и селёдкой.
  Тяжко далось сыроедение - это когда какое-то животное убивается голыми руками, раздирается на части и поедается ещё сырым, тёплым, выпивается кровь - жрали всё - кошек, собак, баранов, змей - я зажал себя и старался не думать, что я делаю. Если человека убить мне было уже несложно, но убить кошку или собаку - всё в душе переворачивалось.
   Увы, тут всегда был принцип - или ты убиваешь, или тебя убивают. И мы убивали, жрали, лежали в дерьме, снова убивали, и к концу второго года обучения превратились даже не в людей-убийц, а в каких-то монстров, человекоподобных машин убийства.
  Но, как оказалось, обучение ещё не было закончено. Это была только теория...практика началась позже.
  Однажды нас всех собрали в учебной комнате, и перед нами вышел Николай:
  - Вы закончили теоретический курс. Теперь вас будут выводить на практические занятия - в город, в село, в лес - не забывайте, что за вами сверху постоянно наблюдает спутник, и не один, мы знаем все ваши передвижения, все ваши слова, все ваши помыслы - если попытаетесь бежать, поймаем, и ваше наказание будет очень жестоким, как и отказ от выполнения задания. Надеюсь, за два года в этих стенах вы уже поняли, что с вами не шутят! Вы - наши. И всегда будете наши. Назад дороги нет - не выполняете условия - вы погибнете. Я вообще удивлён, что у вас ВСЕ дожили до окончания курса. Видимо сказалось то, что ваша группа особенная - обычно при обучении гибнут процентов тридцать - сорок курсантов. Да, вы не одни проходили такие курсы, есть и ещё группы, и в случае вашего неповиновения - они будут вас выслеживать и убивать. - как и те, кто сидит сейчас рядом с вами - иначе погибнут сами. Каждый из вас должен быть готов выполнить любой приказ - даже если вам скажут убить своего товарища, с которым он учился тут два года. Или подругу, с которой делил постель эти годы. Или друга. Запомните - вы не принадлежите себе, вы оружие, которое мы выковали. Ладно - перейдём к делу: завтра вы будете выброшены в город. Ночью, парами, в самый криминальный район города. Назовём это - Операция 'Чистка'. Города будут разные - провинциальные и нет, вы будете ходить - девушка с мини-юбке, в вызывающем наряде, шортиках, накрашенная очень привлекательно, парни оденут очки - без диоптрий, оденутся специально завлекательно для хулиганов - чтобы они зацепились за вашу девушку и попытались напасть на вас. Ваша задача - убить всех, кто при этом будет. Если попадётся прохожий, который это увидит, и сможет вас опознать - убить и его. Повторяю - мы следим за вами. Если вы не выполните - будете жестоко наказаны. Партнёры будут выбраны произвольно - по нашему выбору. Расходимся по своим комнатам и ждём указаний - одежда вам уже приготовлена.
  Мы ушли к себе, я натянул приготовленную одежду - усмехнулся - это были ужасные брюки фабрики 'Волжанка' или 'Прощай молодость', какие-то плетёные сандалии коричневого цвета, джемперок из той же 'коллекции', очки - ох уж эти очки! Это было конкретное издевательство - коричневые дужки из дешёвой пластмассы, простые стёкла, через которые я видел, как обычно, но если надеть их и посмотреть на себя в зеркало - казалось, что без этих очков я и три шага не смогу сделать. В общем - отвратительный ботан, которому так и хочется дать в глаз каждому нормальному гопнику
  Будущее задание не вызывало у меня протеста - я ненавидел гопников, как и каждый нормальный человек - очистка мира от них - дело святое. Но занимало меня совсем другое - как мне выбраться из всей этой чёртовой бодяги? Как используя свои прежние и новообретённые способности вырваться из рабских сетей? Тем более, что мать моя так и остаётся у них в руках.
  Решил для себя - пока не буду рыпаться - нужно вначале осмотреться, тем более, что они точно будут сейчас усиленно нас пасти, отслеживая каждый шаг. Пока я не усыплю их бдительность, и думать нечего о побеге. Каждый месяц я общался со своей матерью - по видео. Она казалась спокойной, только отвечала на вопросы довольно механически - я не понимал почему, потом решил - она всё-таки под контролем, рядом чужие, вот и боится говорить, что думает. Скорее всего её тоже там держат в ежовых рукавицах, на положении пленницы, так что не стоит ожидать от неё особой откровенности.
  Я откинулся на постель, закинул руки за голову и стал размышлять: интересно распоряжается судьба - из лекаря, который хотел осчастливить людей, я превратился в безжалостного и страшного убийцу, кто мог подумать? Кто мог подумать, что из спокойного и немного нерешительного пацана выйдет ТАКОЕ? Бежать - как? Ну ладно, вытащил я капсулу, освободил мать - куда деваться? И тут же себе ответил - да куда угодно - теперь я могу добыть денег любым способом - даже грабежом, меня вряд ли сумеют остановить, кроме того - по всех стране раскиданы тайники с оружием, деньгами, продуктами - надо просто знать, где они находятся. Мы знали. Это были специальные тайники для диверсантов на задании, и могут они быть вскрыты в особом случае - например, если агент полностью потерял связь с базой, а для выполнения задания ему необходимы средства и оружие. Десятки таких тайников располагались по России и в зарубежье - нам навсегда вдолбили в голову их расположение. Опрометчиво с их стороны? А что они теряли? Мы же под постоянным контролем...
  И ещё - все эти годы я думал над своими паранормальными способностями - суть 'слизняков', откуда берутся другие слизняки и почему я не мог просто запустить слизняка в мир, чтобы он выбрал себе жертву? И признавался себе - может и могу, вот только что - я пущу слизняка, чтобы он напал на кого угодно? На старика? На девушку? На ребёнка? До этих пор я напускал их только на тех, кто причинял мне зло...или по приказу. Тут я тоже ничего не мог сделать - или я умру, или они. Мои жертвы. А мне всё-таки хотелось пожить, как бы эгоистично это не выглядело. Ну не герой я, не герой, да!
  Занимало и то, куда девается слизняк после гибели жертвы - он просто лопался, как и тогда, когда я касался его рукой, исчезал, как только пропадал источник жизненной энергии.
   Интересно было и то, куда шли большинство нитей - они уходили, как я заметил, в определённом направлении то есть - где то был пункт - поселение, или ещё что-то такое, где располагалось множество таких как я - колдунов. И похоже - не одно поселение - я отследил как минимум десяток направлений, ещё когда был вне стен учебки. То есть, скорее всего, этих поселений было много.
   Но это всё потом - вначале надо выйти отсюда, обосноваться на свободе, а потом уже можно заняться исследованием направлений, в которых уходят нити.
   До сих пор не мог понять - почему мои пленители не заинтересовались - могу ли я направлять своего слизняка туда, куда мне надо, без моего нахождения в пределах видимости объекта? Да и самому мне до недавних пор это не приходило в голову...и экспериментировать - пока - я не собирался.
  Открылась дверь и вошёл один из служащих учебки:
  - Пойдёмте. Я провожу на выход.
  Я вскочил и пошёл за ним, глядя в стриженный затылок провожатого. Я не знал его имя - все контакты с персоналом учебки пресекались, а служащие не отвечали ни на какие вопросы - видимо их предупредили об этом и они строго выполняли условия.
  Пройдя длинными коридорами, мы вышли в большой гараж, заставленный множеством различных автомобилей - от волг-двадцатьчетвёрок, до дорогущих мерседесов и лимузинов - автомобили тут были на все случаи жизни.
   Меня подвели к неприметному мерседесу-вито, микроавтобусу с наглухо тонированными стёклами (и как оказалось - ещё и заделанными изнутри), служащий открыл дверь и молча, жестом, предложил мне туда войти.
  В салоне, на сиденье, уже сидела девушка - это была та самая беленькая Заря, на которую я обратил внимание ещё во время первого поединка с 'манекенами' - она выглядела как хрупкая школьница лет шестнадцати-семнадцати, хотя на самом деле, как я знал, она была моего возраста - на год младше - ей было двадцать три года.
  Я получше её узнал, когда мы несколько раз, от скуки, с ней переспали. В постели она ничего особого не выказала - довольно сексуальная, но против Ласки, конечно, холодновата - ну что сказать - блондинка она и есть блондинка. У меня с ней были ровные дружеские отношения, без особой приязни, но доброжелательные - никаких неприязненных чувств я к ней не испытывал, это точно.
  Возможно, при выборе напарников руководство ориентировалось на результаты двухлетних наблюдений - ведь напарник в опасной ситуации должен прикрыть спину, а как прикрывать спину человеку, который тебе неприятен? Были, конечно, неприязненные отношения в группе - хотя я лично ни с кем не ссорился, но видел, как были какие-то разборки между курсантами, быстро пресекаемые начальством.
  Заря была одета в микрошортики, обнажающие её длинные красивые ноги, покрытые сильным ровным загаром, как будто бы она только что вернулась с курорта - в учебке были солярии, в которые, в обязательном порядке, регулярно отправлялись все курсанты - без солнца, без ультрафиолета, человеческое тело не может полноценно жить, да и нельзя показываться в свободном мире в таком виде, как будто два года отсидел в подземной тюрьме. Сейчас, по календарю, был конец лета, а посему вид курсанта должен был соответствовать этому времени года.
  Грудь Зари с крепкими торчащими сосками обтягивал небольшой топик, открывавший плоский живот, с дольками мышц, как у спортсменки - ещё подумалось - надо было ей прикрыть живот, а то сразу видно что девушка очень тренированная, теряется аура беззащитности глупой лохушки.
  В пупке у ней был сделан пирсинг - вставлено кольцо с небольшим блестящим камешком - раньше его у неё не было.
  Я поднял брови, увидев её пупок, знакомый мне по прежним встречам, она улыбнулась и спросила:
  - Нравится? На прошлой неделе вставила. Красиво, да? Настоящий брильянтик, как мне сказали!
  Камешек, и правда, сверкал и притягивал взгляд - я подтвердил:
  - Да, прикольно.
  - А видишь, какой мне кулончик дали - с изумрудом, и браслет на руке, и смотри - цепочка какая на ноге - она показала на лодыжку, которую охватывала довольно толстая жёлтая цепь, не оставляющая сомнений в том, что она сделана из золота - так что я теперь приманка, а ты основная ударная сила, учти.
  Заря осмотрела меня и хихикнула:
  - Вот заразы! Что они из тебя сделали! Такой красивый представительный парень был, и получился ботан, да ещё какой-то полудурный! Так и хочется такому заехать по носу - дело святое!
  Мы с ней посмеялись, машина мягко завелась и двинулась вперёд.
  Кто там сидел за рулём, куда мы двигались - я не видел - салон был отгорожен от водительского сиденья непрозрачной перегородкой, а окна наглухо зашторены пластиковыми белыми пластинами.
  Ехали мы часа три, не меньше, меня слегка укачало в дороге, и я уснул - всегда, когда ездил в автобусах или автомобилях меня тянуло в сон, с детства.
   Наконец, автомашина остановилась и и голос из переговорного устройства, искажённый динамиком, сказал:
  - Прибыли на место. Под сиденьем у входа пакет - там деньги и ваши документы. Осмотрите его, и как будете готовы - выходите на задание. По окончании задания с вами свяжутся.
  Я заглянул под сиденье - да, небольшой пакет, завёрнутый в плащевую ткань. Развернул - в нём какая-то стильная женская сумочка, в тон легкомысленному наряду моей спутницы, трубка сотового телефона, небольшая пачка денег - пересчитал - около тысячи долларов пятидесяти и двадцатидолларовыми купюрами, двадцать тысяч рублей тысячными бумажками, паспорт с моей фотографией и совсем не моими фамилией, именем и отчеством - теперь я был Фоменко Сергей Викторович, двадцати четырёх лет от роду, проживающий г.Урюпинск улица Строителей дом десять квартира пять. Меня даже покорёжило - вот вроде всё продумывают, а вместо моего города какой-то Урюпинск поставили! С какого хрена? Юмор, что ли, такой? Да ещё улица Строителей! Комедий нагляделись, что ли! Да пофиг мне, ладно.
   Рассовав деньги и паспорт по карманам, я поднял глаза на Зарю и сказал:
  - Я Фоменко Сергей Викторович. Ты кто?
  - Лазутина Елена Макаровна. По паспорту.
  - Ясно что по паспорту...не в Урюпинске живёшь? Глянь прописку...
  - Неа...Волгоград. А тебе Урюпинск поставили? Вот хохмачи! Легендарный город-призрак, как Китеж - Урюпинск! Ну что, готов?
  - Я-то всегда готов. Ты как?
  - И я готова.
  - Тогда пошли!
  Я открыл дверь микроавтобуса и вышел в вечернюю прохладу, даже не подумав подать руку подруге - потом сообразил - прокол! Теперь мы не равнозначные курсанты, а парень и девушка!
  Обернулся и подал руку выходящей из машины Заре. Она удивлённо подняла брови, потом кивнула с улыбкой - поняла.
  После того, как она захлопнула за собой дверь, микроавтобус сорвался с места и унёсся по улице, оставив нас вдвоём.
  Я огляделся - это была набережная реки, закрытая дощатым грязным забором. С другой стороны - высокий бетонный забор - вроде как промзона, вдоль которой тянулась длинная пыльная улица, покрытая крупными рытвинами и вдавленными в землю крупными кусками щебня и кирпича.
  Заря с видимым отвращением обвела взглядом этот апокалиптический пейзаж, и со вздохом сказала:
  - Мерзость какая. Типичный Заводской район - я в таком родилась. Безнадёга, грязь, быдло и бандитва. Ну что же, пошли искать, где тусуется народ. Зови меня Лена. Я тебя буду звать Серёга - всё по паспорту.
  Я согласно кивнул головой и мы пошли вдоль по улице, предполагая где-то впереди жилой массив.
  После получаса ходьбы - при этом я держал мою подругу за голую талию, время от времени опуская ладонь на её гладкое бедро (Приятное ощущение, надо сказать! Давно я не прохаживался с девчонкой в обнимку!) - мы вышли к спальному району, состоящему из покрытых жёлтыми потёками пятиэтажек и так называемых 'жактовских' домов - двухэтажных мерзких сооружений, покрытых дранкой и покрашенных в грязно-коричневый цвет.
  Мне сразу вспомнилось, как однажды искал по адресу своего товарища, у которого надо было забрать какую-то вещь - уже не помню какую - и ориентир он мне дал странный - влево от дома Чикуна. Я выразил недоумение - что это за Чикун такой - так у него даже глаза на лоб полезли - как? Ты не знаешь кто такой Чикун? Это же такой крутой бандит, его все знают!
  В общем - для заводских ребят крутой бандит, был их идеалом, а его дом - ориентиром, вроде как Кремль или Собор Парижской Богоматери.
  Увы - мало что изменилось за годы. В Заводском районе ходить в вечернее время - я знал это давно - было опасно даже взрослым людям, а уж подростки или молодые парни точно подверглись бы агрессии - про девушек уж и говорить нечего.
  Когда затихал город и наступал вечер, районом правили молодёжные бандгруппировки, поделившие всю территорию на свои сферы влияния. Вот в такой район нас и забросили, типичных жертв предполагаемого нападения.
  Мы прошли через дворы, как будто прогуливаясь - было ещё довольно светло - солнце только что село и за горизонтом ещё торчал его красный край, подсвечивающий облака красно-багровым цветом, как будто на них выплеснули кровь с молоком.
  С полчаса никто не обращал на нас внимание, и только когда мы прошли мимо бывшего кинотеатра 'Космос', с покосившейся от времени вывеской, где тусовалась толпа гопников, кто-то заметил нашу парочку и показывая пальцем на Зарю, сказал, чвиркнув сквозь зубы густым плевком:
  - Пацаны - гля чувак какую биксу отхватил! И вся в рыжье! Ну сука фартовый! А сам-то гля - лох педальный, в очочках, интилихент наверна. А бикса-то, глянь жопа какая - так и крутит жопой, так и просится на х.... Нет, ну, внатуре, почему вот одним всё, а другим ничо?
  Из толпы засмеялись, а одни глумливый голоса сказал:
  - Серый, кому чо, кому ничо, а кому х... через плечо! Это тебе через плечо, а не эту биксу! Слабо такую трахнуть? Прикинь - они щас придут домой, он стянет с неё эти трусиля...и каааак вдует ей! А ты будет тут харкать и шкурку гонять за забором!
  - Ты чо, внатури, оборзел, Гвоздь?! - взъерепенился Серый - чо лепишь, казлина?
  - Чо, я казлина?! Да ты сам казёл внатури! - говоривший бросился на Серого, попытавшись врезать ему кулаком в нос, тот ответил, завязалась потасовка, но их быстро разняли и они стали что-то обсуждать, потом Серый с трёмя гопниками исчез в темноте дворов.
   Мы, издалека, слышали часть их выкриков, и были настороже - я знал, что кто-нибудь из них всё равно в нас вцепится - а это и было нашей целью, целью нашего задания.
  Мы прошли ещё дальше, и оказались у двух одноподъездных девятиэтажек, с поломанной детской площадкой возле огромной грязной лужи, в которой утонули остатки старого велосипеда и куча картонных коробок из ближайшего магазина 'Продукты'. Оглядевшись, я подтолкнул Лену к стоявшим возле домов кустам сирени, видимо оставшихся от бывших тут ранее частных домов, и тихо сказал:
  - За нами наблюдают. Давай, целуемся. Они где-то тут...
  Лена повернула ко мне лицо, я обхватил её руками и впился в её губы длинным, горячим поцелуем, не отрываясь до тех пор, пока рядом не выросли тёмные фигуры в трениках и фуражечках:
  - Слышь, ты, лох педальный! Поделись биксой, не всё тебе её лапать! Ты что, внатури, не слышишь, г.....н?
  Я, как будто только что заметил гопников, сделал удивлённое лицо, поморгал глазами и сказал:
  - Вы чо пристали! Уходите! Я жаловаться на вас буду!
  Гопников просто повело со смеху:
  - Жаловаться, умора! Серый, видал козла? Козёл и есть - стукач, внатури! Ментовская прокладка! Надо и спросить с него, как со стукача! Слышь, козёл, оставляешь нам свою биксу, деньги из карманов, и уйдёшь отсюда почти целым - только пендалей парочку получишь. Нет - щас опустим тебя, как казла!
  Я переглянулся с Зарёй, незаметно толкнул её в плечо и мы кинулись бежать по направлению пустыря, как будто надеялись уйти от преследователей, затерявшись в сумерках.
  На самом деле, наша задача была увести погоню от любопытных глаз - лишних свидетелей нам совсем было не надо.
   Гопники как того и ждали - с гиканьем кинулись за нами, радостно хихикая и завывая от предвкушения крови. Они были похожи на стаю шакалов, загоняющих раненых антилоп...
  Мы с Леной бежали быстро, для нас это была лёгкая пробежка после тех лет тренировок, что мы прошли в учебке, и я постоянно сдерживал её, наблюдая за тем, чтобы гопники не отставали.
  Наконец, я решил что место нам подходит - впереди проходила огромная труба теплоцентрали, как всегда, в зимнее время, отапливающая мировое пространство, с боков густые заросли какого-то кустарника, а впереди гопники, запыхавшиеся от бега, но торжествующие - жертвам некуда бежать, попались!
  Они обступили нас полукругом - в сумраке позднего вечера, я посчитал - их было шесть человек.
  Вперёд вышел старший, в кепке-восьмиклинке, почему-то излюбленном головном уборе этих придурков, сам не знаю почему они любят эту кепку - сказал, запыхавшимся глумливым голосом:
  - Попались! Сейчас твоя тёлка будет обслуживать нас по очереди, а ты будешь смотреть, и ей помогать. Потом соберёте все свои цацки и отдадите их нам - за ущерб - я, когда бежал за вами, ногу ушиб - мне на лечение надо!
  Шпана захихикала, предвкушая зрелище и удовольствие, а старший достал нож-бабочку и демонстративно закрутил его в руке.
  Я посмотрел на Лену и сказал ей тихонько:
  - Пока я не вмешивайся, я сам, не пачкайся - снял очки и отдал их ей.
   Шпана с интересом смотрела за моими манипуляциями, отпуская какие-то скабрезные шуточки и беспрерывно матерясь, потом старший сделал шаг ко мне, намереваясь что-то сказать, или сделать - и умер.
   Я мгновенно схватил его за голову, крутнул немного вверх и в сторону, переломив шейные позвонки, как кусок хлеба. Он не успел даже взмахнуть рукой, воспользоваться ножом или что-то сказать - настолько быстро это было сделано.
  Остальные оцепенели, увидев, как их главарь мешком падает на землю, а я уже напал на следующего, ударом в живот разбив ему печень. Затем ещё один - с вбитой в мозг переносицей.
  Тут гопники начали понимать, что их убивают, и кинулись бежать - я догнал двоих - одному переломил спину, второму сломал затылок .
  С досадой отметил, что один ушёл в сторону - но тут же увидел выходящую из кустов Зарю - она обтирала о пучок травы бабочку, взятую у главаря:
  - Тот тоже готов.
  Я кивнул головой и проверил лежащих - все были мертвы, кроме одного, со сломанной спиной, который завывал и пытался уползти на руках, причитая что-то типа: 'Мы просто пошутили!'
  Заря наклонилась и со спокойным выражением лица, как будто нарезала сыр, дважды воткнула бабочку ему под сердце. Бандюк несколько раз дернул ногами и затих, глядя в небо пустым взглядом.
  Лена молча вытерла рукоять ножа о его рубашку и выкинула нож на труп.
  - Ну что, Серёга, вроде как мы задание выполнили. Пошли искать пристанище, спать-то где-то надо! Не в кустах же...
   - Надо к центру, что ли, пробиваться...сказали, что известят, когда задание будет выполнено и нас заберут. Пока никаких сигналов не было. Ладно, пошли - найдём остановку маршруток - там обычно таксёры стоят, сейчас наймём кого-нибудь до центра.
  Поблуждав немного по дворам, мы вышли к освещённой остановке, окружённой кучкой ларьков. На запоганенном содранными и висящими объявлениями столбе, висели жёлтые таблички с расписанием маршрутов автобусов, никогда в жизни не ходивших по этому расписанию, на скамье сидели двое пьяных мужиков с такой же пьяной, одутловатой бабой и рядом стояли несколько машин с шашечками, потрёпанных, видавших виды.
   Я подошёл к старому красному опелю-кадету, с жёлтыми шашками на крыше и спросил у пожилого хачика за рулём:
  - До центра сколько возьмёшь?
  - А куда в центр?
  - Куда-нибудь, только отсюда подальше.
  Хачик понимающе окинул глазами меня, мою подругу в сексуальном наряде и ответил усмехнувшись:
  - Ну, если подальше, тогда - триста рублей. Устроит?
  - Устроит. Лена, давай на заднее сиденье!
  Я подождал, когда она влезет и тоже уселся на продавленный старый диван, провалившийся до самого пола. Водитель завёл машину и тронул её вперёд, а я полез за деньгами, надеясь, что это рухлядь всё-таки нас довезёт до места назначения.
  
  
  Глава 5
  За окнами машины тянулись частные дома, заборы каких-то торговых баз и организаций, фары высвечивали в ночи зелёные глаза бродячих кошек - одна чуть не попала под колёса нашего такси и водитель выругался:
  - Вот сколько езжу - собаки редко попадают под колёса, умные потому что, а эти кошаки дурные, летят наперерез, не разбирая дороги, как ночные тени, и вечно оказываются в беде - под брюхом машины или под колесом. Хорошо хоть они живучие - трудно задавить, бывает прогромыхает под днищем, вскочит сзади и дальше побежала! Вот дурные твари!
  Действительно дурные, эти ночные тени - усмехнулась Заря - и хорошо, что их убить трудно. Пусть живут, правда, Серёга?
  - Правда - усмехнулся я - им же тоже хочется пожить...
  - Все хотят жить, да! - продолжил разговор водитель и начал какую-то свою таксистную рассказку про трудную жизнь, про сноху, которая не хочет работать и глупого сына, который её никак не прогонит и не возьмёт правильную девушку со своей деревни.
  Я слушал его, обнимал прижавшуюся ко мне девушку и думал: если бы это было в обычной жизни, я бы сейчас наслаждался - со мной красивая и как ни странно - при своей красоте - умная девушка, я еду на такси в центр города и у меня прилично денег, чтобы пару дней очень недурно погулять, чем не счастье? Только надо забыть, что я раб, что я наёмный убийца на службе беспринципных и жестоких людей. Знал бы этот мужик, кого он везёт - сейчас обделался бы от страху...
  Машина, ровно шелестя двигателем, выскочила на оживлённую трассу - водитель выругался - несмотря на поздний час, на улице было полно машин - кучи мажоров носились по улице, катая своих тёлок, хвалясь друг перед другом новыми тачками, купленными папами и мамами, свысока смотря на тех, кто едет на российских или не очень новых машинах.
  Эти людишки, только что научившиеся пИсать стоя, а не на горшке, почему-то считают, что это не их родители добились чего-то в жизни, а он сам, такой крутой, такой важный - очень значимая фигура в этой жизни.
  Один такой пристроился сзади нас и начал лихорадочно моргать фарами, показывая, чтобы наша машина уступила ему дорогу.
  Водитель выругался:
  - Шайтан! Сын осла! Куда я денусь - у меня справа и слева машины! Он что, мозгами тронутый!
  Мажор, в конце концов, ревя сигналом, как-то втиснулся между нами и машиной справа, подрезал нас, наш водитель только успел покрутить пальцем у виска этому придурку, показывая, что тот ведёт себя ну совсем уж неадекватно.
  Похоже этот дебил заметил жест водителя, резко затормозил и стал специально ехать очень медленно, не давая нам проехать, а потом совсем встал.
  Двери фокуса с наглухо тонированными стёклами открылись, и оттуда вылезли три патлатых пацана лет двадцати, подошли к водительской двери нашей машины и один из них врастяжку сказал:
  - Ты чо там показывал, чмо? Ты чо, внатуре, попутал? Ты, козёл сраный, на кого попёр, рожа таксистная?
  Один из них открыл дверь, вытащил водителя, испуганно сжавшегося, как заяц, и ударил его в лицо. Мне стало так гадко, так противно - мужику, таксисту было лет шестьдесят, не меньше, а это малолетнее гавно бьёт его, как одногодка, и ведь видит - этот сухонький дедок даже сдачи не может дать!
  Мажор ударил его уже раза два, когда я распалился и крикнул яростно:
  - Эй, ты, сучонок, оставь мужика! Что, на кого-то посильнее, духу не хватает нападать, старика выбрал? Гниль болотная!
  - Чооо? - протянул мажор - иди сюда, урод! Сейчас и тебе хватит! П......с!
  Заря тихо сказала:
  - А чем они отличаются от тех? Только осторожнее...
  Я медленно вышел из машины, подошёл к группе мажоров, радостно глумившихся над лежащим водителем, пиная его в бок с прибаутками и плевками, и первым же ударом убил того, кто вытаскивал мужика из-за руля - ударом в грудную клетку я разбил ему грудную кость, хрустнувшую, как дранка, и остановил сердце.
  Второй попытался меня ударить в подбородок - я пропустил удар мимо и сломав ему руку захватом, ударил в горло, перебив гортань и заставив захлебнуться в своей крови...говорят, когда лёгкие наполняются кровью, человек видит какие-то прекрасные картины, возникают галлюцинации, интересно - что он увидел, когда его кровь забулькала в горле?
  Третий попытался скрыться, я поймал его уже в дверях фокуса и сломал ему шею. Осмотрелся - больше в машине никого не было.
  Быстренько подхватил трупы, закинул в их же машину, обтёр ручки двери и сами двери подолом рубахи, включил аварийку и оставил машину стоять посреди дороги - пока разберутся, чего тут мажоры стоят, пройдёт время, а нам этого и надо.
   Скомандовал Заре:
  - Быстро на переднее пассажирское сиденье!
  Подхватил бесчувственного водителя и положил его назад - сам сел за водителя, поморщась, настроил сиденье - еле поместился - водитель был маленький и сухой, завёл машину и рванул вперёд. Через минуту машина пожирала километры городских улиц, как будто всегда управлялась одним из блуждающих в ночи Теней...
  - Как отмажемся? - спокойно спросила Заря - водитель может сдать. Валим?
  - Нет - отмахнулся я - будет молчать. Он уже небось и не помнит, кто это был и как был - не свяжет парочку 'ботана' с 'секси-тёлкой' и три трупа. Просто не поверит. Сейчас поставим тачку где-нибудь у магазина, его за руль, очнётся - и не поймёт что было, а мы другую тачилу поймаем. Он не очнулся там?
  Заря оглянулась:
  - Нет, в отключке. Этот козёл ему сильно наподдал.
  - Сунь ему штуку в карман, пусть хоть немного утешится. Нет - не надо, не поймёт откуда, станет вспоминать - три сотки ему положи, как договаривались. Подумает, что мы вышли, а он уснул. Всё, тут выходим!
  Я остановил опель у освещённого огнями охранной лампочки магазина, перетащил водителя на переднее сиденье, поставил все двери в положение 'закрыто', чтобы никто его не обворовал, пока он стоит, и захлопнул за нами двери. Мужик сидел за рулём, откинув голову на спинку, как будто спал, а не был в отключке, так что ни у кого не останется и тени сомнения, что он спит - всё норма.
  Машины резко тормозили возле голосующей Зари, и заметив рядом меня, разочарованно отъезжали, только один молодой хачик всё никак не хотел отвалить, нахально предлагая девушке ехать с ним и бросить этого лоха, но после того, как она сказала, что сейчас ему нос откусит, с матерной руганью отвалил, сжигая резину на своей тонированной приоре.
  Я засмеялся:
  - Ты имеешь успех, моя дорогая!
  - Это мои грёбаные шорты, которые мне всю задницу уже испилили, имеют успех! - в ответ засмеялась Заря - ага, вон такси штатное едет!
  Да, в ночи засияли подключенные к системе автомобиля 'шашки', и скоро мы сидели в уютном салоне тойоты-короллы и наслаждались покоем. Даже теням иногда хочется отдохнуть...
  Высадившись у центрального проспекта города, мы потихоньку побрели по улице, осматриваясь и решая - что будем делать. Я предложил:
  - Давай, мы сейчас возьмём номер в гостинице, а потом погуляем по проспекту, в ресторанчик зайдём? Я ни разу ещё не был в китайском ресторане - всегда пробегал мимо и мечтал, что как заведутся деньги, пойду и закажу что-нибудь экзотическое, сходим?
  - Ага - пошли номер снимем, а потом прогуляемся. Я столько времени уже не была в городе, так хочется немного побродить...загребли эти пустые скучные коридоры Базы.
  По вывескам мы нашли гостиницу с громким названием 'Европа' и я решительно толкнул высокую тяжёлую старинную дверь, попав в царство совка и безнадёжного плюшевого хамства.
  Дежурная презрительно глянула на нас - я в ужасной затрапезной одежде лоха, Заря в проститутском прикиде - и сказала, брезгливо:
  - Что хотели, молодые люди?
  - Вообще-то - здравствуйте - холодно сказал я, глядя в наглые, бесстыжие глаза дежурной.
  - Ну здравствуйте! - ничуть не смутилась баба - и что хотели? Мы не сдаём номер на час!
  - Нам нужен двухместный люкс, пока на сутки - сухо объявил я
  - Люкс стоит пять тысяч в сутки. Будете брать? Платить будете наличными? Паспорт с собой? Кто будет жить?
  - Мы будем жить. Я, и моя девушка.
  - Паспорта есть?
  - Есть. Вот.
  - Оооо! - да вы не муж и жена...мы не можем поселять разнополых, не мужа с женой в один номер.
  - У нас есть свидетельство о браке! - хмыкнув сказал я.
  - Покажите! - лупая глазами потребовала эта сорокалетняя дебелая бабища с сожжёнными краской волосами.
  Я достал из кармана пачку денег:
  - Вот одно свидетельство, вот другое - отсчитал две тысячи и положил ей на стойку. Уважаемая, давайте побыстрее оформим - мы ещё хотели в ресторан сходить, есть хочется!
  - Да, да, конечно! - залебезила эта матрона - сейчас, сейчас оформим! Вы не сердитесь - правила такие, с нас требуют...но если очень надо, солидные гости - конечно, мы идём навстречу!
  Я слушал её лепет и думал - интересно, а за сколько она, прямо тут, у стойки, сделает мне....
  Стало противно и я отвернулся к стене, рассматривая какие-то офорты, изображающие виды города.
  Наконец, оформление завершилось, нам выдали ключ и мы отправились по широкой каменной лестнице наверх, в свой номер.
  Гостиница была старой, и хотя и пытались сделать из неё что-то современное, ничего у них не вышло - плюшевая безвкусица и тараканья рухлядь вылезала из-под всех покрасок и фальшивых позолот.
  Номер ничем меня не удивил - две комнаты с кроватями, телевизоры, холодильник, бар с напитками. Какие-то дурацкие кресла, с пятнами от поставленных на них стаканов - как ни старались их вывести, эти пятна, так и не смогли. Правда бельё на постели было чистым, и то хорошо. Да и в ванной-туалете не воняло - тоже замечательно.
  Осмотревшись, я включил кондиционер, чтобы он к нашему приходу немного нахолодил воздух в номере - терпеть не могу спать в духоте, затем мы вышли из номера и пошли искать китайский ресторан.
  Искать его долго не пришлось, и даже спрашивать не пришлось - запах пряностей, соусов и жаренья разносился на весь переулок, в котором он стоял.
   Администратор встретил нас довольно радушно, несмотря на наш дурацкий вид - в отличие от администратора гостиницы он был человеком умным, и понимал, что не всё так выглядит, как есть на самом деле, и если люди сюда пришли, значит у них есть деньги и они их хотят потратить.
  Заглянув в меню я назаказывал разных блюд - тысяч на семь. На удивлённый взгляд Зари, сказал:
  - Ну не съедим - напробуемся, типа дегустация!
  Она хихикнула и кивнула головой:
  - Точно, мы комиссия по дегустации - будем пробовать всё, пока не обожрёмся и не лопнем!
  Не лопнули. Мы потихоньку ели всего понемногу, под слегка удивлёнными взглядами официантов, и наслаждались атмосферой экзотики, лёгкой восточной музыкой, экзотическим видом персонала - после нашего двухлетнего заточения в больничной атмосфере базы, наш мозг, соскучившийся по ярким впечатлениям, жадно впитывал окружающую действительность, похожую на сон.
   Я смотрел на свою 'подругу', и с грустью думал - как бы хорошо было, если бы она была не случайная напарница по боевому заданию, а просто девчонка, которая сидит со мной за столом на свидании, и мечтает о том, чтобы я её поцеловал, а может и больше...
  Как будто понял мои мысли, Заря ласково накрыла мою руку своей и улыбнулась. В тот момент, когда она коснулась моей руки, вдруг, в моём мозге, как картинки калейдоскопа вспыхнули картины её прошлого, и я был потрясён тем, что увидел.
   Видимо, я изменился в лице, потому что она испуганно привстала, и спросила озабоченно:
  - С тобой всё в порядке? Что случилось?
  - Поперхнулся острым соусом - не в то горло попал - нарочито раскашлялся я, и прикрыл рот руками - ну что, может хватит этого разврата, пойдём к другому?
  - А чем займёмся? - с интересом спросила девушка - пойдём в номер, или ещё погуляем?
  - Хватит, наверное, на сегодня гуляний. Пойдём отдыхать...ну в общем в номер - улыбнулся я. А там - как захотим, отдыхать, или нет.
  Глубокой ночью, лёжа рядом с обнявшей меня Зарёй, прижавшейся гладким обнажённым телом и сопевшей мне в подмышку, я вспоминал то, что увидел у неё в памяти - так, как будто видел всё своими глазами:
  Картинка один: мать, пьяная спит на постели, развалив ноги в стороны и её насилуют пятеро пьяных мужиков. Один обернулся, заметил девочку сзади и сказал:
  - Тут её сучка, смотри-ка, она уже козЫрная! Я её тоже хочу! Я литр ставил, а моя очередь никак не доходит!
  - Брось, внатури, карефан - ей всего лет десять, чо с ней проку! Стрёмно внатури пацанку пикорчить!
  - Неее..хачу её!
  Девочка закричала, её пронзила острая боль и в памяти осталась только мерзкая, пыхтящая рожа, с капающими слюнями.
  Картинка два: рука девочки крадётся к кухонному ножу, он такой тонкий, острый, сточенный почти на нет от многочисленных заточек, рука тонкая, детская, виден мужик с красным рылом, уснувший рядом с её матерью, бесстыдно раскинувшей голые ноги. Рука с ножом тянется к горлу лежащего, потом резко опускается, с ударом и потягом, и вот уже мужчина хрипит, заливается кровью и булькает, бессмысленно тараща глаза на девочку и пытаясь зажать струю жизни, красным потоком утекающей у него из разреза на шее.
   Потом он падает и в судорогах затихает. Его кореша спят, пьяные и насытившиеся палёной водкой и женским грязным телом давалки за литр водки, и не слышат, как он умирает на коврике рядом с постелью.
  Рука девочки осторожно вкладывает нож в руку одного из лежащих и исчезает из поля зрения.
  Картинка три: грязный туалет, запах табака и мочи - в поле зрения попадает нога и с размаху бьёт девочку по лицу:
  - На сука, на! Будешь лизать! Будешь, сучка, полизунья, минетчица! На, лижи, сука!
   Перед ней на унитазе раскорячилась здоровенная шестнадцатилетняя девка с жирными толстыми ляжками и выворотив влагалище, тянет её голову к своей промежности. Девочка сопротивляется, её бьют ногами, бьют о край унитаза, потом она, сдавшись, тянется к бёдрам ухмыляющейся девки и вдруг в кадре видна рука девочки с заточкой, которая бьёт девку прямо во влагалище! В живот! В ногу! Хлещет кровь, все визжат и разбегаются, а рука поднимается и поднимается, поднимается и поднимается, и вот уже несколько девиц лежат в луже крови и испуганно всхлипывают:
  - Не надо, пожалуйста, не надо! Прости, мы просто пошутили, прости!
  Картинка четыре: стерильная палата, с покрашенными желтоватой, бежевой краской стенами. Вверху потолок, с трещинами на известке. Над ней висит голова санитара, в белой шапочке.
  - Что, очнулась, буйная? И уколы-то на тебя так не действуют, как на других! Опять покалечила пациентку, нам кровь отмывать пришлось, сучка! Слова сучке не скажи, понимаешь! Сразу руки распускать? Сейчас я тебе научу, как себя вести, сейчас!
  Опять в поле зрения голова пыхтящего слюнявого мужчины, раскачивающаяся в такт движениям. Три минуты, и он спрыгивает с неё:
  - Я ещё тебя навещу, сучка, и не раз, а сейчас сторож придёт - сто рублей тоже деньги! Пусть похлюпает по моему следу, от тебя же не убудет! Сучка! Все такие сучки, только прикидываетесь! Понравилось, да, сучка, понравилось?! Щас тебе Василий присунет...
  Картинка пять: потолок над головой с трещинами в извёстке, и голос:
  - Профессор, вы уверены, что это можно делать? Этот препарат не до конца изучен, побочные эффекты абсолютно непредсказуемы - а вдруг она умрёт? Или же действительно потеряет разум?
  - Умрёт - спишем, мало ли у нас умирает от болезней, они же все больные, а спятит - так на то мы и психиатрическая лечебница, чтобы лечить психически нездоровых людей!
  Голоса весело засмеялись, потом второй голос добавил:
  - Эти исследования важны для министерства обороны, для комитета, нам выделяют большие средства - должны же мы, в конце концов, выдать результат?! Нам срежут финансирование, если мы так и будем продолжать кормить их обещаниями. Пора уже перейти к клиническим испытаниям препарата. Это с прежними сериями умирали, или превращались в овощ - мы внесли изменения и сейчас он должен сработать более радикально - задача поставлена увеличить мозговую активность человека, а не свиньи и не собаки. Как можно проверить это, если не вводить именно человеку? Сами поймите, Вячеслав Иванович! Квартиру ведь хотите новую? Хотите. Машину? Хотите! Так давайте работать как следует! Хватит морализаторства - эта безродная никчёмная девка, возможно, залог нашего успеха. Ну а если нет - кто о ней будет вспоминать? Лабораторная крыса, никому не нужная. Ну сдохнет, и пусть сдыхает - первый раз, что ли? Держите её руку, я введу препарат. Дозу увеличим в пять раз, чтобы эффект, если он будет, проявился быстрее.
  Картинка шесть: голова санитара вверху:
  - Я пришёл, сучка, позабавимся? Чего буркалы-то вытаращила?! Что? Что ты делаешь?! Не смотри на меня! АААА! - голова захлёбывается криком, в кадре появляется рука и медленно поднимает уже раскрытый перочинный нож, подносит его к горлу и сверху льётся красный тёплый поток, пахнущий железом.
  Картинка семь: Двое в белых халатах, ещё трое в гражданской одежде - отличных серых костюмах по фигуре.
   Один из тех, кто в белом халате - узнаю Профессора - говорит:
  - Выжила пока одна, зато у неё развились экстраординарные способности - она заставила санитара перерезать себе горло, действуя силой внушения, даже без слов! Очень сильный экстрасенс, кроме того, невероятно быстро запоминает и усваивает материал - за два месяца - курс средней школы. Очень умна. Если бы не вставленная в спину бомба, давно бы нас всех поубивала и ушла - останавливает только то, что она понимает, как уязвима, потому что не может воздействовать на операторов вне поля зрения.
   Очень сильна, решительна, расчётлива и абсолютно бесстрашна, как хищный зверь. Родни нет - мать убили пьяные собутыльники. Отца не знает. В психиатрическую больницу попала после того, как убила шестерых насильниц в детском доме, с особой жестокостью, вырезав им языки и воткнув во влагалище. Суд счёл, что это ненормально и отправил к нам. На ней был испытан препарат ганизотрапол 34678, новая версия препарата.
  - Мы забираем её к себе! - решительно сказал человек в сером костюме, в котором я узнал Куратора - наблюдать за ней вы и у нас сможете, а нам такие зверюги нужны, в спецгруппу. Готовьте на неё документы!
  Я долго лежал без сна, потрясённый - сколько пришлось испытать этой девушке, по сравнению с ней мои проблемы, казалось, были гораздо более мягкими... И она ещё умудрилась не потерять то человеческое, что закладывает нам Природа при рождении - жалость, сострадание, привязанность... А может только прикидывается?
  Я посмотрел на сопящую рядом девчонку, погладил её по голой спине, она шевельнулась, слегка похлопала меня по бедру рукой и снова крепко уснула. Я улыбнулся - жизнь налаживается? Посмотрим...
  Утром мы отправились в магазин - одеваться. Ходить, одетому как лоху, а девушке, прикинутой, как проститутке, было очень неудобно и неприятно.
  Телефон всё не звонил и не звонил - я даже посмотрел - он вообще-то включен, или нет? Включен.
  В магазине подобрали приличную одёжку - мне слаксы, хорошую голубовато-серую майку, приличные кроссовки - мою стандартную одежду, Заря купила костюм с шортами, только не такими вызывающими, как были на ней, а свободными и элегантными. Косметика у неё в сумочке была, так что покупать ничего не пришлось.
  Покупки выбили у нас из бюджета приличную сумму, но оставалось ещё достаточно денег - только вот надо было их обменять - у нас оставались практически одни доллары.
  Подумали - а почему не совместить полезное и полезное? Я спросил у прохожего, где тут ближайший обменный пункт и мы пошли по указанному направлению.
  Через минут пятнадцать я увидел старинное здание - там, вроде как, находился почтамт, а в одной из дверей расположился обменник, у которого, как и всегда, шастали подозрительные личности.
  Мы я с Зарёй обменялись взглядами, потом она сказала:
  - Давай я схожу, а ты постой снаружи, посмотри.
  - Уверена? - спросил я с тревогой, а Заря грустно улыбнулась подмигнула мне
   - Расслабился на воле? Забыл, кто я такая? Уверена...мне надо поактивнее участвовать в задании.
  Я остался наблюдать возле выставленного на улицу прилавка с пирожками и различным печевом от соседнего ларька, изображая, что прогуливаюсь и смотрю - чего бы купить, а Заря, коротко поговорив с одним из 'жучков', молодым парнем совершенно аферистического вида, вошла в соседний подъезд здания.
  Через минут пять туда направился ещё один парень - похоже из этой же группы, и заглянув сказал что-то, зашёл, и исчез внутри.
  Ещё через минуты три из дверей вышла Заря, коротко отрицательно покачала головой и пошла вдоль улицы вниз - там был скверик с густыми кустами и поваленными добрыми гражданами урнами у входа.
  Я последовал поодаль, наблюдая за происходящим и увидел, как из дверей, где происходил обмен, выскочили двое ушедших с девушкой парней, подбежали ещё к трём, стоящим чуть поодаль и бросились за ней вдогонку.
   Я не вмешивался, наблюдая за происходящим и только чуть прибавил шагу, чтобы успеть к кульминации всего действа.
  Зайдя за чугунную решётку заплёванного скверика, сориентировался по направлению - в углу сквера было место, прикрытое большой ветлой, опускающей ветки до самой земли, оттуда слышалось пыхтение, стоны и хруст. В ожидании я остановился, и через минут пять оттуда вышла элегантная, ничуть не вспотевшая Заря, которая тихо сказала мне:
  - Валим отсюда по-быстрому, я тебе потом всё расскажу!
  Мы быстрым шагом вышли из сквера к дороге, поймали тачку и через минут пятнадцать уже были на набережной реки, сидя под колокольчиком навеса и ожидая заказа, сделанного официантке в белом кружевном передничке.
  Официантка, приятная милая девушка лет двадцати, принесла нам по чашке с мороженым, посыпанными орехами и ушла, спросив - не нужно ли чего ещё. Мы отказались, и больше нас никто не беспокоил - время было неурочное - позднее утро, солнце вовсю грело набережную, вбивая острые лучи в накалённый асфальт, так что народа в кафе почти не было.
  Заря достала сумочку, открыла её под столом и показала мне толстые пачки денег:
  - Улов. Теперь живём. А они нет! - она усмехнулась и продолжила - как ты и предполагал, меня тут же попытались кинуть. В подъезде я отдала ему штуку баксов, парень пересчитал деньги, передал мне российские рубли, я пересчитала - не хватает. Отдала ему для пересчёта - старая как мир схема! - тут заглядывает второй и говорит, типа с укоризной этому придурку: 'Я же тебе говорил, не меняй деньги! Это незаконно!' второй сунул мне назад мои доллары - я сразу увидела, что уже подменил какими-то зелёными принтерными ушлёпками.
  Он попытался выскочить, но я врезала ему - не наповал, но так, чтобы не ушёл. Второй, видя это, со словами 'Ты чо, сука, ох...а?!' Заскочил внутрь - и тут же получил от меня горячего.
   Я собрала с них деньги, положила в сумочку и оставила их там валяться - подъезд проходной, люди были рядом, нельзя было убивать, шум поднимут.
  Уже одна проходящая мимо бабка сказала, чего мы там устроили драку, сейчас милицию вызовет. Вот я и решила увести их в безопасное место. Получилось ещё лучше - они взяли 'группу поддержки' - видать побоялись уже вдвоём лупить слабую девушку - Заря весело рассмеялась - ну а за кустами я их положила. Вот ещё - травматика, взяла на всякий случай. Может выкинуть? Тяжёлый, зараза, таскать его замучаешься. Пытался на меня направить, болван... давай-ка пересчитаем, чего там у нас...
  Заря несколько минут пересчитывала толстые пачки, и с удовлетворением сказала:
  - На конфеты точно хватит - около восьмисот тысяч. Неплохо поработали! Тот случай, когда работа приносит и удовольствие, и хорошую прибыль!
  Я покосился на девушку, с детско-довольным выражением лица облизывающую пухлые губки от растаявшего мороженого, помедлил немного, решаясь, и спросил:
  - Скажи, а ты действительно испытываешь удовольствие, убивая людей?
  Заря отложила ложку, откинулась на спинку кресла и с неудовольствием воззрилась на меня:
  - Всё было так хорошо! Ну зачем вам, мужикам, всегда надо всё испортить? Зачем лезть в душу и ковыряться там? Ну вот зачем сейчас ты это спросил? Если я скажу, что получаю удовольствие, ты меня бросишь и уйдёшь с гордой рожей? А если скажу что нет, ты забудешь о том, что я профессиональная убийца, положившая десятки людей? Ты с какой целью это спросил? Испортить мне настроение?
  Заря явно рассердилась и чуть не шипела, как кошка.
  - Да, я испытываю удовольствие, убивая этих подонков! Они мне всю жизнь сломали! Вместо того, чтобы учиться в университете, скакать в ночном клубе и кататься на красивой папиной машине, я кочевала из детского дома в психушку, меня били, насиловали, унижали, мучили, надо мной проводили научные эксперименты изуверы в белых халатах - что я должна сейчас чувствовать, уничтожая этих подонков на улицах, скажи мне! Раскаяние? Стыд? Нет у меня давно уже стыда! В детдоме отучили стыдиться. В психушке, когда меня, привязанную к кушетке насиловали санитары и приводили ко мне гастарбайтеров, продавая моё тело по двести рублей за акт. В яме с гавном я оставила свой стыд, стараясь дышать через нос и думая о том, что наверное, когда тебя прилюдно, голую, бьют палкой - это очень больно и стыдно. Ты удовлетворён ответом, мой добрый напарник?
  Я помолчал, глядя в её яростные глаза, с сожалением сказал:
  - Прости меня. Я такой же как ты...почти. Забыл на короткое время, кто мы такие и что мы делаем, расслабился. Мне приятно с тобой, и я на минуту представил, что мы просто влюблённая парочка, где-то на юге, в отпуске, отдыхающая в своё удовольствие. Наверное, я безнадёжный дурак, романтик и идеалист по жизни. Прости.
  - И ты прости...- вздохнув сказала Заря - набросилась на тебя ни за что. Ты-то ни причём тут, жизнь такая у меня удалась, паскудная, вот и виню всех, кто под руку попадётся. А мне с тобой хорошо, есть у тебя какая-то основательность, этакая порядочность, вбитая папочкой и мамочкой. Что, я что-то не то сказала? Напомнила о чём-то? Ну вот...обменялись любезностями...прости. Давай не будем больше начинать разговора об этих вещах? Пусть идёт, как идёт. Звонка от хозяев всё нет, значит задание продолжается. Вот такой вопрос...можешь мне рассказать? Если не запрещено - какие у тебя способности экстрасенса? Это чтобы нам на будущее знать, чего ожидать друг от друга и лучше действовать в паре.
  - Да вроде никто не запрещал - почему и нет. Мои способности заключаются в том, что я могу напускать проклятие, некую сущность на человека, и эта сущность будет высасывать из него жизненную энергию, и передавать мне. Ну вот, вроде и всё.
  - ЗдОрово! - восхитилась Заря - теперь я понимаю, почему тебя зовут Колдун! А раз она передаёт тебе энергию, эта сущность, то тебя практически нельзя убить, так?
  - Хмм...дак то знает - наверное, пока жив тот, из кого она сосёт жизнь. Только я не пробовал и не собираюсь это пробовать.
  - А как это вообще выглядит, эта сущность? Что ты чувствуешь. Когда она сидит на жертве?
  Я коротко рассказал девушке о том, что с мной происходит - конечно, умолчал о ещё некоторых своих умениях - о картинках, например, умолчал о том, что я видел её жизнь и знаю, что с ней происходило, зачем ей знать? А тем более тем, кто сейчас сидит у мониторов и слышит в наушниках весь наш разговор...
  - А тебя, почему тебя назвали Заря? Что ты умеешь делать - ну, кроме того, что сворачивать шеи всяким моральным уродам?
  - Я умею внушать людям - после ощутимой паузы сказала девушка - могу заставить человека пойти и повеситься. Или перерезать себе горло. И он не может мне сопротивляться. Могу оглушить взглядом и заставить стоять на месте, пока я его убиваю. Вот так.
  Она подняла глаза на меня, и я чуть не вздрогнул - в её глазах была такая боль, такое сожаление - в том, что она не простая красивая девушка рядом с парнем на набережной южного города, а безжалостный монстр-убийца, клинок, заточенный безжалостными людьми, который можно направить в кого угодно. И в меня - тоже.
  Подумав об этом, я спросил:
  - А можешь продемонстрировать на мне, как ты это делаешь? Нет - усмехнулся - не перерезать себе горло, боже упаси - заставь меня сделать что-то, что я не хочу!
  - Что не хочешь? Ну, держись! - девушка усмехнулась лукаво и вонзилась в меня тяжёлым, ощутимым, как поток воды из брандспойта, взглядом.
  Тут же мне ужасно захотелось снять штаны, трусы и показать гуляющему люду голый зад! И эта мысль была такой естественной, правильной, казалось, что это точно нужно, важно, и обязательно сию минуту, и никогда больше! Я даже привстал со своего места, но червяк логики внутри меня зашевелился и сказал мне, пискнув тонким голоском: 'Ты чего делаешь? Это морок, это наведённое!' - я поставил внутри мозга мощные 'крепостные стены', отгородившись от взгляда Зари, и наваждение пропало, как не бывало.
  Девушка с удивлением посмотрела на меня:
  - Неужели ты справился? Ещё никто не справлялся! Они испытывали меня, на всех, на ком могли - никто не смог справиться! Лезли на стену, вешались, ели дерьмо, бились в судорогах - но никто меня не осилил! Это, видимо, потому ты справился, что у тебя мозг особенный. Простой человек не смог бы со мной совладать.
  - Скажи, Заря, а почему ты не ушла от них? Ты же могла заставить их выполнить всё, что ты хочешь! Кто бы тебя остановил? Зачем тебе всё это? Не понимаю.
  - А ты сам подумай, Колдун - а куда я пойду? Кому я нужна, нищая, убогая, необразованная! Это теперь я знаю два десятка языков и разбираюсь, какой рукой взять вилку, а какой нож, а тогда - кто я была? А теперь уже поздно - у меня, так же, как и у тебя, в спине сидит бомба, да и идти, всё-таки, и сейчас некуда. Разве только... - она помолчала - я бы с удовольствием посмотрела, куда ведут твои эти вот самые нити, тебе никогда не хотелось посмотреть, где находится скопление этих вот колдунов? Где есть ещё такие люди, как ты?
  - Хотелось. Но куда я денусь от группы 'Ночь'? Теперь уже вряд ли...
  Неожиданно, как будто подтверждая мои слова, в сумочке Зари засигналил телефон, издавая пронзительную трель. Мы посмотрели в глаза друг другу, посерьёзнели, и девушка достала аппарат из сумочки.
  С отвращением посмотрев на него, она с досадой сказала:
  - И всё было так хорошо...теперь началось. Ответишь?
  - Ответь ты - какая разница? - отмахнулся я
  Девушка кивнула головой и приложила трубку к уху, нажав кнопку приёма, затем отставила её и протянула мне:
  - Тебя требуют.
  Взяв телефон, я ответил на звонок:
  - Слушаю!
  Голос Куратора в трубке сказал:
  - Санкционирую исследование на тему места нахождения подобных тебе людей. Какие средства тебе нужны для того, чтобы этим заняться вплотную?
  - Деньги - ни секунды не раздумывая, сказал я - мне нужно купить мощный джип, экипировку, снаряжение. На всякий случай - оружие. Деньги на непредвиденные расходы. Зарю - в помощники.
  - Хорошо, принято. Ожидайте звонка. Прежнее задание остановлено - не привлекайте к себе внимания, занимайтесь чем хотите, до особого распоряжения. Возможно, мы встретимся лично. Отбой.
  Трубка замолчала, и я задумчиво положил её на стол между мной и девушкой.
  Она тревожно смотрела на меня, и не решалась спросить - знала, что я и так не потаЮ от неё ничего сказанного - если только это особо не оговорили.
  Я посмотрел на неё, слегка улыбнулся и спросил:
  - А почему тебя всё-таки Зарёй назвали?
  - А ты разве не чувствовал, как в глазах вспыхнула красная заря? Нет? А вот те, кто пробовал это до того, рассказывали, что перед глазами загорается красная пелена, как заря. Вот и Заря. Наши кураторы лишены воображения, раз заря - значит Заря. Вот! - она по девчачьи показала язык куда-то в сторону, и проходящий мимо пожилой кавказец, решивший, что это его она дразнит, что-то буркнул неодобрительно и покачал головой.
  Мы рассмеялись и откинулись на спинки кресел.
  - Ну так что они там тебе втирали - всё-таки не выдержала девушка - что нового?
  - Прежнее задание отменяется, ждём новых указаний, а пока наслаждаемся жизнью и делаем, что хотим!
  - Ух ты! Слушай, а пошли куда-нибудь искупаемся? На пляж, например?
  - А купальник-то есть?
  - Да чёрт с ним, с купальником, пошли на нудистский - уверена, тут есть такой. Надо на городском пляже поспрошать. Поваляемся, позагораем - я уже много, много лет не была на реке - только в самом детстве, когда мать была ещё нормальной, мы ходили на речку, и пока она там с подругами перемывала кости мужикам, я плескалась в воде у берега...так давно было. Ну что, пойдём?
  - Да пойдём, почему нет. Правда, я никогда не бывал на нудистских пляжах, как-то стрёмно...впрочем - у меня тоже уже не осталось стыда, пошли! Где наша не пропадала!
  Мы взялись за руки и смеясь сбежали по ступенькам длинной лестницы...
  Поиск пляжа занял около часа, но в конце концов, скоро мы наслаждались ярким, горячим солнцем на песке возле воды.
   Местные маститые нудисты с завистью поглядывали на нашу пару - женщины на меня, а мужчины на фигуристую Зарю. Нам было наплевать на них, только немного раздражали извращенцы, скачущие по кустам, выглядывающие из-за бугорков и дергающиеся в судорожных движениях.
  - Вот уроды - возмутился я, проводя пальцем по гладкой упругой груди девушки, отчего сосок съёжился и закаменел - может пойти поотрывать им их грязные отростки? Достали - и заметь, они даже не на тебя глядя это делают, а на меня! Такое впечатление, что это они меня пользуют, скоты этакие!
  Заря захихикала и изогнулась, как кошка, с наслаждением впитывая лучи солнца:
  - Оставь их - несчастные люди. Лучше пошли искупаемся - я уже перегрелась, как блин на сковороде! Всё-таки под лампами солярия совсем не то, а вот солнце совсем другое дело!
  И мы с разгону, разбрасывая брызги, влетели в прохладную воду, разгоняя стаи мальков и ползающих по дну раков.
  Весь день мы тупо валялись, говоря ни о чём, время от времени пили тёплую, как моча газированную воду, ругая её производителей, разок сходили в кусты погуще, где насладились друг другом под бешеный ажиотаж местных мастурбаторов, потом опять купались, загорали, опять купались...
  К вечеру летнее солнце ослабло, народ потянулся с пляжа и мы в толпе уходящих поджаренных граждан бездумно пошлёпали в город.
  - А правда, хорошо день прошёл? - прижавшись ко мне и заглядывая в глаза спросила Заря - я никогда так хорошо не проводила время! Спасибо тебе за подарок.
  - Да у нас ещё будет много счастливых дней, подобных этому, уверен! - жизнерадостно сказал я, и подумал про себя - кто знает, кто знает...что там впереди?
  Девушка, вероятно, подумала о том же и погрустнела, потом встряхнулась:
  - Будет принимать всё таким, какое оно есть. Ничего другого не остаётся, что теперь поделать. Ну что, в номер пойдём?
  - Пойдём. Надо помыться, привести себя в порядок. Есть ещё хочется - в ресторан надо сходить.
  - А может так и пойдём? - А! - нет! У меня волосы как пакля торчат, да и от тебя тиной пахнет. Пошли мыться. Хорошо ещё - белья прикупили, а то, как бомжи бродили.
  Мы хорошенько вымылись - очень здорово, когда есть кто-то, кто потрёт тебе спину - думал я при этом!
  Оделись - по дороге в гостиницу прикупили ещё барахла - вечернего, для ресторана, и отправились ужинать. В этот раз решили не заниматься экзотикой, а отправиться в обычный, 'элитный' ресторан. Ну что сказать - пафосно, дорого и глупо - возмутил кусок мяса - с ладонь размером за две с половиной тысячи рублей. Так-то пофигу, но у меня сложилось впечатление, что ресторанный бизнес сродни по доходности торговле оружием и наркотиками - СКОЛЬКО стоит этот кусочек мяса на рынке? То-то же...
  Мы слегка выпили - сухого вина, шампанского, и когда возвращались в номер, в голове у меня слегка шумело, а весь мир казался добрым и щедрым. У моего локтя шла красивая девушка на каблуках-шпильках длиной семь сантиметров, в коротком элегантном платье, я был здоров, сыт - что ещё надо от жизни?
  Эйфорическое состояние сразу исчезло, когда, открыв дверь, я увидел сидящего за столом Куратора.
  Он молча смотрел на нас, с кислым выражением лица (в принципе, оно всегда у него было кислое, и как будто немного обиженное, я его так и звал в своих мыслях - Кисляк). Мы вошли, настороженно поглядывая на него, куратор хмыкнул и сказал:
  - Развлекаетесь? Хорошо смотритесь. В принципе, вы хорошо справились с прошлым заданием, почистил город - слегка. А мажоров-то зачем валили? Впрочем - понимаю. А вот водителя зря оставили в живых, это ошибка. Но мы её исправили.
  Я выругался про себя - п......сы! Убили мужика не за что, ни про что! Ну суки, твари! А куратор продолжал:
  - Не должно быть никакой жалости, сантиментов - только выполнение задания и связанная с этим безопасность. Водитель мог вспомнить об инциденте на дороге, кому-нибудь сболтнуть, пошли бы разговоры, а это верный путь к провалу. Учтите на будущее. Итак, о новом задании: Колдун, или сюда, присаживайся.
  Я подошёл к креслу, сел рядом с Куратором и тот протянул мне пачку документов. Я взял её, случайно коснувшись его руки, и положил к себе на колени, замерев и не в силах перевести дыхание - я был потрясён настолько, что просто не мог говорить.
  Куратор ничего не заметил, и только Заря, глядя на мои вытаращенные глаза и побелевшее лицо, поняла, что случилось что-то неладное, кивнула мне головой, спрашивая, но я незаметно повёл из стороны в сторону - нет, потом!
  - Итак, Колдун - твоё нынешнее задание, найти тот пункт, в котором пребывают подобные тебе, узнать об этом как можно больше, по возможности войти в доверие к этим людям и передать информацию нам. Вам выданы новые паспорта, в которых вы муж и жена Макеевы, Сергей и Елена - имена менять представилось нецелесообразным. Здесь же водительские удостоверения, карточки соцстраха, ИНН, и всё, что имеет обычный среднестатистический гражданин. Здесь же документы на автомобиль, пластиковые карты, на каждой из которых по миллиону рублей, кодом является ваш месяц и день рождения. Оружие, спутниковый телефон, сотовые телефоны с зарядным устройством - всё лежит в машине, припаркованной в охраняемом дворе гостиницы. Ещё - удостоверения милиции и ФСБ, на всякий случай. Но не козыряйте ими без нужды.
  Выехать на задание надлежит в течение двух дней, не позже. Я понимаю, что вам немного надо отдохнуть и привыкнуть к своему положению, но не мешкайте - задание должно быть выполнено максимально быстро. Здесь вот - он показал на неприметный, лежащий на столике ноутбук - вся информация, которая вам может понадобится, выход в сеть из любой точки Земли, там же навигатор с закачанными и настроенными картами. Память этого ноута - двадцать терабайт. Он автономен, может заряжаться и от солнца - вот солнечная батарея в крышке, сломать его очень трудно - кевларовый корпус, непроницаемый, может даже в воде бултыхаться, ничего с аппаратом не сделается - цените вещь, это только для вас. Ну, вроде бы всё - отдыхайте, ждём результата. И не забывайте, что вы на контроле - мы всегда сумеем пресечь вашу попытку освободиться от нашего влияния.
  Куратор, не прощаясь, вышел из номера, а мы остались сидеть на месте.
  Заря с тревогой посмотрела на меня и опять, молча кивнула головой - что случилось? Я так же помотал головой из стороны в сторону и показал на спину. Она понимающе кивнула и пожала плечами - расскажешь, потом... я, так же, жестом, показал - напишу на бумаге.
  После этого мы разделись и легли спать.
  После того, что я увидел, заниматься сексом мне было совершенно невозможно, видимо, Заря это поняла и не приставала, она лишь обняла меня, закинула на меня ногу и руку и уснула, как будто кто-то выключил её дистанционным устройством.
  Я же не мог заснуть, меня душили слёзы и горечь. Когда я коснулся руки куратора, меня пробило как током, и я увидел:
  Картинка 1
  - Куда потерялся этот чёртов колдун? Кто санкционировал его захват? Вы, майор? Что за самодеятельность?
  - Нет, товарищ генерал! Это полковник, милицейский, похоже решил наехать на него и срубить денег, а когда тот отказался, закрыл его в сизо. Предпринять меры по освобождению?
  Недолго молчание.
  - Нет. Пусть посидит. Будет податливее и скорее пойдёт на контакт. Заодно понаблюдаем за ним в естественных условиях. Внедрите в среду контингента его камеры агентов.
  - Уже сделано. Доклады идут регулярно. Ситуация полностью под контролем. К нему не допускаем никого - даже родственников, под любым предлогом. Пусть поварится в собственном соку.
  - Хорошо. По результатам доложите.
  Картинка 2.
  - Майор! Я сорву с вас погоны! Вы положите удостоверение на стол! Вы болван! Вы тупоголовый солдафон с кашей вместо мозгов! Как вы это допустили?! Как вы могли упустить её?!
  Голос куратора, оправдывающийся:
  - Извините, кто же знал, что у неё слабое сердце - стояла, стояла, а когда в очередной раз выкинули передачу, что она принесла сыну - упала и всё. Ну кто мог подумать, что она умрёт?
  - Идиот! Чем теперь на него воздействовать? Как его заставить работать на нас с полной эффективностью? Это был мощный рычаг, а теперь что? Да вы должны были пылинки с неё сдувать! Идиоты! Ох идиоты...с кем я работаю? Эти чистки убрали из наших рядов настоящих профессионалов, остальные вот такие дилетанты, вроде вас. Это кошмар, а не работники! Гнать вас всех надо! И что собираетесь теперь делать?
  - Колдун пока в сизо, будем ждать развития событий. Насколько я знаю, он умудрился кинуть проклятие на полковника и тот теперь умирает от рака. Подождём ещё немного, и если полковник не вызовет Колдуна, будем действовать сами. Что касается рычага воздействия - мы подобрали актрису, похожую на его мать, загримировали, она будет произносить текст, компьютерщики озвучат, сделав ей голос матери. Ему будет запрещено с ней общаться вживую, так что через экран он вряд ли откроет подмену. И остаются ещё родственники - тётка, троюродные братья. Тоже рычаг. Ну и мы вставим ему контрольное устройство с элементами подрыва - так что никуда не денется. Заверяю вас, товарищ генерал - ситуация под контролем и всё будет развиваться нормально.
  - Ладно - голос начальника явно потеплел - вижу, вы постарались исправить ошибку. Докладывайте мне о всех его возможных действиях. Этот человек уникален. Мы ещё не встречали таких уникумов, не использовать его в нашем деле будет большой ошибкой. Свободны, майор!
  Лёжа в постели и слушая тихое дыхание девушки, я смотрел в потолок и думал: вот я и остался один. Отец, мать - ну почему они так рано бросили меня? Почему так несправедлива жизнь?
   Вспомнилось детство, руки матери, пахнущие яблоками, сильные руки отца, подбрасывающие меня к потолку и непроизвольно у меня капнула слеза и упала на голое плечо девушки.
  Она вздрогнула, открыла глаза и спросонок, хриплым голосом сказала:
  - Ты чего всё не спишь? Что с тобой, чего ты распереживался? Всё сделаем, скатаемся к твоим колдунам, всё будет нормуль! Иди сюда, ко мне! - чуткой женской душой Заря почувствовала, что мне было очень плохо и решительно ринулась в бой против моей депрессии саамы доступным для женщины способом - она целовала мои мокрые глаза, губы, ласкала моё тело и в конце концов, свершилось то, что и должно было свершиться...
  Как ни странно, после секса мне и правда стало легче, и я заснул, поглаживая гладкое бедро разметавшейся во сне девушки.
  Утро вечера мудренее - было последней моей мыслью - теперь у меня развязаны руки! Посмотрим, уроды, кто умнее!
  
  
  Глава 6.
  Утром я долго не хотел вставать и только слушал, как в душе шумит вода, шлёпают босые ноги Зари, потом она, не одеваясь, прошла из душа в комнату, откинула тяжёлую портьерную ткань с окна и негромко сказала:
  - Хватит валяться! Время уже часов десять, так и весь ум проспишь!
  - Не просплю - ворчливо ответил я - нету у меня его, ума-то! Если бы был - совсем всё по другому было бы...
  - Все мы так говорим - после времени - грустно улыбнулась Лена и села на кресло, закинув одну ногу на подлокотник - давай собираться, посмотрим, что нам приготовили наши добрые и щедрые кураторы, да не пронесёт их чёрный понос! Шутка, слухачи хреновы!
  Мы рассмеялись и я вскочил с постели, тоже направившись в душ.
  Стоя под струёй горячей воды, я думал происшедшем, и всё более утверждался в мысли, что ситуацию надо переламывать - хватит уже быть рабом у этих подонков, пора брать свою жизнь назад. Только как это сделать? С бомбой в спине... ну, будем рассуждать - сказал себе я - мне заявлено, что бомба неизвлекаемая. Допустим. Почему не извлекаемая? Потому, уверен, они слышат, как её будут извлекать, и тут же могут подорвать. Значит, я должен оказаться в таком месте, где они меня услышать не смогут. Где такое место? Пока не знаю. Суть ещё в чём - при этом они должны быть уверены, что я оказался в недоступном для них месте по случайному стечению обстоятельств - а то ведь и рвануть могут, или прислать наших 'товарищей'. То есть - только я нырну в какой-нибудь бункер, где врач мне начнёт вытаскивать эту штуку, как они туда Теней зашлют - и нам всем мало не покажется...
  Против двух трёх, со своими колдовскими способностями, я ещё устою, а вот если пятеро-шестеро Теней - это труба, порвут как грелку. Потеряют, конечно, штуки три своих, но порвут. Ну так что делать-то? А ничего! Плыть по течению и ждать, когда на горизонте появится бревно, за которое можно уцепиться и выплыть...пока что несёт меня, кружит, как щепку в мутном потоке. Барахтаюсь, пытаюсь выбраться, но всё никак... Ладно, подумаем позже.
  Выйдя из душа, растёрся большим махровым полотенцем, оделся и уже чистый, освежённый, подумал: всё-таки, не так всё плохо? Сейчас они могут меня сдерживать только бомбой, а если её не будет? А если её не будет - им каюк! Я с наслаждением представил, как сворачиваю башку этому Профессору, убиваю Куратора и мне просто захорошело... Как я их ненавидел! Почему? А кто будет любить рабовладельцев? Кто будет любить палача и экзекутора?
  - Готов? - Заря уже была одета, элегантна, пахла шампунем и свежестью - кто бы мог узнать в этой элегантной, уверенной девушке замарашку из Заводского района, с расчёсами от комаров и чесоточных клещей? Но я видел в картинках, кем она была пятнадцать лет назад и не переставал удивляться - что может сделать с человеком жизнь - кого-то она вытаскивает из грязи, а кого-то втаптывает в неё, как выброшенный окурок.
  - Хороша! Как ты хорошая, жёнушка моя! - усмехнулся я - я тебя прямо-таки ревную! Смотри не заглядывайся на мужиков, придётся тебя побить по русскому обычаю!
  - Тьфу на тебя и на такие русские обычаи! - хихикнула Заря - натягивай трусы, штаны и пошли смотреть, какую там колымагу нам подсунули наши добрые хозяева. Я прочитала в документах, что это некий мерседес какого-то там заполошного, мохнатого года - с помойки его, что ли подобрали. Не могли уж новый дать, крохоборы.
  - Новый привлекает внимание, нам ни к чему лишнее внимание, может поэтому? Посмотрим...
  - А чего там смотреть? - сердилась Заря - глянь - G500 1995 года выпуска! Крохоборы, мать йиху в гроб ети, как говорил мой сосед дядя Вася!
  - Да чёрт с ним, лишь бы ехал - парировал я - всё не пешком. Всё, я готов! Ключи взяла?
  - Взяла. Пошли.
  Мы спустились по лестнице, спросили у администратора, где тут стоянка гостиницы и вышли к ней через маленькую заднюю дверь в стене, напротив основного входа. Основной вход выходил на оживлённую пешеходную зону, а этот выход в тёмный старый дворик, заставленный баками для мусора и немногочисленными автомобилями гостей и персонала гостиницы.
  Выйдя во двор, мы осмотрели стоянку и слегка опешили, а я ехидно подколол Зарю:
  - Ну что, как тебе наши крохоборы? Я такой зверюги ещё ни разу не видал!
  - Ладно - хмыкнула девушка - реабилитирую их на время. Посмотрим ещё, как ехать будет эта телега. Это ты там говорил, что они не хотят привлекать к нам внимания?
  'Телега' выглядела монументально, даже как-то угрожающе: из обычного четырёхдверного гелендвагена 1995 года сделали потрясающего оффроудного зверя: громадные, широченные оффроудные шины со зверским рисунком обували его колёса, впереди и сзади торчало по мощной лебёдке с намотанным на них тросом, цвет машины был каким-то неопределённым - то ли серо-голубым, то ли присутствовал какой-то фиолетовый оттенок, но с первого взгляда нельзя было сказать, какого цвета машина. В паспорте - тёмно-серый.
  Заря щёлкнула дистанционным управлением противоугонки, и вот мы уже сидим на кожаным креслах.
  Как всегда в дорогих машинах, тут пахло кожей и чем-то неуловимым - подумалось - вот он какой, запах денег! Это тебе не в маршрутке, где пахло только грязными носками, мазутом и 'выхлопом' пассажиров.
  На панели перед пассажиром стоял специальный подиум-крепление - видимо, для ноутбука, а на задней сиденье, за наглухо тонированными стёклами, лежал здоровенный пакет - видимо, обещанные оружие, снаряжение и всё, что нам может понадобится на задании.
  Разобрав пакет, мы распределили всё по своим местам, раскидав мелочи по многочисленным хранилищам в машине.
   Из оружия нам выдали бесшумные пистолеты ПСС и обычные макаровы, старое доброе ментовское оружие. В специальном наборе имелись духовые трубочки для стрельбы отравленными стрелами, капсулы с нервно-паралитическим газом, упакованные в специальные стальные маленькие капсулы, метательные ножи на специальной перевязи скрытого ношения, острейшие ножи для диверсанта, желающего колбаску порезать и часового снять и прочая, прочая, прочая, предназначенное для быстрого и эффективного убийства живых существ. Только автоматов не было - впрочем, это меня не особо расстроило, я и воевать-то не собирался..по крайней мере пока.
  - Ну вот, а ты переживала, что снаряжение пожалели! Даже с запасом выдали...
  - Да, с запасом - протянула Заря, разглядывая эту всю кучу убийственного инструмента - такое впечатление, что нас отправляют на небольшую войну, а не посмотреть, кто это там сидит где-то там в деревне. Или городе.
  - Кстати, об этом - пойдём-ка мы посмотрим по картам и определимся - куда вообще-то поедем - предложил я - хотя бы приблизительное направление, а там и видно будет.
  - А барахло тут бросим? Не попрут?
  - Да кому нужно влазить в такую зверюгу, да на глазах дежурного - видишь, вон - в будочке сидит над землёй? Он уже все глаза сломал, пытаясь заглянуть тебе за вырез, когда ты проходила мимо него к машине. Вряд ли мимо него кто-то пройдёт и будет вламываться в наш лаптёжник.
  - Пошли. Банковские карты нашёл?
  - Ага - вот твоя, вот моя...или наоборот? Хрен с ними, разбёрёмся потом. Телефоны бери и зарядные, что ещё взять? Нет, ничего. Остальное пусть тут болтается. Айда в номер.
  Около часа мы сидели возле ноутбука в номере и решали, что нам делать и куда ехать. Я внимательно отслеживал направления нитей идущих вперёд и решал - каким из них воспользоваться, в конце концов, придя к одному интересному выводу:
  - Смотри - большинство нитей идут в северо-восточном направлении. То есть - после анализа информации, я сделал вывод - где-то там находится объект нас интересующий, объект, который должен выпадать из общей картины мира. Давай рассудим - что это может быть?
  - Деревня какая-то, известная своими колдунами, нет?
  - Как вариант. Ещё что-то? Пирамиды какие-то? Святилища? Это должно быть что-то очень, очень древнее...стоп! Знаю! Челябинская область! Ничего не говорит?
  - Челябинская...Челябинская...оп-па! Ты уверен? Слишком уж фантастично!
  - А что такого? Бронзовый век, что там было в бронзовом веке - кто знает? Какими знаниями обладали люди? Что знали, что умели? Остались от них только города, брошенные и сожжённые ими самими - раскопки делали, так оказалось, что находок почти нет - они ВСЁ забрали с собой! Я ещё до того, как стал Колдуном, интересовался этой штукой, читал взахлёб о находке, об исследованиях, о том, как хотели затопить, да отказались. Кстати, гляди - и я нашёл в сети фигурку человека, сложившего руки на коленях и с тоской смотрящего в небо - похож на нас? Мы бы тоже улетели в небо...но, как и он, не можем. Там ещё ходят странные рассказы, что под горой находится объект типа космического корабля пришельцев. Хрень, конечно...впрочем - а почему и нет? Куда делись все люди из этих городов? Куда делись люди из всей страны городов? А их там несколько десятков! В общем - наша дорога лежит туда.
  - Значит - в Аркаим?
  - В Аркаим. А на месте определимся уже, как и что.
  
  Мощный движок джипа с сопением всасывал воздух и бензин, взрёвывая, когда я прижимал педаль и бросался вперёд, как хищный атакующий динозавр.
  Преимущества движения на таком звере были в том, что автомобили в городском потоке уступали нам дорогу, стоило только нависнуть над их кормой здоровенной катухой лебёдки.
   Конечно, эти лебёдки вряд ли нам понадобятся в уральских степях, но приятно было осознавать, что остановить нас какому-то там бездорожью, будет очень, очень трудно.
  - Хорошо хоть кондиционер не сняли, когда оборудовали этого монстра - с удовольствием вытягивая красивые ноги сказала Заря и потянулась - жара за окном дурная, изжарились бы в этом монстре.
  - А что ты хотела - лето! Ночью уже холодно, так что тёплая одежда тоже пригодится.
  - Сколько займёт дорога, как думаешь? - Заря с интересом смотрела на пролетающие за окном машины дома, людей, спешащих по своим неотложным делам, вывески магазинов и кафешек, массово натыканных на выезде из города
  - Если в день делать тысячу километров...то дня два. Но чего нам спешить? Ночевать будем в кемпингах - хочу спать по человечески, а не на сиденьях. Помыться как следует...
  - Согласна. Знаешь, я ведь за всю свою жизнь никуда не выезжала из города - ни в туристические поездки, только под город, на речку, и всё. Хорошо бы вот так, катить и катить куда-нибудь. Не думая о проблемах, о чём-то плохом...
  - Эт точно - угрюмо кивнул я и и посмотрел на Зарю. Он согласно кивнула мне и грустно улыбнулась.
  Я не рассказывал ей о том, что узнал про мать - не мог рисковать, выдать свои скрытые от всех способности, но кроме того - как я ей расскажу? Написать на бумажке? А если за нами наблюдают камеры? В номере, в машине, могли стоять скрытые камеры. На природе? Ну да, можно и на природе...но что изменит, расскажи я ей сейчас это дело? Зачем рисковать и подставлять и её? Всему своё время. Видимо, девушка всё понимала, догадывалась, что я не могу откровенничать, а потому не лезла ко мне и ничего не спрашивала.
  Мы много разговаривали - больше о том, что видим вокруг, стараясь не касаться нюансов нашей работы.
  Можно ли назвать это работой? Убийство людей - работа, или нет? Как сказал один персонаж: 'Есть такая работа - Родину защищать!'. Да, всё время, что мы находились на Базе, нас не только запугивали, не только напичкивали стимулирующими уколами, повышающими восстановление организма после огромных нагрузок, физических и моральных, но ещё и усиленно промывали мозги.
  Каждому курсанту, индивидуально и в общем классе, рассказывалось, что он боец невидимого фронта, что от него зависит, будет ли стоять страна, что он обязан подчиняться своим командирам, так как они лучше знают, что делать и как спасти страну. Возможно, кто-то в это и верил - только не я. И скорее всего не верила Заря. Я не верил по одной простой причине - слишком скептичный разум, слишком уж критически я относился ко всем словам, что мне говорили. А Заря - тут было понятно - после той жизненной школы, что она прошла, любые институты власти, в каком виде бы они не существовали, вызывали у неё отвращение, которое она выказывала не раз и не два.
  И ещё - в моём разуме парня, воспитанного на книгах о подвигах разведчиков и всяких там героев, борющихся за благосостояние страны, никак не укладывалась схема, когда нужно убить того, кого тебе укажут, и ещё всех, кто это увидит, всех случайных свидетелей. Ну, пусть сто раз мне скажут, что это правильно, логично, но я никогда не поверю, что счастье для народа можно добиться убивая невинных. Ну да, возразит мне оппонент - благо всего народа выше блага одного человека! Может надо ради блага всех, убить десяток-сотню-тысячу и все заживут славно и весело! 'Мы с песней по жизни шагаем!' - ага, знаем, читали. Одна часть страны сидит в лагерях, другая носит им передачи, третья ловит тех, кто носит передачи, а четвёртая ловит тех, кто ловит тех, кто носит передачи. Охренеть от такого блага для народа. И ещё - а кто сказал, что структура вообще государственная? И кто сказал, что она соблюдает интересы государства, а не отдельных его лиц? Ну да, Куратор сказал, и его помощники, слышали. Но не поверили...
  Только верим мы или нет, делать остаётся одно - работать на них, или умереть.
  Что, у меня не хватает духу умереть и оставить жить множество людей, который я убью в будущем? Да, не хватает. Я слаб, я просто человек...и мне хочется немного пожить. И отомстить. За мать, за себя... Кому отомстить? Аморфной массе, под названием База? Ну почему - есть определённые лица - профессор, например, ставящий опыты на людях и убивающий их страшными инъекциями, Куратор, приказывающий убивать.
  Разве они лично виновны в смерти моей матери? А кто ещё? Это они, зная, что полковник по навету и сфабрикованному обвинению держит меня в тюрьме, оставили меня сидеть там, наблюдая, как я буду выкручиваться, это они лишили меня всех передач и заставили мать волноваться и расстраиваться так, что она умерла от горя, это они устроили фарс с актрисой, которая два года изображала из себя мою мать - вот небось смеялись над этим болваном, Колдуном! Как говорит контингент сизо: 'Я должен спросить с них, как с сук!'
  Как хорошо всё начиналось - я лечил людей, вереницей идущих ко мне в дом, думал о том, что так будет до конца жизни...мнил себя этаким великим Лекарем...и чем это закончилось?
  Нет - за эти два года, что я был на Базе, я тоже лечил людей - мне приводили каких-то личностей в масках, я снимал с них 'порчу', или говорил, что 'порчи' на них нет, и эти объекты исчезали из моей жизни как тени - я не никогда не узнал, кто это был. Их было десятки, а может и сотни - подозреваю, что передо мной побывало всё руководство страны. Все олигархи, их жёны, дети, родственники, друзья...возможно и не безвозмездно. Но это было самым лёгким из моих занятий на базе, в часы, когда Профессор и Куратор исследовали мой талант экстрасенса. Остальное было просто отвратительно. Впрочем - всё ли?
  Я посмотрел направо, Заря лежала полузакрыв глаза и тоже о чём-то думала, и думы, похоже эти были невесёлыми.
  Протянул руку и погладил её по гладкой смуглой коленке, девушка повернула ко мне голову и вопросительно подняла брови, а я подмигнул ей:
  - Ничего, прорвёмся! Ты в бубен наш магический поглядела? Как маршрут наш проляжет?
  - На Уфу, Магнитогорск, там уже на местности определимся. Объект находится в двух километрах на юго-восток от некого посёлка Александровский. Надо будет договориться оставить машину там, у местных, где-нибудь во дворе, и пройти пешком эти два километра.
  - Ээээ...Лен, ты отстала от жизни - там туристический комплекс какой-то, я читал - можно вагончик снять, а значит - поставить машину. Не надо нам никаких частников. Поедем на турбазу 'Аркаимские просторы'. От Магнитогорска сто пятьдесят километров, а там на турбазу, и по месту уже определимся, что и как.
  - Ну вот - а чего тогда спрашивал, если и сам знаешь? - фыркнула девушка.
  - Чтобы ты отвлеклась от мыслей всяких грустных - а то что-то ты совсем загрустила.
  - Загрустила? Наверное...так, вспомнилось кое-что - и на лицо моей напарницы легла тень, оставившая жёсткую складу у пухлых губ - нехорошее, из прошлого. Ну да не будем об этом! Всё наше - впереди! Жми на газ, Серёга! Дави этого гаишника! Нехрена ему на нас тыкать этой чёртовой трубой!
  Я нажал на газ и наш динозавр, взревев мотором пролетел мимо безуспешно пытающегося нас остановить своей полосатой палкой гаишника, в сдвинутом на затылок кепи. Его полное лицо искривилось от злости, он запрыгнул в машину к своему напарнику и скоро они, включив 'люстру' и сирену, гнались за нами на раздристанной пятёрке, выжимая из своего аппарата всё, что можно и нельзя.
  Я слегка прижал газ, динозавр засопел, и скорость быстро установилась на ста восьмидесяти километрах.
   Подмигнул девушке:
  - Хорошо идёт, старичок! Умели делать вещи в четырнадцатом году! А ты жаловалась - старьё дали. Видала, как мы ушли от этих лохов?
  - Видала - усмехнулась Заря - сейчас они там просто кипятком писают от злости. Кстати сказать - в пяти километрах впереди стационарный пост гаи, учти. Там могут устроить встречу.
  - А ксивы на что? Готовь ксиву, моя в нагрудном кармане. Не перепутать бы - им надо ксиву комитетскую совать, ментовскую они похерить могут. Ты кто там по званию?
  - Обидели, суки! Лейтенанта дали!
  - Хех! - а я старший лейтенант! - прошу любить и жаловать!
  - Вечером полюблю! Впрочем...можно и сейчас... - Заря, хихикая, полезла на меня и стала расстёгивать мне штаны, я отбивался рукой, одновременно держа другой руль и стараясь не упустить машину с дороги - скорость-то была дурная, под двести!
  - Отстань, развратница! Отстань, нимфоманка! - меня душил смех и я с трудом боролся с девчонкой, защищая свои сокровенные органы - вон менты показались, щассс сдам тебя за развратные действия в отношении старшего лейтенанта ГБ!
  - Ага! - так-то, не буди лиха! Застёгивай ширинку и готовься - там, на посту, вон как чего-то бегают, как идиоты, похоже нам готовят встречу. Колдун, аккуратно - они там полосу стелят, типа нас останавливать взялись. Вот придурки...снижай ход.
  - Лен, ты там это...не мочи их, разберёмся, если что и так, без крови, ладно?
  - Ты что, за маньячку меня что ли считаешь? - девушка поджала губы, потом не выдержала и фыркнула - видел бы ты своё лицо, когда я тебя пыталась соблазнить на ходу! Как будто сердце вырвать у тебя собралась!
  - Ну сердце не сердце, а эти органы как-то ещё нужны! - тоже фыркнул я и сосредоточился - внимание, как бы палить по нам не начали! Вон какие рожи серьёзные!
  Поперёк дороги лежала лента с торчащими из неё полыми шипами, наехав на которую можно было и диск пробить навылет, шлагбаум, сделанный из металлической трубы был опущен, а возле стальной будки притаились два милиционера с автоматами наготове.
  - Слушай, моя дорогая, нас, случаем, не за бандформирование приняли? Только гранатомёта не хватает для полной верности! Чего это они бегают, как муравьи? Глянь, там и маски-шоу выстроились! Осторожно, как бы чего не вышло...
  Вперёд вышел милиционер с круглым значком 'стоп' на палочке и нас стали окружать люди в масках с направленными на нас автоматами. Послышался голос из мегафона:
  - В джипе - медленно выйти из автомобиля держа руки на виду! При попытке бегства открываем огонь на поражение!
  - Упс! Хрень какая-то! Это пахнет не бегством от ментов - нервно хихикнула Заря - нашпигуют свинцом - пикнуть не успеем!
  - Не дёргайся - достань свою книжицу и держи её развёрнутой в руке. Руки подними вверх. Я сделаю то же самое. Спокойно, выходим!
  Открыв дверцу автомобиля, вышел под дула автоматов, держа руки вверх и громко крича:
  - Свои! Удостоверение в руке! - но - бесполезно.
  Я не успел сделать и шагу, как на меня обрушился удар прикладом - если бы я не увернулся - мне бы точно сломали ключицу.
  Сломать не сломали, но проехались по плечу зверски болезненно, разорвав кожу и порвав дорогую майку, купленную мной в хорошем дорогом магазине.
  Взревев от боли и ярости, совершенно на автомате, я выбил оружие у противника и выкрутив ему руку приёмом айкидо метнул через дорогу.
  Второй нарвался на прямой удар в челюсть и осел у моих ног, третий, наверное, долго не будет удовлетворять свою женщину - сплошной синяк в паху этому не способствует. Не знаю, чем бы это кончилось, если бы в мегафон не проревел мужской голос:
  - Прекратить безобразие! Остановиться! Не трогайте его, идиоты!
  - Кто кого трогает? - возмущённо крикнул один из бойцов в масках, неохотно отходя от меня и щупая пульс лежащего на земле напарника - если ты, сучонок, его убил - я тебя лично постреляю!
  - Не убил - холодно сказал я, возмущённо оглядывая порванную рубаху и начавший наливаться синевой и кровью порез на плече - а надо было убить! Козлина, такую майку классную испортил! Что, дебилы, не слышали, что я вам кричал про удостоверение в руке? Идиоты, правильно ваш начальник сказал! Я старший лейтенант госбезопасности, вот удостоверение! Ну и идиоты...где вас, дебилов, набирают? В охранных структурах города Пердяевска, что ли?
  - Сам идиот! - окрысился человек в маске, стянувший с себя чёрную шапку с прорезью - какого хера ментам на трассе не остановился?! У нас ориентировка на разбойное нападение - чёрный джип, полный кавказцев, с оружием, что мы должны были подумать? Сам-то, башкой думаешь, или нет? Вы, б.....ь, комитетчики, ментов в хрен не ставите, стрёмно остановиться было, что ли? Теперь разборок и отписок б....ь на весь вечер! Чтобы ты лопнул, летёха хренов! - мужик хлопнул в сердцах маской об асфальт и зашагал к зданию КП.
  Побитые мной его соратники тяжело поднимались с земли - само собой, я не стал их убивать - нам до кучи не хватало только проблем с законом по дороге к цели.
  Я тоже пошёл к КП, предвкушая разговоры со старшим ментом.
  Они не заставили себя ждать, эти разговоры - рядом с Леной стоял человек в форме подполковника, глаза которого метали молнии. Девушка же, наоборот, была свежа и прекрасна, как майская роза, и слегка улыбалась, глядя на разъярённого мента.
  Лена подняла на меня глаза, отведя их от красного от злости подполковника и сказала:
  - Сергей! Господин полковник очень расстраивается по поводу того, почему мы не остановились на сигнал патруля по трассе. Ты не мог бы объяснить ему в чём дело?
  - Запросто. Вначале только представимся: старший лейтенант государственной безопасности Макеев. Как вас величать? Иван Сергеевич? Зам командира батальона? Замечательно. Господин заместитель командира - мы в командировке от управления, и не вправе вам рассказывать о нашем деле. Ваши сотрудники подали нечёткие сигналы, которые мы не заметили, поэтому, скорее всего, вина за случившееся лежит на них. Оценив ситуацию на КП, я приказал достать удостоверения и когда выходил, продемонстрировал своё в открытом виде вашим сотрудникам, однако они не отреагировали и набросились на меня с автоматами. Я обучен реагировать на это адекватно. Так что ваши трое сотрудников получили лёгкие и средние телесные повреждения. Я тоже получил телесное повреждение - возможно средней тяжести, что может осложнить мою работу в ближайшее время. Ну что, будем отписываться, или разойдёмся, как в море корабли?
  - Разойдёмся - буркнул подполковник, искоса рассматривая загорелую гладкую ляжку Зари, торчавшую из элегантных шорт - если у вас претензий нет. Наши тоже накосячили, придурки чёртовы!
  - Нет никаких претензий - я понимаю, произошла ошибка. Мы не будем ничего указывать в рапорте. Кстати, не расскажете нам, что там за джип ловят, и какого чёрта все так всполошились?
  Подполковник помолчал и хмуро сказал:
  - Группа кавказцев, человек пять, совершила разбойное нападение на главу районной администрации. Убита жена главы, сам он ранен. Добить они не успели - милиционеры охраны открыли огонь - бандиты захватили в заложники девушку восемнадцати лет, дочь главы и засунув в джип, увезли в неизвестном направлении, расстреляв патрульные машины из автоматов. Вот и всё. Теперь план-перехват по всем дорогам - джип, предположительно, чёрного цвета, или какой-то тёмный, модель неизвестна - все говорят - большой и тонированный.
  - А как они могли захватить девушку - удивлённо спросила Лена подняв брови - они что, дома у него были?
  - Возле дома. Перекрыли движение, а когда глава высунулся из своей машины, открыли огонь. Мимо проезжали две патрульные машины вневедомственной охраны - если честно - не проезжали, а пили кофе, у ларька стояли и лясы точили - услышали стрельбу, надо отдать им должное - сразу подключились к делу и обстреляли бандитов. Те попрыгали в машину, прихватив девчонку, которая как раз выходила из дома, и свалили.
  - Непонятно, а зачем им девушка? - спросил я - они уже убили главу - по крайней мере так считали - а девушка-то им зачем? Выкуп они точно не получат. А с ней одна возня только...и ещё - а какой смысл главу этого валить? Какие дела у него с кавказцами?
  - Ходят слухи - подполковник понизил голос - что он с чеченцами ещё во время перестройки кружился, теперь стал не предпринимателем - типа у него нет бизнеса, а весь бизнес у родственников, перевёл на них видать - стал политиком, потом главой администрации заделался. Видимо, какие-то разборки у них были с чеченами. Но я вам ничего не говорил - хотите вон - поговорите с командиром группы ОМОНа, вы с ним, хе-хе, уже слегка познакомились. А мне пора. Без вас тут суеты хватает, вас ещё чёрт принёс - подполковник повернулся через плечо и пошёл к КП, а я отправился налаживать контакт с белобрысым парнем, с которым общался возле джипа - это и был командир группы ОМОНа.
  - Командир! Можно на пару слов?
  - Чего хотел? Ехали - и езжайте себе! Мне без залётных 'соседей' дел хватает! Жаловаться что ли будешь? Жалуйся! Мне насрать! И так в говне вечно! Вы-то вон, раскатываете, как, б....ь Джеймсы Бонды, а мне тут на земле, под пулями, чёрных ловить! Валили бы вы отсюда, а? Без вас тошно!
  - Извиниться хотел. Не сильно покалечил твоих?
  - Нормально - мужик тряхнул русой головой и протёр лицо руками - ладно, закрыли тему. Всё бывает. Все живы, почти здоровы. Так что вопрос закрыт. Осторожнее поезжайте, мы сейчас все машины процеживаем через сито, а они, скорее всего, отсиживаются где-то в лесу - неужели они такие идиоты, чтобы по трассе двигаться. Хотя...всё может быть.
  - А где тут заночевать можно? Мы хотели в кемпинге где-нибудь - неохота в город ехать, гостиницу искать.
  - Тут в километрах в двадцати по трассе, возле озера, есть неплохой кемпинг - и кормят хорошо. Хозяин русский. Так что там можете остановиться. Ну всё, удачи!
  Омоновец повернулся и вслед за подполковником ушёл в КП. Там горел свет, видно было, как кто-то ходит, громко разговаривает, в общем - шла обычная бурная деятельность.
  Лена посмотрела на меня и сказала:
  - Пойдём, переоденем тебя, вояка! Как это ты дал ему врезать себя прикладом, Тень? Он даже коснуться тебя не должен был, не то что синяк поставить!
  - Ну не убивать же мне было его! - огрызнулся я - всё-таки представители власти! Думал - разберутся, а они сразу в бой! Скажи спасибо, я их на месте не положил - сейчас бы замучились писать объяснения. Пошли - переоденусь да в мотель - уже смеркается, надо и отдохнуть, не пилить же всю ночь. А спать на сиденьях я категорически отказываюсь - хочу прижать тебя на чистых простынях...ну, относительно чистых!
  - Распутник! - Лена ткнула меня пальцем в грудь и с выражением гордой девственницы проследовала к джипу. Я посмотрел и улыбнулся - контраст нависшей тёмной зловещей глыбы наворочённого джипа и светлой девичьей фигурки был пикантным.
  Как и сказал командир группы ОМОНа, кемпинг стоял на дороге, в двадцати с небольшим километров дальше по трассе. Возле него, как обычно, кучковались три или четыре фуры с освещёнными огромными кабинами и занавесками на окнах, стояли несколько легковых автомашин с номерами разных регионов (на нашем джипе были московские номера) и тускло горели фонари на столбах.
  Был уже поздний вечер - лес вокруг, трасса, с пролетающими автомашинами, были темны, как будто облиты чернилами.
   Выйдя из машины, я потянулся, оглядел окрестности и пошёл договариваться насчёт ночлега.
  Двухэтажное кирпичное здание не представляло из себя ничего интересного - внизу кафе с деревянными столами и стульями из массива, вверху комнаты для постояльцев. На здании гордо висела вывеска MOTEL, видимо для местных иностранцев, массово заполонивших такие великолепные центры культуры как Мухосранск и деревня Бельдяжки.
  Молоденькая дежурная радостно продемонстрировала мне номер люкс, в котором была аж ванная и отдельный туалет, я удовлетворённо кивнул, бросил взгляд за окно, на освещённый тусклым светом фонаря наш джип, и бросился бежать по лестнице.
  Уже подбегая к джипу, я услышал глухие удары и булькающий хрип, как будто кто-то ударил топором по полной бутылке с колой - не рассуждая, сходу выбил у черноволосого кадра предмет, очень напоминающий стечкин и сломал ему шею.
  - С тобой нормально? - с тревогой спросил я у напарницы и повернул её лицо к свету - ты в крови!
  - Это их кровь. Видишь джип? Они с той стороны подъехали, с лесной дороги. Меня под прицел взяли и сказали выйти из машины. Я и вышла...
  - Хорошо вышла, правильно вышла! Я через стекло на втором этаже заметил мельтешение у машины, но не успел.
  - Нормально всё. Только умыться надо. Противно...
  - Знаешь что - давай сейчас положим их в их же джип и вернёмся на КП, сдадим мужикам - всё им меньше работы будет. Или не будем? Сейчас заставят отписываться, фигню всякую...зачем нам светиться?
  - Так-то оно так... - упс! Слушай, там же девчонка должна быть, где она? Пошли!
  Лена перешагнула через набросанные между машинами трупы в разной степени изломанности, заглянула внутрь джипа - это был круизёр, потом открыла багажник и сказала:
  - Иди сюда! Тут она!
  Я поспешил на зов, и увидел в свете фонаря девчонку, которая таращила на меня глаза. Её ноги и руки были связаны скотчем, рот тоже был заклеен скотчем так, что она могла только бессильно мычать.
  Девушка таращила глаза, дёргала руками и показывала всем телом - развяжите!
   Я протянул руку, чтобы сорвать скотч с лица, коснулся девушки, и замер, ошеломлённый наплывом страшной информации информации, затем убрал руку и остановил Зарю, пытавшуюся освободить девушку:
  - Не трогай её. Пусть полежит.
  - Почему? - Заря недоумённо посмотрела на меня.
  - Я знаю, кто навёл боевиков на её отца и мать.
  - И кто же?
  - Она. Она навела. Из-за неё убили мать и ранили отца. Правильно говорю, а, подруга?
  Девица испуганно сжалась в багажнике и попыталась от меня отползти.
  - У неё была связь с одним из чеченцев, типа любовь, а перед этим, отец, когда стал политиком, перевёл своё имущество на жену, а когда с женой начались сандалы на почве его гулянок и баб, перевёл всё имущество на неё.
  Она уже взрослая, паспорт есть, всё есть - ей хотелось наследства, она ведь единственная наследница папаши. Договорилась через любовника о заказе на папашу, передала информацию - где папашу подстрелить, как и что, вот боевики их и приняли.
   Чечены же, не будь дураками - отца и мать подстрелили, будучи уверенными, что наповал, а её втащили в машину, потребовав, чтобы она подписала им необходимые документы. Похоже, она была против, чтобы какой-то Арби или Гусейн поснимал бабки с её счетов, и возмутилась - после этого и оказалась в багажнике. Когда менты их обстреляли - похоже повредили что-то в машине - они отсиделись в лесу, дождались темноты и доползли до кемпинга, чтобы ожидать жирных лохов и заменить тачку - тем более, что она засвечена - да ещё и в дырках от пуль. Вот лохи им и попались. Мы.
  - Как додумался?
  - Озарение было! - пожал я плечами и посмотрел на Лену, подмигнув.
  - Хорошенькие у тебя озарения - протянула она, и посмотрела на лежащую девушку - что, крыса, так всё было? Отвечай сучонка, а то сейчас башку откручу, как этим уродам! - Лена рванула со рта лежащей скотч, и та плаксиво крикнула:
  - Они меня обманули! Они хотели всё забрать! А папаша сволочь такая, хотел своей сучке-любовнице всё отписать! Он с матерью разводился, и документы переделывал, хотел оставить меня ни с чем! Ибрагим, скотина, сказал, что меня любит, а сам им отдал! Вы всё равно не докажете ничего, уроды! Скоты, развяжите меня!
  - Люди уже поглядывают в нашу сторону, что будем делать? - Лена беспокойно посмотрела по сторонам.
  - Валить её надо. Тварь ещё та, а наказания точно не понесёт. Скажем - нашли мертвую в багажнике, со свёрнутой шеей. Она мать убила свою...ей нельзя жить. Мне самому, или ты?
  - Я. Иди, складывай жмуров в салон.
  Я отошёл от багажника и слышал за спиной истошный крик:
  - Не подходи сука, не подходи! ААА...!
  Крик резко оборвался хрустом позвонков...
  Подняв очередной труп, я забросил его в салон джипа, захлопнул дверь и сказал Заре:
  - Давай за руль нашего джипа, а я поведу этот гроб.
  - Куда ты его?
  - Сейчас отъедем немного по трассе, да спалим. Не тащить же его к КП - ну их к чёрту, и правда заставят отписываться...
  Двигатель чеченского джипа завёлся с трудом, хрипел, гремел - видимо менты его хорошенько зацепили, то-то бандиты полезли к нашему - небось обрадовались увидев такого динозавра, наворочённого, с лебёдками и лаптями.
  Ехал автомобиль чеченов дёргаясь, но всё-таки двигался и через минуту я уже разогнался километров до сорока в час.
   Кемпинг скрылся из вида, только луна висела над тёмным лесом, да редкие огни встречных автомашин выхватывали из темноты придорожные столбы.
   Припарковав джип, я подумал немного, пошёл к нашей машине, поковырялся в снаряжении и достал оттуда макаров.
  Отойдя в сторону, передёрнул и сделал несколько выстрелов по бензобаку автомашины. Конечно, никаких взрывов, никаких иллюминаций не было - это не киношный триллер, просто из бака струйками потёк бензин, собираясь под днищем в большую лужу
   Подойдя к джипу, заглянул, внутрь, включил зажигание и ткнул прикуриватель в его гнезде. Через короткое время он щёлкнул, выскочив, я отошёл от джипа и бросил раскалённый до вишнёвого сияния цилиндрик в лужу под машиной.
   Жахнул гулкий удар, и джип охватило яркое пламя полыхающего бензина.
   Я прыгнул в наш джип, стоящий чуть поодаль по ходу движения и кинул Заре:
  -Гони. Сейчас бак рванёт.
  Наш джип выскочил на дорогу, как по команде, сзади жахнуло и пламя поднялось выше крон деревьев. С бандой и крысой убившей свою мать было покончено.
  - В кемпинг будем возвращаться? - невозмутимо спросила Заря, небрежно поворачивая баранку руля и следя за дорогой.
  - Нет. Жми дальше - это не последний кемпинг на дороге, я думаю, да и вообще - подальше отсюда надо оказаться - нарисовались по-полной, нам это ни к чему.
  Мы ехали в ночи ещё около двух часов, сделав не менее двухсот пятидесяти километров и уйдя далеко от того места, где разобрались с негодяями.
  И я, и моя подруга молчали, думая о своём.
  Только раз я спросил её:
  - Может мне сесть за руль?
  - Нет, всё нормально, я днём отдохнула, сиди...
  И я не настаивал. Хотя, можно сказать, в нашей паре я был лидером, но прекрасно понимал, что Заря ничуть не уступает мне ни в подготовке, ни в уме, ну, может быть чуть послабее - чисто физически, а так - она превосходит множество мужчин по всем параметрам.
   Я знал, конечно, что нам давали специальные препараты, которые улучшали нашу память, соображалку, позволяли восстановиться физически после тяжелейших нагрузок, но был очень рад тому, что эти средства, хотя бы внешне, не превращали девушек в мужчин - это было бы мне очень досадно.
   От таких мыслей я усмехнулся и видимо хмыкнул вслух, потому что Заря спросила:
  - Чего ты? Что смешного?
  Я объяснил ей, и она без улыбки сказала:
  - Да, эти уроды нам сыпали в еду препараты, витамины - как они их называли. Я тоже знала. Ну а чего сделаешь? Ты же сам понимаешь, что без этих средств такую нагрузку мы бы не выдержали. Надеюсь, что они не шибко навредили нашим телам. Впрочем - а какая разница? Всё равно мы долго не проживём - пушечное мясо. Надо будет - спишут на-раз, зашлют куда-нибудь в безнадёгу, и сгинем под пулями или пытками. Впрочем, опять же - я уже давно должна была умереть, ещё в детстве, так что живу, считай, в долг. Вот ты, мне кажется, случайно сюда попал - из тебя так и лезут понятия о справедливости, о её восстановлении, о Правде, о помощи ближнему. Видать ты домашний мальчик, да, Колдун?
  Я помолчал - вообще-то у курсантов не принято делиться личной информаций, это даже специально оговаривалось инструкторами, но мы же уже вроде как и не курсанты? Или курсанты? Да что я их боюсь-то, этих уродов! Теперь - они пусть меня боятся!
  - Да. Я вырос в хорошей семье. Папа, мама...бабушка с дедушкой. Все порядочные, работящие. Я вот один получился такой поганец, влетел в такие неприятности.
  Заря покосилась на меня и грустно сказала:
  - Ты хороший. Ты сам не знаешь, какой ты хороший человек. А то, что попал в переплёт - а кто выбирает нашу судьбу? Если бы мы...
  Мы ещё помолчали, глядя на бегущую ленту дороги, потом Заря сказал уже деловито:
  - Давай-ка посмотри, что там у нас - городишки нет поблизости? Что-то и правда мне захотелось полежать на постели...ну и поспать, разумеется - покосилась она на мою ухмыляющуюся физиономию.
  - Нет, тут только какие-то деревни. Смотрим кемпинг наподобие этого, где мы были, да и приземляемся там. Достаточно уже отъехали, хватит. Отдыхать будем.
  Нам пришлось пролететь ещё километров сорок, пока вдали на трассе не показалось зарево от яркого освещения большой заправочной станции, рядом с которой стоял вполне приличный мотель, где нашлось место таким бродягам как мы.
  Машину загнали на стоянку, где стояли дальнобои - она была под охраной, за шлагбаумом, да и угнать джип было не так просто. Впрочем - нам было на это наплевать - угонят - другой дадут. Не пешком же мы будем тащиться на задание?
  В кафе нас покормили сонные официантки, выползшие откуда-то из недр здания - видимо спали в подсобке, мы не особо настаивали на разносолах и удовольствовались солянкой и бутербродами, ругая себя за то, что не запаслись продуктами в дорогу где-нибудь в приличном магазине, не хотелось возиться - мы и сорвались-то из города уже после обеда, в ночь.
  Номер оказался так себе, но мы были довольны - горячей воды сколько угодно, простыни белы и чистые, а тела наши гладкие, горячие и умелые..в общем, через минут двадцать сладострастной возни мы крепко спали, как младенцы.
  Так закончился первый день нашего путешествия на северо-восток.
  К месту назначения мы добрались уже вечером, около семи часов.
  Я поразился количеству нитей, которые целыми пучками вели в какую-то точку, к какому пункту, мне неизвестному - небо было просто запутано в этих тяжах. Я даже попросил Зарю сесть за руль - не мог как следует двигаться, перед глазами постоянно находились эти путаные жгуты. Наверное, как-то можно было отключать умение их видеть, но, увы, я не знал, как это сделать.
  Мы заняли вагончик-люкс - был тут и такой - умылись и стали думать, как нам быть дальше.
  Недолго посоветовавшись, решили - надо поспрошать руководство турбазы, что тут посмотреть, чтобы определиться с тем, на какой объект нам идти.
  Выйдя на крыльцо вагончика, я осмотрелся и поморщился - вокруг расстилался невероятно унылый, выжженный пейзаж, напоминающий заволжские Голодные степи - пожухлая трава, степи до горизонта, по которым ветер гнал перекати поле, тёмным шаром прыгающее по песчаным кочкам. Как тут жили люди? Как жили люди четыре тысячи назад, которые построили Аркаим и потом куда-то ушли отсюда, забрав все вещи и уничтожив свой город? И так ведь произошло со всеми городами-крепостями, которые располагались в 'Стране городов', похожими на этот город, называемый нами Аркаим. Вполне вероятно, что четыре-пять тысяч лет назад, как датируют возраст Аракима, климат здесь был совсем другой - лесов было больше, трав в степи, больше осадков, напаивающих землю благодатным дождём - но сейчас - это был суровый и жёсткий край земли. Представив, что тут делается зимой, в сорокоградусные морозы и при ураганном ветре - я поёжился и решительно спустился с крылечка.
  Мы прошлись по лагерю 'паломников' в Аркаим - тут были кучи народа со всей страны.
   Древний памятник археологии стал объектом бизнеса - предприимчивые люди наладили тут целую индустрию туризма, на радость местным жителям - хоть какая-то движуха в жизни этой забытой Богом дыры.
  В магазинчике продавали неизменную фигурку 'Человека, смотрящего в небо'.
  Пока мы ехали, злостная Заря разочаровала меня, рассказав, что к Аркаиму эта фигурка, ставшая эмблемой Аркаима, не имеет к нему никакого отношения - она вообще была найдена в Казахстане, рядом с городом Кустанай, трактористом Елисеевым, и долго подпирала двери его коровника.
  Впрочем - и без этой фигурки тут было очень много странного. Судя по всему - нити тянулись не к самому брошенному древними поселению, а к пологой горе рядом с ним.
   Вообще - место меня не впечатлило - жара, какие-то заполошные граждане, бегающие вокруг - некоторые из них имели странные глаза, глянув в которые, Заря безошибочно диагностировала:
  - Слушай, они под наркотой! Я читала, что тут полно всяких последователей Заратустры и каких-то самодеятельных шаманов и колдунов, раскрывающих сознание с помощью наркотиков. Не знаю чего они там раскрывают, но рожи у них как у нарков. Никаким особым народом тут и не пахнет - местные паразитируют на туристах, а туристы обдалбываются и лезут в городище. Слушай, если бы ты не сказал, что нити сходятся сюда, я бы решила, что это огромный такой пшик, и вся эта суета вокруг Аркаима есть не что иное, как способ отъёма денег у населения одним из законных методов.
  - Нет - нити точно идут сюда - вон на ту гору. Пойдём, спросим что за гора?
  - Я и так тебе скажу - и спрашивать не надо, это гора Шаманка. Там на вершине выложена какая-то спираль, по ней бродят желающие очиститься и бла-бла-бла...в общем место паломничества зороастрийцев и проходимцев. Я бы так и решила, если бы ты не сказал, что именно туда тянутся нити. Ну так что будем делать? Туда пойдём? Посмотрим, куда они деваются, эти хрени?
  - Давай переоденемся - хоть и жарко, но скоро смеркается и станет холодно - резко континентальный климат, тут ночью почти мороз.
  - А может утром? Нормально переночуем, а с утречка и потащимся на эту горку, а? Что-то меня не климатит переться туда на ночь глядя, когда в желудке одни бутерброды, и то - давно уже переваренные. Мы ели-то в последний раз когда? Ещё в обед. Да потом по паре бутербродов съели...может на завтра, а? Серёг, да ну её нахрен, эту Шаманку? Пойдём, переночуем, а завтра с утра потащимся. Ты на машине хочешь туда ехать?
  - Нет. Машину оставим, пешком - тут нельзя рассекать на машине по археологическим памятникам, как ни странно - я усмехнулся - там же надо пешком, просветляться и засветляться! Ладно, чёрт с ней - айда в вагончик. С утра попрёмся на эту горку...
  Так мы и сделали, к удовольстию Зари.
  Ну и моему удовольствию - ночь мы провели в вагончике, вполне даже с удовлетворением друг для друга . Вечером посидели в местной кафешке - этаком навесике, защищающем днём от лучшей солнца - поели вполне съедобной горячей еды, в магазинчике накупили воды на завтрашний поход и были совершенно готовы к тому, что увидим завтра. Так мы считали...
  Вставать рано мы не стали - какого чёрта тащиться спозаранок, как эти солнцепоклонники?
  В восемь утра мы сполоснулись в душевых кабинках, переоделись в камуфляжки и хорошие импортные ботинки - и то и другое было натовское, надели на голову шапки от солнца, взяли рюкзачки с водой и задержались только для того, чтобы позавтракать в кафешке с вполне приемлемыми ценами, да оплатить на три дня стоянку и вагончик. Вещи мы сложили в машину и заперли - ну не таскаться же с с пистолетами и ноутбуком по выжженной степи? Никакой опасности, кроме как натолкнуться на обдолбанного зороастрийца, я не заметил.
  Подумав - один комплект ключей от джипа я положил в дырку под крышей вагончика, а второй оставил в автомобиле.
  Дорога к горе заняла около часа - мы бодро шагали по степи, ещё не до конца раскалённой жгучим летним солнцем - было уже довольно жарковато, а я настоял, чтобы мы оделись в камуфляжки, на что Лена уже десять раз упрекнула меня - какого чёрта она не в лёгком и сексуальном костюме, а в этих рейнджерских хламидах?
  Я вяло отбивался, подшучивая над ней, заявив, что берегу её блондинистую кожу от ожогов, и вообще - белое тело в средние века считалось признаком принадлежности аристократии, а загорелое и здоровое - признаком плебеев. На что она отвечала, что готова выглядеть загорелой плебейкой, лишь бы не париться в этих чёртовых натовских обносках!
  К чести натовцев надо сказать, что костюмы их были удобными, не такими уж и жаркими, так что её стоны были больше следствием раздражения и недовольства этой унылой местностью.
  Чем ближе мы подходили к горе, тем напряженнее становился я, и тем молчаливее, моя подруга, чувствующая моё напряжение.
   Всё небо было в узлах нитей, как мне казалось, пульсирующих и уходящих куда-то в центр горы, в её вершину.
   Я описал всё это напарнице, она с тревогой посмотрела на меня и сказала:
  - Вот что - давай договоримся - держимся за руки - на всякий случай. Что-то у меня предчувствие какое-то не очень хорошее. Интуиция меня ещё не подводила - Серёга, не суйся без нужды ни в какие дырки, ладно?
  Я механически кивнул головой, почти не слыша её, и стал подниматься по склону. Рядом спускались и поднимались какие-то люди, я совершенно не обращал на них внимания, и наконец, мы добрались до верха...
  И сейчас я помню это зрелище - большое пульсирующее зеркало, или, скорее, шар, в котором отражались моё лицо, лицо моей подруги, люди вокруг, с тупыми лицами и закаченными глазами бродящие вокруг портала - что это портал в другой мир, я понял сразу.
   Все нити сливались в огромную трубу, шланг, около метра в диаметре и уходили в это портал, обрезаясь, как топором. Ошеломлённый я застыл и восхищённо сказал, сжав руку Лены:
  - Ты видишь? Нет - ты видишь? Это прекрасно!
  - Чего видишь?! - недоумённо спросила Лена. Вертя головой по сторонам - турбазу видно. А что ещё? Лабиринт - кто-то из зороастрийцев видать постарался, соорудил. Что видишь-то?
  - Его! Разве ты не видишь? - как заворожённый, я двинулся вперёд, шагая через выложенные камнями спирали, Лена тащилась сзади, ничего не понимая, но инстинктивно сдерживая меня, как якорь.
   Бесполезно, я пёр как трактор, и через минуту уже оказался у 'зеркала', протянул руку и коснулся зеркальной сферы...вспышка...искры...светлячки на чёрном бархатном поле...удар о землю и темнота.
  Из меня выбило воздух при ударе о дерево, и я скривился от боли. Рука всё так же сжимала руку моей подруги - она лежала рядом и ошеломленно смотрела вокруг:
  - Серёга, куда мы попали?! Это не Аркаим, не Шаманка! Гляди - деревья вокруг, и вообще - солнце садится, а мы на горе были утром! Серёга, что это?
  - Думаешь я знаю? Цела? Ничего не сломала себе? Ну слава богу. Раз так - потащились смотреть куда мы попали...эх, жаль фонарика нет - да кто знал-то, что так будет...
  И мы стали спускаться по склону. Нитей я не видел - возможно, они и были, но в темноте различить их было совершенно невозможно. Утром всё разузнаем. А пока надо было найти хоть какое-то пристанище...
  
  
  Глава 7
  Деревья тихо шелестели листьями под ночным ветром и я подумал: как хорошо, что не поддался на нападки Зари и не согласился, чтобы она шла в своём легкомысленном наряде - шортах и белой рубашке - сейчас бы задубела по-полной.
  Как будто услышав мои мысли, Лена пожала мне руку и я услышал в темноте её смешок:
  - Прав был, прав!
  - Ага - не без удовольствия отметил я - а ты чего, мысли читаешь, что ли? Скрывала такое умение?
  - Да по тебе прочитать твою эту мысль - как на дисплее - сопишь от удовольствия, аж в темноте светишься, видать, о чём ты думаешь. Слушай, давай версию - где мы и чего мы! У меня, если честно, ум за разум зашёл. Только что были на горе под жарким солнцем, и вот - ночной лес. Как это может быть, обоснуй!
  - А чего ты меня об этом спрашиваешь? Я не больше тебя знаю, где оказался!
  - Ну, с твоей лёгкой руки мы сюда нырнули - так что давай, выдай мысль на-гора, что, нет версий?
  - А легче будет, если я сейчас тебе наваяю версий по-полной, от инопланетных пришельцев до параллельных миров? Это что-то изменит?
  - В общем-то, нет.
  - Тогда давай не будет заниматься гаданием и поищем - где тут можно приземлиться на ночь. Спички-то у нас есть?
  - Ни черта нет. Кто мог подумать? И никто из нас не курит...
  - Кстати - ты заметила, что никто из курсантов не курит? Интересно - почему?
  - А что интересного? Я курила когда-то. - в учебке уничтожили тягу к курению - не забывай, мы же их имущество, их оружие, а от курения оружие портится. Так что - долой курение. А ты курил?
  - Нет. У нас никто в семье не курил.
  - Везёт же людям...и не верится, что такие семьи бывают. Моя мамаша пила, курила, как паровоз, жрала таблетки - всё, что по мозгам шибало. После того, как меня родила - пристрастилась к пьянке и курению. И за то спасибо ей - родила до того, как совсем опустилась. Ну да ладно - слушай - а тебе не кажется, что это тропа? Я ни черта ничего не вижу! Может у тебя увидеть получится?
  - Хрен там. Но действительно - вроде как тропа выбита в земле. В какую сторону по ней идти? Давай рассуждать логически - если рядом есть какое-то человеческое поселение - оно будет возле воды. Где вода? В низинах и долинах. Значит нужно идти туда, куда ведёт тропа - вниз. Пошли, держи меня за руку - паровозиком пойдём.
  - Паровозиком? - усмехнулась Заря - ну у тебя и ассоциации...пойдём, паровозиком. Я, когда с тобой говорю, как в другой мир попадаю...тьфу! И правда, попала! Я имела в виду - ты как из другого мира, благополучного, правильного. Где слова имеют совсем другое значение, чем в том мире, в котором росла я.
  - Хммм...а какое значение ещё может быть у выражения 'паровозиком'? - удивился я - тащу тебя за руку, как паровоз вагончик, и что?
  - Ничего. Давай оставим эту тему, ладно? - голос Зари был жёстким и расстроенным и я не стал углубляться в её прошлое...
  - Давай прикинем - в том направлении была речка - в нашем мире. Скорее всего - она есть и здесь, вот только тут она точно полноводнее - идёт не в степи, а в лесу. Возле реки должны быть поселения людей.
  - А ты думаешь, они нас примут с распростёртыми объятьями? - с усмешкой спросила Заря - что-то мне в это не верится...
  - И мне не верится - сознался я - но есть какие-то варианты, кроме как выйти к людям и всё у них узнать?
  - Нет, ты прав...кстати - а куда делся портал на горе? Заметь - с этой стороны никакого портала нет - пустое место. А нити ты видел?
  - Чего в такой темноте увидишь? Ааа! Чёрт! Чуть глаз не выколол - осторожнее, тут ветка над тропой!
  Девушка хихикнула:
   - До моего глаза не достанет - я ниже.
  - Да...вам, мышам, хорошо - залез в норку, и сиди себе спокойно! Тут...того и гляди глаза лишишься.
  - Сам ты мышь! - Заря хлопнула меня рукой по заду - шагай и смотри за ветками!
  Мы шли уже часа два, когда у реки увидели тёмную глыбу дома - именно не домов, а дома.
  Это была избушка, довольно большая, сложенная из толстых брёвен, чуть не в обхват толщиной. Окошки маленькие, непонятно - что вставлено - то ли кусочки мутного стекла, то ли пластик какой-то - в темноте неясно. Осмотрел - снаружи - частокол из вкопанных в землю кольев, между ними соединяющие плетёнки из высохших веток, на кольях - крынки. Нормальный пейзаж откуда-нибудь из глубинки... Хммм...если видеть его на старинной картинке, или на картинке, изображающей средние века.
  Калитка висит на верёвочных петлях - прислушался - собак вроде нет, шагнул за порог, направляясь к сеням дома, или как они там называются - в общем, это была пристройка к дому, предположительно в ней находится вход в дом, если я не ошибаюсь, конечно.
  Насчёт собак я ошибся! От угла дома к нам, с рыком, рванулась огромная тень, я только успел скомандовать Заре:
  - Прячься за меня! Тут волкодав!
  Она, не обращая внимания на мои слова, вышла вперёд, и вдруг - хрипящая от злобы массивная фигура зверя остановилась, как вкопанная у её ног.
  Девушка опустила руку на его огромную голову, угадываемую в сумраке ночи и сказала ласковым голосом:
  - Хороший, хороший...не надо нас жрать. Уйди! - она махнула рукой и эта собака Баскервилей затрусила в сторону, снова укрываясь в тени дома, как призрак ночи.
  - Здорово ты...а я уж приготовился с ним драться! Это та же самая штука, что и с людьми? Внушение?
  - Да. А чем отличается собака от людей? Только верностью...она не предаст. А воздействовать можно на них так же, как и на людей.
  - Ты бы могла дрессировщицей работать...типа - 'На арене великая дрессировщица хищных коров и атакующих кроликов - Ззззаррряяя!!'
  Заря хихикнула:
  - Ну ты и выдумщик! Атакующие кролики - это как? ЧЕМ они атакуют? Идём в дом, придумщик! Надеюсь, нам не попытаются выпустить кишки честные граждане - ведь бродят глубокой ночью только тати, как бы не встретили вилами...
  - Держись за мной всё-таки, ладно? Если что - я успею кинуть проклятие, выживу. А вот как тебя спасти если что...
  - Ладно. Только осторожнее всё равно...
  Лёгкими стелящимися шагами - как учили - я двинулся к дому. Только собрался подняться на крыльцо, как услышал голос из дома, сказавший что-то непонятное:
  - Арун тартагус аналда кум!
  Я остановился и прислушался, голос опять повторил, только уже нетерпеливо:
  - Арун тартагус, фанкум!
  Я решительно поднялся по ступенькам крыльца, толкнул дверь - она оказалась не закрытой и вошёл в тёмные сени.
  На улице и так-то было темно, а в сенях и вообще темень - я попытался присмотреться, раскрыл глаза пошире - и бац! - чуть не ослеп!
  Перед глазами вспыхнул огонь - белый шар, размером с апельсин, висел в воздухе над некой тёмной фигурой.
  Из-за режущего глаза света нельзя было рассмотреть того, кто стоял перед нами, и я прикрылся ладонью. Стоявший с 'нимбом' человек (или не человек?!) отчётливо усмехнулся, а Заря сзади ойкнула и сказала:
  - Слушай, у него как нимб над головой! Может бог какой-то?
  - Ну чего ты несёшь! Мне ещё тут религиозного экстаза не хватало! Приветствуем вас! Я Сергей, а это Лена! А вы кто?
  Существо опять отчётливо хмыкнуло, открыло дверь в дом и махнуло рукой - мол - заходите!
  Я дождался Лены, взял её за руку, и мы вместе перешагнули высокий порог избы. Оглядевшись, заметил: большой стол в огромной комнате, русская печь, скамьи у стола, в углу, вместо икон, какие-то статуэтки - вроде как богов или идолов каких-то - большего не успел заметить, хозяин - а это был именно хозяин, мужчина, повелительно указал на скамью и что-то сказал, видимо предлагая садиться.
  - Лен, ты видела - чего вместо икон стоит? - не удержался я - идолопоклонники, мать их за ногу! Это точно не Земля... Давай присядем, похоже он именно этого хочет.
  Мы с подругой уселись на скамью у стола, и стали рассматривать сидящего перед нами мужчину.
  Перед нами сидел старик, с длинной седой бородой, практически до пояса, его белые волосы были уложены прядь к пряди, и ровными волнами свисали до плеч. Глаза внимательные, глубокие, как синие озёра, а длинный нос торчал вызывающе и хищно, как у орла.
  Он тоже рассматривал нас - вначале меня, осмотрел - кивнул слегка, как будто подтвердил свои мысли, осмотрел Лену - насупил брови, потом поднял их вверх - как бы удивившись - видимо, признал в ней девушку. Она была одета так же как я, так что сразу, да ещё в темноте, не определишь, мужчина она или женщина.
  - Ангуста кранат ссассункритам бура? - мужчина явно что-то спросил меня, но я бессильно развёл руками:
  - Не понимаю!
  -Мужчина стал что-то говорит, отчётливо разделяя слова - нет, ничего похожего на те языки, что я изучал - не было. Впрочем - вроде как проскакивали слегка похожие слова то ли на фарси, то ли ещё на каком-то - я так и не понял.
  - Лен, ты хоть что-то поняла? Я лично - ничего не понял. Ничего знакомого.
  - И я не поняла. Не понимаем мы! - обратилась она к старику - я попробую на других языках с ним поговорить. Может он что-то поймёт...
  Лена начала говорить ему фразу: 'Вы говорите на этом языке?' - на всех языках, что мы изучали в учебке. А когда они кончились - ещё на сорока языках, таких, что я даже не слыхивал - какие-то щёлкающие и курлыкающие. Я не удержался и спросил:
  - Ты где столько языков выучила? Я просто балдею с тебя!
  - Это ещё до учебки...эксперименты ставили, после испытания препарата - сколько языков может вместить моя голова. Много, очень много. Я полиглот. Достаточно несколько сеансов, и язык ложится мне в голову, как родной - побочный эффект действия препарата.
  - Ну и что наполиглотила тут?
  - Да ни черта ничего. Видно, что дедок ни одного языка не понимает. А из того, что он говорил, часть была похожа на какой-то из индоевропейских языков. Кстати, глянь на него - типичный европеец - как друид какой-то. И зыркает, будто сейчас сожрёт нас! Дед, ну не понимаем мы тебя, и всё тут! - Заря сокрушённо развела руками - придумай чего-нибудь!
  Будто бы услышав её, старик поднялся, сказал несколько слов на непонятном языке и показал жестом - сидите, мол, тут. Он ушёл в заднюю комнату и вернулся через несколько минут, сияющий своим 'фонарём' как шахтёр, поставил на стол глиняный кувшин и стал сливать в него жидкость из принесённых с собой небольших баночек. Добавил туда какой-то сушёной травы, растолок в ступке камень чёрного цвета - тоже метнул туда, ещё что-то из банки - зашипевшее, как негашёная известь, капнул на стол - размазал пальцем - покачал головой с неодобрением и ещё подкинул чёрного камня, затем стал равномерно помешивать всю эту 'окрошку' деревянной палочкой, беззастенчиво нас разглядывая.
  - Слушай, чего это он такое делает? - всполошилась Лена - а вдруг заставит выпить эту гадость? Я не хочу пить неизвестные жидкости в неизвестном мире!
  - Может и заставит. Только пусть, вначале, сам отопьёт...если отопьёт - тоже будем пить, не выступай! Вдруг у них такой обычай тут - отпивать вот такой гадости! У нас же ставят всякую гадость за стол - принято её выпивать, а потом сильно болеть, вот и мы будем это делать.
  Лена фыркнула и тихонько засмеялась
   - Ну ты и сравнил! Да если эту гадость выпить - как минимум пронесёт, а как максимум...я даже боюсь подумать. Я лично не хочу бегать по сортирам и шумом пугать воробьёв! Если хочешь - сам пей, а я погляжу что будет. Должен же кто-то остаться боеспособным в нашей паре, пока ты будешь бегать и дристать!
  - Ээээ...хитрая, да? Ладно, спасу тебя от бесчестья! Если предложит - выпью. Но если всё нормально будет - выпьешь и ты, согласна?
  - Ладно. Не бойся - красные отряды отомстят за тебя! Я этого старикашку искореню, если с тобой что-то случится!
  Старик с усмешкой смотрел за нашими переговорами и как будто понимал, что с нами происходит.
  Прекратив помешивание, он разлил жидкость в три глиняных стаканчика, взял один, показал мне, приподняв в воздухе и с видимым удовольствием выпил, сделав потом так:
   - Аххх...ммммаааа!
  Затем взял второй стаканчик и протянул мне, кивнув головой - пей, мол!
  Я с опаской взял стакан, перекрестился - старик при этом удивлённо поднял брови и одним махом влил содержимое себе в рот.
  Проклятый старик! Меня чуть не выдрало - эта смесь имела сладковатый, как у лакрицы вкус ( а я с детства ненавижу лакричный корень!), пахла какими-то старыми носками и была горькая, как сто корок лимона и десять пачек таблеток от поноса, вместе взятых.
  Как я удержал жидкость во рту и сумел её проглотить - не знаю.
  Видимо, при этом я сильно покраснел, вытаращив глаза, потому что Заря с испугом смотрела на меня и спросила:
  - Что, так плохо?
  - Ещё хуже, чем выглядит! Гадость неимоверная!
  - Что, не по нраву тебе саликантал? - громыхнул у меня в голове голос, я оглянулся, разыскивая источник этого голоса и через секунду понял, что со мной говорит этот самый 'друид'.
  Злостный дедок начал смеяться, глядя на мой испуг, и добавил:
  - Откуда вы такие дикие? Ты что, никогда не видел действия саликантала?
  - Это мы-то дикие? Ты сидишь тут, в лесу, один-одинёшенек, и мы, понимаешь, дикие? - возмутился я - кстати, а как ты со мной разговариваешь? Я говорю на русском, и ты что, меня понимаешь? А чего прикидывался тогда, что не знаешь языка?! А мы тут изощрялись, на ста сорока языках с тобой пытались говорить!
  - А я и не знаю языка - посмотри, губы у меня шевелятся? Мы с тобой разговариваем мысленно - вернее я мысленно, а ты болтаешь языком, только твои слова и мысли повторяются, потому я тебя и слышу. Попробуй - скажи что-то без звуков изо рта.
  - Сергей, а что происходит? Как ты с ним говоришь? - настороженно спросила Лена
  - Жидкость вот эта мерзкая - после неё я разговариваю с ним мысленно. Выпей, тоже будешь в разговоре.
  Лена с отвращением взяла стаканчик, и как отвратительное лекарство ( по сути - каковым жидкость и являлась) - залпом вылила в рот, передёрнувшись и закашляв.
  - Нежные вы, как я погляжу - с усмешкой сказал старик - ну да ладно - теперь, давайте поговорим. Кто вы такие и что тут у меня делаете? И как вы смогли пройти мимо волколака?
  - Че-го? Какого волколака - вздрогнул я и вспомнил зелёные глаза 'собаки' во дворе.
  - Обычного волколака, какого ещё! - с интересом посмотрел на меня старик - с детства у меня живёт, я его ещё мальчиком взял. Говорил ему - спи дома, а он всё норовит под кустом залечь - что сказать - волчья кровь зовёт. А так - парнишка хороший, умный, ученик мой - далеко пойдёт, хороший будет лекарь. Всех чужих, кстати, отваживает просто на-раз - последний кто хотел залезть ко мне и пошариться у меня по закромам, лежит на заднем дворе - он у него вначале ногу оторвал, потом слегка объел - сколько раз ему говорил, что нельзя этого делать. Но он как в облике зверя, всё забывает. Ну что сказать - зверь есть зверь.
  - Вы так здорово по-нашему говорите! - восхитилась Заря - как так может быть? Как действует эта жидкость?
  - Саликантал-то? Дееействует... Последний порошок из чёрного камня извёл на вас - надо в город идти будет, покупать, а лавочник его не часто завозит, только по заказу. Штука мало востребованная - зачем крестьянам саликантал? Только вот таким отшельникам, как я. Вдруг ко мне в дом занесёт двух странных типов в непонятной одежде, хоть поговорить можно будет. А действует он три дня - в течение трёх дней выводится из организма через все дырки. Будете почаще теперь в туалет бегать, и по большому, и по маленькому.
  - Вот чёрт! Я так и знала! Говорила тебе, что с этой гадости мы обделаемся - и что? Вот и результат...
  - Не о том думай - туманно посоветовал я подруге - думай совсем о другом! Уважаемый а раз мы разговариваем мысленно. Это значит, что вы можете подслушать все мысли, которые у меня в голове?
  - Точно - ты откуда-то из лесу вышел - усмехнулся старик - саликантал не часто востребован, но вполне даже известен всем, кто хочет быстрее учиться или тем, кто служил в солдатах. Он усиливает работу мозга и ты можешь обмениваться мыслями с любым человеком в радиусе десяти метров. Только мысли он твои не подслушает, можно услышать только то, что направлено лично тебе. Я даже твою подругу не слышу, когда она говорит тебе, а если обращается ко мне - я слышу. Ты должен захотеть что-то мне передать, вот тогда и будет эффект. Можно до нескольких людей сразу держать в голове во время передачи, и они будут слышать всё, что ты говоришь. Что касается того, что я лихо говорю на вашем языке и использую ваши термины - так я не говорю на вашем языке, это ваш мозг преобразует мои мысли, облекает их в слова, пользуясь вашими терминами! А в нашем языке обозначения тех же понятий будет совсем другим. Теперь понял? Итак, кто вы, откуда, и как сумели пройти мимо волколака?
  - Мы с другой с Земли, из другого мира -решился я - меня звать Сергей, а это моя жена - Лена. Попали сюда через портал, где находимся - не знаем. Не мог бы ты рассказать, где мы и что это такое вокруг?
  - Расскажу. Но только если будешь вести себя честно и не будешь увиливать от вопросов - усмехнулся старик. Повторю ещё раз: как вы прошли мимо волколака?
  - Я ему приказала отойти, внушила доброе отношение к нам - вмешалась Лена (видимо старик проецировал разговор сразу и на неё) - я умею внушать людям то, что хочу.
  - Я так и думал - со вздохом сказал старик - а ты что умеешь, Сергей?
  - Много чего. Например - бросать проклятие (я изобразил картинкой, как я бросаю 'слизняка'). Старик нахмурился ещё больше:
  - Как это вы тут оказались, гауры? Необученные гауры...вот это да! И что с вами делать? По закону я должен заявить о вас власти, жрецам.
  - А кто такие гауры? Мы не знаем такого слова! - спросила Лена, недоумённо глядя на старика - мы не хотели ничего нарушать, просто провалились в портал, и всё.
  - Покажите мне этот портал, картинку дайте!
  Я сосредоточенно передал картину горы с сверкающим шаром старику и тот задумался минут на пять. Мы терпеливо ожидали, понимая, что только он нам может понять разобраться в ситуации. Наконец, он опять глубоко вздохнул, и сказал с сожалением:
  - Мдяяяя...вляпались вы. Что вас дёрнуло хвататься руками за этот шар? Что, вас родители не учили, что нельзя хвататься за всё, что видите? Теперь вы застряли тут, в этом мире, и похоже - навсегда.
  - Да что за мир-то? Может расскажешь нам о нём? - не выдержал я - а то кидаешь непонятные слова, да вздыхаешь! Смысл от такого рассказа какой?
  - Нетерпеливый ты - усмехнулся старик. Ладно, слушай: это Земля, но не та Земля, с которой ты пришёл. Согласно легендам, мы оказались тут, пройдя через портал. Откуда он, этот портал взялся - не спрашивай - не знаю. Легенды говорят, что с неба сверкнула молния, упала на гору и там образовался проход в другой мир - но я этому не верю, и есть причины.
   Порталов всего два - один ведёт сюда, другой - в ваш мир. Пройти через портал может только гаур - то есть - человек обладающий особыми способностями. Не все гауры способны преодолеть этот проход, только обладающие специальными способностями. Кто из вас коснулся шара?
  - Я коснулся. Мы шли за нитями, которые идут от 'слизняков' (картинка слизняков), хотели узнать, что это такое и зачем они, потом провалились сюда.
  - Слизняки? Хорошее определение этой гадости... Что они такое? Ну, представьте себе богатого человека, который хочет быть всегда здоровым и никогда не болеть и готов отдать за это большие деньги. Он приходит к гауру-жрецу и говорит, что хочет сделать пожертвование, в обмен за десять лет здоровой жизни - и рраз! - богатство у жреца, а здоровье у богача. Вот и всё. Через портал в ваш мир отправляется слизняк, как ты его называешь, он находит жертву, присасывается, и богатей получает здоровье того, кого сосёт этот паразит. Через вот эти самые нити и получает жизненную энергию.
  - Как это возможно - то, что слизняк сосёт энергию для чужого человека, а не для того, который его выпустил? - с недоверием спросил я
  - Учатся этому. Можно перекинуть поводок на любого человека, при достаточном умении. Тех, кто умеет пускать слизняков немного, и они все работают на жрецов. Как только ребёнок начинает выказывать какие-то способности, его забирают у родителей и отправляют к жрецам для обучения. Там они определяют - может он быть гауром, или нет, и обучают в нужном направлении. Я тоже гаур - но я лекарь, слизняков пускать не умею, и после того, как я отработал своё обучение, меня отпустили жить самостоятельно. Ну вот так. Кстати, меня звать Арданан.
  - Скажи, Арданан - почему слизняков пускают в наш мир? И неужели есть только два портала? И можно ли вообще эти порталы закрыть? Люди в нашем мире умирают от болезней, потому что слизняки высасывают из них жизнь! Ты не считаешь, что это несправедливо?
  - Считаю. И всегда был против этого. Это мерзкие вампиры, которые живут за счёт других людей. Но они ли первые? Все мы живём за счёт каких-то живых существ... Жрецам удобно так править людьми - они могут по своему разумению продлять годы жизни кому-нибудь, и уменьшать эти годы жизни. Ты думаешь, только в твоём мире лазят эти слизняки? Нееет...тут тоже хватает. Снимать их могут только жрецы, и прицеплять - только они. Никто не может противостоять их воле, иначе закончит жизнь очень плохо и быстро.
  - А зачем они к нам-то их отправляют? К нам в мир зачем суют - ну пускали бы на местных, и всё!
  - А зачем? Кто будет тогда кормить жрецов? Кто будет тут работать? Тут пускают слизняков только на преступников, на тех, кто противостоит воле Храма. А ваш мир - он чужой, он ни к чему - можно высасывать жизнь абсолютно безнаказанно. Каждый обученный жрец-гаур может выпустить неограниченное количество слизняков,, а если жертва умерла - перебросить поводок с себя на другого - каждый гаур обязательно подключен к какой-то жертве. На самого гаура чужие слизняки не присасываются и он может уничтожать чужих слизняков.
  - Ясно...а сколько их, гауров? Ну тех, кто может пускать слизняков?
  Старик задумался:
  - Не знаю. Несколько десятков. Да - несколько десятков. Он живут много лет, много сотен лет - но рождаются такие редко. В основном - такие как я - лекари, маги, ментаты - как твоя жена. В нашем мире это обычное явление, поэтому я и удивился, что ты так смотришь на мой светильник - каждый, даже слегка обученный гаур может его создать - простое колдовство, ну как лепёшку разорвать на части. Неужели у вас люди не умеют это делать?
  - Не умеют - усмехнулся я - только в сказках. Слушай, ты не мог бы рассказать нам, какова социальная структура этого мира - кто тут живёт, откуда тут в мире взялись люди, сколько их, каковы их верования, ну и так далее - всё про ваш мир? Кстати сказать - а почему ты вообще так легко нас встретил? И всё вот это рассказываешь мне? Разве у вас так легко встречают чужих? У нас бы вышли с оружием, или не вышли бы вообще, и уж точно бы не пустили в дом. Почему ты такой доверчивый?
  - Почему я доверчивый? Да не доверчивый я - если бы ты напал на меня, я бы успел защититься. Как? - старик усмехнулся - попозже как-нибудь продемонстрирую.
  Теперь о том, откуда взялись люди: легенды гласят, что раньше мы жили в другом мире, полном зла, на нас беспрерывно нападали соседи - дикие племена, от которых мы отбивались, как могли - строили мощные города-укрепления, делали много оружия, воевали.
  Однажды, много лет подряд, была страшная засуха, и кочевые племена с востока пришли на земли аров, на наши земли. Мы сопротивлялись, как могли, но жить стало невозможно - травы не было, реки и озёра высохли, скот пал, и тогда жрецы, гауры, сказали, что они уведут народ в лучший мир, мир, где сытно и хорошо. Народ аров привели к порталу и жрецы днями и ночами переводили людей через портал. Новый мир понравился людям - он был пуст - тут не было других племён - он как будто ждал нас. Это было много, много тысяч лет назад...с тех пор народ аров и живёт тут. Воевать особо не с кем, а если ты хорошо себя ведёшь и оказываешь услуги Храму - тебе дают здоровье и жизнь, если плохо - отнимают жизнь. А то, что мы превратились в паразитов, высасывающих жизнь из другого мира и друг из друга - да кого это волнует - если ты может прожить десятки и сотни лет здоровым, молодым. Как я уже говорил - портала два - один выбрасывает сюда, другой ведёт в твой мир. Жрецы охраняют дверь в твой мир и запрещают туда перемещаться. Я подозреваю, что они просто не умеют это делать...утеряли знание. Да и по поводу двух порталов - я думал над этим, и считаю, что это не два портала - это один портал! Только одно его отображение - одно в твоём мире, а другое - в главном Храме богов в городе Сантар.
  - Ну так всё-таки - не выдержал я - каково происхождение этого портала? Откуда он взялся?
  - Никто не знает. Есть две версии - одну я тебе уже сказал - с неба упала звезда, образовался портал. Вторая - какой-то из гауров, экспериментируя с заклинаниями, случайно его открыл и он до сих пор работает, но, возможно, только односторонне - в наш мир. Выйти из него уже нельзя. Так что, новые друзья мои, застряли вы тут, в нашем мире, навсегда. Спрашиваешь о социальной структуре?
   Во главе людей стоит Храм. Во главе храма - Верховный жрец. Ниже - совет жрецов из семи человек. Жрецами назначаются главы селений - они отчитывают перед ними и могут быть смещены, если не выполняют свои обязанности. Каждый из людей платит дань в Храм - сбором налогов занимается глава селения, у которого в подчинении есть помощники. Ещё - есть стража Храма, которая занимается утихомириванием конфликтов между селениями и поиском преступников. Несмотря на то, что наших врагов, от которых мы бежали, тут нет - селения воюют между собой, и частенько - лучшие пастбища, лучшие леса, лучшая вода - человек всегда недоволен тем, что есть, так что конфликты не редкость. Доходит до откровенной резни.
  За те тысячи лет, что мы прожили тут, люди сильно размножились - из десяти тысяч, что по преданиям ушли сюда, в мире насчитывается несколько миллионов человек. Было бы больше - но рождаемость у нас почему-то не очень высокая, впрочем, это компенсируется продолжительностью жизни тех, кто может позволить себе услуги гауров. Основной город - Аннаон, он находится в пятидесяти километрах отсюда. Вокруг него мелкие поселения. Ну что ещё вам рассказать? В общем-то, если не считать того, что нас стало не десять тысяч, а миллионы - для нас ничего не изменилось. Так же используем бронзу, как и раньше, так же живём, как и раньше. Нововведения не приветствуются жрецами. И даже запрещаются! Начни водить что-то новое - будут перемены, будут волнения, власть может уйти из рук, зачем это нужно? Жрецы над народом - народ живёт, умирает и снова рождается, а жрецы-гауры неизменны в веках. Некоторые из них прожили не менее тысячи лет - я так думаю. Конечно, тело изнашивается даже со слизнями, но не так быстро, как у обычного человека.
  - И что, никто не протестовал против власти жрецов - поинтересовался я - неужели все довольны тем, что прогресс остановлен, что нет нового, что мысль душится в зародыше?
  - Ну почему же - бывают бунты, таких было за пять тысяч лет несколько, только они ни к чему не привели - бунтовщиков казнили, их семьи были проданы в рабство.
  - Здесь и рабство есть? - не выдержала Лена - откуда рабы-то берутся, если нет других народов?
  - Ну как откуда - преступники-то всё равно есть, да и потомственные рабы есть, впрочем - раб имеет право выкупиться, всё зависит от хозяина. Это долго рассказывать, сами увидите. Только вот какие у вас планы? Что вы собираетесь делать? Вы представляете, что будете делать в ближайшем будущем, как будете жить?
  - Пока нет - признался я - как следует из твоих слов - я гаур. Моя жена тоже гаур, по своему. Как тут быть, как жить, я пока не знаю. Скажи ещё - тут деньги в этом мире есть?
  - Есть, конечно. Медные, серебряные, золотые. Иначе как бы собирались подати? Великий глава занимается сбором податей через своих глав. Как уже говорил - и он, и главы селений назначаются жрецами. На деле, обычно, так: жрецы назначают Великого главу, а он уже ставит глав помельче - фактически получается, что жрецы выбирают всех глав.
  Деньги? Единица денег называется сикль, шестьдесят сиклей - мина. Шестьдесят медных сиклей - один сикль серебра, шестьдесят сиклей серебряных - сикль золота. Один серебряный сикль стоит овца, десять золотых сиклей - обученный ремесленный раб. Ну и так далее. Поесть в харчевне стоит десять-двадцать медных сиклей, если без особых изысков. Стражник получает два золотых сикля в месяц. Меч стоит от двадцати золотых сиклей. Боевой топор пять золотых сиклей. Хороший дом в городе стоит двести золотых сиклей, или три мины двадцать сиклей. Такая избушка как у меня - двести серебряных сиклей.
  - А мир точно исследован? Действительно ли тут нет других людей? Ары путешествуют куда-нибудь, или нет?
  - Это огромный мир, до конца не исследованный. Всё, что за эти тысячи лет могли узнать люди, это то, что на том материке, где они живут, больше людей нет. Есть ли ещё где-то, есть ли вообще материки - никто не знает. В время моего обучения в храме, я читал в хрониках, записанное на медных табличках, что некогда большая группа - тысячи две людей, ушла в неизвестном направлении - по легендам, в сторону моря, больше их никто не видел - может они до сих пор где-то живут. Мне об этом неизвестно. Ходили слухи, что они перебрались на какой-то большой остров, или материк и там основали колонию, но, возможно, это просто слухи.
  - А на чём тут люди передвигаются?
  - Лошади, пешком. Повозки - как и везде, я думаю. А у вас разве не так?
  - Не так - я кинул старику картинки нашего мира, после чего он сидел, ошеломленный и молчал. Затем медленно и с расстановкой сказал:
  - Вот чего лишили нас наши жрецы! Таких чудес! Прогресс у нас запрещён, мы застыли на том уровне, на котором ушли в портал! Вот негодяи...
  - Чудес-то у вас побольше будет - не согласилась Лена - то, что для вас кажется обычным - жидкость вот эта для мысленного общения, фонарик над головой - для нас настоящее чудо! Скажите, а все тут так умеют?
  - Нет, конечно - усмехнулся старик - дело вот в чём: после того, как мы сюда попали, через какое-то время оказалось, что стоит взять определённое вещество, сказать над ним какие-то слова, и происходят некоторые действия - загорается шарик, или человек начинает говорить мыслеобразами. Никто не знает, почему это работает, и никто не знает, почему у некоторых это работает, а у остальных людей - нет. В вашем мире это вообще не работало, а тут - работает. За пять тысяч лет исследователи-гауры накопили огромный опыт, создали десятки и сотни заклинаний для всех случаев жизни, так что ничего удивительного. Так что... ну да ладно: а вы зачем вообще смотрели, куда уходят нити? Зачем вам это знание?
  Я подумал и решил для себя - не нужно посвящать старика в задумки спецслужб, или что-то подобное:
  - Я заинтересовался - откуда у меня взялись такие способности, что за нити вокруг, ну и решил проследить их направление. Только - ты уверен, что выход в наш мир один? Я видел нити идущие и в других направлениях, не только к этому порталу!
  - Хммм...ты меня удивил - я лично знаю только об одном портале. Может где-то есть ещё подобные порталы? Всё что я знаю - портал для передачи слизняков есть только в главном храме города.
  -Скажи, Арданан - есть ли какой-то способ перекрыть портал в наш мир? Чтобы слизни не перекачивали жизнь людей через него?
  Старик внимательно посмотрел на меня, слегка кивнул, как бы соглашаясь со своими мыслями, и ответил:
  - Вот почему вы здесь. Понятно. А костюмы ваши что-то вроде военной защитной формы, да? Не бойся, говори - я сам против этого вампиризма. С удовольствием поотрывал бы этим чёртовым жрецам головы - засиделись они в этом мире, опутали его паутиной, как здоровенные мерзкие пауки! Заставили нас засесть в древних веках! Ребята, можете на меня рассчитывать, не думайте, что я вас выдам. Когда я вас увидел в этой странной одежде, сразу подумал - это неспроста, откуда свалились эти существа? Вначале я подумал, что вы из того народа, что ушёл от нас много тысяч лет назад и исчез, но потом понял, что вы вообще не имеете никакого представления об этом мире. Тогда следующая версия, ещё более невероятная - вы прошли через портал, тем более, что по легендам - выход из портала находится где-то тут. Оказалось - так и есть. Завтра покажете, где вы выскочили в наш мир?
  - А думаешь, мы помним? - ответил я - вылетели в темноте, как из пращи, врезались в деревья...и всё. Дотащились до тебя. Потом на нас волк кинулся. Потом тебя увидали. Вот сидим, разговариваем. Вся информация что у нас есть. Одно мне непонятно - куда делись нити от слизней? Вот сейчас мы сидим, разговариваем - и только сейчас я заметил - нитей нет! Где они? Почему мы вылетели тут, а нити пропали?
  - В этом нет ничего удивительного - усмехнулся старик - нити выходят из портала в храме и расходятся по всему миру. А вас выкинуло потому, что материальные объекты портал передаёт только в определённое место. Но не спрашивай меня, как всё это настроено! Никто не знает - нынешние жрецы - тоже. Я пытался найти информацию в храмовой библиотеке - не смог. Может где-нибудь она и прикопана поглубже, где-нибудь в зарасниках библиотеки, во всяком случае - я лично найти её не сумел. Ладно, ребята. Может хватит разговоров? Давайте-ка устроимся на ночлег - а то девушка небось с ног падает от усталости, завтра опять поговорим, хорошо? Я рад, что вы свалились на меня - хоть какое-то развлечение, кроме гнойников и простуд местных крестьян. Я же зарабатываю лечением местных жителей, с тех пор, как ушёл из столицы. Занимаюсь исследованиями, любуюсь природой - много ли мне надо? Крыша над головой есть, еда есть, даже ученик есть - жизнь идёт!
  - Не решаюсь спросить, но очень уж любопытно - вмешалась Лена - ваш ученик, он и правда оборотень? Как это так может быть? Откуда он взялся?
  - Купил его. Он местный житель, из лесного племени. У них свойство есть - могут изменять своё тело, когда охотятся, или на войне. Когда мы появились в этом мире, местные попрятались.
  Вначале-то они хорошо приняли людей, а потом, когда жрецы стали приносить их в жертву - ушли в леса. Их немного - часть умерли в рабстве, часть погибли от болезней - видимо заразились от людей и их выкосило, как серпом, остальные ушли в леса и давно уже ничего от них не слышно. Гарсуг давно у меня, я его ещё щенком купил, из хорошей семьи, теперь живёт со мной, учится лекарскому делу - хоть и запрещено их обучать человеческим умениям, но мне скучно, да и помощник нужен, а тут всё равно никто не видит - далеко от глаз, вот и учу.
  - Ты же сказал, что тут не было людей, когда вы прибыли в этот мир? - спросил я настороженно, переглянувшись с Зарёй.
  - Да, не было. А волколаки и не люди - я же сказал, что людей не было. А они - жили в деревнях в лесу, металлами не пользовались, охотились только когтями и клыками - разве это люди? Хотя существуют голоса, что волколаки это такие же люди, только изменённые природой, но мнения разделились - одни говорят, что это животные, такие как лошади или овцы, только поумнее, другие склоняются к тому, что это такие же люди - в любом случае так и не пришли к конкретному выводу и всё остаётся на месте. Их обычно держат дома, как домашних животных, или же как охотничьих и сторожевых псов. Они очень верные, защищают хозяина до последней капли крови. Потому стоят дорого - в неволе они размножаются мало, а поймать нового щенка теперь нельзя - уже с сотню лет, как они исчезли в непроходимых лесах на севере.
  - Какая гадость! - сказала по-русски Лена - смотри-ка что делается! Это ещё похуже, чем то, что сделали переселенцы с индейцами!
  - Ну а что ты хотела - буркнул под нос я - у них рабство до сих пор существует. Дед вроде человек и прогрессивный, и не злой, а такое поведение людей кажется ему обычным и нормальным. Бронзовый век, однако! Как мы можем их судить, когда они так и застряли в своих древних веках? Он даже не понимает, что всё это выглядит вонько!
  - Арданан, а ты как сам думаешь, они люди, или нет? - осторожно спросил я старика - ты тоже считаешь, что они животные?
  - Хммм...вопрос интересный! Нет, я не считаю их животными, но и людьми тоже не считаю - это какой-то отдельный вид, не похожий ни на кого. В нашем народе принято считать, что они не люди, как овцы или собаки, и с этим ничего не поделать, как ни жаль. Меня многое не устраивает в нашей жизни, потому я и удалился в эти места, построил себе дом и живу, как хочу, без оглядки на власть и на социальные запреты и суеверия, хочу - и обучу волколака заниматься знахарством, и никто мне не укажет - могу я это делать или нет!
  - Значит, ты вроде как бунтарь - усмехнулся я - а если жрецы узнают о твоих проделках? Что будет?
  - А ничего - усмехнулся старик - я и тогда слыл человеком немного с придурью, а к старости совсем спятил - ну как может нормальный отказаться от хорошего дома в городе, от сладкой жизни жреца-гаура и уйти в лес? Иногда они присылают ко мне гонцов, предлагают вернуться - я же преподавал в школе гауров, заведовал преподаванием лекарского дела - но я всегда отказываюсь. Лечу крестьян - они приносят мне продуктов, есть у меня ещё кое-какие сбережения, на жизнь хватает, зато никто не нависает над плечом и не заглядывает в мои записи. Я занимаюсь тем, что хочу делать, я свободен! А они пусть там грызутся в долине как хотят! Ну что, пошли спать? Или вы что-нибудь поесть хотите? Попить?
  - У нас есть с собой еда, и попить есть что - не голодные. Кстати - усмехнулся я - хотите попробовать питьё из другого мира? Интересно, как вы на него отреагируете...
  - Ты чего делаешь? - всполошилась Лена - а если его с колы кондратий хватанёт? Они же на натуральных продуктах тут вскормлены!
  - Да ладно! - мы же пьём, и ничего с нами не делается - не отравится дед! А отравится - он же лекарь, в конце концов, вылечится.
  Я достал из рюкзачка литровые бутыли с кока-колой - заранее взял с собой, зная, по какой иссушающей жаре придётся идти - поставил перед сгорающим от любопытства стариком и сказал:
  - Попробуй! Это прохладительный напиток, кола называется. Гадость, конечно, но в нашем мире все его пьют, и не только его. Наливай, не стесняйся!
  Старик осторожно взял в руки бутыль, впился глазами в красную этикетку и стал вращать бутылку, рассматривая её со всех сторон, потом попытался открыть крышечку - не смог, хотя и пыхтел минуты три:
  - Не могу вскрыть этот сосуд! Как он открывается?
  Я взял бутылку, демонстративно свернул пробку, сломав контрольную полоску, выждал, стравив газы, чтобы кола не залила весь стол, стравив газ и открыв бутылку, поставил её на стол.
  Старик взял в руки пробку, бутылку, попробовал, как пробка пристраивается к бутылке, закрытил - открутил пробку, ещё раз разкрутил - открутил, ещё, ещё...потом с явным сожалением отложил пробку и налил тёмную жидкость в глиняный стаканчик. Отпил, поморщился и сказал:
  - Странный вкус...и сладкий, и кислый..рот дерёт, как старый квас. Много пить не буду, непривычен к таким вещам, но конструкция вашей пробки, самой бутыли - потрясающа! Бутыль как стеклянная, а такая прочная, тонкая, и гнётся! Это чудо!
  - Дарю - великодушно сказал я - на память. Потом добавил по русски:
  - Наш мир мы загадили, теперь и в этом бутылок накидали...
  Лена тихо хихикнула:
  - Точно. Эти бутылки вездесущи. А старик-то и правда рад подарку, глянь, как глаза горят! Создать плазменный светильник для него не чудо, а вот бутылка ПВХ - чудо офигенное! Чудны дела твои, Господи...кстати, о религии он так нам и не рассказал. И ещё - очень хотелось бы узнать положение женщин в их обществе...
  - Арданан, расскажи мне о вашей религии - что за божки там у тебя стоят в углу? Ты веришь в богов?
  - Как могу не верить, когда в каждом доме обязаны быть статуэтки богов, освящённые Храмом? - усмехнулся старик - если таких статуэток нет, то на владельца дома налагается штраф в десять золотых сиклей! И никого не волнует, есть у тебя деньги на статуи, или нет.
   Итак, религия: мир создал Ормазд, Светлый. Ему противостоит Ахриман, который стремиться разрушить всё светлое, что создал Ормазд. Чтобы Ормазд имел силу, надо возносить ему молитвы, приносить жертвы в храм, а жрецы уже молятся за нас - их, жрецов, Ормазд почему-то слышит лучше, особенно если к молитве прикладывается золотой сикль. Те из людей, что в этом мире хорошо себя вели - отправятся после смерти в гораздо лучший мир, где больше не будут трудиться и болеть, будут иметь все блага, он так и называется Лучший мир. Жрецы туда не очень торопятся, как я вам рассказывал - похоже им и тут неплохо, их Лучший мир тут. Есть и плохой мир - туда отправятся все преступники, плохие люди, особенно те, кто не почитает жрецов и не платит налоги. Вот это большая статуэтка и есть Ормазд, а статуэтки поменьше - его адепты, отвечающие за лес, воду, землю, скот. Кстати сказать - те две тысячи, которые ушли в неизвестном направлении, отделившись от основной массы людей, проповедовали ересь - наши жрецы утверждают, что Ормазд и Ахриман, это противоположности, враги, чуждые друг другу боги, а еретики считают, что Ормазд и Ахриман суть один и тот же бог, только наполовину белый, наполовину чёрный. Поэтому чуть не дошло до смертоубийственной войны - вовремя они ушли. Я всё это прочитал на медных пластинках в библиотеке храма, когда разыскивал упоминания о древних лекарственных препаратах. Углубляться в теологию не хочу, суть вы поняли, надеюсь.
  - Поняли - кивнул головой я - а вот такой вопрос - каково положение женщин в вашем обществе?
  - Очень интересный вопрос, и очень даже актуальный - усмехнулся старик - если бы твоя жена появилась в таком наряде в городе - её схватили бы, и как приверженку Ахримана отдали бы очистительному огню! Женщина предназначена для рождения и удовлетворения мужчины. Однако, она несёт и функцию по сохранению знаний! Так что тут сложное переплетение противоречий - с одной стороны, женщина не может владеть имуществом, кроме того, что надето на ней, с другой стороны - она родоначальница, производящая мужчине наследников! Некоторые женщины вообще держат мужчин под сандалией, несмотря на свою хрупкость и кажущуюся бесправность! У них есть свой храм, где они тоже служат Ормазду, этот храм подчиняется главному храму. В женском храме собираются все гауры-женщины, проходят обучение, затем, как и мужчины-гауры, занимаются тем, чему их обучили.
   А так - ну женщины и женщины, замуж выходят, рожают. Можно купить женщину-рабыню. Можно купить жену. Дети хозяина, считаются его детьми - свободными, даже если их родила рабыня, официальными наследниками. Женщина не может открыть свою лавку или самостоятельно открыть своё какое-то ремесленное дело - обязательно должен быть мужчина, владелец этого дела.
   Если формальности соблюдены - всем всё равно - мужчина пёк ту лепёшку, что они купили, или женщина, лишь бы было вкусно и дёшево. Ну вот, вроде и всё. Я ответил на ваш вопрос? Самое главное в нашем мире - знать, за что могут поджарить в медном быке, а то, пожалуй, и оглянуться не успеете, как превратитесь в жаркое.
  - Последний вопрос - какие металлы используют в вашем мире?
  - Хммм...медь, серебро, олово, золото - обычные металлы, как и были всегда.
  - А железо?
  - Железо плохой металл - портится, рассыпается от воды, мы его не используем, да и жрецы не поощряют эти исследования, как я уже говорил. Нет ничего лучше бронзы! Бронзовые мечи рубят мечи из железа! Чёрная бронза - лучший металл! Недаром меч стоит так дорого - в него добавляют драгоценные камни, найденные в горах на севере.
  - Бериллиевая бронза, скорее всего - по-русски прокомментировала Лена - у них нет технологии изготовления стали, а железные мечи из плохого металла против бериллиевой бронзы, конечно, не катят. А может ещё и магии как-то добавляют - чёрт их знает, тут же всё с ног на голову поставлено - кто бы мог подумать, что столкнёмся с настоящими волшебниками!
  А старик продолжал рассказывать:
  - На вооружении нашей стражи мощные луки с бронзовыми наконечниками, мечи, копья, боевые топоры, ножи, палицы - в общем - всё как обычно. Стражники обучаются владеть ими, когда приходят на службу, заключая контракт на пять лет.
  - А что тут с преступностью? Есть воры, убийцы, грабители?
  - А как им не быть? Конечно, есть. С ними борются, их казнят - но сколько на кол не сажай, на костре не поджаривай, всегда найдутся те, кто хочет поживиться за чужой счёт, так что в городе держите руку на кошельке с деньгами, иначе быстро его лишитесь.
  Города кишат воришками, а ночью пройти по улицам довольно опасно - могут ограбить, убить, или взять в рабство - продадут куда-нибудь на побережье, и доказывай потом, что ты свободный гражданин! Конечно, стража вроде как борется - но им не до тебя - надо с лавочника мзду поиметь, с проезжего торговца, а от обычных граждан одна суета и никакого прибытка.
  Ну всё, ребята, ещё поговорим - пошли, будем на ночлег устраиваться. Кровати у меня две, но обе узкие и для семейных не предназначены. Мы сейчас так сделаем: я постелю вам матрасы на полу, в этой комнате, а утром уже разберёмся, где вы будете спать в будущем. Наверное, вы догадываетесь, что прийти в город в таком виде, не зная языка, в этой одежде, это самоубийство? Притом - жить на что будете в городе? Нужно найти себе какое-нибудь дело для пропитания, подумать, где жить. У вас же даже медного сикля нет, так ведь? Так что - жить вам здесь столько времени, сколько я сочту необходимым для того, чтобы спокойно выпустить вас в мир. Да и заодно порасспрашиваю..хе хе хе....всё веселее мне тут будет! Хорошо, что вас вынесло ко мне, я очень, очень рад! Если бы вы попали в деревню крестьян - вас бы могли принять за разбойников, вот тогда бы вам не поздоровилось, это точно! Повезло вам.
  Старик достал откуда-то скрученные в толстые колбасы подстилки, гордо именуемые матрасами, расстелил в углу, поодаль от статуэток Ормазды и его замов, и кинул на подстилки два одеяла:
  - Ну всё, отправляйтесь спать, а я ещё посижу у себя немного, запишу кое-что, вы так меня разволновали - много информации, боюсь что-то забыть! - старик опустил занавесь между комнатами, и мы с Леной остались в темноте.
  - Ну что, ложимся? - предложил я - выспимся, потом будет думать, как и что.
  - Ты веришь этому старику? Не прибьёт нас ночью? - нервно усмехнулась Лена.
  - Почему-то верю, приличный старик. Да и вряд ли можно разговаривать мысленно и соврать...слова врут, мысли - нет.
  Мы не стали раздеваться, только сняли с себя армейские ботинки, да расстегнули пуговицы. Недолгое время молча лежали рядом, потом Лена стала тихо равномерно сопеть, повернулась ко мне и обняла меня рукой. Она уже крепко спала.
   Позавидовал её крепкой нервной организации - я-то никак не мог уснуть, столько навалилось впечатлений, столько информации...сейчас бы хряпнуть сто грамм, как говорят англичане - 'ночной колпак' - стопку бренди, да заснуть...
  Но сон всё не шёл и не шёл, в глазах проплывали картинки прошедшего, впечатления, мысли... Как мы тут будем существовать? Вернёмся ли в наш мир? Должны вернуться - решил для себя я - по крайней мере - на время. Раздать всем сестрам по серьгам - это ли не благородная задача? Наградить за заслуги Куратора, выдать Нобелевскую премию в челюсть Профессору, ну и кого достану...а там и видно будет, как жить. По крайней мере - тут они надо мной власти не имеют. Впрочем - тут свои Кураторы и профессора - как с ними дело пойдёт? Посмотрим...
  Через час я всё-таки начал засыпать, и скоро уже чутко спал, прислушиваясь сквозь сон к шагам лекаря и к крику ночных птиц за окном дома...
  
  Глава 8
   - Вставай, народ иноземный! Нас ждут важные дела! - голос старика загромыхал в голове и заставил меня вскинуться с лежбища, как атакованного касаткой тюленя.
  Ещё не поняв, в чём дело, я уж был готов разить неизвестного врага направо и налево, на разлепив свои слипшиеся от сна очи, увидел перед собой седого статного мужчину с длинной бородой и вспомнил всё.
  Неожиданно для самого себя, выпалил:
  - Слушай, Арданан, а для чего ты отрастил такую бороду? Она же все колючки и репьи собирает!
  - Ну не так уж и собирает - ухмыльнулся старик - зато сколько важности! Крестьяне с почтением смотрят - на тебя вот, кто посмотрит с почтением? Голая физиономия, как уличный воришка, никакого уважения, а вот я! - он огладил свою бороду - гляди, какое богатство!
  - А я думал ты как-нибудь колдуешь с этой бородой - может там волоски из неё дёргаешь при ворожбе, или ещё чего...не дёргаешь?
  - Не дёргаю! - рассмеялся лекарь - отстань от моей бороды! Жена проснулась? Идите умывайтесь, туалет на заднем дворе, умывание в речке - вперёд и побыстрее! Сейчас будем завтракать, да учить вас языку. Чтобы через полчаса были в доме!
  - Вот чёрт - почёсывая ногу, сказала Лена, когда мы вышли из дома и направлялись к 'удобствам' - из одной учебки в другую попали! Везёт нам, как утопленникам!
  Вода в речке оказалась прохладной, прозрачной, мы с удовольствием поплескались и поплавали в ней, я было нацелился прижать Лену за кустиком, чисто по привычке - она отбилась:
  - Успеем ещё! Там дедок сейчас будет возбухать - сказал через полчаса чтобы были, а мы тут уже минут сорок барахтаемся! А если ещё ты и аймёшься своим любимым делом - так плюс двадцать минут, не меньше!
  - Как будто это и не твоё любимое дело - усмехнулся я и ловко ущипнул её за сосок, после чего Лена ойкнула и врезала мне рукой по заду так, что остался красный отпечаток пятерни:
  - Не балуй, хулиган противный! Одевайся давай, а то на грех наводишь...
  Мы ещё посмеялись, потискались, но - и правда нужно было идти - успеем ещё намиловаться, главное - дело.
  Арданан сидел за столом, ехидно щурясь и постукивал пальцами руки по столу:
  - Что, никак не могли намиловаться, что ли? Ваш визг аж отсюда слыхать было! Давайте, быстренько ешьте, поговорим.
  На столе, в деревянных мисках, лежали нарезанные куски лепёшки, жёсткий солёный сыр, куски копчёного мяса и зелень - вроде как лук или черемша, что-то из этого.
  Лена достала из рюкзака несъеденные бутерброды - всё равно пропадут, куда их девать? Старик с интересом их разглядывать, пробовал, а мы больше налегали на местные продукты, оказавшиеся вполне приличными на вкус - уж тут-то нет генно-модифицированных гадостей и химикатов.
  Запили завтрак квасом, и уже заканчивали трапезу, когда скрипнуда дверь сзади и в неё высунулась обросшая бородой физиономия человека, ростом с Лену. Он был довольно крепок в кости, кряжист, а его зелёные глаза смотрели весело и шаловливо.
  - О! И наш Гарсуг появился! Набегался, за ночь, волчара эдакий!
  Арданан сказал несколько фраз на местном 'фарси', Гарсуг сказал что-то, обращаясь к нам, видно здороваясь, Арданан ему ответил - вероятно объясняя, что мы ничего не понимаем, он кивнул головой и уселся рядом с нами за стол.
  Есть он не стал, только налил себе квасу в большую кружку и выдул её в один приём, медленными глотками, наслаждаясь питием.
  - Всю ночь, похоже бегал! - усмехнулся Арданан - вон как запалился, не напьётся... И есть не хочет - пообедал похоже в ночном лесу. Ну да ладно, ещё успеете с ним познакомиться, теперь к делу! Программа такова: чтобы выжить вам нужно выглядеть как местные жители, говорить, как местные жители, иметь источник дохода и знать законы, по которым живут наши люди. Начнём с первого пункта: смотрите, как я одет!
  Старик встал и вышел на середину комнаты:
  - Обычная одежда местного не богатого, и не бедного - штаны из плотной ткани, рубаха навыпуск с ремешком, куртка - тут варианты - может быть кожаная, может суконная. Под штанами исподнее - тонкие полотняные штаны. На ногах - кожаные мягкие короткие сапоги, с полотняными тонкими портянками. Это наряд мужчины. Показать наряд женщины я не могу - его у меня нет. Впрочем - как и лишнего наряда мужчины - придётся идти в селение поблизости, покупать в лавке. Итак, наряд женщины состоит из: юбка до щиколотки, под ней короткая юбка из тонкой ткани, рубаха, заправленная в юбку, тонкий пояс, поверх куртка с рукавами до локтя. Кстати сказать - а чего у тебя такие волосы короткие? После болезни, что ли? Тут очень опасаются эпидемий, поэтому будут на тебя коситься. Надо волосы как-то спрятать будет - значит, нужна шапка. А так - наши женщины носят волосы покрытые тонкой плетёной сеткой, одевают браслеты и серьги, височные украшения. Теперь второй пункт: сейчас засядем за учёбу и будем изучать язык - и устно, и письменно! Вы не можете жить в городе, и не знать грамоты, будучи притом гаурами! Неграмотный гаур - это подозрительно и странно. Ну а об остальном потом поговорим, уже в процессе. Не забывайте - действие саликантала продлится ещё два дня, потом надо перерыв три дня, чтобы организм оправился, потом опять можно применять. За два дня вам нужно научиться говорить на нашем языке, усвоить основы письменности, так что не будем мешкать, прямо сейчас и приступим. Готовы? Отлично. Начинаем! Итак, первое слова - мать - звучит так 'мадарам', отец - 'бадар'...
  Несколько часов подряд, не вставая, мы твердили за Ардананом слова, которые он нам говорил.
  Я поразился - на самом деле, под воздействием напитка, мы не только могли обмениваться мыслями со стариком и друг с другом, но и ещё запоминали всё, что он нам преподавал молниеносно, достаточно было один раз услышать - и навсегда.
  Через три часа мой словарный запас расширился до нескольких десятков тысяч слов - старик диктовал их быстро, не останавливаясь, как машина для диктовки. Конечно, тут ещё имело значение то, что мы уже были подготовлены к принятию в мозг нового языка - тренировки в учебке не прошли даром.
  К вечеру мы уже знали знаки алфавита и могли складывать из них слова.
  Учёба была прервана скромным обедом, тоже всухомятину, чтобы не терять времени, да прерывалась на регулярные походы в туалет, как и предупреждал лекарь - организм бурно реагировал на 'умное' снадобье Арданана.
  Лена ругалась, что всё у нас как-то происходит через одно место - если в мозг что-то заходит, то обязательно что-то из нас должно выходить и это её сильно раздражает.
  Часам к шести вечера, мы уже спокойно изъяснялись на местном 'фарси', могли прочитать тексты, были вымотаны до последней степени и измучены головной болью.
   Наш наставник тоже выглядел не сильно бодро, так что объявил:
  - На сегодня хватит, а то ещё с ума сойдёте! Отдых! Завтра продолжим. Идите на речку, искупайтесь, поваляйтесь в травке, а мы тут с Гарсугом пока займёмся домашними делами. Гарсуг! Я сказал - ты остаёшься! - тихо добавил он, думая что мы его не слышим - ты, животное этакое невоспитанное - нечего подглядывать за голой женщиной! Я же знаю что ты утром в кустах лежал и подглядывал! Так бы и треснул тебя! Иди растолки мне в ступке...
  Мы с Леной как раз выходили из дома и сумели уловить его последние слова - она захихикала и сказала:
  - Вот! Видишь, а ты хотел утром заняться сексом на глазах у оборотня! А вдруг он в самый этот момент бы возбудился и напал на нас!
  - И чего? Думаешь мне бы помешал какой-то оборотень?! Да я бы даже не слезая с тебя его отлупил!
  - Хвастун! - засмеялась Лена - пошли, докажешь свои способности.
  Речка уже привычно приняла нас в свои объятия, мы кувыркались в воде, пока не замёрзли, а потом согрелись интенсивными движениями и объятиями на расстеленной одежде.
  Чуть позже, лёжа на моей груди, Лена задумчиво сказала:
  - Слушай, как хорошо, а? Я не знаю, что будет дальше, но сейчас мне так здорово, так спокойно и хорошо - я бы даже не стала возвращаться назад, в наш мир! Знаю - это глупо, и нельзя судить по тому, как мы прожили первый день тут, но мне здесь нравится.
  Потом она помолчала, и нерешительно сказала:
  - Я хочу тебе сознаться...
  - В чём? В том, что ты приставлена ко мне Куратором для наблюдения? И что специально направляла меня на исследование нитей и выявление моих сородичей? И что могла бы быть моим палачом? Так я это давно знаю, практически с самого начала.
  - Как ты догадался? - напряглась Заря - ты после этого будешь меня ненавидеть, да?
  - Глупенькая..как я тебя могу ненавидеть? Нет, конечно. Куда ты могла деться...а то, что догадался - так ясно было с самого начала. Они не могли выпустить меня из под контроля и приставили ко мне лучшего агента. А кто лучший из женщин в группе - ты, да Ласка. С Лаской мы разошлись, остаёшься ты - у меня с тобой всегда были очень хорошие отношение, дружеские, кто ещё мог лучше тебя залезть мне в душу? Ну вот так как-то...
  - И ты знал, и молчал? - Заря поднялась на локте и внимательно посмотрела мне в глаза - и что теперь?
  - А ничего! Трахну тебя, как злостного шпиона и тем косвенно надругаюсь над Куратором и его заданием!
  - Надругайся над его заданием, пожалуйста...только помедленнее, ладно? Не как атакующий кролик!
  И мы надругались. И не один раз.
  Возвращались мы в дом усталые, но довольные - старик хотел что-то сказать, глядя на наши довольные физиономии, но только ухмыльнулся и покачал головой:
  - Эх, молодость, молодость! Где она! Помнится, я тоже когда-то...хммм..ну да ладно, неинтересно. В общем так, друзья мои - с этого момента говорите только на языке аров, даже между собой - нужно, чтобы вы как можно полнее изучили язык.
  - У нас в мире это называется метод 'погружение' - усмехнувшись, прокомментировала Лена - мы в курсе насчёт него. Сделаем. А что насчёт одежды для меня и Сергея? И кстати - может нам имена как-то подогнать под местные, чтобы было похоже? Или может другие имена взять?
  - В этом есть смысл. Итак, подумаем...ага - Сергей будет....хммм...Сергатар, а ты...Лилин! Вот - прародительница всех женщин аров - Лилин! Сергатар и Лилин - замечательно!
  - Нам надо отработать версию нашего происхождения - вмешался я - первый же попавшийся стражник или жрец, спросит - откуда взялась эта парочка, и что мы скажем? Прибыли из другого мира, чтобы раздолбать ваши порталы? Как там у вас казнят? Медный бык. И поджаривают, да? Не хочу в быка! Давайте решать - откуда мы пришли, как получили умение гауров, что да как. Например - как у вас фиксируют рождение ребёнка, где это отмечают?
  - Как только рождается ребёнок, его несут в местный храм, где и записывают на медных табличках, хранимых вечно в библиотеке храма.
  - А если этому самому жрецу дать денег, чтобы он подменил табличку с записью? Пойдёт жрец на это?
  - Пойти-то пойдёт, но проверки такое деяние не выдержит никакой, притом, что он запомнит вашу внешность и может или шантажировать, или передать сведения куда-то, сделав вид, что выполнил ваши требования. Опять же - его могут заставить вспомнить ментаты - таких хватает у жрецов, серьёзной проверки он не выдержит.
  - Стоп! А вы забыли про меня? - вмешалась Лена - я же сама ментат, и я могу заставить его сделать всё, что он должен сделать!
  - Уверена? - не согласился Арданан - а если у него блок против ментатов - а жрецы нередко ставят блоки против ментального воздействия, их учат этому - он поймёт, что ты на него воздействуешь и тогда держись - это не просто скандалом пахнет, это святотатство! С тебя, с живой, сдерут кожу! Нет, только договариваться....
  - Ну а если попробовать? Я очень сильный ментат, заверяю вас, редко кто может мне сопротивляться. Хотите попробовать?
  - Ну, попробуй! - скептически улыбнулся Арданан и видно было, как он напрягся и приготовился отразить атаку Зари.
  Через минуту улыбка слетела с его лица и он бегал возле стола на четвереньках и блеял, как овца, под хихиканье злостной девушки.
  - Мдя... - отдуваясь и отряхивая запылившуюся бороду сказал Арданан - сильна, ничего не скажешь - я и минуты не продержался! Что же - есть шанс, что получится! Надо пробовать. Сделаем так: отправимся в селение Рунгурок, это в двадцати верстах отсюда вниз по реке, там есть храм, в котором записывают всех младенцев, родившихся в округе. Мы попросим его найти сведения о младенцах, родившихся двадцать лет назад - за вознаграждение, мол - хотим точно установить возраст кого-то из вас. А ты, Сергатар, вроде как мой племянник, хочу вот точнее установить когда твой день рождения. Конечно, ему неохота искать всю эту хрень, придётся дать ему золотой сикль - должны будете, проходимцы! Я бедный лекарь! - старик ухмыльнулся - кстати, там можно будет и позаниматься лечением, подзаработать. Вот и повод посетить Рунгурок. А пока что совершенствуйтесь в языке - поедем туда через неделю. Надо будет ещё одежду вам купить! Ох и загоните вы меня в расходы, чую! - старик весело подмигнул и добавил - честно скажу - нравитесь вы мне, аштаротовы прихвостни! Молодые, здоровые, любите друг друга - я же вижу - любите! Аж завидно! А самое главное - внесли разнообразие в мою жизнь - я тут в избушке уже мхом порос, скукота! Даже подумывал снова в город податься - а тут вы! Вовремя! Ага...вовремя - старик задумался и через его рот пролегла жёсткая складка...
  - Слушай, Арданан - не выдержал я - заметил такую вещь - ты не очень-то религиозен и скептически относишься к вашей религии, нет? Разве это не преступление у вас?
  - Преступление! - весело согласился Арданан - но я и не кричу на каждом перекрёстке, что не верю в Ормазду!
  - А ты не веришь в Ормазду?
  - Как тебе сказать...я верю, что кто-то нас создал, но что это был именно Ормазда - у меня сомнения. И чем больше жрецы пытаются меня уверить в том, что надо больше молиться и приносить жертву Ормазде, тем меньше мне это хочется делать. А у вас, разве не так в вашем мире?
  - Всё так - вздохнул я с сожалением - но вера всё равно нужно, не будет веры в светлого бога, пустоту заполнит вера в каких-то изуверских богов, а так будет ещё хуже. Проверено. Ну да ладно - оставим эти теологически-еретические дискуссии. Когда ты собираешься в ближайшее селение за одеждой?
  - Завтра утром. Вы сидите тут, а мы с Гарсугом туда отправимся. Вернёмся где-то к вечеру - будьте осторожнее с чужими, не все такие как я или вы, тут хватает охотников до чужого добра. Присматривайте за домом, далеко не отходите.
  - Арданан, покажи нам местные деньги, а? Хоть увидеть, как они выглядят! А то говорим-говорим о них, а ни разу не видали.
  Старик кивнул головой и ушёл в другую комнату, вернулся оттуда с маленьким мешочком, содержимое которого высыпал на стол. Перед нами лежала небольшая кучка - коричневые, серебристые и один золотой кругляшок. Я взял их в руки - ничего экстраординарного, монеты как монеты - прикинул - грамм восемь-десять каждый.
  - Вот это -медный сикль, это серебряный, это - золотой. Вот и всё.
  - А что тут выбито на монетах?
  - Храм. И надпись - читай сам, ты же теперь умеешь!
  Я с трудом разобрал потёртую надпись на кругляшке и прочитал:
  - 'О велик Ормазда в веках и храм его стоит вечно!' - ну ясно, Ормазда всех круче. А вот такой вопрос: каков уровень заработной платы? Сколько вообще платят? Если поесть в харчевне стоит десять-двадцать сиклей, то сколько тогда должен получать человек, чтобы как-то прожить в этом мире?
  - Вот слушай - задумался старик - как бы это тебе точнее рассказать...ну к примеру - погонщик быка получает за год шестьдесят серебряных сиклей. Это по пять серебряных сиклей в месяц, то есть - триста медных сиклей. В общем - особенно не разгуляешься. Но ведь он и не будет постоянно есть в харчевне! Притом - я назвал тебе цены в хорошей, дорогой харчевне, а он, скорее всего, отправится в дешёвую, где можно поесть на два-три медяка. Одежда стоит от одного до тридцати сиклей - поношенную можно купить дёшево, у старьёвщика, хорошая одежда уже стоит серебряный сикль и больше, но ведь можно и самому сшить, если взять штуку ткани - будет гораздо дешевле. Стражник получает два-пять золотых сиклей в месяц - старый, обученный, с выслугой лет - каждую неделю по сиклю, и один - в конце месяца на обмундирование и питание. Итого - шестьдесят золотых сиклей в год. Кроме того - он имеет с тех, чьи дела улаживает - с торговцев, с воришек, которых поймал, с потерпевших, которым вернул кошелёк, отобранный у воришки - своя система. Сколько имеют жрецы? Не знаю. Я, когда преподавал в школе гауров, получал десять золотых сиклей в месяц. Меня ценили в школе - Арданан усмехнулся и подмигнул - только я всё равно ушёл. Надоели их рожи. Да и мешали они мне заниматься исследованиями. Лезли всё время, нос совали... Теперь я получаю мало - в основном продуктами, кто что может дать - фактически живу на сбережения. Часть сбережений храню у известного менялы в Аннаоне, часть дома - да много ли мне надо? Нам с Гарсугом еды, да снадобий для опытов, посуду ещё - если побьётся в результате исследований. Вот так вот...в общем-то лекарское дело довольно выгодное, да, но чтобы заниматься им на самом высшем уровне, пуская, как ты называешь их - 'слизняки' - на самом деле они называются 'амгуры', надо умение, которого у меня нет. А так - выбросить амгура и набросить поводок на того, кто желает быть здоровым, стоит от сто золотых сиклей! Выгодное дело! Только заниматься этим без ведома Храма нельзя. Слышал я, что вроде бы есть подпольные гауры-амгурщики, но возможно это только слухи, так как такая деятельность строго отслеживается и карается. Учтите это - никому не говорите, что Сергатар умеет пускать амгуров!
  - Как получить доступ к храмовой библиотеке? - озвучил я вопрос, который вертелся у меня на языке с самого начала разговора - можно ли прийти и сказать - хочу полазить в вашей библиотеке? Если я не узнаю природу порталов, не узнаю - как их уничтожить. И вообще - я бы хотел знать, что такое амгуры, что такое нити, ведущие от них, хотел бы научиться вашим умениям - тот же фонарик, что ты создавал - как мне научиться его делать? Могу ли я научиться готовить какие- снадобья? Ты можешь мне преподать какой-нибудь курс по умениям гауров, ну хоть минимальный?
  Арданан положил руки на стол, забарабанил пальцами по тяжёлой крышке и задумчиво сказал:
  - Ты хоть понимаешь, какой объём информации тебе придётся вместить в голову? Я не смогу это сделать без саликантала, а его частое применение не очень-то полезно для организма, как я уже говорил - между приёмами снадобья должно проходить не менее трёх дней, до есть - принял, три дня он работает. Потом три дня организм отдыхает, и снова приём. Так до десяти раз. После этого перерыв минимум месяц. Побочные явления - головные боли, понос, увеличение аппетита...хммм...повышенная сексуальная активность. Насчёт последнего - я за тебя не волнуюсь, но вот остальное...
  - Кстати сказать, а чего это про меня-то забыли! - напомнила о себе моя подруга - я тоже хочу пройти курс обучения! Вы так говорите, как будто мне всё это не интересно, и меня тут нет! Я тоже хочу получить знания! Серёга, ты чего молчишь-то?
  - Да я чо, да я ничо - усмехнулся я - в общем-то я и тебя имел в виду, не только себя! Как там сказано? Муж и жена - один Ахриман?
  - Где это так сказано?! - поразился старик - хммм...что-то в этом есть! Некоторые жёны точно адепты Ахримана...впрочем и мужья не мёд. Ладно - мне всё равно, одного обучать, или двоих, загвоздка в том, что я могу обучать вас в полной мере только тому, чем занимаюсь сам, и что является моим умением, как гаура - это лечение.
  - Не даёт покоя любопытство - Арданан - ты мне сказал, когда мы только пришли, что ты не беззащитен. Я так и не понял - как бы ты смог защититься от агрессоров - ну не считая волколака...кстати, а куда он девался? За нашими разговорами и учёбой я и не заметил. Куда он исчез.
  - Я его на охоту отправил - пусть нам косулю поймает - ему в этом равных нет. Хочу мяса жареного, надоело сыр есть, давно за продуктами в селение не ходили, подъели запасы. Ладно, пошли, посмотришь! - старик легко поднялся и тихими плавными шагами вышел из комнаты, прошёл по коридору сенец и вышел наружу.
  - Ну где вы там? Давайте сюда, быстрее!
  Мы с Леной, переглянувшись, вышли из дома и встали за спиной старика.
  - Глядите сюда - помните, ночной 'фонарик'? Смотрите!
  Арданан негромко сказал какую-то напевную фразу - я постарался запомнить произношение звуков, делая правой рукой сложный жест и над его головой загорелся знакомая белая сфера. Она вертелась и переливалась в свете солнца (или это было не Солнце?! - я так пока и не понял этого...) Даже в лучах светила смотреть на неё было трудно - так она была ярка. Кроме того - в этом шаре как происходили какие-то процессы - она переливалась. В ней то возникали мутные плёнки, то, вдруг, сфера становилась зеркальной, и тогда в ней отражалась моя искажённая фигура, и фигура стоящей рядом Лены с расширенными от любопытства и удивления глазами.
  - Ну как, интересно, да? - старик хитро подмигнул - это ещё не интересно - интересно будет дальше. Видите, вот тот пень? Да, да - за поленницей, тот, что с побегами - глядите на него!
  Старик махнул рукой, как бы направляя, выкрикнул странную, модулируемую голосом кроткую фразу-слово, и вдруг шарик с его головы метнулся вперёд, как ударенный ракеткой чемпиона, и указанный Ардананом пень разлетелся с грохотом и вспышкой пламени. Зачадили куски разбросанного дерева, возле поленницы занялся сухой куст бурьяна и старик заполошно ойкнув кинулся затаптывать разгорающееся пламя.
  Откуда-то взялся неслышно подошедший Гарсуг и ехидно сказал:
  - Хозяин опять развлекался с заклинаниями! Когда-нибудь он разнесёт и дом, и окрестности вокруг!
  - А для чего я в глушь забрался? - парировал Арданан - тут всё равно никого нет! Видали, ребята? Моё изобретение! Этого заклинания никто не знает - я изобрёл! Хотите попробовать? Кстати - вот и поймём - можете вы колдовать как следует, или нет! Итак, смотрите, зажигаем фонарь - это практически все гауры умеют. Слушайте, и следите за рукой! Это называется Знак огня!
  Старик нараспев сказал слово-фразу и одновременно повёл в воздухе право рукой. Сделав что-то вроде скрипичного ключа. Зажёгся фонарик и снова засиял над его головой.
  - Теперь вы пробуйте, по очереди - вначале Сергатар, чтобы не помешать друг другу. Ну, не бойся, давай! Ты же сейчас под саликанталом, должен запомнить всё, что видел с первого раза! Начали!
  Я сосредоточился и передо мной встала яркая картинка Арданана, совершающего колодвство - нараспев сказал заклинание, сделал Знак огня - упс! - поднял глаза - надо мной висела и вращалась сфера, размером с детскую голову.
  - Молодец! Только слишком большую сделал, большие сферы недостаточно устойчивы, долго не держатся - самый лучший размер тот, который был у моей сферы. Теперь попробуй её метнуть - вон та сосна, в пятидесяти шагах - попробуй метнуть в неё!
  Опять сосредоточившись и вспоминая, я резко вытянул руку в направлении сосны, как бы указывая на цель, и выкрикнул слово-фразу, которую слышал от старика! Вспышка, грохот - сосна сломалась пополам. Я оглянулся - в ушах звенело, Лена что-то говорила мне, но доходило, как сквозь толстую подушку. Потом звук стал проявляться, и я услышал, что говорят окружающие. Говорить они особенно ничего такого уж умного не говорили, Лена ругалась матом по-русски, Гарсуг ржал, приговаривая: 'Славно, славно бабахнуло!', а Арданан чего-то мне говорил о том, что модуляцию голосом надо было делать пониже, потому как...ну и так далее.
  Наконец, эхо взрыва исчезло, все успокоились, и пришёл черёд Лены создать своё светящийся шар. Она сказала Слово, начертила Знак...и ничего не случилось. Ещё попробовала - и ничего. Она расстроилась до слёз и чуть не плакала. Старик развёл руками:
  - Ну что же, не всё сразу! У гауров-женщин своё колдовство, их учат по своему, может я что-то и упустил...
  - Знаете что - вмешался я - ты говорил, про модуляцию голосом, так вот - голос-то у неё выше, чем у нас! Лена, попробуй произнести заклинание с тем тембром, с каким произносили его мы, давай! Мужским, в общем, голосом!
  Она безнадёжно пожала плечами. Уже ни на что не надеясь, сказала Слово, стараясь снизить тембр голоса, секунда, и над её головой повис маленький шарик, с ноготь большого мальца мужчины, махонький, но всё-таки повис! Счастливая Лена любовно посмотрела на свой сияющий шарик и ласково сказала:
  - Какой он красивый! Кстати, а как его убрать, если не надо его метнуть в какую-нибудь цель?
  - Смотрите сюда: это Знак Замыкания. Он отменяет те заклинания, что вы сделали за последнее время - в радиусе пяти метров исчезнут все созданные вами магические объекты. Но только вами. Все объекты настроены на ауру владельца объекта и вы не можете на них воздействовать этим Знаком. Чтобы развеять чужие воплощения. Нужен другой Знак: Знак развоплощения, смотрите - старик повёл в воздухе рукой, сказал какое-то Слово и в воздухе как будто запахло озоном, а шарик над головой Лены исчез.
  - Видели? Её шар исчез. Но хочу предупредить - это заклинание сработает только если ваш соперник, или как бы это лучше его назвать - в общем, объект вашего нападения - ниже вас по уровню магии. Как определить - выше или ниже по уровню магии ваш противник? А никак! Пока не ввяжетесь - не узнаете. Потому гауры очень осторожно относятся к магическим поединкам и очень редко в них вступают - а вдруг противник сильнее, а вдруг он знает какое-то тайное заклинание, а вдруг он сумеет отбить удар неизвестным щитом, вдруг....в общем - пожить ещё хочется, не лучше ли просто договориться? Так что, на честные магические поединки с гаурами и рассчитывать нечего - пальнут из-за куста - и всё. Конечно, такого мощного заклинания у них пока нет - я не давал им, но вот такое у них есть, это была основа для моих исследований - старик создал фонарь над головой и сказал - запоминайте!
  Затем он выпалил Слово, и сфера, сорвавшись со своего места у него над головой, с шипением ударила в ствол сосны в двадцати метрах от нас, проделав в ней чёрную выжженную дырку - что-то вроде небольшого дупла.
  - У этого заклинания есть один большой недостаток - если человек ловкий и обученный боевым искусствам, он запросто может уклониться от не очень быстро летящего шара, и тот улетит по заданному направлению, мимо цели. Моё заклинание даёт другой эффект - как бы объект не уклонялся, шар разрывается вблизи него и разрушается всё, что оказывается в поле действия взрыва. Если он не попал в объект, конечно, разрушения чуть меньше, но эффект всё равно потрясающий. Теперь понимаете, что для испытания этого заклинания, я должен был находиться в безлюдном месте? Впрочем, были и другие причины...
  - Понимаем - хмыкнул я - одно не понимаем - зачем это лекарю? Вместо того, чтобы лечить людей вы придумываете заклинания, которые их убивают! Зачем?
  - Хммм...интересный вопрос! Старик задумался и смущённо сознался - может от скуки? Не удовлетворит такое объяснение? А может от бунтарства? Вот захочу и сделаю такую штуку, что весь мир перекорёжит! Честно говоря - меня интересовал только сам принцип - могу я изменить, или нет. Оказалось - могу! Надо лишь добавить две буквы и сделать голосом определённую модуляцию...и в Знак добавить одно лишнее движение - и вместо обычного выстрела - разрушительное заклинание взрыва! Нет, вы не думайте - я тут не только этим занимался! Я нашёл два заклинания сращивания костей, они в два раза быстрее их сращивают, чем обычно лекарское заклинание, составил мазь из пяти трав - обработанная специальным заклинанием, она обеззараживает раны и залечивает их за минуты, вместо дней и недель - я тут хорошо поработал! И Гарсуг мне помогал - он молодец - вынюхивает в лесу травы и приносит мне. А ещё охотник замечательный! Кстати, Гарсуг, ты там косулю-то не сожрал? Что-то у тебя морда лоснится, да в крови весь!
  - Нет - ухмыльнулся Гарсуг - я только выпотрошил и съел печень и сердце, пока тёплые! Вкусные!
  Я, невольно отвёл глаза от морды...хммм..лица волколака - оно было заросшее шерстью, только не так, как у людей бородой - нет, он был заросшим именно шерстью, мягкой и плотной, как у собак или волков, однако, при этом, парень выглядел вполне человеческим, только немного меньше ростом чем взрослый мужчина - с Лену, примерно - однако раза в два шире её, с огромными мощными руками, с узловатыми ногами, оканчивающимися острыми когтями, врезавшимися в землю - что-то вроде медвежьей лапы. Вместо обычной одежды на нём было что-то вроде набедренной повязки, закрывающей тело от пояса до колен, и не скрывающей мощных, витых как верёвки мышц по всему телу. Видно было, что волколак очень, очень силён.
  Подумалось, при взгляде на него - а смог бы я с ним справиться тогда, ночью? Голыми руками? При взгляде на его волосатый мускулистый торс меня всё больше мучили сомнения - худо бы мне пришлось, если бы не умение Зари...
  - Тащи тушу к воде и разделай как следует - сейчас жареного мяса поедим, а то на постной пище скоро ноги таскать не будем - приказал Арданан и отправился в дом - пошли, ребята, он сам справится - никто лучше его с мясом управляться не может. А мы пока поговорим о дальнейшем...
  Мы сели за стол в горнице, старик уселся во главе стола, и начал:
  - Ещё раз - какие у вас планы, что вы собираетесь делать в этом мире? Ведь вы спокойно сидеть сложа руки не будете, уверен, а я не хочу попасть с вами в неприятности - хоть и не так много мне осталось жить, но всё-таки моя жизнь мне дорога. Итак, Сергатар, рассказывай - как хочешь втравить меня в неприятности? Только без утайки, ладно? Кто вы и что вы?
  - Хорошо - начал я рассказ - я не могу тебя обманывать - ты нас принял, как родных, мы тебе обязаны информацией, помощью, и не вправе навлекать на тебя беду. Итак: да, мы агенты специальной службы, что-то вроде тайной стражи, нас готовили для специальных заданий - основное из которых убивать людей, которые совершили преступления - с точки зрения наших руководителей. Мы не добровольно согласились на это дело - нас заставили, разными способами, основным из которых является то, что мы всегда были на контроле - у нас в спине находится..хммм...как бы это назвать - магический предмет, и если наши хозяева увидели бы, что мы выходим из под контроля - нас бы сразу убили активировав эту штуку. Фактически мы были рабами, да, рабами - которым давали много благ, но не позволяли отклониться от воли хозяина ни на пядь. Наша задача: вначале выжить, изъять из спины эту гадость, приспособиться к местной жизни, получить знания об этом мире, попробовать вернуться, чтобы отомстить своим бывшим хозяевам, а в дальнейшем, как особая задача - попробовать остановить засылку слизняков в наш мир. У меня есть основания полагать, что мой отец умер вот из-за такого слизняка. Если ты ещё поможешь нам, больше, чем ты уже помог - мы скажем тебе огромное спасибо и будем благодарны до конца жизни, если не поможешь - спокойно уйдём, так же благодарные за ту помощь, что ты нам уже оказал. В общем-то и всё.
  - А твоя подруга и правда тебе жена? - вдруг спросил старик.
  - Нет, конечно. Мы вместе обучались в школе убийц, она такая же убийца, как и я. Нас в паре послали искать подобных мне - видимо тайная стража решила прибрать к руках таких, как я, а мы воспользовались случаем, чтобы удрать. По официальным документам нас сделали мужем и женой - а мы и не возражали...
  Лена усмехнулась и добавила:
  - Совсем не возражали. Хотя меня к нему прикрепили, чтобы я за ним следила и в случае чего, продублировала безопасность - вдруг начнёт бунтовать - убить его. Только мне тоже эти самые хозяева ненавистны, поэтому мы и вместе. Ну и...мы правда полюбили друг друга.
  - Какая трогательная история! - усмехнулся Арданан - вот только если кто-то узнает, что я вас подготовил - мне конец. Я обязан сдать вас тайной страже - думаете, только у вас тайная стража? Ну вряд ли вы такие наивняки... И вряд ли вы поверили, что я забрался в глушь, чтобы заниматься личными исследованиями. Простите, ребята, но я был вынужден так сделать...
  - Что сделать?! - не понял я, потом напрягся, готовясь к худшему - Лена, внимание! Опасность!
  Дверь в избу с грохотом распахнулась и в комнату влетели несколько воинов, закованных в начищенную, сияющую золотом, броню, они рассыпались по углам избы, встав блестящей шеренгой, и из неё вышел высокий человек без шлема, с копной чёрных волос, завитых тугой косой:
  - Сдавайтесь, пришельцы! Шансов у вас нет! Снаружи ещё стражники, куда вы денетесь?! Лучше сдайтесь, мы отвезём вас в Храм, а жрецы решат, что с вами делать! Не делайте резких движений и медленно закиньте руки за голову, ну же! - командир стражников нетерпеливо переступил ногами и почесал правое ухо - спасибо, господин Арданан! Главный жрец приказал передать, что Храм учтёт вашу лояльность и примет решение о снятии опалы!
  - Арданан - как ты мог? - Лена с укором посмотрела на старика, но тот спрятал глаза, уткнув их в крышку стола - мы так тебе верили...
  - А что делать? Каждый сам за себя! - огрызнулся старик - я и так вам помог, чем мог - и языку научил, и заклинаниям кое-каким! Предупреждаю - если шар разорвётся тут, в избе, вы погибнете вместе со всеми! Сдавайтесь, может храм оставит вам жизнь, кто знает! А мне нужно было возвращаться в город, я опрометчиво поднял бунт против жрецов и был изгнан. Ваше появление дало мне шанс вернуться в хороший дом, снова зажить в достатке, богатстве! Храм ценит тех, кто ему служит! Смиритесь, и не вздумайте сопротивляться - это специально обученные, лучшие солдаты! Кроме того - их снаружи их ещё столько же, не меньше! Я предупредил, что вы опасные существа! Сдавайтесь!
  Я огляделся, осмотрел напряжённых солдат стоящих наготове - мечи их пока что были в ножнах - интереснее же взять пришельцев живыми, порубить на куски никогда не поздно! Значит у нас был шанс.
  Я стал говорить короткими фразами по русски:
  - Слизняка на командира. Ты внушаешь одному чтобы он рубил других, валим всех, кого достанем, старика глуши сходу, а то поджарит, командира в заложники и выходим. По команде, на счёт три...три! Поехали!
  В комнате как взорвалась бомба - первое, что сделал я - выпустил здоровенного чёрного слизняка в командира стражников - почему-то Арданан не сказал им, что я умею это делать...или они не придали этому значения - не знаю.
  Слизняк ещё только вцепился в голову ойкнувшему стражнику, когда я бросился к блестящей шеренге и врезал локтем по закрытом шлему одного из стоящих - конечно, надеться пробить шлем было глупо, но вот башку сотрясти как следует - запросто.
  Сорвав у него с пояса прямой кинжал, я начал бить всех остальных в места сочлений, в ноги, в шею, комната вся покрылась кровью, как скотобойня.
  Лена тоже не сидела сложа руки и первым делом врезала старику по шее так, что мне послышался хруст позвонков..а может показалось - в любом случае он свалился со скамьи и затих где-то на полу. Затем она переключилась на стражников, и тут же, один из них, блокировавших выход из дома, с шелестом достал меч и врубился в ряды своих товарищей, поэтому часть из них отвлеклась от попыток как следует пошинковать меня, и схватилась с ним.
  Надо сказать, что они, довольно быстро опомнились после того, как я на них напал, и достав свои кинжалы - мечами махать тут было не очень удобно - попытались насунуть меня на свои бронзовые клинки.
  Я уворачивался как мог, но несколько ударов всё же достигли цели - мне пробили плечо, воткнули кинжал в бок и сильно подрезали бедро, так, что я чуть не упал.
  Впрочем - все эти повреждения получил в общем-то и не я, а несчастный начальник стражи - слизняк тут же компенсировал мне травмы, высосав из него жизнь, от чего стражника застрясло, как в лихорадке и он стал белей извести.
  Лена взяла контроль над ещё одним стражником, тот снова набросился на товарищей, с намерением их убить, потом ещё над одним - и вот уже в куче-мале не было понятно, кто кого рубит. Наконец, последние два стражника порубили друг друга и упали, дёргаясь на пороге в предсмертных судорогах. В это время х начальник стоял в углу, ошеломлённый, с выпученными глазами и не мог сделать ни шагу - Лена пришпилила его к полу внушением.
  Ну что, будем выходить? - задыхаясь от пережитого стресса и физического напряжения спросил я - сколько их там, интересно!
  - Столько, сколько и здесь - это старый подлец сказал! - Лена пренебрежительно кивнул на лежащего на полу, то ли мёртвого, то ли оглушённого старика - тут десять человек, включая командира. Там, значит тоже десять. Только куда пойдём после всего случившегося?
  - Давай потом об этом, ага? - я кивнул на торчащего в углу стражника - сейчас выходим, прикрываясь им, осматриваемся - если что - держи волколака - мы его без оружия, а может и с оружием - не осилим. Видела его мышцы?
  - Видела! - Лена согласно кивнула головой и предложила - я держу стражника под контролем, а ты пока собери у этих придурков денег, пошарься по карманам. Ценности какие-нибудь, колечки, перстни, кулоны - всё сгодится. Не забудь, нам ещё тут как-то надо выжить, когда уйдём.
  - Точно, а ведь было хотел кинуться наружу - с раскаянием сказал я - вот что значит проклятое порядочное воспитание! Обыскать труп как-то и в голову не пришло..
  Лена хмыкнула:
  - Ну да, ты же никогда не шарился по карманам пьяным гостей своей мамаши, пока они валялись в отрубе, тебе и в голову не пришло. Давай, не теряй времени! Сейчас они там очухаются и полезут проверять, чего тут происходит. Нам нужно первыми отсюда выйти!
  Я пошёл к трупам и стал их обшаривать - через минут пять на столе уже лежала небольшая горка из замшевых мешочков, служащих, видимо, кошельками, перстней из разных металлов, витых цепочек.
  Немного подумал - пошарил по карманам Арданана, достал деньги и у него - нам они теперь нужнее. Шарить по его комнате не стал - некогда было. Все трофеи сложил в рюкзачок, закинул его за спину - готов! Взял со стола приготовленные четыре длинных кинжала - мечами биться мы не умели, но что касается ножевого боя - тут уж держитесь!
  Ещё подумал, и решил:
  - Лена! Сейчас ты держишь этого стражника на контроле и пока не выходишь. Я пойду сам, крикну тебе, как можно выходить - боюсь, что они держат вход под прицелом - не забывай, что тут и луки есть, на их месте я бы так и сделал. А командир их нужен живым - это моя жизнь. Не выпускай его и береги, пусть болтается вне схватки. Всё поняла?
  - Да. Серёга, будь осторожнее, ладно? Мне не хочется остаться тут одной... - Лена порывисто схватила меня одной рукой за шею и поцеловала в губы - выживи!
  Я кивнул головой и решительно зашагал вперёд, держа оба кинжала в боевой готовности, прошёл через сенцы - вот и выход.
  Как будто ныряя в прорубь, я кинулся из дверей наружу, уклоняясь от удара мечом и протыкая живот стоящего у входа стражника. Свистнула стрела и вонзилась мне в грудь, из горла ударил тяжёлая солёная струя, тут же остановилась, удушенная моим слизняком, а я заметил двух стрелков у поленницы с дровами - они были одеты в лёгкую броню, что-то вроде кольчуги и не были так защищены, как солдаты внутри - это облегчило мне задачу.
   Рванувшись вперёд, я погрузил лезвия кинжалов им в животы по самые рукояти, пробив кольчуги, как бумажные. Рядом стояли ещё двое стражников - они умерли за три секунды - один с распоротой шеей, второй повис на поленнице с кинжалом в глазу - я неплохо метал ножи, правильно говорил Мастер - талант у меня такой есть.
  Громко крикнул:
  - Лена, давай! - я заметил волколака, уже преобразовавшегося в зверя и мощными рывками летевшего на меня из-за дома.
   Лены ещё не было, и я, оглянувшись, подхватил валявшийся рядом лук, со скрежетом вырвал у себя из груди стрелу, наложил её на тетиву и она, загудев в воздухе, вонзилась в летящего на меня волколака.
  Зверь упал, сбитый стрелой, секунды две, ошеломлённый, лежал на месте, а потом, очухавшись вновь бросился на меня.
  Я стал оглядываться - где взять ещё стрелы? - не увидел, бросил лук, подобрал кинжал, готовясь к смертному бою, и тут волколак затормозил, как автомобиль, замотал башкой и бросился не на меня, а на оставшихся в живых солдат, с которыми в этот момент билась Лена.
  Девушка страшно материлась по-русски, подпрыгивая, вертясь между сверкающими полосами бронзы, и разила, разила, разила... Двее уже лежали на земле рядом с ней, слегка подёргиваясь в последних судорогах, а волколак доделал остальное - он всей массой сбил одного, уцепился за шлем и оторвал его вместе с головой - из обрубка шеи забил фонтан крови и тело задёргалось, как в пляске святого Витта. Второй, ошеломлённый, замер и был тут же убит светловолосой фурией.
  Волколак замер у ног Зари, дрожа и заглядывая ей в глаза, а она внимательно смотрела и смотрела на него. Наконец, он, повизгивая улёгся у её ног, подполз и полизал ей ботинок, затем стал медленно преобразовываться в подобие человека. Моя стрела торчала у него из плеча, и когда он снова стал человеком, Лена решительно выдернула её, осмотрев рану. Покачав головой, сказала:
  - Нормально. Жить будешь. Гарсуг, теперь я твоя хозяйка. И он, Сергатар! И ты умрёшь, защищая нас. И будешь выполнять все наши приказы. Ты понял?
  - Понял, хозяйка! Я всё сделаю! А прежний хозяин жив? Он ко мне хорошо относился, жалко его.
  - Не знаю. Мне это неинтересно. Он нас предал, и не заслуживает жалости. Иди в дом и сделай себе перевязку, чтобы не загноилась рана, потом собери знахарских снадобий - хозяин же тебя обучал, как заниматься лекарством?
  - Обучал. Ему скучно было, он обучал.
  - Ну, так вот - собери всё, что нужно в дорогу - снадобий, еды, и выходи. Мы скоро уходим.
  - Хорошо, хозяйка!
  Я подошёл к подруге и спросил:
  - Внушила ему?
  - Ага. Он легко внушаемый - видимо мозг послабее, или это просто такая их особенность. С обычным человеком так бы не прошло...Давай-ка и этих обшарим, лишние деньги не помешают. А волколак нам очень, очень поможет. Теперь можно рассчитывать только на себя. Надеюсь, ты его не сильно помял?
  - Хе хе...кто кого помял-то! - если бы не стрела - сейчас бы мне может кирдык был. Кстати, чего там с их командиром? Нить от слизняка к нему всё ещё идёт, значит живой.
  - Живой, но на издыхании. Давай я пошарюсь по трупам, а ты посмотри, что там с ним.
  Я кивнул головой и отправился в дом - командир стражников лежал в углу, бледный, как полотно, на его голове пульсировал мой слизняк, а лицо и шея были покрыты какими-то нарывами и опухолями. Видно было, что его изнутри убивает какая-то болезнь, что-то вроде раковой опухоли, молниеносно пустившей метастазы во все стороны. За двадцать минут цветущий, здоровой человек превратился в почти что труп.
  Меня передёрнуло от отвращения, но я пересилил себя и спросил:
  - Можешь говорить?
  Человек с трудом открыл рот и сказал:
  - Могу. Добей меня! Хочу чистой смерти, а не от этой гадости!
  - Хорошо. Только ответь мне на несколько вопросов, и я тебе дам чистую смерть. Это Арданан вызвал вас?
  - Да. Как только вы появились, он послал своего волколака в город, в храм. Мы сразу вышли на захват.
  - Зачем вы решили нас захватить? Что мы вам сделали?
  Человек с трудом вздохнул, закашлялся, вытер кровавые слюни рукой и ответил:
  - Вы возмутители спокойствия. Вы не первые пришельцы с той стороны. Вас надо уничтожать, чтобы не было смуты.
  - А старику-то какой смысл был нас сдавать? Зачем он это сделал?
  - Награда. И возвращение в академию. Его поймали, когда он спал с мальчиком, обучающимся на гаура и выгнали с позором - мальчик оказался сыном крупной шишки, замять скандал не удалось. А это был шанс вернуться.
  - А он мне тут врал про его бунтарство...про исследования.
  - Хе хе... - человек засмеялся, и кровь опять выступила на его губах - какой он бунтарь? Он лебезил перед Главным Жрецом, ползал на коленях, просил, чтобы его оставили. Ему пообещали, что если он усовершенствует военное заклинание, его вернут. Какой там бунтарь!
  - Что обычно делали с прибывшими с той стороны?
  - А что с ними делать - в цепи, или же в жертву Быку - поджарить бунтовщиков. Как обычно.
  - Много таких было?
  - Не знаю. Знаю - что были.
  - Где находится портал, ведущий на тут сторону?
   - В главном Храме богов в городе Сантар.
  - Ну хоть в этом старая скотина не соврал - пробормотал я себе под нос - из него можно перейти на тут сторону?
  - Можно, да. Только запрещено верой и законом - та сторона принадлежит Ахриману, и каждый, кто туда переходит, становится его адептом. Как и все те, кто оттуда приходит! Вы слуги Ахримана, и вас надо уничтожать, как крыс! От вас всё зло, бунты и безобразия! Смерть вам!
  - Пока что - смерть тебе - я сильно ударил кинжалом в подмышечную впадину стражника, достав до его сердца, он дёрнулся и затих.
  Слизень с лёгким хлопком исчез в сером вихре, в голове у меня больно кольнуло, я вздохнул и встал на ноги.
  Будущее было туманно и совсем неясно. Ясно было одно - я всё-таки, теоретически, мог выбраться отсюда на Землю, но путь назад обещал быть очень и очень непростым...если вообще возможным.
  
  
  Глава 9
  Наша тройка шла по лесу, напряжённо оглядываясь по сторонам - всё время казалось, что где-то прячется засада. Грасуг знал своим острым чутьём и слухом, что никакой засады нет, но наша нервозность передалась и ему, и он тоже зыркал по стонам зелёными звериными глазами.
  Я решил идти сразу, напрямую, в из столицу, или, как они говорили, Главный город - Аннаон. Портал находился в другом городе, в главном храме, но нам нужно было время, чтобы ассимилироваться в этом мире, насколько возможно, ну а уж потом можно думать и о перемещении назад, на Землю..впрочем - если я и хотел туда вернуться, то только затем, чтобы отомстить, а так...какая мне разница, где жить? Кроме покойной матери, у меня уже не оставалось никого, о ком бы я мог жалеть на Земле - дальние родственники? Да я с ними никогда особо и не общался...а больше у меня там никого не осталось. Друзья? Да не было настоящих друзей - так, приятели..впрочем - а что такое вообще-то друзья? Мне всегда было интересно, когда я слышал это слово из уст каких-нибудь парней - друг, друзья - кто такой друг? Люди редко задумываются над этим словом, и вкладывают в него совсем не то значение, которым оно, это слово, насыщено. Это понятие, дружбы, совершенно профанировалось - в моём понимании, друг, это тот, кто не думая, бросит все дела и прилетит к тебе на помощь, кто будет защищать тебя ценой своей жизни, кто....ну да понятно. А у нас - выпили бутылку пива возле дома на скамеечке - друг! Поболтал по телефону о том, о сём - друг! Съездили на шашлыки вместе - друг! Нет, не друзья это...так, хорошие знакомые, приятели.
  Так что - если и был у меня друг на свете - эта моя напарница, которую ко мне приставили, чтобы она убила меня, если я заартачусь, вот такой странный поворот моей судьбы.
  Повороты вообще у меня странные - от мастера по ремонту телевизоров - к убийце, от убийцы - к магу параллельного мира... - 'судьба играет человеком, а человек играет на трубе'.
  Я посмотрел на свою спутницу - на её красивое, совершенное лицо (и уродятся же такие в Заводском районе?! Откуда черты аристократки у замарашки, дочери алкашки, отдававшейся за литр водки?! Как говорил Шарик: 'Я - красавец! Очень возможно, что бабушка моя согрешила с водолазом!' ) - и думал: чем закончится наше приключение? Нет, не то, что мы провалились в паралельный мир, а наше с ней приключение..или это и правда любовь и судьба? Кто знает..
  - Слушай, Серёга! - неожиданно сказала Лена, поправив лямку нагруженного рюкзака на плече - вот Арданан, ведь казался таким хорошим человеком, почему он так с нами поступил?
  Я помолчал, подумал:
  - Да он и был вполне неплохим, наверное, но только своя рубашка ближе к телу - так он думал. Если человек прошёл через достаток, богатство, и вдруг сверзился с горы вниз, кто знает, на что он пойдёт, чтобы взобраться назад?
  - Ну не все же так, в самом деле! Впрочем - ты прав, я всякого насмотрелась... Только вот одно непонятно - а зачем он учил нас, зачем показывал нам заклинания? Особенно то, боевое? Зачем он это делал?
  - Чужая душа потёмки...может хотел нас удержать подольше, заинтересовать, время потянуть, может - похвастаться достижениями, может проверить, на что мы способны, чтобы доложить Храму - кто знает? Теперь у него не спросишь... Язык и грамота? Ну а как храмовникам с нами общаться? Что-то спрашивать, выспрашивать - тут-то всё понятно. Гарсуг, он когда тебя послал в Храм, сразу, как мы появились, или на следующий день?
  - На следующий день. Когда я на охоту бегал. Сказал, чтобы я к Главному Жрецу пришёл, и сказал, что он задерживает двух демонов с другой стороны мира. Меня тогда сразу пропустили и я рассказал, что Арданан хочет оказать услугу Храму. Потом я ушёл.
  - Видишь, Лен - возможно, он ещё и колебался - сдавать нас, или нет, может рассчитывал на нашу помощь, или же планировал как-то привлечь нас к своей работе - а потом передумал. Что сделаешь, человек существо непредсказуемое. Честно говоря, мне жаль, что так вышло и он оказался негодяем...я как-то проникся к нему душой.
  Моя подруга согласно кивнула головой, и её ноги в чужих сапожках слегка ускорили ход, нагоняя меня - она чуть-чуть отстала, всё-таки рост поменьше.
  - Противно как в чужом барахле идти! - она скривила лицо - всё время кажется, что по мне насекомые ползают! Они тут, интересно, за гигиеной-то следят? Я читала, что в средние века все вшивые были! Бррр.... Может не надо было в их одежду рядиться?
  - А если кто встретится? Скажи спасибо, что хоть башмаки подобрали тебе более-менее по ноге... В городе тебе женскую одежду найдём, а пока будешь красивеньким юношей. Гарсуг, тут нет каких-нибудь законов, запрещающих женщинам переодеваться в мужчин?
  Оборотень взрыкнул - видимо это означало смешок:
  - Нет таких законов. Но женщины и не будут одевать мужское - зачем?
  - И правда - зачем? - проворчала Лена - и мужчинам в женское тоже незачем рядиться, не правда ли, о мой муж?
  - Правда, правда твоя - хмыкнул я - не буду рядиться в женское, успокойся!
  - Ну слава богу! У меня даже с души отлегло... - девушка хихикнула, и уже серьёзно сказала - слушай чего - я вот не пойму: если выход из портала тут, а вход в портал на десятки километров, как жрецы переводили людей через порталы и возвращались назад?
  - Вопрос, конечно, интересный...но он только в том - сколько людей за раз могут перенестись через портал, соприкоснувшись полем с жрецом, умеющим через портал проходить? И ещё - а кто сказал, что портал был один?
  - Ты что, считаешь, что порталов было несколько? - удивилась Лена
  - Я считаю, что их и сейчас несколько! Вернее так - может быть несколько! Ведь нити уходят не только в этот портал, в Аркаиме. Значит может быть несколько дыр в пространстве. Впрочем - мы можем только гадать.
  - Сергей, тебя не беспокоит мысль о том, как мы устроимся в городе? Я что-то смутно представляю, как мы будем зарабатывать на жизнь...очень смутно - Лена озабоченно повернула ко мне лицо - то, что рассказал нам старик, совершенно недостаточно для внедрения в среду местных жителей. Есть мысли по этому поводу?
  - Есть. Что нам ещё остаётся, как идти в город? Сидеть в лесу? Зачем? Да и туда могут добраться агенты Храма. Затеряться можно только в большом городе - вряд ли там очень уж жёсткий контроль за людьми, город есть город. Гарсуг, сколько населения в Аннаоне?
  - Много. Очень много. Миллион. Может больше.
  - Ух ты! - удивилась Лена - я почему-то думала, что несколько десятков тысяч, может сотню, но чтобы миллион!
  - Арданан говорил, что населения сейчас несколько миллионов, может и не соврал... Вполне могло быть - если ушло больше десяти тысяч, вот и размножились, как могли. Раньше люди имели по десять детей, а если уж попали в благоприятные, сытные условия - чего им не размножаться? Хотя - старик говорил, что с рождаемостью у них не очень...ну, не знаю. Сами увидим. Что касается заработка - вряд ли мы сумеем официально зарабатывать, только если какой-то подпольный бизнес организовать. Только какой? Лечить мы не умеем, только убивать... В армию пойти? Меня возьмут, тебя нет. И то - я мечом махать не умею, прежде меня учить надо. Что остаётся? Что-то подпольное, что-то такое, что идёт в разрез с официальной властью.
  - Ты намекаешь на преступность? - с интересом посмотрела на меня Лена - как ты себе это представляешь? Мы будем ходить по городу, и грабить его жителей? Или найдём преступную организацию, и внедримся в неё? Какие ещё варианты?
  - Скорее всего второе, хотя, если приспичит - и первое. А у тебя есть ещё предложения?
  - Пока нет. Только я плохо представляю, как мы занимаемся гоп-стопом на улицах города. Тебе не кажется, что наши кудри примелькаются и мы закончим плохо?
  - Кажется. Но тогда есть третий путь - может о нём подумаем? Тот, о котором разговаривали со стариком, вспомни! Пойти в храм, сделать там запись, потом попытаться легализоваться. Только одно не забывай - после исчезновения отряда стражников, посланных за нами, сюда обязательно отправят ещё отряд, обнаружат, что они убиты. Их действия?
  - Ну, какие их действия - вернутся в начальнику и доложат, а информацию о поиске подозрительной парочки передадут всем, кому только можно. Ну, так что тогда делать? Я уже голову сломала прикидывая...
  - Заляжем на дно, потом будем пробиваться в Храм, к порталу.
  - Так храм не в этом же городе? Старик говорил, что храм с порталом в городе Сантаре! Зачем мы тогда в Аннаон идём?
  - Гарсуг, Сантар далеко от Аннаона?
  - Нет, совсем рядом - пять вёрст. Это закрытый город - там живут только стражники, жрецы храма и гауры. Ну и их слуги. Туда пускают только по специальным пропускам. Я, когда бегал за стражниками, подходил к дежурному стражнику на воротах и передавал ему информацию, меня туда не пускали.
  - А что, Сантар окружён стенами?
  - Да, стена. В четыре роста высотой, а по ней ходят стражники.
  - Четыре роста...значит это метров пять-шесть высотой...
  - И ров с водой вокруг. Через него мост, который подымают на ночь.
  - Стражники чем вооружены? Не видал?
  - Не знаю. Как обычно, наверное. Не знаю.
  - Скажи, Гарсуг, а в городе есть какие-то организации бандитов? Ну чтобы такие вот: главный бандит, подчинённые, чтобы организованно занимались сбором дани? Ну со своих членов сообщества, и с купцов каких-то?
  - Говорили, что есть. Только я не видал. В городе всегда грабят кого-то, без этого никак. А где они живут и кто такие - я не знаю.
  - Ясно...а где останавливаются приезжие? Есть какие-то гостиницы, постоялые дворы?
  - Есть, конечно. Много есть. Всё-таки это Главный город, сюда много приезжают. Купцы всякие, торговцы.
  - Как думаешь - сколько у нас есть времени, прежде чем Храм всполошится о пропаже своего отряда, Серёга? - Лена сосредоточенно посмотрела вперёд, и мягко отвела ветку, висящую над тропой - есть у нас дня два, как ты думаешь?
  - Дня три, мне кажется. Сама представь, как будет рассуждать тот, кто их послал - вот они пришли, нас захватили, потом заночевали, потом пошли назад - заночевали где-нибудь в соседнем селении - не забудь, они же идут пешком, с ценными пленниками, потом уже из селения ушли в Аннаон. Нет, всё-таки дня два, как мы придём, не больше. Значит - нам нужно спешить.
  - Полсотни вёрст мы за день сделаем, конечно, и не тому нас учили, но придётся напрячься....
  - А куда деваться. Первые день-два поживём в гостинице, потом куда-нибудь переместимся, найдём пристанище - может угол где-то снимем. В трущобах каких-нибудь...
  - В Заводской район - усмехнулась Лена - ну-ну, знакомое дело...
  - Ладно - по месту определимся! - вздохнул я нам ещё шагать и шагать.
  До Аннаона мы добрались уже вечером, усталые, с гудящими ногами - отдыхать почти не пришлось, была остановка минут на двадцать, чтобы перекусить, больше мы себе позволить не смогли. Последние километров пятнадцать мы шли по большому тракту - Гарсуг пояснил, что эта дорога соединяет город Рунгурок с Аннаоном и остальными селениями.
  Дорога меня немного удивила - что мы ожидаем, когда представляем средневековые дороги? Если современные, российские дороги, частенько совершенно непролазны, так что ожидать от дорог потомков зороастрийцев? Грязь, пыль, рытвины, заполненные дерьмом и мусором!
   А вот и нет. Дорога была вымощена крупными плитами, скорее блоками заполненными по стыкам чем-то вроде щебня. Хотя - стыки были частенько такие узкие, что плиты смыкались вплотную и между ними не было зазора.
  Уже при подходе к городу, я увидел, как это делается - толпа обожженных солнцем людей в лохмотьях, под присмотром нескольких солдат в боевом вооружении, обливающихся потом под лучами не такого уж и жаркого солнца, молча и упрямо тащили эти блоки и укладывали в приготовленные гнёзда - похоже вели куда-то новую ветку дороги. Вид этих людей, напрягающих свои мышцы так, что они свивались жгутами, навеял вопрос - кто они такие? На наших дорожных рабочих-алкашей точно не похожи.
  Гарсуг пояснил, что это пойманные преступники разных мастей - в основном мелкие воришки, да должники, те, кто не смог заплатить подати. Они отрабатывают своё на каторжных работах, но их могут выкупить, заплатив долг или штраф, ну и могут уйти, отбыв срок.
  Что-то подобное я и предполагал - ни одно государство не может без репрессивного аппарата, и наказания всегда были похожи - или временное рабство, или вечное, до смерти.
  Город особенно ничем не удивил - такие же мощёные улицы, по ним движение экипажей, лошадей, людей, тележек продавцов.
  Опять удивила чистота и порядок - видел - лошадь одного из всадников испражнилась на улицу, тут же откуда-то выскочил человек в фартуке с совочком и убрал кучу. Я показал на это подруге, она хмыкнула и сказала:
  - Мда...может в этой власти жрецов что-то есть? Их бы к нам в город...они бы половину в быке изжарили, а вторая жила бы как люди.
  Гостиницу мы выбрали дальше от центра - и незаметна, и стоит подешевле. Она называлась 'Чёрная овца' и на её вывеске оная и была нарисована, впрочем, овца с вывески больше напоминала какого-то дракона - её пасть, оскаленная в улыбке, казалось, сейчас перекусит тебя пополам.
  Лена на это заметила, что это родственница атакующих кроликов - не дай бог встретиться с такой овцой в тёмном лесу поздним вечером.
  Несмотря на дурацкую вывеску, внутри гостиницы оказалось тихо, уютно, пахло пирогами и пролитым пивом (я сразу сглотнул слюну, предвкушая сытный обед). Под потолком гостиницы висели два светящихся шарика, сразу напомнивших мне о том, что я совсем не где-то в земной заштатной стране, а в мире, где магия в порядке вещей - как у нас вилка или нож. Я тихонько кивнул подруге:
  - Гляди! Значит они не только над головой умеют развешивать фонари!
  - Значит так и есть...мы же ни черта не знаем из того, что должен знать порядочный волшебник. Неплохо было бы, если бы кто-то нас этому поучил.
  Из-за стойки вышел трактирщик, полноватый человек с волосами собранными сзади в хвостик и протирая руки тряпкой, спросил:
  - Что желают господа? Поужинать? Или хотите номер снять? Только у нас волколакам нельзя! Для волколаков отдельное помещение, рядом с конюшней!
  - А обедать им в общем зале у вас можно?
  - Обедать можно. Но только не сырое мясо... Я понимаю, может вы привязаны к своему зверю, но наши посетители обижаются, если встречаются в коридоре с волколаком или он рядом за столом раздирает сырое мясо, не сердитесь.
  - Да я ничего, переночую со всеми волколаками, хозяева! - не обиделся Гарсуг - и пообедать там могу. Как понадоблюсь - скажете ему, он пришлёт за мной мальчика.
  Волколак вышел из дверей исчез из виду. Мне было очень неприятно, что пришлось волколака отправить куда-то в конюшню и я даже стал раздумывать - стоит ли оставаться в этой гостинице, но потом голод пересилил и было решено - остаёмся! Всё равно недолго тут будем обитать...
  Трактирщик внимательно смотрел на Лену в мужской одежде - но спросить так и не решился, уж очень она непохожа была на парня, если посмотреть в лицо - само собой, тут напрашивались вопросы... Но нормальный трактирщик не будет лезть не в своё дело - мало ли зачем девушка скрывается в мужской одежде - может с любовником убежала и боится, что родители разыщут, может от мужа сбежала - какая разница? Деньги платят, да и ладно.
  Номер был на втором этаже - с двуспальной кроватью (трактирщик опять с интересом поглядел на мою подругу), как ни странно был туалет и даже душ - правда, водопроводной воды не было, бак душа наполнялся вручную, по требованию клиента, унитаз был вполне даже приличный. Но тоже смыв вручную. Этакое соединение средневековья и современности... Постель чистая. На больших окнах собранных их маленьких мозаичных кусочках стекла, тяжёлые портьерные занавеси - вполне приличный номер, надо сказать.
  Стоил номер серебряный сикль за сутки - в общем-то не так и дорого для нас.
  Оставив вещи, прихватив только часть денег и украшений, мы спустились вниз, где на стол уже выставили заказанное нами пиршество - пироги, какие-то паштеты, суп, дымящийся в медной кастрюльке - я сказал трактирщику, чтобы он выставил всё, что считает, у них удалось сегодня на кухне - что не доедим, возьмём в номер. Он так и сделал.
  Часть заказа мы отослали в помещения для волколаков, для Гарсуга, добавив ему кувшин пива - мне показалось, он будет рад выпивке.
  Через час мы уже были сыты, слегка пьяны и довольны жизнью. Ужин нам обошёлся в сорок медных сиклей, а съели мы только хорошо если половину.
  Как говорила моя бабушка - глаза едят, а живот уже не вмещает.
  Нам всё это собрали в корзинку, добавив глиняную бутылку местного вина, и отправили корзину в номер - после этого трактирщик точно уверился в том, что мы распутная парочка, уединившаяся от мира для своих развлечений в окраинной гостинице. Ну и к лучшему - очень не хотелось отвечать на скользкие вопросы.
  В номере мы немного попрепирались о том, кто первый пойдёт в душ мыться, победила, конечно Лена и минут пятнадцать плескалась там, довольно фыркая и чего-то напевая. Я последовал её примеру - после того, как она закончила своё омовение, и скоро мы лежали рядом на постели - голые, чистые и сытые...как Адам и Ева в раю.
  - Ну что, муж мой, жизнь налаживается? - довольным голосом сказал Лена и стала поглаживать меня по животу с явными намерениями.
  - Так-с! - не трогать сокровенное! - сбросил я её шаловливую руку - я сейчас тресну, как арбуз, если сдамся тебе - живот аж лопается, так я наелся. У этого чёртова деда пожрать-то как следует было нечего. Давай пока полежим и подумаем - что и как нам делать дальше!
  - Ну, предлагай - лениво сказала Лена и её рука опять стала красться по моему животу, вызывая щекотку и прилив крови...
  - Нет, ну я так не могу! - ты меня отвлекаешь! Убери свою злостную руку! Я не могу сосредоточиться!
  - А я так не думаю..у тебя уже кое-что сосредоточилось, я это прекрасно вижу... - коварно заявила подруга - ладно-ладно, попросишь ещё меня. Ладно, к делу - что предлагаешь?
  - Все мысли у меня сбила...в общем так: предлагаю выйти на охоту. Сейчас отлежимся, дождёмся, пока совсем не стемнеет, и пойдём куда-нибудь, где на нас могут напасть - ну вспомни наше задание. Только вот что - убивать всех нам невыгодно - надо захватить и допросить.
  - А если не будет говорить?
  - А нас что, не учили развязывать языки? И кроме того, есть ещё твоё внушение, есть мои способности...справимся.
  - Чего спрашивать-то у них будем?
  - Как связаться с каким-нибудь преступным сообществом. Где ещё мы может отсидеться?
  А ты не думаешь, что мы оттуда ноги не унесём? За каким чёртом им сдались залётные фраера, кроме как отобрать у этих лохов-фраеров бабки и спустить их в канализацию?
  - Думаю. Я всё думаю. И ты думай. Две головы лучше, чем одна. Кстати - как мы лихо прокололись со стариком-то, а? Ну я-то домашний пацан, а ты, тёртая-перетёртая девка! Как ты-то могла повестись на его доброту и якобы отзывчивость? Даже странно - почему мы так легко повелись, ведь не дети...
  - Знаешь тут что было - мы провалились другой мир, и ожидали увидеть тут сказку. А в сказке кто - добрые волшебники, они же не могут быть старыми извращенцами, изгнанными из вуза преподами-гомиками? Видимо стресс от перехода в другой мир был силён и мы не успели перестроить свой мозг...другого объяснения у меня нет.
  - Да, думаю - так и есть. Сказочная страна, пряничные домики, добрые волшебники...а тут такие же люди, как и мы. В общем - главное, нам добраться до руководства этих здешних банд, или же триад - чёрт знает, как они тут называются. Способ только один - выйти в ночь и ждать, когда они сами на нас выйдут. Согласна?
  - Согласна. Ты закончил? Ужин улежался? Тогда иди сюда, и не увиливай!
  Гладкие руки обвились вокруг меня и все проблемы сразу ушли на второй план. Всё-таки в супружеской жизни очень много хорошего - подумал я перед тем, как раствориться в объятьях подруги...
  На 'охоту' мы собрались через два часа. Время было около двенадцати ночи - по моим ощущениям, за окном стояла темень, самое время для выползания на улицы всякого бандитского отребья - расходятся по домам подвыпившие гуляки, темно, в общем. Всё располагает к разбою.
  В обеденном зале гостиницы было довольно шумно, несмотря на позднее время, пиликал какой-то инструмент, наподобие скрипки, бренькало что-то вроде мандолины и под это треньканье и бреньканье группа мужиков распевала песни нестройными пьяными голосами, будучи уже совершенно на взводе.
  Хозяин метался между ними и стойкой, как и подавальщицы, так что нашего ухода никто не заметил и мы легко выскользнули в ночную тьму.
  После довольно яркого света гостиницы на улице было, как говорится, хоть глаз коли - темень необычайная. Впрочем, минут через пятнадцать, мы уже спокойно ориентировались - в свете луны, проглядывавшей сквозь облака (интересно - подумалось мне - это ТА луна, или нет?). Кроме того - кое-где светились окна, что добавляло света на улицы.
  Непонятно только - почему они не освещают улицы, мелькнула в голове мысль и тут же исчезла - ну не освещают и не освещают - нечего забивать голову глупыми сторонними мыслями.
  Наши шаги глухо отзывались в стенах домов и терялись эхом в придорожных кустах...людей на улицах было мало, практически не видно - в такое позднее время и в российских городах, в не очень благополучных районах, людей особенно-то и не увидишь, ну а тут, скорее всего, ложились рано, вставали тоже рано - телевизора нет, чего сидеть весь вечер в потёмках? Только запоздавшие гуляки да случайные прохожие оживляли тишину ночного города.
  - Лен, иди вперёд, в пределах видимости - я страхую сзади. Всё - как обычно. Только не убиваем, не забудь - надо дойти до верхушки.
  - Поняла. Сам посматривай сзади. А то по башке дадут и поминай как звали....
  Мы разделились и пошли порознь - Заря впереди, метрах в ста от меня, я сзади, прячась в тени домов, прокрадываясь мимо заборов и окон. Около получаса ничего не происходило - пока мы не свернули на какую-то боковую улицу.
  На минуту Лена исчезла из виду, а когда я тоже завернул за угол и поймал её взглядом, события были в полном разгаре: группа из четырёх мужчина зажала её у стены дома, окружив полукругом, и я подоспел как раз в тот момент, когда один из них на удивление чистым и звонким голосом спрашивал:
  - Ну что, паренёк, сам отдашь кошелёк, или вместе с жизнью? Чего молчишь-то?
  - А он немой - с насмешкой сказал я, появляясь сзади - эй, парень, остань от неё, поговорить нам надо!
  - От неё? - удивился бандит - о Ахриман! И правда - это же девка! Оооо! Интересно! Может её в бордель продать, а, парни? Слышь, ты, придурок! - отвали отсюда, пока кишки не выпустили! Это не твоё дело!
  - Это моя жена, болван! И если ты сейчас не отпустишь её и не выслушаешь меня - ты умрёшь. Ещё раз - если у тебя есть что-то в голове, подожди с своим грабежом, выслушай! Мне нужен твой главарь, поговорить с ним, я не хочу причинить тебе неприятностей!
  - Всем нужен главарь - усмехнулся бандит - парни, валите его!
  - Стой, как там тебя! - я сделал шаг назад и изготовился к драке - я не хочу никому причинить зла! У меня к вашему главарю выгодное предложение, остановись!
  - Карзан, может он и правда что-то имеет к Старику? Выслушаем его?
  - Чего вы рассуждаете! Я сказал - валите его и всё тут! - бандит достал нож и бросился на меня.
  Пропустив удар мимо себя и ударом отбросив нападавшего к стене дома, я набросил на него слизняка и отступил в сторону:
  - Ещё раз - парни, остановитесь! Не слушайте его! Я имею дело к вашему Старику! - я сказал Слово и двинул пальцами, сделав знак Огня - над головой загорелся яркий фонарь -сфера и бандиты в страхе отступили:
  - Гаур! Гаур! Карзан, надо его к Старику, пусть поговорит!
  - Скрючившийся предводитель с наброшенным слизняком разогнулся, продышиваясь после моего удара и с неудовольствием сказал:
  - Хорошо! Только глаза завяжу, чтобы не видели, куда веду!
  - Ничего подобного! - решительно возразил я - раньше радо было! А теперь на тебе сидит амгур, и если ты, придурок, не отведёшь меня к своему главарю - сгниёшь заживо, червь тупой! Никогда тебе не быть главарём банды, потому что ты тупая скотина, не понимающая, когда надо выслушать, а когда достать свой дебильный ножик! Веди давай, тупица! Да, я гаур, и жена моя гаур, и мы не будем больше ждать!
  - Пошли - угрюмо буркнул посрамлённый на глазах своих товарищей бандит. Подумалось - вот так и наживают себе врагов. Ну а что было делать? Кто виноват, что этот дубина отказался выслушать?
  Бандит шёл впереди, мы с Леной за ним, а остальные бандиты, перешёптываясь и поглядывая по сторонам, сопровождали нас сзади. Сферу над головой я уже уничтожил, так что ориентировались теперь только в свете луны.
  Шли мы около получаса, заходя всё глубже и глубже в какие-то трущобы, ещё минут через пять мы оказались у входа в полуподвальное помещение, в которое вели стертые каменные ступени. Бандит остановился у входа и напряжённо сказал, глядя на нас:
  - Вы понимаете, что если сейчас вы сюда войдёте, и не договоритесь со Стариком, больше отсюда не выйдете? Есть ещё время расстаться - вы снимаете с меня амгура, а я забываю о вашем существовании. Да, было глупо нападать на вас, но кто знал, что вы гауры? Может примете мои извинения, и мы расстанемся?
  - Примем - усмехнулся я - после того, как поговорим с твоим главарём. Веди, не трать время.
  - Ну хорошо - ждите здесь. Я должен объявиться ему, иначе никого не впустят.
  Бандит исчез, сойдя вниз по лестнице, а мы замерил в тревожном ожидании - Лена прижалась ко мне сбоку, встав вполоборота, готовая к любым неожиданностям - как и я. Наконец, бандит появился и махнул рукой:
  - Пошли! Вас приглашают!
  Мы сошли по крутой лестнице вниз, ниже уровня земли - здесь было прохладно и немного пахло землёй и почему-то вином. Подумалось - может где-то рядом винный погреб? Впрочем - скоро я выбросил эти мысли из головы - не о том надо думать.
  Тихо сказал Лене:
  - Если что, сразу бери главаря под контроль. В разговор пока не вмешивайся, никаких действий не предпринимай. Меня сейчас трудно убить - я слизняка прицепил.
  - Поняла. Сделаю, не беспокойся. Это я на Карзана даванула, а то бы долго пришлось дожидаться, когда он нас отведёт...
  Длинный коридор, сложенный обожженным красным кирпичом привёл нас к двери в стене, окованной бронзовыми пластинами, провожатый ударил в неё кулаком, в определённом ритме, и массивная деревянная пластина без скрипа открылась, как бы приглашая нас внутрь.
  Бандит-провожатый сделал приглашающий жест рукой, предлагая войти, я в ответ махнул ему, чтобы он шёл первым - мало ли что там за дверью?
  Он пожал плечами и вошёл первым, мы за ним. За дверью оказался ещё коридор - метров десяти длиной, заканчивающийся трёмя дверями - направо, налево и вперёд.
  Я усмехнулся - налево пойдёшь - коня потеряешь. Прямо пойдёшь - чего -то там ещё потеряешь... в общем - везде чего-то потеряешь.
  Терять нам было особо нечего, так что я решительно шагнул в правую дверь, куда, после стука, нырнул наш провожатый.
  Большая комната, метров сорока площадью, можно сказать зал. Посреди длинный стол полированного дерева, покрытый лаком, вокруг стола такие же массивные деревянные стулья. На стенах светильники - обычные, масляные, и выше по деревянной же стене следы копоти. С торца стола трое людей - двое сидят к нам боком, и разглядывают нас вполоборота, один в тени, лицом к нам, низко наклонив голову и как будто рассматривая узоры на столе тёмного дерева.
  - Вот они, гауры! - объявил провожатый бандит - говорят, есть предложение к Старику!
  Сделав своё заявление, он отошёл в сторону и прислонился плечом к стене, подпирая её так, будто боялся, что она упадёт.
  - Карзан можешь идти, ты своё дело сделал. Я учту твою услугу! - низкий голос сидящего с опущенной головой мужчины рассёк наступившую тишину. Карзан скривился, но молча вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.
  - Кто вы такие? - низкий голос был сух и холоден - зачем искали встречи со мной? У меня нет дел с гаурами Храма! Вы понимаете, что теперь уйти отсюда для вас будет проблематично? Заинтересуйте меня, если хотите жить! - мужчина поднял глаза от стола, и я увидел, что он наполовину слеп - левый его глаз закрывало бельмо, мутным белым пятном затянувшее зрачок и всё остальное - видимо, результат ранения, так как через его бровь проходил огромный шрам, теряющийся за ухом. Второй - здоровый глаз, смотрел безжалостно, как в прицел снайперской винтовки, чуть прищурившись и было видно, что этот человек действительно облечён властью и знает, что говорит. На вид ему было около пятидесяти - пятидесяти пяти лет, он был коротко стрижен, а на голове виднелись проплешины от шрамов. Крепко ему досталось когда-то, сразу видать! - подумал я - может вояка бывший? В любом случае - это человек облечённый властью, что мне и было нужно.
  - Меня звать Сергатар, а это моя жена Лилин. Нам нужна помощь, и мы готовы её оплатить. Мы гауры.
  - Хммм...то, что вы гауры, мне сказали, только что делают гауры здесь, в подземелье, вместо того, чтобы лежать в своих богатых постелях где-нибудь в Сантаре? Зачем вы пришли сюда?
  - Я уже сказал - за помощью! Я что, недостаточно чётко выразил свои мысли?
  - Не кажется ли тебе, что для человека, просящего помощи, ты нагловат?
  - А я не просто человек. И не попрошайка - я готов оплатить помощь своими услугами! Вы же, вместо того чтобы спокойно поговорить, начинаете угрожать. Это как? Мне сказали, что вы влиятельный человек (соврал! Никто ни черта мне ничего не говорил, но подсластить стоило...), а ведёте себе, как Карзан! Я удивлён.
  - Ну каков наглец! - усмехнулся одноглазый - да ты шагу не успеешь сделать, как тебя нашпигуют стрелами! Видишь, вон, отдушины? Там стоят стрелки наготове. Как только ты сделаешь резкое движение, или создашь какое-то колдовство, ты умрёшь. Впрочем - частично ты прав - всё-таки ты же не обычный человек, а гаур, я выслушаю тебя. Присаживайся к столу, со своей женой, выкладывай, что у тебя ко мне. Подальше, подальше садись - вон на тот конец стола напротив - мне как-то спокойнее будет. И ещё раз - не делай резких движений и не сокращай дистанцию.
  Мы с Леной прошли за стол, и сели напротив Старика. Он внимательно, ещё раз, осмотрел нас своим единственным глазом и сказал:
  - Ну так я слушаю!
  - Скажите, а почему вам не вылечили глаз? - неожиданно вмешалась Лена.
  Старик удивлённо моргнул, его приближённые подняли брови в удивлении, а я замер, приготовившись к самому худшему - вот женщины, умеют же задать вопросец!
  - Вылечить его возможно, только если подключить меня к амгуру - так мне сказали лекари. Однако - у нас нет гауров, которые могут пускать амгуров, а обращаться в Храм мне нельзя - я в розыске, и если меня поймают - казнят. Все гауры, умеющие делать амгуров на учёте у Храма и они ни за какие деньги без разрешения Главного жреца это не сделают, по страхом смерти. Это достаточный ответ, или ещё что-то хотите услышать, дама в мужской одежде? Может вам рассказать ещё, где я храню деньги? Или как предпочитаю спать со своими женщинами, в какой позе?
  Старик неожиданно рассмеялся, гулко бухая, как в бочку, ему вторили остальные бандиты и с минуту не было слышно ничего, кроме их смеха и скрипа ножек стульев по полу.
  - Я неспроста спросила - мой муж умеет пускать амгуров, и он не стоит на учёте у Храма. Более того, мы в розыске, как и вы, и если нас поймают - мы погибнем. Мы просим убежища, а за это готовы помочь вам всем, чем можем. Мы не до конца обученные гауры, но можем многое, недоступное обычному человеку. Кстати сказать - может мы поговорим наедине? Попросим этих господ удалиться?
  - Господ тут нет - усмехнулся Старик - это мои...хммм..компаньоны, они в курсе моих дел, пусть сидят. Вы действительно умеете выпускать амгуров?
  - Я - нет. Мой муж - может. Но только не умеет передать нить от амгура другому человеку. Нас не обучали этому, он самоучка.
  - Как так может быть? Всех умеющих это делать с младенческого возраста прибирают к рукам жрецы! Как он мог остаться незамеченным Храмом? Что-то мне не верится в это...вы лжёте. Спрашивается - зачем? Чтобы втереться в доверие, обмануть меня? Говорите, зачем вы лжёте?
  Голос Старика стал резким, угрожающим и в воздухе очевидно запахло грозой. Подумав слегка, я встал с места и быстро шагнул к Старику, как будто пытаясь на него напасть.
   Тренькнула тетива, Лена ойкнула, и у меня из груди как будто выросли три оперённые стрелы.
  Больно не было, только как будто ожог, да ещё такое впечатление, как кто-то врезал мне палкой поперёк грудной клетки.
  Я сморщился, вырвал одну стрелу, потом вторую, третья застряла и никак не хотела вылезать - руки скользили по гладкому, смазанному моей кровью древку. Наконец и она сдалась.
  Сплюнул кровью на пол, затем скинул куртку, содрал с себя рубаху и сказал:
  - Смотрите сюда! Видите шрамы? Они уже затягиваются исчезают. А там за дверью, скорее всего, валяется ваш Карзан и умирает. Вы вынудили меня доказать мои слова действием - что же, я доказал. Прежде чем идти к вам, я накинул амгура на Карзана, и теперь он сосёт из него жизнь. Это достаточное доказательство того, что мы не обманываем вас?
  Сатрик ошеломлённо смотрел на мой голый торс, измазанный кровью, с почти незаметными следами ран, потом взял в себя в руки, выдохнул, и расслабился в кресле:
  - Это меняет дело. Очень даже меняет...нам надо подумать, обсудить. Оденься, и пройди вместе с женой в комнату направо. Мисквал, проводи их и скорее возвращайся - тема интересная, надо обсудить. Стой, гаур - скажи, а ты что-то ещё умеешь, кроме как выпускать амгуров? Какими ещё умениями обладаешь? Жена твоя что умеет?
  - Жена - менталист. Может внушать. Я могу видеть картинки, коснувшись человека, правда - нерегулярно, и часто не по своему желанию. Я же говорю - нас никто не учил.
  - Хорошо. Идите, мы вас позовём. Не бойтесь - вас никто не тронет.
  Я натянул на себя испачканную кровью и дырявую одежду, и следом за одним из мужчин, ранее сидевших рядом с главой бандитов, вышел в коридор.
  У дверей в комнату сидел, прислонившись к стене, Карзан - он был на последнем издыхании - три стрелы, которые должны были убить меня - убили его.
  Я коснулся моего слизня и снял его с Карзана. Тот ничего не почувствовал, бело-синий и покрытый язвами полутруп.
  Честно говоря - мне не было его жалко. Одним моральным уродом на улицах станет меньше, тем более что он был наглым идиотом и чуть не убил меня...вернее - хотел убить. Провожатый покосился на умирающего и буркнул:
  - Он всегда был болваном...но я бы ни кому не хотел такой смерти. Сюда заходите!
  Мы переступили порог - это было что-то вроде комнаты отдыха - гостиная, дальше большая кровать, посреди гостиной стол, уставленный закусками и бутылками с вином. В стеклянном графине синего цвета была налита какая-то жидкость - может спиртное, может какое-то питьё, впрочем, подобных графинов на столе было несколько, разного цвета и разной формы - вполне так себе красивое зрелище.
  Я сразу почувствовал, как у меня пересохло в горле и очень захотелось пить - видимо организм хотел восстановиться после нанесённых ему ранений.
  Провожатый кивнул головой:
  - Присаживайтесь - ешьте, пейте что хотите, мы вас вызовем - он повернулся через плечо и распахнул дверь, а я успел кинуть ему вслед слизняка, вцепившегося прямо в затылок. Мужчина вздрогнул, видимо почувствовав что-то, приостановился было, но передумал и прикрыл дверь.
  - Серёга, ну ты и придурок! - сказала по русски Лена и врезала мне ногой по голени, довольно больно - так, что у меня искры из глаз посыпались - ты чего творишь?! А если бы они в голову тебе целили? А если бы этот придурок сдох раньше, чем ты успел бы восстановиться? Ты представляешь, чтобы тут было?
  - Ну а ты на что? - усмехнулся я, потирая ушибленную ногу - взяла бы их под контроль, и всё!
  - Хочу тебя расстроить - пробовала, не пробиваю. Похоже у них стоят какие-то ментальные блоки, против внушения. Вот так-то! Фактически. Я осталась бы одна, беззащитная девушка в чужом вражеском гнезде! Изверг!
  - Это ты-то беззащитная - не удержался и заржал я в голос - да ты бы их поубивала за пять секунд голыми руками! Я что, забыл, как ты гопников мочила? Лен, ну хорош играть овечку! Ты волчица ещё та, а не овечка!
  - Всё равно дурак! Можно было как-то более разумно это сделать - попросить кого-то тебя порезать, или ткнуть чем-то, но не вызывать же огонь трёх лучников на себя! Ты сумасшедший!
  - Есть немного - признался я - хотелось эффектнее всё продемонстрировать, вот и увлёкся. Извини, и правда глупо вышло. Надеюсь, не напугал тебя?
  - Ну конечно - не напугал! Я чуть в штаны не наделала, думала, тебя завалили! Вот всё-таки ты чёрт! Давай вон - пей, ешь, пока время есть. Восстанавливай силы!
  - Да, налей, пожалуйста чего-нибудь попить - только не вина, не хочу быть пьяным. Кстати, интересно, а слизняк убирает действие вина? Он же может воспринимать алкоголь, как отравление!
  - Не знаю. Ты что, успел кинуть слизня на того мужика? Ну ты даёшь...а если узнают?
  - А он и узнал - я видел, как он хотел что-то сказать, да передумал. Не думаю, что они тут дураки, а мне нужна страховка, на тот случай, если они чего-то задумают, чего-то нехорошее - тогда лишатся одного из своих командиров.
  - Так-то оно так...да одно дело слизня на обычного уличного бандита, и другое - на местного авторитета - я даже не знаю, чем это закончится!
  - Да ничем! - ответил я, прожевав дольку какого-то местного фрукта - возьми вот эту штуку - чем-то напоминает персик, но вкус другой. Сочный очень - вкуснота! Ничем не кончится - они же не идиоты, чтобы возбухать из-за этого, сниму потом слизня и всё. Давай, ешь, а то сиськи не вырастут!
  - Тьфу на тебя! - оскорбилась Лена - у меня что, сиськи плохие?! Не надо мне сиьски больше! А не нравятся - ищи себе корову с выменем!
  - Это я так, пошутил типа, фонтан искромётного юмора! Очень даже классные у тебя сиськи, не переживай. Жуй, жуй, глотай - это волшебное слово - халява!
  Так, перебрасываясь ничего не значащими фразами и шутками, мы просидели минут двадцать, пока снова не открылась дверь и знакомый мужик не предложил нам снова пойти в зал к Старику. Мы поднялись, и не мешкая пошли за ним.
  - Ну что, мы предварительно приняли решение, но должны разъяснить ещё пару вопросов, которые так и остались без ответа: кто вы, и почему Храм вас разыскивает? Мы как-то это не выяснили сразу, вот теперь развеем туман. Ну, так что?
  Я помолчал, потом набрал воздуху в грудь и решился:
  - Мы не с этой Земли. Мы из другого мира, из-за портала. Попали сюда случайно. Храм узнал об этом от одного доносчика, некого Арданана, и выслал за нами стражу. Мы сбежали. Вот теперь у вас.
  Неожиданно Старик рассмеялся:
  - Хе хе хе - слуги Ахримана! Храм всё время нам талдычит, что на той стороне живут только слуги Ахриманаа, демоны! Вот теперь понятно, как это вы тут оказались такие гауры, но не совсем гауры. Первый раз вижу людей оттуда! Впрочем - возможно и храмовники тоже их давненько не видели. Говорят - раз лет в пятьдесят-сто сюда выбрасывает кого-нибудь из портала, но они быстро с ним разбираются. Слухи ходили - последнего поджарили в быке, когда он пытался организовать крестьян и поднять какой-то бунт по свержению Храма... надеюсь, у вас нет таких дурацких мыслей? Нет? Это хорошо. А Арданана вашего я знаю, вернее - слышал о нём - мы ему поставляли молоденьких мальчиков, а он, болван, попался на том, что спал с сыном одного из жрецов Храма, да ещё и не последних - приближённого Главного Жреца Аргунака. Гнилой старикан был, но денег нам хорошо приносил. Вот ведь - надоумил его Ахриман соблазнить жреческого пацана! Столько денег пропало! Идиот...надеюсь вы отправили его грязную душу к Ахриману. (Я подумал, после этой длинной тирады - интересно, кто грязнее и кто больше служит Ахриману - Арданан, трахающий мальчиков, или вы - поставляющие их Арданану? Противно. Только и деваться некуда - я что думал, тут сидят матери Терезы? Знал на что иду...а всё равно противно!)
  Старик продолжал:
  - В общем так: мы согласны взять вас под защиту. За это вы обучитесь умению гауров, насколько сможете и поможете нам - мне лично - вылечиться, поможете нам в нашей нелёгкой работе, за это будете получать жалование, а так же жильё. Кроме того, будут премиальные - по результатам работы.
  - Какой работы-то? - не выдержала Лена - на улице пьяным по башке бить? Давайте уточним наши обязанности!
  - Узнаю женскую руку - искренне рассмеялся Старик - вот и моя жена - вредная, как Ахриман! Ну ничего не может сказать без того, чтобы не укусить! Нет, ваша работа - волшебство. Но прежде вас надо научить перевязывать амгуров с себя, на другого хозяина. Как научить? Мы думали - другого пути, как учиться по записям - не увидели. То есть - мы предоставим вам таблички, написанные учёными, всё об амгурах, о том, как их пускать и снимать, как перекидывать их с себя на другого человека. А как научишься это делать - вылечишь меня. И того, кого я скажу. Согласен? Сразу добавлю - ты будешь иметь тридцать процентов того, что я возьму с человека за лечение амгуром.
  - Пятьдесят - невозмутимо сказал я - пятьдесят.
  - Сорок, и по рукам! Не забывай, что мы ещё предоставим тебе защиту, клиентов, а про обучение забыл? Думаешь так просто добыть скрижали из Храмовой библиотеки? За одно это могут в быке поджарить!
  - Ладно, сорок, так сорок. Только вот ещё что - мы не собираемся сидеть всё время в подвале, нам как-то надо легализоваться - например - лавку какую-то открыть, или знахарями заделаться, или то и другое вместе. Для этого нужен официальный статус, а мы нигде не записаны, ни в каких храмовых регистрационных табличках.
  - Само собой - сделаем. И табличку удостоверяющую личность, с печатью Храма дадим на вас! Можно лавку по торговле снадобьями открыть. Вот и будет повод, чтобы к вам приходили клиенты! Завтра же подберём нужную лавку - их нередко продают, и вы там поселитесь. И кстати, снимите-ка амгура с моего приятеля Мисквала - он не любит, когда из него сосут жизнь - старик подмигнул и усмехнулся, а Мисквал враждебно посомтрел на меня и подошёл ближе.
   Коснувшись, я уничтожил слизня и Мисквал облегчённо вздохнул, сказав:
  - Отвратительно! Такое ощущение было, будто в меня врезалась карета! Как будто побывал под колёсами - аж трясётся всё. Ещё кинешь на меня амгура - удавлю!
  - А успеешь? - усмехнулся я - лучше не грози...
  Мисквал опасливо взглянул на меня - видимо вспомнил лежащего, покрытого язвами Казала, и сел на своё место к столу.
   Старик слегка усмехнулся, расшифровав испуг подчинённого, и сказал:
  - Вы где сейчас остановились, чтобы вас найти завтра? 'Чёрная овца'? Знаю такое место - хозяин заведения наш человек, у нас под охраной. Идите в гостиницу, отдыхайте, к вечеру вы снова увидимся к тому времени, думаю, мы всё решим. Кстати сказать - вам не дать ли охрану до гостиницы? Мало ли что по дороге случится! И ещё - я поставлю охрану у этой харчевни - пусть ребята поглядывают за обстановкой вокруг - если что тревожное заметят - вас предупредят.
  - Спасибо, но мы сами доберёмся - ответил я Старику - ну а если кто и нападёт - пусть пеняет на себя, мы не овцы, и даже не чёрные. В общем - мы пошли отдыхать, надеюсь, что мы обо всё договорились.
  - Да, договорились. Я рад, что вы пришли ко мне. Я человек жёсткий, но справедливый - если будете вести себя так, как мы с вами договорились - будет есть и пить на золоте, и никто вас в этом городе не тронет. Прощайте, до вечера. Проводи их до выхода, Мисквал.
  В гостинице мы оказались через час, и вполне без приключений - тихо и мирно погуляли по улицам, дыша свежим ночным воздухом, очистившемся от дневной пыли, дошли до входа в гостиницу - уже запертого, время было часа три ночи, не меньше, и постучали в дверь.
  Открыл нам сам трактирщик, заспанный и очень удивлённый:
  - Разве вы не в своей комнате? А я думал вы там! Когда же вы успели уйти?! Проходите скорее, а то сейчас комары налетят на свет! Ужинать будете? Нет? А! - я и забыл - вы там в номер всякой всячины набрали. Ну, спокойной ночи вам, господа, а я спать.... - трактирщик зашлёпал босыми ногами по полу и удалился, почёсывая зад под длинной ночной рубахой.
  Мы переглянулись и не удержавшись прыснули со смеху - мужик выглядел так смешно, в своей ночной рубахе и колпаке на голове - ну просто персонаж из диснеевских сказок, гном-переросток.
  Всё ещё продолжая смеяться, взбежали на второй этаж, отперли бронзовым ключом какой-то сложный замок, сыгравший при открытии что-то вроде мелодии и ввалились в номер - сегодняшняя, очень важная задача, была решена - пора расслабиться и отдохнуть...
  После того, как мы как следует повалялись и покувыркались на постели, Лена, держа голову у меня на плече спросила:
  - Как думаешь, почему они так легко пошли на сотрудничество? Ведь и они могли прельститься наградой Храма! Почему они не сдали нас?
  - Ну - то что они не сдали, ещё говорить рано - будем настороже - вспомни Арданона. А то что они легко пошли на сотрудничество - так деньги же! Вспомни, что говорил Арданон - двести золотых сиклей за накидывание амгура - это ли не достойная плата! Кстати сказать - мы будем иметь сорок процентов от этого, неплохо, да?
  - Если забыть, что ты ведь на кого-то будешь накидывать этого амгура, не думал над этим? Ты же всегда относился с отвращением к этим слизнякам, забирающим жизнь у людей, а теперь сам будешь этим заниматься?
  - Слушай, я и правда как то не подумал над этим - для меня было главным наше выживание, я готов был обещать, что угодно...давай так сделаем - я поставлю им условия, ограничивающие использование амгуров - например - только на того человека, который на это согласится, и только на время - пока больной не вылечится, а потом снимать слизня! Как-то так вот...и ещё - тянуть обучение, как можно дольше. Узнаю о природе амгуров, узнаю, как их отправляют, снимают, как отправляют в портал - а там можно думать уже как свалить из этого мира
  - Да, это дельно...задумчиво протянула Лена - ты у меня не такой дурак, как я подумала сегодня ночью в кабинете Старика! - она хихикнула и чмокнула меня в губы.
  Через полчаса мы уже крепко спали, усталые и удовлетворённые.
  
  
  
  Глава 10.
  Утром мы решили пойти на рынок и одеться - сбросить, наконец, чужие обноски с дырками и следами крови, да и Лене надо было купить женскую одежду - не ходить же ей всё время в мужской.
  Я обратился к трактирщику, неизменно стоящему на своём месте у стойки и совершавшему ритуал всех барменов во всех мирах - круговыми движениями заворожённо протиравшему кружки и стаканы - попросил послать гонца за Гарсугом - с ним было проще найти в городе нужное место.
  Через минут десять Гарсуг уже стоял перед нами, невозмутимый, как всегда, зыркающий зелёными глазами исподлобья.
  - Гарсуг, ты знаешь, где тут рынок? Или лавки с одеждой? Отведи нас туда.
  - Хорошо. Идёмте за мной.
  Гарсуг выскользнул из гостиницы и зашагал по улице в сторону центра, мы постарались не отстать от него - волколак шагал быстро, легко скользя над мостовой, как настоящий волк.
  - Гарсуг, а что там за помещение, где живут волколаки при гостинице?
  - Обычное помещение - пожал плечами Гарсуг - комнаты на пять волколаков, лежанки, стол, стулья. Крыша над головой.
  - А где они кормятся, те волколаки, что живут в этой комнате?
  - Хозяева присылают еды, трактир выдаёт мяса. Нормально, жить можно.
  - Ничего, скоро мы в своём доме будем жить, заберём тебя к себе.
  - Да я, в общем-то, не переживаю, что волколаков не селят с людьми - неожиданно проницательно сказал Гарсуг - я привык уже, с детства. Так что не расстраивайтесь.
  - А ты не думал уйти от людей, Гарсуг? - неожиданно спросила Лена - зачем тебе работать на них? Вернуться к своим?
  Гарсуг усмехнулся, обнажив крыпные белые клыки:
  - А куда к своим? У меня тут все свои. Я же другой жизни и не знаю - что я буду делать в лесу, среди волколаков? Я ничего не знаю об их жизни, привык к другой - так что я там буду делать? Да и ушли они от людей...с людьми всегда было так: или подчиняешься, или тебя убивают. Много волколаков погибло, пока они не поняли этого.
  - Далеко идти до рынка? - я решил сменить неприятную тему - уже минут сорок тащимся, и всё никак не дойдём!
  - Ещё столько же - пожал плечами волколак - а может лучше нанять экипаж?
  - Конечно нанять! - с жаром сказала Лена - только где тут они, эти ахримановы возчики?!
  - Сейчас найду - усмехнулся Гарсуг и как лошадь галопом понёсся за угол, поднимая пыль и оставляя на пыльных плитах дороги царапины от мощных когтей.
  - Скорость - видала? То-то он успел добежать до города, и вернуться за один день. Как это они людям поддались, непонятно! Это же совершеннейшая убойная машина!
  - Люди всегда хитрее и коварнее, чем любое другое существо. Потому, наверное и выжили в процессе эволюции... Ну слава богу - вроде поймал извозчика. Ноги уже отваливаются в этих башмаках! Они на два размера больше, чем мне нужно!
  Через три минуты торга с ушлым извозчиком, мы сидели на скамейке в экипаже и наслаждались отдыхом. Гарсуг пристроился на облучке, впереди нас, рядом с 'водилой'.
  Вокруг медленно проплывали дома, люди, идущие по своим делам, крытые и открытые экипажи, мало чем отличающиеся от того, что я видел на картинках в книгах по средние века или дореволюционное время.
  Архитектура города была специфической - преобладали дома с плоской, слегка покатой крышей, они стояли в каком-то определённом порядке - я заметил, что улицы города изгибаются, и понял - все дома были расположены концентрическими кругами. Но не все улицы изгибались - часть были радиальными и пересекали эти круги - прямые, как стрела. Подумал - вот результат консерватизма в строительстве - предки этих людей строили круглые, как Аркаим, города-государства, вот и потомки не отказались от такой практики. Если разобраться - для обороны это было довольно удобно - если враг войдёт в город, то по плоским крышам очень удобно перемещаться и осыпать агрессоров смертоносными стрелами. Это было бы ещё удобнее, если бы улицы закручивались как-нибудь по спирали - но тогда - а как людям передвигаться? Неудобно. Вот и появились радиальные улицы, рассекающие кварталы, как ножом.
  Народ на улицах, если их одеть в земные одежды и убрать конные экипажи, ничем не отличался от земных людей - ни поведением, ни внешностью - длинноносые, с вытянутым черепом, довольно высокие, с белой и смуглой кожей, они спешили куда-то по своим делам, разговаривали, смеялись, ругались и обнимались - всё, как обычно.
  Среди них резко выделялись редкие жрецы Храма, одетые в красные, алые с золотом одежды, с лысыми, как коленка головами. Они важно шли по улице, и люди благоговейно перед ними расступались, как льды перед атомными ледоколами. Сразу было видно, кто хозяева здешней жизни.
   Кое-где виднелись патрули стражников, прохаживающихся по тротуаром и важно оглядывающие прохожих, всем видом показывая - если вас ещё не разоблачили, но это просто наша недоработка - гуляйте, пока дают!
  Базар открылся как-то неожиданно - это была огромная круглая площадь, центр которой был свободен и похоже использовался для каких-то обрядов или массовых гуляний. Впрочем - я сразу заметил, какие там гуляния и обряды совершались - посреди площади стоял огромный медный бык с закопчённым брюхом, под ним были сложены приготовленные дрова, как бы напоминая всем жителям этого государства - вот ваше будущее, если вы...ну и так далее. Тут же стоял помост, видимо, с которого выступали экзекуторы или кто там ещё, на нём, возможно и публично казнили - никто ничего нового не придумал с тех пор, как зародился человек и вышел из пещер. Власть и её кары всегда следуют друг за другом через тысячелетия.
  Мои мысли прервала Лена, легонько ткнувшая мне в бок:
  - Ты в курсе, что за нами следят? Ведут от самой гостиницы...
  - В курсе. Трое якобы праздношатающихся парней - когда мы взяли пролётку, они заметались и отстали, потом нагнали. Видимо, соглядатаи Старика. Пусть себе следят, наплевать. Ты лучше присматривайся, как тут женщины одеты, что тебе лучше купить! Не хочу, чтобы моя жена выглядела как замарашка!
  - А ты смотри, как мужчины одеты - не хочу, чтобы мой муж выглядел как гопник - со смехом парировала Лена - Гарсуг, ты в курсе, где тут самые лучшие лавки с одеждой? Гулять, так гулять!
  - Мы сойдём на базаре, там всяких лавок много, можно что угодно найти, не переживайте - осклабился в улыбке волколак - только карманы берегите - вмиг срежут кошелёк, народ тут шустрый!
  Над базаром стоял чад - дымили жаровни с углями, на которых поджаривали колбаски, куски мяса, рыбу и мне сразу захотелось чего-нибудь съесть, как сказал один персонаж из фильма: 'Иногда так и хочется съесть какую-нибудь гадость! Чебурек, сосиску в тесте, а вот ещё - беляш - промаааасленный такой!'. Вот и мне сразу захотелось съесть кусок непонятного мяса, истекающий каплями сока на решётке жаровни и лишь увещевания Лены, да замечание Гарсуга, что пахнет от этого мяса совсем не олениной, заставили меня отказаться от этого злостного намерения.
  Глотая слюни и конвоируемый своей подругой, отвернувшись от соблазнительных угошений уличных торгоцев, я последовал за волколаком к ближайшей лавке одежды.
  Как оказалось - все лавки одежды были разделены на мужские и женские - ну это и понятно - мужчинам стрёмно толкаться среди женских нижних юбок, выбирая себе штаны, ну а женщинам - копаться в мужском барахле, так что пришлось вначале зайти в мужскую лавку.
  Через полчаса примерки, торга, причитаний владельца лавки, как всегда заламывающего руки и кричащего, что он всё отдал даром и совершенно разорён, мы приобрели для меня три комплекта одежды - рубахи, нижнее бельё, штаны, ну и так далее, что положено настоящему мужчине, купили две приличные замшевые куртки. Обуви в этой лавке не было, так что пришлось идти в следующую лавку.
  Тюк с вещами тащил Гарсуг - мы заранее купили здоровенный вьючный мешок, куда и сложили свои покупки.
  Волколак сам вызывался тащить мешок - для него, при его силе это не было каким-то затруднением - если только морально? Впрочем - он никогда не показывал своего недовольства положением раба, относясь к этому как-то философски - ну да, вот так, такая жизнь, что поделаешь? Скорее это мы с Леной больше комплексовали по поводу его рабства, чем он сам.
  Быть рабовладельцами оказалось не очень приятно для современного человека. Чтобы не заморачиваться с мыслями о подобном, я запретил себе думать об этом и решил воспринимать волколака просто как сотрудника, подчинённого, стоящего чуть ниже на социальной или карьерной лестнице.
  Следующей по пути была лавка с женской одеждой - поиски и торговля заняла тут гораздо больше времени - остановить Лену я смог только тогда, когда сказал, что потом мы купим ей гораздо лучшие шмотки, пусть пока просто наберёт самого необходимого, и всё, хватит!
  Необходимым оказался огромный тюк шматья, под которым еле видно было волколака.
  При посещении лавки с обувью, пришлось Гарсуга оставить в дверях - с этаким тюком протискиваться в двери было проблематично.
  Выбрав в какие-то полчаса три пары обуви себе, я всё-таки сумел оттащить Лену от примерки различных туфель, башмаков, мокасин и чёрт знает чего - от сандалий до сапог, расплатился с хозяином и вышел из лавки, сопровождаемый боромочущей какие-то туманные угрозы и проклятия подругой, оторванной от самого важного в жизни дела - примерки нового барахла.
  Не обращая внимания на её выступления, я потянулся, и тут же какой-то случайный прохожий врезался в меня так, что я чуть не потерял равновесие. Я выругался, автоматически потёр грудь, где под рубахой висел на верёвочке кошель с монетами и некоторыми драгоценностями, что мы собирались продать ювелиру, и обнаружил наличие отсутствия - кожаная верёвочка кошелька была перерезана острым лезвием так ловко, что я даже этого не заметил и не ощутил.
  Бросив тючок с обувью Лене, я приказал:
  - Жди здесь! Нас обнесли! - и бросился за мелькающей в толпе спиной человека, толкнувшего меня у дверей лавки.
  Через минуту я почти нагнал его, ловко лавирующего между рядами, когда он заметил опасность и со всех ног бросился бежать, опрокидывая по дороге тележки и прилавки, чтобы затруднить мне погоню.
   Люди вокруг кричали, стояли ругань и визг, а воришка бежал настолько быстро, что я никак не мог его поймать, несмотря на то, что прилагал для этого все усилия.
  Скоро, базар, кончился, и я, за преследуемым, выскочил в боковую улочку, или скорее переулок, заставленный здоровенными повозками, гружёными мешками, которые носили обнажённые по пояс грузчики с мускулистыми торсами.
  Воришка ловко проскочил между ними, бросился бежать дальше, завернул за угол серого дома с ободранными ставнями, я за ним...и чуть не уткнулся в группу парней, человек семь, полукругом прикрывавших тяжело дышащего вора, прижавшегося к стене. Вор указал пальцем на меня и противным гнусавым голосом запричитал:
  - Парни, он ко мне пристаёт! Гонится за мной от самого базара! Ненормальный какой-то!
  - Слышь, ты, придурок! - угрожающе наклонив голову шагнул ко мне один из парней - вали отсюда, пока башку не оторвали! Чего к пареньку пристал, извращенец? Что, на сладенькое потянуло, козёл безрогий?!
  - Слышь, ты, урод, ты как смеешь незнакомого человека оскорблять, а? - тут же, с пол-оборота, завёлся я - пусть твой козлёныш вернёт мне кошелёк, и разойдёмся по-мирному, иначе будет плохо!
  - Ты ещё и выступаешь, дерьмо ты эдакое! Ну, ты сам виноват! - рука бандита метнулась за отворот куртки и в ней оказался небольшой тёмный нож с узким лезвием - ситуация была, конечно, не той, чтобы особенно раздумывать над посторонними вещами, но я как-то автоматически отметил: 'Лезвие тёмное - неужели железо? А как же запреты жрецов? Или это чёрная бронза?'
  Впрочем - скоро эти мысли вылетели из головы.
  Всё, что я успел сделать - набросил амгура на воришку,, на вский случай, и тут же парировал выпад руки с ножом.
  Нож, звеня покатился по мостовой, а парень упал с перебитой гортанью, дёргаясь и хрипя на земле - в этот раз мне не было нужды сохранять им жизнь.
  Оставшиеся шестеро, секунду ошеломлённо смотрели на результат нападения их вожака на залётного лоха, потом, как по команде, выхватили кто чего - ножи, кастеты, один даже размахивал кистенем вращающимся на небольшой цепочке - и набросились на меня.
  Я бил от души, наповал, как будто мстя за все волнения и неприятности последних дней - первым упал тот, что с кистенем, когда попытался врезать мне по макушке, потерял равновесие во время моего уклона и поплатился сломанной ударом шеей, затем пал второй - убитый его же ножом.
  Подхватив валяющийся нож предводителя, и вырвав нож другого бандита из его же тела, я превратился во что-то вроде сенокосилки, срезающей кусты чертополоха, падающие под набором острых отточенных лезвий.
  Через минуту всё было конечно - все, кроме сжавшегося от ужасе воришки, закрывшего руками голову и причитающего: 'Не надо! Только не надо! Я всё отдам!' - лежали на земле в луже крови, и только слегка подёргивались в последних судорогах.
  В воздухе пахло кровью, нечистотами - видимо перед смертью желудки бандитов освободились от съеденного, а также почему-то запахом сена и селёдки - видимо от больших фур, стоявших за углом.
   Осмотрев себя, остался удовлетворён - ранений не было, хорошо сработал. Были опасения, что я от своей безнаказанности, пуская амгуров, перестал заботиться о своей безопасности, обнаглел, как заявила мне Лена, поэтому сейчас я и был доволен сделанной работой, тем, что не допустил своего ранения.
  Воришка всё повизгивал и вздрогнул, когда я к нему подошёл:
  - Где кошель? Давай его сюда.
  - Вот, возьми, только не убивай! - парень дрожащими руками протянул мне мой кошелёк с обрезанным шнурком - вот ещё возьми кошелёк, и ещё!
  Вор протянул мне два кошелька, похожие на мой и слегка позвякивающие в руке парня, я хмыкнул, пожал плечами и забрал добычу, потом схлопнул амгура и ушёл, не оглядываясь на лежащих на земле мертвецов.
  Обшаривать их я не стал, хотя и стоило - рупь за сто у них были ещё ценности. Но - то ли стало противно, то ли хотелось скорее вернуться к своим, но после недолго колебания я бросил мертвецов не обшаренными - пусть воришка этим займётся, мне хватит двух чужих кошельков, да двух ножей, которые я спрятал в карманы куртки.
  Пройдя мимо толпы грузчиков, совершенно не интересовавшихся тем, что там происходит за углом (может даже излишне демонстративно не интересовавшихся), я вернулся на базар, и после десятиминутного блуждания между рядами торговцев, наконец вышел к своим спутникам.
  Уже издалека я увидел, что Лена нервно постукивает ногой, что-то горячо говоря волколаку, тот кивает головой и отставляет к стене лавки тюк с вещами, и только он собрался уйти - как я понял - по моему следу, как увидел меня и показал в мою сторону пальцем.
  Лена обернулась, облегчённо вздохнула и кивнула головой.
  - Догнал?
  - Догнал - усмехнулся я - вот, даже трофеи есть. Потом посмотрим, что там лежит. Пошли домой? Хммм...то есть в гостиницу?
  - Давай ещё заскочим в лавку с косметикой - я видала тут такую, а то хожу ненакрашенная, как мужик...что, нарвался там?
  - Само собой...не без этого.
  - Группа прикрытия? Сколько их было?
  - Без воришки - семеро.
  - Воришку прибил?
  - Нет. Чего-то пожалел. Жалкий, убогий...а этих положил. Смотри, нож какой интересный! - я достал чёрный нож и показал его Лене. Волколак тоже посмотрел на предмет и сказал:
  - Дорогая вещь. Это чёрная бронза - очень ценная вещь, по заказу делается, на вес золота - сколько весит, столько и золота за него дают, по весу. Бывший хозяин говорил, что когда его делают, толкут драгоценные камни и сыплют в расплав, а ещё какие-то заклинания при этом говорят для укрепления - он острый, как стекло! И не тупится.
  - Хммм...смотри-ка! - удивилась Лена - слушай, Серёга, а бродить по базару, оказывается, выгодное дело - видишь, какие ты трофеи добыл! Надо только вовремя подставить свой кошелёк, как лох, и потом все трофеи твои будут!
  Я внимательно посмотрел на нарочито серьёзную подругу, покачал головой и сказал:
  - Хватит издеваться! Иди в свою дурацкую лавку за дурацкими румянами! Я жрать хочу, а вы мне не дали съесть гадость с с базара! Мечтаю добраться до гостиницы и навернуть пирогов с супом.
  Лена отправилась в лавку с косметикой, а я с волколаком остался стоять на месте, раздумывая: интересно, а куда делись наши провожатые-соглядатаи, когда я побежал за вором? Нагорит им от их шефа, или нет? Ведь, фактически, они допустили, чтобы их охраняемый объект подвергся опасности, могли пострадать планы и вложения начальников. Представляю, что будет, если Старик об этом узнает...
  В гостиницу мы возвращались торжественно, нагруженные тюками с одеждой и обувью так, что еле пролезли в дверь своего номера.
  Волколак сразу исчез, убежав в свою комнату - я распорядился, чтобы ему выдали самого свежего мяса, и вообще - чего пожелает, а нам заказал роскошный обед, в ожидании которого мы принимали душ и переодевались в новую одежду.
  Я не стал себе брать чего-то вызывающего - простые добротные брюки, рубаха, ну и так далее. Лена же разошлась - в белом платье с золотыми узорами, височными украшениями и густой сеткой на голове, украшенной небольшими блестящими камешками, она смотрелось не то что великолепно - сногсшибательно! Мне даже подумалось - какого чёрта она так вырядилась, теперь все будут помнить парочку, в которой женщина так красива, что глаз не отвести. Типа Церевна-лебедь.
  На мои укоры она смущённо ответила:
  - Слушай, ну хоть немного побыть красоткой, а?! Не всё же мне быть убийцей в бесформенной одежде с чужого плеча! Можно же хоть немного побыть принцессой?! Что мы, денег не награбили, что ли?
  Кстати сказать, насчёт награбленного - в отнятых у вора кошельках оказалась приличная сумма - штук двадцать золотых сиклей, серебряных штук тридцать, кучка медяков - вполне хватит на приличную жизнь в ближайшее время.
  Драгоценности убитых стражников мы пока сдавать не стали - оставили на будущее.
  После плотного обеда поднялись в номер, где предались счастливому ничегонеделанию - или, скорее - деланию. Нам не так часто в последнее время удавалось побыть наедине и без одежды, так что мы не преминули воспользоваться случаем...
  Гонец от Старика прибыл под вечер - в дверь номера постучали, я накинул на себя полотенце и приоткрыл дверь так, чтобы не было видно голой, разметавшейся по постели спящей подруги.
  Гонец - молодой парень лет семнадцати, с любопытством старался заглянуть в номер через щель в двери, чтобы рассмотреть, откуда же растёт эта длинная обнажённая женская нога, я пресёк любопытство, вышел в коридор и спросил:
  - Чего хотел-то?
  - Ну я сказал уже - меня Старик прислал, зовёт вас к себе. Сказал - собирайте вещи, в гостиницу возвращаться не надо.
  - Ясно. Жди нас внизу, скажи трактирщику, чтобы позвал нашего волколака, как придёт - пришли его сюда. Всё понял?
  - Ага! Всё понял! - парнишка важно удалился вниз по лестнице, а я вошёл в номер и легонько потеребил подругу за теплое гладкое бедро:
  - Вставай, Лен! Гонец от Старика прибыл!
  Она потянулась, выгнувшись как кошка, и сонно спросила:
  - Душ хоть принять успею? А то вдруг там и помыться-то негде...
  - Иди, иди, мойся, только быстрее. И оденься попроще - хватит принцессой ходить, внимание привлекаешь.
  - Злой ты - усмехнулась Лена и легко вскочила с постели, сверкнув крепкими смуглыми ягодицами - собирайся, я скоро!
  Через минут пять в дверь уже стучал Гарсуг, и скоро мы, как караван верблюдов, шли вниз по лестнице, нагруженные барахлом. У дверей гостиницы стоял экипаж, возница которого, завидев нас, сразу заявил:
  - Я от Старика, грузитесь ко мне, я вас отвезу куда надо.
  Уладив денежные расчёты с хозяином гостиницы, я запрыгнул в пролётку, следом за своими спутниками, и вот уже, снова мы неслись по улицам города.
  Возница попался лихой, всё время нахлёстывал лошадь и я боялся, что он вывалит где-нибудь на повороте, объезжая медлительную телегу крестьянина, везущего на рынок свой урожай овощей или тележку зеленщика, на свою беду попавшуюся нам на дороге.
  Впрочем, всё закончилось нормально, и после двадцати минут сумасшедшей скачки, мы оказались у двухэтажного дома, с выцветшей вывеской, изображающей какие-то скобяные товары, с витриной лавки, выходящей прямо на улицу.
  - Заходите - Старик тут и ждёт вас! - возница указал на дом, дождался, когда мы заберём мешки и снова с гиканьем унёсся, под неодобрительным взглядом Лены, пробормотавшей ему вслед какое-то ругательство - всю дорогу она сидела, вцепившись в борт коляски, и ругала возчика, желающего обязательно вывалить её на мостовую.
  В доме суетились люди - подметали, мыли, чего-то красили, затаскивалась мебель, посуда.
  Нас встретил уже знакомый подручный Старика и проводил наверх - там уже было всё прибрано и чисто, а в гостиной стоял накрытый закусками и напитками стол. За ним сидели Старик и двое его подручных, что-то с жаром обсуждающие и почти не обратившие внимания на наш приход.
  Наконец, Старик соблаговолил нас заметить, встал, и радушным жестом предложить присаживаться:
  - К столу, к столу, дорогие партнёры! Волколак пока пусть посидит внизу, это не тот ли волколак, что был у Арданана? Вот, видите - всё знаю. И знаю, как некий знакомый нам человек покрошил группу больших и сильных мужчин на рынке! Нет-нет, не беспокойтесь - это были не наши люди. Это были люди Мизара - есть такой наш конкурент. Так что косвенно вы оказали нам услугу. Вообще - удивлён - без магических средств, практически голыми руками, семь человек убрать - молодец! - Старик демонстративно три раза хлопнул в ладоши и снова сел во главе стола - итак: теперь это ваш дом. Внизу лавка, вверху ваше жилище. Чуть позже привезут новую вывеску - на ней будет: 'Лечебные снадобья'. Так же доставят и набор различных трав - потом сами разберётесь, как их поставить и что с ними делать. Ваша основная задача сейчас - научиться работать с амгурами. Скрижали из Храма доставят завтра к обеду. Никому их не показывать, никому не говорить, что они у вас есть. Как только закончите с ними работать - сообщаете мне, я их заберу. Двое слуг - кухарка и кухонный рабочий - наши люди, сообщаете им, что желаете со мной связаться, говорите, что надо - мы всё сделаем. За вами, конечно, будут присматривать - ну - чтобы не обидели. Ну и чтобы не сбежали - да! - Старик усмехнулся уголком рта на насмешливый взгляд Лены - мы в вас вкладываемся финансами, усилиями, конечно, хотим, чтобы вы отработали вложенные в вас средства. Твоя задача, Сергатор, повторюсь - научиться как следует работать с амгурами. Ну что же - теперь мы вас оставим одних, завтра ждите скрижали - руководства, научные трактаты. Чуть не забыл: вот ваши удостоверения личности - Старик толкнул по столу две медные пластинки, покрытые лаком, они скользнули вдоль края стола, пролетев мимо стоящих графинов и блюд с фруктами, и остановились возле нас - несмотря на свою косоглазость, руководитель бандитов был очень ловким и умелым человеком - отметил я для себя.
   Подняв пластинки, на одной прочитал: Сергатар, сын Авгартуна из Менгора, на другой - Лилин, дочь Артада из Менгора. Ниже каким-то штампом выбита печать, с силуэтом Храма и надписью 'Во имя Ормазда Великого и всемогущего!'
  - Есть какие-то вопросы? Пожелания? - Старик внимательно осмотрел нас с Леной и только собрался выйти из-за стола, когда я заявил ему:
  - Есть. Кроме скрижалей, описывающих работу с амгурами, мне нужны научные трактаты по работе со сферой - ну светильником, вот этим - я сделал Знак огня и сказал Слово - тут же над моей головой вспыхнул яркий свет. Потом сделал Знак Развоплощения - свет исчез.
  - Ещё - заклинания по лечению и приготовлению снадобий - раз уж мы тут собираемся сделать лавку снадобий, то мне нужно знать, как они готовятся. Это возможно - добыть эти трактаты?
  Старик задумался и через минуту раздумий сказал:
   - Возможно, да. Только я опасаюсь, чтобы ты не увлёкся научными трудами и не забросил изучение работы с амгурами. Ты должен понимать, что это основное, и что остальное второстепенно. Я в этом жизненно заинтересован... - он потёр больной глаз и внимательно посмотрел на меня - понял ли я. Я кивнул головой:
  - Не беспокойтесь - я выполню обещание. Как только научусь - тут же вам сообщу.
  - Хорошо - Старик удовлетворённо кивнул головой - только не пытайся меня обмануть, сбежать, например! Ты парень шустрый, как я погляжу - днём и ночью возле дома будут находиться наши наблюдатели - и для вашей безопасности, и для нашей уверенности. Если попытаешься обмануть - погибнешь ты, и твоя жена - она в первую очередь. И не пытайтесь воздействовать на меня или моих людей внушением - и я, и мои люди специально подготовлены сильным ментатом против такого воздействия, это вам не уличного грабителя охмурять. Всё ясно? А если ясно - располагайтесь, отдыхайте - кладовые заполнены продуктами, кухарка выполнит любой ваш заказ на ужин, рабочий сходит и купит всё, что вам нужно - удачи, демоны! - Старик усмехнулся и в сопровождении своих помощников, не оглядываясь вышел из комнаты.
  Мы остались вдвоём с Леной, некоторое время молчали, потом она сказала мне по-русски:
  - И что думаешь по этому поводу? Тебе не кажется, что мы лезем из огня, да в полымя? Из-под одного контроля удрали, теперь под другой контроль попали, в золотую клетку, это тебе как?
  - Никак! Ты знаешь лучший способ выжить? Я - нет. Главное - мы сейчас получим знания, а как этими знаниями распорядиться - мы уже решим.
  Я постучал пальцами по полированной крышке стола, налил себе немного вина из высокого узкого кувшина, отхлебнул, налил ещё стакан и отдал его подруге:
  - На вот, выпей, и успокойся. Давай лучше подумаем - как нам достать из себя бомбы? У тебя есть предложения по этому поводу?
  - Есть - усмехнулась Лена - достать бомбы, моё предложение!
  - Хммм...а как? Кто будет резать? Я тебя, а ты меня? Тебе не кажется это опрометчивым? Мы не умеем это делать - убить человека - одно, а достать из него предмет, не задев никаких органов - совсем другое, согласись. Но и доставать эти штуки надо как можно быстрее - нам нужно возвращаться на Землю, но я не хочу больше зависеть от этих негодяев, хватит уже рабства!
  - А тебе не думалось, что эти штуки вообще неизвлекаемы? Что возможно, при их удалении, они взрываются? По крайней мере мне так это говорили!
  - Врут. Уверен - если они и взрываются, то только дистанционно. То есть - они слышат, что с бомбой что-то происходит, слышат все наши действия и подрывают бомбу. И то, знаешь что я думаю - они подрывают её только в самом, самом экстренном случае - в нас столько вложено средств и сил - по стоимости мы сравнимы с военным истребителем - зачем им нас так сразу губить? А если бы бомба могла самопроизвольно взорваться - это было бы опасно, вдруг какое-то изменение химического состава в теле, а она, к примеру, на это настроена, или настроена на температуру тела - рраз! - и вместо ценного агента - труп.
  В общем так - примерное место, где находится эта гадость - мы знаем, разрезать - мы сможем, не велика хитрость, надо только найти обезболивающее, да антисептик, и вперёд. Пока суть да дело - наши раны заживут, а там и...видно будет.
  - А чего ты спросил про трактаты о сфере? С какой целью спросил? Я же знаю, что ты это неспроста сделал.
  - Понимаешь, какая штука...как бы тебе это сказать...есть у меня странное ощущение - в общем, вспомни - как выглядел портал?
  - Ух ты! Это ты на что намекаешь? На то, что сфера, суть...хммм...ну ты даёшь! Не может быть!
  - А чего не может-то? Что мы знаем о сфере? Что знаем о портале? Возможно, портал и есть изменённая сфера, только большего диаметра, большей мощности, и если научиться создавать портал...или научиться закрывать его... Кстати, по поводу закрытия, пришло в голову - а ведь мы умеем закрывать портал! Или, вернее, так - предположительно - знаем, как это сделать!
  - Имеешь в виду заклинание развоплощения? Помнишь, что Арданан говорил - надо, чтобы сила развополощающего была больше, чем сила того, кто сделал магический объект. Иначе ничего не выйдет.
  - А ты уверена? Может он врал? Я ничего не могу сказать, пока сам не прочитаю, где-нибудь в трактатах.
  - Как ты думаешь, сколько времени может занять наше изучение научных трудов?
  - Да кто знает! Ну как можно точно отсчитать время - как будем готовы, так и будем готовы. Тянем пока что - тебя что, что-то напрягает? Не устраивает? Пока всё хорошо - дом, достаток, никто не беспокоит - чего ещё надо? А как будем готовы, отправимся на Землю...
   Извините, по требованию издательства, снесена большая часть текста. Скоро вы сможете прочитать книгу в бумаге. Спасибо за внимание.

Популярное на LitNet.com Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) В.Лесневская "Жена Командира. Непокорная"(Постапокалипсис) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"