Щепетнов Евгений Владимирович: другие произведения.

"Монах.Путь к цели" глава 5

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 8.00*4  Ваша оценка:

  Глава 5
  Зверь мчался по улицам, автоматически сканируя всё, что происходило вокруг. Он видел мир не так, как люди. Если в человеческом теле Андрей и тоже мог рассмотреть ауры и довольно чётко видел в темноте, то Зверь видел всё, как днём. Ауры же сияли, горели пламенем, их оттенки были преувеличены, как будто он разглядывал их под микроскопом. Зверь осознавал всё это, но его восприятие происходящего тоже отличалось от человеческого. Всё абстрактное, всё отвлечённое от сиюминутной проблемы задвинуто в дальние кладовые памяти, как бы затуманено, но то, что находилось на переднем плане, он осознавал чётко и осмысленно. Зверь мчался убивать.
  Всё, что касалось убийства, было просто и понятно. Весь ум этого существа, не глупый или умный - ДРУГОЙ - был направлен на то, чтобы прийти в определённую точку, совершить то, что он умел лучше все, и уйти незамеченным. Всё, что нужно было сделать, Андрей заложил в себя заранее, как программу, как руководство к действию, и чётко следовал этому плану.
  Нужное здание показалось через минут двадцать - оно точно походило на описание, данное ему Зирком.
  Большое, трёэтажное здание возле городского рынка. В это время Абдул всегда находился там - за редким исключением. Здешний народ не любил шастать по ночам, кроме работников ножа и топора, но Абдул уж точно давным-давно вышел из категории уличных грабителей. Впрочем - он и не был таким. Его карьера начиналась с наёмного убийцы, высокооплачиваемого, умного, который двигался по 'служебной лестнице' семимильными шагами, поступая, как султан Бейбарс на Земле - после каждого переворота, захвата власти, он уничтожал тех, кто помог ему подняться. Постепенно, но всех до одного. Зачем нужны конкуренты и предатели? Сегодня они предали своего хозяина, а завтра предадут и его. А кроме того - зачем держать радом слишком умного человека, способного подсидеть? Это было и силой, и слабостью Абдула - с одной стороны некому было узурпировать его власть, а с другой - он слишком надеялся на самого себя и некому было в нужный момент подсказать, дать нужный совет. Впрочем, он давно уже считал, что в советах не нуждается, и сам знает лучше других - как ему жить, и что делать.
  Охрану своего особняка распределял сам - так, как умел, так, как считал нужным. Вся оборона была рассчитана на человека - умного, умелого, убийцы высшей квалификации - такого как Халид, или Андрей. Подходы к зданию окружали стрелки с арбалетами, вокруг здания, на подходе к нему, начиная с расстояния пятисот метров, стояли открытые и скрытые наряды бойцов, строго-настрого предупреждённые о том, что этой ночью возможна попытка нападения на хозяина.
  Абдул прекрасно осознавал, что он поставил Андрея в невыносимые условия, из которых был один выход - работать на него. Или попытаться убить. Конечно, работник под нажимом был не особенно эффективен. Но ему и не надо было длительной работы этого убийцы - достаточно, если он уберёт Хасса, и несколько мелких боссов. После чего его работа и жизнь закончена. И он не обольщался - Андрей точно попробует совершить на него, Абдула, покушение. Ведь он, Абдул, сделал бы так же. А потом бы сбежал, бросив и эту бабу, и её трактир, и так называемых друзей - кто они ему такие? Какая-то баба, какая-то семейка.
   У Абдула не было друзей и семьи - эффективный убийца не может ни к кому привязываться - это аксиома, которой он следовал всю свою жизнь. Тут был и ещё нюанс ситуации - Абдул прощупывал состояние обороны Хасса, его способность отстоять принадлежащие тому куски и кусочки собственности. Ведь трактир стоял на территории конкурента, Хасс имел с зеведения доход, и если сегодня отнять этот кусочек, завтра другой - под таким же надуманным поводом, послезавтра - третий, а там, глядишь - и Хасса нет. Ну, это в том случае, если Андрей при попытке покушения будет убит. Но Абдул всё-таки надеялся, что того возьмут живым.
  Абдул отдал приказ, чтобы Андрея в первую очередь попытались взять живым, а уж потом уничтожали, если увидят, что другой возможности остановить - нет. Его должны были остановить на подступах к резиденции авторитета.
  Так же этот конфликт мог послужить для разведки боем - если Хасс решит, что необходимо встрять за эту бабу, за свой трактир, он организует сопротивление, и тогда тоже можно будет напасть, разорвав договор, придравшись к тому, что он нарушил неписанный кодекс - не встревать в разборки из-за баб. В общем - как ни крути, сплошная выгода. А что этот наёмник? Да ничего. Разменная монета. Как и его баба. Как и его 'друзья', за которыми внимательно следит наряд бойцов.
  Зверь засёк первый наряд задолго до того, как приблизился на расстояние видимости человеческого взгляда. Для него улица была ярко освещена луной, звёздами, и попытки этих жалких людишек спрятаться были смешны. Как и попытка отвлечь наблюдателя нарядом бойцов, стоящим открыто, на улице. Трогать их было нельзя - исчезновение постов обязательно заметят, и поднимется шум. Он должен был сработать абсолютно аккуратно - мало поубивать всех, кто встал на его пути, надо сделать всё элегантно и правильно. Эффективное убийство - это большое искусство, которому учатся годами, и не все могут ему научиться.
  Зверь осмотрелся и стал искать, как подойти к зданию незаметно. Сделать это было очень, очень трудно - пространство вокруг здания вычищено, свободно от строений, кустов и деревьев, которые могли бы послужить укрытиями. Справа от здания забор, за забором территория рынка. Подойти незаметно невозможно. Только если взлететь на здание. Но, увы, крыльев у Андрея нет. Он ещё посмотрел - в двадцати метрах от здания стоит ещё одно здание - на территории рынка. Что-то вроде администрации? Или магазин? Оно ниже базы Абдула на пол-этажа, двухэтажное, с высокими сводчатыми окнами, заделанными мозаичными стёклами. Храм? Может и храм.
  - Остаёшься тут. Без команды в бою не участвуй. Всё понятно?
  - Понятно - Шанди была серьёзна и на удивление послушна. Возможно - понимала серьёзность момента.
  Она соскочила со спины Зверя и скакнула к забору, а Андрей ещё раз осмотрел пространство возле дома Абдула, освещённое ярким светом множества факелов, трепещущих на ветру и дающих неверные, мельтешащие на стенах домов, тени. Повернулся, помчался назад, обходя район по широкой дуге и зашёл к рынку сбоку, там, где у забора, украшенного стальными пиками, стояло высокое дерево - метрах в пяти от него. Ветки дерева с одной стороны обрублены - чтобы никто не мог с него перебраться на территорию рынка. Значит - на рынке есть охрана и товары остаются в палатках на ночь.
  Зверь скакнул по стволу вверх, цепляясь за него, как стальными крючьями, влез на толстую ветку, выдерживающую немалый вес зверя - прыжок! Мягко приземлился на территории рынка. Шёпот поодаль:
  - Ты ничего не видел? Вроде мелькнуло что-то?
  - Мерещится. Смотри по сторонам внимательнее. И потише, бормочешь всё, слыхать за версту. Подломают палатку - будем выплачивать. Тебе это надо? Мне нет.
  Зверь осторожно прокрался вдоль забора к зданию магазина возле дома Абдула. Осмотрел стену, вход - заперто. Окна в решётках. Примерился, зацепился когтями за подоконник, рванул вверх - захват за следующее окно, подоконник держит, только на толстом дубе остались глубокие царапины, как будто кто-то лез в электромонтёрских кошках. Ещё рывок - зацепился за карниз и вонзая когти в дерево выбросил своё тело на крышу. Она была плоской, как и все здания города. Отголоски требований к обороне городов - на плоских крышах удобно сидеть стрелкам, и если штурмующие город всё-таки в него ворвутся, их встретит смертоносный дождь стрел с крыш. Впрочем - почему отголоски - это и был средневековый город, и требования к постройке домов однозначны - плоские крыши. Небольшой уклон был - для стока воды, но очень небольшой.
  Прикинул расстояние - метров пятнадцать, или больше? Больше... И вот это превышение метра на три... То есть - ему надо прыжком преодолеть настояние в пятнадцать метров, да ещё с превышением по высоте и уцепиться за крышу здания Абдула? Невозможно. И почему это невозможно? Кенгуру прыгают на расстояние тринадцати метров, и на высоту пять метров. А оборотень?
  Если не сможет перепрыгнуть - грохнется вниз. Не смертельно, но все планы полетят к чёрту. Придётся просто всех валить, вместо стройного и обдуманного плана.
  Зверь отошёл назад, к краю крыши, мгновенно, собрав все силы, что у него были, задействовав все ресурсы могучего организма, начал разгон.
   Могучие мышцы застонали, толкая вперёд стокилограммовую тушу, сухожилия звенели, как натянутые гитарные струны, и тело, будто пушечное ядро, полетело вперёд.
  Оттолкнувшись от края крыши, невероятным усилием Зверь послал себя вперёд и вверх, целясь уцепиться за край здания. Вытянутое в струну тело живой стрелой пролетело над забором, с торчащими стальными штырями, над пустырём, освещённым факелами и врезалось в стену здания, с тупым стуком, как будто кто-то бросил куском мяса. Этот 'кусок' мяса чуть не взвыл от боли во внутренностях - он немного не рассчитал, и ударился животом прямо в острый край крыши, и похоже сломал пару рёбер. Крепость организма оборотня, конечно, была несравнима с крепостью тела человека, но и его возможностям существовал предел.
   Впрочем, система регенерации оборотня тут же бросилась залечивать сломанные рёбра и отбитые органы. Зато он был на здании, и никто не видел, как он туда перелетел. Впрочем - ошибка. Перед ним стоял ошеломлённый, заспанный стрелок - видимо он, несмотря на все приказы, всё-таки уснул на посту. Он так и так был обречён - спал бы он, или нет - свидетелей оставлять нельзя. Удар лапой - и стрелок, вытаращивший глаза и не успевший даже крикнуть, покатился по крыше со сломанной шеей. Почему-то больше стрелков Андрей не обнаружил - крыша была чиста. Вероятно основная масса засела в окнах второго и первого этажа.
  Зверь сделал несколько мягких шагов в сторону входа на крышу - это была небольшая будка, вроде тех, что стоят на огородах в виде 'удобств', в ней находился люк с лестницей на верхний этаж. Остановился, поразмыслил и стал перекидываться в человека. Поёжился - холодно. Подошёл к убитому стрелку, прикинул - размер одежды примерно совпадает. Стянул с него сапоги - понюхал, скривился. Но надел. Современный человек не может ходить босиком - боеспособность сразу теряется. Стянул штаны, куртку, надел. Потом оторвал кусок рубахи и замотал себе лицо - вылитый ниндзя. Усмехнулся. Поднял арбалет, готовый к выстрелу, снял с трупа кинжал, колчан с болтами, нож. Сабли не было. Пошёл к люку и скрипнув рассохшейся дверью вошёл в будку, поднял крышку и стал аккуратно спускаться вниз.
  - Хист, ты чего? Твоё пост наверху! - услышал он чей-то хриплый голос и буркнул в ответ чего-то вроде: 'По нужде'
  - Хист, ты обалдел? Хозяин тебя подвесит за это! На крыше бы делал!
  Говоривший не успел ничего больше сказать или сделать - но всё-таки успел протянуть руку за арбалетом, лежащим на подоконнике, когда увидел замотанную физиономию лже-Хиста, и получил болт прямо между глаз.
  Здесь было что-то вроде подсобки, или этакой технической комнаты, в которую, собственно, и вёл люк. Второй убитый стрелок при падении загремел и стукнулся о пол, что привлекло внимание ещё кого-то в соседней комнате - дверь открылась и выглянул неизвестный, тут же получивший удар кинжалом в глаз. Он упал молча, только его пятки выдали барабанную дробь по натёртому воском полу.
   Андрей втащил его в комнату, аккуратно положил на пол, достал его кинжал, вынул листок из пояса и приколол его к груди убитого. То же самое сделал с другим покойником. Осмотрел их оружие, забрал ножи - у одного нашлась перевязь с метательными ножами, чему Андрей обрадовался. Метание ножей было одним из его основных боевых умений - наравне со стрельбой из винтовки. И из арбалета.
   Вооружившись, достав из перевязи один из ножей, открыл дверь и пошёл дальше. Шёл тихо, настолько тихо, что его трудно было услышать даже если знать, что он сейчас здесь пройдёт. Ответил для себя - у Хасса он не смог бы так пройти. Скрипучие половицы сразу бы его выдали. Тут же пол был натёрт, блестел и сверкал - скрипучих половиц в организации Абдула не уважали. А зря...
  В коридоре, у окон, два стрелка. Два молниеносных движения рукой - один нож в горле, один в глазу. Всегда предпочитал бить в глаз, если не было возможности зажать рот - сразу выключить мозг, чтобы не было позывов на крики и стоны. Отключил мозг - и пусть себе дёргается. В горло - тоже неплохо - перерезал связки, и не кричит. Только вот клокочет громко, хрипит. В тишине звучит как рёв самолёта. Затих в углу, ожидая - не появится ли кто-нибудь. Нет, всё тихо в этой части здания три двери, три комнаты. Где Абдул? Должен быть точно на втором этаже. Надо делать полную зачистку - выбивать всех. Иначе можно пропустить - сбежит, или придётся засветиться. Всё должно выглядеть так, как будто на штаб-квартиру Абдула напал Хасс. Для того Андрей и подготовил листки бумаги с надписями: 'Прихвостень Абдула. Так будет со всеми, кто встанет на дороге Хасса!'. Немного нарочито и пафосно - но кто будет разбираться? У Абдула должны быть те, кто сможет встать во главе его организации, и первым их шагом будет месть. По крайней мере Андрей так надеялся.
   Не станут мстить - пусть. Тогда ему самому придётся убирать Хасса. Нужно же зачистить концы? Нужно. Хасс и Зирк знают, что Андрей получил информацию для того, чтобы расправиться с Абдулом. Начнутся переговоры с конкурентами - всё может вылезть. Переговоров быть не должно.
  Открыл дверь в первую комнату - комната отдыха для охранников. Спят трое. В одежде, вооружённые. Смена стрелков? Подошёл - два удара кинжалом в горло и глаз - двоих нет. Один схвачен за горло и хрипит, в ужасе пытаясь оторвать стальные руки человека-оборотня. Тот укоризненно машет пальцем:
  - Молчи! Тихо! Крикнешь - получишь кинжал в глаз! Где Абдул?
  Охранник ужасом смотрит на перевязанную тряпкой физиономию допрашивающего, косит глаза на окровавленные трупы товарищей и кивает головой - скажу, мол. Оборотень осторожно отпускает горло человека и приставляет кинжал к его глазу:
  - Говори.
  - В том крыле, комната с узорчатой дверью.
  - Сколько охраны у двери? Чем вооружены?
  - Арбалеты, сабли, кинжалы. Десять человек. Охрана. Внутри комнаты - пятеро телохранителей. Призовые бойцы. Пощади!
  Молча вдвинул кинжал в глазницу, выдернул, и не глядя на труп встал, обтерев клинок об одеяло, лежащее на кровати. Не до сантиментов. Оставлять живого противника за спиной - идиотизм. Бросил бумажку на трупы.
  Приоткрыл дверь - задумался - десять человек и там пять. Одному не справиться. Пока будет расправляться с охраной снаружи - Абдул или сбежит, или поднимет шум так, что сюда сбегутся все вокруг. А тогда какой смысл во всей этой эскападе? Мог просто прийти на встречу с авторитетом и поубивать их всех. Нужен другой подход - этих задержать, связать боем, а самому вовнутрь. Шанди! Ну да, останутся следы когтей. И что? Главное, чтобы Абдул был заколот как следует, как надо - кинжалом. А остальные - без разницы.
  - Ты далеко?
  - Напротив входа.
  - Можешь незаметно войти на второй этаж здания? (передал картинку)
  - Наверное, могу - если кто-то будет выходить, я прошмыгну.
  - Посмотри - дверь закрыта, или открыта?
  - Небольшая щель. Только мышь пролезет. Поняла. Могу.
  - Слушай внимательно... - Андрей описал драконнице, что она должна сделать, потом осторожно вышел из комнаты и застыл, как тень, за углом. Шло время, он ждал, затаив дыхание и прислушиваясь к шорохам. Ждать пришлось довольно долго, пока не услышал:
  - Пришлось дожидаться, когда снова приоткроют дверь. Больше никогда не буду делаться такой маленькой - того и гляди тараканы начнут лапы крутить! Размером с жука я её ни разу не делалась.
  - Ты где? - перебил подружку Андрей
  - Выглядываю из-за угла. Боюсь - заметят, наступят и раздавят.
  - Посмотри на узорчатую дверь. Видишь такую?
  - Вижу.
  - Она открывается вовнутрь, или наружу?
  - А как я пойму? Я-то откуда знаю? Ты думаешь, что драконы всю жизнь двери в дома вставляют?
  - Не тупи. Глянь петли, представь, как она открывается - помешает ей косяк открыться, или нет. Это очень важно.
  Помолчала. Минуту, две...пять:
  - Вовнутрь.
  - Точно?
  - Точно. Один сейчас туда входил. Стучал особым стуком. Его впустили, он вошёл, потом вышел. Потом загромыхали - заперли видать. Что делаем?
  Андрей объяснил, потом оторвался от стены и спокойно, размеренным шагом зашагал по коридору. Первым его заметил один из охранников первого ряда - их было два, по пятеро, что-то вроде первой лини обороны - двое стояли у окна и смотрели наружу, двое в коридоре у лестницы, остальные сидели наготове, на табуретках возле двери.
  - Глянь! Кто это?
  - Давай! - мысленно крикнул Андрей и перекинувшись в оборотня рванулся вперёд. Не обращая внимания на ошалевших охранников, он просто их перепрыгнул и всей массой тела врубился в запертую дубовую дверь. Единственная мысль билась в голове - лишь бы не сталь! Лишь бы не стальная дверь!
  Нет. Дубовая, но очень крепкая. Вмазал когтями - пробил, вырвал куски дерева, огромные щепки. Ещё, ещё - дыра. Просунул туда лапы, рванул - дверь сломалась пополам, поперёк железный брус - какое тут вышибить сходу?! Сзади вскрики, удары, булькание - чего она там творит? Смотреть некогда, но не утерпел, оглянулся на секунду - прекрасный дракон, сложив крылья на спине, перемалывает, как мясорубкой своей огромной пастью всех, то кого достанет. Шанди приняла свой реальный облик - существо, размером с лошадь, она всей массой прижала людей к стене, как бульдозер и рвёт их так, что в стороны летят брызги и куски плоти. Кровь стекает по сверкающей в отблесках луны и лучах светильников чешуе драконницы. Он прекрасна и ужасна одновременно. Её пытаются бить кинжалами - саблей размахнуться негде - но она откусывает руки прежде, чем они успевают до неё добраться. Скорость драконницы потрясающа. У обороняющихся никаких шансов.
   Секунду смотрел на художества подруги, но этого хватило людям в комнате, чтобы перейти из обороны в нападение. Всё-таки это были призовые бойцы, и работали они на совесть. И безразлично, кто перед ними - человек, или существо из кошмара, похожее одновременно и на волка, и на гигантского бабуина. Тренькнули арбалеты, и два болта вонзились в грудь оборотню. Человек бы сразу умер, но тело оборотня сразу заткнуло дырки, пробитые в сердце этими металлическими цилиндриками, и продолжало работать, как ни в чём не бывало. Оборотень поднырнул под брус и рванулся к оборонявшимся. Подскочил, вырвал у себя из груди болты и прежде чем телохранители успели среагировать воткнул их в глаза стрелкам. (Кто с болтом к нам придёт, болт и получит! - мелькнуло в голове).
   Трое других с саблями и кинжалами обступили дверь в другую комнату - похоже, что там Абдул и спал. Неужели он будет спать при своих телохранителях? Некомфортно.
  Сбил одного, ударом оторвав ему руку у плеча, двое успели нанести удары, застрявшие на мощных костях - особого вреда нет, как будто палец порезал. И раны тут же перестали кровоточить. Зато бойцы пали мгновенно - не помогли ни многолетние тренировки, ни умения биться на мечах и саблях - все умения против человека. А что ты противопоставить гигантской гиене, раны которой затягиваются за считанные минуты? Только отрубить голову. Но кто бы это дал сделать? Андрей не дал. Оба были мертвы прежде, чем упали на пол.
  Удар с разгону, дверь слетела с петель - кровать, не очень большая комната, оставленная роскошно и вычурно - ковры, покрывала. Окон нет. Но Андрей уверен - тут точно есть второй выход. Должен быть. Не может быть, чтобы Абдул его не предусмотрел. Вон и хозяин комнаты! Спускается во что-то вроде люка, ещё немного - уйдёт! Прыжок! В воздухе настигает болт арбалета! Откуда прилетел - не видно, застрял в грудных мышцах. Не успел, гад, уйти - сунул лапу, когтями поддел крышку - откинул. Человека схватил за шиворот, вытащил, бросил, как мешок на постель.
  Ещё болт прилетел и воткнулся в бок. Рыкнул, обернулся - стоит девка, абсолютно голая, и заряжает арбалет. Очень удобно - и телохранитель, и любовница в одном флаконе. Вот какую роль ты готовил Дирте?
   Прыжок - голова красотки покатилась по полу, а прекрасное тело застыло у кровати. Абдул на постели пошевелился, сел, и ужасом посмотрел на чудовище. Андрей перекинулся в человека, вонзившиеся в грудь болты выпали. Остатки драной одежды - при превращении она разлетелась в клочья - повисли на плечах, животе, ногах.
   В глазах авторитета понимание:
  - Ты?! Тварь! - тут же атака - рефлексы уголовника на высоте - лучшая защита, это нападение. На прыжке встретил ударом в горло, перебив гортань. Реагируешь ты быстро, а вот навыки потерял - привык пользоваться услугами других! Абдул упал и замер.
  Андрей сходил в соседнюю комнату, взял кинжал, принёс. Достал из пояса бумажки, нашёл нужную, положил на грудь бандиту и ударом вогнал кинжал до рукояти, приколов послание. Недолго подумал - сходил, принёс ещё один клинок, и вырезал на животе убитого крест - букву 'Х' Ещё раз глянул на записку - перечёл: 'Получи, тварь! Давно напрашивался! Рынок мой! Вы, прихвостни Абдула - и ваш черёд придёт. Ждите! Я иду! Хасс'
  Вышел в другую комнату - навстречу идёт Шанди, в обычном своём виде - чёрная кошка, небольшая, аккуратная, как только что из мойни. Вроде и не она там сейчас кромсала толпу, как газонокосилка.
  - Я закончила.
  - Живые есть?
  - Нет. Я проверила и на всякий случай всем оторвала головы.
  Вышел в коридор, содрогнулся - головы бойцов, на которых застыли выражения ужаса, удивления, страха и боли выстроены в ряд и смотрят в коридор открытыми глазами. Достал последние листки, хотел вставить им в рот - побрезговал. Противно. Просто бросил на трупы.
  - Пойдём.
  - Куда?
  - Там выход. Только беги сама, у меня плечи голые, потом заберёшься.
  Вернулись в комнату...вдруг запах, и дыхание - кто-то живой. Посмотрел - ещё одна девушка, тоже полностью голая, с кинжалом в руке, машет им крест накрест, обороняясь. Пряталась в шкафу.
  - Давай я?
  - Я сам.
  Натянул арбалет и направив, спустил курок. Затихла. В душе гадко, хотя и понимает - иначе нельзя. Нельзя оставить хвосты, надо зачищать. Никто не должен знать, что он тут был.
  - Проверь - мертвая, или нет?
  - Готова.
  - Ты зачем в дракона перекидывалась? Кошкой нельзя было остаться?
  - А какая разница? Мне так комфортнее. А если кто и видел - не поверит. Откуда тут дракон, если их вообще на свете нет. А ещё - они все так перепугались - мифическое существо ведь. Я сгребла их в кучу и порвала. Скажи, что хорошо вышло!
  - Хорошо вышло. Быстро за мной - а то как бы кто не пришёл. Долго тут болтаемся. Как это ещё никто не выскочил на звуки.
  - А кто выскочит? Пока ты там стоял, я всех остальных по комнатам поубивала. И на первом этаже тоже. Остались только те, кто на улице.
  - Интересное дело...а кто тогда Хасса мочить будет? Если всех поубивала? - пробормотал Андрей и начал спускаться вниз, в тайный ход.
  Небольшой ход, в котором можно было идти только согнувшись, вывел, как и ожидалось, в систему городской канализации, мощную и разветвлённую. Обычное дело для больших городов. Дождей не было, так что по полу выложенного кирпичом тоннеля тёк небольшой вонючий ручеёк. Шанди ругалась и требовала, чтобы он взял её на плечо, потому что ей не можно бродить в такой вони, и вместо благодарности за помощь, он посмел засунуть её в помойку. Андрей отмалчивался и брёл, хлюпая порванными сапогами, и только когда она совсем допекла, рыкнул, чтобы она не доставала - скоро выйдем и побежим!
  Вышли они довольно скоро - Андрей увидел колодец, с вделанными в него металлическими скобами, и волей-неволей ему пришлось принять на плечи свою радостно хихикающую подружку:
  - Вот видишь, видишь - теперь мне пришлось залезть на тебя грязными ногами! А взял бы на плечи сразу - и был бы чист!
  - Сейчас будешь топтаться своими вонючими ножищами, я тебя вообще в это дерьмо сброшу! Заткнись лучше, и так тошно!
  Шанди ещё, для порядку, хихикнула, и через несколько минут они уже вылезали из люка рядом с мостовой, в купеческом квартале.
  Андрей перекинулся в Зверя, Шанди амазонкой запрыгнула ему на загривок, и они понеслись по улицам, как и в начале ночи. Было самое глухое время - под утро. Ночи уже в это время года длинны, так что на горизонте только-только занималось серое свечение, даже не свечение, а просто небо слегка посерело и поблёкли звёзды.
  Одеваться Андрей не стал - забрал мешок с одеждой, итак же тихо, как и раньше, перепрыгнул через забор. Уже тут, во дворе, перекинулся в человека, проверив, что за ним никто не наблюдает. Сорвав с себя тряпки, оставшиеся от одежды, снятой с убитого стрелка, бросил её через забор. Прокрался в мойню, прихватив с собой Шанди, и через минут сорок вышел оттуда одетый, обутый, и чистый. Прикинул - лезть через окно, или же всё-таки через дверь трактира. Нет - стучаться, объяснять - как и что, откуда взялся - ни к чему. Эта дверь запиралась на ночь, как и все другие, так что незаметно войти в неё не удастся. Подошёл к складу, подпрыгнул, зацепившись руками за край, подтянулся и вытолкнул себя на крышу, проворчав:
  - Скорее бы ты летать начала! Сейчас бы этак ррраз! - и подняла меня к окну!
  - Тебя только моя мамочка подымет - хихикнула Шанди - ты вон какую...хммм...фигуру наел.
  - Ну не такую уж и наел! - оскорбился Андрей - у меня ничего лишнего нет. Жира вообще нет - чего брешешь? Вот вечно ляпнешь, как в воду пукнешь! - звук и запах. Тьфу на тебя. Спать иди! Можешь потренироваться перед сном, если хочешь. Только дверь тогда на засов запри.
  - Какие там тренировки? - пожаловалась драконница - у меня лапы отваливаются и хвост болит. Ты, кстати, погляди - там один гавнюк мне сильно по хвосту рубанул. Прорубить не прорубил, но прямо по косточке скотина заехал. Теперь ноет хвост.
  - Сейчас посмотрим - озаботился монах.
  Он занёс Шанди в её комнату, посадил на стол, и она сняла иллюзию кошки. Андрей посмотрел - и правда на чешуе было что-то вроде ссадины - кто-то из бойцов был поистине могучим, а ещё - имел саблю с очень, очень хорошей сталью.
  Андрей коснулся ауры и убрал розовые всполохи боли. Шанди облегчённо вздохнула:
  - Всё. Хорошо - зевнула и прыгнула со стола, раскрыв крылья, прямо на кровать. Крылья её выдержали, и она мягко спланировала на подушку - видал! Погоди ещё - даже такого здоровилу как ты подниму!
  - Молодец - порадовался Андрей - совсем другое дело! Вот теперь точно всё получится, вижу. Горжусь тобой! Только особо не раздувайся от гордости, как шар - и накинь на себя личину кошки. Да! - запрись. Мало ли кто войдёт. Ты же не хочешь, чтобы тебе опять крылья пообломали?
  - Вот умеешь ты испортить настроение! - буркнула Шанди - иди к своей самке, я дверь запру.
  Андрей, улыбаясь, вышел в коридор, Шанди закрыла дверь, и он побрёл к комнате Олры.
  Женщина не спала. И была трезва, как стёклышко. Бросившись к любовнику, схватила его за шею, прижалась, и стала горячо целовать:
  - Живой! Слава небесам! Живой! Я так боялась за тебя... Расскажешь, что и как?
  - Нет. Зачем тебе знать? Абдула нет. Больше он к нам не придёт.
  - Мёртв?
  - Мёртв.
  Олра села на кровать, опустошённо глядя в пространство, потом пожала плечами и сказала:
  - Он сам виноват, правда? Мы же не лезли к нему? Не трогали его?
  - Не трогали - усмехнулся Андрей - давай-ка спать, а? Я так устал сегодня, просто отваливается всё. Есть её хочу, как зверь, но даже не до еды. Хочется упасть и забыться. Ты меня не буди завтра, ладно?
  - Уже не завтра, а сегодня - улыбнулась Олра, глядя на светлый небосвод.
  - Тем более - пробормотал Андрей, откинулся на спину, сидя на кровати, и тут же захрапел. Он и вправду устал - несколько преобразований, ранений, беготня, прыжки и удары - немудрено устать.
   Олра с улыбкой посмотрела на храпящего мужчину, наклонилась, и стала снимать с него сапоги. Андрей даже не проснулся - его сторожевая система в голове совершенно отдельно от его сознания оценивала ситуацию и он как бы знал, что тот, кто возится с его сапогами - не опасен. А раз не опасен - зачем просыпаться?
  Женщина закинула его ноги на постель, хотела раздеть, и махнула рукой - пусть так спит. Накрыла одеялом, и осторожно перелезла через него - легла рядом. Через десять минут и она спала, похрапывая не хуже любовника.
  Проснулся Андрей только к полудню. И спал бы дольше - да голод разбудил. Голод, да ещё голос Шанди в голове:
  - Ну хватит дрыхнуть, что ли?! Эй, ты там живой?! Вставай! Иди, лечи - у меня крылья отваливаются!
  Андрей, кряхтя, сполз с постели и стал натягивать сапоги.
  - Ты моё проклятие! Твоя мать специально сделала подлянку всему человечеству, отправив тебя в мир! Ты воплощённое Зло! Ты демоница!
  - Хватит причитать - хихикнула драконница - иди полечи, да обедать пора. Время уже за полдень, а ты всё валяешься! Я уже два раза позавтракала, два раза потренировалась - иди, полечи меня - а то болит уж очень. Не злись.
  Андрей вышел из комнаты, потянулся, закрыл её на ключ, и пошёл к Шанди.
  Та сидела нахохлившись и в ауре действительно мелькали искорки боли - правда, уже поменьше, чем раньше. Походя снял боль, восстановил мышцы - уже на автомате - в привычку вошло. Потащился вниз, посадив чёрную демоницу на шею, и ворча, что похоже всю жизнь она так и будет его мучить и сидеть на шее.
  Шанди хихикала и утверждала, что сидение у него на шее есть великое благоволение драконьего народа, и что он должен гордиться тем, что лучшие представители драконов удостоили такой чести простого человека.
  Андрея такое утверждение привело в совершеннейший восторг, он рассмеялся, чуть не в голос, и так и сошёл вниз, улыбаясь.
  Улыбку сошла, когда он увидел внизу лицо человека, которого ему меньше всего хотелось видеть. Это был Зирк.
  Андрей напрягся, и мысленно передал:
  - Ты видишь, кто это?
  - Пока не ослепла. Бить будем?
  - Пока нет. Узнаем - чего ему надо.
  Зирк сидел в углу с Никатом и о чём-то мило беседовал. Никат был хмур, а когда увидел Андрея, просиял:
  - Так вот же он! Он со вчерашнего дня не выходил из трактира, как залёг спать, так и дрыхнет. Опух весь со сна уже. Глянь, какой лохматый. Перебрал вчера, что ли?
  Зирк внимательно посмотрел в глаза Андрею, и негромко сказал:
  - Идём сюда, поговорим. Никат, оставь нас.
  Никат с готовностью встал и тревожно посмотрел на Андрея, но ничего не сказал. Потом сел в противоположный угол трактира, где и замер, откинувшись на спинку стула и полуприкрыв глаза. Он весь обратился в слух, но послушать, о чём говорят Андрей и Зирк, ему так и не удалось. А говорили они об очень, очень интересных вещах.
  - И что будешь делать после? - коротко спросил Зирк
  - После чего? - не понял Андрей, пожав плечами - извини, не пойму, я заспался чего-то, как вчера залёг спать, так и не вставал. Полдень давно прошёл, да? Я закажу чего-нибудь. Тебе заказать? Поешь со мной?
  - Позже - Глаза Зирка были немигающими и холодными, как у кобры.
  - Ну а я закажу - добродушно улыбнулся Андрей - О! Олра! Распорядись, пожалуйста, чтобы нам чего-нибудь дали поесть. Мы со вчерашнего дня ничего не ели.
  - Это ты не ел - усмехнулась Олра - как залёг, так и дрыхнешь. А твоя подружка уже всю печёнку в трактире слопала!
  - Врёт, врёт! Всего-то пару чашек - вмешалась Шанди - должна же я была массу наращивать?!
  - Должна, должна, молчи.
  - Скажи, чтобы ей ещё принесли, пусть облопается. Может лопнет в конце концов - хмыкнул Андрей
  - Сейчас, покормлю вас - кивнула головой Олра, и косясь на Зирка ушла на кухню.
  - Я тебя боюсь - неожиданно заявил Зирк - а когда я боюсь, то вынужден защищаться. А лучшая защита, что?
  - Нападение? - усмехнулся монах - а не прогадаешь?
  - Боюсь прогадать - серьёзно ответил бандит - так убеди меня в том, что мне не надо тебя бояться.
  - Как убедить? - рассеянно ответил Андрей, следя за приближающимися к нему подносами с едой - чем убедить?
  - Чем-нибудь
  - Загадками говоришь. Ладно - что случилось? Зачем ты пришёл? Почему Хасс тебя прислал, для чего? Говори открыто, хватит недомолвок. Я человек простой и прямой, как кинжал. Давай не будем словоблудничать, как Абдул.
  - Никто меня не присылал. Я сам пришёл. Теперь никто не может меня прислать. Нет Хасса. Убили его, когда он выходил из дома. Арбалетчик. Его, конечно, тоже тут же зарубили, а что толку? Труп. Арбалетчик что-то кричал о мести за хозяина. Я слышал, что у Абдула была милая практика - он нанимал знахарей и внедрял своим людям в сознание слепое повиновение, и ещё - приказ мёртвой руки. Знаешь что это такое?
  - Нет - ответил Андрей, принимая чашки с супом, пирогами, гуляш, пиво - всю снедь, что наставили ему нас стол - ты покушай, покушай со мной. Не отравишься. Я травлю только врагов. А ты ведь не враг мне, так же?
  - Ещё не знаю - усмехнулся бандит - теперь я во главе организации. 'Приказ мёртвой руки', это когда человеку внедряется мысль о том, что за хозяина надо мстить. Мстить убийце хозяина. И человек идёт, берёт арбалет, находит преступника и убивает его, не считаясь со своей жизнью. Не может не подчиниться приказу. Вот только почему один из телохранителей, по всей видимости, обработанный Абдулом, решил, что виноват в смерти хозяина Хасс? С какого такого рожна?
  - Да кто знает? - хмыкнул Андрей - вы же с ним враждовали, вот и решил после смерти хозяина отомстить.
  - А откуда ты знаешь, что Абдул умер? - жёстко спросил Зирк - если ты не выходил из трактира?
  - Интересное дело! Ты битых полчаса намекаешь мне на то, что Абдул мёртв! И что я должен решить? Слушай, Зирк, расскажи мне то, о чём я не знаю, потом поговорим, ладно? А я пока поем. Как поем - я тебе отвечу на твои вопросы - на какие смогу. Я ведь не много знаю. Например - абсолютно не в курсе, что твоего хозяина убили. Это стопроцентно.
  - Думаю - не в курсе - серьёзно кивнул Зирк, и решившись, сказал - это же фактически ты его убил. Не сам, конечно, чужими руками. И вот как нам теперь с тобой быть? Потому я и спрашиваю - что ты будешь делать?
  - Я-то? Сейчас поем, потом пойду опять поваляюсь на кровати. Потом схожу в город - надо друзей навестить, узнать, как у них дела. В лавку зайду. А больше никаких планов нет. Если ты считаешь, что я лелею план по захвату власти в криминальных структурах города - ошибаешься. Мне вы неинтересны. Ну, занял ты должность своего босса - поздравляю. Мне кажется ты поумнее, и не будешь строить планы, чтобы убрать меня и моих друзей. Кстати, у меня к тебе просьба - не бери денег с Олры за покровительство. И помоги ей, если что, если вдруг меня рядом не окажется, ладно? Просто чисто по дружески. Может и я когда-то тебе пригожусь, как друг. Ага? Покушаешь? - Андрей пододвинул бандиту блюдо с пирогами, тот задумчиво посмотрел на него и взял один пирожок, разломил пополам, одну половинку положил перед Андреем, вторую съел сам, утерев мясной сок платком из кармана. Затем коротко сказал:
  - Договорились - встал, и вышел из-за стола. Андрей тоже встал, сунув в рот половинку пирожка, подмигнул:
  - Всегда приятно приобретать новых друзей. Особенно таких умных. Так что насчёт Олры?
  - Я же сказал - договорились. Плату за защиту не беру. Если надо какую-то помощь - окажу. В разумных пределах.
  - Замечательно. Посидишь со мной? Нет? Тогда извини - так есть хочу, что живот свело. Заходи как-нибудь, посидим, пива попьём, поговорим о разном?
  - Потом. Как-нибудь - криво ухмыльнулся, пошёл было к двери, развернулся. И вернулся к Андрею. Тихо спросил:
  - Скажи - почему кое-кто из людей говорит, что видели в окне дома Абдула дракона?
  - Они чего-то покурили, наверное! Драконов же не существует. Помнишь это пословицу - 'Пойти искать дракона'? Нет их. Бред какой-то.
  - Да? Ну-ну - неопределённо ответил Зирк, повернулся и зашагал к двери трактира. За ним поднялись трое таких же 'качков', сидевших, чуть поодаль и в трактире как будто стало даже просторнее - парни были квадратными, здоровенными и заполняли собой большой объём воздуха.
  Андрей сел на стул, стал жевать пирожки, но у него слегка пропал аппетит. Может уже стал наедаться, а может сказалось нервное напряжение.
  Подсел Никат, возбуждённо спросил:
  - О чём толковали с Зирком? Я видел, как он с тобой заключил договор о дружбе! Он с тобой 'хлеб преломил'! Ничего себе - он теперь первый босс в городе! Когда сегодня ночью вырезали всю команду Абдула и оставшиеся люди Абдула убили Хасса - он стал главным. И люди Абдула перешли к нему - те, кто остался в живых. Теперь и рынок его, и много чего. Говорят - резня была страшная. Кто-то просто порвал людей Абдула, а его грохнул, вместе с его телохранительницами. Он любил держать при себе красивых девок, делал из них телохранительниц - спал с ними. То есть - охрана днём и ночью. Звери-девки были - они ещё ведь и палачами подрабатывали. Очень искусны были в деле пыток...их боялись не меньше самого Абдула. Так что - я считаю - теперь порядка больше будет. Зирк поумнее Хасса, и его уважают. Абдул же - никто его не любил. Сдох, и сдох. Ты как, цел? Не ранен?
  - А чего мне сделается? - усмехнулся Андрей - как залёг вчера спать, так только сегодня и встал.
  - Ну да, ну да - понимающе кивнул Никат - спал и видел сны. Ладно, обедайте, я пока пойду схожу домой, отпрошусь у Олры. Ты сможешь посидеть за меня? Часок? Мне надо Ирсу навестить - чего-то простыла, видать. Лихорадит.
  - Эй, у неё не... - Андрей остановился, положил пирог и внимательно посмотрел в глаза Никату .
  - Чума? Нет, не может быть - упавшим голосом сказал вышибала - не может быть. Посидишь?
  -Посижу. А может я с тобой схожу? Чем-то помогу? Я так-то немного умею лечить...
  - Нет уж. Посиди - я схожу, отнесу отвара - корень настоял, от лихорадки, и скоро приду.
  - Ладно. Я Олре скажу, иди, не беспокойся - и Андрей снова включился в дело поедания высококачественных продуктов.
  - Ну что, подруга, засветила нас? - спросил он мысленно, глядя в пустоту.
  - И ничего не засветила! Кто им поверит?
  - Зирк - поверил. Он умный. Вот только почему-то решил, что это Я дракон.
  - Ты?! Вот умора! Ты - дракон! Глупые люди. Драконы считают ниже своего достоинства становиться похожими на людей. Это отвратительно.
  - Скажи лучше, что не могут. И эти твои...ваши, драконьи отмазки просто гнилые, как нитки в старой тряпке. Рвутся и не выдерживают критики. Человеком быть не просто.
  - Да ладно. Я бы хотела - давно приняла бы облик человека. И ходить бы научилась. Только мне это претит! Ну как тебе это пояснить - это считается извращением. Вот у вас, людей, есть какие-то извращения? Ага. Так вот - у нас, одним из них считается - становиться человеком. Кто-то из драконов узнает - потом на весь мир ославят. Все откажутся иметь дело с таким драконом.
  - Отмазки. Отмазки и отмазки...ладно, оставим эту тему. Не хочешь ли съездить к Фёдору с Алёной? Да заодно навестим кое-кого...
  - Да поехали, прогуляемся. Заодно я там попробую немного полетать. Немного, немного! И хватит так улыбаться - я уже знаю все твои улыбки! Ну да, да, дура была. Чего теперь напоминать?
  - А я разве что-то сказал?
  - Да ты рожу такую сделал, что у тебя всё на ней написано!
  - Ой уж - всё. Поехали. Сейчас только за курткой схожу, и в путь.
  - А Никат?
  - Фу, гадство...я болван - Андрей раздражённо махнул рукой - хорошо, что ты мне напомнила. Нам же нужно ждать Никата, пока он не придёт. Займёмся его работой.
  - Занимайся. Я пойду - потренируюсь - Шанди соскочила со стола и побежала к лестнице. Андрей проводил её взглядом и улыбнулся - она стала сильно меняться. В её словах и действиях стала исчезать злоба, горечь, ненависть ко всему миру, обида на жизнь. Она стала более уверенной в себе, более добродушной и спокойной. Ведь что надо любому живому существу? Чтобы его любили. Чтобы у него были друзья, чтобы его кто-то ждал дома и думал о нём. Если этого нет, если душа черства, спалена злобой и ненавистью - такое существо нельзя назвать полноценным. А уж находиться с ним рядом - сущее наказание.
  Такой, в начале пути, была и Шанди. Кроме комплекса собственной неполноценности, над ней довлело отношение драконов к людям - как к существам низшим, опасным, извращённым и подлым. Как крысы. Или глисты. Не зря же, даже принять вид человека у драконов считалось отвратительным и извращённым делом. Ну, как будто принять образ глиста.
  Андрею стало смешно, он представил Шанли в образе глиста и рассмеялся. Впрочем - глиста он представлял себе как-то слабо - вблизи никогда не видал, если только на картинке в далёком детстве, но всё равно выглядело смешно. Червяк с головой Шанди.
  Он не удержался и передал картинку своей подружке, на удивление она не стала материться и поносить его, а долго хохотала, сообщив, что он негодяй испортивший ей тренировку - она просто отпала, глядя на себя в образе червя. Когда он объяснил ей, ЧТО это за червь, она развеселилась ещё больше, и сообщила, что придумает ему такой образ, перед которым эта мерзкая картинка померкнет! - и отключилась.
  Шли минуты за минутами, Никата всё не было. Прошло минут сорок, когда он появился, бледный и встрёпанный, если можно так сказать про человека, у которого на голове почти не было волос - он их выбривал каждые несколько дней. Бойцу держать длинные волосы очень невыгодно - за них легко схватить, удержать, а попробуй ухватить за лысый череп.
  Никат поманил Андрея рукой и снова вышел за дверь. Андрей похолодел - беда. Точно беда. Он быстро вышел из трактира и увидел вышибалу, стоящего за углом и прижавшегося к стене дома спиной.
  - Ты прав. Чума. Они все полегли - у Никата из глаз текли слёзы - крупными каплями, как дождь. Андрей ни разу не видел вышибалу в таком состоянии - из него как будто вынули стержень, он сразу постарел, как-то обвис, будто старая тряпка.
  - Ты можешь что-нибудь сделать, Андрей? Помоги! Я сделаю всё, что ты скажешь, отдам тебе все деньги, что есть, что заработаю, буду служить по гроб жизни - спаси их, если можешь! - глаза Никата смотрели яростно, с надеждой и страхом. Он опустился на колени, и прижался головой к ступеням, кланяясь монаху. Тот поднял вышибалу, выругавшись вслух:
  - Твою мать! Ты чего тут изобразил?! Пошли, быстро! Как далеко зашло? Какая стадия?
  - Плохо. Пока меня не было - а я ночевал в трактире - они все покрылись нарывами, чёрные, совсем плохо! За считанные часы!
  Мужчины шли очень быстро, почти бежали, а голос Никата был хриплым и срывающимся, на грани истерики.
  - Успокойся. Раз они живы - сейчас мы их поднимем. Клянусь!
  - Пожалуйста, пожалуйста - сделай это, прошу тебя!
  Они уже бежали, распугивая случайных прохожих. Никат мчался как атакующий танк, сбивая всех, кто встретился на его пути и не успел отпрыгнуть в сторону. Андрей не отставал от него и лишь успевал уворачиваться от тех, кто шёл впереди и тех, кого отбросил Никат.
  Через пятнадцать минут они уже подходили к небольшому домику, окрашенному в весёлый голубенький цвет, с узорчатыми ставенками и зелёным забором. Дверь во двор была полуприкрыта, Никат рванул калитку, придержал её для Андрея и они вошли в дом.
  Пахло болезнью, потом, мочой - как тогда, у Фёдора. Андрей задумался на секунду - что за чёртова болезнь? Откуда она приходит и почему так избирательно убивает людей? Как проклятие какое-то... Но тут же отбросил лишние мысли, и сосредоточился на настоящем моменте.
  Три кровати. На них очень красивая молодая женщина с красным, лихорадочным лицом. Ей от роду лет двадцать пять, и она действительно очень красива, какое-то прямо-таки иконописное лицо. Даже оторопь брала и думалось - как она вышла замуж за изувеченного, перемятого, как тесто Никата? Ну да, он хороший, добрый, надёжный муж, но ведь женщины любят глазами? Или не так? Андрей не был женщиной, так что на этот вопрос ответить не мог. Решил для себя - спросит у Олры. Потом.
  Подошёл к детям - две девочки. Одной лет семь, другой годика три-четыре. В мать пошли - симпатичные, кудрявенькие ангелочки. У одной красное, напряжённое лицо, вторая лежит тихо и бледная. У Андрея защемило сердце, и он потрогал шею бледной, трёхлетней девочки.
  - Никат, она умерла...
  - Как?! Нет! Нееееттт! - вышибала бросился на колени и зарыдал - дочка, доченька! Аааааа! Ааааааа! Ирсочка моя!
  - Тихо! - неожиданно рявкнул Андрей - перестань! Молчи, а если не можешь - выйди! Надо остальных спасать!
  Он сдёрнул покрывало со второй девочки и задохнулся от гнилостного запаха - она вся была покрыта нарывами, из которых сочился гной. Андрей возложил руки и стал впитывать болезнь, отдавая свою ауру.
   Девочка тут же порозовела, и её дыхание стало чистым, спокойным, и через десять минут от болезни остался только запах. Аура Андрея стала мутной, неприятного бурого цвета, как запёкшаяся кровь, его шатнуло и он присел на стул, опустошённо вытянув руки на колени.
  - Что, что с тобой? А жену, жену? - Никат стоял, сжав огромные кулаки и трясся, как в лихорадке.
  - Погоди...я должен восстановиться - с трудом выговорил Андрей. В его глазах плыло - болезнь была слишком запущенна, и он получил огромный заряд. По хорошему, стоило бы восстановиться, перекинувшись в оборотня, но при Никате?
  - Никат, я сейчас кое-что сделаю, но ты должен молчать - никому, никогда, ни слова. Я могу на тебя рассчитывать?
  - До гроба. Я же сказал - умоляюще ответил вышибала - только спаси её! Дочка...Ирсочка...она же была жива, когда я уходил! Ну как же так, как же так?! Это же несправедливо!
  - Жизнь вообще несправедлива - Андрей расстегнул куртку и положил на стол, потом рубаху, под изумлённым взглядом Никата снялсапоги и штаны, раздевшись догола - держи дверь, чтобы никто не вошёл!
  Он перекинулся в Зверя, и тут же почувствовал себя лучше. Болезнь была уничтожена механизмом преобразования. Потом снова стал человеком, и взяв штаны начал натягивать на себя.
  - Так вот кто ты! - потрясённо сказал Никат - вот как ты смог! Абдул...наплевать на Абдула. Скорее, скорее, ей совсем плохо!
  Жена Никата и правда была плоха - её били судороги, и похоже предсмертные. Андрей коснулся ауры - она была черна, как грязь. Заряд болезни был такой силы, что его самого начало трясти, и когда он собрал всю черноту, то в его глазах помутилось и он едва не потерял сознание. Спас голос вышибалы - тот тряс, хлопал его по щекам:
  - Очнись! Очнись! Андрей, что с тобой?!
  Монах, шатаясь, встал. Снять штаны уже не было сил, и он перекинулся прямо в них, разрывая в клочья. Даже Зверя трясло - количество болезни было запредельно. Андрей снова стал человеком, и сел на стул, хватая воздух широко раскрытым ртом:
  - Как жена?
  - В порядке - грустно ответил Никат - в порядке. Спасибо тебе.
  - С тебя штаны. Мои вдребезги. Мне до трактира дойти не в чем.
  - Сейчас найдём. Будут штаны - грустно сказал Никат, глядя на трупик дочери - дочка, дочка...она так любила кататься у меня на плече! Она была такой весёлой, такой славной! Что я скажу жене? Она спит, не знает... Я не смогу сказать! - Никат отвернулся, закрыл лицо руками, а плеч его затряслись, как в лихорадке. Андрей нахмурился, посмотрел его ауру - ему показалось, что и тот тоже болен. Но нет - показалось. Монах подождал пару минут, пока Никат успокоится, и спросил:
  - Как хоронить думаешь? Если узнают про чуму - дом сожгут. А потом поинтересуются - почему остальные не заболели. А когда узнают, что заболели, и вдруг вылечились, начнут спрашивать - кто вылечил. И выйдут на меня. И будут большие неприятности - всем. Итак: как думаешь хоронить?
  - Скажу, что она упала, и ударилась головой. И умерла. Про чуму будем молчать. Дочка всё равно не понимает, а жену я предупрежу.
  - Тогда буди её...нет, погоди - дай мне штаны. Мыла, спиртное есть? Руки протереть. И вы должны вымыть всё в доме. Всё. И её тоже...спиртом. Ты в курсе, что спирт убивает болезни? Нет? Так вот - обязательно крепким спиртным, или чистым спиртом - вымыть всё. Не жалейте денег, вымойте всё. Чтобы жить спокойно. Я сейчас уйду, не хочу, чтобы она меня видела. Вы уж сами без меня, ладно?
  - Хорошо. Я всё сделаю, как ты сказал - вышибала удручённо посмотрел на труп дочери и заторопился - идём, я штаны тебе дам.
  Через двадцать минут Андрей выходил из дома Никата. Вышибала проводил его до дверей, порывисто обнял, сжав так, что у того перехватило дыхание, и сказал:
  - Всё, что угодно. Всё. Я за тебя убью, разорву.
  - Перестань - махнул рукой Андрей - береги жену и дочку. Им будет сейчас очень трудно. И вот ещё что - узнай, где они подцепили болезнь. Откуда она появилась в доме. Кто принёс - жена? Где она была перед тем, как болезнь появилась в вашем доме, кто первый заболел? Узнаешь?
  - Узнаю - немного удивлённо ответил Никат - расспрошу жену.
  - Хорошо. Тогда я в трактир. Ты сегодня придёшь? Да что я спрашиваю-то...оставайся дома, я тебя прикрою. Поработаю сегодня за тебя. Занимайся с семьёй.
  Андрей вышел на улицу и пошёл к трактиру. Он был сильно вымотан, и телом, и душой. Смерть маленькой девочки подействовала на него удручающе и всколыхнула отвратительные воспоминания о том, как он был в плену у Исчадий, и вызывала смутные подозрения...
  Скоро он был в гостинице.
  Шанди уже сидела на столе, где обычно обитал Никат и поглядывала за обстановкой в зале, как заправский вышибала, Олра ходила где-то во дворе, как всегда, занимаясь логистикой и кадровыми вопросами. С ней была и Дирта - она ходила за 'мамой Олрой' по пятам, как тень - девочка её просто боготворила. Андрею иногда казалось, что девчонка его даже ревнует к своему божеству. Может так оно и было. Андрея она побаивалась, и даже непонятно - почему. Он никогда её не ругал, и Боже упаси - не бил - почему девочка его опасалась? Может отголоски недоверия ко всему мужскому роду? Наверное - так. Все мужчины вызывали у неё или подозрения, или страх, или ненависть. Андрей надеялся, что это пройдёт. Иначе создать семью Дирта никогда не сможет.
  Он снял усталость и боль у Шанди, похвалил её за трудолюбие в тренировках, отчего та просто раздулась от гордости и сообщила, что сегодня махала крыльями целый час, и могла бы махать её столько же - что сильно порадовало Андрея. Похоже, что выздоровление драконницы шло семимильными шагами.
  Андрей сел на место Никата - похоже, что сегодня посетить Фёдора ему не удастся. Трактиру оставаться без вышибалы совсем негоже, а тот появится не раньше завтрашнего дня. Так что - надо вспоминать свою прежнюю работу.
  - А где Никат? - вырвал из раздумий голос Олры - он куда пошёл? Скоро посетители начнут прибывать.
  - Беда у него - нахмурился Андрей - дочка умерла. Ирса. Он просил меня прикрыть, пока его не будет. Он только завтра придёт.
  - Ой, ой, ой - ахнула Олра и присела на стул рядом - такая хорошая девочка! Он так ей гордился... Вот беда-то...а что с ней?
  - Не знаю - соврал Андрей - вроде как заболела и умерла. Я ходил с ним, но было уже поздно. Он занимается похоронами. Скажи, Олра, а в городе много случаев заболевания чумой?
  - А почему ты спросил? - насторожилась женщина - Никат? Если кто-то узнает, что у нас чумной вышибала - о трактире можно забыть. Никто сюда не пойдёт. Что, дочка?
  - Нет, нет - они все здоровы, и Никат, и его жена (Сейчас здоровы - добавил он про себя). Расскажи мне - как появляется в городе чума, как ей болеют, откуда она берётся.
  - Ну как откуда...берётся, да и всё - недоумённо пожала плечами Олра и посмотрев на Дирту, сказала - деточка, иди на кухню к девочкам, скажи, чтобы с гуляшом поторопились - уже вечер близко, скоро возчики пойдут, а они всё возятся.
  - Ты не поняла - ну вот - заболел кто-то. Где он перед этим был, куда ходил, почему умер или не умер. Ведь не все умирают же?
  - Наверное - не все - опять пожала плечами Олра - и что? Что-то ты темнишь...и с Никатом что-то нечисто. Давай начистоту - зачем ты про чуму спрашиваешь?
  - Есть у меня ощущение, что не так просто она появляется. Когда настоящая чума приходит - вымирают целыми городами. А тут - какие-то локальные вспышки болезни, заканчивающиеся гибелью людей. А соседи живы и здоровы. Так же не бывает.
  - Ой, не морочь мне голову, Андрей! Ты в такие дерби полез, голову сломишь. А мне надо кухарок с гуляшом расчехвостить. Давай, мы потом про это поговорим, ладно?
  - Ладно, или к своему гуляшу, чтобы он пригорел!
  - Ну не сердись! И на гуляш проклятия не шли - если пригорит, сам будешь тогда его есть! - рассмеялась женщина и убежала на кухню, а Андрей замер в углу, закрыв глаза и постукивая по столу длинными пальцами.
  - Думаешь - Исчадья? - ворвался голос Шанди.
  - А кто ещё-то? - хмыкнул он - ни хрена это не чума. Чума бы выкосила их, как косой. Где-то сидит сучонок, и гадит. Где? Помнишь, Фёдор говорил, что перед тем, как заболеет, Алёна была на рынке? Интересно - одна, или с Настёной? И у Никата надо спросить - где, перед тем, как заболеть была его жена. Кстати - неудобняк - забыл спросить, как её зовут. Почему-то мне кажется, что тоже на базаре. Вот только где на базаре? Там что-то случилось такое, о чём мы не знаем. Мне кажется Алёна не всё рассказала.
  - А ты не преувеличиваешь? Зачем исчадьям напускать болезнь? Убить на алтаре - это в их стиле. Но болезнь? Толку-то от обычной смерти?
  - А кто сказал, что это обычная смерть? Если болезнь наслал исчадье, то гибель больного добавляет манны в копилку Сагана. Даже если жертва не погибла на алтаре. Мы что-то расслабились - засели тут, в трактире, и спрятались от всего мира. А ведь исчадья-то никуда не делись, ты не забыла? Не забыла, как исчадье тебе крылья ломал?
  - Я ничего не забыла. Помню каждую секунду того дня. Я была маленькая совсем. Глупенькая, мне было интересно - забавное существо пришло, манит к себе. Я и подошла... давай не будем об этом, а? У меня настроение испортилось. Я пойду ещё потренируюсь, или уж лучше поесть?
  Андрей вспомнил, что он тоже сегодня не особо отдыхал, и голод набросился на него с такой силой, что живот буквально завыл. Пришлось бежать на кухю и просить здоровенный мосол с лохмотьями мяса, которое немедленно нашло место в желудке. Потом три пирога. Потом две плюшки с мёдом. Потом кружка пива. Потом ещё пирог. Потом чашка бульон. Ещё пирог.
  Олра заметила в конце концов, смеясь и похлопывая любовника по плечу, что на кухне уже делают ставки, сколько он сегодня съест пирогов. Такого прожорливого мужчины нет на всём белом свете. Может потому она его и полюбила? У него всё по-крупному - есть, пить...и...вообще всё крупное.
  Вечер ничем примечательным не запомнился - шумела пара возчиков, но даже выгонять не пришлось - стоило Андрею только похлопать их по плечу и попросить вести себя потише - они тут же притухли. Рассказы о том, как он поднял телегу с тонной груза обрасли такими подробностями, что он и сам бы удивился - тут уже было и то, как он не просто приподнял, а поднял в днище и протащил квартал на себе, а лошадь при этом била ногами и ржала навесу. И то, что он крикнул, и одна из лошадей упала замертво от страха...и много чего фантастического и странного. Он этого не знал, да и не хотел знать. Главное - никто не мешал ему думать, общаться со своей крылатой подружкой, время от времени ныряющей в 'тренажёрный зал', да задумчиво поглощать пирожки (Он потом узнал, что выиграла одна из кухарок, поставившая на сорок три штуки).
  Ночью они с Олрой любили друг друга - нежно, сильно, но как-то по-домашнему и привычно. Её комната воспринималась уже как дом родной, а запах её тела, её волос, впитался в душу Андрея, как нечто неотъемлемое от его жизни. О том, что всё равно придётся уходить - думать не хотелось. Жить одним днём. Наслаждаться тем, что дал этот день. Что ещё ему оставалось?
  Утром он встал довольно рано - выспавшийся, здоровый - отъелся, отоспался, несмотря на то, что ночью они с Олрой хорошенько помогли друг другу забыться. Никата ещё не было - он появился часа через три после рассвета, усталый, немного бледный, но спокойный. Подойдя к Андрею, он поздоровался и сел рядом:
  - Спасибо тебе. И супруга спасибо передаёт. Похоронили мы дочурку. Как ты и сказал - соседям сказали, что упала и разбилась.
  - Ты это...Олра будет спрашивать - ничего про чуму не говори. Я ей сказал, что заболела и умерла, но не чума. Учти. Не сдай меня. Она страшно боится за чуму.
  - Я знаю - серьёзно ответил Никат - это гибель для дела. Люди не пойдут в чумной трактир - если кто-то из персонала, или его семьи заболеет - точно слухи пройдут. Ни в коем случае нельзя говорить.
  - Ты вот что мне скажи - жена тебе не рассказала, где она была перед тем, как заболела?
  - Да чего там не рассказывала - на базаре были. С дочками вместе. Как пришли - и заболели. Я думал - простуда. Кто же мог подумать другое? Да и что я мог сделать - эта болезнь не лечится.
  - Ясно. Ладно, работай, я в город схожу. Вчера я так и не попал никуда.
  - Спасибо тебе! Мы с супругой по гроб жизни тебе обязаны. Обязательно пригласим в гости, она хочет с тобой познакомиться. Я ей рассказал, кому мы обязаны жизнью...почти всё рассказал.
  - Надеюсь - что только - почти - испытующе посмотрел в его глаза монах. Да?
  - Да. Про ЭТО я не говорил, не бойся.
  - Хорошо. Ну, всё, освобождаю тебе место - давай, бди. Я ушёл.
  
  - Так, не наглей! Два серебряника! - Андрей сердито кинул монеты жадному извозчику, потребовавшему двойную плату - с какого рожна непонятно, и зашагал к дому Фёдора.
  Тут ничего не изменилось. Андрей усмехнулся, нашёл верёвочку, хитро пристроенную в уголке калитки, и подёргал. Через минуты три калитка раскрылась, и в ней показалось добродушное широкое лицо друга, украшенное пшеничными усами.
  - Наконец-то! А то я собирался уже идти разыскивать! Ты куда пропал? Мы тут скучаем. И Настёнка уже о кошечке заспрашивалась. Шанди, подружка, как поживаешь? Не заморил тебя голодом этот злостный тип? Идём, мы тебя покормим. Два дня тебе уже печёнку держу - собирались уже сами съесть - не идёшь и не идёшь. Пошли скорее - девчонки рады будут!
  Андрея и Шанди окружили радостные Алёна и Настёнка, Шанди тормошили, а Настёнка сразу потащила её показыать, какой домик 'кошечке' соорудила. Та стоически воспринимала все нападки, и лишь заметила Андрею, что конечно, хорошо, когда тебя ждут, но только если не засовывают в картонную коробку, заявляя, что это теперь её дом. Впрочем - видно было, что драконница тоже рада - приятно же, когда есть друзья, когда тебя встречают и привечают. Особенно после сотни лет сидения в грязной норе.
  Потом они сидели за столом, Андрей снова поглощал еду, как будто не ел месяц - организм сильно истощился после лечения семьи Никата и пользовался любой возможностью восстановить массу. Когда дошли до творога со сливками и сахаром, Андрей, с удовольствием поглощая этот десерт, сказал:
  - Не к столу будет сказано, но я хочу спросить. Алён, что ты скрыла от нас с Фёдором? Что случилось на базаре, перед болезнью? Что ты не стала нам рассказывать?
  - Как так? Алён? - Фёдор недоумённо посмотрел в лицо жены - что ты скрыла? Зачем?
  - Я боялась. Боялась, что вы пойдёте его убивать, и нам придётся бежать. Мне хорошо тут, и я не хочу никуда уезжать. А что впереди? Что будет там? - женщина устало прикрыла глаза, потом снова открыла их, и теребя носовой платок, продолжила - он хотел меня. Сказал, что я обязана ему уступить, сейчас же, иначе он проклянёт и меня, и мою дочь. Я послала его матом. Тогда он вытянул руку, показал на нас пальцем, и сказал, что мы будем прокляты. И что снять проклятие может только он.
  - Исчадье? - понимающе кивнул головой Андрей
  - Ну...да. Он там, у своего храма, на базаре. Все несут ему подношение - положено так. И я подошла, положила, как все. А он заметил меня, и сказал, что хочет меня трахнуть. Так и сказал. И что муж будет только рад, что я дала адепту Сагана. Это угодно Сагану, особенно, если я окажу ему особые услуги...я не хочу говорить, что он от меня требовал. Я его послала. Хорошо ещё, что дочка маленькая, не понимает. Он и её хотел, чтобы она присутствовала. Говорит - пусть учится. Вот и всё. После этого и началось.
  - Это такое здание, с высокими сводчатыми окнами, да? Возле забора рынка? - уточнил Андрей.
   Его глаза были черны, как смерть, и Фёдор, глядя в них, невольно содрогнулся...
Оценка: 8.00*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"