Щепетнов Евгений Владимирович: другие произведения.

"Нищий. Дикие земли" глава 6

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 5.00*3  Ваша оценка:

  Глава 6
  Дорога, до поворота в лес, была довольно долгой, но не особенно обременительной.
  Наш небольшой караван шёл вдоль леса, который тёмной чертой виднелся у горизонта - идти ближе было трудно - на его опушке рос кустарник и небольшие деревья , мешающие проезду.
  Караван состоял из десяти лошадей, всех моих друзей и проводника - Даркка, развлекавшего нас рассказами о том, как он путешествовал и воевал в молодости.
  Ехать было реально далеко - на такие расстояния передвигаться на лошадях - с моей точки зрения, это был подвиг. В день мы проходили около пятидесяти-шестидесяти километров,, с небольшой остановкой на обед и отдых, ночевать старались возле речек, или ручьёв, в общем - возле любых источников воды, которые попадались нам по пути. Иногда, приходилось становиться на стоянку раньше - когда попадалось очень уж удобное место для ночёвки. Иногда тянули до темноты, и тогда уже с руганью, гнома и его приятеля Карана, мы разбивали лагерь в полной темноте.
  Путешествие шло тихо и мирно, если не считать одной встречи с орками из какого-то племени - их было двое, и они быстро скрылись, мы даже не успели разглядеть, кто и откуда они были.
  Ночью я спал с Аранной, друзья располагались в палатках по одному, разбивая их полукругом.
  Лошадей стреноживали, и они паслись на участках степи с сочной травой. Время от времени шли небольшие дожди но быстро заканчивались, не оставляя большой грязи, и лишь поливая траву, как заботливый садовник.
  В общем - тишь да гладь. Все мы уже привыкли к безлюдью и к безмолвию окружающего мира - после шумного города орков, вначале это казалось благом, а потом стало чего-то не хватать. За полтора года я привык к комфорту своего выращенного дома, к веренице женщин, заботящихся обо мне, крыше над головой и разнообразной еде, теперь же - мясная диета, из дичи, добытой Алданом и Караном, и жёсткое седло, надоевшее до-чёртиков.
  - Хоть что-то случилось бы, что ли - проворчал Бабакан, выслушивающий в очередной рассказ Даркка, как они ходили в набег за женщинами в соседнее племя и как он выбрал себе самую красивую, потому что он великий воин - ну так надоело всё это однообразие - целыми днями, степь, степь, степь... Ни тебе гор, ни тебе уютных пещер. У меня даже голова уже кружится от этого открытого пространства.
  - Это у тебя от обжорства кружится - парировал Каран - ты вчера целую ногу антилопы сожрал! Куда в тебя столько лезет-то? Ростом с гриб, а жрёшь, как медведь!
  - Мне надо поддерживать форму - довольно погладил живот гном - а ты тощий, тебе чего поддерживать-то? Тебе поковырять в зубах куском мяса с ноготь мизинца, и хватит! Ты как младенец ешь! Вот у тебя силы-то и нет!
  - Эй, вы, силачи! - засмеялся Алдан - кончайте призывать приключения на нашу голову. Лучше уж так - тихо, спокойно, никаких волнений, едем себе и едем. Мало еды - ещё настреляю. Надо?
  - Надо, конечно! - отозвался сердитый гном - всегда надо! Хочу сегодня съесть зайца! Мне антилопы уже надоели. У меня с них живот пучит. А может пучит оттого, что я вот этого тощего слушаю. Он как скажет чего-нибудь, так меня пучить начинает. Каран, я буду тебя звать Гороховая каша. Меня с тебя пучит!
  - Эй! Эй! - вмешался я - ну-ка прекратите, Бабакан, сейчас же перестань! Мне только ссор сейчас не хватало. Без обзываний давай.
  - А чего он меня грибом называет? Сам как гриб, только сморчок! Тощий и сморщенный!
  - Поеду, и правда поохочусь, что-то мне их дрязги уже надоели - пробурчал Алдан и пришпорил коня, конь прибавил шагу, перешёл на рысь, и скоро Алдан скрылся за ближайшим холмом.
   Его вьючная лошадь, и ещё несколько, были связаны в цепочку и тащились за моей лошадью, для удобства перемещения охотников - они в любой момент могли поскакать за дичью и им ничего не должно было мешать.
  - И чего им не нравится - удивился Даркк - едем хорошо, тепло, еда есть. Я бы так годами ехал - лучшая участь для мужчины - вечное путешествие!
  - Для мужчины - может быть - хмыкнула Аранна - а мне уже тоже надоело в седле набивать мозоли на....хммм....в общем мне хочется и мыться горячей водой, и спать под крышей, чтобы муравьи по телу не ползали, и....в общем ясно. Чего хорошего в вечном путешествии?
  - Наверное, ты права - подумав, грустно сказал Даркк - но, только представь себе: старый человек сидит в своей бедной хижине, всеми забытый, никому не нужный, и думает, что он тут сдохнет, протухнет, завоняет на всю улицу, и только тогда соседи вспомнят, что тут жил великий воин, сбросят его труп в яму. Как тогда он воспримет путешествие, любое, хоть к быку на рога?
  - Я понимаю тебя - кивнула Аранна. Но не понимаю, как твои соплеменники могли забыть о таком великом воине? Если он действительно был велик...
  - Намекаешь, что я был убогим воином? - усмехнулся Даркк - в прежние времена, когда я был молод, я бы уже вызвал бы твоего мужчину на поединок, за оскорбление, а тебя бы потом взял себе в жёны. Вот так делались дела в прежние времена! Нынешний народ измельчал, все стали рыхлые, слабые, всё договариваются, воевать не хотят, честь уже не в ходу. Испортились нравы!
  -О боги! - не выдержал я - стоило мне попадать в другой мир, чтобы в стопятьсотый раз выслушивать стенания стариков о падении нравов у молодёжи! Лучше посмотрите - там Алдан чего-то галопом скачет к нам, не дай боги вы накаркали, и что-то случилось.
  Впереди, метрах в пятистах, скакал Алдан, пришпоривая коня и поднимая за собой хвост пыли. Через короткое время он подскакал, остановил тяжело дышащую и поводящую боками лошадь, и сказал напряжённо:
  - Впереди орки. Отряд воинов человек сто. Они за мной погнались, хотели захватить, потом увидели, что не достают, отстали. Стоят впереди лагерем, все в боевой раскраске, настроены, похоже, решительно.
  - Вот настоящие воины! - торжественно сказал Даркк - есть ещё, остались вольные племена, которые придерживаются законов предков!
  Потом он погрустнел и добавил:
  - Вот тут нам и конец. По законам предков. Все мы должны потерять имущество и свои сердца - для развлечения племени. Мы вошли в их земли, и должны понести наказание за самонадеянность.
  - А как же вы проходили, со своим отрядом, когда шли в Запретные земли? - поинтересовался я.
  - Как-как - на свой страх и риск. Повезло. Никого не встретили, никого не видели. А сейчас нам не повезло. Эти, вон, болтуны, своими длинными языками накаркали! Отрезать им языки!
  - А я чо - а я ничо! - обиженно сказал Бабакан - я-то причём? Ну и что такого - сейчас наш великий шаман всех поубивает, и поедем дальше. Делов-то: жалкие сто воинов. Против нашего великого и могучего колдуна! - Бабакан хитро скосил глаза на меня - заметил ли я лесть?
  - Засчитал я, засчитал твой подхалимаж - ответил я Бабакану - когда будем готовить антилопу, дайте ему две ноги! За умелую лесть и подхалимаж! Может лопнет, всё таки...
  - Не лопнет - ответил Каран - он антилопу целиком сожрёт, и не лопнет! Гляньте, на его пузо - сложно ему две антилопьи ноги-то съесть?
  - Ребята, может хватит смеха? - озабоченно сказала Аранна - что будем делать, Викор?
  - Ну что - поедем вперёд, пока не увидим этих поганцев. Потом разговариваем и грозимся другу другу, рассказывая, какие мы великие. Потом дружимся и пируем вместе. Затем отправляемся дальше, оставляя их за спиной. Или - рассказываем, какие мы великие, нам не верят, мы ввязываемся в драку и я размазываю их по степи, раненых добивает Бабакан. Вот, как то так.
  - А чего я-то? Я что вам, палач, что ли? Чего я-то добивать? Пусть вон Даркк добивает, ему не привыкать раненых мучить! - Бабакан возмущённо фыркнул и указал на старого орка - вишь, у него зубы заточены как - ну зверь зверем, а я тихий и добрый гном, не хочу я никого добивать!
  - А чтобы не болтал, что скучно, и надо развлечений - ехидно ответил Каран - накаркал развлечения, вот и развлекайся!
  - Ну ладно, хватит! - скомандовал я - поехали вперёд, там и посмотрим, кого и кто будет добивать. Давайте шагом, и поближе ко мне держитесь, чтобы, если что, я мог прикрыть вас куполом защиты. Не нравится мне это всё...уж лучше бы и правда было скучно.
  Наш караван, тесно сжавшись, двинулся вперёд. Примерно через километр, мы заметили палатки, стоявшие ровным кругом. Возле них суетились орки, распутывающие лошадей и запрыгивающие на них верхом. На наших глазах сформировался отряд, человек пятьдесят, который поскакал к нам.
  - Даркк, ты знаешь, чьи это узоры? - спросил я старого орка - можешь что-то сказать об этом племени.
  - Не вижу ни хрена! - досадливо ответил Даркк - сейчас подъедут, посмотрю. Нет, не знаю. Хотя...хммм...слышал я про одно племя, с такими узорами. нехорошее слышал. Есть, вроде как, на юге одно племя, большое племя, как три наших, они совершают обряды каких и у нас нет - например - едят убитых врагов. Но может это только россказни! - спохватился он, увидев наши тусклые физиономии - всё, что я могу сказать, это то, что это племя мне неизвестно, что они не имеют контактов с людьми, и что настроены они очень даже решительно.
  - Это и дураку ясно, что решительно - ты только глянь на их рожи! Во сне приснятся - обмочишься! - ответил орку Бабакан - Викор, ради богов, не допусти, чтобы, чтобы они пообедали моей ляжкой!
  - Не всё же тебе кого-то есть - съехидничал Каран - не беспокойся, они ей отравятся. Ты когда мылся в последний раз? Мы тебя скормим им, чтобы они заболели с твоей немытой ляжки и передохли.
  - Посмеёшься скоро - буркнул Бабакан и потянул из петли на седле свою здоровенную секиру.
  Незнакомые орки подъехали к нам, выстроились в некое построение, что-то вроде боевого, и из их рядов выехал один всадник. Он ничем не выделялся среди остальных - ни ростом, ни статью, однако чувствовалось, что это и есть вождь.
  Всадник подъехал к нам, осмотрел коней, всадников, задержался взглядом на сидевшей рядом со мной Аранной, и сказал:
  - Приветствую вас. Я вождь племени гангуров Странт. Что вы делаете в наших землях?
  - Приветствую. Я белый шаман Викор. Едем через эти земли.
  - А кто вам давал разрешение ехать через наши земли? - вождь говорил нудным голосом, как с двоечниками, не понимающими очевидного.
  - А кто нам может запретить - нарочито удивился я - я Великий белый шаман, езжу, где хочу по земле орков.
  - Я не знаю такой - земли орков. Это земля гангуров. И вы въехали на неё без разрешения. А значит - должны заплатить.
  - И как же это мы должны заплатить? - поинтересовался я.
  - Своим имуществом. И своей жизнью. Мы принесём вас в жертву богу Калану, вкусим от вашей плоти могущества, а вы перенесётесь в чертоги бога, где будете жить вечно, в довольствии и сытости.
  - Какого хрена тогда ты сам туда не отправляешься, в чертоги эти - не выдержал гном - ну перерезал бы себе глотку, и всё тут! И сразу ты в чертогах, как зашибись-то!
  - Ну так что, вы сами сдадитесь, или надо, чтобы вас захватили воины?
  - Вождь, ты сильно рискуешь, ты что, никогда не слышал о Великом Белом Шамане? Я могу уничтожить тебя, и твоих воинов раньше, чем ты успеешь сказать "я сожалею!". Ты правда считаешь, что я вру? Иди, спроси у своих воинов, слышали они что-то о великом белом шамане, или нет. Я не хочу вас убивать, хотя, сдаётся, вы этого заслуживаете.
  - Да? Ты действительно шаман? Хорошо. Сейчас я поговорю со своими воинами, если ты действительно великий шаман, кто-нибудь должен был о тебе слышать. И тогда мы разопьём с вами праздничный сок дерева мануа, и вы поедете дальше.
  Орк повернул лошадь и медленно, важно отправился к своим соратникам. Они совещались минут десять, потом он повернул к нам и сообщил:
  - По нашему закону гостеприимства, вы должны отведать с нами праздничного сока дерева мануа, потом великий шаман и его спутники отправятся по своему пути.
  Подумав слегка, я отправился за вождём. Его воины повернули в лагерь, и уже подъезжали к нему. Через ещё минут пятнадцать, мы сидели кружком вокруг расстеленного полотна, на котором были разложены различные угощения. В тыквенные лёгкие кружки нам налили какой-то жидкости - по запаху, что-то вроде перебродившего винограда, или сливы - в общем, что-то хмельное.
   Бабакан тут же опрокинул в себя одну чашку и ему налили другую, остальные дожидались слова вождя.
  - Я пью за наших гостей, пусть их путь будет лёгким! - вожди выпил вино из чашки, мы последовали его примеру.
  Вино было лёгким, но я почувствовал, как зашумело в голове - видимо, я давно не пил спиртного, растренировался. Вождь ещё что-то говорил, но я плохо его слышал, видимо вино оказалось очень крепким, несмотря на то, что казалось лёгким.
  Посмотрев на спутников, я с удивлением заметил, как Аранна, будто подрубленная, свалилась на траву, на которой сидела, за ней свалился Алдан... Последнее, что я увидел сквозь туман в голове, это как на Бабакана навалились несколько орков, и он ворочался как медведь, сбрасывая их с плеч и матерясь...
  
  Пробуждение было совершенно отвратительным. Во рту был привкус, как будто я жевал тряпку. Попробовав пошевелить челюстью, обнаружил, что во рту и действительно какая-то тряпка, а сам я накрепко связан и стою на ногах, притянутый к столбу, вкопанному в землю.
  Мы уже находились не в степи, а где-то в лесу, на поляне. В середине её стоял огромный идол, сделанный, видимо, из ствола огромного дерева срубленного на высоте двух человеческих ростов. Дерево было огромным, так как толщина идолы была не меньше, чем метров пять. Этот мерзкий жирный истукан сидел на земле, щеря свои подточенные зубы и смотрел на меня глазами, нарисованным чёрной и красной краской. Губы у него тоже были красными, толстыми, похожими на губы жертвы пластической хирургии.
  Тщётно пытаясь прогнать из головы туман, я всё-таки, наконец, сообразил, что нас опоили.
  Я никак не мог сосредоточиться и поймать хоть какое-то заклинание, они ускользали от меня, как мыши на полированном паркете.
  Наконец, я ухватил заклинание лечения, чтобы выбить из себя хворь. Произнёс его...и практически ничего не произошло. Видимо, с меня сняли браслет с камнями. Я в который раз подосадовал, что не вживил эти камни в тело, всё время собирался, но то было некогда, то не хотелось резать себя - больно и неприятно - мол, кто сможет отобрать у меня камни? Пусть только подойдут! Вот и подошли. Моя самоуверенность сослужила плохую службу.
  Повернув голову, я огляделся, и с горечью увидел своих друзей, привязанных к столбам вокруг идола. Они были обнажены и все находились в бессознательном состоянии.
   Перед идолом стояло что-то вроде алтаря, или стола, украшенного узорами с различными сюжетами - какие-то оскаленные рожи, вереницы пленников, какие-то звери. Я посмотрел на алтарь, и пришёл в ужас - на столе лежал привязанный Алдан, а возле него скакал какой-то урод с бубном, в который усиленно бил, завывая при этом тонким противным голосом.
  Через пару минут он закончил скакать, остановился возле моего друга и закричал:
  - О великий Калан! Мы приносим тебе в жертву этого чужеземца, будь благосклонен к нам, твоим детям! Сделай так, чтобы наши кобылицы приносили здоровых жеребят, чтобы наши овцы и коровы приносили много приплода, чтобы наши женщины приносили много детей! О, Калан, прими первую жертву!
  Шаман поднял каменный нож и крестообразно провёл им по груди эльфа, рассекая кожу и ткани, от чего у него поперёк груди образовался глубокий разрез, из которого ручейками брызнула кровь. В разрезе было видно грудную кость, нож скрежетнул по ней, оставив глубокие царапины.
  Шаман оглянулся, и пошёл в сторону - видимо за инструментом, чтобы было удобнее разрубить кости. Он вернулся с чем-то вроде каменного молотка, или топора, на деревянной рукоятке....и тут, наверное, от ужаса и ярости, у меня прочистилось в голове!
  Первое, что я сделал - выпустил мощнейший файрболл, который спалил шамана, и ударил в идола, оторвав у него здоровенный кусок от жирной ляжки. Затем я пустил заклинание ветхости на свои верёвки, рванулся, и упал на землю, не удержавшись на ногах из-за того, что тело затекло, да и действие сонной жидкости хотя и ослабло, но всё ещё продолжалось. С земли я увидел, как на меня бегут несколько орков, потрясая копьями - их тут же снесло ударом воздушного тарана, расплющив в кровавое месиво. Я привстал на колени, вырвал изо рта кляп и стал методично, как танк, уничтожать всё, что хоть немного шевелилось и было похоже на захвативших нас орков.
  Я замораживал их, сжигал, бил воздушным тараном, сжигал повышением температуры, всё, всё что я мог вспомнить, что приходило в одурманенную голову, было выпущено в короткое время - вся бойня заняла, вероятно, минуты две или три. Никто из орков не успел убежать.
  Мне пришло в голову, что я не вижу Аранны - сердце у меня вообще замерло.
   Я встал, пошатываясь и зашёл за истукана - там я и обнаружил её.
  Аранна была тоже полностью обнажена, но в сознании. Она была привязана к чему-то вроде импровизированного гинекологического кресла, с раздвинутым коленями, по всему её телу виднелись ритуальные узоры, нарисованные красной краской.
  Похоже было, что её готовили к какому-то сексуальному обряду, в честь их кровожадного бога.
  Я тут же освободил её и крикнул хриплым голосом:
  - Быстро! Ищи мой браслет с камнями! Там Алдан умирает, а я не могу без них лечить!
  Она соскочила с секс-кресла, упала, как и я перед этим, потом на четвереньках побежала к трупам орков и стала их осматривать. Я тоже кинулся искать - скорее всего браслет должен был быть у вождя, но его нигде не было.
  - Викор, нет нигде! Наше барахло тут, всё цело, а браслета нет!
  - Аранна, ищи вождя! Этот ублюдок где-то тут должен быть, скорее всего у него мой браслет!
  Мы снова принялись за поиски. Я как мог, перетянул распаханную грудь Алдана своей рубахой, но кровь продолжала истекать из него, и скоро рубаха намокла и пропиталась красным. Ещё немного, и мне уже его не вернуть назад.
  - Аранна, ищи, ищи скорее! Эта сволочь где-то здесь!
  Вдруг я услышал где-то сзади топот копыт и увидел, как за редкими деревьями мелькает спина орка.
  Уходит, гад! - мелькнула у меня мысль и я выпустил файрболл, который разбился о дерево впереди, вырвав из него кусок.
  У меня чуть не слёзы из глаз покатились, от ярости и досады - уйдёт ведь, не достану! И тут, вдруг, орк вскинулся, выгнулся спиной и покатился с лошади, которая, вскоре остановилась, запутавшись брошенным поводьями в колючем кусте.
   Я оглянулся назад - Аранна опускала эльфийский лук:
  - Вот ради этого выстрела, наверно, я всю жизнь и тренировалась! Скорее, Викор. Алдан по-моему, уже умирает!
  Я бросился к упавшему орку, не обращая внимание колющие ноги ветки, колючки, рассадил палец о древесный корень, взвыв от боли, и наконец, подбежал лежавшему мёртвому вождю.
  Облегчённо вздохнул - на его руке красовался мой серебряный браслет. Правда, открыть его хитрые застёжки они так и не смогли, похоже их просто выломали.
  Я сдёрнул с его руки браслет, прикреплённый какими-то верёвочками - при этом чуть не порезал пальцы отрывая прочные завязки и бросился назад.
  Аранна стояла над телом брата и рыдала.
  Алдан уже не дышал. Глубокий разрез через его груди ещё сочился кровью, но струйки были слабыми и тонкими.
  Я сосредоточился и выпустил в его тело мощный заряд лечебного заклинания. Вначале ничего не происходило, потом страшная рана на груди, открывавшая кости и слабо дёргавшееся сердце, стала затягиваться, и скоро от неё остался только шрам, пересекающий грудные мышцы.
  Алдан не открывал глаза, Аранна приложила ухо к его груди, послушала и сказала:
  - Сердце не бьётся! Он умер, умер! - он зарыдала, бросившись ему на грудь.
  Я отошёл чуть в сторону - у меня в голове не укладывалось - ну как, как это случилось? Как я допустил гибель друга, и так глупо? Расслабились - вот одно слово. Расслабились, стали самоуверенными, уверились в своей неприкасаемости и хитрости, и вот результат - какой-то сраный провинциальный вождишка обвёл как вокруг пальца, как детей.
  - Чего это вы так вырядились? - неожиданно раздался голос эльфа - или, скорее, разнагишались!
  Аранна прекратила рыдать и удивлённо посмотрела на открывшего глаза брата:
  - Ты жив? Неужели ты всё-таки жив? Она снова зарыдала, теперь от счастья, и бросилась в объятья Алдана. Он похлопал её по голой спине, потом отстранил, смущённо кашлянув и сказал:
  - Это...ты бы накинула на себя чего-нибудь. Хотя, должен сказать, узоры по животу, груди и бёдрам, тебе идут. Очень, очень пикантно выглядишь!
  - Извращенец - фыркнула сквозь слёзы Аранна - я думала, что потеряла тебя!
  - Ну это не повод, чтобы залазить голой на брата! - хихикнул Алдан - ты и мёртвого поднимешь, такая красотка!
  Аранна покраснела и кинулась к куче нашего барахла, нашла свою одежду, и побежала к ручью, смывать с себя краску.
  Я же, не одеваясь, взял нож и побрёл к привязанным товарищам.
   Они так и продолжали спать - я разрезал верёвки, мягко уложил их на траву, последним отвязал старика-орка. Пустив в каждого импульс выздоровления, я изгнал из их организма заразу, опутавшую мозг наркотическим опьянением, теперь они просто спали. По примеру Аранны я взял одежду и тоже пошёл на ручей.
  Подруга там плескалась вовсю, разбрызгивая кучи брызг, до красноты тёрла тело песком, сдирая присохшую краску и выглядела просто прекрасно.
   Я плюхнулся в воду рядом с ней, и несколько минут с наслаждением лежал лицом вниз в прохладной воде, впитывая всем телом влагу. Потом встал на колени в неглубоком затоне, чтобы вода достигала мне до груди и тоже стал смывать с себя краску.
  Эта мерзость смывалась с трудом, видимо была сделана на масляной основе, и только с помощью абразивных материалов, то есть песка, удавалось от неё очиститься.
   Очищаться мне помогала Аранна, оттирая меня, как заправская банщица. Скоро, после её усилий, очищаться мне стало трудно, и наше очищение плавно перешло в сексуальные игрища, прервал которые голос Бабакана:
  - Хммм...чего это вы тут делаете?
  - А ты чего, не понял? - огрызнулась красная Аранна - иди отсюда, гном-извращенец!
  - Это вы извращенцы - тут один прудик на всю округу, мне что, как жабе ложиться в ручеёк глубиной по щиколотку, чтобы смыть эту пакость? Перемещайтесь куда-нибудь, я тоже мыться буду! - и Бабакан бесцеремонно плюхнулся рядом с нами - сейчас ещё и Каран сюда придёт, сваливайте побыстрее, отмылись уже!
  Мы с Аранной с позором, хихикая, побежали от ручья, при этом я прикрывал причинное место ладонью, дабы не смущать граждан-путешественников.
  
  Через два часа, мы, одетые и обутые, снова ехали караваном к своей цели. Алдан был ещё слаб, но держался на коне хорошо. Мы решили отъехать подальше от проклятого места, которое я, перед выездом, спалил огнём дотла. Идол горел жарко и весело...
  Остановились мы на ночлег в сумерках, возле небольшого степного озерца, питаемого подземными ключами. Пока на костре закипал чай и варилась похлёбка, мы рассуждали о происшедшем:
  - Знаю я эту жидкость - сказал Дракк - её делают шаманы из какого-то гриба, обычно дают или больным, чтобы боли не чувствовали, или же жертвам, когда надо чтобы меньше орали перед смертью. Ну кто знал, что они подмешают её в вино.
  - Викор, а как ты сумел очнуться, ведь тебя опоили так же, как нас - спросил Каран - мы-то только с твоей помощью вышли из забытья.
  - Бабакан, так две чашки хряпнул, и то, оно не сразу на него подействовало, похоже они потом его ещё допаивали, ты - ты так человек неопытный...а я...я, похоже, тренировку получил, когда у себя в мире сильно пил. Мой организм привык справляться с большим количеством алкоголя, вот, видимо, и вышел из опьянения раньше, чем они рассчитывали. Им надо было начать с меня, а не с Алдана. Кстати, если бы не твоя сестра, Алдан, лежал бы ты сейчас уже в земле сырой. Она сбила с коня вождя, который пытался удрать с моим лечебным браслетом. Всадила ему стрелу между лопаток, он даже пикнуть не успел. Молодец.
  - Она это может - с гордостью ответил Алдан - не хуже мужчин стреляет! Тетиву этого лука оттянуть-то не все могут, не то что попасть из него куда-нибудь, а она в соревнованиях выступала, наравне с мужчинами, и занимала призовые места. Кстати, сестрёнка, а чего там это хотели с тобой сделать орки? Что там за приспособление такое было?
  - Могу пояснить - откашлялся старик и лукаво посмотрел на покрасневшую девушку - это подношение богу Калану - кроме сердец врага, он любит ещё подношение в виде человеческого семени. Они собирались всем отрядом совершить жертвоприношение, а Аранна была средством для извлечения семени. Проще сказать - трахнули бы её сто человек, а потом так же принесли бы в жертву...то, что осталось.
  - А чего она в сознании была? - мы все опоенные, она-то тоже вначале опоенная, а потом почему оказалась в трезвом разуме?
  - Ей, похоже, дали противоядие. Во время обряда она должна была понимать, что с ней делают, кричать, стонать, просить по пощаде - так интереснее и богу угоднее.
  - Проклятые извраты! - с ожесточением выкрикнула Аранна - хорошо, что ты их всех убил, Викор! Надо было мне им всем члены ещё отрезать и на дерево повесить, чтобы соплеменники видели, для отстрастки!
  - Дракк, а откуда ты так много знаешь об этих изуверских обрядах? - с недоверием спросил Каран - неужели тоже в них участвовал?
  - Участвовать не участвовал, но слышать о них слыхивал. Мне ещё дед рассказывал о них. Это очень старые обряды, теперь их и не помнят. Только в глухих местах сохранились, вот как здесь.
  - Ты там жалобился, что старое ушло и его шибко жалко? - усмехнулся Бабакан - вот тебе и прошлое. Нравится?
  - Честно говоря - не шибко нравится - сознался Дракк - одно дело слушать рассказы стариков, а другое дело участвовать в этом. Тем более в виде жертвы. Ну их нахрен, эти старые обычаи! - он досадливо махнул рукой, а мы рассмеялись и стали есть наш ужин.
  Когда мы поужинали и перешли к чаю с мёдом, большую ёмкость с которым захватили в дорогу - его оставалось уже немного и скоро нам придётся пить чай без сладкого - я решился, снял куртку, рубаху, и сунул нож в костёр. Дождался, когда кончик его лезвия прокалился, попросил:
  - Каран, поди сюда. Да смой ты с рук этот хренов мёд! - заляпаешь меня всего. Держи нож.
  - Зачем? Чего ты задумал? - недоумённо спросил Каран
  - Сейчас ты, кончиком этого ножа, надрежешь мне кожу на плече, и засунешь под неё вот этот камень. Постой! - Бабакан, там у нас есть крепкое вино, или ты его всё вылакал?
  - Обижаешь, начальник! Ну, вылакал, да...но немного осталось, тут, во фляжке. Дать?
  - Давай сюда, пропойца - Аранна протянула руку и выхватила у виновато улыбающегося гнома заветную флягу - вот нельзя тебе доверять вина - сколько бы ни было, обязательно выхлебаешь!
  Я взял флягу, промыл ардаман в вине, потом плеснул на руки Карану, под жалобные стоны гнома - порча драгоценного напитка! - и приказал:
  - Давай, режь!
  - Плечо резанула боль, когда Каран наискосок воткнул мне лезвие ножа, отдирая кожу от мышц, потом боль, когда он засунул под кожу камень, не самый большой, но всё-таки выпятившийся из-под кожи ощутимым бугорком.
  - Всё, готово, лечись, Викор, а то смотреть на тебя страшно! - Каран отложил нож и отодвинулся от меня.
  По моей руке стекала тонкая струйка крови, рука пульсировала от боли, и я никак не мог сообразить и выхватить из мозга лечебное заклинание. Потом сосредоточился и вызвал его, пользуясь тем камнем, что засандалил в руку.
  Рука заболела ещё сильнее, так, что я скрипнул зубами, тело охватил огонь, сродни лихорадке, и рана стала затягиваться.
  Скоро, на месте разреза, остался только бугорок, который перекатывался под кожей. Боли не было, каких-то неприятных ощущений тоже. Я остался доволен произведённой операцией, облегчённо вздохнул и стал смывать с руки натёкшую кровь.
  - Всё, теперь камень всегда со мной. Давно хотел этим заняться, да никак не мог решиться. В этот раз мы чуть не упустили Алдана, когда этот урод-вождь отнял мой браслет - больше этого не повторится.
  
  Закончив наш ужин, и наговорившись, мы улеглись спать.
  День прошёл в высшей степени отвратительно, нервы просто звенели от перегрузки, и я долго не мог уснуть. Меня начало почему-то лихорадить, я долго вертелся, не давая спать Аранне, она ругалась на меня, и я заставил себя застыть в неподвижности, хотя так и подмывало повернуться так и этак, с одного бока на другой.
  Наконец, я забылся тяжёлым, горячечным сном. Мне снились странные сны - я летал в вышине, у меня выросли кожистые мощные крылья, покрытые снаружи зелёными чешуйками, и совершал немыслимые пируэты в воздухе, наслаждаясь простором, полётами, ощущениями воздуха, со свистом обтекающего мой стремительный силуэт.
  Далеко внизу неслось стадо антилоп, перепрыгивая колючие кусты и растекаясь по степи, как серо-жёлтый поток бурной реки.
  Я спикировал к земле так, что на мои крылья навалилась страшная тяжесть и острыми когтями, похожими на стальные кривые ножи, схватил одну из замешкавшихся рогатых поскакуний и с торжествующим рёвом поднялся ввысь, легко взмахивая крыльями. Даже такая тяжесть в сто килограммов, не смогла напрячь мои крылья, и я нёсся в синей вышине легко и уверенно.
  Подлетев к высоченному столбу, с плоской площадкой наверху, я уселся на неё, и стал пожирать ещё тёплое мясо, чувствуя, как оно проваливается в мой желудок, насыщая, и придавая мне новые силы для полёта. Неожиданно, сбоку кто-то нанёс мне удар, и я упал с каменного столба, едва успев развернуть крылья в падении, сделал вираж и увидел обидчика - это был дракон, переливающийся в лучах полуденного солнца зелёно-голубым оттенком крыльев, с голубовато-белыми цветами чешуи на брюхе.
   Я яростно набросился на агрессора и мы схватились в воздухе, обмениваясь ударами страшными когтями и крыльями, каждый удар которых мог расплющить человека в лепёшку. Я схватил его когтями за крыло и ударил головой в его шею, раз, два, как молотом ударяя в то место, где она соединяется со спиной и крыльями.
  Дракон замер, оглушённый и повалился вниз, увлекая меня за собой .
  Я выпустил его бесчувственное тело, и увидел, как тот падает, кувыркаясь и беспомощно раскидывая свои крылья. Затем, он, не долетая до земли несколько сот метров, с трудом расправил крылья и криво, с креном влево, как подбитый бомбардировщик, пошёл вдоль земли и скоро исчез за горным хребтом.
  Я победно заревел и сделал в воздухе "бочку", затем спустился к чистому озерку в степи, чтобы запить свой обед, потянулся к воде, глянул на своё отражение в воде и замер, увидев в нём страшную рожу с громадными белыми клыками и рогами на голове.
  Я - дракон!? - с оторопью мелькнула у меня мысль, в ужасе, я тряхнул головой...и проснулся.
  Занималась утренняя заря.
  Я вылез из палатки, где разметалась обнажённая Аранна, раскинувшая ноги и руки на всю территорию, потянулся, и с удовольствием вдохнул утренний свежий воздух.
  Было свежо, вся трава покрыта слоем росы, а в небе пролетела стая гусей, негромко гагакающая в тишине. Ни ветерка...не шевелилась трава, не шевелились листья кустарников, а в небе догорали последние ночные звёзды.
  Мне почему-то не было холодно, хотя я был совсем обнажён. Тело покрылось испариной, меня ещё немного лихорадило, и ужасно захотелось окунуться в воду, чтобы смыть ночной пот.
  Подумав - я пошёл к озерку и зашёл в его ледяную ключевую воду, погружаясь всё глубже и глубже. Наконец, вода достигла мне до груди, и я лёг на неё, раскинув руки и погрузив голову вниз. В ушах толкалась кровь, и скоро мне захотелось вдохнуть воздуха...вдруг дикая мысль пришла мне - а почему я не могу дышать водой? Мне хотелось вдохнуть эту прохладную жидкость и уйти на дно, поплавать там в глубине... что за дурь?
  Я поднял голову на воздух, перевёл дыхание и поплыл назад, к берегу. Что-то странное сегодня творится со мной. И холода ледяной воды я не чувствую, только приятную прохладу...
  Есть хочется страшно, даже забурчало в животе, хоть и потрясывает, как от лихорадки. Может простыл вчера, когда нам держали привязанными? Или заразу занёс с камнем? Камнем? Может в нём дело?
  Я провёл ладонью по плечу, в которое вчера врезал ардаман, и ничего не обнаружил! Я не поверил, и ещё раз провёл рукой - никакого камня не было! Гладкая рука, ни следов повреждений, ни выпуклостей - как будто и не было под кожей никаких камней. Камень растворился в теле, растаяв как кусочек сахара в горячем чае.
  Отправившись к своей палатке, я оделся, подёргал за ногу спящую красотку:
  - Давай, поднимайся, светило уже высоко на небе!
  Она потянулась, выставив вверх крепкие молочно-белые полушария, и томно сказала:
  - Свинья же ты всё-таки Викор! Всю ночь спать не давал, метался, вопил чего-то, рычал как дикий зверь, а теперь будишь девушку ни свет, ни заря, да не ласковым поцелуем, а дёргая за ногу, как дикарь, волочащий меня на жертвенный камень! Гадина ты, одно слово.
  - А ты бы хотела, не на жертвенный камень, а получить любовь ста крепких оркских воинов? Надо было подождать вчера, пока ты ими не насладишься...
  - Тьфу, гадость какая! Убью тебя, гад такой!
   Я увернулся от метательного снаряда, в виде кожаного женского сапожка и пошёл разжигать костёр.
  Надо попить чайку - остался один переход до древней дороги в джунглях, стоило поторопиться, чтобы заночевать уже перед поворотом. Надеюсь, сегодня нам ничего не помешает идти. А там - дней четыре - пять, и Запретные земли. Стоило ли только туда идти? Теперь уж поздно об этом думать.
  Я раздул красный уголёк, оставшийся в кострище, подложил к нему пучок хворостинок, и скоро яркое пламя весело трещало, облизывая котелок.
  Друзья вставали ворча и поругиваясь на меня, который поднял их в такую рань, и только Дракк был бодр и весел, подтаскивая продукты и кружки поближе к костру. Его такой ранний подъём никак не напрягал, видно было, что всё это ему ужасно нравится.
  Сидя на покачивающейся спине коня, я опять думал: Что же это такое со мной случилось? Не надо себя обманывать - в моём организме произошли какие-то изменения, как будто я занёс туда какую-то заразу. Впрочем - зараза, это то, что губит организм, я же чувствовал себя великолепно, за исключением какого-то зудящего чувства - как будто меня переполняла энергия, да температура у меня была излишне повышена. Когда я взял за руку Аранну, она даже ахнула, и бросилась щупать мой лоб. После моих многочисленных заверений, подруга успокоилась, и только с усмешкой сказала, что вообще-то она любит...когда я горячий. И что надеется, что я не остыну, пока не наступить момент "Х". Опять вспомнился странный сон - было такое ощущение, как будто я и в самом деле стал драконом, летал в вышине...а этот вкус тёплого горячего мяса, с текущей из него пахучей кровью...я даже непроизвольно облизнул губы. А желание вдохнуть воду - это-то что было такое? Я что, самоубийца? Почему это вдруг мне захотелось покончить с собой?"
  Не придя ни к какому выводу, я отбросил все посторонние, раздражающие мысли и сосредоточился на дороге.
   Местность вокруг сменилась небольшими озерками, из которых поднимались тучи птиц - гусей, уток, каких-то цапель и куликов. Ехать стало труднее - приходилось постоянно преодолевать небольшие ручейки, объезжать озёра, но всё-таки, в конце концов, мы оказались перед тёмным прогалом между деревьями.
  - Вот этот поворот - благоговейно заявил Дракк, разглядывая тоннель между деревьями. Всё, как и было тогда, когда я последний раз выехал из этого леса. Как молод я тогда был... а деревья стоят, как и стояли. В сравнении с жизнью этих деревьев, наша жизнь - это один миг...
  - Интересно, когда я доживу до твоих лет, я тоже буду таким нудным философом? - ехидно заметил Бабакан.
  - Ты не доживёшь! - он ночью подкрадётся и вонзит тебе в шею два оставшихся у него заточенных зуба, пока ты спишь, и высосет из тебя кровь. После этого умрёт, так как кровь у тебя ядовитая - заметил Каран - кстати, Бабакан, может всё-таки стоило тебя скормить этим людоедам? Они бы точно отравились бы тобой, а те, кто выжил бы, неделю страдали поносом, а значит стали бы небоеспособны и мы бы их легко перерезали. Ты наше тайное оружие!
  Бабкан заухал басом, и чуть не упал со смеху на проползавшего под копытами лошади гада, по виду напоминающего земную гадюку, но вовремя спохватился и усидел в седле.
  - Интересно, Каран, ты так же бы смеялся, когда бы эти уроды жрали твоё сердце? Кстати сказать - более ядовитого гада, чем ты, я никогда не видал - хехекнул гном - впрочем - один только что прополз у моей лошади под копытами.
  - Тсссс..притихните все!- остановил я хохмачей - я вроде что-то слышал, как будто в лесу кто-то кричал! Никто ничего не слышал, нет?
  - Нет, не слышали - повели головами эльфы - а ты знаешь, слух у нас получше, чем у остальных. Тебе послышалось.
  - Ладно. Давайте на ночлег располагаться. В лес пойдём завтра, сегодня все на отдых.
  
  Мы с трудом нашли сухое место - почему-то тут было всё заболочено, и расположились на отдых.
   В отличие от сухой, чистой степи, в этом месте одолевали москиты, прокусывающие даже через ткань, так что спать пришлось одетыми, да ещё и накрывать голову тканью, во избежание обгладывания мерзкими существами. На болотах кто-то ухал, шлёпал ногами, плескался, так что ночь прошла тревожно.
  В те часы, когда я засыпал, я опять видел себя летающим в небе, как будто переживал свои прошлые воспоминания. А может я подключался к какому-нибудь реальному дракону? Я этого не знал, и сомневался, что узнаю когда-либо.
  Утром мы встали разбитые, не выспавшиеся, накусанные мошкарой, завтракать не стали, и сразу поехали по маршруту, договорившись встать на отдых и обед там, где будет поудобнее. Оставаться в этом гнилом месте нам не хотелось ни одной лишней минуты.
  Дорога вызывала огромное почтение. Даже тысячелетия, прошедшие после того, как исчезла великая цивилизация, не смогли уничтожить эту великолепную автостраду. А может не автостраду? Может это называлось как-то по другому - но выглядело оно именно так: прямая, как стрела полоса рассекала буйство джунглей, как меч, до самого горизонта. Я не знаю, из чего было сделано её покрытия, но до сих пор корни гигантских тысячелетних деревьев не смогли пробить это полотно. Джунгли ограничились тем, что сжали со всех сторон эту трассу и постарались завалить её своими трупами - по всей дороге лежали полусгнившие стволы деревьев, заросшие мхом и грибами. Пахло сыростью, экзотическими цветами, сладким запахом тлена и болотом. Утробно урчали лягушки, пролетали над головой какие-то существа, то ли летучие мыши, то ли...хрен знает кто там летал, но мои спутники очень неодобрительно воспринимали всё это буйство флоры и фауны. Да и мне не особенно нравилось наше окружение.
  Лошади бодро цокали копытами по твёрдому, похоже то ли на бетон, то ли на пластик, покрытию дороги и мы продвигались вперёд, каждый час делая по пять-шесть километров.
  Мы долго искали, где нам найти место для обеда и отдыха, плюнули и остановились прямо на дороге. Эльф, как наиболее умелый лесной житель ушёл в джунгли, искать, где напоить лошадей, но ничего пригодного, кроме мерзкого болота, не нашёл и вернувшись, отрицательно махнул головой - нет ничего.
  Через пару километров мы столкнулись с еще одним препятствием - огромный великан, дерево, метров десяти в диаметре преградило нам дорогу, упав наискосок, через полотно трассы. Я отправил вправо и влево эльфа и Карана, посмотреть, нельзя ли его обойти, чтобы не терять времени - оказалось - нет. И справа и слева были довольно глубокие овраги, наполненные болотной водой, и был определенный шанс погубить в них лошадей. Не оставалось ничего, кроме как прибегнуть к колдовству и попробовать уничтожить этого монстра.
  Друзья отвели лошадей подальше, а я остался у ствола, размышляя - как же мне его ликвидировать? Начал я с воздушного тарана - сжав его до узкого столба, я всей мощью ударил по стволу. От него полетели щепки, отлетели грибы и мох, и обнажились волокна, но особого успеха я не увидел. Я стал методично долбать и долбать по стволу, отгрызая от него кусок за куском. Через час я выдолбил в нём нишу, метра полтора глубиной и задумался - чего-то я не так делаю. Может не надо так тупо долбать, а придумать что-то поумнее? За час полтора метра, и притом, в самом начале, а дальше будет ещё толще... Думай, Витя, думай... Заморозить его? А потом долбануть тараном? Файрболлы? Нет. Придётся жечь его.
  Я стал поднимать температуру ствола, на участке шириной примерно два метра, до максимальной температуры, на которую могу её поднять. Я и сам не знал, насколько я могу поднять температуру, но пришёл к выводу, что если постоянно поднимать её заклинанием, у одного и того же объекта, то температуру можно поднимать практически до температуры солнца.
  Ствол задымился чёрным густым дымом, вспыхнуло пламя - я отошел на почтительное расстояние, чтобы не поджариться, и продолжал прожигать и прожигать ствол.
  Через полчаса усиленной работы в нём образовался тоннель, длиной метров десять, высотой примерно два-два с половиной метра и такой же шириной. Подойти к стволу пока что было нельзя - от него пыхало жаром и тоннель был заполнен удушающим дымом, но я придумал - пошёл вперёд и заклинанием заморозки остудил угли, после чего пройти через чёрный угольный тоннель было легко.
  Махнул рукой спутникам, подзывая, и скоро караван прошёл под стволом. Дальше уже дорога была свободна и мы снова пустились в путь.
  - Дракк, а как же вы прошли прошлый раз? - спросил я
  - А прошлый раз не было такого препятствия. Это уже после он свалился. Кстати - представьте, если бы кто-то решился идти к запретным землям через джунгли! Представили?
  Дракк усмехнулся и продолжил:
   - То, как мы тут идём, это просто счастье какое-то. Твёрдая дорога, никакого болота под ногами. Джунгли скрывают запретные земли как самая лучшая охрана. Единственно, как туда ещё можно попасть - это с моря. Или с воздуха. Но летать пока никто не научился...
  
  На ночлег мы встали тоже на дороге. Уходить куда-то в сторону было опасно, и решили по очереди охранять лошадей, чтобы на них не напал никакой зверь. Если мы останемся без лошадей - нам будет туго. Лошадям нужно было пастись, потому их свели на лужок возле дороги, поросший высокой сочной травой.
   Первым должен был дежурить Алдан, он уселся рядом на ствол упавшего дерево, держа на коленях лук со стрелами, а остальные заползли по палаткам. Вторым по очереди должен был быть Бабакан.
  Уже глубокой ночью я проснулся от дикого рёва гнома - там, где паслись лошади, что то ревело, ржало, хрипело и я выскочил из палатки как ошпаренный. Не понимая, что там случилось - ещё и темень была кромешная - несмотря на вышедшие на небо луны, под деревьями сохранялся полночный мрак - я выпустил поверх голов несколько файрболлов, вспышкой осветивших поле боя, думая, что если там напал кто-то из зверей, он забоится огненных шаров.
  На лугу Бабакан бился, рубя своей секирой здоровенную хрень, похожу на помесь жабы и крокодила - она уцепила зубами одну из наших лошадей за зад и утаскивала её в сторону болота. Лошадь хрипела, билась, лягалась, но тварь неумолимо тащила её в лес.
   Бабакан бил тварь по жирному боку, нанеся глубокие раны, но та плевала на его усилия и была сосредоточена только на том, чтобы сожрать нашу лошадь любой ценой.
  Хуже всего - я заметил, что в нашу сторону ползут ещё три такие твари, шлёпая лапами и плотоядно высовывая длинные красные языки из пасти. Их огромные белоснежные клыки сверкали в свете огненных шаров, и плевали они, что над головой чего-то там пролетает и освещает - крики, запах крови, вот что было главное! А то, что то-то там светится - это всё ерунда. Тем более что твари, похоже на то, не знали что такое огонь и не боялись его
  - Бабакан, брось уродов! Отходиии! - крикнул я и побежал к лошадям - быстро уходи! Я сам займусь!
  Бабакан оставил свою бесполезную борьбу и отбежал назад, тяжело отдуваясь, весь забрызганный какой-то зелёной жидкостью - видимо кровью чудовища. С него стекала слизь, а одна рука была поранена почти до кости - свисали лохмотья кожи.
  - Беги к ребятам, пусть тебе промоют раны! - крикнул я - я сейчас разберусь с уродами и приду!
  Я сосредоточился на наступающих врагах и выпустил файрболл в того, что тянул лошадь. У "жабы" отлетела левая нога и вывалились кишки. К нему бросились ещё две "жабы" и вцепились в волочившиеся внутренности - картина была дикая - полудохлый "жаб" так и держался зубами за коня, а две другие "жабы" сосредоточенно его пожирали. Я глянул - и ужаснулся - ещё с десяток жаб спешили на запах крови и вопли!
  Файрболлы летели, как трассирующие снаряды из автоматической пушки, я бил и бил - давно уже разлетелись первые "жабы", от первой, нападавшей на лошадь осталась только часть головы, повисшая на крупе, две другие тоже разлетелись лохмотьями после мои "выстрелов", но из лесу появлялись всё больше и больше тварей, которых тоже приходилось убивать.
  На лужке уже скопились груды воняющего мяса, а накат всё продолжался. Я не знаю, сколько это продолжалось времени, но скоро я заметил, что небо в прогалах между кронами деревьев стало сереть - наступал рассвет.
   Я уничтожил не меньше двух сотен чудовищ, а может и больше. Эта часть леса превратилась в бойню, и сам я был залит мерзкой липкой кровью с ног до головы. Всё-таки, как и всё в мире, "атака" монстров завершилась и мне уже не в кого было стрелять.
  Наверное, я уничтожил всех существ этого вида в районе. А может и нет - может они просто попрятались на рассвете. Эта мысль заставила меня быстрее ретироваться к нашему лагерю, с тем, что скомандовать уходить как можно быстрее. Соседство с таким богатым кладбищем животным, порубленных как топором, не принесёт ничего, кроме атаки уже дневных животных, желающих полакомиться нарубленным мясом.
  Бабакану уже промыли руку - рана выглядела отвратительно - как он пояснил, монстр зацепил его когтем, когда он пытался обить его от лошади. Даже будучи так тяжело задет, Бабакан продолжал истово сражаться за нашу собственность.
  Я быстро залечил ему руку, не оставив и шрама, вот только она немного стала потоньше - был вырван клок мускулов с предплечья, но ничего - гном быстро нарастит его при хорошем питании - что я ему и сообщил сразу после лечения.
   Бабакан сразу победно уставился на Карана:
  - Видишь - мне надо усиленное питание! Попробуй теперь только сказать, что я слишком много жру!
  После Бабакана я принялся за лошадь. Она мелко дрожала и пугливо оглядывалась, двое эльфов с трудом её сдерживали. Её круп был глубоко разорван зубами чудовища, и хотя ребята постарались его промыть, особого результата это не дало - в раны вполне могла попасть какая-нибудь зараза. Я подумал - может лучше убить её, чтобы не мучилось? Потом всё-таки решил попробовать вылечить - хуже-то не будет, нам нужна лошадь, да и просто жалко животину.
  Я предупредил эльфов, чтобы они покрепче держали лошадь и не подставлялись ей под удары копытом - сейчас начну лечение. Выпустив лечебное заклинание, я стал заращивать раны - конь бился, ржал, ему было очень больно, я знал это, эльфы с трудом удерживали его, чтобы он не убежал, но раны стали затягиваться и исчезать. Скоро на их месте были только небольшие вмятины - через месяц вообще ничего не будет видно, как только нарастут мышцы.
  Только сейчас я понял, что лечил и Бабакана, и коня, без всяких камней! Видимо тот камень, что растворился в моём теле, сделал так, что теперь я мог, как заправский лекарь лечить, не пользуясь дополнительными приспособлениями. Это меня очень обрадовало, но было не до открытий.
  Быстро свернув лагерь, мы нагрузили лошадей и скорее двинулись из проклятого места. Впереди было ещё две с половиной сотни вёрст такой же пакостной дороги.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
Оценка: 5.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"