Шестакова Варвара Александровна: другие произведения.

Сумерки мира. Лето

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
 Ваша оценка:

 []

Сумерки мира

  
  

...Ночи приходят, несущие снег

Вечную тьму в мою душу

Неперестающие черные холодные дни...

Darkseed, "Forever Darkness"

Лето

...Время пришло, я восстану

Тенью за твоей спиной

Твоей темной душой,

Твоей темной стороной...

Borgne, "Suffer As I Paid My Grave"

  

Отражение

  

Время забрало героев

Сердцем и душой.

Тех, кто шёл вперёд

Вслед за первою мечтою.

Я совсем один

Между небом и землёй.

Боль в моей груди,

Я иду за тишиной

Одна лишь жизнь у меня,

Чтобы плыть на зов надежды.

На забытых берегах

Ветер ждёт меня, как прежде.

Матовый рассвет

Каждый луч во мне разбудит,

О забытом где-то сердце

Мне споёт.

Не желая падать низко,

Я о крыльях не мечтал.

Верил в то, что есть,

И без страха принимал.

Сердце не сберёг,

Потерял его в мирах.

В тех, где долго жил

И без счастья погибал.

Берега моей надежды

Я оставил без ключей,

Что откроют дверь

В храмы шёлковых ночей.

Свет моей души

Навсегда исчез в огнях

Одиноких моряков

На забытых берегах

Амарант, "На забытых берегах"

  
  
  
  
  
   Серин еще помнил сновидение, в котором из прозрачной глубины к нему тянуло руки темное отражение. Но он не знал, что сон найдет продолжение в реальности.
  
   Темное озеро... Его существование вытекало из глубины вечности, оно было глазами и сознанием всех его обитателей. Именно оно дарило им свою волю, замещая желания. Именно оно погружало их в бездну своего безумия. Его не могло волновать их постепенно разрушающееся сознание, как ничто не может волновать статую в заброшенном храме.
  
   Что-то странное происходило со всеми, кто здесь родился. И некоторые существа, что смогли осознать себя яснее, чем другие, задавались вопросами, что терзали их потерянные души, но не было на них ответа. Кто придумал этот мир, когда? Кто влил в него силу? Кто здесь правит, держа невидимые нити? Что изменилось с начала его существования? Всегда внутри себя они осознавали, что их мир создан для мечтателей, что хотели убежать от своей реальности.
  
   Темное озеро - это бескрайняя другая вселенная, в которой искажены очертания иных вселенных. И тот, кто в ней родился, остается навсегда.

???

   Там находилась одна заброшенная темница, от которой ничего не осталось в материальном мире. Она была пустой, и лишь ветер гулял по холодным коридорам. В стенах зияли зарешеченные окна-дыры, а двери со скрипом качались туда-сюда.
  
   И в одной камере однажды появилось темное облако, в котором угадывались смутные очертания искаженного лица. Невозможно рассмотреть в подробности, оно было словно без кожи, с провалами вместо глаз, с носом и переносицей как у древних деревянных богов.
  
   В маленькое зарешеченное окошко заглядывала яркая неестественная огромная луна на полнеба. А неясные силуэты деревьев шумели, роняя в бесконечность листья, что, сверкали, переливаясь под лучами света. Темная аллея из черных тополей приглашала прогуляться среди нечетких миражей. Ветер касался ветвей, и они шумели, а бархатные травы ласково шелестели под его дыханием.
  
   Облако было не мертво, это было чье-то спящее сознание, ожидающее часа пробуждения. Оно ничего не слышало и не видело - оно еще не было наделено этим даром. Заново рождались связи с течениями реальности, ибо темное озеро было единственным миром, что принимало его душу всегда.

???

   Серин, засыпая, слышал гул далеких сосен, что шумели, убаюкивая его. Мертвые дети с бледными лицами и прозрачными телами водили хороводы и пели песни. Те, кто не смогли сполна вкусить жизнь, вернулись с таинственными посланиями. Но вся эта боль не могла сравниться с тем, что он видел раньше.
  
   А что было раньше? Когда-то...
  
   Когда-то Серин был маленьким мальчиком, и он видел в своих снах огромный город, что был соткан из жутких видений и являлся бесконечным лабиринтом, с которым бесполезно играть. Все внутри было похоже, почти не отличалось друг от друга, и почти не менялось со временем. И здесь Серин всегда должен был найти что-то, чего быть в этом месте не должно.
   Огромные дома, высеченные из камня, окружали маленького мальчика в желобе улицы, шелестели развешенные на веревках, изодранные длинные полотна. Веер гонял песок по тротуару. Окна домов зияли пустыми глазницами, а двери были накрепко закрыты. Бесполезно пытаться их открыть, словно нарисованные они не поддавались никаким усилиям.
  
   Нет ни одного человека, лишь пустота. А вдалеке солнце медленно уходит за горизонт, окрашивая серые небеса в багровые тона. И тревожное небо темнеет, но в нем не загорается звезд, так как наплывают туманные облака.
  
   Город поглощала ночь. В небе сквозь дыры в облаках светила луна, и в темноте чувствуется неясное движение. Вяло текущее время шепчет на ухо о боли.
   Серин услышал детский смех. Но он происходил не из внешнего мира, а откуда-то изнутри сознания. Мальчик не мог видеть, но почувствовал, как в десяти шагах от него появился силуэт маленькой девочки. Она бежала сквозь стены, через каменные здания, словно была видением. И добежав до испуганного мальчишки, она не остановилась, и пробежала сквозь него, словно играя. Только потом, наконец-то заметив постороннего, она застыла неподалеку и стала медленно подходить. Серин не видел, но чувствовал ее движения.
  
   У нее была теплая аура, это было существо, что не могло навредить по своей природе. Либо оно приняло подобный облик, чтобы казаться беззащитным и хрупким. Серин услышал ее голос, и она о чем-то попросила, но так и не смог разобрать слов. Ее голос был схож со звучанием ветра, в котором улавливались лишь отдельные фразы. Подсознательно хотелось от него скрыться.
  
   Когда Серин попытался приоткрыть веки, глаза, непривычные к темноте, увидели иллюзию в виде сетки, сплетенной из белых нитей. Недолго эта картина стояла перед ним, ее унес ветер, и Серин снова видит черный город, поглощенный тишиной. Но сейчас дома, улицы словно потеряли часть своих очертаний, словно они оплавились или утратили часть своей материальности.
  
   Девочка тоже была. Она стояла неподалеку, с любопытством глядя на Серина. Ее левая рука держалась за правую. Беленькое платьице с кружевами висело на ней немного набок. Аккуратно постриженные были заботливо собраны в хвост.
  
   Все не покидала настойчивая идея, что, возможно, это дух умершего человека, которого после смерти что-то беспокоит, и тот хочет довершить свои неоконченные дела, даже если от его жизни ничего больше не осталось: ни дома, ни деревца, ни единого напоминания...
  
   Девочка медленно подошла к нему и сказала, что ее имя Ирисса и она посланник. Потом прозвучали следующие слова:
  
   - Если ты боишься темноты, зажги в ней свет.
  
   Это все, что она сказала, и мир стал растворяться. Серин знал, как творить свет с помощью таинственной магии, но еще не понимал, каким образом это могло помочь справиться с кошмарами его мира.

???

   Проходя через лес, Майя касалась шершавой коры, что немного оцарапывала кожу. Деревья... Она никому не признавалась, что боялась существ, потерявших свою истинную сущность. Кем они были? Людьми? Или зверями? Или некой силой, что неподвластна пониманию разума?
  
   Майя верила, что они бессмертны и помнят все. В их власти одна тайна. Незаметный убийца вел девушку за собой в ловушку, чтобы та встретила неизбежность на опасной тропе. Убийца был уверен, что она погибнет там, и знал, как оттуда выйти. Его замысел не оправдался, но, кто знает, может, он придумает что-то еще, ведь не ясны его цели.
  
   Вечером, укутавшись в одеяло, Майя не спускала глаз с Серина. Он приводил в порядок свои вещи и не обращал на нее внимания, иногда что-то бормоча маловразумительное, но... Несомненно, он все прекрасно понимал.
  
   Вечером она видела, как он свернулся калачиком у березы напротив. Потом его сознание ушло за немыслимый барьер, за которым прятались сны. Девушка аккуратно достала кинжал. И, прикрыв его одеялом, подошла к спящему человеку. Медленно обнажив лезвие, она долго смотрела на Серина. Ей хотелось почему-то, чтобы он открыл глаза и все увидел, попытался защититься, напасть, тогда бы ей стало проще сделать это. Однако Серин не пошевелился, и чувства его обитали в другой стороне.
  
   Но что-то отвело руку. Сомнения. В памяти всплыли сказанные когда-то мамой слова: "А в души неверных демоны всегда найдут тайные тропочки. К человеку приходят незаметно, сливаясь с мыслями, желаниями, мечтаниями... И не замечает он, что начинает гореть в огне и его душа оказывается в огненной клетке в каменной могиле".
  
   Майя присела на траву, что ласково касалась кожи. Все заполонила усталость. И душа, что видела дальше глаз, почувствовала вдалеке укрепление, что все еще стояло на проклятой земле. Старая крепость, в стенах которой замурованы могущественные слова, сказанные кем-то давно. Их не могли утаить камни, они проступали на поверхности, прорывались наружу изнутри, чтобы явить скрытую истину. Но люди, что жили рядом, навсегда забыли их смысл, как и язык, на котором они написаны.
  
   Их терзает осознание, что они в ловушке сил, от которых не сбежать.

???

   Серин тоже почувствовал приближение Миствейла, однако не был полон радостных надежд. Он помнил этот город и тот ему не нравился.
  
   Поначалу в лесу путники видели остатки лесных поселений, от которых остались лишь руины. Потом показались засеянные поля, в которых местами проступала черная или серая земля, словно поднятая и разбросанная целыми пластами. Несомненно, нечеловеческие сущности не оставляют это место в покое, и, притаившись в нетрах чащоб, возможно, с каждым разом все ближе подбирались к земледельцам.
  
   Люди, которых они видели, работали голыми руками. Большинство из них были худыми и грязными, в серой изорванной одежде. В глазах постоянно сквозил страх, с которым они смотрели и на всех проходящих мимо.
  
   Охранники... А попутно и надзиратели в руках они держали оружие, но оно не вселяло им уверенности. Они тоже боялись и чего-то ждали.
  
   Город, который маячил вдалеке за полями, происходил из тех времен, когда все строили из окаменевшей магии. В нем было что-то невесомое и ненастоящее, словно огромные шестиугольные плиты, из которых состояла стена, хотели взлететь и раствориться в воздухе.
  
   Серин знал, что за этим великолепием прячутся уродливые постройки, в которых ютятся испуганные жители. И пока на него смотрела лишь каменная голова волка, выступающая из гладкой поверхности стены, как что-то чужеродное.
  
   Возможно ли, что сердце архитектора было пронзено настоль глубокой ненавистью, что он решил исказить прекрасную крепость? Что это было, послание или предупреждение? И для кого? Окаменевший зверь выходил откуда-то из враждебных, чуждых человеческой сущности измерений. Оскаленные зубы и взгляд застывшей злобы наводили дрожь на всех, кто шел к городу.
  
   Серин не знал и не мог знать, было ли это просто фантазией скульптора, но, несомненно, его уверенность была нарушена, когда он ступил на переброшенный через широкий ров мост.

???

   Врата, сделанные из обледеневшего мрамора, были открыты для всех желающих, однако два внимательных стража стояли перед ними. Их обмундирование не было богатым. Старенькая магическая броня, в которой видны дыры, мечи не лучшего состояния, но все еще на ходу. Невыветривающийся запах вчерашней выпивки легкой тенью витал в воздухе. Высоко на стене за ними наблюдали другие защитники, что в любую минуту могли закрыть доступ в город. Все должно происходить так в их проклятом мире.
  
   И только путники хотели пройти в город, как один из стражей перегородил оружием им путь.
  
   - Куда вы спешите? Вы не можете войти.
  
   Майя вздрогнула и осмелилась на него посмотреть. Обычное лицо, не похожее на представителей тех городов-монстров, о которых ей рассказывали в детстве. Значит, она и Серин не должны выделяться из толпы.
  
   - А что такое?- спросила она.
  
   - Мы не знаем, кто вы, а гости Миствейла не всегда люди.
  
   Миствейл... Вот как называется это место. Да, Серин о нем говорил.
  
   - Потому вы немного подождите.
  
   Серин наклонил голову.
  
   - Я здесь был раньше и проходил проверку.
  
   - Все так говорят. Так что подождите,- ответил страж с таинственной улыбкой.
  
   Серин и Майя присели на обочине на один из камней, откуда могли наблюдать за здешними жителями. Большинство местных было одето во что попало, дети бегали голыми.
  
   Мелко задрожав, Майя обняла колени и стала шептать под нос одну из тех редких молитв богу солнца, что знала. "Всевышний, если ты слышишь... Если ты можешь... Если ты существуешь... Может, ты знаешь..."
  
   - Ты что-то сказала?- спросил Серин, которому что-то послышалось.
  
   - Ничего,- спокойно ответила Майя, пытаясь скрыть улыбку, что невольно расцвела на губах.
  
   Но диалог неожиданно прервался.
  
   - Здравствуйте, меня зовут Озерай. Я местный волшебник и тот, кто скажет, можете ли вы пройти в город.
  
   Майя вздрогнула, посмотрела вверх и увидела перед собой высокого лысого старика с бородкой, одетого неброско. Годы давили на него, но живость сохранялась в движениях. В руках он держал потемневший от времени деревянный посох, что исполнял роль опоры при ходьбе.
  
   Серин встал и начал говорить:
  
   - Позвольте представиться. Меня зовут Серин, а ее имя Майя. Меня, может, вы помните, я уже был в этом городе...
  
   - Но ты его покинул. Так что я тебя зарегистрирую заново. Я запишу ваши имена и внесу в список.
  
   Старик лукаво улыбался им, потом незаметным движением вытянул из воздуха свиток, на котором палочкой стал что-то царапать. Приподняв удивленно бровь, Майя осмелилась спросить:
  
   - Здесь что-то произошло?
  
   - Да, бывают те, кто ходит, разговаривает, но не является человеком. Но это, пожалуй, не про вас.
  
   Старик улыбнулся:
  
   - А теперь краткое вступление. Радушного приема не ждите, нежели не при деньгах. Если деньги есть, держите крепче кошельки. Если вам некуда податься, вам ждет дорога на поля, что примыкают к лесу. Не очень безопасное место, но зато берут всех.
  
   Озерай вздохнул:
  
   - И еще... Если все наскучит, можете приходить ко мне на стену. Думаю, вам есть о чем порассказать. Доброго вам дня.
  
   Озерай повернулся к ним спиной и пошел по своим делам.

???

   Серин и Майя вошли вслед за стариком город. Теперь ничто не препятствовало им в совершении этого.
  
   - У нас есть нечто, что нам не нужно,- начал Серин издалека, старательно пряча взгляд.
  
   Майя недоуменно посмотрела на него:
  
   - И что это?
  
   Серин показал спрятанный под одеждой посох. Десять кривых пальцев окаймляли синий стеклянный глаз, черное древко было словно переплетенные между собой ветви гладкого черного дерева.
  
   Майя застыла, так как надеялась ранее, что никогда больше не увидит эту столь нелюбимую ею вещь.
  
   - Это жезл не стихийного разрушения,- тихо сказал Серин.- Я не знаю, что он такое, но уверен в том, что говорю. Я попытаюсь его продать в одну из лавочек диковинок. Может, заодно и разузнаю, что о нем думают люди. Потом разузнаю о караванах, что отправляются в Антейл.
  
   Но последние фразы Майя уже не слышала.
  
   - Как ты его достал?!- почти шепотом спросила она.
  
   - В тот момент, когда ты взорвала огонь на площади, поднялась паника, и я притянул его к себе.
  
   - Так ты скрывал его от меня все это время?!
  
   - Не только у тебя должны быть секреты,- обронил Серин.
  
   Майя покраснела, но под смуглой кожей это не было заметно.
  
   - Некрасивая, могущественная вещь. И очень редкая. Не буду предполагать, где ее сделали. Такие вещи требуют для своего создания душу создателя.
  
   Потом посмотрев внимательно в глаза Майи, Серин добавил, нахмурив брови:
  
   - Если ты смогла обуздать эту магию, значит и твоя сила не стихийное разрушение. Как же ты ею овладела, скажи мне?
  
   Майя пожала плечами.
  
   - Ладно, потом все выясним. Я отойду ненадолго. Подожди меня здесь.

???

  
   Майя осталась ждать.
  
   Аромат странной силы настиг ее в момент раздумий. Это было странно, как прекрасные розы среди мусора или чарующие стихи в исполнении обездоленного человека. Растворенная магия среди людей, в глазах которых не было просвета. Магические лифты и повозки. Простые аттракционы, что для дикого человека не могли быть простыми.
  
   Волшебники там и тут обещали покрыть тело человека рисунками, которые могли двигаться за отдельную доплату. С обеих сторон от девушки с лавок смотрело множество заколдованных украшений, безделушек, одежды, доспехов, оружия... Большинство из них теряло свои свойства довольно быстро после покупки, но это не мешало держаться на них баснословным ценам. Сладостями были украшены самодельные витрины, но Майя не знала, что это такое. И ее внимание привлекали яркие вещи, которые не помещались в ее сознании.
  
   Но ни на секунду она не позволяла себе забыть, что ее всегда могут ограбить или убить прямо на улице. Она помнила о спрятанном кинжале, и с недоверием смотрела на сидящих гадалок, предсказателей, фокусников и кукольные театры.
  
   Поклонялись здесь одной религии, кажется, везде были однотипные алтари для подношений. Майя пробовала искать среди них своего ненавистного бога земли, но нигде не увидела.
  
   Что-то давило... И это не безумие. Это чужой взгляд. Его не поймать, можно только почувствовать. Под опущенными грязными лицами. Под слепыми блеклыми глазами. За отвернувшимися спинами. За черными окнами. За глухими переулками.
  
   Этот город очень не любит гостей.
  
   Майя попыталась, зажмурившись, увидеть Миствейл изнутри своей сущности, но неожиданно для себя не стала этого делать. Давно здесь живет что-то, что охраняет это место, смотрит из его сердца. Оно не злое и не доброе, у него свои законы, которые не понять и никогда не узнать. Что будет, если преступить грань дозволенного этим существом?
  
   Надев на голову капюшон, Майя почувствовала себя в этом городе своей, неприметной, никому не нужной. Мимо проходили серые сгорбленные тени, но никто не оглядывался на нее. Может, это наилучший момент, чтобы попытаться стать самостоятельной?
  
   Оглядевшись украдкой по сторонам, Майя пошла через город туда, где по ее мнению должны были находиться северные врата. Она не была уверена, что хочет следовать за Серином в Антейл с его жуткими законами и ничего хорошего для себя там не видела пока. Но в тоже время не совсем представляла, что будет делать дальше.

???

   Серин нашел одну лавочку, где смог продать посох, пусть и по заниженной цене. Появилось немного средств, и это очень скоро пригодиться.
  
   Выйдя из душного помещения и пройдя пару кварталов вперед, Серин осмотрелся. Погода неприветливо встретила его. На горизонте скопились черные тучи, дул порывистый ветер. Серая дымка не хотела пропускать солнце. Путник не стал маскироваться. Это город людей, а он не преступник и ниоткуда не бежит. Не найдя нигде Майи, он не особо удивился, чего-то подобного ожидал давно.
  
   Ухмыльнувшись, Серин доверился интуиции. Ему с его опытом преступника было несложно отследить беглянку, и ей он собирался предложить последний шанс.
  
   Немного заплутав в поисках северных ворот, Серин вышел на одну из окраинных улиц. Его подозрения оправдались, и за одним из углов он заметил знакомую немного сгорбленную фигуру. Все тот же подозрительный взгляд и плотно сжатые губы, все та же угрюмая молчаливость встретили его. Тонкие руки держались за ближайшую стену.
  
   - Почему ты убежала?- спросил Серин, не в силах оторвать от нее глаз.- Если ты не хочешь идти в Антейл, тебе придется остаться здесь. Но в таком случае тебе придется работать на поле среди тех голодных крестьян. Не уверен, что такая судьба будет тебе по душе.
  
   Майе было немного стыдно, она не могла объяснить то, что комфортнее всего она чувствовала себя только в одиночестве. Она не стала отвечать, но Серин не настаивал на ответе, лишь протянул руку в знак примирения. Взглянув с недоверием на протянутую ладонь, Майя неуверенно пожала пальцы.
  
   Неожиданно небо не выдержало напряжения, и дождь хлынул сплошным потоком на опустевшую улицу.

???

   Дождь все не проходил, и путники вынуждены были прятаться под выступом крыши.
  
   Серин успел выяснить, где они смогут переночевать. Сие место было за городом рядом с фермой Нентиса, местного богатея. Когда дождь немного ослаб, путники направились туда. Минуя северные врата, Серин и Майя оказались в окружении крестьянских изб и двинулись к неказистым строениям, видневшимся вдалеке.
  
   Хлева, загоны, в которых жили животные, явно знали когда-то лучшие времена. Это можно было понять по общему запущенному виду, и там, где хранилось зерно, давно поселились крысы, а стены проедала белая плесень.
  
   Вскоре показался и нужный сарай, что представлял собой довольно интересное зрелище. Плохо укрепленный, сделанный из досок, со щелями в стенах он годился лишь для тех, у кого больше ничего не было. Неподалеку туда-сюда ходили местные стражи.
  
   Но на непродолжительное время сойдет и это место.
  
  
  

Лорейя

  

Под перламутровой луной,

Накрыта белою фатой,

С улыбкой скорбной Аштофет

Я здесь сижу так много лет

Мои холодные глаза

И побледневшие уста -

Былые символы услад

Мне чужд и рай и ад

Ряд недвижных изваяний,

Среди них найду я свой покой

В слезах обниму теплый камень,

И прильну к груди давно пустой

Умереть позволь сегодня,

Чтобы завтра быть живой опять

И дабы ценить наслажденья,

Ныне нужно горький хлеб вкушать

Порой алеет гневом взор,

И кожи треснувший фарфор

На миг опять покроет цвет,

И будто брезжит чуть рассвет...

Но тяжких сновидений рой

Меня зовет вслед за собой,

Чрез океаны изо льда,

В ночные холода

О, озари путь безрадостный мой

Синей лучистой звездой

Blackthorn, "Сатурния"

   Майя и Серин лежали на старых одеялах в довольно просторном помещении, в котором прямо на земле, где попало, спали люди. Валялась по углам солома, но ее было немного. Со всех дыр тянули сквозняки.
  
   Разговаривать не хотелось. Временное пристанище не радовало девушку, она не любила общество, а здесь не скроешься нигде. Кожей на своей спине она ощущала недоброжелательные взгляды тех, кто не потерял еще способность чувствовать.
  
   За пределами стен все еще шел дождь, навевая апатию и сонливость. В помещении было темно, и сквозь крышу на пол стекали струйки воды. Лица, что окружали путников, были в основном старыми сморщенными. Потухшие глаза ничего не выражали. Исчезнувшие желания, ушедшая любовь, потерянные близкие - вот о чем шептали блеклые губы. Им не было дела ни до Майи, ни до себя, ни до соседей. Страх поработил их, и они неслышно молились богам усопших, что довольно часто заходят на эти земли.
  
   О чем помнят эти призраки былого счастья?
  
   Майя лежала, не шевелясь, на твердом полу, слушая шум стекающей воды. Тени гуляли по углам в слабо освещенном помещении, холод пробирал до самых костей. И синие глаза смотрели в никуда.
  
   По углам бродили тревожные сказки, что переходили из поколения в поколение, что хранила в себе долгие годы тишина. Сокровенные тайны переплетались с ними. Люди не сочиняли веселых историй, и, словно страшась своих слов, рассказывали их шепотом украдкой друг другу. Эти недобрые рассказы несли в себе боль, замораживали сердце. Может, это последние признаки угасающего мира, раздирающие душу на мелкие осколки?
  
   Разум опустел, и взгляд был направлен в пламя костра. И Майя чувствовала, как медленно сгорает человеческая сущность, растворяясь в тумане, исчезая в огне. Если не будет она жить как человек, то в ней умрет человеческая сущность. Но где ей найти свое место?
  
   Кто-то поет песню издалека. И что-то есть притягательное в голосе создания, давно умершего на этой земле. И Майя видела, закрыв глаза, как у изголовья сидит мама и напевает колыбельную, как когда-то в детстве, хотя у матери не было никогда такого прекрасного голоса.
  
   Да, Майя никогда не была одинока. С ней постоянно был некто еще, кто шел по пятам. Он всегда прятался, и жил в некоторых людях, что ее окружали, и их души пустели со временем. В глазницах высыхали глаза, а с лиц уходили все эмоции. Они бледными тенями незаметно всегда проходили мимо.
  
   Майя увидела это существо на грани между реальностью и сном. И прикоснувшись к нему мысленно, она почувствовала следующие слова: "Возможно, я твои желания выполню!"
  
   Но это звучало как угроза. Страх заставил мгновенно проснуться и сесть.

???

   Серин не мог уснуть. Он чувствовал разлитый в воздухе запах тревоги, и это ощущение все не покидало его. Он думал, оно родилось в его мыслях, но нет. И оно не пришло из сердца огромного города. Это прилетело с ветром из далеких полей и лесных опушек, где шумят вечные сосны. Это подобно бессознательному страху, что туманит разум и кажется чем-то смутно знакомым. Чем-то, что знал очень долго и ждал давно, что когда-то умерло, и было отпущено.
  
   Но теперь, когда забыто, неожиданно оно стучится обратно. Нечто красивое, что шепчет слова любви. Нечто, к чему бежишь в туманных снах, но пытаясь коснуться, посмотреть в глаза, едва смея поверить в то, что оно существует, вдруг обнаруживаешь, что все время находился в кошмаре. А все это пустые надежды и несбывшиеся мечты. И все это время ты лишь пытался обмануть себя, а сон - нечто настолько эфемерное, что не может заменить потерянную часть реальности.
  
   Серин пытался отмахнуться от этого ощущения, но не смог. И невольно вспомнил кое-кого, женщину, с которой познакомился некоторое время назад, и обстоятельства знакомства не были приятными. Медея, ведьма... Она живет где-то неподалеку от Антейла, скрываясь в лесу вместе со своими ученицами. Вместе ведьмы творят запретное колдовство, но умеют с ними обращаться, собирая последователей в виде нелюдимых представительниц прекрасного пола. Майя, кажется, тоже прикоснулась к запретному колдовству, так почему бы ей не попытаться стать ведьмой, если, правда, уже она не является ею.
  
   Медее, повелительница грозы, говорят, не одна сотня лет, но в это Серин не верил.

???

   Назавтра Серин пытался узнать об уходящих из города торговых обозах. Он не боялся за Майю. Вспоминая, что она сделала со жрецом, он скорее опасался за окружающих ее людей.
  
   Как-то незаметно для себя Серин оказался на стене рядом с Озераем. Видимо, надеялся узнать что-нибудь у этого старого мага, но разговор пошел в другое русло. Глядя в таинственные манящие дали, путник и старик поведали друг другу свои секреты, чего никогда бы не сделали в ином месте. Видимо, их души объединяла некая одна спрятанная глубоко мечта, которую не хотелось отпускать. А эти далекие земли, что расстилались перед глазами, манили обманчивой свободой.
  
   - Не сидится тебе?- спросил маг, всматриваясь вдаль.
  
   - Нет,- сказал Серин.
  
   - А тебе не хочется остаться жить в нашем городе? Думаю, со временем ты привыкнешь, а потом мы найдем дом для тебя и твоей девушки.
  
   - Нет, мы просто друзья. К тому же нет желания начинать здесь с самого начала,- смутился Серин.
  
   Озерай с сомнением покачал головой.
  
   - А сможете ли вы далеко уйти отсюда?
  
   - У меня есть опыт в этом деле.
  
   Озерая вздохнул.
  
   - Путешествие рано или поздно кончается. Знаешь, я ведь тоже родом не из этого города. Вместе со своей матерью я бежал сюда в поисках спасения.
  
   - И что вас выгнало?
  
   - Война человека с человеком. Иногда люди начинают борьбу за территорию и богатство с другими людьми. Может, и хорошо, что Миствейл расположен обособлено по отношению к остальным городам.
  
   Озерай вздохнул, явно не хотел продолжать разговор, и сменил тему.
  
   - Знаешь, Ирнис не первая моя жена. Она милая прекрасная, но встретил ее я после того, как погас истинный светоч в моей душе. Наверное, странно слышать подобное от старика, у которого много взрослых детей. Но, тем не менее, это так.
  
   Когда-то я был знаком с другой девушкой. Сразу мне она показалась невзрачной, домашней, неинтересной. Но потом узнал, что она любит музыку и прекрасно играет на крело, который смастерил один местный умелец. Я всю жизнь увлекался только магией, но именно эта красавица помогла мне понять, что музыка - тоже магия, как и слова, как и стихи. И те песни, что она пела, были такие прекрасные. Они были разные, и повествовали о природе, о лесах, о любви, о мечтах. Жаль, что в основном я был единственным ее слушателем.
  
   Я в нее влюбился и мечтал прожить с ней свою жизнь, так как никогда раньше не чувствовал столь сильного душевного единения. Ее имя было Лорейя, звучащее как ручеек весной, когда тает снег.
  
   Жаль только, что она действительно растаяла. Оспа свирепствовала в городе, от которой умерло много людей и она тоже. Моя магия никого не спасла, ее тело сожгли, а пепел разлетелся по этой несчастливой черной земле.
  
   Я ее вспоминаю, и мои воспоминания живы, словно это со мной случилось только вчера. Знаешь, я не жалею. Она меня научила верить и чувствовать прекрасное, и этот дар никому у меня не отнять. Однажды познав это, понимаешь, что есть что-то на этой земле, ради чего стоит жить.
  
   Немного помолчав, Озерай сказал:
  
   - Но на этом все не закончилось. И хотя столько времени прошло с тех пор, я познакомился с многими замечательными людьми, забыть ее все равно не смог, хотя страдания мои утихли.
  
   Но теперь словно нечто насмехается надо мной. А может быть, это подарок богов? Я снова слышу ее песни, и это происходит, когда я стою здесь, на стене. Слов не разобрать, что доносятся издалека, а голос почти неуловим, что сплетается с шумом ветра.
  
   Никто его не слышит, кроме меня. Может я сошел сума? И слышу я в песнях, как ей одиноко, холодно, страшно. Хотелось бы последовать туда, где она прячется, если бы отчетливо не помнил, как сам сжег ее тело.
  
   Иногда мне кажется, это чья-то уловка, но, скорее всего, я слишком стар. И все это мне только мерещится.
  
   - Красивое имя Лорейя,- сказал Серин.- Видимо, она действительно была необычным человеком.
  
   - Только не говори моей жене о ней, она меня и так считает странным.
  
   - Не волнуйся, я ничего не скажу,- ухмыльнулся Серин, подумав, что он даже не знает жену старика.
  
   Шум злаков и травы доносился до них, вдалеке на горизонте зеленел лес. А свободный сильный ветер колыхал бесконечные травы, неся медовый аромат цветов.
  
   Озерай схватил Серина за руку.
  
   - Прислушайся!
  
   Серин прислушался, но не услышал ничего.
  
   - Она зовет меня, как раньше, моя милая Лорейя! Я думаю, ты понимаешь, почему стена - мое любимое место в этом городе!
  
   Серин чуть-чуть улыбнулся своим мыслям, но потом его захлестнула волна страха. Ему вспомнился кое-кто другой, кто умеет петь. И путник понял, что возможно стоит бежать из этого места без оглядки. У того создания прекрасный голос, принимает оно облики умерших девушек и бродит по лесам. Неужели ее именно пение слышит старик, хотя слишком маловероятно...
  
   Это создание не имеет своего имени, как и все теневые призраки. Но сейчас, представив ее лицо, неожиданно для себя Серин назвал ее именем Лорейя, понадеявшись, что старик простит ему этот поступок. Ведь именем прекрасной девушки он назвал тварь из иного мира.
  
   Серин представил себе на миг, что тоже может потерять любовь, которую, быть может, когда-нибудь и обретет. И останется потом жить только воспоминаниями о ней, но ничто никогда не развеет страшного знания о том, что они могли быть вместе, но есть нечто, что сильнее. И ступая дальше по жизни, его будет преследовать призрак, от которого не избавиться никогда.
   Мельхиор
  

В холодных сумерках я встаю,

Следя за подъёмом луны

Своими сияющими глазами.

Отражение чистого света

В горящих глазах волка.

Я наблюдаю лунную дорожку,

Я слышу заблудших душ,

Шепот теней.

О, прекрасная ночь.

Ты - моя госпожа.

Я овеян твоей таинственностью

Навеки я твой.

Окутанный темнотой,

Я брожу по полям

Этой часто посещаемой мною земли в одиночестве,

Освещаемой лишь луной.

Я вечен, жизнь бессмертна в темноте.

Только Я скитаюсь в тайнах вечных.

В моих мечтах

Я расправляю крылья.

О, ветры называют

Мое проклятое имя.

Спокойно

Я летаю над вечностью,

Безмолвно разражаясь

Криком.

О, загадочная ночь, ты - моя безмолвная госпожа.

Ты делаешь меня одним из темных.

Подобно черному ворону, я лечу через часто посещаемые мною земли.

Бессмертие

Бежит по моим венам.

В течение бесконечного затененного времени

Я скитаюсь ночью,

Освещаемый лунным светом,

Я вою на темном,

Восторженном ветру,

Что шепчет на запретном языке.

Я вечен, жизнь бессмертна в темноте.

Только Я скитаюсь в тайнах вечных.

Dark Funeral, "Dark Are The Paths To Eternity"

(перевод пользователя Heimdall, сайт www.dark -world.ru,

http://dark-world.ru/albums/Dark-Funeral-The-Secrets-Of-The-Black-Arts.php)

   Яркая луна освещала безнадежный мир, владычицей которого она являлась. Настал час, когда было, наконец, разбужено темное создание. В нем стали заново рождаться чувства. И первой из них проявилась ненависть ко всему, что окружает. Потом в нем пробудился страх перед вселенной, которой он не понимает. Потом вернулось чувство глубокого одичалого одиночества, застывшего в глубине. Потом восстала жажда смерти. Последним поднялось ощущение могущества, когда оно поняло, что ненавидимый мир подчиняется желаниям. Прикоснувшись к власти, оно вырвало из глубины свои воспоминания. Что еще нужно, чтобы понять, что оно снова бог в этом мире без времени и пространства, из которого никуда не убежать?
  
   Не один год длилось возрождение существа. Не один год оно ждало, искало, бродило по дорогам своего воображения.
  
   Существо пыталось вспомнить, что делало до своего развоплощения. Раньше оно было внешне похоже на человека, так как это было для чего-то нужно. И раньше оно тоже возрождалось здесь, в этой самой темнице. И глазами, в которых не отражался свет, когда-то пыталось смотреть за окно, где шумели деревья в аллее, ползали какие-то существа из тени.
  
   Оно попыталось вспомнить, зачем вернулось. И почему, много раз умирая, всегда появлялось в тюрьме, словно это для него было значимо. Но не оказалось ничего, из-за чего сюда можно было стремиться. Посмотрев на бледные пальцы, странный человек поймал тень, что посмела заглянуть в окно, и сжимал до тех пор, пока та не распалась на мелкие частицы. Словно пепел хлопья падали на каменный пол, растворяясь в воздухе.
  
   У создания было много имен, но никакое из них не имело значения. Некоторые придумали люди. Другие придумал он, чтобы войти к ним в доверие. Но одно подарил себе сам.
  
   И хотя вернулось почти все, что должен был знать о своем мире, он так и не смог вспомнить, кто его развоплотил. Обманчивая память доносила образ мертвой девушки, парящей над землей, чье лицо застыло в агонии, а тело покрывают ужасные раны. Говорила она на языке, которого ему знать было не дано. Он боялся ее, если это можно назвать страхом. Кажется, это началось давно, с тех пор, когда ее впервые увидел. Она была частью этого мира, его карающей рукой.
  
   Посмотрев на свои руки, странный человек сказал:
  
   - Я снова здесь.
  
   Он не мог умереть даже при всем своем желании. А когда умирал, возвращался. И это было бесконечным циклом от воплощения до развоплощения, который никому не суждено прервать.
  
   Человек несмело выглянул в зарешеченное окно, где все до боли было известно, и увидел леса, освещенные бледным сиянием. Где-то там спрятана их таинственная власть над бытием.
  
   Двери темницы не заперты. Но если он выйдет, назад дороги не будет, и придется снова искать смысл своего существования.
  
   Луна, что раскинулась на полнеба, опять зовет за собой.
   ???
   Создание, рожденное в темноте, помнило путь сквозь черное озеро, освещаемое всполохами бесчисленный воплощений и развоплощений. И не сразу оно смогло осознать себя, и выйти на нынешний уровень. Когда-то бесплотным призраком оно бродило по этому миру, слушая приказы пустоты. Они были неотличимы от мыслей, как не были частью его самого воспоминания, сны. Даже мечты были не его.
  
   Тогда было все равно, что окружает. Не было осознания, что он внутри пустышка, невесомая дымка, что повисает в ложбинах, что растекается среди туманных рек. Но что-то его пробудило, и он стал искать в плотной темноте источники силы. А источниками силы были знания, знания...
  
   Это медленный процесс, ведь никогда не знаешь, где найдешь то, что нужно. Пустота была более осязаема, чем многое в этом мире. И его мир - ловушка.
  
   Отсюда можно выбраться в иные миры, но за это есть своя цена. Выбравшись туда, все как прежде вернуть не сможешь, и нужно будет выполнять некие иные роли, к которым его приготовит судьба. И обычно это роль охотника.
  
   Не во всех реальностях существа подобны туману, иногда они подобны земле, что их породила, и солнцу, что наполнило их энергией. Они менее приспособлены к управлению реальностями, и не могут никуда вырваться из своего мирка. В их сознании прячется много чувств, много желаний, много знаний, и к живым всегда будут тянуться создания из пустоты.
  
   Глядя в сущность живых, словно зеркало, они будут выпивать их, ведь их цель уничтожать все, что не похоже на них. Так им приказала госпожа, так им повелело звездное небо, что в их мире освещает им путь.
  
   Поначалу хотелось верить всему, что доносили ветры об иных реальностях. И не сразу пришло осознание, что часть того, что он получает, никогда не было, и это всего лишь искажение сложных чувств. Или некто пытается в этом убедить. Ведь оно не единое целое, в нем много других, что вместе с ним правят здесь.
  
   Но для тени, не имеющей ничего своего, того, что знало, было достаточно, чтобы не потерять свою сущность и окончательно не стать подобной дымке, что растекается в темных ложбинах. И всегда оставался один шаг, который он не мог преодолеть, чтобы что-то понять.

???

   Нечто однажды разрушило его представления о бытие. Оно пришло к нему в виде создания такого же, как и он. Но свою власть пришелец получил не через потакание тьме, а через ее порабощение, бесконечных наблюдений за собой и постоянного сопротивления своей сущности. Гость впервые ему объяснил, что такое человек, и чтобы лучше понять живых, надо иногда мыслить, как они. И не всегда нужно слушаться внутренних желаний, ибо желания эти чужеродны. Остальной мир надо отделить от себя, ведь не всегда то, что шепчет пустота, является мудрым, но лишь обладая собственным сознанием, можно понять это.
  
   За этот дар позднее пленник был благодарен пришельцу, ибо такое знание бесценно особенно в этом мире. И до сих пор помнит слова, сказанные гостем мысленно:
  
   "Нет времени в твоем бессмысленном существовании, и тебя никогда не оставят в покое силы, притаившиеся вокруг тебя и в тебе. А единожды выбравшись в иные миры, не найдешь свое предназначение, лишь охотясь за живыми существами посреди туманных лесов.
  
   Нам подчиняется не только магия этого мира, но и сам этот мир. И мы можем сделать часть его собственным навсегда. Я покажу тебе, как это сделать, познакомлю тебя со своей мечтой. И если ты поможешь мне ее воплотить, я подарю тебе свое собственное сознание.
  
   Однажды вырастет город, в котором вечно будут существовать свериоты, подобные нам. И они будут стремиться к знаниям и покорению иных вселенных так же, как и мы. И мы сможем сотворить свой мир, сделав его, наконец, правильным. Сознание иных, более слабых обитателей из иных вселенных, будет под твоей властью, как и твой собственный разум тоже.
  
   Но у нас еще слишком много врагов, которых нужно уничтожить, в этом ты мне и поможешь. Такова будет твоя плата за все. Но осознай, для этого не нужна сила, нет. Страдания закаляют слабого человека, заставляя его сбиваться в стаи. И он становится выносливее, злее, изобретательнее. Я покажу, как можно одолеть его, уничтожая душу изнутри, не применяя силу, пока для него не останется мира, кроме этого.
  
   Так пойдешь ли ты со мной?"
  
   Пленник не стал сомневаться и потянулся за мечтой, что в виде красного огонька представилась в его воображении. Он подписал контракт, который должен длился до развоплощения. Служба была долгой, и он безропотно выполнял все приказы, узнавая все больше о людях, так и о самом себе, а также о магии и окружающем мире. И однажды он смог все это осмыслить и систематизировать, хотя на это ушло много лет.
  
   И до сих пор, оглядываясь в прошлое, он видит светлячки, летающие над землей. Но что это значит, не понимает.

???

   Этот мир никогда не менялся, либо у его обитателей не было возможности это заметить. Мельхиор шел по дороге и осматривал черный лес и странное небо над ним, в котором всегда светила полная луна, от лучей которой сияли серебряные тучи. Странно, что почти нет звезд. Или он их не видит. Каждый воспринимает все по-своему здесь.
  
   Он недавно вспомнил имя, которое дал себе сам. Но настоящего не знал.
  
   Мельхиор с тех пор, как Веридиан помог ему осознать в полной мере свое существование, стал искать себя. Потому что отчего-то не хотел подчиняться тягучей темноте, что разлилась бесконечным полотнищем на все пространство. Но так сложно порой противостоять желаниям, которые были волей и мыслями окружающей его реальности.
  
   Почему он один такой? Или он не замечает подобного за другими тенями? Почему никто из них больше не хочет свободы?
  
   Но все же эта вселенная есть самое прекрасное, на что он может надеяться. И пусть она всего лишь отражение. И пусть в нее не заходят живые люди, неосознанно они на нее влияют тоже. И через завесу он может чувствовать их приближение.
  
   Небольшой отряд... И томная жажда смерти начинает сладостно давить на сознание. Отдавшись дурманным не своим чувствам Мельхиор начал наблюдать за ними, хотя не желал делать этого. О да. Но вместе со зрительными образами, тьма позволяла видеть некоторые чувства и мысли этих людей. А также мечты, которые человек имел неосторожность вытянуть со дна своей души. И подсознательные желания иногда способны заместить желания тени.
  
   И среди них есть такие, как желание умереть. И, улыбнувшись далекому небу, Мельхиор отдался темным мечтам безнадежного мира, что были не его.
  
   ...Дождь из черных листьев опадал на землю и на дорогу, что покрывал серый песок. Мельхиор принимал новую форму, вторую сущность, что позволила иметь тьма. И это были очертания змеи, черного длинного невесомого тела. У него были большие глаза, а сила темноты не покинула его в этом обличье.
   Предчувствие
  
  
  

Во тьме

В небытие отсутствующего света

Где жизнь не имеет права на существование

Далеко за границами

Куда бог не осмеливается заглядывать

Змей злорадствует в голоде

Ни звезды не засияет в полночь

Ни звезды, насколько бы она не была ярка

Через небосвод проходит полет

Величайшей тьмы, пожирающей свет...

Watain, "Stellarvore"

(перевод пользователя Sapziro, сайт www.dark-world.ru,

http://dark-world.ru/albums/Watain-Sworn-To-The-Dark.php)

  
  
   Серин пожертвовал часть монет, вырученных за продажу посоха, на то, чтобы один из торговцев, следующих в Антейл, взял их с собой. Маршрут обоза как раз совпадал с планами. У торговца было странное имя Ко, и он перевозил из города в город разные побрякушки, платья, украшения, заколдованные вещи и прочую мелочевку. Толстяк не очень нравился Серину, но свои предпочтения тот оставлял при себе. И помнил предупреждение, сказанные ему Ко в стороне от остальных о том, что если обоз где-то будет поджидать засада, его и Майю убьют первыми.

   Всего было шесть повозок, Серин и Майя сидели на одной из них, разглядывая дорогу, выложенную из ровных шестиугольных плит. Выгравированные на них магией письмена можно было увидеть только ночью.
  
   Их мистическое сияние освещает пространство, когда солнце уходит за край горизонта, но никого, стоящего на пути, в их свете заметить нельзя. Дорога хранит своих путников, но время постепенно сокрушало и ее. Сквозь расколотые плиты прорывалась трава и небольшие деревья иногда.
  
   Никто не пытался задумываться над тем, кто проложил эти тракты. Быть может, зря...

???

   - Расскажи мне еще о Лаире,- попросила Майя.
  
   В ее синих глазах застыла тревога.
  
   Ее друг немного виновато смотрел на нее в ответ, не зная с чего начать. Потом он слабо улыбнулся, хотя улыбка вышла немного вымученная.
  
   - Лаир - один из городов Антейла. В свое время я там нашел приют у кузнеца Элевия, что стал мне вместо отца. Он нам поможет. Я смогу, думаю, восстановить документы, тебе мы их купим. Потом, думаю, будешь подрабатывать в какой-нибудь лавке, как делают все.
  
   Майя нахмурилась.
  
   - А если это не то, чего я хочу?
  
   - А чего бы ты хотела?
  
   - Я хочу совершенствовать магию дальше. Та жизнь, что я вела в Синрее, была тоскливой жизнью швеи без всякого просвета. Я не хочу больше так жить.
  
   Серин тяжело вздохнул.
  
   - В таком случае у тебя есть два пути. Если бы у нас были деньги, ты бы могла на платной основе учиться в школе артехуменов для женщин. Но денег у нас нет, поэтому остается второй выход.
  
   В свое время я знал одну женщину по имени Медея. Она в некотором роде использует не принятую во всех остальных местах магию. Возможно, тебе стоит попытаться попроситься к ней в ученицы.
  
   Майя ответила не сразу.
  
   - Тебе она не нравится, правда?
  
   Серин не стал спорить.
  
   - Да, не очень. Действует она вне законов Антейла, и у нее есть собственная религия. Хотя говорят, что Медее не одна сотня лет, думаю, это неправда.
  
   И хотя голос звучал бодро, путник изо всей силы старался скрыть тревожные нотки.
  
   Подняв глаза вверх, Серин взглянул в синеву, что нависла огромным куполом над этой черной грешной землей. Небеса, вот они какие! Что-то было в них необъяснимо величественное, нечто притягивающее. Что ждет его там, в их нетрах? Как хотелось иногда шагнуть, но лишь в своих мечтах возможно воспарить туда. Или упасть в эту бесконечность навстречу несуществующему храму вечного блаженства...
  
   Природу захватило шелудивое солнышко, наполняя землю океаном желтого света. От него нельзя было нигде спрятаться, даже под ветви вековых деревьев оно ухитрялось проникать. Повсюду порхали бабочки странных невероятных видов. Белые, синие, красные... Раньше и подумать было трудно, что их может быть так много. Кузнечики стрекотали так громко, что звенело в ушах, и еле успевали улепетывать в разные стороны.
  
   Разнообразные прелестные цветочки тянулись со всех сторон, лезли под руки. Душу переполнял щенячий восторг.
  
   Не так просто уловить легкий аромат фальши, как в чрезмерно ярком сне, где все кажется добрым и милым, но откуда-то тянутся предвестники кошмаров.

???

   Серин украдкой наблюдал за Майей, зная пристрастие той попадать в неприятности. И последнее время стал замечать ее рядом с воительницами Арианой и Вилонией, что были охранниками обоза. Девушки постоянно вели разговоры на тему магии, без конца спорили, пытались в чем-то друг друга переубедить. Майя демонстрировала огненное разрушение, единственное, что знала. Ариана, оказывается, разбиралась не только в тайной, но и в боевой магии. Вилония владела тайной магией, а также была магом целителем.
  
   Вечерком отряд разделился на группы, каждая из которых сидела воле своего костра. Серин подобрался к девушкам, сел с правого бока от Майи. С левой стороны от нее подкрался еще один охранник Керол, что владел магией иллюзии. Это был невзрачно одетый человек с темными потрепанными волосами, что клочьями свисали на немного загорелое лицо. На вид ему было лет столько, сколько и Майе. Ничего особенного, но что-то не вселяет доверия.
  
   - Быстро вы, однако, успели познакомиться,- заметил Серин.
  
   - Ну, мы здесь единственные женщины,- пожала плечами Ариана.
  
   Карие сверкающие глаза посмотрели на него с легким любопытством. Вьющиеся каштановые волосы ниспадали на плечи переливающимися локонами. Она была не очень высокой, но не стоило доверять обманчиво хрупкой внешности.
  
   - А чем ты вообще занимаешься?- спросила девушка.
  
   - Ну...- Серин задумался,- пока просто ищу лучшей жизни.
  
   - Ясно, здесь все поголовно такие. Есть ли у тебя семья?
  
   Серин отрицательно покачал головой:
  
   - Нет, семьи у меня нет. А что же тебе не сидится-то?
  
   - Это долгая история...- ответила Ариана,- но если тебе интересно, то за убийства монстров и за охрану торговцев нормально платят. Это послужило стимулом для изучения боевой магии.
  
   - Ну, а ты?- спросил Серин у Вилонии, высокой девушки с соломенными спутанными волосами.- Что тебя держит на этом поприще?
  
   И поймал немного встревоженный взгляд.
  
   - Я не столь хорошо знаю боевую и тайную магию, как искусство лечения. В пути всегда нужен тот, кто может лечить раны. И за это тоже платят, даже немного больше, чем воинам.
  
   - Ого, с тобой я чувствую себя спокойнее!- с восхищением сказал Серин.
  
   Вилония почувствовала себя немного смущенной.
  
   - И я верю, что для тех, кто приблизился к смерти, может открыться жизнь вечная.
  
   - А как насчет тех, кто уже ступил за грань смерти? Или их частей?- спросил Керол с нескрываемой иронией.
  
   Вилония опустила взгляд, нервно сжав пальцы.
  
   - Я ничего об этом не знаю.
  
   Серин нахмурил брови:
  
   - Может, ты знаешь что-нибудь о том, как связаны теневые создания с твоей магией?
  
   Вилония покачала головой.
  
   - Я сомневаюсь, что они связаны. Тени - нечто совсем другое, не мертвое и не живое,- девушка немного запнулась, но, поборов внутренние сомнения, все же сказала.- Когда мы смотрим на ожившего мертвеца, подсознательно понимаем, что это не должно жить. И нам кажется, что существо наполнено жуткой силой, которую среди некромантов называют аурой отчаяния. Но это всего лишь страх и ничего больше, и у теней подобного не бывает.
  
   - Но ты кое-что знаешь о некромантии? Откуда?- спросила Майя.
  
   - Да, кое-что знаю,- скосила в сторону взгляд Вилония,- лекарей предупреждают о том, чтобы они не переходили черту.
  
   Девушка вздохнула, и посмотрела на Керола немного укоризненно.
  
   - И не так просто сделать это. Даже если захочешь, не всегда получится.
  
   - Ты, насколько я понимаю, единственный у нас иллюзионист,- вспомнил про Керола и Серин.- Как, по-твоему, тени - это проявление вашей магии или нечто еще?
  
   Керол посмотрел на него.
  
   - Не думаю. Есть в них что-то похожее, но тени слишком материальные для иллюзии.
  
   - Ух-ты!- подняла лукавый взгляд Ариана.- Я всегда мечтала сходить в театр иллюзии. Может, покажешь пару фокусов?
  
   - Только если за отдельную доплату.
  
   Со всех сторон на Керола устремились возмущенные взгляды, и тот сдался.
  
   - Ладно...
   Майя не слушала больше разговоров и ей неинтересна была иллюзия, так как что-то ее тревожило. Девушка сидела в одиночестве сбоку от повозки, закутавшись в плащ, пытаясь осмыслить смутные видения, что доносило до нее подсознание.
  
   И, закрыв глаза, видела она город, восставший из руин, и человека, что приказал его жителям: "Живите вечно..." Под опущенным капюшоном не видно лица и откуда-то она знает, что незнакомец позволит ей все. Он стоял неподалеку от нее, никому невидимый, но Майя так и не осмелилась протянуть к нему руку, чтобы отодвинуть ткань, пока окружающий ее мир фантазий не расплылся, и девушка не погрузилась в сон.

???

   Бескрайние горизонты и бесконечное небо сводят сума. И становиться цель, что она вложит в твой разум. Становятся мечты, что она вложит в твой разум. Становятся желания, что она вложит в твой разум.
  
   Мельхиор был один. А может это только казалось? Не стоит надеяться, что госпожа о нем забудет. Хотя есть нечто притягательное в том, чтобы растворяться между теней в бесконечном потоке собственных фантазий, что навевают черные туманы.
  
   Она зовет его убить, выпить, уничтожить хрупкую жизнь. Жажда смерти предвестник того, что цель намечена и вполне определенна. Глядя на тусклые огоньки родного мира, Мельхиор ощутил в воздухе ту его разлитую часть, которой было позволено владеть. Он видел трех путников, что шли по заброшенной дороге. Они прятались в лесу, маскировались в пространстве и где-то допустили ошибку, дав себя обнаружить.
  
   Существовали некие ритуалы, что должны погрузить души живых в отчаяние. Среди них прикосновение смерти, что спутывало сознание, что лишало воспоминаний и мыслей, погружая существо в первозданный ужас, который чувствует лишь мертвая или нерожденная материя. И за этим обычно следует смерть.
  
   Здесь недалеко есть место, которое люди называют проклятым. Они сюда и не доходят в большинстве случаев - одна из причин, почему Мельхиор здесь оставался. Оно называется почему-то Тропа Печали. Возможно, стоит воспользоваться тем, что она может дать.
  
   Вокруг тропы много темной дымки. Это тени, что избавились от всего, что могло их делать подобными живым существам. Они служат как-то по-другому своему миру, но Мельхиору не было дано это знание.
  
   Госпожа позволила владеть магией иллюзии, а учитель научил всему тому, что нужно. Мельхиор закрыл глаза и позволил себе заглянуть в мысли путников еще раз, заглянуть в их желания и страхи, ведь порой это одни и те же вещи.
  
   Мельхиор вытянул из глубины души темный туман, которым покрыл все пространство. Он видел внутри своего разума, как в нетрах леса родились огромные извивающиеся черви. Они копошились в земле и постепенно выбирались из нее наружу, чтобы явить миру огромные белые тела. Рождались они там, где падали листья.
  
   Путники заволновались и пошли быстрее. Их голоса стали беспокойнее, мысли быстрее и хаотичнее. Вот-вот настанет момент истины. Мельхиор предвкушал сладостные мысли своего искаженного сознания. Осталось только ждать... ждать... ждать...
  
   Змей прикрыл глаза и унесся в мир причудливых фантазий. И между деревьев, несмотря на то, что был день, растекался лунный свет. И колышется, бесконечно колышется это черное море из ветвей, что роняют листья... роняют в бесконечность листья... листья... И трезвонит издалека черная церковь. Чьи-то мертвые руки ударяют в колокол там, где никого-никого нет.
  
   Настал час. Серый туман поглощал пространство, рождая образы мертвых любимых. Только у Мельхиора не было никого, кого он любил. Поэтому для него серая мгла не значила ничего.
  
   Сейчас он не прятался, преодолевая белый океан в человеческом обличье. Он должен довершить начатое. И вот один из них.
  
   Это пожилой воин, который прислонился к дереву, словно сильно устал. Его глаза, направленные прямо на Мельхиора, ничего не выражали и смотрели в никуда. Он был жив, и его рука лежала около сердца.
  
   Мельхиор протянул к нему ладонь, чтобы сделать проклятье, что отправляло всех в страну кошмаров, в которой они медленно-медленно умирали. В этом было нечто завораживающее.
  
   Но вдруг он остановился. Нечто всколыхнуло его мир, исказив беззвучным криком. Кто-то позвал его изнутри души по настоящему имени. Некто, кто знает его. Что за загадки выпали на его долю?
  
   Этот зов был знакомым для Мельхиора. Он и раньше его слышал, только не мог вспомнить, когда и где. И это не был приказ тягучей субстанции. Нет... Он не парализовывал сознание, и Мельхиор мог его игнорировать.
  
   Сжав свою руку, он смотрел на воина некоторое время. Внутри него был вопрос, и ответ он прочитал на дне двух застывших бездонных колодцев.
  
   - Я должен найти того, кто позвал меня, пока не потерялся след,- Мельхиор повернулся и исчез в сером тумане.
  
  
  
   Город иллюзий
  

И ночь прошепчет имена

Проклятых и падших,

Голосом ветра расскажет про них,

Раскаяния не сказавших.

Бледные руки в талом снегу

Роются, дабы рассудок найти,

Тысячи сердец кровоточат,

Тысячи душ разложились в грязи...

Comatose Vigil, "Suicide Grotesque"

(перевод Lake Of Sorrow, сайт www.dark-world.ru,

http://dark-world.ru/albums/Comatose-Vigil-Not-A-Gleam-Of-Hope.php)

  

Чёрная кома души,

Ослепшие глаза не видят солнце,

Нескончаемый траур судьбы,

Уставшее сердце хочет умереть.

Прокажённая душа издаёт немой крик о помощи,

Сознание бьётся в агониях

Подобно тому, как отчаянный зверь

Пытается издохнуть, нанося себе раны...

Agonia, "Ангедония прокаженной души"

   ...Ривертейс мог жить, и это был бы ленивый город. Летнее солнышко припекало бы, поднимая запах от зловоний, рождаемых выливаемыми помоями. По улицам могли бы бегать дети и бездомные коты и собаки, а взрослые занимались бы домашними делами или ремеслом, переговариваясь друг с другом, и иногда выходили на рынок. Оживленные храмы были бы наполнены подношениями, а по окрестным лесам ходили бы грибники и ягодники.
  
   Вот что можно увидеть, если посмотреть с закрытыми глазами.
  
   Путешественники вскоре оказались на землях Ривертейса, но не узнали в них когда-то обжитых мест. Не осталось ничего, даже воспоминаний, только крепость стояла пустой оболочкой, и ее держала сила, неподвластная времени.
  
   Треснувшие городские стены тонули в земле, врата превратились в обломки. Их зияющая дыра вела куда-то на заваленные мусором улицы. Но путники не воспользовались приглашением. Не могли они отделаться от тревоги, что настигает людей рядом с местами, что принадлежали когда-то им, но ныне нет.
  
   Небо заволокло тучами, накрапывал дождь, но он почти не мешал.
  
   Ни на секунду не покидало ощущения, что за ними наблюдают издалека бесплотные создания. Никто друг с другом не разговаривал, было не до того.

???

   ...Поначалу только Майя замечала, что вокруг творилось нечто необычное и красивое. А потом заметили и ее спутники.
  
   Пространство застывало во времени. Замедлялись деревья, неестественно двигались зверьки и птички. Не в силах вырваться, словно статуи, они окаменели в последнем движении. Словно это был театр для одного единственного зрителя, коим можно было обозначить отряд. Деревья, земля - все вокруг покрывалось серым пеплом, словно инеем, и заснеженные листья оплывали ручейками вниз. Под прикосновением пальцев призрачный порошок мгновенно растворялся в воздухе, словно его никогда не было.
  
   А некий друг, что находился за гранью мира, что-то шептал. Его шепот был подобен видению будущего. Закрывая глаза, Майя видела лес, что застыл во времени. В воздухе витал пепел, покрывающий все: деревья, землю, листья, ветви... Небо становилось черным, а солнце превратилось в белую луну. Что же уготовано нечеловеческим существом для гостей представления? Кто неведомый мастер театра иллюзий?
  
   Она видела, как дорога, по которой они ехали, вычеркивается из окружающего мира. Существует лес, деревья, озеро, что ни видели неподалеку, но этой дороги больше нет. И во всех временах, и во всех вероятностях этого места никогда не было.
  
   Кто-то заставил поверить пространство, что здесь пустота. Кто-то незаметно проник в структуру мироздания, и изменил его течения незаметно для тех, кто в нем жил.
  
   Медленно-медленно день приближался к закату. Медленно-медленно солнце катилось за горизонт, окрашивая горизонт в кроваво-красные оттенки. И Майя видела внутри себя, как ползет по земле, удлиняется перевернутая тень креста с вершины далекого храма.
  
   Девушка сидела на повозке, и ее тянуло в таинственную страну снов, однако ни с кем пути ее там не пересекались.
  
   Никто ее там и не искал, так как даже тени немного боятся того, что прячется внутри человеческого разума.
  
   Ни имея возможности скрыться от нечеловеческого создания, путники не нашли никакого выхода кроме как попытаться затаиться под маскирующей магией, не подозревая, что враждебное им существо умеет читать мысли. Кто знает, может пугающие фантазии людей стали причиной того, что случилось с ними позже.

???

   Майя открыла глаза, так как ощущала, как ветер нежно касается ее щек, и в этом есть что-то неправильное. Она не помнила ничего, что предшествовало засыпанию. И поэтому растерялась, не понимая, где находится. Она лежала у стены разрушенного здания на улице какого-то города, поглощенного ночью, совершенно одна. Страх мгновенно захватил сущность, заставив вскочить на непослушные подгибающиеся ноги. Сердце быстро-быстро стучало, и девушка стала оглядываться.
  
   Не стоило труда догадаться, на улице какого города она оказалась одна. Несомненно, это Ривертейс, мимо которого они недавно проезжали. Было довольно темно, но света неверных звезд хватило, чтобы понять все. Очертания заброшенных полуразрушенных строений вгоняли в оцепенение, вокруг не было ни одного человека. Лишь доносились издалека глухие удары колокола, замораживающие кровь в жилах. Остро ощущалось, как реальность пересекается с некой иной несуществующей вселенной. И, чувствуя приступы отчаяния, Майя обхватила голову руками.
  
   Шорох доносился со всех сторон, щекотал уши. Майя не знала магию маскировки и не могла спрятаться. И сейчас чувствовала себя загнанным зверем перед лицом некого создания, что спряталось в глубине разрушенных улиц, что неслышно хотело следовать за ней.
  
   Майя торопливо зашагала, постоянно оглядываясь. Она не знала на самом деле, куда шла, просто доверилась своим чувствам. Сказать, что ее охватила паника, значит, ничего не сказать. Она спотыкалась об обломки и мусор и исцарапала себе все ладони и колени. Здания зловещими силуэтами возвышались с обеих сторон. А туманные тени неких существ показались со стороны переулка, пересекающегося с улицей, по которой шла Майя. По ощущениям, это хрупкие создания, что уничтожить невозможно. Словно пепел сгоревшего когда-то города стал их сущностью, и теперь они отражения в огне тех, кто когда-то погиб от него. Ничего не осталось от воспоминаний, кроме какого-то последнего мгновения в потухшем сознании, ничего не сохранившего от разума. Вспышка боли, и ничего...
  
   Девушка в отчаянии вытянула руку вперед, чтобы родить свою разрушающую магию, что отогнала бы на худой конец ее преследователей. Но страх оказался сильнее. Он победил ее чувства, победил ее магию, и она не смогла сделать ничего. Даже искр не выскочило из пальцев.
  
   Майя, развернувшись, побежала по улице, пока не заскочила в какой-то дом, споткнувшись около порога, и прижалась к стене в самой дальней комнате. Жаль, она не могла подняться наверх, лестница давно разрушена. Девушка знала, ничего не сможет сделать против преследователей и сейчас надеялась, что те о ней позабудут.
  
   С ужасом она смотрела на дверь, которую забыла притворить, но смелости не хватало подойти. В темноте угадывались остатки мебели, зловещими силуэтами обломков застывшие у стены.
  
   Слезы стекали по щекам, падая вниз. Но почему? Майя не знала, почему плакала. Возможно, есть ответ, не хотелось в него верить, но невозможно обмануть себя.
  
   На приоткрытую поверхность двери легла чья-то тень.
  
   Промелькнула мысль, может это кто-нибудь из спутников? Но тень двигалась почти бесшумно, медленно, не пытаясь поговорить. Движения было немного прерывисты и беспорядочны.
  
   Отчаянно хотелось жить, несмотря ни на что, и Майя позабыла о тех мгновениях, когда в потерянном городе Синрее решила взойти на собственный эшафот. Сейчас страх лишал силы, парализовал волю, разгоняя мысли, и оставил лишь мучительное ожидание неизбежности.
  
   Они войдут, все равно войдут. Существа уже поняли, она спряталась именно в этой комнате. И, возможно, Майя вместе с ними навсегда останется в этом городе в виде пустой сущности.
  
   Зажмурив глаза, закрыв руками уши, девушка сидела у стены. Силы покинули ее и утекли в ледяные сырые стены. Холодная черная бездна, наполненная ужасом, вытеснила все иные ощущения. Внутри своего сознания, Майя отчетливо видела подступающих к ней отовсюду монстров. Они ходят за стенами и рядом с ней, касаясь пепельными пальцами одежды, кожи, волос.
  
   Майя повсюду слышала их бесплотные голоса, что отражались от каждой частички испуганной души. Шелест шагов потопил окружающий мир. Они ее найдут... Найдут...
  
   Не осталось больше сил на слезы, ни на что другое. Она видела призраки своих детских фантазий и вспомнила слова своего брата, сказанные давно:
  
   "Когда тебе будет очень страшно или очень плохо, позови меня, и я вернусь. Я приду и помогу тебе, я обещаю".
  
   В шаге от себя девушка чувствовала его присутствие.
  
   "Почему, если мертвые возвращаются, только ты не можешь вернуться!? Только ты не можешь вернуться!? Эней, вернись, вернись, пожалуйста! Вернись!"
  
   - Вернись...- прошептала почти неслышно Майя в забытье. На просторах пугающих фантазий она потерялась, и снова видела себя маленькой испуганной девочкой.
  
   Но ответом был лишь ветер, гуляющий по холодным улицам. И темное покрывало накрыло пространство, поглотив все звуки.

???

   "Это здесь... Я знаю!"
  
   Существа, пришедшие из иных реальностей, такие же разные, как и люди. Только в их случае это проявляется в методах борьбы. Если одних можно сравнить с черными цветами, что цветут для тех, кто способен понять красоту темной стороны природы и смерти тоже, то это существо - охотник. Оно любит кровь, что течет в жилах людей, любит, когда эта кровь проливается на сырую землю.
  
   Странный человек стоял перед пустым городом. Он не боялся лесов за спиной, не боялся присутствия другого темного призрака со странной двойственной натурой. Глядя на разрушенные временем стены и улицы, он снял свой потрепанный плащ. Прикоснувшись и почувствовав сложные плетения, человек бросил его, ощущая, как тот растворяется в пространстве. Этот плащ был не плащ и даже не некая субстанция его мира. Это был символ власти над темной иллюзией или иллюзией в магии тьмы.
  
   Потом Мельхиор нырнул сквозь ворота и исчез за ними, словно его поглотил великий океан. Он видел перед собой шныряющие повсюду пепельные создания среди странных сюрреалистических пейзажей. Он не понимал, что составляет их сущность, они были чужды. Но до теней им дела не было. Когда одно осмелилось подойти, он выпил из него всю его отвратительную жизнь... Жизнь... Жизнь... Жизнь...
  
   Она чувствовалась везде, противная противоестественная. Он слышал ее в криках, в отчаянии, но все это было не то... Не то...
  
   "...Ты? ...Ты или ты?"- Мельхиор стоял посреди города наполненного гадостными существами, чувствовал их агонию, существование, полное грехов, полное пороков, полное мерзостей. Но нигде не было его. Не было того, кто назвал имя.
  
   Мельхиор бегал по разрушенным улицам, чувствуя растекшуюся между щелей разбитого тротуара кровь, пока не остановился перед огромной церковью, что неподъемной громадиной возвышалась над ним. Что-то было в ней притягательное, словно она была вырвана из иных мистических миров.
  
   Попытавшись шагнуть к храму, Мельхиор понял, что не сможет сделать этого. И не получиться обыскать его не потому, что боялся притаившихся внутри пепельных созданий, и не потому, что чувствовал в городе их повелителя, носителя печати, нет. Что-то выше эмоций, древнее составляющей его сущности приказывало не прикасаться к этому строению и не входить в него. Это не его госпожа и не голодный мир, что правит им, нет. Это что-то другое.
  
   С некоторым недоумением Мельхиор смотрел на широкие врата перед ним, что были распахнуты, словно приглашая зайти внутрь.
  
   Однако что-то отвлекло его от созерцания. Зря он пренебрег присутствием другого существа из своего мира. И сейчас Мельхиор почувствовал беззвучную ярость того, нескончаемую всепоглощающую ненависть, что пересекла огромное расстояние и ударила в его восприятие.
  
   На секунду он застыл, прислушиваясь, не понимая, что может родить столь странные чувства у другого подобного ему существа. Коварно ухмыльнувшись, Мельхиор почувствовал вихри враждебной магии, что в очередной раз изменили окружающую его реальность.
  
   Призрак с двойственной душой сильнее, но у Мельхиора тоже есть сюрпризы.
  
  
  

Лабиринт




...Хрупкая птица не может летать
Лишенная крыльев
Вы резали их глубоко,
Когда были моим Богом
И Боги всегда подводят

Funeral, "Truly A Suffering"


  
  
  
  
   Серин долго не хотел просыпаться. Он не чувствовал, не видел, не помнил тусклые сны, что его настигли. Но, кажется, снилась зима, потому что было холодно. Он ощущал морозный ветер над собой и снежинку, что упала на щеку. Коснувшись кожи, она быстро растаяла, и каплей росы скатилась вниз.
  
   Путник открыл в глаза в удивлении. Небо захватил целый сонм падающих сверкающих хлопьев, что кружили в зачарованном танце. Пройдя свой путь, они не долетали до земли, и растворялись в воздухе белесой дымкой. Серин попытался подняться, пораженный этим обстоятельством, но застыл. Деревья, кусты - все, что он помнил о реальном мире - превратилось в нечто хрустальное, сюрреалистичное. Медленно пространство вокруг него оплывало, наполняясь синеватым сверкающим туманом. Это была чья-то искусная ловушка, но не для теней, а для людей.
  
   Куда делись все привычные глазу пейзажи? Почему сейчас он не в комнате вместе со всеми? Почему один посреди поля?
  
   С каким-то удивлением Серин смотрел на проекцию реального мира в стеклянных витражах.
  
   Не стоит торопиться, стоит подождать. Это еще не все.

;;;
По самому краю сознания кто-то неслышно ступал. Мертвая девушка затянула его в свои сны.

  
- ...Смотри...- прошептала она в самое ухо.
   Мир, что его окружал, разбился на тысячи мелких осколков, смешавшихся с воздухом. Глаза, испуганные, широко распахнутые воспринимали иные очертания вселенной, что проступила из-за завесы.
   До самого горизонта со всех сторон была черная земля, покрытая хрустальной корочкой льда, над которой плыли сверкающие разноцветные туманы. Собой рождали они причудливые видения, являя нечто доселе невиданное. В них скрывалось множество мраморных статуй, покрытых льдом и инеем. Это были животные, демоны, ангелы, монахи в рясах, танцовщицы, воины... Все они застыли, как на картинах, словно позировали для неведомого художника, словно когда-то жили, и это был последний миг, запечатленный в их существовании.
  
   Серин подошел к каменному изваянию мальчика с луком, чтобы увидеть заледенелые узоры, что были рождены видениями фантастических снов из иных миров. Хотелось прикоснуться к месту, что хранило в себе пейзажи, эти сине-бело-голубые леса. Серин не удержался и погладил холодный камень, и под его прикосновением растворился в воздухе белый порошок. Путник отдернул пальцы, словно обжегшись древним холодом, что прятало внутри себя застывшее существо.
  
   Белесая дымка, растекшаяся в небесах, скрывала звезды. Здесь только он и эти статуи. И где-то спряталась зима, что хотела подкрасться к самому сердцу. И посреди застывших изваяний она ждет, заблудившись в замороженных лабиринтах собственного сознания.
  
   Медленно Серин достал из ножен свой меч. Звон приглушился в тумане и тяжелом воздухе. Путник осторожно продвигался вперед, с опаской оглядываясь на окаменевших демонов. Не знаешь, чего можно ждать во вселенной, которой никогда не принадлежал, что существует только в воображении.
  
   Кое-что все же Серин нашел, однако не то, что надеялся. Он увидел под статуей ребенка окровавленное тело, что принадлежало одному из спутников. Это был Йо, возчик и охранник. Кто-то убил его, и терзал труп после смерти, видимо глумясь. Запах крови запал в душу. Печаль настигла сердце. Серину было жаль этого человека, может, тот был иногда слабохарактерным, но неплохим парнем.
  
   Смертные умирают навсегда.
  
   Наклонившись к мертвецу и попросив прощения, Серин продолжил свой путь. Видимо, противник скоро встретиться и ему. С неким отчаянием он ожидал увидеть среди статуй тело Майи, что убийца заботливо уложит у самого основания камня, вымазав постамент в крови. Однако ничего такого пока не попадалось.
  
   Что же уберегает от встречи с врагом? Может, убийца просто играет? Или, может, хочет, чтобы жертва почувствовала свое бессилие? Или может тоже бродит и ищет свою цель, не понимая, где та спряталась?
  
   Серин с подозрением посмотрел на статую девушки, что возвышалась над ним. Слабая улыбка застыла на ее губах и губах маленьких мраморных детей с крыльями за спиной, что играли рядом с ней.
  
   Вдалеке Серин заметил, наконец, берег посреди океана сверкающего тумана и замороженных изваяний. И это заставило ускорить шаг. Он увидел заиндевелую траву, что обросла высокий холм, возвышающийся над странной галереей. Из серых облаков выглянула луна, и осветила тот образ, что стоял над всем этим театром. Утонченная фигура человека, что ищет красоту ночи, ничего не боясь.
  
   Серин затаил дыхание. Он не сомневался, это та, кого он ищет, виновница последних бед, приключившихся с ним.
  
   На холме к нему немного боком стояла девушка с темными волосами, немного похожая на Лорейю, те лица, что она являла. Руки она раскинула в стороны и подняла вверх, словно наслаждаясь лунным светом, волшебной красивой ночью, что захватила весь мир. На ней была длинное развевающееся серое платье. Ветер немного его колыхал, щекотал ее гладкие ступни. Глаза были закрыты, словно она вкушала неслышную ни для кого музыку. Она купалась в сиянии ночного светила, и была прекрасна неземной женской красотой, что убивает и разрывает навсегда людские сердца.
  
   - Лорейя...- Серин почувствовал укол предательства. Он не мог забыть первую встречу с ней в болоте, когда та чуть не отправила его в мир иной.
  
   Серин стал подкрадываться к холму, уповая на боевую магию, что немного знал.
  
   Стремительно и бесшумно он поднялся наверх, но неожиданно не застал никого. Путник стоял в одиночестве, растерянно оглядываясь. Девушка исчезла, словно призрачный снег, словно иней с мраморной поверхности, словно мираж лунного света.
   Игра в прятки продолжается.

;;;

  
   Серин спускался в темную долину, что открылась по другую сторону холма. Вдалеке он увидел возвышающийся темной громадой город, видимо Ривертейс. Не хотелось думать, при каких обстоятельствах он покинул своих спутников. Вообще ничего об этом не помнил.
  
   Под ногами лежали какие-то обломки. Хоть бы немного света. Наклонившись и присмотревшись к земле, Серин увидел, что там лежат осколки разбитой жизни людей: мебель, кувшины, словно это имело какой-то смысл для убийцы.
  
   Что-то заставляет поднять голову вверх, и встретиться взглядом с только что открывшейся луной. Только во сне она могла быть такой невероятной и огромной, поглощающей небеса. Черные тучи под ее сиянием стали такими же серебристыми, как и она. Звезд почти не видно, они потухали в высоте, пробиваясь из проплешин облаков.
  
   Серин направился в сторону далекой стены из леса, сотканного из мрака. Покрытая инеем трава шелестела под дыханием ветра и хрустела под ногами. 
  
   - Так, где же я?- задал Серин себе в очередной раз один и тот же вопрос. Оглядевшись, не увидел ничего, кроме изломанных деревьев и чего-то туманного, притаившегося меж ними.
  
   - И где же ты?
  
   Прикрыв глаза, Серин решил почувствовать свою интуицию. Чувства, немного испуганные, молчали, что-то мешало им смотреть сквозь реальность. Гладя рукоятку меча, чувствуя магию, что всегда была в нем, путник направился в лес, что пугал немного своей глубиной.
  
   Врата раскрылись. Роща распахнула ему объятия. Темные силуэты развороченных молнией деревьев вздыбились вокруг. Разрытый мох, открывающиеся для обозрения раны земли, были немыми свидетелями прошедшей здесь сюрреалистичной грозы. Туманные ручейки растекались меж ними, окрашиваясь в причудливые сверкающие цвета.
  
   Неверные тени гуляли по земле, заставляя вздрагивать от каждого шага. Шелест травы и листьев напоминал голоса растворившихся душ, что гуляли в ветвях. Силуэты выгравированных из мрака существ в глубине восковой темноты шли по следам. Всегда неслышные, всегда невидимые. И застывшие миражи видений, что как не родившиеся сны, состояли из тусклых цветов.
  
   Не доверяя обманчивой темноте, Серин заглядывал за каждое дерево и каждый куст, находя непонятные его уму материи, но той, что ищет, не было.
  
   Лучший способ найти встречу с врагом, это бросить вызов, не ждать прихоти слепого случая.
  
   Дохнул ветер, колыша пространство, сминая реальность. Серин поднял руку, остановился и снял с себя частично маскировку, чтобы она его увидела. Увидела и поняла, что он готов.
  
   Прикрыв глаза, он решил почувствовать свою интуицию. Его чувства молчали, до сих пор мешало что-то видеть течения реальности. Поглаживая меч, чувствуя магию, что всегда была внутри, Серин все еще чего-то ждал.
  

Поединок

Я пытаюсь убить боль,

Но эти бесполезные лекарства,

Сломали меня напрасно

В мою голову идет туман,

Не хочу никогда просыпаться снова,

Молясь для объятий жнеца

Borgne, "Tainted Utopia"

  
  
  
   Одна из невидимых теней отделилась, наконец, от глухой стены мрака. Это оказался воин в серых гибких пластинчатых доспехах. Словно панцирь насекомого, они изящно облегали тощее тело. Легко и бесшумно перемещаясь, тень поворачивала в руках странное оружие, оканчивающееся с обеих сторон длинными лезвиями - двухклинковую глефу.
  
   Неслышно призрак ступал вокруг Серина и хранил молчание. Невозможно понять, приняло оно облик мужчины или женщины, но, несомненно, это не человек.
  
   Затишье длилось недолго. Сделав мгновенный выпад вперед, призрак попытался пронзить Серина. Тот смог увернуться, отпрыгнув назад, стараясь закрыться мечом. Но противник все наступал, пытаясь нанести удары то с левой, то с правой стороны вращающимися круговыми движениями, пока еще не применяя магию.
  
   Серин не контратаковал, его мастерства еле хватало на то, чтобы уворачиваться. Он то и дело отступал или отскакивал, подставляя под удар меч, что, встретившись с оружием врага, негодующе звенел. Заодно путник пытался обезопасить себя защитой из силовой магии на тот случай, если увернуться больше и не получиться.
  
   Никогда раньше Серин не видел глефы, как и тех, кто хорошо ей владеет. Это заставляло постоянно быть в напряжении. Нельзя допустить ошибки, если неизвестно, какая за это будет расплата. Страх давал силы, не оставляя времени на размышления.
  
   Резкий прямой удар неожиданно пробил силовой щит и Серин почувствовал отрезвляющую резкую боль. Быстро среагировав, он казался на несколько шагов позади.
  
   Тень кончиками пальцев провела по лезвиям ножей, словно лаская их. Серин понял, что в обычном бою против нее не выстоять, неминуемо допустит ошибку, и конец его может быть ужасным. Противник не живое существо и лишен тех слабостей, что присущи людям и лесным чудовищам.
  
   Серин взорвал силовую волну, отбросив врага. Тот приземлился на ноги, воткнул глефу в землю, заставив почву ощетиниться спиралью вокруг нее. Бугры чего-то острого, похожего на корни выступили на поверхность, от которых разносился в разные стороны запах гнили.
  
   Противники снова медленно ходили по кругу, приглядываясь друг к другу. Темно-синий туман стелился по земле, а тусклый свет не позволял четко видеть.
  
   Сделав резкий обманный, немного рискованный маневр, Серин смог дотянуться до тени, но неожиданно не застал никакой материи, наткнувшись на пустоту. То была иллюзорная проекция, ложь, хитро расставленная ловушка. Не успев обернуться, Серин получил сокрушительный удар ногой в ребра, и отлетел в сторону на землю, чуть на напоровшись на собственное оружие. Он только успел удивиться, что не был пронзен сразу острием глефы.
  
   Попытавшись быстро перевернуться и встать, Серин неожиданно застыл, все также лежа на земле. Он смотрел куда-то внутрь пустых глазниц воина, и тот медленно подходил, занеся клинок, словно для удара копьем. Слабый свет зеленоватыми бликами играл на поверхности доспехов.
  
   Но случилось нечто непредвиденное. Прорвались невидимые стены огромной далекой чаши, и в воздухе разлился черный туман, что мешал зрению, поглощал чувства, притуплял внимание. Серин воспользовался этим и постарался перекатиться в сторону подальше и вскочить на ноги.
  
   Он не видел противника, смутно угадывая местоположение того. И враг тоже его не замечал, либо не был заинтересован в поимке своей жертвы. Воин стоял на месте, вытянув пластинчатую руку с пальцами вперед, словно что-то пытаясь почувствовать сквозь воздух.
  
   Шепча под нос ругательства, Серин попытался сзади ударить тень. Но та увернулась, и зажатым в руке кинжалом ударила Серина в бедро. Завибрировали щиты, и распались с легким звоном. Кинжал зацепил лоскуток кожи и застрял в одежде.
  
   Путник отскочил, вытянув кинжал из раны, и, сжав зубы, внимательно наблюдая за врагом.
  
   Что-то изменилось, и они сейчас не одиноки. Шестое чувство подсказывало Серину, что сюда приближается кто-то еще. Он почти чувствовал... нет, видел взмахи черных крыльев над землей, ощущал полет черной птицы. И это явно не к добру.
  
   Но ночь пришла не для того, чтобы убить... Черный ворон прилетел не для того, чтобы помочь чудовищу.
  
   Серин не видел того, что происходило, но почувствовал, как темное облако ударило со стороны в его врага, обволакивая со всех сторон черной вязкой материей. Но противник не растерялся и тоже стал применять странную магию.
  
   Серин не знал ее источников, но почти кожей ощущал, что пространство неспокойно. Шевелятся блестящие черные змеи, шелестит множество куда-то бегущих насекомых, и тянутся из лесной пучины тысячи черных пальцев. Трудно предугадать, что сейчас произойдет. Окружающий лес сморщился под действием чего-то жуткого, выворачивающего его наизнанку.
  
   Пугающая реальность ломала волю, и с обреченностью хотелось ожидать неизбежности. Серин отчетливо понял, что не сможет противостоять своему противнику. И даже не сможет помочь тому существу, что неожиданно вмешалось в их битву. Противник сильнее, и с Серином он только играл.
  
   Неожиданно на дне памяти шевельнулись давно позабытые слова. Что это, воспоминание или видение?
  
   "Если ты боишься темноты, зажги в ней свет..."- кажется, так они звучали. Так сказала ему девочка-призрак в одном из снов, представившись посланником Ириссой. Какие силы стоят за спиной этого обманчиво хрупкого существа?
  
   Серин знал заклинание, о котором она говорила, что казалось ему более чем бесполезным. Но иного выхода не было, стоило попробовать, и путник уверенным движением вытянул руку вперед и заставил заискриться в воздухе маленький источник света. Клубы черного тумана рванули в разные стороны. А призрак и его противник отпрянули друг от друга и скрылись в тени, подальше от искрящийся магии.
  
   С трудом верилось, что оказалось возможным отодвинуть от себя судный час. И только сейчас Серин заметил, что душа у воина, с которым он дрался, возможно, не одна. И что это не Лорейя, однозначно.
  
   Затем произошло что-то настолько странное, чего долгое время Серин не мог осознать. Его противник застыл, потом, подняв глефу вверх, неожиданно сломал ее пополам. Два осколка упали вниз на землю, растворяясь. Они исчезли, а вместе с ними в небытие уходил мир, которого никогда не было.
  
   Тень, что пришла на помощь Серину, растворилась во мраке.
  
   И, погасив заклинание, рождающее свет, Серину оставалось только наблюдать, как рассыпался построенный мир из стекла. Витражи разноцветными осколками осыпались на землю, растворяясь в небытие.
  
   Вернулась привычная ночь, и Серин понял, что все это время находился посреди какой-то поляны. Боль пронзила его, и он упал на землю, не забывая, что где-то в темноте прячется и второй призрак. Скорчившись на земле, последними остатками воли он воздвигнул вокруг себя маскирующий барьер.
  
   В воздухе все еще витал темный порошок, постепенно рассеиваясь, а издалека был слышен слабый колокольный звон, что разносится по этой богом забытой земле.
  
   Он смотрел мутными глазами на старинный кинжал, с поверхности которого капала темно-красная жидкость. Его форма была гротескна и уродлива. Серый металл, покрытый черными вкраплениями.
  
   Почему же так не везет последнее время.

???

   Серин валялся на земле, не в силах уснуть. Иногда сон тяжелый туманный пробирал его, но через некоторое мгновение он просыпался. Перед глазами все еще стояли недавние события, что происходили почему-то посреди лабиринтов с обледенелыми статуями. Путник не мог забыть призрака с двойственной душой внутри, не мог забыть пустые глаза. В этом существе кто-то живет, но оно не сможет победить вторую половину, потому что вместе они составляют одну сущность.
  
   Смыкая веки, уносясь в горизонты горячечного бреда, Серин видел кинжал, что держал в своей руке. И снилось ему, что в крови был яд, разрушающий тело, и без надежды на исцеление он был обречен на медленную смерть.
  
   Казалось, бесконечно вел путь по потерянным тропам подсознания. Однако среди своих страхов, он нашел одну истину, что была проста.
  
   "Ты не умрешь".
  
   Но проваливаясь в пустоту, путник чувствовал лишь течения неизбежности.
  
   Просыпаясь, он чувствовал, как саднило и болело тело, хотелось пить. Собрав остатки сил, Серин попытался осмотреть свою рану. Все не так плохо, как ему показалось недавно. Царапины глубокие, может, останутся шрамы, но от этого еще никто не умирал.
  
   Невольно взгляд упал на странный трофей, что достался ему ночью. Наверное, этот нож использовался для жертвоприношений, иного объяснения его форме нет.
  
  
  
  

Ее величество

  
  
  

...Эмоциональная опухоль терзает изнутри

Бессердечной, бесхарактерной измены.

Ночь всех ночей сплетает свои тени,

Чтоб вскоре порождениям своим свободу дать.

Satyricon, "Angstridden"

(перевод Galen, сайт www.dark-world.ru,

http://dark-world.ru/albums/Satyricon-Volcano.php)

  
   В окружающем лесу и за его изнанкой опять не было спокойно. По шершавой коре туманных деревьев стекала кровь. Оранжевая луна выпивала душевные силы. Красные отблески от падающих листьев попадали в сознание, словно моросящий дождь.
  
   Его королева сидела на черном мраморном троне в тусклом зале заброшенного храма, куда не проникает свет. Там холодно, пространство заполнено затхлым безжизненным воздухом. Вдоль высоких стен поднимаются огромные стрельчатые окна с развевающимися изорванными гобеленами. За ними виднеется лишь чернота, словно храм утонул в земле.
  
   Его королева ждет. Он знал, что ее не существует, но с ней отождествлял силы, что были частью его сущности, над которыми у него не было власти, а, скорее, наоборот. И где-то внутри зрела слабая надежда однажды подчинить ее, чтобы стать свободным в своем мире.
  
   Мельхиор видел свою королеву прямо перед собой где-то в глубине своего я. И серый пыльный каменный трон, к которому вели три широкие ступени. Синее бархатное платье скрывали ее бледное тело, черные глаза смотрели с благословением и ожиданием чего-то. Изящные кисти в золотых браслетах лежали на каменных подлокотниках. Она всего лишь видение, из осколков душ потерявшихся созданий состоит ее душа.
  
   Недолго длилось это созерцание. И вот Мельхиор видит на этом троне себя. Его руки ласкают холодные подлокотники, и он чувствует течения невидимых родников, что проникают внутрь. То, что было раньше непонятным, приобретает новый зловещий смысл.
  
   Ее бархатный голос шепчет нежно на ухо:
  
   - Каждый мертвец знает, где он похоронен.
  
   Реальность, как и привычный темный мир, растворились, и остается лишь этот серый забытый тронный зал. И сжимая руку в кулак, Мельхиор видит, как сквозь пальцы на пол падает пепел.
   ???
   Мельхиор не мог сразу понять, какая сила заставила его отпрянуть от Кхмары. В этом было нечто знакомое, и он был уверен, что еще немного и сможет вспомнить.
  
   Человек, что наблюдал за поединком, ничего особенного на первый взгляд собой не представлял, но он смог воздействовать на теневых призраков, нанеся им довольно ощутимые повреждения.
  
   Но не это было самым странным. Что же заставило Кхмару уйти? Что она увидела в этом ярком свете такое, что заставило ее бросить это место и бежать?
  
   Хотя возможно объяснение есть. Внутри нее двойственная натура. Возможно, слабая половина ее души победила и заставила Кхмару бежать. Но тогда встает другой вопрос, почему?
  
   Мельхиор не сразу узнал Кхмару. Собственно, он никогда не знал ее в этом воплощении, но они встречались в прошлом его существовании перед тем, как она его убила. Да, это была она, вне всякого сомнения.
  
   Но что заставило Кхмару столь сильно его ненавидеть? У Мельхиора не было на это ответа. Сейчас он помнил, что человек, который вмешался в его поединок с Кхмарой, все еще присутствует неподалеку. Он спрятался под своей маскирующей магией, забыв, что призраки читают мысли. И сейчас Мельхиор видел боль, тревожные сны, страх... И он не сомневался, что кинжал, которым Кхмара ранила путника, отравлен.
  
   Мельхиор слышал недвусмысленный приказ и не стал сопротивляться, внутри мысленно соглашаясь со своей несуществующей повелительницей. Созданиям, подобным его цели, нет места на земле. Они, как и он сам, чужеродны.
  
   Мельхиор сейчас был не в лучшем состоянии, но он знал, что и его жертве тоже не сладко. Чувствуя всполохи мыслей, невесомый словно воздух, Мельхиор подкрался к Серину, который не мог понять причины своих страхов и апатии, чью жизнь незаметно уже поглощали невидимые деревья.
  
   Мельхиор вытянул руку вперед и коснулся шеи жертвы, призвав могущество ночи. Прикосновение смерти, вот как называется этот дар. Трудно противостоять взгляду вечности, хотя и возможно. Этот подарок стирает воспоминания внутри живого существа, рождая вместо них новые жуткие образы. Человек не может отличить прошлого от настоящего и от пугающих фантазий.
  
   Некоторые люди неосознанно всю жизнь жаждут саморазрушения. И Мельхиор мог выполнить подобные желания.
  
   - Твои спутники мертвы, твой мир будет уничтожен. Тебе не для чего жить,- хриплый голос шептал человеку на ухо.- Найди свои небеса, если в них ты еще веришь, ведь Бог давно отвернулся от своих творений. Сомневаешься? Взгляни вверх и увидишь пустоту там, где раньше видел солнце.
  
   Серин почти не шевелился, скорчившись на земле, словно поглотив леденящий ком. Его тело вздрогнуло, но он смог вспомнить, что раньше уже испытывал подобное воздействие.
  
   Раньше это с ним случилось в болоте, и тогда прекрасная в своей извращенной красоте Лорейя пыталась его уничтожить, но у нее ничего не получилось. И сейчас, несмотря на то, что ему было плохо от растекающегося по всему телу яда, силой воли Серин смог отразить взгляд темноты. Мгновенно проснувшись, она смог ударить припрятанным кинжалом в то место, где стоял Мельхиор. Легким туманом, тот сместился назад.
  
   Серин так и не смог понять, что случилось. Он растерянно оглядывался, не в силах сообразить, с чем имеет дело.
  
   На стороне Мельхиора была сама голодная вселенная, что неслышно переплеталась с материальным миром. И само пространство Мельхиор заставил ощетиниться, разрушая предметы, растительность вокруг.
  
   Однако Серин отступил назад, слившись с окружающей природой, что была его домом. Нечто дарило ему свое покровительство. Но человеческая маскировка несовершенна, и Мельхиор, уловив движение мыслей, прикоснулся к другой артерии, что питала его, чтобы уничтожить этого человека если не физически, то морально.
  
   Пугающие образы созданий из тени окружили поляну со всех сторон. Это были белесые черви, скользкие змеи, разлагающаяся материя... Все самое ужасное, когда-либо встречавшееся призраку в иных измерениях. Они выползали из невидимых нор, щелей, сыпались на голову дождем, отвлекая внимание, вселяя смятение...
   Ужасные видения не страшили Серина, а могущество ночи не смогло его подавить.
  
   Протянув руки к небу и использовав часть своих сил, Серин позволил пробиться сквозь облака лунному свету. Полупрозрачные монстры, пожирающие его я, стали растворяться, исчезать под воздействием сияния, и это позволило окончательно убедиться в том, что они были всего лишь иллюзией.
  
   - А я-то думал, мы стали друзьями!- насмешливо проговорил Серин.- Ты так славно сражался с тем существом, что я успел решить, что мы союзники.
  
   Мельхиор отпустил свою магию. Заклинания распались с легким звоном. Попытавшись в последний раз исказить пространство на том месте, где стоял Серин, он не смог этого сделать. Мгновенно среагировав, путник заблокировал направленное воздействие силой света. Мельхиор уже не пытался понять, как такое могло получиться у человека. Он наблюдал.
  
   Надо использовать иные методы, однако Мельхиор сейчас не был уже уверен, что действительно хочет это делать. Голодный мир его принуждает, не всегда получается не прогибаться под его волю. Но ненависти к людям он не чувствует, если быть откровенным с самим собой. И противник, похоже, тоже испытывает лишь любопытство, даже, несмотря на то, что был бы уже мертв, если бы не его особые качества.
  
   Мельхиор принял свою материальную ипостась, и предстал в виде черноволосого мужчины в потрепанной дорожной одежде. Было темно, и Серин не смог толком его рассмотреть.
  
   - Вот ты какой на самом деле. Хотя, наверное, и это обман...- проговорил он. Голос человека предательски дрогнул.
  
   - Можешь попытаться убить меня, но в других мирах я восстану снова. А если умрешь ты, то не воскреснешь.
  
   - Не думаю, что стоит доводить все до крайностей.
  
   Серин отер пот со лба.
  
   - Меня зовут Серин, а тебя как мне называть?
  
   - Мельхиор.
  
   - Ясно, очень приятно познакомиться.
  
   - Взаимно.
  
   - Давай обсудим то, что здесь творится. Ответишь на мои вопросы, отпущу тебя подобру-поздорову.
  
   - Что ж, давай попробуем,- ухмыльнулся Мельхиор.
  
   - Объясни мне, с кем я сражался? Что это было за существо? Почему оно так неожиданно напало, затем скрылось?
  
   - Я не знаю, что послужило причиной столь странному поведению. Это существо называют Кхмарой. Ты заметил, что душа у нее не одна и разбита на две половинки?
  
   - Да.
  
   - А это значит и то, что она может поступать своеобразно в зависимости от ситуации.
  
   - А почему ты говоришь, словно это девушка?
  
   - Она всегда являет миру женские лица. Возможно, твоя магия, Серин, напомнила ей о чем-то, чего она видеть просто не в силах.
  
   Серин нахмурился.
  
   - А почему ты на меня напал, монстр?
  
   - Таких, как ты, быть в этом мире не должно. Ты должен исчезнуть, и поверь, рано или поздно это случиться.
  
   Серин угрюмо рассматривал человекоподобное создание, что стояло напротив него.
  
   - Не очень точный ответ.
  
   Мельхиор ухмыльнулся:
  
   - У меня тоже есть несколько к тебе вопросов. Все никак в твоем разуме не могу высмотреть на них ответы. Как ты можешь обладать магией света, когда ее давно не осталось в твоем мире?
  
   - А что ты об этом знаешь? Расскажи.
  
   - Только то, что мне положено.
  
   - Расскажи, и я отвечу на твой вопрос.
  
   Взгляд Мельхиора снова стал насмешливым:
  
   - Ну, насколько я знаю, твое преимущество заключается не в уничтожающей мощи, а в способности вредить существам из иных измерений. Обычному человеку твоя магия не нанесет ущерба, так как против живых созданий она полностью бесполезна.
  
   Считается, что ее могут творить только ангелы. Но никто толком не знает, были ли они на самом деле, и не красивая ли сказка легенды о них. Ангелы пришли оттуда, где не было зла. Они были далеки от горя, и поэтому не смогли пережить тьму, что образовалась со временем в их душах.
  
   И они все погибли, все до единого, так как зерна сомнений были для них страшнее всякого яда. И смерть не такая уж и неприятная штука по сравнению с тем, что может быть вместо нее. С этим столкнешься и ты, когда обнаружишь, что по своей природе не можешь любить весь мир.
  
   Придут смутные дни, когда ты забудешь все, что нашел на своем пути к свету, и то, что было раньше. Твой мир будет потухать, из твоего сердца уйдет вера, и однажды ты будешь сомневаться в том, правильно ли то, что ты делаешь.
  
   Померкнут твои идеалы, их сменит боль и осознание бессилия. Твое смертное тело начнут охватывать болезни, ведь все, что когда-либо ты избежал с помощью твоей магии, тебя настигнет в тот миг, когда она тебя покинет.
  
   Ты будешь уповать на то, что кто-то протянет тебе руку из тех, кому ты раньше помог. Бесполезно. Все отвернуться от тебя, ведь никому не нужен мертвый, что остался позади.
  
   Знаешь, в чем ирония? Сила света не подвластна ни ангелам, ни людям, никому. Она их погубила, погубит и тебя. Ты не сможешь следовать за светом, что пришел в твою жизнь.
  
   Твой конец будет невероятно ужасным. Сегодня, завтра, неважно, это уже предопределено. Уверен, ты не протянешь и года.
  
   С похолодевшим сердцем Серин дослушал монолог. Затем, подняв руку, он заставил лучи лунного света, что упали на его пальцы, преломиться под небольшим углом.
  
   - Так скажи мне, кто подарил эту магию тебе раньше? Кто остался среди всех?- спросил, наконец, Мельхиор.
  
   - Я не знаю, не помню,- без тени ехидства ответил Серин.
  
   Он несмело прикоснулся к лунным лучам, осязая их. И, ощущая линии магии, он стал плести из света то, что хотел. Он не был уверен, что у него что-либо получиться. И удивился, когда увидел в своих руках василек, что, правда, просуществовал совсем недолго. Цветок вспыхнул, и со вспышкой исчез, оставив щекочущее чувство.
  
   В растерянности Серин смотрел на свои пустые ладони. Что-то изменилось, ведь сегодня он столько раз сознательно пытался прикоснуться к тому неизведанному, что являлось продолжением его сущности.
  
   - Те, кто был знаком тебе, тоже могли так делать?- спросил Серин.
  
   - Я тоже не могу тебе ответить, так как не помню,- сказал Мельхиор и замолчал, с недоверием и немного враждебно разглядывая своего собеседника.
  
   - Но ты знаешь, отчего они умирали. Значит, ты видел кого-то из них,- Серин вздрогнул от своих слов.
  
   - Да, но с тех пор я тоже успел умереть. Мое возрождение произошло относительно недавно. Не все воспоминания возвращаются, и внутри себя я вижу образ смерти последнего ангела по имени Энелия. Но в моем мире ничему нельзя верить. Это может быть чьей-то потерянной фантазией.
  
   Внутри Серина действительно поселились сомнения.
  
   - Значит, ты не отрицаешь, что можешь ошибаться. И говоришь, что помнишь, как умирал последний ангел. Я же слышал об этом кое-что другое. Еще подростком мне рассказали одну то ли сказку, то ли явь.
  
   Мельхиор вопросительно вскинул бровь. И Серин начал рассказ с его молчаливого согласия.
  
   - Давно в одном из забытых храмов был заточен ангел, и говорят, что с тех пор он ждет своего освобождения. Зловещий страж стоит перед дверями тюрьмы, и все видят в его лице воскресшего Бога Смерти, которого сумели заключить в смертное тело. Поле вокруг мертво, на нем никогда не вырастит ни травинки, так как землю никогда не поливают дожди, хотя все небо покрыто грозовыми тучами.
  
   Я видел мельком это место. И оно оправдывает свою репутацию. И сейчас, рассказывая об этом, я ощущаю окоченевшие пальцы, закованные в броню, лежащие на эфесе ржавого меча.
  
   Почему-то мне всегда казалось, что заточенный ангел - это женщина. Иногда я вижу ее в своих снах. Прикованная цепями к высокой стене, она спокойно на меня смотрит. Свободная даже там, где нет свободы. Но помочь ей я не в силах.
  
   - Это бред.
  
   - Там что-то есть, иначе не стали бы это скрывать за замком?!
  
   - Не думаю, что там хранится действительно что-то ценное.
  
   - Если бы ты хоть раз видел это место, ты бы так не говорил. Я уверен, что внутри что-то есть,- тихо сказал Серин.
  
   - Даже если и так, оно может не стоить затраченных усилий.
  
   - А если все-таки там томится живое существо, ждущее своего освобождения? Мы не знаем, что оно собой представляет, может, с тех далеких времен она все еще жива?!
  
   - Не бывает сердца, в котором бы не завелись черви, как и не бывает подобных историй, что закончились бы хорошо. Нет никакого ангела, заточенного в храме. Это все бред, лживые сказки, придуманные обездоленными людьми.
  
   Девушка давно мертва, даже если и существовала, я это знаю, потому что никто не может выдержать десятилетия там, где всегда темнота, ужасы, боль, не только твоя, но и чужая, о которой помнят стены. Невыносимые страдания, что причиняет твое собственное тело, в которое вбиты железные колья. И видения, что извращают сознание.
  
   Быть может, проникнув внутрь, оттуда ты выпустишь такое чудовище, какое мир еще не видел!
  
   Под доводами Мельхиор Серин немного стушевался.
  
   - Хорошо, может ты и прав,- пожал плечами Серин и неожиданно протянул руку для рукопожатия. Ему хотелось немного уменьшить дистанцию между собой и этим странным созданием.
  
   Подозрительно глядя исподлобья, Мельхиор осторожно пожал кончики пальцев.
  
   - Я хочу тебе кое-что предложить. Я здесь один и совершенно не представляю, кто мог выжить после этой заварушки. Мы поищем тех, кто остался в живых, а затем ты покажешь мне дорогу в Антейл.
  
   - А что мне будет за это взамен?- сощурил глаза Мельхиор.
  
   Серин натянуто улыбнулся, так как на душе скребли жадные кошки.
  
   - Я отдам тебе кинжал Кхмары. Это артефакт, но моих знаний не хватает, чтобы использовать его в полной мере.
  
   - Маловато, с тобой же будут еще люди, что слабее тебя, а мне их непременно захочется убить.
  
   - Я буду присматривать, чтобы ты никого не убил,- улыбнулся Серин.- Кто знает, может твои услуги и не понадобятся, если кто-то из сопровождения обоза остался жив. Но все на тот самый крайний случай,- Серин тяжело вздохнул,- добавляю к кинжалу свой меч.
  
   Майя...,- он немного осекся,- говорит, что в нем священная магия. Тоже не знаю, что за она и как ей пользоваться. Отдам, когда окажемся на месте. Ты же знаешь, мне несподручно нарушать свое слово. Я так дольше проживу,- добавил он с сарказмом.
  
   Мельхиор нахмурился.
  
   - Хорошо. Договорились.
  
   И оценивающе смерил взглядом.
  
   - А ты уже и поверил в то, что непременно погибнешь. Как человек, ты заслуживаешь уважения. Есть в тебе сила воли и вера, цепляйся за них. И возможно не все будет потеряно для тебя.
  
   Серин вскинул удивленный взгляд.
  
   - Что ты имеешь в виду?
  
   - Я наблюдал за тобой во время разговора, и ты открыл часть своих мыслей.
  
   Ты определенно не похож на серафимов, что пришли из миров, где никогда не было боли. Ты человек и ты не безгрешен, зло в тебе было заложено изначально. Ты познал горе, но притом твое сердце не ожесточилось ненавистью. Твоя душа выбралась из самой пучины ада, так как ты никогда не терял надежды найти правильный путь.
  
   Я надеюсь, ты заметил, что, практически ничего не смысля в магии света, ты, тем не менее, можешь ее использовать. А это значит, что твоя сила зависит не столько от твоих умений, сколько от того, насколько искренне ты веришь в добро и то, что делая хорошее людям, ты сможешь этот мир исправить.
  
   Тебе нужно найти то, за что стоит жить и бороться именно тебе, и держаться за это изо всех сил. В минуты сомнений вспоминай о том, что является мостом между твоим жестоким миром и светом. Ведь ты будешь жить до тех пор, пока свет тебя не покинет.
  
   И Мельхиор добавил без тени улыбки:
  
   - Для тебя твоя реальность - кошмарный сон, а в моей реальности сон - это я.
  
   Серин ничего не стал отвечать, пытаясь обдумать его слова.
  
  
  

Сожженный храм

  
  
  
  

Тысячи убийств, и я возвращаюсь снова

Чтобы погрузить землю в холод

Моя многоликость лишь трюк, маска,

Чтобы заманить тебя в мою ловушку

Посреди небытия

Я - дьявол,

Мое новое творение,

В моей власти твое сознание,

Ты чувствуешь мой гнев,

Так что начнем...

Hypocrisy, "Resurrected"

  
  
  
  
  
   На рассвете город потерял остатки ужасающих иллюзий и предстал, наконец, в своем истинном обличье: неприглядном, брошенном, забытом всеми живыми существами. Под сильным дыханием ветра развеялся туман, и воздух наполнился пылью и песком. Солнце несмело висело над горизонтом, почти не согревая землю.
  
   Утром Майя окончательно пришла себя. Она сидела рядом с потрескавшейся стеной в заброшенном доме и чувствовала себя разбитой и опустошенной, ее сон был как провал в пустоту. Голова казалась тяжелой, глаза были опухшими.
  
   Спина затекла и болела, так как за ночь девушка боялась лишний раз пошевельнуться. Кое-как, преодолевая ломоту и смертельную усталость, Майя оперлась ладонями на каменное крошево, затем попыталась встать и отряхнуться. Кое-как это удалось.
  
   Через пробоины в стенах лил свет, что немного разгонял уныние.
  
   За ночь девушка успела сильно продрогнуть, и сейчас пыталась растереть непослушные мышцы.
  
   Майя огляделась. Вокруг не было ни одного человека. Страх и отчаяние охватили душу девушки, она боялась, что все ее спутники разбежались кто куда, и она осталась совершенно одна в этом жутком городе.
  
   Затем Майя попробовала на вкус воздух, и ей совершенно не понравилось то, что в нем она почувствовала. Это было похоже на запах крови. Вскоре смутные догадки оправдались, когда девушка вышла из помещения и за стеной среди обломков обнаружила кровавое месиво, что было когда-то Вилонией.
  
   Не выдержав, Майя отвернулась, так как еще помнила разговоры с воительницей, помнила ее живым человеком. Тошнота подступила к горлу, было дурно. Казалось, вчерашний день прошел в прошлой жизни, когда и она сама была совсем другой.
  
   Очень медленно к Майе пришло осознание, что не все из обоза смогли выжить. Даже Серин мог погибнуть. От этой мысли стало еще хуже.
  
   Стараясь не шуметь и нигде не застрять, Майя пошла по разрушенным улицам, местами заросшими деревьями, в неопределенном направлении. Израненная магия сочилась со всех щелей, молила о помощи, охранные плетения, за столетия преобразившиеся в невесть что, грозили уничтожить все вокруг при малейшем колебании. Майя их чувствовала и старательно обходила. Трудно было ориентироваться, так как все казалось незнакомым.
  
   Ноздри до сих пор щекотал легкий запах пепла. Но вокруг лишь пустота, а тишину нарушал только ветер, с пугающим воем пролетающий через руины.
  
   Иногда попадались трупы, но не только людей, но и лесных животных, а также лошадей, что тащили раньше повозки в обозе.
  
   Случайно Майя оказалась у ворот заброшенной церкви. Стены здания казались черными, словно внутри недавно свирепствовал пожар. Копоть неровными полосами застыла на серой поверхности, разбитых витражах, даже на кресте она была, что как мрачное предзнаменование возносился вверх к небесам.
  
   Колокольня... Чьи руки начинали ночью бить в колокола?
  
   Потрогав своими маленькими пальцами воздух, Майя ощутила разлитые в нем эманации огня. Да-да, здесь когда-то творили разрушение, только очень-очень давно, оно почти выветрилось, и остались лишь малоприметные следы. Но и этого вполне достаточно, чтобы узнать о том, что здесь случилось.
  
   Здесь действительно была война, что и превратила, скорее всего, это место в руины. Воспоминания сохранились внутри зданий, стен, тротуаров... Неживые предметы помнили обо всем, что когда-либо происходило здесь.
  
   Майя несмело зашла во двор церкви и прильнула к закрытым широким двустворчатым дверям, ведущими внутрь храма. Девушка чувствовала холод камня и слышала собственный взволнованный стук сердца.
  
   Изнутри не доносилось никаких звуков, а сквозь мелкие щели дверей веяло холодом и сыростью. Погладив пальцами рельефную поверхность, Майя не стала больше ничего делать.
  
   Не разбирая дороги, девушка побрела прочь от храма в надежде найти кого-нибудь из торгового обоза.
   ???
   Серина Майя встретила несколько позже и несказанно ему обрадовалась. Она уже не надеялась увидеть его живым. Серин выглядел очень уставшим, и девушка немного удивилась его помятому виду.
  
   - Что произошло с тобой? Ты так выглядишь, будто...- невольно Майя скривила лицо.
  
   - Поверь мне, много чего странного... Но это потом,- попытался уйти от разговора Серин.
  
   - А что случилось с остальными? Ты случайно не знаешь?
  
   - Без понятия. Из наших никого не видел, по крайней мере, живых.
  
   - Это очень плохо.
  
   - И я о том же,- хмуро добавил Серин.
  
   Майя кивнула, удовлетворенная его ответом, и только теперь девушка заметила, что ее друг пришел не один, вместе с ним был кое-кто еще, кто до этого скрывался в тени, почти сливаясь с ней.
  
   Это был незнакомый мужчина, лет тридцати на вид. Темная одежда с капюшоном, который не был надет на голову, покрылась вся пылью и явно не новая. Черные спутанные волосы как попало лежали на плечах.
  
   -Добрый день,- неуверенно сказала девушка, подозрительно рассматривая незнакомца.
  
   От него исходила странная аура, объяснить которую Майя оказалась не в силах. Незнакомец не казался ни добрым, ни злым, но ужасающая сила проходила через всю его сущность. Она завораживала и пугала девушку.
  
   Майя перевела недоумевающий взгляд на Серина, словно спрашивая его, кто этот человек. Серин растерянно смотрел на нее в ответ, затем переминаясь с ноги на ногу, сказал:
  
   - Познакомься, это Мельхиор. Он здешний... м-м-м...
  
   - ...лесник,- ответил за него незнакомец.- Моя семья здесь жила не одно поколение после гибели города.
  
   - Майя,- представилась девушка и робко протянула незнакомцу ладонь.- Очень приятно.
  
   - Я тоже рад нашей встрече, - ответил незнакомец.
  
   Не зная, что сказать Майя, потупилась. В воздухе повисло неловкое молчание.
  
   - И что же мы будем делать дальше? - наконец спросила девушка.
  
   - Мельхиор знает дорогу в Антейл. Пойдем туда пешком,- сказал Серин.- Только сначала посмотрим, осталось ли что-нибудь от перевозимого добра. Я примерно помню, где должны быть повозки.
  
   Мельхиор продолжал с любопытством рассматривать Майю.
  
   - Я вижу, ты чувствуешь это удивительное место. Здесь очень давно готовили ловушку для захватчиков жители города. В своем выборе они не брезговали ничем, поэтому решили прикоснуться к запретной магии, совершенно не зная, какую за это им придется заплатить цену.
  
   Как оказалось потом, некому было хоронить трупы, что после всего остались лежать на мостовых. Они заплатили своими душами за это. И рай, и ад для них оказался закрыт.
  
   Чувствуешь развеянный в воздухе пепел? Это огонь, что до сих пор сжигает душу своего создателя. А те, кто мог снять с него проклятье, неприкаянными тенями бродят по миру, сами не зная спасения.
  
   Майя застыла, не понимая, к чему были сказаны подобные слова, и ничего не стала отвечать.
  
   Путь за город много времени не занял. Шесть телег были найдены, правда, они оказались основательно разграбленными. Возле одной из них Серин нашел Керола и несказанно ему обрадовался. Тот тоже был рад встрече.

Видение

  

Взгляд в пустоту, в холодную бездну небес.
Взгляд в никуда, в глубину черной души.
Яркое солнце сгорит, где черное солнце сияет,
Холодная бездна небес наши миры поглощает...

Maleficium Arungquilta, "Глубина"

   Невысокие деревья с кривыми ветками нависли над поляной, грозя вцепиться в волосы всякому неосторожному. Из-под их сени доносились шорохи притаившихся жителей леса. Грязные листья, покрытые росой, роняли холодные капли на землю. Стелились небольшие кустарники вокруг скромного прибежища путников, но, несмотря на сырость, было более-менее уютно.
  
   Прислонившись к дереву, Серин не мог отделаться от ощущения холода. Ему хотелось сильнее вжаться в твердую шершавую поверхность до боли, спрятаться от всего мира. И внутри себя он видел только молочное море с полупрозрачными волнами, что колыхалось в вечности. Когда-то ему постоянно снился ночной город, теперь же место города заполонила пустота. Или нет, некие иные несмелые мечтания об отчаянии. Черное выжженное поле и храм, зубом торчащий посреди него. Да, определенно что-то путник забыл внутри...
  
   Уверен ли он, что начинал свой путь нищим, ведь он никак не может вспомнить, что заставило его с этого пути сойти. И храм света он не мог искать, ведь он пришел оттуда, а обратно не возвращаются. Чудовища, которых встречал когда-то, потеряли свои жуткие лица. Почему он не может вспомнить свою первую встречу с Лорейей?
  
   Его сознание медленно затягивало в трясину, мир исчезал, превращаясь в иллюзию, воспоминания терялись, забывались, а вся жизнь до этого казалась ненастоящей. Укутавшись в старое одеяло, лежа на корнях ивы, Серин не стал сопротивляться богам сновидений. Но неосторожность себе он никогда не мог позволить. Поэтому даже во сне чувства, переплетенные с магией, незримо наблюдали за окружающим миром. И он знал, что за прошедшие несколько ночей Мельхиор ни разу не сомкнул глаз. Серин помнил, как провожатый задумчиво сидел у костра, опершись на дерево, и смотрел в глубину пламени, так и не пошелохнувшись, словно целиком погрузился в свои никому неведомые размышления.
  
   Отблески огня почти не отражались в глазах Мельхиора, словно он был слеп. Но не мог слепой двигаться через эти места, ни разу не споткнувшись, не зацепившись ни за что, Серин в это верил. Может, не слепота, а что-то другое является причиной.
  
   Отвлекшись от сонных размышлений, Серин приоткрыл глаза. Керол и Майя о чем-то тихо переговаривались между собой. Путник заметил, что Мельхиор за ним словно исподтишка наблюдает. Но может, это всего лишь мимолетное ощущение.
  
   Почувствовав смущение, Серин сказал, чтобы как-то разогнать тягостную тишину:
  
   - Мельхиор, ты уверен, что тропу, по которой мы идем, протоптали именно звери?
  
   - Ты думаешь, я хочу вас заманить в ловушку?- спросил Мельхиор, которому было все равно, кем протоптаны дорожки.- Это не ловушка.
  
   - А что за портал, к которому ты нас ведешь?
  
   - Не знаю. Никогда раньше им не пользовался, но читал, как это делать.
  
   Мельхиор не сказал, что он на самом деле ничего не читал, его госпожа дала это знание. Потерянное чужое воспоминание о том, как другой человек читал рукопись с зарисовками, как открывать порталы.
  
   Он помнил, что на столе горели свечи. И этот человек желал овладеть магией. Маленькая девочка бегает рядом с ним, потом забирается на его колени. Он долго смотрит в зеленые глаза, не зная, кем ей приходится.
  
   - А сколько дорога займет времени?- спросила Майя, отвлекшись от разговора с Керолом.
  
   - Один день. Если повезет, все пройдет быстрее.
  
   И Серин решился, подумав, что позднее другого шанса может и не быть.
  
   - Майя, ты действительно можешь видеть будущее?
  
   - Я?- спросила Майя растерянно.- Да, я всегда предполагала, что могу предугадывать будущее, некоторые вероятности. Но это сложно, как будто надо читать свиток, но всех слов не понять. Словно он написан на плохо знакомом языке, а ты скользишь взглядом, не вникая в значение каждого слова.
  
   Я стараюсь мало говорить о своем даре, ведь он работает не всегда,- Майя сжалась.- Но я с уверенность могу сказать, что ты,- она повернулась к Керолу,- всегда лжешь.
  
   Иллюзионист улыбнулся ей, и ничего не ответил.
  
   Серин нахмурился.
  
   - Удивительно, но, сколько себя помню, хотел встретить хоть кого-то обладающего подобным умением. Я почти не знаю моего детства, может потому, что боюсь обернуться. А другой человек будет равнодушен к тому, что там найдет. Попробуй узнать, прошу. Но настаивать не буду.
  
   Другие миры, даже те, что прячутся в человеке, всегда меня пугали. Не думаю, что стоит с ними шутить. Что-то, похожее на иллюзию, может оказаться реальностью, и наоборот - реальность может оказаться иллюзией.
  
   Майя вздохнула, словно собираясь с мыслями.
  
   - Я могу попробовать, но ничего не обещаю. Даже прямо сейчас. Мой дар не сильный, и я его не подчинила.
  
   Майя вытянула руку вперед и положила на плечо Серина. Потом сильно-сильно зажмурила глаза. Она чувствовала себя очень глупо.
  
   Треск костра закрадывался в уши. Ветер шелестел листья деревьев. Постепенно этот звук усилился, а все остальное приглушилось. Оковы страха, неуверенности постепенно отпустили девушку. Легкие наполнились прохладным воздухом. Тело стало невероятно легким, а душу переполнило волнующее чувство свободы от всего. Она даже перестала чувствовать почву у себя под ногами.
  
   Шелест ветра превратился в свист. Майя несмело открыла глаза и увидела, что она парила над облаками высоко в небесах. За спиной были огромные белые крылья. Никогда Майя не чувствовала себя настолько счастливой. Перед ней много возможностей, что никогда не познать людям, в том числе великое могущество творить свет.
  
   Девушка кружила, парила над облаками, взлетала высоко к солнцу, чтобы спикировать вниз.
  
   Это чувство нечеловеческой неземной свободы было словно забыто в древности, когда она умерла. Но она воскресла и смогла почувствовать его вновь. Мир бесконечных облаков... Он не прекращался, лишь кружил голову, наполняя душу неведомым восторгом.
  
   Перед ней, возносящиеся в небеса, простирались бесконечные светло-серебристые вертикальные колонны, что приковали к себе взгляд. Но узнать, откуда они, было не суждено. Взгляд скользнул вниз, и сквозь маленькую брешь в облаках Майя случайно увидела черную землю.
  
   Земля напомнила о чем-то, что она успела забыть или спрятать от самой себя. Что-то отравляющее существование. Эта печаль перемешивается с другими чувствам, пробуждая тревогу и воспоминания о том, что на самом деле небеса не ее мир. А там, на земле, она оставила свою истинную боль, которую держала в душе, не давая погаснуть. Майя так и не поняла, что же она когда-то попыталась забыть. Словно некто, кого она любила, навсегда простился с жизнью, но она до сих пор не хочет его отпускать из своей души.
  
   Медленно начал таять вокруг нее воздушный мир. И вот она на земле, полной горестей и печалей.
  
   - Я не увидела твоего прошлого,- сказала Майя.- Я увидела нечто другое. Это похоже на мою мечту. Прости.
  
   - Что? Что ты увидела? Скажи, может я пойму,- сказал Серин.
  
   - Ладно,- Майя сидела, досадливо закусив губу.- Я увидела небеса. И то, что в них лечу на крыльях. Меня переполняет чувство свободы, но есть что-то, что я оставила на земле. И это не дает мне улететь отсюда в неведомые миры.
  
   - М-да,- Серин почесал затылок.- Пожалуй, не это ожидал услышать. Может получиться позже.

???

   Серин скрутился и уснул, закутавшись в одеяло. Керол сопел неподалеку от него. Майя никак не могла поверить, что вместо его прошлого увидела какой-то бред, какую-то нелепую фантазию, пришедшую прямо с ее детства. Это было невероятно, что дар так подвел. Она пыталась найти этому объяснение, но не получалось.
  
   Мельхиор смотрел на Серина, чувствуя, как тень внутри него просыпается. Этот глупый человек сейчас лежит беззащитный, так просто сейчас его убить, погасить хрупкую жизнь.
  
   Не в силах противостоять своей госпоже, Мельхиор протянул руку, невольно отдаваясь течениям мысли.
  
   Серин резко проснулся и огляделся. Его рука сжимала меч. Виновато посмотрев на Мельхиора и Майю, он пробормотал что-то невразумительное насчет тревожных снов, и лег спать дальше.
  
   Хватка ослабла, и Мельхиор почувствовал облегчение. Он не любил такие моменты. Майя, что сидела неподалеку, не обратила внимания на произошедшее.
  
   - Мне в моем прошлом тоже не все ясно,- попытался нарушить сонную тишину проводник.
  
   - И что тебе там непонятно?- спросила Майя, втянув голову в плечи.
  
   - Есть кое-что... Ты, Майя, не думай, что все, что видишь, иллюзия или обманчивая фантазия. Кое-что становится понятным не сразу,- взгляд его скользнул по Серину.- И мне хотелось, чтобы ты посмотрела и в мою душу.
  
   Майя смутилась, опустила глаза.
  
   - Не надейся на слишком многое.
  
   Майя коснулась плеча Мельхиора. Нечто вздрогнуло внутри нее. Внутри него было что-то очень холодное. Майя постаралась преодолеть некое отвращение к той сущности, что таилась внутри их проводника, что была его неотъемлемой частью, и впустить ее в свою душу. Темнота, темнота, холод...
  
   Майя пыталась сконцентрироваться. Ничего, пустота... холод... Майя прикрыла свои веки и вздрогнула, когда ее щеки коснулась снежинка. Почувствовав морозное дыхание на своем теле, она открыла глаза и на миг увидела снежную бурю... нет, снежный водопад в темноте. Миллиарды снежинок падали с небес, касались ее щек, обжигали своим холодом. Это было прекрасно. Но снег падал, и больше ничего, ничего не происходило.
  
   Это было на что-то похоже. Снежинки кружились в бархатном танце, словно бы это был танец... это был танец. Она так и не вспомнила, чей, хотя и старалась.
  
   - Прости, я больше ничего не вижу,- Майя согнала с себя наваждение. У нее было ощущение, будто она вышла из сна.- Я не знаю, ничего не увидела о тебе. Только падал снег, и он касался моего лица. Прости.
  
   - Снег... - пробормотал что-то себе под нос Мельхиор.
  
   - Я предупреждала, мой дар несильный и порой вижу чистый бред,- Майя пыталась оправдаться, но оттого чувствовала себя еще более неловко.
  
   - Ничего страшного,- он улыбнулся, заглянув в глаза. И в его взгляде не было отрешенности и пустоты, как обычно.
  
   Майя покраснела и отодвинулась. Потом, вспомнив, что надо отдохнуть, легла спать недалеко от Серина. Мельхиор направился прочь от их скромного пристанища.
  
  
  

Желание

  

...В зеркале моих самых глубоких снов

Я вижу отражение твоего лица

Я вижу свои истинные желания

Я кладу свою душу в твои ладони,

Что ласкают нежно

Сея семена гнева

Семена гнева...

Я тихо засыпаю так глубоко в твоих руках

Под ритм вальса ты ласкаешь меня

И мы танцуем

Танец это та божественность, которую мы ищем

Это искупление

Следуй за своей судьбой до конца существования

Мои самые глубокие сны...

Artrosis, "Taniec"

(перевод пользователя Mefody, сайт www.dark-world.ru,

http://dark-world.ru/albums/Artrosis-Hidden-Dimension.php)

   Майе не спалось на самом-то деле, и тайком от своих спутников она решила понаблюдать за умирающим небом. Она встала, обхватив руками какую-то ветку. Ее глаза были широко распахнуты и направлены вверх.
  
   Солнечный диск катился медленно к западу, исчезая где-то за гранью горизонта. С востока приближалась тьма, вселяя неизъяснимую тревогу. В небе зажигались тусклые звезды. Но Майя не боялась приближающейся темноты. Ее мысли витали далеко отсюда, и она не замечала, как менялся мир вокруг нее, а деревья стояли, словно призраки из темного тумана.
  
   И, несомненно, эти существа разумны.
  
   Майя медленно протянула руку в сторону и коснулась шершавой коры ствола. Некие смутные образы коснулись сознания, но сил не хватило, чтобы их различить. Красный огонь бежит куда-то. А может это кровь, что течет по жилам. Или другая материя куда-то движется. Но может быть у нечеловеческих существ и мысли отличаются от людских?
  
   Девушка отодвинулась от дерева. Ничего не изменилось оттого, что она пыталась заглянуть в сущность растения. Высокая трава качалась, касаясь ног и тела, щекоча легко кожу. В воздухе витал запах каких-то ночных цветов, спрятавшихся в траве и кустах.
  
   Усталость одолевала Майю, и ее уносило куда-то по темной река со спокойными теплыми водами и неслышными, невесомыми волнами. Они ее уносят на лодке куда-то за грань этого мира. Девушке казалось, что она лежит, не шевелясь на покачивающейся поверхности. Ее лицо бледно и неподвижно, а черные волосы разбросаны вокруг головы. Серые туманы окутывают, проникают в легкие.
  
   Кто невидимый лодочник, и куда он ее направляет?
  
   Небо, покрытое звездами, постепенно заволакивали черные облака, которые светились на рваных краях серебристым лунным светом. В воздухе застыли огоньки, словно потерянные души. Они покачивались туда-сюда, словно манили к себе.
  
   Ложбинки неподалеку были наполнены висячим черным туманом, от которого расходились черные живые пряди. Кто-то крадется. Неслышно ступают босые ступни по лесной подстилке. Что спряталось в глубокой темноте, притаившись за деревьями?
  
   Почему, чем дальше от городов и людей, тем сильнее искажается реальность?
   ???
   "Открой же свои мысли, Майя. Как смогла ты меня позвать в Ривертейсе и почему ты не можешь сделать точно так же сейчас? Этот зов напомнил мне о чем-то, что я забыл. Об обещании, о неком обещании. Но мы никогда друг друга раньше не знали, и я ничего не мог тебе обещать".
  
   Мельхиор продолжал смотреть, скрываясь среди смутных образов ночи. Свет неверных звезд исказили его внешность: и он казался призраком павшего воина. И казалось, что таким он был всегда, и за человеческой внешностью всегда прятал обман.
  
   Но Майя не придавала значения этому. Это все загадочный мир, охваченный ночью, и ее приболевшая фантазия.
  
   - Видела ли ты когда-либо сны, что столетиями снятся твоей реальности?
  
   Девушка отрицательно покачала головой.
  
   - Стоит ли доверять своему восприятию? Может, иногда достаточно взглянуть изнутри своего разума, и мир изменит свое лицо. И слепые тоже могут найти в нем дорогу, хотя никогда не знаешь, кто и когда встретиться тебе на пути.
  
   Майя поперхнулась.
  
   - Ты хочешь сказать, что ты слеп?
  
   - Глаза, которые видят, не могут быть такого черного цвета,- ответил Мельхиор, позволив слабому мерцающему свету коснуться лица.
  
   Майя с сомнением сжала губы.
  
   - Ты сам себя лишил зрения?
  
   - Я был таков с начала своего существования.
  
   - Жаль... Ты, наверное, даже не знаешь, как я выгляжу. А я быть может красивая.
  
   - Мне не обязательно видеть твою внешность, чтобы понять, какая ты внутри.
  
   - А ты бы хотел увидеть мир, каким видят его остальные люди?
  
   - А отчего ты решила, что мир таков, каким его видят они? Обман может прятаться за привычными образами, и зрение - первое, что вас подведет. Смотри!
  
   Дохнув на руку, Мельхиор выпустил в воздух шесть черных бархатных мотыльков, что унеслись куда-то в небеса.
  
   - Скажи мне, что ты видела?
  
   Майя молчала, провожая взглядом исчезнувших в бархатной тишине бабочек..
  
   - Но не важно, так как это обман, рожденный твоей слепотой.
  
   -Ты - безумец,- прошептала девушка.
  
   - Безумие - всего лишь способ вкусить запретный плод всеобщего познания безнаказанно.
  
   - Разве познание - грех?
  
   - Возможно, наихудший грех и таинственное зло.
  
   Я знаю, ты думаешь о Городе В Облаках не переставая. И знаю, что портал, открывающий путь в Антейл, может привести тебя к твоей тайной мечте.
  
   Ответь на один мой вопрос. Почему мертвая наставница указывает тебе путь?
  
   Майя вздрогнула, так как не ожидала, что ее могут спросить о бабушке Лилиане. Вроде, девушка о ней не упоминала в разговорах, хотя мало ли. И откуда Мельхиор знает еще и о Городе В Облаках, Великой Академии, в которой бабушка получила свои знания?
  
   Может, Серин разболтал этот маленький секретик?
  
   - Она была человеком, что не мог меня предать,- выдавила из себя Майя.
  
   - Она пришла в твою жизнь в дни великих лишений, словно ангел милосердия.
  
   - Она - единственная, кто не отвернулся от меня.
  
   - Порой чувства не позволяют нам замечать тех, кому мы можем действительно доверять.
  
   - И кому я, по-твоему, должна была верить? Я не могла сделать выбор в то время, его сделали за меня.
  
   Майя отвернулась. Ее взгляд зацепило призрачное озеро, раскинувшееся высоко в небесах. Сотканное из бледного сияния и светлых туманных течений, оно заняло где-то треть неба. Иногда в нем плескались всполохи или расцветали серебристые цветы. Откуда пришло это сюрреалистическое представление, в котором были свои актеры?
  
   Мельхиор, не поворачивая головы, сказал:
  
   - Врата открываются просторно для тех, кто полон отчаяния. Почему ты веришь мне, хотя совершенно не знаешь? Почему ты зовешь меня по имени, которое я забыл? Может я солгал тебе, сказав, что твоя мечта - это реальность? Ведь может я не тот, за кого себя выдаю.
  
   Он стоял, не шевелясь немного боком, и свет освещал только одну его сторону, рождая странные хитросплетения света и теней.
  
   - Возможно, я веду вас в никуда, ведомый единственной целью убить поодиночке. Возможно, ты давно не человеческое создание, что было создано из хрупкого живого тела и влияния иных миров. Я вижу, я знаю, что бабушка тебе никогда не рассказывала о городе, который ты помнишь. Все это придумано тобой. Твоя душа горит в вечном адском пламени, хотя в аду, как и в других эфемерных несуществующих пространствах, ты не была. Поверхность твоих чувств не говорит мне ничего, ведь все это ты воспринимаешь как должное. И возможно, я хочу увидеть глубины твоих мыслей, но, чтобы сделать это, тебе придется умереть.
  
   Майя не могла отвести глаз от его лица, не в силах понять, серьезно он говорит или нет. Но любопытство позволило пересилить малейшее дыхание страха.
  
   - А что, если я позволю тебе сделать это добровольно? Что если я хочу узнать тоже, пусть даже такой ценой?- проговорила, наконец, девушка.
  
   Она сделала шаг вперед, протянув бледную тонкую руку вперед. Нечто хищное промелькнуло внутри зрачков Мельхиора, и он взял ее руку в свою ладонь.
  
   - Ты не боишься?
  
   - А на что это будет похоже?
  
   - Это подобно зеркалу, только глубокому и черному, в которое ты ныряешь с головой, не оставляя за собой ничего.
  
   Майя смотрела в глаза Мельхиора и видела глаза огромной вселенной, в которой растворялась ее сущность. Эта субстанция была чужеродна, но не несла в себе зла. Что-то изменило и сломало ее на заре существования, исказив первоначальную сущность.
  
   - Эй, о чем это вы разговариваете?- неожиданно подал голос Серин, в котором были нотки угрозы.- Завтра трудный путь, а вы не спите!
  
   - Да, пожалуй,- встряхнула головой Майя, согнав наваждение. Туман разлетелся, и она не могла вспомнить, о чем только что разговаривала с проводником.
  
   Мельхиор не ответил ничего. Что-то тревожащее изнутри заставило его сдержаться. И он встретился с напряженным взглядом Серина.
  
   Серин вроде не очень силен, как воин, но есть что-то, что постоянно смотрит у него из-за плеча, поворачивает взгляд этого слабого человека туда, куда стоит смотреть. Оно продолжение его сущности.
  
   Мельхиор не один в его мире. Это немного беспокоит, но пережить можно.

???

   Утром путники разожгли костер, у которого тщетно пытались согреться. Все утро Серин и Мельхиор угрюмо молчали. Попытки Майи их расшевелить ни к чему не привели.
  
   - Ребята, что с вами?- осмелилась спросить, наконец, Майя.
  
   - Кошмары замучили...- процедил сквозь зубы Мельхиор.
  
   Майя отвела взгляд, потом о чем-то задумалась. Зажав какой-то предмет в руке, она протянула руку проводнику. С неудовольствием последний принял дар.
  
   - Он поможет,- сказала она.
  
   Мельхиору не нужно было разжимать ладонь, чтобы знать, что там маленький пошарканный металлический крестик. С сомнением он смотрел на девушку.
  
   - Он поможет,- повторила с уверенностью Майя.
  
   Мельхиор принял дар более чем бесполезный с его точки зрения. Пусть он и не верил словам девушки, но отчего-то не хотел терять талисман из вида впоследствии, словно тот действительно владел мистической силой Бога и мог спасти его искореженную душу.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) Н.Самсонова "Жена князя луны"(Любовное фэнтези) А.Ардова "Брак по-драконьи. Новый Год в академии магии"(Любовное фэнтези) А.Емельянов "Последняя петля 4"(ЛитРПГ) В.Старский ""Темная Академия" Трансформация 4"(ЛитРПГ) Е.Флат "В пламени льда"(Любовное фэнтези) Е.Кариди "Суженый"(Любовное фэнтези) И.Громов "Андердог - 2"(Боевое фэнтези) Wisinkala "Я есть игра! #4 "Ни сегодня! Ни завтра! Никогда!""(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-5"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"