Шевцов Петр Алексеевич: другие произведения.

Зона Отчуждения 0 Начало отсчета Прапор

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Первые "предтечи глав"

  Зона отчуждения.
  
  'Дневники и записи, из преисподней'
  
  Запись 01-15.
   Личный дневник Тимофея Филатова.
  
  Никогда не думал, что мой отец герой. Он приходил и уходил в комбинезоне техника, даже в праздники. И только раз, когда искал документы по просьбе мамы, случайно нашел в ее ящике, фото в форме. Такое, что делают на личное дело. А такие, положено делать со всеми наградами. Почему об этом никогда не рассказывал? А мама?
  
  
  
   Май 2027 Фельд пост наблюдения ООН 232 Браво Сиера.
   Высотное здание, крыша.
  
   В толстое остекление из поликарбоната било заходящее солнце, заливая помещение нереально насыщенным желтым светом.
  - Викс?
  - Капитан?
  Дежуривший у мониторов, являлся гражданским специалистом, выдернутый в командировку из недр технического отдела, он не успел пройти положенную теперь всем военную подготовку. Комплектование групп подобных этой, дело серьезное, но людей, катастрофически на все не хватало.
   Капитан впрочем, уже не нуждался в комментарии о вызове, так как увидел выведенное на монитор сообщение.
  Глядя в монитор, он оперся на столешницу обеими руками. Винить специалиста в опоздании с приемом сигнала, было бесполезно. Сдержав вздох, обернулся к Виксу.
  - Есть картинка?
  - Очень слабая.
   На мониторе рядом с основным рабочим, отображение статистики, сменили кадры трансляции камеры.
  Словно оправдываясь, техник кивнул на консоли двух ноутбуков на своем столе.
  - С этим, выжал из аппаратуры, все что мог. Камера грязная и стекло разбито.
  - Но есть движение?
   Вместо ответа, техник открыв папку, запустил воспроизведение фрагмента изображения. Перед камерой, махая руками, стоял человек в костюме биологической защиты и маске. Кадр замер и разбился на несколько. Выведенный в объем экрана и увеличиваемый, наиболее четкий, все равно рассыпался на пиксели. Не лица не шилда, на костюме не разобрать. Эмблема и маркировка читалась но и не более.
   Хотя не любил показывать эмоции пред подчиненными, капитан дернул краем губы.
  - Что думаете?
  - Судя по росту, Кливент или Блэсби.
  - Обоснование?
  - Измерил размер эмблемы и наложил сетку.
   Капитан остановил жестом. Тем временем в помещение вошел лейтенант Стокер. Выслушав короткое изложение ситуации капитана, спросил:
  - Наши действия?
  - Идти туда сейчас, с приближением ночи, опасно. К тому же, у них должен был кончится запас воздушной смеси.
   В разговор вклинился техник.
  - Камера рядом с больницей. В любой больнице, есть запасы кислорода. Если они смогли...
   Капитан остановил техника жестом, а обратился не к нему, а лейтенанту.
  - Кливент и Блэсби, ваши люди. Но они оба ученые. Биолог и химик...
   Вновь вклинился в разговор техник:
  - Водитель. Русский что вел машину, имеет техническое образование.
   Капитан поморщился и глядя в глаза лейтенанта, твердо сказал:
  - Авантюра. Но без ученых, наше пребывание тут, лишено смысла. Я уже послал доклад.
   Лейтенант все понимал, и по сути был согласен с капитаном, кроме одного. Не только Кливент и Блэсби пропали вчера. Машину, сопровождали и еще его люди.
  
   Специальных машин, на посту не было. Все что удалось собрать при его установке, три внедорожника и перекрашенный в цвета ООН и наспех переоборудованный колесный бронетранспортер СВАТ. Машины стояли в низу здания, в не герметичном гараже. А пост оборудовали на крыше подле вертолетной площадки. Здания такого типа имели свои генераторы, аккумуляторы, и это использовали. Вот только герметичными, они увы небыли. Пост привезли и собрали из пластиковых панелей.
   Потому, Стокер и двое из оставшихся в его подчинении солдат, спустились вниз, уже в комплектах защиты. У всех троих кроме заплечных ранцев, в руках были переоборудованные из огнетушителей опрыскиватели. Ими, едва двери лифта открылись, при подозрении, продували смесью дезинфектора машины и подозрительные места.
   Выйдя, осмотрелись. Несмотря на то что щели несколько раз конопатили и створы ворот с жалюзи плотно подогнали, мелкая агрессивная живность все равно неким образом проскальзывала. Вот и сейчас едва приблизились к машинам, ожил динамик под потолком.
  - Восточный угол движение!
   Впрочем, повторять им не пришлось, тварь схожая с саранчой переростком и одновременно со стрекозой, с жужжанием взмыв из-за машин атаковала. Шипение клапанов и отброшенная ударом двух струй газообразной смеси под давлением, упалаю.
   Рядовой Тимонт, скинув с плеча дробовик было хотел выстрелить но лейтенант остановил.
  - Подыхает! Не отвлекаемся! Проверить машину!
  Действовали не торопясь, но быстро, прикрывая друг друга. Открыв и продув ооновский ровер с удлиненной базой, сели в него. Закрыв двери и проверив. Сдали задом к грузовому лифту.
  Уинс, второй рядовой, продувший подвеску и наблюдавший со стороны, подал знак.
  - Чисто.
   Из грузового лифта, в машину погрузили баллоны с дыхательной смесью, кофры с припасами и инструментом. Всего было мало, но это, кроме дополнительных баллонов, был обязательный комплект для выезда машины. Когда все загрузили, и закрыли двери, лейтенант доложил.
  - Стокер. Мы готовы.
  За рокотом двигателя стал слышен шум электромотора системы орошения. Выезд оборудовали туннелем из толстой пленки с распылителями и сейчас, когда машина проехала под поднятые ворота, из них полился раствор.
  - Их стало больше...
  Тимот севший за руль, говорил не в радио и его голос звучал глухо. Лейтенант сидевший рядом сжал губы. Мелкие твари словно караулили выезд машины. Когда готовились камера показывала лишь несколько, а сейчас, так и кишели на площадке паркинга перед тоннелем
  - Прибавь скорость, но аккуратно.
  Последнее не мало важно. Город быстро заполонили не только звери но и мутировавшие растения. Они иногда оплетали дома целиком. Сейчас, улицы напоминали джунгли в период буйного роста всего весною. Машина могла забуксовать на вьюнах или ползучих корнях.
  - Вас видим. Запускаю дрон.
   Стокер закрепив на стойке ноутбук, открыв панель ткнул в пиктограмму дрона. Появилось изображение.
  - Принимаем картинку. Изображение четкое. Пройдите вперед по маршруту.
   Не отвлекаясь на сюрреалистичные картины брошенной окраины города Стокер смотрел в монитор.
  - Сэр.
   Уинс сидевший в кузове и наблюдавший по бокам и сзади. Привлек его внимание.
   Они уже видели нечто подобное. Вслед за машиной, в тени зданий двигалась пара того кто наверное был некогда собаками.
  - Следи. У нас, мало патронов. Если увяжутся на мосту, стреляй.
  Мостом назвали развязку на выезде. Под нею все было плотно забито брошенными машинами. Потому ехали верхом. Но и тут, для этого пришлось проложить путь бронёй.
  - Свернули. Нагоняют.
  - Стреляй с глушителем. Тимот, притормози.
  Откинув заслонку, Уинс открыл огонь. Выстрелы как бы не был хорош глушитель, ударили в замкнутом пространстве машины по ушам. Стрелять приходилось не дозвуковыми, а бронебойными пулями. К тому же мутантов не брало одно попадание мелкого калибра.
  - Одна минус.
  Снова выстрелы. И еще.
  - Ушла.
  - Тимот, вперед.
   Ожил динамик на панели.
  - Стокер что у вас?
  - Два мутанта. Собаки. Крупнее прежних. Один минус, один ушел.
   Тимот тихо что-то бурча прибавил скорости.
  - Башня. Стокер. К вам с севера, идет рой мелочи.
   Вздохнув, лейтенант переключил вид на экране и покосился на дисплей с картой.
  - Башня. Пережидать не буду. Если нападут, попробуем сжечь.
  - Хорошо. Это ваш танец. Действуйте по обстановке.
   Голос капитана, хотя и преданный с шифрованием показался усталым.
  Рой атаковал. Если ранее такие бывало и не обращали внимания, то теперь, атаковали всегда. Машину даже покачнуло когда он ударил в борт и крышу. Сразу потемнело от того как её облепила ползающая многослойным ковром мелочь.
  - Тимот. Дым.
   Сработавшая под рамой дымовая шашка была так же усовершенствована, в дым вплетался агент. Когда машину окутало облако. Тимот выключил и включил пускатель. Искра воспламенив облако сожгла большую часть летавших и налипших. С хрустом тронув машину Тимот, включив дворники, поглядел на лейтенанта и по его кивку, плавно тронул.
  - Еще.
  Снова дым и вспышка. Но теперь окна почти очистились.
  - Достаточно.
   Машина нагретая огнем потрескивала кузовом и слышалось шуршание осыпавшихся насекомых.
  - Будем...
   Уинс, остановленный знаком, замолк и отвернулся. А лейтенант, нажав на прерывание канала связи, пояснил голосом.
  - К черту пробы этой дряни. На это нет сейчас времени. Туда и обратно!
  Оба рядовых согласно кивнули.
  
   Здание больницы второй этаж, холл.
  
   Мужчина в изодранном, залепленным армированным скотчем и перемотанном поверх дыр обрывками пленки комбинезоне биологической защиты отошел от окна и аккуратно приблизился к забаррикадированной двери.
  - Рони?
  - Нет мистер Блэсби, Питер.
  - А...
   Выглянув в щель между наваленным, он нервно потер руки.
  - Вы откроете или я так и буду стоять в коридоре?
  - Простите...
  Заспешив Блэсби споткнулся и чуть не упал, от чего зацепился шлангом, что тянулся к лежавшему на полу баллону.
   Когда дверь была все же разблокирована, вошедший, отставив оружие, оттеснив, захлопнув и закрыв, укоризненно покачал головою.
  - Не бережете вы себя профессор.
   Блэсби виновато развел руками, а вошедший, сгружая со спины, набитый всякой всячиной большой мешок, устало присел на край стола.
  - Отошел Кливент...
   То что ему пришлось помочь профессору биологии, Питер Филатоф умолчал. Смотреть, как тот мучится и во что превращает человека взрывная мутация, вовсе не доставило радости.
  Блэсби, плохо понимал русский язык, который учил, читая классиков в оригинале, но сказанное, понял.
  - И что...
  - Нашел.
  Филатоф, указал на мешок и стал вытрясать на пол найденное. Подсвечивая в еще более сгустившихся сумерках фонарем, вскрыв радиостанцию найденную в машине, стал прилаживать к контактам аккумулятор от игрушечной машины. Скрепив все изолентой, щелкнул включив.
  - Оооо...
   Профессор присевший на против, наблюдавший за ним более никак не смог выразить свой восторг. Филатоф же и сам довольный тем, что удалось, включил сканер. А затем, подойдя к окну высунул в щель проволоку намотанную на антенну. Шипение в динамике сразу стало бодрее. Он едва не выронил радиостанцию, когда динамик неожиданно изрек:
  - Алфа блу, блэк бери...
  Запомнив частоту нажал дальнейший поиск. Укоризненно поглядел на профессора который услышав позывные приблизился.
  - Они, нам не помогут. А вот проблемы с ними, можем получить.
   Поникнув и закивав, профессор, взяв стул сел рядом. Наконец радиостанция поймала нужный диапазон.
   - Башня... Это Филатоф и Блэсби, прием!
   Секунды до ответа показались годами.
  - Блэсби, это Стокер. Вы на открытом канале!
   Вздохнув, Филатоф усмехнулся.
  - Лейтенант, это техник Филатоф. Знаю. Но у нас, гражданская радио. Мы там, откуда посылали вам сигнал.
  Снова молчание.
  - Ваш статус.
  - Филатоф и Блэсби, в норме. Остальные погибли. Нападение.
  - Враги есть рядом?
  - Здесь, нет, но если шуметь, то станет плохо.
  - Вас понял.
   Повернувшись к профессору, Филатоф показал ему большой палец.
  - Они в машине, слышно гул двигателя.
   В подтверждение сказанного ответил и Стокер.
  - Ждите. Мы рядом.
   Ждать, пришлось долгие пятнадцать минут. То, что они просидели в здании почти сутки, теперь казалось и не таким долгим в сравнении с этим напряженным ожиданием.
  - Стокер. Где вы?
   Выглянув в окно Филатоф облегченно вздохнул. Лейтенант догадался подъехать тихо, выключив свет.
  - Прямо над вами, второй этаж. Но выход, справа. И там, была собака и прочая дрянь.
  - Другие?
  - Тут, кто-то все замуровал. И... У нас один баллон на двоих.
  Это было так. Носимый, к которому подошел штуцер от переходника кислородного, был только один. Заменять на ходу, с той системою, что придумал, не вышло бы.
   - Ждите.
  Еще несколько минут и долгожданный стук в дверь...
  
   Все было бы не так плохо, если бы... Если - было и много. Первое встретило у дверей на выходе. Та самая собака, о которой предупреждал. Выметнувшись серою молнией из-за дальнего угла, засучив по ламинату пола лапами, с громким воем кинулась на них. Но хуже, был подхваченный вой где-то на улице. Самого взбесившегося и изменившегося пса угомонили быстро. Но как подтверждение окончившемуся везению, тут же прозвучал доклад Тимота, оставшегося в машине.
  - Сэр! Движение на улице!
  Более сказать он ничего не успел. Вспыхнули фары и по зданию и по машине, ударила длинная очередь, пулемета с брони.
   Стокер, рухнув на пол и сбив профессора, замахал рукою. За шумом, что он крикнул, было не разобрать. Понятно было одно, тот, кто с наружи, добрался до подбитого транспортера. А еще, люто ненавидит белые машины с синими знаками ООН и конечно, еще и больницы.
  К удивлению лейтенанта, Когда отползли, а затем отбежали в глубь помещений, русский был весьма спокоен лицом за панорамным экраном своего противогаза. И пояснение тому, стали слова, когда канонада стихла. Отряхиваясь, он кивнул в сторону улицы.
  - В машине нет запасного ствола, а этот, стрелок убил второй очередью. А так как нашумел...
   Лейтенант почти сразу понял его мысль. Да, стрельба из такого калибра требовала аккуратности. А еще с улицы раздались крики и стрельба из ручного оружия. И вновь Русский удивил, заметив:
  - Это собаки. Предлагаю, пока они развлекают живность, выбираться. Когда отобьются, такого шанса у нас уже не будет.
  Согласившись, быстро двинулись к выходу.
   То, что бандиты, или кто они там, еще заняты, подсказало и то, что свет теперь был направлен не на больницу, а в бока улицы. Пробежав за останки машины, спешно, пока не загорелось горючее, выдернули из развороченного салона баллоны и припасы. И прикрываясь ее остовом перебежали на другую сторону улицы. Отойдя еще квартал, остановились. Стокер, кивнув на профессора, который еле шел, сказал Русскому.
  - Нужен транспорт.
   Кивнув, тот стал осматривать брошенные машины. Но большинство из них были повреждены или непригодны..
  - Есть карта?
   Стокер не споря, протянул русскому планшет.
  - Здесь.
  На удивленный взгляд кивнул. И еще пояснил:
  - Кто будет искать и угонять мусоровоз?
  Стокер хотел было возразить, но подумав, едва не рассмеялся. В гараже куда пришли и правда, обнаружилось три машины. Но топливо было только в одной И пока вскрывали кузов, что посоветовал русский, тот, возился в кабине запуская двигатель. Когда Стокер влез в нее, панель была варварски вскрыта. Поясняя это, русский показал выломанный блок.
  - Защита от угона, жпс, компьютер.
   После чего показательно скрутил несколько проводов и под ними взревел мотор. То, что их обнаружат он уже игнорировал, включив сразу и фары и все светильники вплоть до проблесковых.
   К счастью, машина была оборудована не только этим. Как и у всех для неблагополучных районов, стекла кабины защищала антивандальная сетка. Сходу наддав скорости, русский что-то крича, вырулил на объездную дорогу.
  Зачем он так гнал, Стокер понял почти сразу. Мощная и тяжелая машина просто сметала загораживающие путь. А его фиерия света, и шум, похоже тоже действовала. Отпугивала мутантов.
  
   Радиостанция заработала на середине моста.
  - Башня вызывает Стокера!
  - Здесь Стокер.
  - Это вы на мосту?
  - Да капитан. Эта гудящая рождественская ель и есть мы.
  - За вами гонятся. Их нельзя приводить сюда.
   Боковые зеркала, были разбиты и они этого не могли видеть. Русский, выслушав сказанное о погоне, поджал плечами.
  - Сделаем.
  - Башня. Попробуем притормозить погоню и оторваться.
   Как именно, Стокер еще думал, когда русский, приняв в право и немного снизив скорость, стал сдвигать ряд машин.
   Перед съездом он объехал гору и развернувшись на нем, стал спрессовывать левый ряд. Из-за холма образованного съездом появился джип преследователей, когда их мусоровоз, заткнув ими проход, и сам забуксовал.
  - Стреляют!
  Выкрик лейтенанта совпал с тем, как обоих обсыпало осколками лобового стекла.
  - Ах ты ж!
   Мусоровоз, взревев двигателем и сигналом, сдавая назад, развернулся.
  - Стреляйте!
   Когда стокер опоржнил первый магазин русский, затряс его за плечо, тыкая в гору металла. Оглохший Стокер более по губам понял, что тот говорит:
  - Бензин! Бензин!
   И правда, на сером от грязи асфальте были видны потеки топлива из раздавленных баков. Когда эта гора металлолома вспыхнула, русский вновь рванув машину понесся и сбавил скорость только завернув в городские районы. Там он погасил свет и потыкал себе в глаза.
  Стокер не сразу понял, что имел ввиду, только когда русский потянул за крепление на шлеме. А еще не понял, зачем, тот пока крепил прибор ночного видения, вынул у него гранату. Но подталкиваемый им из кабины, не стал спорить или отбирать.
   Пока высвободили из мусоросборника профессора и Уинса, пока меняли баллоны, где-то восточнее послышался вой и выстрелы.
  - Черт! Бандиты.
  - Угу. Хуже. Выживальщики...
   Профессор жмущийся к русскому, тихо спросил.
  - Иван? А почему на нас не нападают?
   Стокер едва не поперхнулся от ответа русского.
  - А вы понюхайте себя Утворт...
  Только сейчас Стокер обратил внимание, что пока возились, все перепачкались, и вонь, стояла невыносимая. Бросив все лишнее, указал направление.
  - Уинс. Вперед. Иван и профессор - за ним. Я прикрываю!
   Все же на них тоже напали, когда двинулись. Но к счастью, у всех было бесшумное оружие. Когда русский вытащил винтовку Тимота, Стокер не помнил, но стрелял тот лихо. И это считывая, что вокруг тьма, а у него только ночной прицел на ней.
  
   Уже в лифте, с руганью сдирая ошметки какой-то дряни, Стокер заметил, что у русского на визоре маски, отколот пулей, большой кусок. Сжав зубы он молча залепил дыру куском армированного скотча, отлепив тот от профессорского костюма. И прислонив маску к маске русского, сказал:
  - Я ничего не видел. Залепили сами. На мосту.
   Русский кивнул. Это было грубое нарушение. Но если тот до сих пор не чувствовал, что задыхается, не упал в корчах, возможно, у него как очень у малого числа, иммунитет. Так или иначе, его да и профессора, все равно продержат в карантине.
  Тут Стокер ошибся. Их всех держали в нем до отправки на базу, да и потом отправили в госпиталь. Но они не жаловались. Спасение ученого, засчитали и ему, и Уинсу, и капитану Кларенс. А еще, в госпитале где держали, были очень симпатичные молоденькие медицинские сестры. С одной из них, их он и отбыл с центральной, на свою базу. Он хотел бы взять с собою и сумасшедшего Ивана, как того называл профессор, но того уже отослали на базу ООН в бывшую Россию.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Запись 02-34.
   Личный дневник Тимофея Филатова.
   Младшего сотрудника лаборатории третьего уровня ?729 при МИЦ.
  
  
   Прошло более тридцати лет, с момента когда всё началось. Всё изменилось, и все изменились. Хотя, кое-кто этого до сих пор не осознают и продолжают жить неким прошлым.
   Я родился когда уже всё, что можно было счесть началом - минуло. Но тогда, когда осознал себя, да и много позже еще мало что понимал.
   Мы жили в 'Чистой зоне', но само это понятие, как и многое иное, для нас, до некоей поры было чем-то отвлеченным и маловажным.
   Поселок для семей, школа, техникум, медицинский блок, вот тот маленький мир не выходя за пределы которого мы жили и росли. Мир за периметрами ограждения ограничивался дорогами вокруг и заборами. За которыми таилось нечто далёкое и неизведанное но нам пока не нужное и не важное, а потому казавшееся кому просто незначемым, а кому таинственным.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Самою основной вехою в начале большой жизни, у каждого, являлось распределение после школы. Результаты тестов которые проводили учителя определяли дальнейшую жизнь. Кто-то начинал обучение здесь же в техникуме. Кто-то получал место тут же в зоне обслуживания. Часть с наилучшими показателями по тестам, направлялись уже во внешний мир, для обучения в ином месте.
   Мне хотя показания по тестам были хорошие выпало учиться в техникуме, учась на достаточно редкую и мало во стребованную специальность - художника анималиста.
   Наши желания и стремления мало учитывались при распределении. Все решала как нам говорили, программа выбора и опять же как нам говорили - она не ошибалась, определяя нашу полезность для общества, а следовательно и дальнейший путь в жизни...
   Что это ложь, как и многое другое, конечно, кое-кто догадывался, но они и о таком молчали. С детства, нас приучали к послушанию, соблюдению правил и всесторонне и строго таковое контролировали. Правда, опять же, мы этого не понимали до некоей поры...
  
   Моя работа... Первые дни она была увлекательною в силу того, что после практики в медицинском блоке, где получил положительные отзывы, был сразу переведен в лабораторию МИЦ, Международного Исследовательского Центра.
  Новые люди, впечатления, даже то помещение, что получил, казались после ограниченности и скудности того места где вырос, чем-то необыкновенным...
  Но вот восторженность и вспыхнувшие надежды, слишком быстро рассеялись под монотонностью и строгим ограничением реалий. А еще конечно под тем, что в коллективе лаборатории, существовал свой социум, в котором, ко мне относились, не как человеку, а некоей детали, прибору, или части оборудования. Холодное и расчетливое обращение, с раздражением когда нарушал эти рамки вопросом и и несоответствующим тому поведением.
   Что-либо изменить, лично я, был не в силах. Мы все, в лабораториях нижнего уровня МИЦ были винтики в большом и сложном механизме. Ни тот кто его обслуживал, ни тот кто его использовал, не обращали внимание на желания и потребности маленького винтика внутри огромного механизма... А если тот выкручивался или по иному не соответствовал - такой заменяли. Оказаться из более-менее нормальных условий, даже не на должности уборщика, а в бараке рабочего на шахте или заводе - никто в трезвом уме, не желал...
  
   Далее был перевод в лабораторию четвертого уровня. Здесь велись работы требующие изучения и получения 'новых материалов', и следовательно, не только запросы на таковые, а выхода во 'внешние пределы', где они и имелись.
  Так, в мою жизнь из абстрактного 'там', вошли выходы за периметр в 'зону отчуждения' и даже опасных 'грязных периметров'. Конечно. это были не самые опасные дальние, но и там уже в первые, было много того, что до этого казалось чем-то фантастическим. Все же одно дело видеть такое в учебных роликах и пробирках, и другое собственными глазами. Да еще отделенным не километрами и кордонами, а тканью защитного комбинезона, системой защиты дыхания и очками...
  
   Тогда, мучимый мыслями о себе и своем месте, не очень понимал, как всё же мне повезло. Повезло тем, что мог смотреть и оценивать много именно взглядом со стороны. Частично, именно это от меня и требовалось, ведь роме рисунков, положено было составлять описания. Что позволяло вести не только рабочий дневник, а собственный.
   И конечно то что под видом такового я вел не просто рабочий дневник, а начал вести Личный, пряча его - ибо таковое, в силу секретности многих исследований, являлось нарушением. Особо, в той форме как делал...
  
  
  
  
  
  
  Выезд.
  
  
   Вызов на рабочей панели Он не заметил занятый работою и потом удостоился внимания старшего лаборанта. В отсутствие рядом кого либо из ученых, он не стеснялся в выражениях. Хотя, руки не распускал. Что позволено вне лаборатории в нутрии нее и здания МИЦ, строго воспрещено.
   В раздевалке подле гаража, кроме профессора присутствовали и несколько военных. Когда Тимофей вошел, Профессор и один из них скем он в тот момент говорил обернулись.
   Если профессор явно сдержался в выражении своего недовольства, то военный, не стесняясь поморщился.
  - Это четвертый?
  - Да.
   Видимо о нем уже говорили так как военный явно не в восторге от его вида, указал одному из своих людей.
  - Переоденьте!
   Зачем и почему никто ему конечно не сказал.
   Заведующий раздевалкою, который обычно присутствовал при формировании группы выезда во внешний периметр, по указанию военного, достав из шкафа, выдал брезентовый костюм и ботинки. Размеры сотрудников допущенных для работ вне чистой зоны, были в базе данных и он лишь глянув на дисплей рабочего планшета.
   Следующим, что было необычно, машины, которые стояли приготовленными к выходу в гараже. Вместо обычных вездеходов Центра и микроавтобуса, две старых русских военных и почти новый с виду, но явно взятый у подразделений нижнего уровня УАЗ - Буханка.
   - Загружаемся!
   Военные... Собственно и они сразу бросились в глаза тем, что снаряжение их отряда, явно взято с каких-то старых складов. Такой камуфляж, называемый ЛЕС (Вудланд) теперь, встречался резко. В основном не в использовании, а в старых фильмах что показывали по сети.
  
   В Машине что им выделили было тесно так как много места занимал контейнер для больших образцов. Как и сама машина, он был какойто старый и угловатый. Впрочем, как уже Тим не раз убеждался, именно старая техника, если исправна конечно, работала лучше и стабильнее новой. Отец, техник по специальности, комментируя это, говорил - Лом одним куском сделан, а молоток из трех частей, что проще, сломать сложнее. И в чем-то, он был несомненно прав.
   Старые машины местного изготовления, латанные и перелатанные ездили и служили. Новые и импортные, ну на период начала всего, в большинстве своем, стояли и лежали на технических площадках кучами лома на запасные части.
  Новые машины из Европы, те, что использовал Центр, привозили самолетами или деталями. А тут уже собирали.
  То же касалось инженерной и бронетехники.
  
   В этот день все было как-то необычно. Вертолеты сопровождения едва они вышли за пределы внешних блок постов, отвернули в сторону и их гул стих. Колонна шла быстро словно за ними кто гнался. А затем, когда все же остановилась.
   И военные и они остались в машине. Те же кто сошел с машин сопровождения, нарезав ветки, прикрыли ими УАЗ. Профессор говоривший с конвоем по радиосвязи нервно потерев руки, обратился к двум лаборантам котоых Тим видел в лаборатории не так часто.
  - Ждем...
   Пользуясь случаем, Тим приник к стеклу. Даже здесь можно было наблюдать. Распуганная шумом машин живность, когда они встали, стала вылезать из нор и щелей куда попряталась.
   Вот показавшись из травы пробежала многоножка. За нею, показалась змея, увидев солдата раздувшись, от чего рисунок на шкуре потемнел, зашипела пугая. Это конечно небыло слышно но то как раззявила пасть с острыми белыми зубами, он видел хорошо.
   Ноги солдат, как и у них, укутывала толстая и еще армированная, полимерная пленка. Обычно, такую, выдавали для мест с сильным почвенным загрязнением. Пленка предохраняла обувь и одежду не столько от грязи, как от токсичных и бактериологических агентов. Впрочем, кое-где кислотность выделений из почвы и растений, была такова, что разъедала предметы, не хуже специально кислоты для уничтожения. Так что мешки из такой пленки, универсальное и простое средство от многого, входили в снаряжение для выходов обязательно.
   Солдат переместившись ближе, ударом ствола винтовки откинул змею и Тимофей подумал - почему они без мачте? Еще одно, что обычно входило в снаряжение, отсутствовало у тех кого видел. Конечно для поездки в Разрешенный объект такое не обязательно, но они свернули с охраняемой дороги и ушли далеко в сторону. Да еще и встали в лесу словно прячась.
  
   От мыслей о этом его отвлекло то, что на ветку которой прикрыли машину приземлился большой экземпляр летающего насекомого которого не видел ранее.
   Он было обернулся и хотел спросить профессора, но тот чтото говорил в радио и не решился. Тварь была из вида шипохвостов, как такие, называли за колючку или жало на конце брюшка. Конечно, научное название группы насекомых видов и подвидов, было иным. Но их теперь существовало столько, что всё это запомнить было просто невозможно.
   Вот и вошло в обиход то, что людям понятно. Есть шип на заду, хвосте или брюшке, которым бьет или поражает - шипохвост такой-то. Или вот многоножка... Этих всеядных тварей, причем через одну ужасно ядовитых, так же было большое количество. Впрочем и неядовитостью таких не стоило обольщаться. Жрали они и падаль, а трупный яд, ничем не лучше их собственного.
  
   Добравшись до стекла, тварь ощетинилась растопырив жвала. Но ближе не лезла. При выезде машины проходили через рамы опрыскивателей. Ещё несколько часов, большинство мелких тварей будут убегать прочь от запаха антисептика и инсектецидов. Ими же, пропитывали при обработке одежду и костюмы.
   К сожалению, твари слишком быстро этому приспосабливались и работало такое не всегда. Потому существовал целый комплекс мер борьбы и отпугивания. Например по всему периметру стояли излучатели. Звуковые и магнитные волны определенных частот работали более надежно и не требовали такого расхода химикатов. Но, опять же не на все виды и не убивали их.
   - Внимание! Нам разрешили движение!
  Профессор явно был возбужден...
  
  
  
  
  
  Зона Отчуждения
  Взгляд со стороны.
  
  Стрелец.
  (стрелок)
  
   Особо таится, не пришлось, еще не спал туман. А так как он начинал подниматься, да и вообще близ гнезда на земле опасно, Стрелец пошел верхами. Пробравшись на облюбованное для наблюдения строение. Присев на корточки, достав бинокль, гусиным шагом подкрался к краю крыши.
   Что заметят, не опасался, маскирующая накидка делала его, еще одною кучей мусора среди подобных. Главное было, не привлечь внимания передвижением. Раздвинув полы, чтобы не застили, поднес оптику к глазам.
   В густом тумане приблизившись, четче проступили очертания брошенного завода. Цеха с выбитыми окнами, какие-то металлические конструкции, брошенная техника.
   Он на месте и успел вовремя, это подтверждали и переговоры что слушал через наушник ресивера с системой авто поиска каналов, что дал Старик. Откуда у него прибор, что и ООНовцев большая редкость, разведчик не спрашивал.
  На базе было два таких. Встречался он, разве только у специальных поисковых групп. Но когда доставался захватившим, был как и те два, ни на что не годен. Для включения и работы необходим специальный код. К тому же при утере, его вырубали удаленно. И становился такой прибор красивым и бесполезным, как и прочая электроника прошлого, хламом.
  
   Среди развалин нечто мелькнуло и Стрелец, слегка плотнее сдвинул накидку перед лицом. Что это, понял по скорости передвижения, еще даже не разглядев.
  В след за дроном, на дороге к комплексу, в тумане стали проявляться, словно из него образуясь машины. Военная 'Шишига', УАЗ 'Буханка', еще какая-то...
   Презрительно скривив губы, разведчик усмехнулся про себя.
   Все верно. В МИЦ полно завезенной для них с запада техники. Новенькой словно с конвейера. У них даже броня есть. Но в такую дырень, где на раз могут жопу порвать, её и науке, и сопровождению, не дали. Потеряют - не жалко... Хотя, что Шишига, что УАЗ машины высокой проходимости - добрые. А главное в отличие от прочего импортного хлама - чинятся с помощь Мамы и кувалды. А всякие Мерседесы и японки - умирают раз и навсегда, И сложные, и деталей нет, и железо кузова, никакое - пальцем проткнуть можно... Хотя вот Ровер патрульный. Это да... Но его чтоб отжать целым, надо быть волшебником... Да и за отжатым, чем-то серьезнее оружия или какой шняги, потом устроят охоту спец отряды чистильщиков... А с этими суками бодаться... Мда...
  
  
   Что группа, за которой дали задание наблюдать будет с дроном, было понятно, но вот что выпустят аппарат который обычно берегли так скоро, оказалось неожиданностью.
  Причину, и цель их интереса и выдвижения к этому опасному месту, объяснили переговоры, участившиеся в эфире.
  
  
  Эфир 01 :
  
  Alpha One, calling Bravo Six. Over.
  Bravo Six, Alpha One, I hear you clearly and clearly. Over.
  
  Alpha One, Bravo Six. Attention. We're done working. Your quadrant has a free window for 15 minutes. Over.
  Bravo Six, Alpha One, you understand. The work was done in our window for 15 minutes. Roger.
  
  This is Bravo Six, the group. Attention. We're in business.
  Duplicate Science. The female is distracted by a window of 15 minutes. Over.
  Bravo One, Bravo Six. It is accepted. Sent Answer Positive. Over.
  
  
  
  This is Bravo Six, the group. Attention. We move forward. Began. Go Go Go. Everyone's ultimate attention. Over.
  Bravo One, Bravo Six. Wilco. It is accepted. Movement to object started. Ultimate attention. Roger.
  
  
  
  Перевод:
  
  
  Альфа Один, вызываю Браво шесть. Прием.
  Браво Шесть, Альфа Один, Слышу вас четко и ясно. Прием.
  
  Альфа Один, Браво шесть. Внимание. Мы закончили работу. В вашем квадранте свободное окно 15 минут. Прием.
  Браво Шесть, Альфа Один, Вас понял. Работа сделана у нас окно 15 минут. Конец связи.
  
  Это Браво Шесть, группе. Внимание. Мы в деле.
   Продублируйте Науке. Самка отвлечена окно 15 минут. Прием.
  Браво Один, Браво Шесть. Принято. Передано Ответ положительный. Конец связи.
  
  
  
  Это Браво Шесть, группе. Внимание. Выдвигаемся. Начали. Всем предельное внимание. Прием.
  Браво Один, Браво Шесть. Принято. Начато выдвижение к объекту. Предельное внимание. Конец связи.
  
  
  
  
  
  Эфир 02 :
  
   Браво один, Рубину. Вызываю Смирнова.
   Да. Это Смирнов. Слушаю вас...
  
  ( голос фоном ) Damned scientists, who trained them negotiate on the air?
  
  Браво Один, Рубину. Мы на месте у вас не более пяти минут на работу. Поторопитесь.
  
  (Смирнов) Спасибо. Мы успеем. Вы уверены, что она не вернется?
  
  (Браво один - сдержано) Да профессор. Уверены. Но следует поторопиться.
  
  ( голос фоном ) Damned scientists, Goddamn Bird
  Why would they want her?
  ( голос фоном ) Everybody shut up! Attention! On the drone clean!
  We scientists - Go!
  
  
   Дрон мелькал все ближе, и разведчик подумал, не сменить ли точку наблюдения. Если тот подымут, то могут всё же и его засечь. Накидка смазывала тепловой след и отражала излучения. Под слоем материи была нашита фольгированая пленка. Но так как это по словам все того же старика был - колхоз. Стоило быть аккуратнее.
   Прикинув угол обзора, и найдя дрон глазами, переместился. Лег в куче хлама нанесенного ветрами возле трубы вытяжки.
   Снова найдя мелькающую тень, прикинул куда направляется. Судя по всему, его, вернее того кто управлял интересовало разрушенное хранилище или цех с открытыми воротами. Что-то наподобие огромного бункера с заросшим деревьями входом.
   Собственно именно о нем он и подумал со Стариком, когда пришло сообщение о группе движущейся в этот район. Сам он, тут бывал. Но не часто. Место соседствовало с еще одним подобным, и там закрепилась молодая и наглая банда. Собственно за ней он и присматривал по заданию базы. Слишком уж она была организована и дерзка. Не банда, а прямо военный отряд, что резко отличало от прочих. А это место. Оно было его целью и раньше, когда искал пропавший дальний патруль. И как он мог пропасть - понял найдя вот этот толи цех толи склад. Вернее его обитателя...
  
   Туман все более спадал рассеиваясь и когда дрон вновь появился, он засек его почти сразу. Тот вполне ожидаемо теперь, завис перед входом. Становилось понятно по тому, как двигался теперь медленно - исследует пространство и проход.
   - Не ссы малыш. Ушла птичка. Увели ее для вас суки.
  
  
  В кунге шишиги было тесно от того что бойцы в полном снаряжении пытались удержаться когда он кренился на ухабах и при этом держать дорогу.
  - Вилкинс что там?
  Вилкинс тихо матеря весь свет вглядывался в экран. На экране монитора дрона периодически шли помехи. Вот ангар и через секунду после сетки помех, какое-то месиво из палок, арматуры и остовов машин. Дрон через который он осматривает все это в таком месиве железа и бетона, постоянно переключал канал ища более чистый и и приходилось ждать или давить клавишу фиксации чтобы не делал этого.
  - Пока чисто. Если не считать что это полный абздец какой свинарник. Там говна, по колено.
  - По сути!
  - Дай пару секунд! Помехи от железа
  - Все есть! Есть их долбанные яйца. Как и докладывала разведка. Аж четыре.
   Кто-то из бойцов проворчал.
  - Ну хоть в этот раз они не обосрались с информацией. Не по объекту. Не по цели.
  - Задолбали порожняк гнать.
   Старший прикрикнул.
  - Все заткнулись! Работаем!
   А сам, переговариваясь с учеными по связи, и хватаясь за что попало второй рукой, стал продвигаться от оператора дрона к двери.
  
  Разведчик когда машины выйдя из-за построек приблизились к ангару еще плотнее вжался в мусор, о не прекратил наблюдения. То как рассыпалась охрана как водили округ стволами его мало интересовало. Чтобы разглядеть его в горе мусора на крыше, надо было встать прямо перед ним в паре тройке метров. А стекла бинокля заклеенные изоляционной лентой, в которой оставлена только щелка не бликовали. Кстати тоже придумка Старика бывшего некогда военным и по слухам, еще каким крутым. Впрочем что слухи, то чему учил, говорило само за себя.
  
  Из Буханки тем временем стали выходить люди в белых комбинезонах, и масках с системой автономного дыхания. Двое подхватили поданный им большой белый кофр.
   Стрелец присвистнул и даже прошептал себе поднос.
  - А прав был Старик. Вы ребята не говно в пробирки прикатили такою кодлой собирать...
  
  
   Смирнова била легкая дрожь, но не от страха а от переполнения адреналином. Нет страх конечно был, но он ушел на второй план когда поднявшись на гнездо увидал яйца. Донесение о активной самке, фото материалы наблюдения это одно а стоять в нескольких шагах от кладки, видеть и буквально ощущать биении жизни, это совсем другое.
   Опомнившись, подогнал помощников.
   - Спускайтесь! Мне нужно активное! И аккуратнее!
   Кандидат Ферзнин в чьи обязанности входило обследование и подбор образца балансируя начал спуск. За ним, лаборанты с термо контейнером.
  Скорлупа крепка, но все равно следовало соблюдать аккуратность. Но основное было не в том. По расчетам приближалось вылупление и следовало соблюсти график температурного режима чтобы на сорвать естественность процесса.
   Сейчас, он жалел только об одном. Что дали только одну машину, да и то старую, в которой не разместить второй контейнер. Попытки убедить взять еще два в машину охраны, ни к чему не привели.
   Увы, его группе приходилось даже вот в такой малости как полевой выезд идти на поклон чиновникам МЦИ, и это при всех заверениях в оказании помощи. Заверения. Совместные исследования. Их жестко контролировали требуя, а не прося предоставлять материалы. Увы, в случае отказа и вообще могли закрыть исследовательский проект или в лучшем случае пеподчинить МИЦ в прямую. Да кое кто хотел именно этого. Хорошие условия работы, лучшее оборудование пайки, оплата. Но тогда конец хоть малой но самостоятельности, будешь делать, строго то, что приказано, и ни что иное. Да и информацией делится, еще менее чем прежде. От и до, а то еще менее. Ибо подписав контракт, подпишешь целый ворох соглашений о не разглашении и конфиденциальности, не только запрещающих говорить, но и знать то что по сути необходимо. И чем это отличается от работы лаборанта при ком-то? Да ничем!
  
   Кто-то из научной группы зажал ПТТ и хотя их радиостанции для местных переговоров, были не цифровые, не военные, а более игрушкой, Стрелец слышал о чем говорят и звуки четко и ясно. Тренированная память сразу разложила по полочкам голоса, звуки. Он будто сам, стоял рядом с ними, наблюдая за работой. Когда возня стихла и канал мигнув индикацией сменился в наушнике прозвучал голос старшего группы.
  - Это Смирнов. Объект у нас, можно возвращаться.
  Разведчик усмехнулся. Гражданские... То что вы его взяли и стоя в яме с дерьмом, радуетесь ничего не значит. Внвчале сядьте в машину, а потом дойдите до своих. Да и там, уже на самом пороге, когда вам ручкой помашут с поста, может настигнуть ответка Хозяйки... Мыши белые... Сидите за стенами и кордонами военных забывших где их родина и кто она... Как цветы в горшках. А если не польют? А если форточку зимой не закроют? Не учит вас жизнь ничему. Не учит!
  
  
  
  
  
   Зона сумерек.
  
   Боль.
  
  Ретроспектива.
  
   Запись 59-87.
   Личный дневник Тимофея Филатова.
   Младшего сотрудника лаборатории третьего уровня ?729 при МИЦ.
  
  Когда я смотрел в дуло ружья, небыло никаких воспоминаний о прошлом, переживаний. Ничего...
  Только боль и страх...
  
  
  БУФЕРНАЯ САНИТАРНАЯ ЗОНА 'МАЙК'.
  
  Взгляд изнутри.
  
   Сидение за книгами и монитором не прошло даром, но на коррекцию зрения вне очереди вечно не хватало кредитов...
  Все что рядом еще как-то в в фокусе, а вот далее... Размыто, словно в тумане... Боли почему-то нет, но никак не дотянуться до очков лежащих перед ним на дороге. Подарок отца, хорошие очки. Сейчас они едва не разбиты. Часть треснула...
  Собрав силы, преодолевая толи бессилие, толи онемение, Тимофей тянется к ним. Пальцы дрожат...
   Мысли в голове, формируются так, словно не свои, а подслушивает чужие.
  Он просился в эту экспедицию, хотя в лаборатории предупреждали, что может всякое случиться. И вот, ЭТО, случилось.
   До лежащих на дороге очков остается несколько сантиметров, когда на кисть руки наступает грязный армейский ботинок усиленный сверху поножами из рыжего меха, обмотанного грубыми кожаными ремнями.
  Тим поворачивает голову и ему прямо в лицо глядит ствол ружья. А выше возвышается размытая фигура человека. Лицо закрывает респиратор.
  - Профессия.
  В горде ком и мысли вязкие как слюна во рту - Ну, вот и всё. Врать бесполезно, да и не угадаешь, кто им вообще нужен. Пусть все это быстро закончиться. Выстрел в голову это, ведь как выдернуть штепсель из розетки. Просто погаснет свет и...
  - Профессия!
  - Художник.
  Тим зажмуривает глаза в ожидании выстрела в лицо. Но выстрела не происходит.
  - Покажи.
  Тим открывает один глаз. Ствол ружья все так же смотрит в лицо.
  - Что показать?
  - Свои рисунки... Художник....
  Приподнявшись на локте, откуда только взялись силы, потянув молнию, достает из-за пазухи малый альбом для зарисовок и протягивает его человеку в респираторе.
   Пока тот рассматривает рисунки, осторожно , стараясь не делать резких движений дотягивается до своих очков и надевает их.
  
  По дороге бродят одетые кто во что люди. Нет. Бандиты. Они, добивают стреляя раненных, обыскивают лежащие на дороге трупы. Из расстрелянной 'Буханки' вытаскивают ящики с оборудованием и снаряжением, забирают оружие у убитых военных, снимают с них обувь и подсумки.
  Тим переводит взгляд на боевика стоящего над ним. Потом на ствол ружья все так же нацеленный ему в лицо.
  
  
  
  
   Зона сумерек.
  
   Нарыв.
  
  Ретроспектива.
  
   Запись 59-92.
   Личный дневник Тимофея Филатова.
   Младшего сотрудника лаборатории третьего уровня ?729 при МИЦ.
  
  - Все пройдет. И это, тоже...
  Забавная присказка у старика Змея...
  
  Тимофей, моя тарелки в ржавой бочке, поливал вымытые из старого чайника.
   Он изменился. Но не тем что из-под старой вязаной шапочки, натянутой до бровей, свисают давно не мытые, засаленные, отросшие до плеч волосы. Не тем что, поверх каких-то непонятных обносков кинутых ему, бесформенное рубище подпоясанное пеньковой веревкою. Внутри. Внутри поселилась боль безысходности и отрешенность.
   Не отрываясь от работы, он смотрит на собравшихся возле костра вооруженных людей, прислушивается.
   Бородатые, с продубленными лицами, такими, какие бывают у альпинистов или геологов, одетые в какоето невообразимое смешение поношенной и не очень гражданской и военной одежды. Но...
  Все хорошо подогнано. У тех кто одет для смены часовых, усиленно самодельными наплечами, поножами и нагрудниками из всего, что можно найти. Собравшиеся у костра беседуют, кто-то травит анекдоты, порою ему совсем не понятные смыслом.
  В стороне еще группа, там кто-то перебирает струны на старенькой гитаре. Искры от костра и клубы дыма летят в пролом в крыше барака.
  
   Их называют 'вырожденцами', 'мародерами', 'бандитами'. Сами себя они, чаще всего называют 'суры'. Это не от Суровости, 'Сурвайвер', на английском, означает 'сохранивший работоспособность'. Все они официально объявлены вне закона и подлежат 'утилизации'. 'Утилизацией' власти называют официальную программу уничтожения и переработки всех видов биологических форм жизни пред-ставляющих опасность для человека. Внутри войск биологической защиты выделены для этого специальные подразделения. И в них, есть отряды, занимающиеся исключительно охотой на сурвайверов. Они зло. Нападают на конвои, ученых, разрешенные поселения и дальние посты. Вот посему основная задача таких, обнаружение и уничтожение незаконных поселений, схронов, опорных пунктов и самих сурвайверов в 'санитарных буферных зонах'.
   Всего таких зон, двенадцать. По количеству 'Очищенных регионов'. Каждая, имеет соответствующий региону, код - 'Альфа', 'Браво' и далее. По латинскому алфавиту.
   'Буферная зона', прокладка между миром людей, и миром что изменился. За буферной зоной, территории, где биологическая активность настолько высока и опасна, что не пригодна для жизни людей.
  
   Развалины лесопилки на островке посреди метановых болот в восточном секторе буферной зоны 'Майк', пристанище банды суров - 'Когти'. Их командир, 'Шрам', из бывших 'утилизаторов'. Это они, уничтожив экспедицию профессора Смирнова и охрану, взяли его в плен.
  Шрам, являясь кадровым, военным и профессионалом, из шайки одичавших бродяг, создал крепкий отряд. По образу и подобию тех, которыми некогда командовал. И теперь с этой бандой считаются, она имеет авторитет среди других банд и группировок.
   Вообще то порою, оглядываясь вокруг, слушая о 'неразрешенных поселениях', приходит мысль, что у них, не столь уж простая как о том говорят, война с Чистою Зоной. Бандиты...
  
  Есть и еще местные жители, но те, живут где-то не здесь. Иногда забредает Шаман. Странный мужик. Не из местных толи откуда-то с востока толи черт его знает. С ним многие если не водят дружбу то говорят с аккуратностью и уважением. Он много чего обо всем знает и особенно о Зоне. Много где бывал и чего видел. Еще он как утверждают фантастический ножевик. Сам тоне видел, но среди людей, ходят рассказы как он за секунды распустил на ремни ножами шестерых и не вспотел. И по тому, как слышал это от разных людей, и не перевранным, рассказ не байка из многочисленных, что тут любят травить на развлечение.
  Ну и конечно то, что прозвище его точно уж отражает некую его странность. Поговаривают что при всей своей видимой обыденности и не человек он вовсе. Изменения и прочие гадости его не берут, ходит один и не черта лысого ни кого живого не боится. Да и колдун он тоже походу. Сам видел, как достав из-под своего плаща мешок какойто дряни причем кажется еще и живой, без всяких аптечек, пинцетов и ланцетов сломанную ногу человеку срастил за минуты. Но то редкость, не любит он здешнего брата. И хотя вроде как и не особо замкнут, но говорит не со всяким, а уж помогает и подавно не каждому.
   Еще из местных или близких есть Картограф, Доктор, которого как в старых книгах, кличут иногда Болотным, Джин, Хмура, Лесник... Но о этих только слышал рассказы. Тут они редкие гости. А если и объявляются, общаются судя по тем же рассказам только с Барыгой и куда реже со Шрамом.
  
  А здесь, все крутится вокруг кухни и командира...
   Угол, оборудованный под комнату командира банды, Шрама, резко отличается от прочих. Отделенная от других куском брезента 'комната'. Кровать сложенная из зеленых патронных ящиков. На ней матрас аккуратно забранное военное одеяло. Впечатление такое, что это мемориал и он никогда на нее не ложится.
  Сам шрам, сухой и жилистый мужчина, с военной выправкой. Глубокий шрамом на левой щеке. Обычно, скрестив руки на груди стоит возле стола и смотрит. А он, Тим, рисует на кусках выцветшего до бела брезента карты местности.
   Над столом в его комнате есть большая карта. На которой видно место с обозначением 'КОРДОН' и прилегающие к нему участки местности - болота леса, урочища и пустоши.
  Наверное, для этого Шраму и нужен был художник. Хотя с такой работой справился бы любой, кто умеет держать в руке карандаш. Видимо в его отряде таких, не нашлось. А может быть и не только для этого.
  Что на уме у Шрама? Кто ж его знает...
  
  
  
  
  
   Зона сумерек.
  
   Шрам.
   Воспоминания.
  
  Ретроспектива.
  
  Шрам много ранее 'Чистой Зоны'...
  
  
   В голове гудело как колокол и 'звона', добавляли гулкие удары пульса отдающиеся болью в висках. Перед глазами, которые с трудом разлепил, так были тяжелы веки, дымил помятый капот уазика.
  Сердце резануло болью, и он, закрыл глаза плача и заходясь в беззвучном крике. Но длилось это, не долго... Ибо стоило закрыть глаза, перед ними, встала картина увиденного за мгновение до удара...
  
   Всё началось как обычно, как уже не раз, не два и даже не сотню раз... А почитай по сотне раз на день и кстати ночь. Ибо на блок посту, куда их кинули, усилив этим сдерживающих напор, все прибывающих и прибывающих беженцев мотопехотинцев, после попытки прорыва понесены большие потери.
   Путь к этому посту был совсем не лёгок. Три недели, поднятая по тревоге после объявления Чрезвычайных Мер, рота разведчиков Капитана Шекелева, металась по району. То помогая поддерживать порядок, то уничтожая разом, словно по команде, вылезжшие из тени, банды. А с ними, не менее а даже куда более жестоких, сбивавшихся в стаи мародеров. Не отставали от них и так называемые выживальщики. Это не говоря о понявших ранее других чем всё может кончится полицейских. И ладно бы они сбившись где-то и захватив выгодное место, собрав свои семьи строили некий анклав. Начинали они, все с того же разбоя, да еще захватывая рабов. Ибо если среди бандитов еще были те, кто в колониях приучен работать, среди этих таковых небыло. Как там по классике - Дали пистолет, крутись как хочешь...?
   С вводом войск массово, легче не стало, так и не вернувшись в казарму их перебросили на сопровождение колон беженцев и эвакуируемых в фильтрационные лагеря. И тут все вновь повторилось, только с еще большей жестокостью, вызываемою как беззащитностью бегущих, так и осознанием бандитами того, того что ни армии, ни иных структур, на защиту всех и вся не хватает... А еще и сами люди, повсеместно, быстрее чем настигал вирус, 'теряли человеческое лицо'...
  Три недели... Три долбанные больше чем вся жизнь своею тяжестью, переполненные кровью и дерьмом недели!
  
   Часть отряда еще в первые полторы, была потеряна не только в перестрелках и от ранений. Бойцы, просто исчезали. И то что первыми пропали сразу несколько тех, у кого большие семьи, подсказывало произошедшее.
  Винить их, обвинять в дезертирстве... Глядя на происходящее вокруг было... Да блин невозможно. У него сердце и без того рвалось при мысли о жене и двух дочках оставленных в военном городке.
  Потому, когда такое повторилось, построив отряд, приказал выйти из строя тем из оставшихся семейных кто был на грани.
   Указав на подобранный на брошенном блок посту старый БТР и так же приблудный Урал, приказал взять по максимуму патронов, горючего и возвращаться. Как предлог, к такому, они должны были взять раненых, которых никто уже не принимал и собранные по требованию командования сведения. Перегруженная радиосвязь работала с постоянными перебоями, а сеть легла еще в первую неделю...
  Задача им была поставлена простая. Вернуться, собрать семьи и прикрываясь его приказом о получении подкреплений и связи, обеспечить безопасность семей... Причем, вплоть до дезертирства вместе с техникой. Правда последнее, не объявлял перед строем. Лишь старшине Еремченко, контрактнику и как он, ветерану еще Афгана, назначенного старшим над группой.
  Связь с группой была потеряна на второй день. Больше он о них, не слышал. Как и небыло сведений их части. Везде следовал стандартный ответ.
  - Связи нет и потому, временно подчиняетесь...
   И они вновь скрипя зубами - подчинялись. Подчинялись и подчинялись...
  
   Бунт заставивший его сорваться с места, бросив все - была попытка, лично а не по связи, выбить у командира стоявшего неподалеку инженерного подразделения, ногами, руками, да хоть зубами, помощи...
   Мятеж, бунт, можно называть, как хочешь, кинувший на заграждения, под пули солдат волну из тысяч людей, как он понял, был вовсе не стихийным. Перед этим в лагерь прибыл достаточно большой обоз. И что разом привлекло внимание, до странного, при происходящем вокруг, организованный. У них было охранение, пусть вооружённое кто чем, но сразу понятно, что из умевших держать оружие. Они не давали подходить, и вставшие на указанное место, так и остались стоять особняком.
  К тому времени, разоружать гражданских, все боле и более злых на всё и всех, и что понятно враждебно настроенных, уже никто не пытался. Да и попытайся, небыло у них сил. Их хватало лишь с трудом держать периметр и прикрывать медиков на КПП и в карантине.
  Потому, когда увидел, что позади обезумевшей толпы концентрируются недавно прибывшие. Разночтений в том, что произойдет далее не у него, не у командира пехотинцев небыло. Доложив в штаб о происходящем. И о том, что этот бунт и попытку прорыва, им уже не остановить, прыгнув в машину, помчался за помощью. Пара тяжелых машин, да хоть мать его БАТ, и взвод из охраны, могли переломить происходящее. И пусть не на всегда, а до подхода столько раз обещанных подкреплений остановить толпу...
  
  Последнее, что помнил капитан как ударив по тормозам обернулся заслышав столь знакомый еще по Афгану гул и шипилявое завывание. Открыть дверцу он не успел первые ракетные снаряды, исчертившие небо серо белыми хвостами выхлопа - ударили в землю.
   За секунду до того, как машину словно щепку кинул в кювет кулак ударной волны, он словно в замедленном кино наблюдал как волна и клубы огня накрывают пространство, как тогда показалось, от края до края горизонта... А может, так оно и было. Не суть.
   На его глазах, в щепы и прах, разом обратился и Блок пост, и составленная из блоков и теми самыми инженерами к которым ехал стена, и вал надо рвом вырытом БАТами... Всё-все. Что уж там говорить о тысячах людей перед стеною и далее на дороге, возле... Лагерь, давно не вмещал всех прибывающих.
  И конечно горели обращаясь в пепел его люди, с которыми не раз прошел все круги ада, солдатики, молодого теперь уже навеки, старшего лейтенанта Выбегало. Горел сам воздух, а под ним, когда нечему уже сгорать - плавилась земля...
  
   С трудом выбравшись из побитой машины, не обращая внимание на рассечённую стеклом щёку, он стоял глядя на выжженную, тянущуюся далеко вдаль пустыню тающуюся в мареве горячего от еще местами до красна раскаленной земли воздуха... Расстилавшуюся там, где некогда был блок пост.
  
   Еще более ледяного холода его глазам, добавила брошенная в очевидной спешке, стоянка инженерного подразделения. - Эти суки...
   Впрочем, слова, тут были бесполезны. Да. ОНИ - Знали. А и ему... Лгали. Спешно эвакуируясь перед нанесением удара...
  
  
  
  
  
  
  
   Шрам.
  
  Ретроспектива.
  
  Шрам - Банда...
  
  
   Удар и машина, пробитая попавшей в нее гранатой РПГ взорвавшейся внутри, едва не опрокинулась на них. Пейжер, как по старинке обзывали радистов при командире, закатывая глаза сполз на дно канавы или ямы, в которую спрыгнули из машины, когда начался обстрел.
   - Лидер желтых! Вы спите?! Гранатометчик прямо перед вами! Заткните его, наконец!
  Переключившись на другой канал, Шекелев едва не сорвал с головы гарнитуру, так резанул ухо высокий и громкий тональный сигнал. Оглянувшись на убитого радиста, короткой очередью разбил радиостанцию.
   - Росмах! Дай дымы и броском через улицу! Выбей оттуда этих тварей!
   Времени на соблюдение правил радио обмена небыло. Едва они начали зачистку, из подвалов домов вокруг, как крысы из трюмов тонущего корабля, повылезли бандиты. Суры, как они себя называли. А разведка... В дупу такую разведку!
  - Желтые?! Желтые?! Вазелиц?!
   Канал передавал статику и молчал и капитан видя что Росмах из Зеленой группы дал дымы, свистком обозначив внимание, махнул своей группе, в сторону дома стоящего рядом. А затем знаками обозначил что требует.
   Его бойцы, знали что делать, и только ждали этой команды. Разом хлопнуло несколько гранатометов и в помещениях откуда стреляли, послышались хлопки, а за ними вопли. Это все киношное вранье что 40 миллиметровая граната бахает как снаряд. Наиболее используемая, осколочная, осыпает врага тучей разорванной на фрагменты каленой проволоки. Но от лирики к делу. Вслед за гранатами, и его бойцы, кинув, у кого были дымовые гранаты, бросились к зданию. Умирать посреди дороги под перекрестным огнем, никто не хотел.
   Этот рывок, к зданию, еще до того как выбив двери и через окна вломились на первый этаж, стоил Шекелеву, нескольких хороших бойцов...
  
   Капитан Шекелев один из немногих, кто не только выжил в день 'зачистки' в санированных квадратах, мог бы считаться баловнем судьбы. Он не только выжил, но и сумел пробиться к первому блок посту 'чистой зоны'. Не важно что именно тогда вело его к нему. Месть и злоба, или просто желание выжить. Он добрался. А добравшись, силою обстоятельств или судьбы, вновь попал в ситуацию когда пришлось делать выбор между долгом, и желаниями и стремлением. Внешний периметр атаковали зажатые огнем сзади звери и вырвавшиеся из зон карантина уцелевшие. Результатом, стал почти год непрерывной борьбы за жизнь и почти столько же времени, проведенного в госпитале.
   Он ненавидел тех кому служил, но ничего иного кроме военной службы не знал. И в новом мире и порядке, не сойти с ума и не опуститься, можно было лишь продолжая делать то, что умел лучше всего...
   Шли годы, отряд сменял отряд, а его боль, но только на время, притупляла лишь работа. Последней, стала служба в отряде чистильщиков, ибо когда все более менее стабилизировалось, только каратели и уничтожители были постоянно в деле вне периметров. А где как не в них, место, для отморозков, и столь неудобных, хотя и результативных офицеров, как он?
  Но...
   Все рано или поздно кончается...
  
   Зачистив здание, его группа заняла оборону. От десятка людей личной команды, к тому времени, осталось четверо. Пока шел бой за здание, каналы, занятые другими группами, один за другим затухали. К моменту когда закончили, стрельба вокруг почти стихла. Посреди улицы дымили и горели разбитые машины. Между ними, в перемежку тела бойцов отряда и суров. Откуда они там, взялись, уже не важно, хотя наводило на весьма плохие мысли.
   Выглянув в окно, Капитан вызвал соседнее здание.
  - Росмах?
  - Слушаю командир.
  - Что у тебя?
  - А у меня всё... Один я. А у вас?
  - Четверо. Со мною.
   В тишине в радио было ясно слышно как лейтенант сплюнул.
  - Ну. Значит и вам... Всё...
   Шекелев нахмурился.
  - Росмах?
  - Видите, трупняки у машин? Так вот, это те кто добил синюю группу и рванул сюда. Вот только не все они там лежат. Часть в моем здании. Часть у вас...
   Капитан откинув голову, так что шлем ударился об стену беззвучно выматерился.
  - Они просто не знают сколько нас осталось, а то уже бы лезли...
   Словно подслушав их разговор, Суры начали. Разом и на лестничной площадке в доме, где был капитан и в доме напротив, рванули гранаты. Раздался рев и стрельба.
  Вместе с клубами пыли спиною назад, с лестничной площадки в коридор толи упал толи отпрыгнул его боец. А следом рванула граната.
   Еще один что стоял далее по коридору открыл огонь. Подскочив и помогая встать упавшему, Шекелев едва не попал под очередь снизу.
   Лож, что они вырезали банды и мутантов как коса крапиву. Для такого сошли бы и обычные войсковые отряды. Их посылали туда где было опасно, а среди бандитов умевшие воевать. А за столько лет борьбы с природой, ими и себе подобными, таких было немало. Вот и эти. К тому же так как собрали оружие и патроны с трупов, пуль и гранат не жалели...
   Их осталось трое, когда штурмовавшие прорвались сразу с обоих лестниц. Зажатые меж двух огней отошли, вернее были вытеснены в какой-то зал.
   Броня избитая попаданиями уже не держала и когда Суры вновь атаковали, в нем схлестнулись в упор уже вдвоем. Бандитов, осталось не так уж и много. Вот только не у него не у его бойца не осталось патрон даже для пистолета...
  И когда дошло до рукопашной. Если только пару ударов ножом и чем придется, пока клинок не выбили, до того как навалились толпою, можно вообще назвать боем.
   - Стоять! Назад!
   Басовитый рев гиганта в более-менее приличных лохмотьях, остановил расправу. Подойдя и растолкав собравшихся вокруг них, он осмотрел обоих, но внимание, уделил только капитану.
  - Так вот ты какой... Резак...
   Шекелев, сплюнув кровь забившую рот, хотел сказать этому уроду, каков, да и кто он, но его заслонил один из бандитов.
  - Бурый. Он наш.
  - С чего бы?
  - Да с того! Где ты был, со своими, когда мы на пули лезли? А? Он когда брали, завалил на ножах Злого. По праву он наш! И за Злого, перед нами отвечать!
   То, что вокруг стали подниматься стволы, показало, что говорившего поддержат.
  В нависшей тишине было четко слышно как бугай сплюнул А затем скрип удаляющихся шагов.
  - Забираем!
   Капитан так и не разглядел, кто был его заступник, на голову накинули что-то вонючее и повалив стали вязать.
  
   Забавно... Суры, называли это - клетка. Впрочем не многие из них наверное знали слово - зиндан, а кто знал поди и не догадывались что это. Впрочем, кое-кто видно знал. Но обо всем - по порядку.
   Первый раз, это и правда был как некогда называли - обезьянник. Конура с решеткой вместо стены. Вдосталь по издевавшись, его кинули в неё и стали решать что делать. То что не убили сразу, объяснил тот самый Сур что не отдал его главарю другой банды.
  Сменившего убитого им Злого, Сычь, был не столь глуп, как могло показаться. После пары тройки дней побоев, так как терял сознание определить точно было трудно, он придя, ко времени когда начиналось такое веселье один, сел перед клетью.
  - Ты крепкий и злой. Умеешь держать удар и боль в себе. Но. Это мало поможет... Ломаются, все. Рано или поздно.
  Усмехнувшись, бандит покрутил в руках кружку, с которой и подошел от стола.
  - Ну... Или башкою едут...
  Сплюнув, он поглядел куда-то в сторону.
  - В общем так...
   Мысль его, была проста. Он, Шекелев, прозванный среди них - Резак, за жестокость и то как, успешно их резал, учит бандитов воевать. Они, прекращают бить и издеваться. Выучит хорошо - быстрая смерть или место в банде. Хотя против последнего достаточно многие.
   Чтобы ему лучше думалось над предложением, бить, стали еще злее и дольше. Но... А это, отметил сразу, как и до того, не калечили. И кстати то что били так умело подсказало, что в банде есть знающие, как это делать. А это как минимум занимавшиеся боевым искусством или служившие там где такому учат. Боб, прихвостень Сыча, так точно из военных. Как говорится, погоны, кое на ком видны даже в бане...
  
  Держаться на допросах и при поимке капитана учили еще задолго до Дня-Х, были такие специальные курсы. Не для всех, но были. И кстати Сыч, был абсолютно прав, битьем, голодом и недосыпом, можно было сломать любого, если конечно тот, раньше не свихнется. Вот только чтобы грамотно, надо было быть еще и психологом. Уметь. А бандиты, умели только бить больно ну и издеваться.
   Сколько мог он держался. Вначале на умении. Когда оголодал окончательно на злости и воспоминаниях о погибших друзьях, сослуживцах и семье. Что семья погибла, он давно не сомневался. О месте где она осталась о тех кого послал небыло никаких известий. И даже при его возможностях, не смог получить еще возможную тогда спутниковую съемку...
   Еще злости, добавляло то, что его отряд, не раз направляли на поиск или спасение, попавших в засаду. Был строго определенный номинал действий и поиска. И так как он, успел доложить о засаде и подать соответствующий запрос, уже в середине боя, им должны были выслать подкрепление и воздушную поддержку. Но... Хотя получил подтверждение приема и заверения, что такое сделано. Не того, не другого не было. Связь хоть и ближняя, исправно работала до конца.
   Разгром одного из самых результативных отрядов, просто не могли вот так просто оставить. Но как теперь понимал - не только оставили. Похоже, что и разведка, вовсе не ошиблась чуть ли не в трое занизив количество противника и неверно указав его расположение. Их, принесли в жертву - намеренно. В это хотя и отрицал, всё более верилось.
  И к тому же, с тепловизорами и иными средствами, что имел в арсенале отдел 'чистильщиков', составить картину боя и по ДНА, понять, что кто-то взят в плен, так же не составило бы труда. Тем более, что Суры, обычно показательно, прямо на месте казнили схваченных. Вывод - его, хотя и должны и обязаны, ведь знал он не мало, не искали...
  
   Сбежать удалось довольно просто. Хотя конечно не без проблем. Последнее относилось к тому, что после побоев и голода, сильно ослаб. Потому, когда за ним послали погоню, это был не бег с отрывом, а игра в прятки, и на терпение. Именно из-за того, что не ушел далеко сразу, его и поймали. Вернее сказать, из-за слабости, но совсем иной чем телесная...
  
   Шел четвертый день игры в казаки разбойники с бандитами. При его подготовке, выживать по сути голым в лесу было не такой уж проблемой. Суры уже и правда поверили, что он оторвался от них, и по сути, можно было уйти. Хотя конечно, то, что пришлось есть на болоте и в лесу, и уж конечно что пил, здоровья и сил не прибавило. А один день и вообще лежал исходя рвотой и поносом, ибо отравился тем, что раньше было вполне съедобно.
   Именно в этот день под вечер его внимание привлекли вопли и крики которых давно не слышал в этих краях. И по началу, подумал, что мерещится после отравления. Кричала женщина и не просто вопила, а явно отбиваясь от насильников. Уж такое он и видал и слыхал не раз.
   В иное время может он и воспользовался этим к своему благу или ушел далее. Но именно тогда перед внутренним взором встало воспоминание о жене и детях, а еще...
   В общем, в нем с такою силою проснулась было притухшая да задушенная злоба и ярость, что шея первого бандита с хрустом треснула, а голова повернулась назад. Второй из тех, кто должны были охранять, пока другие развлекаются, засмотревшийся на происходящее, умер так же быстро, захрипев и забулькав разорванным горлом.
   Как на зло, автомат подхваченный им из рук умиравшего, оказался не только на предохранителе но и не перезаряжен. И на щелчок предохранителя, обернулся еще один. Времени передернуть затвор не оставалось и капитан, использовал оружие как дубину. Обернувшегося, ударом снизу вверх под челюсть, унесло в кусты спиной. То, что он не боец, при таком, можно было не сомневаться. А скорее и не жилец тоже. А вот далее...
   Увы только в крутом кино, герой в рукопашной может разом забороть да хоть толпу. В жизни, все прозаичнее, жестче и больнее...
   Он успел еще от души вломить в пах мостящемуся на бабу, и даже достал еще одного, когда скорее ощутил, чем почувствовал или засек, движение с боку. А вот скорости и сил уклониться, развернуться или поставить блок, уже не было. И наступила тьма...
  
   Ах да... Что касается Зиндана... Зиндан это вообще-то подземная тюрьма. А в самой-самой классике - яма в земле. И вот из такой, сбежать, удавалось весьма немногим. А избитым и голодным и подавно.
   Были правда и небольшие бонусы.
  Во первых, как не злы были бандиты за то, что еще троих кончил, да не дал повеселиться, били меньше. Ну тут наверно сказывалось и то, что таскать к яме лестницу, сколоченную и связанную черти из чего, а от того тяжеленную, желающих было мало.
  А второй бонус, что в яме, сидела как есть та самая баба. И при ближайшем рассмотрении, если откинуть грязь и вонь, молоденькая и симпатичная. Почему бонус? Да потому что хоть какое- то, а украшение ямы, в которой даже нет срального места. Его, он сам выкопал, чтобы хоть как-то 'обустроить' быт. Потому - как говорится мелочь - а приятно.
   Кто она и откуда, гадать не приходилось. Остатки кожаной одежды, которую ей располосовали сдирая, а были они что-то вроде комбинезона, да на голое тело, говорили сами за себя.
  
   Вначале, девка дичилась и больше сидела сжавшись, лицом к стене. Но видя, что он не пристает и даже уделяет куски из того что кидают получше, как-то оттаяла. Вообще, капитан не очень понял начерта её к нему сунули. Объяснение, 'пришло' позже.
   Сычь, смекнув, что будет в банде оставь он ее на верху. Ведь 'охотнички' поймавшие разведчицу Диких, а были он из лучших, едва не передрались из-за того, кто ее трахать первым будет. На чем собственно и погорели. И до поры, пока наведет порядок, ибо шум из-за неё был больше, чем из-за побега и смерти троих охотников, посадил с капитаном.
  Была у него и мысль, что как не жалко, а продать её, куда более будет правильным, чем оставить себе или в банде, при таком раскладе. На его памяти ссор и драк из-за бабы, а были они редкостью после мора, многие не пережили. А отдай её в общаг, как того хочет большинство - хоть молода да крепка, затрахают без толку.
   То насколько Сыч был прав, подтвердил второй побег капитана... И помогла в нём, именно кое у кого чесотка меж ног, нестерпимая от близости такого сладкого развлечения...
  
   Сам Шекелев, вспоминал это не без удовольствия. Ибо когда они добрались до леса, в банде прибавилось охочих до баб - мертвецов... Обоих он придушил, с особым цинизмом и удовольствием. А вот часового, уработала девка, притом так ловко, что и его, видавшего 'виды', удивила.
   Еще, капитан понял, почему их группы всегда с таким трудом обнаруживали и ловили Диких. Айма, как звали девочку, была этому измененному мутациями лесу - своя. То как она шла, словно плывя сквозь него, как кралась и затаивалась...
  Первое что напомнила ему по ассоциации, красавица - дикую кошку, пантеру. В одной из командировок, он видал в природе такую. Сильная, грациозная и такая же себе на уме и опасная. Впрочем, как она не шипела на него, сверкая глазами и обзывая 'старым человеком', особенно когда сказал как сбежать могут - а помогла, сделав все, как велел. И задом покрутила перед бандитами и прикинулась, потаскушкой, за жрачку готовой отдаться. Да и потом... Ведь, не ушла сразу, как вышли к лесу. Помогала, учила еду искать хорошую. И не только в благодарность за двойное спасение.
  Ощущал что и по некоей иной причине. Например, когда нашли в лесу озерцо малое и пошла купаться. Ведь точно могла учуять или знать, что проснулся, когда это делала. И купаясь так в воду вошла, что видел её... А могла бы и укрыться. Правее, места где мылась, кусты были, куда более густые...
  
   То, что их догнали и перехватили, была не его вина и не девочки. Виною тому стал устроенный кем-то пожар. Впрочем, такое случалось и без людей хоть и не часто. Как такое и бывает в жизни, он, выгнал их на прогалину, на которой спасались и преследователи. И если Айма, не столь растерявшая силы, и которую не заметили сразу, еще могла уйти, то ему вряд ли бы удалось обогнать пулю. Потому давая ей эту возможность, прикрикнув, чтобы у ползла в сторону и скрылась, пошел на бандитов.
   Тех было не так много, и они бы точно его пристрелили, кинувшись искать бабу, о чем и заголосили увидев. Но с ними оказался Сычь, и его слова, что согласен на его предложение, поменяли ситуацию.
   Торгуясь с Сычем за условия на которых будет делать ему желаемое, капитан дал Айма, достаточно времени чтобы уйти. И на тот момент вовсе не жалел о таком. Ибо ощутил, что эта пара дней в лесу с нею, разбудила в душе нечто особенное. Давным-давно забытое. Если не былую человечность, то надежду, что когда настанет его час лечь в землю, будет на душе, хоть одно доброе дело, как лучик теплого весеннего солнца, среди смрада и мрака, которым покрывале её прошлое, со времени после Сонациии...
  
  Конечно в начале ему не доверяли. Держали в клетке. Но прошло время, выпустили, хоть и приглядывали. А итог, стал неожиданным для Сыча и части его прихвостней. После первых успехов, жесткий к бандитам, но в серьез решивший сделать из этого стада - воинов, появился Шрам... И когда все больше и больше в банде, стали называть его - командир, На его вопль, что прибьет того, кто еще так скажет и не станет его слушать - ответил Шрам:
   - Ты хотел, чтобы я учил людей? Я - научил. А теперь, твоя очередь учится. Я для них- командир. И двух, быть не может. А не нравится, мы тебя не держим...
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Нарыв и надрыв.
  
   Запись 59-94.
   Личный дневник Тимофея Филатова.
   Младшего сотрудника лаборатории третьего уровня ?729 при МИЦ.
  
  - Рано или поздно что-то произойдет. В последние дни все как-то, вроде как обычно но во всех ощущается напряжение и ожидание чего-то...
  К счастью, сьросить это напряжение удавалось рисуя... Давали рисовать не только карту. Когда не заставляли что-то делать, рисовал их жизнь, и многим это нравилось. Еще делал татуировки, украшал и быт... Например украсил по просьбе кашевара, стену в 'столовой'.
  Рисунки на стене, сценки из жизни зоны в стиле наскальных рисунков эпохи неолита. Только вместо мамонтов и людей с копьями фигурки людей с автоматами и какие то странные животные больше похожие на фантастических тварей с длинными когтями ,трехрогие, с чешуей вместо шерсти. Сцены охоты и войны всем понравились. И после, были и личные заказы. Все мы люди. А женщин почти нет. Они, особо чувствительны к вирусу. А тех кого тот не убил, лучше бы я не видел...
  
  
  
  
  
  
   Зона сумерек.
  
  Смена...
  
  Кордон.
  
   Утро. Туман.
   Здесь в зоне, пока он не рассеется, это время тревоги и напряжения. Никто не знает, кто или что из него выйдет, потому на фоне видимого спокойствия ощущается натянутая нервозность. Эдакий, затянувшийся час быка. Все ждут... А время тянется и тянется, отсчитываемое как метрономом, каплями конденсата скатывающимися с крыши и падающими вниз...
  
  Вроде всё как всегда. От костра и от кабельной катушки, где ожидали и готовились проверяя оружие, встают и клацая заряжаемым оружием и подправляя или проверяя, не забыл ли кто чего из снаряжения, бандиты тянутся на посты.
   По стихающим и несколько более резким фразам, ясно, что такое, не самое любимое их занятие. И они, предпочли бы остаться здесь, в тепле и относительной безопасности.
   От постов, где их сменяют ушедшие, к кухне и столу начинают подтягиваться сменившиеся.
   Первым появляется и садится недалеко от оставшегося после того, как погнал на посты засидевшихся, Штырь. Придвинув миску с недоеденным, вяло в ней ковыряя, о чем-то думает.
  Штырь, вроде как заместитель Шрама, командира. Штырь, кличка не блатная. Скорее отражает его реноме. Стержень, но заостренный. Кто был, откуда, неизвестно. Среднего роста, крепкий, подтянутый и аккуратный.
  Не любит выпячивать свою значимость, но и не дает на себя присесть. Потому, как держится, двигается, говорит, не военный, но бывалый и опасный. В общении, спокойный, твердый и уверенный. Обычно, где-то неподалеку от командира, или молча наблюдает. Эдакий 'серый кардинал'. При нем, точно есть пара-тройка подручных. Но они редко рядом, лишь когда подзывает. Обычно смешиваются среди людей.
  И пусть они вроде как не пара, что тут по сути нормально, но и обратное не скажешь. Стоит проявиться опасности,
  вокруг Шрама, разом, твердый круг из Штыря, Витта, Чалого и еще пары людей. В рот они ему не смотрят, как говорится, но крепко его сторону держат. И хотя по сути, тут каждый за себя, пойди драка наворотами, как говорит Змей о сильных драках, точно поддержат, не переметнутся.
  
  Среди просто тут кантующихся и явного сброда, я бы выделил еще одну группу стоящую особняком.
  Первый это Кореец.
   Резко выделяющийся из всей той братвы тип. Кличка или прозвище Кореец не с проста, что и видно по нему сразу - он и правда кореец...
  Среднего роста, 'сухой'. Старя выцветшая горка, автомат и гитара. И он сразу заметен тем как выглядит и держится.
  Усталый равнодушный взгляд, но цепкий, настороженный, прицеливающийся, особо если потревожили.
  В общении более 'молчун', смотрит слушает. Обычно держится в стороне, где-то возле костра сидя со своей гитарой. Более любит одиночество но когда подходят не гонит и даже поет и играет на заказ. По поведению и из бывших военных. Возможно, а может и правда, как поговаривают - спецуры. И что понятно, Кореец бец из бывалых и умелых.
   Подле него или с ним, обычно еще двое 'не русских' - Хан и Чукча.
   Хан, по лицу некто с востока. Кто он и что неизвестно как и про большинство тут.
   Невысокий но и не мелкий, 'сухой'. В одежде элементы чего-то восточного стиля. Держится стороной. Как и сказал, обычно подле Корейца.
  Равнодушный, но цепкий взгляд у любого отбивает охоту задирать. При похожести на опасность, разом прибражается и становится ясно что тот еще битый волчара. Не общителен, как говорится - молчун, более смотрит, слушает.
  Кстати если всё ж задирают - вспыльчив. Хватается за нож или ствол. В общем с такими не спроста не связываются.
  Со всем этим по поведению возможно, а может и правда - басмач или душман из афгана или рядом.
   Что же касается Чукчи по ходу н и есть толи Чукча толи кто из северных народов. Вот что мы про них знаем- да ни хрена. Потому и Чукча. По узкоглазому лицу и тому как выглядит вообще, сразу понятно что не узбек, а кто-то 'из-за урала'. А чукча он там или кто еще - бог весть.
  И хотя мелкий и весь какой-то компактный, по тому как в одежде элементы домашнего и охотничьего. А завершает натюрморт потертая трехлинейка... Понятно что он ееще и снайпер. Да и взгляд этот его... Внимательный цепкий, вечно настороженный. Словно выискивает цель а то и уже прицеливающийся в тебя.
  Тоже 'молчун' и одиночка с виду, смотрит слушает. Если задирают или уходит от конфликта или за него вступается Хан и Командир. Хотя видал, что может показать нож или ствол сам. Ауж коли ствол то тут и разговор короток. Он из него и без оптики не мажет. А уж с оптикой и подавно.
  По поведению и из бывалых. Возможно, а может и правда - бывший охотник северянин.
   Их порою так и обзывают 'трио не русских'... Хотя тут народ разномастный, со всех уголков страны и заграничья, вот таких, не особо как говорится- Русских, обычно выделяют и держат за второй сорт.
  
   Последним к столу приплетается Пинцет. Он, отдельный кадр и к нему особое отношение.
  Кличка Пинцет. Или еще - Клизма, по его роли, а не потому что понтуясь, курит держа пинцетом сигарету. Он Медик. Толи студент недоучка толи фельдшер... А может и вообще зоотехник ... Но дело свое знает и замены таком поди сыщи.
  Нету тут скорой помощи. И заменяет её, если нет рядом такого чаще всего - нож по горлу, чтобы прервать невыносимые мучения.
  Среднего роста, но кажущийся долговязым из за сухости, он и ходит странно словно циркуль. В общении обычно сдержан и скорее молчун, но если разговорили начинает впадая в воспоминания травить поучительные байки страшилки по своей теме...
  По поведению и лексикону кто он и что он - непонятно. Но видно, что из бывалых. А раз это понятно - то как и все такие, опасен.
   Пинцету сразу уступают место и дают отдельную пайку. Случись чего, только он надежда, что заштопает не абы как , а спасет.
  
  
  
  Глядя на Штыря, думая о нем, Тимофей не мог даже подозревать, что многие кто собрался вокруг командира, в чем-то весьма с ним близки. И пусть мало кто говорил о прошлом, оно будто невидимые силовые линии магнита притягивало или отталкивало людей...
   Все что знал Тимофей из подслушанных разговоров, что история появления в банде не совсем понятна. Впервые появился, перед захватом Шрама. Людей погибло много и Сыч набирал всех до кого 'дотягивались руки'...
  
  
  
  
  Штырь.
  
  Заместитель командира
   Воспоминания.
  
  Ретроспектива.
  
  
  
  
  Штырь
  
  Тридцать лет назад...
  
  Центр. Офис Кристен Полимер.
   По телевизору объявляли о введении чрезвычайного положения и комендантском часе. Словно референ этому с улицы доносились те же самые объявления, что транслировали проезжающие по ним полицейские машины.
  - Игорь Сегизмундович?
   Женщина средних лет в вязаной кофточке и темной не по годам короткой юбке. Некогда она была красавицей и завидной невестой, да и сейчас в общем то имела под кофточкой и хорошо так выступавшую притягательность и неплохую должность. Все ж старший бухгалтер.
  Очнувшись от мыслей, Игорь посмотрел на нее и вздохнув, поправил очки.
  - Да, Раиса Матвеевна. Слушаю вас.
  - Я хотела бы...
  - Конечно. Езжайте домой. К семье. И... Можете пока не приходить. Пока это все не прояснится. Сейчас среда. Пока введут войска, Пока установят ограждения Лучше посидеть дома...
   Вздохнув, остановил жестом.
  - И девочки тоже....Всем лучше побыть это время дома. Я позвоню...
   Идя в кабинет из холла где слушали объявление, он автоматически сняв, положил очки в карман и вспомнил о них только убирая бумаги со стола в сейф.
  Вздохнув, оглядел кабинет. Все убрано на своих местах. Аккуратно, как и всегда. Мало кто знал, что в юности, он отслужил срочную. И хотя не в спецназе, всего лишь в инженерных войсках, но за два года, в силу любознательности и интереса, успел многому научится. А еще... Еще он участвовал в многоцелевых учениях ШИТ 84. И поэтому, знал, что такое развертывание крупных воинских сил в режиме действий в зоне поражения ядерными и химическими агентами.
   Собрав портфель и одев пальто, погасил свет и невольно замер, перед тем как закрыть дверь. Странное ощущение нереальности происходящего сложилось с чувством того что испытываешь покидая дом или вот работу, перед длительною командировкой. А еще конечно воспоминания о этих Больших Учениях. Колонны техники, люди с испугом смотрящие на военных в костюмах РХБЗ и противогазах сидящих в технике, и стоящих на пропускных пунктах регулировки движения. Все ж во всесоюзных учениях, участвовали целые войсковые соединения. Это не пара грузовиков с солдатиками.
  
   Первую войсковую колонну, встретил только выехав у садового кольца. В груди резануло не столько от узнавания и воспоминаний как от мысли, о том насколько же всё серьезно, что они, так быстро тут оказались. С трудом сдерживая желание прибавить скорость, свернул с проспекта и поехал к внешнему кольцу, окружными путями. Трезво рассудив, что хотя и разгар рабочего дня, но люди напуганные объявлением, сейчас забьют все центральные трассы. Так и оказалось, везде, где ехал, уже наблюдались признаки паники. Люди бегающие вокруг загружаемых машин, проносящиеся с мигалками полицейские, не реагирующие не на нарушения правил, не на вспыхивающие тут и там драки.
   Еще хуже было в трех районах до кольца. Тут улица напоминала зону боя из материалов о Грозном, горящие машины, разбитые витрины, трупы на дороге. О причине гадать не приходилось, из окон что-то выкидывали и группа кто, чем вооруженных молодчиков возле магазина пила прямо из бутылок. А часть, разложив на капоте и асфальте несколько баб, трахала их. Мысли остановиться или вызвать полицию у Игоря даже не возникло, скрипнув зубами, прибавив скорость пока не привлек их внимания, проехал мимо.
   У выезда к развязке уже был затор и начала собираться толпа. Военные с помощью строителей обустраивали блок посты и растягивали егозу. Шум, гвалт, гудки машин, раздраженная ругань. С большим трудом удалось объехать все это, пристроившись за колонной везущей блоки, благо в ней была пара газелей как и у него. Он в этот день приехал именно на ней, желая закупить по больше продуктов и забрать кое-что из квартиры.
   За кольцевой, все дороги занимали военные. Навстречу шла колонна за колонной. Даже удивительно, откуда их столько. Это при обвальном то сокращении армии и вечном недопризыве...
  
   Он не верил в то, что видел, до самого конца. Первое что напрягло, распахнутые ворота дачного кооператива. Затем следы взломов и распахнутые ворота уже на участки. Людей небыло видно и что особо сразу насторожило, не слышно было и собак. П почему с тало понятно когда подъехал к дому. Оба пса лежали у калитки, буквально разорванные выстрелами из дробовиков в упор.
   Не реальность... Горящий дом, где жила вывезенная за город семья, то что видел в городе и на дорогах, его не задело. А вот застреленные у ворот собаки...
   Нервно потерев руки, Игорь вздохнул. А затем выпрямил спину и огляделся. Горело еще несколько домов. И как понял тех где кто-то, как и в его жил. Треск огня, хлопки рвущихся в нем банок или чего-то иного, и... Тишина. Кто-бы не разграбил дачный кооператив, они уже уехали. И судя по собакам и его дому, искать тут еще кого-то живого бесполезно.
   Пройдя во двор морщась от жара вошел в гараж. Тут грабили. Но судя по всему, спешно или уже наворовав достаточно, просто похватали то, что глянулось. Старый оружейный сейф который вынес сюда, не нашли. Не тронули и ящик на антресоли где лежало его хозяйство для съемок. В тайне от сослуживцев, он иногда подрабатывал у киношников. То помогая каскадерам, то пиротехникам - спасибо службе в инженерных войсках.
   Взяв из сейфа старое ружье и патронташ, подошел к верстаку. Двухстволка, конечно не новая 12я сайга и не карабин, но в тех обстоятельствах, что сложились с одним перочинным ножом в кармане, чувствуешь себя голым. Скинув пальто, переодев ботинки, надев старую безрукавку, принялся за работу. Опилив ствол и приклад, в машине с длинным ружьем не развернуться, зарядив, проверил. Било до забора, вполне себе прилично.
   На душе и вообще, царило ледяное спокойствие. Его старик отец, отличался стоическим спокойствием и вечно поучал - не стоит сынок плакать, над разбитым стаканом, он уже разбился. От чего-то именно сейчас он вспоминал не семью, погибшую в доме. А что это так даже не на секунду не усомнился. А его...
  
   Вооружившись, взял лопату и вырыв могилу похоронил собак. Они выросли как и дети, на его руках и тоже были членами семьи... После подогнав Газель, стал выкидывать из не всё, теперь ненужное. Оставив только продукты, что купил с утра, стал загружать заново. Достав ящик киношного барахла, надел как шапочку вязанную балаклаву. Поверх стеганки темный брезентовый плащ. Выбор шел не от ума, а от некоего чутья, а руки действовали сами...
   Загрузив машину не оглядываясь на дом, отъехал к соседскому. Его тоже разграбили, но так как их дома стояли крайними на улице, видимо провозившись с его - на скорую руку. Тут взял еще запасов еды, наполнил пару пару канистр водой. Кое что из дома. Где и что искать и брать он знал. С соседом, они жили дружно. То, что тот обидится, мысли даже не возникло.
   Дольше всего провозился откапывая большую бочку с бензином. Мысль уехать подальше. Например к дому деда, где жил двоюродный брат, сразу показалась наиболее правильной. Но без горючего, которое теперь не только стоит дорого но явно будет в дефиците, такое не возможно.
  Загрузив всё, поехал к выезду, изредка выходя и осматривая дома. Чем ближе к воротам, тем дома были разграблены более. На дорожках, следы грузовиков, которых утром точно небыло. Еще раз убедился в правоте мысли о том, что дома горят не с проста. Тот, кто грабил, сжигал в них трупы. А возможно и еще живых свидетелей...
  
   Путь до поселка, где был дом деда, стал еще одним испытанием. Дороги забиты военными колоннами и теми, кто решил бежать подальше. К тому же кое-где началась эвакуация. Сотовый от которого выходил в интернет через ноутбук отключился на следующий день. Все больше стали попадаться следы грабежей и разбоя. А затем, там где военных стало меньше, этим начали заниматься и на дорогах. Впрочем и военные кое где, не отставали в таком от бандитов. Один из блок постов на дорожной развязке, напоминал бандитский шалман во время пиршества после захвата города.
   Военные, медики и полиция никого не боясь и не стесняясь грабила на нем едущих в область. Безнаказанность страх и какое-то сумасшествие. Скорее даже более всего последнее.
  
   Село где стоял дом деда было совсем небольшое. Ефим, двоюродный брат, не шибко обрадовался родственничку, и причина была видна сразу. Разоренный новыми правителями и областными хапугами совхоз разбившийся на ряд ООО и прочих мелких контор еле выживал, фермеров в нем не то чтобы не жаловали, а откровенно душили. Потому жрать, было по сути нечего, а у Ефима, большая семья.
   То, что толкнуло их на путь бандитизма, произошло буквально на второй день после приезда. Выйдя на шум с улицы, Игорь невольно сжал руки в кулаки, жалея, что оставил обрез в доме.
  Неподалеку, стоял военный камаз и машина медиков. Перед ней на коленях сложив руки за голову несколько соседей. А военные и медики что-то таскали из домов и закидывали в камаз. Подошедший из-за дома брат, вытирал кровь рукавом размазывая по лицу.
  - Сказали сидеть по домам. Конфискация для...
  Брата трясло от нервов. Игорь недослушав, толкнул его в сени и сам отступил спиною назад.
  - Доставай ружье.
  - Рехнулся?! У них автоматы!
   Игорь выщелкивавший дробовые патроны из стволов, в ответ показал брату помеченный белой полосой. Дед, баловавшийся охотой, так метил жаканы.
  Ефим хотел было что-то сказать но Игорь схватив его за грудки тряхнул.
  - Семья! Дети! Что жрать будем? Зима на дворе, а их всего десяток! И вояк, лишь четверо! Да открой глаза дебил! Какая это ебени матери армия! Мародеры!
  Брат отпущенный им захлопал глазами.
  - Ну?
   Игорь с щелчком закрыл стволы.
  Ефим, сглотнув закивал.
  - Ладно Я Яшку позову. До него еще не дошли...
  - Зови! Быстро!
   Пока грабили первые дома, у дома Ефима собрались четверо. Все мужики, некогда служили. В их то годы в деревне служба считалась и почетом, и признаком того, что стал мужиком. А еще и путем в жизнь. Порою и подале от этой глухомани. Да были времена...
   Быстро прикинув что к чему, разобрались и затаились. Роль приманки, чтобы собрать самых опасных вместе, должен был сыграть Митяй, у него небыло оружия, а еще, в школе, он играл в самодеятельности в постановках и потому, кликуха была, Артист.
   Артист и правда разыграл целую трагикомедию, с воплями и угрозами, а под конец запер перед носом габителей дверь. Что конечно их разозлило. Вот только выломать её они не успели, взятые в четыре ствола. Медики у которых были пистолеты, было попытались пересилить и быкануть, но еще один залп и три трупа разом изменили ситуацию. А уж когда мужики подняли автоматы, вопрос, кто в деревне хозяин, стал на свое место. Водитель медицинского Газона и еще один, толи медик толи под него одетый, успели завести машину, но далеко не уехали. Слишком быстро рванув, завалились в яму, что представлял кювет на улице, разворачиваясь. Из чего стало понятно, что водитель уж точно не вояка. Не знал, как следует действовать. Всех мародеров опросив, посмотрев, что в машинах, добили без всякой жалости и прикопали за околицей, в яме для компоста.
  
  Нет. Игорь не стал тогда главарем шайки бандитов. Все решили за него время и обстоятельства. Вначале, пришла первая волна мора и умерли почти все бабы и дети. Затем.. Затем взбесилась заболевшая у кого была скотина и поперли мутанты. Одно вырвавшееся с фермы стадо, стоило им еще трех жизней того, кто пережил первую волну заболеваний. Чего уж говорить о близком лесе...
  Всё превратилось в череду некоего затянувшегося и нудного кошмара. Они, те, кто остался жив, выживали как могли, и чем могли. Потому, когда сосед сказал, что в соседнем районе решили прижать отряд чистильщиков лютовавший в округе, Игорь ничего не ответив прямо, взял автомат, обрез, и вышел во двор, где ждали его решения оставшиеся в деревне мужики. Брат к тому времени покоился вместе с семёй под яблонями сада.
  Его ничего не держало в доме... А вот некая холодная, как сталь клинка, сверкающая в отсвете глаз за очками злость накопленная за всё это время, требовала выхода...
  
  
  
  
  Банда
  Вызов.
  
  Кашевар, тут его так и кличут, растолкав толпящихся и грохнув на стол исходящий паром чайник вытирая руки о подол фартука отходит к самопальной плите качая головою. Он встает раньше всех и постоянно в заботах. Хотя какое раньше всех. Даже ночью часть людей не спит. Кто из-за бессонницы, кто по делу. Потому в лагере который по сути и есть кордон существует некое постоянное движение не видимое со стороны. Идет некая незаметная постороннему жизнь.
   Основные её очаги, костер возле барака, барак и кухонный стол. Уж так тут повелось. А еще потому, что внутри этот отряд или уж что там, банда, не однородна. Есть новички, или как еще называют мальки. Есть заматеревший, которых кличут ходоки или бродяги, есть ветераны, и вот они как раз и есть Суры...
  
  Кошевар, завидев идущих, окликнув Тимофея:
   -Эй! Художник накрывай стол!
   Когда тот подходит, тычком торопит. Ион подхватив полотенце из постиранных и висящих на веревке спешит к столу чтобы расставить посуду и разложить ложки.
   Первым к столу подходит и садится почти напротив Штыря на так называемом 'командирском месте' во главе его, - Сыч.
   Сычь, чем-то похож на Шрама, чуть выше среднего роста, с виду крепкий, взгляд цепкий, внимательный. Не смотрит, а целится... В общении жесткий, автократичный. Смело и прямо высказывает почти по всему, свое мнение, считая его верным. А отличия... В том, что вспыльчив. А вернее - расчетливо, вспыльчив... И не будь Шрама, точно бы занял его место, так как по поведению и хватке - лидер. И кстати, возможно некогда и служил или имел специальную подготовку. То, как держит оружие, двигается, явно отличается от поведения 'гражданского' взявшего оружие.
   Это Тимофей уже научился распознавать. Жизнь в бандитском лагере хоть то и незаметно, многому научила. Как художник он куда более иных видел и воспринимал. Оценки увиденного... Да, иногда, они были не верны, всё же его жизненный опыт пока был не столь велик чтобы выносить с ходу верное суждение.
  
  Напротив садится, под стать ему, но только выглядящий моложе и ... Наглее что ли. Его подручный - Боб. Этот так же автократичен в высказываниях, а так как в них менее аккуратен и еще более вспыльчив. Явно проигрывает в харизматичности Сычу. Потому, при нем кем-то вроде зама или сержанта. И этот, уже явно из бывших военных. Оружие, вот его, армейский калаш, хотя многие предпочитают старые или более компактные АКСУ. И то, что почти не выпускает его из рук. Еще, по тому, как обращается, понятно, тот, часть его самого. Если кладет, оно рядом, не далее чем протянутая рука. Во как... Из бывалых. Очень опасен.
  Чуть выше среднего роста, с виду сухой, но крепкий, и не горбящийся, а скорее схожий выправкою со Шрамом, но как ведет себя, говорит, сразу останавливает и устанавливает дистанцию. Да еще и смотрит... Цепким, прицеливающимся в тебя взглядом...
  
  
  Пришедшие толи с ним, толи сразу следом Кащей и Малек, из людей, что держатся Боба.
  Кащей, на него и похож. Кличка похоже дана не за худобу, а за способность выживать. Поговаривают что не раз выбирался один оттуда где теряли людей. Возможно Литовец или около. Не ясно... Немного выше среднего роста, жилистый, крепкий, с цепким внимательным взглядом. Не слишком разговорчив, держится словно в стороне - в тени. Тже из бывалых и Опасен. Постоянно при оружии. Вон ножище какой за поясом.
  
  А вот Малёк, отдельная песня. Персонаж колоритный и обманываться кличкой не стоит. Это крепкий здоровяк, очень сильный. К тому же и ростом выше многих.
  Придя и отставив к стене автомат скинув куртку умывается, обнажив изуродованную здоровенными шрамищами спину.
  Глядя на них диву даешься, как выжил, да кости и хребет целы остались. Такие схожими с тем, как оставляет подравший медведь. Но тут говорят медведей то и не встретить. Ушли косолапые, кинув берлоги. Хотя, может какой и остался, кто его знает... Зона, так её...
  Сам Малек молчаливый. Кажется, он вообще не говорит. И вообще, он хмурый и нелюдимый. Еще, как говорится - 'Правая рука' Боба, а значит и Сыча. Он не злобный, но может быть и очень жесток, выполняя приказ, или если его разгневают
   Следующим поплескавшись из под рук здоровяка к столу подсаживается Хохол.
  Кликуха, и прозвище, отражение того, что он и есть - Украинец. В какой степени и откуда, не ясно. Среднего роста но кажущийся ниже его. Обычно смешливый и понятно что хитрый и ухватистый, но в группе Боба, наиболее адекватный и не столь злобный. Часто улыбается и обычно разводит конфликтующих. Зачем? Почему? Видимо у него на то свои резоны.
  Обольщаться его нормальностью в среде вокруг - себя обмануть. Бывалый, опасный, толи друг толи некий, чем-то нужный Бобу человек и потому при нем, что уже само по себе тоже опасность...
  
  Фуфел севший на против Хохла, Фуфел и есть. Прозвище описание его сути. Среднего роста, вёрткий, весь словно на шарнирах подвижный как капля ртути. В общении - понтовщик и задира, но только если рядом нет Боба. При нем 'снижает обороты'. По виду, поведению и лексикону - из бывших зеков или 'дворовых' бандитов. Много, часто не по делу, подкалывает и шутит. Точнее более 'Кидает понты' и каждого кто при деньгах или товаре, пытается развести на игру в карты.
  Вот и сейчас. Сев зыркает глазами вокруг, крутит в руках финку. Он ее так постоянно крутит. И это уже не понты, по слухам работает ей отменно.
   Последним, из тех, кто ходи под Бобом ну или держится его, подходит Мирон. Кличка или имя - не ясно.
  Крепкий, слегка сонливый на вид, он противоположность Фувлу. Но взгляд цепкий, внимательный. Обычно, не слишком разговорчив и держится в стороне, и то что подсел к ближе к компании, странно.
  Кстати, по поведению и лексикону из пришлых, но точно служил и имеет опыт в жизни. Так же постоянно при оружии, даже в сортире, оно с ним. Вот и сейчас за столом, многие откладывают или вешают на стену, а оно у него подле лавки, протяни руку и пожалте бриться... Кстати снова выражение Змея, но в чемто оно так в тему, как он же и говорит. Старик мастер, вообще-то редко многословен, более бурчит себе под нос. Но слушать его и интересно и познавательно.
  А что касается малька - вывод из такого очевиден.
  
  Когда миски расставлены и все сели, разговоры стихают и приступают к трапезе. Но сегодня точно что-то не так, слишком все напряжены. Голоса злые. Нет как обычно громкого смеха и перебранки
  Даже Фуфел, что дал мне пинка, и готов был продолжить издеваться. Хоть и красуется обзываясь, метя еще добавить когда поднимаюсь, но как-то вот не так, поглядывая на Сыыча с Бобом...
  
   Видимо ощутив напряжение, из своего угла выглянул Шрам.
  - Эй. Отставить! Совсем замордовали парня. Фуфел! Хочешь покалечив, за него миски мыть?
  Общество, что обычно не прочь поржать и далее, когда вступился Шрам, как-то слишком быстро и нехорошо притихло, на него глядя.
  Суть происходящего стала ясна когда Сычь, оттолкнув миску с недоеденным, взяв кружку поглядев в сторону командира , поставил её на стол и обратился не как обычно:
  - Слышь Шрам. Дело есть...
   За столом разом стих говор и хотя пока, словно по инерции ложки продолжали опускаться и подниматься, а фоном слышался чей-то спор, все будто замерло.
  
   Шрам, словно обратились не к нему, еще секунду другую смотрел на Фуфела. И только потом повернулся в сторону Сыча.
   Чуть прищурив глаза, от чего лицо стало тверже, вопросительно приподнял бровь. Сыч же, смело глянув ему в глаза, дернул щекой.
  - У меня к тебе разговор.
   То, что как бы невзначай, поправил автомат на коленях, опять же не прошло незамеченным. Первым отреагировал Штырь.
   Перекину в ногу через лавку и поправив оружие, вперся куда-то словно сквозь Сыча, взглядом.
   Следом повернулся и Боб упершись в глаза Штыря со словно закаменевшим лицом. И пауза, после сказанного, показалась наполненной звоном напряжения.
  Шрам кивнул головой.
   - Говори.
   Сказано было спокойно, но слово - лязгнуло как затвор.
   Сыч едва заметно прищурил глаза.
  - Мы уже который месяц ночную да утреннюю смену тянем. Запарила напряжуха. Народу у нас достаточно. Неужто некому подменить?
   Шрам смерил Боба взглядом, на что тот, чуть скривя губы, что означило улыбку, мотнул на своих головой. Словно обозначив - говорит за общество. Кое кто закивал.
  Шрам едва заметно вздохнул.
   - Вы одни из лучших. Ночь, да и час быка время опасное. Стрёмное. И кого мне на посты ставить? Необученных или тех, кто зевнет по дурости, или вообще не дай бог поснет? Сам то как спать будешь при таком. Спокойно?
   Сыч вздел подбородк.
  - Вот не надо мне ля-ля старшой. Не пустое несу! Люди есть. А кроме них, Твои, да вон нерусские, и прочие...
  Ты с этой соплей... Рисовальщиком, забавляешься да носишься. Нашел тля игрушку! А на остальных болт кладешь!
  Взгляд Шрама из под бровей стал еще тяжелее :
  - Это всё? Или еще есть притензии?
  Сыч так же сузил глаза:
  - Есть и сам знаешь какие. Сидим как тараканы в пеячи. Всей движухи, мелкий грабеж... А сил у нас достаточно - расти надо! Склад брать. Оружие чтоб получше! Технику какую, те же вон рации...
   Шрам, чуть склонив голову, усмехнулся.
  - Меньше надо было разбазривать взятое ранее, на жратву да выпивку выменивая.
   Сычь поморщился, но махнув рукою, словно тмел сказанное и продолжил:
  - Пора морду и соседям своротить! Что б тля не перебегали боле дорогу. Меркантилен ты. Не народ бережешь... Ага. Ответки боишься, да за место свое. А их прихлопнуть надо! Оружие получше возьмем, жратву и ответки - не будет! Некому буде отвечать! А поселки их, под нас лягут Ё!
  
  В воздухе, как говорится, запахло жареным. Обычно, мало кто позволял себе вот так при людях, хвост задирать. Ощутив каким ветром подуло, слыша как повысился тон, люди подобрались. К столу стали подходить те, кто вроде как не при делах и терся неподалеку.
  А усугубляло такое то, что руки многих, потянулись к стволам. Ну и конечно со стороння было особенно хорошо видно, что подойдя, встали не абы как, а возле Сыча и Боба, да и за спиной Шрама и Штыря словно сами собою собрались.
  Конечно, были и те, кто как обычно выжидал, но эти держались поодаль и только тянули шеи. Подписаться под разборку и получить нож в брюхо или пулю, Желающих среди таких не находилось.
  
   Незаметно для всех за 'напряжухой' сдвинув на лоб очки и оставив на время работу, наблюдал Змей... Да, Змей - это отдельная песня с тихими, но басовитыми аккордами.
  Вот вроде калека старикан. Такого Пнут да наступят... Однако ему расступаясь дают дорогу и уступают место за столом.
   Кашевар лично ставит кружку и миску. Старик он или нет, а сразу чувствуется к нему если не уважение, то обособленность и его особенность.
   Он никогда никуда не торопится. Если кто к нему обратился, отвечает не отвлекаясь от того чем занят, коротко но обстоятельно. Если считает что дело с которым лезут пустое, едкой шуткой или тем, как игнорирует.
   Пытаться надоедать не стоит. На моих глазах, как то раз, к нему прилип Фуфел, один из подручных Боба. Не помню уж, что там было. Но вот только на его подначку, не успел он разойтись в насмешке... Чик... И в лицо смотрел ствол. А едва дрогнул - сухой и показавшийся оглушительным щелчок взведенного курка заморозил. Известив, что автоматический пистолет, еще более ослабил спусковой крючок и дрогни палец, в переносицу, с расстояния в ширину пары пальцев, влипнет пуля.
   Впрочем и ножом дедуля - мог, это точно, стоило глянуть, как тот выпрыгнув из ниоткуда, влипал в руку, когда что им делал. Но думаю Фуфелу он мог и без оружия диньдилиньки скрутить и вырвав выкинуть. Были слухи...
  Воти сейчас... Глядя на затеявших свару, точнее как бы сквозь их всех, он вздохнув поправил очки. Плюнул на паяльник. И тот зашипев, обозначил не только что разогрелся, но на клал страстей подле стола.
  Впрочем, не смотря на то как там лапали оружие, Змей снова вздохнув и досадливо покривившись, покачав головою, вернулся к работе...
  
  
  Сыч еще хочет нечто добавить, Но из конуры Шрама, раздается хрип рации и голос.
   Шрам, шагнув за полог, взяв радиостанцию и зажал тангент переключив, голос постового, становится слышен всем.
  
  - Первый пост. Есть движение! Юг.
  - Первый посту раз. Повтори! Что видишь?!
  - Пост Раз. Это... Да Мля, незнаю я! Это Чалый! Там херь какая-то! Сюда прет! Контакт, Контакт мля!
  
  Шрам распахнув завесь, проверив еще раз рацию, пристегнул на петлю клипсой на груди.
  - Это первый! Тревога! Тревога! Всем на посты! Повысить бдительность! Круговая оборона! Особое внимание южный сектор!
   Беря автомат 'на изготовку', становится к стене у окна, из которого виден центральный вход на базу 'Кордон' и 'Пост Раз'.
  Боевики кто еще без него, хватают оружие и разбегаются.
  Сычь, убегая тихо ругается.
  - Раз, два... Да задолбал ты, вояка херов уже!
  Часть бежит к постам и окраинам, часть за укрытия неподалеку. Последние, изготавливаясь к стрельбе, смотрят в сторону поста на входе. Некоторые оглядываются, проверяя окружающее. Видно, что такое не в новинку и каждый знает свое место. У бывалых, движения отточенные до автоматизма, они не смотрят приводя оружие к бою, глядя только в сторону опасности. Кто не так хорош, нервно и торопливо проверяется.
  Тим остается на кухне один. Нервно теребя в руках тряпку которой подтирал разлитое на столе, смотрит вслед убежавшим. Затем, отложив, осматривается по сторонам думая, куда бы заныкаться. Ему страшно, и он нервничает.
  Ища укрытие, пятится к плите. Подойдя к плите и столу Кашевара, смотрит на брошенный им нож, которым тот резал хлеб. Ему страшно, руки словно сами тянутся к ножу. Хватает нож и нервно сжимая в руке, оглядываясь, всматривается туда, куда направили свое оружие Боевики.
  Бандиты, ждут. Кто спокойно, кто нервно и с тревогой. Все взгляды устремлены в том направлении, где по сообщению где замечено движение. Все замерли в ожидании, вглядываясь в туманную мглу. Пальцы на спусковых крючках.
  В прорезях прицелов стелиться туман. Тишина. Слышно только как поскрипывает 'журавль' на колодце.
  
  Шрам, обежав взглядом пространство за окном, видя что все на местах и 'тихо'. Оставив автомат висящим на ремне на груди, берет бинокль. Подносит к глазам...
  В окулярах бинокля приближается местность о которой сообщал постовой. Вид на подступы к Кордону сквозь окуляры бинокля размазывает туман. Шрам ведет биноклем и там ничего не видно кроме едва раз-личимых в этом тумане деревьев.
   Движение бинокля останавливается когда в центре того, что рассматривает, оказывается пятно по очертаниям похожее на человека.
  Шрам подстраивает бинокль картинка расплывается, затем становится четче. Но все равно не понять что там.
  Опускает бинокль и зажимает ПТТ радиостанции на груди вызывая к себе техника с детектором.
  Топоча, к командиру из глубины строения, подбегает технарь с каким-то громоздким самодельным детектором. Водрузив его на подоконник, под руководством Шрама, наводит на пятно в тумане.
  Экран детектора рябит. Затем когда отстроили, становится виден силуэт человека разложенного на спектры. Техник, что-то неразборчиво бормочет, подстраивая прибор. В спектре, преобладает красный. И Шрам, отдает в радиостанцию команду не стрелять.
  
  
   Пятно медленно приближается. И вот, уже отчетливо видно, что это человек. Он еле идет, запинается, но хотя медленно но упрямо шагает опираясь на палку. Видно, что каждый шаг дается ему с большим трудом. Когда подходит ближе, Шрам повторно отдает команду не стрелять. Все напряжены и такое может случится...
  Войдя в ворота человек, падает ничком в грязь.
  Когда упал, Шрам приказывает по радиостанции Подойти и осмотреть. При этом соблюдать осторожность.
  Упавшего, обступают, но несколько продолжают держать под прицелом, как упавшего, так и местность откуда шел.
   Тело переворачивают на спину. Тот кто подошел просто поглядеть, стоят, охают, переговариваются обсуждая то что видят.
  Подойдя, Медик прикрикивает на столпившихся, чтобы дали ему место и отошли те кто осматривал и досматривал, а теперь мешает.
  Присев рядом с лежащим, открывает сумку и достав из неё, натягивает досмотровые перчатки. Одев, начинает осматривать, аккуратно, словно брезгливо, касаясь, морщась и что-то бормоча себе под нос. После беглого общего осмотра, не заметив внешне критических ранений, снимает с лица противогаз.
  Когда противогаз снят и отложен в сторону, те, кто видят лицо, отшатываются. Но кто-то наоборот тянет шеи пытаясь заглянуть через плечи доктора.
  Возникает небольшой спор
  - Этож мля Тихон!
  - Да лдано?! Его уже и похоронили. Месяц как назад ждали. - Он самый! Ушел с напарником и как воду канули.
  - А говорили ему! Нехера в глубь Зоны Отчуждения, лезть. Посмотри как рожу спалило, не иначе как аж до красного сектора дотопали!
  - До красного? Да иди ты!
  - Точняк, он! Васюк, его искал за долг. Плешь сука проел!
  - Мля, ты тока глянь как его...
  В итоге, большинство узнают в человеке Тихона, с месяц назад пропавшего в глубине Зоны Отчуждения и считавшегося погибшим.
  Медик, встает, снимая и бросая испачканные перчатки, сухо словно говоря сам с собою, констатирует смерть Тихона.
  Бандиты, молча стоят над телом. Лицо Тихона бледное. В застывших глазах отражается небо.
  Рядом с Тихоном, рюкзак, который сняли осматривая, его потрошили, выкладывая найденное на вынутую из него же, свернутую, брезентовую солдатскую плащ палатку.
  Там лежат мелочи личных вещей Тихона, найденное им в Зоне. Странные предметы, еще пробирки, заполненные какими-то субстанциями. Что и вовсе странно, никто не помнил чтобы он таким увлекался.
  
   Тимофей, когда бандиты спорят а доктор работает, медленно и зашугано, подходит. Страх, побороло любопытство.
  Пока все смотрят на лицо, на которое ему смотреть страшно, отводя взгляд, рядом с откинутой в сторону рукою лежащего, Видит втоптанный кем-то когда отошел, никем не замеченный литок бумаги. С опаскою глядя на спорящих, не смотрит ли кто на него, поднимает.
   Озираясь и понимая, что никто не увидел, сжав в руке, быстро отойдя, и вновь озираясь, не видит ли кто его, смотрит на 'добычу'.Это нарисованная от руки карта с пометками. Скорее всего, карта Тихона, выпавшая из его разжавшейся руки, когда умер. Вряд ли когда упал или переворачивали, из одежды.
  Под окриком подошедшего к телу и доктору Шрама, бандиты расходятся. Один прибирает вещи и оружие, что сняли при осмотре. Двое, назначенных Шрамом в 'похоронную команду', ворча под нос, заворачивают тело Тихона в кусок принесенного Шрамом полиэтилена, как видно по маркировкам нанем, от мешков с кормом для скота.
  
  Тим пока его не дергают, разглядывает карту внимательнее, те кто заняты похоронами товарища и не обращают на него внимание. Глядя на карту, лицо Тихона меняется. Губы сжимаются, он хмурится. Оглядываясь, смотрит уже не затравлено, а зло.
   Да... Он принял решение. Потому... Прячет карту в карман куртки. Отступая спиною назад, пятится еще далее за угол. Там, поворачивается и быстрым шагом сзади дома идет, обходя пост и часового, отвлекающегося на матерящуюся переругиваясь 'похоронную команду'.
  
  Похоронщики, оглядываются на щелчок предохранителя. Часовой на куче кирпича уловив краем глаза движение за спиной, оборачивается. Видит быстро удаляющегося от Кордона Художника и вскидывает автомат.
  - Стой!
  Но тим, услышав окрик, с быстрого шага переходит на бег. Бежит из всех сил.
  - Стоять Мля!
  Хром ловит в прицел фигурку убегающего Художника. Палец уже на спусковом крючке, медленно выбирает слабину.
  За секунду до выстрела на цевье автомата ложится чья-то рука.
  Хром резко поворачивает лицо. Рядом с ним Вжик.
  - Не трать патроны. Сейчас я его догоню.
  
  Тим бежит по полю. Сухая трава путается в ногах, словно пытаясь остановить его. Он падает, вскакивает и снова бежит и бежит, выкладываясь как спринтер на финальном отрезке дистанции, когда до финиша остаются считанные метры.
  Вдруг за спиной слышится нарастающий стрекот.
  Услышав звук, мечется ища укрытие, но укрыться негде. Вокруг только трава.
  
  Дрон настигает Тимофея и зависает в паре метров от лица.
  
  Маленькое злобное винтокрылое 'насекомое' смотрит на Тима глазком видео камеры, под которым виден стволик с торчащей из него иглой.
   Тим стоит тяжело дыша. Затем, делает резкое движение в сторону, но дрон опережает его снова преграждая путь.
  
  На экране пульта управления, лицо Тима в перекрестии прицела. Тим смотрит прямо в камеру.
   Палец Вжика, поднимает красный колпачок на пульте, под которым кнопка пуска.
  Вжик переводит взгляд на Шрама.
  - Командир?!
  Шрам о чем-то думая, молчит.
  - Командир?! Он же нас сдаст!
  Сыч скашивает глаз на стоящего по правую руку от него Боба.
  Боб ловит его взгляд и незаметно начинает поднимать автомат (АК-74)направляя на Шама. Сыч переводит взгляд на стоящего по левую руку Кощея. Кощей едва кивнув Сычу кладет руку на рукоять ножа на поясе.
  
  Дрон висит напротив Тима, а он стоит по пояс в жухлой траве, обреченно глядя в камеру...
   Вдруг, дрон 'проседает' поправив высоту, делает несколько неуверенных движений, Наклоняется, дрейфуя в сторону, уже не целится.
  
  Кощей обхватив дроновода за шею приставил нож к его горлу. Люди Сыча держат под стволами Шрама и сгрудившихся рядом и за ним Штыря, Чалого, Вита, Хитрого и других. Те, в ответ ощетинились стволами, направив их на людей Сыча. У всех пальцы на спусковых крючках, в глазах злая решимость, лица - непроницаемые, каменные. И только Хитрый, как всегда улыбается.
  Шрам сохраняет хладнокровие, смотря прямо в глаза Сычу, направив ствол своего армейского 'Кольта' ему в живот.
  Сейчас не дай бог кому то сделать неосторожное движение.
   Вдруг тишину нарушает тихое но всеми услышанное покашливание.
  Все осторожно скашивают глаза в сторону, откуда раздался этот звук.
  
  Дрон свечой взмывает в небо и Тим, провожает его изумленными глазами. Тишина. Слышно как шелестит пожухшая трава. Сжимая в руке нож Тим озирается по сторонам. Вокруг туман.
  
  
   Змей привлекший внимание всех, спокойно обводит взглядом уставившихся на него.
   В руке Змея дистанционный пульт с подсвеченной кнопкой, он распахивает накинутую на плечо, сдвинутую вперед суму. Она полна. Замораживая на содержимом взгляд, в мешанине тротила и проводков, мерцают вспышки индикации активированных взрывателей.
   - Сегодня никто не умрет. Или... умрут все.
  Сыч сглатывает.
  - Сума сошел старый?! Ты этого не сделаешь! Змей!
  В уголках глаз старика собираются морщинки, а в глазах уже давно бесцветных и погасших вдруг появляется выражение почти мальчишеского азарта.
  - Да? У вас... Всех... Пять секунд, трухой в башке пошаволить. Малята.
   Все, постояв несколько секунд, перекинувшись взглядами, медленно опускают стволы.
  Сыч глядя волком замечает:
  - Если сопляк доберется до блок поста... Он рисовал карту. Он знает где база. Где мы. И еще...
  Глядит на Шрама.
  - Не специально ли ты, дал ему рисовать карту? На ней и куда более! А?
  Сыч упирает ненавидящий, злобный взгляд, в Шрама.
  Но тот игнорирует его выпад. Уголок его рта лишь трогает легкая, презрительная усмешка.
   Отвечает Сычу Змей.
  - Ничего он не расскажет. Малек, сопля. Не успеет. Сколько такие живут в Тумане? Считай, его, уже нет...
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Испуг
  
  
  
   Запись 61-00.
   Личный дневник Тимофея Филатова.
   Младшего сотрудника лаборатории третьего уровня ?729 при МИЦ.
  
  Хорошо, что не нашли мой рюкзак и дневник... Иначе, был бы только клочок бумаги изменивший мою жизнь. Вот он...
  Нарисованная кое как, от руки, карта. Такие тут называют - абрис... Мелко и криво карандашом подписи... Часть не понятна или неразборчива, часть стерлась. Различаю только некоторые слова.
  
  Сухой треск ветки, прозвучал как выстрел...
   Тим, подорвавшись от дерева, на которое облокотился спиною - приник к земле и замер. Сыро, холодно, всего колотит, в висках, снова набат пульса...
   Каким-то внутренним чутьем, а не логикою или знанием, пришло осознание того, что это не человек.
   Страх... За эти дни ставшие годами, сотнями лет - он пропитался страхом...
   Нет, не тем, что знал некогда, когда дело касалось учебы, работы или жизни в 'Зоне'... Иным, большим и глубоким... Имевшим сотни, тысячи оттенков. И пусть они не связаны друг с другом чем-то видимым - складывавшимся в нечто пропитавшее его, с ног до головы. И не только в теле, но и самом разуме...
   Движение, тени... Но это только игра теней... Туман 'строит' нечто, и оно, пугает еще более...
  Привстав, боком отползает по ложбине и невольно пригибаясь, идет далее. Очень хочется есть...
  Сухарь, что достал когда упал перевести дыхание, разломив в кармане сосет кусочками - но легче от того только пока сосет кажущуюся сладкой и одурманивающее вкусной кашицу от его кусочка.
  
  
   Близость болота ощущается не только специфическим запахом, но и идущим от него теплом. Тима, невольно, как магнитом, тянет к нему. Но в то же время встречаемый тут и там проломы в подлеске и странные следы, заставляют отшатываться, уходить далее в сторону.
   Спешка... Его гонит и гонит страх... Мысли о том, что сюда, ведет не дорога, а некая тропа меж опасностями и ловушками отшли снова на задний план. Несколько раз едва не падает в скрытые от глаз ямы. Спотыкается на ветках и мусоре, но это всё вторично, он словно зачарован этим движением в клубах не менее опасного неожиданностями, чем и сам лес, тумана...
  
  
   Выход на болото.
  
   Капитан.
  
   Туман все сгущался. С одной стороны, это было даже хорошо. Заметно потеплело и холод терзавший Тима, стал отпускать. Вслед за этим, кусты и деревья поредели, хотя под ногами все чаще булькала зловонная жижа.
   А вот с другой стороны, солнце которое ранее хоть как-то угадывалось и давало ориентир его бегу, теперь стало не видимым. А с этим непонятным, бредет ли он куда, или кружит на месте. Впрочем от того как вновь вымотался он почти перестал соображать и думать. Выдрать ногу, шагнуть, выдрять другую и еще шагнуть, стало неким механическим процессом. Мозг или нечто иное в нем не участвовало. А руководило некое понимание, стоит остановиться - он упадет в эту черную жижу меж кочек, и уже, не сможет встать...
   Рано или поздно всему наступает предел. Так стало и с его бегом. В некий момент, сил выдрать ногу и переставить, просто не осталось, а не упал, только потому, что ноги увязли. Шатаясь и хватая ртом гнилостный воздух, закрыл глаза.
   - Хмм... Ты кто? Тульпа или кикимора?
   Тим, дернувшись, едва не упал. С трудом повернувшись снова едва не упал ибо первым желанием было отшатнуться и бросится бежать. Из замшелого толи бугра, толи кочки, торчало пол человека в темной куртке и фуражке.
   - Ага. Боится. Дергается... Значит не нежить!
   Человек с интересом его разглядывающий оперся на край чего то выступавшего из кочки и наклонился к Тиму разглядывая. С этим стало видно что за его спиною открыта крышка люка.
   - Ты вообще говорить то умеешь? Болотный скиталец?
  Тим немного приходящий в себя, кивнул.
  - И чего молчишь?
   Не зная что сказать, более от некоего удивления, Тим кивнув сказал:
  - Здравствуйте...
   Толи закудахтав толи заперхав говоривший с ним закрутил головою и по тому как щурился, стал видно что смеется.
  Загремев чем-то он, махнул рукою и стал вылезать. Причем делал это ловко и отнюдь не по стариковски. В его руках словно сам собою появился короткий автомат и щелкнул металлом раскладываемый приклад.
  Встав на ноги уже на кочке, он, еще раз оглядел Тима.
   - А ну-ка мил мой человек, руки в гору!
   -Что?
   Разом посуровев дедок тихо но с явным начальственным тоном рявкнул.
  -Что-что. Конь в пальто! Руки вверх, тля гражданская!
   Покачнувшись Тим быстро поднял руки. Спорить с человеком, что целит тебе в живот из автомата, не стоило.
   Медленно подойдя но не ступая в воду, старик стволом автомата, поддел лохмотья. Веревка их связывавшая лопнула. Тим затрясся от толчка ощутив холод металла, но в его состоянии и силах, даже захоти, вырвать автомат из рук дедка было нереально. Даи не дал бы тот как он подозревал. Уж больно аккуратен и насторожен
   - Хм... Повернись!
   Тим дернулся но вновь едва не упав быстро промямлил.
  - Не могу... Извините...
  - Извините?! Извините...?
   Дедок отступив на шаг мелко трясясь и мотая головою, сел на кочку... Просмеявшись, посмотрел на Тима, с жалостью и удивлением.
  - Ты откуда такой взялся? Говоришь, как городские. Из-за кордонов. Выглядишь, как раб с деревни. Кто ты чудо болотное?!
  - Тимофей Филатов. Художник. Заблудился...
  Прыснув смехом дед, давясь им, переспросил:- Художник...?!
   И когда Тим кивнул, засмеялся еще пуще. Даже оставив автомат на коленях, стал вытирать одной рукою глаза.
  - Ой мля! Якорь мне в зад! Художник! Свистать всех наверх! Новое чудо-юдо на болоте!
   Просмеявшись покачал головою.
  - Дайка угадаю. Ты из чистюль городских. Отбился и сцапали тебя. А теперь утек. Так?
   Тим хотел было ответить, но дедок прикрикнул.
  - Не врать мне, Ё!
   Аккуратно кивнув Тим вновь сам не зная почему, тихо добавил:
   - Извините...
   От чего, дед снова прыснул смехом и махнул на него рукою.
   - Всё с тобой понятно.
   И вновь став подозрительным прищурился.
  - А чего щуришься все время? Дразнишься?!
   Тим похолодев, ибо боялся разозлить старца, указал пальцем руки на тесьму идущую под хламиду.
  - Очки. Вижу без них плохо. Извините...
   Дед привстав, поддев тесьму стволом вытащил очки.
  - Ага... Ну точно - городской!
   От того как скривился сплюнув, Тим захолодел.
  - Из...
  - Цыц! Ё! Тишина в отсеке!
   Дед к чему-то прислушавшись, зябко повел плечами. А затем, кивнув на люк, коротко приказал.
  - А ну. Живо на борт!
  Тим дернувшись, было хотел сказать, что не может, ибо увяз, но дедок видимо и так это поняв, шагнув ближе и схватив его за шиворот, рванул. Хламида затрещала, а Тим рухнул лицом в грязь. Обувь так и осталась в грязи.
  - Шевелись! Вошь портовая!
  Свой приказ, дед сопроводил пинком, от которого заломило в копчике и Тим, сам не помня как, рванув на четвереньках, оказался на кочке. Задержаться, не дал ткнувший ниже спины ствол автомата.
  - Вниз! Давай! Живо!
  И вновь рывок за шиворот и пинок. Более слетев, а не спустившись по вертикальной лестнице, подгоняемый пинками, упал и больно ударился о металлический пол. Сверху бухнуло железом и заскрипело. Пока он возился в луже грязи, что натекла с него, Дед уже оказался рядом.
  - Чего разлегся?!
  Рванув за шкирку, от чего прогнившие лохмотья окончательно порвались, поднял на ноги. А лохмотья, кинул под них
  - Убирай давай!
   Сам, отойдя пнув, отфутболил в его сторону из угла, таз и щетку. Поморщившись затем, скомандовал:
  - Табань!
  И указал в тот же угол на пару ведер.
  - Вначале себя вымой. Не чего мне тут еще боле грязь разводить.
   Сев на табурет из металла, вздохнув, стал наблюдать.
  Тим заполошно исполнявший приказ, мельком косился по сторонам.
   Они были в чем-то похожем на бочку. Вот только вокруг, была уйма труб, вентилей и каких-то приборов.
  - Хорош глазеть! Скидовай свой вошесборник и чище оттирайся! И палубу сливай за собой!
   Под ноги упал кусок мыла. Роскошь небывалая.
  Помытый, вымыв пол, клацая зубами Тим сглотнув, оглянулся. Дед уже сидел на другом месте и указал на табурет неподалеку.
  - Утрись и оденься!
   На табурете лежало грубое вафельное полотенце. А под ним темная одежда и вообще не бывалое - пара почти новых ботинок.
  -Что вылупился? Одежу не видал?
   Еще пару междометий с непонятными словами, Тим заработал, когда одевался. Штаны застегивались на пуговицы и были сшиты очень странно. Впрочем и рубаха, сшитая куском и имевшая на груди вырез и карман с пришитым к нему номером на клеенке.
  Дед с критическим выражением на лице вздохнул.
   - Во! Если бы не очки твои дурацкие... Почти бы и на человека походил!
   Кивнув своим мыслям, покосился на мерцающую и все менее светящую лампу. Постучав по ней, вздохнул
  - От тля!
   И шагнув к люку в стене, скомандовал.
  - Ну-ка идем!
   Далее был коридор. Свет почти погас, шли чуть ли не на ощупь. Вернее дед то шел уверено, да еще погонял. А вот Тим набил себе синяков и шишек на голове о всякие железки и что-то еще.
   Увиденное в помещении, куда пришли в итоге, его потрясло.
  В комнате, тоже схожей формой с бочкой стояло большое сетчатое колесо. Войдя, дед стукнул по нему, что-то прикрикнув. В колесе, забегали вращая его, две здоровенные крысы.
   Свет моргнул, лампы стали светиться ярче. Довольный этим дед, поправил нечто на щитке приделанном к раме.
  - То-то
  Тим присмотрелся к конструкции. К оси, была приделана шестерня и через цепь, и пару еще, от неё вращался вал электрогенератора. Как видно, снятого с машины.
  - Ты точно не электрик?
   От неожиданности вопроса, Тим распрямившись, вновь ударился головой.
  - Нет... Простите...
   Вздохнув, дед поморщился.
   - Жаль. Аккумуляторы совсем сдыхают. А...
   Махнув рукою, указал на проход назад.
   Тим только сейчас заметил, что автомат куда-то делся. Вместо него у деда на боку болталась на лямках, кожаная кобура. Причем, точно не самодельная!
  - Шевели ластами, мокрица!
   Дед привел его в помещение вроде кухни и указав где сесть, достал из металлического шкафа миску. Наложив из котла каши с мясом, дал алюминиевую ложку с номерком. А сам принялся орудовать со стеклянной банкой и каким-то прибором. Судя по проводу - электрическим. Пристроив тот, ворчливо заметил.
  - Ешь давай. Тебе дал, не для себя держать...
   Упрашивать не стоило. Тим сел все быстро. И когда под присмотром деда мыл, в банке, закипела вода. То что тот достал из шкафа за этим - удивило не меньше. Дав Тиму кружку, дед достал стеклянный граненый стакан и подстаканник. Вещи, которые Тим видал только в музее!
   - Чего смотришь? Вот чай, вот сахар. Дерьмовый... Но прощевай брат, бананьев к чаю у мене нема.
   - Ба...
   Старик, хмыкнув, покачал головой.
  - Садись и пей!
   Чай, оказался очень душистым и вкусным. И то, что это не заменитель. И ему не показалось, Тим понял по листочкам, плававшим на дне.
   Словно угадав его мысли, старик поморщился.
  - Да. Такого брат, хрен где теперь найдешь. Но... Коли захотеть... Многое можно... Многое.. мда...
   Попив чаю, он погнал Тима обратно на выход но не дойдя до того, пихнул в узкую комнатку обшитую панелями дерева, с двуспальной кроватью.
   Указав на нижнюю, сам сев на откидной стул у приделанного к стене столика, стал расспрашивать. Толи еда от которой сразу потянуло в сон, толи чай... Но Тим неожиданно для себя, стал рассказывать. И рассказывать - всё... Не приверая и без утайки...
   Как уснул - не помнил...
  А проснулся от ощущения небывалой тишины. Было и правда очень тихо. Хотя когда тишина стала буквально звенящей - послышался некий гул, затем стон. Шум исходил откуда-то из-за стен. Но быстро закончился и вновь стало тихо. Шаги деда он услыхал за долго до того как открылась дверь. То, что тот его запер не показалось обидным. Оглядев его и помещение дед хмыкнул и указал на ведро, оставленное как тот сказал - для отправления естественных потребностей.
  - Бери.
   Они вновь пришли в помещение с крысами. Там дед показал, как утилизировать отходы и умывальник. Заметив, что в каюте, так называлось помещение где спал, тот не работает.
  
   После рабства у бандитов, жизнь и работа у деда на лодке. А его домом оказалась утопшая в болоте подводная лодка, показалась Тиму чуть ли не раем. Дед был строг но в меру. Он помогал ему чистить и обслуживать механизмы, кормил крыс, убирал. Дед же, не только слушал его рассказы, а поучал тому, как выживать вне стен его железного дома. И даже проверил, как Тим умеет стрелять. И хотя покривился - признал, что таки умеет, как не странно. Еще одним итогом этого стал выданный ему, но пока без патрон, старенький автомат. Пистолет дед тоже дал, но только чтобы Тим научился им владеть. Начав с того, что разбирает, чистит, и собирает не потеряв деталей сослепу...
   Стрельба из него оказалась делом не простым и старик забрал, заметив, что такой стрелок как он, попусту выжжет патроны без толку.
   Жил Тимофей у деда, не так долго. И хотя старик намекал, что тот ему глянулся, и зря он так рвется - жопу в болоте мочить далее - отпустил. Стоит признать, это был первый из людей вне 'чистой зоны', кто просто поразил Тима своею человечностью и взглядами на мир. Ну и конечно тем, что на прощание, выделил ему ношенную но справную одежду, оружие и кое какой запас на обмен. В нем были даже Кредиты, новая валюта введенная вместо денег ООН. Что делать, совсем без денег как-то вот не могли обойтись нигде.
   Да еще... Что касается, Лодки... Как выяснил Тим, это была самая настоящая дизельная подводная лодка, которую перегоняли на завод Красное Сормово, для восстановления и установки в музее. Вот только она, так никуда и не дошла. Экипаж и без того малый частью погиб от вируса, частью пал в борьбе за выживание. О себе старик не любил говорить и потому Тим не спрашивал. Окрестив про себя Капитаном, но называть так, опасался, обходясь рекомендованным к оному - тащ командир.
   Жизнь странная штука. Он прожил у Капитана не так много, куда менее чем в плену у Суров, но по ощущениям, узнал живя у старика куда более. И не только о технике и болоте. Дед, когда обвыкся с Тимом, любящий поговорить, порою говорил без умолку и обо всем. А тим слушал и впитывал как губка новую информацию о мире вокруг, рассказы о старом мире и о людях. Пояснения о технике и том как обслуживать и как та работает.
   Он был молод и ему было всё интересно. А еще он хотел выжить и вернутся в привычный ему мир. Он тогда еще не понимал...
  
   Туман, вечный туман болот. Да, так казалось, он и правда над ними вечен. Уходя Тим не оглядывался - плохая примета. Но если бы оглянулся кроме старика капитана в своей неизменной куртке штурманке и фуражке, заметил стоящего рядом с ним иного человека. Незнакомец, лицо которого скрывал капюшон брезентового пыльника, сложив руки на автомате висящем поперек груди, провожал его фигуру растворяющуюся в тумане, долгим и пристальным взглядом...
  - Он дойдет?
   Капитан, спросил не глядя на стоявшего рядом.
  - Он пришел...
  Когда капитан покосился на ответившего, то увидел в тумане, лишь только размытый растворяющийся силуэт.
   Впрочем, старик не обиделся на Странника. Тот и ранее был таким. Малословным и отстранённым от всего. Приходил и уходил как тень. Поглядев на оставленный им у люка мешок, хмыкнул. Прибрав и спускаясь проворчал - Незваный гость легок, а званый тяжел. Последнее относилось не к оставленному для него старому армейскому захару. Кстати, новенькому, будто только со склада. А к просьбе Странника, которую выполнил. Хот, отчасти дед лукавил. Парень ему и понравился и был не совсем в тягость, шибко помог по хозяйству.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Старик.
  
  (Чаще его знают под именем - Странник иногда сокращая до Стар - не звезда, а старый)
  
  Странник.
  
  Ретроспектива.
  
  Память...
  
  
   Простой сколоченный из досок стол, бутылка самогона, нарезанное на тряпице мясо, соленый и огурец и 'круглый' домашний хлеб.
   Попытки вспомнить искажают лицо болью. Они, вышибают этой, и физическою, и душевной болью, как пуля в голову, хмель от крепчайшего самогона ...
   Еще кружка в дрожащей руке, жадно выпитая словно вода...
  
  'Сталинская' квартира. Тех времен шкаф с зеркалом. На створке висит форма с медалями...
   И тут же круговерть звуков... В лицо бьет песок и солнце. Горящие бензовозы, выстрелы крики... Но это не связанные картины, калейдоскоп. Лицо перекошенное криком, удары пуль в борт , пальцы скребущие по боку гранаты цепляющие чеку...
   Булькает самогон и снова калейдоскоп.
  - Завывание ветра снега. Люди побивающие тропу утопая выше пояса. Затем, крики, жуткий вой...
   И... Как удар, рывок и... Противоположность этому, тишина. Каменистый, во льду, берег океана и улетающий в хмарь военный борт .
  Тряхнув головою, словно случайно, настраивается на некую волну.
  - Отделение милиции, молодой круглолицый следователь, держит документы...
  - Путешествовать любите гражданин? Знаю я вашу породу... Неуживчивые, не признающие порядок! Вот нигде не задерживаетесь. И здесь вот...
   Скрип двери и картину смазывая краски, сменяет другая.
   Все словно в водяном тумане, а по сути так оно и есть. Трескается, высыпается панорамное стекло противогазной маски и становится видно, что вокруг над нею, смыкается шевелящаяся зелень... Темнота...
  
   Заслоняя свет, к столу подсаживается человек. Видна только его спина. Булькает жидкость.
  - Опять?
  - Снова...
  - Волна изменений... Как там говорили? В этой бне? Выброс?
  - Да... Суки!
  - Спокойно.
  - А ты?
  - Меня не так плющит. Ведь помнишь? Пол башки снесло. Вот и не помню столько лишнего...
  - Лишнего...
   Пришедший пьет. Поставив кружку говорит твердо.
  - Лишнее. Не из-из боли. Из-за меркантильности твоей. Носишься с этими...
  Рука стискивается...
  - А что они сделали для нас?! Что?! И сейчас. Ловят как зверей. Опыты ставят... Мы для них...
   Сидящий перед ним, поднимает ладонь останавливая.
  - Стоп. Хорош. Не заводись.
   Тяжело выдохнув, сидящий спиною махает, рукою.
  - Ладно возись с этими букашками и придурками. Твое дело. Но вспомни, когда за жабры возьмут и препарируют - я тебя - предупреждал...
   Усмехнувшись, первый кивает.
  - Да уж о тебе - точно вспомнишь, когда начнут потрошить...
  
  
   Он почти всегда один как и человек стоящий у дома и смотрящий ему в след. Они, похожи как клоны. Не лицом, не тем, что и одеваются почти одинаково. Судьбами. А еще тем, что хотя внешне люди, на деле волею нового мира уже инее они...
  
  
  
  
  Зона сумерек.
  
   Дорога и находки.
  
  Ретроспектива.
  
   Спугнув стаю разожравшихся на трупах ворон к дороге вышел человек... Старый потертый и выбеленный солнцем пыльник, видавший виды рюкзак, военные ботинки и брюки. Лет 35 назад, такого было легко принять за грибника или лесника делающего обход, но не сейчас, не сейчас...
   Раздвинув ветви, не торопясь, спокойно огляделся. А затем, скинув капюшон, шагнул из кустов.
  
   Странник, как его часто звали в этих, да и других местах, обладал некими 'способносями'. Некогда, он мало думал о том, что станет их обладателем. Не зачитываясь 'Звёздной оперой', не до дыр в ленте засмотрев кассету 'звёздных войн', не... Но это всё, давно в прошлом. Сейчас, они у него есть и не только те, о которых мог бы мечтать.
   Это он послал наблюдать сюда за происходящим, разведчика, но получив донесение, решил все увидеть сам...
  
  
   Первый костяк, в лохмотьях, что остались от БДУ и военного снаряжения, лежал прямо у его ног. 'Новый мир', быстро прибирал труппы. Вот и этот, уже почти 'опустел' поедаемый, не только птицами.
  Стоило коснувшись его, прикрыть глаза, в сознании Странника, 'как живая', встала картина смерти.
   Люди. Военные. Судя по тому, что за машина кроме военной с крестами санитарной службы, брошена на дороге. Военные, только обеспечивающие прикрытие или сопровождение. Машины как видно, только встали и согласно правил, военные, высыпав на дорогу, ощетинились стволами. Этот умер, так и не успев осознать происходящего...
  
   Далее касаться кого либо, уже не требовалось. Словно в калейдоскопе одна картина сменялась другой. Лес, дорога, кусты сохранили для него кусочки некоей памяти.
  Вот падает, инстинктивно схватившись за горло и выронив оружие еще один. У следующего удар пули срывает шлем и он, словно в замедленном кадре кино, валится ничком. Еще один, и еще...
  Смерть настигла их почти одновременно, и то как, подсказывало, что напавшие вовсе не обычные грабители или бандиты. Засада организована грамотно, сами они весьма хорошо подготовлены. Почти нет промахов.
   Открыв глаза, оглядел борта машин. Так и есть, там где стояли военные нет отметин кроме как от попаданий в них самих. А значит, стреляли точно и прицельно. Вовсе не угадав кто и где будет, а зная как именно действуют военные при такой остановке.
   Еще смерти и еще... А вот тут, нечто странное...
  Открыв глаза и сделав плавный шаг и переместившись к месту, нагибается. В руке появляется вырванный из блокнота лист. На нем красивым убористым почерком написано:
   Запись 02-34.
   Личный дневник Тимофея Филатова.
   Младшего сотрудника лаборатории третьего уровня ?72...
  Далее испачкано и лист оборвался. Но и этого достаточно чтобы странник увидел, как и почему, лист вырыван...
  
   Молодой парень кусая губы смотрит в след человеку в белом халате, толи брезгливо толи раздраженно махнувшего рукою и отвернувшегося. А затем, перед глазами Странника он же. Но за оправою очков и респиратора, тот узнает его по глазам. В расширенных глазах не испуг, Странник ощущает в видении, восторг и ликование. И когда тот оборачивается, видит за такой же 'маскою', глаза парня кому принадлежит лист дневника.
   - Яйцо...
  Обернувшись к машине, Странник, повинуясь старым привычкам, вскидывая стискивает автомат. И как ответ на его мысль где-то за кустами, еще вдали слышен клекот Гасторниса. Птица явно рассержена или обеспокоена.
  
  Птица... То, во что порою превратились в чреде генных и прочих мутаций животные, трудно соотнести с тем, кем они были некогда. Гасторнис - род вымерших крупных нелетающих птиц, существовавший в палеоцене и нижнем эоцене. Редчайший экземпляр регресса животного чудом произошедшего вернувшийся на землю. Сам Странник, не особо верил в выкладки ученых о подобном. Да и о другом, что удалось заполучить через своих людей в Международном Исследовательском Центре. Но с интересом приглядывал за подобными этому экземплярами.
   Большая их часть, достигнув некоего предела регресса и роста, снова вымирала. Всё же эти животные и птицы, небыли приспособлены к тем условиям где появились. Не та пища, не те климатические условия, да и последствия случившегося тоже сказывались.
  Гасторнис... Птичка весьма опасна и прожорлива. Чтобы её убить мало попасть из крупнокалиберного ружья. Плотное оперение не хуже бронежилета высшей защиты. 50 калибр рикошетит или вязнет. На ногах слой кожи как панцирь, да и череп птички не просто так пробить. Даже 14мм пулемета БТР или 20мм пушки вертолета, такую не берет сразу. А расковырять себя очередями, красуясь как мишень, она не дает. А если уж подойдет на бросок, таранный удар клювом или корпусом сминает броню, опрокидывает. Далее? А что далее? Только надеяться, что лютуя, не заметит забившуюся в щель букашку...
   Над лесом раздался приближающийся гул патрульной пары боевых вертолетов и Странник шагнул в кусты, ранее чем его скрыли ветви силуэт растворился в тумане.
  
  
   Следующими кто появился на дороге, стали военные. Три фигуры похожие на сказочных леших из-за накинутых поверх формы маскировочных костюмов отделившись от 'пейзажа' вдоль дороги шагнули к машинам и труппам. То, что сконцентрировали на них внимание, вовсе небыло следствием ошибки или не профессиональности. Зная где искать, можно было бы заметить еще несколько с ними схожих,
  
  - Квазар?
  - Слышу вас.
  - На месте...
  - Хорошо. Вас видим. Работайте.
  - Принял.
   Старший тройки, дав сигнал рукою подчинённым, направился к машине сопровождения.
  Все трое более внимания уделяли дороге и самим машинам. Слишком часто, при столь профессиональной работе, напавшие оставляли 'подарки'. Не обошлось без них и тут, о чем свидетельствовал один из костяков, разметанный взрывом, а вовсе не зверьем или птицами. Второй 'гостинец', обнаружили в кунге машины и на ее раме.
   Неизвестный 'шутник' не пожалел для такого пары гранат. А ведь они, стоили весьма дорого. Еще одну, нашли заглянув в уазик. Но даже после этого всё еще раз осмотрели, не смотря на то, как поджимает время.
   - Квазар.
   - В канале.
   - Подарки сняты. Условно чисто.
   Из кустов после сказанного, вскоре выдвинулись еще три тени...
   Подходя к разведчикам на дороге, Дорохов достал карту и кивнув людям, протянул её Литовченко идущему за ним.
   И движения и то, что делал, были давно отработанным номиналом. Литовченко еще раз 'привязал место'. Достав цифровую камеру, сделал снимки карты и дороги в обе стороны.
   Дорохов тем временем неторопливо обходил место сопровождаемый уже командиром первой вышедшей к машинам тройки. То, что говорил боец, уже с двух шагов было не разобрать. Но так они все привыкли. Или шепот, или знаки, до той поры пока не выйдут на место в котором подобное не столь критично как в иных.
   Ожил тихим щелчком и шипением динамик гарнитуры.
   - Квазар. Вертушки выжгли горючку и отваливают.
   - Принято.
   Кивнув более себе, чем радисту группы, сообщившему по внутреннему каналу о этом, вздохнул. Навели на место, и в том спасибо, никто не обещал, что они будут жить хорошо, и двигаться, и тут работать под их прикрытием.
   Снова шелест говорящий о том, что работал 'местный', а не цифровой канал связи.
  - Квазар.
  - Слушаю.
  - Эльф в трех кликах встретил Птицу. Наблюдает. Передал, кружит, обеспокоена, но пока не вышла из комплекса.
  - Рубин Эльфу. Наблюдать издалека при малейшем сомнении что заметят - уходить.
  - Принято.
  - Связной Квазару.
  - Передано, принято.
  - Принято.
   Дорохов осматривавший тела и машины, говорил по ходу дела. Номинал и правила связи для такого опускались. Местная или 'близкая' связь шла помимо основного канала и не писалась. Они внутри группы, для такого, специально использовали маломощные радиостанции. Их сигнал затухал уже в 50 метрах, а иногда и ближе. Мощные цифровые радиостанции, хоть те и шифровали передачи, легко засекались по пику сигналов. А что такое отслеживали бандиты, уже не раз убедились. Все просто. Ставят ресивер широкополосный на прием. Если рядом три или более раз сработал непонятный сигнал - явный признак того, что рядом военные или хуже того, поисковый отряд 'чистильщиков'. Или уйдут, или встретят огнем ранее времени. Причем сделав засаду... А пример такой - вот он перед глазами.
   Группу Дорохова, послали сюда не зря. Их 'Попросили' у военной разведки центра, так как местные были заняты или не справились. А почему? В этом и смежных квадратах слишком участились случаи высоко профессиональной работы. И это, не наемники, работающие под местных, как те себя зовут - Суров. Видео съемка и другие данные, не давали разночтений. Одна или две местных банды, заполучили инструктора или перебежчика, который не просто организовывал им нападения. Все что видел Дорохов, говорило о тренировке и подготовке.
  Литовченко, что закончив со съемкою, подошел словно подтверждая это, протянул на ладони несколько гильз. В основном семерка, на паре - черные ободки. Так метили бронебойные патроны самопальные мастерские. Да, именно так. У бандитов, все больше появлялось высоко технологичного оружия. И не только потому ,что в одной этой колонне заполучили не менее восьми автоматов в хорошем обвесе и военного к ним снаряжения и патрон.
   Покатав гильзы на ладони, Дорохов ссыпал их в багажный подсумок.
  - Богато прибарахлились сукины дети.
   Литовченко кивнул и указал на машину научного контингента.
   - Забрали не всё. Ничего не сломано. Тот кто грабил, знал, что искать.
   - Или не хотел погони. Груз как видел в сохранности.
   - Мина?
   - А что мина? Нашли мы, тот кто не нашел бы - сам дурак. Тут бы и лежал...
  - Не заказуха?
   Дорохов, пожевав губами, сплюнул.
  - Хрен его знает. Темно...
   Литовченко помрачнев, кивнул соглашаясь. А затем, оглядевшись, спросил.
  - Уходим?
  - Да. Отсвечивать тут, нет смысла. Надо, сами путь дотумтумкают, что к чему. А наше дело, найти след и искать...
  Отвернувшись, ушел вправо в кусты. За ним следом, сопровождавшие. Последними ушли те, кто вышел первыми.
   Вновь тишина и даже птицы, что спугнул первый посетитель примолкли. То как ушла прикрывавшая разведку и оставшаяся наблюдать тройка, было так же незаметно, как и их появление.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Личный дневник Тимофея Филатова.
  
   Запись на полях без метки, но судя по всему после полот.
  
   Странно никогда не думал, что так легко приму новое имя и облик. Оно было дано и словно переродило меня. Я стал, тем, кем стал...
  
  
  
  
  
   Несколько месяцев спустя.
  
  
   Пластун.
  
  Забегая вперед - первая встреча....
  
  Тимофей Филатов.
  
   Новое имя...
  
   Выстрелы, были почти не слышны. Что пулемет, не переставая, бьет короткими злыми очередями, можно было уверенно видеть, в основном по пламени, при каждом выстреле освещавшему прорезь бойницы бункера. Да по короткому, злому, посвисту пуль, или треску, когда пули срезали ветки чахлого кустарника.
   Теперь когда все в мире поменялось, природа и измененная мутациями Зона, пусть и условно почти 'чистая', часто выкидывала такие шутки. Звук в нескольких метрах мог быть неслышен, и в тоже время, вы могли слышать тихий разговор, происходящий, где то за пару километров от вас. Причем так, будто стояли между говорящими.
   Песок, смешанный с опавшей хвоей кончился, в лицо ударило запахом тины. Положив голову на бок, Тим распластанный в ложбинке, укрывавшей его от пуль, посмотрел вперед.
   - Ну, отлично... Снова болото!
  Он конечно погорячился. Местность лишь слегка подболочена, хотя и в такой, иногда встречались трясины, но редко. Хуже, было не то, что сейчас придется ползти по ноздри в черной вонючей жиже, а то, что ложбинка кончилась.
   До болота, был ровный как стол, покрытый лишь редкой щёточкой 'мёртвой' травы, склон. И из бункера, он просматривался также хорошо, как и пригорок с которого он скатился, чтобы укрыться в этой ложбинке. Видимо, пулемётчик знал об этом, не давая своей не прерывной стрельбой, поднять голову.
  
   Как подтверждение мыслям о том, пули взметнули фонтанчики песка у самого окончания ложбинки, запорошив песком глаза
   - Сука! Сука!
   Тим, постарался успокоится, и начал ощупывать свои карманы, мучительно думая над выходом из сложившейся ситуации. Отсюда, даже будь у него снайперская винтовка, а не старый задроченный АК, с парой десятков патрон в рожке, он ничего не мог сделать с пулемётчиком блок поста.
   Именно в этот момент, перед его лицом на песок легла тень. Потянуло сигаретным дымом.
  Скосив глаза в другую сторону, Тимофей замер. Подняв взгляд, нервно сглотнул, ибо горло от волнения мигом пересохло.
   Буквально в паре метров справа, чуть выше его, на сгнившем пеньке сидел человек в старом брезентовом плаще.
  Разглядывая его, Тим буквально замерз, стараясь, даже не дышать, и вжимаясь небритой щекой в песок, разглядывал Тульпу. Тульпа или призрак, могла быть совершенно разных видов. И еще, Тульпа, как стабильная самовнушенная осознанная визуализация, способная к самостоятельным мыслям и действиям, обладала и собственным сознанием. А сильные могли и воздействовать. В частности убить. Как? Да бог весть. Он не раз слышал рассказы суров о таком явлении. И это вовсе не сказки инее байки в новом мире...
   Странный призрак. При более подробном рассмотрении, он не казался нежитью. Наоборот, от него, исходило явно ощутимое ментальное "тепло", словно от живого и чем-то неуловимо знакомого человека.
  Ноги, одеты в добротные, хотя и не новые, военные высокие ботинки. В них аккуратно заправлены поношенные брюки от комплекта натовского БДУ. На коленях лежит АКМ. Ствол, в следах окалины, видимо, им часто, а по тому как выглядит, и недавно пользовались. Впрочем, это не так необычно, у нежити и мутантов, часто оказывалось вполне реальное и даже новое оружие.
   Плащ очень и очень старый, такого покроя, он видел только на фото своего деда. А тому, как говорил отец, такой плащ достался от его отца, бывшего пастухом ещё в колхозе.
   Тим, зажмурил глаза и постарался прогнать воспоминания. Воспоминания - табу! Хочешь жить, встретив вестника смерти забудь прошлое! Так говорили суры.
   Призрак сидящий рядом, поднял правую руку затянутую в кожаную полуперчатку и затянулся сигаретой. Капюшон плаща, накинутый наголову, на секунду осветился красноватым огоньком тлеющего табака.
   Вот что нежить не делала - так это точно - не курила. Тим, все более и более поддавался иллюзии, что рядом, сидит обычный человек.
   Слишком реальна и ощущаема была тульпа. Он даже заметил, что по дальней от него штанине незнакомца, упрямо карабкается вверх, коричневый "лесной клоп".
   Призрак, неожиданно, с нечеловеческой резкой плавностью, повернул к нему лицо.
   - Будешь?
   Сигарета в руке исходила одуряющим табачным ароматом. Тим, не так часто курил. Более баловался. Курить ему никогда не нравилось. Сигареты вообще-то стоили очень дорого и курение считалось плохой привычкой. А его сверстники, из крутых, стащив сигареты у родителей, выделывались, показывая тем свою взрослость. Но именно сейчас, ощутил, как его буквально скрутило от желания сделать хотя бы затяжку.
   Боясь поднять взгляд выше, и поглядеть в лицо, если у призрака оно было. И то, что его страх выдаст голос, смог только чуть кивнув зажмурить глаза.
   Призрак, словно увидел, вынул из-под плаща еще сигарету, прикурив от своей, кинул ему перед лицом.
   - Кредит с тебя. Как ни будь потом.
   И будто не желая стеснять его взглядом, отвернулся к болоту.
   Дрожащая рука нащупала сигарету. Первая затяжка была как удар. Как стакан крепчайшего самогона на голодный желудок. Все поплыло перед глазами, по телу распространилась приятная истома. Сигареты, что дал старик одевший и давший оружие, кончились у него еще неделю назад, когда он заблудился окончательно. Даи не курил он их почти - посыпал следы. И эта первая затяжка, была как доза для наркомана на ломке...
   Прокашлявшись, и собравшись с духом, обратился к незнакомцу
   - Как ты... ?
   Кашель, от пересохшего горла и дыма, не дал докончить вопрос. Призрак, как уже обозвал про себя незнакомца, хмыкнул и буркнул односложно
   - Стреляли...
   Ответ был очень знакомым, но где он его слышал, Тим не мог вспомнить.
   Сигарета окончилась. Он держал пальцами теплый, тлеющий цилиндрик фильтра. А в душе, металось жгучее ощущение чего-то окончившегося, и тоскливое, до воя в полный голос, желание хоть немного еще пожить...
   - Ну, бывай. Пластун.
   Призрак встал, и держа в одной руке автомат, походкой уставшего от долгой и нудной работы человека, не оглядываясь, пошел в сторону леса.
   Тимофей, тупо глядел в его спину. Пластун? Почему он, назвал его пластуном? Затем, его будто что-то подтолкнуло. Совершенно не думая ни о чём, он уперся рукой в песок и сел. Не глядя по сторонам, только в спину незнакомца, подтянул лямки вещевого мешка, и взяв за ствол автомат, встал и пошёл по следам незнакомца.
   Тот шёл, не оглядываясь будто, не слыша его тяжелого дыхания и шагов. Уже у подлеска, Тим решился спросить, кому он обязан спасением, но спросил почему-то, о совершенно другом
   - Почему по нам не стреляет пулемётчик?
   Призрак, не оборачиваясь и не замедляя шаг, всё так же односложно ответил
   - Не может...
   Тим обернулся.
   Цепочка их следов, ясно видная на песке, покрытом тонким слоем перегнивших сосновых иголок, упиралась в ложбинку, по которой полз. В которой пропахал брюхом след. За ложбинкой, метрах в двадцати, прямо по директрисе их следов, стояла одинокая обломанная сосна. Она заслоняла их от бункера.
   - Дак...
   Слова застряли в горле и он обернулся. Но за спиной... Никого не было. Не было и свежего пролома в густом подлеске впереди или по бокам. Не было и следов. Они обрывались в нескольких метрах перед подлеском, там, где начинался серебристый мох.
   Тим, присел над последним следом, и сам не зная зачем, погладил рукой мох. Когда он поднял взгляд, перед тем как встать, в шаге от себя заметил пачку сигарет. Она лежала, слегка приоткрытая, будто выпавшая или брошенная там.
  Уже даже не удивляясь, он поднял ее.
   Пётр 1й, в чёрной пачке, с российским гербом, таких уж точно с начала Краха Всего не делают. А может и по более. В пачке, еще было несколько сигарет.
   Закурив, повесил автомат на плечо и вломился в подлесок. Шёл, стараясь не сворачивать, пока хватило сил. Затем, когда устал, остановился и выкурил еще сигарету. Снова шёл и шёл, раздвигая плечом упругие ветви. На первый взгляд не такой густой подлесок, высосал из него последние силы. Уже смеркалось, и он раздвигал плечом прутья подлеска, уже чуть не падая, когда где-то впереди, послышался тихий говор и в окошке меж листвой, сверкнуло пламя.
  
   Тимофей, не подкрадываясь, так как сил не оставалось, перехватил автомат и вывалился из подлеска прямо к костру.
   От костра спинами назад вскочили люди, заклацали затворы и предохранители.
   - Стоять!
   Люди. И на вид не банда, а местные из поселка. Рядом с каждым мешки, видимо куда-то шли, может поторговать. Да и одежда получше чем у бандитов, и лица не такие злые и угрюмые. Нет в них злого остервенения или глума. И хотя и они, не лучше, но всё же не стали стрелять сразу и возможны варианты.
   Дошёл. Жив. Он, выпустил автомат из рук, и волоча его за ремень, словно зачарованный подошёл к костру.
   На рогульке висел котелок с разогревающимися консервами. От котелка исходил одуряющий запах мясной тушёнки и горохового концентрата.
   - Пожрать дадите?
   Один из мужиков, осветил его фонарем.
   - Расстегни куртку!
   Тим, бросил автомат, безразлично улыбнувшись, расстегнулся и повернулся к свету.
   - Нет чешуи?
   - Пошути!
   Тим же, аккуратно подобрав за ремень автомат, сел к огню, и сняв, кинул под ноги стоявшим свой вещмешок.
  - Все ваше, кроме оружия, и сверху сто кредитов. За пожрать.
   Один из стоявших, видимо старший, наконец, сделал знак своим опустить оружие.
   - Давай всё. И по рукам.
   - Кроме оружия.
   Тимофей помнящий наставления старика, не собирался вестись как "лох" на такую разводку. Останешься "голым", и тебя еще более поимеют.
  - Ладно. Принято. Копыто, отсыпь ему жратвы.
  Старший, сел напротив, и пока Копыто накидывал Тимофею в манерку от котелка жратву, пристально, взглядом изучал.
   Копыто протянул манерку.
   Мясная варенина, была обжигающа и прекрасна. Выскребя манерку ложкой Тим с сожалением, вернул ее Копыту. Если бы не гордость, он бы еще и вылизал тару, так хотелось есть.
   - Крепко ты оголодал, а теперь гони кредиты! Как обещал.
  Тимофей усмехнулся, и вынул из внутреннего кармана куртки сигареты и перетянутый резинкой пластиковый пакет. Деньги... Кредиты, пластиковые карточки введенные для оплаты в 'Чистой зоне' и местах с которыми контактировали, заменили старые деньги. То что лежало у него, данное стариком, можно было не пересчитывать. Их, было ровно сто и один кредит.
  Открыв пакет, вынул пачку "листов" и взяв один сверху, остальное передал Старшему.
   Закурив последнюю оставшуюся сигарету, положил в пустевшую пачку банкноту, и аккуратно завернув в пакет, положил назад в карман куртки. Что купюра мелкая все видели по цвету.
  - Что? На развод?
   Вокруг костра рассмеялись.
   - Да нет, Тульпе Прапора задолжал, за вот эту сигарету.
   Лица сидевших, посуровели. А один из них, поперхнувшийся при этих словах варевом, подтянул к себе оружие и недружелюбно посоветовал
   - Знаешь что, пришлый, пожрал? Вот и вали-ка ты, по добру по здорову, туда куда шёл.
   Тим, пожал плечами, аккуратно взяв за цевьё автомат, встал.
   - Ну, бывайте. Спасибо за харч.
   Уже когда он выходил за круг света, его окликнул пересчитавший деньги Старший.
   - Погоди. Разговор есть.
   Он поднялся и подошёл к нему.
   - Можешь конечно не говорить, но детектора у тебя нет, а ты подошёл к костру мимо постов, от болота. Как тебе удалось?
   Свет его фонаря, высветил поляну с той стороны, откуда вышел к костру Тим. Над ней вибрировал воздух, в котором промелькивали зеленые блестки. Явный признак того, что газ отравлен.
   - От него и зашёл, чтоб караульный не стрельнул с испугу. По кочкам...
   Сам Тим, сказав, невольно незаметно сглотнул, так как хорошо помнил, что вывалился к костру, прямо из густого подлеска. А сейчас, до леса, было более ста с лишним метров, и до первых деревьев трава шевелилась от мануаций газа и блестела болотной жижей под собой.
   - Ладно, иди и не держи зла. Если что, меня кличут Щербень. Не бычься, вижу что пришлось несладко, но пошутил ты косо...
  Тимофей, немного замялся, но Старшой, вел себя справедливо. И его люди так же, не замаяли. И держать на него и его людей зло, было не за что. Вспомнив наставления старика, что встретил, вздохнул. А еще и то, как его недавно назвал незнакомец.
   - Если понадоблюсь, спроси про Пластуна.
   И уже сделав пару шагов в темноту, вдруг, неожиданно для самого себя, сказал как и незнакомец недавно, через плечо добавил.
   - И о долге... Я не шутил...
   Старшой, чиркавший спичкой о коробок чтобы прикурить, сломал ее от неожиданности ответа. Спина Пластуна тем временем, уже растворилась в темноте, обрушившейся во всю силу на лес и поляну ночи...
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  МИР, старый и новый...
  
  Память
  
  Старик.
  Странник.
  
  Курган.
  
   Холм на краю мира старого и мира иного. Не курган, не гора. Хотя кто знает, может быть, все же первое. Что мы знаем о мире вокруг нас? Да ни-чер-та! Как раньше видя крохи пред носом, судили о всем сущном, так и сейчас. Не важно...
  Холм был, и он есть. Странным образом, его вершина, возвышающаяся над лесом, чиста и ничем не затронута. Не живет на холме живность, и обходит стороной. Да и деревья, поднявшись к подножию, будто остановились. На нем, лишь трава доходящая местами до пояса.
   Попав сюда впервые, и всё же решив подняться, долго испытывал некий подсознательный страх и ощущение нереальности. Так и ушел. А вот во второй раз, все же решился. Уже на половине пути, обливаясь потом и ощущая, как яростно колотит сердце, едва не повернул назад. Но потом, словно перешагнул некий барьер - отпустило. Сразу накатило такое, нереальное глубокое и тихое спокойствие, что долго стоял, боясь шевельнуться и сломать это давно позабытое чувство и ощущение. С тех пор, всегда прихожу сюда, когда бываю в этих краях.
  
  На холме, кроме травы, нет ничего. И чтя это не оставляю тут следов. Да и нет такой привычки. Самодельный примус из банок, не костер. А все что надо, в старом рюкзаке и на мне. Не делал и схрон, ибо осмотрев холм, поразился его чистоте и мысли о том, что ни разу не нашел следа, что таковую, некто или нечто нарушило за столько времени... И потому, кто я такой чтобы нарушать оное, споря с подобным? Пустил, не трогает - спасибо на том...
  
   Приходя на него и сидя на вершине, и глядя с высоты, очень хорошо думать. И первое что обычно приходит со взглядом вокруг, слова, сказанные в начале одного старого фильма - 'МИР ИЗМЕНИЛСЯ'...
  
   Как принято такое было называть и ранее, 'Глобальная катастрофа', произошла не сразу. И никто официально, не показывал и не оглашал, всего ужаса происходящего. Хотя трезвомыслящие люди.. Да о чем я? Сам не раз бывая в заброшенных местах, не только в командировках видел и ощущал это. И вот, столь привычный некогда МИР - рухнул, рассыпался как карточный домик, под порывом ветра...
   Потому глядя со стороны можно лишь фрагментарно представить реальные причины и масштаб происходящего и произошедшего...
   И так... Слова - это только слова. Обратимся к реальности. К тому, что видят глаза и что сжимает болью и яростью сердце при воспоминании... Ибо вокруг, на фоне того, что видим, идет постоянная, где тихая, где яростная, так как не на жизнь, а насмерть, борьба за выживание. И не кого-то одного, всего оставшегося после произошедшего, человечества. Пускай пока не слишком успешная, ибо все что существовало, средства и возможности имевшиеся в наличии, не дало некоего кардинально положительного результата в отпоре произошедшему. Задержало, приостановило - да, но каждый шаг в борьбе давался огромными потерями.
   Потому, всему что осталось от государств и сообществ, предстоит пройти нелегкий путь до перемены такового и перехода в наступление. А для этого, не просто разработать некие меры. Некий привычный некогда номинал борьбы или войны уже показал свою несостоятельность. И надо не просто приспособить нечто к чему-то. А 'взглянуть на мир и себя' - по новому...
   Ломать рамки существующего и обыденного не легко, но без этого, не возможны, не 'возвращение к старому', не успешность борьбы, не победа в это м конфликте. Конфликте даже не с вирусом или природою, а с противостоящим человеку мирозданием.
  
   Что же произошло, по наиболее близкой к реальной, и существующим, версии?
  
   После вспышек вирусных эпидемий, в силу тех или иных причин, этот самый пресловутый 'вирус' изменился.
  Оставив в стороне споры ученых о месте, причине и следствии, в стороне. Наиболее реальна версия, что был не один, а целая 'серия' вирусов, в итоге, оставшимися различными, но едиными в своем основном воздействии на 'природу' и 'живое'... Говоря научным языком - на флору и фауну. Причем без всяких исключений.
   Незатронутым этим, оставался, как говорится - только камень.
   Так что если произойдет худшее - и никто не выживет... Сфинксы в пустынях, будут наблюдать своим мудры и безразличным каменным взором за этим, как и за миллионы лет до случившегося... А возможно и позже...
  
   Что же касается вируса или вирусов, не будем настолько уж придирчивы и обозначим их по основному принципу не деля на классы и подвиды, просто - вирус... В чем был ужас его действия? Не в том, что массово мрут люди...
  Вирус менял генетику - Всего...
   При соприкосновении с ним, начинал изменяться корень, основа зарождающая и определяющая 'генетики', те самые ДНК что и есть и основа создания всего живого и не живого. Флоры и фауны.
  
   Кратко. Разделив на фазы, сейчас можно более-менее уверено сказать - следующее:
  
  Первое.
   Несомненно, изменения вируса было отслежено. НО, но в силу ряда обстоятельств, как политических так и логических, ибо невозможно было в реалии, за краткий срок разработать, произвести и распространить, необходимое количество вакцин, особо учитывая, что вирус не один... А средств противостояния - для 'ВСЕХ И ВСЯ'...
   До самого крайнего срока, того, когда были реально созданы эти средства, и 'особые районы и регионы', никакой информации о наступления 'катастрофы' - не давалось. О таковом, не просто умалчивали, а всеми силами и средствами пресекали появление даже слухов о подобном, а где невозможно, искажали и подавляли по иному.
  
  Второе.
   За период 'умалчивания и подавления', отсчет которому можно вести от официального объявления карантинов и 'Чрезвычайного положения', хотя, трезво рассуждая и ранее. Вводятся - Чрезвычайные меры.
   Основными, становятся 'войска Химической и радиационной защиты' Почему? Потому, что они уже обучены противостоять и Биологической угрозе! И имеют персонал и соответствующие средства и технику.
   Их усиливают и увеличивают за счет приданных частей и не военного медицинского персонала...
  
  Третье.
   Никакие рассказы о умном президенте, мэре города, некоем обществе или компании, организовавшем противостояние - не выдерживают критики. Реально - всё было куда более прозаическим. Хотя отрицать роль неких личностей и групп, тоже не стоит.
  А что касательно выше сказанного, из сейфов, те кто и составили ядро сил противоборствующих напасти, забыв о раздорах, с полок хранилищ достали папки, некогда секретных 'сценариев' - 'Массированного биологического удара по территории', а с ними и других, таких как - 'Меры противодействия бактериологическому оружию' и 'Меры устранения бактериологического заражения'...
  Были, конечно и другие, но важен сам факт что данные сценарии не только имели место быть, или отражены в фантастических фильмах - существовали. И более того, те самые войска РХБЗ проводили согласно этих самых сценариев учении и тренировки личного состава. И не только у нас. Хотя вот тут стоит не признать, а смело сказать. У нас-то, как раз наиболее массово и планомерно. И это еще не вспоминая период 'Холодной Войны'. В него, целые войсковые группировки и даже округа, отрабатывали на учениях сценарии действий при радиационном нападении или заражении и на складах многих войсковых частей, с тех пор остались не только сгнившие от старости противогазы. Их то, как раз было много. И обновляли запасы, регулярно, ибо входили в снаряжение каждого военнослужащего. Кроме них, много полезных и годных к использованию материальных средств.
  
  
  И последнее...
   На основе всего этого, к моменту, когда стало невозможно скрыть происходящее, и начался так называемый - 'Обвал' или 'катастрофа'... Под эгидою вывески бывшего ООН работал штаб по борьбе с наступавшей трагедией. И начал всерьёз. Несмотря на противодействие и истерику разных правителей и чиновников, разом оказавшимися никому ненужными, которых военные, в лучшем случае, просто игнорировали. А начав, сразу приступил к делу, ибо и в своей среде, одновременно с созданием штаба провели жёсткую чистку, допустив к делу лишь тех кто необходим, полезен. А главное - четко и быстро выполняет приказы. Ибо - отсчет пошел и цифры на табло стремительно приближались к его окончанию...
   Так что на тот момент, не на бумаге, а реально, уже были созданы и работали, регионы и районы, противостояния... Те самые 'Чистые зоны' ставшие базами для противостоявших и борьбы со случившимся.
  
  Тут, сразу стоит заметить, что это были места - не для спасения 'городов'. Не лагеря готовые принять миллионы беженцев. Любой трезвомыслящий человек может понять всю нереальность подобного в столь сжатые сроки.
  Тысячи? Да. Сотни тысяч...? Возможно... Миллионы...? Как например лишь в одном крупном мегаполисе, вроде столицы. Нет... Не реально. Сразу по десятку, а по сути, более чем сотне причин.
   Что же касается 'чистых регионов', там, уже была и структура, и необходимый персонал. Все просчитано и учтено.
  Как? Да вот так. Те самые планы 'на случай', в которых были описания создания даже подземных городов на случай 'ядерной войны'...
  И в этих регионах, уже была проведена вакцинация и дезактивация периметров и многое другое. Каждый был учтен и приставлен к делу. И набор в них, проводился опять же согласно уже составленного плана необходимых 'рабочих рук' и обслуживающего персонала. И среди таковых, еще и потом, просеивая, выбирали наиболее полезных и востребованных.
  
  Вот почему изначально и после, туда не принимали толпы 'зараженных' оставленных за кольцами периметра ограждений 'грязных' гражданских.
  Все 'лагеря спасения', 'станции помощи', 'особые медицинские кордоны' лишь в весьма малой 'части', являлись фильтрами.
   По сути своей, все они - были фикцией. Несли, только одну основную и одну побочную функцию.
  
   Первое.
   - Сдержать напор 'беженцев' и не допустить прорыва в 'чистые регионы' , вируса. А зараженных и просто беженцев, к важным стратегически для выживания, сырьевым базам и производствам.
   И такое, кстати, касалось и мобилизации армии. Не случайно все части задействованные в массовых мероприятиях, изначально вводились в действие, без тяжелой и бронированной техники. А затем эту технику, забирали и выводили или отзывали, якобы на строительство лагерей для беженцев и прочие нужды.
   Наиболее важные склады тяжелого вооружения и техники, так же. Вначале под разными обоснованными предлогами, а после и под надуманными, вроде : - во избежание 'разграбления' в оставленной под слабою охраной базе. Все они, отводилась в выше указанные 'чистые' регионы или места где становились недоступны те кто мог бы воспользоваться.
  Было и такое, что не успевшие к таким местам колонны техники, отведя в сторону от глаз, уничтожали...
  
  Второе.
   - Упомянутый уже - фильтр. Отфильтровать из 'серой массы', специалистов и годных нести 'службу'. К ним, необходимую для 'функционирования', и борьбы - 'дополнительную' рабочую и иную силу...
  Кроме небольшого и резко ограниченного по количеству 'довеска' (семьи и работники зон отдыха и сервиса). Те, кто не имел 'полезности' - безжалостно 'вычеркивались из списков'...
  И тут, спорить с такою логикой, когда вопрос идет уже не о фиктивном, а самом настоящем выживании 'всего человечества', вопить о морали и правах - неконструктивно и бесполезно. Или живем и боремся, или лишь оттягиваем на месяц, два, год - кончину всех и вся...
  
   Да... Воспоминания... Память...
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  МИР, старый и новый...
  
  Память
  
  Старик.
  Странник.
  
  Встреча в пути.
   Кусты раздвинулись и на поляну, мягким крадущимся шагом вышел молодой парень в странном, похожем на комбинезон костюме из шкур. Сжимая в руке нож, он чуть прищурив глаза смотрел на сидящего перед костром мужчину. Ноздри его раздувались, словно он хотел по запаху определить принадлежность и опасность этого явления.
  - Ты должен уйти...
   Мужчина скосил глаза на вышедшего и усмехнулся.
  - И почему?
  - Это наша земля.
   Хмыкнув, мужчина покачал головою и вздохнул. Склонившись к котелку он спокойно помешал варево и попробовав, вновь покосился на парня.
  Сам он, как и все в новом мире, мог показаться не менее странным. Вопервых, чистое с достаточно хорошо и коротко подстриженной бородой лицо. Одежда - в вылинявший, но хорошо сохранившийся брезентовый пыльник. П под ним телогрейка военного образца, поверх как видно камуфляжа. На ногах берцы, не новые, но и не убитые годами. И это там, где давно все носят самодельные сапоги и вариации на подобное.
  На коленях АК в богатом, не самодельном обвесе. Да и рюкзак его на раме, из синтетики. Так же, ношенный и линялый, но отнюдь, не латанный и не разваливающийся.
  - И чья это - Наша?
  - Суров!
   Глаза парня сверкнули, когда он гордо чуть вздел подбородок. Оглядев его с ног до головы, незнакомец у костра вновь хмыкнул.
  - А похож, вылитый выживальщик, который все просрал, что наворовал, и одичал...
   Парень даже отступи на шаг вскинув руку с клинком направленным на сидевшего к уровню глаз.
  - Следи за языком! Мы Суры! Это от сурвайвер! А не выживальщики какие-то!
  Пожав плечами, мужчина не реагируя на нож и тон, достал сигареты, прикурив вновь покосился на парня.
  - В семидесятых годах прошлого столетия, Американец Курт Сакстон стал издавать журнал Сурвивалист. И утверждал что именно он, изобрел это слово. Журнал был про разные виды выживания. А сурвивалист, дословно, на русском языке - Выживальщик. Выживание на аглицком - сурвивал. Вот и сурвивалист, Как бегун, от слова бег - выживальщик.
  - Замолчи! Мы - Суры!
  Насмешливо фыркнув, мужчина выпустил в небо струю дыма.
  - Ну конечно суры! Вон как злишься. Значит ошибочка, ваше название - наше. От слова суровый. А я то, не понял. Извини...
  - Мы суры!
   Парень, в гневе качнувшись, сделал шаг вперед. Но мужчина только вновь покачал головою.
  - И что? Что это означает то? Что не надо быть вежливым и каждому кого встретишь, в глаза ножом тыкать? Или опять чего не понял. Ты им хвастаешься? Или продать мне хочешь? Так у меня свой есть и не хуже...
   Мужчина указал глазами в низ и парень метнувшись взглядом следом, заметил то, что упустил. В деревяшку возле ноги человека, был воткнут нож. Причем явно не самодельный. Из светлой стали, деревянными обкладками рукояти и лезвием, куда длиннее и кажется толще чем у него.
  - Мы...
  - Суры. Слышал уже. А я, не 'мы'! Я сам свой мальчик. И гуляю, по земле, где некогда жил, куда хочу.
   Сказано было это без агрессии, но твердо и веско.
  - Кто ты?!
  - Путник. Прохожий. Странник. Выбирай...
  Парень, сделав по окружности пару стелящихся шагов, думал. Это присмотревшись хорошо можно было заметить по движению микро мышц лица. Наконец он все также утверждающе напористо сказал.
  - Это, земля суров!
  Мужчина словно удивившись вздел брови.
  - О как! А где пограничные столбы? Указатели? Или суры, как кошечки и собачки, писая, свою территорию метят?
  Похоже, в этот раз, он сильно озадачил парня. Так, что он даже чуть приопустил лезвие...
  - Мы...
  - Суры...
   Сглотнув, парень метнулся взглядом туда, откуда вышел. А человек у костра усмехнулся и показательно медленно, взяв флягу лежавшую на рюкзаке, открыв, попил. Заметив, словно обращаясь к костру.
  - Глупый спор сушит глотку. И без фляги его не осилить.
  Покосившись на кусты, подмигнул.
  - Сходи за своей, я пока никуда не ухожу. У меня тут процесс.
   Сказав, указал глазами на начавший подкипать котелок. И потому словно забыв о парне, взяв ложку, снова помешал. Подувший в сторону парня ветерок, донеся пряный аромат приправ и варящегося мяса с копченостями, забил рот слюною...
   Впрочем, мужчина на него не смотрел, занятый своим варевом, и он, тихонько, чтобы тот не подумал увидев что слаб, сглотнул.
   Пауза затянулась... Он не знал, что сказать, спросить или как прогнать не убивая. Делать это ему почему-то не хотелось хотя - так нужно и должно. И когда молчание, стало напрягать до звона в ушах, мужчина неожиданно поднял на него взгляд.
  - Кстати. Уже готово. Есть будешь?
   Вновь смерив его взглядом, улыбнулся.
   - Молодой организм обычно сжигает калории как костер. А тут, на двоих вполне хватит.
   То как в руке незнакомца оказался котелок в котором варил свое варево, он не заметил. И когда решился сказать чтоб тот ...
  - Суры не кушают? Хм... И как же ты таким здоровым вымахал, питаясь одним воздухом?
   Он и сам не понял от чего, еще чуть опустив нож, с нажимом и недовольством по ощущению, на себя, буркнул:
  - Мы едим!
   Мужчина, изогнув края губ вниз, кивнул.
  - О, как! Что за день, Что не подумаю, все мимо, да не в кассу...
  - Не в ка...
   Мужчина махнул свободной рукой.
  - Не бери в голову! Распухнет.
   Подняв крышку котелка, отлил в нее варево и наложил ложкою гущи с кусочками мяса. Поставив на край ствола дерева на котором сидел, отвернувшись к рюкзаку, сказал что-то в нем ища.
  - А Сурвам, не зазорно показывать, как они едят? А?
   Он указал ложкою, что достал на крышку и положив на его край, стал открывать горшочек, что достал вместе с нею и держал в другой руке.
   Парень, сначала сделав шаг назад, от столь вопиющего своей глупостью вопроса, вновь напомнил невежде.
  - Мы, не Сурвам! Суры!
   Мужчина открыв горшочек закрытый чем-то вроде тонкой кожи и завязкой, отложил ее и достав из горшочка нечто белое, по виду похожее на мед, кинул это в котелок.
  Отставив горшочек, чуть наклонив голову, вздохнул.
  - Думаю, ты не поверишь. Но мне это, до пятой ноги...
   Взяв котелок, зачерпнув ложкою варево и немного того, что кинул, отправив в рот зажмурился.
  - Мммм Да! Самое то!
   Взяв сверток из рюкзака и развернув, вынул хлеб. И начав есть, не глядя на парня заметил:
  - Когда возьмешь манерку, не обожгись. Я то привычный, а тебе пожалуй горячо будет.
  - Ма...
  - Манерка. Так называют крышку армейского котелка.
  - Ма. Нерка.
   Мужчина кивнул.
  - Угу. Вот почему так, не иначе не знаю. Манеры это...
   Он странно поклонился, разведя руки и шаркнув ногой.
  - Эх.. В двух словах не объяснишь, а книгсены и высокий политес в вашем лесу как заметил, ноне не в чести.
  - Это наша земля.
   Мужчина, отложив ложку посмотрел с укором. Затем наклонившись, взял горсть земли у костра и кинул под ноги молодого.
  - На. Забери. Теперь полегчало? Мы можем уже кушать или еще дать?
  От того что тот сделал, молодой глянув себе под ноги и слегка опешив, отступил на пол шага. А когда поднял на сидевшего взгляд, тот не донеся ложку до рта, с тихой грустью спросил.
  - Что опять не так? Мало?
   Взяв лопатку как оказывается стоявшую за деревом и его спиною, которой видимо снимал дерн, а не ножом как все охотники, воткнул меду ним и собой.
  - Держи. Ей удобнее из под меня, вашу землю будет выковыривать...
   Молодой, чуть не задохнувшись от возмущения, пояснил старому чужаку балбесу:
  - Нож! Нож! Лопатка не правильно! Для женщин! Нож - оружие! Для мужчин.
   Мужчина удивленно выгнул брови.
  - Да ну на? Кто ж тебе такую глупость то сказал?!
   Отложив ложку, он выдернул лопатку из земли и она, словно ожив начала вращаться на его руке. Затем он ловким кистевым движением, стал вращать ее по другому и молодой с ужасом и удивлением неожиданно понял, что тот вращает ее как боевой шест или двуострое копье. Следующим, стало то, что подняв ветку, из тех, что сложены на корм огню, так же ловко вращая, почти моментом заострил, а потом и снял кору словно ножом. Под конец указал на кусок дерева от того, на котором сидел, что лежало неподалеку, и отлетевшего когда упало.
  Молодой отшатнулся уловив движение, а в следующее мгновение глаза метнулись на гулкий стук. Лопатка как в землю, вонзилась на одну треть в тот кусок упавшего.
  - Не оружие? Ха! То, что вы молодой человек кошечек не любите, так просто не умеете их готовить!
  Пока переводил взгляд на дерево, мужчина, взяв котелок, вновь принялся за еду...
  - Мясо в еде. Кошка? Ты её убил лопаткой?
   Странный человек смеялся утирая слезы как женщина...
  - Ну... Ну... Блин , ну ты дал! Кошку, лопатой... И ем...
   Отсмеявшись и еще улыбаясь, вздохнул.
  - Нет кошек, я лопатами не убиваю. Хотя, как видишь могу. У меня когда был еще моложе чем ты была кошка. Мой друг и товарищ в играх... С тех пор, их, даже этих страхолюдин, что переродились. Стараюсь не обижать. А ты - есть...
   И нахмурившись, с напором спросил.
  - Ты что малец, кошек мучить любишь?!
   Отшатнувшись от такого обвинения, молодой чуть не выставил вперед ладонями руки, в жесте отрицания
  - Нельзя! Нельзя! Святое животное!
  - Ааааа Ну это ты молодец. Одобряю.
   Мужчина, вновь взяв котелок, кивнул на манерку.
  - Кушай. Остынет совсем.
   Парень нахмурившись, долго думал, и наконец изрек:
  - Ты как другие! Те, что живут, и хотят жить как старые люди! Они были злы и принесли, сеяли, смерть. Строе, как они, враг и должно умереть. Закон!
   Мужчина, покивав головой, вздохнул.
  - Давай пока оставим спор, о плохом и хорошем. Я и сам могу тебе рассказать о всяких законах, а закон не один, много. Вот ты за мною шел. Не убивал. Потом смотрел , не убивал. Тут сомою говоришь. Не убивая. Так если всё так, как закон. Зачем его нарушаешь? Хотя знаешь... Я всегда думал, что раз закон есть - его, обязательно кто-то в чем-то должен нарушать. А иначе ну кому он нужен? Закон, который без всяких вот этих плясок, никто не нарушает. А? Какой в нем тогда смысл?
   И покивав своим мыслям указал на манерку.
  - Может еще чуть, нарушишь? Я же вижу, что кушать, ты хочешь...
   Подумав, Молодой аккуратно скользнул к дереву и присел на корточки. Взяв ложку, оглядел но она была чистой, из хорошего правильного дерева. Зачерпнув немного и не отрывая глаз от мужчины, попробовал.
   Варево уже и правда остыло, но не совсем, было в меру теплым. А еще оно оказалось очень вкусным. Хотя кроме копченого мяса, клубня и трав, был и незнакомый вкус. Хотя может и от того, что столько корешков в похлебку, никто никогда не ложил, но ему как не стыдно признать, очень понравилось.
  - Тебя как называть то, малой?
  - Гирд
   Это вырвалось само, и парень нахмурился. Назвать свое имя чужаку... Впрочем тот глядел в сторону и он вернулся к еде. Ел очень аккуратно. Когда человек из мира старых верой и злых, врагов, положил рядом кусок хлеба, попробовал и его. Хлеб был тоже вкуснее, чем пекли в селении. И еще с травами. Они усыпали корочку.
  Сам не заметив, быстро вычерпал все и даже ощутил огорчение, что так быстро кончилось. Вычистив корочкою, лизнул пальцы и смутилс. Он вел себя хуже женщины. Хорошо, что чужак не смотрел.
   Встав, покачнулся, ноги уставшие от того как долго напрягал, готовы в любое мгновение прыгнуть в сторону затекли.
  - Незачто...
  - Неза...?
  - Когда благодарят за что-то хорошее - говорят спасибо. А вежливый человек отвечает - незачто. Ну вроде того, что мне это легко и даже приятно.
  - Так говорят женщины!
   Мужчина рассмеялся.
  - Как понял, ты любишь кошек, или вы их почитаете. Обычно, кошка как символ, - это женщина. Сильная, красивая, грациозная...
   Он провел рукою в воздухе, словно гладил.
  - Моя кошка, была девочка. Мужчин кошек, называли и называют - Кот. Чувствуешь разницу? Кошшшшкааа... Крадется, стелиться.. Смотрит, хитрым, чарующим взглядом. И противоположность - Кот! Резко, твердо, как удар!
   Молодой, буквально это представил и смутился, так как невольно, губы сложились в улыбку. И свел брови.
  - Ты говоришь складно, как шаман!
  Фыркнув, мужчина покосился.
  - И опять двадцать пять! Если воин или следопыт- что? И пошаманить нельзя?!
   Видя как молодой от такой мысли, аж дернулся, рассмеялся.
  - Шаманы ваши больше частью фокусники. Ну какое к едрени фени шаманство - в соке белого корня? А? А вот токсин он - еще тот. Высушив, его подсыпают его в огонь, чтоб башка дурела да мнилось черти что.. Кооолдооовсвоооо... Тфу! Вон, как раз растет один. И что будет от такого, ты можешь понять, даже в рану капнув. И что - уже шаман?
   Махнув рукою, отвернулся. Но тут же, повернулся назад.
  - Ладно! Буду честен! Кое кто, и правда с даром. Умеет лечить руками, паранормал такой, что башку тебе своим гипнозом, на раз задурит. Но на одного такого, по пять шарлатанов! И вы дурики, на всю эту свору, что только баб трахает целыми днями, да обжирается... Как лесные муравьи пашете! В рот им смотрите ...
  Сплюнув сердито, стал смотреть в огонь.
  - Ты неправ! Ты их не знаешь и не любишь! Они...
   Чужак, резко обернувшись, зло уставился прямо ему в глаза.
  - А за что мне их любить? Делаешь добро, делай! Но не будь скотом! А слова богов... Они...
   Вынув из под плаща черный кубик прибора ушедших, чем-то щелкнул на нем, еще... Засветился квадрат. Зашипев из этого куска скверны, послышались слова богов.
  - Всё?! Понял? Кто вам ссыт в уши?!
   Вновь щелкнув, погасил квадрат.
  - Это запись! Гонят её в эфир идиоты из церкви Нового Дня! Такие же наркоманы и дибилы как...
  Махнув рукою, убрал.
  - Прости... Есть мне, за что ненавидеть, тех, кто порошок этот драный и сладкие грёзы им да прочим продает! И что, вместе с ними и вас? Дураков и дурочек, что собирают сырье? Корешки эти...
   Махнув рукою, взяв флягу, отпил.
  - Вас бы в школу нормальную, у нас, на базе. А потом сами бы их передушили, а не прыгали с палками да стрелами, на пули наркоту доставляя...
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  ТИМОФЕЙ И ПРАПОР \ Спорно \
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  О 'Прапоре'
  
  РЕТРОСПЕКТИВА!
  
  
  
  
  Память.
  Тридцать лет назад.
  
  Прапор.
  Прапор, не было его имя. Но как-то вот прилипло, и стало не только позывным...
  
  Дорога М7
   13.45
  
  
   Вновь перебрасывают. Мысль мелькнула, едва расслышал прорывающий через помехи голос дежурного оператора штаба ответившего на вызов. А затем растворилась в мерном покачивании машины и свинцовой въевшейся в нутро усталости вновь сомкнувшей веки.
  - Петрович! Ну...
  - Слышу.
   Глаза не желали размыкаться ну ни как, но привычка взяла свое. Разодрав и щурясь от солнца, в них бьющего, посмотрел в лицо лейтенанта.
  - Приказано выйти к сто тридцатому километру.
   Кивнул на карту что подсунул под нос.
  - Там, опорный пункт. На нем...
  - Связывался?
   Поморщившись, сникнув плечами, выдохнул.
  - Пробовал. В общем, как обычно. Тля...
   Потерев лицо, беру планшет и глянув, возвращаю.
  - Не расклеивайся. Лучше поспи. ОПы имеют хорошую защиту. Если радиостанция не пашет, а такое мы уже проходили, по любому вряд ли вынесен. И там, жратва и горючка.
   Кивнув, лейтенант, сев удобнее, хотя какое тут удобнее? В кабине приблудного ЗИЛа, нас трое и все в снаряжении. А еще под ногами рюкзаки, ибо сними, не сядешь. В общем пристроившись, моментом усыпает. Поглядев на водителя, осматриваюсь.
  Мы шпарим по грунтовке. Хотя скорее чаще по обочинам. Здесь нет того ада, что творится на трассе, но все равно обгоняем то небольшую колонну беженцев то с матом разминемся с несущимся одиночкой. Почему так? Да потому, почему и мы здесь.
   Мир после долгожданного принятия решения о жёстких мерах. А вернее после, долбанного объявления усиления карантинных мер, ввода войск и объявления комендантского часа, сошел с ума. Все рванули из городов. И тут началось... Причем, разом и везде.
  Из всех тля подвалов и подворотен, словно некто отдал им команду, да еще дал пинка, поперли бандиты и мародеры. Менты... Пардон, Полицаи... Эта пародия на былое, кроме конечно сводных батальонов, что успели вывести на базы и организовать. Разом и смачно обдристались. А что и еще хуже, кое где, поняв, что власть рухнула, А она сбежала первой, повели себя еще хуже и первых и вторых. И опять действовали как по лекалам. Сколотив банды, а по иному и не назвать, из себе подобных, знакомых и родичей, разграбляя захватывали целые районы.
  Как раз когда одна такая толи вытесненная введенными войсками толи сообразив, что в городе долго им не протянуть, вышла на блок пост у кольцевой, объустраеваемый взводом Лейтенанта Кудри.
   Там бы им тогда, всем и крышка. Парням, по сути, нереально просто повезло. Во первых, бандитов затормозила толпа и глупость. Замысел их был по сути не плох. Но только что был. Прикинувшись эвако колонной, разгоняя беженцев они смело двигались к посту. Но заслав в перед пару машин, по извечной своей жлобистости - потребовали пропустить.
   И тут, лейтенант и несколько полицаев, что были выделены ему в помощь, закусили удила. Нет конечно пара пулеметов, в упор, это сила... Но перед блок постом, кроме уродов, столпотворение. Машины и просто толпа гражданских в пару тыщь душ.
  Бандитам, тем было это побоку, видать на то и рассчитывали, что зассыт воин, боясь их задеть. А как пропустит, тут они и разживутся у побитых военных, оружием и всем чем те богаты. Обычно на таких постах был и генератор, и горючка, и запас боеприпаса. Что его, лишь построили, накидав блоков и егозы, а затем, сорвались куда-то еще, посадив на время, подвернувшуюся группу, бандиты не знали. Это уже у одного недобитка, сам выяснил, прежде чем упокоить. Да так бы и было. Ан не свезло им. Толи пулеметчик дрогнул, толи еще что, сейчас трудно сказать, что стало причиной, по какой стеганула по их машинам и начавшим вылезать из них, длинная очередь. Парня, что открыл огонь, тогда же и убили. Кто? Да бог весть. Пуля...
   Сам я в этом дерьме оказался как есть случайно. Машины у меня небыло, ехал с другом, помочь обустроить дачу. И так как мы стояли в разрыве между основной бандой и теми из нее, кто нас с дороги оттеснил в сторону, влипли, в самую гущу замеса.
  С матом выдернув жену приятеля и сына малолетку, за машину, а далее инее пройти, там еще машины народ и бетонные блоки с егозой. Прижал под машину, пытаясь достать с под барахла, спрятанный под ним чехол с сайгой.
   Позже, я еще некое время себя корил, что не углядел когда дура Янка башку высунула, ища, где Семен. А уж когда рыпнулась с криком
  - Сёма!
  Уже и сделать ничего не смог, брошенная на меня парой пуль в упор она, по сути мне жизнь спасла. Ибо тот, кто по ней лупанул, прямо скрозь машину, толи крик услышав, толи на движение - патрон не жалел.
  Оттолкнув отходящую Янку и орущего малого, выдернул наконец чехол. Быстро раскрыв и снарядив, надев рюкзак, осмотрелся. Кто умнее, как и я, сидели за машинами. Но таких, уже было мало. А от основной банды, в нашу сторону перла толпа. Причем над ней по нам и стреляли.
  По нам, это по солдатикам за блоками и по мне и выжившим. Нахрена последнее? Да кто их поймет? Единственная польза с того была не им, а мне. Пулемет, с которого все началось, что с моей стороны дороги - молчал. Бандюки из первой группы, кто уцелел. Жались за машины изредка постреливая в солдат. Да и не мудрено, так лупить очередями как начали, да еще по всем, это сколько надо иметь патрон то?!
   От таких размышлений, отвлекло то, что на меня облокотился Ефим, а когда повернулся шикнуть на мальца, во мне что-то оборвалось. Парнишка мне нравился да и я ему походу. И видимо словив рикошет от асфальта, это и толкнуло от умершей материи ко мне. Вот только чем я мог помочь? Видя как угасает взгляд, на лице с гримасой боли, надежды и недоумения?
  Положив парнишку и припав на асфальт. Лупанул по ближайшему. Да, 410я, не ружбайка, а так. Смех. Куда там до 12 калибра. Вот только не когда заряжена тандемами, на полтора грамма байкала! Ногу бандюка от того как попал, в щиколотке, разворотило в клочья. Второго что не успел сообразить а только пялился на того с ужасом пробив вбило в бок ментовского УАЗа. Пока не опомнились спереди, гусиным шагом перейдя вперед, привстав шарахнул по еще двум, зажавшимся у первого. К моему счастью, патроны они пожгли. Но это потом уже выяснил. А тогда, заорав в сторону блока, откуда палили:
  - Свой!
  И подняв саёжку, скорее учуяв, а не поняв, что по мне оттеда не палят, метнулся к проходу. Что помогло? То, что заметили как кончал бандюков, или что одет вне шибко модный по тем временам вудланд? Короче проскочил. Но далее вставшей перед шлагбаумом ментовозки, опять, не в зад не в перед. Да и стояла она сейчас задом в блоки упертая. Её видать развернул поперек, умерший за рулем водитель инстинктивно сдавший назад, когда начали стрелять. Пули меж мной и левой стороной, так и колотили.
   Помог сержантик, Егор Стрельник. Я его не столько услышал за шумом, как видел. Сдвинув ящики в бойнице, он мне помахал.
  Метнулся я к ней и нырнул в эту щель, рыбкою! А вот как пролез, не спрашивайте! Жопа - не на член, так сжаться не может. Но ведь пролез. Да какое - пролетел! Рюкзак свой, слава богу, кинувшись скинул, благо на моем Элисе, быстросборосы. Догадался метнуть по верху.
   Рухнув на асфальт за бетоном, было вскочил, и наткнулся на стволы в морду. Выматерив солдатиков, нашел глазами сержанта, что мне махал, поняв, что он тут за старшего. И враз озадачил, прокричав вопрос:
  - Что с пулеметом?! Чего не стреляешь?!
   Оттолкнув своих бойцов, велев идти к бойницам, тот утер лицо. Видимо по тому как ладен и дорог камуфляж, да еще обшивка велкро, но со снятыми патчами, приняв за офицера в отставке.
  - Пулеметчику крышка...
  И ткнул пальцем на блоки.
  Что без пулемета нам всем хана, да и с ним похоже. Но так, хотя бы надежда, по взглядам тех, кто обернулся, на наши вопли, ясно, что понимали все. А тут, как говорится - картина маслом.
   Гнездо для пулемета сделано, выложено блоками. А они, колотили для него видать лесенку и обкладывали мешками с песком когда началось. Времянка, сшибленная пулями улетела на Егозу. Мешки пара рядов. И лезть почти пару метров голого бетона до гнезда... Когда пули так и плющатся вокруг, героев небыло.
   Обматерив и жизнь и бандитов, что уже рядом, да и сержанта и мента, что терся под ногами тиская в руках шипящую радиостанцию и пм. Указал ему на сваленные возле чего-то вроде бункера, в кучу ящики, на которых кроме всякого скарба лежала пара бронников.
  - Ваши?
  - Да пулеметчика и ...
  Недослушав, обматерил повторно. Видать парни сняли, запарившись, когда принимали мешки, а вот одеть...
   Подбежав и достав из рюкзака армированную липкую ленту, стал ваять, как говорится из говна и палок, броне шит. Я блин не бог весть какой военный, но в мои-то годы, хоть еще и не пенсионер, кое-что повидал...
   Сержантик смекнув, что к чему, сам покрыв матом белый свет, стал помогать. В запале даже стал снимать свой, но я его остановил.
  - Не вздумай! Тебе крышка, кто твоих тараканов будет пинками гонять? Мент? Я?
   Слабав, переглянулись. Подозванный солдатик, хот и глядел, не так чтобы с безнадегой, не внушал. Взяв щит, что держал, стал вязать к нему веревку поясняя сержанту.
  - Хер с вами! Я первый. Если не пройду - сдерните щит...
  Сержант не спорил и кажется даже был как и солдатик рад.
  - Подсадите тля! Яж не спортсмен мать вашу!
   Видать с испугу, они втроем, меня и щит этот долбанный, закинули почти под блоки. И что характерно, по нему лишь раз бумкнуло, только когда внутрь вполз, подтянувшись. Мда... Пятьдесят не восемнадцать. Пара шагов, подтянулся. А дышу, словно пятерку рванул в полной выкладке. Хотя конечно магазины, что в карманы насовал, сайга да короб будь он не ладен пулеметный, что веревкой на спину приладил. Дурень старый! Мог бы не тащить на себе, ею потом и затянуть.
   Кинув вниз щит... Оглядел, что тут да как. Не думаю, что парней уработал снайпер. Он бы тогда и слева ребят побил. Быстро оттащив тела, оглядел агрегат. Второго, побило когда менял ленту, и мне, осталось лишь взвести.
  Машинка не шибко знакомая, но, блин... Я не пальцем делан. По сути технарь. Но где спуск и что да как, в курсе. Оглядев что снаружи изрек мнение о увиденном, в высоко сложенном матерном формате.
   Толпа и бандиты, уже рядом. Но так как с мозгами у бывших ментов и полицаев, а нонче бандитов, явно туго - заминка.
  Загнав в угольник перед Боком толпу, увязли. Хотя в том, как люди сгрудились можно уже и по головам бежать. Сейчас они ее пытались проредить, а так как люди обезумевшие от страха не понимали, делали это как умели. Вначале пинками, а когда поняли, что те жмутся, увидев сколько трупов позади - стреляя. От чего толпа еще более спрессовалась. Шум, гвалт, вой и содомия....
   При всем дерьме, что творилось, был правда и неоспоримый плюс. Солдатики с лева, палили подошедшим под ноги и те, шарахнувшись, аж сдвинули машины и завалили секцию с егозой. И вестимо, еще и подавили друг дружку, чем еще больше и плотнее, тут все перегородили. Вперед их выдавливали задние, но пока затык и вой, ибо рухнувшую поперек меж машин секцию, надо или оттащить или телами закидать.
   Опять же солдаты, пока не стреляли кроме как под ноги и поверх голов, да и то редко. С моей стороны, тем кто тут, пока еще, мешали машины. Но...
   Гнездо, где стоял было выше чем левое. Видать там, блоков не хватило, и его выложили мешками и досками. А мое, над этим дерьмом как замковая башня. И мне видно, как за людьми бандиты, те, кто не толпой занят и не стрельбою влезши на крыши машин в расслабухе.
  Открыв короб с лентой, что притащил, поставил под ноги. И глянув на радиостанцию что на груди пулеметчика, совместил матерное выражение того как все расцениваю, с короткой по машине у которой сверкали звезды на погонах и мелькали махая руки.
   Дав короткую. Не поскупился добавить, похвалив покойного.
  - Молодец паря! Хорошо у тебя агрегат пристрелян!
   От развлечения, коим счел то, как посек звезданутых, а затем постарался осечь и отогнать от толпы занятых ее отстрелом и готовящихся рвануть к блоку, отвлек сержант. Вот право. Не ожидал, что он сам решится сюда лезть. Тряс он меня за плечо и что-то орал. Правда и не тащил от пулемета.
  Вот кстати про орать... Вы тля попробуйте в этаком бетонном стакане, да хоть просто пяток патрон садануть. Что потом расслышите? Даже если в ухо орать будут.
   Кивнув, притопил. По борзеющим, учуявшим в моем развлечении заминку. Глянув на ленту, отпихнул сержанта, указав под ноги. Сообразил. Вдвоем, стало веселее, пока он новую заряжал, я из сайги почти все, что имел высадил. Конечно, при ее характеристиках разброс был дай боже. Но когда Тандем, который почитай ролик от подшипника пробивает дверцу машины. Да просто с искрами визжа, рикошетит, выбив кусман асфальта, Пусть рядом пришло, но ведь впечатляет! Да как - до усрачки. И то, что сержантик мне приклад пулемета сунул, отвлекая, даже удивило.
  
   В общем вот так. А Амбец гадам, настал виде случившегося рядом проездом конвоя кантемировцев. Они, как оказалось, клали в присядку на приказ не выводить технику, и конвой сопровождали БТР. Его крупняк, разом превратив в труху машины бандитов, положил этому цирку конец. Бандиты кто успел, в машины прыгнув сдристнул. Кто не мог, на... Побежал. А уж кто слился с разбегавшимися остатками толпы и подавно не угроза.
  Люди, начиная приходить в себя, хватая манатки, свои да чужие, так же все быстрее разбегались. О машинах что еще стояли тут и там, словно забыли. Страшно им было... Трупы, кровь. И снова, трупы, трупы, трупы... И не сотня, не две, куда более. На дороге перед нами, так уже горами вровень с блоками... А окрест, как ковер... Вот кто опомнился и ломил кто куда. Через блок пост отваживались, лишь единицы. Осталась только часть из тех кто умом подвинулся или родичей искал.
   Оглядев разом почти опустевшее поле, боя мы с сержантом сели под бойницей трясущимися руками достав сигареты закурили. А к этому, в самый раз пришлась и фляжка со спиртом, что в кармане. Только что он спирт, ни я не он кажись, и не чуяли. Прихлебывали, как воду, вот такими нас и срисовал лейтенанта Кудря. А срисовав только махнул рукою. Вылезли мы как раз перед тем, как к блоку, прикатила высланная ему помощь и она же смена.
  
   Машину качнуло. Скосив взгляд, печально усмехнулся. На дороге затор старенькая шаха обвязанная баулами с открытым капотом и куча народу. На нас косятся с опаскою и зло. Но кое-кто и с пониманием.
  - Петрович?
   Это водила.
   - Чего?
   Указывает на журавль, возле которого пара местных. Взяв тангент, командую.
  - Принять вправо! Периметр возле колодца. Опросить местных. Проверить. Если чисто, все что есть наполнить водой по полной!
   Проснувшийся лейтенант, кивнув, засыпает и просыпается только когда бужу чтобы ополоснулся.
  Вода... Теперь, такая, может стать опасностью куда более минометного обстрела. Те сыворотки, что нам кололи, неделю назад, чепуха. Я еще по со службы, помню, как перед боевой нас обкалывали прививками. Ну и чего? Малярию да прости господи, дристун, народ подхватывал в легкую. Хотя и воду кипятили да таблетки эти мать их обеззараживающие во фляги кидали. Пофиг...
   Вот и сейчас выяснив, что после того как колонки перестали давать воду и вырубился свет, поселок почти все кинули. А те, кто остались, берут воду из колодца и пока никто не заболел, дал добро. Посменно, ибо уже привычка кроме устава бдеть на все 180, солдатики, набирая воду еще и мальца помылись. Ведь из формы да брони, не вылезаем сутками Как от того блок поста ушли, так и мыкаемся. Причина?
  Взвод лейтенанта Кудрина, батальонная разведка. Вот только дали лейтенанту, который пришел в часть из училища, кроме двух сержантиков контрактников, зелень дремучую. И не прослужив и пол года, вот такое дерьмо. Но на бумагах, они о-го-го - Разведка! Вот и кидают туда сюда. Там посмотри, и там. А еще вон там и походу - дыру заткни... Как на том блок посту, где подменили кого-то. От взвода в сорок рыл, к тому моменту у него было чуть боле половины. Сейчас, правда поболе. Прибилось вроде меня, мальца приблудных. Гнавший сначала таких, лейтенант, после блок поста опамятовал. На блоке полегло пятеро и были подстреленные. И в вопросе пусть чужой, зато полезный сразу настал перелом. Кроме меня там же прибился и мент, что был с нами. Сейчас его не узнать. Когда дали автомат и разгруз убитого, он уже сам где-то по пути надыбил горку и выглядел молодцом. Впрочем, и было с чего, был он из деревенских, и отслужил срочную. Возвращаться в город, видя как оно все понеслось, к дураку начальнику отделения под копыто, напрочь не желал.
  Так что в виду обучености, получив от нас с лейтенантом, намалеванные маркером на горке две лычки-галочки, командовал приблудными. Сам я, звание себе не рисовал. Но как-то когда надыбил в хозяйство из раздолбанного магазина, две канистры сороковки для воды, кто-то прокомментировал - наш прапор, в нору добычу волочет - Прилипло. А так как и лейтенант иногда сбивался, так назвав ибо - Петрович да Петрович, не совсем солидно, не спорил.
  
   Утирая лицо, лейтенант поглядел на лежавшую на крыле машины планшетку с картой.
   - Что думаешь?
   Вздохнув, указал на кальку, по которой, рисовав, делали абрис пройденного. Достав свою, что надыбил в одном из брошенных домов, раскрыв, указал на трассу вдоль которой скакали.
  - Мы под Владимиром. Вот тут. Назад, нас как оба понимаем, не отзовут. Да и Владимир лучше обойти бы. Город крупный. Там две трассы вокруг и что там...
   Наморщив лоб, лейтенант постучал по карте пальцем. Указав на еще одну дорогу, вблизи которой остановились. И судя по координатам, что передали, место куда следуем, Р2, что на её развилке с основной.
  Погано, город вот он руку протяни. Хотя и логично установить базовый пункт на крупном перекрестке.
  - Нижний? Я там бывал. Там же заводы. Там...
   Вздохнув, качаю головой.
   - Бывал... Заводы. А у меня там родня. Но судя по всему...
   Лейтенант сжав губы вздыхает. Родные больная тема для всех мало кто в отряде одинокий бобыль. Даже 'мент Шурик' как меж собой кличем сержанта Шумило, того самого полицая с блока. Да сдристнул в город из деревни. Но там осталась старуха мать и брат. И хоть с родней, после того как уехал в город, был на ножах, все равно переживал. Пусть на алкана и сволочь брата, ему насрать, но вот мать, она есть мать. И солдатики наши. У контрактников сержантов, семьи. У одного в городе, у другого в военном городке. У приблудных, тоже не пусто за спиной. И говоря о таком, по информации с блоков к каким приписывали временно, перекидывая, уже зафиксированы случаи дезертирства. Пока это замалчивают. Бригада лейтенанта, вошедшая в город не отвечает. Сеть легла. Связь.. Ну нашей рацейкой, даже той, что отжали недавно из трофеев взятых с банды, не достать. Да и помехи эти будь они неладны. А к ним еще то, что эфир дальней связи, забит переговорами военных и к ним еще какой-то шалупони. Откуда только взялись. Хотя о чем я? Как инет рухнул, радиолюбители всех стран, стали мешками грести бабло. Вот и получите...
   - Мищенко!
  Подошел второй сержант.
   Кивнув на карту, лейтенант не стал тянуть кота за диньделинки.
  - Что думаешь?
   Глянув на меня, сержант пожал плечами.
  - Прапор же вам рассказывал о комплексе. Да и сарафанное радио вот дует в ту же сторону. Думаю, все идет к тому, что там и осядем.
   Его палец обвел район, о котором мы недавно говорили. Было дело чинил я кое что, в тех краях. на очистных сооружениях. Вот только для того заводика полиэфирных смол, к которому они относились, таких полей аэрации вовсе не надо было. А еще отводы с насосной станции для очищенной воды. Трубы, ого-го. А куда? И один дедок, что там сторожем работал, обмолвился, что чуть далее в лесах строили некогда что-то хитрое. Туда и ветка шла железнодорожная и дорога бетонка. И машин туда ночами уходило тьма... Так что в то, что тогда район закрыли, якобы делая сторожку для охоты крупного начальства, местные уже тогда не верили. Вот тот разговор, вроде как на темы 'о'... Мищенко и припомнил.
   А разговор вызвал телик - Юность. - Как это гавно еще работало, не понимаю. Кандюки, как есть все в нем посохнуть были должны, а наж тебе, включил и пашет. Экран правда сел да нахрен он нам?
  Дело в чем. Как сеть легла, потом и сотовые накрылись, и телики заткнулись. А через неделю, новости. Телики вновь пашут, хоть не везде. Только там, где военные ретрансляторы держат. Причем, трансляцию основную ведет при поддержке наших военных, ООН новое. О президенте только раз сказали, и то, словно обмолвились. В основном о местной власти, причем новой. А о ней, что понятно тоже хитро. Особым положением же, введены коменданты. Вот боле о них и мерах. А после того как народ побежал, коменданты по сути и есть самая власть. Сиречь у нас теперь хунта. Ну почти. Я так больше за нее, чем за дрищей такое нам учудивших и своей сраной эвакуацией по плану, всем мозги свернувшей... Эвакуация...
  - Петрович.
  Лейтенант смотрит на меня, кусая карандаш.
  - Прости...
   Оглянувшись, нахожу глазами Стрельника.
  - Егорша!
  - Я!
   Опустив обычный каламбур на данную тему, командую:
  - Кончаем гонять чай! Добытчиков назад! Первую машину сменишь. А Бронтозавра с его гопниками - спать! Командуй!
   Кивнув Мищенко, спрашиваю.
  - Как твои?
  - Отдохнули, но истощены.
   Это не новость, когда спишь и отдыхаешь в переездах в кузовах. Хорошо хоть ЗИЛы наши, новые, вернее тот же старичок ЗИЛ, но движки новые. Они нашлись на стоянке какого-то авто хозяйства, где искали замену замку и тяги привода замка кабины. Что будет если кабина Камаза, на ухабе начавшая шататься, опрокинется, думаю всем понятно... Ну да бог сним Камазом. Кое как закрепили.
  Да. Дизели. Эти, 157е кадэшки не жрут как старые, сотку на сотку. Что есть машины и лучше и круче чем Камазы, я лейтенанта уже вразумил. Да и Камазы, Те что с броней, поди отожми у кого. А про простые, вроде того, на котором его взвод послали к городу, и затем на блок, набив под тент как селедку в бочку, о этом ему расписал Стрельник, видавший как их решетили в афгане. Еще, проходимость у этого древнего последыша Захара, ого-го. 157й делали до 90ъ и вот эти как раз те, что уже не ЗИЛ делал. Вообще машины и сами по себе были красавцы, в армейской комплектации, с лебедкой. Да еще видать готовили к эксплуатации, так как стояли на площадке перед мастерской. Как говорится - нуль! Не тронуты ржой, резина не потрескана, видать в боксе стояли, прежде чем их сюда выкупил хозяин конторы. На рамах если сбоку глянуть, даже следы консервационки кое где были видны. Но главное перед тобой мотор, и если долбанут, больше вариантов, что того, кто за ним, не продырявят. Хотя ворочать руль с пародией на пневматической на усилок, если она сдохнет, еще тот гимор. Но я, кстати, на заре юности, как-то вот водил сто тридцатый, где такого не было. Их позже на них поставили, и то не на все. И ведь ездил народ... Мда. А еще кунг, почти на таком же, мы на нем как раз ехали, но это после.
   Кудря, глядя как солдатики гомонят споро залезая в кузова вздохнул.
  - Петрович?
  - Что?
  - Спасибо.
  Жму плечами.
   Я не зажал его авторитет, само как то вышло, что мы сменяем друг друга. Я чаще командую на марше и стоянках, он в бою. Народ, кто снами с начала этой гонки, это принял как само собой разумеющееся. И даже бошкою не болит, что сказанное мной не команда лейтенанта. Один так и сказал ему, когда не разобравшись с просонья спросил, что творится - ну вы же сами приказали?!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Прапор.
  
  
  
  Дорога М7
  19.25
  
  Всё хуже и хуже...
  
   Опустив бинокль, Кудря морщится. Подает его мне.
   Первое что автоматически отмечаю, отсутствие движения. Затем уже детали. И вот как раз первое, то что напрягло лейтенантика и мне шерсть ставит дыбом на загривке. Где беженцы? Где патрули? Все? А почему стоят машины не только уже начавшие покрываться грязью и ржаветь, а со всею очевидностью совсем недавно брошенные? Причем без видимых повреждений.
  Двери и остальное нараспашку, их точно потрошили. А гильзы? Тоже морщусь далековато, автоматных не видать, пара тройка выделявшихся цветом дробовика, на обочине. Шарю там где приметил взглядом по кювету. Подстроив бинокль облокачиваюсь на дверь ибо руки дрожат от напряжения и протерев глаза снова смотрю. Выматеревшись, встаю на подножку и смотрю снова, туда, но опираясь на верх двери.
  - Ага. Голубой седан. На обочине гильзы дробовика. В кювете что-то есть. Похоже трупы.
   Кудря, тоже матерится, а затем задирает голову.
  - Мысли?
   Слезаю.
  - По любому нам по ней. Будем искать объезд, можем до темноты не успеть. И конечно, хорошо бы глянуть.
   Что именно, пояснять не надо. Обычно, бандиты везде где встречались, не заморачивались прятать трупы. Скоты они и есть скоты. Те кто кончал вблизи своей норы, заставляли прибрать местных или рабов, это да. Ноне на трассе же. Вон поодаль у старой машины, уже видны костяки и иссушенные. Сейчас это дело как-то вот разом быстро. Все гниет как в тропиках. Мухи эти вот сраные... Ну да ладно, речь не о том.
   Подумав, вздыхаю.
  - Увеличиваем интервал и на осмотр, пойду с Бронтозавром и сапером.
   Подумав, Кудрин соглашается и отдает приказ. Пулеметчики готовят свои мясорубки. Покончав несколько банд, мы неплохо разжились. Шесть пулеметов на тридцать человек и четыре машины. Есть даже чем ковырнуть броню, хотя и мало. Это добро, почему то зажимают. Хотя уже понятно почему. Не зря же видели на марше колонны тяжелой техники, отнюдь не строительной, которые, куда-то гонят под усиленной охраной. А драка у КПП, на которой такая колонна пыталась отжать у стоявших там два БТР? Ну драка не драка, а шум был.
  
   Рядом плавно качнувшись останавливается Черокез. Брантозавр гостеприимно открывает дверь. Бронтозавром, Ярослава Брониславовича Вел, окрестил наш народ, не только за отчество, еще и за то что служил танкистом в афгане. Причислив к 'машине боевой' его джип. Он и правда его старичок еще квадратных форм, но который хоть уже и пошла ржа по кузову, что видно где подмазано да подварено, любовно содержался. Ну Бронтозавор, это конечно шутка, у него позывной - Яр. И он контрактник. Был в отпуске, когда вернулся по вызову, не обнаружил на месте части. Там ища какое ни какое пристанище на ночь и обнаружили. Пришел он к нам богатым. Как и где нарыл снарягу и оружие никто и не спрашивал. И хотя мог рвануть на поиски своих или 'уйти в поля' пошел с нами. Себе в команду подобрал народ сам.
  Два молчаливых хлопца при где-то видать из музея добытом РПК и калаше, который еще помнил поди руки его создателя.
  Я не осуждаю, сам при первой возможности сменил сайгу и выданный мне Кудрей АКСУ, на старичок АКМ. А затем еще и сделал из него лялю, свинтив у бандита телескопический приклад с битой 12й сайги.
  Мда, кто о чем а вшивый о бане - это я про то, что в любви возиться с оружием и железом, да еще все прихабаривать, мы с Яром нашли друг друга. Его шайка у меня, как у зама Кудрина, и по сути завхоза нашего отряда, в штатных добытчиках.
  
   Выехав к примеченной мне машине, Яр не красуясь сразу залез в кювет. И уже оттуда, я, под прикрытием РПК пошел с еще одним бойцом глянуть.
   Все было как и подумал. Машину остановили - народ вывели и кончили в кювете. Оглядев машину и около, нашел под ней пару гильз. И они мне не шибко понравились. Потому, достав противогаз, а из пакета в его сумке перчатки, пошел к кювету. Кстати перчатки теперь были у всех. Хорошие, толстые, из хозяйственных магазинов.
  Хотя Кудри в начале возмутился когда я ломал замки складов, но в итоге согласился, что выданные нам четыре костюма РХБЗ и куча дешевых из тонкого полимера перчаток к противогазам, это, ни о чем. Так что теперь, у каждого, к противогазу скатка из плащей разного формата, перчатки ну и еще кое-что из 'народного хозяйства'. И в машинах в ящиках с добром для лагеря и жизни, тоже. Например первое, что тот одобрил уже безоговорочно - мойка керхер и генератор. А почему безоговорочно? Я показал... Вначале, как ею не только обеззараживать да мыть, но и в огнемет превратить. Струя огня под двадцать метров только с обычным соплом, кому хошь внушает.
  - Что?
   Прижав тангент, поднес радиостанцию к маске.
  - Двоих кончили на дороге. А бабу и девку тут. Но вначале попользовали. И не один...
   Мы говорили по мидланду, сидя на частоте его машины и нас слышали только и его гаврики. Яр молчал и я продолжил перевернув труппы. Приметив в траве рядом кусок кости от головы младшей, выругался и стал искать дальше.
   Можно было бы воскликнуть - кто ищет, тот всегда найдет, но вот не кричалось при таком. Сравнив маркировку на гильзе с найденной под машиной, встал и спрятав в кармашек разгрузки, отошел к машине.
  - Старик, Первому.
  - На связи.
  - Усиление!
   В наушнике, вначале слышу отданную команду усилить бдительность, а затем вопрос.
  - Что?
  - Плохо. Работали менты... Или военные.
   Да. С последним, мы уже тоже столкнулись. Откуда у нас, столько штатных, что у полиции не найдешь пулеметов? Было бы нормально со связью, возможно по номерам пробили и откуда они. А по документам, что нашли на труппах, не понять. Да и выкидывали их дезертиры обычно. Одиночки так и форму тоже сменяли на гражданку. А обвес и оруже? Так вот нашел у дороги солдатика пострелянного...
  
  
  
  Прапор.
  
  
  
   Перед концом света.
  
  
   'Хозяева земли'
  
  
   Машины шли по трассе ощетинившись стволами. Мы уже давно небыли теми, кем были раньше, по бортам, где сидят люди, мешки заспанные песком ибо брезент не броня. Ну и прочее, так что люди лежат за ними и он чуть приподнят.
   - Тихо.
   - Слишком...
  Первые признаки, что не одни, выскочившая из за поворота Нива. Сдав задом и развернувшись - умчалась за поворот. А через пару километров, запрос с поста до этого молчавшего. И сразу - кто такие, что надо. На ответ про штаб и что им должны сообщить, молчание. А потом уже другим голосом - да, мол давно ждем...
   Мы с лейтенантом, переглянувшись, только головой покачали. И первое что пришло на ум, что ехать в расставленный, судя по такому, капкан, совсем не хочется. А уж то, что частота штаба кем-то плотно забита музыкой, и вовсе рассмешило. Цирк, да и только.
   Не доехав трех километров, подыскав рядом с трассой приличное для обороны место, четыре дома, свернули к ним. Обыскав, пришли в уныние. Тут кто-то крупно победокурил. И вовсе не вирус. На дверях следы взлома. Там где кто-то был и не открыл - трупы. Ломали не профессионально. Грабили так же черти как. Словно нечто искали, а не проходили по комнатам, беря нужное и оставляя непотребное.
   - Банда?
   - Без вариантов и похоже смешанная. Показываю собранные тут гильзы. Вновь есть знакомые. На паре даже без фото сравнения видно, что именно они. Боек толи подпилен, толи подломан - накол характерный.
   Через пару часов к домам подкатила та самая нива, а из нее вылез капитан мотострелок. И вот скажите мне, когда вокруг такой пиндец, кто будет в форме, что носят где ни будь в штабе, ходить?
   Пока он щеки дул с лейтенантом припираясь, я шарил биноклем, но засекли, что приехали гости не одни, и что вокруг домов трутся странные личности с оружием, разведчики, что лежали в лесочке на холме за домами. Штурмовать дома они конечно не собирались, все поняв. Но, вот вопросы капитан, задавал странные. Мы отвечали просто, что с дороги и решили пред приездом оправиться. На что, тот поржал и сказал, что у них... Впрочем, не важно. И как повод настоять, чтоб прямиком к ним ехали, выдал рассказ про то, что окрест, орудует банда местных. Мол житья от них нет.
  И на вопрос что ж не шуганете или не положите пошла песня про мойшу и рикшу, мол сами мы не местные, людей патронов мало, и всё такое. И это те, кто тут порядок держит? Кто нас снабдить и приютить должен?
   Отмазались мы, сказав, что вот наведем марафет и сразу к ним. Но скоро не ждите, есть загвоздочка. У одной машины, движок стучит, а колонна идет согласно устава - скорость по самой медленной.
   Те кто нас срисовал, на этой самой ниве, скорость нашу не мерили. И машины то поди не сосчитали. Согласно сводки и запроса, их было две, а сейчас, с тем кунгом, что недавно нашли и джипом, четыре.
   И когда сюда заехали - лишние машины спрятали. А когда гость уехал, через час поступили доклады еще от двух групп.
  Блок посты на перекрестке, частично заброшены. По следам понятно что их посещают, вот только на военном блок посте не будет такого бардака. А еще опять то, что видели на дороге. Но по иному, машины что разграблены, убраны или стащены в кювет. Одну разведчики вытащили и даже завели и еще через пол часа доклад. Поймали местного мужика перепуганного. Он не бандит, а совсем наоборот. Приходил к дороге и ставил табличку, предупреждавшую что пост впереди захвачен бандитами. И когда наши его ловили, думал что это они его выследили.
   Кратко, все выглядело следующим образом. Еще до этого кошмара, места возле перекрестка держало несколько одноклассников. А организовал такое, тот из них кто стал мэром самого крупного поселкового поселения рядом. Он же помог второму, занять место начальника милиции. И через пару лет все местное начальство и коммерсанты, были уже свои люди. Когда же объявили о ужесточении мер, отдавать власть они не захотели. Чем-то подкупив того самого капитана, захватили базу меж блок постов и войсковую часть поблизости, откуда солдатиков сюда и направили. Только вот беда, кто-то из военных успел вывести из строя в части радиоузел и сжечь секретку. И как понятно, кодовые таблицы и прочие необходимые документы, бандитам не достались. А тут еще выяснилось, что склады части пусты. Да и в городе на складах в виду того, что бандиты и кним прибившиеся шиковали, опустело. Вот и пошел грабеж в разнос.
   Но особо борзеть, пока боялись, в городе и рядом, военные, пытающиеся както навести порядок и бороться с массовыми заражениями. Так что жили они тоскливо и банда, стала понемногу расползаться. А это значило что надо нечто побольше, а для того, оружие ну и далее, далее. Так пользуясь неразберихой стали заманиваь небольшие группы военных. Кое кого перехватили местные партизаны, как окрестил группу пытавшихся бороться хотя б как тот мужик, лейтенант.
   Возник другой вопрос. Если те кого перехватили и предупредили, сообщали в штаб, почему не приняты меры? И напрашивался ответ - в узле связи штаба местного, у бандитов свой человек.
   По опросу местных, бандитов было порядком. Не меньше полутора сотен. Но могло быть и более ведь только в отделении полиции центрального поселка, около шестидесяти человек. А были и другие. И те их призовут. А это как минимум даже если делить надвое сорок, пятьдесят человек с автоматическим оружием. В отделениях, в оружейках, точно были старые АКМС и АКСУ. Да и бандитов работавших в местных сервисах и кабаках придорожных забывать не стоит. К тому же оружие, что взяли на базе, блоках и в военной части. Пусть не по штатному, но десяток пулеметов точно.
   Взяв наш Чероки, и ребят покрепче, лейтенант метнулся в штаб. Мы же ломали комедию для бандитов. Правда покинули это место. Слишком тут все смертью провоняло и пусть они не от вируса померли, подцепить какую заразу при таком - да легко...
  
   Лейтенант вернулся под утро, злой, но зато в сопровождении двух бэтэров. Сил пока вычистить весь гадюшник, не было. Но ответки, столь вопиющее хамство чисто по человечески требовало. Потому, с утра сказав что - багира я бегу, поехали к базе. А местные, повели бэтэры и еще две машины, окольными путями. Обложили мы базу со всех сторон.
   По словам одного из местных, встречать нас прикатили менты и бандюки большой толпой. И сценарий читался как на белом холсте большими буквами. Машины входят во двор, ворота на запор и... Руки в гору. А нет так пиу-пиу. Впрочем судя по тому, что местные показали куда трупы перебитых военных скинули, и так и так, нам бы было не жить.
   Когда машины показались вблизи базы, видимо некогда пункта ремонта и продаж грузовиков, ворота открылись. С виду все было прилично. Постовой на вышках солдатики. Только вот ворота, никогда, так не распахивают. Нет такого в уставах, ибо чиривато.
   Правда Кудря как Жиглов в славном фильме, им честь по чести объявил, когда наши машины встали.
  - Мол, граждане бандиты - три минуты вам на размышление. Выходим. Складаем оружие. И тогда...
   Капитан, тот сразу все понял. А вот кто по рации отвечал, начал кочеврыжничать. Для острастки, и чтобы не думали что шутим, один бэтэр высунул башню из укрытия, да вдарил короткой по плитам. 14 мм скажу я вам когда бетонные плиты как печенки крошит- внушает.
   Кое кто понял и рыпнулся утечь, так их свои и положили у ворот. Еще несколько через забор сзади? и таже история.
   Кудря вздохнул.
  - Не верят.
   И объявил по новой.
  - В виду высокой социальной опасности... Вышло ваше время.
   Пулеметчики на бэтэрах были хороши. Не торопясь, скупо, но с толком, где завалили, а где в пыль развеяли заборы. А это, опять же, плиты бетонные. Затем одно здание спереди. Потом еще сзади. И снова спереди. Бандиты по ним конечно пальбу открыли, но на таком расстоянии, с которой пальбу вели, даже бронебойной пулей БТР не расковырять. Да и укрыты они были.
   На четвертой халупе поперли они на прорыв. Как тараканы из печи - разом. Почти ковром. Вот только там где КПВТ бахнет, сразу прогалина. А уж очередь... Да еще в других местах, наши пулеметы заговорили. Тускло и уныло. Еще одни развалины, и кто уцелел, вывесив белую тряпку пошли сдаваться.
   Вот только забыли они, что никто им помилования не обещал. И законы сейчас, чрезвычайные, как и меры. Хотя пожили они подольше убиенных - пока их собирали и хоронили.
   К вечеру, пришло три машины тех, кто будет тут все восстанавливать и служить. Им в помощь мы передали местных партизан и одного старого мента, из тех кто не скурвился и чудом выжил прячась.
   Что было далее, бог весть. Нас из штаба, порадовали тем, что когда брали урода чтоим помогал, нашли у него и приказ на нас. Хорошего в том было, что обеспечили пайками, оружие подкинули и патроны с горючкой. А плохое, что оказывается, ждали нас уже второй день, вовсе не в этом месте.
   Так что быстро закинув в машины подарки, залив баки, мы снова ели и спали в пути...
   Печально, что бандюков, там осталось еще порядком. Мент конечно будет на них охотится, но опять же он да с десяток добровольцев, против говнюков и их семей? Не смешите. Военные чем помогут, если во Владимере как вода в губке увязли? Базу восстанавливать прислали неполный взвод в тридцать рыл. Это несерьезно с такою бандой то воевать, даже если им Бэтэры оставят.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Прапор.
  
  
  
  
   Перед концом света.
  
  
   'Хозяйство Проводина и Зарубина'
  
  
   Мат стоял до небес. Как трава не полыхнула - одному богу известно.
   Обкладывали друг друга членами, Лейтенант Кудрин и майор Проводин.
   Вообще, майор Проводин Глеб Михалыч, был человеком мирным и спокойным. Роль дракона и кроющего меча правосудия, при нем олицетворял старший лейтенант Удовиченко Варлам Степаныч.
   В отличии ниже среднего роста и всего какого-то пухленького даже в форме не шибко военного вида Проводина, полная его противоположность. Здоровый как бык, с тяжелым взглядом, он только что огнем не дышал. Хотя когда мы с ним первый раз сидели в палатке дегустируя мой спирт- за знакомство. Улыбался и много шутил. А вот когда вышел... Мда. И не играл ведь. Просто он эту шваль, что выделили им из состава заштатного инженерного батальона, по нашему, по научному - стройбата, люто ненавидел. Разве что кроме пары сержантов, которых привел с собою. Под стать ему здоровые ростом и комплекцией хохлы, ходящие меж стройбатовцев с засученными рукавами разом напомнили мне картинку - про ваффен... Мда... Ладно... В общем гоняли они их как шпротов и не только матом и пинками. Но наверное, про майора и мат - стоит начать сначала.
   А все было так...
  
   В нашем последнем не помню уж каком по счету 'временном расположении' у большого фильтрационного лагеря. Дав нам отоспаться, аж почти сутки, местное начальство озадачило поездкою к месту где готовился резервный пункт размещения беженцев и перемещенных. Сиречь эвакуированных. Сразу с двумя задачами. Первая помочь строителям, ибо на них напала какая-то банда. А вторая, что вполне понятно любыми способами подогнать.
   Основной лагерь для размещения так же был не готов принять всех, хотя начал это делать и строился 'на ходу', временный, на его территории, как и карантинный, между которым и зоной фильтрации, был платочный поселок военных и медиков, и там же небольшая военная база, куда нас присунули, переполнен до краев. И полыхни эпидемия тут как в городах... Всё. Абздец. Никакие пулеметы на вышках многотысячную толпу, что и стой и с другой стороны, не удержат. А вокруг, кстати, леса и болота и ломанут и те и другие, к еще одной зоне, что где-то там далее, прямо по нашим тушкам...
  И от реальности такого, у всех кто видел, что тут творится, матка выпадала на раз...
  
  И так как лейтенант, не став тянуть кота за диньдилиньки, с нашей братвой рванул крошить бандитов, я был направлен парламентером к строителям, как и обычно оседлав Яра. Кстати раз уж о парламентерстве зашла речь. На базе, в штабе мне выписали пару страшенных бумагов с кучей печатей. А к ним нового стиля, такой как ввели в новом ООН, идентификатор. В коем числился уже призванным на службу согласно какого-то там приказа с кучей цифр и абвеатур, прапорщиком Н-ской роты разведки, Н-ского же дивизиона, чьего-то там имени, и аж двух красного знамени, гвардейского полка. Но была в нем же и хохма, которую думаю уловил только я сам. Тупая не нашенская программа делавшая макет пропуска, учтя мой реальный ВУС, вписала и второе звание - Мичман инженер. А так было уже такое в разряде офицеров, между первым и вторым лейтенантом. А второй ВУС по подразделению где служу, не инженерный а специальные войска. В итоге, стал еще и импортным морским офицером специальных сил.
   Впрочем, это я уже так, развлекаясь ржал, ибо скачок от командира отделения на корабле, в офицеры по глупости программы, самой себя запутавшей, от души посмешил. По классификации нового ООН, их звания на ранг, на два - выше, звание первого лейтенанта флота, выше звания Кудрина. Так что когда хочу прапорщик или мичман, а когда не хочу или надо - импортный офицер.
   Наверно хорошо что к месту того бедлама, что увидели въехав к расположению хозяйства майора Проводина, приехал в хорошем настроении. Увиденное, вначале просто шокировало. И только подошедший к КПП Удовиченко, прояснил, что же тут творится.
   Первое и основное. Их двоих, сорвав с места службы, кинули сюда, дав тот сброд, что наскребли по сусекам. А так как в стройбат попадали сами понимаете кто, те кто их еще хуже - это что-то. Мало того, техникою и всем прочим снабдили по тому же принципу. А лохи и уроды, что в их подчинении еще и переломали сразу, более трети.
   С другой стороны это их потом и выручило. Но, по порядку. Когда Проводин получил на руки, окончательно заверенный план того, что ожидали от его подразделения, первой мыслью было, что некто просто ошибся, подумать иначе - было невозможно. Уточнив, он задумался о срывании погон и дезертирстве. Становиться к стенке, чем грозило невыполнение в создавшихся условиях, не хотел. Такого же мнения, придерживался и Удовиченко.
  От них приказом, требовали посреди, по сути тайги, в кратчайшие сроки слепить из говна и палок, то есть из местного сырья - замок аладина... Все что завозили, а это был жалкий минимум, ушло на основное строительство.
   Даже по минимуму, требовался раствор, трубы и все то, что не из из деревьев, песка и местной глины - никак не слепить. Собрав волю в кулак, офицеры не послали все на Юх, а взяв карту занялись грабежом, всего что рядом. А попутно, размечали площадки, рыли рвы и котлованы, заготавливали пиломатерьялы и даже наладили добычу глины и обжиг кирпича. Он тоже, почему то не рос на елях и соснах.
   Ах, да... При этом, еще приходилось следить чтобы не разбежались работнички. Ибо завезенные пайки таяли как снег весной, а новых, не привозили ссылаясь на трудности и в полный рост надвигался голод. Сами подумайте, каково кормить почти полторы тысячи людей, вкалывающих в три смены.
   Вторым этапом этого кошмара стал конвой с места основного строительства, что всё же привез пайки. Но он же, забрал часть людей и технику... А в добавок, пропала команда посланная за металлом и на вторую напали какие-то бандиты. Причем гнали её остатки до лагеря и строительства. А утром следующего дня атаковали Склад и периметр.
   Кое как, нападение отбили. Причем потеряли при этом людей. Среди строителей, половина автомат, видела только на присяге. И было их у Проводина, на всех, всего сотня. Не говоря о патронах, лишь на один боекомплект к каждому. Да и тот почти расстреляли отбиваясь. Вернее паля попусту ибо труп напавшего, подобрали только один...
   Из положительного, во всем этом было лишь одно. Та техника - что была переломана в начале. Её не забрали и кое как, удалось починить почти половину. Ну может еще то, что после того, как забрали технику и людей, от Проводина с его жалобами, докладами и просьбами - только отмахивались, но и перестали давить.
   Мой приезд тот воспринял не слишком спокойно и потому посла выпроводить меня обратно Удовиченко. И тут как не странно, мы нашли друг друга. Я выслушал его. Рассказал что было у нас и что там... Как в тридцати километрах леса по просеке до лагеря, так и в пятидесяти если ехать по дороге до трассы. А уж что в мире даже показал по ноутбуку. Мы с Кудриным, плюнув наконец на 'мародерство', к этому времени, окрестив такое - 'срочными нуждами армии спасения', много чем разжились. Ибо у нас были люди и нужды, а везде на нас смотрели как на чужих. Патроны и то больше доставались от бандитов, чем со складов мест куда 'временно' приписывали.
  
   А вот теперь, о шуме и драке...
  
   Кудрин, блядовал Глеб Михалыча, на основе того, что покрошив найденных бандитов, что взял за теплое вымя в захваченном ими поселке возле бывшего колхоза и фермы, часть взяли в плен. И оказались они, теми самыми двумя пропавшими командами из его гавриков. Да более того, еще и частью третьей, той, что должна была, изображая сбегавших от бандитов, смять часовых и устроив бучу, обеспечить прорыв к сладу с оружием и прочим.
   Тех, кого не порешили на месте за учиненное в поселке, он привез и предъявил. Жили они не долго, тут ни у кого рука не дрогнула. Ибо напав, покончали они, своих же братков работяг. А ор, стоял уже в палатке, так сказать - тет а тет.
  
  
   Наоравшись, в ходе чего лейтенант и без моего доклада, узнал, как тут все печально... Сели пить самогон и думать.
  В этом раздумии, неожиданно помог, приглашенный новый 'приблудный', что приехал с лейтенантом.
   А был он для нас самой настоящею находкой. Во первых, выйдя на пенсию, работал не в родном селе где и родился, и его эта кутерьма застала, а районе. И не кем ни будь, а инспектором лесного хозяйства. А что второе, и не менее важно, - вышел он на пенсию, не много не мало, а прапорщиком пограничной службы. При вопиющем дефиците офицеров и знающих местность - находка из находок!
   И первое что он предложил, перенести лагерь строителей в поселок. Причем не весь. А только часть. Взяв туда людей надежных, а все чмо, которое способно 'повторить подвиг героев' держать тут. За колючкой. Чтоб не разбегались.
   Переглянувшись, господа офицеры и в моем лице тоже, этот 'план', сразу и безоговорочно одобрили. Чтобы не рассусоливать долго, оставив стройку на сержантов и наших людей, поехали глянуть на поселок малым составом.
   Что мне понравилось сразу, поселок и хозяйство, что не особо видно было на крте, стоял на небольшой возвышенности меж двух длинных холмов. Не сопки манчжурии, но закрыт от ветров и не то начало болот, где шла стройка.
  От него правда выезжать надо было сильно давая круголя, но если через стройку то и нее особо. Один прогнанный туда-сюда БАТ из восстановленных, проблему дороги решил бы на раз.
   Было и еще одно. Кроме того что мы с Кудриным, судя по разговорам в расположении, похоже тут влипли и задержимся. Ощущалось в той нервозности, с которой говорили о таинственном месте, куда потом переведут всех фильтруемых, а не пару десятков, что туда забирали в неделю... Не всех возьмут в райские кущи. Ох не всех...
  Взять хотя бы даже эти вот, что мне достался, новые идентификаторы. Давали их не каждому. Из нашего отряда, дали только мне да Кудрину. Да и то с натугой, когда тот вполне законно и резонно, спросил и как ему, лейтенанту, пусть и с приказом из штаба на руках, давить на майора. Что ему за закрытыми дверьми на то ответили, не знаю, он только в общих чертах обрисовал. Итог, он и я их получили.
  
   Следующим шагом в этом абсурде, стало наш доклад в штабе и приказ. Приказ на основе того, раз мы такие крутые и в раз порешили баду из дезертиров с оружием, забрав у Проводина часть боеспособных, усилить ими отряд. А сделав это, разобраться с бандитизмом и мародерством, на окраинах перед пунктом на котором фильтровали проходящих за санитарный кордон перед лагерем.
   Стоит заметить, что пред кордоном уже сам организовался толи лагерь, толи почти город ожидавших, что их пропустят.
  Палатки что им выдали из каких-то военных резервов, не вмещали всех. Люди жили ожидая прохода, в машинах, шалашах, и порою просто у костров на голой земле. Медики и солдатики выделенные им, что разрывались пытаясь не допустить антисанитарии, вспышки массового заражения и ли эпидемии какой заразы, были героями из героев.
  А еще, этот самостийный лагерь, то же требовал пайков, воды, и прочего хотя-бы по минимуму...
   Вспыхнувшее там воровство и бандитизм, мы неоднократно наблюдали на дорогах. Изначально толкало на такое не только скотство людское, а простая нужда. Видя глаза голодного ребенка или жены... Ну... Вы поняли.
   А еще зараженные, умершие от истощения, отравлений, болезней. Первых пока было мало и их вовремя выдавали сами люди. А вот вторых. К трассе, организованные уже медиками среди ждущих команды, постоянно выносили трупы. Там их забирал грузовик. И постоянное гудение тракторов похоронных команд, не стихало не тут, не за периметрами егозы ...
   Как сказал Коля Мищенко с которым проводил первый выезд за колючку - конвейер горя и смерти...
  
  Конечно, забирать у Проводина людей мы не стали. Разве только десяток на первое время. Как не стали сообщать начальству, что сменили место дислокации. Ибо завистливые взгляды на наш транспорт, вооружение и снаряжение, еще по прибытию, напрягло.
   Более того после ликвидации одной из банд обиравших подходивших по трассе, две машины списали на потери заменив на те, что использовали бандиты. А свои ново-захары, отогнали в Хозяйство Загвоздина, как в шутку, а потом и серьезно звали поселок ушлого прапора погранца. Тот послушав наши мысли, о том кого в рай пустят, взялся за дело серьезно. Поставил под ружье односельчан, что остались и стал городить вокруг поселка 'редуты раевского' В чем неожиданно нашел поддержку у наших военных инженеров. А помогал в том, второй из сломанных БАТов, что починили приволоча в МТС бывшего колхоза, со стройки.
   Кто не видел как этот монстр ров роет ротором, тот не поймет. А окоп он ими хреначил, если ров вам великоват, причем любой дины, для стрельбы с коня стоя, не остонавливаясь и на скорости.
  
  Совесть у нас не у кого не болела. Все понимали - построить лагерь к сроку уже дважды не реально. А вот спасти тех кто тут может оказаться брошен, даже очень. Ну хрен с ним не спасти но получить к тому шанс. Ведь что там прет на нас мы знали, лишь относительно. В форме - большинство жизненных форм становится враждебно, а иногда изменяется и мутирует. И первая такая в виде взбесившееся лесной коровы, лосихи, что ударом опрокинула с трассы автобус Паз - нас очень впечатлила. Впрочем, как и тем, что очереди автоматов в корпус словно не замечала. Только перебив ноги и размозжив голову завалили.
   Но глянуть что с ней не так никто не решился. Заразы боялись все. А потом, тушу уволокли вызванные нами медики. Кровь и ошметки прочего, по их просьбе пожгли огнеметом. Его кстати выдали только благодаря им же. Что у нас свой самопальный мы умолчали, ибо он, когда выехали от дальнего блок поста где ловили мародеров, остался тога в Хозяйстве.
  
   С появлением лосихи, всё понеслось словно стрела. Мы уже неделю метались подле лагеря, когда на него выметнулся целый выводок взбесвшихся медведей. Посланную команду солдатиков, из тех, что прикрывали медиков, ибо на них в лагере участились случаи нападения, К нашему приезду, медведи так же порвали. И с ними, выручил только старенький, незнамо откуда сюда попавший ДШК. Наши пулеметы их только разозлили и когда бросились на нас, мы ударив по газам, на него и вывели.
   На следующей неделе, живность сходящая с ума, поперла если не валом, то буйно. Ну ладно там собака, или кабан - запуталась в егозе, которую все дальше тянули вдоль трассы, пристрелили. А тот же лось или медведь? А уж что помельче, так оно вообще проскакивало через кольца колючки легко. А людей везде не расставишь, патрули, что пустили по трассе гуще, уже не спасали. А перед блок постом разом только за сутки случилось две попытки его прорыва перепуганными вспышками заболеваний от покусанных людей. Лечить их уже и не пытались. Огораживая места прорыва и вспышки, загоняли как скот в загоны из накиданной егозы. Пока стрелять по ним ни у кого рука не поднималась. Хотя и смотреть как на твоих глазах люди с ума сходят и умирают... В общем это была первая неделя адского ужаса. В которую, все, и перед колючкою, и за, - поняли ОНО нас настигло...
  
  Вторую неделю от начала конца, как мы ее окрестили, ознаменовала третья попытка прорыва. И вот в нее, впервые, по толпе, был открыт огонь на поражение. Что там творилось, не знаю. Мы в тот день рубились с хорошо вооруженной бандой из смеси вояк из какой-то местной части и беженцев. Они решили построить свой анклав и выследили, потому что на дороге ловили рабов.
  Лагерь они свой прятали в брошенном военном городке. На асфальте следов нема и мы, когда искали его проскакивали. А те, зная кто под боком, таились до поры.
   Вот только когда в него поперла живность, бросив все и вооружив тех, кто хотел жить, рванули к санитарному кордону. Мы стыканулись с ними почитай лоб в влоб. Выручила при этом связь и разведка. Впереди нас шла машина из местных что их и выследили. К сожалению все трое парней давшие нам шанс уцелеть разом и погибли.
   И мы успели. Убрав машины с дороги, приготовили ломящимся как на случку озверелым бандитам, огненный мешок.
  И тут уж, не жалели, не патронов, не разом ставшими дефицитом, гранат. Часть, сожалению ушла в лес. Но малая, человек до двадцати. У нас погибло семеро. Не так много учтя, что набили более сотни, да еще и частью военных. А вот раненых было много. Медики базы при сообщении о наших проблемах с ними разом ушли в отказ. Мест нет, медикаментов нет... Нет, нет, и нет...
  Ну собственно это мы и так знали, но порядок есть порядок. И рапорте отписали что раненых устроили на разбитой базе бандитов. Что говоря простым языком на тот момент - бросили в лесу подыхать... На деле, лесною дорогой что тот нам показал, отправили в Хозяйство Загвоздина. Сейчас в обороне его, даже раненый и калека был не лишним. Можно считать нас сволочами, но туда, отбирали народ весьма придирчиво и привозили не каждого.
   И еще...
   То о чем узнали уже не по слухам и домыслам, а твердо, из сводки, что спускал штаб.
   Еще две недели назад, было подтверждение, что Вирус с большей легкостью, поражает не только слабых и стариков, но женщин и детей. По сути, мы это и сами видели по трупам в домах и у дорог.
  Но теперь, это было объявлено четко и официально, а еще к тому, про мутации и то, что и им они, если выживают будучи заражены вирусом, подвержены более...
   Что страшнее животное с мутацией или человек? Пока все думали что животное. Лосиха и медведи о которых вспоминали, а те только взбесились, но и такими всех доводили до дрожи. Еще меньше приятного на этой почве, нам поведал врач из созданного нами собственного госпиталя. Мы нашли и отобрали среди медиков троих. Старший пожилой у же дядечка, некогда работал эпидемиологом. И вот те страсти, что рассказал на этой почве и без мутаций могли лишить сна. Хотя и частично успокоил, что слонов летающих, пока ждать не стоит. Зато подсказал много дельного как улучшить периметр и меры безопасности.
  Еще наши медики, взялись учить медицине, свои семьи и желающих. А по путно придумывать и еще как нам забороть напасть и выжить. В итоге вычистив пару старых коровников и склады, мы организовали там производство.
   А в склады, уже все, стали стаскивать все до чего руки дотянутся. Вычищая все дома и строения в местах, где бывали и которых могли достичь, как пылесосом. Благо машин хватало, а местный умелец перевел их на спирт, что гнали из самогона. Дымили пердели но ведь ездили... Тем боле что отобранные у бандитов разномастные колымаги - не жалко.
   На базе, то что у нас отряд резко поредел, конечно заметили. Но была железная отмазка - раненные и охрана стройки. Рассказ о том, как бегут стройбатовцы и мои люди, что волки вынуждены ловить и возвращать в стало. И гибнут в лесу. Впечатлил. А ведь и не соврал почти. С десяток сдристнуло. Загвоздин, узнав о том, лишь пожал плечами и посоветовал, пока не поймем, что с живностью творится, в лес не соваться. Наш рассказ и фото лосихи и мишек, он крепко запомнил. Да и мы тоже потому и не совался никто по дурику грибочков собрать. Это теперь, пока взбешенное зверье частью само не передохнет, или на пули блок постов не нарвется, было, как войсковая операция по прочесыванию.
   А еще в этой связи, подумав над рассказом о ДШК, он дал ценную наводку. Подсказав, где его могли взять.
  
  Как оказалось километрах в семидесяти севернее, была станция старой узкоколейки. А рядом заброшенный военный полигон.
  И тут стоит упомянуть что это раньше по трассе семьдесят и не расстояние. А при том что сефчас творилось, можно и пяти не проехать, на банду напороться или на иное приключение. Да и просто бывало машина вставала дерьма какого насосав, если фильтр не защищен моторный. Но, о полигоне.
  И там, некогда резали танки, что выводили из Европы. Денег тогда было мало на такое. Часть порезали, а часть, так и гнила поди. Нечем было работягам платить и горючка на паровоз, что туда ходил, съедала остальное суммами. А какой чиновник, на паровоз денег даст, про свой то карман забыв? Полигон закрыли и давно. Дорога только одна да и та ветка. А у нижнего, она была еще и разобрана тогда же на металл. Не суть. Важно другое. Привозили их комплектно и только перед резкой, снимали оборудование. И...
   Тут не только наши технари, но и я сделал стойку. Если хотя бы несколько не успели ободрать. То в них много чего ценного. Аккумуляторы, радиостанции, пулеметы. Да хотя бы приборы ночного видения. Да старые, да без наворотов. Но блин, зная нашу технику - рубь за сто, подай напругу - все рабочее!
   Сами танки, они, на... не нужны. Жрут эти слоны, куда там тракторам. Даже БАТ столько не жрет - хотя база, та же.
  Кстати в него какую мочу не лей - пердит и заводится.
  
  В общем, из оставленных Захаров и кунга, стали готовить отряд для поездки. Благо насыпь узкоколейки хоть и поросла но вполне ими проходима. Подбирали экипажи, инструмент. Все по взрослому.
  А еще сели уже всерьез, рисовать карту района с подобными полезностями. Благо Мартын Загвоздин, знал эти места куда там твоей спутниковой съемке, что типа прищик на попе оптикой своей видит..
  Прищик эта сволочь может и видит. А вот что тут еще есть подземный бункер, оставшийся от ракетчиков, закрытый в шестидесятые и забытый всеми, уже нет. Не летало оно, тогда, когда часть расформировали. И к тому времени, как запустили эту хрень, все, что было видно некогда сверху, лесом заросло. Да оно и тогда когда работало не особо было видно. Так пара домиков склад и пара унылых солдатиков доходяг тощих, сторожа его, возле грибка покосившегося бродят. Всё... Видал я такие чудеса.
   И мои воспоминания легли в основу еще одного проекта. Ибо как электрик на корабле, отвечал не только за лампошки. Много за чего. Да и потом...
  В таких сооружениях есть как и на корабле система ФВУ хитрая. Создает она подпор воздуха для типа герметичности, а не только фильтрует оный воздух случись ядерный амбец. Много там чего должно быть. И если оно там было, выдрать его без пипец каких мучений взад, ох как трудно. Это вам не танк на открытой площадке, горелкой газовой резать. Хотя и такое, еще тот труд.
  В общем надо глянуть. Не все губили напрочь бросая. Кое что, закидав входы и дыры бетоном как бы забывали. Мол объект такой то - всё... А внутри стоит оно как и было, только консервированно. Думали тогда люди правильно. Что мол да, не надо вроде ужо... А вдруг... И опа - раздолбали пробку что люк залила, заходи - пользуйся.
   Консервировали как тушняк... Особо потому сколько консервационной смазки накладывают порою похоже. Помню как хохотал над ящиком консерв раскопанных, когда некто сказал, что, мол воском его залил кто-то. Не воском, а смазкой и от души, чтоб банки не ржавели. Просто за много лет она им почти и стала по консистенции. А растопи на костре или в кипяточке... В общем те консервы можно было есть спокойно - благо они на слое мерзлоты лежали штабелем, такие 'естественные' холодильники у многих в хозяйстве на севере были...
  
   И опять мы шерстили беженцев, аккуратно подбирая людей, но не говоря для чего и кого ищем. Надо мол, военная нужда. Кормежка и все такое. А в том ужасе, что вокруг, даже за тень надежды и уж тем паче защиту, готовы были люди пахать голыми руками.
   У наших сержантов, с таким прибавилось работы. Мартын Загвоздин, для всех поставил условием, проходить КМБ и обучение у медиков. Ведь как капец СССРу настал, НВП в школах отменили. Да и его, не в каждой школе нормально преподавали в конце семидесятых. Мда... Страна Героев... Где ты...
   Оглядываясь назад, время то было страшное и тоскливое своею очевидной безысходностью.
  Может от того, нас с Загвоздиным, обозывая 'Кремлевские мечтатели' и 'прапора фантасты', но все же держались и поддерживали. И конечно Док с его командой пилюлькиных. Этим так вообще отдельно памятники в полый рост из чистого золота! Сколько людей спасли даже только одними своими советами. Мало того, заразившись от нас и сержанты и люди, уже сами рыли копытами мох и тащили на склады всё, от кусочка проволоки, до того что нормальному человеку и не унести. В общем люди пахали, как семижильные. И успели мы наворотить, да собрать в закрома, за срок всего да ничего, столько, что и сами потом удивлялись.
  
  
  .
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Конец всего земного.
  
  'Конец света'.
  
  Экспедиция.
  
  
   Машина, мерно урчащая мотором лишь угадывалась под слоями каких-то сеток и экранов. То что это некогда был кунг, на базе ЗИЛ 157, мог опознать только человек внимательный и помнивший эту чудесную машину.
  Сейчас это было нечто из бреда любителя кибер панка и ожившей свалки металлолома решившей поиграть в автобаты.
  Кроме навесных экранов и усиления кузова и кабины, два навесных плуга, какие-то Грузовые стрелы. Башенки над кабиной и кузовом.
  Штатно, эта машина спокойно везла от 2,5до 4,5 тонн полезной нагрузки. Новый и куда более мощный и одновременно экономичный по сравнению со старым двигатель. Причем, не уступавший прежнему в безотказности и ремонто пригодности. Подвеска, хоть то не очень необходимо, усилена. Расчет в этом шел на то, что повезет обратно груз и возможно еще прицеп. Вторая что шла на расстоянии как раз тащила прицеп. Причем так же доработанный и более того с кормовой пулеметной башней и внешней на ней турелью. Колеса прикрывали щиты и завеси из чего-то типа кольчуги. Все так. Максимум надежности и защиты и видимое было лишь частью того, что не видимо.
   Проще выглядел ободранный почти до нельзя и заново оборудованный и обваренный уазик. На его счет при подготовке был долгий спор. Если Захару, не было альтернатив, то тут была. Бились сторонники буханки и УАЗа. Выиграли последние, хотя под конец увидав переделанную буханку признали что и она достойна. И та ушла головной в другом направлении.
   Уаз, был разведчиком. Причем так же с новым мотором. Дизель для него, взяли из разбитого Ровера. Ровер был лицензионный, польский. Потому в нем двигатель Андории, что встал без переделок. Единственное, что сразу напрягло, резьбы на нем оказались дюймовые. Но все лучше, чем слабенький и склонный хорошо покушать по сравнению с этим, старый. В любом случае выкинуть его и поставить штатный, можно было теми силами что имелись. Его, тоже везли с собой но для иных целей.
  
   Пока шли по узкоколейки, проблема была крупная, только один раз. Небольшое стадо кабанов. Впрочем, отбились без потерь, только с потрепанными нервами и погнутым железом.
   Шли ходко, но и особо не торопясь. Полотно хоть и выглядело надежно, кое где, приходилось быть аккуратным. Новые условия. А в которых, и метал порою жрали недуги. Например кислотный туман о котором, ранее только сказки были.
   Впрочем, в борьбе с ним, выручила взятая из опыта службы на кораблях Прапором система орошения. Трубки с распылителями по всей машине. Они создавали вокруг нее завесу и конечно омывали. Была еще одна хитрая функция. Подав чистый раствор самогона, срабатывала горелка. Бах, и клуб распыленного, став огненным, сжигал все вокруг на пол метра минимум. Кстати помог и с кабанами. Вот только о нем, не сразу вспомнили, только когда применили по паре что вздумала портить колеса, огнеметы. Их наделали из садовых опрыскивателей. Хочешь баллон набивай для давления, хочешь, если нет возможности, накачай насосом. Струя конечно не так далеко бьет, но оно не всегда ведь так надо.
   Самогон кстати, гнали прямо на ходу если шел расход баков. Брага готовилась в навесных баках. Единственный минус в применении его, то что забывшись можно было пожечь носоглотку и надышаться допьяна. Потому респираторы и противогазы даже внутри машин, держали при себе постоянно, как и оружие. Вообще, средства защиты, первое, что каждый в новом мире изучал и если мог, совершенствовал. Пленочные накидки типа плаща, перчатки бахилы и противогаз, стали как раньше трусы. Предметом ношения всегда и везде. Если не на себе, то с собою. А в обязанности каждого входило напомнить о таком товарищу.
  
   Мир вокруг, стал жесток к людям. Маленькая ошибка одного могла привести к смерти всех. Потому даже при подозрении утаивать, что где-то чешется или показалось, что поцарапался или какая дрянь куснула, не глупо, а опасно всем. Еще одним стало и то, что люди резко разделились. В частности, на тех, кому враг все и выживал он в даже в стае, в одиночку, и таких, кто держался вместе. К последним, относились жившие в хозяйстве Зарубина. А к первым, люди, что жили в лагере у стройки, где была стая диких волков. Ибо среди них, остались те, кто некогда хотел захватить стройку перебив поддерживавших офицеров. Их не только заставляли работать, но обучали тоже, и вначале насильно заставляли обустраивать свой быт и безопасность. Ибо считали, раз они тут и работают, им некто, что-то еще должен.
  Нет, их уже списали. И стало это понятно, когда отозвали отряд Кудрина и оборвалась связь. Конечно то, что отозван и вернулся не весь отряд, ни Кудрин не Прапор не доложили. Да и смысл? Они уже некоторое время вполне официально набирали в отряд, восполняя потери в боях и от болезни, беженцев. И потому как раз от раза скудело довольствие, что получали, да и во внешних патрулях, стали появляться люди в выданных со склада кордона, вместо формы, энцифолитных комбинезонах, по всему близился конец и отряду и развязка...
  
  
   Конец света наступил хмурым, слегка дождливым днем. И судя по тому что творилось в эфире, наступил повсеместно. Все началось с внезапного всплеска сообщений о попытке прорыва. Внезапном не потому, что такого не ожидали. Нет, скорее те или иные попытки уже вошли в чреду привычного. Важно иное - Всплеска. Слушавший эфир радист машины в которой ехали так и сказал - Эфир забит массовые сообщения о прорывах. Включенный в штепсель старо рации динамик захрипел скороговоркой. Поворот рукояти и вот уже другая частота, другой голос, а сообщения словно продолжает первое. Запросы о помощи один за другим, по всем выявленным частотам кордонов, лагерей и блоков. Впрочем последние стали умолкать один за другим. Редко кто успевал доложить о прорыве или послать проклятие тем, кто приказывал держатся, обещая что помощь будет или уже в пути.
   Как не странно до их группы все же пробился штаб. Приказав не идти на помощь пятому блоку, от которого обычно начинали патрулирование или выезд, а срочно направляться к условленному заранее при прорыве, месту сбора.
  То, что он за кордоном, а им придется как-то миновать напирающую на него враждебно настроенную толпу. Или хуже того уже штурмующую. В лагере перед кордоном последние недели появилось много людей с оружием. Если таковое раньше прятали, с нападением животных оно было извлечено. Изымать его, как велел, так и не отмененный приказ, было просто опасно. Люди каждый день видя смерть, потеряли страх. А медиков, военных, да всех кто не они, с этой стороны егозы и бетонных стен, люто ненавидели.
  - Что делаем?
  Кудрин, поглядев мне в глаза, сглотнув, вздохнул.
  - Знаешь, я хотя поддерживал вас, помогал, вопреки всему что делал, не верил до конца, что вот это дерьмо произойдет. Что...
   Нервно теребя тангент, приказал радисту.
  - Общую, и на большой штырь!
   Когда разом побледневший радист, сделав обернулся, он не смог доложить и только сглатывая, как и лейтенант кивнул.
  - Внимание! Всем циркулярно! Это командир отряда лейтенант Кудрин.
   Из динамика стали раздаваться доклады о приеме.
   Не дослушав до конца, лейтенант прикрыл глаза и вздохнув распахнул. Голос стал твердым.
  - Всем циркулярно! Это командир отряда лейтенант Кудрин. Пламя! Пламя! Пламя!
   Выдержав паузу за которую, кажется стихли все звуки вокруг, а по виску покатилась капелька пота, повторил...
   - Всем циркулярно! Это командир отряда лейтенант Кудрин. Пламя! Пламя! Пламя!
   Кинув тангент, откинулся на спинку сидения и прикрыл глаза.
   Я, почему то ни черта не ощущал. Может от того, что в бешеной спешке дел, ждал этого последние дни каждую секунду. И случившись, оно принесло наконец облегчение натянутым струнами нервам.
   Закурив достал флягу и сунул Кдре в руку. Тот механически сжав, поднес к губам и отпил. Так же не открывая глаз словно видел, вынул из моего рта сигарету и затянулся. Когда и я глотнул, открыв глаза, покосился и вернул сигарету.
   Бойцы смотрели на нас а эфир всё еще вторил докладами.
  - Северный Два Базе! Принято - Пламя! Пламя! Пламя! Приступаю к исполнению! Блок восток! Базе! Принято - Пламя! Пламя! Пламя! Приступаю к исполнению! ...
   Покосившись на динамик, Кудрин криво улыбнулся.
  - Ну хоть что-то мы с тобой Петрович успели вовремя...
  После чего, так как сидели мы на креслах у турели над ним, пихнул ногою водителя.
  - Не спи! Домой! Пламя! Мать его... Пламя...
   Словно вторя словам лейтенанта, над лесом полыхнуло. И кажется, саму землю и воздух сотряс удар. Хотя почему кажется? Мы были всего в десятке километров от места, где в землю, разом ударили сотни килограмм злого боевого железа. А затем еще. И еще. Деревья над нами пригнуло докатившимся валом ударной волны. Обе наши машины без команды встали. Люди смотрели на багровеющие небеса, всполохи в то месте откуда ехали и не верили своим глазам.
  Смотрел и я., но лейтенант рванул меня за рукав и указал в другую сторону И ничего не говоря, за гулом и шумом один черт не слышно, в бессильной злобе и ярости стукнул кулаком по крыше машины.
   Полыхало и там где должна была быть стройка. И правее, и судя по тому, как, гораздо дальше. Что там, мы не знали, не знал и лесник, на карте там был только лес... Машину раскачивало и подкидывало как в шторм, а нас обдавало горячим воздухом, сорванными листьями, мусором и ветками. Длилось это, не так долго, но нам тогда, показалось вечностью.
  Когда же закончилось, мы оба сели. И лейтенант, хриплым голосом сказал:
  - Я то, думал. Что... А вот он какой. Конец света...
   Говорить что-то было бесполезно. Вновь достав флягу и сигареты, я отдал её лейтенанту, а сам закурил. То что там сгорело... Да. Это был наш прежний мир. Чего-то и кого-то небыло жалко. Но... Не думаю, что эти сволочи, дали возможность уйти хотя бы части врачей, сестрам и докторам... Если нас тут, так колбасило, то что творилось там?!
  Тронув водителя за плечо, я, тихо сказал.
  - Ефим. В хозяйство и не гони.
  Кудрин встрепенувшись, было хотел что-то сказать, обернулся, но я положил руку ему на плечо.
  - Там сейчас слишком горячо. Потом съездим. А сейчас, у нас есть работа.
  Дернувшись, лейтенант зло посмотрел, но уже через секунду, протяжно выдохнув, кивнул.
  - Да. Прости. Это нервы...
   Сунув мне в руку почти пустую флягу, откинулся на спинку кресла закрыв глаза. Сказанное им, было тихо, но я расслышал, или может угадал по губам. Слишком долго мы были вместе.
  - Мы живы. И у нас еще есть чёртова работа...
  Машина, хрустя засыпавшими дорогу ветками, неспешно катила на восток, а я курил, прикуривая одна от другой и того не замечая в раздумьях, опираясь на станину пулемета...
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Век новый.
  
  
  
  Музей и планы.
  
  
   Отведя стволом сочащуюся тягучим соком ветвь, Старик, присмотрелся к поляне. Совсем небольшая, она казалась в ярком свете близкого к полуденному солнца, после неприветливой тьмы зарослей открыткой из прошлого.
  Осмотревшись и прислушавшись к себе, достав тяжелый рабочий нож, более схожий с небольшим мечом, отведя им ветви, шагнул в этот свет. Идущий сзади Шер, переждав капель ядовитого сока, поступил также. Подойдя осмотрелся.
  - Это здесь?
  Вместо ответа, Старик поддев ножом который так и держал в руке скинул пласт мха с бугорка, открыв под ним металл. - Хмм...
  Не обратив на это красноречивое замечание внимания, найдя острием щель, вонзил под невидимую за грязью крышку и нажал. Послышался трещащий звук отходящего уплотнителя.
  Под крышкой, скрывалась неокрашенная стенка с дыркою. Но то что она не так уж и окислена, просто потемнела, подсказало что металл- нержавеющая сталь. А такое, вряд ли сунут посреди леса в странную прикрытую слоем земли и мха коробку.
   Присев Шер достав фонарик посветил в дыру и присвистнул. А затем, поднял взгляд на напарника.
  - И что далее?
   Усмехнувшись, Старик достал странную металлическую деталь что извлек из щели под камнем час назад. Попросив жестом дать место вставил в дыру. Шер с интересом наблюдал не забывая кстати, помимо этого контролировать и окружающее.
   Пошатав, Старик добился того, что деталь вошла почти полностью, но остаил онее в покое только когда из коробки послышался металлический щелчок.
   Выдохнув, он, усмехнувшись подмигнул Шеру.
  - Вот теперь, все.
   Подняв бровь Шер задал вопрос и тот пояснил.
  - Предохранитель. Пулемет что за дверью, автоматический. И если даже лента в нем сдохнет, после второй осечки, двери закроются и сработает подрывной заряд. Далее объяснять не требовалось.
   Шер сплюнул.
  - Маньяки.
  Старик пожал плечами.
   Насколько, те кто некогда возводил сооружение соответствуют сказанному, Шер убедился, когда они в другой части поляны, очистив люк, открыли его. Толщина в пол метра стали и явно композита с чем то впечатляла. Как и механизм запора. При весе поди в пол тонны, эта железяка когда Старик смазал устройство запора, открывалась одною рукой свободно. Когда затворив люк попили чаю в помещении рядом, наступил следующий этап убеждения. За коридором от люка ход ведущий в глубь, делал поворот. И как оказалось пулемет, о котором говорил Старик, вовсе не тот, что торчал в амбразуре напротив входа. Старый но умащенный маслом ДШК с заправленной отнюдь нена пятьдесят патрон лентою, глядел стволом в стену из-за угла. И как понял Шер, по углу ствола в стене был спрятан щит отражатель.
   Стрик заметивший как тот разглядывал, кивнул.
  - Вижу встречал такое.
   Шер слегка озадачено кивнул на пулемет.
  - Было дело. Но не ДШК же?!
   Чем вызвал усмешку и то что Старик указал на еще одну нишу которую стало видно только когда миновали пулеметную установку. Тут был уже станковый пулемет калибром поменьше.
  - Срабатывает при задержках или при смене ленты.
   Шер покачал головою, закатывая глаза.
  - Не мужик, это край.
   Старик улыбнулся. Он и сам считал такое перебором для не самого важного в сооружении технического выхода, хотя как знать? Тот, кто ему рассказал о нем, не сказал более необходимого.
   Вот далее, все уже было гораздо проще. Люки открыты и только минные ловушки. Причем половину он устанавливал уже сам. О чем конечно не сказал Шершню. А тот, не спрашивал, ибо зная его манеру, даже не смотря на то, что устанавливал, тем, что было тут, на складе, точно мог догадаться.
   Когда пришли в зал ради которого и шли сюда, Шер тихо присвистнув, вздохнув покосился на Старика.
  - Можно я тут жить останусь?
   Беззвучно рассмеявшись, тот улыбнулся.
  - А не ты, назвал того, кто это все устроил, маньяками?
   Шер поморщившись, махнул рукой. А поглядев еще чуть, пока Старик прикуривал спросил о другом.
  - Я могу? Или что нить бахнет?
   Стрик, усмехаясь, сделал широкий приглашающий жест.
  - Да сколько угодно. Тут, только в стенах столько насовано, что и мне страшно пукнуть. Но оно, пассивно, пока не включим сигналку обратно.
  Кивнув Шер пошел вдоль стоявших плотным рядом БТР 40. Заглянув под днища, убедился, что каждый стоит не просто так, а на подпорках. Это, чтобы резина не портилась. Впрочем, какая это резина, то, отдельная песня.
  Старик подарил ему как-то принесенные отсюда сапоги. Обычные резиновые сапоги, в которых раньше каждый работяга на стройках ходил. Их тут видно держали на складе для технического персонала. Так вот. Да, резина потускнела цветом, став чутка серой, словно покрытой пылью. Но когда надел и носил, заворачивал голенища, не единой трещинки. И это у самого простого, 'рабочего' резинового сапога, за два рубля семьдесят пять копеек, выпуска аж семьдесят первого года!
   Дойдя до места, где из ряда было изъято пять машин, понял и как их ставили на подпорки. Там, стояло громоздкое сооружение, напоминающее 'ленивку', на которой катали поддоны с грузом. Подпорки, сложены рядом с ним аккуратной стопой.
  - Три забрали, две стоят в зале, где их готовили и переделывали.
  Шер оглянулся.
  А чего не забрали?
  Старик подойдя сел на подпорку.
  - А зачем? Машин тогда хватало. А вот намекать, что есть еще - вызвать лишний интерес. Кое-кто, там...
  Кивок на стену.
  - Не такой уж дурак. Увидели ДШТ, Вспомнили и о танках, что на полигоне. К счастью не знали куда долбануть и послали дальний дрон. Но к тому времени, те, что в комплекте, мы попрятали. А те что раздолбали. Да и хрен сними. Внутри уже было пусто.
   - И сколько?
  Старик улыбнулся.
   - С десяток наберется в основном 72. Лучше все ж старья. Хотя и те могут. Но на них снаряды совсем того. Надо перезаряжать, а это муторною.
  Покачав головою, Шер лукаво прищурился.
  - И всё?
   Рассмеявшись Старик покачал головой.
  - А нафига их там, больше? Есть и другие места.
  - Понял. Яйца и корзина?
  - В точку.
   Печально вздохнув, Шер поглядел на машины, что стояли за БТР.
  - Жалко, такая красота и без дела.
   Старик, усмехнувшись кивнул в сторону дверей в другом конце зала. И уже на ходу, ответил на реплику.
  - В деле она, но пока новые не достанем, будем те, что вынули тогда, до конца убивать. А эти, надо беречь.
  - Это да.
   В другом зале они поглядели еще на технику. Но тут чисто чтобы порадовать себя. Основное, зачем пришли, было в зале, где стояли готовые к выходу машины. И когда Шер подошел к той, что хотели забрать наморщил лоб.
  - Стой. Это же 69-68.
  И поглядел на Старика.
   Тот пожал плечами и ворчливо ответил.
  - Я не большой специалист в истории автомобилестроения. Скажи спасибо, не тот, что полярникам отправляли.
   Рассмеявшись, Шер погладил крыло машины.
  - Ты не понял. Это, уже модифицированный. Последних лет. Тут все по уму. Ну в пределах семидесятых.
  - Семидесятых?
   Посветив куда-то, Шер рассмеялся.
  - Верняк! 72й год. Могу даже сказать, что именно эту модель делали для связистов. В кузове крепления для радиостанции и съемного сидения. Вместо продольного, оно крепится поперечно. А еще крепления для катушек кабеля на заднем борту. Откидываешь и едешь, а они сами кабель разматывают. Только меняй да сращивай.
  - Угу и сами его закапывают.
  Шер отмахнулся.
  - Для такого, приспособа была, типа плуга, но не отвального, а резавшего дерн, ну или землю. Заглублявшего кабель. На прицепе.
   Старик махнул рукою давая понять, что сейчас ему это слушать не досуг. И хотя Шер открыл дверь демонстрируя крепления, только покачал головой. Старика, это мало интересовало. Более то, что некто, кто готовил машины уже поработал и над этой. Сам он занимался тогда иным и не помнил, чтобы на то дали команду.
   Кроме еще одного запасного колеса, тот кто это делал, озаботился защитой и запасными канистрами. Еще в кузове стоял закрепленный брезентовыми ремнями, ящик с инструментом и еще что-то. А значит, им меньше работы. Не надо бегать по складам и комплектовать. То что лежало в машине стоявшей на консервации, по нынешним временам было для эксплуатации, несерьезно. Надо запасные воздушные фильтры, да и много чего еще.
   Бегать конечно всё же пришлось, и не мало. Ну хорошо, не бегать, а ходить. Ибо кроме комплектации и доделок, гнать машины порожняком не хотелось, и они, благо об таком договорился с хозяином склада заранее. Потому, взяли патроны, средства взрывания и еще много чего нужного и необходимого. Каждый раз сюда ходить, ноги сотрешь А просить у военных, за кем числился склад, вызывая лишние вопросы, не хотелось.
  Было правда еще пара мест, тоже дюже богатых, но их, он берег на будущее. Шершень который до конца не верил в его рассказ о этом музее старины, вздыхал только об одном. Все закладки складов датировались самое позднее 75годом. Увы, ничего более современного, небыло. Куда богаче, было на складе ракетчиков. Но и склад был не так велик. Потому, оттуда, что либо выпросить, стоило огромного труда и нервов.
  И кстати, когда Старик привел его в один небольшой слад тут, он понял, почему тот называл его антикварным. Форма ладно. Но он, не помнил в каком году отменили шашки. Впрочем Старик развеял мысли на эту тему пояснив, что в этих местах, дороги и ранее были не ахти. И караульную службу несли разъездами конно. Так же напомнил что наряду застав пограничных, где так же конно патрулировали, они так же имелись и даже обучали людей рубке. Хотя не носили на выходах. Вот и здесь, когда позакрывали объекты, сохранилось частично, такое богатство. Конечно, шашка не мачете, что теперь пользуют летом почти везде, но их и так может наделать любой кузнец или слесарь. Но рубит куда лучше чем оно. А в умелых руках так и вообще. Потому, возможно, именно как оружие скоро будет востребовано. Если только те коняшки, что тренируют для экспедиции на запад, не перемрут. Впрочем, они уже тоже, не совсем те какими были. И старый коневод, пришел бы в ужас, увидав то, что они так ласково называли конем.
   Но это не их забота. Стрик, кое-что тут забирал. А Шершню на память о посещении музея, выдал офицерскую папаху и настоящие командирские часы. Не ту лабуду с картинками, что некогда делали под их видом. А еще те, старые, с авто подзаводом, что носил и сам. Увы, многие хорошие вещи прошлого, рассеились растворились вместе с ним. Да и поколение, конца старого мира, не понимало таких. Вот кто бы из молодежи ,тех лет, польстился на старые механические часы? Они и электронных-то уже не носили. Зачем?! Все есть в вашем айфоне. И часы, и фотоаппарат, и сеть с главным в жизни - месенжером. А более вам в жизни, ничего и не надо!
  
  
   Берлога Старика, куда через четыре дня пригнали машины, была так же почти под землей. Некогда замаскированный пункт толи связи, толи погодная станция. Впрочем зачем и для того и для другого вырезать в скале столько помещений, да еще с точками обороны, Стрик не мог предположить. Главным было иное. Из этой норы был проход в старые, естественные пещеры. Найдя её он немало помаялся выгоняя из них расплодившихся новых жильцов.
  Да и потом, от греха забетонировав вход и выходы, установил сняв в помещениях, где они не очень нужны, вместе с рамой, стальные герметичные двери.
   Гараж у Старика был приличный. За более чем 30 лет он насобирал много чего. А если по правде и не он один. Шершень, был не первым его напарником. Но так уж сложилось, что люди его типа, что некогда собрались в группу, всегда были более одиночками. Потому, когда пришла пора, и отпала нужда, разошлись. Кто-то как он, более странствовал. Кто-то осел в понравившихся местах. У военных вот, осталось трое. Но с тех пор, они даже на важное дело, редко собирались в одну команду, более чем впятером. Да и годы... Тридцать лет, это немало. Не всех Хозяйка так щадила как его. В основном, украсив только шрамами да сединой.
   Шершень, кстати, тоже был из стариков, что по нему не особо и скажешь. На вид моложе, бойкий, порю смешливый.
  Встретились они случайно, и уже пять лет вместе. Хотя чаще конечно, ходили раздельно. Всё ж сказывалась разница в интересах. Шер был как и он 'фанатом железа'. Но если Старик электроники и тонкой механики, этот машин. И чем та крупнее тем больше унего экстаз. Если бы было навалом горючки, он бы и танк приволок. Хотя... Старенький, но вполне себе на ходу ПТ76 они присмотрели и даже выменяли. И Шер частенько навещал старичка, устраняя все то, что загубила его нелегкая жизнь, пока работал экспонатом на постаменте. И клялся и божился, что к моменту, когда они отправятся на запад, тот будет лучше нового. Вот в это Старик верил. Руки у шершня были золотые. А еще он уже гору всего и в том числе какой-то хитрый движок, как подозревал Старик сделанный из найденных по окрестностям движков 34к, утащил в схрон. Тот с матом перетащили туда с постамента, ибо хоть сказавший о нем, божился что на ходу, проехал он только пару километров своим ходом и встал. Ну да не беда. Если всё верно что помнил ,Старик о движках такого типа - ели они все, от спирта, до керосина и мочи.
  
   Собственно вся эта канитель с кучею перемещения техники, была затеяна Стариком не ради своего удовольствия. Прошлый выход экспедиции для установления связи, кто-то явно слил. Колонну накрыли сразу и ракетным ударом и высадившиеся десантники. Машины побило, и удалось спастись только трети людей и то скорее случайно. Так что новый выход, пройдет тайно и иным путем. Технику, готовили не на базах и в разных местах. Танк заменит гусеничную техничку и бульдозер. И хоть его мореходность всегда был еще тот вопрос, для рек, он вполне гож. Да и пушка с пулеметом тот еще подарок, как зверью, так и тому, кто решит скинуть с берега переправившихся. Вторым подарком будет старенький бэтэр. Кстати тодже плавающий. 60ка имела движки от грузовика и потому легко переводилась на питание спиртом, ставшим основным топливом всего, что работает и движется вне достижимости иного.
  Старик не очень разбирался в том, что в них еще переделывали умельцы изъяв из хранилища. Но Шершень хвалил и этого, было достаточно. 3 машины с броней и тяжелыми калибрами, да еще с переделанной оптикой и прочими модификациями это уже сила. Единственный грузовик который решили с собою взять, служил более домом на колесах для отдыхающих в движении смен экипажей. Основная задача всего связь. Рации и трансляторы для установления, везли под броней. Хотя это было не столь основным. Их цель было выйти к точке где машины возьмут старичка инженера знавшего, где коммутатор кабельных линий и как его переключить на нужные объекты. Этого деда нашли случайно и берегли как зеницу ока. Но без вот такой техники и главное специалистов вроде Шершня до коммутатора поход и слишком опасен и бесполезен. Запасной вариант конечно был. Но рисковать парой воистину из говна и палок собранных вертолетов, а главное обученных экипажей, было нельзя. Да и горючее для них. Как его делали, отдельная песня и 'плачь ярославны'. Эпопея с ними длилась более четырех лет. Собственно кое кто из стриков, мог водить эти машины. Но собрать их вместе, да еще ... В общем, не все так просто. Легче было сделать тогда уж предложенное им, Стариком, хотя сам он, это прозвище, данное на период операции, не очень любил, шутливо сокращая в переговорах до Стар.
   А предложил он то, что давно собственно уже предлагал. Перехватить поставку наемников, вместе с вертолетами. Им раз в два месяца приходило два борта и оба наши Ми24 и Ми8. Причем оба модернизированные. А так как прилетев дозаправлялись и садились одновременно. Это породило следующие мысли. Во первых, шли издалека. И тратили горючее на подход с 'мёртвых' земель или их пересечение. Во вторых, спешность с какой делали все, подразумевала, что видимо не все спутники перемерли и было некое 'окно' за которое их не видели. И третье, если они не просто заходили с 'мертвых земель', тоне такие уж те мертвые. Ни последнее то что, судя по наблюдениям, пилоты и бортовой инженер что контролировал заправку, были не наемники. Лица, манеры держаться, во что одеты и как. Говорило что это русские. И хотя за кордонами, тоже были такие, с ними, после того как машины будут захвачены, было договорится проще, чем были бы они европейцами лили кто еще.
  Но людей ему не давали, а натренировать свой отряд слишком много возни и упреков после. К тому ж ендо не только собрать и натренировать людей подготовить площадку и укрытие, где прятать. А искать их начнут сразу. И у этих паразитов есть чем. Ангары старого аэродрома подскока на юге, для такого идеальны, но... Там будут искать в первую очередь. Даи болото рядом, будь оно не ладно. Слишком местность загазована. Можно решить и это, например до взлета или посадки шарахать ракетницами, но зависеть от такого и обозначать себя радужным фейрверком, не хотелось.
  
  
  
  
  База
  
  Гирд
  
  
   Полоса препятствий стандартное упражнение для КМБ, в исполнении для взвода разведки, всегда было нечто особенное. Никогда не знаешь, что придумают старшины, когда вернешься с утренней пробежки. Да и сама пробежка. Кроме кросса с препятствиями внутри базы часть ее снаружи и в это время надо не просто бежать, а еще и выполнять функции по бережению себя и охране. Ибо каждый вышедший наружу, вблизи базы включался в состав её защитников, пока не выходил за охраняемый периметр. Безопасность в нем, всегда оставалась величиною условной. Иначе входы на базу, могли обнаружить. И пусть они в стороне, центральные открывали очень редко, в основном принимая технику или большой груз, но всё равно.
   - Хорошо когда задница худая. Даже ели оттопыришь, в такое шило, еще надо умудриться попасть.
  Гирд замер и поднял глаза.
   Его знакомый незнакомец, сидел на перекладине воротец колючей проволоки и судя по тому в каком кармане шарил, искал зажигалку для сунутой в рот сигареты.
   - Ты, давай ползи, вон еще один страдалец кирзачами топочет, вдвоем тут, застрянете.
  Заработав локтями Гирд, ужем проскользнул препятствие и пригибаясь побежал к следующему. Ему хотелось оглянуться, но этого и не потребовалось. Незнакомец уже прогуливался за следующим, и что странно, на него никто не обращал внимания. И только старшина на последнем этапе поведя носом, прищурился, словно пытаясь рассмотреть, но тут же отвернулся и поглядев на секундомер подогнал преодолевающих рубеж.
   Подошел незнакомец а он привык его так называть когда умывался. Кое кто из воинов косясь на него, аккуратно кивали. Кое кто смотрел с удивлением, но вопроса что тут делает, не задавал. Если человек в этом месте и при оружии значит так надо.
   Переговорив со старшиною, тот тем временем отошел и старшина, подозвав, коротко приказал.
  - Свободен. В распоряжение Старка.
   Кто такой Старк, было понятно, по тому на кого указал глазами.
  Остановив попытку доложится жестом, незнакомец улыбнулся.
  - Не стоит. Я уже в эти игры не играю.
   А затем кивнув ему, пошел в сторону. Отойдя достаточно далеко, указал на пенек и два куска бревна рядом.
   Сам присев, достал горелку котелок, кружку.
   Гирд поняв, пока он доставал остальное налил воды и поставил греться. Пока грелась вода названный старшиной Старком, нарезал хлеб, мало, колбасу, к ним лук и еще какую-то травку. Когда вода закипела, щедро сыпанув чаю, выложил колотый сахар. Подождав когда заварится, налил себе кружку и ему в манерку.
   Оглядев ее Гирд улыбнулся. Это была та же самая из которой он ел в первый раз. Запомнил нацарапанные буквы и цифры. Старк, улыбнувшись кивнул.
  - Привычка к вещам, это не всегда плохо.
   И будто фокусник, извлек из своего рюкзака его нож. Воткнув в пенек рассмеялся.
  - Не ожидал?
  - Нет.
   Поглядев на солнце, и поведя плечами, тот покосился на Гирда.
  - А ты не только отъелся, но и стал терпеливее.
   Смутившись Гирд улыбнулся. Он и правда возмужал. Нет не стал толще, но гимнастерка раньше висевшая как на вешалке, ладно сидела на раздавшихся плечах. Под кожей играли натренированные и закаленные мышцы. И это при ставшей даже еще большей гибкости и скорости движений.
  Старк вновь смутил словно прочтя мысли.
  - Красавец. Красавец...
  - Вы.
   Не зная как обратиться, запнулся и вновь тот смеялся. А посмеявшись, кивнул на снедь.
  - Завтракай. Я тебя забираю. На время.
   Взяв хлеб с колбасою, прожевав и запив добавил.
  - Что уже сдал зачёты и ходил на задания, знаю. Но так как у вас, кто принят, еще нет пар, не особо артачились, когда попросил к себе.
  - А Сходин?
   Старк хмыкнул.
  - Хотел к нему? Подойдет позже. Но не здесь. Вот сам и спросишь.
   Покивав своим мыслям, покосился.
  - Я сейчас для здесь, Старк. Или Старый. Но когда выйдем, зови Стар. Или как раньше.
   Гирд улыбнулся.
  - Вы тогда, так и не сказали, как вас зовут. Предложили выбрать. И потом тоже.
   Пожатие плеч.
  - Меня прежнего нет. А новый. Я всякий.
   Кивнув, Гирд съев еще пару бутербродов, вздохнул.
  - Далеко идем?
   Правильно поняв Стар улыбнулся.
  - Ешь спокойно. Бегать не будем, таскать тяжести тоже. Будем гулять.
   Когда поели, он и правда пошел к периметру неторопливым шагом, тихо сказав.
  - Все нужное, дам, не дергайся. И это оказалось так. В небольшой лощине стояла машина и ждал, чем-то неуловимо похожий на Стара человек. То что он спокойно сидел на капоте поставив ноги на бампер Гирда не обмануло. Скорее снова напомнила Стара. Тот, так же садясь ложил автомат на колени. Но думавший, что так себя обезоружил и беспечен, сильно ошибался.
  - Шер или Шершень. Грид.
   Рука Шера жесткая как доска, но с тонкими пальцами и въевшейся местами смазкой, разом подсказало что тот, боец, но еще и механик. Оценивающе осмотрев Грида, он подмигнул и отвернулся.
   Стар же подведя к машине, откинул замкнутый на один запор задний борт. Кроме груза под брезентом тут лежали вещи. Рюкзак как и у Стара, оружие.
  - Одевайся, снаряжайся. Мешок я тебе сложил, но лучше расстели плащ палатку, посмотри, что там и сложи как тебе удобнее.
   Грид так и сделал. Пятнистая камуфляжная форма была незнакома. Цвета такие видел в учебных фильмах, но пошив странный. Впрочем, когда одел, накладные карманы оказались расположены куда удобнее, чем на той форме что изучали. Материал, тоже был более мягок, чем показался в начале. К этому еще можно было добавить, странный показавшийся слишком тонким и легким жилет. Но пластины в нем были, причем еще и боковые. Решив спросить о нем позже, после, одел и подогнал.
   Сапоги из кожи, и опять вроде грубые, но лучше и мягче, чем пошитые для разведчиков. И конечно не сравнить с кирзовыми в которых тренировались. Так делали не издеваясь, а потому, что берегли дорогую обувь да и кирзовые были тяжелее, что хорошо для тренировки. Куртка и ременно плечевая система, сшитая из брезента по типу тех, что носили 'чистые', так же были незнакомы, но удобны. Он только перевесил на ней подсумки и флягу, так, как привык. Закончив, проверил себя по приседав и даже перекатившись. Ничего не жал и не мешало. Вынув магазины, быстро разрядил один и снова снарядил. Патроны все были новые, только из пачек. Их запас, лежал отдельно в кузове.
   Стар, глядя на него, усмехнулся.
  - Это ищешь?
   Достав из-под брезента, положил перед ним, две необычного вида кобуры. Когда достал пистолеты Стар заметил.
  - Шер перебрал. Работают, лучше новых.
   Новые. Эти ТТ, лежали на складах, чуть ли не со времен большой войны прошлого. На них ни царапинки. Стар показал как крепить и в чем особенность кобур. А Грид, привесив одну штатно, вторую закрепил на груди под курткою на пластину жилета. Последним был автомат. То, что он тоже переделан, как и тот что у Стра, наполнило душу тихим трепетом. А к нему, лазерный целе указатель, коллиматор и трех кратный оптический увеличитель. Причем как понял с сеткою и который можно использовать как отдельную оптику. Вещи из сказок и редкий трофей. В бункере, такие выдавали старого типа и то не каждому.
   Стар, посмеиваясь отошел к Шеру. Но Грид не обиделся. Скорее сам смутился тому, что тот заметил как рад такому богатству.
   Уже раскладывая то, что в мешке, подумал, откуда столько дорогих, а главное новых вещей. Да и машина, она словно только из запасника, даже пахнет так. Машины, все мало использовали, боялись привлечь внимание. Если только совсем далеко от санитарной зоны, или по иному быстро не добраться. Но там такое еще опаснее из-за местных условий. Да и выходят из строя быстро.
   Кое-что, из того что было в рюкзаке, посчитал лишним. Но подумав, просто запаковал отдельно. Ибо как говорил Сходин - ненужных вещей не бывает, есть необходимые и те что могут понадобиться. Когда все собрал, разорвав пачки патрон, засыпал в карманы и подсумок разгрузки. Когда придет нужда дозарядить магазин, секунды чтобы разорвать пачку, могут стать последними. Да и патроны россыпью удобнее и еще лишняя броня на пути чужой пули. Стар, подойдя оглядев, достал из под брезента канистру.
  - Вода.
  Это тоже важно. Две фляги, одна со спиртом и одна или две с водою. Пить мыть а спирт, дезинфицировать и жечь. На канистрах в машине, как и на таких в иных местах, четкие маркировки чтобы не путать. Спирт еще и топливо. Попрыгав и снова все проверив, подошел к Стару.
  - Я готов.
  Шер кинувший на него взгляд хмыкнул, но Стар кивком, выразил одобрение. А затем вновь посмотрев на солнце спросил Шера.
   - Пора?
   Тот чуть нахмурившись, кивнул.
  - Да в самый раз.
   И полез за руль. Стар сел на сидение пассажира, а Грид, закрыв борти проверив груз, сел к нему сзади в пол оборота спиною. Так как учили, чтобы контролировать сектор сзади и прикрыть водителя. Когда тронулись, взвел автомат. То что по уставу, который изучали, положено держать оружие на предохранителе, при такой жизни, отменяли законы нового времени, где жизнь или смерть, порой решали вот эти доли секунды на досыл патрона, движение пальца...
   - Как слышишь? Проверка связи.
   Грид едва не дернулся. А Стар добродушно рассмеялся.
  - Приемник у тебя в шлеме. И это не радиостанция, что ты приладил не включив. Нас не услышат, если не подойти ближе десяти метров. А еще Шер пошаманил под капотом и тепло рассеивается. И звук слышишь какой?
   Грид и правда едва слышал двигатель. Мерное басовитое урчание вместо того, что обычно.
  - Двигатель отстроен. И над ним сверху, под капотом, как специальный чехол. Он же защищает от пуль. Снизу тоже защита, чтоб если напоремся на корягу, не побило ходовую и его защита. Но это частично еще до Шера придумали, он только улучшил,
  - Переделал.
  - Ой, ну не придирайся. Успеешь Малому еще плешь проесть, тем какой ты гений.
  - Хм. Малой? Мал?
   Старк пошипел и спросил.
  - У тебя ведь нет позывного?
   Вспомнив что не кличку а позывной дают когда добудешь радиостанцию, Грид смутился.
  - Нет. Мал нравится.
  Но за него ответил Шершень.
  - Поздно метаться. Ты ж его сам так кликал. Быть ему Малом, пока Малыш, в такого же драного котяру как ты не перекинется.
   Это было немного странно. Ничегоненажиматьи просто говорить а тебя и их слышно будто стоите рядом. И так чисто как будто по редкой и дорогой цифровой радиостанции. Достав ту что ему дал Стар и глянув, быстро убрав, смутился еще более. В подсумке была именно такая. Дорогой цифровой много диапазонный приемо передатчик. Просто он, дал его, сунув в подсумок и сказав
  - Это, потом.
  Там же был пакет с проводами и еще чем-то.
  - Так. Малыш, внимание на девять часов по движению.
   Как не напрягла зрение Грид, в мелькание ветвей ничего не видел. Даи машина хоть шла не быстро сильно раскачивалась. Все же ехали, не по дороге, часто лавируя меж деревьев. Когда выехали на первую. Впервые пришлось стрелять. Почему пришлось? Потому, что глупая летающая тварь, ворон, решила атаковать. И первый раз когда сбил ее прикладом на растрескавшийся асфальт, только разъярилась.
  - Два патрона. Молодец.
   Грид про себя улыбнулся. Он и на ЕМБ поразил старшину тем как метко и быстро стрелял, что не ожидали от дикаря, Но никому не сказал кто его научил, сказав что дома учился стрелять из самострела. Это было не совсем правда. Самострел, так называли суры арбалет, был у отца. Он не успел его научить, а потом... В общем учил его Стар.
  Вспомнив об этом, спросил.
  - Стар. А у вас есть еще ПБС?
   Тот хмыкнул.
  - Слышал Шер?
   Шер вздохнув проворчал.
  - Слыхал я. Слышал. Сказал же, сделаю на всех. Но патроны, сами перебивайте
  Грид невольно улыбнулся. Ибо теперь, знал откуда тот у Стара. ПБС были но, большой редкостью. И патронов на складах к ним тоже не осталось. Пользовались самодельными и да, патроны для них тоже делали сами, переделывая стандартные. А вот у Стара, они точно, когда приходил к нему и учил, были настоящие. И ПБС кстати - тоже не самодельный, иностранный. Легче и чуть длиннее. Звук у него был тише.
   Ехали долго, и обедали на ходу, Стар подменил за рулем Шера. И что характерно ехал быстрее, но тот, не жаловался. А когда свернул в лес, не снизив скорость, почти этим напугал. Но видимо тот знал что делает. Так и оказалось. Да и шер, поглядывал на Стара не осуждающе а скаой-то завистью. Назвав Шумахером. Кто это, Грид не знал. Но наверно так же ловко умел водить машину, проскакивать меж деревьев и словно угадывать, где проехать безопасно.
  
  Дом Стара, мог и поразить и свести с ума какого ни будь жадину. Так тут было здорово, интересно и столько всего... Из Старых Времен. А уж компютеры. Не один, а сразу несколько. Он и ему дал переносной и диски, чтобы читал и учился. А к ним еще диски с фильмами. Все, как некогда обещал. Но конечно напомнив, что о увиденном, и вообще о доме, не стоит болтать.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Жва глушителя особой формы и настройки.
   Сходин
  
  Грид
  Шершень - Шер
  
  
  Шершень - Шер
  Старик - Стар
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Встречи.
  
  
   Военная разведка.
   Отряд Дорохова.
  
  
   Подходя к дозору, Дорохов достал карту и кивнув людям, протянул её Литовченко идущему за ним, чтобы сверил координаты с ориентирами. Было расхождение.
   Литовченко, слегка хмуря брови, сверился и протянул карту обратно. Один из дозорных, лежащий за вросшим в землю бетонным блоком почти не видным из-за покрывшего мха, показал жестами - Вижу. Там.
   Сержант подошёл и присел на корточки, доставая бинокль. По ним не стреляли, но люди лежали, ибо команды расслабить булки, если только такое не показное, типа как приманка, никто в трезвом уме, на выходе не давал.
  Дорохов, скосив глаза на сержанта, вздохнул. А тот не отрываясь от наблюдения поняв не верно, сказал:
   - Не, не плутаем, вышли верно. Я каменюку эту в прошлый раз хорошо запомнил. А что не торчит, а едва видна, так прошло изменение.
  Дорохов понимал. Да все - понимали.
   Изменения проходили постоянно и шли как бы волнами. Менялся эпицентр, сила длительность волн и промежутков. После прохождения такой волны, там где буйствовала природа, могла появится плешь, обнажившая в отхлынувшей растительности под нею 'похороненное'. Или наоборот вот как здесь, там, где было вроде бы как нормально, словно в обычном лесу становилось как в тропиках после дождя - буйство растительности и ползунов. И местность становилось не узнать. Бывало и по иному, а в общем, по всякому. Ждать другого, теперь не приходилось. Разве где-то в горах, там куда растительность и живность не добирались. Да и сам камень все происходящее, обычно не трогало. А что до бетона, тот трескался от просадок, в местах, где почва не стабильна. И здания из него, бетона, если на сваях, или мощной бетонной же подушке стояли. А вот кирпичные и 'сборно щелевые' - как судьба сложилась. Ибо были места, которые эти волны словно обходили. Почему? ДА кто ж знает. 'Наука', постоянно там тусуется со своими зондами, пробами и замерами - а воз и ныне там - только лопочут не по Русскому, типа теории высказывают. И руками разводят или обижаются что ты их 'не понимаешь', когда спрашиваешь о конкретном...
   Сняв шлем, сдернул бандану и утер ею пот на лице.
   - Машут.
   Дорохов кивнул
   - Опознал?
   Сержант кивнул. Лицо его стало мягче.
   - Наши...
   - 'Наши'... Были наши - стали ваши...
   - И всё равно - Наши.
  Усмехнувшись, командир вздохнул, оставив сказанное без дальнейших комментариев. Первый спор на эту тему, у них вышел давно. Хотя почему был, он оставался и скорее постоянный. Но вялый, от боли одного и другого, в виду понимания произошедшего и происходящего.
   Да, они официально, не просто 'не наши', а еще хуже и опаснее бандитов. И это в полной мере относилось к тем, кто вызвал на встречу. Почему? Да потому, что не только в большинстве своем бывшие военные.
   К еще большему ими недовольству официальной власти, эти люди сохранили организованность. Дисциплину и мало того, принимая в отряды, обучали людей лучше, чем в штатных военных подразделениях раньше и теперь.
   Про учебу. Кое-что, ему с его опытом, было видно и так. Но. Кроме того было одно место, с развалинами разбитой ракетным ударом небольшой базы. Ну и какие бандиты, строят в лесу стандартную военную полосу препятствий и учебные классы? Именно на стене такового, впервые увидел остатки плаката в рамке:
   Нас предали и бросили
   Но мы, дали клятву защищать Родину и ей верны.
   Родина, это наша земля и люди.
   Люди без земли - сироты.
   Земля без людей - пустыня.
  Вот так, бандиты... Да?
   И к тому, не смотря на произошедшее и прошедшие годы - сохранили технику. Кто-то, там в штабе с презрением мямлил о разворованных складах... Ха! Он, Дорохов, сам говорил с человеком из отряда, что действует здесь, который не просто охранял такой склад. Он им - заведовал. Седой уже пожилой майор ракетчик. Мягко с хитринкою в глазах улыбавшийся, на попытки хоть как-то узнать, что же там хранилось... Сказав прямо, лишь одно:
   - Гуталин. Вакса, еще до военная, аж три бочки. Х\б солдатское шестидесятого года, ворот стоечка, потому и лежит. Оно как раз под замену поступило, уже не по форме, вот и не выдавал. Портянки конечно. Их, аж на дивизию. Нам, носить, не сносить... Тебе дать?
  Кстати он взял. И простые и фланель. С оригинальным, запахом 'мышиного помета' и залежалости, неистребимым бичом любых складов. И с картонными инвентарными бирками о номенклатуре на бичеве связки.
   А еще и калаши старые. Семерка. И поди таких много там, ибо продают. И что опять характерно - не всем. Дорохов, выменял на всю свою группу. В условиях густого леса, пробивание у семерки кустов и прочего куда как выше. Да и останавливающее, вроде вот, что там полтора грамма? А бьют они массой по тушам сильнее, как кувалдой.
   Но пустое это! Не в складах дело. А в том, что неправильно такое - организованное вооружённое формирование и не в силах сдерживания. Если по сути, настоящая военная часть. И военные - не наемники какие-то. Которых расплодилось из тех, кто не вошел или не хотел вступать в Силы Сдерживания. Все охранные структуры, теперь стали такими, ибо их - нанимали.
   А эти... Принявшие присягу, кто еще аж СССР, кто России, и не отказавшиеся от неё! В наемники не идут. Люди носящую форму и знаки различия и воющие с природой и теми, кто их бросил, предал и назвал, за то что не погибли, как было задумано - выжили... За то, что верны присяге - бандитами...
   Да... Они не простили. Не пришли к воротам кордонов колоннами со строевой песней и знаменами. И возможно именно потому, что видели, как с такими поступали в первые годы... Напуганные тем, что сами сотворили...
   Да и пришли бы потом... Лично он, Дорохов не дал бы и копейки на кон в споре, что не поступили бы с ними так же - пропустив и разоружив, кого убили сразу, а кого замучили на допросах и в научном блоке...
   Поведя плечами, от того, как стало на душе мерзко от воспоминаний, покосился на Литовченко.
  - Сейчас. Уже дали отмашку.
   Дорохов не вмешивался. Его разведчики знали, что и как делать. Периметр места встречи сейчас повторно проверялся. И он был более чем уверен, это делали и люди стой стороны. Ему, Литовченко они ограничено верили. Но где гарантия, что среди них, не завелась крыса из СБ, и тех и других потому, не накроет отряд Чистильщиков в момент встречи, или что не прилетит наведенная по маяку навешенному в снаряжение подобной падлой, ракета? А? Потому, на встречу пойдут в сторону. И только уже проверенные. А отряд, останется прикрывать. И кроме него с Литовченко есть кому командовать. Тот же Эльф, с его опытом, он и сам может водить группу разведки, да и не он один.
  
   Гравий хрустел под ногами. Покосившись на начищенные офицерские яловые сапоги, словно только взятые из каптерки, внутренне улыбнулся своим недавним размышлениям. Майор обернувшись, перехватив взгляд улыбнулся .
  - Для тебя одел. А то несолидно, по домашнему-то встречать.
   Став серьезнее, указал на поставленный в тени раскладной столик и пару кресел.
  - Присядем.
   С сомнением глянув, ибо он весил не мало, Дорохов сел, но кресло выдержало, лишь скрипнуло. А майор перевернул лежавшую на столе склеенную из нескольких листов распечатки карту. Достав карандаш, указал на место на ней.
  - Вот тут, завелась какая-то мерзость. Потеряли два патруля. А затем и машину...
   Дорохов, подняв взгляд от карты, по тому, как поглядел майор, поняв, что машина, это не гнилая развалюха. Ему раз показали. Почти новый бэтер, если конечно такое можно сказать о бронированной разведывательной машине из семидесятых годов. Машина точно с хранения и хорошего. И где одна...
  Это конечно не факт. Но именно такие, да еще в полной комплектации с тяжелым пулеметом, точно не продавали коммерсам.
   - Тварь?
  Майор, поморщившись, прел согнутыми пальцами по столешнице. И теперь поморщился Дорохов. Видел он такое. Стальной лист в сантиметр, погнутый как фольга, словно прорезанный такими коготками. И не медведь, как утверждали научники посмотрев фото, это точно.
  - Видели её?
  Майор отрицательно покачал головой. И вздохнув, чуть морщась, заметил на вопросительный взгляд.
  - Дрон наш, месяц как с концами...
   Дорохов остановил, приподняв ладонь. Да, посылать еще группу, ради некоего интереса, если погибла шедшая на броне, глупо.
  - Есть фото брони?
   Майор улыбнулся.
  - Есть конечно, но вам ели надо лучше самим. Дам машину но...
   Дорохов кивнул.
  - Спасибо. Потом.
   Да, теперь, изредка, их группа. И тут важно выделить - Их. Работала совместно с теми, кто работал из отряда майора в этом районе.
   Карандаш снова указал на место в стороне от показанного.
  - Фон очень сильный порой шкала прибора ложится. Но...
   Карандаш постучал по обведенному кружком месту.
   - Не постоянный. Как вспышка, зафонит, потом перестанет. Нашли потому, как в рациях появляется шум. Словно кто зажал ПТТ. Думали и, правда рация. Потеряли... Махнул рукой.
   Прикинув маршруты, которыми они ходили, Дорохов поглядел в лицо майора.
  - Это всё, в стороне от наших интересов.
   Усмехнувшись, майор согласно кивнул седой головою. Фуражку кстати так же старую, со старым же 'огурцом' на котором еще звезда, вообще антиквариат, он садясь, снял и положил на стол. Придавив потом козырьком карту шевелимую ветерком.
  Карандаш указал место еще далее от маршрутов группы. В месте, помеченном как болота.
  - Вот сюда, с шумом и гиком, ваши... Или если судить по перехвату матов и запросов не только ООН, уронили вертолет.
  Усмехнувшись, укоризненно покачал головою. И Дорохов, вздохнув, отвел взгляд.
  Как говорится - если пограничник сказал что не брал - не отдаст! Ибо у кого есть точно Стрела и вообще хотя бы некое ПВО? Ведь сам отдал в штабе, докладывая о выходе, фото 'Сороковки' с ДШК над бортом, догадаться не так трудно.
  С другой стороны вот тот же ни с того не сего фонящий участок. Самолеты летали высоко неспроста. Слишком часто пролетавшие у земли борта исчезали с радара. Порою без последнего - прости. Бац и нет его... Им показывали съемки как вертолет влетел в метановое облако. Воздушный объемный взрыв разметал его в клочья. Машина, с которой шла съемка, судя по плохо обрезанному окончанию сюжета, так же упала.
  - И...?
  - Это научный борт.
  На стол лег небольшой обломок дюраля, но по его цвету всё и сразу становилось понятно.
  - И каков ваш интерес?
  Майор пожевал губами.
  - Есть интерес. Но ему мешают наемники. А так как видели падение не только мы, не только они.
  - Наемники?
   Майор, откинувшись на спинку стула улыбаясь, скрестил руки на груди. А Дорохов, про себя, выругался. Он одним словом, он дал понять, что не в курсе падения. В чем до этого, мог только прикинуться, что не знал.
  - Наемники. И отнюдь не ваши ООНовцы.
   Не скрывая эмоций, Дорохов сморщился как от кислого. То, что где-то здесь, действует отряд, или несколько - наемников, И вовсе не из 'Особой Зоны', а некоей третьей силы знали, но на кого работают и от кого берут заказы, пока только могли строить догадки. Как впрочем и о том, кто же их сюда закинул, снабжает и почему. Некую подсказку, давало импортное снаряжение и вооружение. Но его оставалось полно в той же Польше и Литве где войска вооружали на западный манер, были базы НАТО, инструкторы и все предприятия охраняли ЧОПЫ из европейских стран. Часть их и стало 'новыми' наемниками.. А было то, куда как больше.
   Так же сев свободнее покачал головою.
  - Думаете, пошлют нас?
   Майор посмотрел с некоторым осуждением.
  - А кого тут посылают с завидным постоянством туда, куда прочее и даже Чистильщики, лезть боятся?
   В сердцах сплюнув, Дорохов поглядел на стоящего в стороне Литовченко. А тот, усмехнувшись, кивнул, соглашаясь со словами майора.
  - Когда?
   Майор, рассмеявшись, погрозил пальцем.
   То, что у его воинства, в 'Зоне' есть информатор, а может и не один догадаться не трудно, но вот где и кто... На попытки такое вызнать, майор или те с кем контактировал, отвечали взаимностью И это пока не превышало разумного, было некоей милой игрою умных и уважающих друг друга людей.
   Почему? Да потому что майор некогда словно обмолвился - звания у нас с тобою одни, да и служили рядом...
  И кто скажите на милость, мог знать, где и кем служил Дорохов. Об этом, знал только один человек, тот, кто его сюда и 'протолкнул' с группой. И они прибыли сюда для всех 'из ниоткуда' помогая научной экспедиции по линии ООН. А остались, уже волею местного начальства, после ее гибели. Числясь, приписанными к МИЦ ООН, как контрактные специалисты группы глубинной разведки и обеспечения...
  Вроде как военные, а вот фиг вам. Да их могли попросить в МИЦ военные для разведки или еще для чего. Но именно так - попросить.
  Международный Исследовательский Центр, еще та контора. В ней, никто, ни с кем и ничем, не делился более необходимого. Как он знал большая его часть, это бывшие секретные институты и проекты. Менее, такими, они за прошедшие годы не стали.
  - Значит... Вертолет и ваш интерес...?
  Майор снова поглядел с выражением лица - 'обижаешь'...
  - Вы идете, смотрите... Ну и ли что там еще. Но... Он сел нормально. Мои идут рядом. И вы их не видите.
  Опережая Дорохова, добавил.
   - Черный ящик, можем вскрыть и закрыть - комар носа не подточит. Вертолет наш - МИ. И тут нет проблем. Остальное ваше. И если это устроит, мои окажут поддержку. Опять же негласно.
   Дорохов, сдержано улыбнулся. Они и люди майора при встрече, так вот 'не замечали' друг друга, достаточно давно. А к этому, если их щемили, вместе же, клали всякую шваль, что тут бандитствовала. Иных тут просто небыло. Хотя... Была пара случаев, и об этом он давно хотел поговорить с майором, заметив среди его людей, все же достаточно однотипно и 'по военному' одетых и снаряженных, пару раз и явно 'гражданских'.
  - Хорошо. Как понимаю, если нас пошлют...
   Майор пожал плечами.
  - Вы же пойдете не туда, куда ходите... А там, как обычно.
   Вновь не дав повода понять или подозревать, ответил и на 'возможные вопросы'. Обычно, его люди опознавались с группой Дорохова по короткой радиосвязи на 66м канале. Дешевые китайские радиостанции выдавали для 'не критичной' работы внутри группы. А когда связь 'Лежала', условным знаком. Зря дырявить друг друга, никто не хотел. Как сказал командир отряда ими впервые встреченного - хороших людей и так слишком мало, чтоб еще более уменьшать...
  
  
  
  
  
   Встречи.
  
   Гирд
  
  
   Утром подняли вместе с сигналом побудки. Его в этих домах под землею, которые называли обычно 'комплекс', но между собою кто как, то катакомбами, то штольнями то... Не важно, по разному. Но везде из громкоговорителей под потолком раздавался сигнал и оповещение, о подъеме и времени.
   Сержант Сходин, который присматривал за мною, когда выбежал в зал для утренних физических занятий, поманив в сторону осмотрел и повел из него, пояснив на ходу.
  - У медиков запарка, нужны руки.
  Пройдя мимо пищеблока, взял для меня кусок хлеба с маслом и кружку чая. Усадив, чтобы позавтракал, стал пояснять далее.
   - Пока с тобою не определились, поработаешь у доктора. Абрам Игроевич, мужчина занятой и потому если что непонятно, лучше спрашивай Марию Ивановну или её девочек. Но...
   Он посмотрел строго.
  - Вежливо. Без вот этих твоих выкрутасов, мол у нас... Понял?
  
  Рот был занят и Гирд кивнул.
  - Еще. Девки её ушлые, им палец в рот не клади. Что скажут, делай быстро и хорошо. Как у меня. Но... Не дай себе сесть на шею. Это они тоже любят. И мигнуть не успеешь, как на ней сидят, и ножки свесили. Помни ты хоть и не в команде - но при разведчиках, а это брат, не тыловое какое обеспечение. Усек.
  Снова кивок. Что разведчики тут на особом месте и счету, видно сразу. А не только по тому, что о них говорят 'элита' - что как понял, значит лучше всех. Ну, или что-то такое.
   Читать и писать его учил младший сержант Синица. Точнее Костя Синицын. Но это не прозвище, его так же выделяли, и он, был заместителем Сходина.
  Разведчики обычно выходили с базы и работали тройками. И его отдал командир Сходину, так как они с Синицей, потеряв одного человека еще не подобрали замену и потому оставались на базе.
  - Ты меня слушаешь?
   Гирд было сжался. Но Сержант только покачал головой. Да, здесь не в деревне. Никто просто так, поржать или унижая, тебе леща или подзатыльник, не навесит. Да и вот так, за дело тоже не всегда. Сержант вот, обычно, наказывал работой. И не просто так, например сапоги почистить чтоб под ногами не мешался - а полезной для всех. Пояснив на вопрос о таком:
  - Это брат, не от дурости и слабости. А трудовое воспитание и приучение дисциплине. Станешь учится в школе - объяснят лучше, ну и ли сам поймешь. Думалка у тебя на месте и правильная.
  Пока, он не приписан к команде, или не переведен в блок, где дети и подростки сироты, занимались с ним, сами подобравшие за постами разведчики. Командир так и сказал:
  - Притащили? Ваша ответственность, пока сверху, решают, что да как.
  И хотя на него, смотрели с высока, и как на чужака, всё равно это лучше, чем в деревне. После смерти отца и наказания, когда они остались без защиты, все, стало очень плохо. Потому, не жалел о побеге. Жалел лишь об одном, оставленной сестре, которую не успел предупредить. Хотя последнее может и к лучшему. То, что не знала, не могла выдать шаману, или случайно оговорившись.
   Как и предупредил сержант, главный из врачей оказался занят и его сразу отвели к Марии Ивановне Дубовец. Там же стала ясна причина происходящего. В медицинскую часть поступил патруль, люди в котором все получили тяжелые ранения. А с ними, раненные из пришедших ему на выручку. А затем почти сразу и еще одна группа раненых в перестрелке с Дикими.
  Дикими тут называли не только жителей леса как они. А еще поселков вне леса. Живущих, как Старые Люди, но все более начинавших жить, как и лесные. А почему к ним причисляли, а не считали схожими? В их поселениях, жители, сами давали тому повод. Были малые жившие замкнуто и тихо. Но были иные... Жители в таких, часто и сами мало отличались от банд и Кочевников. Если могли - нападали и грабили. И делали это не только из-за женщин, которых у всех было мало, обработанной земли или чего-то еще ценного. Уводили к себе и делали рабами. Точно как и просто бандиты, жившие только разбоем и не желавшие сами трудиться.
   Большие банды, иногда были наименьшим злом из возможного. Они жили за счет поселков, потому не разоряли их до тла. Даже защищали. Но таких, было немного. Чаще, мелкие и опасные. Почему? Да кто ж их знает. Видимо так, до сих пор сказывалось наследие Старых Людей, которые в большинстве своем, постоянно воевали между собою и изобретали то, как кого убить или унизить.
  
   Кочевники как понятно из названия, те же самые бандиты, но не оседлые. И если уж говорить на чистоту - куда более опасные и жестокие, чем просто бандиты. Приходя, не жалели никого и ничего. Все выжигая и круша. Аеще они воистину походили повадками на зверей. Дело не в том, что среди них, обычно было много уродов, и мутантов. Редко в какой банде кочевников, небыло таких. Ужас наводили те, кто охотился не только на зверей, а на людей, суров, и на себе подобных, и не ради того чтобы убить. Они их пожирали.
   Как сказал старшина, а Гирд ему верил, схожие с людьми среди кочевников, тоже были людоеды и каннибалы. Разницы Гирд не понял, но уяснил, что тот хотел сказать. Это было так. Страшнее Кочевников, были только приходившие из-за кордонов чистильщики и лесные чудища. Последние, правда, ужасали еще тем, что обычно, их никто не видел. А кто видел... Останки и кости тех, ничего не могли поведать. Кроме видом, о жуткой смерти, ужасной силе и ненасытности, того, кто напал. И были это не изменившиеся кабаны, медведи или лоси. С ними так же трудно было борться, но всё же можно. А одно такое, пришедшее из глубины леса, в одиночку опустошало и разрушало селения. И малое оно или большое не имело разницы. От него, было не отбиться, не убежать, не спрятаться.
   - Эй, малой!
   Гирд повернулся к девушке, что окликнула.
  - Закончил?
   Кивнув он постаравшись выглядеть серьезным, оправил под ремнем, выданную ему рубаху со смешным названием - гимнастёрка.
   Когда ее выдали, он вспомнил одного своего знакомого умевшего объяснять происхождение слов. А еще именно от него он узнал много новых и странных слов и даже, немного научился читать. Но это было в прошлом, что же касалось названия рубахи, как у всех военных, кроме слова гимнаст и тёрка, ничего не подходило. Потому, слово казалось смешным.
   Улыбнувшись девушка, а была она кстати, не старше его, указала на откинутый полог возле лежанки на колесиках.
  - Вымой ведро и тряпку. Набери воды и мне помоги.
   Быстро сбегав к крану с водой в небольшом туалете, он сделав, что велели, вернулся.
   Покачав осуждающе головою, Смила указала на пол.
  - Тряпкой этой только тут, остальное...
   Вынув из ящика возле этой тележки, положила тонкие резиновые перчатки и стопку сложенной материи. Дома такая стопка, была целым состоянием. А тут ею протирали кровь тех, кого лечили на этой лежанке с колесами. Позже когда стирал их понял, что их всё же берегли. И та же Смила, к которой его приставили, а она была младшей сестрой в госпитале, рассказала про дезинфекцию и чистоту. И почему всё так. Ну не все конечно, всё понять сразу в мире подземного дома военных ему вначале казалось просто невозможно. Много новых слов, вещей, понятий и обычаев. Ну и конечно опасности. Видимо потому, сержант строго запретил отходить от того, к кому он пристален без особенной нужды. И конечно, что либо трогать и делать. Да он исам пока не очень к такому стремился, с детства приученный к тому, что вещи Старых Людей, опасны и страшны. И все что следует сделать увидев такую - уничтожить огнем. А если это невозможно, позвать того, кто знает, как ее уничтожить.
   Позже, Гирд узнал, что Закон о том, не все и не всегда соблюдали. Особенно старшие и шаманы. Как и то, что прикрываясь им, обманывали и куда в большем. И повинен в том был, вовсе не встреченный им некогда чужак, которого нарушив закон, не убил. Вспоминая о том сейчас он только печально улыбался про себя. Чужак и правда был стар. Но вот убить его, у него тогда не было и шанса. Да и потом тж. Он был сильнее, хитрее, умелее и вооружен. Даже без автомата, ужасной вещи Старых Людей, мог убить его одними руками. Чему тоже учил при встречах.
  - Ты все время, словно не здесь а где-то. О чем думаешь?
  Смутившись, Гирд ответил честно. Хотя и без того, не привык лгать, да и чужак что учил, что ложь это плохо. Да она порой нужна, но лучше не сказать, чем солгать и быть в том уличенным.
  - О этом месте. О тебе. О чужаке, езе из Старых Людей, что сказал, когда станет плохо или решу учиться - прийти сюда.
   Рассмявшись чем скрыла смущение, Смила спросила.
  - Этот, твой чужак. Он был из наших?
   Подумав, Гирд отрицательно мотнул головою.
  - Нет. Так не думаю. Он раз сказал, что был военным. Но давно и не задесь... Но про вас, рассказал хорошо. Хвалил. Может жил у вас. Не знаю.
   Нахмурившись, Смила немного помолчала работая, и когда уже не ожидал, сказала.
  - Странно. Тут в бункере, базы. Только свои, военные. Жители и семьи в другом. Похожем но...
   Смутившись умолкла, а Гирд кивнул.
  - Я знаю он рассказал, что город военных под землею, не один. Есть три больших. Те, что называют - База, только для военных. А Город, в другом месте, ниже.
   Подумав, добавил. Тот что выше, на земле, не основной. До тех пор пока там опасно и его могут найти...
  Поглядев на Смила, которая смотрела внимательно и с напряжением, вздохнул.
  - Я не шпион. А о этом можно спросить Старого Человека, когда он вернется. Я оставил на мете встречи метку, что решил последовать его совету и прийти сюда. Он, обязательно придет.
   Продолжив мыть пол, ощутив взгляд девушки обернулся. Не поняв выражения её лица, подумав, сказал твердо.
  - Он придет. Он сильный и всегда делает то, что обещал. Да и лес его знает и не трогает. Он... Лесной Кот.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  3я СТОРОНА
  
  Проект 'Биатрис'
  
  
  
   Встречи.
  
  
  
   Европейский союз
   Чистый регион - '7ми городов'
  
  
  
  
  
   Высотное здание, при взгляде из окна, казалось плывущим среди облаков. И хотя на самом деле это был лишь туман, но если не придираться - что по сути облака? Та же водная взвесь в воздухе...
   - Красиво.
   - Да. Красиво...
  Рассел обернулся. К нему подошел Крамер, руководитель восьмого отдела.
  - Туда?
  Взгляд указал на двери кабинета.
   Вопрос собственно праздный, но с другой стороны и нет, ибо держал в руке рабочую папку со встроенной компьютерной панелью. И являясь заместителем, мог ожидать вызванное начальство или того что вызовут для неких уточнений.
  - Да.
  - Слышал, вас переводят.
  - Слухи.
   Отдел Гамма 8, которым руководил Линс Крамер, являясь техническим, касался их тематики косвенно и потому, Рассел слегка поджал губы, обозначив тем не очень большое желание говорить на данную тему.
   Тонко улыбнувшись, Крамер сделал жест второй секретарше и девушка, встав со своего места, вскоре подошла к ним с подносом, на котором стояли две чашечки кофе.
   Взяв чашечку, Рассел невольно кинул взгляд на дверь.
  - Не беспокойтесь. Успеете.
  Крамер помешивая в чашке ложечкой, улыбнулся.
   А Рассел неожиданно подумал о том, что тот, слишком уж вольно и расслаблено чувствует себя в приемной директора, да еще и распоряжается его секретаршами как своими. Да и это вот знание о том, что происходит за закрытыми дверьми...
   Словно угадав его мысли, Крамер смотрящий куда-то вдаль мягко обозначив улыбку, заметил.
   - В должности главы не самого на первый взгляд важного и востребованного отдела, ибо фармакологическая фирма, ныне, все го лишь некий придаток производственного отдела МИЦ, есть свои плюсы. Например, вас не перегружают глупыми заданиями с неизвестной целью и результатом. Остается время заняться творчеством, а то и вовсе развлечь себя. Например, проверив ту или иную камеру. Ведь все они, кстати и те, что обеспечивают охрану, обслуживаются вами, да и работают, в единой сети здания.
   Рассел скосил взгляд на камеру неподалеку встроенную в грибок пожарной системы.
  - Мило. Да?
   Ощутив как по спине пробежала капелька холодного пота, Рассел постарался сохраняя нейтральное выражение на лице пожать плечами. Он не знал, провоцирует ли его Крамер сказанным, или манкирует своими возможностями.
  - Расслабьтесь. Как бы это не прозвучало странно, но мы работаем с вами на одного босса. И он, не там...
  Взгляд указал на кабинет. Тихонько выдохнув, Рассел вопросительно поднял бровь. Он не был глуп и давно догадался, что лаборатория кроме заказов МИЦ, делает некие работы, не связанные с ним. Но при том уровне секретности, что установлен, связать таковое с чем либо или кем либо невозможно. Им дают задание и информацию по нему. Строго необходимую, не более. Когда работа завершена всё, сдается в отдел логистики. Компьютеры и рабочие места вычищаются. Очищаются и шкафы, и все прочее. К следующему заданию они приходят в лабораторию так, словно она только открыта, а оборудование установлено новое. За этим, следит служба безопасности, хозяйственный отдел и... Вот об этом, он не подумал. Технический отдел... Тот самый - Гамма 8.
  Тихонько вздохнув, спросил.
  - Как понимаю, наш разговор не случаен...
  - Правильно.
  - Но...
   Он указал глазами на дверь и секретарш. Вызвав на губах Крамера легкую улыбку.
  - Ну не у вас же или у меня в кабинете встретится. Или как дети в туалете или коридоре? А тут мы оба случайно... Ждем...
  - И...?
  - Ваше назначение. Люди, на которых мы работаем, не очень довольны прогрессом. Там, куда вас направят, может в этой связи освободится хорошая вакансия. Но...
   Крамер отвернулся к окну и Рассел повторил это.
  - Вы человек умный. Должны понимать. Мало попасть на некий объект и своим трудом или иным путем... Получить должность. Трудность в том, чтобы вернуться. Ибо даваемые ей блага, там... Ничто.
   Ощутив как пересыхает горло, Рассел отпил кофе, не ощутив его вкуса.
  - Вижу, понимаете... Так вот. Там работают и мои люди. Но... Возможности их ограничены.
   Взгляд Крамера обратился на папку.
  - В наших общих интересах, оставаться друг другу полезными. Мне для дела, вам, чтобы оставшись полезным, вернуться...
   Рассел ощущал легкое головокружение и состояние как при повышенном давлении.
  - И почему я?
  - Умны, не болтливы, и главное компетентны. У вашей группы, самые лучшие результаты итогов работ в отделе.
  - Сжав губы, Рассел постарался успокоиться.
  - То есть если...
  - Вы там и останетесь. В бункере среди болот...
  Скосив взгляд, Крамер чуть печально улыбнулся.
  - В лучшем случае...
  Подозвав жестом вновь девочку, что подавала кофе, достав, протянул ему визитку с электронным чипом.
   Новый спектрограф доставят на неделе. А о программах к нему, обращайтесь.
   Вежливо кивнув, отошел к журнальному столику...
  
  
  
   Второй раз, встреча с Крамером произошла так же неожиданно и Рассел испытал дежавю.
  - Красиво.
   - Да. Красиво...
  Большое панорамное окно, через которое Рассел смотрел на опытный образец, отразило слегка заостренное лицо Крамера ставшего рядом.
   Покосившись на идентификатор на его комбинезоне, Рассел чуть расслабил плечи.
  - Привезли обещанный спектрограф?
   Крамер тихо рассмеялся.
  - Да. И не только его. Вашим предварительным докладом довольны настолько, что мне удалось удовлетворить почти весь список заказа оборудования. Его как раз сейчас, распаковывают на складе. А мои специалисты, ждут местных, ибо демонтаж и замена будет идти прямо по ходу работ.
   Рассел удовлетворенно кивнул. Запрос на замену того хлама, что достался здесь в наследство, и требуемое для ведения работ на новом уровне, он отослал еще несколько месяцев назад.
   Поглядев на Крамера, вздохнул.
  - И что теперь?
   Тот пожал плечами.
  - Работайте. Ваш успех это и мой успех тоже.
  - А...
   Рассел указал взглядом вверх. А Крамер, тонко улыбнулся.
  - Уже рассматривают вопрос о переносе работы с удачной серией. Но думаю, в свете мною обещанного, не будет большим нарушением, вас подбодрить, сказав, что пока кое-кто думает, уже монтируют оборудование по вашему списку.
  - И...
  - Обедать будете дома.
   На слегка недоверчивый взгляд, проигнорировав его, ответил:
  - Вы все еще успешны. Это, и результат...
   Взгляд указал на то, на что смотрели.
  - Пока ценят. Но... Когда будете вызваны для отчета и перевозить образец, возьмёте не более двух ассистентов.
   Рассел, сомкнув губы, сглотнул и повернулся к окну. Со многими из своей группы, он проработал не один год. Но какой у него был выбор сейчас? Остаться тут и ... Ноги, словно ощутили через слои бетона, жар печи для утилизации.
  - Красиво.
   - Да. Красиво...
  
   Молодая женщина почти ребенок, лежавшая внутри цилиндра на специальном ложе и правда была красива. А еще то, как футуристически смотрелось тело, не по детскому зрелых форм, контрастно подсвеченное в свете кварцевых ламп, на фоне затемнения в лаборатории, при мерцании тут и там панелей приборов отражающих состояние.
  
  
   Крамер, уехал после того, как переоборудование было завершено. Проводив его, Рассел спустился в лабораторию. Теперь место того образца, на который смотрел когда приехал гость занял дублирующий. Внешне идентичный, а не только параметрами, так как получен из одного материала при строгом соблюдении всего цикла, он все же не так волновал своим видом Рассела как первый. Ибо именно он, стал шедевром его мысли и достижений, а этот лишь повторял. То что было до него, и в процессе отладки, он старался не вспоминать. Хотя, часть рабочего материала еще хранилась, так как велись работы и по достижению иных, требуемых согласно прочих запросов параметров.
  Зачем? Для кого? Старался не задумываться. Даже тень таких вопросов, в его положении слишком опасна. Для дирекции и заказчика он лишь некий ученый. Даже не так, необходимое пока приложение к смесителю генных структур и лазерному скальпелю. О судьбе менее удачливого предшественника, и ряда его сотрудников, официально убывших на прежнее место работы, старался не думать тем более.
   Хотя думать или догадываться не требовалось при его новом уровне допуска, достаточно было просмотреть приложения по доступным на складе биологическим материалам. Первый раз, увидев знакомый рисунок ДНА, при запросе в банк органов, он проклял свою слишком хорошую память.
   - Доктор.
  Обернувшись, невольно улыбнулся. Маргарет Дитрих ведущий ассистент Рассела в легком облегающем биологическом комбинезоне была вызывающе сексуальна. И зная о том, предпочитала его обычной, рекомендованной к свободному ношению в комплексе одежде. И компромиссом, в сторону замечаний на эту тему, был лишь накидываемый поверх халат, который конечно же забывала застегивать...
   Их связь до замужества, длившаяся с её студенческих лет, так же не была секретом. Хотя послужила некогда поводом для того чтобы оставить преподавание и сменить работу. И то, что он руководитель темы, а она его аспирант, влюбившийся в учителя, как и весь бурный роман, перестало иметь значение.
   Как и то, что Дитрих, имея от него дочь, так и не вышла, когда женился, замуж. Потому улыбка, которую зафиксирует камера, для иных нарушение, ничего не значила.
  - Забыла, что есть коммуникационная система?
  Пожав плечами, девушка, а она была еще весьма молода, подойдя, встала рядом. И Рассел, скрыл, как покоробило воспоминание, что не так давно на том же месте и так, стоял Крамер.
  - Я молилась новому богу, но он не услышал и решила взойти на олимп сама.
   Покачав головою, Рассел вздохнул.
  - Перестань. Мы не боги, только воспользовались, данным им.
   Остановив его жестом, Маргарет чуть скосила взгляд.
  - После того как ты просмотрел сюжет с Дикарем из племени, изучая откуда взяты образцы. Слишком часто это упоминаешь. Еще немного и поставишь у себя в боксе статую этой бедняжки
  Она кивнула на образец, хотя имела в виду исходный.
  - Или Хозяйки.
   Рассел улыбнулся.
  - Вообще-то дикарь, вырезавший статую дикой кошки, олицетворяющей её для храма, был весьма талантлив.
   И показательно покосившись, на стати Маргарет, добавил.
  - Впрочем, могу заменить её на твою. Ту, что конфисковал вместе с трех мерной моделью у инженеров.
   Фыркнув, Маргарет тряхнула головкою, забыв, что волосы убраны под шлем шапочку, одеваемую с пленочным комбинезоном обязательным к ношению в лаборатории.
  - Только если в полный рост.
  - Если в полный рост, то дешевле поставить тебя. У них и так перерасход материала.
  - А что? Я не против.
   Эротично изогнув бочек, Маргарет чуть прогибаясь оттопырила попу и подняла грудки, приоткрыв маняще полные губки.
  - Перестань. Пожалей наблюдателей.
   Покосившись на камеру, девушка показала ей язык и отвернувшись, стала серьезной. Кивнув в сторону образца, поджала губы.
  - Я просматривала результаты последних тестов. Новое оборудование, более точно и захватывает как ты и предполагал, волновой диапазон вне возможностей старого.
  - И?
  - Ты не просматривал?
  - Только то, что требовалось от нас для записи в журналы для передачи результатов. Расширенным, хотел заняться, отослав их, с началом новой серии.
   Видя по лицу, что Маргарет озабочена, вопросительно поднял бровь.
  - Мы глядим не туда. Эти таблицы, составлены еще до случившегося. Она обозначила жестом, что имела ввиду, хотя он и так понял. На основе исследований сенсов и прочих...
  - Да. Знаю.
  - Так вот. Новые датчики и оборудование фиксирует то, на что тогда просто не могли обратить внимания. Или не сочли важным, если и подозревали.
   Кажется, затрудняясь объяснить хотя он понял, замявшись, добавила.
  - Испытания и тесты подошли к порогу, когда образец станет опасным.
   Остановив его попытку спросить. Указала вниз, где был смонтирован специальный цилиндр высшей защиты.
   Это, уже не защитит от спонтанного пика, выплеска того, что мы пока не знаем как экранировать и того каково его истинное воздействие. Видя, что Рассел нахмурился, вздохнула.
  - Я просмотрела записи дублирующей аппаратуры здесь, в день когда шли последние испытания.
  Догадавшись о итоге, и о недосказанном, Рассел поглядел на аппаратуру за стеклом.
  - Почему...
  Но она перебила.
  - Только что, перед тем как прийти.
   Протяжно выдохнув, он едва не попытался втереть пот на лбу, так же забыв о подшлемнику.
  - Идем к тебе. Покажешь...
  Когда выходили, ни он не она не заметили, как изменился рисунок индикации мозговой активности образца. А так как изменения лежали в пределах нормы, аппаратура не подала о том сигнала. Вот одна из типичных ошибок, на уровне той, которую только что обсуждали. Норма в программе, соответствовала хомо сапиенс - человеку нормальному. А был ли им, созданный образец?
  
  
  Проект 'Биатрис'
  Зона 'Эм Ви' объект Икс Зулу 23.
  
  Флин Рассел зам руководителя отдела Фокстрот 11
  Линс Крамер руководитель отдела гамма 8
  Маргарет Дитрих ведущий ассистент Рассела.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Проект 'Биатрис'
  Зона 'Эм Ви' объект Икс Зулу 23.
  
  
  Охота.
  
  
   Транспортер, с хрустом и грохотом завалил очередное дерево. Так и не привыкший к такому Мюлер, невольно вздрогнув, втянул голову в плечи. А затем вскинул взгляд на собеседника. Сидевший напротив него капитан Моррис слегка наклонив голову, поглядел с осуждением, но и улыбкой.
  - Дружище. Право не стоит так напрягаться. Я знаю, что вы не трус, и просто слишком переживаете.
  Он говорил на немецком и его легкий тирольский акцент делал речь, и еще немного мягче.
   Выдохнув Мюллер болезненно поморщился и ответил так же по немецки.
  - Дорогой Дитрих. Я человек мирный, это железо, ваши бойцы, это место будь оно неладно.
   Вздохнув попытался и правда ослабить напряжение плеч, но машину хоть и плавно шатало, да еще просадки когда давила стволы не всегда успевала компенсировать гидравлика.
   Сойти с видимой на карте и снятой с дрона картинке просеки, вынудило две причины. Первая конечно то, что хотели подойти к цели, как можно более незаметно. А вторая, что разбивать лагерь, на заболоченном месте, каким эта просека являлось, просто самоубийство. Вот и выбрали нечто вроде прогалины с возвышенностью в лесу. Тоже опасно, но не так.
   На просеке лезущие из земли и воды твари постоянно атаковали колеса и траки транспортеров. Что уж тут сказать о людях? И какой барьер сдержит того, кто лезет снизу? На суше, таких было куда меньше. Да и новые пестицыды, на суше, действовали до недели. Не вымывались через пару часов влагой как на болоте. Запас их был не так велик, а путь до базы уже не позволял посылать достаточно груза. Дорн брал или его, или дополнительное топливо...
  - Сколько еще?
  - Если сохраним темп, пара часов.
   Мюллер прикрыл глаза.
  - Сохраняйте, потерплю.
   Капитан улыбнулся. Это от него не зависело. Хотя и мог настоять. Но уже истрепав нервы со меною площадки решил потерпеть. Чтоб вновь взбрыкнувший Браун, не смог под это изменить достигнутое соглашение.
   Что же касается Мюллера и прочего. Ученых мало кто любил, кроме может медиков, от которых была ощутимая польза всем, Мюллер ему нравился. Не только тем, что как и он немец. Нет. Он как и сам Дитрих, где-то внутри себя, всё же сохранил человечность. Другим, было плевать на него, его бойцов, коллег. Мюллеру хоть и скрывал то, нет. И наверное именно потому в опасную дальнюю экспедицию, в которую назначили старшим, неким образом вытребовал его отряд. Отряд Лина Брауна, считался лучше его. И того назначили старшим конвоя. А Дитрих-Моррис как выразился высокомерный англичанин - нянчился с учеными.
  Кроме них на его ответственности были и техники. Три транспортера в центре колонны его, четыре в голове и конце колонны Брауна. Почему сразу так много? Некто там, на верху желал основать тут новую базу. И когда задание будет выполнено, он, повезет назад Мюллера, Браун и его люди на приготовленной площадке начнут принимать технику и людей.
   Хорошо хоть согласились дождаться выполнения задания, Браун настаивал на том что работы следует начать сразу по прибытии. Уже второй срок тут работавший Мюллер и Дитрих, которого в документах почему-то все время писали по фамилии жены, с трудом уговорили не принимать это решение.
   Дикую живность, привлекал шум. Работать будет, когда базу постоянно атакуют - просто невозможно. А им для выполнения задания необходимо, чтобы лес успокоился.
  
   К счастью для всех, место выбранное по снимкам оказалось даже лучше чем предполагали. Пологий почти идеально сферической формы холм. На близкой съемке это не та но уже было видно. А вот на высотной и карте нет. Из-за высокой травы на последних он обозначался еще одним болотом.
   Машины образовав вагон бург на вершине, перебив тянущуюся за ними из леса нечистивую живность, стали расходиться. Оборудованная заранее распылителями идя внутри периметра спиралью, обрабатывала землю пестицидами. Инженерная, отойдя в сторону, приступила к бурению колодцев ибо пестициды везли в порошке и его надо было разбавлять. Набранной воды в баки в пути, на много не хватит.
  Когда обработали достаточное пространство, машины подождав, сдали назад. И только после этого открылись люки. Солдаты, снимали навещенные на внешней стороны брони рулоны проволочных заграждений и под руководством инженеров устанавливали периметр. Кроме дежуривших у пулеметов, радаров и аппаратуры слежения, ибо землю уже усеяли отстреленные, когда разошлись, датчики, работали все. Мллер тоже выгнал на улицу свою команду, делать замеры и брать пробы.
   Так что Дитрих и внутреннее сопровождение двух машин, работало посменно, под вполне благовидным предлогом исполнения своих обязанностей.
   Основную посадочную мишень, решили сделать прямо посредине холма. А научный блок, и две командных машины, временно разместили вокруг. Образовав этим, два кольца стоявшими в шахматном порядке транспортерами. Пока шла укладка и окапывание периметра, разметили зоны огня, проходы. Установили кроме имевшихся на броне автоматических мортир три стационарных. Мин было не так много, но и они при хорошем наводчике могли решить многое.
   Когда периметр установили, дали людям отдых. Оставив лишь дежурные смены. Живность еще прибывала, но уже не так как в начале работ. Так что пулеметы почти замолкли и солдаты старались использовать глушители. Что опять же дало заметное снижение активности вокруг.
  
   Утром на вопрос Брауна, когда они приступят, Мюллер и Дитрих попросили еще два дня. Один на то чтобы живность успокоилась и один, на доразведку. Группа что нашла объект высаживалась с вертолета в другом месте. И еще за то время что прошло с момента доклада и согласований, объект, мог переместиться. Кто это или что это, Мюллер не имел права, ставить Брауна в известность. Да и Дитриха тоже до той поры пока не будет объект найден и идентифицирован.
  Но и при этом, ознакомлению , полежит сам Дитрих и те кто пойдут на захват с выделенными Мюллеру помощниками. Насчет последних, у них с Дитрихом, состоялся разговор после совещания. А почему так, капиан понял, когда отойдя к бункеру с минометами, Мюллер решил закурить, что делал обычно редко.
   Достав из под комбинезона пакет с кисетом, он словно оглядывая площадку огляделся и удостоверившись что часовой у минометов их не слышит, вздохнул.
  - Вам наверняка кроме охраны поручили за мною присматривать и в ином плане. Так?
   Вместо ответа усмехнувшись Дитрих пожал плечами. Он наемник. Солдаты тоже. Наемники по сути и большая часть ученых. Так что то, что среди таковых ни к кому нет доверия, скорее норма.
  - Так вот. Те четверо, что будут исполнять основную работу, никакие не лаборанты. Если они и видали лабораторию, то на картинке, или через прицел.
   Дитрих усмехнулся.
  - Человеку с юношества носящему каску и военные бутсы, заметить такое легко.
   Выпустив клуб дыма и покивав Мюллер отвернулся якобы от ветра и одернул капюшон, встав так, что его лицо стло видно, в основном Дитриху. Про программу считывания по губам он знал, как и про то, какие хорошие камеры на машинах.
  - Когда выйдем к цели, не ерите с собою людей которым доверяете и которые вам дороги. Пусть они лучше нас прикроют.
  Поняв его, Дитрих чуть сощурился.
  - Вытащат?
  - Так.
   Выпустив клуб дыма, Мюллер сказал еще тише:
  - Мы идем брать матку, или одну из охранниц...
   Дитрих тоже закуривший, едва не поперхнулся но сделал вид что дым попал в глаз. Мюллер же помолчав, добавил лишь одно.
  - Важен объект, и груз что возьмем. Мы, нет.
  - Я и вы?
  - Нас не тронут. Остальные... Он выпустил очередной клуб дыма.
  - Понял...
   Дитрих не был новичком в этом месте. Но для хорошей жизни в новых условиях, как и ранее нужны были деньги. Да именно так, И не старые бумажки, а новые - пластиковые и электронные кредиты ООН. Конечно, в ходу еще были некие ценности, кто-то зарабатывал на новых наркотиках. И что характерно особо забористые, делали тут, вне чистых зон.
  Но он был военным. Это всё что умел. Новых военных в большинстве своем или презирал или ненавидел. Да бог с ним самим. Ему удалось удачно зацепившись за найм в частной структуре, выдернуть в чистую зону семью и это стало еще одной проблемой. Альтернатива отказу тогда - вот она, вокруг. А уж что стало с частью где служил, и городом где жили, лучше не вспоминать.
   - Проблема?
  - Нет. Хотя к черту. В этом месте она на каждом шагу. Но думаю, мы справимся. Хорошо, что вы подсказали, на что обратить внимание. Разобью группу на три. Пойдем не как планировали а эшелонами где одна, будет страховать другую.
   Подумав кивнул своим мыслям.
  - Окончательно продумаем завтра, по информации с дронов. Но уже сейчас прикажу готовить тряпки, чтоб обмотать траки и дополнительные маты для глушения звука основной машины.
   Подумав еще, поглядел в сторону транспортера.
  Мы можем снять навесную защиту с одной машины и наварить по бокам. Сделав ниши под контейнеры. Тогда сократим время погрузки и внутри станет свободно.
   Мюллер подумав заулыбался.
  - Отличная идея. Как она не ...
  Махнув рукою, спросил.
  - Вам помочь с инженерами?
  - Справлюсь. И еще попрошу их установить лебедку сзади если не будет времени крепить, просто подцепим тросами. Контейнеры выдержат?
   - Если не гнать по лесу, как сюда, то да. Оболочка тройная, основная, нержавеющая сталь.
   Дитрих чуть в сердцах не сплюнул. Его люди помогавшие с погрузкой жаловались н то что те тяжелые. Да и по просадке торсионов это было заметно. Не визуально конечно, но водители задали вопрос почему машина перегружена. Из-за этого уже после выхода, груз перекидывали, ибо шел чрезмерный расход топлива.
  
  
   На следующий день, Дитриха пригласили в машину Мюллера на запуск дронов. У ученых они были не военной модификации, не отягощенные броней, дольше и более далеко летали. С другой стороны, потому более подверженные повреждениям при атаках тварей. Один из затого уже потеряли в пути. И после этого пользовались более его дронами, с бронею.
   Еще у научных была на прядок лучше оптика и мощнее, хотя не так надежно защищена система связи. Пока операторы налаживали и проверяли дроны летая над лагерем. Мюллер заперев дверь на код, открыл сейф и достал пакеты зданий.
   Его повторял прежнее, но теперь, включал фото и описание двух объектов. Поглядев и прочтя, Дитрих кинул их на стол, за которым сидел.
  - Вот так легенды и небылицы становятся действительностью.
   Мюллер покосившись ибо просматривал вложенный в свой пакет диск на ноутбуке кивнул.
  - Да я тоже их слышал. А вот мой коллега, собиравший их, сумел доказать, что таковые имеют основание.
   Он постучал пальцем по фото, после чего, нажав клавишу, и поставив тем на экран заставку, положил к фото Дитриха еще три.
  - Не две?
   Мюллер пожал плечами.
   Судя по массе и тому что в охране основной особи и животные может быть всё. Как видишь тут уже четыре.
  - А что сказали те, кто это снял?
   Пожевав губами, Моллер пожал плечами.
  - Материал к точке откуда его забрали, вынес всего один человек. Лагерь группы, был уничтожен, и его подбирали по сигналу маяка.
   На вопросительный взгляд, вздохнул.
  - Информации мне дали, не многим более чем вам. Ограничившись тем, что группа по сообщениям, подошла к особи в плотную А вот далее...
   Вздох и он развел руками.
  - Состав?
  - Восемь человек. К цели пошло четверо. После того как были получены снимки, связь прервалась...
  - Выживший?
  Вновь вздох.
  - Понятно.
   Дитрих поморщился. Могло быть всё но, по его опыту, такое более походило на засаду. Им дали подойти и накрыли одним быстрым ударом. Шли не дети, подготовленные и умевшие за себя постоять люди. И они не успели даже подать сигнал. Не по дальней связи не в лагерь. И лагерь. Возможно и атака была одновременной, Такое нападение, не тактика дикарей.
   - Хорошо. Постараемся предусмотреть то, что нас ждет засада.
   Трудность была в том, что придется тащить тяжелые контейнеры.
  - Судя по фото, матка, не столь подвижна. Так что быстрое перемещение такой туши бред.
   Кивнув на контейнеры, обозначил и то что думает по поводу её захвата. И Мюллер поморщившись, кивнул.
  - Да частично.
   И на удивленный взгляд пояснил.
  - С нами пойдет хирург.
  - Не вы?
   Он вздохнул.
  - Моя специальность гены, их изменения, мутации. Конечно я имею подготовку и такого рода, но одно дело уметь, другое иметь практику работы с подобным материалом. Ему решать на месте что попадет туда.
  - Кивок в сторону контейнера.
  - А второй.
   Мюллер улыбнулся.
  - Судя по фото их, в него влезет целиком и пара.
   Обозначив руками габариты печально улыбнулся.
  - Вот только я бы не советовал относится к такому, как мои ассистенты. Сразу стреляйте транквилизатором и не одним.
  - Не одним?
  - Подобный образец из мест откуда пришли, убила одного человека и искалечила трех. Потребовалось два. А вы бы упали сразу и половины дозы первого. А она последнего, покалечила уже со введенным препаратом.
   - Адреналиновый выброс?
   - Слышали? Да и достаточно мощный. Простой человек от такого скончался бы от такого порвав сам себе мышцы и надорвав сердце. А она споконо уснула и было через восемь часов здорова словно, ничего не произошло. Невероятное восстановление тканей и выносливость.
   Потерев лицо Дитрих взял в руки фото. Красавица. Просто амазонка с картины.
  - И как они, коварна и смертоносна.
   Прочтя еще раз Дитрих сложил все в конверт и передал Мюллеру. Пусть будет у вас в сейфе.
  - А ваши люди?
  - Не буду пугать раньше времени. К тому же здесь...
  - Разумно.
   Когда подошли к операторам дроны уже подлетали к району цели. Что стало неожиданным она, находилась там где отмечено на карте. Нечто типа грота в берегу реки ли обвалившийся откос холма. Дитрих попросив дать цвет, указав на картинку, заметил.
  - Это глинозем. Судя по отсветам влажный до самого грота. Транспорт в нем увязнет как в мыле.
  - Есть предложения?
  - Не особо. Мостить путь деревом нам вряд ли дадут. Зато, есть мысль как отсечь погоню. Но вначале надо глянуть ближе пустите один поверху или дайте приближение.
   То что необходимо, он увидел почти сразу. Над входом, был выступ. А в нем уже несколько трещин. Вход не укреплен, только чуть далее, виднелись столбы, но по тому, как стояли вряд ли опорные.
   Второй дрон снизившись и дав приближение, мысль подтвердил. К сожалению внутри сгущалась тьма да еще из нутрии шел дым.
  - Там, внутри, далеко?
   Не более пятидесяти метров, по записи, к сожалению мне дали только поглядеть...
  Мюллер, взяв электронный блокнот, быстро накидал рисунок.
  - Где-то так пара боковых проходов но цель прямо. Перед нею какие-то загородки или трибуны из бревен.
   Вздохнув поглядел на картинку. А затем тронул за плечо оператора чей дрон висел низко.
  - Влетай.
   И пояснил, кажется более для самого себя.
  - Если потеряем - что делать. Но нам надо подтверждение цели.
  Дрон медленно приблизился но мешал дым потому оператор включил сонарную графику. Все было, так как сказал Мюллер. Но что сразу показалось странным пещера была пуста. У боковых проходов два примитивных очага. Именно они давали дым, горки топлива и никого.
  - Нас заметили и ждут.
  - Да. Похоже.
  Мюллер на удивление был спокоен.
   Когда дрон миновал костры, пришлось снизится еще.
  - Картинку!
   То что матка на месте и вполне здравствует, судя по движениям, увидели сразу но более ничего. Экран подернулся помехами.
  - Упал. Связь потеряна.
   Успокаивающе похлопав по плечу, Мюллер вздохнул.
  - Молодец. Ты свою работу сделал хорошо.
   А другому приказал.
   Отведи метров на двести, когда будет готов другой, тебя сменит. Будете наблюдать по очереди.
  Дитрих заметил.
  - Могу дать вам свой. Когда пойдем туда, может понадобиться.
  - Хорошо.
   В целом, картина того что предстоит сложилась. Сидя за столом прорисовали и посчитали. Кое-что, например как обойти проблему с транспортером тоже. На нем две лебедки, каждая по сто метров троса. Итого двести метров. Контейнеры подтащат ими, укрепив блок сверху. Обратно волоком. Если будет плохо, одну можно бросить сразу. Тянуть двумя тоже можно, но они не синхронизированы потому, лучше не рисковать.
   Пока первая группа входит, вторая ставит клейморы, как спереди так и сзади. Оставляя лишь проход для отступления с грузом. И еще заряды на входе и проходах. Прохды вот откуда исходит опасность. В идеале их надо завалить. Но не зная есть ли еще выход как взять второй образец?
   Дрон не обнаружил еще выхода. Как и следов зверья о котором говорилось в информации. Решили закидать проходы принесенной спиралью Бруно, оставив только в одном щель, она станет ловушкой. И опять клейморы. Ибо нужно два объекта остальные нет.
   Где-то в душе вспоминая фото, Дитрих жалел того, кого придется убить. Но он солдат, и понимал, что это уже в сущности не человек. Мутант, красивая оболочка зла.
  
  
  
  
  
   Исполнение.
  
  
   Так как основное действие происходило в пещере, решили не тянуть и выступить по готовности. Люди отдохнули, а приготовления заняли от силы час. Да и то, более работали инженеры.
   Основную машину прикрывало две машины сопровождения. Патронов к пулеметам взяли сколько могли набить лент.
   Ограничено было только с крупным калибром. Их много пожгли в пути. Клейморы пришлось снять с периметра, их было не так много. Но Браун не спорил. После установки базового периметра и до их отхода командовал Мюллер и Дитрих.
   К пещере подошли в четыре утра. Туман не был помехой для приборов но всем пришлось надеть защитные накидки и газовые маски. Подле пещеры он был как бульон, столько токсичных испарений и биологической заразы, которую датчики отказывались классифицировать.
  Если по болоту шли тихо, обмотав траки чем попало. Работали уже не таясь, дав полный свет фарами. И вновь поражала тишина. Даже болотные твари, нападали изредка и лениво. Как только установили мины, Дитрих отдал сразу две команды.
  - Периметр. Вперед.
   По ним прикрытие вернулось к машине, а от нее выдвинулась сопровождая подтягиваемые лебедками контейнеры штурмовая группа. Люди шли не столько придерживая их как держась за них. Глина как он и предполагал, сразу облепила ноги. Перед входом перестроились. Част несла контейнеры часть груз. Первая остановка.
  Тихо зазвенели распускаемые спирали Бруно. Их клали с запасом и укрепляли кроме штатных заранее приготовленными кольями как некогда перед рядами пехоты для остановки конных. Оставив заслон укрепляться у проходов, Дитрих изменив порядок, приказал выдвигаться к Матке.
   То что едва приблизились, она поняла что происходит, ощутилось сразу. Их будто ударило взрывной волною.
  Почти все оглохли.
  - Ультразвук!
   Кажется это выкрикнул Мюллер, которого Дитрих сбив сног прижал к полу. Привстав на колено Дитрих прокричал ибо не знал слышит тот его или нет.
  - Эй Док! Хирург твой выход
   Услыхал Здоровенные ассистенты Мюллера подхватив контейнер и хирурга рванулись к цели. Там дитиху ничего небыло надо Они сами знали что делать. А смотреть он не очень то и желал. Споткнувшись на тросе кольцо которого еще не натянулось, помог встать Мюллеру. И спросил, хотя знал ответ.
  - Вам туда надо?
  Он надеялся на обратный потому ругаясь, когда тот кивнул, зацепил ему за пояс карабин с веревкой и махнул рукой.
   В этот момент ему стало не до Доктора. Вновь по ушам и нервам ударило, а затем сработал первый клеймор в боковом проходе.
   То, что это сопроводил какой-то визг и вой указало что не зря. А когда подошел ближе и то как остервенело откидывая пустые магазины стреляли бойцы. Причина лежала под ногами. Сразу трое с разной формы толи дротиками тои стрелами в телах. И потому как лежали, становилось понятно, что с ними все кончено. Подняв винтовку одного из убитых, и забрав магазины Дитрих включил ноктовизор, но почти сразу переключил на тепловой режим. В серой мгле, в проходе мелькали тени. Несколько туш не пойми кого и один труп в полу обвалившемся справа. Закинув за обвал свето шумовую гранату, он почти сразу кинул вслед связку из пластита и обычной и оттолкнув бойца к стене вжался сам.
   Удар дым мусор. И снова вой или вопли. Треся головой обернулся. Слева изредка летели эти толи дротики толи стрелы. Но разглядеть кто кидал невозможно. Проход закупорили тела. Но более схожие с собакой или худым медведем. Ни одного похожего на людские. Сняв с убитого магазины, перезарядился и кинул еще в сумку для сброса.
   - Лидер синим! Еще четверых сюда и гранатомет!
  Ответ не расслышал и вновь удивился почему не слышит выстрелов и ругани бойцов, но слышит вопли и вой. Наушники что защищали уши от громких звуков, похоже не работали. Но снимать не стал.
   - Док! У нас жарко! Док!
  Когда крутанул настройку, словно через вату пробился голос Мюллера.
  - Еще пять минут!
  Едва не выстрелив по подошедшим указал куда стрелять и закричал.
  - У вас две и надо кончать. Не знаю что вы там телитесь, но похоже они будут лезть так настырно, пока жива эта тварь.
   Это было не факт но так ему казалось Почему он решил что она еще жива? Сам не знал.
   Снова взрыв и снова справа. Мимо него буквально пролетел боец с какой-то животиной, его терзавшей.
   Твари перли раметав завал и теперь тут был завал из трупов.
  - Гранаты! Гранаты!
   Его к счастью поняли. Но один, не успев отпрыгнуть к стене, осел с маской пробитой дротиком.
  Рвануло еще. Заглянув едва не сплюнул в маску. Завалило слабо. Но уже лучше чем трупами. Вновь обшарив метртвых взял пластит и пока прикрывали, сделал минный заряд.
   - Огонь в яме!
   В этот раз обрушило хорошо. Но стало снова ничерта не видно даже в тепловизор.
  Третий удар...
   Кажется, он даже потерял сознание. И не он один. Помогая людям встать упусти из вида тень промелькнувшую рядом. Маску чем-то залило. Протирая, более инстинктивно, чем осознанно присев, этим сохранил себе жизнь. Над ним мелькнуло и винтовка выплюнув очередь обрушила на него тело.
   Опомнившись, каким-то образом прыгнув спиною назад выхватил в полете подвешенный сбоку дробовик. И снова везение. Тот не потерялся и сработал сразу. До него нечто мелькнув не достало сантиметры. Передернув, всадил второй заряд в упор. И еще и еще.
  - Есть вторая посылка!!
   Оглянувшись зашелся руганью. Но тут же кинув гранату в проход перекатившись за контейнер высадил в него раз за разом два магазина по шевеленящимся теням.
  - Док! Док! Вторая готова!
   Замки уже были откинуты и он с трудом подняв крышку, кажется одним движением не разглядывая закинул в контейнер тело.
  - Док!
   Переключив канал рявкнул.
  - Вторая лебедка тяните! И еще сюда четверо!
   Меняя на ходу магазин , кинулся к первому контейнеру. Тварь, судя по тому, что разглядел включив фонарь, тут порезвилась прежде чем добраться до него.
   Мюллер как это не странно, был жив только сидел зажавшись в углу. А вот остальным была крышка.
  Ну если отступить от официального доклада не совсем, чтоб это так стало так, он не пожалел магазин.
  Кинув Мюллера на контейнер, отцепил карабин, и прокричав команду чтобы его тоже тащили, стал стрелять уже во все, что казалось подозрительным и шевелящимся. У проходов, было пусто. Совсем. Но тогда он не придал тому значения.
  Путь до выхода показался годами жуткого напряжения и поиска в тумане дыма цели.
   Едва миновал выход чуть не упал ибо ноги увязли. И поняв что не сможет идти просто уцепился за рукоять прижав Мюллера и используя его как опору оружию. То что и тут было веселье, указали подпалины от взрывов и туши.
   Обернувшись, щуря глаза, закричал.
  - Марк взрывай проход! Грузимся и уходим.
   Когда помогли, встать и очистил маску, стало понятно и происходящее. Бойцы жались к броне и стреляли почти под ноги. Впрочем помогали и две подошедшие машины давя гусеницами и огнем. Их командиры следуя приказу не выпускал людей.
   Когда погрузили контейнер, залезаяч в тамбур транспортера удивился тому, что ему помогал Мюллер. Впрочем, удивление прошло, когда второй перемазанный с ног до головы боец, когда на них полился раствор дизенфектора, оказался не его а оператором дрона.
  Судя по тряске, транспортер уже шел обратно. Покрутив рукоять настройки на блоке связи, Дитрих только сейчас заметил что тот, расколот. Бросив дождался когда индикация над люком сменит цвет и содрав маску кинул в угол. Моллер, открывая люк, что- то говорил, но он моргал и не мог сосредоточится.
   А войдя в жилой отсек сняв шлем крикнул ибо еще не обвык.
  - Не слышу, оглушило.
   Док скинув шлем, маску и капюшон, потянул его к аптечке. Взяв за челюсть, повернул. И в ухе зашипело и защипало. Стерпев покосился. Раствор стекал наполненный кровью. Вновь зашипело.
  - Слышите?
  - Плохо.
   Мюллер повернув лицо к себе прокричал.
   - Я тоже но у вас не так все плохо. Это наушники были полны крови.
   Кивнув Дитрих подставил второе ухо. Марк Улмо вел колонну назад и он пока мог отдохнуть. Итог был не особо в их пользу. Раз в машине только они втроем, водитель и стрелок. Значит, потеряно более двадцати человек. Из них шесть человек Мюллера. Ни ложных ассистентов, ни хирурга ему жалко небыло. Разве только второго оператор дрона, помогавшего крепить контейнер. Без него они бы не справились будь он даже пустой. Первую лебедку которой можно это было сделать, переставив на место, им втроем тоже было не смонтировать.
   Прикинув что да как, решили уходить не заходя на базу. Сзади по докладу марка, за ними перла волна всякой дряни, причем еще больше чем та, что навалилась когда уходили. Горючего было много. И до стоянки где оставлены бочки для дозаправки хватит с запасом. Там же были установлены мины и все необходимое для обороны. На случай если преследование не остановится.
  
  
   Преследование их оставило на пятый день. К счастью, на заправке успели все сделать до того как настигло и потеряли только троих. На шестой, Дитрих выбрав хорошее пустое место, наплевав на требование прятаться на маршруте, объявил привал.
   Люди выглядели истрепанными и уставшими. Надо было им дать, хоть немного отдохнуть от этой гонки. Сидя на откинутом люке сходне, они пили с Мюллером кофе.
   - Глядя вокруг, не веришь во вчерашний день.
  Дитрих достав сигареты, усмехнулся.
   - Тут много таких мест. В них словно ничего не произошло. И знаете, эти мутанты или кто там они, в такие, почти не заходят.
   - В самом деле?
   - Вы ощущаете когда подходите к измененным кустам или деревьям... Ну, нечто, словно вам не хочется это делать?
  - Да есть такое.
  - Вот видно и они, чувствуют такое, подходя к месту вроде этого.
   Мюллер посидев молча, покачал головой.
  - А знаете? Вы первый кто мне сказал о таком. И в докладах не читал тоже.
   Дитрих пожал плечами.
  - Вам виднее. Мне тех докладов никто не показывал. У нас есть свои источники, но там, больше о тварях, повадках, чем убивать и как.
   Невольно покосившись на контейнеры, поджал губы.
   Мюллер заметив вздохнул.
  - Да, о этом, ни слова. Даже мне разрешено обсуждать такое со строго ограниченным числом лиц.
   Кивнув, Дитрих долил себе в кружку кофе. Понятно, что женщин осталось мало, не секрет что постоянно искали как повысить их иммунитет к новым и старым вирусам и прочей заразе. Но тут...
  - Не понимаю. Если каждую тварь добывают вот так...
   Мюллер отвернулся.
  - Почти каждую и не только мы. Я работал в МИЦ, ушел. Там тоже самое, так что как видите, легче не стало. Да вы наемники и ... Простите, о вас мало кто лестного мнения. Но все равно.
  - Не надо док. Я понимаю. Я ведь тоже не всегда был наемником. Тоже думал, что уйду от подобного скотства...
  - Мда...
   Дитрих поглядел на часового стоявшего на броне.
  - Билл, слазь оттуда, приборы все равно видят лучше.
  - Извини кэп, но так как-то спокойнее.
   Кивнув на него, усмехнулся.
  - А знаешь Иоган, он прав. Я ту тварь что на меня прыгнула, он указал глазами что имел в виду. Учуял, и глазами видел. А на мониторе ноктовизора, её небыло.
   Мюллер удивленно выгнул бровь.
  - Я прежде чем тебе отдать карту памяти, посмотрел запись.
  - Обязательно погляжу.
   Потерев пальцем переносицу, тихо сказал.
  - И Валтер. Никому не говори, что рассказал мне. А карту я сотру. Твой прибор ведь треснул. Так?
   Дитрих аккуратно кивнул.
  - Спасибо Иоган.
  - Не благодари. Те, кто остался хоть немного людьми, просто обязаны делать нечто, чтобы это не минуло.
  На восьмой день им приказали следовать к станции наблюдения, где оба контейнера, а сними Мюллера, оператора и Дитриха забрал геликоптер.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Лента Мёбиуса.
  
   Когда на пропускном пункте проверяли идентификатор, дежурный, задержав взгляд на мониторе, спросил.
  - Капитан Вальтер Моррис?
   Устало кивнув, во время перелета разболелась голова, подтвердил.
   - Это так.
   И был удивлен тем, что дежурный потянувшись куда-то в сторону, поверх его идентификатора положил еще одну карту.
   - Прикрепите на куртку и проследуйте шестой третий нижний уровень блок си14.
   Так как тот отвернулся становилось понятно что объяснять что либо не собирается. Подняв баул с вещами, Дитрих проследовал. Цитадель заметно расширилась, был убран мусор и открыты, ранее закрытее залы и проходы. Он бывал в ней не часто ибо основные задания приходили по электронной почте.
   Подойдя к посту дежурного блока протянул выданную карту. Считав ее, тот кивнул на проход.
   - Помещение 47, по коридору налево.
   И снова никаких пояснений. Но судя по тому что видел это жилой блок.
   - Возле двери был видео монитор и нажав кнопку связи задумался, что сказать, но этого не потребовалось щелчок замка и вокруг кнопки загорелся зеленый ободок.
   Войдя прошел в зал и все встало на свои места. За столиком с подносом на котором кофе и канапе сидел Мюллер.
  - Выглядите усталым.
  - Голова. Разболелась в перелете.
   Мюллер чуть прищурил глаза и указал на шкафчик на стене возле входа.
  - Там аптечка. Таблетка ношпы.
   Поставив сумку Дитрих последовал совету и расстегнув куртку подсел к столу на котором Мюллер уже приготовил стакан с водой чтобы запить.
  - Полегчает через минуту.
   С некоторой печалью улыбнувшись добавил когда выпил таблетку.
  - Я теперь ношу с собой если летаю. Это какая-то реакция нашего организма на отрыв от земли.
  - Нашего?
  - Да, вашего и моего. Если бы кто-то еще выжил, там, в пещере, думаю, он бы испытывал тоже самое.
   На взгляд Дитриха на стены махнул рукою.
  - Перестаньте. Тут слава богу еще не навешали камер и микрофонов. Мой техник проверил.
   Достав из пакета стоящего на диване бутылку коньяка, он налил в маленькие стопочки и указав на поставленную перед Дитрихом улыбнулся.
  - За встречу. И кстати, это тоже помогает. Так что если таблетки не по вкусу, заведите фляжку.
  - За встречу. Вы доктор вам виднее.
   Мюллер рассмеялся.
  - Русские часто называют медиков в обращении - Доктор. Не замечали?
  - Да такое есть.
  - А я не знал и только недавно обратил внимание.
  - Здесь?
   Мюллер махнул рукой.
  - Ну что вы. Когда вас замучив куда-то заслали, меня сунули в МИЦ, толи шпионом толи учеником, я не особо понял.
  - А здесь?
  - По делу, но вот что вы прибудете, узнал случайно. Просматривая список пассажиров транспорта. И мне оказали любезность, выделив вас в мое распоряжение.
   Дитрих вопросительно поднял бровь. Но Мюллер занятый разливом коньяка даже когда оторвался от столь важного дела, проигнорировал.
  - Кстати, раз мы пьем давайте оставим формализм и вернемся к прежнему. Вальтер и Иоган.
  - Звучит неплохо. Но...
   Укоризненно покачав головою Мюллер взял планшет лежавший на столе, активировав вел код. А затем повернул к Дитриху.
   Видя его реакцию, вздохнул.
  - Понимаю. Но в этот раз никаких кавалерийских атак и захватов Вальтер.
   Забрав планшет и закрыв продолжил.
  - Работаете на меня. Ищите, находите смотрите.
  - И только?
  - Фото, видео, что сможете. В пещеры не лазать. Только наблюдение за амазонками их зверушками.
  - Дрон?
   Мюллер поморщился.
  - Техника легко отслеживается. Но если надо возьмите.
  - Стоп. Вы предлагаете мне, этим заняться одному?
   Мюллер пожал плечами.
  - У вас есть допуск и вы знаете, что надо найти. Вас могут сопровождать но правила прежние.
   Остановив руку над стопкою, прежде чем налить, добавил извиняющимся тоном.
  - Это не мое требование.
  - Понятно. Но что желаете получить, это надо вам?
  - Да.
   Посмаковав коньяк, улыбнулся.
  - Я сейчас, вне штата лаборатории по этой теме. В положении лица имеющего допуск и опыт, потому и наблюдающего. И в некоей мере консультанта. Потому мне нужна и важна любая информация.
   Скушав канапэ продолжил.
  - То, что встретил вас это удача. Не придется объяснять, что к чему и бояться, что он ошибется, а мне скрутят голову.
   Подумав, Дитрих усмехнулся.
  - И в чем подвох?
  - Подвох в том мой друг, что от вас не требуется в этот раз палить и подставлять голову под пули. Лучше всего если вы вообще сольетесь с местным сбродом и станете для них своим.
   Рассмеявшись реакции, заметил.
  - С мутантами и тварями сливаться не прошу. Если вас притащат в лабораторию в их зверинец, достать от туда, будет архи сложно.
   - Значит наблюдать... Как орнитологи за птичками
   - Да.
  - Мда.. Забавно.
  - И прибыльно.
  - Даже так?
  - Полтора месячных оклада, что вам обещали за прошлую миссию. Плюс открытое снабжение по разряду оператора лаборатории.
  - Хмм. Это серьезно.
  - А вы им и будете являться. Только без стрельбы и резания глоток.
  - Эко шпион...
   Мюллер рассмеялся.
  - Почти. Но точнее будет, разведчик натуралист.
   Вспомнив некие перипетии своей службы в бундесвере Дитрих улыбнулся.
  - Скорее просто разведчик, они и делают такое, а все эти кино штампы со стрельбою и погоней весьма редко.
  - Дело ваше. Главное что меня поняли. А я могу на вас положиться.
   Подумав, Дитрих спросил:
  - Как меня туда закинут?
  - Сюда.
   Мюллер кивнул в сторону.
  - Кидать вас, тем более в эти топи, это не по товарищески. Согласно моих исследований они...
   Он замялся и поднял на Дитриха взгляд.
  - Не столь уж порождение. То с чем мы столкнулись, чей-то эксперимент.
   Улыбнувшись, покивал.
  - Так и знал, что вас зацепит. Потому берег напоследок.
   Налив, снова отсалютовав стопкой, выпив, чуть задумался.
  - Первое, что меня смутило, легенды ходят тут, а они были там где никто и не живет. Это раз. Второе, место размещения. И только потом, когда понял что следует искать, нашел и реальное подтверждение. Есть знаете ли, некие приемы в генной инженерии не свойственные природе. Так что именно там, их оставили намеренно. Зачем? Сейчас так как мы вмешались, сказать, понаблюдав. А еще лучше кроме самих, и тех, кто их там контролировал, Уже не возможно.
  - Стоп, значит я могу...
  - Можете. Вот по этому, как говорят Русские - тише воды, ниже травы. И никакой активности, в обоих случаях - только наблюдение.
  - А там, о этом знают?
  Дитрих показал взглядом вверх.
  Мюллер посмотрел несколько обижено.
  - А вы мой друг можете дать гарантию, что нет? Что некто, и вас и меня за нос не водит? В той лаборатории, где работал, не знал, что делают за стеной. Не снизу, не с верху. Может, тоже самое, а может и просто блины пекут или пиво варят. Да и когда давали задания, откуда и для чего не говорили. И забрав, приказывали забыть. У вас небыло работ которых вроде и небыло?
  Дитрих смущенно улыбнулся.
  - Так и небыло.
  - Вот.
  Мюллер подмигнул. А затем, сделав вид, что оглядывается, понизил голос.
  - Вживайтесь. Если что, я к вам сбегу, и мы на той полянке где кофе пили, домик поставим...
   Дитрих улыбнулся и кивнул.
  - Я знаю места и красивее. Сбежите, покажу.
  - Ловлю на слове.
   К своему удивлению, вместо обычного недоверия, ко всем и всему, Мюллеру он поверил как-то сразу. И не только из-за личной симпатии. К тому же, тот не выкручивал руки. В помощь при подборе средств наблюдения и связи, рекомендовал так же знакомого ему по прошлому техника. Он так же теперь числился свободным специалистом и мог выезжать для встреч и передачи оборудования куда потребуется. Еще, Мюллер не требовал гарантий и не стискивал сроками.
   Последним что его удивило, стала карта районов возможного поиска. И когда изучил, понял еще одну причину, почему Мюллер не спешил с докладами. Предполагаемые точки нахождения располагались вблизи неких объектов. А узнал Мюллер о них наверняка не только поличному опыту, но и по каким-то образом полученым планам полета. Впрочем как каким? Если держал подле техника? Вот тебе и сверх секретность миссий те на кого работал и цитадели. Сама по себе, такая карта стоила головы. Но играть против системы они не собирались. Она бы их перемолола как жернов зернышки.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Марк Улмо
  
  Доктор Иоган Мюлер.
  Капитан Вальтер Дитрих Моррис
  Отряд Лина Брауна
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  ! Ахтунг, внимание увага !
  
  
   Мы не используем в рассказе играх и тем более кино роликах... Персонажей компьютерной игры S.T.A.L.K.E.R. , рассказов иных авторов или что либо подобное !
   Все персонажи нашей 'Истории' самобытны.
   Каждый из них имеет РЕАЛЬНЫЙ прототип из нашей РЕАЛЬНОЙ жизни.
   Так же это касается позывных, названий и неких особенностей 'Оживления' мира Зона Отчуждения и цикла 'Окраина'.
   Никто не может осудить или потребовать авторского права на литературные слова из орфографического словаря, жизненного обихода или на широко используемый сотнями людей по всей планете 'позывной' или 'ник нейм'!
   В остальном следует придерживаться следующего:
   'Все персонажи являются вымышленными и любое совпадение с реально живущими или когда-либо жившими людьми случайно'
  
   Данное касается и описываемых мест!
  
   Дикси!
   (я сказал)
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"