# Симфония в багровых тонах

Аноним Appolinashechka

Симфония в багровых тонах


Расширьте границы своего сознания

Часть первая

(Голова, витающая в облаках)


Владимир Палыч сидел у себя в кабинете и задумчиво смотрел на большой глобус, весь утыканный флажками, словно морской еж иголками, пытаясь найти место, где же он ещё не был. Свободных мест на глобусе оставалось ой как немного.

Пустыня Сахара, нетронутые девственно чистые леса Амазонки, холодная и прекрасная Антарктида, величественные Гималаи, неприступный Северный полюс, дикая Микронезия и бездонные океаны.

Нужно было что-то выбирать и срочно, поскольку Палыч вот уже пять(!) месяцев никуда не ездил со своим оркестром. На нервной почве на него даже напала чесотка и он плохо спал по ночам, время от времени просыпаясь и начиная дирижировать "Маленькую ночную серенаду". Когда он засыпал обратно, перед его мысленным взором проплывали профиль Моцарта, пышная шевелюра Баха и изредка чьи-нибудь усы и бороды (например, Чайковского и Бородина). Лица, неподвижные в книжках, здесь оживали и беседовали, шевеля бровями и усами. Просыпаясь, Палыч мучительно вспоминал, в какой камзол или сюртук они были одеты и о чём разговаривали. Но чаще всего они твердили: "Нужно ехать. Время не ждёт".

Раньше выбирать было намного проще: Владимир Палыч брал политическую карту мира, закрывал глаза и тыкал в неё пальцем. Куда попадёт, туда, значит, и надо ехать.

Иногда приходилось выбирать: жизнь или кошелек. Один раз он выбрал второе, о чём потом пожалел, когда отправился в бюджетное турне по Новой Гвинее, где чудом сбежал от разъярённых аборигенов, которые схватили его, связали и обещали приготовить из него шашлык.

В другой раз он побывал в Индии и предложил струнникам искупаться в Индийском океане, а сам отошел поговорить с дирижером бомбейского оркестра.

Опомнился он только тогда, когда услышал крики: "Помогите! Здесь акулы!". Сразу же, не теряя времени и не желая терять ценные кадры, он вызвал спасателей. Слава богу, всё обошлось, если не считать укуса ядовитой физалии и приставучего очкастого пингвина, который ко всем лез целоваться. Пингвина утихомирили, скормив ему освежающие пастилки, и он, потеряв к людям интерес, уплыл обратно в океан.

В третий раз Палыч со струнниками заблудились в развалинах древнего города инков и до утра не могли выбраться, пока за ними не приехал самолёт. Грязные, измученные, усталые, они кое-как закинули свои инструменты на багажные полки и легли спать без задних ног. Правда, потом выяснилось, что Даша оставила свой альт в дремучем перуанском лесу, и пришлось заказывать в Германии новый.

С тех пор на поездках Палыч не экономил. "Цены кусаются", бормотал он, собираясь в очередное турне и ощупывая кошелек, проверяя его на предмет наличия премиальных.

Но если раньше можно было выбрать более-менее подходящее место для концертов, то теперь сознание Палыча окончательно зашло в тупик.

Он решил вынести этот вопрос на всеобщее обсуждение.

Как-то раз в пятницу вечером собрал он своих струнников в Большом зале.

- Дела у нас совсем неважные, ребята. Недавно я заметил, что на Земле почти не осталось мест, куда бы мы могли поехать. В Сахаре нам делать нечего - там публика мелковата, одни грызуны да рептилии, и это будет большое счастье, если удастся подцепить бедуина верхом на верблюде. В леса Амазонки тоже ехать не рекомендую - небезопасно, помните муху цеце в Кот д"Ивуар? Целые стада... стаи... полчища...

- Рой - поправила Маша.

- Мне так всё это надоело, - жалуется Оля шепотом. - Если поеду туда - повешусь на самой толстой лиане, которая меня выдержит.

- Я бы предпочел сгинуть в пасти акулы еще до того как мы ступим на берег, - отвечает ей Миша.

Палыч продолжал экзекуцию:

- На Северный полюс не поедем - там наблюдается нехватка собачьих упряжек. А в Антарктиде сейчас дожди, и кончатся они нескоро.

В это время мы с Надюшкой стояли за большой занавеской, слушали речь Палыча и пытались танцевать сиртаки(точнее пыталась я, у Нади с этим делом все в порядке). Когда мне надоело дрыгать ногами, я окинула взглядом полотно шторы, выискивая щель, в которую можно подглядывать.

Очень скоро я нашла такую щель, причем таких размеров, что штору можно было раздвинуть и пройти на сцену. Я замерла, прислушиваясь к голосу Палыча:

-Так что я в затруднении. Не знаю, что и сказать. Давайте теперь вы, предлагайте.

Все молчали. Я подглядывала в щёлочку, следя за неподвижными струнниками и вдруг меня осенило: а попробую-ка я сделать им предложение. Я набрала в грудь воздуха и отчетливо произнесла:

- Давайте соберемся и махнем на Марс.

- Что это? Неужели это высший разум диктует нам правильное решение? - недоуменно сказал Палыч, никогда не слышавший моего голоса.

Но остальные-то мой голос знали и Саша сквозь смех процедила:

- Очередная бредовая идея Полины Шило! Слушайте, она вам сейчас еще предложит мороженое со вкусом кальмара и жвачку со вкусом розы!

- Марсианский климат чрезвычайно благоприятен для слишком длинных языков! Они сразу сворачиваются в трубочку! - отпарировала я.

- Где она, эта хитрюга? - спросил Саша.

- Где, где, на Бороде! - смеясь ответила я. - Намёков что ли, не понимаете? В девяносто пятом!

- Какая она прелестная! - с восторгом заявили Маша и Оля. - Просто чудо!

И все заорали наперебой:

- Поляяяя лапочкаааа, иди сюда, мы тебя пообожааааем!!!!!

- У меня от криков банши медленно слетает башня! Осторожно, только не насилуйте! - ответила я и, раздвинув штору, выступила вперед.

Моя величественная фигура всегда производит огромное впечатление, особенно на таких впечатлительных натур как Надюшка. Все расступились, пропуская меня. Оглядывая толпу, я вдруг заметила, что там нет Палыча.

- Куда он делся? - удивленно поинтересовалась я.

- Как куда? Побежал советоваться с директором! Твоя идея ему очень понравилась!

- Гениальный творец Полина!

Я почувствовала, как мое лицо заливает краска.

- Если честно, это было первое, что пришло мне в голову, поскольку, кроме Марса в Солнечной системе нет планеты, пригодной для жизни, и я верю, что на Марсе может существовать жизнь.

- Ты соуправитель бога, тебе виднее, - сказала Сашка

Я засмеялась.

- А вы возьмете меня с собой? - с надеждой спросила я.

- Конечно, возьмем! Ты будешь устраивать нам ежедневные комик-шоу с развлекательной программой.

- Окей, - ответила я. Давайте так: первый день - мой бенефис, второй - дуэт Полинадя, третий - трио Полинадиана. Четвертый день отдыхаю, затем все сначала.

- Как хочешь, - сказали все. - Полная свобода действий. Ты же инициатор. Да, мы же еще забыли, что ты у нас Джордано Бруно, великий астроном.

- Только не палите меня на костре, если что не так, - с усмешкой сказал великий астроном. - Пойду скажу Надюшке, что мы летим!

Я отправилась за кулисы к Надюшке. У нее был очень возбужденный вид.

- Поля, ты в самом деле туда полетишь вместе с ними?

- Конечно! Я люблю приключения на свою задницу!

- Поля, но ведь это может быть очень опасно.

- Пустяки. Валентину Терешкову помнишь? И ништяк! А нас будет вон сколько! И совсем не страшно! Кстати, ты и Тиася тоже должны полететь, я уже договорилась про комик-шоу!

- Никуда я не полечу, - упрямо сказала Надюшка. - Папа с мамой меня никуда не пустят!

- Надюшка, но ты должна, так ведь нельзя, я же уже сказала им.

- Я всё слышала, - отвечает Надюшка. - Но не могу.

- Постарайся переубедить папу и маму. Даю тебе срок до понедельника. В противном случае я заставлю тебя жевать мой самый старый галстук, а он еще дедушкиных времен.

Надюшка поморщилась.

- А если будешь возражать, то добавлю еще пару старых полосатых носков, - продолжила я.

- Ну ладно, хорошо, - подумав, ответила она. - А можно взять папу с собой?

- Конечно можно! Даже нужно! Он же у тебя любит путешествовать! Только пусть не забудет фотик!

Надюшка просияла:

- Тогда я еду!

- А что же тогда делать с Тиаси?

- А её маме пофигу. Можно даже не спрашивать разрешения, - сказала Надюшка.

- Тогда давай украдём её! - предложила я.

Надюшка засмеялась.

- Давай в мешок посадим и завяжем, - радостно продолжала я.

- А то как же! - оживилась Надюшка.

- Это будет наша лучшая проделка! - заключила я, хитро взглянув на подружку.

- Ну что, пошли готовиться! Кстати, надо будет спросить, когда вылет намечается, - сказала Надюшка.

Я выглянула из шторы. Народ еще не думал расходиться. Все галдели, как стая пингвинов, обсуждая предстоящее приключение.

Но вдруг маленькая белая дверь открылась и в зал влетел запыхавшийся Палыч. Все тотчас же затихли, вытянувшись по стойке "смирно". Палыч отдышался, выпрямился и торжественно заявил:

- Директор принял мое предложение! Он сказал, что в связи с затянувшимся ремонтом у нас накопилось столько денежных средств, что мы вполне можем арендовать космический корабль в НАСА. Я сейчас же сообщу Светлане Олеговне, чтобы она позвонила туда и сделала заказ. Время не ждёт! Нужно же ещё пройти космическую подготовку и запасти провиант!

- Я слышала, в космосе еда бывает только в тюбиках, - задумчиво сказала Оля. - Может быть, это уменьшает её калорийность?

- Бывает еще в полиэтиленовых пакетах, - ответила я. - Но на калорийность это никак не влияет.

Оля слегка помрачнела.

Палыч молча отвернулся от нас и вышел за Светланой Олеговной.

Через десять минут он вернулся в её сопровождении.

Светлана Олеговна, сияя лучезарной улыбкой, поприветствовала нас.

- Ну что, дорогие мои, пора готовиться к межпланетному перелету, который занимает 70 суток, именно столько лететь с Земли до Марса по параболе. Температура поверхности колеблется от -60С ночью до -5С днём, но на экваторе в полдень достигает +30С, так что в скафандрах вы точно не замерзнете. Я уже договорилась с представительством НАСА, что космическая подготовка начнется через 3 недели.

- Боже мой, сколько же ещё ждать? - разочарованно вздохнула Фрося. - Мне не терпится попробовать свои силы!

- Это хорошо, - сказала я Надюшке на ушко. - У меня ещё будет время подкачать бицепсы.

Надюшка многозначительно кивнула.

- Следовательно, я буду ждать вас и Владимира Палыча 9 апреля во Флориде на космодроме, где нам представят заказной космический корабль и ознакомят с правилами проживания на борту. Не волнуйтесь, билеты на самолет я уже купила и раздам вам в понедельник, - бодро закончила Светлана Олеговна.

- А вы с нами полетите? - спросила Надя.

- Конечно, я буду направлять ваш разум в конструктивное русло, помогать в трудных ситуациях и отвечать на интересующие вас вопросы, а Полина мне в этом поможет, правда, Полин?

Я с радостью кивнула.

- Тогда отлично, - Светлана Олеговна бросила на нас торжественный взгляд и сказала:

- До свидания, дорогие мои! Увидимся 9 апреля на космодроме Кеннеди!

И она удалилась, напевая себе под нос:

- Подумать только, мои ученики полетят в космос! Это просто потрясающе!

Постояв ещё с полчаса, обсуждая предстоящие приключения, мы разошлись по домам.

Все с нетерпением ждали заветной даты, и особо продвинутые повесили на стену календарь и каждое утро, просыпаясь, отмечали, сколько дней осталось до 9 апреля.

В понедельник Светлана Олеговна собрала нас всех у себя в кабинете и сообщила:

Я заказала 30 мест, так что решайте, кто полетит, а кто нет. Желающие полететь могут записаться вот в эту тетрадь.

И она показала на лежащую на столе толстую тетрадку, больше похожую на журнал мореплавателя.

Все тут же вскочили со своих мест и столпились у стола.

- Меня запиши! - требовательно наставляла Оля Мишу.

- И меня! - кричала Маша.

- И нас с тобой, Поль, запиши! И Тиасюху! - восклицала Надюшка.

Я исполнила её требование.

После пятиминутной истерики, клока выдранных волос (слава богу, не моих), пары

отдавленных ног и укушенных пальцев, наш список был полностью готов.

Он выглядел вот так:

Оля

Миша

Поля

Надя

Папа Нади

Диана

Даша А.

Илья

Саша К.

Саша С.

Алеся

Катя

Виталик

Маша Г.

Даша К.

И 10 струнников из других классов

Потом Светлана Олеговна записала туда себя, Владимира Палыча и спросила, какие ещё есть пожелания насчет педагогов.

- Только давайте не будем брать Боровик, - сказала я. - А то она всю дорогу будет декламировать поэму про тектонические плиты.

- А Юлию Викторовичу с нами будет тесно, - сказала Светлана Олеговна.

- Екатерину Владимировну забыли! - ахнула Маша.

- Точно! - вовремя спохватилась Светлана Олеговна. - Так, у нас осталось два места. Давайте, думайте быстрее...

- Наталья Ивановна? - возбужденно выпалила Фрося.

- Она по пути рассмотрит все явления с диалектической точки зрения и предложит нам порассуждать на тему: а кого вы больше любите: Рахманинова или Скрябина, - откликнулась я.

- Тогда Елена Владимировна!

- Уже лучше, но она наверняка заставит нас изучить марсианскую идеологию и проанализировать её через призму адамизма?

- Инесса Евгеньевна?

- В точку! Она познакомит вас с марсианской политической системой, философией марсизма и спрогнозирует ситуацию на марсианском рынке труда, - не унималась я.

- Берём! - воскликнули все радостно, и Миша торжественно вписал в тетрадь её имя.

- Ну что, ребята, кого ещё возьмём? Последнее место осталось! Давайте думайте!

- Андрей Евгеньевич?

- Не поедет, сказал, занят очень, - ответила Светлана Олеговна.

- Марина Евгеньевна?

- Тухлый номер.

- Леонид Васильевич?

- Мало нам ещё физподготовки? - возмущенно откликнулись девочки.

- Елена Васильевна! - уверенно говорю я.

- Ей без своих скучно будет, - заверила меня Маша.

- Пускай едет Сергей Николаевич!

- Не надо, он шовинист, - вскинулась я.

- Дмитрий Леонидович!

- Ага, и вместе с Екатериной Владимировной будут нас учить английскому целый день: он утром, она вечером.

- Короче, мы в затруднении. Последнее место остаётся вакантным, - заключила Светлана Олеговна.

- Поль, а помнишь ту училку по мове, Ольгу Сергеевну, которая клинописью писала. Давай позовём её, уж больно она прикольная.

- Отличная идея! Слушайте, Светлана Олеговна, у нас есть отличный кандидат на вакантное место! Ольга Сергеевна! - завопила я.

- Прекрасно, - просияла Светлана Олеговна. - Ну что ж, посидели и хватит, пора расходиться.

И все в очень хорошем настроении покинули её кабинет. Мы с Надюшкой тоже собрались уйти, но Светлана Олеговна задержала нас у дверей и попросила встретиться с Ольгой Сергеевной, чтобы подробно рассказать ей про нашу миссию.

Вечером мы позвонили Ольге Сергеевне и договорились на завтра.

На следующий день мы с Надюшкой отправились в ресторан "Золотой гребешок" (в Маке слишком людно, чтобы вести задушевные беседы, не так ли?), уселись за столик и стали ждать нашу Ольгу Сергеевну.

Она опоздала на десять минут.

- Извините, девочки, застрял в пробке автобус, - виновато бросила она.

- Ничего, ничего, - уверили её мы. - Всё в порядке.

Запыхавшаяся училка села на стул с сумкой в руках.

- Ну давайте, рассказывайте, что у вас там, - сказала она, выискивая что-то в сумке.

Надюшка предоставила слово мне.

- Знаете ли, мы с оркестром Владимира Палыча собираемся лететь на Марс, так вот решили спросить у вас, как вам эта затея: поедете или не поедете? - начала я.

- Марс? Неужели? В самом деле? Вот это да! - явно обрадовалась училка.

- Вам нравится наше решение? - участливо поинтересовалась я.

- Нравится? Ещё бы! Я всю жизнь мечтала посетить Марс! Для меня это такое волнующее событие...

- Тогда отлично! Вы полетите вместе с нами в составе экипажа, ведь для вас уже забронировано место! - сообщила я.

- Для меня это единственная возможность... Вы не поверите, я столько лет думала об этом... Но мне казалось, что надежды нет...

- Вы о чём? - спросили мы с Надей.

- Видите ли, я хотела посетить место, где мои отец и мать встретились, - шепотом сказала она и продолжила: - Я с детства живу с бабушкой, и часто спрашивала её: а где мои родители, на что она отвечала: твой отец женился на марсианке, родилась ты, а потом спустя пять лет они погибли в космической экспедиции.

- Ваша мать - марсианка? - ахнули мы

- Да, и поначалу мне трудно было поверить в это, пока я не увидела её фотографию. Посмотрим, может у меня есть... - с этими словами она начала рыться в своей сумочке. Вот! - торжественно протянула она нам фотографию. Мы уставились на неё с изумлением, переходящим в восторг.

На снимке была изображена высокая, статная, красивая женщина с оливковой кожей, длинными иссиня-чёрными волосами, изящной фигурой, правда, глаза у ней были более вытянутые, чем у землян, с красными веками, кошачьим разрезом, длинными острыми ресницами. Цвет глаз был терракотовым. Да и таких длинных пальцев с острыми ногтями на Земле не бывает. Но в целом, это была очень привлекательная женщина.

Мы перевели взгляд на училку. Похоже, она унаследовала от своей матери только волосы, фигуру и цвет лица.

- Я всегда была жутко стеснительной, хотя никто не знал о моих родителях, а еще я ужасно переживала из-за своего почерка, он был какой-то странный...

- Похожий на клинопись? - осторожно спросила Надюшка.

- Да, да, а потом я узнала, что мама в детстве обучала меня марсианскому письму, а с семи лет бабушка меня сама переучивала нормальные буквы писать, но стиль остался, - закончила Ольга Сергеевна.

- Вот как? Значит вы знаете марсианские буквы? - спросила Надюшка.

- Да, ведь это с детства закладывается, - подтвердила училка.

- Вы нам будете очень полезны на Марсе, - заключила я.

- А когда мы летим? - заинтересовалась Ольга Сергеевна.

- 9 апреля мы должны быть в Вашингтоне, оттуда нас направят на остров Мерритт : там нас будут учить жизни и этикету в космосе, - отрапортовала я. - Вот ваш билет, - с этими словами я достала из сумки билетик и протянула его училке.

Она выглядела очень обрадованной.

- Спасибо большое, девочки! Я так счастлива!

Она посмотрела на свои часы:

- А сейчас мне пора идти. - До свидания и ещё раз большое спасибо!

Через минуту её и след простыл.

- Что будем делать? - спросила у меня Надюшка.

- Пошли отсюда, - сказала я, начав замечать заискивающие и услужливые взгляды официантов.

Выйдя из ресторана, мы поняли, что наше воображение зашло в тупик и решили разойтись по домам.

Прошло три недели. Я вообще не помню, как они прошли. Это была скучнейшая рутина, разбавленная ожиданием чуда. Это чудо ждало нас в космическом центре Кеннеди и называлось космический корабль.

Но не думайте, что мы уж совсем ничего не делали. Мы с Надюшкой, например, разработали и осуществили план похищения Тиаси.

Дело было так. Однажды я пригласила свою Наденьку домой на чашку чая.

Мы нежно поговорили по душам, и тут я вспомнила тот знаменательный день, когда мы выбрали своим пунктом назначения Марс.

- Помнишь, как я сказала тебе: "Давай украдём Тиаси"? - весело спросила я.

- Конечно помню! - обрадовалась Надюшка. - Вот это был номер!

- А теперь, если мы хотим, чтобы Диана летела вместе с нами и нежилась на борту корабля, нам нужно украсть её по-настоящему! - зловеще продолжила я. - Итак, слушай, Надежда. У меня есть план.

- Ух ты, здорово! Давай докладывай! - Надюшка затаила дыхание и приготовилась слушать.

- В общем, смотри: ты приглашаешь Диану на прогулку, а когда она приходит, начинаешь ей рассказывать про новый альбом Андре или что-нибудь в этом роде. Затем вы садитесь на скамеечку и ты угощаешь её пирожным, - я показала на симпатичное кремовое пирожное с вишенкой и продолжила: - В него впрыснуто снотворное. Доза лошадиная, достаточная, чтобы проспать два дня. Когда она отключится, звони мне, я приду и накрою её мешком. Потом мы вместе понесём её домой.

- Поль, стоп, а как мы её пронесём в аэропорт? Ведь там же таможня будет проверять...

- Я всё продумала! Мы скажем им, что это кукла Никки Минаж в полный рост!

- Точно! Только надо бы её загримировать под Минаж... - задумчиво сказала Надя.

Теперь наш план был полностью готов.

И вот на следующий день мы отправились на рынок за всем этим бабским добром.

Вернувшись оттуда с кучей нелепых шмоток, пушистым розовым париком, тенями для век и яркой помадой, мы разделись и сели на диванчик. Надюшке предстояло теперь позвонить и сагитировать Тиаси.

Надюшка набрала номер. Короткие гудки в трубке удостоверили её, что у Дианы занято.

Ну хорошо. Подождали двадцать минут. Снова моя Надя звонит Тиаси.

Занято

Еще двадцать минут

Занято

Терпение Надюшки надувалось, словно воздушный шарик. Не дожидаясь, пока оно лопнет, я взяла и позвонила Диане на мобильный.

Она тут же подняла трубку.

- Привет, Полина!

- Привет, Диана! Что делаешь?

- Маникюр! Хочу посмотреть, идёт ли мне красный лак с жёлтыми полосочками... А ещё, по-моему, мой серый свитер стал мне совсем мал, пора бы переходить на салаты...

На моем лице появилась саркастическая гримаса. "Держи себя в руках, - строго сказала я." Смех был бы сейчас совсем некстати.

- А почему у тебя всё время занят телефон? - спросила я совершенно серьёзно.

- О, да это моя мама! Моя деточка! Она сейчас пересказывает своей подруге тридцать три способа запечь курицу в фольге и спорит о том, нужно ли в готовый суп класть лавровый лист.

- Понятно, - устало сказала я. - Слушай, Диана, а ты не хотела бы пойти прогуляться?

- С кем? С тобой? - живо поинтересовалась она.

- Не только со мной, но ещё с Надей. Мы просто горим желанием! - пояснила я.

- В самом деле? - наполовину удивлённо, наполовину радостно прозвучал в трубке голос Дианы.

- Ещё как! - уверила я её. - Хочешь, дам ей трубочку? Дорогая, иди поговори с Дианой.

Я протянула трубку Надюшке.

- Привет, Тиася! Хочешь пойти со мной гулять? Я тебе покажу район, где Поля живёт, там очень красиво, клянусь говорящим хомяком!

- Ой как интересно! А как туда подъехать?

Надя назвала мой адрес.

- Прекрасно! Когда мы там встретимся? Я действительно горю желанием!

- Давай в шесть, - предложила счастливая Надюшка, подмигивая мне правым глазом.

- С удовольствием! Ладно, хорошо, но мне надо идти - мама просит меня придумать, что ещё можно положить в готовый суп. А ещё от всех кулинарных экспериментов у нас мясо закончилось. Пойду в магазин, а то придётся нам жить на бобах.

- Ну всё тогда, до встречи, - пискнула Надюшка и положила трубку.

Сработало! Теперь оставалось только дождаться вечера!

Вечером моя Надюшка, в новенькой кофточке и надушенная, вышла со мной на улицу и стала ждать Тиаси.

- Так вырядилась, будто на свидание собралась! - подтрунивала я над ней.

Надюшка в ответ только улыбалась белоснежной улыбкой и хлопала безупречно накрашенными ресницами.

Назначенная жертва прибыла почти в половину седьмого.

- Ой, какой тут красивый район! Прямо глаз не оторвать! - восхищалась Диана, оглядываясь по сторонам.

Я скромно ответила ей

- Ну, район как район. Это с непривычки тут Новгород кажется.

Я взяла Надю и Диану под мышки и мы пошли во двор.

Мы выбрали местечко поукромней и присели на скамеечку.

- А знаешь ли ты, что Андрюха новый альбом выпустил? - интригующим голосом спросила Надюшка.

- Нет... А ты уже его весь послушала? - с любопытством промолвила Диана.

- Даааа! - глазки Надюшки загорелись неподдельным восторгом.

- Вижу, что ты балдеешь, - заметила я. - Жаль, что мой кумир не поёт...

- Зато он играет! - сказала Надюшка. - И это тоже замечательно!

- Кажется, я потеряла конспект по социологии, - задумчиво сказала Диана, заглядывая в обширные недра своей сумочки.

- Тебе он больше не понадобится, - уверила её я. - Адамейко уезжает в миссионерскую поездку.

- Но я хочу, чтобы у меня все тетрадки были в порядке, - беспокойно сказала Диана. - А то в последнее время всё остальное так быстро теряется...

- Ну, не волнуйся, Диана. Это не так уже и важно. На-ка лучше съешь пирожное, - и я с видом соблазнителя предлагаю ей коробочку.

Тиаси с интересом исследует содержимое коробочки. Это небольшое аппетитное кремовое пирожное с вишенкой, дразнящей своей близостью.

Диана тянется пальцами к нему, берёт его в руки и откусывает кусочек...

Посасывая вишенку, она сообщает:

- Мммм! Очень вкусно! Язык проглотить можно!

Мы с Надюшкой терпеливо ждём, пока она прикончит пирожное.

Наконец Диана с ним справилась.

- Просто шедевр! - сказала Диана, чувствуя некоторую усталость. Ооо, эмм? Сколько сейчас времени?

- Без пяти семь, - равнодушно ответила я.

- Ого! Уже таааак поздно! Мммм... - Тиаси зевнула и посмотрела себе под ноги, вяло продолжая: - Ох... Давненько я не спала! Так спать хочется, аж не могу! Уже восемь часов без сна! Ужас!

Спокойной но... - не договорив, Тиаси положила голову на плечо и уснула.

- Тащи мешок! - тихо сказала мне Надюшка.

Я кинулась домой за вещмешком.

Затем я аккуратно погрузила в него Тиаси, заботясь о её одежде и причёске.

- Понесли! - приказала я Надюшке.

Дома мы положили её на диван и сняли с неё сапоги. Она спала крепко, как младенец и её лицо было весьма очаровательным.

- Итак, Надя, приступай, - сказала я. - Ты ж у нас главный спец по визажу.

- Спасибо, Поль! Сейчас я её обработаю! - жизнерадостно откликнулась Надюшка.

И она приступила к операции по преображению Тиаси.

Через десять минут перед нами лежала точная копия Никки Минаж.

-Ах вернисаж, ах вернисаж,

Какая чудная Минаж! - пропела я и захлопала в ладоши.

Надюшка была чрезвычайно довольна собой.

- Ну что, сейчас дело за малым! - весело подытожила я.

- Как пронести в самолет? - спросила Надя. - Ну что ж, придётся пихать Тиасюху в багажное отделение.

- Ты что? - вскинулась я. - В багаже сразу обнаруживают людей! Нужно взять её с собой в самолет и положить на багажную полку.

- Так и сделаем! Слушай, Поля, а она не проголодается, пока будет спать?

- Не волнуйся, это пирожное такое калорийное, что ей на сутки хватит, - подмигнула я Наде и добавила: - Только ты ей об этом не говори: она тебя убъет.

- Хорошо, - покладисто ответила мне Надюшка.

Теперь оставалось ждать завтрашнего вечера.

Сутки прошли незаметно за сборами сумок и чемоданов. Нашу спящую красавицу мы аккуратно уложили в её законный мешок и перевязали розовой верёвочкой. Моя фантазия подсказала мне приклеить на него бумажку, на которой было написано: "Nicki Minaj"s unique doll, full size. Made in Japan

Итак, наша малышка готова к отправке на космодром.

Однако мы столкнулись с небольшим затруднением: каким образом мы всё наше добро понесём?

Чемодан дорожный - 2 шт.

Сумка походная - 2 шт.

Диана обыкновенная - 1 шт.

А у нас всего четыре руки? Как быть?

Мы пошли к Андрею и Саше с просьбой помочь нам поднести Тиаси.

Андрей внимательно посмотрел на нас и спросил:

- А она не выпрыгнет из мешка?

- Ну конечно же нет! Она же спит! Мы её снотворным напоили!

Андрей недоверчиво покосился на мешок, потом на Сашу и они вместе выразили согласие.

Стройной процессией шли мы в аэропорт сегодня вечером.

Впереди гордо шагал Владимир Палыч с большим дорожным чемоданом.

Прямо за ним следовал Миша, катя сразу два чемодана (свой и Олин). На плече у него висела сумка. Оля шла рядом налегке, неся изящный белый ридикюль.

Следом, попыхтивая, тащили свои чемоданы Илья, Маша, Катя, Алеся и Сашок.

Дальше пресловутые десять струнников из списка, злые, как десять негритят. Они еле уговорили себя вылезти из уютного общежития после ужина. Те, кто не успели принять душ и поиграть в комп, были особенно злыми и вредными.

Стройной походкой шла Ольга Сергеевна, её глаза лучились радостью и счастьем. Она составляла разительный контраст с "негритятами".

Неподалёку от неё несла свои сумки Инесса Евгеньевна. Она всё пыталась вспомнить, взяла ли тетрадь учёта доходов и расходов, бригадный учебник по микроэкономической теории, а также статью Карганова "Об ошибочности использования в народнохозяйственном планировании экономико-математической модели Валерия Леонтьева и межотраслевых балансов "Затраты - Выпуск".

Две Даши и Виталик медленно и размеренно шли, обсуждая кто лучше: Караян или Мравинский. Их чемоданы были набиты нотами и партитурами, которые предназначались для всего оркестра. Загнутый угол первой страницы бетховенского квартетаторчал из заднего кармана и слабо трепетал от легкого весеннего ветра.

Бодро шагающий Надин папа нёс всю её поклажу. Он весь светился от радости: надо же, Надюшка пригласила его лететь в космос. Свой фотоаппарат папа не забыл, а ещё взял цветной принтер, чтобы мы могли делать афиши для комик-шоу.

Я шла рядом с прекраснейшей из Надюшек и сама несла свой багаж.

Замыкали нашу торжественную процессию Саша и Андрей с огромным мешком.

Мешок вел себя очень тихо, лишь изредка оттуда доносилось посапывание и постанывание.

Прохожие с застывшим любопытством на лицах провожали взглядом этих молодых людей. Некоторые предполагали, что там лежит моторная лодка, другие скептически качали головой и спорили с некоторыми, утверждая, что в мешок набит бейсбольными битами. И те и другие, разумеется, ошибались.

В мешке лежала новоиспечённая кукла Никки Минаж. Туда же мальчишки умудрились впихнуть и её бездонную сумочку.

На досмотре нам поверили. Мы с Надей попросили взять мешок ручной кладью в самолёт.

Забравшись туда и закинув Тиасюху на багажную полку, мы наконец вздохнули свободно. Пока летели, вечер плавно перешёл в ночь и сладкий сон окутал экипаж.

В пять утра мы были на аэродроме в Джексонвилле. Высадившись, мы увидели встречающую нас Светлану Олеговну.

- Здравствуйте, дорогие мои! Как самочувствие? Отлично? Сейчас за нами прибудут джипы с острова Мерритт, и заберёт на космодром. Приготовьтесь к отправлению.

Все сделали круглые глаза (Джипы с острова? Что за...), и я поспешно объяснила:

- Остров Мерритт на самом деле - не остров, а полуостров, статистически обособленная местность с насыпной дорогой Кроулервэй, построенной НАСА.

Мы спешно похватали наши чемоданы, стараясь не перепутать чужое добро со своим.

Эх, помню время когда в моде был красный цвет - и когда чемоданы ехали по транспортировочной ленте, люди, расталкивая друг друга, судорожно хватали их, смотрели на бирки и, не найдя там своей фамилии, отчаянно кричали: "Это не наш чемодан!". Чемодан бросали на полу, под ногами, и хозяин, чтобы найти его, вынужден был ползать на четвереньках...

В этот раз можно сказать, что нам повезло. Красных чемоданов было всего два - собственность Миши и Оли. Остальные были цветные или в полосочку, мой - в клеточку, были ещё белый - Ольги Сергеевны, и чёрный - чемодан Палыча.

Рёв мотора заглушил особенно жаркие споры - приехал первый джип.

Хозяин жестом предложил садиться. Внутрь забрались первые шесть человек. Их объёмистые чемоданы быстро исчезли в багажнике.

Мы с Надюшкой, её папой, Тиаси в мешке, Мишей и Олей сели во второй джип.

Дорога заняла полчаса.

С высокого холма открывался великолепный вид на стартовую площадку. Её занимал шикарный светло-серебристый космический корабль, вычищенный до блеска. На его гладком боку виднелась надпись "Odyssey". К нам незаметно подскочил какой-то русскоговорящий гид:

- Просто прелесть! Видите, как блестит! Вчера полировали, наверное, часов шесть, но результат того стоит! Видите турбины?

Мы посмотрели внимательнее и я констатировала: "Да, это газовые турбины. Статор турбины для газотурбинного двигателя, используемого на летательном аппарате, содержит стенку статора и кольцевую опору для истираемого элемента, предназначенного для контакта с лабиринтом герметизации. На стенке статора неподвижно закреплен ориентированный в направлении по течению потока газов инжектор высокого давления. Кольцевая опора размещена по потоку позади упомянутой стенки статора и неподвижно закреплена своим нижним в радиальном направлении концом на инжекторе воздуха высокого давления и неподвижно закреплена своим верхним в радиальном направлении концом на стенке статора. Закреплена так, что кольцевая опора, стенка статора и инжектор воздуха высокого давления совместно ограничивают полость, находящуюся под давлением."

Воздух наполнился шумными зевками.

- Пошли посмотрим поближе, а потом ещё порассуждаем, - сказал Андрей.

Быстрее всех на спуске оказалась Светлана Олеговна. Не успели мы оглянуться, как она оказалась на площадке и со скоростью, близкой к скорости звука, подбежала к дежурному оператору.

Через некоторое время и мы оказались там.

Светлана Олеговна разговаривала с оператором, который держал в руках большой лист бумаги. Заметив наши заинтересованные взгляды, она поспешно объяснила:

- Это план кабины космического корабля. Здесь вы увидите то, как расположены помещения и каюты и найдете свою фамилию, это облегчит расселение по каютам.

Если у кого-то есть вопросы или кого-то не устраивает расположение, сразу обращайтесь ко мне. Мы с оператором найдём человека, который сможет с вами поменяться.

Все одобрительно закивали головами и начали изучать карту.

Владимир Палыч нашёл свою фамилию в переднем отсеке, рядом с кают-компанией. Ему досталось одно из лучших мест на борту.

Миша и Оля расположились рядом с кухней, я, Надюшка и её папа - возле спортзала, ну а Тиаси досталось место напротив мастерской.

Имелась также на чертеже и "комната психологической разгрузки". Я для себя тут же решила, что это будет комната смеха.

Никто не выразил желания поменяться. Все были довольны.

- Ну, что ж, теперь нам надо осмотреть корабль изнутри, - сказала Светлана Олеговна.

Мы забрались туда и чуть не описались от счастья. Выглядел он почти как интерьер пентхауса - с той только разницей, что вместо встроенных шкафов по бокам шли двери кают. И еще не было пальм, камина и прочей земной утвари. Всё изящно, футуристично и космично.

Мы с Надиным папой аккуратно занесли на борт спящую Тиаси. На время положили в мою каюту, чтобы наблюдать за её поведением.

Итак, для спящей красавицы настал час пробудиться.

Я вынула из кармана брюк специально заготовленное перо и стала щекотать им ноздри Тиаси.

Потребовалась делать это почти минуту, прежде чем Диана открыла рот и громко, резко чихнула:

- Апчхи! - и открыла густо накрашенные глаза.

С полминуты она тупо смотрела на нас с Надей, видимо, не осознавая, что происходит. Затем она огляделась по сторонам и её глаза вылезли из орбит. Финальным аккордом для её терпения стал момент, когда она перевела взгляд на себя любимую. На её лице появился страх и вдруг она как завопит:

- Что вы со мной сделали? Это же просто безобразие, так изуродовать человека... Вы только посмотрите на эти шмотки... Какой кошмар! Какая безвкусица! В жизни бы такое не надела! Боже мой... - она схватилась за голову и отдёрнула руку, наткнувшись на пышный парик. - Что это? ЗАЧЕМ ВЫ НАПЯЛИЛИ НА МЕНЯ ЭТУ ГАДОСТЬ? ОТВЕЧАЙТЕ?

Мы с Надюшкой еле стояли, согнувшись пополам от неудержимого смеха. Вот она, настоящая шалость! Энди Ларкин и близнецы Уизли и рядом не стояли!

- Ну что вы молчите? Ответьте мне, почему я здесь? И что это за место? Кунсткамера или тюремная палата?

- Ни то и не другое, - ответила я, задыхаясь от смеха. - Это каюта космического корабля.

- Боже! - возопила Тиаси и её глаза стали круглыми, как помидоры. - Ну и выдумщики! Может вы меня ещё и в космос собираетесь отправить?

- Именно! - нагло ответила я и добавила: - Мы полетим на Марс покорять своим мастерством население.

- Оркестровым мастерством покорят струнники,

Ну а Поля покорит шутками. - добавила Надя.

- Не забывай, у меня есть ещё парочка настоящих леди-ассистенток, - сказала я. Мы вместе составляем могучее трио "Полинадиана".

- Это точно, - констатировала Надюшка.

- Ничего себе! - удивилась Диана. - Это ж надо было столько придумывать! Кстати, кто автор идеи?

- Я, - весело ответила я. - И у меня ушло на это чуть больше минуты.

- Офигеть, - сказала раскрасневшаяся от аффектов Диана.

Мы сидели молча, как вдруг раздался усиленный рупором голос Светланы Олеговны:

- Внимание! Всем срочно явиться на склад оборудования! Будет произведена примерка скафандров!

- О-о, - сказала Тиаси. - Пошли скорей, а то останутся немодные.

И мы встали и ушли из каюты.

На складе, куда мы спустились, вдоль стен стояли огромные стеллажи. На них были аккуратно разложена наша космическая амуниция.

- Хочешь оранжевый? - спросила я Надюшку.

- Дааааааа! - сказала Надюшка. - А это мой размер?

Я посмотрела на бирку: ну рост точно твой! А размер... Хм... Дай-ка я попробую натянуть его на тебя. Попробовали! Уххх! Налез! Надюшка, сияя от счастья, устремила взгляд на своё отражение в зеркале.

- Круть! - она была на седьмом небе от счастья.

- Ты такая красивая в этом скафандре, - сказала я, задумчиво глядя на этого маленького человечка.

- Спасибо, Поль! Ну что, давай теперь ты надевай! Хочешь зелёный?

- Давай! - обрадовалась я. - Подойдёт?

- Конечно! - ответила Надюшка. - Специально для великанов, таких как ты.

Меня распёрло от гомерического хохота.

- А ты - карлик! - поспешила напомнить я.

- Точно! Я совсем кроха! - подтвердила Надюшка. - Стоп... А где же Тиаси?

Я оглянулась в поисках нашей пропажи.

Диана чинно ходила между рядами. Вид у ней был такой, будто она что-то высматривала.Похоже, ассортимент продукции её не вполне устраивал.

- Диана! Что ты делаешь? - крикнула я ей.

- Пытаюсь найти гламурный розовый скафандр в горошек!

- Да брось ты! Не бывает таких! Возьми лучше жёлтый, если так хочется яркий!

- Но... Вы накрасили мне ногти розовым лаком! Как же я могу носить жёлтый скафандр? Это же полная безвкусица! Кошмар! Боже мой!

Я уверила её, что в скафандре её лак для ногтей никто не заметит.

- Сними-ка лучше парик, - посоветовала ей Надюшка. - Не видишь, люди оглядываются.

И правда, несколько любопытных устремили взгляды на пышное головное убранство Тиаси. Она беспокойно дёрнулась, сделая вид, что поправляет причёску и одним движением стащила с головы парик.

- Дашь поносить? - спросил, явно любопытствуя, Саша.

- С удовольствием, - безразлично ответила Диана, устремляясь к полке с жёлтым скафандром.

И Саша, довольный, убежал к Андрею, чтобы поиграть с ним в Минаж.

Через десять минут, когда все были экипированы, нам приказали построиться в шеренгу. Вперед вышли две фигуры: одна в чёрном, другая в серебристом скафандре. Все, вытянувшись по стойке смирно, замерли. Первой заговорила Светлана Олеговна (в серебристом):

- Дорогие третьекурсники! Я рада, что мы собрались здесь в полном составе. Слушайте меня внимательно, и вы вернетёсь обратно живыми и невредимыми. Ладно, шучу, шучу, - заметила она после того, как у "десяти негритят" задрожали коленки и свело челюсти. - Мы создали для вас относительно безопасные условия. Но всё же постарайтесь соблюдать правила безопасности, которые я сейчас вам объясню. Итак, первое: никогда и ни при каких обстоятельствах не снимайте герметичный скафандр.

- А как же в туалет? - робко спросила пара девочек.

- Потом объясню! - отрезала Светлана Олеговна и продолжила: - Сначала вы должны будете пройти испытания в барокамере на высотах, затем сесть на центрифугу, прыгнуть с парашютом, посидеть в термокамере и сурдокамере, прослушать специальный курс астрономии, физики и термодинамики и только потом вы сможете сходить в туалет. Ладно, ладно, я ведь не садистка, - добавила она, увидев, как вытянулись лица студентов.

Унитаз в космических туалетах - они предназначены как для мужчин, так и для женщин - выглядит в основном так же, как на Земле, но имеет ряд конструктивных особенностей. В нем предусмотрены специальные крепления для ног, чтобы не оторваться от сиденья. Само сиденье плотно подогнано по форме ягодиц астронавта.

На шаттле, кстати, можно мочиться стоя - как мужчинам, так и женщинам. Для этого разработана специальная воронка со шлангом, который подсоединяется к унитазу. При желании ею можно пользоваться и сидя.

Система канализации отделяет твердые отходы от жидких. Твердые прессуются, хранятся на борту шаттла, а после посадки выгружаются.

Жидкие отходы пока просто выбрасываются в открытый космос, но со временем в НАСА надеются найти способ перерабатывать их вторично.

- Спасибо за ценную информацию, - сказала я.

- Не за что, - улыбнулась Светлана Олеговна. - Однако, мы немного отвлеклись от темы. Я продолжу. Правило второе. Как вы уже знаете, на борту корабля мы будем находиться в состоянии невесомости. Поэтому будьте предельно внимательны и аккуратны в своих движениях. Следите за тем, чтобы ваши вещи не порхали по каюте, как стая тропических бабочек, - она посмотрела на экзотичную сумку Дианы и на ее бывший парик, торчащий из Сашиного кармана.

- Ни в коем случае не устраивайте потасовки! Если узнаю об этом, лишу пайка на день и отправлю в блок санобработки! Будете стирать и свое, и чужое белье.

- Правило третье: своевременно сообщайте мне о всяких чрезвычайных ситуациях и следите за обстановкой на корабле. Ответственной за космическую безопасность я назначаю вон ту девочку в зеленом скафандре. Полина, подойди-ка сюда.

Я вышла из шеренги вперед.

А для всепроникаемости контроля я добавляю вон ту девочку в оранжевом скафандре.

Надюшечка, сияя от счастья, подбежала к Светлане Олеговне.

- Я буду самой всепроникаемой! Даже лучше санстанции! Обещаю!

- Не всепроникаемой, а всепроникающей! - засмеялась я.

- Ну что, моя всепроникающая маленькая санстанция, готова служить космическому Отечеству?

Готова! - выдохнула Надюшка.

Прекрасно! А ты, мой неунывающий зеленый человечек, готова?

- Всегда готова! - ответила я.

- Что ж, замечательно! Теперь я хотела бы кое-что вам...

- Подождите, Светлана Олеговна, можно и я тоже буду следить за порядком в космосе... - робко вставила Тиаси.

- Ммм... Не уверена, что я могу это тебе поручить. За тобой и так глаз да глаз нужен. Кстати, знаешь, что самый крупный астероид главного пояса, принадлежащий к темному спектральному классу назван в твою честь?

- Нет, не знала, спасибо,- выпалила Диана. Так что вы там нам хотели показать? - явно любопытствуя, спросила она.

- Эммм... Вообщето я хотела показать вам нашу космическую кухню. Итак, спасибо, что выслушали меня.

Наша братия дружно захлопала.

Светлана Олеговна ухмыльнулась:

- Прямо как в детском саду: раз-два, встали, сели, похлопали! Все, идем на кухню, а потом у вас будет еще тихий час в сурдокамере. Подгузники в порядке? Тогда вперед! - энергично скомандовала наш инструктор.

Толпа "детсадовцев" с громким агуканьем пронеслась по коридору, словно стадо бизонов. Направляемая Светланой Олеговной, она устремилась на кухню.

- Вот здесь лежит наш провиант, - сказала педагог, указывая на пару обширных кухонных отсеков и огромный холодильник. Остальные запасы - в багажном отсеке и морозильных камерах. Я буду строго следить за количеством съедаемой продукции. Если кто-нибудь превысит суточную норму - будет голодать три дня. За порчу имущества и продуктов я сразу отправляю в открытый космос.

Студенты ахнули. Такая перспектива их сильно напугала.

Светлана Олеговна смерила их непроницаемым взглядом и открыла одну из эмалированных дверок холодильника

Перед нашими глазами предстала гора яблок в герметичных полиэтиленовых пакетах. Чуть левее точно также лежали бананы. Надюшка была в восторге от бананов.Еще там были апельсины, киви, виноград и разные ягоды. У особо впечатлительных студентов аж слюнки потекли. Они даже слегка подались вперед, но Светлана Олеговна вовремя захлопнула дверцу.

- А что на полках? - задал вопрос любопытный Саша.

- Там непортящиеся продукты- макароны, печенье, хлеб и другие мучные изделия.

- Но они же так высоко! - пискнула Надюшка. - Как же мы их достанем?

- Невесомость, подруга, невесомость, неужели ты не помнишь? - подсказала я, задирая голову, чтобы рассмотреть изящную геометрическую конструкцию, которая вмещала в себя наши запасы. Хай-тек, одним словом, с удовольствием заметила я.

## Глава 2


Великие испытания


Мы посмотрели друг на друга, собираясь что-то сказать, но замерли, услышав повелительный голос Светланы Олеговны

- Ну что? Посмотрели и хватит. Пора браться за работу. Вы, - сказала она, обращаясь к Саше, Мише, Оле и Маше, - испробуйте центрифугу. Вам, - добавила она, обращаясь к десяти негритятам, Ольге Сергеевне и Инессе Евгеньевне, - вам нужно сейчас идти в термокамеру. Остаются... так, а вы - обратилась она ко мне, Диане, Наде с папой, Саше-девочке, - пойдете прыгать с парашютом.

- Ни за что! - возмутилась Тиаси. - Знаете, как я прыгаю с парашютом?

Мы спросили ее:

- Ну и как?

- Никак, - ответила Тиаси, рассеянно глядя на нас.

- Да не переживай ты, мы сами не умеем, - вставила я.

- Ну ничего, мой папа вас научит, - назидательно сказала Надюшка.

- Ладненько, - согласились мы с Тиаси, глядя на часы. Было двадцать минут первого. Есть хотелось просто ужасно. Я убежала к себе в каюту обедать.

- Увидимся через час на испытательной вышке, - крикнул папа.

Закончив с трапезой, я отправилась на вершину одинокого маяка, откуда полагалось прыгать с парашютом. Из положенного часа прошло двадцать пять минут, когда я забралась на самый верх - высота примерно двадцатиэтажного дома. (Добиралась я десять-пятнадцать минут, это все вместе считая обед). Хм... Должна признать, что высоты я не боюсь, когда есть достаточная площадь, на которой можно расположиться одному. И когда есть уверенность в надежности конструкции. Здесь пространства хватило бы на трех-четырех человек, а значит площадь была даже больше, чем балкон гостиницы. Поэтому я спокойно села на пол, подложив газетку и достала планшет. Вид с высоты открывался захватывающий. Слева стоял наш корабль, кажущийся маленькой, белой, поникшей чайкой, блистая в неистовых лучах полуденного солнца. Вокруг него бегали две фигурки, больше похожие на муравьев - Владимир Палыч и Светлана Олеговна. Я сделала пару снимков и начала писать очередной рассказ (про нашествие клонов Тиаси). Так я провела полчаса своей бренной среднеспециальной студенческой жизни, пока не услышала мерные шаги в темпе анданте. Подняв голову, я увидела поднимающихся по лестнице Надю с папой, Диану и Сашу. Саша сделала готический макияж, наверное, решила, что если она сверзится с парашютом, то он подойдет к ее синякам. У нее был безрадостный вид, а коленки слегка колотились. Диана поднималась в специальных наглазниках - сам факт того, на какой она высоте внушал ей ужас. Папа Надюшки ее слегка поддерживал. Надюшка семенила за ним, держа бровки домиком, и имея натопыренные ушки, как у летучей мыши.

Я посмотрела на эту ржачную компашку и только собиралась открыть рот, чтобы прокомментировать их появление, как вдруг Надюшка сама закричала, увидев меня:

- Привет, пупусик! Смотри, кто к тебе пришел! Мы с папой, Испуганная Тиася и конечно,на закуску - Готическая Саша!

- Привет! Если вы намекаете на мою ненасытность, прошу вас разубедиться - я только что пообедала.

У Саши отлегло от сердца. Она вздохнула с облегчением.

- Надеюсь, что я невкусная, - пронеслось в ее голове. - А, черт... Эти духи... С ароматом винограда... - подумала она, заметив мое выражение лица.

- Надо освободиться от этих мыслей, - и она тряхнула головой

Я удивленно посмотрела на нее. Саша сделала вид, что поправляет прическу, слегка смутившись, она отвернулась. Взгляд ее упал на Тиаси, все еще стоящую в специальных наглазниках.

- Ты и прыгать в них собираешься? - сыронизировала Саша.

- Нет, сейчас я их сниму, - невозмутимо ответила Диана. - Они же мешать будут. Да к тому же, они мне жмут.

- Потому что у тебя слишком выразительные глаза, - не удержалась я.

Юмор действительно мощное оружие в моих устах.

Папа схватил Тиасю и Надюшку за шкирку, и стал трясти, чтобы они успокоились. Саша только произнесла свое "Ты меня поражаешь, Полина" и отвернулась с мечтательным выражением лица. Я сунула руки в карманы и только попыталась изобразить блаженство на своем лице, как меня тоже схватили за шкирку, надели на спину парашют и поставили в шеренгу. Рядом невинно захлопала глазами, словно пойманная бабочка крыльями, Саша. Надюшкин папа вышел вперед и повелительным тоном начал объяснять, кто мы и зачем сюда пришли (для Саши). Бедняжка с каждой минутой становилась все белее, под конец превратившись в законсервированную мумию. Она-то сюда подымалась только с целью осмотреть окрестности и полюбоваться полуденным солнцем ( для этой цели на готичной макушке покоились солнцезащитные очки). А оказывается, тут еще и прыгать заставляют...Саша сделала робкую попытку воспротивиться:

- Нет, Владимир Максимович , я не буду прыгать. Я боюсь упасть и умереть.

- Ты не упадешь. Главное, иди прыгать первой, если что, мы подхватим. - весело заявила я. И потом, даже если что-то случится, смерть будет тебе к лицу, с таким-то макияжем. Ты сама-то подумай, чего ее бояться? Это как идти по улице, трясясь от страха и глядя вверх, каждую секунду думая о том, что тебе на голову вот-вот свалится кирпич. Абсолютно глупая и бессмысленная затея. Жизнь она на то и нужна, чтобы заниматься тем, что тебе нравится, не думая о том, что тебя ждет в конце.

Саша робко кивнула головой. Не знаю, получилось ли у меня убедить ее в бессмысленности страха перед смертью, но посмотрев на Надюшку я тут же поняла, что уж на нее-то мои слова точно подействовали одобряюще.

- Ну что, Саша, ты готова? - после минуты молчания спросил папа.

- Я... хм... в общем... да, пожалуй, - выдавила Саша из себя.

- Тогда хорошо... - задумчиво промолвил папа, а после посмотрел на нас с Надей и спросил:

- А вы как, девочки, готовы?

- Да, пап! - крикнула Надюшка и начала маршировать туда-сюда, командуя самой себе:- Ать-два левой-правой, ать-два левой-правой, ать-два...

- Смирно! - папа прервал ее марш. - Замри и не шевелись, как стойкий оловянный солдатик. А ты, Поля, готова?

- Разумеется, - хладнокровно ответила я. - Когда начинаем?

- Подожди! Нужно снять с Тиаси эти жуткие наглазники! Она же ничего не видит! Ну ровным счетом ничего! - сказала Надя. В ее голосе прозвучало некоторое волнение.

А в это время Диана, услышав Надю, всплеснула руками и заявила:

- Ох уж эти проказники! Вечно что-нибудь да придумают! Давайте уже раскрывайте свои карты, я уже больше не могу, так мне эти очки давят!

- Вы ей не сказали, куда ее поведете? - изумленно спросила я.

- Сказать-то сказали, а вот показать не показали. Шибко она высоты боится. Говорит, полезу на эту верхотуру, только если не буду смотреть вниз, а после прыжка просила угостить чаем с шоколадом, дабы восстановить нервы.

- Нервные клетки не восстанавливаются, - отрапортовала Саша, которая теперь выглядела более уверенно, чем пару минут назад.

- Ничего, зато успокоится малость, - прибавил папа. - Ну что, Полина, давай, снимай с нее очки. Только понежнее...

Я подошла к Тиасе поближе и ловким движением иллюзиониста заставила ее очки прыгнуть ко мне в ладонь.

Оказавшись без них, Тиаси уставилась в пространство перед собой с открытым ртом. Ее взгляд внушал ужас.

- Боже мой! Это куда же вы меня затащили? На вышку?

- Именно! А ты что думала, что будешь из песочницы с парашютом прыгать? - саркастически отозвалась я.

- И как? Как я прыгну? Да я буду лететь отсюда как мешок с картошкой! - все так же с отчаянием возопила Тиаси. - А если парашют не раскроется?

- Тогда мы получим целое ведерко отборной картошки, - пискнула Надюшка.

- Какой ужас! - в который раз воскликнула Тиаси. - И как я после этого буду выглядеть?

- Как куча тряпья, - смеясь, ответила я.

- Ладно, ладно, давайте ближе к делу, - заговорил папа. А то мы тут уже двадцать минут стоим. Непорядок.

И он показал нам, за что надо дергать, чтобы раскрыть парашют.

Первой к краю платформы подошла, как и обещала, Саша. Сдерживая дрожь в коленях, она остановилась, покусывая плотно сжатые губы.

На старт... Внимание... Марш! - скомандовала Надюшка.

Саша, собравшись духом, ловко спрыгнула с вышки. Через пару секунд мы увидели, как за ее спиной раскрылся нежно-голубой парашют, похожий на огромный пододеяльник.

- Теперь ты, Поля. Готовься. На старт...

Услышав ее голос, я живо встала в позу.

- Внимание... - Надюшка была неумолима.

- Дай я хоть поцелую тебя напоследок. На счастье, - попросила я.

- Внимание... - ладно, хорошо, давай, - и Надюшка подставила мне щеку.

- Ну а теперь марш! - скомандовала кроха повелительным тоном.

Я ринулась вниз, моля о том, чтобы за спиной раскрылись спасительные крылья. Прошло мгновение, и это произошло! Нежные белые крылышки с длинными изящными перышками выросли у меня. Еще через секунду за моей спиной раскрылся предусмотренный парашют, и крылья оказались прижаты к телу. Я благополучно приземлилась, твердо став на ноги.

Через полминуты я увидела, как спускается на парашюте Надя.

- Поля, как это тебе удалось? Ты что, ангел, в самом деле? - сказала она, рассматривая мои крылья. Они застеснялись, залились краской и тут же исчезли.

- Меня мой бойфренд магии научил, - поспешила объяснить я, пока никого рядом не было. - И вообще, ты же знаешь, он обо мне заботится, оберегает в трудных ситуациях. Он самый лучший на свете.

- Понятно, - одобрительно кивнула Надя, осматривая меня с головы до ног. - Смотри-ка, а вот и Тиаси!

Парашют незадачливой Дианы сел прямо на дерево и зацепился за одну из ветвей. Девушка выбралась из-под надувного навеса и, завидев нас, стала размахивать руками и скандировать:

- ПО-ЖА-ЛУЙ-СТА! СНИ-МИ-ТЕ МЕНЯ ОТ СЮ ДА! ОЙ, КАЖЕТСЯ МНЕ НА ГОЛОВУ БЕЛКА СЕЛА! ОТСТАНЬ, ЖИВОТНОЕ! - и она сделала попытку отбиться от белки-прилипалы, которая настойчиво пыталась засунуть ей в ухо орех.

Белка как сидела на ее голове, так и осталась, словно заснула или тормоз по жизни. Мало того, эта наглая тварь опустила свой пушистый, похожий на щетку хвост на лицо Дианы и стала щекотать им в ее носу.

- Уйди! - крикнула Диана, и продолжила отбиваться от назойливой прилипалы. - Апчхи! Уй! Ааапчхи!

Тем временем мы с Надюшкой, стоя на земле, лихорадочно думали, как же нам спасти нашу бедную подружку.

- Я полезу на дерево, а вы с папой подстрахуете, - решительно сказала я, заметив, как приземляется последний парашют. У меня есть опыт в древолазании. Итак, операция "Снимите это немедленно" начинается!

- Ну-ну, - улыбнулась Надюшка.

Я подошла к дереву, ища сук, на который можно было взобраться. Мда, он находился достаточно высоко. Пришлось карабкаться по гладкому стволу под душераздирающие крики Дианы: - ПОМОГИТЕ! СПАСИТЕ! Наконец я добралась до той ветки, уцепилась за нее и подтянулась выше. Так я миновала еще четыре ветки, пока стон Дианы не стал отдаваться в моих ушах, как звон будильника. Повернув голову в направлении источника шума, я увидела нашу потерпевшую крушение с парашютом на соседней ветке слева. Съежившись в комок, она сидела на раскрытом полотнище парашюта, а ее бедную голову все еще терзала белка, которая, видимо, пыталась соорудить на ней гнездо.

- Держись, Диана, я иду! - крикнула я, аккуратно цепляясь за соседнюю ветку и протягивая вперед руку.

- О, Полина, привет! Как дела там, внизу? - полюбопытствовала Диана.

- Меньше слов! Хватай мою руку! - сказала я, заметив, как закачалась ветка под нашим общим весом.

Диана взяла меня за руку и мы осторожно начали спускаться вниз.

Миновав три ветки, я услышала, как сверху что-то громко хрустнуло, и через секунду меня ударила по голове та самая ветка, на которой мы сидели минуту назад. От неожиданности Диана взвизгнула, да так громко, что тормознутая белка кубарем скатилась с ее головы. Тем не менее, я не потеряла самообладание и доставила бедолагу на землю.

- Ну как, все в порядке? - спросил Надин папа.

- Все замечательно, не считая моей ушибленной головы и Дианиных волос, - ответила я, потирая макушку.

- Ты настоящий супергерой! - Надюшка, сияя от счастья, кинулась ко мне, обнимая.

- Пустяки, - спокойно сказала я. - Скажите мне, а где делась Саша?

- О, это хороший вопрос, - задумчиво ответила Надя. - Папа, иди поищи. Только возьми с собой Полю, она же у нас супергерой и первоклассный сыщик.

- Насчет сыщика я не уверена, ну ладно, пойду поищу, - с интересом заметила я.

Мы с папой, заручившись Надиной поддержкой, отправились на поиски Готической Александры.

И как вы думаете, где мы ее обнаружили? Она сидела на берегу мелкой речки, перебирая камушки.

- Что ты тут делаешь? - настороженно спросила я.

- Гадаю на камнях, - пробормотала Саша.

- А разве есть такое гадание?

- Я сама его придумала. Чтобы разнообразить свое бренное студенческое существование.

- Ты говоришь прямо как я, - заметила я. - Что ж, на Марсе у тебя будет больше простора для фантазии. Там и гладкие камни, и зубчатые, и маленькие, и огромные, есть даже похожие на людей и зверей. Стоп, ты что, собираешься набивать ими карманы? Может, ты еще их коллекционируешь?

- Вообще-то я коллекционирую мишек Тедди, только я их оставила дома, потому что они занимают собой целый автобус. Когда они линяют, в доме ступить некуда. Похоже на снегопад.

- Ты лучше свяжи из них свитер - хоть какая-то польза будет. Согреют тебя холодной минской зимой.Смотри не набирай много, а то корабль с места не сдвинется, - заметила я. - У нас и так продовольствия и людей завались! За малейшую провинность отправляют в открытый космос в свободное плавание!

Саша испуганно вытаращила свои и без того большие глазки. Затем она полезла в карманы и вытащив оттуда какой-то щебень, выбросила его в реку.

- Пошли с нами, а то мои подруги по тебе соскучились, - проворковала я. - У тебя еще будет время подумать о смысле жизни.

- Я уже успела подумать, пока готовилась прыгать с парашютом, - безразлично ответила Саша. - Теперь я, пожалуй, пойду, - и она поднялась с земли, собираясь идти, как вдруг я заметила плюшевое ушко, торчащее из ее кармана, - Стоп! - сказала я, внимательно глядя на нее, - А это что такое? Сама ведь говорила, что всех медведей дома оставила!

Саша смущенно ответила:

- Это мой последний и самый любимый, - она достала из кармана крошечного розового медвежонка и показала мне.

- Как его зовут? Жирафчика, например, Жеромом звали.

- Я зову его Джек-потрошитель

- Но почему?

- Потому что когда я ходила его покупать, он выпотрошил у меня последние карманные деньги. Но я все равно его люблю. Он женат на Розе.

- Что еще за Роза? - удивилась я.

- Это красная медведиха из Германии. Она долгое время была старой девой. Пришлось устроить ее личную жизнь.

- Ладно, давай уже пойдем. Наденька волнуется, поди.

Наконец мы вернулись обратно.

- Где вас носило, сыщики Шерлок Холмс и доктор Ватсон? - всплеснула руками Надюшка. - Совсем заждалась, бедная. Тиася вон вся извелась, все время повторяет, где Полина, где Полина?

- Нам пришлось слушать лекцию о медведях,- сказала я, указывая на Сашу.

- Знакомьтесь, Джек Потрошитель! - она весело представила нам последнего представителя своей коллекции.

- Ух какой маленький! - воскликнули Надя и Диана. - А зачем ты его взяла с собой?

- Это мой талисман.

- Пойдемте к Светлане Олеговне, вот уж точно кто заждался, - сказала я.

Мы нашли ее сидящей в джакузи.

- Ну как ваши прыжки с парашютом?, - томно спросила она.

Эмм... Да ничего, нормально, - ответил Надин папа. - А теперь что нам нужно сделать?

- Идите в барокамеру. Время строго ограничено - по двадцать минут на человека. Потом поделитесь ощущениями. А я пожалуй пойду посплю, - сказала, зевнув, наш инструктор.

Мы, не помня себя, только кинулись искать барокамеру, надеясь побыстрее пойти спать, как она крикнула нам вслед:

- После того, как посидите в барокамере, бегом в термокамеру - надо выжать из вас все соки... Миша, подойди ка сюда, подай мне полотенце, я вылезу... Ну как твои успехи на центрифуге? Устал малость?

Я оглянулась посмотреть на Мишу. У того был очень изможденный вид. Кажется, центрифуга оказала на него антитонизирующее воздействие.

- Ни в коем случае не забывайте про центрифугу, детки! - крикнула мне вслед Светлана Олеговна.

Отвернувшись, я ринулась вперед, чтобы не отстать от моей группы, которая бодрым шагом шла неизвестно куда.

- Вы хоть знаете, где эта барокамера находится? - крикнула я им.

- Сейчас спросим, - спокойно промолвила Диана, оглядываясь по сторонам. - Вот! - сказала она, уловив какое-то движение сбоку. Мы присмотрелись и обнаружили Сашу и Андрея, которые тащили чье-то обмякшее тело в синем скафандре. Услышав нас, они обернулись и остановились, поддерживая свою ношу.

- Вам что-нибудь подсказать? - любезно предложили они.

- Скажите нам, как пройти в барокамеру, чтобы мы не убили время зря, - попросила я.

- А что у вас тут произошло? - с некоторым волнением спросила Диана.

- Даше стало плохо, она потеряла сознание в барокамере

Тем временем, лежащая на носилках Даша приподняла голову, зашевелила бледными губами и попросила воды. Саша тут же включил клапан подачи воды в скафандр. Отпив из трубочки живительной влаги, девушка успокоилась и тихо сказала:

- Ох, не надо было мне есть столько ирисок!

- Ну конечно, я же предупреждал, что туда надо идти натощак... - назидательно сказал Саша.

Мы с сомнением пощупали наши плотные, хорошо пообедавшие животы.

- Если вы чувствуете, что сыты по горло, то нужно подождать хотя бы часик, - ввернул Андрей.

- Нет-нет, мы хотим сейчас! - настойчиво пискнула Надюшка. - Слово Светланы Олеговны для нас - закон! Так как попасть в барокамеру? - продолжила она.

- Идите по коридору прямо, затем налево. Вторая дверь справа. Да, вот еще что, - спохватился Саша, - Вам понадобятся полотенца.

- Это еще зачем? - с удивлением спросила я.

- Там сиденья слишком жесткие для вашего мягкого места, - ответил тот. - Хочу вас предупредить - не ерзайте, а то скафандром натрете.

Мы с некоторым волнением в лице переглянулись. Конечно, нам были дороги наши булочки.

Диана протянула нам разноцветные полотенца, которые передал ей Саша. Они были тотчас разобраны загребущими руками.

Итак, мы набрали в грудь побольше воздуха и отправились покорять барокамеру.

Шли по пустынному коридору недолго, а, завернув за угол, обнаружили справа две двери. На первой была желтая табличка: ''Блок санобработки". Оттуда донесся звук смываемой воды под аккомпанемент крутящегося барабана стиральной машины. Наша скромная компания, миновав первую дверь, подошла к второй, на которой крупными буквами, для ''слепых'' значилось " Декомпрессионная камера". За дверью была абсолютная тишина. Словно в подтверждение этому, чуть ниже под первой табличкой была еще и вторая: ''Соблюдайте тишину". Да уж, это предписание выполнялось просто образцово-показательно. Прямо не к чему было придраться.

Папа Надюшки постучал в дверь. Стук эхом откликнулся в стенах коридора, но никто не открыл. Кому было взяться в этой безмолвной тишине? Тогда папа дернул за ручку, и дверь бесшумно отворилась.

Мы с Надей первыми заглянули в большую, слабо освещенную комнату. Она оказалась почти пустой, за исключением белой кабины с надписью "Barocamera SC-2800", стеклянного столика и пары ''больничных'' тахт, стоявших у стены.

Я жестом пригласила оставшуюся компанию войти. Диана, робко пожав плечами, неслышно зашла в комнату. Вслед за ней двинулись Саша и Надин папа.

- Вау! Да тут можно танцы устраивать! Весь наш ансамбль поместится! - восторженно прошептала Надюшка.

- Танцы в барокамере? Ну ты даешь, сестренка! - покачав головой, ответила ей я. - Ты еще пригласи сюда Андре снимать новый клип. Мда, это что-то новое. Отличная идея, кстати. Надо предложить ему сняться в космосе.

- Смотрите, тут какая-то бумажка, - сказал папа, бросив взгляд на стол и забирая небольшую брошюрку. - Хм, да это у нас инструкция. А вот и пульт, - с этими словами он взял белый кнопочный пульт и что-то стал там высматривать. Вдруг его лицо приняло озадаченное выражение.

- Посмотрите, что это такое? - и он передал нам пульт.

Я с удивлением обнаружила, что ни на одной из кнопок нет никаких обозначений. Все чисто. Абсолютно.

- И как же им пользоваться? - пискнула Надюшка.

- У нас есть инструкция. Вот. Тааак... ''Барокамера SC-2800, включающая в себя термокамеру и машину погодных условий.'' Для того, чтобы она заработала, надо нажать кнопку в левом верхнем углу.

Он нажал эту кнопочку, и в кабине зажегся свет.

- А теперь проходите внутрь, девочки, - сказал папа, не отрываясь от чтения инструкции. - Только дверь за собой закройте. И полотенца не забывайте, - он протянул нам две пары полотенец.

Дверь отреагировала на мое прикосновение и открылась. Я пропустила вперед Сашу, Диану и Надюшку, а сама зашла последней. Закрывать дверь не пришлось - как только мы все оказались внутри, она захлопнулась сама.

В барокамере было достаточно уютно - пять кресел, правда, реально жестких, так что я, вспомнив наставления Саши, постелила под мягкое место полотенце. Другие, пощупав кресла, последовали моему примеру.

- Ну что, начинаем? - мы услышали папин голос.

- Да, пожалуй, - откликнулись Надя и Диана.

- Поехали! - крикнул папа и нажал на пульте какую-то кнопку. Свет в барокамере зажегся ярче, и мы сквозь свои скафандры почувствовали, что давление начинает меняться: оно становится все выше и выше, как будто мы опускаемся под воду. Но благодаря защите скафандра, это давление не может причинить нам вред.

Я взглянула на барометр. Давление достигло 30 атмосфер.

- Может, хватит уже? - запричитала Саша. - Мне башку уже сдавило. Ни туда, ни сюда не вертится.

- Сейчас уберу, - ответил папа и нажал другую кнопку. Давление, как нам показалось, снова упало до нормального уровня. Но теперь камеру почему-то стало трясти.

- Это что, режим для подготовки к землетрясениям? - спросила Надюшка.

Тряска была такой сильной, что мы аж подпрыгивали. Полотенца послетали с наших кресел. Я, усмотрев в этом развлечение, подпрыгивала выше всех.

- Чемпионат мира по легкой атлетике? - спросила Надюшка, глядя, как пара стройных ног взвивается в воздух.

- Раньше я думала, что тряска должна мешать высоко прыгать, а сейчас убедилась в обратном, - сказала я, не останавливаясь не на секунду.

- Ооо, если ты так в скафандре прыгаешь, то как же ты без него прыгаешь? - полюбопытствовала Саша.

- В полтора раза выше, - ответила я, останавливаясь, чтобы поправить штанину. - Стоп, а это что такое? - я увидела, как в центре камеры возникает вихрь. Тряска, по большей части, прекратилась, зато начался настоящий ураган. Кресла попадали, полотенца, похожие на перелетных птиц весной бешено закружились в воздухе,

- Лови! - крикнула я Диане, которая стояла рядом, ничего не понимая.

- Высоко... - горестно вздохнула она, делая безуспешные хватательные движения в направлении летящих полотенец.

Я затаилась, приготовилась и сделала охотничий выпад. Хоп! И полотенце у меня в руках. Мое родное, зеленое полотенце.

- И мне тоже поймай! - обрадовалась Диана.

- И мне! - запищала Надюшка.

Я поочередно схватила два полотенца, и протянула их своим обладательницам. Осталось только фиолетовое полотенце, которое продолжало парить в воздухе.

- А где Саша? - подумала я, оглядываясь по сторонам.

Я обнаружила ее в углу, лежащей на полу и прижавшей руки к голове.

- Там твое полотенце зажигает в воздухе, - сообщила я ей ценную информацию.

- Что? Пойду посмотрю... - Саша поднялась на ноги и подошла к Наде с Дианой.

- Поймай-ка мне его, а? - сказала Саша, мечтательно глядя на свое полотенце, пролетающее в этот момент над Дианой.

- Нетушки! - засмеялась я, взглянув на нее. - Я и так поймала три полотенца из четырех! Пора еще кому-то внести вклад в нашу победу. Давай, Саша! Поймай, если сможешь!

- Ну хорошо, ладно, попробую, - согласилась она, наблюдая за парящим полотенцем. Приготовившись, она сделала бросок, вполне достойный пантеры. К сожалению, она не заметила вставшей у нее на пути Дианы, и, мгновение спустя, обе с криком повалились на пол.

- Это она первая начала! - заявила Саша с обвинительной интонацией.

Я чувствовала, что еще немного, и начнутся бои нанайских девочек.

- Нет, она сама виновата! - воскликнула Диана, разглаживая складки на скафандре.

Бои без правил в скафандре - это нечто, согласитесь. Это даже надежнее боев в доспехах. И не менее зрелищно.

Поэтому я и не стала их разнимать, с наслаждением наблюдая, как Саша, подняв ногу, наносит первый удар. Диана его даже не почувствовала. Это все равно, если бы ее укусила пчела в скафандр. Она замахнулась рукой, целясь в грудь. Саша вовремя отпрянула назад.

- Если хотите, я вам коврик постелю, - беззаботно предложила я.

Ветер уже прекратился и Сашин коврик мирно покоился на полу. По всем законам физики.

Саша кивнула. Взяв полотенце(благо, в развернутом виде длина его достигала почти два метра), я положила его между стоящими Дианой и Сашей.

- Пожмите друг другу руки, тогда это будет по правилам, - с ухмылкой предложила я.

Диана, с лицом, преисполненным гордостью, пожала руку противницы.

- Ну что, приготовились? Начинаем! Первый раунд, упс, извините, что таблички под рукой нет.

Саша и Диана словно разьяренные тигрицы кинулись друг на друга и принялись мутузить почем зря. Закончился первый раунд тем, что Диана опрокинула Сашу на ковер небрежным движением рук. Победившая гордо вскинула кудлатую голову в скафандре, а побежденная робко пошевелила свободной от зажима ногой.

- Стоп! - сказала я, поднимая руку. - По местам! Второй раунд!

Саша поднялась и тут же встала в оборонительную позицию. А ее соперница начала было уже подкрадываться к ней и думать о том, как бы ее завалить, как вдруг, совершенно неожиданно, с потолка начал сыпаться снег. Девчонки машинально залюбовались этим погодным явлением. Но я, строго глядя на них, сквозь зубы процедила: '' Не отвлекайтесь". И ''борцы'' снова приняли исходную стойку.

Мы с Надюшкой с замиранием сердца следили за этим увлекательным поединком. Вот Саша, крадучись, словно пантера, обходит Диану сзади и целится ей в живот. Диана инстинктивно уворачивается и пинает ее в грудь.

- У меня уже руки замерзли! - жалуется Диана. - И скафандр от дыхания запотел!

- Давайте хоть второй раунд закончите, а потом отдохнете, - предложила я.

Оглянувшись на Надюшку, я обнаружила, что ее почти всю занесло снегом. Я тут же кинулась стряхивать липнущий к костюму снег. Моя подружка затрясла головой и дрожащим голосом произнесла:

- Пооля, каак холоднооо... Ззззз... Ууууу... Сколько там градусов?

Я оглянулась, чтобы проверить термометр. Мда... Он показывал... -273 градуса. Абсолютный нуль. Температура открытого космического пространства. Ха, не думала, что папина фантазия зайдет так далеко. Просто удивительно, как скафандр может такое выдерживать.

- Поооляяя, погрей меня, - услышала я шепот Надюшки.

Я схватила ее и прижала к себе. Заметив, что ей стало получше, я оглянулась посмотреть, как дела у Саши и Дианы. И что же я увидела? Две неподвижные ледяные скульптуры, как в петербургском музее.

- О боже! - ужаснулась я. - У них же будет обморожение! Кричи папе, чтобы сделал потеплее!

- Папа! Пап! Срочно включи подогрев! - Надя заметалась по камере, стараясь привлечь его внимание.

- Кнопка не работает! - крикнул папа. - Кажется, пульт закоротило! Попробую другую!

Через минуту в камере слегка потеплело - примерно до - 180, и нам стало значительно веселее. Саша даже предложила поиграть в жмурки. Водить выпало Наде. Закрыв глаза, она начала аккуратно пробираться между кресел, стараясь кого-нибудь изловить ( но, естественно, не повесить, а помиловать и отпустить).

Саша, Диана и я затаили дыхание, притаившись где попало. Наблюдая за крадущейся Надюшкой, я услышала странный шум, похожий на вой ветра. И тут в середине камеры возникла какая-то вращающаяся воронка, которая все увеличивалась в размерах прямо у меня на глазах. Я крикнула Наде: - Открой глаза! Беги оттуда, пока она не превратилась в песчаную бурю! Сильный порыв ветра отбросил мою подругу в сторону. Она поднялась и подбежала к нам.

- Это, что ли, еще одно испытание нам от папы?

- Да, это за то, что ты плохо кушаешь, - подмигнула я ей. - Шучу, конечно, это входит в подготовительную программу. Знаешь, какие бывают бури на Марсе? Особенно зимой? Это тебе не Грэцыя.

- Мамочки! Вот это вихрь! - воскликнула Диана, глядя на проносящуюся мимо тучу из песка.

- Это что! По сравнению с марсианской бурей это морской бриз! - со знанием дела ответила я. - Не волнуйтесь, скафандры защитят ваши глаза, нос, уши и улыбку в тридцать два зуба от любого неорганического или органического вещества. Улыбайтесь на здоровье!

Девочки дружно сделали улыбки аля-Джулия Робертс.

Спустя пару минут песчаный вихрь сменился моросящим дождиком. Температура поднялась уже до - 50 С. ( При высоком давлении вода не замерзает). Снежные завалы почти растаяли, а дождь все усиливался и крепчал, пока не превратился в настоящий ливень.Струи воды текли по нашим шлемам.

- Хорошо иметь скафандр - ни дождевик, ни зонтик не надо! - радостно заметила Надюшка.

- Ты что, и по улицам собираешься в нем ходить? - с недоумением спросила я.

- О, кстати, интересная идея! - Диана задумалась. - Представь, я иду по улице в стильном желтом скафандре с розовым пояском, словно...

- Словно пациент палаты номер шесть, - строго заметила я. - Серьезно, если вы с ней так вырядитесь, подумают, что вы сбежали из дома для душевнобольных. Я бы порекомендовала не рисковать.

- Ты права, - согласилась Надя.

Диана, поколебавшись, заметила:

- Люди ничего не понимают! Это же богемный шик! Ну кто еще может себе позволить носить дорогой скафандр? Какие блестки, какой поясок... Это даже Минаж не снилось...

- Извини, Диана, но для 2013-го это не богемный шик. Мода на скафандры, возможно, придет попозже, в году этак 2030-м. Сейчас их никто не носит, даже элита, - уверила ее я.

- Ну ладно, - вздохнула Диана. - Придется обходиться моим фирменным зонтиком в горошек. - Эх...

Тем временем на полу образовалась большая лужа. А дождь все лил и лил...

- Папа, выключи пожалуйста дождь! Он нам уже надоел! - крикнула Надюшка.

- Не получается! - ответил папа. - Пульт не работает! Что-то не так! Выходите из камеры!

- Слышали? - Надюшка махнула нам рукой, - Вон из камеры!

Собрав силы, мы бросились к двери.

- Где эта кнопка? Которая выпускает? - завопила Саша.

- В правом верхнем углу! - подсказал папа.

Саша судорожно надавила на нее пальцем, и створки дверей раскрылись.

- Скорее! - выдохнула я, заметив, как пол под ногами начинает трескаться.

И мы пулей вылетели из злополучной ''тюрьмы''. Дверь камеры захлопнулась, раздался скрежет и кабину заволокло густым сизым дымом. Испуганные, мы столпились в углу, лишь бы подальше от нее, и вдруг мое сердце екнуло: сработала сигнализация. Ее противный вой отдавался в наших ушах, как сирена пожарной машины.

- Стойте смирно! - приказал папа. - Главное - спокойствие!

- Это еще хуже, чем прыжки с парашютом! - мрачно заявила Саша.

- Кошмар! Нам влетит, - с тревогой заметила Надюшка.

- Мы то-тут причем?. Это какая-то техническая неисправность, - рассудительно сказала я. - Гост-то в каком году проходили? Небось, в девяностые.

- А если бабахнет? - испугалась Надюшка.

- Не волнуйся, это герметичная конструкция, - поспешила заверить ее я.- Она полностью изолирована от воздушного проникновения.

Сигнализация продолжала трещать аки гигантский пожарный извещатель, хотя снаружи никакого огня и дыма не наблюдалось. Тут только до меня дошло, что она была встроена в барокамеру, а не висела снаружи.

Скоро послышался топот чьих-то ног . Мы замерли от ужаса.

- Кто-то идет сюда! Нам точно влетит! - запаниковала Надюшка, прижавшаяся так плотно к стене, как будто хотела просочиться через нее.

- Все равно мы никуда не денемся, - с горечью констатировала Диана. - Что есть, то есть.

- От судьбы не уйдешь, - продолжила ее мысль Саша.

- Но ведь человек способен бороться с судьбой, - добавила я. - И побеждать.

Я всегда придерживалась этой точки зрения, так любимой Бетховеном.

Дверь резко отворилась, и в комнату ворвалась Светлана Олеговна, разъяренная, как стая фурий.

- Что вы наделали? Что здесь происходит? - Тут она заметила дымящуюся камеру и ее глаза, и без того выразительные, окончательно вылезли из орбит.

- Вы подожгли барокамеру! Ах вы, негодяи, двоечники, тунеядцы, алкоголики...

- И дебилканоиды, - весело добавила я.

- Но как? Как вы это сделали?

Папа выступил вперед:

- Это сделал я. Прочитал тут инструкцию, кнопки понажимал, ну и вот...

- Да вы что, Владимир Максимович? Где там в инструкции написано, как камеру поджигать?

- Нигде, - папа немного сконфузился. - Я вроде все правильно делал. И вот результат, - он горестно вздохнул.

- Хммм... - Светлана Олеговна взяла себя в руки. Тут ей пришла в голову какая-то догадка. - Дайте мне пульт, я посмотрю.

Папа протянул ей пульт со страдальческим видом.

Светлана Олеговна взглянула на пульт и ее лицо исказила гримаса удивления. Кажется, ее осенило.

- Боже мой! Да это же мой пульт! От кухонной микроволновки! Как он попал сюда? Неудивительно, что барокамеру закоротило! Вы еще легко отделались, Владимир Максимович. И вы тоже, - обратилась она к нам. - Вполне могли поджариться, как курочки гриль.

- Уффф... - Диана вздохнула с явным облегчением. Опасность миновала.

- Теперь надо звать ремонтников...с огнетушителями... Черти что... А я то думала, куда мой пульт девался... Наверное, мальчишки нерадивые занесли, когда за носилками для Даши ходили. Уж я им взбучку устрою! А потом заставлю два часа в центрифуге просидеть. Все поотваливается!

- Не надо так! - запричитала я. - И так мужиков мало нормальных осталось! Их беречь надо!

- Ладно, ладно, я преувеличила, - выдохнула Светлана Олеговна. - А сейчас выйдите, я пойду, позову ремонтников.

Мы вышли и с явным чувством облегчения побрели по коридору.

Через три часа каждому из нас в каюту принесли по записке, которая гласила:

''Барокамера работает. Все в порядке. Через час - испытание в центрифуге. Не волнуйтесь, время строго ограничено - будете сидеть 20 минут. Ваши драгоценные полушария не пострадают. Подпись: Св.Олеговна и Вл.Палыч."

- Ну все, - подумали мы. - Возмездия не избежать.

Чтобы скоротать время, я достала из чемодана шахматы и принялась расставлять их. Надя и Диана внимательно следили за каждым моим движением. Закончив, я торжествующе посмотрела на них и спросила:

- Ну кто хочет получить поражение первым?

- Я! Я хочу! - пискнула Надюшка.

- Садись. Посмотрим, как ты играешь. Вдруг ты еще у меня выиграешь.

- Ну-ну, - с опаской ответила она.

Прошло двадцать минут. На диване выросла гора из фигур, увенчанная ферзем. В числе изгнанных и отверженных были также пять пешек, два коня и слон. Надюшка оплакивала их, как погибших героев. С другой стороны стояла моя ладья, парочка пешек и падший конь ( который, естественно, собирался мстить в лице своего брата). У Надюшки игра не клеилась. Она безуспешно пыталась оказать сопротивление моему напористому коню и жестокому черному ферзю.

Дамоклов меч навис над ее королем. Тот сидел, сложа руки и ждал, когда на него обрушится гнев божий. Его пешки, его верные слуги, за которыми он был, как за каменной стеной, покидали его. Лишь только слон остался ему верен, да две ладьи, украшавшие дворец.

Вдруг рядом с жалкой фигурой короля вырос ферзь-палач, готовящийся нанести решающий удар. С другой стороны ждал своего часа мой мстительный конь. Сделав робкий шаг в сторону, горемычный царь приготовился уже расстаться с короной как вдруг...

- Тревога! Тревога! Кто то напал на нашу базу! -истошно заорали динамики голосом Светланы Олеговны.

Средь бела дня? Напали? Очень странно, - подумала я.

- Всем немедленно явиться в грузовой отсек! - динамики продолжали истошно трещать.

- Да что же случилось? - с явным недоумением спросила Надя.

- Пошли, там расскажут, - я схватила двоих подружек и вывела из каюты. Вид у них был очень озабоченный.

Не спеша, мы добрались до пресловутого грузового отсека. Там нас поджидали Палыч, Миша, Оля и "десять негритят". Но наша учительница физики пропала, как сила тяжести в условиях невесомости.

- Где она сама? - полюбопытствовала Диана.

- Ищет злодея, - спокойно пояснил Палыч.

- Она сказала всем подождать здесь, - добавил Миша.

- И как же она с ним справится, если поймает? - заинтересовалась Надюшка.

- Поверь, ты слишком мало знаешь о Светлане Олеговне, - ответил Миша на ее вопрос.

- Ну ладно, ладно, хорошо, - согласилась Надюшка. - Допустим, она для меня как Нью-йорк для чукчи.

- Не забивай себе голову, чукча,- весело сказала я.

Через минуту мы услышали пронзительный крик. Перепуганные, выскочили из корабля и затаили дыхание.

Пританцовывая, приближалась Светлана Олеговна. Впрочем, если это и можно было назвать танцем, то уж очень яростным. Она размахивала руками, как штандартом, словно от кого-то отбиваясь. Присмотревшись внимательнее, я обнаружила, что на левой руке у нее висит... серая белка. До боли знакомая...

Точно! Та самая белка, которая доставала на дереве Диану! Ну и наглая тварь!

- Да отцепись же ты от меня! - рычала Светлана Олеговна, тряся рукой и пытаясь скинуть животное.

Но животное так просто не сдавалось. Стиснув зубы, оно таки продолжало висеть.

- Отстань, кому говорю! Владимир Палыч, принесите транквилизатор! Она, видимо, бешеная! Придется усыпить! Ой, кусается! Хорошо, что я в скафандре, а то мало ли...Идите в аптечку, третий ящичек снизу.

Палыч проворно исчез в двери космического корабля.

- Так вот кто у нас ворует! - торжествующе пропела учительница, продолжая держать на весу шкодливую белку. - Ну ничего, сейчас ты у нас попляшешь...

Белка таращила наглые глаза и шевелила ушами-кисточками. Похоже, она была не из робкого десятка. Либо настолько глупа, что не понимала, что сейчас произойдет.

Вернулся Палыч-"палач", принес усыпляющий шприц и прицелился ей в пятую точку.

- Хвост мешает! - констатировал он. - Кто-нибудь, заставьте ее поднять хвост!

- Пощекочите её!, - крикнула я.

- Где? В области хвоста?

- Это уже не важно. Где сами хотите, - покатываясь со смеху сказала я.

Палыч подумал и решил пощекотать ей животик.

Белка издала странный трескучий звук, похожий на смех. Тут ее хвост взлетел в воздух, а Палыч, не теряя времени даром, всадил в нее успокоительное.

Белка защелкала зубами, глаза стали крутиться все медленнее и медленнее, а затем, положив морду на ладонь Светланы Олеговны, она заснула.

- Отнесите ее куда-нибудь подальше и закопайте в землю, пусть она там покоится. Только не забудьте перед этим вычислить ее эмже... силу тяжести.

Мы переглянулись. Мертвая белка перекочевала в руки Надюшки. Та немного с опаской поглядела на зверюгу.

- Мне показалось или у нее задняя лапа шевелится? - испуганно сообщила она.

- Да не, она сдохла, - сказал Андрей, внимательно осмотрев наглую тварь.

- Зачем вы убили ее? - послышался жалобный голос Дианы.

- Она же бешеная, - раздраженно ответила Светлана Олеговна. - Не мы бы заразились, так кто-нибудь другой. Идите закапывайте, не теряйте время,- обратилась она к нам с Надюшкой. - Только скафандры снимите, лишнее сопротивление воздуха вам ни к чему.

Задумчиво шли мы по узкой тропинке, окруженной молодыми зеленеющими кустиками шиповника.

'' Белка покоится на глубине 50 сантиметров. Масса белки - 700 граммов. Какова ее сила тяжести?''

- 7 ньютонов, - отвечала Надюшка, пробираясь со мной все дальше в лес.

- Где мы ее похороним? - спросила я. - Под кустиком как-то несолидно. Не птичка, все-таки.

- Тогда давай найдем самое высокое и толстое дерево в этом лесу! - радостно предложила моя закадычная подружка.

- Слишком большая честь для нее, - ответила я и рассмеялась. - Была бы она жива, посадила бы ее в тюрягу за воровство, а так... даже и не знаю, что придумать... О, смотри! Тут какие-то следы на дорожке и очень похожи на беличьи! Давай пройдемся и глянем, вдруг удастся обнаружить ее логово!

- Отличная мысль, - согласилась Надюшка и последовала за мной, держа хвост крючком.

Я уверенно шла в восточном направлении, ориентируясь на впечатаные в песок грязные следы лапок. Выйдя на опушку, я с горечью обнаружила, что след прервался. Надюшка тоже забеспокоилась.

- Ну ничего. Главное - не падай пятачком, - напомнила я ей.

Мы стали кружить, отыскивая продолжение следа. Вдруг взгляд Нади упал на отпечатки волчьих лап.

- Да тут и волки водятся! Мамочки! - упавшим голосом пробормотала она.

- Волков бояться - в лес не ходить, - уверенно сообщила я. - А если трусишь, ступай домой к мамочке.

- Я не трус, но я э... немного боюсь.

- Все нормально, - успокоила я ее и мы побрели дальше, пробираясь через кустарники.

Некоторое время спустя мы вновь наткнулись на беличий след, правда он был не таким отчетливым, как раньше и перемежался со следами каких-то птиц.

- Урра! Теперь мы его найдем! - завопила Надюшка.

- Тише! Не ори в лесу! - предостерегающе шепнула я ей.

Но было уже поздно.

Через полянку к нам приближался огромный медведь. Настроение у него было, можно сказать, эпикурейское - еще бы, столько ягодников попалось ему на пути. Но даже в таком состоянии он мог быть опасным. Особенно, если это не медведь, а медведица. С медвежатами... Она-то свой выводок охраняет от людей.

Мы спрятались за дерево от греха подальше - а вдруг мы ему понравимся и он или она захочет нас попробовать.

Медведь вальяжно ходил по поляне в поисках липовых колод. Я вздохнула с облегчением: медвежат за ним не водилось. Значит, все-таки, мужик.

Подождав еще, пока он не скрылся из виду, мы осторожно вышли из-за дерева и снова пустились вперед по беличьему следу.

Вечерело. Серые тучи заслоняли неуклонно приближавшееся к закату солнце, время от времени расступаясь и открывая сияющий красноватый диск.

- Надо торопиться! - сказала Надюшка. - Там, без нас, наверное, волнуются!

- Хорошо, что у меня с собой планшет, - заметила я. - Так будет проще вернуться обратно.

Скоро дорога, по которой мы шли, резко поменяла направление и мы вышли к группе сосен, стоявших особняком среди многочисленных елей и кустарников

- Надя, смотри! Что за хрень? - с явным недоумением воскликнула я.

Мое внимание привлекла крайняя сосна, которая заметно выделялась среди прочих. Вся она была увешана всевозможными плакатами, лентами, шторами и прочими блестящими и яркими безделушками. Особенно выделялись плакаты Майкла Джексона и Мерилин Монро, реклама Кока-колы. Была тут и Бритни, и Гага, и Кэти Перри и еще куча маленьких картинок американских поп-звезд. А на верхушке этой пестрой рекламной кучи красовался ни много ни мало... американский флаг!

- Боже... - только и смогла вымолвить Надюшка. - Где она столько всего взяла?

- Наверное, понатаскала у людей из окон ночью, - я задумчиво глянула на белую комбинацию Гаги, затем на безносый профиль Джексона и американский флаг. - А эту тряпицу свистнула с крыши банка или торгового департамента. Кстати, надо бы глянуть, что она у нас себе прикарманила.

- Полезешь? - поинтересовалась Надюшка.

Я окинула взглядом казавшуюся неприступной сосну. В ней было больше десяти метров.

- Что ж, можно попробовать. Только подстрахуй меня, - и с этими словами начала карабкаться по шершавому стволу. Надюшка внимательно следила за мной снизу.

- Только осторожней, Поля! А то, если что, я тебя не смогу поймать! Ты для меня слишком тяжелая!

- Держи! - добравшись до первого большого плаката, я бросила его вниз. - Будешь ловить меня на него.

Это было трехметровое полотно, на котором сияло белоснежной улыбкой лицо Барака Обамы. Оно приземлилось прямо на Надюшку, и, выпутавшись из его складок, она гневно завопила:

- Эй! Смотри куда бросаешь!

- Извини, ветер дул не в ту сторону, - поспешила оправдаться я.

Но как же это ничтожное по размеру создание смогло унести такое здоровенное полотно? Ясное дело, здесь не обошлось без помощников.

Чем выше я поднималась, тем очевиднее становился тот факт, что на дереве жила целая коммуна белок. Как в общаге. То тут, то там в дупле находились небольшие складики, а на ветках висели пестрые гирлянды из тряпок (очевидно, наглые белки не гнушались красть даже белье с веревки).

Неожиданно мое внимание привлекло особенно большое дупло. Настолько большое, что можно было беспрепятственно засунуть голову и высунуть, не боясь остаться без головы. Заглянув туда я обнаружила десяток яблок, два десятка шоколадок, пять пачек с макаронами, девять серебряных ложек и ... парик Никки Минаж. Зачем он понадобился белке? Тут я высунула голову из дупла, заметив очередное пестрое полотно. Неужели? Да, так и есть - на плакате была изображена госпожа Минаж. Судя по всему, белка являлась ее ярой фанаткой.

- Надя, приготовься, я бросаю! - крикнула я вниз.

- Давай! Только не пришиби! - послышался с земли Надюшкин голос.

Легким движением руки я сбросила на землю яблоки, а затем и шоколад. Надюшка поймала их на плакат.

- Есть! - воскликнула она. - Давай еще!

Пришел черед парика и ложек. Все так же легко и непринужденно я выбросила с дерева блестящие ложечки, а затем в свободный полет отправился и пушистый парик.

- Что там еще? - закричала Надюшка.

- Макароны, - ответила ей я.

- Кидай!

Пять пачек макарон гулко шлепнулись на разложенное на земле полотно.

Зацепившись руками за соседнюю ветку, я обомлела : в полуметре от моего носа раскачивался наш бортовой чайник. А на толстой ветке слева аккуратно была сложена стопка до боли знакомых полотенец. Да-да, тех самых, с которыми мы ходили в барокамеру и чего только там не делали:-) Ветка справа тоже не хотела сдавать позиции: она вся была в туалетной бумаге и запачкана помидорами. Я покачала головой. Да, белки ''оторвались'' на все сто.

Ветер донес до меня крик Надюшки:

- Ну, что там, Поль?

- Ты не поверишь! - заорала я. - Там наши полотенца, бумага, чайник, и... о ужас, свежее белье!

На соседней ветке мило раскачивались чьи-то трусики.

- Да ты что? - выпалила Надюшка. - Это же просто капец-мапец! Снимай их оттуда быстрее!

- Сейчас,- откликнулась я, отцепляя трусики и кидая их вниз попарно. Когда последняя пара трусов скрылась из глаз, за ними отправились и полотенца.

- Что делать с чайником? - крикнула я. - Кидать страшно, вдруг побьется.

- Клади в сумку! - ответила Надюшка.

- Ладно... Место есть! Ну все, слезаю! Пожелай мне удачи! - и я стала аккуратно спускаться вниз.

Одна ветка, две, три, четыре...

- Бум! - рядом со мной с грохотом пролетел черно-золотой поднос. Я вздрогнула от неожиданности, но не потеряла самообладание. Как же полезны в этой опасной и непредсказуемой жизни уроки по специальности! Потолок обваливается - а ты все равно продолжаешь играть. Так и тут.

- Хрясь! - обломилась сухая ветка и вниз шмякнулось ведро, полное яиц.

- Ааа! - заорала Надюшка. - Воздушная атака! - и бросилась наутек.

- Прямо как в Энгри бердс, - заметила я, как ни в чем не бывало продолжая спускаться.

- Тыдыщ! - с оглушительным стуком ударились о землю футбольный мяч и теннисные ракетки.

- Здесь есть любители тенниса? - парировала я.

- А мяч чей? - жалобно простонала Надюшка.

- Конечно же, мой. Я его купила специально, чтобы гонять на Марсе в футбол, - ответила ей я. - Пойду уламывать пацанов. Должны согласиться.

- Давай, давай! - крикнула Надюшка. - Покажи им! Я буду за тебя болеть!

- Ну-ну, - улыбнулась я. - А если не захотят, создам девчачью команду. И ты у нас будешь вратарем.

- Вратарем? Да ты шо! С моей комплекцией?

- Сойдет и такая комплекция. Главное не стой столбом. Вратарь должен защищать свои ворота, а не ворон ловить.

- Ну ладно, попробую, - согласилась Надюшка.

Когда мои уставшие ноги коснулись земли, на часах было пол восьмого. Рядом выросла фигура Нади в запачканном скафандре.

- А ведь был такой красивый скафандр! - с болью в голосе сказала она.

- Не волнуйся, придем домой - постираем, - по-хозяйски заметила я. - Нечего нюни распускать - ты теперь у нас вратарь.

- Ну а ты кто? - понемногу успокаиваясь спросила она.

- Я? Нападающий, конечно! В девятом классе знаешь как я у Ильи мячик отбирала! А ведь он крутой футболист!

- Да, это круто, - Надюшка шла со мной, держась за мою руку. Некоторое время спустя она снова подала голос. - Знаешь, что, Поля? Уже солнце заходит, нам надо торопиться, пока не стемнеет.

- Верно, - сказала я и мы удвоили темп шага. - Скажи, а куда ты дела нашу белку?

- Я закопала ее под соседней сосной, которая без украшений, - равнодушно ответила Надюшка. - И прикрыла изображением Барака Обамы.

- Ну почему такая честь?

- Он бы гордился, если бы она работала на него против террористов, - заметила Надя. - Это выдающаяся белка. И у ней есть художественный вкус.

- Пожалуй, ты права, - согласилась я. - Только зачем ей было грабить невинных астронавтиков?

- Кушать ведь тоже хочется, - оправдывалась Надя.

- А полотенца? А чайник? А, извини меня, нижнее белье? Это зачем? - не унималась я.

- Ну может белочке или ее детенышам холодно было в лесу и она захватила полотенца. А трусы - чтобы голой не расхаживать, застудиться же можно!

- Какой бред! Белка же вся в шерсти, она не замерзнет! А чайник она прихватила из любопытства или чая ради?

Надюшка весело рассмеялась.

- Конечно, чай она не умеет варить. Да и розетка нужна, а в лесу таких благ цивилизации нет.

- Вот видишь! Так что хватит воспевать ее моральные качества, коих в природе не наблюдается.

- Ну ладно, ладно, - согласилась Надюшка. - Я просто хотела сказать, что это очень сильная личность. Беличья личность.

Нагруженные сумками и пакетами, мы жалели, что у нас не по восемь рук.

Вспоминается Леонид Васильевич, перетаскивающий рояли и молящий о помощи:

- Мне нужно восемь рук!

Хлоп! Из синего облака дыма возникла восьмирукая богиня Лакшми и поклонившись, заговорила:

- Добрый день, господин. Что вам угодно? Помощь нужна?

У Леонида Васильевича отнялся язык от удивления и он бросился бежать. А незнакомка с голубой кожей сделала трагическое лицо и жалобно всхлипнула:

- Что случилось? Я вас обидела? Вернииитесь, пожалуйста! - и сентиментальная богиня заплакала.

- Не плачьте, пожалуйста! Просто ваше появление было для него неожиданным, - успокоила ее я.

Так что сейчас нам очень хотелось оказаться в шкуре индийских богинь.

Ноша была довольно тяжелая и тянула назад. Тем не менее, через каких-нибудь двадцать минут мы были на месте.

- Где вы были? Мы так долго вас ждали! Хотели уже вертолет за вами послать! - затараторила Оля,

- А чего же не послали?

- Саша уж больно экономит, - ответил Андрей.

- Почему?

- У нас и так часть инвентаря стащили, надо новый покупать. По американским ценам.

- Слушайте, единственное, что вам надо будет покупать, это яйца, потому, что при транспортировке с дерева они разбились. Все остальное мы спасли! - гордо сказала я.

- Как? Я думал, что их не удастся найти! - воскликнул Андрей.

- А вот так. Вуаля!

Мы разложили на столе походные сумки. Ребята кинулись открывать и смотреть их.

- Смотри, Катя, вот мое любимое фиолетовое полотенечко. Помнишь, как я по нему скучала? Как же я рада, что оно вернулось! - с довольным видом сообщила Саша.

- А мои ракетки? Без них моя жизнь не имела бы смысла! - с трагической ноткой в голосе произнес другой Саша.

- Стоп, а чье это белье? - спросила Даша, перекладывая полотенца и замечая трусы и майки.

- Это наши! - крикнули девочки со второго курса. - Мы их постирали, вывесили в каюте, а окно-то было открыто! Вот они и пропали.

- Бог мой! - ужаснулась Светлана Олеговна. - И ведь угораздило ее стащить мой поднос и чайник! Все, с этого дня кладу их под замок. Пусть только кто попробует!

- Но ведь послезавтра мы вылетаем в космос, Светлана Олеговна! Ну и кому же там может понадобиться ваш чайник? Разве что инопланетянам! - с иронией заметила я. - И то, наверное, у них более совершенные приспособления для того, чтобы варить чай.

Она смерила меня злым взглядом. Но, услышав ее дальнейшие слова, я поняла, что он относился не ко мне, а к пришельцам.

- Пусть только попробуют хвастаться своими технологиями. Я их живо на место поставлю. Я, между прочим без пяти минут лауреатка Нобелевской премии по физике. Я открыла закон антигравитации.

- Вы хотите сказать, что можете левитировать?

- Именно, а также поднимать в воздух предметы. И это еще не все. Я умею делать их невидимыми.

- Ничего себе, - ахнул Миша.

- А вы нам продемонстрируете? - заинтересовалась Оля.

- Конечно, - Светлана Олеговна заметно подобрела. - Принесите пожалуйста мой чемодан. Только аккуратно, там приборы очень точные и хрупкие.

Миша с Андреем вышли из кают-компании и через пару минут вернулись с чемоданом. Положив его на стол, они ожидающе уставились на Светлану Олеговну.

- Ну что вы стоите, как столбы? Открывайте же! - нетерпеливо воскликнула она.

- Там кодовый замок! - сказал Андрей, уставившись на ручку чемодана.

- Ах, ну конечно, как же я могла забыть, - Светлана Олеговна уставилась в потолок. - Ладно, диктую : восемь - один - шесть - четыре - пять - девять - один.

- Готово, - сообщил Миша, когда ввел семизначный код. Створки чемодана распахнулись.

Внутри было множество отделений, в которых выделялись пузатые свертки и коробки. Дно чемодана было покрыто желтой сатиновой тканью, на которой покоились книги и тетради в твердых обложках. Здесь господствовал уют и порядок.

- Дайте-ка я посмотрю, - заметила Светлана Олеговна, приблизившись к чемодану и заглядывая внутрь. - Нет, это не то... Так, куда же я его положила? - бормотала она, роясь в чемодане. - О, вот это то, что мне нужно! - наконец утвердительно произнесла она, извлекая из него продолговатую коробку в красную клетку. - Смотрите! - и все столпились вокруг нее, ожидая чуда.

Но никакого чуда не произошло: просто, открыв коробку, она показала нам совершенно обычный на вид прибор, напоминающий вентилятор. Только лопастей у него было не три, а целых шесть. И ручка у него была из чистого серебра.

- Чудеса начнутся потом, - сказала Светлана Олеговна, вертя в руках ''вентилятор'' и нащупывая кнопки. А сейчас вы мне скажете, какие вещи вы хотели бы заставить исчезнуть.

Студенты задумались. Первым осенило Андрея:

- Я хотел бы заставить исчезнуть мою четверку по физике.

Раздался гомерический хохот. Светлана Олеговна подняла брови, однако не смутилась:

- Давай свою зачетку, раз ты уж так решил.

Андрей покорно протянул ей свою зачетку...

Учительница включила ''вентилятор'', и лопасти начали закручиваться... по спирали, словно втягивая в себя воздух. Загорелся незамеченный поначалу жидкокристаллический дисплей и она ввела какие-то параметры. Затем вынула из кармана блестящий металлический предмет, напоминающий большую зажигалку на подставке.

- Это коммутатор электро-магнитного поля, - пояснила она. - Сейчас я продемонстрирую вам его работу.

Аккуратно поставив его на столик, Светлана Олеговна открыла зачетку на той странице, где стояла отметка по физике и положила ее лицом к коммутатору. С другой стороны она разместила ''вентилятор'' и нажала маленькую кнопочку на боку коммутатора.

Раздался легкий хлопок и страница книжки на миг озарилась голубоватым электрическим светом.

- Готово! - И Светлана Олеговна с явным удовольствием передала нам книжечку.

Зачетка тут же пошла по рукам. Все внимательно изучали еще теплую страницу, усеянную оценками и названиями предметов, однако против предмета " Физика" не было ничего. Только пустые клеточки. Оценка, дата и подпись отсутствовали, как будто их никогда и не было. Все охали и ахали и передавали книжку соседям, чтобы и те могли полюбоваться на внезапное исчезновение. Светлана Олеговна же подошла к Андрею и торжественно сообщила:

- Осенью приходи на пересдачу!

- О, неееет..., - пронеслось в его голове, но он не подал виду и сказал:

- Хорошо, я приду, - и покорно опустил голову.

- Ну кто еще? Есть желающие? - громкий голос Светланы Олеговны отдавался эхом от стен каюты.

- А эти вещи... ммм... они не возвращаются? - робко спросила Даша. - Просто так исчезают и все?

- Ну разумеется, они никуда не исчезают. Они всего лишь становятся невидимыми для нас с вами.

''Но не становятся ли они видимы для кого-то еще?'' - пронеслось у меня в голове. Но тут же я отвлеклась от своих мыслей, жадно вслушиваясь в слова Светланы Олеговны, надеясь понять, как работает это устройство.

- Я пропускаю струи сжатого воздуха сквозь электромагнитную коммутационную ловушку, которая содержит микрокапсулы абсолютно черного тела и она поглощает спектральные лучи, благодаря которым мы можем наблюдать данный предмет. В результате он становится ахроматическим и пропадает из поля зрения. Для нас он невидим. Но я вполне могу вернуть его изображение обратно. Для этого достаточно блокировать работу микрокапсул и проявить спектровое излучение. Вот эта кнопка, - она показала на левую боковую панель коммутатора, - прекрасно с этим справляется. - Вопросы? - ее проницательный взгляд скользнул по аудитории, остановившись на Владимире Максимовиче.

- Никаких вопросов, - выдохнул он, вспоминая о злосчастной барокамере.

- Что ж, ваши предложения? - настойчиво продолжала она.

- В таком случае, пожалуйста, уберите из моего чемодана лишний хлам, - вмешалась Инесса Евгеньевна. - А то я по ошибке положила туда прошлогодние кофты, а они уже совсем никуда не годны.

- Будет сделано. Давайте ваш хлам, - добродушно ответила Светлана Олеговна.

Инесса Евгеньевна начала выгружать свое бесчисленное добро.

- Вот это - от Шанель. Вон те две - Гуччи. Еще есть Дольче и Габбана, Манго, Коллинз, Талли Уэйл...

- Талли Уэйл! Вот это да! Не знала, что она отоваривается в этих магазинах! - ахнула Надюшка.

- Версаче, шарфы от Армани...

- Живее! - скрепя зубы прорычала Светлана Олеговна. - Вы нас задерживаете! Я еще хочу показать опыт с левитацией!

- Все! - Инесса Евгеньевна выгрузила на стол огромную кучу свитеров. - Приступайте!

Светлана Олеговна с непроницаемым взглядом включила коммутатор. Разинув рты, мы наблюдали, как гора одежды тает в воздухе. Первой опомнилась Инесса Евгеньевна:

- Свобода, свобода! Ничто больше не мешает мне разгружать чемодан! Да, Света, воистину, ты гений! Спасибо огромное!

- Не за что, - сухо ухмыльнулась ей та. - А теперь подойдите сюда, ребята, и потрогайте, - она указала на пустое пространство между коммутатором и ''вентилятором''. Я подошла и коснулась ''пустоты'', почувствовав под пальцами мягкую шерсть. Вслед за мной подтянулись и другие, вороша груду невидимых свитеров.

- Смотрите! Я намотал на руку шарф! - крикнул Саша, выписывая ладонью узоры в воздухе.

- Да тут и смотреть-то не на что, - съязвила я.

- И куда же мы их уберем? - вопрошала Инесса Евгеньевна. - Они же на столе место занимают.

- Они тут никому не мешают. Хотите, я выброшу их сейчас? Или потом, когда будем лететь через космос? Поверьте, их никто не заметит.

- Это возмутительно! Ты намерена засорять космическое пространство? Знаешь ли ты, что Организация Объединенных Наций ввела штраф за выброс отходов в атмосферу и за орбиту...

- Отчего же не знать! - парировала Светлана Олеговна. - Вы думаете, я намерена так поступить? Ошибаетесь! Это была лишь шутка к месту!

- Тогда выбросите их в мусорку! - загремела Инесса Евгеньевна. - Я не хочу, чтобы у меня на столе валялась куча старого прошлогоднего тряпья! Это возмутительно!

- А вы думали, что оно должно исчезнуть в никуда? Вот так, запросто? Поймите, законы физики этого не позволяют. Материя может переходить из одного состояния в другое, но все составляющие ее атомы продолжают существовать. Они всего лишь меняют свое положение относительно друг друга. Но если вы настаиваете, - смягчилась Светлана Олеговна, - то я, пожалуй, их уберу. С этими словами она бережно взяла в руки несколько свитеров и вышла из каюты.

- А вы чего стоите? Помогайте! - повелительно заявила она нам.

И студенты подошли к столу и начали сгребать в охапку фирменную одежду.

- Светлана Олеговна, постойте! - закричала я. - Не надо выкидывать все! Оставьте пару экземпляров - для истории! И для страждущих марсиан!

Учительница задумалась.

- Дело говоришь! - выпалила она после мгновения раздумий. И крикнула:

- Эй вы там! Не увлекайтесь!

Через пару минут большая часть барахла была вынесена на улицу. Судя по нашим тактильным ощущениям, на столе осталась лежать меховая жилетка, безразмерная кофта на пуговицах и шапка-ушанка.

- Ооо, вот она - настоящая шапка-невидимка! - восторженно отозвался Миша.

- Не совсем настоящая, - поправила я его. - Она не делает человека невидимым, она сама невидимая. Как шапка-невидимка, только наоборот.

Все по очереди брали эту шапочку и надевали.

- Ухх, теплая! - улыбалась Даша, примерив шапку.

- Знатная ушаночка! - говорил Надин папа.

- Ну наконец-то я избавилась от немодных вещей, - с облегчением вздохнула Инесса Евгеньевна. Пойду почитаю Валерия Леонтьева.

- Так это же певец! - сказала Надюшка.

- Нет, это его тезка, экономист, - возразила Инесса Евгеньевна. - Он родился в Урюпинске, живет в Москве. Его последняя книга - бестселлер ''Как заставить деньги работать на вас".

И она удалилась в свою каюту, напевая песенку: ''Миллион, миллион долларов США... Все будет хорошооо".

- Товарищи! Мы не укладываемся в график! - повысила голос Светлана Олеговна. - Завтра в пять часов вылет, а не все еще посетили центрифугу!

- Как? Уже завтра? - испуганно переспросили Миша и Оля.

- Мне позвонили из НАСА и сказали, что послезавтра вылетает беспилотник ''Галилео", направляющийся к Юпитеру. Поэтому, для того, чтобы освободить космодром, вылет переносится на двенадцатое. Вы должны лечь сегодня не позже одиннадцати. Завтра нам предстоит много работы. В десять - пробежка, в одиннадцать придет наш пилот и будет проверять оборудование, в двенадцать пять человек пройдут центрифугу, в полвторого - обед, в три придет обслуживающий персонал - уборщица, повар, слесарь, механик, сантехник, господи, что я говорю, какой сантехник, у нас же санузла нет! Электрик!

- Круто! Мы полетим двенадцатого! Прямо как Гагарин! - восторгалась Надюшка.

- В Беларуси будет уже тринадцатое! Между Америкой и Европой - восемь часов разницы! 13 апреля 2013 года! Мы войдем в историю, сестренка! - я с широкой улыбкой на лице пританцовывала (у меня вдруг обнаружились способности к танцам, чего раньше за мной не водилось). Мы с Надюшкой схватили Диану и закружились втроем в бешеном вальсе.

- Тихо, тихо! - осадил нас папа.

- Правильно говорите! На орбите еще потанцуем! - философски заметила Диана.- Ой, что-то мне спать хочется... Скажите, а ваше снотворное имеет кратковременный эффект? А то не пойму, это от него или просто я сегодня жутко устала?

- Не волнуйся, оно действует всего двадцать четыре часа, - поспешила успокоить ее я.

- Всего? - Диана ахнула. - Я спала всего двадцать четыре часа?

- Переживаешь, что проспала что-то важное? - поинтересовалась Надюшка.

- Да нет, напротив... Двадцать четыре часа - это очень мало. Я хотела бы поспать еще... немножко. Ну, хотя бы, часов восемь...

Мы с Надюшкой обменялись растерянными взглядами.

- Может быть, ты переутомилась в школе? - задала я Диане вопрос.

- Не думаю, - устало сказала Диана. - Мне нравится сам процесс... Когда я засыпаю, я становлюсь по-настоящему счастливой. Никто из педагогов не кричит на меня, не надо писать конспект, я не опаздываю на уроки. Видеть сны - одно из моих любимейших занятий. И они никогда не надоедают. Сегодня - Канарские острова, завтра - очковые пингвины, послезавтра - бразильские водопады. Одним словом, рай.

- Везет же тебе, - заговорила Надюшка. - Все, небось, пальмы да океаны. А мне вечно какая-нибудь фигня приснится. Например, бегу я по шахматному полю, а за мной, хлопая крыльями и лязгая зубами, летит отвратительный Бармаглот. Я прячусь за дерево, а оно оживает и тянется ко мне своими ветками-лапами. Только успеваю вырваться и убежать, а Бармаглот все ближе и ближе. И разевает он свою отвратную пасть и орет : '' Скрррытые октавы! Скрррытые октавы! И вдруг я замечаю: что-то белое движется мне навстречу! Да это же...

- Брандашмыг, - подсказала ей я.

- Точно! - обрадовалась Надюшка. - Когда он оказывается рядом, я взбираюсь на его спину и он уносит меня вперед... от Бармаглота...

- А дальше? - заинтересованно спросила Диана.

- Ммм... дальше... Ах, да, вспомнила: дальше я оказываюсь на поляне, где Заяц, Чешир, Шляпник и Соня пьют чай.

- Какая приятная неожиданность! - улыбнулась я. А на кого эти, ммм... товарищи похожи?

- Сонька, зайка и кошак вроде обычные животные, а Шляпник... похоже ты, только в боооольшой шляпе!

- И что я делаю? - удивленно спросила я.

- Смешиваешь чай с пургеном...

- Это еще зачем?

- Слушай дальше... Мимо идут Траляля и Труляля...

- Тааак...

- И ты предлагаешь им по чашечке...

- Да?

- Свежего, цейлонского, зеленого...

- Чая... Значит, так? А потом, они его выпивают и...

- И напоследок говорят: ''Убирать будешь сам"

- Фуууу...

- А дальше я ничего не помню...

- Ну и хорошо, - я вздохнула с явным облегчением, потому что не представляла, что еще мог вытворять Шляпник в Стране Чудес.

- Пойдемте-ка спать, - зевнув, предложила Диана. - Меня-то вот как разморило...

- Ты теперь у нас прекрасный розмарин! - не удержалась я. - Ложись спать, чтобы завтра цвести и пахнуть!

- Пошли, пупусик, - нежно сказала Надюшка, тем более, что в кают-компанию зашел Палыч и начал чихвостить тех, кто еще не лег спать. Его грозная физиономия нависла над смеющимися Олей и Фросей и произнесла: - Тэк-с...

Пожелав подругам спокойной ночи, я ввалилась в свою каюту, забралась на кушетку и заснула, начисто забыв про свои задние ноги.

- Надо будет отправить скафандр Нади в блок санобработки, - вот была моя последняя мысль.- А то будет выглядеть, как прожорливая хрюшка.


## Глава 3


Последние штрихи. Прощай матушка-Земля!


- До-до соль... (дзинь...,дзинь...)

- Фа-фа ля... (дзинь...,дзинь..)

- До-до соль...

Хлоп! И мобильник заткнулся, получив по правой верхней клавише.

- Надо будет звонок поменять, - подумала я. - Попахивает алеаторикой и примитивизмом.

Сменив свою голубую пижамку на свитер и джинсы я, словно ракета, ворвалась в блок санобработки, чтобы умыться и причесаться. Взгляд мой упал на стену напротив зеркала: на ней висел Надюшкин скафандр, вымытый и вычищеный так, словно над ним трудилась тысяча рабов. На блестящем стекле шлема ни одной царапинки, все складочки разглажены утюгом, просто загляденье.

- Интересненько...Когда успели? - подумала я, намыливая лицо.

Умывшись и вытершись полотенцем, я достала расческу и попыталась придать своим волосам божеский вид. Затем сделала конский хвост, поправила воротничок рубашки и услышала, как кто-то стучится в дверь.

- Кто там, сто грамм? - спросила я.

- Это я, Поль, - послышался знакомый голос. - Можно зайти? Или ты без одежды?

Я, естественно, рассмеялась.

- Конечно, можно! Я при полном параде! Заходи, не стесняйся!

Скрипнула дверь и на пороге появилась оживленно жестикулирующая Надюшка.

- С добрым утром, сестра! - поприветствовала я ее, заключив в теплые объятия.

- И тебя тоже, милая! - ответила она, высвобождаясь из моих объятий. - Ты все же чуть полегче, - сказала она. - Прибереги свои сильные руки для марсианских негодяев.

- Я сделаю из них котлеты и буду шпынять в открытый космос, - пообещала я. - А особо строптивых припечатаю головой об дно Долины Маринера. - То-то будет весело!

- Уххх, какая ты жестокая! Прям мечта Пал Палыча! ''Мне нужна такая здоровенная бой-баба, чтобы я ее боялся''.

- Да ладно, ладно! Вот, посмотри, какой шикарный сюрприз тебе приготовили! Чистота - чисто Тайд! Мечта аэронавта! - я указала на висевший на стенке скафандр.

- Кто это такой заботливый? - удивленно промолвила Наденька.

- Сама не знаю... Вот пришла в ванную помыться, глянула, бац - висит. Прям как новенький.

Мои последние слова потонули в лавине восторженных возгласов Надюшки:

- Надо же... Ух ты! Супер! И кто же это мог быть?

- А ты спроси, вдруг это окажется...

- Домовенок Кузя?

- Да нет, вдруг это твой папа постирал.

- Отличная мысль, - заметила Надюшка. - Как нибудь на досуге поспрашиваю...

- Тук-тук-тук, - раздался стук в дверь.

- Зачем на досуге? Смотри, вот он стоит под дверью! - сообщила ей я, выглядывая посмотреть, кто там стучит.

- Доброе утро, девчата! - поприветствовал папа. - Надюшка, ты разве еще не умывалась?

- Нет, пап, - вздохнула та. - Взираю тут вместе с Полей на неслыханное чудо природы.

Папа повертел головой в ожидании увидеть чудо и тут его взгляд упал на сияющий скафандр:

- Ого! Какая красота! Надюшка, а кто это тебе так удружил? Может ты, Поля?

- В том-то и все дело, что нет, - ответила я, глядя на папу.

- Может он сам постирался? - полушутливо продолжал допытываться папа.

- Ничего, сейчас узнаем, - подмигнула я и высунулась из-за двери. - Эй, вы там! Не знаете, кто приложился к Надиному скафандру?

Десятка "негритят" удивленно пожала плечами, изобразив на лице полное, удручающее отупение.

Самая смелая из них, Катя, выступила вперед и подала голос:

- А можно мы пойдем умоемся?

- Сейчас Надюшка с папой выйдут, подождите. Не на бал собираются, все-таки. И вам дадут.

Молча и хмуро дожидались струнники своего мыльного часа.

Наконец отворилась заветная дверь и на пороге возникли умытые, причесанные и надушенные Надя с папой.

- Сюрприз! - восторженно пискнула Надюшка.

- Заходите, - я сделала приглашающий жест для ''негритят'', и они, грязные как черти, ввалились внутрь.

- Который час? - озабоченно процедила Надюшка.

- Девять часов, тринадцать минут, двадцать две секунды, - выдала я.

- Спасибо за столь точную информацию, - обрадовалась Надюшка. - Ну вот, еще куча времени до пробежки. Что ж мне теперь, слоняться без дела и хлопать ушами?

- И крутить хоботом, - подсказала я.

- Что же ты меня за слоненка держишь? - иронично заметила Надя. - Во мне, слава богу, сорок шесть килограмм, а не триста.

- Да так, к слову пришлось...

- Ну что, Поля, на диванчике посидим?

- Охота торчать в этом железо-силикатном мешке, - проворчала я. - Айда на солнышко!

Остаток десятого часа мы провели на свежем воздухе, беседуя о жизни.

Без пяти десять на площадку стройными рядами начали выходить поселенцы космического корабля во главе со Светланой Олеговной. Палыч плелся в хвосте. Судя по всему, он давненько не бегал.

В середине толпы, ведя оживленный разговор, шла группа наших скрипачей. За ними пританцовывала Инесса Евгеньевна в мастерке и штанах от Гуччи коллекции 2013 и о чем-то беседовала с Ольгой Сергеевной, нарядившейся в розовый адидасный костюм с ушками на капюшоне. Иногда слышались их недовольные возгласы: ''Безвкусица! Убожество! '' , но в целом они вели себя очень тихо и прилично. Не было только прекрасной в своей задумчивости Дианы.

Светлана Олеговна поманила нас рукой, и мы встали в строй.

- Таааккк... Ну что? Все есть?

- Не хватает только Тиаси! - выпалила я.

- А где Тиаси? - задала учительница любимейший вопрос всех педагогов всех времен.

- Чего же вы стоите? - крикнул Палыч. - Ищите ее! Найдите - и получите награду!

- А не найдете - расстанетесь с головой, - грозно добавила я.

- А ккакую нннаграду? - пролепетал Миша, испугавшись нашего с Палычем тона.

- Сундук со всеми утерянными скрипичными концертами Баха, фамильные драгоценности и старинную скрипку в придачу.

- Да неужели? Разве их уже нашли? - удивленно спросила Оля.

- Вестимо. Их обнаружили перед фасадом старого дома Баха, когда проводили центральное отопление и искали месторождение нефти. Наверное, сыновья Баха в детстве растащили отцовские рукописи и закопали в песочнице.

- А я думала, они пустили их по реке, сделав из них кораблики, - разочарованно протянула я.

- И тем не менее... - они нашлись! - обрадовалась Светлана Олеговна.

- Так что давайте живее, за работу! - сердито рявкнул Палыч.

Испуганные струнники с воодушевлением в глазах, мечтая заполучить ценные сокровища, ринулись обратно в космический корабль. Когда последние пятки скрылись за дверью, инструктор устремила на наш отряд пронзительный взгляд и произнесла:

- Давайте проведем разминку. Для начала обежите-ка тридцать кругов вокруг корабля. На время бежать не надо. По самочувствию.

- А сколько это будет километров? - поинтересовалась я.

- Эммм... ну, километра три. Вам достаточно?

- Вполне, - согласилась я. - Хотя обычно я бегаю пять, - шепнула я Наде.

- Ну что? Через десять секунд начинаем. Десять... девять... восемь... семь... шесть... пять...

- Как вы думаете, а что будет модно году этак в 2016-м? - послышался тихий голос Инессы Евгеньевны. Она еще не закончила обсуждать проблемы моды с Ольгой Сергеевной.

- Ррразговорчики в строю! - злобно рявкнула Светлана Олеговна. - Штраф - десять кругов! Четыре... три... два... один... Пошли!

- Но...- робко воспротивилась Евгеньевна.

- Никаких но! - отрезала Олеговна. - У меня - каждая минута на счету! Не задерживайте движение!

И Инессе Евгеньевне ничего больше не оставалось, как закрыть рот и догонять Екатерину Владимировну.

Я старалась бежать спокойно, но все равно скоро обогнала Надюшку, и услышала за спиной ее крик: - Поля, постой! Я за тобой не поспеваю!

Не оборачиваясь, я бежала дальше. Миновав два круга, я догнала Дашу и теперь бежала второй после Надиного папы. Папа ведь не лыком шит - отставной майор все-таки, поэтому и бегает прекрасно. Сзади послышалось чье-то прерывистое дыхание - догоняла Маша. Я не хотела встречаться лицом к лицу с соперницей, а потому перешла на галоп. Преодолев расстояние еще в три круга, я увеличила отрыв. ''Как же прекрасна жизнь!" - подумала я, как вдруг раздался оглушительный свисток.

- Стоп! Стоп! - заорала Светлана Олеговна.

- Что случилось? - удивилась Екатерина Владимировна.

- Они нашли Тиаси! - крикнул Владимир Палыч, указывая на мальчишек, тащивших чье-то обмякшее тело.

- Положите ее на травку! - скомандовала инструктор.

Носильщики мягко опустили Диану на газон. Бывшие бегуны, толкаясь, столпились у тела, разглядывая ее в упор. Она громко сопела, глаза были крепко сомкнуты.Сомнений не было - спала, как убитая. Екатерина Владимировна аккуратно поправила воротничок ее блузки. Девочки тормошили ее, тормошили - а все без толку.

- И что же мы теперь будем с ней делать? - трагически произнесла Светлана Олеговна. - Вы пробовали ее разбудить? - обратилась она к горемычным струнникам.

- Все, все пробовали! - заплакала Оля. - Трясли, в носу щекотали,

- За попу щипали...- добавил Саша и покраснел.

- За волосы дергали... В уши дули...

- Тааак, - заключила Светлана Олеговна. - Эй вы, - обратилась она к нам с Надюшкой, - принесите из кухни две большие алюминиевые крышки.

- Сейчас! - откликнулась Надя и мы побежали на кухню.

- Где же кастрюли? - вопрошала я, роясь в ящиках, и видя только продукты питания и мешки непонятного назначения.

- Хм... Должны быть где-то здесь, - задумчиво отвечала Надюшка, вытаскивая из дверки курицу и критически ее осматривая.

- Может быть, стоит посмотреть наверху? Наденька, принеси мне табуретку, я попробую оттуда достать.

Надя молча отправилась в угол за табуреткой. Когда она мне принесла, я взобралась на нее и начала старательно обшаривать серебристые ящички.

Тарелки, чашки, миски, ложки, вилки, черпаки, шумовки, дуршлаги, терки, ножи, консервные банки - чего только не попадалось мне на пути. Наконец, открыв очередную дверцу я обнаружила четыре огромные кастрюли и две сковороды.

- Порядок! Спускаю тебе! - с этими словами я передала Наде вниз пару кастрюль.

Она поставила их на стол и сняла с них крышки. Схватив кастрюли, мы помчались на улицу.

Выйдя из корабля мы остановились как вкопанные. Толпа студентов рассеялась, а сбоку стояла Оля и играла на скрипке " Прекрасный розмарин".

Екатерина Владимировна критично смотрела на лежащую на газоне Диану и хмуро качала головой.

- Не помогает! - сетовала Инесса Евгеньевна.

- Сыграй еще что-нибудь, -попросил Владимир Палыч. - Двадцать четвертый каприс Паганини! Живо!

Оля перестроилась и заиграла каприс. Когда она закончила, раздались шумные аплодисменты. Все взглянули на Тиаси с надеждой. Однако, она все еще пребывала в сладких грезах.

- О боже! Какой кошмар! - причитала Светлана Олеговна. Заметив нас, она оживилась:

- О, вы уже вернулись? Принесли? Давайте бейте!

Я взяла две крышки и с силой ударила друг о друга. Раздался дребезжащий звон, как от тарелок. Даша аж подпрыгнула.

Мы внимательно посмотрели на Тиаси. Эффекта никакого. Она продолжала громко сопеть. Да еще и начала улыбаться.

- А давайте что-нибудь споем, - участливо предложила Маша.

- Отличная идея! Давайте ''Happy birthday''! - ответила я. - Хоть сегодня и не ее день рождения, но должно подействовать.

Грянули. Особенно старались Саша и Андрей - вопили, как мартовские коты.

- Happy birthday to you,

Happy birthday to you,

Happy Birthday, dear Diana,

Happy birthday to you!

Как допели, - заулюлюкали и захлопали в ладоши.

- Мне показалось, или она приоткрыла один глаз? - задумчиво протянул Саша.

Все тут же кинулись смотреть.

- Как? Неужели? - удивилась Инесса Евгеньевна

И действительно, правый глаз Дианы задергался. Она пошевелила рукой и пробормотала:

- Пфффф... Тише... Не мешайте спать...

- Куда уже ей спать? - возмутилась Инесса Евгеньевна. - Она и так уже двенадцать часов дрыхнет.

- Да что это такое? - Палыч, ходя взад-вперед, начинал уже злиться. - Сколько можно?

- Несите молот и наковальню из мастерской. Похоже у нас нет другого выхода, - устало вздохнула Светлана Олеговна.

Я кинулась за инструментами вместе с Сашей. Бедняга отдавил ногу рубанком, пока искал молоток. Из мастерской он вышел, прыгая на одной ножке.

- Что это у вас за беспорядок? - я начала отчитывать всех и вся. - Просто ступить некуда! Все раскидано!

- Это ничего, - успокоительно заявляла Светлана Олеговна. - Вот придет мастер - мигом все уберет. Он у нас мужик хозяйственный. Из Белпромстроя.

Саша протянул мне молоток, потому что знал, что со мной лучше не спорить.

- Затычки для ушей наденьте! - крикнула я, примериваясь, чтобы погромче стукнуть.

Вот, вот, сейчас, - пролепетала Светлана Олеговна, роясь в сумке. - Нашла!

- Все кинулись разбирать плотные белые шарики из пакетика " Сто затычек на все случаи жизни. Подходят для любых отверстий. ''

Я также надела пару мягких затычек и занесла молот над наковальней.

- Раз... два... три! - досчитав до трех, я с силой ударила по наковальне.

Удар был такой мощный, что с неба попадало десять птиц и содрогнулись толстые деревья. Но,что самое главное! Проснулась Тиаси!

Мы вынули из ушей затычки, чтобы услышать ее пронзительные вопли:

- Ааааа! Караул! Убивают!

- Никто никого не убивает, - спокойно объяснила я. - Просто мы пытались тебя разбудить!

- И вам это удалось! - заметила Тиаси. - Только в следующий раз предупреждайте, ЧЕМ вы будете меня поднимать! А то напугали до полусмерти!

- Ничего, не волнуйся, в следующий раз мы пришлем пожарную машину, - подмигнула я ей. - Или самолет.

- А если она в космосе будет дрыхнуть? - спросил Андрей.

- У меня есть отличное средство. Сверхмощный двухфазовый пожарный извещатель, - сообщила Светлана Олеговна. - Сон как рукой снимет.

- Правильно, - громыхнул Палыч. - Ну что, будем продолжать пробежку?

Светлана Олеговна грустно посмотрела на часы:

- Без двадцати одиннадцать. Мы не укладываемся в график, Владимир Палыч. Через двадцать минут прибудет наш пилот. Все марш мыться!

Мы покорно побрели занимать очередь в душевую. Каждый норовил оказаться впереди. Естественно, тех, кто не бегал, в душ не пустили. Они молча стояли у стены, обсуждая, кому достанется ларец с драгоценностями.

- Я первая ее нашла! - надрывалась Оля.

- Нет, я! - твердил Саша.

- А где вы ее обнаружили? - поинтересовалась я.

- Она спала на коврике в спортзале, - объяснила Оля, приглаживая волосы.

- Но как она туда забрела? - удивленно спросила Надюшка. - Диана и спортзал - вещи явно несовместимые.

- Захочешь спать - и не туда забредешь, - пояснила я. - Хорошо хоть не в барокамеру и не в центрифугу.

- Кстати, о центрифуге, - послышался голос Светланы Олеговны. - Вы ведь знаете, кто эти пять человек, которые ее еще не посетили?

- Нет, не знаем... - с невинным видом пролепетала Надюшка.

- Так вот. Эти пять человек - вы, Диана, Саша и Владимир Максимович.

- А во сколько центрифуга? - задала я прямой вопрос.

- Испытание начнется в двенадцать часов, - спокойно ответила Светлана Олеговна. - Прошу там быть без пяти двенадцать. Третий отсек, двенадцатая комната. Желаю удачи, - она помахала нам рукой и скрылась в неизвестном направлении.

Итак, мы приняли душ, оделись и стали ждать нашего обещанного пилота.

Владимир Палыч, расхаживая туда-сюда по кают-компании, нервно посматривал на часы:

- Двадцать минут двенадцатого! И что он себе думает? На таможне застрял, что ли? - разразился он гневной сентенцией.

Светлана Олеговна молча покачала головой и вздохнула. Инесса Евгеньевна сидела и нежно теребила свой новый шарф от Луи Виттон. Десять негритят дружно разряжали собственные мобилы. А Надюшка безуспешно пыталась победить меня в армреслинге. Затем мы надели перчатки и перешли на бокс. Но пилот наш так и не появлялся, будто сквозь землю провалился. И только, когда мы спустились на коврик, чтобы заняться греко-римской борьбой, в коридоре послышалось какое-то движение. Светлана Олеговна с любопытством выглянула за дверь, но всем, что она увидела, был Саша в пушистом розовом парике и помаде ( неужто спер косметику Тиаси?). На пару секунд она остолбенела от неожиданности, а затем вежливо предложила войти. В результате Саша, весь напудренный и завитый, с интересом наблюдал, как девочки занимаются греко-римской борьбой.

Я как раз собиралась поставить Наде подножку, как вдруг дверь нашей кают-компании резко отворилась и влетел ( в буквальном смысле слова) наш долгожданный пилот. Весь запыхавшийся, снял куртку и пожал руку Владимиру Палычу, предварительно раскланявшись, как в цирке.

- Здравствуй, Вовочка!

- Ваш знакомый? - заинтересованно спросила Светлана Олеговна.

- А то как же? Мы с ним с детского садика дружим. За ручку вместе ходили. Знакомьтесь - Пал Иваныч, профессор НИИ имени Гагарина.

Профессор по очереди пожал всем руки. Его блуждающий взгляд остановился на Саше, который все еще был в парике:

- Клоун? Хи-хи... Вот это да! Люблю клоунов!

Саша смущенно заулыбался. Надюшка подошла к профессору и загадочно пояснила:

- Он тут такой не один.

- Да, да, у нас тут целое шоу- радостно закивала я. - Я уже даже плакат повесила - на комнате психологической разгрузки.

- Жаль, я не посмотрю, - грустно промолвил пилот. - За приборами глаз да глаз нужен.

- Ничего, мы вам сейчас кое-что покажем. - Маэстро, уши! - крикнула мне Надюшка.

Я тут же машинально задвигала ушами. Профессор пришел в восторг.

- Надо же! А я так не умею. Даже одну бровь и то поднять не могу. Только язык в трубочку сворачиваю.

Все любовались на мои уши. Затем я подозвала к себе Надюшку и легко взяла ее на ручки.

- Обалдеть! - воскликнули Оля и Саша.

Пронеся ее по всей комнате, я опустила ее на землю. Надюшка возрадовалась, коснувшись ногами твердого пола.

- Ну, а что вы еще умеете? - спросила Светлана Олеговна.

- Да много чего, - Надюшка принялась объяснять: - Танцевать, гавкать, мяукать, и многое другое. Но это мы вам покажем позже, а то будет неинтересно.

- Хорошо, - согласилась Светлана Олеговна. - Пройдемте в кабину пилота, Пал Иваныч. Вы должны ознакомиться с панелями управления и новейшим бортовым компьютером.

Они тихо удалились, а Владимир Палыч принялся разбираться со своими подопечными.

- Ну кто первый нашел Диану? - ласково спросил он

Все тут же наперебой закричали: - Я! Я! Я! ...

- Тихо! - громовой голос Палыча перекрыл их жалобные возгласы. - Давайте по порядку! Где вы ее искали?

- В каюте, на кухне, в псих-комнате и в спортзале, - ответила Фрося.

- Что еще за псих-комната? Не называйте ее так! - буркнул Палыч. - Звучит как палата номер шесть.

- Ладно, не будем, - согласились студенты. - Там на двери весит плакат: ''Комната смеха''. Наверное, эти Надя и Полина как всегда что-нибудь прикольное придумали.

- Ну-ну, - прошептала Надя, устраиваясь поудобнее на коврике.

- Знаешь, как нас Катя с Сашкой называли? - промолвила я.

- Ну и как? - улыбнулась Надя.

- Strangers in the night. Только не совсем понимаю, почему, - ответила я, рассматривая желтые квадратики на ковре.

Тем временем, Палыч продолжал разбор полетов:

- Так, ну и кто же ее первым обнаружил?

- Я, - уверенно провозгласила Оля. - Я первая зашла в спортзал. Увидела, что она на мате лежит.

- Вообще-то, когда ты только зашла в спортзал, я уже сидела перед ней на корточках и пыталась привести в чувство. Неужели ты забыла? - возразила ей Фрося.

- А я, между прочим, уже бежал в аптечку, пока вы только заметили ее. Так что, я первый ее обнаружил, - настаивал со своей стороны Саша.

- Ну и что мне с вами делать? - горестно вздохнул Владимир Палыч. - Не буду же я сундук на три части пилить.

- Давайте жребий бросим, - предложила сидящая на кресле Даша, которая до этого не подавала голос.

- А точно! Маша, неси свои монетки, - обрадовался Саша, потирая руки.

- Погадайте лучше на кофейной гуще, - заметила я, следя за их беседой. - Чей профиль в чашке появится, тот и заберет приз.

- О, идея просто супер! Давайте, несите мою большую кружку! И сундучок! громыхнул Палыч.

- Сейчас, сейчас, Владимир Палыч, - вскочила Фрося со своего места и убежала в багажное отделение искать.

Мы с Надюшкой снова затеяли греко-римскую борьбу. Причем моя сестра оказалась довольно способным борцом для своего веса. Пару раз ей удалось схватить меня сзади, но я быстро вырвалась и прижала ее к полу.

- Все, Поль, хватит, я уже больше не могу, - пожаловалась помятая Надюшка после пяти минут борьбы.

Неохотно отпустив ее, я принялась наблюдать за группой Владимира Палыча.

А Фроси все не было и не было. Палыч хмурился и теребил подбородок. Наконец он открыл рот и произнес:

- А где моя большая кружка?

- Ефросинья, наверное, варит кофе, - предположила Оля, покачивая ногой.

- Уже без десяти двенадцать, - как бы между прочим заметил Палыч.

У меня вдруг в голове стукнуло: "Боже мой, а ведь нам надо быть у центрифуги через пять минут, а то Светлана Олеговна нам так даст".

- Надя, бежим! Только надо папу взять, Диану и Сашу.

- Так, я не поняла, куда бежим? - с недоумением откликнулась Надюшка.

- В центрифугу! Живо! Светлана Олеговна же сказала быть там без пяти двенадцать!

- Точно! Как же я могла забыть? Паааап! Ты где?

- Здесь я, - он с озабоченным видом показался в дверях.

- Ты в курсе, что надо спешить? Центрифуга ждет! - крикнула Надюшка.

- Что? Уже? - растерянный папа почесал затылок.

- Без десяти двенадцать! А она в третьем отсеке! У черта на куличках! - добавила я.

- А где Тиаси? - озираясь, выпалила Надюшка. - И Саша?

- Надо посмотреть в каютах. - я стремительно выскочила за дверь. - Не забудьте надеть скафандры!

Через минуту все были в сборе и спешили по коридору в направлении грузового отсека, где хранились наши саквояжи и находилась заветная центрифуга.

- Порядок! - когда мы прибыли на место, я посмотрела на часы. - Как раз без пяти двенадцать.

Итак, двенадцатая комната... Заглянув внутрь, мы обнаружили огромный прозрачный цилиндр. Он был практически пустой, за исключением небольшого барабана посередине, предназначающегося для центробежного ускорения. Я сделала шаг вперед. Из динамиков тут же раздался голос Светланы Олеговны:

- Вижу, вы уже на месте. Я на борту, как раз помогаю Пал Иванычу налаживать приборы и компьютер. Готовьтесь, включаю питание.

Через мгновение полутемная комната озарилась светом неоновых ламп. Зажглось освещение цилиндра центрифуги.

- Входите, - беззаботно продолжил голос.

Дверь из пуленепробиваемого стекла отъехала в сторону. Теряясь в догадках, представляя, что же нас ждет, мы очутились внутри.

- А это больно? - робко спросила Саша.

- Нет, это даже весело, - голос Светланы Олеговны заметно потеплел. - Похоже на аттракцион.

Наша товарка, немного подумав, успокоилась и принялась разглядывать комнату сквозь стекло. Тем временем, голос из динамиков продолжал вещать:

- Приготовьтесь к головокружительному, незабываемому приключению! Вы будете помещены в условия невесомости на целых двадцать минут! Это будет отличной подготовкой к межпространственному космическому путешествию, которое мы собираемся начать сегодня вечером! На старт...внимание... включаю процессор... марш!

Я тут же почувствовала, как мои ноги отрываются от земли. Бросив взгляд на соседей по ''камере'', я наблюдала, как медленно, один за другим поднимались они в воздух. На их лицах читался неподдельный восторг:

- Ух ты!

- Вот это да! Здорово!

- Потрясающе! - то и дело слышались их возбужденные восклицания.

Теперь мы уже парили высоко-высоко, под самым потолком. Я даже ухитрилась принять горизонтальное положение и наслаждалась ощущениями, так напоминавшими мои обычные полеты во сне.

- Ооо, да ты прямо как ведьма летаешь! - заметила Надюшка. - Только без метлы.

Я вам не говорила, что моя подруга всех зеленоглазых людей считает колдунами? Что ж, в этом есть доля правды. Особенно если они еще и рыжие.

Динамики снова заговорили:

- Ну как, адаптировались? Тогда приступаем к следущему этапу. Свет, камера, мотор!

Почувствовав, как меня опускает вниз какая-то невидимая сила, я машинально оглянулась на других. С ними происходило то же самое. Через несколько секунд мы были уже на дне цилиндра. Затем нас начало выталкивать вверх.

- Попробуйте самостоятельно изменять направление своего движения, балансируя в вакууме, - посоветовала Светлана Олеговна. - Сначала двигайтесь налево, затем направо. А после попробуйте вверх и вниз.

Мне справиться с этим заданием оказалось легче, нежели другим - во сне достаточно напрактиковалась, а вот Диана и Надюшкин папа даже с места не сдвинулись. Саша делала резкие порывистые движения, норовя вот-вот в кого-нибудь врезаться. Надя медленно двигалась в правильном направлении, а я летала вовсю и взад и вперед.

- Полина, молодец! У тебя отлично получается! - бодро заметила Светлана Олеговна. - Ну а вы давайте, старайтесь! - прикрикнула она на остальных. - Не выйдет - попробуйте специальные диски. Сейчас они выпадут из барабана.

Раздался тихий щелчок и в воздух взвились четыре черных блестящих диска. Один из них прошелестел совсем рядом возле моей головы, два других были пойманы Надюшкой и ее папой. Схватив один, я бережно протянула его Диане. Последний оставшийся бесхозный диск парил над самым потолком. Сообразив, что нужно отдать его Саше, я устремилась вверх. Сдерживая себя, чтобы случайно не врезаться в стеклянный потолок, подлетела вплотную к слабо вращающемуся диску и поймала левой рукой. Саша была на седьмом небе от счастья, когда научилась управлять движениями тела посредством вращения диска. Остальные, впрочем, тоже пришли в восторг, и казалось, это блаженство будет продолжаться вечно, как вдруг голос из динамиков бесстрастно произнес:

- Осталось пять минут. Просьба подготовиться к последнему этапу испытания.

- Как, уже? - удивленно откликнулась Диана. - Это так увлекательно, что я даже забыла о времени!

- И тем не менее, - продолжил голос, - всему когда-нибудь приходит конец. Но не отчаивайтесь - у нас впереди еще много суток космического полета. Еще успеет надоесть. Это вам не...

- Грэцыя, - вставила Надюшка и рассмеялась.

- Вот именно, - подтвердил голос и добавил: - У нас впереди очень много работы. Так что давайте сейчас закончим. Мотор!

Огромный барабан зашумел и заходил ходуном. Как тогда в барокамере, поднялся сильный ветер и нас начало мотать из стороны в сторону.

- Ааай! - кричала Надюшка, беспомощно болтаясь в воздухе.

Папа умудрялся держаться, несмотря на все невзгоды. Пытаясь следовать его примеру, я стала невольной жертвой вдруг врезавшейся в меня Дианы.

- Берегите шлемы! - надрывался голос Светланы Олеговны сквозь шум крутящегося барабана. Встроенная камера вращалась, как сумасшедшая.

Стараясь держаться подальше друг от друга, мы заняли относительно устойчивое положение в пространстве

- Зачем нам все это? - настойчиво вопрошала я.

- Имитация аварийной ситуации в космосе. После того, как сработает сигнализация, в результате толчка корабля вы можете потерять равновесие, из багажного отсека вылетит специальный мини-корабль, который доставит вас на Землю. Главное,не паникуйте, будьте бдительны. Я, конечно, надеюсь, что этого не случится. Все, с вас довольно. Выходите, - выдохнул голос и невесомость выключилась.

- Ааааа, - Надюшка больно шлепнулась о землю. - Хорошо еще, что скафандр на мне, так бы пятую точку совсем отшибла.

Саша с папой тоже недовольно морщились. Нам казалось, что нас вышвырнули из рая на грешную землю. Только одна Диана пришла в восторг:

- Слава богу, наконец я пришла в нормальное состояние. Все эти полеты... Они выбивают из колеи. Жаль, что придется два месяца в воздухе вот так провисеть...

- А что поделаешь, такова жизнь, - заметил Надюшкин папа. - Я вот тоже не планировал в этом году на Марс полететь, а тут такие обстоятельства... Вообще-то я хотел бы бизнесом заняться... Дома сидеть без дела слишком скучно.

- А неужели вам что-то мешает развернуть бизнес на Марсе? - я, как мне показалось, подала замечательную идею.

- Хм... Да, пожалуй, можно попробовать. Только... разве все-таки на Марсе жизнь имеется? А то я слышал, что там и воды-то практически не бывает. Так иногда, весной...

- Вы забываете, что на его полюсах имеются большие полярные шапки. Которые содержат огромное количество талой воды в замерзшем состоянии. Если их растопить, получившийся океан покроет всю поверхность Марса двадцатиметровым слоем воды. Постойте... - задумалась я, обдумывая невероятную гипотезу, родившуюся в моей голове. - Кажется, я пришла к одному важному открытию...

- Что за открытие? - одновременно произнесли заинтересованные Надя и Диана.

- Потом расскажу, - хитро заключила я. - Об этом должны узнать все.

- Ну ладно, ладно. Я думаю нам пора идти обедать, - рассудительно заметил папа.

- Но в любом случае, было бы интересно узнать, что ты там такое открыла... Наверное, как всегда, что нибудь необычное... - протянула Диана.

- Пошли, - предложила я. - У нас не так много времени. В три придет обслуживающий персонал. Опять возня, всякие шуры-муры. Надо успеть отдохнуть, пока их нет.

- Точно, - согласилась Диана.

- Давайте после обеда соберемся в моей каюте и поиграем во что-нибудь, - предложила я.

- Идея класс, - отозвались Надя и Диана. - Пару часиков посидим, отдохнем.

Довольные жизнью, мы пошли обедать и через полчаса уже собрались в моей каюте. До трех мы перебрали всевозможные игры, начиная с карт и шахмат и заканчивая игрой в ноги и твистер.

Без пяти три в нашу каюту кто-то громко постучал. Открыв, я увидела на пороге Надиного папу:

- Пора выходить девчата! Уже ждем обслугу.

Заглянув в кают-компанию, я обнаружила группу струнников, мирно восседающих на диванчике.

- Ну так кому достался суперприз? - допытывалась я, разглядывая золотистую обивку дивана.

- Мне! - гордо заявила Оля, вертя в руках синий браслет с камушками. - А еще Саша сказал, что у меня красивый профиль.

- Ой, ну да ладно, не стоит благодарности, - махнул рукой Саша.

- Молодчинка! - выпалила Надя, разглядывая браслетик.

За дверью послышались торопливые шаги и спустя мгновение в проеме показалась Светлана Олеговна, возглавляя толпу незнакомцев.

- Сюда проходите, пожалуйста, - пригласила она этих пятерых. - Садитесь, - и они опустились на свободный диван.

- Ну что, давайте знакомиться, - вышел из угла Владимир Палыч. - Вот это - Игорь Михайлович Шурупов, бывший одногруппник Пала Иваныча, более известный под университетским прозвищем Шуруп Шурупыч. Наш механик.

Седой мужчина с порядочными усами встал с дивана и беззаботно раскланялся.

- Очень приятно! - хором откликнулись студенты.

- А это - многоуважаемый товарищ Илья Александрович Гвоздодеров, однако сам он предпочитает чтобы его называли товарищ Лобзик Гвоздодерыч, как в компании друзей. Учился на курс младше Шурупа Шурупыча. Работает в Белпромстрое слесарем. Кандидат технических наук.

Полненький мужичок невысокого роста в сером пиджачке протянул свою руку для рукопожатия. Все по очереди подошли и пожали ее. Особенно воодушевился Владимир Максимович, так как был всегда рад новым знакомствам.

- А это - солнышко наше, ясная головушка наша светлая, то есть седая - электрик наш, Олег Андреевич Попов, тоже из славной студенческой компании, и прозвище его - Утюг Иваныч.

- А почему именно Утюг, а не что-то другое? - заинтересовалась Диана.

- Видишь ли, было два случая... Один раз в седьмом классе он писал письмо Деду Морозу на Новый Год, а в адресе получателя указал вместо "Великий Устюг" "Великий Утюг". А Лобзик Гвоздодерович и Шуруп Шурупыч письмо нашли, прочитали и давай над ним смеяться. А другой раз в девятом классе мы ездили в Жодино в воинскую часть, так он там тельняшки стирал и гладил. Как закончил - не заметил, что на стуле я свой утюг бросил, да так на него и сел. Хорошо хоть легко отделался. Вот мы его и зовем с тех пор Утюг Иваныч, - объяснил Владимир Палыч.

- Ух как интересно! - засмеялась Надюшка.

- А с краю сидит наш замечательный повар из кулинарного техникума, Сергей Данилович Пончиков,а для вас - просто Пончик. Он не любит длинных прозвищ.

- Очень приятно, - откликнулся полноватый мужчина средних лет с брюшком и светлыми волосами.

А вот здесь, - показал Владимир Палыч на другой край дивана, - здесь, дорогие мои, находится гвоздь нашей программы. На углу сидела улыбающаяся во все тридцать два зуба тетка с волосами цвета борща. Одета она была в сиреневую блузку и короткую черную юбку. На вид ей можно было дать лет сорок.

- Знакомьтесь, друзья, - Зинаида Андреевна, сестра Олега Андреевича, то бишь, Утюга Иваныча. Уборщица с двадцатилетним стажем. Подметала в здании парламента, в Дворце Спорта и Институте Культуры. Заслуженный деятель культуры РБ. Награждена медалью "За безупречную службу" и орденом "Служу чистоте". Первая леди ЖЭСа номер 26. Прозвищ не любит совсем, поэтому хочет, чтобы ее называли просто тетей Зиной.

- Рада познакомиться, - вежливо сказала тетя Зина, поглаживая пузатую сумочку. - Надеюсь, мы с вами хорошо поладим. Только старайтесь не мусорить где попало. Это выводит меня из душевного равновесия.

- Итак, теперь, когда мы все уже познакомились, давайте соберемся в кухне и выпьем чайку, - заботливо предложил Палыч.

Остаток часа мы провели за столом в душещипательной беседе. Шуруп Шурупыч, стараясь нас заинтересовать, рассказывал истории из своей студенческой жизни. Например, однажды они с Утюгом Иванычем стащили из класса журнал и утопили его в школьном туалете. Бедный учитель биологии на себе все волосы рвал. Директор тоже переживал, однако, в отличие от учителя, рвать ему было нечего - он был абсолютно лысый, словно шар для гольфа. Даже усов и бороды - и тех не было. Звали его Николай Тимофеевич, а студенты за глаза ласково называли Коленкой (ну понятно, почему).

В другой раз Утюг Иваныч с Лобзиком Гвоздодерычем подсунули в сумку живого енота учительнице природоведения. Так как дама она была очень обидчивая, то пошла жаловаться в Министерство и даже прислала санстанцию (а в школе за день до этого перегорели все пробки и это опять-таки было делом будущего электрика Утюга Иваныча). Так что пришлось санстанции просить у технички фонарики. Зашла санстанция в туалет, а там из унитаза как бабахнет! (А все потому, что Лобзик Гвоздодерыч туда натрия положил). Так они как бросились наутек, ажно пятки засверкали. Больше в их школу санстанция не приходила - боялась. А вот проверка бывала. Зайдет, порой, в класс замминистра, так все встанут и по струнке вытянутся. Чиновник посмотрит, посмотрит и скажет:

- Какой у вас примерный класс...

- Д-да, - сквозь зубы соглашается учитель, помня о вчерашней "подушке-пердушке" на учительском стуле, и замминистра идет дальше. А в классе опять начинают шкодить и все возвращается на круги своя. Записочки с признаниями туда-сюда шныряют. Прослезившись, Пал Иваныч даже рассказал, как в пятом классе был безответно влюблен в некую Людочку, толстенькую гимназистку с черными баранками на голове и синими лучистыми глазами. За косички он ее дергать не мог - скручены-то были, зато дергал за плиссированную юбку, за что получал по башке от ее лучшей подруги.

Был у них один замечательный учитель весьма преклонного возраста - математик. Бывало, придет в класс, положит сумку, возьмет мел и напишет условие задачи или несколько примеров. Внимательно посмотрит на учеников и назидательно скажет:

- Решайте. По окончании урока - сдать тетради.

А потом садится за свой стол и... засыпает! И тут тебе малина - сиди, у друга списывай, с соседом советуйся - делай, что душа пожелает! Главное - успеть решить до конца урока. По окончании урока на столе у педагога звонит карманный будильник, и он тут же просыпается:

- Ну что, решили? Сдаем быстро! Минута пошла! - строго рычал он, зыркая глазами по аудитории.

Ежели кто не успевал сдать за минуту, старичок с проворством фокусника оказывался у их столов и молниеносно забирал тетради. Такое чувство, что в нем одновременно уживались два разных человека - сонный, вареный старичок и проворный старый хрен.

Наевшись студенческих рассказов, Светлана Олеговна посмотрела на часы. Было без пяти четыре.

- Надо начинать готовиться к полету. Все марш за скафандрами! Кто поможет Лобзику Гвоздодерычу убраться у себя в мастерской?

- Мы! - крикнули я и Надюшка.

- Отлично, а я пока провожу Утюга Иваныча, Пончика и тетю Зину в их каюты, - обрадовалась Светлана Олеговна, убирая чашки со стола. По пути тетя Зина успела попенять мне: - Молодой человек, уберите пожалуйста ваш пакет. Хм, я если честно, отвыкла от такого обращения, но было забавно. Потому, что меня обычно называют ''девушка'', что меня очень раздражает, поскольку мне восемнадцать лет, а ''девочками'' называют друг друга дамы за сорок.Обидно.

Весело проведя время за столом, мы отправились по делам.

Время до отлета пролетело, словно стрела. Было без двадцати пять, когда, усталые и измученные, ввалились мы в свои каюты. Звукоизоляция была плохая: (возможно дело тут в близости каюты к кабине пилота) то и слышались громкие выкрики Пал Иваныча и ответные возгласы Светланы Олеговны:

- Турбины готовы?

- Да, капитан, есть, капитан! - отзывалась Светлана Олеговна.

- Газовый отсек? Запасы кислорода?

- Готовы, капитан!

- Двигатель в порядке?

- Так точно, капитан!

И так далее по списку. Перебрали всю аппаратуру, перешли к жилым комнатам:

- Блок санобработки исправен?

- Да, капитан, работает как часы!

- Запасы провианта достаточны?

- Так точно, капитан. Сегодня принесли пятьдесят ведер яиц и сто пятилитровых бутылок воды. Спасибо Полине, без нее бы не управились, - ласково заметила Светлана Олеговна.

Я лежала на кровати и довольно потирала руки. Мой вклад был значителен: одна я перетащила двенадцать ведер и тридцать бутылок и принесла бы больше, если бы мальчики не взмолились: ''Ну хватит уже! Мы тоже хотим!''

- В мастерской порядок?

- Разумеется, - отвечала Светлана Олеговна. - Поля и тут мне помогла. С Надей.

Я лежала и думала о своей подружке, которая находилась в соседней каюте. Меня переполняли теплые чувства и нежность. Как же мне повезло иметь такую лучшую подругу!

В другой соседней каюте послышалось бормотание Дианы. Наверное, читала очередную интересную книжку о театре. Время от времени раздавалось пиканье ее мобильника - мама не уставала донимать ее сообщениями, что походило на допрос с пристрастием.

На кухне звенели приборы - там царил Пончик. Добрый повар старательно проверял продукты и посуду, перекладывая абы-как разложенную утварь. Иногда он недовольно ворчал, обнаруживая немытые тарелки и куски пирога на столе, но быстро успокаивался, эти же куски доедая. Вообще, судя по своей комплекции, он был большой любитель покушать.

Когда шум на кухне прекратился, я снова уловила голос Светланы Олеговны на борту:

- Так, отлично, все проверено. Все в полной исправности. Надо будет сделать сообщение пассажирам корабля. Включить громкоговоритель!

Через какие-нибудь несколько секунд в динамиках зажужжал голос Пал Иваныча:

- Внимание пассажирам! Мы выполняем рейс Земля - Марс, отлет начнется через пять минут. Погода отличная, за бортом + 10 градусов по Цельсию, небольшой ветерок, но он нам не помеха. Вечером ожидается кратковременный дождь. Включаю двигатель. Раз... два... три...

Раздался глухой щелчок и я услышала тихую вибрацию двигателя, набиравшего обороты. В третьем отсеке, наверное, шумит как паровоз, - подумала я, устраиваясь на кровати поудобнее.

Тем временем, пять положенных минут таяли, как шоколадное мороженое ''Веселые внучата" при комнатной температуре, - быстро и незаметно.

Начался обратный отсчет:

- Десять... девять... восемь... семь... шесть... пять... четыре... три... два... один... пуск!

Я почувствовала всем своим нутром, как наш корабль медленно отрывается от земли и устремляется вверх, набирая высоту. Придвинувшись поближе к окошку, наблюдая за уменьшающимися зданиями и автомобилями, пока они не пропали из виду, а затем за красивыми зелеными квадратами и тонкими нитками рек, я шептала:

''Прощай, матушка земля! Процветай и благоденствуй без нас! Пусть твои просторы станут краше, а люди - добрее за время нашего отсутствия! Вернусь - все проверю, обещаю, - назидательно произнесла я и ухмыльнулась.

Корабль поднимался все выше и выше и рядом плыли неподдельно прекрасные стаи облаков. Наконец мы миновали тропосферу и попали из стратосферы в сияющую фиолетовыми огнями ионосферу. Еще пятнадцать минут - и мы поднялись в черно-фиолетовый, испещренный звездами космос.

- Ух, здорово! - слышались время от времени восторженные возгласы из соседних кают. Многие даже привставали, чтобы лучше разглядеть картины в иллюминаторе.

- Первый раз в жизни! Никогда еще не видела такого чуда! - радостно изумлялась Диана, разглядывая земной шар, материки, океаны, горы и сияющую полосу света, служившую нам трамплином в космос.

- Завораживает, не правда ли? - загадочный голос, раздавшийся из динамика принадлежал Светлане Олеговне. - Через несколько часов доберемся до орбиты. Там нас будет ждать спутниковый зонд, который следит за нашим перемещением и передает нам на борт координаты корабля относительно положения Солнца и Земли.

- Будем ждать, - улыбнулась я, прислоняя к себе подушку. - Надо проверить, как там Надюшка поживает.

Вдруг за дверью послышались чьи-то рассерженные крики.

Выглянув в коридор, я увидела странную картину. По коридору над землей плыл наш повар, а за ним летели, догоняя, все столовые приборы, которые он перед этим почистил, и аккуратненько разложил. Особо верткие кастрюли все норовили ударить его по голове. С жуткими воплями отмахивался он от назойливых кастрюль.

- Давайте я вам помогу, - предложила я, зависнув над полом и глядя на мучения повара. - Сейчас я все поймаю.

Уворачиваясь от бешеных кастрюль, вилок и ложек, я начала их ловить и сильно преуспела в этом деле. Пончик был мне очень благодарен.

- Старайтесь не держать дверь кухни открытой, - посоветовала я. - В условиях невесомости ваша посуда будет улетать в коридор. Лучше заприте их в шкафу до ужина.

Повар покорно кивнул. По его лицу текли струйки пота.

- Я побегу, то есть, полечу... - пробормотал он. - У меня там посудомоечная машина работает. Давайте ваши тарелки, - он протянул мне руки в белых перчатках. Я передала ему всю посуду и отправилась к Надюшке в гости.

- Тук-тук-тук, - постучала в белую дверь соседней каюты.

- Кто там? - послышался ее детский голос. - Это ты, Поля?

- Вестимо, - ухмыльнулась я.

- Заходи, - пригласил голос.

Надюшка встретила меня с распростертыми объятиями.

- Соскучилась, поди? - ласково спросила я.

- Да нет, прошло ведь только два часа, - рассеянно ответила Надя, глядя мне в глаза. - Но я всегда рада тебя видеть.

- Давай Тиасю пригласим! - довольно предложила я.

- Ну, я уже к ней заходила. Читает запоем, - поведала мне Надюшка.

- А что за книга? - полюбопытствовала я.

- Станиславский. Трехтомник " Не верю'' - сообщила она. - Как раз дочитывает первый том.

- Ааа, понятно, - улыбнулась я. - Наверное, хорошая вещь. А как там твой папа поживает? - с интересом произнесла я.

- Составляет бизнес-план на ближайший месяц, - ответила Надюшка. - Говорит, если наша техника марсианам понравится, можно будет сбагрить и получить неплохие денежки.

- Молодец твой папа! - похвалила я и добавила: - Чувствуется практично-предпринимательская жилка.

- Даа, хороший папа, согласилась Надя. - Только от шоппинга не в восторге.

- Нууу, папы, они такие, - рассудительно заметила я. - Но, конечно, есть и шопоголики в куртках от Версаче.

Таким шопоголиком был муж Инессы Евгеньевны. А еще он был без ума от парфюма Ла Коста. Дома у него стояло с десяток таких баночек-скляночек.

Глядя в окно на наиболее приметную звездочку, я думала : а что же нас ожидает на Марсе интересненького? Звездочка сияла белым светом. Я подумала, что это, должно быть, Вега или Сириус. А в какой стороне тогда Марс? В поисках ответа я достала планшет и посмотрела на карту звездного неба. Вот солнце, в левом нижнем углу. Венера и Меркурий рядышком, двенадцать и десять градусов разницы. Неподалеку Юпитер, а в восьмидесяти градусах Луна. На востоке Сатурн и Уран. Где же прячется Марс? А, вот и он, на севере, рядом с Нептуном. Я снова перевела взгляд на большую белую звезду... Знать бы, что это точно Юпитер. Тогда Марс получается, виден в каютах с другой стороны. Их номера четные. А у нас каюты номер 1, 3, 5. Поэтому мы можем наблюдать только огромную белую звезду. Ну и еще небольшой кусок Млечного пути.

- А у твоего папы какой номер каюты? - спустя пару минут молчания спросила я.

- Она напротив моей. Номер 2, - устало ответила Надюшка.

- Тогда пошли к нему, попробуем найти наш Марс, - предложила я.

- С удовольствием, - заключила Надюшка.

Папа открыл нам сразу же, как мы постучали.

- Что случилось, девчата? Конфеты закончились? - он задумчиво потер лоб.

- Да нет, пап, - успокоительно сказала Надюшка. - Мы просто хотели на Марс посмотреть. Поля говорит, что из твоего окна должно быть видно.

- Ааа, понятно, - улыбнулся папа и отодвинулся, открывая иллюминатор. - Пожалуйста, - и он присел на диванчик.

В его каюте мебель была серого цвета ( у Надюшки - красная, у меня - светло-зеленая). Подойдя к окошку, я глянула туда - ничего не видно, только одинаковые сияющие крошечные точки и какой-то туман.

- А ты вверх посмотри, - посоветовала Надюшка, заглядывая мне за плечо и всматриваясь в бездонное небо.

Приблизившись вплотную к стеклу, я глянула снизу вверх в космическое пространство. И точно, перед моими глазами возникла крупная красная звезда, мигавшая притягательным, тусклым огоньком.

- Здорово, не правда ли? Вот это и есть Марс, - сообщила Надюшка, теребя папину пузатую подушку.

- Чаю не желаете? - поинтересовался Владимир Максимович. - У меня кипятильник есть.

- Чаю? Хм, да пожалуй, спасибо, пап, - откликнулась Надюшка.

- У меня есть малиновый, мятный и фруктовый, - перебирая пакетики, констатировал папа.

- Надюшка, ты какой хочешь? - вежливо спросила я.

- Ну я, пожалуй, малиновый, - подумав, сказала она. - Мятный уже как-то дома поднадоел.

- А я обожаю мяту. Мне мятный, пожалуйста, - попросила я папу.

Когда чай закипел и мы разлили его по чашкам, не успев сделать ни глотка, мы услышали ядреный бас Пала Иваныча сквозь динамики:

- Товарищи! Приближаемся к орбитальной станции! Просьба не выходить из кают, пролетаем зону искусственных спутников. Будет немного трясти. Закройте свои двери и уберите столики!

- Ну вот, - возмутилась Надюшка. - Даже чай попить не дадут.

- Это ничего, - успокоил ее папа. - Я достану складной табурет.

Поставив белую табуретку на пол, мы водрузили на нее чайные чашки и как ни в чем не бывало, продолжали попивать чай.

- Ну что, вы уже составили бизнес-план на май? - поинтересовалась я у папы.

- А почему, собственно, на май? - удивился Владимир Максимович. - Ведь май и июнь мы проведем в космосе, а на Марс прилетим только в конце июля. Так что я составлял бизнес-план на последнюю неделю июля и на весь август.

- Веселенькое же лето нас ожидает, - подвела я итог. - Две трети, путешествуя в космосе и одна треть, слоняясь по Марсу - Каникулы, что надо!

- Жаль, что купаться и загорать не получится, - вставила Надюшка жалобно. - Океаны-то все высохли.

- Ничего, - успокоила я ее. Зато там не будет столько людей, как на твоем пляже. Тишь да гладь да божья благодать.

- А ты уверена, что там они вообще будут? - с подозрением спросила Надюшка.

- Есть у меня одна гипотеза, - загадочно улыбнулась я. - Но боюсь, тебе она не понравится.

- Это почему? - Надюшка слегка приподнялась на кресле.

- Потому, что она противоречит твоим идеалистическим концепциям и теории эволюции Дарвина.

- Ну, расскажи, что за гипотеза, - в глазах Надюшки загорелись озорные огоньки.

- Суть ее в том, что человек не произошел от обезьяны, его не создал Бог, и вообще он не является существом идеальным и конечным. Так как Марс планета более древняя, нежели Земля, смею предположить, что именно марсиане, ввиду близости этих планет, стали прародителями человечества.

- Ты думаешь, что наши предки - марсиане? - с недоверием в голосе откликнулась Надя.

- Ну, внешне они очень напоминают нас, - заметила я, вспомнив фотографию из кошелька Ольги Сергеевны. - Тогда почему бы и нет?

- Вопрос в том, где они живут, - задумчиво произнесла Надюшка. - Может, и не на Марсе. Ни один зонд с Земли никаких людей не обнаружил. Только пыль и камни.

- Ничего, завтра я всем вам расскажу, - ухмыльнулась я.

На следующий день, заглянув в кают-компанию, я застала там оживленный спор о том, есть ли жизнь на Марсе.

- Я хочу знать, во что я вкладывал свои деньги! - рычал Владимир Палыч, заставляя испуганно дрожать своих подопечных. - Вы, Светлана, две недели назад убеждали меня, что жизнь возможна везде! Даже в жерлах вулканов и в вечной мерзлоте! А теперь вы сомневаетесь, что наш оркестр найдет себе стоящую публику, которая не будет состоять исключительно из микробов и инфузорий-туфелек!

- Я ничего вам не обещала, Владимир Палыч, - спокойно отвечала Светлана Олеговна. - Я всего лишь предоставила информацию с последней сессии марсохода "Кьюриозити". В почве марсианской долины был обнаружен углекислый газ, который, как свидетельствуют исследования, являлся продуктом жизнедеятельности небольших организмов. Вслед за газом ученые обнаружили в толще песка поселения микробов и спор. Эти многообещающие заявления позволяют нам считать, что хоть-какая-то, пусть даже и самая примитивная, но жизнь на Марсе есть.

- Но я не собирался покорять своим дирижерским мастерством микробов! Это совсем никуда не годится, Светлана! Я ехал в расчете на разумную, человеческую аудиторию, которая способна выслушать и оценить произведения великих мастеров. Бах, Бетховен, Чайковский - что значат они для какого-то поселения тупых примитивных микробов?

Я тихонько прокралась в комнату, неслышно прикрыв за собой дверь. Стараясь, чтобы меня не заметили, забралась в большой шкаф и закрылась, наблюдая через щелочку за спинами и головами оголтелых спорщиков.

- Ну, ничего страшного, Владимир Палыч, - мягко успокаивала его Светлана Олеговна. - Не кричите так. Подумайте, а вдруг великая музыка окажет самое что ни на есть благотворное влияние на этих самых микробов, и они начнут быстрее размножаться? Через пару недель мы, возможно, получим более сложных по строению и биохимическому составу существ. А за пару месяцев нам удастся вырастить и человека разумного.

- Ну уж нет! - Владимир Палыч, казалось, вот-вот выйдет из себя. Его физиономия, багровая от злости, исказилась отвратительной гримасой.- Я не намерен торчать на этой сухой, безлюдной планете месяцами! Вы думаете, я ехал на камни уродливые смотреть? Или пиявок в пробирках выращивать?

- Или закатами голубыми любоваться? - вставил Саша.

- Вот именно! - подтвердил Владимир Палыч. - Это единственное, что внушает мне интерес. Смотреть мне больше не на что! Да слава богу, я на прекрасной планете живу, и много чего интересного повидал. С вашим Марсом и в сравнение не идет. Только на экзотику повелся. И на деньги немалые рассчитывал. От НАСА. За вклад в науку, культуру и так далее...

- Да не переживайте вы так, - рассудительно замечала Светлана Олеговна. - Выплатит НАСА вам компенсацию. И без славы точно не останетесь.

- Нну лладдно, - пролепетал заплетающимся языком артист. - Придется потерпеть...

- Есть ли жизнь на Марсе, нет ли жизни на Марсе - все равно! - заговорил механик Шуруп Шурупыч. - Меня послали сюда и я просто выполняю свою маленькую работу...

- Хлоп! - металлические створки шкафа раскрылись и наружу, словно чертик из табакерки, выпрыгнула Полина Шило - величайшая фокусница всех времен и народов.

- Сенсация! Всем стоять! - крикнула я, глядя на повернувшиеся ко мне изумленные головы. - Жизнь на Марсе есть! И эта жизнь - разумная!

Все тихо ахнули. Инесса Евгеньевна даже чуть в обморок не упала. Миша и Оля ее вовремя подхватили.

- А где доказательства? - прохрипел Владимир Палыч.

- Доказательства... Ха, доказательства! Вот, пожалуйста! - и я подняла в руке перед собой фотографию черноволосой марсианской женщины в меховом манто, так любезно предоставленную Ольгой Сергеевной.

Все жадно кинулись рассматривать снимок. Фотография тут же пошла по рукам.

- А это точно не фотошоп? - допытывался недоверчивый Саша.

- Нет,конечно. Это из достоверного источника.

- А кто же она такая? - изумилась Инесса Евгеньевна, вертя фотографию и так и этак. - Настоящая красавица!

- Моя мать, - поднялась из кресла Ольга Сергеевна.

- Да вы что? - ахнули одновременно Инесса Евгеньевна и Владимир Палыч.

- Вы родились на Марсе? - удивленно спросила Светлана Олеговна. Она была в полном замешательстве.

- Нет, не совсем, - вздохнула Ольга Сергеевна и, набрав в легкие побольше воздуха, продолжила:

- Мой отец был землянин. Космонавт. Однажды он отправился в путешествие на Луну, чтобы добыть лунные породы и привезти их вместе с запасами гелия-3 на Землю. По дороге ему попался некий космический корабль, битком набитый пришельцами. Такие здоровые твари, серые с вытянутыми мордами, как у собаки. Но разумные. Подсмотрев за ними, мой отец обнаружил, что они держат в плену женщину неизвестной расы. Унижают, бьют, издеваются. Так он незаметно проник в их корабль и эту женщину спас. Увидев своего спасителя, она была безумно счастлива. Полюбив друг друга,мои родители сначала отправились на Марс, чтобы спросить разрешения у ее отца и матери пожениться, а затем улетели на Луну. И вот там, как раз, родилась я.

- А где же ваши родители теперь? - поинтересовалась Инесса Евгеньевна.

- Отец погиб, возвращаясь на Землю, а мать... не знаю, может быть, живет и по сей день...

- Но почему она не забрала вас с собой, когда ваш папа погиб? - недоумевала Оля.

- Видишь ли, марсианское законодательство запрещает забирать детей, чьи родители погибли в катастрофе. У них там и так перенаселение...

- Переселение? Да что вы говорите! - удивилась Светлана Олеговна. - Что-то совсем незаметно...

- В том то и дело, что марсиане свои постройки скрыли от посторонних глаз. Не удалось спрятать лишь древний марсианский Сфинкс, который до сих пор радует самые искушенные взгляды.

- То есть вы хотите сказать, что они их закопали? - уловив ее мысль, произнесла Светлана Олеговна.

- Именно так. На сегодняшний день в подземных грунтах и геологических породах насчитывается огромное число каналов, которые питаются из грунтовых вод и полярных шапок, - выдвинула я свою сенсационную теорию, о которой замалчивала вчера при Надюшке. Я права? - мой взгляд остановился на Ольге Сергеевне.

- Не знаю, как там сейчас дела, но лет двадцать назад все было примерно так, - задумалась Ольга Сергеевна и прибавила: - Тогда царем был Ух Ошлеп тринадцатый. И в стране был полный порядок.

- Вы думаете, сейчас пришли чиновники с олигархами и все разворовали? - обеспокоенно спросил Палыч.

- Не знаю... - Ольга Сергеевна замешкалась. - Ничего не могу сказать... Нужно читать Вести-Марс, а это подпольная газета. Выходит раз в неделю на Луне. Издательство "Аполлон", страна Азимовия, город Пентатон, улица Карла Маркса, дом 21, самый нижний этаж, спросить Агита Тора.

- Так что, и на Луне теперь жизнь есть? - подскочил от удивления Владимир Палыч, прикусив язык.

- Своего коренного населения нет, но есть марсианские эмигранты, - спокойно продолжила Ольга Сергеевна. Понастроили там под землей пентхаусов - ступить некуда. Некоторые даже наружу торчат.

- Так вот оно что! А в новостях сообщалось о древних развалинах на Луне.

- Сами они древние! - обиделась Ольга Сергеевна. - На Марсе такой стиль сейчас называется антично-пирамидальный шик-модерн!

- Откуда вы знаете? - сухо спросила Светлана Олеговна.

- Мой марсианский дедушка живет на Луне, а сын его, дядя мой, работает в издательстве "Аполлон". Его зовут Предпри Ниматель.

- Предприниматель? - переспросила Инесса Евгеньевна.

- Ну это если на русские буквы переводить. По-марсиански это будет Хаймхат Ктеофьюз, - пояснила Ольга Сергеевна. - А дедушку моего, вы не поверите, по-русски зовут Стар ПерДун, а по-марсиански это - Юфоа ХьяМэк.

- Как интересно... А как будет имя Ольга по-марсиански? - тут же спросила Оля.

- Ольга, хм, Арзуо, - подумав, ответила Ольга Сергеевна.

- А Диана? - полюбопытствовала моя подружка-брюнетка.

- Кажется, Мтоко.

- А Надежда и Полина? - ляпнула я.

- Комьяхмо и Хаютко, - Ольга Сергеевна и тут не растерялась.

- Скорей бы прилететь на Марс! - мечтательно закатила глаза Надюшка. - Будем их там удивлять своими знаниями в области языка! Небось, не ждали такого! Ну, как будет Привет?

- Хатьяф, - не замедлила с ответом наша училка по марсианскому.

- Спасибо?

- Юхоюта.

- Дайте пожалуйста?

- Мо фь хахоуэюфо!

- Извините?

- Тшхтктхфь!

- О боже! Такое длинное слово и ни одной гласной! - ужаснулась Тиаси. - Язык сломать можно!

- До свидания?

- Маютмоктр, - устало ответила Ольга Сергеевна. - У нас еще будет время выучить марсианский язык. Два месяца впереди.

- Ух, ты, теперь я знаю чем мы будем заниматься в космосе! - выпалила Надюшка.

- Про наши поединки на ковре и шахматы не забудь, - вставила я.

- Ты все равно в силовых видах у меня всегда выигрываешь, - ответила мне моя лучшая подруга.

- Ну ладно, ладно... Тогда поиграем в игру "Жизнь'', которая с работами, тачками и зарплатами, - предложила я.

- Тогда окей, - согласилась Надюшка. - Уххх, весело! Обожаю космос!

И она убежала к себе в каюту, чтобы опробовать спутниковый вайфай.

Эти два месяца были для нас сущей малиной. Мы практически не работали, изредка помогая Шурупу Шурупычу и Лобзику Гвоздодерычу, поскольку Утюг Иваныч прекрасно справлялся и без нас со своею электропроводкой. Повар Пончик готовил вкуснейшие блюда, которые прямо таяли во рту. По коридорам часто летала тетя Зина (мы, в основном между собой, называли ее Резиновая Зина, помня детское стихотворение), маниакально выискивая висящий в воздухе мусор. Если ей удавалось поймать виновника сего мусора, она тут же читала ему длинные нотации, поминая все указы нашего президента. Понимая, что с первой леди ЖЭСа номер 26 и заслуженным работником культуры лучше не спорить, студент молча убирал бумажки в полиэтиленовый пакет и уходил восвояси. Пару рас досталось и мне за чипсы Лейз, зависшие над полом, которые привлекли нежелательное внимание Зинаиды Андреевны. Легким движением швабры, она смела их в контейнер и напустилась на меня с бранью:

- Молодой человек, что вы тут намусорили? Здесь вам комната отдыха, а не свинарник.

- Извините, я нечаянно - спокойно отвечала я, уже не обращая внимание на "молодого человека''. Только бы побыстрее от нее отделаться и свалить.

Наконец она от меня отстала, удаляясь и по дороге ворча что-то о дурном воспитании молодых людей.

Наши комик-шоу имели бешеный успех. Деньги, вырученные от выступлений, лились рекой. За два с лишним месяца мы умудрились заработать пять тысяч баксов, и это при том, что публика была не очень-то похожа на миллиардеров.

- Ну что, делить будем на троих? - вопрошала я, пересчитывая денежки в конце шестьдесят девятого дня.

- Тебе, как организатору, полагается две трети, - устало сообщила Надюшка, зевая во весь рот.

- Давайте я возьму сорок а вам отдам по тридцать процентов, окей? Ваш вклад был неоценимо значителен. Без вас, увы, не получилось бы атмосферы настоящего шоу, - рассудительно заметила я, сортируя головы американских президентов.

- Спасибо, ты так добра, - откликнулась Надюшка, уткнувшись лицом в подушку. Через некоторое время она совсем отключилась и крепко заснула.

Таким образом, я получила две тысячи, а мои ассистентки - по полторы. Довольная сделкой, Диана отправилась в свою каюту смотреть сладкий сон. Я только собиралась последовать ее примеру, как вдруг из динамиков раздался басовитый голос Пала Иваныча:

- Товарищи! Завтра в восемь часов утра прибываем на Красную планету! Просьба пораньше лечь, чтобы не проспать высадку. Топливный бак заполнен на семьдесят процентов. Температура - 200 градусов по Цельсию. Как самочувствие?

- Отлично, - раздался хор голосов из кают-компании.

- Просто не терпится оказаться на Марсе! - потирала руки Фрося, переглядываясь с Олей.

- А там можно выращивать растения? - поинтересовался Виталик, вертя в руках горшок с геранью.

- Если мы найдем условия, пригодные для жизни, то почему бы и нет, - ответила Светлана Олеговна. - Можно будет вырастить целый питомник.

- А как же мой хомячок? - допытывалась Саша. - Он на Марсе проживет?

- Ну и как там зовут твоего хомячка? - спрашивал Надин папа, памятуя о ее обширной коллекции медеведей.

- Повелитель ночи, - ответила Саша. - Вот, посмотрите-ка, - и она принесла из своей каюты вместительную клетку, в которой сидел огромный, величиной с кружку Владимира Палыча, черный хомяк. Пожевывая морковку, он смотрел на нас полными презрения глазами, в которых читалось: ''Что вы так на меня уставились, жалкие людишки? Я - король хомяков! ''

- Красивый, не правда ли? Мне его двоюродный брат подарил на день рождения. Сказал - палец ему в рот не клади - откусит.

С опаской поглядывая на хомяка, Инесса Евгеньевна убрала с шеи долой изящный шарф от Луи Виттон. От греха подальше.

- Можно подержать? - поинтересовалась Оля.

- Ну конечно! - Саша достала хомяка из клетки и передала в Олины руки.

С любопытством рассматривая хому, Оля погладила ему спинку и почесала ушки. Презрительный взгляд Повелителя Ночи сменился на прищуренный и довольный.

- Похоже, ты ему понравилась, - заключила Саша, вручая хоме вторую морковку.

- Уже пол одиннадцатого, - зевая, провыла Маша.

- А не пора ли нам спать? - строго заметила Светлана Олеговна, глядя на своих подопечных. - Завтра рано вставать. Вы должны быть на Марсе свежими, как огурчики, сытыми и не вонючими.

- Так точно, мэм, - согласился Саша, запуская руку в карман, чтобы достать кодовую карту для разблокировки дверей.

- А вдруг там хищники живут? А мне кажется, что, если мы завтра будем чистыми и свежими, как огурчики, то они нас быстрее найдут и съедят, - обеспокоенно протянула Оля, отдавая пузатого Повелителя Ночи в теплые руки хозяйки.

- Не волнуйтесь, - махнула рукой Светлана Олеговна. - Если что не так, вы всегда можете пустить в ход лазерный пистолет, который лежит у вас в заднем кармане. Только перед тем как класть его обратно, убедитесь, что он выключен, иначе рискуете поджарить ваши ягодицы.

Вся компания захохотала. Светлана Олеговна сурово сдвинула брови:

- Это не смешно! Был один такой случай... Я вам разве не рассказывала? Астронавт Курт Хайнер, занимавшийся добычей камней на Луне, после работы забыл выключить лазерный бур и сунул его в задний карман штанов. В результате он прожег всю материю, а космонавту пришлось бежать за запасным скафандром в багажный отсек, по пути сверкая голой задницей. Но так как другого такого костюмчика не нашлось, неудачливому астронавту пришлось возвращаться в таком виде на Землю. Бедняжка, не правда ли? Зато получил тройное внимание репортеров и удостоился первой полосы.

- Одним словом, скандалист, - подытожила Инесса Евгеньевна.

- Так что если не хотите опозориться, будьте внимательны и ведите себя прилично, - назидательно сказала Светлана Олеговна, поглаживая шипастую сумочку. - Все марш спать! - ее повелительный тон раскатами грома разнесся по кают-компании. Один за другим запоздалые "совы" прошмыгнули за дверь. Большая гостиная скоро опустела.


## Глава 4


Марсианские каникулы


Бесстыдно назойливый будильник разбудил меня в полвосьмого. Хорошо, хоть рингтон догадалась сменить: с алеаторики на настырный полудетский голос:

''Вставай, засранец, хватит спать. Подьем, подьем, ПОДЬЕЕЕЕМ!!!

Выключив будильник, который орал, как резаный, я отправилась готовить из себя свежий и вкусный огурчик по рецепту Светланы Олеговны. Умывшись и съев специальный порошок для чистки зубов, нагрянула я на кухню. Мое появление для повара Пончика было неожиданным:

- Девушка, вы уже? Сегодня вы самая первая. Подождите пару минут, сейчас я все приготовлю.

Расфасовывая контейнеры с едой, он вежливо спросил:

- Что вы будете? Кашку, яичницу, куырдак, уыз, казы-карту, шалап..

- А что у вас и казахская кухня есть? - удивилась я.

- У меня все есть. Японская, итальянская, французская, грузинская, армянская...

- О, давайте-ка перечислите мне армянскую, - загорелась я.

- Пожалуйста: толма, пастынеры, баскыртат, ики-бир, кюфта, тжвжик, суджух, кчуч, кололак, ариса и амич.

- Эээ, тогда положите мне, пожалуйста, один кололак, а к нему четыре куска суджуха и баскыртат, - попросила я и добавила: - Только приправьте еще черным перцем. - А, еще, - спохватилась я. - Сделайте и Наде кололак, только насыпьте туда чабреца. А еще сварите ей чая с чабрецом. Она от него без ума.

- Будет сделано, - согласился повар и принялся за работу.

Через десять минут мы с Надей уже сидели на кухне и уплетали кололак за обе щеки. Моя подруга и раньше не гнушалась попробовать какой-нибудь хоровац с чесноком, но кололак ела впервые.

- Ну и вкуснятина! - нахваливала Надюшка блюдо.

Вдруг за дверью послышались чьи-то шаги, а, когда она отворилась, вошел Владимир Палыч. Поздоровавшись с поваром и пожелав нам приятного аппетита, он сделал свой заказ:

- Мне, пожалуйста, казахскую кухню. Один бешмарбак, к нему баурсак, политый сары-маем, таба-нан, крепкий чай со сливками и шалап с тандырной лепешкой.

- А как же ваш любимый куырдак? - заботливо переспросил Пончик, нарезая тонкими ломтиками нежное мясо.

- После, - отмахнулся Владимир Палыч, разглядывая большой чан с айраном.

Когда зашла Светлана Олеговна, все резко поменялось. Она у нас предпочитала китайскую кухню:

- Дайте пожалуйста миску супа с лапшой шоумянь, вареное морское ушко, цзунцзы со свининой в лотосовых листьях, столетнее яйцо и, конечно, большую чашку зеленого, самого что ни на есть китайского чая.

- Будет сделано, мадам, - услужливо промолвил повар, переставляя огромную кастрюлю с таба-наном на свое законное место. Накладывая на сковородку все норовящее улететь морское ушко, он исчез за дверью кухни. Даже сквозь скафандры мы ощущали ядреный аромат цзунцзы, витающий в воздухе.

- Вы положили мне слишком мало перца, - жаловалась Светлана Олеговна, посасывая через трубочку вареное морское ушко. (в космосе все едят именно так). - Совсем плохо проперчилось мое ушко.

- Пожалуй, я добавлю вам приправы, - согласился повар, насыпая в контейнер мелко нарезанный сычуаньский перец. Потом он отошел принимать заказ у Дианы, требовавшей дать ей что-нибудь из мадагаскарской кухни.

- Девушка, ну вы понимаете, ну нету у нас африканской кухни. Ну, максимум, арабская. Хотите, я вам налью бобовый суп бейзар?

- Нннет, спасибо, - пролепетала Диана. - А что у вас еще есть экзотическое?

- Есть австралийская. Кухня австралийских аборигенов. Кенгурятина, мясо поссума, крокодила, тасманского дьявола и страуса эму.

- О! Вот точно мне нужно! - просияла Диана. - Хочу свежей кенгурятинки!

- Не проблема, - улыбнулся Пончик и ушел накладывать мясо.

В этот день почти все успели побыть гурманами, попробовали блюда самых разных стран. И только тетя Зина, как истинная патриотка своей страны и ЖЭСа номер 26 попросила себе на завтрак хлеб, драники и бульбу по-белорусски.

Высадившись на поверхность Марса, наше руководство решило, что кто-то должен сделать пробную вылазку. Выбор пал на меня. Вручив мне в руки белорусский флаг и нацепив на меня "жучок", отпустили проведать бескрайние просторы краснозема.

- Где мы находимся, хоть? - задала я наводящий вопрос. - А то как-то стремно наугад идти.

- Запад Долины Маринера, недалеко - кратер Ломоносова, - пояснила Светлана Олеговна, вручая мне мини-компьютер.

- Возвращайся через полчаса обратно, - назидательно посоветовал Шуруп Шурупыч. - Не слоняйся без дела. Поможешь мне циркулярную пилу починить.

- Ладно, хорошо, - за время пребывания на корабле меня уже достали просьбы механика подать то, починить это. Пронюхал, что я в технике разбираюсь и давай гонять в мастерскую каждый день. Задолбал по полной.

Хрум, хрум, хрум, - скрипел под ногами оранжевый марсианский песок. На небе в голубой дымке завис белый диск недавно проснувшегося солнца. Кругом - высокие дюны, наваленные абы-как камни цвета терракоты, отвесные скалы и больше ничего интересного. Подобный пейзаж можно было наблюдать до самого горизонта.

Мое внимание привлекла особенно красивая форма лежащего на песке камня - он походил на небольшую морскую черепаху. Протянув руку к нему, я не успела дотронуться, как он дернулся и сразу же... провалился под землю. Не ожидав такого, я резко отпрянула. Сомнений не было - он живой. Или кто-то под землей забрал его себе. Уххх, даже страшновато как-то стало. А вдруг за мною следят?

Осторожно, стараясь не наступать на камни и ничего руками не трогать, продвигалась я на запад, надеясь что за мной следят только аппараты Светланы Олеговны. Но, спустя какое-то время, когда на меня напала скука, мне в голову пришла шальная мысль - попробовать позвать людей, найти их. Набрав в легкие побольше воздуху я огляделась и крикнула: "Юфз фэффаз кттэмз?" (марс. "Есть тут кто-нибудь?"). Ответом мне было молчание.

- Молчание - знак согласия, - улыбнулась я, ступая по сухой каменистой низине. Прошло уже десять минут, а скука была смертная. Ничего необычного не попадалось мне на пути. Все те же загадочные фигурные камни, ребристые осколки марсианской породы и кратеры, щедро рассыпанные по бесплодной пустыне.

Вдруг я заметила, что долина под моими ногами идет на спуск, а впереди - огромное плато, изрезанное вдоль и поперек узкими каньонами. Взглянув на мини-компьютер, я обнаружила подробное описание сего явления: "Лабиринт Ночи, система каньонов".

Остановившись на спуске, я осмотрелась.

- Отличное место для флага, - ухмыльнулась я, расчищая поверхность долины от мелких и острых камней и водружая туда национальную гордость нашей республики.

Застыв на месте, чтобы полюбоваться на слегка развевающееся полотнище флага, я отправилась исследовать лабиринт. Вблизи он выглядел еще более странно. Каньоны, петлявшие то там то сям, расходились под разными углами. Время от времени песок дюн осыпался в их глубокие тоннели. Становилось по-настоящему страшно. Приблизившись вплотную к бездонной дыре, я заглянула внутрь. Мне удалось увидеть лишь зияющую черную пропасть.

- Пойду-ка я обратно, - опасливо подумала я. - Если пропаду здесь, никто меня отсюда не вытащит. Надо торопиться обратно, - и я повернула назад, все еще не забывая исчезнувший под землей камень.

На базе меня встретили с распростертыми объятиями.

- Расскажи, что ты видела? - девочки изнемогали от любопытства. - Хотим знать, стоит ли того экскурсия по Марсу?

- Ооо, поверьте, она того стоит, - улыбнулась я. - Если вы любите хоррор и психологические триллеры.

Затем я повернулась к Светлане Олеговне и доложила обстановку:

- В Долине Маринера тишь да гладь, за исключением странно ведущих себя камней, а на западе есть кое-что поинтересней.

- И что же это такое? - уточняющее спросила она, ковыряясь в походной сумке.

- Лабиринт Ночи, судя по надписи на экране, - я протянула ей мини-компьютер, на котором синим квадратом мигала таинственная локация. Критически изучив взглядом монитор, Светлана Олеговна задала мне вопрос:

- Полина, насколько глубоки эти каньоны?

- Не знаю, но мне не удалось увидеть дна, - поведала я ей. - Думаю, что примерно пару километров.

- Интересно... Очень интересно... Надо будет сходить туда всем вместе...Струнники, берите скрипки, на случай, если станет скучно... Давайте, собирайтесь и идем! - заявила Светлана Олеговна, укладывая в сумку провизию и инструменты.

Пока мы шли, солнышко пригревало все сильней. Если в девять часов утра температура еле достигала +8, то сейчас она поднялась до +15. В скафандре с антирадиационной защитой мы чувствовали себя лучше, чем большинство землян. Так что настроение у всех было просто замечательные.

Впереди, показывая дорогу, шагали мы с Надюшкой. Солнце порождало на ее шлеме яркие блики. Облаков на небе не было вовсе.

- Интересно, тут сейчас зима или лето? - поинтересовалась Диана.

- Марсианские сезоны совпадают с нашими, - благосклонно ответила я, любуясь на розовое небо в зените. - Так что, судя по этому, здесь сейчас вторая половина лета заканчивается.

- Эххх, - вздохнула Надюшка, вспомнив про каникулы в Грэцыи и про симпатичного ресепшиониста. - До чего же все тут одинаково!

- Ты жива еще, моя старушка? - полушутливо спросила я у ней.

- Видно, слабо жал в лицо подушка, - устало выдохнул маленький человечек, разгребая ногами песок.

- Здесь было бы хорошо играть в пляжный волейбол, - заметила я, поворачиваясь к спешащим позади людям. - Вот, смотрите, какое гладкое, ровное место! Только сетку надо поставить. - Жаль, что в футбол не очень-то и поиграешь. А вдруг мяч под землю провалится? Не хочется что-то рисковать.

Наконец достигли мы крутого спуска, на котором трепыхался красно-зелено-белый флаг.

- Смотрите! - крикнула я, указывая на сеть подозрительных каньонов.

- Неплохо выглядит, - сказал Шуруп Шурупыч. - Только я бы сделал пореже. А то прям ступить некуда.

- Вы полагаете, что этот лабиринт имеет искусственное происхождение? - придирчиво разглядывая вязь каньонов, спросила Светлана Олеговна.

- А что, разве не похоже? - спокойно заметил Утюг Иваныч.

- Ну, если это и человеческих рук дело, тогда почему здесь так грязно и не убрано? - провозгласила Зинаида Андреевна, нащупывая в рюкзаке швабру. Заслуженная уборщица республики всегда находилась в режиме боеготовности.

- Если марсиане, обитавшие ранее на поверхности, а затем, в результате ухудшения жизненных условий, перебравшиеся в более глубокие слои, живут теперь на глубине нескольких километров, как вы думаете, неужели им захочется лезть обратно навверх, чтобы убирать мусор? - иронично заметила Светлана Олеговна.

- Конечно же нет, - процедила сквозь зубы аккуратная до педантичности уборщица. - Но я бы на их месте...

- Вот мы улетим, а вас оставим на Марсе, посмотрим, как вы будете тут убирать. Это вам не Дворец Спорта, - ухмыльнулась я.

- Да что вы говорите, молодой человек? Я, между прочим, уборщица с двадцатилетним стажем... Показать вам мой нагрудный знак? Из рук самого министра культуры.

- Знаю, знаю, - отмахнулась я от занудной уборщицы. - Все равно вам эту махину даже за год не очистить. Тут и сотня таких как вы тетенек не справится, - сказала я, со всех сторон рассматривая громадный лабиринт.

- Что-то мне скучно становится, - Владимир Палыч слегка помрачнел. - Давайте-ка грянем, товарищи! Доставайте свою амуницию!

Покорные струнники вынули из походных сумок скрипки, виолончели и альты.

- Равняйсь! Смирно! На первый-второй рассчитайсь! - рыкнул Палыч.

- Первый, - гордо выпалил Миша

- Второй, - буркнул Саша.

И так далее по росту. Когда дошли до самой маленькой, Саши, и закончили, Палыч вынул из своей объемной сумищи с двадцать складных стульев и расставил их на песке вокруг большой дыры в земле.

- Итак, товарищи музыканты, грянем! Раз, два, три, четыре! - и Владимир Палыч в миллионный раз повелительно взмахнул дирижерской палочкой.

Тотчас же вымуштрованные и выученные тяжелой неволей струнники заиграли "Маленькую ночную серенаду". Звуки виолончелей и скрипок отдавались от стен каньона гулом. Мне казалось, что это никогда не закончится. Как вдруг песок напротив Сашкиной виолончели зашевелился и наружу вылез небольшой лысоватый человечек с маленькими ручками-ножками, одетый в кислородную маску и по-марсиански спросил:

- Лфаюю элу юаю?(;Что случилось?)

- Кунь а, - спокойно отвечал Палыч, - Ернуаойц. - Что означало: '' Все в порядке, мы играем''.

- По по койаннкор цэднпо,- удивился марсианин. - Хню Зэмла? ( Какая необычная музыка. Вы с Земли?)

- Мо, ( Да,) - кивнул Владимир Палыч.

- Попхо юда хэ ф? Как вас зовут? - допытывался маленький марсианин.

''Переведите ваше имя на марсианский,'' - шепнула Палычу на ухо Ольга Сергеевна.

- Ейк рда хэ ф Хюомуеуа, - сказал он, поморщившись, услыхав со стороны, как отвратительно звучит его прекрасное имя на марсианском языке

- Оеацуер Кудикзпор Флохо, - представился маленький марсианин ( его имя переводилось, как " Низенькая трава"). Еах ка хаанюф а Кудик ( Можно просто Кудик)

- Ан йк хаурфка, - раскланялся владимир Палыч, протягивая свою крупную руку для рукопожатия. Маленькая ладошка Кудика потонула в огромной перчатке Палыча. Осмотрев своего нового знакомого с ног до головы, марсианин уже было собирался открыть рот, чтобы что-то сказать, как вдруг зыбкий песок около дыры начал шевелиться, и через какие-нибудь пару секунд наружу выполз второй марсианский житель. Этот оказался помоложе и весь какой-то дерганый.

- Хниемйюа! Хни! Пфанф у юн му! - затараторил он, беспокойно оглядывая нас. - Йдааошуй!

- Эюхапатюр! - крикнул на него первый человечек, надеясь что его слово окажет успокоительный эффект. Но молодой человечек, тем не менее, продолжал истерично вопить:

- Попаааа ныафо! Кэнфахааюфа хушма! ( последнее - одно из непечатных ругательств по--марсиански.)

- Цхо фуф! Шоеаюнунц! - сердито одергивал его Кудик, делая забавные жесты.

- Интрдктц! - согласился молодой и прекратил браниться. - Удукуфуй!

- Нам было так забавно, что мы покатились по полу. от смеха. Скоро наши скафандры были по пояс в песке.

- Ханйер? - удивленно спросил Кудик. - Нфа Еюамама Аокку, ( Это Молодой Да Ранний) , - представил он своего партнера. Еах ка хаанюф Мама (Можно просто Мама)

- Ой не могу! - покатывалась со смеху Надюшка. Ее скафандр весь ходил ходуном.

Мама перевел взгляд со смеющейся толпы на только начинающих хихикать Екатерину Владимировну и Светлану Олеговну:

- Попша хэфхою, хайпао юкж моеж? - вежливо поинтересовался он.

- Юхйфюоко, - ответила Светлана Олеговна, первый раз в жизни чувствуя себя полной дурой.

- Йпофйауко, - выдавила из себя Екатерина Владимировна, борясь с приступом неудержимого смеха.

Мама пошел советоваться с Кудиком, чтобы узнать, что же их так рассмешило:

- Уцао ююейзу юа? Рхюадах ааюузюн? - выпучив глаза, спросил бедный Мама. ( Что их рассмешило? Я плохо побрился?)

- Кйфхц, - буркнул Кудик. - Кох йакай, котршнп пох фюруе юейзкне. (Наверное, наш язык)

- Офигели нах, - протянул озадаченно Мама и это развеселило нас еще больше. - Каэа ншуп хр мпуй.

Он видно не так понял слово "язык". Подумал, что это часть тела. И высунул его из-под кислородной маски, чтобы мы убедились, что он абсолютно здоров. Ну а со стороны это выглядело... сами знаете как.

Повертев языком, Мама остановил свой взгляд на шарфике Инессы Евгеньевны, намотаном поверх скафандра.

- Паоюух! - восторженно заметил марсианин. - Ю Зэмла?

- Пакйтка, - кивнула Инесса Евгеньевна. - Хаююю ймкрр паююйпжоп. (Самая новая коллекция)

- Хаш хаюз фйа хаахамуфз хою хкуш, - предложил Кудик, протягивая Владимиру Палычу свою маленькую заскорузлую ручку. - Фоехух и хеф коц юфоайауко. (Позвольте проводить вас вниз. Там живет наш старейшина.)

- Интересно, и какая от него будет польза с таким-то местным диалектом? - подумал Владимир Палыч, уткнувшись головой в стенку скафандра. - Ошо нйе? - спросил он по-марсиански (А зачем?)

Мама тут же живенько засуетился.

- Хафа энфа акшкойф зэмлака ршнп, - заговорщически подмигнул он, пошевеливая шестыми пальцами рук.

- Он знает земной язык? - удивилась Инесса Евгеньевна. - Откуда?

- Юоеу эшкойфм, - загадочно произнес второй марсианин, щелкая зубами. (Сами узнаете)

- Ведите, - по-марсиански приказал Палыч.

Размотав моток веревки, марсиане прикрепили ее к стенкам ямы и спустили вниз. Грязные (до этого от смеха все в песке вывозились), но довольные, мы принялись лезть в этот глубокий колодец. Периодически в его стенках слышались чьи-то шорохи, пару раз даже выползали черные с зелеными крапинками ящерицы (которых я на поверхности принимала за камни) и, завидя нас, тут же бросались наутек. Когда мы проползли добрые двести метров, то обнаружили, что веревка закончилась, а в стенке начались небольшие выбитые ступеньки. Соскользнув с веревки, мы бросили ее вниз и аккуратно стали спускаться по крутой лестнице. Пару раз некоторые девочки испуганно визжали, стоило их пятке сорваться со ступеньки, но мои сильные руки тут же их подхватывали и аккуратно спускали вниз. Так прошли мы около девятисот метров, пока под нашими ногами не заклубились розоватые дымные облака. Поглядев в эту массу сверху вниз, я уловила смутные очертания угловатых построек, и огромное здание с пирамидальной крышей, напоминающее пентхаус или дворец.

- Ха фнф космае, - заговорил Мама, глядя вниз. (Это наш дом)

- Как же нам спуститься туда? - отчаянно завопила Инесса Евгеньевна, бешено теребя шарф от Луи Виттон. - Я боюсь упасть...

- Парашют, - подсказал Лобзик Гвоздодерыч, указывая на спину маленького марсианина.

- Вот блин, а наши парашюты на корабле остались! - пожаловалась Надюшка.

- Не переживай, - успокоила ее я. - У меня же есть крылья.

- Та самая магия? - просияла Надюшка.

- Ну конечно! - подтвердила я. Я могу перенести тебя вниз. На себе.

- Круто! - обрадовалась Надюшка, опираясь на сумку с продовольствием. - Ну, давай!

- Запрыгивай мне на спину! - я сделала приглашающий жест.

Молясь, чтобы крылья пробили скафандр, я сконцентрировалась на своих эмоциях. И, о счастье! Сработало!

Сорвавшись с последнего обрыва ступеньки, мы спикировали в гущу пушистых розовых облаков.

- Держись крепко! - крикнула я своей Надюшке.

- Я стараюсь! - ответила она мне, ухватив меня крепко за шею.

Все ниже и ниже над городом летела забавная парочка. Удивленные люди задирали кверху головы:

- О, чудо! Посланники небес! Боги! - бормотали они в неистовом экстазе.

Слыша их богобоязненные причитания, мы хохотали как ненормальные.

- У всех порядочных граждан уже монотеизм, а они все язычеством балуются! - раздраженно буркнула моя подружка, выглядывая из-за моего плеча. - Понаставили тут идолов!

Мы как раз пролетали над мудреной конструкцией, на вершине которой красовался мраморный гражданин с крыльями ястреба. Осторожно, чтобы не задеть и не удариться обо все выступающие части его тела, я спикировала вниз и приземлилась прямо на мощеную серебристым булыжником площадь. Восторженные марсиане, тут же обступили нас и упали на колени.

- Не стоит, - махнула я рукой. - Встаньте.

- А, между прочим, кое-кто бы обрадовался, - заметила Надюшка. - Твой воздыхатель. Он всегда доволен, когда перед ним падают на колени.

- Ммм... Локи? Да, надо бы предложить ему отправиться на Марс. Уверена, он завербует там еще большую часть населения, чем на Земле. Его армия удвоится, а может быть даже и утроится, - хитро отозвалась я.

- Ну, конечно, с таким-то некрещеным населением, которому до монотеизма и христианства как до Луны, - констатировала Надюшка, отбиваясь от назойливых фанатиков.- Что-то они все какие-то не очень симпатичные.

- А ты думала на Марсе в пентхаусах живут сплошь голливудские звезды? Или одни Андре? - строго заметила я, отодвигаясь от одного приставучего марсианина, который все пытался вылизать мои начищенные космические боты. - О, смотри, вот молодой человек ничего такой. А с ним, наверное, его девушка, - я указала на парочку, приближавшуюся к нам с другой стороны улицы.

Странное дело, подумала я. Если в толпе язычников преобладали товарищи, облаченные в длинные разноцветные рубахи и льняные штаны, то эта парочка была одета совершенно по-особому. Это были костюмы... девятнадцатого века! Такими, какими они были на Земле. Изумрудное платье с корсетом и гипюровой юбкой, небольшая шляпка (правда, вместо цветов или чучела птицы там красовался скелет птерозавра), а жених в темно-сером сюртуке и такого же цвета цилиндре. Подойдя к нам поближе, они смерили нас ироничным взглядом, который говорил о наличии у марсиан определенного чувства юмора.

- Что привело вас сюда? - вежливо спросил молодой марсианин, не выпуская руки девушки.

- Мы выполняем... одно задание, - улыбнулась я, все еще не в силах оторвать глаз от скелета птерозавра. - Скажите, откуда это у вас?

- Один мой очень хороший друг прислал из музея, - пояснил молодой человек. - Там у меня дома целая коллекция. Хотите покажу?

- Э, ну пожалуй, чуть попозже, - ответила я, борясь с желанием дотронуться до исторических костюмов, чтобы убедиться в том, что они настоящие.

- Там наверху застряли наши люди, - робко сообщила Надюшка, поднимая взор к облакам из розовой пены.

- Да неужели? Хотите я пошлю за ними вертолет? Вам какого года образец - 1932-го или 1945-го? Или может быть вы хотите современный?

- Современный это в смысле наш? - удивилась я.

- Современный это в смысле марсианский современный. Десятивинтовой с четырьмя парами перекрещивающихся лопастей. Развивает скорость 300000 км в час за пять минут.

- Неужели ваша техника зашла так далеко? - ахнула я.

- А почему у вас тогда язычество, а не монотеизм? - допытывалась Надюшка.

- Эклектика, понимаете ли... Скучно жить в целиком ультрасовременном мире... Поэтому и стараемся как-то разнообразить...

- Царь хотел бы видеть вас прямо сейчас, - прервала его разглагольствования девушка. - Позвольте проводить вас во дворец, - и она мягко взяла нас за руки.

По дороге мы задавали разные вопросы:

- А как там зовут-то вашего действующего царя? - интересовалась Надюшка, разглядывая хрустальные пентхаусы. - Прошлого же вроде Ухошлепом Тринадцатым нарекли.

- Теперь у нас царь Разгиль Дяй Четырнадцатый, - ответил молодой человек на ее вопрос.

- Он что, ничего делать не хочет? - допытывалась Надюшка, смеясь.

- Ну, в каком-то смысле слова, да. Слишком роскошь любит. Поэтому и бездельничает.

Отворив перед нами массивные серебряные двери, толпа стражников пропустила нас внутрь.

- Как красиво! - восторгалась изумленная Надюшка, разглядывая стены из кварца и полы из полированного горного хрусталя.

- У вас на Марсе что, тоже хрусталь есть? - спросила я, оборачиваясь к молодому человеку.

- У нас есть все и даже больше! - со свойственным ему тонким юмором ответил он. - Пожалуйте, к трону! Его величество ждет вас!

- Проходите, - девушка в зеленом отворила перед нами маленькую дверь из мельхиора и мы живо вошли внутрь, ожидая увидеть нечто совсем необыкновенное.

Зал был практически пустой, не считая навесных колонн по бокам, которые, как правильно заметила Надюшка, относились к античному греческому стилю. Трон царя украшало пару серебряных драконов с изумрудными глазами, которые были похожи на китайских. А вот сам царь внешне сильно смахивал на папу Тиаси. Одет он был в длинную красную мантию с белым шитьем, в ушах - серебряные сережки, а на голове прочно сидела корона, тоже из чистого серебра. Царь протянул нам для рукопожатия свою афроамериканскую-преафроамериканскую руку и манерно начал свою речь:

- Здравствуйте,дорогие гости! Что привело вас сюда, в мой шикарный дворец? Я сидел и предавался тягостным размышлениям о судьбе моего народа, который бранит меня за безответственное поведение. Я, видите ли, обустраиваю свой тронный зал вместо того, чтобы инвестировать деньги в науку, культуру и сферу обслуживания.

- Но у вас замечательное обслуживание, - поспешила заметить я. - Нас проводили два русскоязычных гида. И абсолютно бесплатно.

- Это вы так говорите, - вздохнул царь, - потому, что привыкли к подобному обслуживанию на Земле. - А на Марсе к этому же времени уже должны были летать сверхскоросные обслуживающие мини-роботы. А я все потратил на этот замечательный эбонитовый потолок с инкрустациями, - он указал вверх и мы задрали головы, чтобы как следует его рассмотреть. Да уж, Разгиль Дяй Четырнадцатый, видимо, не привык скупиться на убранство. Весь потолок покрывала изящно выписанная в импрессионистской манере огромная Солнечная система. Причем Марс находился не на положенном ему четвертом месте, а прямо в середине. Вокруг него были разбросаны Солнце и остальные планеты.

- Художник Пилорам Локрийский, - представил сие творение царь. - "Апофеоз Марса"

- Внушительная работа, - кивнула я, рассматривая картину. - Впечатляет. Только почему здесь Марс находится по центру?

- Это своего рода метафора, - пояснил царь, зевая, и поднимая глаза к потолку. - Такое положение характеризует Марс как наиболее высокоразвитую планету Солнечной системы. Заметьте, Венера находится ближе к краю холста. О существовании жизни на такой планете, как она не может быть и речи. То же самое Сатурн и Юпитер, с их постоянными грозами и вихрями, населяющими облака. Я уверен, что и там жизнь -сомнительная штука. Хотя, надо будет послать туда разведывательный зонд, - призадумался Разгиль Дяй и с грустью добавил: - Однако это будет стоить мне новых туфель от Дрюччо Дрюччи.

- Пошлите лучше зонд на Европу, - посоветовала я. - Знакомство с разумной жизнью того стоит. Потерпите со своими туфлями.

- Пожалуй, ты права, - согласился Разгиль Дяй. - У меня и так уже от них шкаф ломится. Некуда девать. Последние стоили три тысячи марсианских аэлей.

- А сколько это будет на белорусские деньги? - заинтересовалась сияющая от радости Надюшка.

- Эммм... А что, разве есть страна такая - Белоруссия? - удивленно спросил темнокожий король.- А я думал, что есть только свои и коммунисты, которые русские. Одну карту Земли видел. Там есть еще Санта Клаус, кенгуру, плохие, сюда надо бомбить, ТВ и камеры, Америка - мы номер первый, ненаселенка и еще Америка... Там точно так написано. Своими глазами видел.

- Так это, вы, наверное, видели политическую карту среднего американца, - рассмеялась Надюшка. - У них все не как у людей. Они даже Мексику называют так: "Они нам стирают".

- О, точно! - роскошный царь поднял палец кверху, видимо, что-то припомнив. - Вчера с Земли был репортаж, про то, как в стране "Они нам стирают" был пойман крупнейший наркоторговец за последние два месяца. Они нашли его в каком-то городе Гуанахуато, который звучит по-марсиански как мерзкое ругательство. Его притоны были рассыпаны по всей Миси-писи и Ми Соснули.

- Так, во-первых не Миси-писи, а Мисисипи, - поправила я незадачливого Разгиль Дяя, пока Надюшка покатывалась со смеху. - И не Ми Соснули, а Миссури! Вы, наверное, что-то не так расслышали.

- Он получил два срока в тюрьме, - продолжил свое повествование царь-афроамериканец, почесывая свой афроамериканский-преафроамериканский бритый затылок. - А затем президент Гавнерике Пендель Это выступил на международном конгрессе в США с предложением запретить торговлю марихухунюйаной.

- Да, так оно и было, - согласилась я. - Но вы опять путаете имена и названия. Не Гавнерике Пендель Это, а Энрике Пенья Ньето. И не марихухунюйана, а марихуана.

- Извините! - спохватился марсианский царь, поправляя корону на голове. - Эти ваши названия... Так легко запутаться... Вот, к примеру, Хуянгела Померкль... или Пердускони..

Тут уже начала хохотать и я. На афроамериканском-преафроамериканском лице марсианского правителя отразилось неподдельное удовольствие:

- Забавно, не правда ли? Однако, перейдем к делу. Зачем вы сюда пришли? Вас прислал Баранок Ожбама?

- Да нет, мы сами прилетели, - ответила я и начала объяснять: - Наш народный артист Владимир Палыч, объездив весь мир и устав от гастролей на Земле, отправился покорять своим оркестром космические просторы. Выбор пал на вашу планету, так как из всех планет Солнечной системы, кроме Земли, она хоть как-то пригодна для жизни.

- Хоть как-то? Не смешите мои туфельки! - надулся афроамериканец и посмотрел в окно: - Мои гранатовые кипарисы все еще цветут, - заметил он, рассматривая сад, огороженный серебряными перилами. - А вы говорите! Наша планета сохранила все ресурсы к существованию!

Выглядывая в сад, мы рассмотрели причудливые, вытянувшиеся стрункой деревья с красно-оранжевыми листьями, покрытые фиолетовыми, с ажурной каймой цветами. Кое-где уже начали намечаться первые плоды. Пузатенькие гранаты висели на нижних ветках. Ствол дерева был почти белый, с заметными розовыми пятнами.

- Сорт "Поцелуй негра, ой, простите, афроамериканца", - пояснил Разгиль Дяй. Надюшка заворожено рассматривала созревающие плоды.

- Когда они будут готовы? - переспросила она, вертя головой туда-сюда.

- Через одиннадцать минут. Это самый скороспелый сорт во всей Галактике.

- А у вас есть какие-нибудь животные? - полюбопытствовала я.

- Животные? А зачем они? Они ведь только портят цветы, орут и гадят где попало, - поморщился царь. - Хотя, есть у меня один экземпляр... Стар ПерДун подарил...

Извлекая откуда-то блестящую, словно бриллиантовую клетку, царь показал нам ее.

Внутри на мягкой фиолетовой подушечке сидел, почесывая плюшевое ухо, живой коала.

- А кто это у нас такой маленький, такой хорошенький? - запричитала Надюшка, придвинувшись поближе к клетке и наблюдая за пушистым зверьком.

- Его имя - Эхехе, что по-марсиански означает "пупусик", - ответил Разгиль Дяй. - Эхехе, не хочешь ли познакомиться с моими новыми друзьями?

Кивнув в знак согласия, коала замурлыкал от удовольствия. Гладя его, и почесывая за ушком, Надюшка и я вдруг уловили торопливые шаги за дверью:

- Давайте быстрее! У его величества скоро обед! - слышались за дверью возбужденные крики. Через какие-нибудь десять секунд она распахнулась и в тронный зал ввалились стражники, ведя за собой большую компанию из наших астронавтов. Бледный,как бумага, Палыч, увидя короля, тут же упал перед ним на колени:

- Ваше высочество, простите за беспокойство... Хотел бы спросить, не угодно ли вам выслушать наш оркестр?

- Простите? Какой оркестр? - удивился афроамериканец.

- Струнный оркестр, - пояснил Палыч, косясь на испуганных подопечных, достающих из футляров свои скрипки, альты и виолончели.

- Минуточку... - задумался царь. - Кир Дык, принеси стулья! И позови, пожалуйста царицу Ша Херазаду и ее дочь Ка Масутру!

- Слушаюсь, - раздался из-за двери покорный голос Кир Дыка.

Через минуту в зал принесли и поставили тридцать стульев. Из покоев, зевая и хлопая ресницами, выползли полноватая женщина в синем и миловидная молодая девушка с длинными рыжими волосами.

- Что-то я сегодня опять не выспалась, - жаловалась Ша Херазада, потирая лоб. - Почему ты сразу не сказал, что у нас гости, Дяй?

- Не хотел тебя будить, дорогая, - заботливо промолвил царь. - У меня и так кроме этих визитов дел хватает. Вчера поднял налоги.

- Ах ты мой умница! - воскликнула Ша Херазада, целуя своего мужа в лоб. - Правильно, пусть платят. Как раз соберем маме на новый телевизор.

- А какой у вас телевизор? - спросил заинтересованно Палыч. - Жидкокристаллический?

- Нет, - надменно ответил афроамериканец, разглядывая афроамериканскую ногу в туфле. - Мы такого барахла давно не держим. У нас газообразно-кристаллический, настенная голография.

Рыжеволосая девушка открыла было рот, собираясь что-то сказать, но ее перебил маленький слуга-марсианин:

- Как здоровье многоуважаемой принцессы?

- Отстань, Кир Дык! Все в порядке, как всегда!

- Чаю? - услужливо промолвил Кир Дык.

- Это можно, - согласилась принцесса. - Только Да Нунаха не зови! Будет тут мешать со своей болтовней!

- Слушаюсь, - и марсианин, повернувшись на одной пятке, исчез за дверью.

Когда чай был готов, Кир Дык поставил его на столик и тихонько сел в уголке. Оркестр Палыча заиграл. Так вдохновенно он не дирижировал еще ни разу в жизни. Внимательно слушая прекрасную музыку, царь почесывал свой афроамериканский-преафроамериканский подбородок и время от времени бормотал: - Бесподобно! Волнующе! Превосходно!

Когда они закончили играть, Владимир Палыч заинтересованно спросил, сверкая горящими глазами:

- Ну и как вам?

- Хм, весьма недурно, - протянул царь, не отрываясь от афроамериканского подбородка. - Только такая музыка у нас была модна в году этак тысяча трехсотом до нашей эры. Сейчас мы предпочитаем слушать марсианский шансон. Маэстро, музыку!

Огромные колонки встроенной стереосистемы затрещали, как царапанные диски и какой-то марсианин завопил нечеловеческим голосом: - Я весь горю как поролон, как старый синхрофазотрон... В моей душе опилки, потроха... Не чувствовал такого никогда.

- Жалко марсианина-то, - промолвила бедная Надюшка, прочувствовавшись песенкой.

- Я иссох от несчастной любви.... Мармеладкой ты мне помоги... А, чтоб было кого обнимать... Повернуть хотел время вспять.

- Цепляет, - заметил Владимир Палыч, дослушав последние аккорды песни. - Неплохая песня. Значит, классика вам не по душе?

- Ну как вам сказать... - потер лоб афроамериканец. - Отвыкли малость... Три тысячи лет прошло... Но, в общем, мне нравится!

Палыч просиял.

- Так значит, будем сотрудничать?

- Так точно, - согласился царь, пожимая его руку. - Я заплачу вам четыре тысячи марсианских аэлей, только не улетайте... А то наша культура совсем в упадке находится. Вы видели ту безобразную статую на площади Фонтаноса? Которая с ястребиными крыльями? Ну,так там просто вопиющий орган исторического значения! А рядом... хм... две тетеньки неглиже. И картины с каждым годом все хуже и хуже становятся. Никакой фантазии!

- К сожалению, я не могу, - Палыч заметно погрустнел. - Меня на Земле ждут. Я там тоже нужен. Не могу же я разорваться.

- Ну, тогда ладно, - афроамериканец снова почесал затылок и добавил: - Только никому о нас не разбалтывайте! Знаю я ваших землян, тут же войной на нас пойдут... А я с таким трудом обустраивал свое королевство... Кстати, можно взять послушать ваши диски? Отвлечься от попсы.

- Ну да, конечно, - обрадовано воскликнул Палыч

- Мы будем молчать, как партизаны, - пообещала Надюшка, прижав к груди руки.

- А кто это такие? - удивился афроамериканец. - Я слышал только о послах доброй воли.

- Подпольные отряды, - пояснила Диана, с интересом разглядывая костюм Разгиль Дяя.

- Ладно, ладно, - вздохнул марсианский царь. - Езжайте! Стража, проводите их наверх...

По пути Надюшка успела тайком наложить полные карманы гранатов. Это не было большим преступлением, ведь пару минут назад царь еще разрешил взять любого, чего мы пожелаем. Глядя в окна , он грустно бормотал: - Эххх... Какие замечательные люди... Жаль, у меня в королевстве таких не наблюдается...

- Что-о? - откликнулся служащий Кир Дык. - Это я-то не замечательный? Эх, царь, дурья голова... - шепнул он

Продолжая браниться, он исчез в своих покоях. А царица Ша Херазада сетовала о своем, о женском, в спальне:

- Эхх, такого жениха упустила...

- Это Владимира-Палыча-то? - переспросила Ка Масутра. - Да он же мне в отцы годится... Куда его мне-то?

- Ничего, найдем кого-нибудь помоложе... - ответила царица. - Тут к тебе такой жених сватался... Из самого созвездия Стрельца... Богатый, красивый, успешный... Да еще и вилла у него на Альфа Центавре!

- Ух, ты! - обрадовалась дочь, пританцовывая перед зеркалом. - Когда приедет?

- Да обещал через пять световых лет, - ответила Ша Херазада. - Еще и свадебный подарок привезет...

И снова марсиане зажили своей обычной, повседневной жизнью...


Конец