Шинкаренко Олег Игоревич: другие произведения.

Вне Мира. Роман. Пролог, главы 1-6

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Ещё один роман о Вселенной Радивое Огненовича, написанный несколько лет назад. Приквел к основной серии. Главный герой серии действует только в прологе и эпилоге. Главный герой книги - житель высокоцивилизованного мира вместе с несколькими своими друзьями по трагическому стечению обстоятельств попадает на затерянную в Космосе планету, чьи жители давно утратили связь с Большой Космической Цивилизацией. Пытаясь выжить и спастись оттуда, герой и его спутники вынуждены близко познокомиться с жестокими, а порой и бесчеловечными обычаями Планеты Салвейшн.

  Пролог
  - Чёрт! Опять проиграл! - воскликнул Владимир Бошкович.
  - Радичу? - спросил Радивое Огненович.
  - Именно!
  Резко повернувшись в кресле, Радивое сказал:
  - Я в сотый раз говорю тебе: в 'вояджер' у Предрага может выиграть разве что профессионал.
  - И всё же когда-нибудь я его обыграю!
  - Отлично! Можешь пытаться хоть до бесконечности! - ответил Огненович. Ему уже изрядно надоело слушать отчёты этого двухметрового черноволосого верзилы о проигрышах щуплому коротышке Радичу в жёсткой виртуалке со вселенской популярностью.
  Затем, помолчав секунду и дослушав сообщение коммуникатора, он сказал:
   - Извини, меня ищёт Станич.
  Радивое вышел из бла-бла-салона (как обычно называли 'салон совместного отдыха и времяпрепровождения' на тех звездолётах, где такие места создавались) в коридор и направился в каюту управления. Идти пришлось чуть ли не через весь корабль. Когда Огненович добрался к цели, выяснилось, что Станича вызвали на гиперпространственную связь, а его помощник - Велибор Станкович, понятия не имел, зачем тот вызывал Огненовича. Так что пришлось подождать.
  Чтобы скоротать время, Радивое расспросил Станковича как идут дела. Крепкий мужчина с бледным лицом и серо-соломенными волосами, развернувшись в кресле, сделал доклад полуофициальным тоном.
  По его словам пока полёт проходил вполне нормально. Но вот пересадочная станция, на которой им предстояло вскоре сделать остановку, вызывала у капитана сомнения. Узнав, что она принадлежит компании 'Фрост энд Адолф Старлайт', Станич, по словам его помощника, высказал неудовольствие. Качество топлива, как, впрочём, и весь сервис на станциях компании, оставляют, по мнению капитана, желать лучшего. Радивое как раз хотел выяснить у его помощника причины такого отношения шефа, когда тот появился в дверях каюты.
  - Добрый день, господин Огненович. Как дела? - Внешне капитан удивительно походил на коллегу и почти однофамильца, только был немного выше и отличался некоторой нервностью движений.
  - Нормально! Я слышал, стыковка уже скоро?
  - Совершенно верно. Ещё несколько часов и мы выйдем из гиперпространства.
  - Ясно. Мне передали, что вы меня искали. Зачем?
  - Скажем так, по личному делу. Вы ведь часто связываетесь с вашим начальством из Межинститута?
  - Считай, каждые сутки. Пока мы доберёмся до Новой Колумбии ситуация на Совете двадцать раз изменится. Поэтому мне, как главе делегации Дукли, нужны постоянные консультации с руководством.
  - Так вот, мне бы хотелось, чтобы вы как-нибудь разузнали у вашего начальства, а на время этого визита оно и наше начальство, можно ли будет устроить экскурсии для экипажа по достопримечательностям планеты, пока вы будете решать свои проблемы на Совете. Знаете, мои дочки умаляли меня привезти побольше подарков, поснимать Гринвудский Замок и другие интересные места.
  Радивое удивился:
  - Капитан, разумеется, у вас будет куча свободного времени, и вы сможете распорядиться им по своему желанию! Что за вопрос!
  - Конечно. Но дело в другом...
  - В чём же?
  - Дело в деньгах. Осмотр достопримечательностей, покупка сувениров - на Новой Колумбии, всё это очень недёшево, насколько я знаю, а обращаться к начальству с таким вопросом мне...
  - Да-да. Я вас понял. Думаю, что смогу договориться, тем более что вы, наверняка, должны получить большие деньги за этот рейс?
  - Несомненно!
  - В таком случае я постараюсь добиться, чтобы вы могли распоряжаться некоторыми причитающимися вам суммами уже на Новой Колумбии.
  - Большое спасибо!
  - Да не за что! Пустяки. Больше ничего?
  - Да, больше ничего.
  - Тогда я пойду. У меня есть дела, которые надо сделать до стыковки.
  - У меня тоже. Прежде чем заливать в баки старлайтовскую бурду нужно продиагностировать двигательную систему.
  - Удачи...
  Огненович вернулся в свою каюту, достал насадки гарнитуры для выхода в виртуальность. Там он был занят почти до самого выхода их корабля из гиперпространства. Не успел Раде пройти полный сеанс релаксации после очередного посещения Сверхмира (обязательный отдых был предписан ему врачами полгода личного времени назад в качестве 'подарка' к его семидесятому дню рождения), как поступил сигнал о скором выходе в обычный космос. Пришлось направиться в переходную кабину.
  После перехода оказалось, что до станции им ещё лететь около часа. Огненович решил использовать это время, чтобы изучить место остановки. Справка сообщила ему следующее. Во-первых, то, что он уже знал, - станция принадлежит компании 'Фрост энд Адолф Старлайт' - одной из крупнейших компаний Вселенной, занимающихся межзвёздным станционным бизнесом. Она располагает несколькими десятками больших и малых пересадочных станций, разбросанных по различным районам космоса, вспомогательно-снабженческим флотом и у неё огромный оборот средств. Компания была хорошо известна, в том числе и самому Радивое.
  'Странно, - подумал он, - каким образом на станции, принадлежащей такой компании, может быть некачественное топливо и плохой сервис? Я и сам столько раз пользовался её услугами, и всегда всё было на высшем уровне! Надо порасспросить Станича. Пусть расскажет, где это ему так не повезло!'
  Несмотря на то, что большая часть жизни Огненовича прошла в разъездах, на станции, к которой сейчас подлетал звездолёт, он ещё не бывал. Впрочем, ничего странного в этом не было - освоенное Человеком космическое пространство слишком велико, чтобы один человек мог объездить его целиком. Но, разумеется, ничего особо нового или неожиданного на этой станции быть не могло. Что и подтвердила прослушанная югославом информация.
  Место временной остановки их корабля - станция МИАС-69, одна из крупнейших станций, принадлежащих компании, вполне справляется со своей ролью на одной из магистральных космических трасс, ведущей к важнейшим планетам Центрального Совета Нового Содружества. Она располагает несколькими десятками стыковочных терминалов для самых различных типов космических кораблей, огромными резервуарами для топлива и шестнадцатью многоуровневыми жилыми комплексами.
  Последняя информация относительно станции касалась её постоянных обитателей. Таковыми были примерно полсотни отшельников, единственной заботой которых было развлечение посетителей, поскольку для обеспечения нормального функционирования станции человеческого присутствия не требовалось.
  Закончив изучение данных, Огненович взглянул на экран монитора внешнего обзора. Станция находилась уже совсем рядом. Судя по её расположению, югославскому звездолёту вскоре предстояло совершить разворот для подхода к ближайшему терминалу.
  'Наверняка, капитан уже получил разрешение на стыковку', - подумал Радивое.
  Необходимый манёвр и заход в приёмный терминал прошли нормально, - так они проходили сотни, да что там - тысячи раз в жизни эксперта по вопросам диаспоры Радивое Огненовича. Вскоре после стыковки с ним связался капитан корабля. Взглянув на экран видеофона внутренней связи, Раде немного удивился. Лицо капитана выражало полнейшее удовлетворение, и даже радость, что категорически не вязалось с его настроением за несколько часов до того.
  - Как дела, - спросил Огненович.
  - Превосходно! Просто превосходно! Мои датчики только что проверили качество топлива, предлагаемого для дозаправки - высший класс!
  - А вы опасались, что вам предложат некачественное топливо?
  - Вот именно! Лет пять назад - по личному времени - побывал я на одной захолустной станции 'Старлайта'. Так нас там таким дерьмом загрузили! Сам до сих пор не пойму как мы тогда дотянули до конца прыжка через ГП! Как потом выяснилось, за время перёлёта двигательная система корабля пришла почти в полную негодность!
  Радивое сочувственно закивал.
  - Кстати, у меня возникла мысль, не поселиться на станции на то время пока мы ждем Джорджевича и Антича? - предложил Станич, - у них есть люксовые уровни в каждом жилом блоке.
  - Отличная идея, капитан, - с усмешкой согласился Огненович.
  - Превосходно! Тогда я оповещу остальных и где-нибудь через полчаса объявлю общий сбор!
  - Не возражаю.
  Видеофон погас. Огненович машинально перевёл взгляд на МВО. Внешний обзор, конечно, уже отключился. Но Радивое не обратил на это никакого внимания. Он размышлял над вопросом, как получилось, что капитаном корабля спецрейса на Новую Колумбию назначили Мирослава Станича. Конечно, он опытный командир корабля, но почти всю жизнь он мотался по космосу в районе Звезды Стойковски, и все его дальние маршруты можно пересчитать по пальцам двух рук...
  В условленное время все пассажиры и члены экипажа собрались у переходных шлюзов. Сгрудившись в небольшом вестибюле, все ждали открытия переходного коридора. Пройдя по нему через несколько минут, гости станции оказались в просторном помещении пассажирского терминала. Здесь по видеофону к ним обратился 'представитель обслуживающего персонала', назвавшийся Рональдом Генри. Он поприветствовал новых постояльцев и заявил, что гостиничный комплекс со всеми видами услуг предоставляется в их полное распоряжение на всё время пребывания на станции.
  Далее он заявил, что их поселят в ближайшем к этому терминалу жилом комплексе, а поскольку именно он отвечает за этот комплекс, то при любой нужде им следует обращаться к нему через внутреннюю связь станции. Далее последовали инструкции, как добраться до жилого комплекса и получить доступ в свои апартаменты. В заключение он пожелал гостям приятно провести время.
  На нескольких лифтах путешественники достигли нужного уровня ближайшего жилого комплекса, получили ключи и разошлись по номерам. Впереди была почти целая неделя ожидания. Способов потратить это время на станции обнаружилось великое множество. Большинство новых постояльцев сразу принялись за дело. Точнее за отдых.
  Радивое оказался в числе немногих путешественников, составивших исключение. У него на то были особые причины. В течение всего последнего времени, с того момента, как он понял, что ему не отвертеться от этой поездки, его настроение постоянно ухудшалось. Он до сих пор не мог понять, с какой стати его послали на заседание Всеобщего Генерального Совета Нового Содружества, да ещё во главе делегации Дукли.
  Во-первых, он с самого начала отвергал саму идею разделения делегаций от планет Триединого Союза Югославии (тем более что общесоюзная делегация уже присутствовала на Совете). Но кому-то из руководства пришла в голову идея послать 'подкрепление' в виде трёх делегаций от каждой планеты Т.С.Ю. Сомнительная идея. Но поскольку это идея начальства, ничего не оставалось, как только её выполнять. Но опять же, при чём тут он - спецагент югославской разведслужбы по особым поручениям под личиной эксперта по вопросам диаспоры?!
  Он итак уже устал от симпозиумов, конференций, конгрессов и встреч. На одно стоящее дело в последнее время их приходилось более десятка. Можно даже сказать, что он и впрямь стал одним из лучших экспертов по вопросам югославской диаспоры.
  Но причём тут Всеобщий Генеральный Совет? Ведь вопросы, которые там решаются, не имеют ничего общего с вопросами этнокультурного развития или межпланетными связями планет, близких по происхождению их жителей! Это совершенно другие проблемы и уровень их решения совершенно другой. Однако его зачем-то включают в делегацию Дукли, и, мало того, ставят во главе её. У них под рукой куча высокопрофессиональных дипломатов, но они выбрали законспирированного агента. Ради чего? Он не получил ответа на этот вопрос и ни на Рашке, ни пока летел сюда. Хотя напрямую спрашивал несколько раз.
  Все эти безответные вопросы занимали голову агента, когда он, сбросив ботинки, плюхнулся на покрывало широкой мягкой кровати в своём стозвёздном номере-люкс. Он чувствовал, что устал от неопределённости. Ему и раньше приходилось выполнять задания, смысл которых ему был поначалу непонятен или понятен не вполне. Но с такой бессмыслицей он ещё не сталкивался!
  Единственный ответ, приходивший ему на ум - его начальство задумало серьёзную разведывательную операцию. Но чтобы устраивать Большую шпионскую игру во время Всеобщего Совета на территории Новой Колумбии, и чтобы эту игру поручать главе делегации, (не говоря уже о том, что как ни крути Раде - всего лишь человек, а не какой-нибудь специально профилированный киборг) - такое было просто невероятно. А, главное, это чревато совершенно непредсказуемыми последствиями!
  Но изменить он уже ничего не мог. А изводить себя бессмысленными вопросами - опасно для здоровья. Следует отвлечься. Но как? - вот ещё один вопрос! Никаких виртуальных развлечений! - так ему велели врачи после курса реабилитации полгода назад. Даже по работе - и то - пребывание в виртуальности приходилось дозировать. Его организм ещё не вполне восстановил защитные функции. Следовательно, - остаются физические упражнения, которых тут наверняка полный набор. Югослава не слишком тянуло в спортзал, но ничего другого не оставалось.
  Радивое уже собирался запросить список всех возможных видов физических упражнений, когда ему пришла в голову свежая мысль. Он вспомнил, что находится на огромной станции, где ещё никогда не был, - здесь наверняка можно провести отличную экскурсию! Кроме того, на этой станции находилось полсотни постоянных обитателей. По опыту югослав знал, что среди отшельников встречаются весьма интересные 'экспонаты', из общения с которыми можно почерпнуть немало любопытного. Он резко поменял планы и вызвал на связь мистера Генри.
  Когда была установлена видеосвязь, Радивое узрел перед собой высокого лысоватого человека в разноцветном, как будто лоскутном комбинезоне, который сидел с закрытыми глазами и то ли спал, то ли о чём-то размышлял.
  'Он что, дрыхнет? - подумал Раде. - Но как он тогда активировал показ картинки со своей стороны?'
  - Мистер Генри!
  Человек тут открыл глаза и посмотрел на собеседника.
  - Да, господин э-э...
  - Огненович.
  - Да, господин Огненович, я вас слушаю.
  - Прошу прощения за то, что прервал ход ваших мыслей...
  - О, не стоит беспокоиться! Что вы хотели? - спросил отшельник.
  - Как вы знаете, нам с моими спутниками предстоит провести здесь довольно много времени, и у меня возникла одна идея насчёт того, как это сделать э-э... поинтереснее...
  - Вас не удовлетворяет предлагаемый комплекс виртуальных развлечений, и вы не увлекаетесь физическими упражнениями?
  - К сожалению, в последнее время я испытывал значительные нервные перегрузки, поэтому врачи советуют мне по возможности воздерживаться от визитов в Глобальное пространство. А физическими упражнениями я хотел бы заняться несколько позже.
  - Всё ясно. И в чём состоит ваша идея?
  - За свою жизнь я побывал на множестве различных межзвёздных станций. Все они отличаются друг от друга, ну хоть чем-нибудь. А уж про постоянных обитателей этих космических гостиниц, их, так сказать, обслуживающий персонал, я и не говорю. Мне попадались просто поразительные экземпляры. Да и сама жизнь таких маленьких мирков чрезвычайно занимательно. Впрочем, для вас это, конечно, не новость...
  - Да, вы правы. Хотя, должен вас несколько разочаровать. Дело в том, что компания 'Старлайт' при допуске на работу на главных своих станциях осуществляет жесткий отбор. Поэтому, сами понимаете, у нас не какой-нибудь сброд, а вполне приличные люди. Хотя и у них в биографии можно найти много интересного. По крайней мере, у некоторых.
  - Вот и отлично! Как думаете, у меня могут возникнуть проблемы с получением информации от ваших коллег?
  - Не думаю. Тем более что я помогу вам находить с ними общий язык. Насколько я понимаю, вы хотели бы провести нечто вроде экскурсии?
  - Совершенно верно.
  - Что ж, это вполне возможно. Но я должен связаться со своими коллегами, отвечающими за другие жилые комплексы и терминалы.
  - Разумеется. Кстати, я тоже хотел бы переговорить - со своими спутниками. Возможно, кого-то из них моя идея тоже заинтересует.
  - Так и сделаем.
  В течение следующего часа Генри договаривался с другими обитателями станции, а Огненович связывался со своими соотечественниками. В результате все было устроено, и сразу после еды Радивое вместе с четырьмя другими пассажирами из звездолёта отправились исследовать станцию и её 'жителей'. Торопиться им было некуда, поэтому исследование получилось весьма обстоятельным.
  Начали они, разумеется, с жилого комплекса мистера Генри. Он был расположен рядом с терминалами, принимавшими средние и крупные пассажирские звездолёты. Он состоял из двадцати четырёх уровней. И каждый из них занимал огромную территорию. На каждом имелся полный набор развлекательных аттракционов, спортзалов и всего, что входит в сервисный стандарт межзвёздных станций Первого Класса.
  Затем они побывали ещё на четырёх жилых комплексах. Один из них располагался рядом со специализированным терминалом для приёма космических яхт. Уровень комфорта там оказался, разумеется, на много порядков выше: жилой комплекс состоял из четырёхсот и пятисотзвёздных номеров.
  Из остальных комплексов, которые успели посетить путешественники, два также предназначались для приёма пассажиров обычных космических лайнеров. Но ЖК Рональда Генри обустраивался специально для приёма делегаций, дипломатических миссий и прочих официальных гостей. В то время как эти два 'отеля' принимали обычных транзитных пассажиров. Поэтому и уровень комфорта номеров там составлял от пятидесяти до восьмидесяти звёзд. В последний исследованный путешественниками ЖК заселялись в основном команды транспортных кораблей небогатых компаний. А потому он оказался самым небольшим (по сравнению с остальными), и уровень комфорта там колебался от двадцати до сорока звёзд.
  Прогуляться по жилым комплексам и терминалам станции и развеяться было, конечно, приятно. Но гораздо более интересным для Радивое, и его спутников получилось общение с постоянными обитателями этого космического микромира. На станции собрались выходцы с самых различных миров, включая двух уроженцев исламских планет, что вообще можно назвать большой редкостью.
  Каждый из них имел за спиной свою собственную историю, которая привела их к отшельничеству. Истории были трагическими, драматическими, порой просто удивительными. Некоторые станционисты рассказывали их неохотно, другие с грустью погружались в свои воспоминания о давно минувшем, третьи были просто рады, заполучить новых слушателей, поскольку постоянным слушателям (другим обитателям) станции они уже порядком надоели.
  Так незаметно пролетела почти целая неделя стандартного времени. Наконец, выслушав последнюю занимательную историю, которую согласился им поведать её герой, путешественники отправились к себе. Кроме Огненовича в этой последней экскурсии участвовали трое, - у Станковича обнаружились неотложные дела на корабле. 'Завтра' должны были прибыть недостающие члены делегации. После этого их корабль возобновит полёт к Новой Колумбии.
  Югославы на обратном пути делились впечатлениями об услышанном за эту неделю, когда сопровождавший их мистер Генри спросил:
  - Ну, как вам история этого экс-профессора?
  - Да уж весьма примечательная! - заметил молодой светловолосый мужчина-дипломат, которого звали Милинко Башич.
  - Нет, ну как он мог успеть сбежать, если всё действительно было так, как он рассказывает, не представляю! - воскликнула Мария Грождич (Доктор экономики с короткой стрижкой темных волос).
  - Думаю, он слегка приукрасил свою историю, - заметил на это Огненович.
  - А я уверен, что все они изрядно привирают! - заявил ещё один худощавый блондин - Милош Петрович (специалист по вопросам юриспруденции),- извините мистер Генри...
  - Ничего-ничего, возможно, вы правы... - произнёс Рональд Генри. - Что ж, если уж зашёл разговор о правдивости и правдоподобности человеческих историй, я могу вам предложить абсолютно правдивую, хоть и мало правдоподобную историю. К тому же, по драматизму далеко превосходящую всё, что вы услышали за эту неделю.
  - Как это? Что это за история? - наперебой засыпали его вопросами путешественники.
  - Это очень странная история, впрочем, почти таким странным был случай, благодаря которому я получил возможность с ней познакомиться...
  - То есть? - удивился Петрович.
  Генри объяснил:
  - Если вам часто приходится бывать в космосе, то вы, наверняка, знаете, сколько мусора здесь плавает. Причём, его особенно много вокруг пересадочных станций на магистральных путях. Так вот среди этого мусора попадаются порой удивительные находки.
  Путешественники закивали, соглашаясь.
  - И что же случилось? - спросил Петрович.
  - Ко мне в руки совершенно случайно попал контейнер с целой кучей видеозаписей. И, кстати, с тех пор я постоянно отслеживаю движение мусора вокруг станции... Правда, ничего столь же поразительного мне больше не попадалось.
  - А что было на этих видеозаписях? - спросила Грождич.
  - История одного человека. Я поработал над этими записями и выстроил их в единый рассказ. Главной связующей нитью является монолог главного героя. Иногда он комментирует происходящее на видеозаписи, иногда просто рассказывает. Я думаю, вам будет интересно познакомиться с этим повествованием.
  - Что ж, прекрасно. Так мы займём время до самого отъезда, - сказал Петрович.
  Они уже почти добрались до своего жилого комплекса, когда Огненович спросил Генри:
  - Извините, но как этот контейнер мог к вам попасть? Вы, что, устраиваете прогулки в открытом космосе вокруг станции?
  - О нет. Ни в коем случае. Я уже сказал вам, что контейнер попал ко мне весьма странным образом - в результате невероятного стечения обстоятельств, - ответил ему станционный смотритель.
  - Расскажите поподробнее! - попросила Мария Грождич.
  Пока они шли к небольшому видеосалону, где Генри собирался продемонстрировать им прилетевшие к нему видеозаписи, и рассаживались, он рассказал им, как всё получилось. По его словам, имел место редчайший случай: контейнер с видеозаписями оказался около терминала станции, как раз в тот момент, когда туда заходил космический корабль. Контейнер был частью примитивного космического аппарата небольшого размера. Его управляющая система, видимо, каким-то образом поймала сигнал о стыковке между кораблём и станцией, благодаря чему миникосмолёт зашёл в терминал вместе с большим собратом по космическим путешествиям. Техника, отвечающая за внешний контроль и защиту терминала от мусора, не сработала, посчитав видимо, что миниустройство, самостоятельно путешествующее в космосе и обладающее собственным компьютером, не относится к космическому мусору. Зато датчики, контролирующие внутреннее пространство терминала сразу обнаружили неопознанный предмет, и отправили робота на опознание незваного гостя. После детального обследования выяснилось, что это небольшое устройство, предназначенное для полёта в обычном космосе, содержит контейнер, который вскоре стоял перед ответственным за этот комплекс мистером Генри в его каюте.
  - Таким образом, вы теперь может узнать странную, ужасную, удивительную и трагическую историю человека по имени Джон Панков, - закончил Генри, включая видеозапись.
  Перед зрителями возникло лицо. Человек, которому оно принадлежало, наверняка не привлёк бы к себе внимания зрителей в обыденной жизни, - слишком заурядной и непримечательной была его внешность: бледное худощавое утомлённое лицо, с узким носом, тонкогубым ртом и блёклыми глазами голубого цвета сверху обрамлённое редкими темными волосами. Человек заговорил - быстро и нервно.
  
  ИСТОРИЯ ДЖ. Э. ПАНКОВА
  1
  Я надеюсь, кто-нибудь, когда-нибудь увидит эту запись и узнает мою историю. Я не могу рассчитывать, что это произойдёт скоро. Достаточно скоро, чтобы я мог рассчитывать на помощь. Я потерял всякую надежду на спасение. И это случилось уже давно. Я ничего не могу изменить в своей судьбе.
  Я смирился с этим, но теперь у меня есть маленькое утешение. Оно заключено в тех видеозаписях, которые оказались в моих руках. Благодаря им я погружаюсь в прошлое, в прекрасные дни моей жизни на родине. Я забываю об окружающей меня действительности, о той жизни, которую я прожил здесь. Я вспоминаю родных и близких, которых не видел столько времени.
  И это ещё не всё. У меня есть одна маленькая надежда. Надежда на то, что рассказанное мной сейчас всё-таки будет когда-либо услышано и увидено людьми из цивилизованного мира. Я знаю, что на большее рассчитывать не приходится. Но и это для меня - уже много...
  И ради того, чтобы вы, мои неизвестные зрители, поняли, что я хочу вам рассказать, я должен успокоиться и начать сначала...
  Он прервался и, помолчав, продолжил более спокойно.
  Итак, меня зовут Джон Элайа Панков, я родом с Новой Пенсильвании. Вас, возможно, удивит моя фамилия. Она всегда была предметом для любопытства всех моих знакомых и друзей. Несмотря на огромное разнообразие фамилий, встречающихся на нашей планете, славянские фамилии являются большой редкостью, если не сказать, экзотикой. И поэтому...
  Впрочем, я отвлёкся. Заранее, приношу свои извинения, поскольку, боюсь, в дальнейшем мне не удастся избежать подобных отступлений. Воспоминания о светлых - теперь уже всегда только светлых - днях моей жизни на родине, как я уже сказал, - мое единственное утешение, и единственный вид отдыха моей души, который я могу себе позволить.
  Но всё же я продолжу. Как и большинство семей Новой Пенсильвании наша очень велика. Для тех, кто никогда не был на моей родной планете, я поясню, что средняя продолжительность жизни у нас составляет триста семьдесят стандартных лет (это понятие, кажется, в ходу на большинстве планет человеческой цивилизации). За это время в семье может родиться до нескольких десятков детей.
  Он усмехнулся.
  Рассказывая это местным жителям, я всегда удивлял их, - им о подобном и мечтать не приходится. А потому для меня это тоже один из символов моей жизни до...
  Он осёкся, затем продолжил.
  Наша семья живёт в городе Сеймуре. Фактически, - это пригород одного из крупнейших мегаполисов Новой Пенсильвании, Саутхилла. Большая часть представителей мужской половины нашей семьи занята (уверен, до сих пор) в финансовой сфере и работает в самых разнообразных учреждениях и фирмах, расположенных в этом городе. Там же получают высшее образование и представители молодого поколения нашей семьи...
  Когда минула пора беззаботного и безоблачного детства, я двинулся по проторенной дорожке - в один из филиалов Саутхиллского Университетского Объединения, чтобы получить образование соответственно направлению своей будущей деятельности. Родственники подбирали для меня место в одном из банков Саутхилла, а я прилежно зубрил основные положения экономических учений, теорию банковского дела вникал в суть различных финансово-экономических понятий. Вообще, ещё со школы, я отличался крайне прилежным отношением процессу получения знаний. Не пропускал ни уроков, ни лекций, старательно к ним готовился, выполнял всё, что задавали.
  У меня была компания друзей, с которыми я проводил значительную часть свободного времени в детстве и юности. Но, конечно же, в этой компании я был самым тихим и осторожным в любых начинаниях, а точнее авантюрах. Упомянуть об этой компании более подробно необходимо ещё и потому, что верховодил в ней Пит - Питер Адамс, - сыгравший роковую роль в дальнейшем развитии моей истории. Он то и дело придумывал самые разные авантюры и приключения, последствия которых обрушивались, чаще всего, на наши головы.
  Рассказчик говорил всё более спокойно, чётко, без самоперебиваний, - по мере того, он как погружался в прошлое, ему действительно становилось лучше, он расслаблялся, а явно видимое поначалу напряжение понемногу оставляло его.
  В детстве, по счастью, они были ещё довольно безобидны. Когда же мы вступили в пору юности, и Питер с некоторыми друзьями стал выкидывать совершенно невообразимые вещи, - вроде произвольного изменения маршрутов движения поездов на туристических линиях, я успел несколько отдалиться от них и благополучно избегал участия в самых безумных авантюрах Пита. Моё участие ограничивалось лишь регулярными пикниками, да несколькими почти невинными розыгрышами соучащихся...
  Он вдруг замолчал на несколько секунд, глядя куда-то в сторону, и лишь затем продолжил.
  До сих пор я не могу избавиться от воспоминания об одном подобном розыгрыше, жертвой которого стал я сам. Мою фамилию внесли, - разумеется, без моего ведома - в список выступающих на одной из важнейших студенческих конференций. Я в это время был просто завален текущими учебными делами и даже не думал ни о чём подобном. К тому же изменения в списке появились в последний момент и, даже знай я о них, сделать ничего уже не смог бы. Я влип в самую глупейшую историю за всё время своей учёбы.
  Мне и теперь неприятно вспоминать то, что последовало за этой конференцией. Но главное всё же в другом, - я узнал, кому обязан своим идиотским положением - это был Пит Адамс. Я приехал к нему домой. Там как раз собралась почти вся наша компания, так как мы планировали отправиться все вместе на пикник. Пита в доме не оказалось, - он готовил к полёту свою машину. Я был на взводе. Это сразу заметили мои приятели. Узнав о том, что стало причиной моего состояния, почти все присутствующие лишь посмеялись надо мной. Разумеется, это привело меня в бешенство. Я нашёл Пита и заявил ему, что с этой минуты не желаю знать ни его и ни всех прочих дружков, - свои слова я подкрепил такими выражениями, какими не пользовался в жизни ни разу - ни до, ни после того случая...
  Сдержи я своё слово до конца, - и, наверняка, жил бы сейчас спокойно в своём коттедже, а может быть уже и большом доме, с женой и детьми, продвигался бы по службе в своём банке и ни о чём не тужил...
  К сожалению, всё получилось не так. Хотя, по большей части, я выполнил своё обещание, - в течение дальнейшей учёбы я не общался ни с кем из своей прежней компании. За это время я завёл новых друзей и подруг.
  Почти со всеми своими бывшими приятелями я долго не встречался и после окончания Университета. Виделись иногда по работе, встречались мимоходом - не более того. Всё бы так оставалось и дальше, если бы на одной вечеринке я не оказался рядом с Питом. Мы поговорили о жизни, выпили, он извинился. Затем наши пути пересеклись ещё несколько раз. В итоге через некоторое время наша дружба сама собой возобновилась.
  Виделись мы, правда, довольно редко, - в основном отмечая годовщины выпуска школы или Университета, иногда - дни рождения. Он работал в сфере межзвёдного транспортного бизнеса, разрабатывал полётное программное обеспечение. К фактическому началу этой истории он успел многого достичь в своей работе и карьере, став членом главного конструкторского совета крупной фирмы, специализирующейся на производстве программного обеспечения для межзвёздного транспорта.
  Моя карьера также развивалась достаточно успешно, хоть несколько медленнее: я довольно быстро достиг неплохого положения в среднем управленческом звене в Ливингстон-банке да в дельнейшем мог рассчитывать на продолжение служебного роста. Кроме того, я удачно женился... Удачно во всех отношениях, - во-первых, Эмили Роуз - красивая девушка и прекрасный человек, а, во-вторых, кое-кто из её родственников обладал влиянием в том же Ливингстон-банке... К тому же, она сильно напоминала мне мою первую, ещё школьную любовь Джейн Эшли...
  Эти воспоминания, видимо, много значили для рассказчика. Его лицо покрылось дымкой печали от мыслей о потерянном счастье. Он замолчал, на несколько секунд уйдя в себя, а затем с легкой усмешкой продолжил.
  Правда, ей довольно долго пришлось объяснять, почему её новая фамилия - Панкова, на одну букву отличается от моей, что является нашей семейной традицией. Но это, конечно, мелочь. Незадолго до начала этой истории мне исполнилось шестьдесят три новопенсильванских года, что приблизительно равняется восьмидесяти стандартным годам. Мы с Эмили успели обзавестись двумя детьми - дочерью Джейн и сыном Патриком. Банк, где я работал, твёрдо стоял на ногах. Денег было в достатке. Будущее наше выглядело безоблачным, когда в одно ужасное утро ко мне на видеофон поступило сообщение от Питера Адамса...
  Вообще-то утро вовсе не было ужасным, хотя я чувствовал усталость после вчерашней поездки на день рождения к одному из своих старших братьев, Уилфреду. Дети ещё спали. Эмили была в душе. Вчера, в наше отсутствие, на видеофон поступило три сообщения: два - по работе, а третье как раз от Пита. Он сообщил, что они на пару со своим приятелем приобрели подержанную космическую яхту.
  Когда я услышал слово 'яхта', признаюсь честно, у меня отвисла челюсть. Даже весь наш отдел, скинувшись, вряд ли мог рассчитывать на приобретение космического аппарата. Я и представить себе не мог, что мой приятель так разбогател! Правда, фамилия его партнёра - Арнолда Росса, мне кое-что пояснила. Арнолд был, пожалуй, самым богатым из нынешних приятелей Пита. И всё же это звучало невероятно: 'Пит Адамс - владелец космической яхты'!
  Между тем, вернувшись к реальности, я заметил, что Пит всё ещё что-то говорит. Отмотав запись назад, я услышал от него приглашение на презентацию. Туда должны были прибыть почти все сослуживцы, знакомые и друзья Пита и Арнолда. Пит заявил, что моё присутствие обязательно, причём, неплохо бы приехать вместе с женой. При этом он намекнул, что на презентации будут присутствовать несколько весьма влиятельных персон. Это меня ничуть не удивило, ведь я имел представление о круге знакомств Арнолда Росса.
  Сообщение Пита как раз заканчивалось, когда в комнату вошла Эмили.
  Лицо рассказчика исчезло, и пошла видеозапись.
  - О, это был Адамс! - спросила невысокая темноволосая молодая женщина у человека отдалённо напоминавшего рассказчика, но более молодого и куда менее худощавого.
  - Точно! - ответил молодой человек, выключая видеофон.
  - И в какую авантюру он намерен втравить тебя, на сей раз?
  Эмили подошла вплотную к креслу мужа и внимательно посмотрела на него.
  - Дорогая, ну почему, обязательно авантюра? - удивился Панков, приобняв её пониже талии.
  - Тебе лучше знать, почему твой школьный друг так любит приключения, - заявила Эмили, присаживаясь на подлокотник.
  - Ладно, если тебе нравится представлять Пита искателем приключений, - пожалуйста. Я понимаю, женщины любят романтику и не любят цифр финансовых отчётов...
  Эмили рассмеялась.
  - Но в данном случае, уверен, тебя впечатлят именно цифры, а конкретно - цифры его расходов!
  - Что ты хочешь этим сказать?
  - Только то, что мой школьный друг сообщил мне только что о приобретении... космической яхты!!!
  - Что? - Эмили даже подскочила с кресла и уставилась на мужа. - Откуда у Питера такая куча денег? Он, что, выиграл в лотерею?
  - В некотором смысле, - уклончиво ответил Панков.
  - Джонни, ты же знаешь, мне категорически не нравиться, когда ты говоришь загадками! Объяснись и поскорее!
  - О, нет ничего проще! - Мужчина встал с кресла и прошёлся по комнате, продолжая, - Пит выиграл в лотерею богатых друзей.
   - Можно подумать, мы знаемся только с нищими!
  - Конечно, нет, но я имею в виду конкретного человека - Арнолда Росса. Они приобрели яхту вместе.
   - А, тогда я ещё могу себе такое вообразить. Наверняка какую-нибудь развалюху по дешёвке!
  - Ну, так уж сразу...
  - А как ещё?
  - Ну, да, ну, да, - протянул Панков.
  Убедившись в своей победе, Эмили продолжила допрос:
  - Ладно, а нам-то, зачем он послал сообщение?
  - Приглашает на презентацию. Там будет куча людей. В том числе много весьма важных персон в финансовой сфере и вообще... Ты сама знаешь, в каких кругах вращается Арнолд Росс.
  - Да, верно, нам нужно будет обязательно съездить туда! А когда это будет?
  - Через пять недель.
  - В таком случае надо срочно заказать новые костюм и платье... да-да, не спорь! Вчерашнее моё платье было неплохим. Но ты видел, как были одеты Саманта и Натали?.. Да и тебе нужно будет купить что-нибудь поновей и попрезентабельней!
  Тут изображение рассказчика вновь заняло весь экран, и он продолжил.
  Возражать было бесполезно. Её первенство в подобных вопросах установилось уже давно. Тем более что в связи с приглашением Адамса у меня самого возникла куча дел, ведь надо было как-то втиснуть эту поездку в мой деловой график, и постараться сделать это с минимальным ущербом.
  
  2
  Он посмотрел на индикатор времени и заметил:
  Прошу прощения, что так много времени уделил этому незначительному эпизоду. Кажется, я в чём-то даже повторился. Но всякий раз, как я вспоминаю Эмили... надеюсь, вы поймёте, что я чувствую...
  Но я продолжу. Мы оба немедленно взялись за дело, и нам сопутствовал успех: все проблемы на работе разрешились без всякого ущерба, новая вечерняя выходная 'униформа' была приобретена, с детьми, как обычно, оставалась няня.
  Итак, наступил день, когда нам предстояло отправиться в Редвуд-сити, где располагаются частные стартовые комплексы для частных астролётов и множество отелей. Именно туда должны были перегнать только что купленную яхту Адамса и его совладельца Росса. К приезду гостей организаторы забронировали целую кучу номеров в отелях, и сняли банкетный зал, - презентация готовилась тщательно и с размахом.
  Мы с Эмили отправлялись в Редвуд-сити ненадолго, поэтому взяли с собой лишь самое необходимое на таком мероприятии. Когда всё было уложено и погружено в автолёт, Эмили дала последние указания няне - миссис Милтон. Затем мы расцеловали детей, велели слушаться и хорошо себя вести, попрощались и улетели.
  Когда мы поднялись в воздух, я сказал Эмили:
  Начало видеозаписи.
  - Представляешь, сегодня Патрик попросил купить ему детский 'вояджер'!
  - А ему не рано ещё?
  - Я думаю рано, хотя он говорит, что почти все его друзья уже имеют эту игру.
  - Да?
  - Точно!
  - Ладно, всё равно это слишком дорого! Пусть немного подрастёт, а там посмотрим, может, через год-другой и купим.
  Конец записи.
  Голос вернувшегося на экран рассказчика задрожал, на глазах его выступили слёзы.
  Боже мой! Я собирался... извините, я кажется опять...
  После паузы он продолжил.
  Мы благополучно добрались в Редвуд-сити. Как мы и ожидали, там собралась куча народа. Презентация началась через несколько часов после нашего прилёта. Надо сказать, она действительно удалась! Прежде всего, собравшимся в огромном конференц-зале гостям была подробно представлена сама виновница торжественного мероприятия. К этому моменту я уже выяснил, что Эмили в очередной раз оказалась права, дав купленному Питом астролёту определение 'развалюхи, купленной по дешёвке'.
  Однако, как показала представленная нам видеозапись, мастера дизайна и техники потрудились на яхте на славу. Изнутри, как и снаружи, она выглядела, как конфетка, к тому же её снабдили первоклассным оборудованием (насколько позволяли финансы владельцев, разумеется).
  После видеоосмотра гости произнесли много речей, а затем наступило время выпивки, закуски и разных сюрпризов. Я обнаружил вдруг, как сильно изменился мой школьный друг. Пит выступал перед собравшимися несколько раз и выглядел на трибуне удивительно солидно. Его темная густая шевелюра, раньше всегда взлохмаченная, теперь была аккуратно уложена в сугубо официальной причёске. Он выглядел весьма самоуверенно, впрочем, как обычно.
  'Он многому поднабрался от мистера Росса', - подумал я, и ещё раз мысленно поблагодарил его за приглашение.
  Эта презентация давала мне хороший шанс завести новые полезные знакомства, и я поспешил им воспользоваться. Я перезнакомился с кучей разных людей, которые имели вес в финансовом мире не только Саутхилла, но и всего графства! У меня было отличное настроение, ведь помимо всего прочего, мы с Эмили на фоне иных гостей этого великосветского раута явно не ударили в грязь лицом. Моя жена выглядела бесподобно, она просто блистала! Да и я, думаю, выглядел неплохо.
  На лице рассказчика в эту минуту были написаны гордость и удовольствие от воспоминаний о том вечере.
  Презентация уже заканчивалась, и люди начали расходиться по номерам, когда на трибуну, наверное, уже в десятый раз за вечер, поднялся Пит Адамс. Он довольно быстро привлёк внимание собравшихся к своей персоне, после чего обратился к нам со словами...
   Очередная видеозапись заполнила весь экран.
  Высокий, темноволосый и темноглазый мужчина в официальном костюме, скроенном по моде неизвестного, но явно не слишком отдалённого времени, уверенным тоном человека, точно знающего себе цену, обращался к гостям презентации с небольшой трибуны, установленной на эстраде вполне стандартного конференц-зала:
  - Итак, господа, мы сегодня представили вам 'Звезду Небес'. Думаю, вы получили полное представление о нашей красавице. Но мы с Арнолдом приготовили нашим лучшим друзьям ещё один сюрприз! - тут он сделал паузу. Для них мы проведём экскурсию по самой яхте, - его прервали бурные овации. - Поэтому я приглашаю Эдварда Андерсона, Майкла и Анджелин Уокер, Херберта Юнга, Джона Панкова, Макса Баркли, Джанет Каррье, Уильяма Нгуена и Дороти Бэбб... да, и Арнолда Росса, разумеется, следовать за мной!
  Он сошел с трибуны и направился к одному из выходов.
  Конец видеозаписи.
  Я двинулся за ним. Тут ко мне подошла Эмили.
  - Я слышала твою фамилию. Чего от тебя хочет Адамс?
  - Он предлагает нам небольшую экскурсию по его яхте.
  - Я пойду с тобой!
  - Не стоит! Я думаю, нас действительно ожидает какой-нибудь сюрприз, не исключено, что эта 'экскурсия' затянется до утра. Так что возвращайся в отель и ложись спать.
  - Ты уверен?
  - Абсолютно! Но я также уверен, что всё будет в порядке!
  - Ладно, - неуверенно ответила она, - иди.
  - Пока, отдыхай, - сказал я ей, ища глазами спину Пита.
  Тот как раз выходил из зала. Я бросился за ним, даже не оглянувшись на Эмили...
  Никогда себе этого прощу! - произнёс он, резко и зло.
  Рассказчик опустил глаза и некоторое время помолчал.
  Ладно, я должен продолжать!
  Я пошёл следом за Питером и скоро догнал его. Вскоре мы все собрались около внутреннего ТПК. Последним подошёл Арнолд в сопровождении жены, Мэдлен. Она объяснила, что тоже хочет поучаствовать в экскурсии. Очевидно, она просто не захотела отпускать мужа одного. Мне остаётся лишь похвалить её за интуицию. Только она разгадала, что за этой экскурсией кроется нечто гораздо большее, чем просто сюрприз...
  Если бы я знал, чем это кончится! Если бы я знал!
  На несколько секунд он замолчал.
  Но я не знал, не догадывался. А потому вместе с прочими избранниками судьбы погрузился в минивэн-автолёт. Через несколько минут мы оказались на взлётно-посадочной площадке небольшого стартового комплекса неподалёку от отеля, где проходила презентация. Один за другим мы поднялись на борт яхты...
  Рассказчик прервался, почему-то оглянувшись вокруг, потом он ещё немного помолчал и лишь затем возобновил повествование.
  Хозяева радушно продемонстрировали нам в натуральном виде всё, что было показано в представленных всем гостям видеозаписи и голографических картинках, но гораздо подробнее. Мы, подолгу задерживаясь чуть ли не на каждом шагу, постепенно обошли все жилые каюты яхты, побывали на кухне, в игровом и обеденном залах, в салоне гиперпространственной связи в зале физподготовки, где Билли и Майк даже попробовали некоторые тренажёры. Заглянули в каюту управления, где Пит представил нам свою гордость - новую полётную программу для бортового компьютера яхты, разработанную им самим.
  Рассказчик снова замолчал, а затем усмехнулся.
  Подумать только! Он уверял нас, что эта программа прошла испытания и превосходно показала себя!..
  Так или иначе, обойдя почти все закоулки яхты, мы потратили уйму времени. Была уже поздняя ночь, когда последним объектом нашего внимания стала переходная кабина из полутора десятков отдельных секций. Пит Адамс заявил, что они с Арнолдом добавили ещё одну небольшую функцию в переходную программу, и предложил нам познакомиться с этой функцией. На наши возражения и недоумённые вопросы, Арнолд заметил, что это будет безболезненно и не займёт много времени...
  Чтоб ему!
  Рассказчик снова стал нервничать. Его голос то и дело подрагивал и прерывался.
  Они уговорили нас разместиться в секциях переходной кабины. Вскоре Росс и Адамс присоединились к нам. То, что потом началось, я не в силах спокойно вспоминать. Могу сказать только, что я понял смысл произошедшего, только тогда, когда яхта уже погрузилась в гиперпространство. А до того в течение нескольких минут она взмыла в космос и вышла на дальнюю орбиту Новой Пенсильвании.
  Думаю, нет ни малейшего смысла даже пытаться описать то, что происходило на корабле, когда обманутые и похищенные мы выбрались из переходной кабины. Макс даже набросился на Пита с кулаками, прежде чем владельцы яхты, покатывающиеся со смеху, наконец, разъяснили нам свою цель. Оказывается, они заказали двухнедельный отдых для всех нас на курорте под названием 'Ривьера Бенито Фьорелли' на какой-то итало-говорящей планете.
  Тут выяснилось, что никто из присутствующих никогда не слышал о курорте с таким названием. На что Пит заявил, что потому-то они его и выбрали. Это нимало не успокоило никого из похищенных, - почти у всех на следующие две недели были свои собственные планы и даже неотложные дела. Но тут в разговор вмешался Росс, пояснивший, что они с Питом позаботились и об этом, заранее договорившись с начальством об отпуске для всех нас.
  После этого почти гости-пленники более-менее успокоились и, чтобы окончательно привести нас в чувство, Адамс напомнил, что из гиперпространства мы вполне можем послать сообщения своим родственникам и друзьям, а Росс со смехом добавил, что даже и начальству. У салона ГП-связи сразу выстроилась очередь. После отправки сообщений нам не оставалось ничего кроме как погрузиться в сон. Как оказалось, наши похитители превосходно подготовились, и в течение нашего путешествия на курорт мы сможем нормально спать, питаться и отдыхать, не испытывая ни в чём нужды.
  Выяснять что-либо ещё, ни у кого из похищенных просто не осталось ни физических, ни душевных сил. Мы уже начали расходиться по своим каютам, когда Джанет заметила Питу, что этой своей выходкой он превзошёл сам себя. На это новоявленный обладатель астролёта ответил, что всё произошедшее - не более чем игра. Джанет заметила, что он играет совершенно непозволительным образом...
  Она была права!
  'Ночь' прошла не лучшим образом, а 'утром', сразу после завтрака я принялся выяснять все более или менее насущные вопросы. Для начала отправил ещё одно послание Эмили. В нём я более подробно изложил все обстоятельства 'похищения' и даже сказал, что если она посчитает всё произошедшее недопустимым, а мой отпуск несвоевременным, то я при первой же возможности вернусь на Новую Пенсильванию. Естественно, я попросил как можно скорее ответить мне.
  После этого я отправился разбираться с Питером. С Россом мне говорить не хотелось. Я никогда не был с ним в особо дружеских отношениях. К тому же ещё вчера, перед сном, я слышал через стену каюты, какой скандал закатила ему жена. Пита искать долго не пришлось. Он находился в каюте управления полётом, или как говорили они с Арнолдом - в рубке. Ещё на подходе я услышал доносящиеся оттуда громкие голоса. Херберт, Майк и его жена выясняли, когда и как они смогут вернуться с Калабрии, так называлась планета, куда мы летели, и нельзя ли им высадиться на какой-то пересадочной станции по пути туда.
  Я слушал их перебранку, стоя около входа в рубку, и решая вопрос войти или нет. Мне не хотелось увеличивать своим голосом эту и без того шумную компанию. Но я всё же не стал откладывать объяснение и вошёл.
  На экране пошла новая видеозапись.
  Рассказчик входит в помещение, наглядно демонстрирующее достижения дизайна и кораблеводительной техники не слишком давнего прошлого.
  - О, и Джонни тут как тут. Что, тоже с претензиями? - воскликнул Адамс, резко вскидывая голову вверх, едва рассказчик переступил порог каюты. Он выглядел немного растрёпанным и злым.
  - Да нет, я только хотел узнать... - начал Панков, но его перебил Майк, среднего роста сероглазый человек с на удивление спокойным выражением ничем не примечательного лица, обрамлённого тёмными волосами и бородкой:
  - Подожди, Джон, пусть этот недоумок нам ответит, тем более его ответ и тебя касается. Говори Питер.
  - Ну, ладно. Я что, вчера не сказал ничего насчёт полёта?
  - Что ты имеешь ввиду? - спросил Майк.
  - Ну, то, что мы летим на эту Калабрию прямиком. Без остановок пятьсот с небольшим часов полёта!
  - Нет! Этого ты нам вчера не говорил! - ответила Анджелин, высокая женщина с каштановыми волосами и классическими чертами лица. Как и её муж, она по-прежнему была одета во вчерашнее вечернее платье.
  - Понятно. Мне трудно было вспомнить все детали, когда мне угрожали ваши кулаки, - Пит рассмеялся и перевёл разговор на другую тему, - вам не кажется, что пора завтракать?
  - А нам хватит топлива на такой перелёт? - спросил Майк.
  - Какие глупости ты спрашиваешь! Конечно, хватит! Ладно, пошли есть.
  Очередная видеозапись подошла к концу, и на экране вновь возник рассказчик.
  Мы направились в обеденный зал. Завтрак прошёл в довольно напряжённой обстановке. Все присутствующие находились под грузом внезапно свалившихся разнообразных проблем, чьё разрешение требовало времени и, к тому же, не вполне зависело от нас.
  К обеду ситуация несколько улучшилась. Во-первых, вынужденные курортники успели разослать сообщения по всем адресатам, а Баркли и Каррье даже получили ответы. Во-вторых, виртуальные развлечения, доступные в гиперпространстве, позволили людям снять напряжение последних часов. В результате за столом мы немного поговорили, обменявшись новостями. Но поскольку их было очень мало, а главная и единственная тема, которая всех занимала, была слишком неприятной, то говорить скоро стало не о чем. Разговор не клеился. И всё же это был явный прогресс по сравнению с 'утром'.
  Он вдруг невесело рассмеялся и заметил:
  Если бы мы знали, что нас ждет впереди, то наверняка вели бы себя по-другому. Да мы и повели... впрочём, я несколько забежал вперед. Хотя и не намного.
  Перед ужином я получил сообщение от Эмили. Оно было полно гнева. Моя жена потребовала от меня при первой же возможности сесть на корабль, идущий на Новую Пенсильванию и навсегда забыть о существовании таких людей как Питер Адамс и Арнолд Росс. Перед ужином я успел отправить ей второе послание, где сообщил, что смогу вернуться только с Калабрии.
  За несколько прошедших часов ситуация не изменилась. Да и что собственно могло измениться? Мы двигались по заданной траектории из одной точки в другую. Движением управлял компьютер, в который заложил свою программу наш гостеприимный похититель. Все его жертвы уже полностью определились со своим отношением к произошедшему и планами на ближайшую перспективу.
  Так что за ужином мы довольно оживлённо беседовали, обсуждая свои планы. Настроение заметно улучшилось. Неприятности, вызванные похищением, казались легко преодолимыми. Почти все присутствующие выражали намерение воспользоваться стечением обстоятельств и теми развлечениями, которые имелись в их распоряжении, дабы поскорее изгнать из памяти неприятные воспоминания.
  В течение следующих трёх 'дней' мы только этим и занимались. Время шло медленно, хотя всем хотелось бы ускорить его бег. Но что бы и кто бы ни пытался сделать в этом направлении, результат получался обратный. Только Майк и Анджелин нашли более или менее действенный способ скоротать время. Но поскольку никто из прочих путешественников, за исключением Арнолда Росса не захватил с собой своих близких, то и воспользоваться этим способом никто из нас не мог. Что касается Арнолда и его жены, - они по-прежнему пребывали в состоянии конфликта.
  И ссора выглядела весьма основательной. До презентации 'Звезды Небес' я несколько раз встречался Россом и его женой на вечеринках у Питера. Это была вполне респектабельная пара. Арнолд - преуспевающий бизнесмен среднего уровня, однако, с большими связями в банковских кругах Саутхилла. Его жена - из очень обеспеченной семьи в обычных обстоятельствах руководила своим мужем, который, хоть и не был совершенным подкаблучником, легко подчинялся её власти.
  Судя по услышанному мной на яхте, главной проблемой в их отношениях уже давно стала дружба Арнолда с Питером. Сам Адамс позже несколько раз говорил мне, что Мэдлен чуть ли не с самого начала их знакомства крайне отрицательно относилась к дружбе мужа с Питом и часто подолгу пилила Росса, убеждая, что с таким непредсказуемым человеком как Адамс лучше не общаться. Естественно, после похищения она получила дополнительный повод для сильнейшего неудовольствия, которое она и изливала на своего мужа в весьма резких выражениях, насколько я мог понять из услышанного из-за стены моей каюты.
  
  3
  Но вот начался пятый, и последний спокойный 'день' нашего пребывания на яхте. 'Утром', направляясь в тренажёрный зал, я случайно встретился с Питером. Мы поздоровались довольно вежливо, и я хотел идти дальше. Но Адамс, видимо, решил попытаться восстановить прежние дружеские отношения со своими 'жертвами'. Еще 'вчера' он усиленно 'обрабатывал' Юнга и Баркли. А сегодня принялся за меня. Выразилось это в дружеском похлопывании по плечу и вопросе:
  - Ты на тренажёры?
  Я кивнул.
  - Смотри, не перетрудись. А то я заметил, что вы с Дороти усердно приналегли на них. Вчера чуть не полдня там проторчали. Сегодня вот с утра оба туда же.
  - Ты, что, следишь за нами? - спросил я холодно.
  - Да нет, ни в коем случае!
  - Ну, тогда какого чёрта тебе надо?
  - Ладно-ладно, я думал, ты уже истратил всю негативную энергию на эти машинки! Но если тебе нужен еще один сеанс, - пожалуйста, вперёд. А я, знаешь ли, займусь своей программой: надо кое-что проверить.
  Мы разошлись в разные стороны. Пройдя несколько метров, я вдруг подумал, что неплохо было бы его подковырнуть насчёт проверки, ведь по его словам программа отлично прошла все испытания. Я уже пожалел, что не додумался до этого раньше, но тут же сообразил, что это можно будет сделать при следующей встрече.
  Позднее, занимаясь на тренажёрах, я обнаружил, что Пит в чём-то был прав: я действительно тратил на них много энергии, вполне возможно, - негативной, так как злость по поводу их с Арнолдом 'сюрприза' почти окончательно испарилась. В результате, к концу утреннего сеанса физических упражнений я почти отказался от мысли о той подковырке. Но всё же при следующей встрече с Пиитом в одном из коридоров яхты я не смог преодолеть внезапно возникшего искушения. Возможно, из-за того, что он шёл мимо, даже не замечая меня. Я спросил:
  - Ну, и как, Пит, твоя хвалёная полётная программа?
  Он посмотрел на меня недовольно, но ничего не ответил.
  - Неужели, что-то не срабатывает? - иронично заметил я.
  - Что? - он как будто не понял моего вопроса.
  Я хотел переспросить, но он неопределённо махнул рукой, и снова пошёл своей дорогой.
  Сначала я не придал этому эпизоду никакого значения. Однако за обедом, в противоположность всем предыдущим случаям совместной трапезы, Адамс практически не участвовал в общем разговоре и был чрезвычайно замкнут. Когда его о чем-то спрашивали, он отвечал невпопад. Это несколько удивило меня. Но не более того.
  Тем не менее, именно я стал первым из похищенных, кто узнал, вернее, догадался о наступлении настоящего кризиса, фактически - катастрофы. Произошло это совершенно случайно. Примерно через час после обеда я направлялся в небольшой видеосалон, расположенный рядом с каютой управления.
  Рядом с рассказчиком пошла запись без звука. Он продолжал повествование.
  Дверь в каюту была открыта. Освещение рубки почему-то было включено на самом слабом уровне слабым. Мне стало интересно, и я заглянул внутрь. В глубине каюты в кресле перед главной панелью управления сидел Питер. Я решил спросить, чем он занимается, и вошёл. Он не заметил меня. Когда мои глаза привыкли к полутьме, я понял, что он занят с программой в виртуальном пространстве. Все используемые в таких случаях приспособления присутствовали на голове и руках Пита, да и сама его поза подтверждала догадку. Я немного удивился, но решил не мешать.
  Я сделал несколько шагов к выходу, когда в рубке резко усилилось освещение. Затем раздался шорох. Сощурившись от яркого света, я немного замешкался и услышал за спиной голос Адамса:
  - Кто здесь? - его голос звучал до странного нервно и даже хрипло.
  Я обернулся.
  Пит в своём кресле тоже развернулся. Я увидел его лицо и пришёл в ужас. Оно было совершенно бледным и... испуганным. Я никогда не видел, чтобы Адамс хоть чего-то боялся. Он всегда был слишком высокого мнения о себе и своих способностях, чтобы бояться чего-либо. И со временем эта уверенность только возрастала. И, тем не менее, сейчас он был испуган. Тут не могло быть двух мнений. Я случайно посмотрел на его руки, - они дрожали мелкой дрожью.
  Всё это пронеслось в моей голове в течение секунды или двух. Затем я услышал, что он что-то сказал. Я переспросил:
  - Что?
  - Я говорю, это ты. Я не сразу узнал твои шаги. - Он пытался взять себя в руки, и даже вроде как пошутить. Голос его уже звучал вполне нормально. Но в остальном Пит потерпел полное фиаско. Он был слишком бледен. Теперь мне показалось, что у него даже губы дрожали...
  - Извини, я сейчас сильно занят. У тебя не срочно?
  Я сказал что нет.
  - Тогда поговорим позже.
  Он повернулся в кресле обратно.
  Конец видеозаписи.
  Потоптавшись ещё несколько секунд посреди рубки, я вышел. У меня перед глазами стояло бледное испуганнное лицо Адамса. Чисто автоматически я вошел в видеосалон и включил какую-то запись. Под издаваемый ею звук мои мозги, наконец, заработали и быстро выдали результат. У меня не осталось никаких сомнений - что-то случилось с его полётной программой. Какая-то проблема. И эта проблема - очень серьёзная. И то, как вёл себя Пит за обедом, и то, что я видел в каюте управления, - всё говорило в пользу такого вывода.
  Но что случилось? Я даже представить себе не мог, насколько серьёзной окажется эта проблема. Это естественно: ведь я ничего не смыслю в полётных программах космических кораблей.
  'Проблема, наверняка, сложная, - подумал я, - но он же специалист. Он должен с ней справиться!'
  Но тут я снова вспомнил его бледное лицо и явный испуг в глазах. Нет, кажется, на сей раз, проблема будет ему не по зубам! Я просто не знал, что и думать. Выключив запись, я ушёл из видеосалона. Теперь дверь в каюту управления была закрыта. Я пошёл к себе. По пути мне попался Билли. Мы обменялись парой фразой. Он шёл в тренажёрный зал и спросил, не составлю ли я ему компанию. Я сказал, что немного устал, и он пошёл своей дорогой.
  Я посмотрел ему вслед. Он был весел и беззаботен. Как обычно. Я давно знал Билли, ещё с университета. Он всегда легко воспринимал жизнь. И работа в фирме, связанной с транспортным бизнесом, вполне соответствовала такой позиции. Он никогда и нигде не задерживался надолго, переезжая с места на место. К тому же экзотический монголоидный тип его лица в сочетании со светлыми кудрями и весёлым характером привлекали к нему женщин. Так что и с этим у него проблем не возникало.
  Он был из обеспеченной семьи, и жизнь никогда не ставила перед ним проблем, которые заставили бы его отказаться от легкого восприятия окружающей жизни. Так и теперь. Прилетев на Калабрию, он собирался недельку отдохнуть, а затем вернуться на Пенсильванию, чтобы продолжить работу в компании, выпускающей автолёты.
  'Он, наверняка, считает, что жизнь прекрасна, и дальше всё будет также хорошо! Он ничего не знает!.. А знаю ли что-нибудь я? Ведь кроме моих наблюдений и догадок у меня ничего нет! Может, стоит вернуться и переговорить с Питером? Пусть объяснит, что происходит!'
  Я уже совсем собрался вернуться в рубку, но в последний момент передумал. Во-первых, Адамс сейчас наверняка всё ещё разбирается со своими проблемами, и лучше не отвлекать его расспросами в такой серьёзный момент. Во-вторых, если он что-либо и будет объяснять (только бы этого не потребовалось!), то всем нам, одновременно, а не мне одному.
  Поэтому я ушёл в свою каюту. Целый час я пробыл там, то, валяясь на кровати, то, сидя в кресле, пытаясь отвлечься с помощью гиперпространственной виртуалки. Однако у меня ничего не получилось: голова была забита одними вопросительными знаками. Но ни одного ответа найти я так и не смог. Наконец, не выдержав этого самоистязания, я пошёл искать Питера. В каюте управления его уже не было. Его личная каюта пустовала. Я нашёл его почти случайно в салоне гиперпространственной связи. У Росса и Адамса не хватило денег на оборудование современной системы ГП-связи и оборудование здесь было старым. Впрочем, уже в наше время и сам салон ГП-связи считался изрядным анахронизмом.
  То, послание, которое он отправлял, не оставило мне больше никакого сомнения. Это было самое древнее, общеизвестное и, пожалуй, самое краткое сообщение - SOS.
   Запись.
  Два человека в небольшом помещении, наполненном заметно устаревшими на взгляд зрителей устройствами гиперпространственной связи. Питер сидит в кресле. Рассказчик остановился у входа.
  - Что ты делаешь? - спросил рассказчик.
  - Что я делаю? - переспросил Адамс с горькой усмешкой, поворачиваясь к стоявшему у него за спиной собеседнику. - Ты представляешь, сам не знаю! Просто я читал, что в безвыходных ситуациях капитаны кораблей посылают этот сигнал. Это редко помогает. Но это, кажется, ритуал. - Он снова кривовато усмехнулся.
  - Всё так плохо? - спросил Панков.
  - Как?
  - Ну, ты же знаешь, что я в этом не разбираюсь. Может, объяснишь? По-моему, твои действия показывают, что у нас серьёзные проблемы...
  - Серьёзные проблемы? Вряд ли это можно так назвать!
  - А как же?
  Пауза.
  - Ладно. За ужином соберутся все наши. Тогда я всё и расскажу.
   Конец записи.
  Он был бледен. В глазах его я увидел усталость и безнадёжность. Но страха я в них уже не было. Я знал, что сейчас мне говорить с ним не о чем, и пошёл к себе, ждать ужина. И размышлять.
  Он взял себя в руки. Он послал последний сигнал и успокоился. Он просто больше ничего не может сделать!
  От этой мысли я ощутил жуткий леденящий холод внутри. Очень быстро он сковал все мои внутренности и отключил мозги. Долго я был в оцепенении от этого холода или нет, - не помню.
  Рассказчик побледнел, заново переживая эти страшные часы неизвестности. Его голос сильно изменился, - в нём звучали напряжённые тяжким грузом воспоминаний нервы. Он говорил медленно, натужно, буквально выдавливая из себя последние слова.
  Не помню, как я дотерпел до ужина. Есть я, понятное дело, не мог. Питер ел немного. Он был абсолютно спокоен. Бледность прошла. Думаю, он уже точно знал, что не контролирует ситуацию. Возможно, именно поэтому, он приложил все усилия, чтобы контролировать себя. По крайней мере, я никогда не видел его таким. Через некоторое время его состояние, а затем и моё привлекло всеобщее внимание. Разговор за столом постепенно стих. Одни вопросительно смотрели на него, другие - на меня. Наконец, Эдди Андерсон не выдержал.
  
  4
   Видеозапись.
  Дюжина людей сидела за длинным пластиковым столом в большом помещении корабельной столовой. Помимо пятерых уже знакомых зрителям путешественников здесь находились остальные семеро путешественников. Один 'похититель' и шесть 'похищенных'.
  Три молодых светлокожих женщины: невысокого роста брюнетка с крупными карими глазами и вьющимися волосами в выходном костюме светлых тонов, несколько более стройная, чуть более молодая женщина с волосами разных оттенков тёмного и светлого в сероватом платье и более крупная темноволосая дама в чёрном вечернем платье.
  Все мужчины были одеты в обычные полуофициальные костюмы, несколько различающиеся цветом и покроем. Среди них легко угадывались Нгуен - по монголоидным чертам лица, и Арнолд Росс - во-первых, его костюм был явно дороже, чем у прочих едоков, во-вторых, он единственный из присутствующих, кто не успел сосредоточить своё внимание на Адамсе или Панкове - он то и дело поглядывал на темноволосую женщину в вечернем платье, наверняка его жену. Остальные двое - блондин с квадратным подбородком и темнокожий мужчина с широким и чуть плосковатым носом.
  Разговор начал блондин.
  - Джон, что произошло? - спросил он у рассказчика.
  - Этот вопрос не ко мне.
  - А к кому? - недоумённо переспросил Андерсон.
  Панков мотнул головой в правую сторону, туда, где сидел Адамс, который в этот момент как раз отставлял опустошённую на треть тарелку со спагетти.
  Услышав это, Анджелин Уокер, спросила его, что всё это значит.
  - Я объясню... сейчас, - ответил Пит. - Надеюсь, все закончили есть? - спросил он, обводя нас взглядом.
  Все присутствующие немедленно завершили трапезу.
  - Прекрасно. Тогда я начну, - мрачным, не предвещающим ничего хорошего тоном произнёс Адамс. Однако против ожидания слушателей продолжения его речи не последовало. На некоторое время в столовой наступила тишина.
  Подумав, видимо, что Адамс не собирается говорить дальше, Майк Уокер спросил:
  - Ты собираешься сообщить нам нечто неприятное, так ведь, Пит?
  - Неприятное, хм, можно и так сказать, - глядя в свою тарелку, произнёс Пит. Последовала ещё одна пауза, на сей раз краткая. - Несколько часов назад я говорил об... этом с Джоном, и он назвал случившееся 'большой проблемой'. Боюсь, я вынужден разочаровать тебя, Джон. Это практически катастрофа. - Он замолчал.
  - Но что же случилось? - спросил шатен, мелькнувший на первой видеозаписи из каюты управления - Херберт Юнг.
  Питеру, видимо, было очень трудно сказать всё, как есть. Он некоторое время молчал. Затем с большим трудом заговорил, почти выдавливая из себя слова:
  - Я вынужден признать, что потерпел крах. И в чём! В том, в чём я специалист!.. Да, я знаю это абсолютно точно!.. Но моя полётная программа... она... дала сбой. Что-то там пошло не так. На тестах всё было нормально. Но теперь мы... влипли... мягко говоря.
  Голос рассказчика 'поверх' записи.
  Все присутствующие, затаив дыхание, смотрели на Пита. Держу пари, никто из них никогда не слышал, чтобы он говорил такие слова и таким тоном. Ещё бы! Великому выдумщику, непревзойдённому фантазёру, всегда успешному в своих делах ещё никогда не приходилось признаваться в провале. Да ещё в таком. Так я думаю теперь. Тогда же я вообще не думал. Я не мог думать. Я застыл в ожидании того, что Питер скажет дальше.
  Адамс продолжил, по-прежнему натужно, то и дело запинаясь:
  - Проблема заключается в следующем. У нас нет маршрута... Точнее, какой-то маршрут яхте программа дала... Иначе бы мы просто не вошли в ГП. Но вот какой маршрут - выяснить невозможно... Я бился над этим полдня. Я испробовал все возможности... но бортовой компьютер даёт один и тот же ответ - полёт проходит по заданному направлению...
  - Так может всё в порядке? - вставил Майк.
  - Мистер Уокер, кто из нас специалист по лётному программированию со стажем в несколько десятилетий, вы или я?.. - вскипел Адамс. - Я прекрасно разбираюсь в работе полётных программ! И когда что-то идёт не так, я могу это определить совершенно точно!
  - Может, ты нам объяснишь тогда, что ты хотел сказать, говоря об отсутствии маршрута? - как бы вступившись за мужа, спросила Анджелин.
  - Лишь то, что мы летим в неизвестном мне направлении. То есть, мы можем вынырнуть из ГП в любой точке космического пространства, удалённой от точки погружения на то расстояние, которое пройдёт яхта за отведённые на полёт пятьсот с небольшим часов.
  - Ты хочешь сказать, - вмешался Эдди Андерсон, - что полётная программа сохранила только этот заданный тобой параметр, а все остальные, которыми и определяется точка Космоса, куда мы летим, она выбрала сама?
  - Совершенно точно сформулировано, Эдди. Вы знаете, сколь сложно и многомерно гиперпространство. При этом единственном сохранённом параметре количество мест, где мы в итоге можем оказаться, просто колоссально! Это тысячи, если не десятки тысяч вариантов. Конечно, не все они представляют для нас проблему. То есть мы можем оказаться неподалёку от той или иной цивилизованной планеты или хотя бы пересадочной станции...
  - Но мы можем оказаться и в открытом космосе, вдали от каких-либо планет? - спросила женщина в сером платье.
  - Нет. К счастью, нет.
  - Но позволь, - удивился Билли, - как ты можешь так говорить, если не знаешь заданного яхте маршрута?
  - А говорю так потому, что этот вопрос я разрешил ещё при разработке полётной программы. Она просто не может выбрать маршрут с выходом в пустое пространство без каких-либо планет или пересадочных станций поблизости. Насколько, я знаю, почти во всех разрабатывающих ГП-программы компаниях эта константа закладывается в полётные программы в обязательном порядке...
  - И ты больше ничего не можешь выудить из бортового компьютера? - перебил его Юнг.
  - Увы, нет. Как я ни пытался, у меня ничего не получилось... так что самое плохое, что может с нами случиться - это оказаться у какой-нибудь безжизненной планеты в неисследованном регионе Космоса.
  На несколько секунд в каюте воцарилась гробовая тишина.
  - И ты ничего не можешь больше сделать? - спросила Джанет.
  - Нет! Больше ничего!
  Комментарий рассказчика.
  Я обвёл испуганным взглядом моих друзей, - все сидели объятые безмолвным ужасом. Кто-то пытался скрыть своё состояние. Анджелин крутила пальцем рыжий локон волос, уставившись в пустоту, Эдди изучал свои ногти, Мэдлен Росс беззвучно шарила вилкой по тарелке. Кажется, за всё время разговора, она так и не оторвала взгляд от стола. Её муж нервно елозил по стулу.
  Что до меня, то мне представилась ужасная бездна, в которую летит наша яхта, тартар без надежды на возврат. Жуткий холод от ощущения безысходности вновь сковал меня. И одновременно я почувствовал, как во мне начинается истерика. Мне надо было что-то сделать, чтобы выплеснуть закипающие эмоции, и я произнёс запинаясь:
  - А нельзя ли... изменить направление, то есть... маршрут?
  Все посмотрели на меня, а Пит резко спросил:
  - Ты идиот, Джонни?! Если бы ты не погряз в своих финансовых сметах и балансах, то наверняка бы знал, что это невозможно, иначе, какого чёрта мы бы тут болтали! - Его ярость нарастала - Если бы маршрут полёта в ГП поддавался простой ручной корректировке.., любой корректировке... то все компании, производящие полётные программы, давно бы обанкротились. Ибо в их продукции не было бы нужды, так как космическим кораблём можно было бы управлять как простым автолётом! Программа получает полётное задание и по его параметрам выстраивает маршрут движения в ГП от входной до выходной точки, по которому бортовой компьютер затем ведёт корабль! Ты меня понял? - заорал он.
  Ему повезло! Он нашёл козла отпущения! Впрочем, в моём состоянии думать об этом было невозможно, и я продолжал:
  - А я думал, что полётная программа для гиперпространства - это просто обычная часть программного обеспечения бортового компьютера!
  - Да, это часть программного обеспечения. Но никак не 'обычная'!.. То есть... Ладно, хватит! Вернёмся к насущным проблемам. Джон вмешался со своим глупым предложением, как раз в тот момент, когда я хотел сказать, что уже послал сигнал бедствия и отправил во все нужные инстанции сообщение о том, что произошло на борту. Думаю, сейчас наши семьи уже извещены, Центральное Спейс-управление Новой Пенсильвании предпринимает всё возможные в таком случае действия. Их, к сожалению, не так много.
  - А смысла в них ещё меньше? - спросил Юнг.
  - Точно, Херб, совершенно точно. Я думаю теперь, когда мы оказались в такой ситуации все лимиты на использование гиперпространственной связи яхты, связанные с нашим финансовым состоянием, отменяются?.. - он посмотрел на Арнолда.
  - Да-да, конечно! - поспешно подтвердил тот.
  - В таком случае желающие могут воспользоваться ею. К сожалению, больше предпринять мы ничего не можем. Так что я иду спать.
  Он встал и вышел. За ним постепенно последовали некоторые другие пассажиры.
  Голос рассказчика 'поверх' видеозаписи:
  Я сидел уставший и опустошённый. У меня не осталось сил, куда бы то ни было идти, и чтобы то ни было делать. Кроме меня в столовой еще оставались супруги Росс и Макс Баркли (человек с более тёмным цветом кожи). У меня пересохло в горле, и я потянулся к бутылке с минералкой. Тут я заметил, что Макс пытается незаметно привлечь моё внимание. Я взглянул на него. Он усиленно вращал глазами.
  Проследив его взгляд, я увидел как у Мэдлен Росс, нагнувшейся над своей тарелкой, подрагивают плечи. Она, видимо, едва сдерживала рыдания. Я понял, что надо уходить. Взяв бутылку и, не говоря ни слова, я направился к выходу. Макс последовал за мной. В дверях мы с ним чуть не столкнулись, а уже будучи в коридоре, я услышал громкие рыдания миссис Росс, которую безуспешно успокаивал муж.
   Конец видеозаписи.
  
  5
  Кажется, минералку я так и не выпил. Не помню точно, как я добрался к себе и оказался на кровати. Я долго лежал, не спал, но в то же время, ни о чём не думал. Мне кажется, в тот момент я не был способен ни на то, ни на другое, - я вообще ни на что не был способен в те часы, кроме как лежать, превратившись в существо без сил, мыслей и даже эмоций. Изредка я слышал шаги за стеной. Кто-то из моих спутников не в силах успокоиться или по какой-то другой причине ходил по коридорам яхты. Только через некоторое время, когда я начал приходить в себя, я вспомнил про гиперпространственную связь и сообразил, что, наверное, все мои спутники уже успели оповестить о нашей 'проблеме' родственников и друзей, а может, и получить ответы. Видимо, поэтому они и ходили туда-сюда по коридорам.
  Я должен был послать сообщение Эмили, моим родителям, возможно, кому-нибудь из других родственников. Начальство, наверное, уже извещено. Едва не упав, я слез с кровати, вышел из каюты и направился в салон ГП-связи. Когда я пришёл туда, салон был пуст. Меня уже ждало послание от Эмили и родителей. Очевидно, их кто-то оповестил. Я не стал слушать то, что они мне написали. В противном случае я просто не смог бы выполнить свою главную задачу на данный момент - составить моё послание. Я просто не выдержал бы, услышав их волнения и переживания. Я чувствовал, что стоит лишь слегка дернуть за ленту, едва сдерживающую мои собственные эмоции, как они хлынут наружу и у меня случиться истерика.
  Я сел в кресло и стал составлять послание. Говорить всем разное я не мог по уже упомянутой причине. Я едва держался на поверхности эмоционального океана и понимал, что стоит только копнуть себя поглубже, и нервы мои просто не выдержат. Поэтому, за исключением вступительной части послание было однообразным и, боюсь, суховатым.
  Я начал с того, что Эмили и мои родственники уже наверняка знали - я сообщил, что по неизвестным причинам заложенная в бортовой компьютер полётная программа сама выбрала маршрут движения, определить который в данный момент не представляется возможным. Однако мы не теряем надежду справиться с этой проблемой, и сразу по выходу из ГП, что обязательно произойдёт вблизи какой-нибудь планеты (скорее всего, вполне цивилизованной), сразу начнём изыскивать возможности для возвращения на Новую Пенсильванию. Теперь я думаю, что, сказав это, я лишь повторил, уже сообщённые им сведения. Но в тот момент моя голова работала не слишком хорошо.
  Далее я сообщил, что чувствую себя нормально, несмотря ни на что не теряю присутствия духа, как, впрочем, и все остальные пассажиры яхты. Мы все уверены в скорейшем преодолении возникших затруднений и в благополучном возвращении домой. В связи с этим я просил всех родственников и друзей не расстраиваться и не слишком волноваться за нас, ибо, я уверен, что всё в конечном итоге будет хорошо.
  Возможно, мне не следовало говорить столь обнадёживающие вещи - не знаю. Я не мог сказать что-то другое.
  Мне по-прежнему было очень тяжело. Поэтому, отослав письмо, я пошёл к себе и лёг спать. Хоть здесь мне немного повезло - на сей раз, я быстро заснул и, кажется, ничего не видел во сне.
  Лицо его было печальным и усталым. Сейчас, когда он вспоминал о тех столь тяжёлых моментах своей жизни, обречённость и безнадёжность ещё сильнее читались в его глазах.
  Следующее 'утро' выдалось столь же тяжелым, как и предыдущий 'вечер'. На завтраке присутствовали только семеро - Россов, Уокеров и Дороти Бэбб не было, - они предпочли принимать пищу у себя в каютах. Собравшиеся в столовой ели плохо. После еды Питер сразу отправился в рубку. Остальные разошлись по своим комнатам. Я попробовал погулять в виртуальном пространстве, но вскоре понял, что все мои мысли направлены на каюту управления полётом. Я вышел из Сверхмира и, покинув свою каюту, направился туда. По дороге мне встретился Билли, затем - Джанет, - им тоже не сиделось на месте.
  В течение часа я слонялся неподалёку от каюты управления. Время от времени ко мне присоединялись некоторые мои спутники. Друг с другом мы не разговаривали, - единственную волнующую всех тему обсуждать в эту минуту не представлялось возможным. Нервы у всех были на пределе, мысли заняты только этим, но произнести это вслух никто не решался. Когда Питер появился на пороге каюты, трое ожидающих результата бросились к нему, мешая друг другу и чуть не падая. Вид у него был усталый, а новости - самые неутешительные. Ему ничего не удалось добиться от бортового компьютера, и маршрут, по которому двигалась яхта через гиперпространство, а, следовательно, - и место выхода из него, оставались тайной.
  Пит отправился к себе в каюту - отдыхать, а мы расползлись по яхте, в тщетной надежде хоть как-то отвлечь себя от назойливых мыслей и бесплодных раздумий. Я зашёл в видеосалон и пробыл до самого обеда, просматривая имеющиеся в видеотеке записи. Разумеется, я не имею ни малейшего представления о том, что я смотрел. Мои мысли постоянно возвращались к моей семье - Эмили, детям, моим родителям, другим родственникам, друзьям или сослуживцам.
  Тщетно я пытался отвлечь себя от горьких мыслей о нормальной жизни, которая, вполне возможно, навсегда канула в лету. При любом, даже мимолётном воспоминании о родственниках, друзьях и коллегах, я готов был разрыдаться от сознания того, что, вероятно, никогда больше их не увижу. Бесплодными попытками избежать истерики я только ухудшил своё состояние, мои нервы оказались на пределе. Поэтому вместо обеда я отправился к себе в каюту. Там через некоторое время мне удалось заснуть. Проснулся я перед ужином, чувствуя сильнейший голод.
  В столовой со мной ужинали только четверо - Питер, Херберт, Билли и Джанет. Последние трое пришли обедать в столовую, видимо, только потому, что надеялись узнать о результатах послеобеденных трудов Адамса. Как рассказал мне перед ужином Херберт, Питеру надоело, что после обеда его каждые десять минут спрашивали, не выяснил ли он направление полёта. Поэтому вскоре после обеда он заперся в каюте управления и ни с кем больше не разговаривал.
  Тут я подумал, что надеяться не на что, ибо, если бы наш программист достиг своей цели, то немедленно сообщил о результате работы всем пассажирам яхты. Как оказалось, я был совершенно прав. Питер, явившись в столовую, коротко бросил фразу о том, что результат по-прежнему нулевой, и быстро съел свою еду, не проронив больше ни слова.
  В дальнейшем, вплоть до последнего дня нашего пребывания в гиперпространстве, мы не собирались вместе. Почти всё время мы проводили в своих каютах, покидая их, в основном, для выхода на связь с родственниками и друзьями на Новой Пенсильвании. Я тоже несколько раз принимал и посылал сообщения. И каждый раз самой большой проблемой для меня было удержаться от истерики.
  Особенно трудным оказался последний сеанс связи, - я сообщил, что скоро тайна нашего маршрута будет раскрыта и, наконец, наступит хоть какая-то определённость. Я понимал, что, возможно, это последний раз, когда у меня есть возможность связаться с близкими мне людьми. Но я был слишком слаб, чтобы открыть им свою боль и страх. Ведь я столько усилий потратил на их подавление. И теперь, когда я, наконец, достиг в этом определённого успеха, я не мог позволить себе проиграть эту борьбу.
   Полученные послания от родных я обычно почти не просматривал по всё той же причине. И на этот раз я сделал всё, чтобы не делать этого. И всё же не выдержал, - незадолго от выхода из ГП я включил просмотр их последнего послания мне. Но лучше бы я этого не делал: от заботливых вопросов Эмили и мамы, от напутствий отца и пожеланий доброго пути от детей - мне стало безумно тоскливо. Они тоже пытались сдержать свои чувства. Но у них это получалось даже хуже, чем у меня. И в этот раз, слушая их слова, я чувствовал их боль. И от этого моя боль только усиливалась. Мне хотелось куда-то бежать, что-то делать. Я знал, что всё бесполезно, но не мог побороть себя... Кажется, я так и не дослушал то, последнее, послание.
   Он остановился, так как не мог говорить. Его переполняли чувства. С тех пор минуло столько времени, но боль никуда не делась. Она по-прежнему была с ним. Как всегда. Поэтому он должен был потратить некоторое время на то, чтобы успокоиться, взять себя в руки и продолжить.
  Общение между пассажирами в оставшиеся 'дни' полёта сократилось до минимума, а Мэдлен Росс, кажется, вообще не показывалась из каюты. Каждый день, один или два раза, Питер сообщал по внутреннему видеофону о том, что очередная попытка определить направление полёта оказалась безуспешной. Наконец, за несколько часов до выхода из гиперпространства, он попросил нас собраться в столовой, заранее предупредив, что ничего утешительного для нас у него нет.
  Когда все собрались, он обратился к нам со следующими словами:
  - Друзья, вы все знаете, в какой ситуации мы оказались. Вы все понимаете, что нас ожидает полная неизвестность. Скоро наш корабль покинет гиперпространство, и мы узнаем, что нас ждёт. По крайней мере, нам станет известно главное - куда нас доставила яхта. Если нам повезёт, через несколько часов мы совершим посадку в Спейспорте или состыкуемся с пересадочной станцией. Если нет, тогда нас ждёт полная неизвестность, а наши шансы на спасение будут невелики. Вы все уже многократно связывались с родными и друзьями. Они, а также новопенсильванское Главное Спейс-управление вполне представляют сложившуюся ситуацию. Надеюсь, нам повезёт... И да поможет нам бог... как говорили когда-то!
  После этого, поскольку никто из присутствующих не пожелал ничего сказать, он предложил нам отобедать вместе. Никто не возражал, и через несколько минут мы принялись за еду, хотя ели все очень плохо. Поев, мы вновь разошлись по своим каютам. Следующие несколько часов, уверен, были одними из самых трудных часов в жизни всех пассажиров яхты. Безумная тяжесть неопределённого будущего давила с каждой минутой все сильнее. Ожидание в такой ситуации превратилось в жесточайшую пытку для наших нервов. Что до меня, то, мои мысли были сосредоточены на одном вопросе, - в какой точке Космоса мы вынырнем из гиперпространства. Удивляюсь, как только я не свихнулся в те страшные часы.
   Он остановился, на несколько секунд задумался, а потом заметил:
  Впрочем, то, что я сохранил ясность рассудка до сих пор, после всего пережитого мной, гораздо более странно. Это вполне можно назвать чудом...
   Вздох.
  Но я продолжу. Наконец, спустя целые века после нашего бесцеремонного похищения, Питер сообщил нам, что пора вновь занимать места в переходных кабинах. На сей раз, в каюте с переходными кабинами мы собрались очень быстро. И сразу заняли места внутри защитных устройств. Переход прошёл нормально, но затем мною овладел панический страх. Именно теперь, когда, казалось, лишь дверца кабины отделяет меня от ответа на вопрос, практически равный вопросу жизни и смерти, я оказался не в силах сделать два простых движения - нажать кнопку открытия двери и сделать шаг навстречу неизвестности...
  Должен сказать, что последнюю фразу - насчёт шага в неизвестность, мне ещё много раз придётся повторять в ходе моего рассказа...
  Когда я смог-таки пересилить себя и выйти, снаружи уже собрались все мои собратья по несчастью. Из переходной кабины я вышел последним. В каюте происходил настоящий митинг, правда без трибуны и без слушателей, только с ораторами. Все выражали своё мнение по поводу того, что сейчас предстоит делать. Никто ни к кому даже не пытался прислушаться. Эмоции, столь долго копившиеся, выплеснулись наружу. Как оказалось вскоре, выплеснулись преждевременно.
  Через несколько минут, когда гвалт стал затихать, Питер заявил, что первым делом надо пойти в каюту управления и изучить космическое пространство вокруг яхты. Все присутствующие с ним тут же согласились, и уже притихшая толпа отправилась вслед за Адамсом.
  Придя в каюту, наш негласный лидер принялся за дело, попросив не мешать. Через несколько минут он сообщил первые результаты - даже теперь, после выхода из ГП определить координаты точки, куда нас доставила яхта было невозможно, бортовой компьютер просто выдавал координаты Калабрии.
   Видеозапись с комментарием рассказчика.
  - Так может, мы всё-таки зря волновались, и яхта шла намеченным тобой курсом? - спросил Эдди.
  - Можешь на это надеяться. Хотя я бы всерьёз не рассчитывал....
  - И что же ты собираешься предпринять, чтобы прояснить ситуацию? - спросила невысокая брюнетка.
  - Я намерен исследовать космическое пространство вокруг яхты и ближайшую планету, если она есть с помощью обзорной системы яхты.
  Затем он включил мониторы внешнего обзора, и пассажиры яхты стали всматриваться в черно-звёздную пустоту, открывшуюся их взорам. По приказу Питера мониторы быстро отыскали планету, к которой нас доставил бортовой компьютер яхты, и сфокусировали на ней своё внимание.
  - Ну вот, значит, нас доставили к планете, - с едва заметным сожалением заметил Адамс.
  Лица присутствующих слегка посветлели.
  - Ты недоволен? - удивился Билли Нгуен.
  - Честно говоря, я бы предпочёл пересадочную станцию. Это дало бы нам стопроцентную гарантию спасения! - ответил ему Питер. Все снова насторожились. - Теперь надо исследовать эту планету, точнее её поверхность, чтобы выяснить хотя бы в общих чертах, что нас ожидает.
  Исследование продолжалось минут пятнадцать. Мониторы выхватывали то один, то другой участок поверхности неизвестного мира и околопланетного пространства. В результате мы обнаружили присутствие на планете атмосфере, а на околопланетной орбите - несколько спутников.
   Конец видеозаписи.
  Эти открытия были встречены неописуемой радостью всех пассажиров. Всем, в том числе и мне, представилось, что наши проблемы остались позади, а страхи по поводу неизвестного будущего совершенно исчезли. Все радовались, обнимались, пожимали руки и прыгали по каюте, ежесекундно рискуя с кем-нибудь или с чем-нибудь столкнуться и упасть.
  Питер тоже обрадовался, но проявилось это лишь в кривоватой усмешке. Когда волна всеобщего веселья начала спадать, Майк Уокер, заметив это, спросил его, в чём дело. Адамс ответил, что ему не нравится внешний вид спутников, так как на крупных планах они выглядели как-то странно. По крайней мере, он не мог вспомнить ни одного современного типа спутников, которые имели бы схожий внешний вид.
  Из-за этого у него возникли сомнения в уровне цивилизации этой планеты. На это замечание Адамса обратили внимание лишь трое или четверо пассажиров, остальные ещё праздновали мнимую удачу.
  Майк спросил, имеются ли у Питера другие основания для сомнений в удачном исходе полёта. Тот ответил утвердительно. Анджелин спросила, что он собирается делать, чтобы разрешить этот вопрос. Пит сказал, что сейчас же займётся выяснением, к каким уровням Сверхмира позволяют подключиться местные информационные и коммуникационные системы.
  
  6
  Пока Адамс занимался этим, все его спутники вновь сосредоточили на нём своё внимание, ожидая окончательного вердикта. Его эксперимент завершился очень быстро, а результат оказался крайне неутешительным.
  Видеозапись.
  Все незадачливые путешественники собрались в каюте управления полётом, столпившись за капитанским креслом, в котором сидел Адамс.
  - К сожалению, друзья, мои наихудшие опасения оправдались. Здесь есть выход в виртуальность, но возможности местной техники позволяют проникнуть лишь на самые низшие её уровни. Я даже не уверен, что их можно назвать уровнями виртуальности в знакомом нам смысле этого слова, - развернувшись в кресле, сообщил он.
  - Но почему? - спросил Панков.
  - Судя по всему уровень развития соответствующих технологий на этой планете слишком низок. Их совокупные возможности меньше даже, чем возможности одной этой яхты. Но только с помощью её техники, выйти на нужные нам уровни Сверхмира отсюда невозможно.
  - И ничего нельзя поделать? - спросила, чуть не плача, Мэдлен.
  - Теоретически, - можно, ведь Сверхмир не зря называют Глобальным пространством, - он объединяет все уровни, даже те, на которые мы имеем выход здесь. Но с практической точки зрения возможность того, что послание, запущенное на таком низком уровне, доберётся до адресата, весьма мала.
  - Но почему, ведь ты сам сказал, что всё это - одно пространство, - снова спросил рассказчик.
  - Да, но его уровни, тем более находящиеся фактически на разных концах, если рассматривать Сверхмир по вертикали, очень сильно отличаются. Меня ожидает множество технических проблем. Сейчас я просто не в силах применить имеющуюся на яхте технику, чтобы запустить послание. Мне надо будет разобраться с особенностями построения местной виртуальности. Даже если мне всё же удастся это сделать, и я запущу послание, оно почти наверняка не сможет преодолеть межуровневые препятствия, фактический разрыв в поддерживающих технологиях и многое другое, что будет преграждать ему путь. В конце концов, его могут просто не расшифровать!
  - Но ты всё же попытаешься? - спросил Херберт Юнг.
  - Разумеется, но это займёт довольно много времени.
  - А куда двинется наша яхта? - спросил Макс Баркли.
  - Пока никуда. Мне думается, нам лучше пока не приближаться к этой планете. И ещё у меня просьба. Поскольку я буду занят посланием, надо, чтобы кто-нибудь отслеживал работу местных спутников. Мы не знаем чего ожидать, от этой планеты и её обитателей. Поэтому нам необходимо быть настороже.
  - Кто же этим займётся? - спросила у всех Джанет.
  - Мистер Росс, вы не могли бы составить мне компанию? Кажется, мы с вами лучше всего подходим для решения этой задачи, - сказал Майк.
  - Не возражаю.
  - Отлично, а теперь попрошу всех оставить меня. Я должен сосредоточиться, - заявил Пит.
  Конец видеозаписи.
  Я вернулся в свою каюту. Я чувствовал себя очень уставшим и лишь слегка - разочарованным. Нервное напряжение последних часов отпустило, но оставило во мне эмоциональную пустоту. Из-за этого, когда нас поставили перед фактом, осуществления чуть ли не худших наших ожиданий, у меня не осталось сил на сколько-нибудь сильную эмоциональную реакцию. Всё шло, как должно было идти: нас перекинуло к какой-то захолустной планете, связи со своим миром у нас больше нет, а значит, практически нет и надежды на спасение. Ясно, чётко и определённо! Оставалось одно - ждать, что будет дальше.
  Здесь рассказчик снова прервал повествование и заметил:
  Несколько раньше я сказал, что в этой истории мы часто будем оказываться перед неизвестностью, но ещё чаще нам придётся ждать дальнейшего развития событий, которое не будут зависеть от нас никоим образом...
  Через одиннадцать часов Питер объявил общий сбор. Все собрались в столовой. Адамс выглядел хмурым и до крайности уставшим.
  Видеозапись и комментарий рассказчика.
  - Я сделал всё, что мог... кое-как разобрался с местной виртуальностью. Это ужасно. Чем дальше я в ней копался, тем страшнее мне становилось: это технологии дремучей древности. Кстати, вы-то разобрались с работой спутников? - спросил он Майка.
  - Да, тоже кое-как, в общих чертах...
  - К тому же нам не удалось полностью расшифровать их систему связи, - сказал Росс.
  - Ладно, это потом. Мне удалось почти чудом подстроиться и записать послание. Я постарался его защитить и отправить в нужном направлении. Более того, подстраховавшись, я отправил несколько сообщений разными путями. Но я по-прежнему настроен очень пессимистично.
  - И что же нам теперь делать? - спросил я.
  - Ждать. Это не займёт много времени. Я думаю, уже через несколько часов мы получим ответ на главный вопрос. Если хоть одно послание достигнет цели, надеюсь, нас смогут разыскать, а уж в том, что нам ответят, я не сомневаюсь... и я сделал всё, чтобы ответное послание не затерялось на обратном пути... если, конечно, моё письмо хоть к кому-нибудь попадёт... - повторился Пит.
  - Что будет в противном случае? Ты попробуешь ещё раз? - задал вопрос Эдди.
  - Возможно, но уже не из космоса.
  - Что ты хочешь сказать? - удивилась девушка с разноцветными волосами.
  - Прежде всего, Дороти, я хочу сказать то, что у нас кончается топливо. И нам, чтобы сохранить хоть что-то, на всякий случай, придётся сделать посадку на этой планете.
  Конец видеозаписи.
  Слово было сказано. Именно то, о чём все боялись думать, но что надвигалось неотвратимо. То, что нам предстояло - было названо. Посадка стала неотвратимой. Никому не хотелось приземляться там, где, возможно, даже не существовало спейспортов. Но это было неизбежно. Это понимали все. Ведь даже если связь с Новой Пенсильванией каким-то чудом будет установлена, спасательный корабль прибудет не скоро, а яхта, даже почти не двигаясь, продолжает тратить топливо. Его может просто не хватить.
  Но большинство моих спутников всё же надеялись на успех затеи с посланием. При удачном развитии событий наши шансы на спасение, даже при посадке неизвестно где, резко возросли бы. Это понимал и Адамс. Поэтому он только теперь заговорил о посадке и отложил её ещё на некоторое время.
  Прежде чем разойтись для нового сеанса мучительного ожидания, мы послушали отчёт Майка и Арнолда. Они, примерно поняв систему работы местной связи, несколько часов отслеживали работу спутников, а затем через них даже попытались разобраться с тем, как работает планетарная связь. Последнее, правда, получилось далеко не полностью. На орбите удалось обнаружить и спутники связи, и спутники слежения. Наблюдатели имели почти абсолютную уверенность, что все сообщения полностью касались происходящего на планете, и присутствие космического корабля аборигенами не обнаружено.
  Ждать те несколько часов, которые отделяли нас от ответа, пусть и неокончательного на самый важный вопрос в нашей жизни, было трудно, но всё же легче, чем раньше. Мысли, правда, по-прежнему приходилось разгонять видеозаписями и теми немногими виртуальными играми, которые остались доступны после выхода из гиперпространства. Но планета, рядом с которой находилась яхта, всё же внушала надежду. Там жили люди, а значит, там была жизнь, цивилизация...
  Живя в мире финансов и цифр, я был очень далёк от не вписывающихся в него деталей обычной жизни. 'Цивилизация' - вот то слово, которым для меня определялось всё...
  Наше ожидание оказалось напрасным. Мы прождали почти двадцать часов. Но никакого ответного сигнала мы не получили. Когда окончательно стало ясно, что послание Адамса не дошло до адресата, Питер обратился ко всем по видеофону и попросил вновь собраться в столовой. Когда мы сделали это, он сообщил, что в сложившихся обстоятельствах первое, что необходимо сделать, - это направиться к неизвестной планете.
  Билли Нгуен, удивился и заметил, что садиться там будет крайне неосмотрительно.
  Видеозапись.
  Все пассажиры яхты собрались в столовой, столпившись справа от большого обеденного стола. Адамс, стоя чуть в стороне, говорил:
  - Никто и не думает немедленно совершать посадку. Хотя топлива у нас всё меньше и меньше, я намерен сначала исследовать планету, насколько это будет возможно, с дальней орбиты. Я думаю, мы определим место для посадки и хоть что-нибудь выясним о том, что собой представляет местная цивилизация.
  - А как же спутники? - спросила Джанет.
  - Боевых среди них мы вроде не обнаружили, - вместо Пита ответил Арнолд Росс.
  - Вы уверены? - уточнил Билли.
  - На сто процентов не уверен, но, по крайней мере, среди работающих аппаратов их вроде бы не было, - сказал Майк.
  - Учитывая неизбежность высадки на планете, для нас не имеет большого значения, когда именно нас заметят аборигены, - сказал Адамс. - Так что если даже нас обнаружат их спутники слежения - это не столь уж важно.
  Конец видеозаписи.
  Все присутствующие согласились с его планом. Поэтому Пит немедленно отправился в рубку, а мы вновь разошлись по своим каютам. Яхта довольно быстро вышла на околопланетную орбиту. После этого мы собрались в видеосалоне. Пит переключил на его экран изображение с МВО, и мы стали рассматривать планету, которую облетал наш корабль.
  Мониторы яхты не были предназначены для детального исследования планетных поверхностей, но для того, чтобы получить общее впечатление их мощности вполне хватило. Следы цивилизации проступали вполне явственно. Достаточно хорошо просматривались поселения. К сожалению, их внешний вид не внушал особо радужных надежд. Судя по увиденному, в большинстве исследованных местностей жители недалеко ушли от временной застройки периода первопоселенцев.
  Но, пожалуй, наибольшее впечатление произвели на нас наземные транспортные пути, принадлежность древних цивилизаций. Мы даже не сразу поняли, что это такое, но Билли Нгуен, обладал кое-какими историческими познаниями и объяснил нам, что к чему.
  Помимо всего прочего мы несколько раз натыкались на многочисленные объекты промышленного и военного назначения. Последнее также очень встревожило нас - не вызывало сомнения, что все эти объекты не относились к войскам противокосмической обороны. Об этом авторитетно заявила Джанет. Остальное пространство планеты также производило нерадостное впечатление. Даже, несмотря на обнаруженные нами крупные водоёмы, несколько из которых вполне подходили под определение океана. Планета, судя по всему, была оземеленной, но уровень применённой технологии не выдерживал никакой критики.
  Адамс, проглядев всё это вместе с нами, сказал:
  - Как видите, друзья, ожидать от этой планеты курортных условий, подобных Калабрии не приходится. Однако у нас нет выхода, - мы должны садиться. Поэтому сейчас мы постараемся найти более или менее подходящее место для посадки.
  Никто не возражал. Мы достаточно быстро нашли подходящую площадку в отдалении от человеческих поселений. Спутников над этим районом не было. В то же время неподалёку пролегали наземные транспортные пути. Так что при необходимости, которая была нам почти гарантирована, мы могли легко выйти на контакт с аборигенами.
  Посадка прошла успешно. Когда она завершилась, я переключил видеофон в своей каюте на приём трансляции МВО, и стал рассматривать окружающее пространство. Я чувствовал сильное волнение. Эта неизвестная нам планета, её люди, - что нас здесь ждёт? Этот вопрос не выходил у меня из головы.
  Мои страхи от взгляда на экран видеофона только усилились. Пыльное, каменистое безжизненное пространство столь непохожее на Новую Пенсильванию, на которой я провёл почти всю свою прежнюю жизнь, произвело на меня гнетущее впечатление. И та слабая надежда, что питала меня в последние часы, почти исчезла. Я чувствовал, что надеяться тут не на что...
  Более того, вскоре я понял, что, разглядывая дальше расстилающуюся вокруг яхты территорию, рискую опять довести себя до истерики. Во мне вновь проснулось пугающе бездонное чувство одиночества и оторванности от своего мира, которое я с таким трудом смог приглушить в себе концу перелёта. Поэтому я поспешил выключить видеофон и вышел из своей каюты.
  Мы заранее договорились ещё раз собраться вместе после посадки, поскольку, прежде чем выходить из яхты, надо было обсудить много разных вопросов. Поэтому я сразу направился в столовую. Там уже находились Уокеры и Макс Баркли. Остальные, видимо, всё ещё знакомились с окружающим пространством пустынной степи.
  Видеозапись.
  - Ну, как тебе нравиться этот мирок? Уютно, не правда, ли? - насмешливо приветствовал меня Макс.
  - Да уж! Уютно! Ничего себе! Кругом настоящая пустыня, - раздражённо ответил я.
  - Что верно, то - верно, - ландшафт совершенно безжизненный, - заметил Макс.
  - В любом случае нам предстоит провести здесь некоторое время, - сказал Майк, - так что нам придётся привыкать не только к местным ландшафтам.
  - А к чему же ещё? - удивился Баркли.
  - К воздуху, пище, обычаям людей и многому другому!
  - Но, будем надеяться, наше пребывание здесь не слишком затянется, - сказала Анджелин.
  Конец видеозаписи.
  В этот момент к нам присоединился Эдди. Они с Максом стали обсуждать увиденное. Я же с моим окончательно испорченным настроением ушёл из столовой. У меня не было никакого желания слушать их глупые остроты и неуместные шутки по поводу нашей ситуации. Некоторые считают такое поведение полезным - оно, видите ли, снимает напряжение. По-моему, это бессмысленно - от проблем всё равно не уйдёшь!
  Я бродил по яхте и размышлял о том, как это я влип в такую ужасную историю. В результате я изрядно обозлился на себя и на других.
   Когда через полчаса я вернулся в столовую, там уже собрались все пассажиры яхты.
  - А вот и Джон, наконец-то! - воскликнул Питер. - Мы уже хотели кого-нибудь послать искать тебя! Мы попусту теряем время!
  - Я уже здесь, великий предводитель! Теперь ты можешь держать свою тронную речь! - неожиданно для самого себя съязвил я.
  Все посмотрели на меня удивленно, и я даже услышал смешок Макса. Питер сначала хотел как-то отреагировать, но потом, видимо, передумав, махнул в мою сторону рукой и стал излагать свой план дальнейших действий. Он заявил, что нам неизбежно придётся покинуть яхту и вступить в контакт с местными жителями. Сделать это он предлагал сразу после следующей попытки отправить послание на Новую Пенсильванию. Подготовкой и отправкой сообщения он обещал заняться немедленно.
  Тут Билли спросил его об опасности отравиться местным воздухом. Пит ответил, что на яхте, есть небольшой прибор, с помощью которого он сможет изучить состав местной атмосферы. Он намерен запустить местный воздух в переходную камеру и взять пробу для исследования.
  Затем он напомнил, что вести себя на этой планете надо будет крайне осторожно, и собрание на этом завершилось.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"