Ширяев Иван Борисович: другие произведения.

Да будет свет!

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    3-е место на конкурсе Акуна Матата-4. Постапокалиптическая пастораль с галантными стишками и фугой в конце.

   Едва пылающее янтарной росой солнце на два пальца поднялось над горизонтом, обитатели садового товарищества Омутки, некоторые с козами и вилами, потянулись на семинар. Семена там распределять и прочие важные потребности. От века так заведено.
   Под дубом, за грубым деревянным столом уже сидел тощий, жидкобородый председатель Феофан с крынкой просяного кваса, поглядывая хищной совой на футляр свиной кожи с заветной книжицей. На её трухлявой, древней обложке, с исподней стороны рукой самого Игоря Викторовича так и было написано: "С утра - семинар!" И ещё много всякого значительного писано его твёрдой рукой меж стершихся печатных букв, меж торжественных и туманных фраз.
   В этих чернильных закорюках вся мудрость, изъясняющая метод коллективного хозяйства и всеобщей сытости трудового народа. А кое-что и подчеркнуто. Вот это например: "каждому - по потребности". Без этого правила вовсе бы жизни не было.
   Не успела сойти роса, как уж собралась немалая, душ в тридцать, гомоняшая толпа, все больше босая и в одних портах, окромя братьев Жучковых в опорках, похоже, намылившихся в городище. Этим сам черт не брат.
   Толстопузый Толик Мендельсон вразвалку подошёл к столу и, расталкивая баб, облокотился на его край пыльным брюхом. Вдруг, в ветвях прошелестело, и, неожиданно прытко для своего веса, парень отпрянул в сторону, поймал желудь губами и проглотил его.
   - Тьфу! - сказала Елизавета с сестрой, и брезгливо отошла подальше. Хотя вот сама не раз прибегала к способностям Толика. Но это как с золотарем. Дело вроде нужное, но не рукопожатное!
   - Тихо, черти немытые! - прикрикнул Феофан, и стал распределять потребности. Потому что если не распределить, то до способностей до вечера не дойдёт. Так и будут языком чесать и мысли в голове путать.
   Бобы черные на семя, лучок-чернушка, хвост пластиковый с городища Тугоуховым на пояса. Яблок кислых мешок чуть не силой сестрам Воронковым впихнул. Пока найдешь, в ком такая потребность сидит, сам вспотеешь. У них вроде как боровок, авось сожрет.
   - Феофаныч! Бритва нужна! - пробасил дородного вида юноша в зеленых портах, - мне женихаться пора, а рожа во,- парень провел рукой по начавшей кучерявится бороде, - как у Ашурбанапала.
   - А ты в городище накопай!
   - Ща, Жучковы пусть и копают. Они не женихаются, а только баб щиплют. Им все пох.
  Старший Жучков весело кивнул и добавил:
   - Айда с нами, бритв цельных нет, все гнилые, а мы тебе черта рыжего раскопаем. Как увидишь, волосья сами выпадут. И на роже, и везде. - мужичок наклонил лысину к смеющимся товарищам.
   - Да ну вас к оркам! Сказано же - в человеке все должно быть прекрасно. И душа, и тело. Как вот я мордатый женихаться буду?
   - Да где я тебе бритву возьму! Одна и есть. А вдруг кто помрет? Чем ображивать? Я тебе сегодня перья дал, любовные письма писать?
   - Ну дал. А чем я писать буду?
   - Так кровью и пиши, как этот... самый... Ромео! Женихаться хотят, а как дети малые!
   - Так не дашь?
   - Я тебе в среду галстук лисий дал? Так какого рожна тебе надо! Сказано же - по потребности! Не по двум потребностям, не по трём, а по потребности. По одной значит! Может, все женихаться захотят, так что, мне раком встать? Это не товарищество всесторонне развитых личностей будет, а холдинг какой-то, с ограниченной ответственностью! Мрак и демократия!
   За потребностями чередом последовали блага: энергосберегающая лампа, маска супермена и крышка от ноутбука. Блага - от слова блажь. Хотя если лампу шерсткой потереть, она в темноте мерцает, как эта, звезда пленительного счастья. Блажь, в общем.
   Набравшее силу светило припекало, зароились мухи, и быстренько распределив способности, то есть отправив способных рыхлить картошку и косить сено по делам, Феофан подозвал деда Сашу и тихо, но торжественно сказал:
   - Думаю, Сан Саныч, самый раз она в силу вошла. Луна-то полная. Это раз. Июль - это два. Так что готовь снасть. Это я тебе как боевой товарищ прямо скажу. Да внука возьми. Одно ухо хорошо, а два лучше. Через тернии, как предки говорили, к звездам. Я бы и сам пошел, да овес растащат. Это при коммунизме враз происходит!
   Скоро попрощавшись, Сан Саныч положив в мешок снасть, полхлеба, баклажку с водой, пару луковиц красных, сладких, и кусок бересты с фразой "Идеи становятся силой, когда они овладевают массами". Бересту ему дал Феофан ещё много лет назад, и дед носил её в лес, вроде оберега.
   Вскоре поселок скрылся за осинником, и обойдя небольшое вонючее болотце, прошли они под заросшей кустарником эстакадой. Чак-чак - стучал секундомер шагов в гулкой сырой тишине. Из-под сводов вдруг с шорохом вылетела сова, и пискнув над ухом, скрылась в полумраке. Неторопясь, поднялись на сосновый пригорок, прошли лугом. Чтобы не приближаться к городищу, спустились, цепляясь за кусты, в сучий овраг и перешли ручей.
   Поднявшись на крутой южный склон, путники оказались в просторной и сумрачной роще. Стройные, цвета базальта, шершавые стволы дубельта терялись в головокружительной выси, сплетясь кронами. Тихо шелестел под ногой прелый лист и пахло грибами.
   - Вот, здесь где-то, - шепотом сказал дед. - Ты не гомонись, а по верхам смотри, - и достал из мешка лук.
   Уж притомился Лёшка таскаться за дедом, за всякий пень заглядывать. "Дай, - говорит, - я на самое дерево залезу и сверху погляжу. Может они и вовсе не прилетели. А может ещё какого филина выгляжу?"
   - А ну как прилетели? Вот они тебе, дураку клювом и настучат. Героизм - это добрая воля к самопогибели. Ницше. Так и сказано. Заскучал, вот к ручью сбегай, свежей воды набери.
   Не успел Лёшка найти баклажку, как вдруг прямо над ним, в ажурной лиственной вышине, среди клочков неба послышалось хлопанье крыльев, свист и какой-то невнятный треск, будто кто сухие ветки ломает.
   Дед тихо взял его за плечо и указал вверх, туда, где меж кривых черных ветвей радугой мелькнуло бирюсовое перо.
   - Да стой ты! Расперделся! Кажись, она... Сейчас зачитываться будет. Так просто, её поди, поймай, а сейчас в самом соку и осторожность теряет. Да просто стрелять мало интересу.
   Внезапно гулкое, под вековыми кронами, эхо разнесло по лесу какой-то искаженный, с хрипом и присвистом глас:
   - Раз, раз, раз! Тэг пятьсот сорок шесть.
   - Дед, а что за тэг?
   - Ну почем я знаю? Может, номер ейный?
   Перекрывая шелест ветра и треск кузнечиков, скрип усилился до боли в ушах, и над просторами понеслось:
   - Белеет пандус одинокий
   В тумане моря голубом...
   Звенящий в небе глас загнул ещё про бури, солнце и лазурь, и воцарилась тишина. Лёшка сидел на сырой листве подле коряги, пытаясь осознать случившееся. Странные глупые мысли совершали в пустой голове ритмичные прыжки, как мыши в потревоженном гнезде.
   - Дед, а кто такой пандус?
   - Китайский такой медведь, белый с пятнами, панда называется. Ейный муж, наверное.
   - А зачем он через море плыл?
   - Не знаю. Может, жена прогнала. А может скучно. Скучно у них, в Китае. Грибов нет. Даже бури нет. Вот и уплыл. Странный какой-то стих...
   - Дед, а мы в неё стрелять будем?
   - Да погоди ты, она, мож до вечера зачитыватся будет! Пока не устанет. Зря шли, что-ли?
   А голос свыше загадочным образом перешел к тэгу девятьсот семь:
   -Немь лукает луком немным
   В закричальности зари...
   - Дед, а это что за муть?
   - Мутация называется. Может устала она, или чего, а начинает перевирать, муть всякую несёт. Оттого и говорят: мутация.
   И правда, голос ненадолго стих. Дед задумчиво раскладывал на земле стрелы разной формы и цвета. Лёшка даже успел хлебнуть водички, как вдруг неожиданно действо продолжилось:
   - Я сидел у окна в переполненном зале.
   Где-то пели смычки о любви...
   - А смычки у нас водятся? - спросил осмелевший Лёшка.
   - Наверное, не смычки, а соловьи. Мутация. И в бокале у ней, ясное дело, не аи, а чаи. С шиповником, наверное, чай, раз золотой. Зверобой жидкий цвет дает. Чтоб стихи понимать, разумение нужно.
   - Каркнул ворон:
   Поми-доры!
   - Ворон разве помидоры ест?
   - Он все ест.
   - Дед, а почему человек так чудно говорить не умеет? Вот, ты, например, умеешь?
   - Скажешь ещё! У меня клюва нет. Я прозой могу. Погодь, жара сойдёт и она на прозу перейдёт, всякое бывает. Вот про реку Днепр красиво так, какая она ночью широкая да большая.
   После долгой тишины на грязное плечо Лешки шмякнулось сверху что-то жидкое.
   - Тьфу ты, срёт! Может застрелим? - обиженный Лешка обтерся пучком травы.
   Дед промолчал, а качающаяся на верхушке крупная, сверкающего пера птица начала длинный, интересный рассказ, про какого-то Брута, которого черти пугали, а он, чтобы не пугали, супротив них тоже зачитывался и круг на полу чертил. А паночка на гробе летала и рожи строила.
   Потускневшее солнце уж клонилось к горизноту. Под сумрачной вязью крон натекала пряная лесная прохлада. Лешку даже озноб прошиб, до того жуткий рассказ был.
   - Кря-кря - устало проскрипела птица, встрепенула затекшие перья, присвистнула и продолжила:
   - Тэг семь тысяч сорок шестой. Одетый в платиновый доспех ученик мага Тефлониэль стоял на вершине холма и глядел на круглые развалины. Его доспех был затянут в зелёный плащ мага стихий, а на поясе болтались три заряда волшебства: красный, синий и желтый. Магический гранатомёт он направил в круг, готовый выстрелить в нечисть. Вдруг из тумана выскочили сразу две нечисти и стали кидаться в него огненными соплями. Нечистей было две, породы кошкодемон, а гранатомет один. "Дыр, бул, щир!" - произнес заклятие посрамления Тефлониэль...
   Дед с Лешкой послушали ещё минут пять, и дружно подняли луки. Зачитавшаяся курона почти не сопротивлялась неизбежному. Была ли тому виной белая стрела деда, слегка повредившая крыло, или усталость сказалась, но лежащая на прелой листве радуга потускнела. С каждым лучом заходящего солнца из неё уходила жизнь.
   Сунув тяжелое, с доброго индюка, тело её в мешок, Лешка закинул его за плечо и, скорым шагом, за шустрым для своих пятидесяти лет дедом, понесся к поселку, пока ночь не скрыла во мраке его низкие избенки.
   - Курона - птица вкусная! - крикнул, обернувшись, дед, когда они на ощупь переходили сучий ручей, - так в книжке у Феофана и написано, на предпоследнем листе. Только её на охоте называть нельзя, а то услышит ещё, и не прилетит. Черт её знает, эту курону.
   Вернулись уж под луной, брякнули в темень избы мешок и пошли к бочке умываться. На шум подоспели вездесущие Воронковы и Феофан. Пока председатель точил лясы с дедом, да слушал Лешкин пересказ истории про Хому, и про сбежавшего пандуса, бабы суетились с тушкой, чтоб не пропала. Как назло, печь в доме погасла вовсе. И у Воронковых тоже. А Жучковы, так вовсе огня не держали.Сырьем все жрали, даже рыбу.
   Позвали Толика. Сонный, да нехотя, вразвалку подошел он к тёмному дверному проему.
   - Ну, ведро воды тащи, и сзади вылей. Не в избе же? - пробурчал он.
   - Смелей, не сахарный! Прямо на штаны лей. Гуще лей! - давал он указания Лешке.
   - Вот, теперь хорошо, довольно сказал Толик и протиснулся в низкую дверь, - и хворосту, сена в печь подбрось!
   - Отвернитесь к черту, а то не буду! - крикнул он в сторону любопытных сестер Воронковых.
   В тусклом свете луны, сочащемся в мутное оконце, было видно, как он сняв штаны, раком пятится к самому зеву печки.
   - А теперь что-нибудь смешное расскажьте. А то настроения нет.
   - Запросто! Она вот рассказывала, как жирный пингвин тело в камнях прячет, а самое то место все равно наружу. А сверху такой буревестник летает, и думает, клюнуть, или нет? Очень смешной стих.
   Из Толика раздался странный булькающий звук, затем ядовитое шипение, перешедшее в звучный перелив нот, похожий на вступление духового оркестра, крещендо барабанного треска, и вдруг, яркая вспышка гремучего газа, нашедшего под слоем пепла свою искру, озарила скудную обстановку избы.
   Не зря его зовут Мендельсон. Музыка ещё та. Быстро и стеснительно натянув портки, парень выбежал из дома.
   - Толик, приходи курону жрать! Курона птица вкусная! - неслось ему вслед,- не то, что твои вонючие желуди с ГМО!
   - Fiat lux!
   - Что-что, Саныч?
   - Да будет свет, я сказал!
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие реальность-4"(ЛитРПГ) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Боевая фантастика) А.Демьянов "Долгая дорога домой. Книга Вторая"(Боевая фантастика) Д.Лебэл "Имплант"(Научная фантастика) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 2"(Боевик) Н.Жарова "Выжить в Антарктиде"(Научная фантастика) С.Волкова "Попаданка для принца демонов 2"(Любовное фэнтези) Ф.Вудворт, "Эльф под ёлкой"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика)
Хиты на ProdaMan.ru P.S. Люблю не из жалости... натАша ШкотПеснь Кобальта. Маргарита ДюжеваВорожея. Выход в высший свет. Помазуева ЕленаВолчий лог. Сезон 1. Две судьбы. Делия РоссиЧудовище Карнохельма. Суржевская Марина \ Эфф ИрТитул не помеха. Сезон 2. Возвращение домой. Olie-Книга 2. Берегитесь, адептка Тайлэ! Темная КатеринаСлепой Страж (книга 3). Нидейла НэльтеДурная кровь. Виктория НевскаяЛили. Сезон первый. Анна Орлова
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"