Широков Алексей: другие произведения.

Полёт сокола

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Оценка: 6.23*476  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Мечтал о других мирах? Получи и распишись. Но кем ты будешь здесь, в этом странном но таком интересном мире? Останешься скромным егерем Фальком - охотником на нежить. Или попытаешься пробиться на вершину, встать в один ряд с родовой аристократией. Тебе решать. К твоим услугам магия и огнестрельное оружие, базы данных и Камни Души дарующие невероятные возможности. Возьми своё! Лети Сокол! Спасибо Дмитрию Шеховцеву за первоначальную правку моей безграмотности. Вы знаете что тут обычно пишут. Договор, издательство, удаляю половину. З.Ы. По поводу постов ТогоКогоНельзяНазывать. см пост Љ 608 в текущих комментах или последнем архиве. По просьбе скрин добавлен в иллюстрации.


Глава N 1. Засада

   Я замер без движения под камуфляжной накидкой. Гилли, так, кажется, она называлась в том, моём мире. А может, этот мир - просто галлюцинация, и я лежу сейчас в палате, обколотый галоперидолом. Хотя для бреда все слишком реально. Особенно боль. Кстати, разрешите представиться: аватар Александр Соколов по прозвищу Фальк, новик электро-магии, шестнадцать лет, будущий ученик Первого Лицея имени его императорского величества Михаила Вышинина. Он же Артем Соколов, студент НГТУ пятого курса. И да, я попаданец.
   Как говорится, бойся своих желаний. Открывая очередную книгу про попаданца, невольно задумываешься: "А вот бы меня туда. Чтоб эльфийки и магия. Чтобы сражения эпические с непобедимыми врагами. Ну, и ещё бессмертие заверните." И не догадывается читатель, представляя себя на месте главного героя, что в фэнтезийном мире нет туалетной бумаги. Более того, спать придётся на земле возле костра. Есть подгорелую кашу. И прочее-прочее.
   Мне в этом вопросе повезло. В этом мире есть магия и различные расы типа гномов, эльфов и гоблинов. Но при этом он достаточно развит технически. Примерно на уровне восьмидесятых годов двадцатого века Земли, но со своими особенностями. Во-первых, тут нет нефти. Весь транспорт, использующий ДВС, ездит на дизелях. Горючим для них служит смесь, состоящая из масла хвощей, модифицированных эльфами, и различных наполнителей. Также был распространён электро-транспорт. Те же эльфы вывели особый вид бактерий, которые могут вырабатывать электрический ток. Вот и ездят автомобили с контейнерами, наполненными питательной средой для этих бактерий. И не только автомобили. Электрифицированы были очень многие сферы жизни. А использование рун, заменяющих многие электротехнические устройства, делало электричество универсальной энергией. И в этой гремучей смеси из магии, Камней Души, алхимии, рунических артефактов, дизелей и электротехники я живу уже одиннадцатый год. Я называю это место миром дизель-панка.
   А сейчас у меня выпускной экзамен. Мои товарищи из вольного отряда "Пепельные Вороны" решают, способен ли я стать одним из них. Обидно будет уезжать, не доказав, что я достоин носить их символ. Шесть лет отряд был моим домом и школой. Но если я хочу подняться выше простого рубаки-егеря, нужно получить образование. И завтра я отправлюсь в столицу к новому месту учебы. Там у Первого лицея своя территория с аренами, полигонами для отработки магических техник, мастерскими и вообще всем необходимым для плодотворной учёбы.
   Чтобы сдать экзамен, мне необходимо добыть достойный трофей. Сердце у нежити является мощнейшим накопителем маны, поддерживающим жизнь в дохлом теле. И из него получаются сильнейшие лекарства, да и многие алхимические рецепты требуют наличия этого ингредиента. И чем сильнее тварь, тем мощнее его сердце.
   Я собирался не размениваться на мелочи и добыть Мёртвого Рыцаря. Этот вид нежити представляет собой два сросшихся скелета, гуманоида и коня, покрытых толстой костяной бронёй. Использует оружие ближнего боя. Может очень быстро набрать скорость, буквально кидаясь на противника, чтобы нанизать его на копьё. Затем переключается на фламберг либо секиру Относительно разумен. Передвигается со свитой более слабой нежити. Обычно это Костяные Кентавры, Гончие и предыдущая форма развития Рыцарей - Мёртвые Наездники. У них броня значительно тоньше и вместо рук мечи из костей. Гончие - это разведка и загонщик. Кентавры же в бою метают костяные дротики, растущие прямо на теле, и это позволяет им пробивать аурный щит владеющих силой. Бросок в пятьдесят метров для них норма. В Пустошах Рыцари со свитой обычно выполняют функцию дозорных. Их разъезды постоянно движутся вдоль границы. В каждом дозоре один Рыцарь, три-четыре Гончие, пара Наездников и два-три Кентавра.
   И, как вся нежить, они прекрасно чувствуют жизнь на приличном расстоянии. Поэтому готовиться к охоте я начал еще три месяца назад. На облюбованном для засады холме высадил ростки ловчего шиповника. Этот модернизированный эльфами кустарник мог с огромной скорость выстреливать ветви в зашедшую на его территорию добычу. Но главное, он очень сильно фонил жизнью, и в его тени я и собирался спрятаться. Пару раз в неделю я приезжал к холму, подкармливая куст свежепойманной дичиной. И сейчас заросли были достаточно густыми, чтобы переломать свиту нежити, а при некотором везении и его самого. Но это план "Б". Основную надежду я возлагал на мины, аналоги нашей МОН-50, и крупнокалиберную винтовку, похожую на английское противотанковое ружьё Бойс.
   Когда я подошёл к нашим мастерам с идеей мины направленного взрыва, меня подняли на смех. Ещё бы, какой-то пацан будет учить гномов, фанатов взрывного дела, как закладывать взрывчатку. С трудом удалось уговорить хотя бы попробовать. Но на испытаниях прототипа он достаточно кучно изрешетил роликами группу манекенов, укрытых аурным щитом. Большое количество осколков не дало возможности отвести или погасить волну. За доводку взялся старший мастер-оружейник, усилив действие рунами и сконцентрировав полёт осколков. Теперь установленная на землю мина на расстоянии двадцати пяти метров гарантированно перебивала ноги нежити, попавшей в зону поражения. К изделию прикрутили электродетонатор с возможностью установки растяжки. И вот в таком виде на мину был получен патент "Мина осколочная направленного действия Фалька". Военные ей уже заинтересовались и готовят к массовому производству. Так что скоро мне на счёт начнут капать проценты за использование патента. С мастерами мы договорись разделить доход пятьдесят на пятьдесят. Этим, по-моему, я заслужил больше уважения, чем самой идеей мины. Мастера были гномами, а больших скопидомов свет не видывал.
   Зато сейчас шесть монок перекрывают зону поражения друг друга многократно. Дорога в этом месте делает изгиб эдакой буквой Z. Лучшее место для засады представить сложно. Вот и лежу я на пригорке в кустарнике, укрытый маскирующей накидкой, жду патруль Костяного Воинства

Глава N2 Бой

   Из состояния полусна меня вывел стук костей. На зигзаг дороги втягивалась небольшая колонна. И это был не патруль. Лич верхом на чём-то, похожем на кресло с ножками со свитой. Пара Мертвых Рыцарей, пяток Кентавров. Ещё штук десять Гончих рыскало по округе, совмещая функции разведки и головного дозора. Лич - это плохо, очень плохо. Он как ходячая артиллерийская установка. Бьёт по площадям, разрушая всё живое и не живое. В столкновении с ним мины мне могут не помочь. Так что пусть едут по своим делам, я подожду следующих.
   Естественно, надежда спокойно отсидеться не оправдалась. Почуяв крупный источник жизни, Лич повернулся в мою сторону и начал поднимать руки, готовя какую-то технику. Это Рыцари не сунулись бы к такому крупному кусту шиповника. Он и сам их сожрет и не подавится. А этому ходячему артиллеристу подходить не надо. Сейчас шарахнет какой-нибудь массовой хренью, и привет, храм Жизни.
   Радовало в этой ситуации только то, что колонна полностью вошла в зону поражения монок. Зажимая первую пару контактов, я призывал всех богов, каких знаю, и выпустил заряд электричества. Волна осколков от четырех мин, установленных поперёк дороги, сбила противников с ног. Попадавшая нежить образовала громадную кучу-малу, и прямо по ней ударили взрывы еще двух мин, установленных с торцов. Результатом оказалась покрошенные Кентавры, один обездвиженный Рыцарь и выпавший из своего кресла Лич. Второй рыцарь крутился на месте, пытаясь определить направление угрозы. Гончие стремительно подтягивались к месту взрыва, врагов они не чуяли. А вот Лич был гораздо умнее и уже понял, что единственное место, откуда можно наблюдать за ними - это мой холм. А значит, пара секунд, и он начнёт колдовать.
   Но я уже держал его голову в перекрестье прицела своей винтовки. Ее предком из ТОГО мира было противотанковое ружьё. Помню, как посмотрел обучающий мультфильм Диснея про него. Бойс Мк1 - вот что послужило прототипом для моего оружия. Калибр тринадцать и девять миллиметра, алхимическая паста вместо пороха, электроподжиг патрона и просто зверская отдача. Если бы не она - моя малышка, я бы даже и не взялся за охоту на немёртвых. Придавив приклад поплотнее к плечу, я приложил палец к пластине спуска и выпустил электричество из него. Тяжёлая, исписанная рунами пуля, насыщенная моей силой, легла точно в череп лича, швыряя его снова на дорогу.
   Перезаряжая винтовку, я бросил быстрый взгляд на общую обстановку поля боя. Оставшийся в строю Рыцарь и Гончие мгновенно среагировали на звук выстрела и уже неслись ко мне. Оставшийся на дороге Рыцарь заворочался шустрее, спешно восстанавливая повреждённые конечности. Упавший Лич снова начинал подниматься. Такую мощная тварь с одного выстрела не проймёшь. Я вновь навел прицел на его череп и с радостью отметил сетку трещин в месте попадания первой пули. Значит, аурный щит удалось пробить с одного выстрела, и у меня появился шанс. Прицелившись в отметину от первого попадания, снова стреляю, и череп Лича взрывается грязно-белыми осколками. Расстояние в сто пятьдесят метров до цели позволило всадить две пули практически в одну точку. Но это же мешает мне продолжить спокойно заниматься отстрелом нежити. Поэтому, быстро перезарядившись, я выстрелил в Рыцаря на дороге, целясь в голову. Тот заметно слабее Лича, и шлем ему снесло вместе с черепом внутри.
   Время вышло, и Гончие были уже совсем рядом. Две пёрли по прямой, карабкаясь по отвесному склону, ну, с такими когтями они и по стенам лазают. Остальные охватили холм кольцом, отрезая все пути отступления. И по пологому склону, проламывая кустарник как танк, несётся оставшийся Рыцарь. Подскочив с лежанки, словно подброшенный пружиной, я подхватил одной рукой винтовку и с разбега прыгнул со склона, практически через головы Гончих, уже почти поднявшихся на холм, и раздавил в кулаке другой руки амулет, удерживающий ловчий шиповник в спящем состоянии. Холм за спиной словно взорвался. Колючие ветви мгновенно оплели всех, кто попал в их радиус. Парочка свистнула у меня за спиной, но я уже приземлился и нёсся вперёд, стремясь отбежать подальше.
   Наконец, остановившись метрах в пятидесяти от холма, я положил винтовку на землю и достал из-за спины обрез помпового дробовика. Заряженный руническими пулями дум-дум, он являлся основательным аргументом на короткой дистанции. Следовало добить всех недобитых, собрать побольше трофеев и валить подальше, пока на звуки взрывов не пришёл патруль.
   Первым делом обхожу кучу костей, оставшихся от Кентавров. Внимательно вглядываясь в останки, я пытался уловить малейшие признаки движения. Чтобы убить немёртвого, ему нужно повредить сердце либо пробить голову. Даже небольшое отверстие в черепе снижает способность нежити здраво мыслить. Серьёзное же повреждение гарантированно убивает.
   Движения среди завала костей не было, но расслабляться не стоило. Нежить мёртвая и живая ничем не отличаются по внешним признакам, только вторая смертельно опасна, а первая нет. Поэтому не приближаясь к основной куче костяков, размотав с пояса металлическую цепь с крюком, я начал по одному подцеплять тела, оттаскивая их подальше. Туши нежити не очень тяжёлые, состоящие в основном из костей, поэтому работал я, не выпуская обрез из левой руки. От осторожности ещё никто не умер, а вот без неё - огромное количество. Оттаскивая туши метров на семь, я вырубал сердца и паковал в трофейные мешки, пропитанные специальным составом, для сохранности. Закончив с Кентаврами, я по широкой окружности подошёл к первому Рыцарю. Второго из куста мне всё равно достать не удастся. Пока я приду с новым амулетом подавления, шиповник уже его поглотит.
   Туша мертвеца валялась, задрав вверх перебитые минами ноги. Самое смешное, что сердце у твари находится именно в грудной клетке коня и защищено чрезвычайно мощной бронёй. Ковырять её ножом или рубить топором бесполезно, поэтому, примерившись, я всадил три пули подряд ему в грудину. Получилась дыра примерно сантиметров двадцать пять в диаметре. Теперь предстояло самое мерзкое. Достав специально для этого запасённый длинный трофейный мешок из пропитанного полотна, я одел его на руку и полез во внутренности нежити, на ощупь пытаясь достать необходимый мне трофей. Засунуть руку пришлось больше чем по локоть, пока я не нащупал здоровое, крупнее чем два моих кулака, сердце твари. Обхватив его поплотнее, с трудом выдрал руку из внутренностей. Стянув мешок с руки, я вывернул его так, чтобы сердце оказалось внутри и, завязав находку, закинул в сидор.
   Осталось самое сладкое. Неожиданный бонус в виде мёртвого Лича сулил как минимум уважение бойцов отряда. Как ингредиент, сердце высшей нежити стоило очень больших денег. Это не считая возможности найти в нём Камень Души. Поэтому, добив в дробовик недостающие патроны, я двинулся на промысел.
   Лич представлял собой полутораметровый скелет, обтянутый грязно-желтой кожей. Череп и часть шеи были обнажены, являя миру голые кости. Тварь валялась, широко раскинув руки и расплескав по дороге гнилую начинку разбитого черепа. Вонища должна стоять жуткая, хорошо, что я был в маске, полностью отсекающей внешние запахи. Стрелять я не стал, слишком тщедушным он был. Забросив дробовик за спину, вытянул один из тао, висящих у меня на груди крест-накрест рукоятями вниз. Примерившись, в два удара разрубил грудную клетку посредине и, подрубив с боков, раскрыл её как книгу. Среди ссохшихся внутренностей лежало здоровое, еще больше чем у Рыцаря, сердце. Аккуратно подрезал всё вокруг него, отделив от остальной требухи, и, достав еще один трофейный мешок, быстро упаковал добычу. С довольной улыбкой уложив всё в сидор, забросил его за спину. План выполнен и перевыполнен. От избытка чувств и ощущения, что жизнь прекрасна, я пнул передвижное кресло лича. Оно с шумом завалилось на бок и начало скрести длинными, похожими на паучьи, лапами.
   Поминая матушку ходячей табуретки, его же батюшку и противоестественный способ зачатия между ними потомства, я отпрыгнул от ожившей твари, сорвал из-за спины дробовик и всадил весь магазин, никуда особо не целясь. Судорожно перезаряжая оружие, я костерил себя последними словами за потерю бдительности, не сводя при этом глаз с нежити. Но она уже не двигалась, пули повредили жизненно важные органы. Но сюрпризы не закончились. Видимо, у передвижного стула был грузовой отсек, при попадании одной из пуль крышка, его прикрывающая, отскочила, и на дорогу выпала небольшая шкатулка цвета насыщенного тёмного дерева.
   Аккуратно подхватив находку, я бросил последний взгляд на учинённое побоище. Здесь меня уже ничего не держало, поэтому, убрав шкатулку в сидор, я повесил его и дробовик за спину и быстрым шагом отправился туда, где оставил винтовку. Мне предстоял еще трехкилометровый пеший переход до места, в котором я оставил свой квад.
   Бежать с тяжеленной пушкой на плечах - то еще удовольствие. Однако мне требовалось как можно быстрее убраться из этих мест. Как только патруль найдёт убитых, за мной отправится погоня. Убежать от Гончих пешком нереально. Да и на кваде нужно еще сбить их со следа, чтобы не привести жаждущую возмездия нежить к крепости отряда. Поэтому я нёсся по тундре со всей доступной мне скоростью, напевая песенку про то, как хорошо живёт на свете Винни Пух. Она всегда помогала мне держать дыхание. Три коротких вдоха, пауза, три коротких выдоха. Затем повторить и снова, и снова.
   Войдя в практически медитативное состояние, я едва не проскочил мимо своей техники. Быстро смотав маскировочную сетку и прицепив винтовку вдоль сиденья, выжал кнопку запуска двигателя. Квад представлял собой квадроцикл, только немного длиннее, с колёсами низкого давления для езды по тундре и электрическим двигателем. Под сиденьем у него был смонтирован съёмный контейнер для компоста с электробактериями. Вообще, с одной стороны, эльфы молодцы. У них вообще вся цивилизация построена на биологической основе. Дай им волю, они всех бы заставили жить так же. Засадили бы всю планету лесами и медитировали, глядя на цветочки. Но с другой, больших шовинистов этот мир не видывал. Остальные расы для них - лишь вирусы, уродующие природу. Вот и дали им не волю, а по рогам, и сидят они теперь у себя в Австралии, самоизолировавшись от остальных. Австралией этот материк я называю по привычке. Здесь же он зовётся, внезапно, Валинор!! Такой вот нежданчик от Профессора
   Добавив оборотов двигателю, я поехал в сторону дома. Нужно было сделать крюк по тундре, выскочить на тропу наших патрулей, чтоб сбить нежить со следа, а уже оттуда ехать в расположение отряда. Путь предстоял километров в пятьдесят как минимум. Еще стоило предупредить патрули о возросшей активности нечисти в этом участке.
  

Глава N3 Трофеи

   Базой отряда уже не одну сотню лет служила крепость, оседлавшая перекрёсток дорог. Она много раз перестраивалась и сейчас представляла из себя железобетонную конструкцию, ощетинившуюся артиллерией и в случае атаки накрываемую силовым куполом. Однако в её очертаниях еще были видны следы старой, сначала деревянной, а затем каменной крепости.
   Не доезжая пару километров, я остановился и заглушил мотор. Любопытство изгрызло меня, требуя немедленно узнать, что за коробку вёз лич. Чтоб не рисковать, я решил открыть её здесь. А то мало ли что там. Я, как аватар, имею второй шанс, а вот большинство живых в гарнизоне крепости нет.
   Решительно потянув из сидора шкатулку, я внимательно её рассмотрел. Небольшая, сантиметров двадцать в длину, четких геометрических пропорций, из тёмного полированного дерева, она, казалось, совсем не имеет крышки. Повертев её в руках минут пять, я уже практически решил бросить поиски способа открыть шкатулку, когда на боковой грани, освещённой солнцем, увидел тончайшую полоску. Она шла поперёк грани, но, не доходя до угла буквально миллиметр, поворачивала и шла вдоль. Осторожно обхватив пальцами шкатулку, второй рукой придерживая противоположный край, я попробовал открыть её как пенал в школе. Плавно вышедший ящик открыл содержимое шкатулки. Внутри, переложенные бархатом, лежали четыре Камня Душ. Три красных, сантиметров семи в длину, и один белый, почти прозрачный, размером не более пары сантиметров.
   Губы непроизвольно растянулись в улыбке. Наконец-то и на моей улице перевернулся грузовик с роялями. А то, что я, как и не попаданец вовсе: за почти десять лет только одна мега плюшка. Это когда после смерти деда я начал бродить один по тайге и натолкнулся на смертельно раненого дендроида. И не простого, а Хозяина места. Так называли особо сильных существ, обычно привязанных к одной местности. Я пикнуть не успел, как был схвачен ветвями и притянут лицом к стволу, рядом с громадным расколом в стволе живого дерева. Я орал, пинался, кусался, но монстр только сильнее сжимал ветви. И тогда я стал изо всех сил бить в рану. После очередного удара ветви притянули мне руку так, что размахнуться стало невозможно. Я скрёб пальцами по древесине, пытаясь хоть что-нибудь сделать. Пальцы попали в щель, и я смог ими зацепиться за что-то гладкое. Дендроид вздрогнул и слегка ослабил давление. Сжав находку в кулак, я изо всех сил рванул руку из раны. Монстр дико затрясся и сжал меня столь сильно, что я услышал треск ломаемых ребер и позвоночника.
   Так меня и нашёл капитан "Пепельных воронов" Чжан Бэй. Мертвый Дух Места и, в переплетении ветвей, я, с переломанным позвоночником, ребрами, ногами, но намертво зажавший в кулаке светло-зеленый Камень Души. Вороны срубили ветви, сделали носилки и забрали меня с собой. Пришёл в себя я уже в крепости "Пепельных воронов". Достаточно быстро меня поставили на ноги. Для местных это было несложно. А с учётом близости Пустоши, материала для изготовления целительских эликсиров было в достатке. Напитанные магией, они подстёгивали регенерацию, давая организму энергию для восстановления. Камень у меня не забрали, и, впитав его, я получил значительную прибавку к скорости мышления и великолепную память. Причём настолько, что при определённом усилии мог вспомнить очень многое даже из жизни на Земле. Скорость оценки ситуации и принятия решения выросла в разы.
   И вот теперь передо мной лежали четыре Камня. Для сравнения, за тот зелёный Камень, что я поглотил, можно было просить под сотню миллионов рублей. А он был меньше красных. Вообще-то их довольно сложно оценить в деньгах. Камни Души в Аркании были ценностью абсолютной и непреложной. Дело в том, что, поглощая содержимое такого Камня, ты мог увеличить свои физические возможности, улучшить работу мозга и получить магические силы. В общем, всё что угодно.
   Вот только шанс найти подобный Камень у обычного человека такой же, как и найти похожего размера алмаз. Камни возникают в теле существа, неважно живого или мёртвого, которое пропустило просто огромное количество маны через своё сердце. Мана, наполняющая этот мир, имеет нейтральную окраску. Однако, впитываясь сердцем, она получает оттенок силы реципиента и параллельно кровотоку разносится по организму, насыщая ауру. Чем больше за определённый период времени маг может поглотить нейтральной маны и передать в свою ауру, тем выше его магическая сила. При определённом постоянном количестве получаемой аурой маны возникает эффект, именуемый аурным щитом. Он выражается в уплотнении крайних слоёв ауры и отторжении ими посторонних, даже физических, предметов. Сердце служит как насосом маны, так и, совместно с аурой, её накопителем. И именно в нём возникают Камни.
   Добывают Камни Душ только с особо сильных монстров или нежити. Убить подобного можно лишь, организовав воинскую операцию. Дендроид, которого мне повезло завалить, был ранен ударом молнии, разрушившей его щит и расколовшей тело. Но даже в таком состоянии он был чертовски опасен.
   Получение Камней из разумных в нашей Империи преследуется по закону. Каждым таким случаем занимается Служба Имперской Безопасности, и они не успокоятся, пока не найдут виновного. Неважно, сколько времени у них на это уйдёт. Обнаружение преступника - это вопрос безопасности Империи, вопрос лояльности аристократии. Традиционно аристократы представляют собой наиболее магически сильную часть общества. И, узнав об открытии охоты на них, могут взбунтоваться.
   Ещё про Камни ходили два упорных слуха. Что их силу можно передать не только путём поглощения вырезанного из сердца Камня. Разумный, овладевший какой-либо силой в совершенстве и проживший более двух сотен лет, точно имел Камень и, якобы, мог добровольно поделиться его силой ещё при жизни. Поговаривали, что в среде той же аристократии это было естественно, когда старый глава рода передавал Свою силу одному из только что прошедших инициацию аватара наследников. Смысл в этом имелся, иначе, откуда у них такая магическая сила.
   Во втором слухе говорилось, что количество Камней в мире конечно. И если кто-то поглотил один, то монстр с таким камнем не появится, пока не умрёт один из обладающих похожими свойствами.
   Как бы то ни было, в руках я держал огромное состояние. Проснувшаяся жадность уговаривала меня спрятать шкатулку до приезда в столицу. Продав там Камни, я бы получил деньги на все свои планы. Да и планы тогда были бы мне не особо нужны. Однако где-то внутри маленький Нагибатор шептал мне: "Зачем продавать. Сами всё возьмём. Бери же их. Они твои."
   Растягивая удовольствие, я взял белый Камень. Взвесив на ладони, накрыл другой, впитывая Камень в себя. Поглощение камней происходит просто. Сжимаешь его руками и представляешь, как он тает и впитывается тебе в ладони. Легкое покалывание сигнализирует, что процесс идёт как надо. Прекратило колоть? Всё, камень впитан. Посиди пару минут спокойно, сейчас тебя захлестнёт волна эйфории, эдакий дополнительный приз, с ней придёт понимание, что за Камень ты поглотил, как он скажется на твоём организме. Эйфория быстро проходит, а вот радость от обладания новыми способностями нет.
   Вот и сейчас, провожая уходящую волну счастья, я не переставал улыбаться с такой силой, что окружающим, если б они были, конечно, показался бы слабоумным идиотом. Эмпатия. Очень увесистая плюшка в копилку МэриСьюшного попаданца. В списке "Как завоевать мир" можно поставить еще одну галочку. Осталось только собрать гарем принцесс и построить "Звезду Смерти", чтоб этот гарем возить.
   Ладно, всё это лирика. Протягиваю руку над шкатулкой, выбирая следующий Камень, и чувствую легчайшее прикосновение, исходящее от Камней. Убираю руку подальше, эффект пропадает. Значит, я могу ощущать не только эмоции живых существ, но и Камней Души. Беру один Камень, и через какое-то мгновение появляется понимание, на что он подействует. Сила. Этот Камень увеличивает физическую силу поглотившего. С учётом размера камня, усиление будет раза в три. Жал от груди сотку стал три. Практически без тренировок, просто хоп, и всё.
   Кладу на место этот Камень, беру следующий. Опять Сила. Интересно. Уже не так радостно беру третий Камень. И опять Сила. Етитская сила, блин. Найти три абсолютно одинаковых Камня - это всё равно, что на дне моря три абсолютно одинаковых раковины найти. Шансы близки к нулю. А с учётом слуха номер два, такое просто невозможно. Конечно, есть шанс, что слух врёт. Но даже так, три практически идентичных Камня - огромная редкость. Я внимательно осмотрел Камни на предмет других странностей. Во-первых, форма у Камней практически одинаковая, что тоже редкость. А во-вторых, нормальный Камень Души должен быть прозрачным, легко пропускающим свет. Эти же Камни отличались тяжёлым матовым багровым цветом. Словно багровая тьма клубилась внутри Камня. И если посмотреть на просвет, то можно разглядеть алые и чёрные искры, вспыхивающие в ней.
   Не, ну его на хрен. Я не трус, но моё здоровье мне дорого. Это не игра, где можно удалить запоротого перса и начать заново. Рисковать собой я не хочу. Мне ещё жить долго и счастливо и умереть в один день со всем гаремом. Лет через сто пятьдесят.
   Сложив Камни обратно в пенал, на освободившее место, чтобы они не болтались, я засунул свой носовой платок. Спрятал шкатулку за пазуху и снова завёл мотор. Забросив сидор за спину, я направился прямиком в крепость.
  

Глава N4 Крепость

   Крепость "Пепельных воронов" когда-то представляла собой квадрат с выступающими круглыми башнями по углам и надвратными башнями посредине с каждой стороны. Сейчас же это было вполне современное фортификационное сооружение с дальнобойной артиллерией, батареей миномётов, колючей проволокой по периметру и минными полями. Лес был выпилен по уставу, так, чтобы до ближайшей опушки было не менее километра в любую сторону. Фактически она выступала в роли опорного пункта, откуда рассылались патрули егерей и, в случае необходимости, мог выдвинуться ударный кулак бронетехники. Налёты нежити происходили регулярно. Целая сеть подобных крепостей отделяла Мёртвые пустоши от остального мира. И это был мой дом на протяжении уже шести лет.
   Я осознал себя, очнувшись после инициации аватара, когда мне было пять лет. Аватары - это люди, имеющие в мозгу симбионта. Что даёт им всего две способности. Первая способность - бессмертие. Звучит гораздо круче, чем выглядит в реальности. На самом деле, это не навсегда, а всего на сто двадцать лет. А во-вторых, если ты погиб, то возрождение происходит в новом теле, которое за неделю выращивают в Храме Жизни. Да, оно будет идентично твоему. Но все навыки приходится прорабатывать заново, вбивая их в мышечную память.
   И вторая - это владение магией какой-либо силой стихии. Я получил электричество.
   С самой же инициацией тоже много непонятного. Мои родители и дед с бабушкой не были аватарами. Родителей матери я не знал, она была сиротой. Постольку я был аватаром в первом поколении, моя магия электричества была слаба. Если прикосновением я еще могу ударить током достаточно сильно, то даже выпустить единичный разряд из руки в руку для меня уже не по силам.
   Однако я продолжаю работать со своей силой. Потому как доподлинно известно лишь одно. Если ты в достаточной мере овладел своими возможностями и у тебя появится ребёнок от аватары со схожей силой, он тоже будет аватаром. Пять-семь поколений подобных браков, и ребёнок будет получать силу отца. Еще с десяток поколений, и у рода появится так называемый "козырь". Это либо родство со своей стихией, либо особая техника, доступная только вам. Обычно подобное хранится в секрете. А еще с каждым поколением уровень силы будет неизменно подниматься. Такие Рода составляют аристократию Империи. Императорский род же владеет не стихийной магией, а ментальной - псионикой. И это позволяет ему держать в кулаке всю эту свору аристократов. Кстати, эмпатия тоже из разряда ментальной магии. Поэтому нужно быть очень аккуратным, чтобы не спалиться. А то мигом загребут на госслужбу, а у меня другие планы.
   Вот после инициации аватара я и осознал себя единым в двух лицах. Я не думаю, что это ложные воспоминания, появившиеся в результате неправильного вживления симбионта. Слишком уж они детальны. Также я отбросил в сторону вариант с раздвоением личности. Кроме того, уже в крепости мне для изучения дали базу по математике. Я усвоил её полностью меньше, чем за две недели. Просто потому, что уже это все знал. Более того, я знаю больше, чем было в этой базе. Всё-таки высшая математика в Аркании отстаёт от земной. А студент Артём Соколов, учившийся на кафедре сетевых информационных технологий, знал её хорошо. К тому же я не разделял свои личности. Я был Александром Соколовым, аватаром пяти лет отроду, и Артёмом Соколовым был тоже я. Поэтому не стал забивать себе голову и признал себя таким, какой есть. На задворках разума, правда, крутилась мысль, что это "Ж-ж-ж-ж" с совпадением фамилий не спроста. Теория отражения миров ждала своего часа.
   Одним из серьёзных потрясений для меня вообще было наличие баз данных. В этом мире любой имел возможность усваивать знания напрямую. Любой живой может прийти в Храм Жизни и закачать свои знания по определённой области знаний в кристалл. Чем лучше донор разбирается в вопросе, тем более полная получается база. За наполнение кристаллов Империя платит хорошие деньги. Многие, достигшие определённого уровня знаний и умений, только с этого и живут. Вот только сам процесс занимает не меньше декады, и между созданиями двух кристаллов необходимо делать перерыв не менее чем в три недели. Иначе мозг может не выдержать нагрузки. А наполненные кристаллы выдерживают не более пяти полных считываний, но лучше больше трёх не делать. Иначе возможны лакуны и пробелы в знаниях.
   Однако, это не значит, что, считав базу созданную, допустим профессором математики, вы тоже мгновенно станете вторым Лобачевским. Каждый человек индивидуален. Кто-то тяготеет к точным наукам, а кто-то к искусству. Поэтому, чтоб не пережечь мозги пользователя, база открывается постепенно, по мере отработки материала.
   С той же математикой это выглядит как проработка решения примеров и теорем. Решил эти, они укрепились в мозгу до полного усвоения, бери кристалл, закачивай следующую порцию знаний. Проработал и их, закачал задачу посложнее. На каком-то этапе упёрся в стену, так, что не можешь освоить полученные знания - ты достиг своего потолка. Значит, или расслабься и через пару недель неотработанные знания растворятся в твоем сознании, или ищи репетитора, который растолкует тебе суть полученной информации.
   И так с любой базой. После выздоровления капитан подарил мне базу умением работать короткими тесаками - тао. И сами ножи. И пока я не освоил азы этого стиля, продвинуться в изучении базы дальше не удалось. Тот, кто, не усвоив предыдущий урок, рвётся вперёд, расплачивается жуткой головной болью. Мне хватило одного раза, чтобы я зарёкся смотреть, "что там дальше будет". Такой же эффект бывает, если перегрузить голову количеством баз. Наиболее оптимально получается работать одновременно с тремя базами. Две с фундаментальными знаниями и одна с физическими умениями типа рукопашного боя. Чередование умственной и физической нагрузки ускоряет восприятие информации и скорость отработки знаний.
   К тому же, чисто эмоционально я был все-таки Александром. Знания о родителях, имеющихся в том мире у Артёма, никуда не делись, но эмоций не вызывали. Поразмыслив, я пришёл к выводу, что, возможно, это потому, что я не помню момента своей гибели там. И была ли она вообще. А значит, есть возможность, что на Земле Артём жив, а я получил лишь информационный слепок его личности. Как ту же самую базу.
   Мои родители погибли при крушении дирижабля, когда мне было всего два года, и с тех пор меня воспитывал дед по линии отца, Спиридон Семёнович Соколов. Отставной егерь, лейб-гвардии подхорунжий Двенадцатого Императорского Гвардейского Полка, прошедший четыре кампании, он уволился в запас, имея сорок лет выслуги, полным кавалером Ордена Славы. С полагающимся личным дворянством. Выйдя в отставку, он стал лесником, где и жил один, практически посреди дикой тайги. Мой отец пошёл по его стопам и, закончив Высшее командное училище, стал офицером в том же полку. По выпуску из училища он тоже получил личное дворянство. И если бы мой отец был жив, высока вероятность, что он выслужил бы себе уже наследное дворянство. Но случилась катастрофа, и мои родители погибли. Была устроена внезапная проверка боеготовности полка с последующими манёврами. Отца вызвали в расположение, а мать, как полковой лекарь, вынуждена была оставить меня и лететь с мужем. Я же тогда лежал с простудой и не смог поехать с ними.
   Дед примчался через двое суток через всю страну. Рявкнул на чиновников, которые уже хотели оформить меня в приют. За несколько часов собрал все бумаги и забрал меня с собой. Ему пришлось переехать в небольшой городок, где я мог бы ходить в школу. Но всё равно дом у нас был крайним, и сразу за ним начиналась тайга.
   Жили мы на накопления деда и то, что осталось в наследство от отца. Еще дед подрабатывал, устраивая охоту для гостей градоначальника. Тот был его сослуживцем и регулярно подкидывал работу.
   Когда стало известно, что я аватар, дед сходил в Храм и сделал для меня несколько баз. С наукой выживания в лесу, техникой снайперской стрельбы и тому подобные. И каждые выходные мы ходили по тайге, помогая мне усвоить базы.
   В школу я пошёл, как и все, в шесть лет. Если вы думаете, что попаданцу можно было сразу идти получать диплом, то сильно ошибаетесь. Во-первых, само написание букв немного отличалось от привычных моему второму я. К тому же мышечную память никто не отменял. Вот и ходил я с памятью студента в первый класс, изучая правильное написание палочек и кружочков.
   К тому же миры значительно различались. Я до сих пор помню урок естествознания в первом классе. Это был сентябрь первого года в начальной школе. Мы сидели в классе, занимаясь своими детскими делами. Играли, спорили, ссорились и мирились. И всё это вне зависимости от расы. Учитель, вошедший со звонком в класс, был настроен как-то торжественно, что ли.
   - Мир, в котором мы с вами живём, называется Аркания. Когда-то давно на планете жили только одни люди. Не было ни гномов, ни зверолюдей, ни даже эльфов. - Класс зашушукался и начал переглядываться, представить такое им было сложно. Я же наоборот прекрасно знал, каково это, жить в таком месте. Особо ничего и не меняется. Только сказки поменьше.
   - Однако все мы знаем, что наш мир насыщен энергией магии - маной. И некоторые из вас даже владеют магией. Есть такие в классе? - Несколько человек, а вернее аватар, подняли руки.
   - Отлично. Но люди, жившие в то время, не могли использовать магию. Но мана, она как воздух, она везде, и тела этих древних людей постепенно насыщались ей. И вот однажды, очень давно, когда уровень маны в теле достиг определённой точки, люди стали изменяться. Так появились металюди, то есть новые расы, получившиеся из изменённых магией людей. Те, кто был физически силён, стали ещё сильнее, и появились гномы. Им досталась невероятная мощь, абсолютная координация движений, способность быстро считать. - Малыши гномы в классе довольно покраснели.
   - Те, кто охотился в лесах, перенимая повадки зверей, стали зверолюдами. Они стали быстры и сильны. Их тела покрылись непробиваемой шкурой, сросшейся с аурным щитом. По тому, какое животное послужило прототипом или, как говорят, тотемом, они разделились на несколько племён. У нас в Империи живут Берсеркеры - медведи, волколаки - волки, нэко - коты и кумихо - лисы. Они, и другие племена, наряду с людьми, населяют весь мир. Однако у зверолюдей есть своё государство - это Чжунго. - Мелкие зверолюди гордо окинули взглядом остальных, типа, вот смотрите, какие мы сильные и ловкие. А ещё у нас мягкая шкурка.
   - Те, кто занимался с растениями и животными, стали эльфами. Им досталось умение чувствовать и изменять живую природу. Как вам, наверное, известно, эльфы ушли, живут только на своём материке, куда остальным расам вход закрыт. Это не совсем так. Они регулярно посылают свои воинские корпуса в Африку, где у эльфов есть колония в непроходимых для остальных джунглях. Однако встретить эльфа в другом месте очень сложно.
   - Ближайшие родственники эльфов, как ни странно, - наги. Они тоже умеют изменять живую природу, но стараются достигнуть гармонии между живым и не живым. Наги изменились больше всех остальных металюдей, получив вместо ног длинный хвост, похожий на змеиный, и возможность надолго задерживать дыхание. Заселив все острова в тёплых широтах, Наги строят свою цивилизацию на поиске гармонии. Наги - сильные псионы, и именно им мы обязаны появлением кристаллов знаний. Они получаются из жемчужин, растущих в гигантских моллюсках, разводимых нагами. После обработки жемчужины становятся прозрачными и способными записывать в себя информацию.
   - Ещё одной расой, появившейся в то время, были гоблины. - Класс взорвался дружным "Уууу" - Ну, тише. Да, гоблины появились вместе с остальными. Они хитры, изворотливы и способны на любую подлость, если это сулит им выгоду. Алчность гоблинов хорошо известна и воспета во множестве произведений. Однако при этом они очень находчивы и предприимчивы. На всех континентах основным поставщиком ростовщических услуг являются именно гоблины. Населяют они в основном Северную Америку и Европу. В Америке у них основным государством являются Соединённые Гоблинские Штаты. В Европе же в основном населяют остров Гобланд, который, по легенде, является родиной всех гоблинов.
   Следующих, про кого мы поговорим, сложно назвать расой. Однако они тоже существуют в Аркании и занимают значительные территории. А в своих высших ипостасях являются вполне разумными. Это нежить. Существует множество теорий, откуда взялась нежить. В библиотеке вы можете ознакомиться с основными из них. Однако сейчас мы поговорим о фактах. Первое, нежитью может стать любой умерший живой, при жизни поглотивший достаточное количество маны. Именно поэтому у нас в Империи распространена кремация. Второе, нежить может становиться сильнее и эволюционировать, поедая сердца живых и нежити. Мы ведь все помним, что сердце - это не только насос, но и преобразователь и накопитель для маны. И третье, нежить также может усиливать себя, возводя в местах Силы Зикураты. Они становятся Ключевыми точками. Кто скажет, что у живых является Ключевой точкой? Правильно, Храм Жизни. Построенный на Месте Силы Храм может защитить от низкоранговой нежити большую округу и значительно ослабить высокоранговую. Однако то же верно и для Зикуратов. Они усиливают нежить и ослабляют живых. Если быть точным, то Храм и Зикурат просто меняют "полярность" маны. Именно это не даёт окончательно уничтожить нежить. Однако части нежтити охотно используют алхимики для создания мана-насыщенных эликсиров.
   - Также, при определённых условиях в сердце, неважно живого, нежити или растения, например, создания эльфов имеют чётко выраженный энергетический центр, являющийся сердцем растения, может появиться Камень Души. Кто знает, что это такое? Я вижу, что все. Но всё равно повторим. Камень Души - это концентрированная мана, отфильтрованная и накопленная сердцем. Если живой поглотит её, то приобретёт новые способности либо значительно усилит существующие. Делятся Камни по цвету, так что можно легко отличить, какую именно силу они несут. Красный - это физические возможности. Сила, скорость и так далее. В основном они появляются у высшей нежити, атакующей физически. Например, Джаггернаут. Синие Камни - это Камни, содержащие в себе магию стихий. Появляются у высшей нежити с магическими способностями. Например - у Архилича. Белые Камни - несут силу псиона. Эмпатия телепатия и так далее. Такие камни можно получить только с древних и могучих созданий наг. Зелёные камни - Камни, несущие в себе силы работы с живой природой и, как ни странно, улучшающие работу мозга. Почему так происходит? Появляются такие Камни в созданиях эльфов, полуразумных растениях. Однако со временем и ростом такое растение становится по-настоящему разумным. Но скорость мышления у него чрезвычайно мала. Однако через сотни лет такое растение может сравняться в скорости мышления с человеком. Для него это будет огромным ускорением. И если живой поглотит Камень души из подобного растения, его скорость мышления также вырастет в разы.
   - Я надеюсь, что все вы понимаете, что не надо бросаться ковырять стволы деревьев, надеясь найти Камень. Для его появления нужно совпадение огромного количества факторов, а сам процесс занимает не одну сотню лет. Именно поэтому Камни являются огромной редкостью и стратегическим запасом Империи. Также вы можете обратить внимание, что ничего не говорил о появлении Камня у разумных. Запомните раз и навсегда. Попытка добыть Камень, убив разумного, окончится тем, что на вас ополчится весь мир. Все страны Аркании подписали договор о запрете получения Камней Души из разумных и совместном преследовании любого, кто попытается это сделать.
   Так мы прожили с дедом восемь лет, а на десятый мой день рожденья деда не стало. На одной из охот к лагерю вышло стадо кабанов. Дед собирался пугануть хрюшек громкими звуками, но один их поддатых чинуш решил, что он Соколиный Глаз и пальнул в стадо. Вот и вылетел на них раненый кабан. Дед закрыл приезжих собой и добил кабана, но тот разворотил ему всю брюшину. До ближайшего жилья почти сутки пешком. Горе-охотника едва не прибили и впоследствии выгнали с работы, однако деда это не вернуло. К чести остальных они сразу повезли деда в больницу. Слабенькая целительница, что с ними была, потеряла сознание от перенапряжения. Однако все оказалось напрасно. Дед умер. И я остался один.
   Меня поселили в ближайшем приюте, но мне было всё равно. При первой возможности я сбежал в тайгу. Забрал из нашего с дедом дома его ружьё и пошел мстить. В голове было пусто и лишь одно желание - убивать. Думаю, кончилось бы для меня всё плохо даже без встречи с раненым дендроидом. Ну а когда я пришёл в себя уже в крепости воронов, ко мне подошёл человеко-кот, нэко, и что-то спросил. Я буркнул в ответ нечто типа: "Говорить научись, а потом спрашивай". За что получил подзатыльник, ведро с тряпкой и был отправлен мыть полы в казарме. Так началась моя жизнь в крепости "Пепельных воронов".
   Названия у крепости, как такового, не было. Называли её просто крепость Воронов. Капитан был бессменным комендантом этой крепости уже более двадцати лет. Что заставило воина покинуть свою страну и примкнуть к Воронам, никто не знал. Но слухи ходили самые разные. От гибели всего Рода Сумеречных Котов, из которого происходил капитан, до истории любви между ним и принцессой нэк. Вообще всё, как и в любом другом коллективе, где много мужиков и мало развлечений. Услышать что-то, переврать по-своему, украсив узорами фантазии и заплатами настоящей брехни. И рассказать это по большому секрету вечером в казарме.
   Всё сказанное не отменяло факта, что воином капитан был отменным. И своих подчинённых он натаскивал будь здоров. И именно от капитана я получил свои первые базы языка нэко, у зверолюдей он считался общим, и владения легкими парными тесаками тао. Он заставил меня развивать обе руки, так как и сам был амбидекстером. С тех пор я одинаково хорошо владею обеими руками. Когда я смог удержать отдачу полуавтоматического пистолета, то начал учиться также стрелять с обеих рук.
   С тех пор я числился в отряде новиком. "Пепельные вороны" были наемниками или ЧВК. Однако уже более двухсот лет несли службу на северных границах Империи, закрывая её собой от нежити. Мёртвые пустоши занимали всю Арктику и Заполярье. Там, где живые выживали, нежить чувствовала себя прекрасно. Арктика и Антарктида были их вотчиной. Но основной рассадник находился в Африке. Сахара стала одним гигантским кладбищем, откуда накатывали волны мёртвых. Иногда отголоски тех волн докатывались и до южных рубежей Империи. На севере же нежить сдерживала сеть крепостей, где базировались имперские полки, дружины Родов и частные отряды, одним из которых и были "Пепельные вороны".
   Каждый в отряде старался меня чему-нибудь научить. Не обязательно это были боевые приёмы или воинские ухватки. Например, наши егеря научили меня ориентироваться по звуку. Различать источник и эхо. А для этого они заставляли меня петь и играть на гитаре. Развивать музыкальный слух. Сам не верил, что получится, но они были профи. И я оказался не первым их учеником. В качестве экзамена мне нужно было войти с завязанными глазами в сарай с текущей крышей, взять у дальней стены колокольчик и выйти, не намокнув и ничего не задев. По всей площади сарая под падающие капли была подставлена различная тара. Блюдца, вёдра, ковши, кувшины. Все разных размеров и разных материалов. Год я ходил в этот проклятый сарай каждый дождь как на работу. Всем было плевать, что егеря у нас в основном зверолюди, а у них слух на порядок тоньше. И только через год я сумел войти и выйти, соблюдая все условия.
   Но больше всего я благодарен двум людям. Отрядному главе механиков, оружейнику и рунологу, вечно ворчливому гному Торину. И отрядному химику, алхимику и фармацевту, очень симпатичной, тонкой как тростинка, эльфе Сае. Эти двое стали мне отдушиной в череде тренировок, муштры и поединков. И на них же держалась военная мощь отряда.
   Наличие аурного щита серьёзно снижало эффективность огнестрельного оружия. Для нанесения повреждения телу щит нужно было либо пробить, либо перегрузить, чтобы он не справился с количеством попавших в него снарядов. Этого достигали двумя путями. Либо усиливали каждый снаряд рунами и насыщали его магической силой. Этим путём я пошёл при создании своей винтовки. Либо увеличивали количество осколков от одного заряда на небольшом участке. Мои мины работали именно так.
   В бою против нежити наиболее эффективно работала артиллерия. Расписанные рунами снаряды, пропитанные алхимическими смесями на основе сердец нежити. Картечь на близких дистанциях. Минные поля с магической составляющей. И всё это стоило просто огромных денег. Лишь наличие в отряде своих рунолога и алхимика позволяло на должном уровне поддерживать обороноспособность. Но наличие у каждого бойца холодного оружия и умения им пользоваться было обязательным. Проломить аурный щит расписанным рунами тесаком или топором было на порядок проще, чем пробить его же из ружья. И гораздо дешевле.
   Капитан через свои связи оформил мне проживание и обучение в крепости. Учили меня они своими силами. Каждую осень мне привозили набор баз для изучения в этом году. Сая помогала мне отработкой знаний по биологии, химии, и гуманитарным наукам. Торин же помогал с физикой, электротехникой, которая мне была особо интересна, и точными науками. Но если что-то было непонятно, даже сам капитан не гнушался потратить свое свободное время на меня и помочь с заданиями.
   Кроме основного школьного курса я изучал основы взрывного дела, фармацевтику, начала рунологии. Короче, всё, до чего мог дотянуться. Привыкший к большому объёму информации поступающей из различных источников на Земле, я всё впитывал как губка. Когда я решил изготовить оружие для себя с электроспуском и пришёл к Торину, тот меня не выгнал, а помог вспомнить и разобраться в устройстве ружья. Затем на основе ствола от крупнокалиберного пулемёта мы с ним собрали винтовку с продольно скользящим затвором. Обойма на пять выстрелов, хорошая точность и огромная пробивная сила. Сая помогла подобрать оптимальный состав пороха. Правда он получился пастообразный, но особой роли это не играло. Каждую пулю, под присмотром Торина, я вручную расписал рунами для усиления эффекта попадания. Затем выдержал в алхимическом растворе, насыщая нейтральной маной. Активатором рун должна была послужить моя сила электричества. Цена каждого выстрела была запредельной для стрелкового оружия. Но оно давало надежду справиться с нежитью уровня Мертвых Рыцарей с одного попадания. Личу хватило двух, так что мне было чем гордиться.
   Личным оружием мне служили два аналога Beretta 92GBB. Да я смотрел аниме. Кто его не смотрел, пусть первый кинет в меня камень. И на четырнадцатый день рождения я получил два шикарных пистолета, выполненных по моим эскизам. Это был лучший день рожденья в моей жизни. Особенно если учитывать еще один подарок, но о таком джентльмены не рассказывают.
  

Глава 5 Награда

   Чем ближе я подъезжал к воротам крепости, тем выше становилось моё настроение. Задание я выполнил и даже перевыполнил. А с непонятными камнями разберёмся. Пусть лежат себе, есть-пить не просят. Ворота, строго по уставу, были закрыты. Бетонная змейка перед воротами заставила сбросить скорость до минимума. Даже Джаггернаут, следующая эволюция Рыцаря, не смог бы пробиться через неё, не потеряв скорости. А в зоне обстрела для него это верная смерть. Возле ворот бдел часовой. Это был коренастый крепыш невысокого роста, но настолько широкий в плечах, что напоминал тумбу. Рыжая бородища, заплетённая в три косы, нос картошкой, маленькие глаза, теряющиеся под надбровными дугами. Короче, это был типичный гном. Конкретно этого звали Фимли, и знали мы друг друга с момента моего появления в крепости. Пыхтя раскуренной трубкой, он расшиперился в проеме и, пытаясь говорить шёпотом, спросил:
   - Ну, что принёс?
   Сама идея гнома говорить шёпотом была изначально обречена на провал. Вместо громкого гулкого баса вышло то же самое, но как будто в ведро, и от того еще громче. Однако подобные мелочи его не волновали. Сейчас гном был во власти азарта, я чувствовал его возбуждение и нетерпение.
   - А фигли нам, - не смог не подколоть его я. - А что, отец, ставки-то большие?
   - Кому и полушка ставка, - буркнул обидевшийся гном. - С тобой разве чего выспоришь? Сам заморыш, так еще перделок себе наделал и думает из них Мертвых Рыцарей завалить. Я тебе так скажу, хреновиной твоей можно нежитя свалить, токмо ежли схватить её за тонкий конец и лупить тварь пока не подохнет.
   Фимли любил прикинуться эдакой деревенщиной, признающей только дедову секиру в качестве оружия. Однако он сам ходил со мной на стрельбище и знал, на что способна моя винтовка. Просто ему до жути хотелось разговорить меня, чтобы первым узнать результат моей вылазки. Ажиотаж ставок на то, кого я добуду, охватил крепость ещё пару недель назад, когда я начал регулярно выезжать в тундру, изучать маршруты патрулей. И сегодня он достиг своего апогея.
   - Капитан в крепости? - нарочито небрежно спросил я гнома.
   - Да тут он, куда ж ему деться то, - аж сплюнул от досады Фимли, понимая, что колоться я не намерен. Протиснувшись мимо посмурневшего стража ворот, я первым делом отправился в казарму. Следовало почистить оружие, помыться и переодеться. А капитан никуда не денется. Ему наверняка уже доложили, что я вернулся. Как бы не был строг комендант крепости, но он понимал, что дергать человека, не дав ему даже умыться, не стоит.
   NNN
   Однако перед тем, как пойти мыться-бриться, следовало заскочить к оперативному дежурному. Не хватало ещё, чтобы из-за меня пострадал кто-нибудь, а ведь нежить обязательно пойдёт по следам квада. Поэтому я, заскочив в штаб, по быстрому описал ситуацию, не вдаваясь в подробности по поводу своей добычи. Дежурил сегодня один из замов капитана, гном по прозвищу "Одноглаз", командовавший ротой бойцов ближнего боя. Как его звали по-настоящему, никто уже и не помнил, но лучшего рубаку найти в крепости было сложно. Даже несмотря на потерю одного глаза, что и дало ему новое имя. Выходя, я услышал, как он рычит в трубку полевого телефона, ставя на уши все близлежащие крепости, подобные нашей. И это было правильно, лучше перебдеть, чем хоронить друзей.
   Почистив на скорую руку винтовку, я подхватил чистую одежду и отправился мыться. Душ и туалет были достаточно современными. Ну, в реалиях этого мира, конечно. У нас это что-то вроде середины восьмидесятых. Труба с рассекателем, смеситель с двумя вентилями, где никогда не поймаешь, когда вода пойдёт холодная, а чуть крутанул - всё, уже кипяток.
   Помывшись и переодевшись, я подошёл к своей кровати, на которой оставил свой сидор. Народу в казарме было гораздо больше, чем обычно в это время дня. И все старательно игнорировали меня и мой вещмешок. Нет, тронуть без меня его бы никто не тронул. Но тайна, скрытая в нём, так и манила взрослых уже мужиков, многие из которых и полтинник разменяли, а то и больше.
   Подхватив сидор с койки, я спросил, не обращаясь ни к кому лично:
   - Капитана никто не видел?
   - Да, вроде, у себя был, - выдержав паузу в пяток секунд, ответил старший из егерей и снова занялся невероятно занятным чтивом, которое держал в руках. Ага, альманах "Пушки и Мортиры", выпускаемый в Вышграде - очень увлекательное чтение для нэко, который все стреляющие железяки презирает. Особенно увлекательное в полутёмной казарме.
   Подавив улыбку, я благодарно кивнул егерю и, закинув сидор за спину, пошел в донжон, где располагался кабинет коменданта. Быстро поднявшись на нужный этаж, брякнул пальцами по косяку и, не дожидаясь приглашения, открыл дверь.
   - Разрешите? - спросил, уже переступая порог.
   Обычно капитан не жаловал нахальство и отсутствие субординации, но сегодня был мой день, и он это знал.
   - Вошел уже, - делано недовольно буркнул капитан. - Садись. Чай будешь?
   Это наша с ним небольшая традиция: если мы разговариваем, то всегда пьём чай. В кабинете стоял небольшой электрический самовар. И всегда имелся хороший зелёный чай. Капитан отмерил пару ложек в фарфоровый заварник, стоящий рядом с ним. Судя по тому, что самовар уже нагрелся, меня ждали. Пока чай заваривался, появились две пиалы костяного фарфора, ваза с сладостями и тарелочка с дольками мармелада. Вот так вот. Сначала отправляют убивать монстров, а потом кормят сладостями. Поэтому, подождав пока мне нальют чай в пиалу, я забросил в рот сразу две конфеты. В глазах капитана сверкнула усмешка. Я вернул её, поймав его взгляд. Пободавшись с десяток секунд, мы одновременно рассмеялись. Я не пытался противопоставить себя коту. Он об этом знал и воспринимал как шалость неразумного котёнка.
   - Принёс? - отсмеявшись, спросил капитан
   Отставив в сторонку пиалу с чаем, я развязал сидор и, вынув предварительно шкатулку, выложил на стол свою добычу. Кот развязал и заглянул сначала в один мешок, затем во второй.
   - Кто? - делано безразличным голосом он задал вопрос
   - Лич и Мёртвый Рыцарь - пожал я плечами
   - Ты идиот? - голос капитана вдруг стал подозрительно мягким. А по моим чувствам буквально стеганула поднимающаяся волна бешенства - И тебе срочно захотелось сдохнуть? Ну, так сказал бы мне, я б тебя в нужнике утопил. Немного воняет, но результат тот же, как если воевать с Личем в одиночку. Да и ходить далеко не надо.
   - Командир, там было два Рыцаря. И выбора не было. Эта тварь собиралась ударить по моему холму чем-то массированным. - Я поставил чашку на стол. - Даже если бы я пережил само попадание, нежить засекла бы меня. И тогда драться с ними мне пришлось бы в чистом поле.
   - Может, ты и прав, - Капитан резко успокоился. - Вот именно поэтому мы и не используем такой тип маскировки. Откуда там вообще взялся Лич?
   Достав из кармана шкатулку, я открыл её и протянул ящик с камнями коту. Тот, взяв ящик за донышко одной рукой, другой поводил над камнями, как будто выбирая какой взять. Но не тронул их, а уставился на меня в упор, сверля прокурорским взглядом.
   - Их было четыре, где ещё один?
   - Четвёртый был белый с эмпатией. При всём уважении, командир, но эта добыча в зачёт не шла, и вам я показываю её только потому, что доверяю. Да и не нравятся они мне почему-то. А тот был обычным прозрачным без всяких включений.
   - Я тебе верю. Но если у тебя есть сомнения в этом Камне, лучше скажи сейчас. В этом деле лучше перебдеть, чем недобдеть.
   - Что с ними не так? Я чувствую какое-то отторжение, но объяснить не могу.
   - Да, эмпатия тебе в жизни еще пригодится, - хмыкнул в усы нэко. - Ты знаешь, что бывает, если монстр убьёт мага?
   - Знаю. Он начинает стремительно прогрессировать. Чем старше и сильнее был маг, тем мощнее и опаснее будет монстр.
   - Это работает и по-другому. Если скормить нежити малолетнего аватара, младше десяти лет, эффект будет похожим. Чем моложе убитый аватар, тем быстрее тварь прогрессирует. Вот только это не проходит просто так. В монстре начинает прогрессировать безумие, жажда крови, убийств. Высшая нежить разумна, хоть и стремится уничтожить всё живое, но тут у него слово крышу сносит. И он кидается на всех, не смотря на разницу в силе. И еще у него в сердце обязательно будет Камень. Только он будет Проклятым. И если кто-либо его поглотит, то станет гораздо сильнее чем обычно. Эти Камни вообще сильнее своих обычных аналогов. Но рано или поздно безумие сожрёт его. И он превратится в алчущую крови тварь.
   - Ну, слава яйцам, что я их не тронул. Как-то не хочется становиться маньяком, у меня еще обширные планы на эту жизнь, - я постарался незаметно унять дрожь в руках, вовсю бравируя голосом. Капитан хмыкнул, глядя на мои потуги и спросил:
   - Что ты собираешься с ними делать? Ты прав, это твоя добыча, ни я, ни братство претендовать на них не можем.
   Я не был героем, не ведающим страха, но и себя трусом не считал. Когда я лежал на холме, покрытом зачарованным ловчим шиповником, всаживая пули в лича, мне было страшно. Малейшая оплошность могла мне стоить жизни. Не успею убить лича, и он меня сожжёт или заморозит, или расплавит кислотой. Арсенал у этих тварей богатый. Запоздаешь спрыгнуть с холма или недостаточно далеко убежишь, попадёшь в лапы шиповника. И уж лучше Лич. Я видел трупы в зарослях, когда готовил засаду. Высушенные тела с раззявленными в беззвучном крике ртами. Умирали они страшно и долго. Но, я знал, на что шёл, это был осознанный риск.
   А сейчас он предлагает мне забрать эти камни себе. Хотя прекрасно понимает, какой это искус. Мгновенно стать сильнее в несколько раз. Угу, а потом сойти с ума и пойти всех резать и не здесь, практически в Пустоши, будучи окружённым опытными бойцами, а там, в лицее, среди подростков. Ну уж на хер.
   - Командир, я хочу сделать пожертвование в пользу братства. У меня тут завалялось три Камня Душ. Не соизволите ли принять их в дар? - От Камней надо избавляться, однозначно. Ну, а с паршивой овцы хот шерсти клок. Глядишь, и подкинут чего.
   Командир достал из тумбы графин, наполовину наполненный янтарной жидкостью, и пару гранёных стаканов. Налил по половине и один подвинул ко мне.
   - Ты хочешь переложить эту проблему на плечи братства, поскольку сам побоялся искать решение. Ты думаешь, мы все здесь идеалисты, и ни у кого не возникнет соблазна стать сильнее? Или считаешь, что все испугаются возможного безумия? Оно то ли будет, то ли нет, а сила вот она, только руку протяни. И не смотри на меня волком. Кровавое безумие настигает каждого, поглотившего такой Камень, но знают об этом немногие. Ты много слышал о погибших малолетних аватарах?
   - Нет, но это не значит, что их не было.
   - Храм Жизни следит за каждым появившемся аватаром. У Храма свои возможности для наблюдения. Они не вмешиваются, но всегда знают, где появился маленький аватар. А вот массовые убийства малолетних детей Храм не смог бы игнорировать. Как минимум поставили бы в известность Службу Надзора за детьми. И это означает расследование и казнь всех причастных к изготовлению таких Камней. Но подобной информации нет. Это означает, что откармливают монстров где-то в глубинке. С минимальным штатом в Храме Жизни. Кто бы что ни говорил, там тоже работают люди. И один подонок может скрыть регулярные смерти одного-двух маленьких аватаров. Вот только кем нужно быть, чтобы регулярно скармливать монстру маленького ребёнка? И как можно задурить голову ему, чтобы он не пытался сбежать?
   Я прекрасно представлял, о чем говорит капитан. Перед глазами стояли кадры из телевизора. ИГИЛ, дети-шахиды, дети, играющие в футбол отрезанной головой. Фанатики, готовые на всё за свои убеждения. И дети, как наиболее восприимчивые жертвы, у них всегда в цене.
   - Ладно, я понял. Оставлять тут их нельзя.
   - Я вижу только один выход. Привлечь Службу Имперской Безопасности. Сдать им Камни, и пусть сами ищут преступников. - В чувствах кота сквозила как лёгкая неприязнь к ищейкам управления, так и уверенность в правильном решении.
   - Вот только они же своими допросами всю душу вынут. - По понятным причинам встречаться с имперской безопасностью мне хотелось меньше всего.
   - "Эта добыча в зачёт не шла", чьи это слова? Значит, и действовать тоже тебе. Я не знаю, почему ты опасаешься СИБ. Это дело твое. Но сегодня ты должен написать рапорт на имя регионального командующего отделения. Считай это приказом, - кот встал, подошёл к окну - А сейчас давай о твоих основных трофеях. А то бойцы с этими ставками уже совсем с ума походили.
   - Фокс! - крикнул нэко. После короткой возни дверь открылась, являя бессменного помощника и адъютанта капитана. Это был ярко-рыжий зверолюд, а если быть точнее, лис-кумихо. Натурой он обладал неугомонной, характером пронырливым, и даже не стоило сомневаться, кто вообще затеял тотализатор.
   - Подготовь приказ, что по результатам испытания аватар Фальк зачисляется в состав отряда "Пепельные вороны", как вольный диверсант. Подтверждённые результаты испытания таковы: Лич один, Мёртвый Рыцарь один, Кентавров пять. - В приёмной началась нешуточная возня. Похоже, мало кто сомневался, что я завалю Рыцаря, и большинство поставило на это. И сейчас это большинство жаждало получить свой выигрыш. А доморощенный букмекер отбивался, утверждая, что результат идёт комплектом, а раз не угадали точный состав, то и выигрыша не видать.
   - Передай Петровичу, чтобы приготовил всё. Новый брат вступает в наши ряды, - продолжил капитан, не обращая внимание на шум. Фокс, так и не произнеся ни слова, кивнул и вышел из кабинета. Зато в приёмной он сразу начал орать, выгоняя всех. Через пару минут шумная толпа, прокатившись по коридорам и лестницам, высыпала на улицу. И сразу же устроила разборки, кто сколько кому должен.
   - Они не подерутся? - Было немного непривычно наблюдать такое поведение у обычно спокойных воинов.
   - Нет. Это традиция - делать ставки на исход испытания соискателей на место в отряде. Есть даже рейтинг отрядов согласно добытым новичками нежити. И ты сегодня значительно нас в нём поднял. Петрович будет счастлив до усрачки.
   Порывшись в выдвижном ящике, бросил на стол несколько нашивок с светло-серым вороном. Сверху аккуратно положил небольшой серебряный значок. На них был изображён символ отряда "Пепельные вороны" - летящий ворон, держащий в лапах косу. И ниже буквы "БПВ".
   - Я думал, он радуется только если удается зажилить чего-нибудь. - Петрович был местным завхозом и замом по тылу в одном лице и имел характер прижимистый, даже где-то скупой.
   - Как это ни странно, но он хранитель традиций нашего братства и отвечает за проведение всех ритуалов. Хотя иногда мне кажется, что половину он выдумал сам. Так что готовься, он от тебя не отстанет, пока не выполнишь всё, что положено, идеально.
   Я поставил стакан, который вертел в руках, подхватил со стола шкатулку с Камнями, встал и первым вышел из кабинета.
   Для церемоний принятия во дворе крепости возвели помост. Видом он напоминал эшафот, об этом я и спросил капитана.
   - А это он и есть. На нём принимаем в Братство, на нем же и казним, если Братство предашь, - усмехнулся кот. - Или тебя что-то не устраивает?
   - Да нет, все нормально, - в свою очередь хмыкнул я. - Сугубо прикладное использование данного сооружения меня не смущает.
   - Ну и славно. Тогда давайте начинать.
   Мы взобрались на помост к уже стоящим там Петровичу, с громадной книгой под мышкой, и отрядному лекарю Сидорову. К слову, мастер клистирной трубки и касторки был автаром и благодаря мне уже четыре года носил прозвище Айболит. Сначала сильно обижался, когда я троллил его стихами Чуковского. А потом махнул рукой, да и мне уже надоело. К слову, специалистом он был отличным. И именно он собрал меня буквально по частям, когда я появился в крепости.
   Толпа солдат внизу шумела, обсуждая результаты пари и предвкушая будущую пьянку. По случаю принятия меня в Братство завхоз выкатил пару бочек пива. На такую толпу это, конечно, немного, но и мы как бы на военном объекте. А вот по паре-тройке кружек, для поднятия настроения, хватит всем. Возле бочек отирались гномы
   Капитан подошел к краю помоста и рявкнул:
   - Тихо! - Толпа мгновенно умолкла. - Все вы знаете, зачем мы здесь собрались. - Капитан сделал паузу и обвёл взглядом отряд. - Но сначала о плохом. Пиво отменяется. - В воздух вырвался дружный грустный вздох гномов.
   - Фальк завалил Лича, - тем временем продолжил капитан, - и нежить придёт мстить. Поэтому удвоить патрули и маневренной группе быть готовой выдвинуться по первому сигналу. Прибьём тварей, тогда и отметим всё сразу.
   - Теперь о хорошем. Фальк завалил Лича, - в толпе послышались смешки, - и его свиту. И хоть подтвердить он может только одного Рыцаря, второй тоже склеил копыта. Тем самым соискатель Фальк выполнил условия приёма в наш отряд и братство.
   - Приказываю зачислить аватара Александра Соколова, позывной Фальк, в вольный отряд "Пепельные вороны" в звании рядовой на должность егеря - диверсанта. Присвоить Фальку статус вольного бойца и снять с довольствия в связи с отправкой его к новому месту обучения. Хранителю истории братства сделать соответствующие записи в книге истории отряда. Штатному лекарю нанести Фальку на тело положенные знаки принадлежности к отряду "Пепельные вороны". - Капитан повернулся ко мне и протянул мне ладонь: - Добро пожаловать, боец.
   Я крепко пожал руку коту, затем повернулся к толпе и сказал:
   - Спасибо. Обещаю не посрамить честь отряда.
   Бойцы взревели, раздался свист и предложения, что именно я должен сделать в столице, дабы честь отряда не пострадала. Однако, если следовать этим советам, пострадает сама столица. Алкоголь в ней закончится, все мужики будут ходить с набитыми мордами, а женщины беременными. И только так можно не уронить эту самую пресловутую честь.
   Петрович закончил делать записи в своей книге и подозвал меня расписаться. Я поставил красивую закорючку, тем самым юридически став "вороном". Особых обязанностей это в себе не несло, так как я оставался несовершеннолетним. А вот некоторые права давало. Например, на ношение оружия. Как боец отряда, я мог спокойно носить с собой короткоствольное огнестрельное и холодное оружие. Не то, чтобы в этом была необходимость в столице, но запас, как говорится, карман не тянет.
   Подошедший Айболит хлопнул меня по плечу и сказал раздеваться по пояс. Быстро скинув куртку и стянув футболку, я повернулся к лекарю левым плечом. Тот положил на него ладонь, и под ней довольно сильно зажгло. Через пару секунд жжение утихло, и на этом месте я увидел знак отряда с подписью внизу "Фальк" и сегодняшней датой.
   Тем временем доктор спросил, хочу ли я прибавить добычу к трофеям. Я ответил согласием, и через несколько секунд мой змей вырос на два знака. Дело в том, что у вольных отрядов была довольно специфическая система измерения у кого длиннее. На правой руке от кисти по часовой стрелке наносилось тату змея, на тело которого набивались знаки добытых трофеев. Чем больше трофеев, тем был длиннее змей, закручиваясь по спирали вдоль руки. На моём сейчас было всего три знака: дендроид, в виде схематичного зелёного дерева, лич, в виде костяной руки, держащей сгусток огня, и Рыцарь, в виде копья. Некоторые бойцы в погоне за славой набивали на змея всех, включая самую мелочь типа кентавров и наездников. Но позёров не уважали и за достойных живых не считали. А при случае могли и в морду дать.
   Закончив, доктор поздравил меня со вступлением в отряд и сразу отправился по своим делам. Я поблагодарил его и, одевшись, спросил
   - Уже всё?
   Капитан бросил на меня ехидный взгляд и ответил:
   - Почти. Тихо, - снова рыкнул капитан. И обращаясь к бойцам, сказал: - Вы все помните Рика Снежного и его наследие. И, как командир отряда, я предлагаю передать его Фальку. В одиночку убив Лича со свитой, он доказал, что достоин стать наследником Рика. Прошу высказаться старейшин братства.
   Тишина стояла гробовая. Про Рика Снежного, одного из основателей отряда, я слышал много рассказов. Судя по ним, он был полный отморозок в прямом смысле этого слова. Аватар, владеющий силой льда и проводящий дерзкие и эффективные вылазки на территорию, занятую нежитью. Льды вечной мерзлоты становились его союзником, помогая в бою. Но вот про его наследие я ничего не знал.
   - А что, вылазка вполне в духе Рика, - первым нарушил тишину сотник егерей зверолюд Тихонов. Он происходил из сибирского рода берсеркеров, был медведем, и иначе как Потапыч его не называли. - Как по мне, так достоин.
   Народ зашумел, припоминая истории диверсий Снежного и сравнивая с моей. И всё громче начали раздаваться выкрики "достоин".
   - А ну тихо! - гулким басом рявкнул Торин. И когда народ притих, продолжил: - Достоин.
   Народ заулыбался. В решении мастера сомневающихся не было. Это прорвало плотину. Все по очереди старейшины отряда объявили меня достойным принять наследие.
   - Быть по сему, - подытожил капитан.
   - Боец Фальк, прими эту силу. Применяй её для мудро и не опозорь память одного из создателей нашего отряда. Он защищал жизнь от нежити, так будь достоин его памяти.
   Несмотря на запредельное количество пафоса в словах и эмоциях капитана, они не казались мне смешными. Потому как в открытой шкатулке в руках кота лежало три камня. Два кристалла с базами. И третий, светло-голубой Камень Души чуть меньшего размера, чем добытые мной. Сила льда. А кристаллы явно базы с техниками. За такой набор половина живущих отдала бы свою правую руку. Вторая половина отдала бы обе. И сейчас это предлагают мне. Просто так.
   Я с трудом сглотнул комок в резко пересохшем горле. Подняв глаза посмотрел на капитана. Он явно наслаждался моим ошарашенным видом. В его эмоциях царило довольство от удачно проведённой акции.
   - Почему я? - хрипло спросил я у него.
   - А почему нет, - усмехнулся кот. Потом серьёзно ответил: - Понимаешь, Рик был очень своеобразным человеком и силой владел так же. У него был свой собственный стиль, который он записал в эти кристаллы. Без них это всего лишь обычная сила льда, как и десятки таких же. Значит, овладеть полностью наследием может только аватар. А вы схожи даже по характеру. Поэтому бери, оно твое по праву.
   Немного дрожащей рукой я взял Камень и, повернувшись к толпе, накрыл его второй рукой. Волна холода устремилась от ладоней вверх по рукам и разошлась по всему телу. Пара секунд дикого холода, и она отступила, угнездившись в районе солнечного сплетения и оставив ощущение небольшого прохладного комочка. Еще через несколько секунд и это прошло. Но появилось чувство, что стихия отзовётся, стоит её позвать.
   Капитан закрыл коробку и придержал меня, пошатнувшегося от отката поглощения. Сунув её мне в руки, он дал указание помочь мне дойти до казармы и объявил церемонию оконченной. На ватных ногах, поддерживаемый Торином, я доплёлся до своей койки. Рухнув на неё, закрыл глаза от избытка чувств. Сегодня безумный день, и он еще не закончился.
   - Полежи с полчаса хотя бы. Приди в себя, никуда она не денется, - с усмешкой пробасил Торин.
   - Сумасшедший денёк, - отозвался я, не открывая глаз - Спасибо. За всё.
   Гном еще раз хмыкнул в бороду, хлопнул меня по плечу своей ручищей, больше похожей на лопату, и ушел, оставив меня в одиночестве. Случившееся накрывало меня. Настроение скакало от эйфории "а вот сейчас я всем покажу" до полного неприятия реальности "да вы бредете, ребята, так не бывает". Расслабившись, я начал делать дыхательную гимнастику, успокаивая бушующее море чувств. У меня еще сегодня были дела, и следовало привести себя в норму.
   Постепенно размеренное дыхание выровняло эмоции, и с кровати я поднялся уже спокойным и готовым к новым свершениям. Действительно, чего я это так расчувствовался? Идёт нормальный для МэриСьюшного попаданца процесс становления супер нагибатором. Как собирать гарем принцесс, не имея в загашнике какой-нибудь читерской способности? Значит, улыбаемся и машем. А если есть еще плюшки, то наше ОАО "МС попадейшн" всегда готово у вас их принять на бездвоздмездной основе, то есть даром.
   Взбодрив себя такими размышлениями, я закинул обе шкатулки в сидор, привёл себя в порядок и отправился в гости.
  

Глава N6 Сая

   Путь мой лежал в подвал бывшего донжона, сейчас являющегося административным зданием. Там располагалась лаборатория нашего отрядного химика.
   Спустившись по лестнице, я стукнул в дверь и вошел, не дожидаясь ответа. Сая, стоявшая у стола в глубине комнаты, повернулась посмотреть, кто пришёл. Маленькая, всего метр сорок шесть, миниатюрная эльфа с платиновыми волосами и зелёными огромными глазами, она была прекрасна. Чувствуя исходящую от неё радость, я подошёл и, наклонившись, нежно поцеловал. К радости прибавилась нотка желания, и я углубил поцелуй, сделав его более чувственным. А потом что-то пошло не так. Я поймал эхо своих же чувств, отражённых Саей, и, многократно накатываясь, они привели к настоящему взрыву эмоций.
   Очнулись мы через пару часов на диване и без одежды. Точнее, не очнулись, а Сая, оттолкнув меня, убежала в другую комнату. Чувствуя себя полностью вымотанным, я бездумно полежал некоторое время, просто смотря в потолок. Эльфа не возвращалась, и я с грустным вздохом начал одеваться. Собрать одежду, раскиданную по всей лаборатории, оказалось не таким простым делом, и вернувшаяся девушка застала меня в поисках пропавшего носка.
   Сняв его с люстры, эльфа отдала мне носок, но, когда я потянулся её отблагодарить поцелуем, упёрлась в грудь руками и отрезала свои чувства как будто железным занавесом. Переход был настолько неожиданным, что я отшатнулся. А Сая порывисто прижалась ко мне и разрыдалась.
   Подхватив её на руки, я переместился на диван, усадив девушку на колени. Поглаживая по волосам, я бережно прижимал к себе всхлипывающую эльфу, позволяя выплакаться. Наконец рыдания стихли.
   - Прости меня, - невнятно произнесла Сая, не отрывая лица от моей футболки. - Прости, я дрянь. Нет, не возражай. Ты ничего не знаешь. Ты не знаешь, какая я. Отчего меня выгнали с родины.
   - Да мне как-то... - попытался вклиниться я.
   - Нет! - перебила меня девушка. - Ты не понимаешь. Я была преподавателем в училище для подростков. Большинство эльфов - эмпаты. И я тоже. Но я обманула наставника, потому что не умела экранироваться от эмоций окружающих, а без этого нельзя работать с детьми, особенно с подростками. Каждый день я чувствовала на себе их взгляды, ощущала их желание. И однажды я сорвалась. При близком контакте чувства приходят в резонанс, усиливаясь многократно, как у нас сейчас было. Это настолько потрясающе, что отказаться добровольно невозможно. Это затягивает как наркотик. Так было и со мной. Сначала один. Затем ещё и ещё. У мальчиков ломалась психика. Они уже не хотели учится. А зачем, если в жизни есть такое удовольствие. Всё закончилось, когда один из них покончил с собой. Я была с другим, и он не выдержал. Написал записку и повесился. Для эльфа это невозможный шаг, добровольно уйти из жизни, но он уже ничего более не хотел, только меня, только удовольствие. Меня арестовали, признали виновной по всем пунктам обвинения и вышвырнули с материка. Помотавшись по Империи, я примкнула к Воронам, надеясь хоть немного искупить свою вину. Или погибнуть от лап нежити. Я считаю, это было бы справедливо. Но потом пришёл ты. Хмурый мальчик, на всех смотрящий исподлобья. Но когда ты увидел меня, от тебя пошла такая волна потрясения, восхищения и обожания, что я не выдержала. Я едва дождалась, пока тебе не исполнится четырнадцать. Запрещала себе вообще о тебе думать и тут же успокаивала саму себя тем, что ты не эмпат. Если бы чувства, идущие от тебя, ослабли, я, наверное, и не решилась тебя соблазнить. Но казалось, они только усиливаются. Вот на твой день рождения я и заманила тебя к себе обещанием подарка.
   Я помнил этот день, как и тот, когда первый раз увидел Саю. Воплощённая мечта домашнего мальчика Артёма, играющего в Варкрафт и фанатеющего по фэнтези. Как такие чувства ослабнут? А тут еще гормоны проснулись.
   - Я не знаю, как ты стал эмпатом, но если б не это, то никогда не решилась тебе всё рассказать. Ты бы уехал в столицу и забыл про меня. - Я хмыкнул. - Но сейчас я боюсь, что на моей совести окажется и твоя сломанная судьба. Вот возьми, - девушка сунула мне в руку кристалл. - Это я сохранила с родины. Тут база по работе с эмпатией. Пожалуйста, постарайся как можно полнее изучить её. А сейчас уходи.
   Она попыталась встать и броситься прочь. Я поймал эльфу и легко усадил на прежнее место. Взяв её за подбородок, заставил поднять голову, и когда наши глаза встретились, поцеловал.
   - Теперь послушай меня. Я не хочу и не буду разбираться в твоём прошлом. Оно прошло. Но забыть тебя я не смогу не из-за того, что произошло сегодня. А просто потому, что ты - это ты. Немного серьёзная, немного озорная, потрясающе красивая девушка, которая пригрела маленького хмурого мальчика и показала ему, что в мире ещё остался свет. Даже сейчас тебя заботит, что со мной будет, и ты стараешься меня защитить. Поэтому я всегда буду помнить о тебе только самое хорошее, чистое и светлое. Я бы мог позвать тебя с собой, но ты не поедешь. Твои демоны не пустят. Но я обещаю тебе, что, когда я найду своё место в жизни, мы увидимся снова. И вот тогда я позову тебя с собой. Обещай мне, что дождёшься.
   Девушка смогла лишь кивнуть, потому что опять рыдала, заливая слезами и так насквозь мокрую футболку. Так мы и сидели, пока всхлипывания не прекратились совсем. Соскользнув с колен, эльфиечка посмотрела мне в глаза, затем поцеловала и тихонько сказала:
   - Я буду ждать, обещаю. А теперь иди. - И, развернувшись, ушла в другую комнату.
   Одев наконец злополучный носок и обувшись, я вышел на улицу. Было уже темно и следовало ложиться спать. Завтра мне предстояло ехать в столицу, к новой, мне неведомой жизни.
  

Глава N 7 Отправление

   Проснулся я достаточно поздно. Всё-таки вчерашний день меня вымотал и физически, и морально. По-быстрому умывшись и одевшись, я заправил кровать и двинулся в столовую. Утренней зарядкой сегодня я решил пренебречь, решив, что, если меня на неё не разбудили, значит, она была выполнена мной во сне. Шучу. Просто настроение было отличное, в душЕ резвился Санта Хрякус, нахрюкивая что-то из ранней Арии. Или из Моцарта, вечно я их путаю.
   Двор был заставлен техникой. Некоторые бронетранспортёры еще порыкивали двигателями, выпуская в воздух клубы вонючего газа. Несмотря на то, что топливо было исключительно био, запах был так же исключительно противный. У машин возились техники, осматривая их на исправность перед постановкой в боксы.
   - Ну ты и горазд спать, - хлопнул меня по плечу Торин, руководивший осмотром. - Поди, даже не слышал, как ночью группа на выезд ходила.
   - Нет, спал как убитый, - сладко зевнув ответил я - А чего кипеш был?
   - Ночью по твоим следам пришёл рейд нежити. Тебя отследить они не смогли и попёрлись к ближайшей крепости. Как раз к нашим соседям.
   - Психам, что ли? - В соседней крепости был расквартирован вольный отряд "Весельчаки Пустоши". По-другому, как "психами", их у нас никто не звал. Нам они отвечали тем же, обзывая "трясогузками".
   - Угу. Хорошо, мы их вчера предупредили о возможной атаке. Они нежить не прозевали, да и мы подтянулись вовремя. Зажали тварей и раздолбали с двух сторон. Потерь нет, только двое легкораненых, да у них один молодой со стены упал и головой долбанулся.
   - Ну, это совсем не страшно. Быстрее в коллектив впишется. - И мы с гномом заржали. - Ладно, пошёл я, позавтракаю.
   - Давай беги. И собирайся. Через сорок минут пойдёт штабная машина в ставку. Капитан приказал тебя до станции отвезти и посадить на поезд.
   В почти пустой столовой я получил тарелку с щедрой порцией каши с мясом, взял салат, хлеба пару кусков и компот. Сел за ближайший стол и только приступил к завтраку, когда за стол ко мне подсел капитан. Жестом остановив меня, скомандовал:
   - Ешь и слушай. - На стол легли два пакета.
   - Здесь, - капитан подвинул пакет побольше, - твои документы. Паспорт, аттестат со школы, который ты получил летом, бумаги о зачислении в отряд. Разрешение на ношения оружия тоже здесь. Возьмёшь с собой его и паспорт. Остальное убери поглубже в чемодан и присматривай, чтоб не украли. Восстанавливать их будет очень долго.
   - Вот тут, - нэко показал на пакет поменьше, - деньги на дорогу. Остальное, включая твое наследство, лежат на твоём счету в государственном Императорском Банке. Туда же будут поступать выплаты по патентам. Кстати, Управление Артиллерийского и Стрелкового вооружения заинтересовалось винтовкой, из которой можно убить Лича. Торин говорит, что вы прорабатывали вариант с механическим спуском. И отказались только потому, что лично для тебя электричество надёжнее. Если винтовку возьмут в производство, получишь свою долю.
   - Наличные в одном месте не храни, - продолжил капитан, - отдели сумму на непосредственные расходы, остальное убери во внутренний карман поглубже. Вообще бдительности не теряй. Мало ли кто в дороге встретится. Оружие носи на поясе. Скрытое ношение огнестрельного оружия требует специального разрешения, у тебя его нет. А вот тао убери за спину под куртку, пусть будет сюрпризом. - Я понимающе хмыкнул, не переставая работать ложкой.
   - В документах также найдёшь таблицу кодов для связи с ППД и список членов нашего братства, живущих в столице. При проблемах обращайся к ним, помогут. Я в свою очередь предупрежу всех о тебе. Всё, доедай, собирай вещи. - Капитан встал и протянул мне руку: - Счастливого пути и не опозорь Отряд, боец.
   Я вскочил и крепко пожав ладонь кота, посмотрел ему в глаза:
   - Я горд быть вашим воспитанником, капитан. Верьте в меня
   Кот подержал пару секунд руки сцепленными, потом хлопнул меня по плечам, коротко обнял и, стремительно развернувшись, скорым шагом вышел из столовой.
   Я сел, продолжая механически доедая кашу. На душе было тяжело, как будто часть меня остается в этой крепости. Это не удивительно, ведь в ней я прожил шесть лет. Здесь я научился большей части того, что умею, и здесь же встретил девушку, которую полюбил.
   На стул рядом со мной села дородная гнома в поварском фартуке. Она шмыгала носом и вытирала глаза платком.
   - Вот ведь вырос, соколик. Вылетишь сейчас из гнезда и поминай как звали. А тама, в столице-то, соблазны всякие. И люди, поди-ка, злые все, как собаки. Как же ты там один-то будешь? - И гнома разрыдалась у меня на плече, одной рукой обхватив меня, а второй гладя по голове.
   Покорившись неизбежному, я не пытался отстраниться, зная, что скоро она успокоится.
   - Тёт Фель, вы меня как на войну провожаете. Ну, или замуж. Так я не девка и воевать там не с кем. - Повариха была женой Торина и носила необычное среди гномов имя Офелия. Все шесть лет она пыталась закормить меня насмерть, утверждая, что ребёнок такой худой - того гляди, ветром сдует. И всегда подсовывала мне сладости. - Я ж не к нежити еду. Чего так убиваться?
   - Ох неспокойно мне на душе, соколик. Крутит что-то, болит, - прижала к груди пухлые руки повариха.
   - Это ты вчера пирогов с капустой переела, - послышался громкий голос от двери. - Я ж тебе говорил, что пять последних были лишними. Фальк, давай мухой доедай, машина через пять минут отправляется, как раз успеем колонну догнать.
   - Пироги! - всплеснув руками метнулась на кухню повариха. - Пироги же забыли!! Вот тебе девчонки напекли в дорогу.
   Женский коллектив кухни из трех гном и одной человеческой женщины сунул мне в руки увесистый пакет с пирогами, по очереди обняв и поцеловав, наказывая их не забывать, писать, звонить и вести себя в столице хорошо.
   Еле вырвавшись из рук поварского коллектива, я кинулся за вещами. Самих их было немного. Небольшой чемодан был уже собран, в сидор запихал полученные пироги и, подхватив их и закинув за спину чехол с гитарой, подаренный мне егерями за прохождение их курса, я бегом отправился к машине.
   Каждый встречный считал своим долгом хлопнуть меня по плечу и пожелать удачи. От таких проявлений чувств от суровых бойцов щипало в глазах. У машины была небольшая толпа. Меня встретили радостными возгласами.
   Прощанье не затянулось. Все слова уже были сказаны, а я вертел головой, выглядывая самого важного мне человека. Или эльфа.
   - Она не придёт. - Капитан был серьёзен. В эмоциях была собранность и решительность - Сам пойми, как ей будет тяжело.
   - Я понимаю. - Из меня как будто воздух выпустили. - Передайте ей, что я помню об обещании.
   - Забрать её? - спросил кот. Я не удивился, в крепости капитан знал обо всём. - Передам. И обещаю, что, если когда-то ты приедешь за ней, держать не буду.
   - Спасибо. - Я взглянул в глаза нэко: - За всё спасибо.
   Мы сцепили руки ладонями и коротко обнялись.
   - Скоро вы там? - высунувшись с переднего сиденья, прогудел Торин. - Грузись давай.
   Заметив мой удивлённый взгляд, сказал:
   - С тобой поеду. Мне всё равно в ставку надо заявку на запчасти отвезти. И рапорт твой с камнями этими, будь они не ладны. - Само их существование выводило гнома из себя.
   - Лично в руки начальнику регионального отделения СИБ отдай. Лишние свидетели ни к чему, - напомнил капитан. - Ладно, в добрый путь.
   Я уселся на здание сиденье, вещи закинул в багажник, и мы отправились.
   Поездка в колонне - это вещь в себе. Монотонное передвижение, когда впереди виден только задний борт впереди идущей машины, а позади - морда следующей. По бокам же - всё та же неизменная тундра, переходящая в тайгу и наоборот. Торин сразу же завалился спать, и теперь его сочный храп раскачивал машину из стороны в сторону. Штатный водила Ольф с завистью поглядывал на спящего родича. Он приходился Торину каким-то двоюродным племянником троюродной тёти его брата. Короче, ближняя родня, если ты гном. И, как и все гномы, предпочитал работать с механикой. У них вообще на удивление хорошо получалось управляться с любым механическим предметом.
   И если гном за рулём, то беспокоится было не о чем. Поэтому, чтоб убить время, я достал кристалл с базой эмпата. Усвоив первую порцию знаний, начал тренировку, поочерёдно настраиваясь на чувства водителя и затем отгораживаясь от них. За этим нехитрым занятием более пяти часов в дороге пролетело незаметно.
   Я разобрался тихом довольстве от ровного урчания дизеля. Острое желание оказалось жаждой покурить, а капитан запретил это делать в машине со мной. Также присутствовала зависть к спящему Торину, но совсем легким фоном, перебиваемым наслаждением от поездки. Я ж говорю фанатики. Любой другой бы осатанел от монотонного движения колонны, а этому хоть бы что. Он еще и удовольствие получает.
   Отгородиться оказалось гораздо сложнее. Чужие эмоции всё равно прорывались сквозь мою попытку выстроить барьер. Ну время у меня было, и до самого конца поездки я тренировался в защите.
   Наша дорога закончилась у остановочной платформы ближайшего райцентра. Мне предстояло сесть на поезд, идущий в (Новый Уренгой), где, пересев на дирижабль, отправиться уже непосредственно в столицу. Я вывалился из машины, покряхтывая и пытаясь наклонами разогнать застоявшуюся кровь. Торин, проснувшийся сразу после остановки, тоже выпрыгнул из машины и, подхватив мои вещи, двинулся к зданию вокзала. Я обнялся с Ольфом, выслушал очередное пожелание счастливого пути и поспешил за гномом.
   Ближайший поезд был только через полтора часа и, взяв билет, мы прошли на перрон.
   Видя, как мнётся гном, я достал заранее приготовленный ему подарок. Более четырёх лет я вспоминал всё, что знал о системе автомата Калашникова. В этом мире ничего более технологичного, чем обычная болтовка, просто не было. Против нежити же предпочитали использовать гладкоствольное оружие крупных калибров с руническими пулями. Но Артём был домашним мальчиком из интеллигентной семьи и оружием интересовался мало. Поэтому, по крупицам просеивая воспоминания, я искал малейшие намёки на принцип работы калаша. И вот схема была готова. Большего я вспомнить не смогу при всём желании.
   - Я тут кое-что набросал, глянешь на досуге, - протянул гному папку с чертежами, - потом скажешь, получилось что-нибудь из этого или нет.
   Торин ошеломлённо взял бумаги, потом встряхнулся и сунул мне в руки пухлый конверт.
   - Мы тут с Фелей тебе немного собрали, - гном потупил взгляд и, казалось, сейчас начнёт шаркать ножкой. - Дети у нас уже выросли и сами мастерами стали. А ты молодой, и Вышград дорогой город. И девушка тебе нужна, а они деньги как пылесос тянут. Вообще как-то так.
   Я обнял пожилого мастера.
   - Спасибо за всё. Без вас я бы пропал.
   - Ну ладно, скажешь тоже, - заворчал тот, выворачиваясь из объятий. - Пропал бы он. Ладно, скатертью дорога. - Пряча взгляд, мастер развернулся и пошёл в сторону машины.
   - Ольф, домкратом тебя по башке, чего стоишь? Заводи, а то заявку передать не успеем, закроются. - Пинающий колесо гном аж подпрыгнул от начальственного рыка и пулей метнулся за баранку.
   Я проводил взглядом удаляющуюся машину, убрал во внутренний карман конверт и вытер глаза. Да, мне тоже было тяжело с ними расставаться.
  

Интерлюдия N1

   Ольф стартовал от перрона как заправский гонщик. Сидящий рядом гном вытер глаза.
   - Ветер, зараза, силён, аж слезу вышибает.
   - Угу, - поддакнул водитель. - Да не переживай ты так. Есть у сокола и когти, и острый клюв.
   - Поговори мне, - заворчал Торин. - Клюв у него есть. Вот за этот клюв его и поймают. И как телка в стойло, в Род приведут. Это раньше аватар Фальк был никому не нужен. А сейчас он наследник Рика. Кланы холода за него войну устроят. А самый простой способ - это как раз через клюв.
   - Так кто знает, что он наследник? Там же только свои были.
   - Кому надо узнают. Или кто в кабаке сболтнёт, а может, и стукачок у нас сидит.
   - Ты, дядька, тоже сказанёшь, - засмеялся водитель, - стукачок. Да чтоб кто из братьев стал на других доносить, да не бывало такого.
   - Вот пока мозгов у тебя в голове не прибавится, крути баранку и помалкивай. А жизнь - штука сложная. Бывает, и петух яйца несёт. Рули к управлению, надо действительно заявку передать.

Конец интерлюдии

  

Глава N8 Поезд

   До поезда времени было еще много, и я устроился на лавочке перрона. С удовольствием вытянув ноги, я щурился на ещё по-летнему яркое солнце, подставляя лицо его тёплым лучам. Накатило какое-то отрешённое состояние, которое было прервано появлением стайки молодёжи.
   На их ярком фоне я смотрелся как хищник в камуфляжной раскраске на фоне стайки попугаев, и от них ощутимо тянуло опаской. Видимо, мой юный возраст плохо сочетался в их сознании с пистолетами, висящими у меня по бокам. И кто-то из них не поленился сбегать и вызвать патруль городовых.
   Подойдя ко мне, они представились и попросили показать документы. Я достал паспорт, воинскую книжку и разрешение на ношение оружия и протянул их представителям закона. Старший в чине урядника внимательно изучал каждую страницу документов. Дойдя до воинской книжки, он хмыкнул, глядя на вчерашнюю дату, а после открытия страницы с подтверждёнными убийствами нежити у него глаза полезли на лоб. Ещё бы, в шестнадцать не каждый может похвастаться такими трофеями, да еще и взятыми в одиночку. Закрыв документы, он вернул их мне и, отдав честь, пожелал счастливого пути. Проходя мимо студентов, урядник шутливо погрозил им, типа, что ж вы геройского героя обижаете и городовых в заблуждение вводите. От молодёжи сильно запахло любопытством.
   Решив их потроллить, достал гитару и начал тихонько перебирать струны. Центр студенческой группы стал неумолимо приближаться ко мне, якобы совершенно случайно. Поток любопытства вырос просто до неприличных размеров.
   Подождав, пока они приблизятся настолько, чтоб меня было слышно, я запел "песенку студента", просто заменив названия стран.
   "Во далёкой стороне, на чужой планете
   Предстоит учиться мне в университете"
   После первых слов гомон начал стихать, и допевал я уже в абсолютной тишине. Стоило мне закончить, как студенты захлопали и засвистели. Самыми смелыми оказались девушки, и я был атакован стайкой прелестниц, интересующихся буквально всем. И как меня зовут и сколько лет. Куда я еду, чья это песня, настоящее ли оружие, и вообще есть ли у меня девушка. Я отвечал на вопросы, избегая конкретики. Что лет шестнадцать, еду учиться. Нет, в столицу. Да, оружие настоящие. Нет, подержать нельзя. Да, совсем. Песня моя, вакансия девушки свободна. На просьбу ещё спеть охотно откликнулся.
   В ближайший час перрон превратился в мой концертный зал. Народ всё подтягивался и подтягивался. Студентов было огромное количество. Все старались приехать на учёбу пораньше, занять лучшие комнаты в общежитии, купить все нужные вещи и отметить начало учебного года. Студенты во всех мирах и цивилизациях одинаковы. Даже у метано-дышащих альфа-центавриан, по-моему, всё происходит точно так же.
   Концерт окончился с приходом поезда. Все заметались в поисках своего багажа, для удобства сваленного в одну кучу. Но до подхода состава все всё нашли, подняли лежащее, уронили стоящее и приготовились штурмовать вагоны.
   Я пропустил толпу вперёд, не люблю толкаться локтями. Однако попытку сесть пресёк проводник, заявив, что с оружием мне в поезд нельзя, поскольку я ещё слишком мал, а то, что я форму нацепил, для него ничего не значит. Все мои возражения он отметал с ходу, документы смотреть отказывался. Спор прервал рык из тамбура.
   - Да отстань от него уже. - Проводник аж присел. - Давай руку, боец.
   Ухватив меня за протянутую руку, берсеркер буквально выдернул меня с перрона в вагон, как морковку из грядки.
   - Здорово, земеля, - пробасил зверолюд. - Шо, совсем гражданские штафирки одолели?
   - Так точно, - отрапортовал я, заметив погоны вахмистра.
   - Да не тянись, ворон, не на плацу, - поморщился зверолюд. - Десятник Девятой специальной егерской бригады Пахом Зуев. И можно просто по имени, в отпуск я еду.
   ППД бригады было полутора сотнях километров от нашей крепости. В масштабах Сибири действительно земляки. Егеря девятой специальной выполняли роль спецназа Империи. И если обычно унтер-офицер командовал сотней, то у них только десятком. И профессионалами они были отменными. Специализировались на рейдах в глубокий тыл противника с целью разведки и диверсий.
   - Почту за честь, - слегка поклонился я.
   - У тебя какое место? А то давай попросим соседей махнуться с тобой. С этими гражданскими ни поговорить, ни выпить.
   Мысленно содрогнувшись от перспективы пить на равных со ста пятидесяти килограммовым берсеркером, состоящим из одних мышц, костей и непробиваемой шкуры, я поспешил отмазаться, ссылаясь на малый возраст.
   - То-то я смотрю, ты совсем мелкий, - огорчённо прогудел медведь. - Слышал о тебе. Чжан Бэй, ваш капитан, хлопотал, чтоб оставить тебя в отряде. Ох и орал он тогда на чинуш из Службы Надзора. Мы как раз по вызову на твоего дендроида туда приезжали. Да, велика Сибирь, а выпить не с кем, - сокрушённо, но не логично закончил он.
   Разговор был прерван появившимся начальником поезда, вызванным возмущённым проводником. Переговоры взял на себя Пахом. По его словам, я был геройский герой, ломающий монстров пачками, а нежить бьющий вообще без счёта. И такому герою никак нельзя без оружия. А что молодой, так повзрослею ещё. И раз мы два таких героя и молодца, можно ли нас в одном купе поселить? Начальник проверил мои документы, посмотрел билет и дал указание проводнику поселить нас в отдельное купе, чтоб никто не мешал.
   Довольные таким исходом, мы отправились заселяться. Я получил бельё, выложил пакет с пирогами, тут же реквизированный медведем, и повесил гитару на крюк. Чую, она мне ещё понадобится сегодня.
   Не прошло и часа с момента отправления, в коридоре начался шум. Судя по голосам, кто-то кого-то искал и ошибся номером. Выглянув, я увидел знакомых девушек, которые стояли у купе, где должен был ехать я. Спросив медведя, не будет он против, если к нам присоединятся девушки, от чего тот заметно оживился, я вышел узнать, не меня ли они потеряли. Судя по обрадованным лицам, искали именно меня, и еще раз извинившись перед потревоженными пассажирами, я всех пригласил к себе
   Увидев в купе громадного берсеркера в форме, девицы стушевались. Теперь пришла моя очередь расписывать достоинства медведя. Нежить в моём рассказе умирала стоило только Пахому показаться на горизонте. Враги с плачем разбегались, а их жёны пугали его именем детей. А он наносил добро и причинял справедливость во имя Империи, попутно спасая красавиц из плена и вынося детей из горящих домов.
   Короче, к концу моего рассказа девчонки вовсю строили ему глазки, а одну из них, тоже медведицу, он сам пожирал глазами. Рассадив всех по местам, засунул Пахому под бок так понравившуюся ему берсеркершу, сам я уселся по центру в окружении девушек и спросил, что будем делать.
   Естественно, поступило предложение мне сыграть. Отказываться я не собирался и, взяв гитару, стал выбирать песню. Решив ещё больше расцветить героический образ медведя, песню я выбрал соответствующую.
   "Батальонная разведка,
   Мы без дел скучаем редко.
   Что ни день, то снова поиск, снова бой"
   Медведь даже не дышал, пока звучала песня. Когда я закончил, то увидел глаза, смотрящие на меня в упор. И только через секунду понял, что Пахом просит переписать слова и ноты.
   У девчонок нашлись ручка и блокнот. Я не только написал слова, но и примерно накидал, как ставить пальцы на грифе. Медведь во что бы то ни стало захотел научиться играть её сам. Ну, если учесть, какими сияющими глазам смотрела на него медведица, желание было вполне понятное.
   Так мы и ехали дальше. Кто-то приходил, кто-то уходил. Народу в купе набилось битком. Устав петь, я дал гитару следующему с условием не поломать. А сам вышел подышать в тамбур. Там-то меня и поймали две улыбчивые сестрички-близняшки лет девятнадцати.
   Возвращался в купе я уже поздно ночью, вымотанный донельзя. Девочки оказались опытным, умелыми и явно такое проворачивали не единожды. По-другому добиться такой синхронности нереально. Там, где меня выручала эмпатия, они брали мастерством исполнения.
   Ввалился в купе я с одним желанием, лечь спать. К счастью все уже разошлись и там был только Пахом, положивший голову на подбородок и вглядывающийся в ночную тьму за окном.
   - Чего не спишь? Ты живой там? Пахом! - только с третьего раза удалось добиться мне внимания.
   - Она ждать обещала. - Глаза медведя, казалось, видели совсем не меня. - Приеду домой, родителей повидаю и назад. Может, там, в городе, её обижает кто.
   - О-о-о, да ты совсем для общества потерян, друг. - Я улёгся на расправленный матрас. - Конечно, давай. А то её ещё и комары покусать могут.
   Через секунду надо мной нависла туша берсеркера.
   - Фальк, напиши мне песню, - глаза у Пахома лихорадочно блестели. - Я не смогу сам вот так прийти и сказать ей. Вот песня - другое дело.
   - Спи давай, - буркнул я, переворачиваясь на бок. - Утром будет тебе песня, если только спать мешать не будешь.
   Но ещё долго в темноте купе раздавались вздохи медведя. Он ворочался, вставал, садился и снова ложился. Я, правда, недолго это слышал, поскольку уснул сном младенца.
   Утро началось со стука в дверь. Девушки уже в третий раз приходили, чтоб накормить нас завтраком, но мы не отзывались. Да и сейчас встал только я. Медведь, утомлённый ночными переживаниями, спал мёртвым сном. В глазах молодой берсеркеры была такая обида, что пришлось тянуть её в коридор и объяснять, в мыслях о ком прошла ночь Пахома. Гнев сменили на милость и стали шикать на всех, типа, тише, что вы спать мешаете. На столе героя дожидался завтрак, накрытый полотенцем.
   Судя по украдкой бросаемым на меня взглядам, информация от близняшек уже разошлась по женскому коллективу. Следовало благодарить богов, что через пару часов мы приезжаем, и в темпе валить из города. А то шибко плотоядными были некоторые взгляды.
   Пахом проснулся где-то за час до прибытия. Увидел завтрак, понюхал и расплылся в улыбке. Дождавшись, пока он всё съест, я сунул ему в руку листок с текстом песни. Вкратце объяснив, как ставить пальцы на грифе, пообещал, что эту песню ещё никто никогда не слышал.
   В этом мире так и было. Медведю я выбрал песню Быкова "Любимая моя". Прочитав слова, берсеркер так стиснул меня в объятьях, что мне невольно вспомнился дендроид.
   Тепло попрощавшись с Пахомом, который ехал дальше, и обещав обязательно с ним связаться, я сошел на перрон города Красноярска. Причалы дирижаблей находились на окраине, но я решил не спешить и хотя бы поесть по-человечески. Отвечая на приветствия высыпавших из вагонов студентов и отказываясь от предложений зайти в гости, двинулся в здание вокзала. Оставив все вещи, кроме сидора, я решил просто пройтись по городу. Лишний час мне погоды бы не сделал, по моей информации вылеты в столицу шли регулярно, так что место всегда найдётся.
  

ГлаваN 9 Новый Уренгой

   Однако будучи в четвёртый раз за полчаса остановленным бдительными стражами порядка, я изменил решение. Подойдя к пожилой паре, вежливо поздоровался. Представившись, рассказал, что направляюсь в столицу учиться, но с собой у меня только военная форма, и нельзя ли здесь где-нибудь быстро и недорого купить гражданскую одежду. Оказалось, если свернуть с главной улицы, то можно сразу найти то, что мне нужно. Тепло поблагодарив за информацию, пошёл по указанному направлению. Моё внимание привлёк небольшой магазинчик под вывеской "Тактическая одежда".
   Само сочетание был интересным, а выставленные образцы привлекали внимание своим милитари стилем. Пообщавшись с продавцом, я узнал, что тактической называют одежду, похожую на гражданскую, но с военными фишками. Вшитые жгуты, карманы с кобурой и тому подобное. Быстро подобрав мне прикид, чтоб и в глаза не кидался, но выполнял те же функции, что и моя форма, продавец погнал меня переодеваться.
   Теперь я выглядел совсем иначе. Широкие штаны со множеством карманов хоть и были похожи на военные, но отличались качеством и цветом. Вместо ремня я пропустил по вшитому в пояс каналу металлическую цепь. Достаточно яркая рубаха со сбруей на спине для крепления ножен подошла для тао. Сверху всё прикрыли лёгкой курткой. Трековые ботинки одел на ноги вместо берцев.
   Свои вещи и сидор я убрал в лёгкий удобный рюкзак. Расплатившись с продавцом, от него получил в подарок кепку. Немного подумав, я ещё приобрёл удобные полуперчатки с встроенным пластиковым кастетом и спортивные очки. Теперь из зеркала на меня смотрел не выбравшийся из тундры солдат, а модный городской пижон, косящий под милитари стиль. То, что мне нужно.
   Попрощавшись с продавцом и взяв у него визитку с названием марки одежды, я решил поесть в ближайшем кафе и идти на вокзал за вещами. Зайдя в первое попавшееся кафе, устроился за столиком в углу и сделал заказ симпатичной официантке, подскочившей с меню. Дожидаясь заказанного, я осматривал небольшое светлое помещение. Посетителей было мало и внимание привлекала молодая пара, сидевшая у окна.
   Девушка была высокая, стройная, с аристократическими чертами лица. Длинные прямые чёрные волосы достигали талии. Строгое чёрное платье только подчёркивало её красоту. Сидящий на против её парень тоже выглядел аристократом. Красивое породистое лицо, короткие светлые волосы. Светлые брюки, рубашка-поло обтягивающая гипертрофированную мускулатуру. Парень выглядел реально здоровым. Я про себя хмыкнул и отвёл от них взгляд.
   Кроме нас в кафе была только женщина лет тридцати пяти с шестилетним мальчиком. Он сидел на стуле болтал ногами и ел мороженное, громко чавкая. Женщина делала ему замечания, он переставал на пару секунд и продолжал опять чавкать.
   Я отвлёкся на пересчёт наличных, которые взял с собой, прикидывая, хватит мне их на покупку гражданской одежды. Надоело быть белой вороной и мишенью для городовых. Из подсчётов меня вывел звон разбитого стакана и дикий рёв парня.
   - Да эта свинья может заткнуться? Меня блевать от него тянет.
   Оказывается, он раздавил в руке стакан и теперь, дыша злобой, смотрел на ребёнка. Разобраться в его чувствах было невозможно. Они хаотично сменяли друг друга, но преобладала ярость, преходящая в бешенство.
   - Дорогой, успокойся, - попыталась утихомирить своего молодого человека девушка. - Это всего лишь ребёнок.
   - Это не ребёнок, а свинья, - заорал парень. Затем проникновенным голосом обратился к девушке: - А ты почему его защищаешь? Может ты тоже свинья? - Он схватил её за лицо: - Скажи хрю-хрю, свинка. Скажи хрю-хрю.
   Девушка замолотила по руке в попытке освободится, затем размахнулась и залепила блондину пощёчину.
   - Ты с ума сошёл!! Что ты творишь. Я ухожу!
   Притихший парень потрогал рукой щёку.
   - Ударила меня? Ты специально привела меня к свиньям, чтоб бросить. Наверное, тут твой любовник.
   Он схватил развернувшуюся девушку за волосы и повернул к себе, уставившись в широко раскрытые от страха глаза.
   - Тут твой любовник, свинка? Отвечай. - он встряхнул девушку - Отвечай, свинка! - И еще раз встряхнул: - Отвечай, свинья!!!
   Понимая, что сейчас он ударит её головой об стол или стену, я подхватил со стойки, до которой аккуратно, не привлекая внимания резкими движениями дошёл, пивную кружку и метнул парню в голову.
   От удара кружка раскололась. Парень пошатнулся и выпустил волосы. Девушка шлёпнулась на пол и начала отползать спиной вперёд, с ужасом глядя на своего молодого человека. Я подскочил к ней сзади, резко поднял, развернул и толкнул к двери. Начавшая отбиваться девушка, осознав, что её никто не держит, рванула из кафе на полной скорости.
   - Любовник. Вот он любовник. Пришёл к свиньям, сам свинья-любовник. А она ушла. Ударила и ушла.
   Речь блондина становилась всё более бессвязной. Он стоял, прижав рукой рассечение на лбу, оставленное кружкой. Затем убрал руку со лба, посмотрел на покрывающую её кровь и внезапно чётко сказал:
   - Убью. - Он перевёл взгляд на меня. В нём не было и искры разума. - Убью. Убью. Убью
   Отшвырнув стоящий на пути стул, блондин рванул на меня. Оценив его позу и направление движения, я слегка переместился, чтоб поднырнуть ему под руку. И когда парень приблизился, сместился вбок и вниз, проскальзывая под мышкой и заходя ему за спину. Не успев остановиться, он со всей дури налетел грудиной на стойку. Даже не сбив дыхание, он мгновенно развернулся вокруг себя.
   - Убью!!
   Я ударил его по голове подхваченным стулом. Тот разлетелся, а парень словно бы и не заметил удара. Перехватываю руки снова рванувшего на меня противника, упираюсь ему в живот ногами и швыряю через спину. Перелетев через меня, он плашмя падает на спину, но тут же мгновенно переворачивается на четвереньки. Но я уже рядом. Вскакиваю ему на спину, захлёстывая горло выхваченной из пояса цепью и изо всех сил тяну в разные стороны, пережимая сонную артерию. Одновременно выпускаю в цепь всё доступное мне электричество. Лицо у парня краснеет, он начинает носиться по кафе, сшибая всё и силясь меня скинуть. Но я изо всех сил сжимаю ногами его бока и тяну лямки. Через пару минут бешеных скачек парень падает на пол и затихает.
   Я свалился с его спины, чувствуя, как меня потряхивает от избытка адреналина. Скинул цепь с шеи блондина и проверил пульс. Парень был жив. Мы лежали посреди в хлам разгромленного кафе, и, если я не хотел задержаться здесь для выяснения обстоятельств дела, следовало сматываться.
   Отсчитав пару купюр за так и не съеденный обед, я бросил их на стойку бара и в темпе рванул на улицу.
   Раз обед накрылся, заберу вещи и поеду в воздушный порт. Там и поем.
   Такси удалось поймать почти сразу. Брать у вокзала его я не стал, памятуя, что там цены всегда были выше раза в два. Вряд ли в этом мире иначе.
   До регистрации на ближайший рейс до Вышграда оставалось около двадцати минут, и я провёл их в кафе, съев приличный кусок пирога и запив сладким чаем. Не отбивная, конечно, которую я заказывал в кафе, но если мимо мяса я пролетел, то пирог занял прочное место в моём желудке. Подхватив багаж, я подошел к стойке.
   Место во втором классе стоило неприличных триста рублей. Но тут или плати, или толкайся в третьем, по четыре человека в каюте. Первый класс я даже не рассматривал. Заплатив, я выдвинулся в зону посадки.
   Поставив вещи на ленту для проверки, подал билет симпатичной улыбчивой стюардессе и уже собирался пройти к трапу, как меня профессионально взяли в коробочку, ненавязчиво оттесняя в сторону от основного потока. Парни были в форме служащих порта, поэтому я решил не дёргаться, а дождаться прояснения ситуации. К нашей формации подошел ещё один служащий, но уже в летах и явно начальник.
   - Дежурный службы охраны порта, Лисицын Пётр Степанович, - представился он
   - Сударь, с какой целью вы пытались пронести оружие на борт дирижабля? - задал мне вопрос дежурный. - Разве вы не знали, что с огнестрельным оружием нахождение на борту запрещено?
   - Откуда? Я только что купил билет. Лечу впервые. Правил не знаю и в округе нет ни одного плаката или объявления, предупреждающего об этом.
   - Ты чё, из леса вышел? - решил позубоскалить один из охранников.
   Резко повернувшись, так что расслабившиеся служащие не успели среагировать, я уставился точно в переносицу говорившему.
   - Точно. Только не из леса, а из тундры. Егерь-диверсант вольного отряда "Пепельные вороны" к вашим услугам, сударь.
   - Могу я увидеть Ваши документы? - безопасник был спокоен и тактичен - Да отпустите вы его
   Достав из внутреннего кармана пакет документов, я передал их Лисицину. Внимательно изучив их и уже привычно остановившись на воинской книжке, Петр Степанович вернул мне документы.
   - От лица воздушного порта приношу вам извинения за действия наших служащих, не проинформировавших о правилах провоза оружия. В оправдание могу сказать, что сложно заподозрить в столь юном молодом человеке полноправного бойца одного из вольных отрядов. Одежда ваша также не несла отличительных знаков.
   - Извинения приняты. В свою очередь прошу прощения, что не успел ознакомится с правилами поведения на борту. Готов выполнить все требования, предписанные инструкцией.
   - Это замечательно. Также от себя лично приношу свои извинения за слова моего подчинённого.
   - Не стоит. Вашей вины тут нет. - Мне всегда было неприятно смотреть как унижается сильная личность, даже в такой малости.
   - Стоит, молодой человек, стоит. Это мой подчинённый и его действия - это моя вина. Вы улетите, но завтра могут появиться ваши братья. Я прекрасно осведомлён о отношении к братству в среде вольных отрядов. И будет дуэль, а труп моего подчинённого окажется на моей совести. Поскольку я не смог вовремя его научить себя вести.
   - Тогда я принимаю ваши извинения. Надеюсь, на этом конфликт будет исчерпан. - Я слегка поклонился Лисицину. - Также буду благодарен за помощь в ситуации с оружием.
   - Несомненно, - безопастник заметно повеселел, увидев, что я не намерен раздувать скандал и готов выполнять все требования.
   - Пройдёмте к стойке регистрации. Необходимо заплатить сбор в двадцать рублей за хранение оружия в сейфе капитана. А также пять рублей за пломбировочный мешок, куда упакуют оружие и при вас опломбируют.
   Мы вернулись к стойке, где я покупал билет. Увидев меня идущего рядом с дежурным безопасником, улыбка девушки значительно увяла.
   - Милейшая, будьте добры, оформите сбор на хранения оружия и предоставьте пломбировочный мешок, - льда в голосе Лисицына хватило бы на целое озеро.
   Поняв, как она облажалась, не рассказав мне о правилах перевозки оружия, девушка пулей кинулась за мешком, и уже через пол минуты я оформлял необходимые бумаги. Выложив на стойку пистолеты и вынув из них обоймы, я под любопытными взглядами охраны упаковал их в мешок. Туда же положил обоймы и две запасные пачки патронов.
   - Холодное оружие тоже упаковывать?
   - В вашем случае правилами дозволяется провоз подобного оружия, но я бы рекомендовал и его сдать на хранение.
   Почему не сделать человеку приятно? Особенно если мне это ничего не стоит. Достав из-за спины свои тао, я упаковал и их. При виде здоровых ножей девушка совсем спала с лица. Спокойствия не добавлял безопасник, сверливший её взглядом. Упакованное оружие у меня принял Лисицин, самостоятельно опечатав мешок. У девушки для этого слишком тряслись руки.
   - Не слишком строго ли вы с ней? - спросил я, когда мы уже шли к трапу. - Девочка уже решила, что её казнят тут перед всеми.
   - Ничего, немного понервничать ей полезно. Внимательней будет. А за расстрел не беспокойтесь, девушку ждёт лишь лишение части премии. Ну, и выговор, само собой.
   - Я и не подозревал вас в наличии кровожадных наклонностей. Просто девочка симпатичная, жалко её.
   Перед трапом мы пожали друг другу руки. Мне пожелали счастливо долететь, и я отправился в свою каюту. Последний этап путешествия начался.
  

Интерлюдия N2

   - Я не хочу даже слушать это. - Глава рода Соболевых буквально орал в трубку. - Откуда-то взявшийся любовник моей дочери, как и свиньи, бегающие по городу, это бред твоего сына. После этого Камня он ведёт себя неадекватно и сегодня настал предел моему терпению. Он безумен. Об этом говорят факты, это говорит моя дочь, и я ей верю. Род Соболевых разрывает помолвку.
   Он швырнул трубку телефона, даже не выслушав ответа.
   - Докладывай.
   Замерший в поклоне начальник службы безопасности рода выпрямился и открыл папку.
   - По свидетельствам очевидцев жених вашей дочери...
   - Бывший жених, - рявкнул Соболев.
   - Извините. Бывший жених вашей дочери действительно сходит с ума. Внезапные вспышки бешенства, потеря памяти, неадекватное поведение. Есть подозрение, что поглощённый им Камень был Проклятым. В это вписывается произошедшее в кафе.
   - Проклятый Камень. Что ж, это похоже на Шестакова. Сила, во что бы то ни стало. Он мог использовать его. Продолжай. Что с тем, кто его вырубил?
   - По результатам внешнего осмотра можно сказать, что его придушили. Скорее всего металлической цепью. Ещё на шее обнаружены характерные для электрического поражения ожоги. Исходя из этого, можно сделать вывод, что противником был аватар с силой электричества. Примерно шестнадцати-восемнадцати лет. Худощавый, правильные черты лица, короткие тёмно-русые волосы. Из особых примет только глаза. Они тёмно-желтого, почти коричневого цвета. Совершенно обычный парень. Поиски ничего не дали.
   - Поиски продолжать. Подними все записи в Службе надзора по аватарам данного возраста.
   - Вам так необходим этот юноша?
   - Во-первых, это долг жизни. В том состоянии этот дебил Шестаков-младший убил бы дочь. А во-вторых, тот, кто в таком возрасте может справиться с безумцем, поглотившим Проклятый Камень, всегда пригодится.

Конец интерлюдии

  

Глава N10 Дуэль

   Трап своим видом вызывал ностальгию по Советскому Союзу, который я не застал. Местная цивилизация по своему техническому развитию находилась примерно в районе последней четверти двадцатого века Земли. Где-то отставая, где-то наоборот, значительно вырываясь вперёд. Однако отсутствие нефти принесло значительные отличия в направлении развития техники. Отсутствие самолётов и вертолётов, но зато гораздо более развитую сеть железных дорог. Транссибирская магистраль в этом мире была поистине монументальной. Во-первых, её колея была шире, чем у остальных железных дорог. Это повысило грузопропускную способность магистрали. Локомотивы ходили по ней лишь экспрессом от одной ключевой точки до другой. И уже от них шла разветвлённая сеть более узких железных дорог, пронзавшая всю страну как кровеносная система. Наверное, в этом были и определенные логистические неудобства, но они как-то решались, и простым пассажирам неудобств не доставляли.
   На всех остальных маршрутах работал воздушный флот. Отсутствие необходимости в сложной заправке делало дирижабли поистине рабочими лошадками страны. Жесткая многопалубная конструкция, где нижняя палуба отдавалась под контейнеры с электронесущими бактериями. Выносные электродвигатели, способные прижать к земле дирижабль в любую бурю. Наличие в каждом хозяйстве материала для закладки в башню ферментирования. Достаточно было вбить причальные столбы, забетонировать площадку приземления и поставить башню. Всё, можно принимать дирижабли. Конечно, не такую громадину, как тот, в котором я сейчас летел. Но небольшие, местных рейсов, вполне.
   Поднявшись на вторую палубу, я достаточно быстро нашёл свою каюту. Постучавшись в дверь, дождался разрешения и вошёл. Второй класс предлагал двухместные каюты на второй палубе дирижабля. Первую палубу занимала рубка управления, жилые помещения капитана и офицеров, кают-компания, а также номера первого класса и медицинский блок. Вторую палубу занимал второй класс с двухместными каютами и различные развлекательные заведения, начиная от кинотеатра и заканчивая небольшим казино. Третью палубу делили кубрики экипажа и пассажиры третьего класса.
   Моим соседом в предстоящем перелёте оказался пожилой худощавой мужчина, лет пятидесяти на вид. Поздоровавшись, я отрекомендовался учеником лицея, летящим к месту учёбы. Сосед мой оказался профессором социологии столичного университета Георгием Ивановичем Силиным и был в Новом Уренгое с исследовательской миссией.
   Он изучал социальное поведение нежити, и ему не терпелось поделиться своими размышлениями на эту тему. Не успел я устроиться на своём месте, как он подступил ко мне с разговором.
   - Что вы знаете о строении мира, юноша? - начал он.
   Углубляться в философские споры мне не хотелось, и я попытался сыграть недалёкого простофилю:
   - Я точно знаю, что он круглый и стоит на трёх китах.
   - В какой-то мере вы правы. Если принимать во внимание все социологические аспекты, то общество действительно покоится на трёх китах. Это магия, аватары и, как ни странно, нежить. Эти аспекты уравновешивают друг друга, не позволяя миру скатиться в пропасть.
   Подобные откровения для меня были шоком.
   - Ладно, я согласен с тем, что магия уравновешивает бессмертие аватаров, - начал я.
   - Относительное бессмертие, юноша, не забывайте об этом, - втянувший меня в дискуссию Георгий Иванович лучился довольством.
   - Хорошо. Относительное бессмертие аватаров уравновешивается возможностью других рас владеть магией. - Профессор довольно кивнул. - Однако нежить, как деструктивный элемент, не может вписаться в эту картину.
   - Отчего же, - аж подпрыгнул на своей койке Силин, - наоборот, она оптимизирует схему, перенаправляя элемент агрессии в свою сторону. И мы получаем добровольное совместное существование разных рас на одной территории.
   - Угу, именно поэтому эльфы не пускают к себе чужаков. Да и не только эльфы. Попробуйте попасть в запретный город зверолюдской империи Чань. Насколько я помню, казнь за это до сих пор - горизонтальное распятие над растущим бамбуком. И только в прошлом году они казнили пятерых туристов из ОГШ.
   - Это всё частности, - разгорячился профессор. - Если бы не было нежити, противостояние вылилось бы в гораздо более кровавые формы.
   - То есть вы утверждаете, что жертвы набегов нежити - это дань миру во всём мире? Георгий Иванович, вы когда-нибудь видели деревню, опустошённую нежитью?
   - Конечно. Изучать нежить - это моя работа, моя страсть. Но моё мнение, что все эти прорывы есть недоработки системы, не способной обеспечить нам безопасность. Они тратят ресурсы на различные прожекты, когда нужна социальная пропаганда, призывающая защищать родину от нежити. Если она займёт умы наиболее агрессивно настроенной молодёжи, то мы получим достаточное количество солдат и при этом снижение криминогенной обстановки.
   Тем временем мы уже взлетели и взяли курс на столицу. Время полёта составляло двое суток и мне предстояло провести их в компании воинствующего социолога. Изголодавшись по общению, он вываливал на меня гору информации о значимости нежити в современном мироустройстве. Пытаясь отбиваться, я ссылался на чувство самосохранения, которое не позволит довести до самоуничтожения. Однако профессор был неумолим. Идею создания оружия сдерживания он высмеял с ходу. Даже ужин прошёл под аккомпанемент его рассуждений. Наскоро проглотив еду, я извинился и, сказавшись тяжёлым днём, метнулся в каюту. Следовало притвориться спящим, надеясь, что чувство такта не позволит профессору меня разбудить.
   Так и произошло. Вернувшись и обнаружив меня лежащим в кровати с закрытыми глазами и мерным дыханием, профессор покружил по каюте, повздыхал и отправился в кают-компанию искать себе свободные уши. А я, немного поворочавшись, уснул сном младенца.
   Утро началось замечательно. Выговорившись вчера, профессор не рвался продолжать беседу и лишь коротко поздоровался. Умывшись, мы отправились на завтрак.
   Так как, благодаря Силину, вчерашний ужин пронёсся у меня мимо сознания, сегодня я с интересом рассматривал своих попутчиков. Достаточно представительная публика, из которой выделялся генерал, сидящий за столиком капитана, и несколько явно благородных девиц с компаньонками, наверняка тоже следующих на учёбу. Ну, и ещё группа кадетов, то ли начавших слишком рано, то ли ещё не закончивших вчерашнюю гулянку.
   Я доедал яичницу с беконом, когда меня задело локтем прекрасное создание. Она повернулась ко мне и произнесла как ей неловко. Юбочка на ладонь выше колена, третий размер груди под ослепительно белой блузкой, буйная копна огненно-рыжих волос и огромные зелёные глаза. Ведьма в своём самом обворожительном обличии, она одним своим видом вышибла из меня весь воздух, и я смог лишь судорожно кивнуть, дав понять, что принимаю её извинения. Улыбнувшись и тем самым добив меня окончательно, чаровница подошла к своему столику, где сидела явно недовольная задержкой компаньонка.
   Сглотнув не прожёванный кусок, я схватился за стакан с соком, пытаясь привести чувства в норму.
   - Олеся Михайловна Пожарская, вторая наследница рода Пожарских, - прокомментировал эту сцену профессор. - Обворожительная девушка, весьма популярная в свете. Можете гордиться, юноша, что такая красавица обратила на вас своё внимание.
   Я не стал комментировать, что внимание - это нечто другое, однако у этой сцены оказались ещё зрители. Троица подвыпивших кадетов избрала меня мишенью своих острот.
   - Посмотрите, судари, на этого простолюдина, - начал один. - Аристократка из древнего рода рассыпается перед ним в извинениях, а он не соизволил даже рта открыть для ответа.
   - Ну что вы, сударь, это же не просто какое-то хамло, что позволяет себе не отвечать сударыне. Это представитель древнего рода лапотников. И родители у него были лапотники, и деды, и прадеды, и так от времён рождения мира. Просто как лапотники они знают только два слова "дык" и "ить". Но слова эти слишком сложные, и лапотнику нужно основательно подготовиться, чтобы их сказать. Нужно будет подойти сюда дня через два, а ещё лучше к концу недели, и мы станем свидетелями просто фееричного красноречия.
   - Нет, нет, судари, ну что ж вы... - Продолжить третьему краснобаю не удалось, поскольку я выплеснул бокал с водой в их сторону, окатив сразу всех. Если б они цепляли только меня, я бы пропустил их бред мимо ушей. Но позорить своих родителей и деда я позволить не мог.
   - Господа, вы, видимо, слишком много выпили и не можете адекватно воспринимать реальность. Освежитесь, вам не идёт этот цвет лица.
   - Ах ты, смерд. - Стулья разлетелись от вскочивших кадетов. - Как ты посмел?
   - Смерды у нас закончились с отменой крепостного права, триста сорок один год назад указом Ильи Освободителя. Если вы, господа, в истории не сильны, позвольте рекомендовать вам воспользоваться общей государственной библиотекой для повышения уровня вашего образования.
   - Дуэль, сейчас же, - заводила компании принял воинственную позу. - Я научу тебя, лапотник, почтению к родовой аристократии.
   - Дуэль, дуэль, - тут же хором поддержали его товарищи. - Ты поймёшь, где твоё место, лапотник.
   - К вашим услугам, господа, - пожал я плечами.
   - Господа, - громкий голос капитана перекрыл гомон, - что здесь происходит?
   - Происходит дуэль, господин капитан, - отозвался заводила. - Этот молодой человек хам и подлец. И я требую предоставить площадку для суда чести, - кадет воинственно выпятил грудь.
   - Что ж, если все участники согласны... - капитан посмотрел на меня. Я кивнул, и он продолжил: - то предупреждаю вас, что применение огнестрельного оружия, равно как и магии, запрещено. Если вас не устраивает добрая сталь, то ждите прибытия в порт и там уже решайте свой спор.
   - Это именно то, что нужно, - заводила чувствовал себя в своей тарелке.
   - Это решать не вам, - отрезал капитан. - Оружие и время выбирает вызванный.
   Я посмотрел по сторонам. Все в зале смотрели на меня в ожидании решения. Некоторые взгляды были ехидно-презрительными, но преобладали сочувствующие, даже жалостливые. Они жалели меня. "Да ну нахер". Я внутренне оскалился. "Вы запомните эту дуэль".
   - Я выбираю в качестве оружия личные клинки участников. Время дуэли через три часа. Не хочу, чтоб утверждали, что я сражался с пьяными. Господин капитан, могу я получить из оружейного сейфа свои ножи?
   - Несомненно. Все участники, кому нужно забрать свои клинки, следуйте за мной. - И капитан пошёл к двери. За ним отправился только я. Кадеты, как аристократы, своё оружие не сдавали.
   Поднявшись с капитаном на первую палубу, мы подошли к запертой металлической двери, с несшим возле неё вахту вооружённым матросом. Отперев своим ключом дверь, капитан попросил меня предъявить посадочные документы. После недолгих поисков мне был передан опломбированный мешок с оружием. Распечатав его, я вынул тао, а остальное вернул капитану, и он своей печатью пломбировал мешок заново.
   - Сейчас подготовят зал на второй палубе, - начал капитан - Вы знакомы с дуэльным кодексом? Если вам некого пригласить в качестве секунданта, один из моих офицеров может выполнить эту функцию.
   - Благодарю. К сожалению, на борту я знаком только с профессором социологии, а это не лучший вариант. С кодексом же я знаком крайне поверхностно. Знаю, что начинается дуэль по сигналу рефери и нельзя добивать сдавшегося.
   - Ну, значит, основное вам известно, - усмехнулся капитан. - Из частностей, дуэли до смерти запрещены между аватарами и представителями другой расы. ВЫ аватар? - Я кивнул. - Тогда это будете решать уже с каждым противником отдельно. Заканчивается дуэль смертью либо неспособностью одного из соперников продолжать бой, это в случае смертельной дуэли. Или же при соблюдении условий, оговоренных секундантами, в любом другом случае. Например, существуют дуэли до первой крови, до ранения и до серьёзной раны. В любом случае на поединке будет присутствовать бортовой медик, и будут готовы лекарские ванны.
   - Так как вы выходите один против трёх, то в праве просить перерыв между дуэлями, а при ранении можете перенести её до полного выздоровления. Если у вас появятся вопросы, можете обращаться напрямую ко мне. Всё-таки в произошедшем есть доля моей вины. В таком состоянии ваших противников можно было совсем не пускать на борт. Сейчас отдохните, я пришлю матроса, когда настанет время.
   Поблагодарив капитана, отправился к себе. Волнения я не испытывал, поскольку максимум, что мне грозило, это свидание с Храмом Жизни. Но анализируя своих противников, я приходил к выводу, что всё-таки там побываю не я. Недооценивать противника смертельно опасно, однако всегда есть "но". Мои противники были дуэлянтами. Их целью было закончить поединок красиво, например, элегантно проткнув горло сопернику. От этого они не стали менее опасны, однако любитель в охотку помахать острой железкой и солдат ежедневно тренирующийся, потому как от этого зависит не только твоя жизнь, но и жизни твоих товарищей, это две большие разницы. А я и был солдатом. Вся моя здешняя жизнь прошла возле суровых бойцов, не умеющих красиво двигаться или говорить, но способных убивать за доли секунды.
   В каюте меня ждал профессор, не находящий себе места от волнения. Не вслушиваясь в поток его слов и отвечая односложными предложениями или вообще кивками головы, я достал из чемодана старую форму, служащую мне тренировочным костюмом и кроссовки. Ставку в бою я буду делать на свою скорость восприятия, и значит реагировать мне нужно будет без задержек. Тяжёлые берцы в этом мне могли помешать.
   Сославшись на необходимость отдохнуть перед дуэлью, я лёг на койку и закрыл глаза. Выровняв дыхание, начал постепенно разгонять скорость восприятия на максимально доступный мне уровень. Постепенно она увеличилась настолько, что вдохи и выдохи казались мне чрезмерно долгими. Затем я повторил процесс в обратную сторону, возвращаясь к обычной скорости восприятия. Проделав штук пять повторений и убедившись, что при необходимости могу изменить скорость почти мгновенно, я уже собирался поспать, когда в дверь постучались.
   Времени прошло ещё не так много, но я всё равно открыл глаза, чтоб взглянуть на посетителя. Им оказалась давешняя рыжеволосая девушка из ресторана. Поблагодарив профессора, она вошла в каюту. Девушка была явно смущена, щёчки покраснели и стояла она, опустив глаза в пол и нервно теребя маленькую сумочку, прижатую к шикарной груди.
   - Я пришла извиниться. Мы с молодыми людьми знакомы, но я не ожидала, что они используют меня в качестве повода для дуэли, да ещё трое на одного. Это подло с их стороны. Я приложу все усилия, чтобы они осознали всю низость своего поступка. И я прошу вас отказаться от дуэли.
   - Кто-то из них вам так дорог, что вы, нарушив рамки приличия, пришли в мою каюту?
   - Нет, что вы! - девушка гневно вскинула голову, уставившись мне прямо в глаза. - Просто я не хочу, чтобы из-за меня пострадал невинный человек. Вы не дуэлянт. У вас даже шпаги нет. А все они, особенно Аксёнов, это тот, кто начал ссору, уже неоднократно дрались на дуэлях. И он всегда побеждает, у него даже убитые на счету есть.
   Теперь Олеся не смущалась. Глаза её горели праведным гневом, грудь высоко вздымалась. Она была просто чудо как хороша, и я с трудом воспринимал ею сказанное. Встряхнувшись, я отвёл взгляд от волнительных форм.
   - Мне очень лестно, что такая девушка волнуется обо мне. - Рыжик снова опустила глаза и ещё больше покраснела. - Но причин для беспокойства нет. В самом страшном случае я окажусь в Храме Жизни.
   - Так вы тоже аватар, - эта новость отчего то огорчила девушку. - Теперь он обязательно потребует схватки на смерь.
   - Не беспокойтесь, мне есть чем ответить. И примите совет, не приходите на дуэль. Пожалуйста, сделайте это в качестве извинения за своё невольное участие.
   - Хорошо, - покладисто согласилась Пожарская. - Всё равно я бы не смогла смотреть на этот поединок. Благодарю, что выслушали меня. До свидания.
   И резко развернувшись, она вылетела из каюты. Я вернулся на кровать. Сказанное прекрасным рыжиком укладывалось в мои выводы о характере противников. Задира-дуэлянт, аватар, не боящийся смерти, но не знающий, что это такое. В его понимании смерть - это красиво пасть к ногам прекрасной дамы с аккуратно пробитым сердцем. И двое подпевал, которые тянутся за ним. Что ж я устрою вам шоу.
   Мне даже удалось вздремнуть, когда пришёл посыльный от капитана. Быстро умывшись и переодевшись, я отправился на первую в своей жизни дуэль. Проводилась она в спортивном зале дирижабля, откуда по такому случаю вынесли все тренажёры и огородили центр. Соперники мои были уже там, громко рассуждая о том, не сбежал ли я, и если приду, с какого удара начну просить пощады. Зрители же, коих набралось достаточно количество, не разделяли буйного веселья троицы дуэлянтов. Многие хмурились, тихо переговариваясь между собой, и с осуждением поглядывали на задир.
   Мое появление внесло оживление в зал. Увидев старую потёртую форму и тао, противники зашлись лающим смехом. Сами они представляли из себя образец франта. Белоснежные рубахи, не стесняющие движения. Идеально выглаженные брюки и, конечно, до блеска начищенные шпаги. Я на их фоне действительно смотрелся непритязательно.
   Пока кадеты куражились, я почувствовал внимание, направленное на меня. В нём преобладало удовлетворение с какой-то весёлой злостью. Аккуратно оглядевшись, я вычислил источник идущих ко мне чувств. Им оказался генерал, что сидел за столиком капитана. Указав глазами на кадетов, он провёл пальцем по шее и слегка кивнул, давая добро на то, что я собирался здесь устроить. Моргнув глазами, я слегка поклонился в его сторону.
   Тем временем капитан вышел на средину зала.
   - Мы собрались здесь, чтобы судом чести решить конфликт между Евгением Аксёновым, Леонидом Шиловым, Фёдором Устиновым и Александром Соколовым. В качестве оружия было выбрано личное холодное. Применение активных магических техник, огнестрельного, равно как и любого другого оружия, кроме заявленного, запрещено. Уличённый объявляется проигравшим и переходит под милость победителя. Поскольку вызывающая сторона представлена тремя бойцами поединки будут проходить по одному с промежутками, определяемыми вызванным. В случае ранения на одном поединке вызванная сторона имеет право отложить дуэль до полного выздоровления. Вопросы есть? Если нет, секунданты, подойдите ко мне и назовите имена участников и условия первой дуэли.
   Моим секундантом был второй помощник капитана, молодой зверолюд-волколак. Вернувшись, он подтвердил мою догадку о первом противнике. Естественно, им стал заводила Аксёнов, сразу же заявивший о намерении биться на смерть. Я не видел причин отказываться, и через минуту мы стояли в возле капитана.
   - Первая дуэль. Аксёнов против Соколова. Бой насмерть, - объявив нас, капитан отошел с площадки к генералу. Тот что-то тихо спросил, капитан так же тихо ответил.
   Я стоял напротив кадета, держа руки с тао, расслабленно повисшими вдоль тела. Взвинтив скорость восприятия, я отслеживал малейшие изменения в поведении мышц противника, рассчитывая работать на противоходе. При таком уровне скорости даже мои движения казались медленными и плавными. Тело просто не успевало за мозгом. Внимательно наблюдая за явно рисующимся парнем, я ждал его атаки. Вот он провёл серию ложных атак. Расстояние было такое, что достать он меня не мог, но я всё равно сделал вид, будто повёлся, и отмахнулся левой рукой. Отскочив, Аксёнов засмеялся и стал отпускать шутки, высмеивающие мою осторожность. Я на них не реагировал, и он снова перешёл в наступление. Начав ещё одной серией ложных атак, опять с расстояния недостаточного, чтоб достать меня, но заставляющего держаться в напряжении. Но вот его ладонь более плотно обхватывает рукоять шпаги, мышцы вздуваются чуть сильнее, и кадет делает настоящий выпад, припадая на одно колено, для увеличения дистанции поражения. Главным было заметить начало атаки, а рассчитать, куда она будет направлена, оставалось делом техники. Целил мой противник в плечевой сустав правой руки. Гаду захотелось поиздеваться, изувечить меня и заставить молить о пощаде. Одновременно с его атакой я сместился влево и вперёд, одновременно доворачивая тело вдоль шпаги. Лезвие моих тесаков слегка изогнутое, удобное для нанесения режущих ударов, и поэтому я ударил одновременно по кисти вытянутой руки и в бедро ноги. Отменно заточенные тао с нанесёнными рунами, предназначенными проламывать защиту нежити, практически не почувствовали препятствия в виде человеческого тела. Кисть с зажатой шпагой ещё падала, а я проскользнул ещё дальше за спину противнику. Он ещё не понял, что случилось, но разрезанные мышцы бедра уже не держали его, и он начинал заваливаться вперёд. Вслед падающему телу я нанёс тесаками разрез вдоль спины отделяя рёбра от позвоночника. И, как ножницами, отрезал голову инстинктивно прогнувшему спину кадету.
   Вернув восприятие в норму, я посмотрел на лежащее у моих ног, разделанное тело, бьющееся в конвульсиях, заливая зал хлещущей кровью, и направился к своему секунданту. В зале стоял невообразимый шум. Дамы, да и многие мужчины, выбегали из помещения, прижав руки ко рту. Напротив бесновались друзья убитого, пытаясь прорваться ко мне, но несколько офицеров дирижабля их не пускали, что-то объясняя.
   Капитан жестом остановил лекаря, дёрнувшегося было подскочить к трупу. Тот понимающе кивнул и отдал приказ матросам.
   - Дуэль окончена в связи со смертью одного из участников. Все разногласия между противниками исчерпаны, честь восстановлена, - объявил капитан. - Для обсуждения времени и условий следующего поединка прошу секундантов подойти ко мне.
   - Тебе нужен отдых? - спросил меня волколак, прежде чем направиться к капитану.
   - Не будем затягивать, - я ухмыльнулся, вытирая тао об рукав и без того испачканного камуфляжа. - Раньше начнём, раньше закончим.
   Офицер кивнул и направился к своему командиру. Я старательно экранировался от эмоций окружающих. В них бушевала такая буря, что могла сбить с ног почище удара молотом. Размеренно дыша, я старался абстрагироваться от сознания того, что только что я убил своего первого человека, и не просто убил, а буквально разделал его на куски. Пусть потом мне будет плохо, но сейчас я вбивал в себя мысль, что я никого не убиваю, а просто отправляю посмотреть ближайший Храм Жизни. И уже через неделю он вернется к своей семье.
   Вернувшийся волк сообщил, что второй дуэлянт также захотел биться насмерть. Я заранее сообщил секунданту о своём согласии на любой вариант дуэли, поэтому просто кивнул, подтверждая, что информация принята.
   Дождавшись, когда матросы всё уберут, капитан опять вышел в центр зала.
   - Второй поединок пройдёт между Фёдором Устиновым и Александром Соколовым. Условие дуэли - смерть одного из противников. Оружие личное холодное. Иное оружие, как и активные магические техники, запрещено. Прошу в центр зала, господа.
   Фёдор был пониже, чем Аксёнов, но гораздо шире в плечах. Мышцы бугрились на руках, и шпага в них казалась тонкой веточкой. Дождавшись сигнала начинать, он сразу кинулся на меня. Если его друг использовал финты и уколы, то этот кадет предпочитал рубящую технику. Если бы у него вместо лёгкой шпаги было тяжёлое оружие, типа меча или палаша, я бы не решился провернуть задуманный мной трюк. Рассчитав траекторию движения, я поймал шпагу мечеломом тао, затем, зафиксировав вторым, вывернул её из руки противника. И отбросил в сторону. Фёдор, оставшись без оружия, на секунду опешил. В его эмоциях поднялась волна настоящего бешенства, и он кинулся на меня широко расставив руки. Я правильно оценил его переломанные уши как результат подготовки борца. Вот и стремился он взять меня в захват и переломать кости. Понимая, что в таком состоянии, даже будучи смертельно раненым, он меня убьёт, если поймает, я кубарем бросился противнику под ноги. И пока он пытался встать, вогнал лезвие тесака, сначала в крестец, лишая подвижности, а затем, в основание черепа, перерубая позвоночный столб.
   К распростёртому телу подошёл лекарь экипажа. Конвульсии уже практически прекратились, и медик констатировал смерть кадета. Дождавшись объявления капитана, я отошёл к своему секунданту. Зрителей в зале значительно поубавилось. Остались военные и самые стойкие из пассажиров. Женщин почти не было. Внутри меня поселилась пустота, но усилием воли я заставил себя настроиться на следующий поединок. Вернувшийся волколак удивил меня сообщением, что третий дуэлянт хочет провести поединок до ранения. Пожав плечами, я согласился. Мне хотелось побыстрее всё закончить.
   Когда всё было подготовлено к продолжению, капитан вызвал нас в центр зала и объявил начало поединка.
   - Последний поединок пройдёт между Леонидом Шиловым и Александром Соколовым. Условие дуэли - ранение средней тяжести. Оружие личное холодное. Иное оружие, как и активные магические техники, запрещено. Прошу начинать.
   Не слыша капитана, я смотрел на своего противника, пребывая в сильном замешательстве. Я готовился к схватке на смерть, к тому что противник будет меня ненавидеть, ведь я убил его друзей. Но стоящий напротив меня молодой человек со слегка одутловатым лицом и маленькими беглыми глазками был рад. Увидев смерть своих товарищей, он был просто на седьмом небе от счастья. А еще он всех презирал. Любой, на кого падал его взгляд, вызывал у него презрение. Меня он тоже презирал, но к этому чувству примешивалась изрядная доля страха. Я не удивлюсь, если именно он науськал на меня своих друзей. Хотя слово "друг" здесь было явно неуместно.
   Как можно плотнее закрывшись от эмоций, идущих от моего противника, я изменил своё решение. Сначала я хотел закончить поединок как можно быстрее, порезав ему руку или ногу. Но теперь я жаждал этой схватки. Вернее, не схватки, а того, что я приготовил для соперника. Перехватив тао обратным хватом, я выставил гарду кинжала как кастет. И сразу после сигнала рванул к противнику. Рассчитывающий, что я буду опять действовать от обороны, Шилов не сумел правильно среагировать и попытался ударить меня прямым уколом. Но я был уже слишком близко. Пропустив над плечом руку со шпагой, я вошёл в ближний бой и пробил ему правой в солнечное сплетение. Дыхание покинуло кадета вместе с парой сломанных рёбер. Не дав ему опомниться, я провёл тройку в лицо, затем добавил опять в солнышко и, сместившись вправо, нанёс удар ногой во внешнюю сторону колена. Нога моего противника переломилась, и Шилов, истошно заорав, остался стоять на одной ноге. Шпаги у него уже не было, он выронил её, когда пытался защититься. Держа руки прижатыми к груди, Шилов скакал на одной ноге, истошно вопя. Примерившись, я нанёс удар по его левой почке и, когда от боли противник опустил руки, провёл пару мощных атак в челюсть. Веером разлетелась кровь и осколки зубов, а сам Шилов мешком упал на палубу. Больше бить бессвязно воющего соперника я не стал. Злость, вызванная его эмоциями, прошла, и я поспешил завершить поединок, рубанув кинжалом по здоровой ноге. Не смог сдержаться от последнего аккорда.
   Полностью морально опустошённый, я, не слушая слов капитана, побрёл в свою каюту. Окровавленный, с тао в руках я распугивал пассажиров и матросов на своём пути, благо идти было не далеко. Рядом с собой я почувствовал человека, искренне за меня переживавшего. Это был профессор. Кивком поблагодарив его за поддержку, я отправился прямиком в душ. Сняв форму, с остервенением намыливался, пытаясь смыть с себя уже запёкшуюся кровь. Когда я вышел, то оказалось, что мылся я не менее часа. За это время приходили капитан со вторым помощником. Капитан хотел со мной поговорить, но профессор убедил его перенести это на завтра. Поблагодарив Георгия Ивановича за всё, упал пластом на койку и отключился.
   Поднялся я довольно рано. Профессор ещё спал, и чтоб его не будить, я не стал делать полный комплекс утренней зарядки, ограничившись парочкой коротких ката для тао и затем дыхательной гимнастикой. В связи с охотой на нежить и последующей поездкой, занятия я подзапустил. Однако вчерашние события разогнали кровь, и я был полон сил. На удивление, настроение было прекрасным. Пришло осознание того, что всё случившееся - результат действий самих кадетов. Неважно, кто кого там провоцировал, свою голову нужно тоже иметь. Или хотя бы не пить столько. Голод грыз меня со страшной силой, и едва дождавшись, мы с проснувшимся и приведшим себя в порядок профессором отправились завтракать.
   Короткая прогулка до ресторана вылилась в целое представление. Команда и пассажиры разделились на два лагеря. Одни со мной здоровались, пожимали руку, интересовалась мнением о сегодняшней погоде. Это в основном были военные различных родов войск и званий, но присутствовали и гражданские, судя по виду из северной аристократии, живущие недалеко от Пустошей. С другой стороны, подавляющее большинство дам и девушек, в том числе из экипажа дирижабля, смотрели на меня как на древнее кровавое божество. Их эмоции переливались всеми оттенками от ужаса до омерзения. Стараясь экранироваться от вторых и отвечая первым, мы постарались как можно быстрее занять свой столик. Аппетит у меня не пропал, и я в полной мере насладился яичницей с беконом и кружкой крепкого сладкого чая с булочками.
   Управился я как раз вовремя, потому что также завершившие завтрак капитан экипажа со своим неизменным спутником генералом жаждали со мной пообщаться и пригласили пройти с ними в кабинет капитана. Сам разговор вышел недолгим. Меня поздравили с победой в дуэли и пообещали, что проблем с моими противниками не будет. Согласно дуэльного кодекса любая месть или преследование после поединка исключалась. И решившийся на такое становился парией в обществе. Затем последовали осторожные расспросы, кто я, откуда и чем собираюсь заниматься. Не скрываясь, но и не вдаваясь в конкретику, я отвечал, что егерь, воспитанник отряда "пепельные вороны", получил вольный статус и лечу учиться. Про будущие планы ответил расплывчато, что, дескать, сейчас нужно сосредоточиться на учёбе. Мне на это покивали головой и позволили идти.
   Лететь еще оставалось более восьми часов и, убивая время, я решил пройтись по дирижаблю. Удачно встретившийся Архип Гурьев, волколак, бывший моим секундантом, был свободен от вахты и мне без труда удалось уговорить его на экскурсию. Более двух часов мы обходили дирижабль, то спускаясь в трюм, то поднимаясь на палубы. Устав от впечатлений, мы вернулись в кают-компанию, где кучковались пассажиры в поисках развлечений. Некоторые столики были заняты компаниями, играющими в различные азартные игры. Видя неподдельную страсть в глазах волколака, я, в качестве благодарности за занимательную экскурсию, решил научить его играть в покер. Да, такой игры в этом игры не было.
   Я попросил Архипа достать новую колоду карт, лист бумаги, а также горсть мелочи минимального достоинства. Всё это нашлось в баре, и я начал объяснять своему бывшему секунданту и примкнувшей группе любопытствующих правила покера. Попутно зарисовывая их на бумаге для наглядности.
   Играть я умел только в безлимитный техасский холдем. Рассказав правила и зарисовав комбинации, я предложил сыграть пробную партию, взяв на себя роль крупье. Вскоре вокруг нашего стола собрались все находящиеся в кают-компании. От постоянных пояснений у меня пересохло горло, и приходилось то и дело отпивать сок, принесённый официанткой. Играли по одной партии просто с целью наработать опыт определения комбинаций карт и торгов. Когда одна из рискнувших опробовать новую затею дам сорвала банк, умело блефуя, имея на руках лишь минимальные карты, её встретили аплодисментами. Время мчалось стремительно, и многие даже были огорчены, что дирижабль достиг места назначения. Попрощавшись со всеми и получив кучу визиток, я отправился собирать вещи. Я прибыл в столицу.

Интерлюдия N 3

   Первый наследник рода Стрибора внимательно смотрел на рыдающую перед ним женщину. Она комкала платок, прикладывая к глазам, и всячески демонстрировала невероятные душевные страдания. Фальшью эти потуги несли за версту и выглядели чрезвычайно противно. Однако выгнать жену главы одного из аристократических родов, входящих в сотню богатейших он тоже не мог. Род женщины был довольно древним, но захиревшим, и все считали, что его линия прервалась, когда, как птица Феникс, он восстал вновь. Откуда взялись деньги, было неизвестно. Ходили слухи о приисках на севере, чуть ли не в Пустошах, но точной информации не было.
   Конечно, тех семи лет после возрождения было недостаточно, чтобы влиться в общество столицы. Но и ссорится с ними было не с руки. Без достаточных для этого оснований, конечно. Один из трёх родов, специализирующихся на воздушных перевозках и фактически монополизировавших этот рынок, был готов дать отпор кому бы то ни было. Однако против рыдающей женщины не начнёшь боевые действия, даже если она ужасная актриса.
   - Госпожа Шилова, я уверяю вас, что на борту дирижабля ваш сын находился в полной безопасности. Равно как и другие пассажиры. И если бы он сам, я подчёркиваю, сам!, не начал конфликт, никто бы не пострадал. Свидетелей этого огромное множество. Включая моего племянника, командующего этим дирижаблем, и командующего дальневосточным округом генерал-лейтенанта Слепнёва. Но даже в любом другом случае суд чести уже состоялся. И более того, предоставлять информацию о своих пассажирах мы не намерены ни в коем случае. Это вопрос порядочности нашего Рода. Однако за последние три дня вашими слугами было предпринято более семи попыток подкупа наших сотрудников. И сейчас вы сидите передо мной и требуете раскрыть данные.
   - Я прошу вас. Поймите, я же мать!!
   - Я, как отец, вас прекрасно понимаю. Забота о детях - это прекрасно. Но в возрасте вашего сына пора решать вопросы чести самому. Дуэль была проведена по правилам. Что до того, что ваш сын получил серьёзные повреждения, у меня есть отчёт лекаря. В нём сказано, что уже через шесть часов нахождения в восстановительной ванне, в которую ваш сын был помещён незамедлительно, все повреждения были восстановлены.
   - Но у мальчика пропал аппетит. Он практически ничего не ест. Он заперся в своей комнате и не пускает туда даже меня.
   - Ольга Михайловна, - Стрибор встал и подошёл к женщине, беря её доверительно под локоть и понижая голос, - понимаете, поражение на дуэли - это большой стресс, однако это и путь к совершенствованию своих навыков. Я уверен, что в скором времени ваш сын удивит всех своим стремлением стать сильнее. - Доведя Шилову до двери мужчина открыл её. - А сейчас вам лучше находиться ближе к сыну. Так будет лучше для всех. А насчёт его противника, свет может не понять вашего стремления его отыскать. И это может отразится на вашем сыне.
   - Да? - Слёзы, если и были, то давно уже высохли. - Я об этом не подумала. Благодарю, что уделили мне время. - И женщина удалилась.
   Наследник сильнейшего рода ветра облегчённо вздохнул. Покинувшая гостья оставила после себя чувство гадливости. Как будто пиявку раздавил в руках. Конечно, чего ещё ждать от дочери купца. Но за пять лет проживания в столице можно было выучить хотя бы элементарные неписанные правила высшего света. И сын у неё весь в мамочку, такой же. Вызывающий внутреннее отвращение слизняк, прячущийся за юбку матери. Надо минимизировать контакты с родом Шиловых, даже если придётся отказаться от нескольких проектов. Честь дороже. Что до противника Шилова в дуэли, нужно предупредить младших родичей, обучающихся в первом лицее. Пусть аккуратно присмотрят за ним. Вряд ли, эта деятельная дамочка угомонится.

Конец интерлюдии

Глава N11 Лицей.

   Чтобы добраться до Лицея, у меня ушло более трёх часов. Находился он в пригороде столицы и занимал огромную территорию, обнесённую высоким забором и отлично охраняемую. Службу по охране с момента основания здесь нёс вольный отряд "Пасынки Жизни". Несмотря на статус вольного, подчинялись они непосредственно директору и, как и весь лицей, курировались императорским родом.
   Дорога на подъезде к комплексу была забита машинами представительского класса. Лицей являлся интернатом, и все учащиеся жили на его территории. И сейчас они спешили заселиться. Из багажников слуги доставали десятки чемоданов. И выстроившись в колонну, несли их в корпуса общежития. Всё это настолько напоминало муравейник, что я невольно начал оглядываться, не протащит ли мимо меня очередная колонна слуг-муравьёв мёртвую гусеницу.
   Я со своим пошарпанным чемоданом, в тактической одежде, вместо идеально сидящей школьной формы, как у остальных, стоившей даже на мой неискушённый взгляд просто нереальных денег, смотрелся совершенно невзрачно. Настолько, что охрана не захотела впускать меня на территорию.
   Пришлось дожидаться, пока не вызовут завуча, отвечающего за новых учеников. Меня вся эта ситуация не напрягала. И только когда после проверки документов охрана полезла в мои вещи с досмотром, я взбеленился. Пытавшийся открыть мой чемодан боец замер, почувствовав у шеи острую сталь.
   - Медленно поставь чемодан на землю. - Боец подчинился, в это время остальные уже держали меня на прицеле - Молодец. Теперь разворачиваемся и идём к воротам.
   Злоба переполняла меня. Если я позволю кому бы то ни было так с собой обращаться, потеряю самоуважение. Плевать на детей аристократов, смотрящих на меня как на кусок грязи. Рамки приличия они не переступали. И мы ещё посмотрим, кто кем станет в итоге. Но эти уроды были из вольных отрядов. Разжиревшие твари, самоутверждающиеся за счёт студентов, не могущих дать отпор. Моё решение было, конечно, чересчур импульсивным, но я не мог позволить унижать себя. Находиться на территории лицея в данный момент мне было нельзя. Законом то, что я сделал, трактовалось однозначно как вооружённое нападение на сотрудника правопорядка при исполнении. Поэтому, прикрываясь телом одного из бойцов, я медленно отступал к воротам, надеясь там оторваться между машинами.
   - Что здесь происходит? - Высокая, красивая женщина, лет тридцати пяти, оторвалась от беседы с мощным рыжебородым гномом и вместе с ним спешила к воротам. - Я ещё раз спрашиваю, что здесь происходит.
   - Захват заложника. - Дорогу ей заступил один из охранников, по всей видимости, старший смены. - Предотвращено проникновение преступника на территорию. - Пускать её ближе он не собирался.
   - И давно у нас преступники ходят на промысел с вещами и гитарой? - женщина была настроена воинственно. - Пропустите меня, сударь, и прикажите своим людям убрать оружие. - Оттолкнув охранника плечом, она прошла к воротам
   - С чем бы он ни ходил, имеется факт нападения и взятия заложника, - сдаваться старший не собирался и устремился следом.
   - И почему я не удивлена, что произошло это в ваше дежурство? В прошлом году с вами уже были инциденты, и, лишь по личному ходатайству вашего капитана, и под его личное поручительство, вы были опять допущены к работе. Но сегодняшний случай перешёл все границы дозволенного. Вы опозорили наш лицей перед лицом всех учащихся и их семей.
   - Меня зовут Сикорская Антонина Петровна. Я заведующая учебной частью по работе с первыми курсами. Молодой человек, уберите оружие и потрудитесь объяснить, что тут происходит. - Она остановилась в метре от меня.
   Я убрал тао в ножны, достал и протянул ей бумаги.
   - Александр Сергеевич Соколов, шестнадцать лет. Прибыл для обучения в Первом Лицее имени его императорского величества Михаила Вышинина. Был остановлен охраной для проверки документов. После предъявления была попытка устроить личный досмотр вещей. Счёл для себя невозможным терпеть подобное обращение и предпринял попытку покинуть территорию лицея.
   - Зачем вы взяли заложника, Александр Сергеевич? - Сикорская, не отрываясь, изучала мои документы. Сразу создавалось впечатление, что выслушивать объяснения провинившихся ей не в новинку.
   - Количество охраны и их расположение не давало возможность безопасно отойти к воротам. Поэтому я принял решение прикрыться одним из охранников.
   - Складно излагаешь, - прогудел гном, по-прежнему остающийся с завучем. - Кадет?
   - Егерь отряда "Пепельные вороны" в статусе вольного
   - О как. Целый егерь. А воинская книжка у тебя есть, егерь?
   Я вынул книжку и передал её гному. На первой же странице брови его приподнялись, я же не озвучивал, что я ещё и диверсант. Дойдя до трофеев, гном довольно крякнул и, подхватив Сикорскую под локоть, буквально оттащил от ворот, начав что-то объяснять, указывая то на меня, то на охрану.
   Через пару минут они вернулись. Завуч протянула мне документы.
   - Прошу прощения за этот инцидент. Виновные в нём будут строго наказаны. Следуйте в корпус номер семь, это мужское общежитие. Расселение через коменданта. Мастер Гамиль, - обратилась она к гному, - я вас прошу, проследите, чтобы молодой человек получил все необходимые вещи. А также школьную форму. Завтра в девять утра торжественное открытие учебного года. Всё остальное узнаете на информационном стенде в общежитии. Хранение личного холодного, равно как и огнестрельного, оружия на территории Лицея разрешено. В каждой комнате есть оружейный сейф, а на территории имеются тир и стрельбище. Однако ношение разрешено только в разряженном состоянии и в специальной сумке, которая пломбируется либо в тире, либо комендантом общежития.
   Гном вернул мне воинскую книжку и протянул широкую, как лопата, ладонь.
   - Гамиль Зирак. Местный завхоз. В прошлом лейб-гвардии штабс-капитан Одиннадцатого гвардейского артиллерийского полка. Следуй за мной. - И гном пошел в сторону видневшихся строений.
   - Давно было пора этим засранцам по щам надавать. - Мастер Гамиль оказался простым в общении гномом. - Вольный отряд они, как же. Стоять на воротах и запугивать простолюдинов, больше ни хрена не могут. Появись тут нежить, так драпать будут, придерживая штаны. А сейчас вой подымут до небес. Ну да пёс с ними. Подожмут хвосты, как милые.
   - Часто такое у вас?
   - Раньше вообще не было. А как пару лет назад капитан сменился, так всё и началось, - гном с досады сплюнул. - Новый командир и дня на границе не провёл. Зато дворянин, аристократ, чтоб его. Вот бойцы и распоясались. Знатным-то они готовы жопу лизать. А остальных начали унижать. Сначала слова были, а теперь вон до чего дошло. Директор этого так просто не оставит. И не переживай, к тебе претензий не будет. Налицо грубые нарушения устава караульной службы.
   - Это обнадёживает. А как тут вообще дела обстоят?
   - Ты это о девках, что ли? - Гном громоподобно засмеялся. - Нормально обстоят, какие хочешь, на выбор. Только почти все если не аристократки, то простые дворянки. Поймают на такой, сразу оженят. Ну, или женилку оторвут, если не подойдёшь по евгенике.
   - Почему сразу девушки? Я про учёбу, курсы там разные. - Я даже не смутился. В основном потому, что действительно не это имел виду. Разве только чуть-чуть.
   - Ну да, ну да. Нормально обстоят. Есть полигоны для отработки магических техник, есть стадион и другие спортивные сооружения. Про тир и стрельбище ты уже слышал. Ты конкретизируй сферу интересов, - мастер Гамиль хитро прищурился, глядя на меня в упор.
   Следовало решать проблему с тренировками магии льда. В документах её я указывать не стал. Не хотел к себе повышенного внимания. И сейчас получить полигон для тренировки будет проблематично. Оставалось решить, доверять гному или нет.
   С одной стороны, гномы не предают. От слова совсем. Если ты доверил свою тайну гному, то он умрёт, но не выдаст. Есть только одно "НО". Ты должен быть другом этого гнома. Иначе он даже слушать тебя не будет.
   И вот сейчас с ходу мне предстояло определить, поможет он мне, или я заимею проблемы с администрацией лицея. А потом и с СИБ, которые еще с Проклятыми Камнями мне обязательно крови попьют.
   - Да говори, не тушуйся. Я же вижу, что ты из наших, хоть и молодой. Лича взять в одиночку может не каждый. А тут получил я новый номер альманаха "Пушки и мортиры". И очень интересная там статья о применении мин направленного действия для организации засад на нежить. Хорошие мины получились, а, Фальк? - и гном довольно засмеялся.
   Бывших офицеров не бывает и, уйдя в запас, лейб-гвардии штабс-капитан артиллерии оставался фанатом всего стреляющего и взрывающегося. И чем крупней калибр, тем лучше. И как создатель нового вида нежно любимых им мин, я ещё заочно оказался на хорошем счету. Единственное, что не устраивало мастера Гамиля, это малый размер заряда взрывчатки. Как и у всех гномов, достаточным считалось, когда на расстоянии в пятьдесят метров не остаётся ничего, а воронка достигает полуметра в глубину. Я уже с ужасом представлял модификации своих мин, которые низкорослыми мастерами будут признаны достойными. Успокаивало только одно: какими бы монструозными они не оказались, действовать все равно будут идеально.
   Дело в том, что в Аркании гномы не умели создавать что-то поистине новое. Не получалось у них изобрести даже элементарных вещей. Был ли это хитрый выверт сознания или общая зашоренность и приверженность догмам, но факт оставался фактом.
   Однако если ты принесёшь гному концепт, пусть кривой и работающий через пень-колоду, то он доведёт его до совершенства. Причём зачастую разобраться с итоговым изделием сам создатель концепта уже не может.
   Так что, дав гномам новую игрушку и место применения своих способностей, я мог рассчитывать на помощь и сохранение моих тайн.
   - Понимаете, уважаемый, в моих документах содержится неполная информация о моих магических силах, - начал я осторожно, - поскольку техники владения оными оставляют желать лучшего.
   - Короче, ты поглотил стихийный Камень Души и тебе нужен полигон для отработки техник. А палиться ты не хочешь, - подытожил гном. - Хм, это не проблема. Единственное, что время, когда на полигоне сто процентов никого не будет, появится только ближе к полуночи. Если для тебя несложно вставать после тренировок на учёбу, то считай, вопрос закрыт. Вот только не вышла бы тебе подобная скрытность боком.
   - Я не собираюсь всю жизнь прятаться. Но и позволить делать из себя марионетку не могу. Если я заявлю сейчас о том, что являюсь наследником Рика Снежного и его техник, спокойствия мне не видать. А я хочу получить образование и найти своё место в мире.
   - А какое место ты ищешь? - гному понравился мой ответ. - Кем хочешь стать? Если аристократом, то иди в любой клан холода. За наследие Рика Отморозка будет тебе и стол, и дом, и тёплая баба под бок, а то и не одна. Я помню, какие слухи ходили о нём в Диких землях, хоть и прошло почти двести лет с того времени.
   - Я хочу основать свой Род. Не больше, не меньше. Встать вровень с аристо. Заставить их себя уважать. И для этого мне нужно подготовиться. Стать сильнее. Накопить силы и финансы. Собрать дружину, в конце концов.
   - А сможешь? - гном остановился и пристально смотрел мне в глаза. От прежнего балагура не осталось и следа. Теперь это действительно был боевой офицер. И он ждал моего ответа.
   - Лучше попытаться взлететь соколом и сдохнуть, чем жить мышью и корить себя, что даже не попытался, - ответил я не менее прямым взглядом.
   Гном хмыкнул в бороду и, рассмеявшись, обоими руками хлопнул меня по плечам. Вы когда-нибудь попадали под падающий шкаф? Я как-то в детстве, детстве Арёма, попадал. Ощущения оказались потрясающе схожими.
   - Что ж, тогда помочь будущему основателю Рода, умеющему и убивать нежить, и создавать оружие - моя прямая обязанность. Утрём аристо их высокомерные носы.
   - Вот, кстати, про создание я тоже хотел поговорить. Оружие не обещаю, но есть пара-тройка задумок. И для реализации нужна мастерская с толковыми и не болтливыми живыми. Если идея выгорит, можно будет не продавать патент, а развернуть своё производство.
   - Вот это дело, - гном излучал довольство. - С места в карьер. Будут мастера. Из наших. А сейчас давай, получай вещи и иди к коменданту. Чтоб подняться вровень с аристо, нужно хотя бы к началу занятий не опоздать.
   Заселение прошло достаточно весело. Мне выдали ключ и прочитали длинную лекцию по технике безопасности вплоть до того, что пальцы в розетку совать нельзя и горячей водой в душе можно ошпариться. Особенно порадовали перлы "портянки на подоконнике не сушить" и "если заболел, нужно обратиться в лазарет, а не подышать над картошкой, сваренной в электрочайнике". Когда комендант дошёл до правил пользования унитазом, я не выдержал и спросил, что разве он не для того, чтобы ноги мыть? А то, говорю, придёшь, бывало, с поля, баню-то топить некогда, а тут как удобно: дёрнул верёвку, вода побежала. Лепота.
   От такого заявления комендант аж покраснел и перестал дышать. От смерти удушением его спасли очередные ученики, пришедшие на заселение. Отойдя в сторонку, я сделал вид, что ищу что-то в карманах, надеясь послушать, это мне настолько повезло или просто характер такой у человека. Оказалось, что любого первокурсника, независимо от его расы и происхождения, комендант искренне считал помесью гиббона с имбецилом. То бишь, гиперактивной личностью с тягой к массовым разрушениям и с полным отсутствием мозга.
   Размышляя о том, что же пришлось пережить коменданту, я поднялся на третий этаж, где располагалась моя комната. Все жилые помещения были однотипные. Если ты заселялся в комнату, то она становилась твоей на весь срок обучения. Когда освобождалась, её заселял следующий первокурсник. Никаких номеров-люкс никому не полагалось. Если учесть, что здесь обучались даже дети императорского рода, это было круто.
   Моё новое жильё представляло собой студию размером около тридцати квадратов, разделённую на рабочую зону, зону отдыха и небольшую кухню, скорее даже просто буфет с электрочайником. Глаз просто резало отсутствие микроволновки, и это я собирался в ближайшее время исправить. Вот только познакомлюсь с обещанными мне мастерами. Также имелся приличный санузел, с ванной, душевой кабиной и набором белоснежной сантехники. Начиная от раковины и заканчивая биде. Тут же стояла корзина для грязного белья. Стирка осуществлялась централизовано. Каждый вечер корзины собирались, и утром ты получал уже выстиранные и выглаженные вещи.
   Приняв душ и переодевшись в один из комплектов выданной мне формы, я решил не отсиживаться в комнате, а спуститься на первый этаж. Там находилось помещение приличных размеров, именуемое клубом. Эдакая помесь красного уголка с кают-компанией. Вечерами студенты стекались туда, чтобы поболтать, посмеяться, посмотреть фильм, на одной из стен было натянуто полотнище экрана. Алкоголь и азартные игры были строго запрещены. За это можно было даже вылететь из лицея, невзирая на знатность рода. Девушек же можно было приглашать, но только в клуб. "Нахождение лица или лиц противоположного пола в жилом помещении общежития возможно лишь при наличии действующей помолвки между хозяином жилого помещения и лицом или лицами противоположного пола". Такую фразу без запинки мне выдал комендант при заселении. Причём тут все знали, кто с кем помолвлен, а кто нет. И могли даже остановить любого, если этот любой собрался "увлечь в альковы", так сказать, чужую невесту. Или свободную девушку. Потому как кто знает, может, твои родичи уже с её договариваются. А ты всё проморгал.
   Атмосфера в клубе царила на удивление демократичная. Молодёжь всех рас, невзирая на курс обучения и социальный статус, общалась, знакомилась, рассказывала, как прошло лето, хвасталась достижениями, покупками и подарками. То тут, то там стихийно возникали кучки с очередным рассказчиком в центре. Время от времени в сопровождении братьев и женихов появлялись девушки. С ними церемонно раскланивались, но запала хорошего тона хватало ненадолго, и вскоре все, включая самих девушек, уже дружно смеялись. Или сами что-то рассказывали, размахивая руками и помогая себе мимикой. Кто-то уходил, кто-то приходил, короче, жизнь бурлила.
   Я вписался в этот студенческий водоворот на удивление легко. Ко мне подскочил парень с причёской вида взрыв на макаронной фабрике и улыбкой, похоже, приклеенной к лицу, потому как улыбаться он не прекращал. Улыбаться и разговаривать. Своим видом он так напоминал, не к ночи будь помянут, Наруто, только славянин-стайл, что я с трудом сдержался, чтобы не ударить всеми имеющимися у меня силами. Пока он тащил меня в центр клуба, я узнал, что зовут его Егор Веселов, он тоже первокурсник, учиться будет на лекарском факультете, и "здорово ты у ворот охране наподдал, а то совсем распустились".
   Вытащенной буйством стихии в центр зала, в ближайшие сорок минут я только и делал, что отвечал на вопросы. С учётом в основном мужской аудитории, вопросы были соответственные. Особенно интересовало, как в шестнадцать лет я стал полноправным бойцом вольного отряда и членом братства. В вкратце поведав о охоте на Лича, я пообещал желающим, что всё расскажу подробнее позже. И нарисую. И дам ТТХ винтовки. И мин. И пистолеты покажу, но в тире.
   Вторым по значимости оказался вопрос о том, как я вообще умудрился поступить в Лицей практически из тундры. Многие дворяне и аристо из столицы не смогли этого сделать. А уж стипендию вместе с бесплатным обучением получали не больше десяти человек за курс. Внятно ответить я на него не смог и рассказал, что знал сам. Какая там была подковёрная возня, кого привлёк капитан и кто кому и сколько занёс и занёс ли вообще, мне было неизвестно.
   С моей стороны это выглядело так. Сдав экзамены в средней школе города Пангоды, ближайшего к нашей крепости, я спокойно дожидался результатов. В себе я был уверен и рассчитывал если не на высший балл, то уж в районе девяноста пяти-девяноста восьми точно. Надо сказать, что система оценок тут напоминает японскую сто балльную. И примерно дня через три утром меня поднимают криками, типа "умывайся, собирайся, поешь по дороге", запихивают в машину, и мы с капитаном мчим, ну как мчим, на военной технике особо не разгонишься, но мы очень стараемся, в сторону всё той же Пангоды. Поскольку стараемся мы очень-очень, поговорить в дороге не удаётся, поскольку это чревато потерей языка. Прибыв к той же школе, вывалившись из машины и убедив себя, что земля не может качаться, я узнал, что, оказывается, прибыла императорская комиссия проверять итоговые работы выпускников. И наткнулись на мою. Написал я действительно хорошо, девяносто девять баллов, но в личном деле оказалось отмечено, что обучение я проходил домашнее. Будь я аристократом или хотя бы дворянином, это не имело бы никакого значения. Но то, что я простолюдин, сыграло свою роль, да ещё затаившие зло на капитана чиновники Службы Надзора за Детьми напели представителям комиссии, в каких жутких условиях я живу, и просто не реально, чтоб такой ученик получил самый высокий балл в районе.
   Мою работу аннулировали. На апелляцию дали неделю, однако через сутки комиссия собиралась двинутся дальше, а пересдать местным чинушам для меня будет нереально. Если Итоговый экзамен проводился централизованно, с постоянным контролем на каждом этапе, и испортить мне оценку и при этом не спалиться местные не могли, то пересдача находилась уже целиком в их руках. Будь я хоть Эйнштейн и Ломоносов в одном флаконе, сдать экзамен искренне ненавидящей тебя, не побоюсь этого слова, бабе нереально. И следовало это сделать до отъезда императорских проверяющих.
   Буквально вломившись в помещение, где работала комиссия, капитан с ходу наехал на проверяющего, практически обвинив его в ангажированности и классовом шовинизме. Причём это было сказано таким высоким штилем, что смысл доходил до меня с некоторым опозданием, даже пришлось немного ускорить мышление, чтоб успевать следить за мыслью оппонентов. Через двадцать минут высококультурной ругани высокие договаривающиеся стороны сошлись на том, что я вот прямо здесь и сейчас продемонстрирую им свои знания, без подготовки ответив на любой вопрос любого варианта итогового задания.
   С моей скоростью работы мозга это было не сложно. К тому же по точным наукам глубина моих знаний даже превосходила школьный курс. А уж по математике я показал мастер-класс загрузив экзаменатора теоремой Ферма. Да, я понимаю, это было подло. Но что делать, если тут она не была сформулирована. Пообещав себе при случае вспомнить и записать доказательство, я получил свои законные сто баллов. Накинули балл в качестве извинения за доставленные неудобства. Оставив комиссию трясти Службу Надзора, мы отправились домой. И я уже выкинул из головы произошедшее, начав присматривать себе высшую школу в Новом Уренгое, когда капитан снова меня огорошил. С ним на связь вышел этот самый экзаменатор, оказавшийся ни много, ни мало деканом кафедры физ-мата в столичном университете. Принимал участие в комиссии он по личной просьбе брата императора, главы СИБ.
   Вернувшись в столицу, он закрылся в кабинете и за две недели решил теорему для n=4. И этот матёрый человечище вспомнил о том, кто ему рассказал об этой теореме. Затем связался с моим капитаном, и они сошлись во мнении, что мне надо ехать в столицу. И не просто, а в Первый Лицей, а оттуда уже в университет. И скооперировавшись, они всё устроили. Как и какими путями, мне неизвестно.
   Вот это я и рассказал окружающим. Единственное, про теорему упоминать не стал, отделавшись общими фразами, что, мол, поразили знания и всё тут. Народ покивал головами, поздравил и, похоже, наметил крайнего в решении проблем с этой самой математикой.
   Затем кто-то отвлёк внимание от меня, эпицентр внимания сместился, и я поспешил смешаться с толпой. С кем-то просто говорил, у кого-то спрашивал о порядках в лицее, с третьими пообщался на предмет ТТХ рунных пуль для гладкоствольного оружия. Я настаивал на контейнере, возражали, что, мол, баллистические характеристики - это хорошо, но круглая форма традиционно лучше держит магию при прямой передаче. Короче, когда в 23-00 комендант пришёл разгонять нас спать, я не то чтобы стал за панибрата в данном обществе, но уж своим считался точно. Из плохого, что случилось в этот вечер, было то, что "ползучий ужас Конохи" оказался моим соседом.
  

Глава N12 Первый семестр.

   Если вы думаете, что, как всякий порядочный Марти Сью, я должен был с первых дней попасть в какую-нибудь передрягу или на меня должна была свалиться прекрасная девушка, в идеале принцесса, и сразу же безумно в меня влюбиться, положив начало моему личному гарему, то я вас разочарую. Со мной уже пару месяцев не происходило ничего. Я учился, тренировался, общался с одноклассниками и не одноклассниками. Инцидент у ворот замяли. Выгнали при этом командира отряда, охраняющего лицей и большую половину офицеров. Однако обо мне там даже не вспоминали, и я не переживал по данному поводу. Девушек было много, гораздо больше чем парней. Всё-таки мужчины аристократов предпочитают кадетские училища. Девушки были, как на подбор, красивые, породистые, я бы даже сказал. С прекрасными спортивными фигурами. Вот только в качестве бойфренда и в последствии жениха, я их не устраивал. И это устраивало меня. Поэтому, за исключением нескольких эпизодов, общение с противоположным полом было на уровне "здравствуй - до свидания". Что же до исключения, то её я, как парень, тоже не интересовал. Интересовали мои пистолеты.
   Гамиль Зирак был гномом, и слово его было твёрдым как скала. Ну, или голова. Уже на третий день я получил доступ на один из запасных учительских полигонов. Он был небольшим, но мне, как магу льда, и не требовался большой размер. Лёд был достаточно медленной стихией, больше защитной. Конечно, Рик Снежный привнёс в техники много нового, и впоследствии мне понадобится больше места для занятий. Но пока этого хватало, и я старался каждый день ходить тренироваться. Хотя бы по полчаса отработать базовые элементы техник. Полигон был свободен с двадцати двух часов, но максимум к полуночи я спешил вернуться. Не потому, что могли не пустить в общежитие или ещё как-то помешать. Просто занятий было достаточно много и следовало выспаться перед ними.
   Также на первых выходных я познакомился с обещанными мне мастерами. Это были три брата, гномы-механики, и один человек-электротехник. Все они горели энтузиазмом начать работу. Уж не знаю, что им наобещал наш завхоз, но идея создания печи для разогрева пищи этот энтузиазм в гномах погасила. И поначалу они практически выпали из разговора. Однако с электротехником мы нашли общий язык очень быстро. Ефим, так его звали, когда мы вышли передохнуть, шепнул мне, что с братьями всегда так. Они хотят такой проект, чтоб прям ух. Правда не знают, как он должен выглядеть. Но твёрдо уверены, что это будет потрясающе. Получив же обычный заказ, они расстраиваются и впадают в апатию. Часа на два. А потом втягиваются в работу настолько, что скажи им, что изначально идея им не нравилась, и в морду дать могут. Как дети прям.
   Через неделю, когда я заглянул в мастерскую, гномов было уже не оторвать от работы. И они клятвенно мне обещали, что через пару недель будет полноценно работающая модель. Начал я с микроволновки по двум причинам. Во-первых, я собирался продать всем, кому только можно, технологию шоковой заморозки. И это было вторым проектом, над которым предстояло поработать братьям-гномам. А во вторых, магнетрон использовался в радиолокации, а эта тема была мне близка. Диплом я писал именно по программе объединения радиолокационных станций в единую сеть. И в процессе подготовки перелопатил огромную гору информации как об устройстве радаров, так и об их использовании.
   Примерно через месяц после начала учёбы пришла посылка из крепости с моей винтовкой и помповым ружьём. И вот во время чистки и установки их в оружейный сейф я понял, что уже больше месяца не брал в руки пистолеты. Навык стрельбы - это как умение писать. Не будешь тренировать, почерк станет непонятным, а пули полетят куда угодно, кроме цели. Поэтому на следующий же день я выкроил время и отправился в тир.
   Как я уже говорил, гномы не способны генерировать идеи, но лучших исполнителей представить себе невозможно. Когда я пришёл к Торину с кривым рисунком и пол дня на пальцах объяснял, как должен работать рамочный пистолет, хотя сам этого не знал, он только кивал и слушал. А через неделю представил мне первый пробный вариант, использующий мою силу электричества. Кроме электроподжига патронов, обратное движение затвора, для экстракции стрелянной гильзы и подачи патрона в ствол, осуществлялась электромагнитом. После доводки я получил два шикарных рамочных пистолета, при полном отсутствии аналогов. Хождение имели револьверы разных калибров, причём зачастую настолько монструозных, что позволяли заряжать их полноценными рунными пулями. Такое оружие было распространено в основном у гномов, служащих в различных войсках на границе Пустошей. Но и зверолюди им не брезговали.
   И для меня было шоком увидеть в тире девушку, стреляющую из револьвера, напоминающего Кольт Анаконда, с одной руки. При этом отдача ствол практически не задирала. Высокая, красивая, она стояла у огневого рубежа, методично посылая пулю за пулей в мишень. Эдакая валькирия, приходящая за поверженными героями, даже если они ещё живы и сопротивляются.
   С трудом поборов шок, я подошёл к дежурному, распечатать оружейную сумку. Оказалось, что у него же можно докупить патроны к моим пистолетам. Взяв пару пачек, наушники и пяток мишеней, я расположился возле валькирии, поскольку других мест не было. Тир был двадцатипятиметровый на пять стрелковых мест.
   Мишень подавалась на место электроприводом, кнопку управления которым расположили на полу. Прицепив и отправив первую на дистанцию в пятнадцать метров, я отрешился от всего и в быстром темпе отстрелял оба магазина. Перезарядившись и снова отстрелявшись, вернул мишень. В принципе, точность и кучность попаданий меня устроили, поэтому, поменяв мишень, я отправил её на двадцать пять метров, настраиваясь настреляться в своё удовольствие.
   Добил опустевшие магазины. Ускорив скорость восприятия, я начал с максимально доступной мне частотой посылать пули в мишень, корректируя огонь и добиваясь попадания в одну точку. После первой перезарядки я почувствовал внутренний дискомфорт и, остановившись, огляделся. Прямо за мной, практически касаясь спины своей совершенной грудью, стояла давешняя валькирия и с интересом смотрела на мишень. Ещё больший интерес, переходящий в жгучее любопытство, если судить по её чувствам, у неё вызывали мои пистолеты.
   Пару секунд посмотрев через плечо на девушку, я поднял бровь в немом вопросе. На что мне взглядом было показано на мишень, мол, давай, давай, не отвлекайся. Пожав на это плечами, я продолжил. Отстрелявшись и демонстративно не поворачиваясь, принялся набивать опустевшие магазины. Пострелять я сегодня настраивался всерьёз. Терпение у валькирии оказалось не железное. Уже через десяток секунд послышалось покашливание, а когда я повернулся и снова повторил трюк с бровью, услышал нетерпеливое:
   - Можно? - И мне царственным жестом указали на пистолеты.
   Убедившись, что обойма вынута, я передёрнул затвор и рукоятью вперёд подал один из пистолетов, жестом приглашая девушку к рубежу. Приняв, она вскинула его, прицеливаясь в мишень, затем опустила руку и в недоумении начала рассматривать пистолет. Огнестрельное оружие, у которого отсутствует спусковой крючок, эта валькирия явно видела впервые. В обращённом ко мне взгляде застыл невысказанный вопрос, а в эмоциях поднималась буря злобной ярости. Девушка поняла, что я над ней пошутил.
   - Магия, - делано безразлично пожал я плечами. - Поджиг патрона и перезарядка происходят с помощью моей силы электричества.
   Буря стала ураганом, но внешне никак не отразилась. Преувеличенно аккуратно девушка положила пистолет на стойку огневого рубежа, и развернувшись на каблуках с такой скоростью, что её волосы хлестанули меня словно плети, походкой от бедра покинула тир. Вздох облегчения пронёсся по тиру, даже дежурный выдохнул и расслабился. Недоумённо осмотревшись, я пожал плечами и продолжил стрелять. В уме я оставил себе зарубку узнать, кто это была, и постараться больше с ней не пересекаться.
   Однако следующим днём была суббота, традиционно отводившаяся на самоподготовку. Решив, что подготовлен я достаточно, а вот деньги надо зарабатывать, я подписал бумагу на выход в город и уехал к братьям гномам. Прототип СВЧ-печи был готов, и мы весь день занимались его тестированием. Микроволновка с достоинством вышла из этой борьбы, и воскресенье мы провели, уже обкатывая идею с технологией шоковой заморозки.
   Следовало разработать саму технологию, основанную как на магии, так и на обычной технике. Как и у любого смотрящего канал Дискавери, в моей голове была настоящая свалка информации. Оставалось только выудить из неё нужную именно для осуществления наших планов. К концу дня принципиальный проект был готов, и, оставив гномов разрабатывать детали, я уехал в лицей.
   В понедельник опять всё закрутилось. Выполняя лабораторную по химии, я остался без обеда. И махнув на него рукой, по окончании уроков отправился на стрельбище со своей винтовкой.
   Стрельбище было полкилометра длиной и на значительно большее количество стрелков, что-то около двадцати мест. Тут также у дежурного можно было приобрести патроны. Правда моего калибра не оказалось под рукой, и он вызвал помощника, чтобы доставить их из арсенала. Дожидаясь патронов, я разглядывал присутствующих. Их было человек семь-восемь. Пара гномов зверолюд-волколак и остальные люди. Или аватары, подходить и интересоваться я, по понятным причинам, не стал. Оружие отличалось разнообразием: от винтовок у людей до чего-то с калибром даже большим, чем у моей винтовки. Возможно, это было гладкоствольное ружьё, но я всё больше утверждался во мнении, что это настоящая переносная пушка. Стреляло это нечто именно так. Следовал мощный бах, и затем мишень на расстоянии пятидесяти метров разлеталась на куски. Дежурный вздыхал и останавливал стрельбы. Все недовольно косились на гнома, который с независимым видом чистил своего монстра.
   Закончился этот цирк с конями, вернее с гномом, появлением давешней валькирии. Окатив меня яростным взглядом, она, тем не менее, подошла к дежурному и, распечатав сумку, ушла на огневой рубеж. Гном вдруг оперативно засобирался. Очевидно, барышня была ему знакома, и связываться с ней он не хотел. Это ещё больше утвердило меня в уверенности держаться от неё подальше. Однако нельзя не признать, взгляд она притягивала как магнитом. Высокая, с прекрасной спортивной фигурой, с изящными, но при этом сильными руками. Ноги, вместе с обтянутой тканью упругой даже на вид попкой, являли собой произведение искусства. Лёжа на стрелковом коврике с винтовкой, напоминающей "арисаку", она являла собой настолько аппетитную картинку, что я, не выдержав, отвернулся от греха подальше. Но постоянно ловил себя на том, что взгляд то и дело возвращался к стройной девичьей фигурке с оружием в руках.
   Спасло меня появление помощника дежурного с патронами для моей винтовки. Устроившись на рубеже, я установил винтовку на сошки и попросил поднять мишени на отметке в триста и пятьсот метров. Услышал хмык и почувствовал волну лёгкого презрения со стороны расположившейся через номер девицы. Занять другое место не позволяла конфигурация стрельбища, дистанция в пятьсот метров была доступна только на трёх центральных номерах. Недовольство же валькирии, как я понял, вызвал мой четырёхкратный оптический прицел. Она стреляла с открытого. Решив её игнорировать, я отстрелял первый магазин по ближней мишени. Перезарядился и отстрелялся теперь в дальнюю.
   Винтовка гулко хлопала, пули ложились кучно, и я чувствовал себя прекрасно. Разрушительной способности оружия оказалось достаточно, чтобы разбить мишени в щепу уже с первых двух магазинов. Разрядив оружие, пока мишени меняли, я поленился вставать и только перевернулся на спину, подставляя лицо последним редким лучам солнца. Закрыв глаза, я нежился, когда тень накрыла меня. Вознесясь на всю высоту своих прекрасных ног, юная амазонка, хмуро глядя на меня, показала на винтовку
   - Тоже под твою силу?
   Отвечать мне не хотелось, поэтому я, угукнув, закрыл глаза. И так без холодного душа сегодня вряд ли усну. И вообще, пора тряхануть братьев-гномов, а скорее даже их электрика, на предмет наличия мест с девицами не очень тяжёлого поведения, где не будет риска подцепить какую-либо неприятную болезнь. Тень с моей головы пропала, как и сама девушка со стрельбища, и в оставшееся время я настрелялся до дрожи в руках. Всё-таки отдача у оружия была зверская.
   Наступил новый день, и на меня, мирно обедавшего в столовой, обрушился ураган. Он имел непослушные соломенные волосы и до омерзения жизнерадостный характер. А ещё он был моим соседом по комнатам.
   - Слышал я, ты пнул Гончую под хвост, - практически заорал он, плюхаясь рядом со мной. - Стрелкова из-за тебя сбежала из тира.
   - Не имею ни малейшего понятия о ком ты, - со спокойствием Будды ответил я. В разговоре с Егором я придерживался правила ни на что не реагировать и ни в чём не сознаваться. Иначе уже к вечеру весь лицей будет в курсе того, о чём ты и сам ещё не знаешь. Хотя при всей своей болтливости Веселов был хорошим другом и обратившемуся за помощью никогда не отказывал.
   - А мне рассказали, что вы так мило общались. - Моя фантазия пасовала насчёт того, кому и где наше "общение" могло показаться милым. Однако озвучить это я не успел, в разговор вступила третья сторона.
   - Да? И я могу узнать, кто именно рассказывает о моём времяпрепровождении на территории лицея? - поставив поднос напротив меня, за столик уселась валькирия. - Я просто жажду узнать всё из первых рук.
   - Так это, - Егор смутился, но буквально через секунду ответил прямым взглядом, - простите, сударыня, я не выдаю свои источники информации.
   Я же говорю, хороший друг. Не предаст и всегда поможет. Ещё б болтал поменьше, цены б ему не было.
   - Что ж, похвально. Тогда может сударь найдёт возможность предупредить свои источники, что дальнейшее распространение слухов обо мне нецелесообразно и вредит вашему другу?
   - Я думаю, это возможно. Пожалуй, займусь этим прямо сейчас. - И ураган унёсся, оставляя меня наедине с девушкой. Ну, если не принимать в расчёт около пяти десятков студентов, обедающих вокруг.
   Удерживая покерфейс, я продолжал обедать, думая о вечном и стараясь не коситься на бюст соседки, нависавший над столом. Хороший такой бюст. Где-то не меньше двух с половиной. И форма красивая. И с этим надо что-то делать. Однозначно, на выходных в город, за нехитрыми мужскими радостями. А то невозможно же обедать.
   Не дождавшись от меня не единого слова, девушка с ходу взяла быка за, ну, пусть рога будут. Да что ж такое, до субботы ещё дожить как-то надо.
   - Я хочу оружие, как у тебя.
   - А я хочу красную рубаху, велосипед и трёх принцесс в гарем. - Моему спокойствию позавидовал бы даже Будда. Главное не забывать смотреть ей в глаза. Глаза - это выше, ещё выше, на лице.
   - Издеваешься, - от валькирии полыхнуло злобой. И тут же она успокоилась: - Издевайся, имеешь право. - А вот сейчас в эмоциях царила грусть и одиночество. Такой резкий переход выбил меня из колеи. И я совершил ошибку.
   - Зачем тебе оружие? Ты же девушка.
   - Точно издеваешься, - грусти как не бывало, в эмоциях ярость. - Я вторая дочь наследника рода Стрелковых!
   - И? - я поднял бровь. - Что должно мне это сказать?
   Девушка в изумлении откинулась на стуле.
   - Из какой берлоги ты вылез?
   - Милая барышня. Информирую вас, что там, откуда я вылез, берлог нет. Как и нет нор, логовищ, гнёзд. Нежить не терпит рядом с собой ничего живого. И в нашу тундру не доходила светская хроника о вашем, без сомнений, могучем Роде. А теперь разрешите откланяться, науки ждут.
   Я встал и, взяв поднос, пошёл к выходу, оставив девушку в одиночестве. Решение держаться от неё подальше было абсолютно правильным. Я немного лукавил, говоря о том, что не знаю ничего о её Роде. О нём я узнал уже в лицее, просто фамилия как-то ускользнула от меня. Сейчас же всё встало на свои места. И её увлечение оружием. И стрельба из револьвера сорок пятого калибра.
   Традиционно в Империи физическими бойцами были гномы и зверолюди. Они также могли поглощать ману, но направлялась она на укрепление физического тела. Их аурный щит сливался с кожей, делая её непробиваемой. Гномы были гораздо сильнее обычного человека. Зверолюди же брали в основном ловкостью, хотя по силе людям не уступали, а то и превосходили, как берсеркеры, например.
   Стрелковы были одним из немногих родов, развивавших не магию, а тело. В течение нескольких веков методично выискивая аватар, поглотивших красные Камни Душ, и вводя их в род посредством женитьбы, замужества, а то и просто подкладывая дочь или сестру, они смогли добиться хороших результатов. Силой они не уступали гномам, скоростью даже превосходили зверолюдей, обладали потрясающей регенерацией, но самое главное, это почти полное игнорирование магии, направленной непосредственно на них.
   При таких способностях основным направлением деятельности рода была ликвидация магов. Проще говоря, они были убийцами на службе императора. К слову, в самой Империи их деятельность особо не афишировалась, но и не скрывалась. Целями обычно были настолько зарвавшиеся маги, как аристократы, так и нет, что общественностью их ликвидация даже одобрялась. Приказ всегда подписывался лично Императорам. Так что в целом отношение к роду Стрелковых было нейтрально-положительным, и парией в лицее валькирия не была. Однако настороженность присутствовала, и её лишний раз старались не злить. А то мало ли.
  

Глава N 13 Бизнес.

   Короче, я выкинул из головы воинственную амазонку. Сама она на горизонте тоже не появлялась. И все свои силы я направил на организацию презентации доработанной братьями технологии шоковой заморозки. Были готовы чертежи основных агрегатов и примеры построения технологических линий. Причём умницы братья смогли создать всё это в двух вариантах: с использованием магических рун и без. Вариант с рунами был более технологичным, агрегаты более совершенны, но для обслуживания требовали аватара хотя бы с минимальным уровнем владения силы и навыками начал рунического письма. Вариант без рун был более громоздким, но мог использоваться где угодно и кем угодно.
   К тому же на презентации мы собирались дать рекламу нашим микроволновкам, которые хоть и пошли в мелкосерийное производство силами родни братьев, но пока в массовую продажу не поступали. Всё изготовленное расходилось по своим и в качестве "борзых щенков".
   Идея презентации состояла в возможности гостям самим убедиться, что после заморозки продукты могут не терять своих вкусовых качеств. Для этого были приглашены гномы из самых влиятельных родов Империи. Естественно с жёнами, которые лучше всех разбирались в вопросах вкусной и здоровой пищи. Пирожки тёти Фели, жены Торина, я до сих пор вспоминаю с умилением. Хотя на кухню лицея жаловаться грех. Там тоже работали гномы.
   Мы собирались продемонстрировать гостям набор продуктов, таких как фрукты, овощи, ягоды, мясо, рыба и несколько готовых блюд в разной упаковке. Затем всё это замораживаем. Даём гостям убедиться, что это именно те продукты. Затем размораживаем и даём попробовать. Готовые блюда будут в алюминиевом лотке для разогрева в духовке и в лотке из прессованного пенопласта, для микроволновки.
   Если всё грамотно оформить, то всё будет похоже на чудо. Играть на чувствах не искушённых рекламой жителей этого мира было немного противно. Я вспоминал себя, когда из телевизора на тебя раз за разом выливались потоки бреда типа "собери сто красных крышечек и получишь синюю кружечку". Однако я не собирался "впаривать фуфло", а просто продвигал очень экономически выгодную, кстати, технологию. Ну а то, что я на ней заработаю, так альтруисты вымерли раньше мамонтов.
   Для проведения презентации мне понадобился ведущий. Его мы нашли по наводке из местного театра. Конферансье, выгнанный за пьянку, перебивался случайными заработками, не брезгуя ничем. Вид, правда, имел куда как представительный и голосом владел отменно. Как сказал директор театра: "Если б не пил, на руках бы его носил, а так только прибить хочется". За предложенную работу экс-конферансье ухватился двумя руками. Однако веры ему не было, и мне пришлось идти на поклон к Егору, уговаривая закодировать падлюку. Тот согласился практически сразу, да ещё и бесплатно, хотя услуги целителя его уровня, даже начинающего, только с домашней подготовкой, стоили куда как не дёшево. Однако про альтруистов я был прав, и за кодирование нашего ведущего Егор напросился со мной.
   Правда выход я нашёл практически идеальный, отправив лекаря и пациента устраивать кастинг для девушек, которые будут работать на презентации. Никакой обнажёнки, что вы. Всё элегантно, но строго. С юбочками по колено. И разрез сбоку. Короче, на ближайшие два-три дня мой сосед был потерян для общества, юные нимфы унесли его в мир прекрасного. Хорошо ещё, что я успел составить анкету на десяток вопросов и сумел достучатся до окрылённого соседа, что каждая должна заполнить анкету, а я потом её проверю. Это давало мне робкую надежду, что уж совсем непроходимых дур удастся исключить. На карту поставлено слишком много, чтобы всё потерять из-за идиотки, но зато с коровьими глазами и выменем размера 4+.
   Светиться я не собирался, поэтому презентацию проводило Общество на паях "Братья Железностопы и Ко". Где Ко, в свою очередь, было фондом "Гуангронг" с небольшим, всего в пятьдесят пять процентов, паем. Капитан Чжан Бэй оказался параноиком почище меня. И оформил фонд с участием иностранного капитала. Это с одной стороны увеличивало налоги. С другой, уменьшало возможность его отжать. Поскольку оформление и переоформление подобных фирм всегда вызывало повышенное внимание имперских служащих. Я был оформлен в фонде исполнительным директором с правом подписи. Так что любой заинтересовавшийся фирмой братьев вынужден был за информацией ехать в Новый Уренгой, где был оформлен фонд. А если за дело возьмётся СИБ, то никакие ухищрения не помогут.
   Пока Егор развлекался, братья гномы носились по городу в поисках подходящего павильона. А затем, уже вместе с электриком, по самому помещению, устанавливая скороморозильный аппарат. Мы решили поставить один действующий аппарат, который будет выдавать полуфабрикаты. Тут же их будут фасовать в контейнеры из прессованного пенопласта и выставлять в витрину-холодильник со свободным доступом. Можно будет взять контейнер и отойти к другой стороне помещения, к столикам и закреплённым на стене микроволновкам. Суть идеи такова: подходишь, берёшь контейнер, идёшь к СВЧ-печкам, разогреваешь, садишься за столик и ешь. Всё бесплатно.
   Работать в таком режиме павильон будет неделю, а в воскресенье состоится крупная презентация для всех и отдельная для покупателей патента. Я не собирался устраивать торги, а просто хотел предложить купить лицензию на производство без последующих отчислений. Всего за пару миллионов. Но с каждого.
   Сам же я мучил мозг и писал, писал, писал. Кто где будет стоять, кто что говорить. Вспоминая опыт Земли, сделал памятки для каждого работника с перечнем фраз, которые необходимо использовать и заставил заучить. Заказал для детей игрушки из того же прессованного пенопласта, в виде героев былин. Игрушки полагалось выдавать в произвольном порядке каждому ребёнку, пришедшему с родителями попробовать наше рекламное блюдо.
   Нанять охрану, которая будет гонять бездомных, находить детей без родителей и предавать их им. Поговорить с бездомными, пообещав им все кары небесные, если сорвут мероприятие, а также вечером отдать оставшуюся еду.
   Короче, через три недели подготовки я походил на свежеподнятого зомби. А может, и не особо свежего. Перед наступлением недели "Хэ", я пришёл в кабинет завуча с "борзым щенком" в виде новенькой СВЧ-печи и выпросил увольнительную на неделю. Пообещав поставить подобные во все жилые комнаты практически по себестоимости, желаемое я получил и сразу уехал к братьям гномам. Реклама уже пару недель как крутилась по радио, телевидению и в газетах. Персонал был обучен так, что ночью разбуди, начнёт разговаривать положенными фразами, вызывая ностальгию по Макдональдсу. Конферансье был неприлично трезв и, поэтому, противен самому себе. Наступало воскресенье - первый день нашей рекламной компании.
   Прошло оно довольно буднично, если так можно сказать о проводимом действе. Конферансье толкнул речь и объявил акцию открытой. Все похлопали и пошли во внутрь, за своей порцией счастья в коробочках. Красивые улыбчивые девушки всех встретили, рассказали, что это на витрине такое и помогли с работой СВЧ-печи. Нанятый квартет лабал нечто бравурное. Охрана бдила.
   Начали мы ровно в полдень вместе с выстрелом из пушки. Да, тут тоже есть такая традиция. Несмотря на ноябрь месяц и лёгкий прихватывающий морозец, народа собралось прилично. Чтоб отогреться, мы предлагали горячи чай. Пара охранников постоянно находилась на улице, чтоб избежать любых неприятностей, связанных с холодной погодой. Время шло, но людей меньше не становилось. Уходили одни, приходили другие. Пока ещё кухня, оборудованная гномами в задней части павильона, справлялась, но к вечеру уже ко мне подошла повариха, дальняя тётка братьев, и заявила, что на завтра продуктов может не хватить. Даже я, видевший в интернете фотографии открытия первого Макдональдса в Москве, не ожидал подобного ажиотажа.
   Пришлось прыгать в машину и в срочном порядке искать источник поступления продуктов. Ещё на этапе подготовки мы остановились на проверенных временем и дорогами нагетсах и картошке-фри. Установив в зале аппараты для подачи соусов, мы получили недорогое, простое в приготовлении и достаточно вкусное блюдо. И сейчас мне предстояло найти поставщика курятины. С картошкой проблем не было.
   Помог, как ни странно, Егор. Обладая большим кругом знакомств, он подсказал владельца куриной фермы недалеко в пригороде. И даже съездил с нами на экстренные переговоры. И могу с уверенностью сказать, что только его присутствие позволило эти переговоры удачно завершить. Хозяину фермы категорически не хотелось срывать запланированный график поставок и пришлось пообещать ему дальнейшее сотрудничество и даже увеличение объёмов закупки.
   Сегодняшний наплыв людей натолкнул меня на мысль об организации сети быстрого питания. Да простят меня все боги этого мира. На обратном пути мы специально прокатились по улицам столицы, выискивая точки с фаст-фудом. Их оказалось удручающе мало. Хотя кому как, новые, не освоенные горизонты замаячили у меня перед глазами.
   Следующие пару дней всё прошло штатно. Народ шёл, персонал работал, музыка играла. Квартет мы нанимали только на открытие, и сейчас музыку исполнял катушечный магнитофон, до боли похожий на советскую "Электронику". Я ходил как-то на выставку о временах СССР и хорошо его запомнил.
   Беда пришла, откуда не ждали. Явилась проверка от местной СЭС. Братьев гномов одолел приступ косноязычия, и они могли только кивать и разводить рукам со звуками "ну", "это" и эпичным "вот так оно вот". Пришлось общаться самому. Продемонстрировав документы, подтверждающие мой статус, провёл чиновников по зданию павильона. Показал кухню, где готовились нагетсы и картошка. Продемонстрировал работу скороморозильного аппарата. Отвёл в санузел, который, кстати, тоже пришлось сооружать в павильоне, из-за чего схожесть с Мак-даком достигла критической отметки. Чиновники были настроены благодушно, и я закинул удочку насчёт постоянной работы павильона, как точки быстрого питания и базы подготовки полуфабрикатов для остальных. Мне важно покивали головой и сказали подъехать на неделе. Но Россия во всех мирах останется собой, и тут без "борзого щенка" не обошлось. Выглядело это как "Передача для испытаний установления возможности биологической угрозы от аппарата, СВЧ-печью именуемого". Короче, три микроволновки ушло в СЭС.
   Отправив комиссию, поглядел на братьев, смотрящих на меня глазами побитых щенков, таких, размером плеч как два меня, с окладистой бородой и руками, способными не просто гнуть подковы, но и ковать их без молота. Мысленно плюнул, похвалил за то, что вовремя меня позвали. Братья расплылись в улыбках и расправили плечи. Вопрос о том, кто будет проводить презентацию для потенциальных покупателей, встал предельно остро. Как мне не хотелось делать это самому, но на братьев надежды не было.
   И вот в воскресенье, в арендованном для презентации кинотеатре, я предстал перед приглашёнными потенциальными покупателями.
   - Добрый день, господа и дамы. Прошу Вас не удивляться моей молодости, это недостаток, который быстро пройдёт. Сегодня Вашему вниманию я хочу предложить технологию, позволяющую, ни много, ни мало, изменить экономическую карту Империи. Да-да, именно так. Давайте взглянем, как обстоят дела в сфере производства продуктов питания сегодня. Мелкие, точечные фермы и товарищества, обеспечивающие продукцией небольшую область вокруг себя. И так повсеместно, невзирая на производимый продукт. Массово производится лишь то, что можно увезти, пока оно не пропало. В основном это зерновые. Всё остальное либо потребляется на месте, либо консервируется и попадает конечному потребителю уже в таком виде. Согласитесь, вкус свежих продуктов и вкус консервы - это две большие разницы. Но представьте, что, если у вас будет технология, позволяющая сохранять продукты долгое время, при этом не теряя их вкусовых качеств. Выловили сегодня рыбу в море Наг, обработали и отправили в столицу. Через неделю хозяйка купила эту рыбу и получила свежий продукт, не потерявший ни грамма своего вкуса и полезности за время дороги. Вырастили в южных регионах фрукты, обработали и отправили на север. Через месяц другая хозяйка покупает, их и варит полезный и вкусный компот своим детям. За счёт увеличившейся географии поставок фермеры и товарищества могут увеличить объёмы своего производства. Жители районов, удалённых от места производства определённых видов продуктов смогут получить их по достаточно невысокой цене. Но и это ещё не всё. Наша технология позволяет пойти дальше. Например, многие студенты не успевают приготовить себе полноценный обед, а идти в столовую нет времени. Наша технология позволяет замораживать уже готовые блюда и полуфабрикаты без каких-либо потерь вкуса. Вы могли убедиться в этом, посетив наш павильон, который работает уже неделю. Достаточно взять такое блюдо, разогреть, и вы получаете полноценный обед. И во мне говорит не забота о голодающих студентах. Просто подобные полуфабрикаты и продукты, замороженные по нашей технологии, позволят изменить сам принцип устройства торговых точек. Сейчас мы видим мелкие палатки, торгующие одним, максимум двумя видами продуктов. Использование продуктов, замороженных по нашей технологии, позволяет создавать, как гигантские торговые центры, где будет представлен весь ассортимент, производимый на просторах нашей необъятной Империи, так и маленькие универсальные магазинчики шаговой доступности. Куда, идя домой с работы, может заскочить любой живой, взять замороженную овощную смесь, произведённую в западной области Империи, замороженные биточки, изготовленные в восточной области и замороженные фрукты, выращенные в южной. И получить прекрасный, вкусный и богатый витаминами ужин.
   Вот так я больше двух часов рассказывал, показывал слайды и отвечал на вопросы. Больше всего интересовала рентабельность производства. Уверив всех, что наша технология экономически чрезвычайно выгодна, я озвучил, что цена покупки лицензии составляет два миллиона рублей. За это вы получите чертежи аппаратов, детальное описание построения технологической линии и права на использование неисключительной лицензии без последующих выплат. Короче, когда все разошлись, унося брошюры с фотографиями и описанием преимуществ нашей технологии, я был чуть живой. Вот вроде не так долго происходила презентация, а у меня было чувство, что я неделю брёвна таскал.
   Можно было сказать, затея удалась. За последующие две недели общество на паях "Братья Железностопы и Ко" заключило более шестидесяти контрактов. Братья мотались между клиентами, объясняя непонятные моменты технологии или конструкции аппаратов. Павильон фаст-фуда начал работать в платном режиме. За ним приглядывала тётка братцев. Открытие других точек активно обсуждалось, подыскивались места. А я взял перерыв в экономической деятельности, следовало подтянуть учёбу и возобновить тренировки.
  

Глава N 14 Вербовка.

   И вот такого, расслабленного упорядоченным течением жизни, в переходе между корпусами меня подловила Стрелкова. Видимо, новую игрушку ей хотелось очень сильно, потому как сегодня в бой пошли женские чары. Расстёгнутая верхняя пуговичка, выразительные взмахи ресницами и так далее. И вроде, ничего вызывающего в поведении, а с другой стороны, смотрится убойно. Точнее смотрелось бы, не чувствуй я волну отвращения, к удивлению, направленную не на меня. Она презирала сама себя. Видимо, сама попытка использовать свою гендерную принадлежность вызывала у девушки неприязнь. Хотя формально всё было целомудренно.
   - Здравствуй. Ты в третий корпус? - и ресницами так хлоп-хлоп. - Извини за прошлое. Я повела себя грубо, - и глазки в пол. - А пошли вместе?
   - Ладно, забыли. Вот только скажи, это нормально, когда девушка подкарауливает парня в тёмном переходе? А то я человек сельский, городских порядков не знаю.
   - Я тебя не подкарауливала, - сквозь зубной скрип произнесла Стрелкова. - Я тут случайно.
   Я не собирался рубить хвост по частям. От внимания девицы, чей род тесно связан с СИБ, следовало избавляться.
   - А подруги твои тоже совершенно случайно выглядывают из-за угла? Я не спорю, выглядишь потрясающе, но ловить женихов таким способом - не твоё.
   Как меня тогда не убили на месте, история умалчивает. Пережив эмоциональную бурю, выслушав "да какой ты жених", "да она никогда", "да как ты только посмел" и ещё много-много чего и оставшись в одиночестве, я с облегчением вздохнул. Жизнь была прекрасна. А пистолет валькирия сама купит, когда массовое производство начнётся.
   Жизнь снова наладилась. Я ещё глубже вгрызся в гранит науки.
   Во время второй перемены, перед химией, одного из немногих уроков, которые мы посещали вместе с Веселовым, Егор влетел в состоянии повышенной возбуждённости. Он и так-то спокойствием не отличался, а сейчас его аж подбрасывало от стремления поведать всем, что на территории лицея заметили автомобиль с логотипом СИБ. Класс проявил живой интерес к новости, а у меня засосало под ложечкой от нехорошего предчувствия. Я уже начал подумывать, а не придушить ли мне "Наруту", как гонца, доставившего плохую весть.
   По закону Мерфи, если гадость может случиться, она случится непременно. Как и положено приличному закону, этот работал безупречно и в середине урока я был вызван в кабинет директора. Пришла за мной завуч первых курсов Сикорская. Выглядела она довольно взволновано, видимо, нечасто их посещает СИБ.
   - К нам прибыли два офицера СИБ. Настаивают на встрече с тобой. Тему беседы не раскрывают, прикрываясь государственной тайной, только сообщили, что речь идёт о периоде до твоего поступления к нам. Я надеюсь, за тобой не числится ничего противозаконного? Безопасность не будет приезжать без причины.
   - Антонина Петровна, я вас уверяю, что ничего противозаконного либо угрожающего лицею и его персоналу с студентами за мной не числится. Наоборот, я несу в мир только доброе и вечное.
   Сикорская резко остановилась, повернувшись ко мне.
   - Ирония здесь не уместна. Ты, наверняка, просто не понимаешь, как этот визит может испортить твою репутацию. Ты сирота и простолюдин, а значит изначально в более уязвимом положении. С тобой многие не захотят иметь никаких дел просто потому, что за тебя некому поручиться, о тебе не у кого спросить. Ты сейчас начал заниматься предпринимательством и весьма успешно. Но один такой визит, и ты можешь остаться без деловых партнёров. Они просто побоятся с тобой работать.
   - Антонина Петровна, я меньше всего склонен недооценивать значение этого визита. Но я действительно не участвовал ни в чём противозаконном. Бояться мне просто нечего, но это не значит, что я не буду осторожен в разговоре с представителями имперской безопасности.
   - Что ж, похвально. Если дело обстоит таким образом, тогда можешь рассчитывать на поддержку со стороны лицея. Так как ты несовершеннолетний, вести с тобой беседу они могут только в присутствии представителя лицея. Однако настаивают на том, что ты не будешь против конфиденциального разговора. Даже если это так, помни, что в любой момент ты можешь потребовать нашего присутствия.
   - Могу лишь предполагать, о чём пойдёт речь, но если это так, то я действительно буду не против переговорить с господами из СИБ с глазу на глаз. И, пожалуйста, не спрашивайте, о чём, это действительно секретная информация.
   Мы подошли к двери в переговорную. Она представляла собой достаточно просторное, светлое помещение с овальным столом посредине. В комнате находились директор лицея и два офицера СИБ. Оба были аватарами. В строгих чёрных костюмах, таких же туфлях и галстуках и при белоснежных рубашках они производили впечатление. Один был чуть повыше и моложе. Он имел небольшие усы и немного торчащие уши. Тот, что постарше, щеголял седыми волосами и небольшими залысинами на лбу.
   - Вот, как вы и просили. Александр Сергеевич Соколов, студент первого курса. - Директор подошёл мне: - С тобой хотят пообщаться, но настаивают на беседе без свидетелей. - Он посмотрел на офицеров.
   - Поручик СИБ Евгений Анатольевич Чернов, - отрекомендовался молодой.
   - Капитан СИБ Константин Николаевич Белов, - представился второй офицер. Я не позволил даже тени улыбки появится на лице. - Речь пойдёт о вашем рапорте, написанном двадцать девятого августа.
   Ну кто бы сомневался. Больше СИБовцам меня дёргать не за что. Я повернулся к директору.
   - Я готов побеседовать с господами офицерами и не против разговора без свидетелей.
   - Что ж, тогда мы вас оставим, - и директор с завучем нас покинули.
   - Присаживайтесь, Александр Сергеевич, - дружелюбно улыбнувшись, указал мне на стул Белов. - Нам есть что обсудить.
   Я сел на предложенное место, Белов устроился напротив меня, его напарник принялся расхаживать за моей спиной.
   - В рапорте, переданном в районное управление СИБ города Пангоды старшим техником вольного отряда "Пепельные вороны" Торином Каменотёсом вместе со шкатулкой, в которой находились три Проклятых Камня Душ, вы сообщили, что в результате засады, устроенной вами на участке границы Пустошей, был уничтожен Лич со свитой из двух Мёртвых Рыцарей. При этом была обнаружена перевозимая им шкатулка, содержащая Камни. Однако выехавшая группа егерей ничего там не обнаружила, кроме пятна опалённой земли.
   - То есть вы хотите сказать, что я это придумал? - в изумлении вскинулся я. - А шкатулку с Камнями сделал сам?
   - Мы констатируем факты, - жёстко сказал из-за спины Чернов, - а они таковы, что вы не явились с рапортом самостоятельно и покинули территорию ППД своего отряда.
   - Мы ничего не утверждаем, - мягко сказал Белов, - но есть некоторые вопросы.
   Я сидел в лёгком смятении. Это что, меня обвиняют в том, что эта шкатулка вообще появилась? Или нет? Вопросов становилось всё больше.
   - Например, где четвёртый Камень из шкатулки? - Чернов склонился надо мной - И почему ты так спешно покинул город?
   - Я уехал на учёбу. Время отъезда было определено заранее. Любое промедление означало, что к началу учебного года я опоздаю. В моём положении это было недопустимо. Именно поэтому я не передал рапорт и Камни лично. И в шкатулке их было ровно три.
   - Это ты так утверждаешь, - Чернов вновь принялся расхаживать за моей спиной. Это уже прилично раздражало. - Но факты говорят сами за себя. Так, например, ты не сдал государству Камень, полученный из дендроида. И более того, в твоих документах нет отметок о его поглощении. Отсюда вывод, что либо ты солгал при оформлении документов, либо продал Камень на чёрном рынке, а это коронное преступление.
   Я совсем перестал что-либо понимать. Причём тут тот Камень? К чему они ведут?
   - Документы оформлялись без моего присутствия, поэтому я не мог солгать. Камень я не продавал, а действительно поглотил его, но я решительно не понимаю, причём здесь это.
   - Именно потому, что ты умолчал об этом факте, у нас нет к тебе доверия. - Из глаз Белова на меня смотрела вся печаль мира. Тон его стал предельно дружественным. Весь вид офицера выражал укор, но такой, родительский. Типа, да, ты нашкодил, но пообещай вести себя хорошо, и я прощу тебя. Вот только в эмоциях был холод. Этого хватило, чтоб у меня в голове прозвучал щелчок.
   Да меня вербуют. Просто, без затей, разыграв сценку с хорошим и плохим полицейским. Прицепившись к формальному поводу. Документы действительно я сам не оформлял, и к тому же, поскольку Камень не нёс активных магических сил, особых отметок в документах он не требовал. Только фиксацию самого факта. Охренеть. Что ж, давайте поиграем, как вам нравится.
   - И что же делать? - я сделал вид что смутился. - Ведь там действительно было три камня.
   СИБовцы незаметно, как им показалось, переглянулись. В эмоциях расплылось удовлетворение.
   - Понимаешь, мы тебе верим. - Тон стал доверительным. Белов аж подался на стуле вперёд ко мне. - Но наше начальство требует тщательной проверки этого факта. И вот представь, что мы будем ездить сюда каждый день. Вызывать тебя, допрашивать. Как ты считаешь, долго аристо будут это терпеть? Я уже не говорю о администрации лицея. Ты же знаешь, что он курируется императорской семьёй. И когда им доложат, что есть студент, у которого проблемы с СИБ, как долго ты тут проучишься?
   Я кивал опущенной головой, просчитывая варианты. Идеальным выходило подождать предложения подписать согласие. И позвать директора с завучем. Наверняка им не понравится попытка вербовки в их лицее. А Белов продолжал.
   - И в этой ситуации ты должен сам пойти нам на встречу, доказать, что ты добропорядочный гражданин Империи.
   - Что я должен сделать?
   - Подписать бумаги о добровольном сотрудничестве с СИБ. Тогда ты станешь одним из нас, и мы сможем убедить начальство, что ты не виновен.
   - Стучать? - я вскинул голову в совсем не наигранной злобе.
   - Никто стучать тебя, егерь, не заставляет, - внутренне Белов недовольно поморщился. - Мы знаем, что такое воинская честь. Просто раз-другой поможешь нам. Проконсультируешь в вопросах оружия. У тебя же есть несколько патентов? Да и гражданским предпринимательством ты неплохо занялся. В шестнадцать лет поразительные успехи.
   - Хорошо. Давайте пригласим директора и подпишем бумаги.
   - Ну что ты как маленький. Такие документы не подписываются в постороннем присутствии, - в эмоциях сибовцев промелькнуло неудовольствие и настороженность.
   - И тем не менее. Во время прохождения обучения в данном учебном заведении именно директор должен заверять все бумаги учащегося. Так написано в уставе.
   - Да ты хоть понимаешь, что с тобой будет, если остальные узнают об этом? - подключился Чернов. - Да тебя со свету сживут. - Их эмоции уже откровенно полыхали злобой.
   - Я не делаю ничего предосудительного. Помогать Службе безопасности - это обязанность каждого гражданина. - Мысленно я скривился. Не то, чтобы я что-то имел против СИБ, как организации. Но, во-первых, вечное противостояние спецслужб и армейцев задело и меня. А во-вторых, стукачи мне были просто противны, а уж то, что такого хотят сделать из меня, было особо мерзко.
   - Давайте я схожу за ним, - я начал подниматься со стула.
   - Сидеть, - Чернов положил мне ладони на плечи, принуждая сесть. Как я сдержался, чтоб не врезать ему, не знаю. Видимо, он что-то почувствовал, потому как быстро убрал руки и отошёл от меня.
   - Подожди, - это был снова Белов. - Ты же понимаешь, что при директоре мы не сможем ничего подписать. Я понимаю твои чувства. Ты егерь, мы "молчи-молчи". Но подумай сам, что мы реально можем тебе дать. Вот ты быстро соображаешь. Воспринимаешь информацию и обрабатываешь её. По нашей информации твоя скорость мышления выше нормальной более чем в два раза. Но твое тело не может угнаться за твоим же разумом. Что тебе могут дать в вольном отряде? Как помочь? Я уважаю отряды как бойцов, они грудью встречают нежить, прущую из Пустоши. Но тебе там не место. В вольном отряде ты просто похоронишь себя заживо. Свои способности и свой талант. А ведь ты реально талантлив. Вон какую карусель устроил из продажи лицензии. И продал же, да не одну. И мы можем помочь тебе подняться ещё выше. И стать сильнее. Например, вот, смотри, - Белов достал из внутреннего кармана небольшую, сантиметров десять в длину, коробочку. Сдвинул крышку и продемонстрировал её содержимое мне. Там лежал Камень души. Поменьше, чем найденные мной у Лича, но тоже довольно крупный. - Этот Камень увеличивает скорость реакции. Ты сможешь уравновесить скорость тела и разума.
   Я сидел в полном охренении. Ладно, они меня пытались вербовать, зацепившись за нарушение, пусть и формальное. Но тут за сотрудничество предлагают целый Камень. Такой, который мне просто необходим.
   - Ты же должен понимать, что такого шанса больше не будет, - вступил Чернов. - Такие предложения делаются один раз в жизни.
   Это я прекрасно понимал. Как и то, что такие предложения не делаются вообще. От слова совсем. Тратить Камень на шестнадцатилетнего пацана-сироту, это нонсенс. Значит будет ещё что-то. И скорее всего, потребуется принадлежать СИБ телом и душой. А надо ли мне это? И стоит Камень, пусть и идеально мне подходящий, свободы? Ведь несомненно, что эту самую свободу я потеряю. Буду в шоколаде и на цепи. И не факт, что шоколад им и окажется. Весьма возможна другая, тоже коричневая субстанция. Кто сможет за меня заступиться при наличии подписанных бумаг? Администрация лицея? Вряд ли. Даже императорская семья в покровителях не поможет. Директор СИБ - двоюродный брат императора. Думаю, что братья между собой договорятся, а крайним останусь я.
   Короче, сделал я вывод, хороша Маша да не наша. Надо заканчивать этот разговор. Камень побоку, будем вольными птахами.
   - Понимаю. Однако я уже дал клятву Братству отряда. Кем я буду, если нарушу её? Поэтому, господа, считаю, на этом стоит закончить нашу беседу. Я понял ваши намерения, и у меня чёткий ответ - нет. Никаких бумаг о сотрудничестве я подписывать не буду. Ваш мини-спектакль "хороший городовой - плохой городовой" я оценил. Отличное исполнение. Что до Камня, то переживу как-нибудь. Я уже привык.
   Офицеры СИБ переглянулись. В их эмоциях царило удивление пополам с недоумением. Видимо, я был первым, кто отказался от такой плюшки. Однако решение мной было принято и слова сказаны. Поняв бесперспективность дальнейших переговоров, сибовцы скомкано попрощались и покинули комнату.
   Заглянувшая сразу после их ухода Сикорская подошла ко мне. Видимо, я, всё ещё в душе переживавший потерю Камня, выглядел не лучшим образом.
   - Я не буду спрашивать, о чём вы говорили, просто ответь, с тобой всё в порядке?
   Я молча кивнул.
   - Тогда иди в общежитие. От занятий я тебя на сегодня освобождаю. Приди в себя, выспись. Учиться будешь завтра. Я передам Веселову, чтобы занёс твои вещи.
   Я сдержано поблагодарил женщину и отправился в общежитие. Отдыхать мне не хотелось. Наоборот, я собирался переодеться и пойти пострелять. А ещё лучше отправиться на полигон отрабатывать техники магии льда. Продвижение в их освоении было достаточно скромным.
  
   Глава N 15 магия, учёба и бизнес
   Основная проблема в освоении наследия Рика оказалась банальной. У меня просто не было навыков работы с маной. Моя магия электричества была настолько слаба, что ни на что более, чем на удар током при прикосновении, не была способна. Да и тот получался далеко не смертельным. Им даже вырубить никого бы не получилось. Базы с техниками, конечно, помогали, однако они предполагали наличие базовых умений у реципиента. В свободном доступе баз с основами тоже не было. И завхоз, единственный знавший о моих силах, помочь мне не мог.
   Вот и мучился я, по сотне раз прогоняя известные мне приёмы управления маной, её преобразования и контроля техник. Ведь для того, чтобы применить магическую технику, было недостаточно одного желания. Мана, как бы вдыхалась сердцем, поступая из области мозга, затем преобразовывалась в силу той или тех стихий, которыми ты владеешь, и выплёскивалась в ауру. И уже используя эту силу, можно было построить магическую технику. Происходило это посредством мысленного формирования матрицы техники. Затем матрица напитывалась силой стихии и срабатывала. Звучит долго, и для ускорения техники, кроме мысленного построения, дополнялись мануально-фонетическими элементами.
   Всё это вылилось в создание целых школ магическо-боевых искусств. Где чередовались техники и обычные удары напитанными силой конечностями. Причём у родов аристократии были свои стили, зачастую абсолютно непохожие на классические. У Рика Снежного тоже был подобный стиль. Вообще про него было известно очень немного. Знали о его деятельности в Диких землях, это в районе нашего Ближнего Востока. В этом мире там резали друг друга с ещё большей яростью. Отсутствие воинствующих религий заменяли обычной жадностью и жаждой власти. Из-за близости Африки крупные державы не стремились занимать регион, предпочитая иметь буфер между собой и нежитью. И в нём, как грибы после дождя, плодились и множились самозваные аристократы и искатели приключений всех мастей. Наёмникам там был рай. Вот и Рик подвизался на этом поприще. За что и заслужил прозвище Отморозок. Это уже тут его начали звать Снежный.
   Магия льда довольно медленная. Даже при наличии материала для работы, жидкости, снега или льда, она не может нанести мгновенный удар на расстоянии. Вырастить сосульку из воды посредством магии можно за секунду. Но метать её в противника будешь отдельной техникой. Способа доставить получившееся в тело противника у меня на данный момент не было. Поэтому носители этой силы выполняли роль танков. Покрывая тело толстой коркой льда, создавали холодное, в прямом смысле этого слова, оружие и атаковали в рукопашную, попутно изменяя поле боя под себя. Также они были хороши в возведении фортификаций. Построенную ледяным магом сибирской зимой крепость было практически невозможно сломать.
   Рик отличался от остальных использованием особой техники преобразования химических элементов. Поскольку больше нигде такая техника не была описана, можно предположить, что это его личная разработка. Создавая лёд из различных компонентов и нанося на него руны, он достигал потрясающих результатов. Под воздействием напитанной силой руны преобразованный лёд приобретал различные свойства и формы. Например, при таянии получалась не вода, а кислота. Ещё одним из его любимых приёмов была "живая бомба". Рик вгонял в живот человека ледяное лезвие, покрытое рунами. И через некоторое время этот человек взрывался ледяными осколками. И тому подобное. Прибавьте к этому создание ловушек и ледяных магических мин и полУчите примерное представление о его технике.
   При всё этом, классического стиля боя ледяных магов Рик не чурался. Но даже такому мастеру, каким был мой донор силы, не удалось решить проблему скоростных атак льдом на средней и дальней дистанции. Однако я, опираясь на знания Земли и свои способности, кажется, нащупал решение этой задачи лично для себя. Я собирался создать прототип пистолета Гаусса, работающего на моей силе электричества и при этом стреляющего ледяными пулями.
   Идея была такова. Делаем пистолетную раму достаточного размера для нанесения рун. Накладываем рунную цепочку, которая станет выполнять роль конденсаторов электрического заряда. Она будет включать непосредственно три руны концентрации и управляющие элементы, чтобы активировать их последовательно. Ствол делаем из магически проводимого диэлектрика, можно даже стекла или керамики. На него наматываем три катушки по числу рун. В основании ставим электромагнитный толкатель с возвратной пружиной. В рукоять будут подаваться баллоны с водой.
   В камере заряда будет формироваться ледяная пуля из металлизированного льда. Поскольку пуля создаётся магией, то даже при относительно небольшом размере я могу нанести на неё руны, просто заложив их в матрицу. Более того, у Рика уже были подобные техники. Достаточно было просто минимизировать их размеры. Затем толкатель пред ускоряет снаряд, посылая его в полёт через ствол. Катушки последовательно подхватывают его, увеличивая скорость. В итоге получим достаточно мощное и относительно скорострельное оружие для боя на дистанциях до пятидесяти метров.
   В принципе, можно было использовать диэлектрическую проницаемость разных форм льда и буквально на коленке создать пушку Гаусса самому. Но тут вставал вопрос удобства использования, способа подачи рабочего тела, то есть воды, и скорострельности. Но в качестве оперативного оружия, если остался совсем без всего, могло подойти. Пока же я решил остановиться на варианте с керамическим стволом. Возможно, будет большой износ, поэтому нужны натуральные эксперименты.
   На выходные я отправился к братьям-гномам. Нужно было обсудить создание для меня пистолетов Гаусса, а также определиться, что делать с павильоном "быстроедальни". Для этого была вызвана тётка братьев, заправляющая сейчас в заведении. В принципе, как бизнес, создание сети фаст-фуда было куда как выгодным. Если учитывать опыт моего мира и использовать некоторые маркетинговые действия, прибыль могла быть очень солидная. Но оставались организационные вопросы. Мы хорошо заработали на продаже лицензий. Однако требовались деньги для организации производства СВЧ-печей. Либо стоило продать лицензию с отчислением процентов с производства. Это тоже стоило обсудить. Ну и основным было то, что следовало определяться в вопросе субординации. Если проекты СВЧ-печи и технологии заморозки были фактически выполнены гномами, моя там была только идея и принцип работы, то в новом бизнесе мне придётся брать управление в свои руки. Просто потому, что никто больше не представляет, что это такое - сеть быстрого питания. И следовало определиться, со мной они или нет. Примут ли меня в качестве руководителя, или же мы разбегаемся. Отдавать командование кому-то другому я не желал. Пусть я буду жадиной, зато с деньгами.
   Разговор с братьями прошёл удачно. Они сами признали, что не имеют понятия, как и что делать дальше. Поэтому никаких обид быть не может. Только просили за свою тётушку, которая пока командовала павильоном и уже приехала для обсуждения дальнейших действий. Оперативно получив от неё подзатыльники, братья почесали головы и скрылись в мастерской.
   Выработка стратегии развития бизнеса заняла у нас все выходные. Мы исписали кучу бумаг, порой споря до хрипоты. Явана, тётка мастеров, настаивала на разнообразном меню, и дай ей волю, оно было бы невероятно огромным, включая настолько экзотические блюда, что меня брало сомнение что их вообще хоть кто-то закажет. С трудом удалось её убедить остановиться на максимум десяти наименованиях.
   Оставив гному решать вопросы вкусной и полезной пищи, я сбежал к братьям. Попытка на пальцах объяснить принцип работы пушки Гаусса понимания не принесла. Пришлось разбивать процесс на этапы. Для начала гномы решили проверить саму способность электромагнитной катушки разгонять попавшее в него тело. Дав братьям новую игрушку, я опять вернулся к их тётке. Сейчас должны были подъехать рекомендованные ею бухгалтер и юрист.
   Итогом выходных стало создание сети "Скороедальни Пышкин дом". Регистрацией новой организации занялся нанятый юрист - благообразного вида старичок, представившийся Львом Ивановичем Цукерманом. Что, в принципе, меня не удивило, уж слишком канонического вида был юрист. Бухгалтером же стала монументального вида гнома с не менее звучным именем Брунгильда Катикамень. Выглядела сия достойная дама настолько грозно, что, по-моему, законы арифметики должны были сами меняться в угоду сведения годового отчёта этой валькирией. В общежитие я вернулся окрылённый и полный радостных надежд.
   Жизнь вновь вернулась в привычное русло: учёба днём, тренировки по вечерам. Первым делом я принялся за отработку техники иглы металлизированного льда. Следовало не только отточить саму технику, но и постараться модернизировать её, уменьшив размеры снаряда до приемлемого для использования в моих пистолетах Гаусса. Сложность была в том, что я слишком мало знал о системе построения матрицы техники. Более того, эта система была во многом построена на ощущениях и индивидуальных особенностях ауры каждого мага. То есть, получив из базы знание о принципах построения, выражавшихся не только в форме матрицы, но и, во-многом, в ощущениях этой формы, реципиент начинал подгонять эти ощущения под себя, добиваясь полного слияния в собственном сознании формы, ощущения и результата. И только тогда получалось что-то вменяемое. Мне же предстояло практически вслепую изменить результат. Трогать матрицу я опасался и поэтому работал только с ощущениями. Увеличить или уменьшить ток маны в матрице, а может, нужно просто мысленно сжать матрицу и посмотреть результат. Работы было много, и следовало соблюдать предельную осторожность, чтоб не повредить самому себе.
   Не давал мне совсем пропасть в пучине наук и техник Егор Веселов. Обладая лёгким характером, он не обижался, если я, задумавшись, не отвечал или наоборот, мог сорвать раздражение. И ему невозможно было отказать, когда Егор приходил вытащить меня в клуб общежития. Эти эмоции вселенской печали и взгляд побитого щенка лишали меня сил сопротивляться. Приходилось идти в клуб, слушать его бесконечные байки и анекдоты. Не то, чтобы я был букой и сам не желал развлечься. Просто, понаблюдав за спаррингами магов, прошедших подготовку в своём роду, я понял, насколько плачевно моё положение. Если по силам я теперь был на достаточно приличном уровне, то всё остальное хромало на обе ноги. Скорость построения техник и их количество, взаимодействие техник и тактика магического боя. В общем, всё то, чему я должен был научиться практически с нуля.
   Пока я решил сосредоточиться на техниках, которые можно вписать в мои умения уже сейчас. Во-первых, это была "Ледяная броня". Техника, позволяющая быстро нарастить на теле толстую ледяную корку, прекрасно выдерживавшую атаки противника. При этом она оставалась достаточно гибкой и подвижной. В рукопашном бою или при использовании холодного оружия её можно было покрыть шипами или сформировать щитки. Были ещё несколько аналогичных техник, но у всех них имелись и свои недостатки. "Ледяная Броня" была наиболее универсальной и функционально удачной техникой. Однако и наиболее сложной. Пока доступ к ней я получить не мог, прорабатывая лёгкие модификации техники, но наметил для себя использование именно её как основы.
   Вторым моим рабочим инструментом должна была стать техника создания оружия "Ледяной клинок". Достаточно простая в освоении, она могла, при высоком уровне владения, преподнести немало сюрпризов. Начиная от сохранения режущей кромки острой как бритва за счёт постоянного подтаивания и заканчивая техникой работы со смещающимся центром тяжести, использование которой как облегчало замах перемещением центра тяжести к рукояти, так и усиливало удар при утяжелении конца лезвия. Если учесть возможность пустить ток по растаявшей воде и мои навыки во владении короткими клинками, эта техника подходила мне идеально.
   Третьей по списку, но первой по значению, шла техника "Морозное дыхание". Как таковая она угрозы не несла. Просто в достаточно большом объёме охлаждала воздух до появления тумана и выпадения его в росу. Это позволяло быстро набрать материал для использования техник. Конечно, всё зависело от территории, на которой находился маг. Но я в пустыню не собирался, а в Империи техника работала отлично. И к тому же, будучи сконцентрированной в небольшом объёме, она могла вызвать серьёзное обморожение. А если этот объём дополнительно сжать и, создав сопло, направить в сторону противника, получалось неплохое оружие на дистанции до пяти метров. На высших модификациях дистанция и площадь увеличивались, и максимум, о котором я слышал, был около двухсот метров.
   Маги огня пользовались похожей техникой, только называлась она, соответственно, "Огненное дыхание". Кстати, по похожему принципу они выстреливали свои фаерболы. Создавали комок перегретой плазмы, помещали его в сопло подобной техники и направляли на врага. Я тоже пробовал так метать сосульки. Но при отсутствии направляющих их закручивает колесом в полёте, и в цель они не попадают. Со снежками дело обстоит получше, однако, в отличие от огня, они практически не наносят опосредованного урона. Так что идея с пушкой Гаусса мне казалась более перспективной. Ещё Рик использовал подобные техники для создания своих мин и ловушек. Так что я поставил для себя первоочередной задачей освоить эту технику на как можно более высоком уровне.
  

Глава N 15 Новый год

   А тем временем надвигался Новый Год. В году было двенадцать месяцев. Они чередовались через один с длительностью в тридцать дней и тридцать один день. В Аркании выраженных религий не было. Поклонялись жизни, как таковой, и то: поклонялись - слишком громко сказано. Скорее отдавали дань уважения и почитания. Поэтому смена года не несла в себе каких-либо следов религии, а просто была привязана к наиболее короткому дню в году. Однако официально год менялся с первого числа следующего месяца. Неделя до Нового года и неделя после официально считались каникулами. И весь лицей разъезжался праздновать по домам.
   У меня отношения с этим праздником не сложились. Пока я был маленький телом и жил с дедом, мне казалось, что это глупость. Дескать, я, матёрый попаданец, буду изображать из себя тут чего-то, стоя на табуретке. Деда это очень расстраивало, и он частенько ворчал, что, став аватаром, я больше потерял, чем приобрёл. До этого, дескать, был ребёнок, как ребёнок, бегал, играл, а как стал аватаром, словно подменили. Всё читает, сидит да медитирует. Хорошо хоть, спортом занимается.
   Но когда я попал в крепость, то с тоской вспоминал эти праздничные посиделки с дедом. Потому как это время в Пустошах проходило под знаком нежити. Весь этот период мы жили фактически в осадном положении. Нежити не страшен холод и ветер, ей не мешает темнота. Наоборот, чем сложнее погодные условия для живых, тем выше шансы нежити удачно напасть на крепость. За пять встреченных в отряде Новых годов только дважды нас не штурмовали. Конечно, в основном это были небольшие отряды, которые просто проводили разведку боем. Однако бывало, что подходили и крупные соединения, в составе которых были даже Архиличи. Но, к счастью, разведка оперативно засекала движение крупных сил, и им на встречу выдвигались имперские легионы. Мне такое увидеть не довелось, но рассказов я наслушался предостаточно.
   Приготовившись встречать Новый год в одиночестве, ну, максимум к братьям гномам собирался заскочить, я был жестоко обломан в своих начинаниях. Оказывается, меня никто не собирался оставлять в лицее, и я был просто обязан поехать с Егором к нему в имение встречать праздники. Попытки отказаться, отбрехаться и просто закрыться в комнате никакого эффекта не принесли. На попытку сказаться больным мне рассмеялись в глаза и велели собираться, мол, машина скоро будет.
   Ехать до имения рода Веселовых было около ста двадцати километров. Нас забрал мощный дизельный внедорожник и с надёжностью ледокола "Ленин" повёз по обледенелой трассе. Морозы стояли около минус тридцати градусов по Цельсию, но внутри этого колёсного монстра было куда как тепло, печка работала прекрасно. Вокруг расстилалась живописнейшая местность, укрытая пушистым снегом. Всё было настолько величественно красиво, что даже постоянная болтовня Егора не раздражала. Кстати, ехать я не хотел только потому, что боялся не пережить большого количества ему подобных болтунов.
   К счастью, семья у Егора оказалась хоть и шебутной, и шумной, но до его уровня никак не дотягивала. Глава рода Веселовых Андрей Егорович выглядел как типичный доктор конца девятнадцатого века. Благообразный с бакенбардами мужчина лет сорока пяти, абсолютно невозмутимый, являлся одним из лучших специалистов в Империи, а возможно и за её пределами, по сердечно-сосудистым заболеваниям и вопросам, связанным с энергетической функциональностью сердца. Проще говоря, он был профи во всех вопросах, связанных с деятельностью сердца, включая магическую тоже. Являлся, как и жёны, личным лекарем императорской семьи. При этом был совершенно лишён великосветского апломба. Принял меня он в своем доме сдержанно, но тепло, фактически предоставив всё руководство подготовкой к Новому году своим жёнам.
   Их у главы рода было две. Наталья Матвеевна, невысокая, пышных форм и с инстинктом курицы наседки, являлась виднейшим педиатром столицы. Егор был её вторым сыном из пятерых детей. Самый маленький представитель рода, смотрел на суету вокруг, с рук старшей из сестёр, не выпуская соску. Вторая жена, Инга Олеговна, являла собой полную противоположность первой. Высокая и статная, она, не меняя выражения лица, руководила этим домашним хороводом, раздавая указания, наказывая провинившихся и награждая заслуживающих того. Однако этот образ давал трещину, стоило узнать, что у этой холодной с виду дамы четверо своих детей, и она души не чает во всех детях вне зависимости от матери.
   Увидев всех братьев и сестёр Егора, я понял, откуда у главы рода такое стоическое спокойствие. Девять детей либо закалят ваши нервы до крепости легированной стали, либо вы сойдёте с ума, пытаясь хотя бы сосчитать их в отдельно взятый момент времени.
   Праздновать Веселовы предпочитали у себя в поместье в узком семейном кругу. Так что, кроме меня, гостей больше не было. Однако ощущение одиночества и удалённости от цивилизации было чуждо этому дому. Вечное броуновское движение, смех, слёзы и снова смех. Ощущение праздников было настолько яркое, что меня, не привыкшего ни в одном из миров к такому, просто ошарашило. А затем втянуло в этот упорядоченный хаос.
   Вместе с Егором и его двумя старшими братьями мы отрывались, как могли. Основная идея была такова - скучно быть не должно. А вот делать можно было всё что угодно, в рамках приличия, разумеется. Подбить мелких на строительство снежной крепости и устроить в ней грандиозное побоище снежками, чтоб они потом стали похожи на ожившие сугробы. Поехать погонять на снегоходах, а потом кататься на лыжах, привязавшись к снегоходу верёвкой. Да и просто съездить в соседнюю деревню на ярмарку, поучаствовать в межмировой забаве "стенка на стенку" и получить в морду, встать, дать в морду, самому получить ещё и улететь отдыхать на снег. Короче, веселье било через край, иногда попадая по голове.
   Вечерами, когда маленькие представители рода ложились спать, мы собирались в гостиной у камина поиграть в карты и обсудить извечные мужские вопросы. Отец Егор оказался великолепно эрудированным человеком и обладал поистине энциклопедическими знаниями. Слушать его было очень интересно. Было видно, что сыновья отца обожают и пытаются подражать. Но не самый большой возраст, а старшему, вот только, исполнилось восемнадцать, и общая непоседливость организма, именуемая отцом не иначе как "шило в седалище", сводило все эти попытки на нет. Что их совсем не расстраивало и служило поводом для самоиронии.
   В качестве подарка мне пришлось вспоминать правила "Монополии" и потратить целый день на изготовление поля, фишек и валюты. Пробную игру я проводил сам, играя со старшими детьми рода Веселовых. Собственно, сам я не играл, а был "банкиром", попутно уточняя правила и объясняя непонятные моменты. Игра особенно понравилась младшим Веселовым, а старшие, радуясь возможности увлечь их и освободить какое-то время для себя, тут же установили дежурство, кто и когда играет с ними. Прислуги в имении был необходимый минимум, так что старшие дети были приучены заботиться о младших, и все друг о друге. Вообще жил род лекарей очень дружно, проявляя чуткость и заботу к родным.
   Эти каникулы стали для меня в некотором роде откровением. Домашний мальчик на Земле, "ботаник" без братьев и сестёр, но с постоянно занятыми родителями, и сирота в этом, кроме деда и отряда матёрых головорезов, другой семьи не знавший, я был буквально околдован теплом взаимоотношений этих людей. И тем острее я чувствовал своё одиночество. В один из вечеров, сидя у камина и глядя на огонь, я понял, что хочу не просто стать сильным или заработать много денег. Основной целью я наметил для себя создание сильного рода. И вот для этого мне нужны и деньги, и сила. И возможности для получения и того, и другого у меня есть.
   Главным направлением, наряду с накоплением капитала, я выделил получение наследного дворянства. Добиться этого можно двумя способами. Либо военной службой, либо гражданской. Свои плюсы и минусы были в обоих случаях, и я решил оставить этот вопрос до окончания лицея и сосредоточиться на работе с магическими техниками. Если за три года я смогу подтянуться до уровня аристо, вопрос с дворянством можно будет считать практически решённым.
   После того, как я расставил приоритеты в своей жизни и наметил цель, настроение выправилось и до конца каникул оставалось прекрасным. За день до начала учёбы мы с Егором поехали назад, в лицей.
   Ехали мы в тишине. Даже Егор, наобщавшись с семьёй, поумерил свою говорливость. Водитель с охранником тоже в разговоры вступать не торопились. А для меня, всё-таки немного уставшего от обилия детей и впечатлений, это было как нельзя кстати. Я сидел в машине, несущейся по шоссе сквозь заснеженный лес, и бездумно смотрел в окно, прислонившись головой к стеклу.
  

Глава N 16 Нападение

   Внезапно, примерно в сорока километрах от поместья, по машине нанесли магический удар. Выглядело это как будто колёса с правой стороны вдруг натолкнулись на препятствие, и машина, перевернувшись через крышу, улетела в кювет. Ещё когда мы отъезжали из лицея, меня удивило требование охраны пристегнуть ремни безопасности на заднем сиденье. Сейчас же я был им за это чрезвычайно благодарен. Машина, кувыркаясь, влетела в сугроб и остановилась, стоя на крыше. Скорость была относительно небольшая, поэтому особых повреждений никто не получил. Максимум пару ушибов.
   - Сидите тут и не высовывайтесь, - с этими словами водитель махнул руками, выпуская магическую технику в сторону сразу обеих передних дверей. Снег перед ними спрессовался, давая возможность выйти наружу, что водитель и сделал. За ним из передней пассажирской двери выскользнул на улицу охранник, довольно молодой волколак, уже вооружённый двумя револьверами сорок пятого калибра. Однако было понятно, что просто так нас не отпустят. Снег вокруг машины вскипел от прилетевшего из леса фаербола. Округу заволокло паром, часть из которого была сметена порывом ветра вступившего в бой водителя. С другой стороны машины послышались удаляющиеся хлопки выстрелов револьверов волколака, значит, он тоже не попал под удар огня.
   - Нехилые у вас охранники, - усмехнулся я. - Кто он рангом?
   Было заметно, что Егор нервничает, в такие передряги ему попадать ещё не доводилось. Мне, в принципе, тоже, с живыми я пока ещё не воевал, но какой-никакой боевой опыт у меня имелся.
   - А это не наши. - Всё-таки держался Веселов молодцом, в истерике не бился, был собран и относительно спокоен. - Это СИБовцы, из отдела охраны особо важных персон. Родители - придворные императорские лекари, и нас охраняют по высшему разряду. У водителя, вроде, ранг мастера ветра. И продержаться нужно минуты три, потом придёт помощь с дирижабля, барражирующего над этой трассой. Тут много имений влиятельных родов и аристократии, приближённой к императорской семье. Поэтому патрулирование осуществляется постоянно. И поэтому мы сидим в машине, как приказано, и ждём помощь.
   - Да я не против, - усмехнулся я. - Просто висеть вверх ногами - не самое приятное ощущение.
   - Ну, думаю, если мы встанем на ноги, то нас ругать не будут, - к Егору возвращалась его непробиваемое хорошее настроение.
   Замок заклинило и пришлось перепиливать ремень. За окнами продолжали бухать револьверы охранника, но к ним присоединились хлёсткие выстрелы винтовок. Похоже, засада была организована серьёзно, но охрану от СИБ не учла.
   Не успел я допилить ремень Егора, когда машина зашевелилась и раздался жуткий скрежет. Со стороны дверей кузов начал деформироваться, как если бы мы попали в пресс для старых автомобилей. Судя по скорости сжатия металла, авто было бронированное, но стёкла, не выдержав нагрузки, уже вылетели. Становиться похожим на тюбик использованной зубной пасты мне жутко не хотелось, поэтому, дорезав ремень, я ухватил Егора за воротник, помогая встать на ноги, и подтолкнул его к заднему окну.
   - Давай в темпе, валим.
   Видимо, Веселов поддерживал моё мнение и шустро выполз из машины. Вывалившись за ним в снег, я увидел жуткую картину. Обхватив авто с обеих сторон, земля сдавливала его, медленно, но неуклонно преодолевая сопротивление металла. Будь автомобиль обычным, нас раскатало бы в блин за несколько секунд. Похоже, что нападающие всё же учитывали все факторы. И это означало, что нам надо было в темпе валить отсюда подальше.
   Хорошо, одеты мы были не в зимнюю форму лицея, годную только добежать из одного корпуса в другой, а в свою гражданскую одежду. Ну, относительно гражданскую. По моему совету Егор купил себе полукомбинезон с курткой из мембранной ткани. Лёгкий и удобный, он тем не менее хорошо защищал от холода и ветра. Вот только если я выбрал светлый, практически как у зимнего камуфляжа, цвет, то Веселов вырядился в костюм абсолютно попугайской расцветки. Ухватив Егора за шкирку, я заставил его пригнуться и потащил по кювету вдоль дороги в сторону поместья. В выборе направления я руководствовался логикой, что магу необходимо было видеть объект воздействия, а проще сделать это было с другой стороны, дальней от поместья рода Веселовых. Тащиться по глубокому снегу и тянуть за собой юного лекаря, было не самым простым занятием. Плюс свободной рукой я постоянно контролировал пистолет, лежащий в кармане куртки. Сунуть в карман руку и открыть огонь, не вынимая пистолет, было секундным делом, но сначала следовало понять, в кого стрелять.
   Бой магов разошёлся не на шутку, лес уже горел, а ветер, подвластный водителю автомобиля, хлестал порывами и поднимал тучи снега, залепляя глаза. В белой круговерти было уже непонятно, куда идти и что вокруг. И только эмпатия помогла мне почувствовать приближение живого. Толкнув Егора лицом в снег, я сунул руку в карман и открыл огонь по направлению, откуда приближался источник эмоций. О прицельной стрельбе в такой ситуации было глупо мечтать, однако я корректировал выстрелы, улавливая эмоции нападавшего и увеличив скорость восприятия. Судя по ним, ему не нравилось, когда по нему стреляют. И это я ощутил на себе, словив удар в голову из снежной пелены. Отлетев в сугроб, я почувствовал, как мне заламывают руки, уперев колено между лопаток. А ещё я осознал, что владею эмпатией на слишком низком уровне. Нападающих было двое, теперь, когда они разделились, я ясно чувствовал эмоции второго живого. И, судя по лёгкой дрожи земли, это был маг, раздавивший машину.
   Мысленно проклиная охрану, которая вместо выполнения своих обязанностей умчалась воевать с нападавшими, я всеми силами пытался сбросить с себя противника. Но судя по весу, это был кто-то из зверолюдей, и его мои трепыхания не впечатляли. Вот на моей руке защёлкнулось одно из колец наручников, и тут же нападавшего сорвало с моей спины порывом ветра. Стремительно приближавшийся водитель - маг ветра прицельно всадил в зверолюда чем-то из своего арсенала. Судя по эмоциям, особых повреждений это ему не нанесло, но попытка захвата провалилась, и нападавшие вынуждены были вступить в бой, теряя, драгоценное для них время.
   Я пополз к Егору, который так и лежал в сугробе, куда я его толкнул. Вся попытка захвата не заняла и двух десятков секунд и, ослеплённый поднявшимся бураном, Веселов не мог сам ориентироваться в пространстве. А от схватившихся магов следовало убраться подальше. Помочь охраннику-водителю мы всё равно ничем не сумели бы, но попасть под "дружественный огонь" могли запросто.
   Пострадать от этого самого пресловутого "френдли фаера" мне всё-таки довелось. Егор, не став разбираться, кто хватает его за руку, свободной зарядил мне в корпус, да ещё с применением какой-то своей лекарской техники. По голосу и особо вежливым идиомам опознав меня, он, конечно, извинился, но легче мне не стало. Я сделал себе внутреннюю пометку не драться с лекарями врукопашную. Только магия и огнестрел и желательно с максимальной дистанции.
   Взявшись за руки, как малыши в детском саду на прогулке, мы рванули через сугробы подальше от бьющихся магов. Я корректировал курс таким образом, чтобы ощущение эмоций воюющих было всегда строго за спиной, так как других ориентиров было не разглядеть. Однако отпускать нас никто не собирался. Судя по чувствам нагонявшего нас живого, это был зверолюд и он был очень зол. Но сегодня был явно не его день. Между нами оставалось уже меньше пары метров, когда сверху рухнул фаербол, заставив зверолюда метнутся в сторону. Прибыла кавалерия из-за холмов, намереваясь раздать всем сёстрам по серьгам. Взрывная волна разогнала на мгновенье снег и обернувшись я увидел матёрого лиса в зимнем камуфляже и с защитными артефактами на шее. И он тянул из кобуры на бедре револьвер не меньшего калибра чем у охранника Веселовых. Судя по всему, поняв, что захватить нас уже не получится, он решил нас просто пристрелить. Об этом говорил и его взгляд, буквально впившийся в меня, и эмоции, наполненные спокойной холодной яростью, отчаяньем и решимостью.
   В который раз за день я опять толкнул Егора в сугроб и рухнул на него сверху сам, выпуская всю доступную мне ману в попытке сформировать ледяной щит, способный закрыть нас от выстрела. Расстояние в три метра до стрелка оптимизма не прибавляло и, когда первая пуля свистнула у меня над головой, я вдруг понял, что, возможно, следующую неделю проведу на том свете. Осознание этого послужило мощным стимулом, заставив удвоить усилия по созданию щита. Однако следующий выстрел резанул по мне ощущением агонии умирающего живого. И шли эти эмоции от нападавшего на нас лиса.
   Стряхнув так и не сформированный до конца панцирь, я приподнялся, оглядываясь за спину. Кумихо лежал с простреленной головой и, судя по расположению пулевого отверстия под подбородком, он застрелился сам. Причина этого поступка обнаружилась практически мгновенно, когда, отшвырнув меня от Егора и опять уткнув лицом в снег, мне заломили руки, накинув на запястье второе кольцо от болтавшихся на мне наручников.
   Пока разобрались, кто есть кто, прошли не лучшие пара минут в моей жизни. С другой стороны, лежать на снегу со скованными руками было гораздо комфортнее, чем бегать от бандитов, рискуя получить пулю в спину. К тому же обижаться на людей, делавших свою работу, я просто физически не мог, поэтому, когда меня подняли и сняли наручники, заявил, что претензий не имею.
   От внедорожника остался смятый с двух сторон кусок металла. Маг земли, превративший бронированный автомобиль в лепёшку, уже лежал, скрученный по рукам и ногам, под присмотром одного из сибовцев. Перестрелка закончилась, и из леса подтягивались бойцы ГБР СИБ, ведущие немногих захваченных живыми нападавших. Среди них был и напавший на нас маг огня. Пленных складывали в ряд и жёстко пресекали их попытки между собой разговаривать. Если судить по языку, то нападавшие были не из империи, хотя одеты они были в местный зимний камуфляж. Всего живыми удалось взять шесть людей, включая двух магов. Вообще среди нападавших, кроме лиса-кумихо, других металюдей не было. Это было странно, но подтверждало версию о заграничном происхождении нападавших. Откуда около столицы империи могла взяться хорошо вооружённая, иностранная банда, мне было совершенно не понятно. С другой стороны, это была не моя головная боль. Пусть СИБ отрабатывает свой хлеб.
   Водитель и охранник остались живы и почти невредимы. Волколак мог похвастаться парой лёгких ранений, а водителю, похоже, досталось по рёбрам во время схватки с магом земли. Егор остался совершенно без повреждений, а у меня после удара побаливала голова. Рискнув довериться навыкам хоть и молодого, но всё же лекаря, я попросил Веселова убрать боль и уже через пару минут наслаждался её полным отсутствием. Сотрясения у меня не было, как пошутил Егор: "Был бы мозг, тогда б и сотрясение было". Его начало здорово потряхивать адреналиновым откатом, но держался Егор молодцом, разве говорил не замолкая, постукивая при этом зубами. Вообще, несмотря на то, что подобные развлечения были для него явно в новинку, вел он себя более чем достойно, как во время нападения, так и после. Я не сказал бы, что сам чересчур опытен в этих вопросах, для меня это тоже был первый раз, когда меня пытались похитить или убить живые. Однако жизнь в крепости на границе Пустошей гораздо больше способствует наработке необходимого в стрессовых ситуациях опыта, чем проживание в своём имении возле столицы Империи, под охраной СИБ.
   Подошедший дирижабль, носитель группы быстрого реагирования, был не более двадцати пяти метров в длину и четырех в ширину. Благодаря относительно небольшим, для дирижабля, габаритам он спокойно сел на чистой от леса полосе вдоль дороги. Нас вместе с захваченными бандитами загрузили в него и отправили на опорную базу СИБ в этом округе, являющуюся также местом стоянки служебной техники. Располагалась она в пятидесяти километрах от столицы и имела очень приличную территорию. Но рассмотреть её нам не дали. Сразу по прилёту мы с Егором были посажены писать подробный рапорт о произошедшем. Интересовало безопасников буквально всё. Кто знал, что мы в имении Веселовых, кто знал, когда мы поедем назад и чем мы занимались на каникулах, и прочее-прочее. А после этого пришлось всё повторить сначала, но уже в личной беседе. Спас нас отец Егора. Вопросы пошли уже на третий круг, когда он буквально ворвался в кабинет и заявил, что забирает нас и сам довезёт до лицея. Поспорив, скорее чисто для проформы, сибовцы дали добро на наш отъезд, настояв, однако, на сопровождении своей группой. Отказываться было глупо, и мы небольшой колонной отправились в сторону столицы. Естественно, нападать на пусть и небольшую, но хорошо вооружённую колонну никто не стал и через три часа мы с Егором ввалились к себе в комнаты, живые, но уставшие от впечатлений за этот длинный день.
  

Интерлюдия N 4

   Относительно небольшое помещение было оборудовано по последнему слову медицинской техники. Различные медицинские аппараты соседствовали с несколькими кроватями, застеленными кипенно-белым, накрахмаленным постельным бельём. Из-за письменного стола навстречу вошедшему поднялся хозяин этого медицинского блока, одетый в столь же белоснежный халат.
   - Добрый день, Ваша светлость, - подчёркнуто официально поприветствовал он гостя. - Вы на что-то жалуетесь или по службе?
   - Андрей Егорович, я приношу извинения за непрофессиональные действия своих сотрудников, на них будет наложено взыскание, - посетитель выглядел невозмутимо, но чувствовалось, что данная тема ему неприятна. Причём не самим фактом извинений, а тем, что такое вообще случилось. Ведь в следующий раз, возможно, нужно будет не приносить извинения, а выражать соболезнования.
   - Алексей Михайлович, - взгляд лекаря потеплел, - я понимаю, что накладки случаются даже у вашей службы. К тому же всё закончилось хорошо. Однако прошло уже трое суток с момента нападения, а мне до сих пор неизвестно ни кто это был, ни их мотивы. Я запретил всем покидать имение, фактически перешёл на военное положение. И именно это волнует меня сейчас гораздо больше, чем компетентность ваших служащих.
   - Вот об этом я и пришёл поговорить, Андрей Егорович. - Руководитель СИБ уселся в предложенное ему кресло. Худощавый мужчина с виду лет пятидесяти пяти-шестидесяти, одетый в безупречно сидящий чёрный костюм, он производил впечатление гончей, которая если встанет на след, то не свернёт с него до конца. В его глазах можно было увидеть не только упорность в достижении цели, но и недюжий ум. А в сочетании с родовой способностью к ментальной магии все это делало руководителя спецслужбы Империи второй по величине фигурой на политической доске страны. При этом Императору и, по совместительству, своему двоюродному брату, он был абсолютно предан.
   - Слежку за вашим поместьем начали вести за три дня до нападения. Все нападавшие не являются гражданами Империи, были завербованы в Диких землях. Прибыли поодиночке, каждый получил адрес явки в столице. Там уже их ждало оборудование, оружие и одежда. Всё новое, образца армии Империи. Никаких контактов в столице никто из них не имел. Все общение с заказчиком происходило через кумихо, который застрелился. Найм также проводил он. Нам удалось установить его личность. Якуб Возняк, кумихо рода Фенеч, родился в Объединённой Европе на границе с Империей, был изгнан за убийство родича, провёл более тридцати лет в Диких землях, наёмник, собрал свой отряд, но поддержал не того самопровозглашённого королька, и отряд был уничтожен, бежал В СГШ. В империю въехал по поддельным документам. Судя по всему, нанят для акции он был ещё в СГШ, получил аванс для найма исполнителей, коих и нанял в Диких землях, которые очень хорошо знал. Все концы обрываются на нём, вот только есть одно "но".
   - Андрей Егорович, - глава СИБ взглянул в глаза лекаря, - вы принимали у себя в имении некого Александра Сергеевича Соколова, аватара шестнадцати лет, который вместе с вашим сыном был в машине, подвергшейся нападению.
   - А при чём здесь этот мальчик? - в голосе Веселова царило искреннее недоумение. - Неужели вы хотите сказать?..
   - У нападавших были найдены фото этого молодого человека, что дает право предполагать, что целью бандитов являлся именно он. Кроме того, Соколов оказался замешан ещё в нескольких очень неприятных историях
   - Это вы про инцидент у ворот лицея?
   - И про него тоже. Даже несмотря на то, что ход делу давать не стали, поскольку вина охраны присутствовала, факт вооружённого нападения на лицо, исполняющее свои служебные обязанности - это серьёзное преступление. Прибавьте сюда его участие в дуэли со смертельным исходом и не одним, а третьего участника Соколов жестоко изувечил. Но и это не самый значительный эпизод в его жизни. К сожалению, больше сказать вам не могу. На дело наложен гриф секретности самим государем.
   - Я вас решительно не понимаю Алексей Михайлович. Да, молодой человек импульсивен, где-то даже болезненно горд. Однако я склонен списать это на издержки воспитания в сугубо мужском коллективе. Я не оправдываю его поступки. И в случае дуэли и при конфликте с охраной лицея можно было поступить более сдержано. Но привитое ему в вольном отряде построение отношений в сугубо мужских коллективах не позволило Александру среагировать по-другому. На попытку унизить его, опустить по иерархической лестнице он ответил агрессией, не взирая, были ли это хмельные отпрыски аристократов или скучающая охрана, решившая развлечься за его счёт.
   - То есть, он будет кидаться на любого, покусившегося на его чувство собственного достоинства?
   - Ни в коем разе. Александр абсолютно адекватен. Оба случая были лишь ответом на неприкрытую агрессию. Просто имея соответствующее воспитание, он привык давать отпор сразу и максимально жёстко. При обычном общении же у него присутствуют и хорошо подвешенный язык, и чувство юмора, и в какой-то мере самоирония, позволяющая ему поддерживать свой авторитет, не доводя дело до конфликта. При этом дружба и товарищество для него не пустой звук, что он доказал при нападении, защищая Егора и в какой-то момент даже закрыв его собой от пули. И то, что в него просто не попали, этого факта не исключает. Несмотря на несколько гиперактивный характер, Егор хорошо разбирается в людях, что в очередной раз и подтвердил. И я уверен, что знай Соколов о ведущейся за ним охоте, он никогда не стал бы рисковать посторонними людьми. Правда, не поручусь, что он явился бы к вам за защитой, а не попытался решить всё самостоятельно. Несмотря на его несомненную лояльность Империи, СИБ он почему-то недолюбливает.
   - Как вы говорите, издержки воспитания в вольном отряде. Вечный конфликт безопасности и армии. И хоть в основном я согласен с вашими выводами относительно Соколова, я предлагаю направить его энергию в более продуктивное русло.
   - То есть работать на вас? - Лекарь нахмурился - видимо вы пытались уже его вербовать и не получилось.
   - Служить Империи, а не мне! - В голосе главы СИБ лязгнул металл - и вот как раз что бы донести до него эту мысль, мне нужна ваша помощь, точнее помощь вашего сына - Егора.

Конец интерлюдии

  

Глава N17 Город

   Следующая неделя прошла относительно спокойно. За пределы лицея нам отлучаться запретили, и для обсуждения дальнейшего направления развития пришлось вызывать Явану, как директора сети "Пышкин дом", к себе. Хорошо, что тётка она оказалась понимающая и, узнав о моих приключениях, чуть не дала по шее за предложенную попытку уехать из лицея. Заявив, чтоб я "сидел и не рыпался, покуда супостата не повяжут" она, тем не менее, предложила ещё пару мест для открытия точек питания. Получив моё добро, отчалила работать, оставив после себя огромный пакет с выпечкой. Ну, в этом была вся гномья натура. Закормить насмерть - для них дело принципа.
   Собираясь честно поделиться с Егором, я, тем не менее, вынужден был съесть всё один, поскольку Веселов был всю неделю неизвестно чем занят. Приходил он поздно, уходил рано, и, можно сказать, мы с ним совсем не виделись. В свете последних событий это напрягало, но не то чтобы очень. Мало ли, какие у него дела. Ещё начали напрягать в столовой ухмылки Стрелковой в мой адрес. Вернее, не сами ухмылки, на них мне было поровну, а эмоции, некая смесь злорадства, ехидства и ожидания. Вот это реально нервировало. Я уже собрался поговорить с ней после выходных и в воскресенье лёг спать, настроившись на серьёзный разговор с девушкой, следовало расставить все точки над ё.
   Проснулся я как-то резко и полностью. Что-то в тишине, окружавшей меня, было не так. Я лежал с закрытыми глазами, продолжая мерно дышать и пытаясь по звуку определить окружающую меня обстановку. Школа егерей отряда сильно этому способствовала. Тишина распалась на звуки, обычно едва различимые и сливающиеся в игнорируемый фон. Вот ветер колыхнул занавеску окна. Значит, окно открыто и через него доносится тихий звук, напоминающий прибой. Звук отражается от стен тихим эхом. Стены каменные или бетонные, но не деревянные и не покрыты чем-то вроде ковра или гобелена. Температура довольно высокая. Для середины зимы так просто невозможная, где-то двадцать пять-тридцать градусов Цельсия. Я одет, на руках ощущаются мои полуперчатки. Судя по отсутствию звуков дыхания, рядом нет живых. Мысленно досчитав до трёх, я ускорил до предела скорость восприятия и рванулся в сторону, перекатываясь и одновременно выхватывая из кобуры пистолеты. Взглянул в одну сторону, оценивая обстановку, и тут же повернулся в другую, готовясь открыть огонь по любой опасности.
   Комната была пуста, если не считать низкого топчана, на котором я лежал. Окно, занавешенное какой-то тряпкой, было действительно открыто. У него вообще не было рамы. Ухватив импровизированную занавеску, я сорвал её. В лицо дыхнуло запахом разогретых на солнце камней. Вид улицы, освещённой послеполуденным солнцем, навевал мысли о Ближнем Востоке. Такие же дома с плоскими крышами, убогие с виду. Такая же выжженная солнцем земля. И такая же жара. Как я мог из столицы империи попасть в Дикие земли, мне было решительно не понятно.
   Прежде чем идти искать виновных и причинять им справедливость, следовало произвести ревизию всего имеющегося у меня. Я начал выкладывать все, что было в карманах, на топчан. Одет я оказался в летнюю форму пустынного окраса, судя по всему, с вшитой вентиляцией и в такого же цвета разгрузку. На ногах берцы, руки в полуперчатках. Рядом с топчаном нашлась панама. Выложив всё, что было, я окинул взглядом получившийся натюрморт.
   Итак, два пистолета калибра девять миллиметров с электорподжигом. Два тао, покрытых рунами, обнаружившиеся на привычном месте, на спине, рукоятями вниз. Помпа, короткая, на три патрона, также была закреплена между лопаток. Прочная металлическая цепь была обмотана вокруг пояса. Шестнадцать магазинов от пистолетов по двадцать патронов в каждом. Двадцать пять патронов к дробовику. Я расковырял один. Там была картечь, а не пуля, которыми я обычно снаряжаю патроны. Всё чудесатей и чудесатей. Тёмные очки, зажигалка, индивидуальный медпакет и фляга, я отхлебнул из неё, с слегка подсолённой водой.
   Не густо, а главное абсолютно не даёт ответов, где я и как тут оказался. И полное отсутствие документов видится в этом свете плохим знаком.
   Разложив вещи по местам, я решил не дожидаться ночи, а попробовать аккуратно осмотреться. Для начала, стоя сбоку от окна, я осторожно выглянул на улицу. Да, это выглядело глуповато, если вспомнить, как лихо я сдёрнул занавешивающую его тряпку. Однако лучше поздно, чем никогда. Осторожность ещё никому не вредила.
   Окно располагалось на втором этаже, и тот кусок улицы, который я мог увидеть, был пустынным. Однако некоторые детали наталкивали на интересные выводы. Брошенный плюшевый мишка с оторванной лапой, перевёрнутая тачка с вещами, завязанными узлом в простынь, потерянный тапок. И следы крови на стене противоположного дома. Осознание пришло мгновенно. Далёкий гул - это не море. Это люди, большое количество живых людей. А всю эту картину можно описать одним ёмким словом - погром. Предположение подтвердилось: я в Диких землях.
   В Аркании Ближний Восток был не менее неспокойным местом. Их граница с Империей проходила примерно вдоль разделяющей известные только мне Туркменистан и Узбекистан реки Амударьи. Затем по прямой через Кабул, откуда, уже гранича с государством зверолюдов Чжунго, доходила до реки Куррам и вместе с ней впадала в Индас, спускаясь к Аравийскому морю. Между Каспием и Чёрным морем граница проходила приблизительно в том же месте, где на Земле находятся Армения, Грузия и Азербайджан. Со стороны Африки Дикие земли граничили с Египтом. И они действительно были Дикими.
   Империя и Чжунго держали их как буфер против нежити из Африки и не вмешивались военной силой в этот кипящий котёл. Многие столетия межплеменной войны, подогреваемой наемниками и финансируемой спецслужбами разных стран, превратили регион в место средоточия сброда со всего мира.
   Безденежные аристо со своими дружинами ехали сюда поправлять свой бюджет, самопровозглашённые правители организовывали свои государства, а всевозможные пророки существующих и новосозданных религий собирали свою паству. Волны нежити, с регулярностью раз в столетие накатывающие на регион, оставляли его почти пустым и безжизненным. Но уже через несколько лет он снова заселялся живыми, не желающими жить по законам других государств. И погромы были одним из их методов привести окружающую действительность в соответствии со своими убеждениями.
   И кто-то забросил меня в эту самую глубокую дыру на карте мира. Желание пообщаться с этим "кем-то" нарастало в душе у меня как снежный ком. Так много ласковых и добрых слов просились на язык. Руки непроизвольно сжимались в дружеских объятиях, как будто ощущая в ладонях шею благодетеля.
   Однако времени рефлексировать не было. Если нет никаких поставленных задач, значит, следует как можно быстрее покинуть это гостеприимное место. И чувство самосохранения вопило мне, что идти надо ОТ толпы, а не к ней. Это чувство я очень ценил за мудрые советы и его основного проводника, буквально чующего собой опасность, очень берёг. Поэтому я не стал выходить из комнаты в дверь, а спустился через окно прямо на пустую улицу.
   Развернувшись спиной к доносившимся звукам, я осторожно пошёл вдоль улицы. Придерживаясь одной стороны, я внимательно наблюдал за дверями и окнами противоположной. В окнах своей я тоже старался не светится, наклоняясь и проходя под ними. Подойдя к повороту, я лёг на землю и аккуратно выглянул из-за него. Риск был, однако на низкорасположенные предметы внимание обращают меньше, а проверить, что там, стоило. Осмотрев всё ещё пустынную улицу, я в темпе миновал этот поворот и буквально через пять метров увидел ещё один. Однако, зайдя за него, я увидел ту же улицу, как будто я вышел из-за первого поворота. И стоял я лицом к доносившимся звукам.
   Чувство полного и абсолютного охренения накрыло меня. Мозг отказывался понимать, как такое возможно. Развернувшись, я снова попробовал преодолеть этот участок улицы, но опять оказался в том же месте. Кроме того, за спиной отчётливо хлопнула дверь. Кажется, этот неведомый "кто-то" очень не хочет, чтобы я ушёл, не взглянув на толпу. Раньше я и не предполагал о наличии таких сил в этом мире. Сейчас же, ощутив её действие на себе, мне стало реально страшно.
   Вариантов было всего два, идти к толпе или оставаться здесь. И оба мне совершенно не нравились. От толпы способных на погром людей я по определению не ждал ничего хорошего. Пусть даже это сбор филателистов, вместе, действуя как единое, сторукое и стоногое существо с именем "Толпа", живые превращались в абсолютно не рассуждающий механизм, Действующий по своим законам. И у одиночки против него не было шансов.
   Оставаться здесь или залезть в какой-нибудь дом было чревато опасностью навлечь на себя гнев неведомой личности, забросивший меня в эту жопу мира. Поэтому я решил пока двигаться по направлению гомона живых, но по возможности обойти их, не вступая в контакт.
   Также со всеми предосторожностями я двинулся в обратный путь. В том, что это не напрасно, я убедился буквально сразу. За очередным поворотом лежал труп зверолюдки-волчицы. Порванное платье, залитое кровью, множество ножевых ран и следов от ударов тупыми предметами. Некоторые валялись прямо тут же, сломавшись в процессе избиения о тело волколаки. Убивали её различной домашней утварью, и это означало подтверждение моих подозрений о погроме.
   Удвоив осторожность, я двинулся дальше. Следующей находкой оказался мёртвый гном, а точнее дварф. Гномы - существа социальные, жизни без родни и клана они себе не представляют. Поэтому самым страшным наказанием у них считается не смертная казнь, а изгнание. Осуждённый теряет право носить бороду и зваться гномом. Теперь и до скончания веков он дварф. В империи их почти не было, не уживались они с бывшими сородичами, а вот в Диких землях, наоборот, практически не было гномов.
   Но не расовая принадлежность была самым привлекающим внимание в этом трупе, а то, что он был без одежды и практически без кожи, местами даже проглядывали кости. И лежал он на пятне пропитанного кровью песка, посреди улицы, мощённой камнем. Это был очередной очень плохой признак, из череды всех плохих признаков за сегодняшнее утро. Дварф был убит магом земли, если конкретнее, то магом стихии песка. Самая быстрая из всей магии земли, она была особо опасна в этом регионе, где песка ну просто очень много. Наличие мага у нападавших было самой мерзкой новостью за сегодня, исключая лишь само появление меня здесь.
   Аккуратно обойдя тело, стараясь при этом не наступать на песок, я двинулся дальше по улице. Скорость моих шагов была обратно пропорциональна громкости голосов сотен живых, располагавшихся впереди. Чем они были ближе, тем медленнее я шёл, дольше вглядывался в происходящее за поворотами и замирал, стоило почудиться любому движению. Выбитые двери и окна некоторых домов скорости мне не прибавляли. Как и кровавые потёки на стенах. Встретилась мне также и лавка дварфа, возможно, даже того, который лежал сейчас в луже своей крови. Выбить двери или вырвать окна нападавшие не смогли и поэтому просто подожгли её. Видимо, хозяин забаррикадировался внутри лавки, но от пожара не скроешься, и он решился на прорыв. Вот тут его и достали.
   Тем временем стало понятно, почему шум напоминал мне прибой. За более тихими отрезками следовал взрыв криков, как будто там, дальше, происходил митинг, и выступающих благодарили аплодисментами. Вот только кажется мне, этот митинг был кровавым.
   Я подошёл уже настолько близко, что слышал голос, что-то кричащий толпе. Стало ясно, что буквально за следующим поворотом я увижу, что же там происходит. Но желания лезть напрямую у меня не было совершенно.
   Подойдя поближе, я увидел узкий проулок, перпендикулярно отходящий от основной улицы. И на фасаде дома, в нём расположенном, был небольшой балкончик, позволяющий подняться на него с земли, а оттуда перебраться на крышу. В этой бесснежной местности кровля домов была плоская и позволяла залечь на ней, спрятавшись от любопытных глаз, и понаблюдать за происходящим.
   Залезть на дом было несложно. Подползя к бортику, опоясавшему крышу, я, сняв панаму, аккуратно приподнял голову над ним. Сказать, что увиденное мне не понравилось, это очень сильно приуменьшить. На площади, посреди людской толпы, был возведён самый настоящий эшафот. И на нём на коленях стояли металюди. Как раз сейчас дюжие мужики выдернули из них волколака, цветом шерсти похожего на убитую, что я встретил на дороге, и, что-то надрывно крича при этом, уложив на установленную тут же колоду, отрубили ему голову. Кровью было залито всё вокруг эшафота, включая людей, буквально грудью на него наваливающихся. А один из палачей, держа отрубленную голову за волосы, что-то дико проорал и, размахнувшись, бросил её в толпу. Та взвыла в экстазе. Голова волколака пошла по рукам. Каждый хотел что-то проорать небесам, потрясая отрубленной частью тела. А тем временем к месту казни уже тащили следующего.
   Но не эта кровавая вакханалия заставила шевелиться волосы у меня на голове. А то, что с самого края группы металюдей, были чётко видны хорошо знакомые мне фигуры. Егор Веселов, Стрелкова и ещё двое аватар, парень и девушка, которых я видел в лицее, стояли на коленях, со связанными за спиной руками. Избитые, окровавленные, они уже не сопротивлялись, тупо ожидая конца. Ярость и ненависть, вот чувства, охватившие меня в тот момент. Я ненавидел этих фанатиков, я хотел их крови, и только осознание того, что, напав прямо сейчас, я никого не спасу, удерживало меня от атаки. Но ребят следовало вытаскивать, это я решил для себя чётко. Я или спасу их, или сдохну, пытаясь это сделать. Третьего не дано. Шансов на то, что в последний момент появится кавалерия из-за холма и всех убьёт, не было. Это не кино, а я не Анка-пулемётчица.
   Кстати о пулемётах. Буквально через два дома, на улочке, похожей на ту, по которой я пришёл, мордой к площади стоял небольшой пикап с установленным в кузове крупнокалиберным пулемётом. И никого непосредственно рядом с ним не было, видимо, экипаж, подавшись порыву, влился в ряды беснующихся фанатиков. Окрестив данное транспортное средство роялем, я рванул назад в проулок. Судя по тому, что я видел сверху, по нему я как раз и доберусь до машины.
   Выглянув из переулка, я понял, что не ошибся. Машина была там, передним мостом выехав уже на саму площадь. А возле кузова, подпрыгивая, чтобы лучше всё разглядеть, нёс часовую службу щуплый подросток лет четырнадцати на вид. Я, стараясь не шуметь, вынул из-за спины тао. Глупо было рефлексировать из-за одного паренька, способного поднять шум и помешать мне, если собрался убить десятки человек. К тому же обезглавленное тело гнома возле машины, на которое он взобрался, чтобы лучше видеть происходящее, купировало жалость в зародыше. Поэтому, подойдя со спины, я ладонью зажал рот незадачливому часовому, оттащил вглубь улицы и тесаком перерезал ему горло. Путь был открыт.
   Сам пулемёт был мне отлично знаком. Именно эту модель ставили на лёгкую бронетехнику по всей Империи. Сделанный по системе Гатлинга, он имел блок из шести стволов калибра двенадцать и семь, вращающихся от электропривода. Питание боеприпасами осуществлялось лентой из подвешенного сбоку пулемёта короба. К моей большой удаче, как и положено порядочному роялю, мой был оснащён защитным щитком, который хоть и снижал обзор, но защищал от ответного огня противника, а в моём случае ещё и скрывал меня от посторонних взглядов.
   Запрыгнув в кузов, я осмотрел оружие. Лента уже была заправлена и, судя по горящим индикаторам, питание на мотор, раскручивающий стволы, тоже подавалось. Оставалось только зажать кнопку, запуская двигатель, и открывать огонь. Почему здесь бросили полностью снаряжённый крупнокалиберный пулемёт практически без охраны, я не понимал, да и понимать не хотел. Рояль он и есть рояль. И сейчас я сыграю на нём свой ноктюрн.
   Звука раскручивающегося блока стволов из-за рёва толпы слышно не было совсем. Довернув пулемёт вправо и вниз, я выжал гашетку, выпуская смерть на волю. Ведя линию огня влево по толпе, я лишь контролировал, чтобы стволы не задрались вверх, дабы не зацепить находящихся на эшафоте. На то, что творится внизу, внимания я принципиально не обращал. В этот момент я был благодарен тому, кто забросил меня в этот город, за то, что я появился здесь вовремя, за то, что он привёл меня на эту площадь, и за то, что у меня не работала эмпатия. Выдержать чувства и эмоции стольких умирающих от моей руки людей я бы не смог просто физически. Я бы или сразу сошёл с ума, или просто потом застрелился.
   Толпа ещё не поняла, кто и как её убивает, и люди ещё не начали разбегаться, прячась от огня, когда лента уже закончилась. Прошло всего секунды три-четыре, а площадь представляла собой жуткое месиво из человеческих тел. Собравшись и заставив себя не воспринимать убитых людьми, а иначе я рисковал заблевать всю округу, я посмотрел на помост. Убитых мной на нём не было, и, в основном, никто ещё не понял, что произошло, однако пара человек не просто смотрели в мою сторону. Жест одного из них до боли напоминал магическую атаку, так что, не дожидаясь её результатов, я ласточкой сиганул из кузова машины, ударился плечом, но, перекатившись, встал на ноги и бросился бежать к знакомому мне переулку. Следовало оторваться от возможного преследования и отсидеться, пока основой шум не утихнет.
   Пулемёт за моей спиной с грохотом развалился, разрезанный магией. Один из этих фанатиков оказался магом ветра, одним из самых сволочных боевых магов. Быстрые атаки, возможность летать, большое количество материала для своей магии отличали эту стихию, делая её второй по силе боевой магией. Первой по умолчанию считался огонь. Но мне за глаза хватит и ветра, особенно если маг достаточно силён, чтобы взлететь. А ведь есть ещё и маг земли, который тоже один из этих уродов.
   Поговорка про муху всё-таки была права, и через какую-то секунду машина за моей спиной была погребена под валом песчаных щупалец, как будто одного мага за спиной мне было совершенно не достаточно.
   Мой план был прост - проскочить несколько переулков, удаляясь от площади, чтобы посмотреть, сможет ли ветряк полететь за мной. Если нет, то я планировал забраться на крышу дома и уходить дальше по верхнему ярусу, а ля Ассасин Крид, ну, или принц Персии для старичков. Крыши тут плоские, бегать по таким одно удовольствие, и, отойдя подальше, я хотел затаится и переждать облаву, которая непременно случится.
   Если же этот урод достаточно силён, чтобы летать, придётся уходить по земле. И тут проблем гораздо больше, начиная от ограниченности обзора и того, что я элементарно не знаю город. Сверху хотя бы видно, что где находится.
   Пока я размышлял, ноги проносили меня уже через третий переулок, оставляя место казни позади. Шума погони было ещё не слышно, но я не сомневался, что её уже выслали. На стороне моих преследователей было знание города и многочисленность, даже если среди них больше нет магов, кроме этих двух, то достаточно было просто нашуметь и задержать меня, пока они не подойдут или сразу положат меня на месте. Но скорее всего попробуют захватить для показательной казни. Поэтому я нёсся по узким кривым улочкам восточного города, не жалея ног.
   Увидев очередную разграбленную лавку, я решил проскочить на соседнюю улицу через неё. Риск столкнуться в помещении с кем-то был высок, но и находиться долго на одной улице мне тоже было нельзя, а переулок, как назло, не встречался. Достав тао, я рывком взвинтил скорость восприятия и, пригнувшись, нырнул в проём двери, осматриваясь в помещении. От резкого перехода с яркого солнца до полумрака лавки, зрение на миг померкло, но уже через секунду, проморгавшись, я увидел, что опасения мои были не напрасны. Возле разбитого прилавка возился старик в выгоревшей на солнце потрёпанной одежде и с матерчатой сумкой в руках. Он обернулся на шум и смотрел прямо на меня. Выбора не было, я не должен был дать ему закричать, поэтому, прицелившись, я кинулся к деду, намереваясь полоснуть его тесаком по горлу.
   Однако, вместо того, чтобы закричать, старик отшатнулся и, упав, начал отползать от меня, при этом не поднимая особого шума. Меня это несколько отрезвило. Возможно, он не один из этих фанатиков и сможет мне помочь. Конечно, встретить такого человека, просто случайно заскочив в первую попавшуюся лавку, - это рояль из роялей. Однако сейчас я уже ничему не удивлялся, само нахождение в этом городе меня и моих друзей тянуло на целый рояльный комбинат. У нас в отряде служили живые с разных концов света, а при наличии кристалла с базой и собеседника для разговорной практики выучить язык - дело пары месяцев максимум, поэтому я знал, кроме имперского, еще с пяток иностранных языков. Но на каком говорят тут, даже не представлял и решил пробовать все по очереди, начав с имперского.
   - Вы меня понимаете? - Глаза деда вспыхнул нескрываемым изумлением. Он часто закивал головой. - За мной погоня.
   - Идёмте. - Старик подскочил, как подброшенный пружиной. - Скорее идёмте, нужно успеть проскочить.
   Он засуетился, поправляя свою сумку, переброшенную через плечо на манер торбы, и подхватывая с пола ещё одну такую же, не замеченную мной ранее. Эта торба была нагружена продуктами. Я забрал её у деда и закинул за спину. Судя по всему, предстояло бежать, а с таким грузом он будет совсем медленным. Благодарно кивнув, старик устремился к заднему выходу из лавки, сразу набрав приличную скорость. Держась за ним и внимательно смотря по сторонам, я достаточно быстро потерялся в переплетении улочек, переулков и задних дворов каких-то зданий. В итоге мы вошли в полуразрушенный дом и там спустились в подвал. Старик освещал нам путь электрическим фонарем, с виду похожим на старые лампы "Летучая мышь", достав его из сумки. Оказалось, оттуда можно попасть в приличных размеров канализационный коллектор. Судя по кладке, он был построен довольно давно и уже не использовался по назначению. Пройдя по нему, мы оказались в небольшом помещении. Размером всего два на три метра, оно, тем не менее, имело работающую вытяжку, к которой кто-то, возможно, сам старик, приладил небольшую печь из сырой глины. Также тут была сооружена лежанка типа нар. Похоже, он прятался здесь довольно давно.
   - Здесь нас не найдут, - сказал дед, цепляя фонарь на, видимо, специально для этого вбитый в потолок крюк. - Это старая часть города, сюда почти никто не ходит, а про это место знаю только я.
   Я поставил сумку на нары. В изголовье лежал аккуратно свёрнутый валиком матрас. Теперь я мог его внимательно разглядеть. Невысокий пожилой мужчина, с головой, укрытой чалмой, и небольшой белоснежной бородой, он был типичным представителем среднеазиатского региона Земли. Глядя на него, так и виделась чайхана с пловом и лагманом, неспешная беседа в окружении таких же аксакалов. И уж точно не беготня по тёмной канализации.
   - Вы уверены? Меня будут искать очень тщательно. Я изрядно разозлил ваших погромщиков.
   - Я слышал какой-то рёв, но не обратил внимания. Думал, это "Истинные дети бога" опять что-то устроили. Со вчерашнего дня в городе очень опасно, а у меня, как назло, совсем не было продуктов. Когда прошла основная волна погрома, я потихоньку пошёл разжиться хоть какой-нибудь едой. То, что мы встретились, это большая удача, молодой человек, и для вас, и для меня. Вы укроетесь от ищущих вас фанатиков, а я, благодаря вам, и успел добыть продукты, и ушёл, не попавшись. Так что давайте сейчас заварим чайку и поговорим.
   - Один вопрос. Там, где казнили металюдей, среди заключённых остались мои друзья. Я устроил бойню и ушёл. Эти ваши "Дети" в отместку не казнят оставшихся?
   - Сегодня точно нет. Если они решатся, то сделают это напоказ, чтобы все видели. Им важен не столько факт смерти неугодных их вере, сколько устрашающее воздействие на противников. И способ повязать кровью своих прихожан. Так что минимум сутки у вас есть. Если я правильно понял, вы хотите спасти своих друзей?
   - Это так. Вытащить их - моя первоочередная цель.
   - Значит, вам не помешает помощь. Садитесь, сейчас вскипит чайник, и мы всё обговорим.
   Излишней доверчивостью я не страдал. Часть моего "я" пришла из мира, где ложь была возведена в культ. Солги, и тебя изберут депутатом. Обмани, и тебе понесут деньги, сами понесут, отбиваясь при этом от пытающихся их образумить. Ври, глядя в глаза миллиардам людей, тряся пробиркой с белым порошком, и нападай на другую страну. Ну и что, что твоя ложь раскроется, ты уже забрал все богатства той страны себе, а отвечать за свои слова всё равно не придётся. Ложь всегда и везде. По телевизору, по интернету. Люди, нацепив фашистскую символику и выкрикивая нацистские лозунги, убивают других людей? Это не фашисты, вам показалось. Лги, отрицая очевидное, только так ты сможешь построить правовое государство.
   Однако в этом мире слово чести всё ещё ценилось. Конечно, я не идеализировал местное общество, но признавал, что по сравнению с Землёй здесь жизнь была намного честнее. И если человек хотел помочь, значит, он действительно хочет это сделать, а не заманить тебя куда-нибудь и подставить. К тому же, в моей ситуации я был склонен списать нашу встречу на это самое всемогущее "нечто", забросившее меня сюда. Как бы то ни было, я решил довериться старику.
   - Называй меня Темир-ака, - начал рассказывать старик, когда заварился чай. - Я всю жизнь прожил в этом городе. Работал в администрации, занимался архитектурой. Также следил за состоянием коммуникаций и по долгу службы облазил всю канализацию. Ещё в детстве я увлёкся историей моего города. У него длинная история взлётов и падений. Орды нежити, бывало, сравнивали его с землёй, но он всегда поднимался. А уж сколько царей, князей, шахов и прочих ханов он пережил, не счесть. Это место я нашёл во время одного из походов в канализацию. Наш город, как и все Дикие земли, брошен крупными странами на откуп бандитам и преступникам. Конечно, не все здесь такие, но именно они, в основном, становятся во главе. Другие здесь просто не выживают. Работать тут мало кто хочет, поэтому в основном мне приходилось всё делать самому. И я решил никому ничего не рассказывать, а устроить тут убежище. У меня тогда ещё была жива жена и дочка подрастала. Потом жена умерла, дочка вышла за муж и родила мне внука. А про убежище по-прежнему никто не знал. Как оказалось, я был прав. Где-то год назад в городе появились новые люди. Они всегда улыбались и никому из людей не отказывали в помощи. Очередному правителю они принесли щедрые дары, и тот позволил им остаться, отдав в их распоряжение старый рынок. Вскоре он стал любимым местом развлечения молодёжи. Эти люди учили их писать и считать, показывали фильмы, дарили книги. А ещё они рассказывали, отчего всё вокруг так происходит. Что раньше на планете жили только люди, созданные Создателем, прости за тавтологию. Не было ни металюдей, ни нежити. И у всех всё было. Это, якобы, был золотой век человечества. А потом люди отвернулись от Создателя и стали заниматься магией. И за это он проклял их, изменив их тела, дабы отделить чистых людей от нечистых. И повелел чистым освободить мир от нечисти. Но люди оказались слабы, предпочли отвернуться от Создателя и жить с метами. И тогда он создал нежить, чтобы наказать людей и заставить вернуться их в лоно веры. И только истинно верующий может спастись от Орды нежити, а чтобы доказать веру, нужно избавиться от всех нелюдей. Сначала это слушали дети и рассказывали дома. Затем пошли их родители. Никому не отказывали эти люди, называющие себя "Истинными детьми бога". Не хватает у тебя денег, тебе их займут и даже без процентов, но только если ты состоишь в общине. Для своего ничего не жалко. И людей становилось всё больше и больше. Когда к ним стал заходить правитель, я понял, что грядёт буря. Я собрал всё, что у меня было, и отправил дочь с внуком и зятем к родне на границе с Империей. А сам остался, потому что не смог бросить свой любимый город. Напряжение нарастало постепенно. Сначала просто косые взгляды на металюдей. Потом оскорбительные надписи, затем битые стёкла и так далее. И закончилось всё вчера. Обезумевшая толпа громила дома и лавки, убивала пытавшихся убежать. А остальных потащили на площадь. Я не пошёл туда, мне было страшно. Я спрятался здесь, но, к сожалению, не успел запастись едой. И пока никого не было, вышел и встретил тебя. Что ты сделал, что нам пришлось убегать от этих фанатиков?
   - На площади они рубили головы металюдям и швыряли их в толпу. А среди обречённых на смерть были мои друзья. Я не смог просто смотреть. Там стояла машина с крупнокалиберным пулемётом в кузове и практически без охраны, так, пацан какой-то рядом крутился. Вот из него я и прошёлся по толпе.
   - На машине была эмблема в виде черепа с кинжалом в зубах? - Темир-ака оживился
   - Да, было что-то подобное, я подробно не разглядывал.
   - Тогда правитель уже мёртв. Я давно уже не запоминаю их по именам, потому что редко какой из них удерживает власть больше года. Этот был хорошим воином и дисциплину поддерживал железную. Будь он жив, у машины обязательно был бы её полный расчёт. Значит, власть полностью перешла к "Детям". Это очень плохо. Раньше они базировались на старом рынке, но теперь могли переехать во дворец правителя.
   - А пленников где держали? На этом рынке есть место для них?
   - Да, там есть помещения в подвале, где располагались ледники. Когда они делали ремонт, туда завозили много материалов. Но осмотреть подвал мне не позволили. Однако туда есть ход из соседнего здания. Подвалы там соединяются, и есть дверь, просто она заштукатурена.
   - Тогда оттуда и начнём. Если всё же эти "дети" перевезли пленников, будем думать дальше. Но мне кажется, что скорее они запрутся и выставят охрану на ночь в уже известном месте, чем будут переезжать в неподготовленное здание.
   - Ну, хорошо, тогда пойдём ночью, я смогу провести в обход любых патрулей. Надо будет показать тебе основные ориентиры, чтобы даже если со мной что-то случится, ты смог бы привести сюда своих друзей.
   Я молча протянул этому железному старику, готовому рискнуть собой ради совершенно незнакомых ему людей, руку. Он пожал её, похлопал меня по плечу и сказал.
   - Не переживай, если они живы, мы обязательно их спасём. А сейчас надо отдохнуть, ночь будет тяжёлой.
   Я категорически отказался ложиться на нары и сел на пол в позу для медитации. Мне всегда хорошо думалось во время выполнения упражнений на развитие скорости поглощения маны. Вот и сейчас я сидел, обдумывая сложившуюся ситуацию.
   То, что она не просто выходила за рамки обычной, а прямо вылезала изо всех щелей, было видно невооружённым глазом. Само моё появление тут, не действующая эмпатия, некто или нечто, могущее изменять пространство, рояли, торчащие из всех кустов, стыдливо поблёскивая лакированными боками. Каков шанс отвлечь толпу, не стреляя по ней из пулемёта? Ноль процентов. Каков шанс встретить, наверное, единственного человека в городе, знакомого с каждым закутком и переулком? А в обстановке, когда одна часть горожан с воодушевлением режет другую часть? Каков шанс, что человек, чувствовавший наступление смутного времени, подготовил убежище, но не запасся продуктами? И каков шанс, что в руках безумных фанатиков, проповедующих нацистские теории, окажутся четверо учеников имперского лицея, причём из очень влиятельных аристократических родов? И какое отношение всё это имеет ко мне?
   Вопросов было очень много, ответов не было совсем. Точно известно мне было только одно - идти освобождать ребят нужно. А если вспомнить ехидство в чувствах Стрелковой, то можно рассчитывать на получение кое-каких ответов.
   Вышли мы в час Волка, когда шум города уже совсем утих. Без эмпатии передвигаться по узким каменным улочкам приходилось очень осторожно, подолгу замирая, вслушиваясь и вглядываясь в темноту. Фонарями мы не пользовались, но Темир-ака вёл меня уверенно, ориентируясь скорее по памяти, чем полагаясь на зрение. Казалось, что он действительно знает в городе каждый камень. Услышав патруль, мы или замирали, если он удалялся от нас, или отступали и уходили по соседней улице. Тупиков для старика, всю жизнь проведшего в этом городе, просто не было. Мы проскальзывали через крошечные задние дворы, вмещавшие в себя только одно дерево, через полуразрушенные лачуги, где даже нищие не жили, но уверенно приближались к цели.
   Обойдя площадь, на которой горели костры и толпился народ, по широкой дуге, мы подошли к зданию, соседствовавшему с гнездом "Детей". Судя по рассказам старика, раньше тут было что-то вроде гостиницы для купцов вместе с баней, рестораном и складами в подвале. И в этот самый подвал можно было попасть с чёрного хода, прямо с улицы. Сейчас здание используют как жилое, а вход в подвал просто заколотили, но Темир-ака недавно проверял его по долгу службы и вскрыл доски. Снова забить двери просто ещё не успели, и войти можно было достаточно спокойно. Что мы и сделали.
   Я тесаком подцепил едва прибитую доску, предназначенную скорее показать, что вход закрыт, чем действительно заблокировать его, и без каких-либо усилий оторвал, придерживая её второй рукой, чтобы она не брякнула об пол. Быстро заскочив в дверь, мы занесли оторванную доску с собой, не оставив на улице следов своего пребывания. Сделали мы это очень вовремя, потому как по улице, рыча двигателем, проехал пикап с солдатами, освещавшими окрестности мощными фонарями. Подождав пока стихнут звуки мотора, мы аккуратно двинулись вглубь подвала, освещая себе дорогу фонариками. Приезжие хранили товар в небольших комнатах, на которые был разделён подвал. Сейчас же они были разрушены, перегородки между ними разбиты и груды битого кирпича занимали всё обозримое пространство. Идти по ним пришлось очень медленно, тщательно выбирая место, куда поставить ногу, чтобы не повредить её.
   Тому, что дверь, ведущая в интересующее нас здание, не засыпана, я удивляться уже не стал. Осторожно проковыряв щель между дверью и косяком, я прильнул к ней глазом и начал осматривать комнату за дверью. Видно было немного, но, судя по увиденному и звукам, доносящимся с той стороны, мы прибыли по адресу. В тусклом электрическом свете были видны клетки наподобие звериных в зоопарке, в которых были заперты металюди.
   Пройдя ножом по периметру, надрезая штукатурку, которой дверь была покрыта с той стороны, я зажал в руках тесаки, готовясь, если будет нужно, схватиться с охраной врукопашную, и налёг плечом на дверь, вышибая её.
   Если бы за дверью оказалась охрана, да ещё с огнестрельным оружием, я б, пожалуй, очень удивился. Потому как её наличие не входило в логику происходящего. Да, здравый смысл говорил мне, что никто не оставит заключённых просто так, одних. Однако именно его так не хватало в произошедшем со мной за этот длинный день. Поэтому быстро пробежав помещение и убедившись в отсутствии охраны, я принялся вскрывать клетки, просто перерубая тесаками замки вместе с петлями. Егора и остальных я нашёл почти сразу. Жестом показав ему сохранять тишину, пока я не закончу, открыл их клетку, показав на Темира-ака, помогающего другим заключённым покинуть их узилище. Многие металюди были сильно избиты и ранены и сами не могли выйти.
   Я уже было направился дальше, когда мне в плечо вцепилась не по-женски сильная девичья рука, и знакомый голос буквально прошипел мне на ухо:
   - Дай мне оружие.
   В свете последних событий и моих подозрений насчёт участия в них данной девушки, оружие давать ей мне не хотелось категорически. Однако и в чём-то конкретно обвинить её я не мог. Поэтому, не слушая свою интуицию, которая вопила "не делай этого", я вытащил из спинной кобуры помпу и передал её Стрелковой. Вынув из разгрузки с пяток патронов, также отдал ей.
   - Там картечь, будь аккуратна, своих не зацепи.
   В ответ я был награждён презрительным взглядом и возмущённым фырканьем. Мысленно пожав плечами, я отправился открывать оставшиеся клетки. Чем больше живых выбиралось из заключения, тем больший шум нарастал в подвале. Пришлось вернуться к старику и попросить его организовать выход уже освобождённых через соседнее здание, пока ещё охрана не среагировала на шум. Также я попросил приглядеть за моими товарищами, предупредив и их, чтобы никуда не отходили. На что получил ещё один недовольный фырк. Вообще эта девица вела себя так, будто находилась на прогулке в парке, и не её минуту назад выпустили из клетки. Это поднимало во мне волну глухого раздражения, но я давил её, сосредоточившись на текущей задаче.
   Довольно быстро оставшиеся заключённые были выпущены, и мы взяли двери, ведущие наверх, под прицел, в ожидании, пока все покинут подвал. Уходить мы решили последними. Во-первых, остальные были местными и, хоть знали город похуже, чем Темир-ака, могли успешно скрыться в проулках. Во-вторых, наша группа разрослась до шести человек, и если Стрелкова и Егор держались нормально, хоть Веселов был непривычно тих, то оставшиеся парень с девушкой были в какой-то прострации и больше напоминали живых кукол. Им говорили идти, они шли, говорили стоять - стояли. Поэтому я решил, что, если и поднимется тревога, пусть возможная погоня рассредоточится, стремясь поймать ускользающих бывших заключённых. А мы тем временем проскочим под шумок. Да, использовать живых, как отвлекающий манёвр, мне было неприятно, но, как говорится, своя рубашка ближе к телу. Пока же всё было тихо, и дождавшись, пока последний живой покинет подвал, мы сами перебрались в соседнее здание, притворив за собой двери. Теперь следовало как можно быстрее добраться до убежища, где я и намеревался пролить свет истины на текущее положение дел.
   Не став дожидаться, пока все освобождённые металюди покинут подвал, мы выскочили на улицу и в хорошем темпе устремились сквозь переплетение узких улочек к старому коллектору. Возглавлял нашу группу Темир-ака, поскольку мог ориентироваться в городе даже без света, затем Егор со Стрелковой, потом молчаливые парень с девушкой, которых, кстати, я всё никак не мог узнать, вот, вроде, видел в лицее, а где и когда, вспомнить не мог, и замыкал шествие я, держащий руки поближе к пистолетам. На попытавшуюся качать права Стрелкову я рыкнул так, что она заткнулась, одарив меня очередным возмущённым фырком, но мне было плевать. Передвигаясь такой формацией, я мог контролировать как тыл, так и саму девицу, доверие к которой пропало окончательно.
   До убежища оставалась буквально пара кварталов, когда в городе стал слышен шум. Видимо, побег был обнаружен и следовало торопиться. Мы как раз подошли к очередному дворику, через который следовало проскочить на соседнюю улицу. Темир-ака открыл скрипнувшую калитку и, придерживая дверь, показал, чтобы мы быстрее заходили. Первые двое уже заскочили в неё, и я, чуть ускорившись, подошёл к старику спросить о возможной погоне в нашем направлении, когда по оставшейся на улице группе ударил сноп света из прожектора, а в ночной тишине послышался звук раскручивающегося блока стволов.
   Я, ослепнув от яркого света, обернулся на звук, одновременно выхватывая пистолеты, при этом отчётливо понимая, что жить остаётся мне пара секунд. Но я хотел попытаться погасить прожектор, что дало бы шанс Егору с Стрелковой сбежать, однако мне в воротник впились крепкие старческие руки, и Темир-ака, оттолкнув в сторону так и не вспомненную мной девушку, буквально зашвырнул меня во двор. А в следующую секунду по оставшимся снаружи ударила струя крупнокалиберных пуль, разрывая их на части.
   Меня, ослепшего и оглохшего от грохота разбиваемых надо мной кирпичей, схватили за руки и вытащили из-под обстрела. Входная дверь и часть стены под градом пуль превращалась в груду обломков, однако вглубь дворик не простреливался, видимо, машина стояла достаточно далеко от него по улице, и угол атаки был слишком острым. Подняв меня и подхватив под руки, Егор со Стрелковой побежали по улице, стремясь отойти как можно дальше от этого места. Мне оставалось лишь перебирать ногами и ждать, пока пройдут круги перед глазами.
   Когда зрение вернулось, я затормозил мчавших, не разбирая дороги, товарищей. То, что случилось, было очень хреново, но нам всё ещё следовало добраться до убежища. Тем более, дело шло к рассвету, и небо уже потихоньку начало светлеть. Сориентировавшись по видневшимся на фоне неба башням, я, как учил теперь уже покойный Темир-ака, развернулся к ним спиной и повёл свою кардинально уменьшившуюся группу к старому коллектору. Довольно быстро удалось найти знаки, про которые мне говорил старик, и уже через полчаса мы входили в лачугу, служащую укрытием входа в убежище.
   Повесив лампу на крюк, я сел на нары глядя на спасённых. Егор держался скованно и прятал глаза, видно, он тоже был в курсе происходящего, и ему было неприятно в этом участвовать. Стрелкова же, напротив, была абсолютно спокойна, даже более того, пройдясь по комнатке, она выдала.
   - А что, кроме как в канализации, ты нигде больше спрятаться не мог? - Причём произнесено это было таким тоном, будто я украл её с императорского бала и приволок в грязную канаву.
   - Тебе что-то не нравится, краса-девица? Видимо, в клетке комфорт-то повыше будет, а голова у тебя новая вырастет, да? - Вся ситуация меня уже изрядно достала, и раздражение, накопившееся в душе, требовало выхода.
   - Хах. Спаситель, тоже мне. - Видимо, девушка тоже была настроена на конфликт. - Да если бы не ты, нас тут вообще бы не было.
   - Ребята, не ссорьтесь, - голос Егора был жалостливо-умоляющим, раньше я его таким не видел. Но меня уже несло.
   - Тогда, может, ты, дорогой друг, объяснишь мне, что за херня тут происходит? Эта, - я с трудом удержался, чтоб не подобрать более цветастый эпитет, однако по паузе перед словом девушка всё поняла и так, и смотрела на меня, уже злобно сузив глаза, - дама предъявляет мне претензию, дескать, всё это из-за меня. При этом мне вообще ни хрена не известно, а вы двое наверняка что-то знаете, но стоите тут и строите из себя не пойми что. И то, что буквально полчаса назад убили троих человек, двое из которых были с вами в этой жопе мира, вас совершенно не волнует.
   - Ты не понимаешь.
   - Ну так объясни мне, - терпение у меня заканчивалось, - я понятливый.
   - Да что ты истеришь? Думаешь, нам нравится тут находиться? Тебе же предложили сотрудничать, а ты начал выпендриваться. И из-за тебя нам приходится сидеть в клетках и ползать по вонючей канализации. Если бы это не во сне было, я б тебя сама бы удавила.
   - То есть это сон? И самого начала было им? И я, как клоун, на потеху носился по городу, вас спасал?
   - Наконец-то дошло. Зачем такой тормоз СИБ, непонятно.
   - СИБ, значит. И там, где СИБ, там Стрелковы. Мстишь, стало быть. Ну как, понравилось? А ты, Егор, как оказался замешан в этом дерьме? Хотя с тобой мы потом поговорим. Я не верю, что ты самостоятельно сюда влез. - Егор, пытавшийся что-то сказать, осёкся и закивал головой.
   - Ты что-то имеешь против моего рода, смерд? - Стрелкову же было уже не остановить. - Да кто ты такой, чтобы хвост на нас топорщить? Мстить тебе много чести. Ты же никто, ноль без палочки.
   - Что ж ты за мной бегала, если я никто? - Здраво рассуждать я уже тоже не мог, а известие, что всё это не настоящее, окончательно меня доконало, но дало объяснение всем нестыковкам в произошедшем за сегодня. - Тоже по заданию, или это частная инициатива? Рапорты подробные писала? Типа, сегодня стреляла глазами, два промаха, три попадания.
   Удар правой у девушки оказался на диво хорош. Рывком взвинтив скорость восприятия, я рванул голову в сторону, уводя с траектории уже левой руки и одновременно вытаскивая пистолеты из кобуры. Пси-сон это или нет, но ударить девушку у меня не поднимется рука. Поэтому я решил её просто пристрелить. Однако у неё было на этот счёт своё мнение, и пистолет из моей правой руки вылетел выбитый ударом ноги. Слегка довернувшись, по инерции я вскинул второй пистолет, но и он был отбит вверх. Вылетевшая пуля, отскочив пару раз рикошетом, никого не задела. А я отхватил ещё два удара в лицо.
   Мне наглядно демонстрировали разницу в классе между мной, получившим пусть и качественную, но обычную подготовку солдата, и бойцом рода аристо, за спиной которого тысячелетняя череда предков, модифицированных Камнями Душ, и своя школа боя. На любые мои действия Стрелкова отвечала стремительно и безжалостно. Её стиль чем-то напоминал вин чунь. Такая же работа на сверхблизких дистанциях, контроль конечностей противника и огромная скорость ударов. Я лишился второго пистолета, но отступать не собирался, несмотря на град ударов, обрушившийся на меня.
   Поняв, что в рукопашной она превосходит меня более чем на голову, а удары электричеством при касании на неё совсем не воздействуют, я решил идти ва-банк и начал наращивать ледяную броню. И ничего не произошло. В этом грёбаном пси-сне я не мог пользоваться ни эмпатией, ни магией льда. Ярость застила мне глаза, какой-то пси-урод лишил меня части сил. Как бы то ни было, это был мой сон, пусть даже и наведённый извне, и я никому не собирался позволять в нём распоряжаться. Я ушел в глухую оборону, прикрыв голову руками, и сосредоточился на ощущении маны, проходящей через моё тело. Пусть я не чувствую её, но она есть, и я собирался её использовать. Пропустив ток по рукам, я отслеживал изменения своего организма, чтобы по аналогии активировать магию льда.
   Тем временем девушка опрокинула меня на землю и, усевшись сверху, потребовала:
   - Проси пощады, смерд.
   - Хватит, ребята, прекратите. Виктория, уймись. - Егор практически кидался на нас, пытаясь растащить. - Да что вы делаете-то?
   - Не лезь, Егор. Я научу этого лапотника почтению. - Девушку было не остановить
   Я же не слушал их перепалку, полностью уйдя в себя. И это принесло свои плоды. Где-то на краю сознания я почувствовал холод магии и потащил его на себя, выплёскивая в пространство, обволакивая им и своё тело, и сидящую верхом на мне Стрелкову.
   - Саша, стой, прекрати! - дикий крик Егора казалось сотряс даже стены. - Останови магию. Ты не понима... - Тело парня безвольно упало на пол и начало истончаться.
   Взвизгнув, Стрелкова попыталась вскочить с меня, однако поток неоформленной сырой маны уже обволок её ноги, не давая ей подняться.
   - Остановись, ты убьёшь нас обоих! - кричала девушка, пытаясь вырваться из ледяной хватки.
   - Что, проняло, Вика-Виктория? Это ж пси-сон. Тут всё можно.
   - Идиот!!! Ты без блокиратора, мы сдохнем из-за тебя! - и в следующее мгновение девушка осела мягкой грудой, как будто из неё разом вынули все кости.
   Я заблокировал поток маны, оглядываясь вокруг. Стены, пол, потолок - всё кружилось вокруг меня, сминаясь и деформируясь, перетекая одно в другое и размазываясь в пространстве. Где-то на периферии сознания мне почудился мужской голос, кричащий: "Вытаскивайте их". А затем пространство схлопнулось в точку, и наступила темнота.

Интерлюдия N5

   В просторном хорошо отапливаемом помещении пахло йодом и больницей. Приличных размеров бассейн странной формы, слегка напоминавшей половину раковины морского гребешка, где каждая волна была отделением для тела, мог вмещать до семи человек, не считая нага-псиона, оператора наведённого пси-сна. Сегодня у него было всего трое подопечных. Их тела, целиком погружённые в кислородо-насыщенный раствор, подогретый до температуры человеческого тела и заменявший в бассейне воду, тихо покоились на дне. Рядом негромко переговаривались директор лицея и офицеры СИБ, Чернов и Белов, настоявшие на этом сеансе пси-сна.
   - И всё же я настаиваю, что лицей - не место ваших экспериментов и вербовки новых сотрудников. Если бы не личная просьба Алексея Михайловича, я бы категорически не допустил подобного. Однако я поставил в известность государыню, и все дальнейшие действия буду согласовывать только с ней. - Несмотря на то, что уже прошло прилично времени с начала сеанса пси-сна, директор просто пылал негодованием.
   - Конечно, Олег Евгеньевич. Если бы не крайняя нужда, мы не посмели бы обратиться к вам. - Белов пытался сгладить ситуацию. Директор имел достаточное влияние на императрицу, а получить её в личные недруги никому не хотелось. Тут даже руководитель СИБ мог не помочь.
   - А вы знаете, что этот юноша, так вас заинтересовавший, проявил потрясающие способности к математике? А вы наверняка используете его в своих операциях и выкинете как отработанный материал, а империя потеряет выдающегося математика, - продолжал наседать директор.
   - Господа, я думаю, здесь не лучшее место для выяснения, кто же лучше служит Империи. Мы можем помешать сеансу, - подключился Чернов.
   - Вот. А если бы не вы, то и никакого сеанса бы не было. К тому же подготовленного в обход действующих правил. Сеансы пси-сна нашими студентами проводятся, начиная со второго курса, с разрешения родителей или лиц, являющихся официальными опекунами, и только, я подчёркиваю, только после соответствующего медицинского обследования и подготовительных процедур, направленных на ослабление течения маны в теле. Иначе возможен эффект, называемый резонансом магии, и есть шанс псионного поражения разума. А что мы видим здесь? Студент первого курса, по вашему требованию он не только не прошёл обследование, но и не было никакой подготовки. Это недопустимо, господа, совершенно недопустимо.
   - Полностью с вами согласен, но нам просто необходимо проверить его возможность действовать в незнакомой обстановке и оставаться в адекватном состоянии. К тому же он лишь новик-электро, и сил хоть как-то помешать сеансу у него попросту нет. Не говоря уже о вхождении в резонанс.
   Словно в насмешку над уверенностью безопасника, в бассейне с шумом пошевелился старый наг, протягивая кольца своего тела.
   - Он маг, магия льда. И не ниже мастера по силам. Я заблокировал его, но он пытается пробиться, используя электро как основу. Экстренно вывожу оставшихся из сна, вынимайте их немедленно. Первый Веселов. - Наг потянулся и ударил в бронзовый гонг, установленный рядом с бассейном.
   Стоящий ближе всех Чернов, не снимая костюма, кинулся в бассейн. Подцепив тело паря, скользкое от раствора, он поднял его на руки и передал директору. Тот в два шага преодолел расстояние до кушеток, установленных вдоль стен, сел и уложил того на колено лицом вниз, давая стечь жидкости из лёгких. Тем временем вынули Стрелкову, и ей помощь уже оказывали примчавшиеся служащие, перехватив её из рук Чернова и унеся за специально установленную ширму. Наг тоже выполз из изрядно похолодевшего раствора, в котором уже начали образовываться кристаллики льда.
   - Что с Соколовым? - Оставшийся не у дел Белов метался вдоль бассейна
   - Сознание схлопнулось в себя. Потянувшись за магией, он ушёл в непроизвольную медитацию и нырнул в глубины своего разума. Резонанс не позволил ему вернуться. - Было видно, что наг очень недоволен - Вы подсунули мне практически ребёнка, с силами равными мастеру и совершенно не обученного. Будет чудо, если его удастся вывести из этого состояния.
   - Я вас предупреждал, что этого так не оставлю, - подал голос директор. - Сейчас же государыня узнает о произошедшем.
   Предчувствие нашествия упитанного полярного лиса наползло на лица офицеров службы безопасности.

Конец интерлюдии

Глава N18 В подсознании

   Интересно было осознавать себя, не имея при этом физического тела. Когда я очнулся, если это можно так назвать, то увидел, а скорее ощутил, окружающую меня тьму. Но я и был этой тьмой. Это было очень странно, и я провёл много времени, обдумывая, как это я могу ощущать себя и как точку, и как окружающую эту точку тьму. Спать мне не хотелось, есть тоже. Я вообще не понимал, зачем это нужно делать. Но точно помнил, что это необходимо, чтобы жить. Жить. Это слово ассоциировалось у меня с какими-то действиями, а не с существованием точки во тьме. Или тьмы вокруг точки. Зацепившись за эту ассоциацию, в какой-то момент я перестал ощущать себя точкой. Навалились чувства, ощущения тянувших меня куда-то рук. Затем яркий свет резанул мне по глазам, а попу пронзила боль от увесистого шлепка. Это мне ужасно не понравилось после тёплого и уютного места, где я раньше был. И я выразил своё недовольство громким криком. А чей-то голос сказал:
   - Поздравляю, у вас мальчик.
   Рывком вернувшись к ощущению себя точкой, я попытался разобраться, что это было. Судя по всему, это и была жизнь. А это значит, что я когда-то жил. И был кем? Снова появились чувства. Кто-то гладил меня по голове и шептал:
   - Просыпайся, малыш. - Я точно знал, что это самый лучший человек на свете, моя мама.
   Я открыл глаза, потянувшись к ней руками, но почему-то лицо мамы постоянно менялось. Казалось, их было два. И я сам менялся вместе с ними. У меня две мамы? Или меня тоже два? Два кого? Кто я? И словно в ответ на этот вопрос, в меня хлынули воспоминания. Я вспомнил всё до единого. Я - это Александр Соколов, и я же - это Артём Соколов. Я един в двух лицах. Я помнил все подробности жизни каждого своего "я". Начиная от рождения и до момента, когда они слились в едином мне.
   Вообще было странно думать о себе во множественном числе, и я решил, что моё "Я" не может быть двойным. Сознание у меня одно. А значит, оно и будет моим единственным Я. Тем, которое будет жить. Осталось только понять, как мне вернуться из состояния точки-тьмы в эту самую жизнь.
   Я не могу сказать, сколько времени я провёл в этой тьме, проживая заново свои воспоминания. Просто однажды услышал знакомый голос во тьме.
   - Почему у тебя так темно?
   - Мне нормально.
   - У тебя, надеюсь, совсем крыша не поехала?
   - Виктория Батьковна, не знаю вашего отчества, ты заявилась в моё ничто, чтобы трепать мне нервы? Твоё счастье, что я ничего не чувствую. Так-то я на тебя очень зол. - Хоть я сейчас никаких чувств не испытывал, но помнил их по отношению к этой девушке.
   - Ничто? Ты так называешь своё сознание? Ну, хотя чего ещё ожидать от, - тут голос сделал паузу, - такого как ты.
   - Значит это моё сознание?
   - Бинго! Возьми с полки пирожок.
   - А почему тогда ты тут?
   - Меня прислали за тобой. Давай ты материализуешься, и мы поговорим. Странно разговаривать с пустотой.
   - А сама-то ты кто, если не пустота? - Стоило мне задуматься об этом, и в один момент как будто включили фонарь, в моей тьме образовалась фигура Виктории Стрелковой, какой я её видел в последний раз.
   Мне стало понятно, что для материализации нужен образ. И тут же рядом с девушкой появился я сам. Переход к телу был неожиданным и дезориентировал меня. Я по-прежнему ощущал себя частью окружающей тьмы, но наличие тела вернуло способность чётко мыслить и разложило воспоминания по полочкам. Сейчас я снова ощущал себя единой личностью с чувствами и эмоциями. И по отношению к находящейся тут девушке они были очень недобрыми.
   - А что, послать нельзя было кого-нибудь другого, кого я не хотел бы прибить на месте?
   - Вот я и говорю, сразу видно твою провинциальную натуру. Ты и то, что это был пси-сон, так и не определил. И что такое пси-резонанс, наверняка тоже не знаешь.
   - Если ты такая умная, что ж ты строем не ходишь? А может ты назовёшь десять отличий следа Мёртвого Рыцаря от следа Костяного Кентавра? Или порядок движения колонны по границе Пустоши?
   - Ладно-ладно, я не ругаться пришла. Просто, когда ты применил магию, пробившись из пси-сна, произошёл эффект, называемый резонансом. Он, во-первых, запечатал тебя в глубине твоего же сознания, а во-вторых, настроил наши сознания друг на друга, и благодаря этому я смогла к тебе попасть.
   - То есть это опять тот же самый сон?
   - Нет. Тогда пси-оператор полностью транслировал нам свой управляемый сон. А мы реагировали на него. Кстати, каждый видит его немного по-своему, и один из способов опознать, находишься ли ты во сне, попросить кого-нибудь описать какой-либо предмет. Мелкие различия будут всегда. А сейчас и я, и ты в твоём собственном сознании, а пси-оператор лишь транслирует меня в тебя, если так можно выразиться.
   - И ты вся такая в белом, поспешила на помощь жалкому смерду. Ну да, ну да. А поведай мне, краса-девица, что вообще это за хрень была с помещением меня в пси-сон. Я не помню, чтобы давал своё согласие на подобные эксперименты. И как ты с Егором в нём оказались?
   - Операция СИБ, - девушка поморщилась. - Думаешь, мы рвались туда и бегали с криками: "Возьмите нас"? Не знаю, как у Веселова, а мне позвонил отец и объявил, что будет пси-сеанс. Моя роль - жертва, напарник - Веселов. Задача наша сидеть и ждать, пока ты нас спасёшь, а потом мы должны были рассказать тебе, что это всё пси-сон, и всё, нас вытаскивают. Дальше с тобой должны были общаться офицеры СИБ. Я думала, будет какой-нибудь замок или что-то такое. А нас засунули в плен к куче фанатиков. И хоть я и понимала, что это не по-настоящему, но всё равно было ужасно противно смотреть, как они всех режут. Да ещё на этих выходных с подругами в кино собирались на премьеру. Они-то пошли, а я была вынуждена в вонючей клетке сидеть и по канализации ползать.
   - Бедная ты, несчастная. Пожалеть тебя? Ты, часом, совсем не охренела? В клетке ей не понравилось. А то, что я носился ради них по городу, как ручная мартышка, пытаясь спасти, это нормально? Ну как, понравилось наблюдать за глупым смердом?
   - Ну, извини. Я не хотела тебя так называть, само как-то вырвалось. Меня просто вся эта ситуация дико раздражала, вот я на тебе и сорвалась. Ещё и пистолеты твои вспомнила. Вот тебе жалко было мне такие же достать?
   - Как всё запущено. - Я сел на пол. Во тьме понятия верха и низа были субъективны, но я ощущал именно пол. - ПрЫнцессе не дали новую игрушку, давайте всех накажем. А вот просто подойти и спокойно спросить ты, конечно, не могла. Не по чину? Знаешь, общаться с тобой мне хочется всё меньше. Давай ты пойдёшь в свою страну принцесс, где пони кушают радугу и какают бабочками. А я останусь тут и посплю
   - Я понимаю, что была в чём-то немного не права. Но это не значит, что мне нравится тут находиться. Я тоже хочу нормально выспаться. И снять наконец эти вонючие лохмотья. И ванну нормально принять.
   - Чем истерить, придумала бы себе новую одежду и всё.
   - Я не могу тут этого сделать. Это твоё сознание. И только ты здесь способен творить и разрушать. Возможно, и выход ты сам бы нашёл, но в лицее ужас что творится. Приехала комиссия во главе с Императрицей и главой СИБ. Директора отстранили. Всех таскают на допросы, ищут, кто знал, что ты маг льда, и кто виноват, что так получилось. А виновник торжества уже сутки лежит в коме и в ус не дует. Даже не разобрался в работе собственного сознания, где он может создавать всё, что пожелает.
   Эта мысль показалась мне очень привлекательной. С тех пор, как я обрёл тело и ко мне вернулись чувства, я хотел кое-что сделать. И сейчас, глядя на девушку, я понимал, что не могу и не хочу противиться своим желаниям. Тьма взметнулась вокруг Виктории, обматывая её конечности.
   Я никогда не курил, но только сейчас об этом пожалел. Полное удовлетворение накрыло меня, и я, развалившись, сидел прямо на тьме, сформировав её в подобие кресла. Атмосферу полной расслабленности портили только всхлипывания и подвывания девушки.
   - Заканчивай уже.
   - Скотина!
   - Ой, да подумаешь.
   - Урод, как ты посмел!
   - Я так давно хотел это сделать с тобой, просто не смог себе отказать.
   - Сволочь!
   - Да тебе даже практически не больно было.
   - Мудак!
   - Можно подумать, это был твой первый раз.
   - Да!! Меня дома никто и никогда не трогал. А ты, сволочь, ещё и железякой этой.
   Я покосился на ремень, всё ещё зажатый в моей руке. Хороший, добротный солдатский ремень с бляхой со звездой, он хорошо мне сегодня послужил.
   - Что, совсем ни разу тебя в детстве не пороли? Тогда понятно, почему ты выросла такой стервой с замашками принцессы. И хорош уже рыдать, тебе действительно было почти не больно. - Эмпатия тоже снова подчинялась мне.
   - Откуда ты знаешь?!
   - Ну, это же всё-таки моё сознание. Так что будем считать, мы в расчёте. Ты поглумилась надо мной там, я наказал тебя здесь. Живём дальше, держимся друг от друга подальше.
   - Если ты кому-нибудь скажешь хоть слово, я клянусь, - Валькирию в данный момент девушка напоминала меньше всего, скорее уж фурию. - Задействую все свои силы и связи, но тебе отомщу.
   - Договорились. Ты не знаешь меня, я тебя. Давай теперь выбираться отсюда.
   - Знал бы ты, как мне хочется бросить тебя тут.
   - Ну, догадываюсь-то я точно. Что делать-то?
   - Держи меня за руку и просто иди за мной.
  
  
  

Оценка: 6.23*476  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Е.Сафонова "Риджийский гамбит.Дифференцировать тьму" К.Никонова "Я и мой король.Шаг за горизонт" Е.Литвиненко "Волчица советника" Р.Гринь "Битвы магов.Книга Хаоса" Т.Богатырева, Е.Соловьева "Загробная жизнь дона Антонио" Б.Вонсович "Туранская магическая академия.Скелеты в королевских шкафах" И.Котова "Королевская кровь.Скрытое пламя " А.Джейн "Северная Корона.Против ветра" В.Прягин "Дурман-звезда" Е.Никольская "Зачарованный город N" А.Рассохина "К чему приводят девицу...Ночные прогулки по кладбищу" Г.Гончарова "Волк по имени Зайка" Д.Арнаутова "Страж морского принца" И.Успенская "Практическая психология.Герцог" Э.Плотникова "Игра в дракошки-мышки" А.Сокол "Призраки не умеют лгать" М.Атаманов "Защита Периметра.Через смерть" Ж.Лебедева "Сиреневый черный.Гнев единорога" С.Ролдугина "Моя рыжая проблема"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"