Шишкин Лев Евгеньевич: другие произведения.

Грязные Игры (Кн. 2, гл. 14)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:

  Глава XIV
  "ГРЯЗНЫЕ" ИГРЫ
  
   Конечно, скажете вы, что это за гулянка, если на ней никому не начухали морду! Однако вмешательство Ника не позволило столкновению наших с Владом уязвленных самомнений вылиться в прямое физическое выяснение отношений.
   - Тише, тише, ребятки! Не забывайте, что это мой День рождения! Лучше послушайте анекдот и глядите, чтобы с вами не случилось что-нибудь похожее.
   - А что было в анекдоте? - спросила Эля.
   - Как-то встретились два приятеля, - начал рассказывать Ник, - и один другому сообщает: вчера, мол, был на дне рождения. "Ну, и как отметил? - спрашивает второй. А первый ему: "Не знаю, мне еще не рассказывали!"
   - Воронцов, ты неподражаем! - похвалила Мира, скармливая ему с рук ломтик колбаски, поскольку сидели они рядом.
   - Ой, а я тоже знаю один анекдот! - похвасталась Эля. - Мама спрашивает дочку: "Что тебе, доченька, пожелать в день рождения?" Дочка, такая, говорит: "Ой, мамуля, пожелай мне встретить мужчину, ну, чтобы я просто жить без него не могла!" А мама: "Нет, детка, лучше я пожелаю тебе встретить мужчину, который смог бы жить с тобой!"
   - А это, - спросил, смеясь, Влад, - часом, не твоя мама говорила тебе?
   - Представь себе, нет! Или ты хочешь сказать, что у меня вредный характер? - спросила она с вызовом.
   - Ни в коем случае! Боже упаси! Не то, ведь, можно еще и схлопотать от тебя тарелкой по голове, - продолжал подтрунивать над ней Влад.
   - Бе-е, - скривила рожицу Эля.
   - Боже, совсем как дети, - улыбнулась Мира и посмотрела на меня.
   Тут у меня что-то щелкнуло в голове, и я предложил неожиданно для себя самого:
   - А хотите, я прочту стихотворение?
   - Ты увлекаешься поэзией? - удивилась Мира.
   - Немного, - скромно подтвердил я.
   - Ну вот, - усмехнулся Влад, - уже пошла лирика!
   - Пусть читает! - поддержала Эля. - А ты, Влад, если не интересно, можешь не слушать.
   Я поднялся из-за стола, чтобы начать декламацию, пытаясь в тоже время понять, что подвигло меня на этот шаг. Вероятно, я почувствовал, что нахожусь в ударе, что настал момент применить тяжелую артиллерию для завоевания симпатий наших девушек. Должно быть, я решил превратить фальшивый день рождения в свой собственный бенефис, и это было еще только начало!
   - Называется "В разлуке", - объявил я и проникновенным голосом произнес следующие строки:
  Где ты, милая, что делаешь сейчас?
  Задождило - разлучила осень нас.
  И задумчиво в даль сизую смотря,
  Запорошенную снегом декабря,
  Вспоминаю
  выражение глаз,
  Чувствую
  прикосновение губ,
  Каюсь,
  что случалось не раз,
  Был я
  безразличен и груб.
  Был я непростительно глуп,
  Часто спорил с тобой
  почем зря.
  Только,
  все разно - однолюб,
  Это -
  ни на что несмотря:
  Не может приесться хлеб;
  Нельзя
  передумать дышать;
  Но и мудрый
  бывает слеп,
  И праведники -
  грешат.
  Пусть я не ценил, что имел,
  Разлукой наказан сполна,
  И если обидел чем,
  Признаю: в том моя вина.
  
  Гаснет вновь освещение дня,
  Близка ночь - без тебя опять.
  Перед тем, как отправиться спать,
  Знаешь что? -
  помолись за меня!
  
   - Класс, Мир! Замечательный стих! - воскликнула в восторге Эля. - А кто его написал?
   - Действительно, хорошее стихотворение, - отозвалась более сдержанно Мириэль. - И кто автор?
   - Я как-то рассчитывал, что вы сами догадаетесь.
   - Намекаешь, что это ты? - Эля округлила глаза, совершенно покоренная.
   - Ну, Мир, да ты прям настоящий поэт, - небрежно изрек Ник, дополняя свой стакан вином.
  - А вот мне интересно кому он посвящен? - с лукавым огоньком в глазах спросила Мира.
  - Да так, никому. Просто навеяло.
  - Ой, ли? Ну-ка колись!
  - В любом случае, дело прошлое, - ответил я небрежно.
   - Ладно, не хочешь говорить и не надо. Хотя сразу видно, что ты ее любил. У тебя есть и еще что-нибудь? Или это стихотворение единственное в своем роде? - спросила Мира, привычно склонив голову в бок.
   - Ну почему же? - возразил я. - Вот, например, еще такое:
  
   Порой случается, приходит этот миг,
   Что женщина твоя из ароматной розы
   Нежданно обратится в колкий шип,
   Поэзия любви - в сухой отрывок прозы.
   Его со скучным видом перечтешь,
   И ощутишь безмерную усталость,
   Как будто дальнею дорогою бредешь,
   Не зная, сколько там еще шагать осталось.
   И тут ни жалости нет места, ни мольбам,
   И ты считаешь знаки препинания,
   И даже недосказанным словам
   Привычные рисуешь очертанья.
   И удивляешься: что к ней тебя влекло
   Не так давно еще так яростно, так властно?
   Когда поймешь: что было, то прошло,
   И что любовь твоя уже в тебе угасла.
  
   - Это стихотворение посвяено той же самой женщине? - сощурив глаза, спросила Мириэль.
   Однако вопрос ее остался без ответа, потому что Влад вклинился в разговор, не позволив мне насладиться новой волной восторженных отзывов:
   - Все это очень возвышенно, - заявил он, - однако меня лично поэзия вгоняет в тоску. Давайте-ка лучше танцевать! Вот и музыка как раз подходящая.
   Он собрался было снова поднять Элю, но та, выставив ладони вперед перед собой, как бы ограждая себя от его посягательств, подтвердила свое недавнее намерение:
   - Нет, нет, нет, этот танец я танцую с Миром! Идем, Мир? - и, ухватив меня за руку, потащила на площадку.
   Я насмешливо приподнял бровь, показывая тем самым Владу, что таково ее желание и ему должно смириться. К тому же меня так и подмывало, в духе Эли, высунуть ему язык, от чего я насилу удержался.
   Между прочим, на этот раз Влад мог остаться и вовсе без пары, если бы Ник неожиданно не уступил ему Мириэль, пропуская танец.
   И вот я уже кружусь с Элей.
   С той самой Элей, которая до этого вечера на дух меня не переносила! Теперь все, казалось, было в моей власти. Изысканная и чувственная мелодия Эммануэль, вечная музыка влюбленных, плыла над залом и, вливаясь в наши души, наполняла их романтикой первого свидания. Я удерживал свою даму за талию. Наши бедра соприкасались, а тела повторяли движения друг друга. Ее грудь прижималась к моей. Лица располагались так близко, что я вдыхал аромат ее волос, а она ощущала мое дыхание у своей шеи.
   Я чувствовал, как холодны были кончики ее пальцев. В какой-то момент поднес их к губам и поцеловал. Она подняла на меня глаза и улыбнулась, но тут же опустила голову обратно мне на плечо, едва я попытался прикоснуться своими губами к ее губам. Тогда я начал нашептывать ей в самое ухо:
  
   - В свете пепельном луны,
   В тихом шелесте листвы,
   Стрекот слышится цикады;
   "Ну, пожалуйста, не надо!" -
   Губы шепчут мне твои.
   Отчего ж тогда они
   Жадно ищут поцелуя? -
   Им поверить не могу я,
   Что они ни говори!
  - и под конец, легонько поцеловал в шею. Она снова развернула ко мне лицо. Глаза были закрыты, зато губы - они теперь сами искали встречи с моими. Поцелуй получился долгим и томным.
   А потом мы прижались еще теснее и двигались полностью обнявшись. Каждый мой поцелуй в шею вызывал ответный трепет во всем ее теле.
   И, кажется, она была совсем не против, что моя рука поглаживает ее значительно ниже талии.
   Я вдруг осознал, как остро нуждалась эта девочка в любви и ласке. Как страстно она ее желала и искала, особенно после смерти матери, единственного родного и близкого ей человека, которому она могла полностью довериться. Однако она уже повзрослела, и критерии ее поиска расширились, обратившись на мужчин, так нежданно ворвавшихся в ее, доселе такой маленький и уютный мирок. То есть, на нас. Она так хотела, чтобы кто-нибудь из нас укрыл ее в своих объятиях, приласкал и погладил. Чтобы у нее, наконец, был кто-то, перед кем она может обнажить себя всю, внешне и внутренне, не боясь насмешек или предательского удара в спину.
   Однако Влад пренебрегал ею, а меня она боялась, сначала потому что я стрелял в нее, а потом, потому что был слишком для нее хорош. С такими как я, мама, должно быть, всегда запрещала ей встречаться, и сумела прочно вбить эту мысль в ее юную головку. Что ж, может быть, в этом ее мама была не так уж и не права...
   Мелодия закончилась, и я проводил ее к столу.
   Следующий танец я уже танцевал с Мирой.
   - Я наблюдала за тобой и этой девочкой, пока вы танцевали, - сообщила она.
   - И что?
   - Хочешь закрутить с ней любовь?
   - Брось, она слишком молода для меня.
   - В самом деле? - усмехнулась Мириэль. - Тогда зачем ты лапал ее задницу?
   Говоря это, она так крепко схватила и сжала рукой мое мужское достоинство, что у меня перехватило дыхание.
   - Ну, что скажешь на это, кобель? Как будешь оправдываться?
   - Эк... кх... пусти!
   Она убрала руку, и мы продолжили двигаться, как ни в чем не бывало.
   - Только не говори, что тебя это задело, - сказал я осторожно.
   - А почему бы и нет? Сегодня утром ты вынудил меня отдаться тебе, а вечером уже флиртуешь с другой? Даже у такой девушки, как я, есть самолюбие!
   - С Элей это не серьезно. Я не собираюсь тащить ее в постель. И когда ты усыпишь всех - ты ведь не передумала? - я докажу тебе, как страстно желал тебя весь вечер.
   - Ой, ли? - усмехнулась Мира.
   - Поверь, с Элей я для отвода глаз. Пусть Ник с Владом думают, что у меня с ней роман. Тогда они ничего не заподозрят о нас с тобой.
   - Ага, значит, будешь бегать и туда, и сюда? Как ловко ты все придумал! Думаешь, самый умный?
   Я закатил глаза:
   - Ну как я могу тебя убедить?
   - Никак. Ладно, поживем, увидим... Смотри, твоя новая пассия не утерпела и снова бежит к тебе! Как же тебе удалось ее пронять? А ведь казалось, что ненавидит тебя всей душой!
   - Женская душа - потемки! - философски изрек я.
   - Ты это мне говоришь? Смотри, не споткнись в моих!
   Между тем, к нам действительно приближалась Эля.
   После танца со мной она взяла паузу и какое-то время сидела притихшая, то и дело поглядывая на меня, как будто что-то обдумывая, или на что-то решаясь. Она вся раскраснелась. Ее грудь так часто вздымалась, словно она никак не могла отдышаться после танца. На самом же деле охватившее ее чувственное возбуждение не оставляло ее в покое, путало мысли, подталкивало к поступкам, самым сумасбродным в ее жизни. Она смотрела, как я танцую с Мирой, и наконец, не утерпела.
   Так же, как я в начале вечера помешал Нику, она не дала Мире дотанцевать танец со мной.
   - Можно, я у тебя его украду? - подойдя, спросила она самым невинным голоском.
   Посмотрев на меня, Мира улыбнулась, словно говоря: "Видишь? Что я тебе говорила?" - и, оставив нас, направилась к столу, где тут же была перехвачена Владом, оставившим беседу с Ником ради того, чтобы пригласить ее.
   Эля прижалась ко мне и спросила:
   - Что у тебя с этой женщиной?
   - С Мирой?
   - А разве на корабле есть еще какая-нибудь женщина?
   "Ну вот, - подумал я, - ты сам этого хотел! За что боролся, на то, как говорится, и напоролся!", - но вслух добавил:
   - С чего ты взяла, что между нами что-то есть?
   - Когда мы жили вместе, ты приходил к нам ради нее. А теперь танцуешь так же, как со мной!
   - Ее я не целовал! - оправдывался я.
   - А хотел бы? - она почти с мольбой ждала ответа.
   Что тут было сказать?
   - Видишь ли, Эля, мужчина может ухаживать за несколькими девушками, пока не выберет одну.
   - Ну а ты?
   - Что я?
   - Ты уже выбрал? Или еще размышляешь?
   Я провел пальцем по кончику ее носа, по губе и подбородку, а потом, удерживая его приподнятым, легонько поцеловал в губы, что не умалило вопроса, стоявшего в ее широко открытых глазах.
   - Если б я был уверен, что мой выбор взаимен...
   Она опустила голову мне на плечо и какое-то время мы танцевали молча, хотя я чувствовал, как все ее тело била дрожь. Я даже хотел было спросить ее об этом, когда она вдруг, будто решившись, запрокинула голову и впилась губами в мои губы, а потом и в шею.
   По моему телу словно бы пробежал ток, а следом и ее дрожь передалась мне. Между тем, Эля начала увлекать меня в танце за собой, прямо сквозь виртуальные пары, которые не успевали расступаться, чтобы пропустить нас. Затерявшись среди них, мы в основном целовались, лишь слегка покачиваясь в такт музыке.
   Однако Эле и этого показалось мало. Она отступила еще дальше к стене, пока не уперлась в нее спиной. Можно сказать, мы провалились внутрь голограммы. Наша страсть нарастала, поцелуи становились все неуемнее. Я не сразу разгадал замысел Элии. Только когда она с хрипотцой прошептала: "Пойдем ко мне!", - и потянула еще дальше за собой, я понял, что стоим мы у самой двери гостевой каюты.
   Поворачивать назад было уже поздно.
   Я оглянулся. Сквозь пелену голограммы и в просветах между танцующими призраками, я увидел Миру, уже сидящую за столом. Влад с Ником рядом с ней что-то бурно обсуждали за бокалом вина, и кажется, совсем не заметили нашего исчезновения.
   Иное дело Мириэль. Она смотрела нам в след, хоть и не могла уже нас видеть, и чему-то таинственно улыбалась.
   Вот только чему?
   На тот момент это оставалось для меня загадкой.
  
  
интернет статистика

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"