# главы 6-7 "Стрела Истины" Ипи Ра-Нефер

Ра-Нефер Ипи

Глоссарий

7 Стрела Истины


1510 ВС.

12 год Фараона Маат-Ка-Ра. Сезон Жатвы. 12 месяца Па-Опи.


Сегодня Тути-Мосе отправлялся в Те-Нетер, далёкий Пунт. Его корабли, выйдя из порта Синих Вод обойдут вдоль всего берега, повернув назад, на звезду Мер, и только там отыщут загадочную землю. Сколько будет длиться его поход - разведчики говорили, что не менее шести месяцев, но, главное, он уходит сегодня, со своим Воинством Тути через Путь Ужаса от Уасита к Синим Водам. А парой дней позже, Ипи Ра-Нефер, передав дела царственной Мерит-Ра, отправляется к гавани Менфи, где уже грузится на ладьи Ниб-Амена и его собственные корабли Воинство Маат, дабы идти к граду на острове за слонами и кедром, навстречу флоту коварного Бен-Мелека, желающего напасть на тех, кто не ждёт нападения. Что же, тем хуже ему самому, ибо Знаменосец Великой Зелени и Верховный Хранитель Трона готов.

Но что будет в Священной Земле без него и без Наследника? Две недели назад пропал Мефтет - кот Ипи и Нефру-Маат, это можно было бы просто счесть недобрым знаком для Тути-Мосе и Ипи Ра-Нефера, если бы не настойчивое ощущение, преследующее Ипи и Мерит-Ра, что кот Верховного Хранителя пропал не просто так. Вот уже шесть дней, как Хапи-Сенеб обрёл Хашет, против обычая, не дожидаясь погребения Пер-Амена, и, если старый Пер-Амен был осторожным врагом, то тщеславный Хапи-Сенеб, став Верховным Святителем Сокровенного, может начать действовать немедля. А Мерит-Ра остаётся одна... Он хотел бы приставить к ней в помощь Анх-Нофрет, ставшую Верховному Хранителю верной союзницей, пройдя Путём Ам-Дуат, но у Тути-Мосе были совсем другие планы. Фараон решил взять с собою на флагманскую ладью ту, кто когда-то была наречена ему, и, если бы не воля Самозванки, стала бы Соправительницей. А Ипи не разлучили бы с Мерит-Ра... Впрочем, - Ипи закончил и подписал ещё один свиток, уложив его в поясную трубку, - зачем думать о том, что могло бы свершиться. Пусть Тути-Мосе обретёт своё счастье, не с Тути-Анх, Посвящённой Имхотепа, так с дочерью проклятого Шепсера Мери-Насира, Ка которого уже гложет Стражница Амет, если такова воля Шаи. А ему пора повидаться с Наследником.


Тути-Мосе смотрел на выстроенные отряды воинства Тути, казавшегося несметным, хотя в нём было всего пять тысяч копий. Самое крупное воинство Священной Земли, созданное самим молодым Фараоном, в двадцать домов, с лучниками, усиленное отрядами мечников и колесницами. Впрочем, немногочисленные колесницы сейчас несли только военачальников и предводителей мелких подразделений, ибо, пройдя вдоль каналов, воинство вступит в саванну и бесплодную Долину Ра-Хенни, чтобы в четыре рассвета выйти к древнему порту и погрузиться на бесчисленные ладьи Знаменосца Синих Вод, а на кораблях колесницы будут только занимать место.

-- Живи вечно, Величайший Тути-Мосе, да будет путь твой кратким и благополучным.

-- Живи вечно, достойнейший! - Фараон оглядел Верховного Хранителя, - прошло не так много времени, но ты совсем оправился от яда. Анх-Нофрет сильна в этом искусстве, раз смогла причинить тебе вред, ибо в Священной Земле и за её пределами говорят, что никто не в силах отравить Верховного Хранителя Трона и юную Соправительницу!

-- Будь осторожен, Величайший, - Ипи засмеялся, - ибо берёшь опытную отравительницу на борт своего корабля! Или ты уже познал все её яды?

-- Не нужно, Ипи, - Тути-Мосе смутился, - Меня долго не будет в Уасите, и не всё ли равно вам с Мерит-Ра, кто опоит меня сладким ядом?

-- Ты несправедлив к нам! - Ипи отвернулся, изменившись в лице, - Мерит-Ра ждёт твоего дитя, наследника Двойной Короны, она твоя верная Соправительница, и в глазах простолюдинов и высокородных она будет только с тобою. И какое дело тебе, Величайший Мен-Хепер-Ра, до того, кого любит она, и до того, кто её любит? А я иду к Тисури через восемь рассветов.

-- Прости меня, Брат, ибо ты будешь разлучён с Мерит-Ра надолго... И в ином прав - это не только наша с Мерит Неизбежность, ибо так предначертали Шаи и Сешат всем Величайшим и их Правительницам.


* * *


Колесница Ипи Ра-Нефера неспешно въехала в подворье Хранителей. Меньше недели прошло со времени отбытия Тути-Мосе, а напряжение уже витало в воздухе. Но только не здесь.

Большой Дворец Истины, как назывался дом Совета, имел свои тайны, и сегодня Ипи собирался воспользоваться одной из них. Не говоря ни слова, Верховный Хранитель зашёл в низкий коридор у входа, потребовав, чтобы стражники провели его в темницу. Тайная стража Священной Страны часто содержала здесь своих пленников, о которых не только мадаям, но и соглядатаям Самозванки не было известно. Сегодня здесь был только один пленник - разбойник, одно имя которого приводило в трепет не только земли Ре-Тенну до Сихема и земли Тен-Неху, но и Шепсера Шедита. Что же, Ипи хорошо знал, что один лучник или отравитель может заменить целое воинство, но не всегда. Иногда нужна шайка разбойников. Впрочем, Мен-Ка трудно было назвать простым разбойником, и Верховный Хранитель знал это по собственному опыту. Скорее - военачальником.

Молодой Хранитель поклонился державшему Печать Крылатой Маат и, в пару ударов деревянного молота, выбил кедровый засов. Ипи Ра-Нефер вошёл внутрь, приказав Хранителю ожидать. Узкое, но высокое оконце и две больших лампады давали много света, но узник разглядывал гостя из тёмного угла, храня молчание. Верховный Хранитель ответил тем же.

- Я так и знал, что потомок Древней Крови не сможет умерить свою спесь, дабы заговорить первым, - голос из полумрака прервал липкую тишину.

-- Я пришёл с добрыми вестями, достойнейший, - Ипи ответствовал не смутившись.

-- Что я слышу, достойнейший Ипи Ра-Нефер? Тебе нужно что-то от презренного разбойника? - пленник усмехнулся, так и не встав со шкуры, служившей ему ложем.

-- Встань, прозванный духом пустыни, как полагается, когда говорят два воина, и я скажу, что мне нужно! - Ипи ответствовал не шелохнувшись.

-- Ты, юный Ипи, вправду великий Хранитель Трона, в ранние годы превзошедший мастерством своего отца, которого я знал хорошо. Ты умеешь использовать золото, страх и порок, слава о твоих отравителях и невидимых лучниках идёт от Шарден до Элама, и лишь поэтому я говорю с тобой. Но где же ты снискал славу воина, достойнейший Верховный Хранитель? На ложе с царственной Мерит-Ра или на ложе с возлюбленной Нефру-Маат - более я нигде не видел тебя в битвах, - разбойник едва удержался от хохота.

-- Я пришёл не для того, чтобы выслушивать глумления и оскорбления нечестивца, а дабы дать тебе золото и свободу! - Верховный Хранитель умел хранить самообладание.

-- Что же! Уважь старика и накорми его, и тогда я выслушаю достойнейшего Хранителя! - Мен-Ка встал в полный рост и улыбнулся Ипи.

-- Ты отведаешь полуденную трапезу во дворце Тути-Мосе Мен-Хепер-Ра, разбойник, а пока обсудим то, что тебе предстоит свершить.

-- Даже так? - Мен-Ка отступил на шаг, - я думал, что ты опять бросишь мне свиток прощения и десяток золотых колец... Так что же могут совершить презренные разбойники, из того, что не под силу отборным воинствам и неуловимым Хранителям?

-- Не глумись надо мною, - Ипи снова захотелось приказать всыпать разбойнику палок, но Хранитель переборол себя, - воинству не пристало свершать набег, а разбойники пригодятся для сего. И смогут нанять Хабиру и кочевников Ре-Тенну, не произнося Рен Фараона и Верховного Хранителя.

-- Когда я смотрю на достойнейшего Ипи Ра-Нефера, то двое борются во мне: один видит мальчика, которого некому проучить, а другой видит воистину великого Хранителя Трона, - Мен-Ка польстил Ипи, - но назови того, на кого мы должны напасть, ибо от этого будет зависеть цена.

-- Когда я смотрю на тебя, то думаю, отчего ты не идёшь в воинство Та-Кем, ибо Нетеру одарили тебя щедро, ибо дар военачальника нельзя расходовать на разбой, идя против Священной страны и воли Нетеру! - Ипи Ра-Нефер попытался ответить тем же, - ты должен разорить земли Тисури. Верховный Хранитель даст тебе столько золота, сколько ты запросишь.

-- Даже четыре хека? - Мен-Ка усмехнулся, заставив Ипи Ра-Нефера поперхнуться от возмущения, - за два хека я найму Хабиру и разбойников Ре-Тенну, достойнейший.

-- Два хека! - Ипи был твёрд, - сменяешь их на серебро в Шарухене, так будет больше.

-- Три, ибо ты не понял, мне нужен хека золота, и ещё один я раздам своим воинам, а для диких наёмников сгодится серебро Шарухена, тут ты прав, достойнейший.

-- Да будет так! - Ипи Ра-Нефер протянул собеседнику свиток помилования, и тут же нанёс священным мечом скользящий удар по бронзовому браслету на запястье, за которое пленник был прикован к стене длинной цепью. Ипи хотел удивить и испугать разбойника, но тот только усмехнулся, осматривая разрубленную бронзу, добавив:

-- И где же обещанная трапеза, достойнейший? Надеюсь, при дворе Наследника, да живёт он вечно, не угощают прокисшими винами?

-- Я прикажу, дабы тебя вымыли и умастили благовониями, дали лучшего финикового вина, накормили и одели в достойное платье. А пока - мне нужно идти, - Ипи Ра-Нефер поклонился едва заметно, - заберу тебя позже.


Ипи вышел, не оборачиваясь, передав приказ удивлённому охраннику. Ему нужно было навестить ещё одного. Нет, Иосаф не был пленником, Ипи Ра-Нефер приказал выделить оному хорошие покои и продолжить обучение. Да и спрятал его в Доме Истины лишь потому, что опасался гнева царственной сестры. А теперь Мерит-Ра примирилась... Впрочем, это имеет мало значения, ибо Ипи отправит молодого Иосафа в Берити, на один, может, на два разлива.

В размышлениях, Верховный Хранитель Трона не заметил, как подошёл к покоям юного, но знатного кочевника. Два Хранителя Трона при обоюдоострых мечах и двое копейщиков хранили его от возможного бегства и гнева царственной Мерит-Ра-Нефер, хотя не меньше локона Хонсу это уже было излишним. Но Ипи должен был знать его готовность.

-- Живи вечно, Иосаф, - Ипи улыбнулся, заметив, как кочевник пишет что-то на папирусе, - что ты пишешь, высокородный сын диких племён?

-- Живи вечно, достойнейший Ипи Ра-Нефер, Дважды Посвящённый Верховный Хранитель Трона! - Иосаф вскочил, поклонившись Ипи, - только я уже не Иосаф, я принял Рен Ре-Хми-Ра, достойнейший.

-- Не был бы я Верховным Хранителем, если бы не знал сего, однако, я зову тебя Иосафом, ибо ты, Ре-Хми-Ра, привык к старому имени.

-- Но, да простит меня Верховный Хранитель, зачем ты явился, вначале... - Ре-Хми-Ра запнулся, - я думал, что ты возжелал убить меня, ибо я увидел. Прости, меня, ибо я не...

-- Что ты, отныне достойный Хранитель Трона, - Ипи перебил Иосафа на полуслове, не ты предсказал мою гибель. Царственная Мерит-Ра-Нефер боялась сознаться в сём себе самой, предпочтя, чтобы Истина о её брате была высказана чужими устами. Она просто не выдержала, но давно простила тебя. Я же не только смирился с неизбежным, но и возрадовался, ибо отныне никакой враг, стрела, пика или дрот не страшны мне. А Соправительница давно простила тебя. И ты прости нас с сестрой, Иосаф.

-- Что ты, достойнейший из достойных Дважды Посвящённый, какое право имеет прощать или нет Соправительницу и её брата - Верховного Хранителя, верховных Ур-Маа, ваш недостойный раб?

-- Ты не раб, Иосаф, отныне ты средь Хранителей.

-- Но, достойнейший, да живёшь ты вечно, ты заплатил за меня пятнадцать кайтов! - Иосаф был ещё наивен.

-- Что же, - Ипи Ра-Нефер улыбнулся, - я назначил тебе большое жалование, как ученику Дома Прекраснейшей, дай мне двадцать три кайта золота, ибо ты не мог истратить ни медного шати! - Иосаф сие мгновенье исполнил просьбу, а Верховный Хранитель разрезал один кубик надвое малым мечом и вернул кусочек золота Иосафу, положив в кошель остальное, - больше ты не мой слуга. По законам Та-Кем каждый слуга и даже крестьянские батраки из пленных могут откупиться от господина за полуторную цену. Но почему ты не желаешь сказать, простил ли нас с сестрою?

-- Я не держал зла на тебя и Соправительницу, достойнейший Ипи Ра-Нефер, ибо вы не сделали ничего дурного мне, - Иосаф продолжил, промедлив мгновение, - и я благодарен Дважды Посвящённому, что ты выкупил меня из неволи, - Иосаф поклонился, - но, почему ты добр ко мне, я предсказал тебе раннюю, ибо в Священной Земле живут долго, встречу с Крылатой Богиней, а в наших землях, равно как и землях Фенех, убивают за менее дурные вести?

-- Ты предсказал мне силу и неуязвимость! Разве такая весть может быть дурной? И, потом, мы с Мерит - Великие Ур-Маа, и грядущее не тайна для нас, - Ипи вновь улыбнулся, - довольно ли обучили тебя, Иосаф? Готов ли ты ныне стать Хранителем Трона в чуждых землях и делать то, о чём я говорил тебе?

-- Конечно же, достойнейший, Хранители Трона даже сказали мне, что я научился управляться с мечом и луком не хуже воина, - Иосаф поклонился вновь, - но всё же... Я твой раб, Верховный Хранитель, ибо где мой выбор - вернуться в Ре-Тенну и жить среди кочевников младшим сыном без наследства, или же стать Хранителем в Священной Стране, жить в богатстве и преумножать знания? Ты ведь знал, что я выберу...

-- Да, Ре-Хми-Ра, - Ипи помрачнел, - но лучше скажи, силён ли ты в торговле, или тебе нужно придать опытного советника?

-- Я хороший торговец, достойнейший Хранитель, отец мой, Йахув-Бел доверял мне вести дела в Сихеме и Тисури, - Иосаф был горд тем, что и в этом будет небесполезен Верховному Хранителю.

-- Что же, я так и напишу, что купец Ре-Хми-Ра, сын кочевника и купца Йахув-Бела отныне Друг Наследника. Этот папирус откроет тебе многие двери, даже отец твой будет горд своим сыном, когда увидит тебя! - Ипи извлёк печать, но Иосаф остановил его:

-- Постой достойнейший! Отец, да будет он здрав, не пустит меня не то, что на порог шатра, но и в загон для овец, если узнает, что Иосаф принял Рен, положенное в Та-Кем, а стало быть, изменил нашему Верховному богу Йахув-Адони.

-- Будь по твоему! - Ипи пожал плечами, - я назову тебя Иосафом. Только глупо почитать Йаху и Итана, подобно Нетеру, ибо они есть светило ночи и светило дня, - Ипи извлёк папирус, прибор и печать Тути-Мосе, ибо, если скрепить свиток печатью Хранителей или Маат-Хетем, Иосафа заподозрят в шпионаже, подошёл к столику и немедля начал писать.

-- Я узнал в Та-Кем многое, достойнейший, и я благодарен тебе! - Иосаф, выждав, продолжил, - ибо, пусть от нечестивых Хаков мы переняли сие и стали называть Светила богом, но отец верит сему...

-- Что же, Ре-Хми-Ра, - Ипи Ра-Нефер закончил свиток, скрепив печатью, - тебе выдадут платье знатного торговца из Сихема и две повозки дорогого оружия, объяснив, за сколько его следует продавать в Берити, да ещё - хека золота и тысячу дебенов медью на расходы. Ещё дадут три повозки и четыре осла, писца, двадцать слуг-кушитов и придадут пятерых Хранителей Трона в простом платье. Только, смотри, в чужой стране - они лишь твоя охрана, не назови их Хранителями - это выдаст тебя!

Ипи Ра-Нефер возложил руку на голову своего нового Хранителя и разведчика, и, тут же, не оборачиваясь, вышел вон.


В этот день уход Атум-Ра и время ранних звёзд трудно было назвать спокойным. Провожали Иосафа и Мен-Ка, и последний, как обычно не преминул напиться, подобно гиппопотаму. Но главным, что обеспокоило, и, пожалуй, устрашило Ипи стал свиток от Хранителя, осведомлявшего Ипи Ра-Нефера о делах в Великих Храмах Амена, и, прежде всего, в самом Ипет-Сут.

Лишь в девятом часу Атума, гостей удалось покинуть, а Нефру-Маат, подпоив, оставить на ложе. Только тогда Ипи Ра-Нефер и Мерит-Ра смогли уединиться в покоях Соправительницы. А обсудить им нужно было многое.

-- Достойнейшая сестра моя, - Верховный Хранитель извлёк папирус, - что ты можешь сказать об этом свитке?

-- Донесение, брат мой, Ипи? - Мерит окинула Хранителя вопрошающим взглядом, принимая папирус, - кто-то из твоих личных осведомителей, иначе бы и меня известили. Откуда - Мерит-Ра Нефер осеклась, едва развернув свиток, - Великие Нетеру! Я не ожидала такого от... Значит, он хочет взять под стражу нас с тобою, иначе, зачем ему наши стрелы, припрятанные Праведногласым Пер-Аменом, да Сах Мефтета? И я догадываюсь, чьи Рен написаны на саркофаге твоего кота, значит... Нужно спешить к Самозванке, сейчас же, ночью, ибо сей заговор и против неё!

-- Не стоит, возлюбленная Мерит! - Ипи выхватил папирус из её рук и, запалив огоньком лампады, бросил на пол - либо Хат-Шебсут замешана в сём, либо... она бессильна нам помочь, ибо ты права, сестра, - Ипи Ра-Нефер вздохнул, - этот заговор, может статься, прежде всего против неё.

-- Тогда что же...

-- Тебе - оставаться во дворце Наследника, под защитой тысячи Хранителей Трона! - Верховный Хранитель властно перебил Соправительницу, - здесь тебе воистину ничто не угрожает. А мне... Нам - бежать на тяжёлых и быстрых колесницах, бежать в Хи-Ку-Пта, чтобы взойти на ладьи Ниб-Амена - там мы с Нефру-Маат будем в безопасности.

-- Ты уверен, Ипи, брат мой? - Мерит-Ра привстала, - большинство твоих Хранителей на ладьях, а остальным и вправду нужно остаться в Уасите. Ты не сможешь взять с собою многочисленной охраны, и Хапи-Сенебу не составит труда перехватить вас!

-- Уверен, Мерит, - Ипи Ра-Нефер поцеловал сестру, - уверен, ибо там, где не прорвётся отряд колесниц, проскользнёт одна! Мы бежим с рассветом, проехав через врата Суины, обойдём Уасит кругом и взойдём на ладью едва ниже Капты, я вышлю гонца на пристань.

-- И да будет так, достойнейший Ипи Ра-Нефер! Только, до восхода Хепри ещё далеко, брат мой, Ипи... - Мерит хитро улыбнулась.

-- Прости, Мерит, но ты носишь дитя, и я не думаю...

-- Оставь, Ипи, - Соправительница отвела глаза, - я ношу дитя довольно долго, чтобы быть готовой к любви, как сказали целители Братства. И ни моему мечу, ни твоей любви не изменить Неизбежности: тот, кто обречён родится, погубит тебя, а внук его сына погубит Священную Землю. Тщетно, Ипи... - Мерит-Ра упала на ложе, тихо заплакав.

-- Не нужно, Мерит-Ра... Не нужно, - Ипи перевернул женщину, расстегнув массивный обруч на шее, дабы снять пектораль Соправительницы, и лишь приспустил лёгкое платье полупрозрачного льна, - ты - Избранница, сестра моя. Ты, та, которую избрала Сама Владычица Истин, дабы быть в мире пред Ликом Амен-Ра, - Ипи начал целовать шею и спину Мерит, ожидая, пока она сама успокоится и обернётся к нему, - ты не должна печалиться, я перейду в Те-Мери нескоро, и мне не придётся долго ждать тебя в Земле Возлюбленных. Но ныне я знаю, как сотворить Неизбежность, не противясь воле Нетеру! Не стрелою, мечом и ядом, но любовью, Мерит!

-- Как, милый брат мой? - Мерит-Ра резко вскочила, мгновенно уняв слёзы, - как?! Безумец не придёт, победы Мен-Хепер-Ра не будут напрасными?

-- Безумец придёт, Мерит-Ра, - Ипи отстранился, лишь на мгновение, - но за ним придёт новый Избавитель, которому будет суждено основать Великий Дом и восстановить славу Та-Кем! Властолюбивая Маат-Ка-Ра пустила в грядущие отравленную стрелу, но в нашей с тобою власти пустить иную. Пустить стрелу чуть дальше... Я получил откровение, Мерит. Наша с тобой дочь, Мерит, дочь Священной Крови...

-- Внук её сына, - Мерит-Ра перебила Ипи, - Имя которому будет Сети-Хепен-Ра...

-- Сети-Хепен-Ра Херу-Ем-Геб Мери-Амен будет Рен нового Избавителя и основателя Дома, - молвил Ипи, смотря в синие, как у него самого, глаза сестры, смотря в Вечность, - ты зачнёшь основательницу нового Великого Дома, не пройдёт и разлива с сего дня, когда Тути-Мосе будет в Уасите, ибо Дочери Священной Любви не нужны кривотолки, а сейчас...

-- Херу-Ем-Геб, Верховный Хранитель и Военачальник при Безумце, продолжатель Великих Домов Амен-Ем-Хети, Йаху-Мосе и Священная Кровь Самого Херу Сома, потомка Нетеру! - в глазах Мерит-Ра Нефер, ещё влажных от слёз горел огонь любви. И пламя Великой Надежды, - наша стрела Синего золота добьёт почти через сотню лет, мой Великий Ур-Маа! - Соправительница повернулась на бок и поманила Ипи...


-- Ипи, проснись, брат мой! - утомлённая любовью Мерит-Ра Нефер сказала очень тихо, и Верховный Хранитель не услышал её, продолжая дремать. Она прижалась к брату, лаская, и заметила, что он улыбнулся, -Проснись, Ипи! Хепри восходит, а вам с Нефру-Маат нужно уходить!

-- Хепри восходит, сестра моя. Мы сотворим Неизбежность! - Ипи Ра-Нефер присел на ложе, посмотрев в окно. Белое облако на бледном западном горизонте внезапно стало нежно розовым.


Боевая хевити Верховного Хранителя выехала через Верхние Врата в начавшей рассеиваться предрассветной мгле. Усер-Мин и Ипи Ра-Нефер держали луки в готовности, Нефру-Маат вела. Конечно, соглядатаи Хапи-Сенеба заметили колесницу, но пока они успеют донести... К тому же, Ипи приказал править к северным Вратам Хапи, даже надеясь, что шпионы святителя Ипет-Сут донесут ему сие. И тогда врагам Древней Крови останется только ждать их на первом же канале по дороге к Менфи, заодно, перерезав путь к пристани.

Но Верховный Хранитель Трона был не столь прост. Завернув в торговый квартал, он промчался через пока ещё пустой рынок, где соглядатаев Хапи-Сенеба не было, ибо не могло быть. Не успел расцвести диск Ра на горизонте Хепри, как хевити промчалась через южные Врата Суины. Конечно, для стражи Уасита сие не осталось незамеченным, но стражники относились к Верховному Хранителю с большим почтением, а к страже Дома Амена - с недоверием. К тому же, опрашивать их начнут не ранее, чем через час. А за это время... Ипи проедет едва пол-итеру по суинской дороге, свернув на тропу нечестивых Аму. Ещё итеру Ипи Ра-Нефер будет править на рассвет Хепри-Ра, а затем Нефру-Маат разгонит четвёрку по саванне во весь опор, так, чтобы, описав полукруг, выйти к четвёртому каналу, переправиться мостом и гнать на пристань Капты. Туда, где их ждёт двухрядная ладья Хранителей Трона!


Нефру-Маат не уставала вести, зная, что, не смотря на всё, они ещё не в безопасности. А лучница она слабая, и, если что, Ипи Ра-Нефер и Усер-Мин на узкой дороге смогут остановить целый отряд колесниц своими стрелами. Сейчас их нужно оставить в покое...

Хевити перелетела деревянный мостик через четвёртый канал, и едва не вылетела в заросли тамариска. Кони захрапели и остановились, напуганные ручными львами стражников Ипет-Сут. Сзади на мост выехали ещё две колесницы, шесть - Воинства Амена стояло позади и ещё восемь - мадаев Нехси из Воинства Хнума - двигались им навстречу. Два десятка копейщиков вышли из зарослей. Ипи попал в засаду без малейшего шанса в битве или в бегстве. Верховный Хранитель, а затем и Усер-Мин опустили луки в стрелковые сумки и сошли на землю.

-- Живи вечно, достойнейший Ипи Ра-Нефер! - Хапи-Сенеб, прячась за спинами храмовой стражи (тогда как Хети-Мер и Нехси были впереди своих отрядов) вышел ему навстречу.

-- Живите вечно, достойный Хапи-Сенеб, почтенный Военачальник Нехси и Хети-Мер, Страж Храма Ипет-Сут! Ипи Ра-Нефер церемонно приветил своих возможных противников, хотя... Нехси, скорее, был его союзником, что необходимо использовать! - По какому праву, почтенный Хапи-Сенеб, ты окружил меня? Или не ведомо тебе, что Верховный Хранитель Трона - отныне - и Знаменосец Великой Зелени, и я спешу на свой флот! - глаза Ипи Ра-Нефера недобро посмотрели в лицо Жрецу Амена.

-- Мы должны взять тебя, достойнейший, да живёшь ты вечно! - Хапи-Сенеб ехидно ухмыльнулся - по обвинению в покушении на жизнь Величайшей Маат-Ка-Ра и гнусном колдовстве! Несите улики: стрелы с Рен Мерит и Ипи, вонзившие в кедровое изголовье Хат-Шебсут, и Cах...

-- Полно те, нечестивец! - Ипи улыбнулся, уверенный в своей правоте и своей победе, - стрелы достались тебе от Праведногласого Пер-Амена, и вы же выкрали Мефтета, дабы свершить проклятье над Самозванкой так, чтобы тень пала на нас. Так кто же из двоих заговорщик, и не замыслил ли ты супротив Маат-Ка-Ра, а не Ипи Ра-Нефера и царственной сестры его? Мало того, ещё и предал Та-Кем и наш несокрушимый флот, сообщив царям Тисури и Гебала о числе, мощи, золоте и времени выхода...

-- Вот папирус Сен-Мута, скреплённый печатью Хат-Шебсут, - там приказ схватить вас и отослать в Шедит, посмо... - Ипи перебил Хапи-Сенеба:

-- Вам ничего не стоило запугать верховного зодчего и Первого-после-Величайшей, зная его трусость, к тому же, мне ведомо, что Сен-Мут всегда имеет десяток чистых папирусов, с Рен и печатью женщины-Фараона! Твой приказ не стоит и свитка, на котором он писан, нечестивец! Или не известно тебе, что Дважды Посвящённые Избранники неприкосновенны... Впрочем, лишь половина Хранителей на ладьях, ещё восемь сотен во дворце с Мерит-Ра, вам не взять её, даже объединив два воинства и храмовую стражу! А для того, чтобы просто обвинить меня, не говоря о том, чтобы взять под стражу, необходим Священный Совет! Который не состоится в отсутствие Тути-Мосе, да будет жизнь его вечной!

-- Никто не судит вас и не обвиняет, во имя величия Древней Крови, именем Почтеннейшей и милостью её тебя высылают в Шедит, до того, как Тути-Мосе не вернётся и не поручится за невиновность Херу-Си-Атета и Мерит-Ра! - на стороне Хапи-Сенеба была сила, но Верховный Хранитель решил перехитрить его:

-- Хорошо, почтенный держатель Хашета, я, при оружии и знаках власти на своей колеснице, отправлюсь в Файюм, а ты отпустишь Нефру-Маат при Усер-Мине!

-- Нефру-Маат соучастница! Вы с Мерит стреляли, а она, великая чарами Жрица - вершила чёрное колдовство над её же котом...

-- Что же, Хапи-Сенеб, лгать и настаивать ты умеешь. Обещай, что отпустишь в Уасит Усер-Мина, дав ему свою колесницу, ибо, насколько я знаю, ты не преминёшь попытаться сломить Мерит-Ра, сообщив ей дурное из первых уст того, чьим словам она доверяет!

-- Меркобт Усер-Мину! - распорядился Хапи-Сенеб, и, вскоре, колесница с одиноким возницей скрылась в пыли, в направлении Уасита. Его уже не догнать, - и, всё же, для вас с Возлюбленной Сестрою это не ссылка, лишь отдых во дворце Шепсера сепа Шедита, коему покровительствует Себек! Отдых от боёв и государственных дел, - Хапи-Сенеб ухмыльнулся и хотел было сказать что-то ещё, но Ипи Ра-Нефер, заметив, что Нефру-Маат вовремя спрыгнула с колесницы, неуловимым движением схватил лук, послав всего девять стрел за несколько мгновений...

Первые четыре пробили нагрудники львов, благо, Ипи стрелял едва не в упор, еще пять вонзились в лица храмовой стражи. Мертвецы рухнули как подкошенные, даже не издав стона. Один из стражников Хапи-Сенеба метнулся вперёд, вырвав у Верховного Хранителя лук, да отбросил подальше.

Ипи Ра-Нефер левой ладонью ударил стражника под подбородок, так, что шея хрустнула и запахло нечистотами, тут же выхватил священный Меч и сокрушил ещё троих стражников лезвием Небут-Нетеру. Нефру-Маат удалось сразить четверых. Они обрубали наконечники пик и прорывались к Хапи-Сенебу, зная, что со смертью нечестивца заговор рухнет. Нехси приказал воинам и мадаям не вмешиваться.

Как вдруг залп лучников из зарослей под ноги Жрицы и Верховного Хранителя не заставил их бросить мечи...

-- Надеюсь, теперь ты покоришься нам? - ехидно спросил Хапи-Сенеб.

-- Мы покоряемся! - Верховный Хранитель преклонил голову и взошёл на свою колесницу, подавая руку ошеломлённой Нефру-Маат.

-- Нет, достойнейший Верховный Хранитель Трона! - Хапи-Сенеб глумился, - ты, да будет так, поедешь на своей хевити с моим возницею и с моим стражником, а Нефру-Маат мы посадим на одну из моих меркобт!

-- И да будет так! - Ипи начал игру, - но верните мне лук мой и остальное оружье, то же касается и Нефру-Маат! И поедет со мною досточтимый Военачальник Нехси с его возницей, а не твои соглядатаи.

-- Пусть так, только тогда руки Жрицы придётся привязать к бортику, дабы она не прирезала возницу! - Хапи-Сенеб вновь засмеялся.

-- И запомни, Хапи-Сенеб, держащий Хашет! - Ипи Ра-Нефер помрачнел, - я не казнил не единого, но мои Хранители безошибочно исполняют тайные приговоры держащего Скипетр Ириса! Нефер-Неферу, да будет свидетельницей, я убью тебя по возвращении!

Нехси со своим возницей заняли место на колеснице Ипи Ра-Нефера, Нефру-Маат усадили на лёгкую колесницу храмовой стражи, не забыв связать. И два колесничих кортежа двинулись вперёд, быстро разгоняясь.


"Приди ко мне на Великой ладье, достойный Ниб-Амен, друг мой! Помоги мне, Ниб-Амен!" - Ипи прошептал что-то, как в бреду, но даже чернокожий Военачальник не услышал его сквозь гул колесниц.


-- Достойный Нехси! - Ипи говорил негромко, так, чтобы лишь собеседник слышал его. Но даже возница не мог, сквозь гул копыт двух пар коней и колёс тяжёлой колесницы, - ты знаешь, что у Сен-Мута всегда есть чистые папирусы, подписанные Хат-Шебсут, а Хапи-Сенебу ничего не стоило угрозами заставить трусливого возлюбленного Самозванки, к тому же, не смыслящего в делах государства, подписать сие.

-- Я знаю всё, достойнейший Ипи Ра-Нефер, Дважды Посвящённый, да живёшь ты вечно. И о том, что приказ - подделка! И, даже, о стрелах потомков Древней Крови. И, - Нехси горько усмехнулся, - о вашем с юной Нефру-Маат коте. Мне всё известно о заговоре Хапи-Сенеба, достойного смерти, ибо его высокородные псы чванливы и не умеют пить.

-- Почему же ты покоряешься, почтенный военачальник? - Ипи взглянул в глаза Нехси, заставив отвести взгляд, - скажи? Ведь ты не можешь не знать, что значит моя ссылка, отсутствие Тути-Мосе, заточение моей царственной сестры в её собственном дворце. Выведение из игры Хранителей Трона, которые укрепятся там, превратив дворец в крепость, для защиты Мерит-Ра, это... Если учесть, что Амен-Ем-Геб в Куше, а вторая половина Хранителей - на ладьях Ниб-Амена, понимаешь что это? Не заговор против меня и царственной Мерит-Ра, но заговор против Хат-Шебсут, которой ты верен. Служа Самозванке верой и правдой четырнадцать разливов, ты участвуешь в заговоре против неё?

-- Пойми, Ипи, - Нехси не смотрел в лицо Верховного Хранителя, - ты в опасности! Амен-Ем-Геб отослан в Куш, Тути-Мосе и его верный военачальник - в Пунте, Маху-Нахт отплыл с Ниб-Аменом. В Священной Земле остались лишь четверо военачальников, и Верховным, в отсутствие Наследника назначен Хапи-Сенеб. Пусть Неб-Ка и Си-Хонсу со своими воинствами безотчётно преданы Фараону Тути-Мосе, но... Тебя они ненавидят, может, не менее, чем Хапи-Сенеб. Из-за твоего влияния на Наследника. Называя нередко, промеж собою, "Фараон Ипи-Ра Нефер"! Да, достойнейший, твоё влияние на Тути-Мосе слишком велико, и я ныне единственный из четверых Предводителей Воинств, оставшихся в Та-Кем, кто не желает расправиться с тобою. Только во дворце Шепсера Файюма, под охраной моего Воинства Хнума и моих мадаев ты будешь в безопасности! И нигде больше, пойми, Ипи Ра-Нефер!

-- Ты не прав, Нехси, - Ипи вздохнул, - на своих ладьях, что скоро пойдут к Тисури, Верховный Хранитель Трона и Знаменосец Великой Зелени будет в безопасности, рядом с Ниб-Аменом и Маху-Нахтом! Ужели ты сомневаешься в их преданности мне?

-- Я хотел сделать именно так, но... - Нехси хлопнул ладонью по рукояти меча, - Хети-Мер... Я верен Фараону Маат-Ка-Ра, да живёт она вечно, и Верховный Хранитель не враг мне! Мой враг ныне - Хапи-Сенеб, но его верный пёс приказал стражникам Храма взять Нефру-Маат заложницей, неужели ты рискнёшь...

-- Не рискну, почтенный! - Ипи перебил военачальника, - всего одна стрела, мгновенно выпущенная мною, прикончит колесничего, а возница побоится отпустить удила, да и вовсе не поднимет на Нефру-Маат руки. Ибо знает, что следующая стрела - его. Ты тоже хороший лучник, жаль только щит один на двоих. Но ты сумеешь быстро свалить пару коней, значит - остальные колесницы замедлятся. Потом - лёгкой стрелковой меркобт, утяжелённой тараном хтори, - подавно, никогда не догнать хевити! Бронированной, но стремительной колесницы, запряжённой двумя парами. И труби приказ - с оставшимися разделаются твои воины - их вдвое больше! - Ипи Ра-Нефер внимательно посмотрел в глаза чернокожего военачальника, - если ты верен Хат-Шебсут, ты сделаешь сие!

-- Во имя Та-Кем! - Нехси снял стрелковую суму Верховного Хранителя и поставил перед её хозяином...

Ипи выхватил из трубки две стрелы, зажав их пальцами левой, державшей лук, ладони. Что удивило чернокожего воителя - одна не игольная, изобретённая самим Верховным Хранителем, а церемониальная, с широким режущим наконечником, покрытым позолотой. Впрочем - лучшему лучнику Священной Земли виднее... Предводитель Воинства Хнума напрягся и изготовился, чтобы вскинуть лук в одно мгновение, развернуться и поразить коней двух ближайших колесниц - на конях меркобт, запряжённых парой, тоже есть бронзовые нагрудники и налобники, но много более лёгкие, нежели на конях тяжёлых колесниц, к тому же, ближайшие колесницы Хети-Мера шли всего-то в двух десятках шагов от их хевити, а с такого расстояния игольные стрелы не заметят ни нагрудника, ни налобника отборной храмовой бронзы, ни конского черепа, и поразят мозг или сердце животного. Ипи Ра-Нефер мгновенно вскинул лук, и разве за две падающих капли выпустил обе стрелы. Нехси, не сомневаясь, что Дважды Посвящённый попал, резко развернулся и выстрелил дважды...

Нефру-Маат то и дело поглядывала на колесницу Ипи Ра-Нефера, надеясь, что он найдёт выход, и, даже сумеет убедить Нехси встать за них. Два малых, полуторалоктевых меча висели на её перевязи, но короткая и крепкая верёвка, дававшая её рукам относительную свободу, была закреплена за кольцо на переднем защитном бортике, и сколько Возлюбленная Сестра Ипи Ра-Нефера не тянулась к своему оружию, едва касалась пальцами рукоятей, и, истерев в кровь запястья, оставила отчаянные попытки. Как же ей хотелось дотянуться, и одним уколом двух ромбовидных, пробивающих всё прямых клинков, мгновенно разделаться с колесничим и возницей из верных псов Хапи-Сенеба, ярость вскипала в ней, но вдруг...

Странный звон, заставил вздрогнуть Хранительницу Крови, а когда она оглянулась, то не поверила своим глазам - из затылка колесничего, торчал тростник - наконечник стрелы Ипи Ра-Нефера пробил бронзовый шлем. Тело, с пробитой головой, обмякло мешком и выпало из колесницы. Отпрянув, Нефру-Маат обнаружила, что верёвка, связывавшая её руки перебита, и, увидев вторую стрелу - с церемониальным золочёным наконечником, на котором синим золотом в знаке Сен были выведены имена Ипи Ра-Нефера, не стала терять ни мгновенья. "Веди нечестивый сын гиены!" - жрица приказала вознице так, чтобы он не смог отказаться, приставив к горлу лезвие малого меча. Позади заржали кони, и, обернувшись, Жрица Золотой увидела, как заваливаются две колесницы с подстреленными лошадьми. Нехси тоже выстрелил, и это было спасением. Радость переполнила Ка Нефру-Маат.

Нехси выпустил ещё одну стрелу, но, поторопившись, попал коню колесницы, объезжающей разбитые, в ляжку. Что же, и этого будет довольно, военачальник вложил вторую, но тут что-то ударило его в шею, странно, нет ни боли, ничего, он продолжал целить... только слабость и странная лёгкость, и тепло... Ипи Ра-Нефер развернулся, почувствовав, как в бок ему, снизу, взъерошивая пластины доспеха чтобы пробить неуязвимую броню в один укол, упёрся кинжал. "Воины Хнума! Заговорщик Верховный Хранитель убил Военачальника Нехси!" - возница заорал во всю глотку, личный охранник Военачальника был подкуплен Хапи-Сенебом. Теперь, не помощи от колесниц воинов и мадаев Нехси приходится ждать, но свирепой погони... "Но я взял его! Спешите, я остановлю коней!"

Ипи мгновенно отступил левой, и изменник, увидев свою смерть в синих глазах Хранителя, попытался-таки продать свою жизнь подороже, но, из-за поворота Верховного Хранителя, укол кинжала лишь скользнул по чешуйкам. Ипи всадил нечестивцу в висок наконечник стрелы, и перекинул труп через борт. Нехси был ещё жив, он лежал на площадке, судорожно глотая воздух. Глаза Верховного Хранителя и Военачальника Хнума встретились: "Прости меня, Нехси, я должен был предвидеть сие..."

- Да пребудут Нетеру с вами, достойнейший Ипи Ра-Нефер! Я сделал что мог... Во славу Та-Кем... - чернокожий воитель вздрогнул и уронил голову.

- Да примет тебя Прекраснейшая! - Ипи прикрыл глаза лишь на мгновенье, простившись с Военачальником, ибо сейчас им с Нефру-Маат будет совсем нелегко.

- Гони, Возлюбленная сестра! - выкрикнул Верховный Хранитель, но женщина сама понимала, что сейчас промедленье грозит им уже не ссылкой или темницей, а неотвратимой гибелью.

Нефру-Маат прижала меч к горлу возницы ещё сильнее, намеренно оцарапав, и, в то же время, сумела надеть на левое предплечье тяжёлый щит Ипи Ра-Нефера, присев за ним. Ипи же, вовсе, закинул мощный щит Праведногласого Нехси себе на спину, на специальных петлях, предназначенных для ношения во время долгого похода. Он присел на пятки, оказавшись полностью неуязвимым для стрел и дротов погони, в то же время, продолжая вести колесницу, также разгоняя, что есть сил.

У Верховного Хранителя и Жрицы было большое преимущество перед преследователями: вначале, шедшие и так в отрыве шагов в двадцать колесницы Стражей Амена, с помощью Нетеру и трёх стрел Нехси, да будет Прекраснейшая милостива к нему, расстояние удвоилось. Теперь же, избавившиеся от возницы и колесничих врага, итак более стремительные, запряжённые двумя парами, хевити оторвались от погони и вовсе, шагов на пятьдесят. И с каждым мгновением догнать их было всё труднее.

Но и враги Верховного Хранителя, в числе которых, из-за предателя, оказались и двадцать меркобт Нехси, поняли сие. И тотчас же, с двадцати девяти колесниц полетели дроты и немногочисленные стрелы...

Буквально в спину Ипи Ра-Неферу ударили три дротика - но не один из них даже не пробил щит - бросать вдогон, в щит из отборной бронзы в четвёртую пальца, подбитой просоленной лопаткой буйвола, слоями смолёной циновки и кожи, с кедровым основанием, было попросту пустым делом. Тонкие жала всё же пронзили бронзу, дойдя до циновок, но не сильно отяготили Ипи, быстро расшатавшись от тряски и попадав на землю. Два дрота принял более лёгкий, но и более неуязвимый щит Ипи Ра-Нефера, которым укрывалась Жрица Хатор - четырёхгранные жала выбили из отборной бронзы осколки, но в лопатке не увязли, сразу же отскочив. Их удар едва не сбил женщину с ног, и, в падении, Нефру-Маат случайно полоснула по горлу возницу Храмовой Стражи. Он, хрипя, перевалился через бортик, но слава Величайшей, отпустил поводья! Прекрасно обученные кони влекли колесницу сами, не сбиваясь с пути и не теряя скорости. Впрочем, досталось и коням - у колесницы Воинства Амена два отборных мерина заржали. За то, вскочив на дыбы от боли, лишь ускорили бег. Доспех из широких пластин бронзы, прикрывавший бока и спины коней, удерживал спереди и пику, но дроты... Попадая в лёгкую бронзу с боков, они оставили неглубокие, но рваные и кровавые раны. Белым коням церемониальной, и, в то же время, боевой хевити Ипи Ра-Нефера, повезло больше. Три дрота упали неудачно, лишь звякнув жалами по пластинам и ударив коней.

Второй, как и третий бросок дротов был ещё менее удачен, а, меж тем, расстояние всё увеличивалось. Колесничие погони сделали вывод - только десять, самых опытных, метали копья, а остальные обрушили в спину удаляющимся колесницам град стрел, надеясь, при удаче, попасть в ноги коням, а то и легко ранить Хранителя и его Сестру в не укрытые щитами части тела.

Свист стрел, проносящихся мимо и звонкие удары пробойных наконечников в бронзу щита. Длинные мечевидные иглы откалывали кусочки отборной бронзы, застревая в подбое. Несколько лёгких, подобных охотничьим, с плетёным бортом, колесниц мадаев неслись по крестьянскому полю, постепенно настигая. Этого Верховный Хранитель не мог допустить, резко нагнав коней, и повернув к колеснице стражи Храма.

Снова залп, и один из меринов колесницы заржал и взбрыкнул. А дорого было каждое мгновенье. Если сейчас он не снимет Сестру на свою хевити, дабы Нефру-Маат вела, а Ипи Ра-Нефер отстреливался - их настигнут.

Верховный Хранитель Трона напрягся, сжался подобно пятнистой кошке перед броском, и в последний раз стеганул коней поводьями. Дело сильно осложнялось тем, что слишком близко подходить было нельзя, дабы колесницы не столкнулись. Но Ипи Ра-Нефер знал одно - не здесь и не сейчас Нефер-Неферу примет его. Он знал свой день и день Нефру-Маат, что придало ему сил. Жрица поняла, что Ипи собирается сделать, и побледнела, понимая, насколько это опасно, когда колесницы мчаться под три итеру.

Едва сблизившись, Ипи Ра-Нефер схватил за талию, потянувшуюся к нему Нефру-Маат, мгновенно перебросив на свою колесницу. Вовремя - коса днища подрубила рессору меркобт стражи, и она упала, заваливаясь. Слава Нетеру, умные кони хевити ушли от опрокидывающейся колесницы.

- Веди, гони коней, возлюбленная Сестра! - и вновь стрелы застучали в щиты и бронзовую защиту площадки.

- Ты хочешь бить их коней, Ипи, но как? - Верховный Хранитель перебил жрицу:

- Это хевити, а не меркобт, Возлюбленная Сестра. Я закреплю оба щита на упорах, предназначенных специально для того, чтобы колесничих и возниц не могли выбивать со спины! - Ипи, без промедления, укрепил щит Нехси. Нефру-Маат высвободила из ремней предплечье, и Верховный Хранитель установил рядом собственный щит. Меж щитами и бортом были небольшие щели, но только отборные лучники могли попасть в них, зато для колесничего лучшей бойницы нельзя было и представить.

- Не поднимайся, Нефру-Маат, веди присев! - Ипи Ра-Нефер вовремя пресёк опасное безрассудство Сестры, и, на всякий случай, устроился прямо за ней - пластинчатый доспех отборной бронзы, да с нагрудником неуязвим даже для дрота, не то что для стрелы, если таковая попадёт в щель, на Жрице же не было никакой брони.

Ипи осторожно выглянул и осмотрелся. На облегчённых, не защищённых даже доской колесницах, ехали не мадаи, а лучшая охрана Праведногласого Нехси. Конечно же! В бою, если возникнет опасность, они должны налетать на врага как пустынная буря, забрасывать дротами и стрелами. Погибнуть, но защитить военачальника. Сотника охраны Ипи Ра-Нефер узнал сразу, хотя и не помнил Рен оного, и, приподнявшись, крикнул ему:

-- Досточтимый Нехси, да пребудет Ка его в Те-Мери, был убит не мною, а наёмником Хапи-Сенеба!

-- Нетеру даровали мне хорошее зрение, и я сам видел это, Верховный Хранитель Трона! - ответил охранник военачальника, добавив, - но ты должен остановиться и сдаться нам, мы отгоним псов Держащего Хашет и защитим тебя в сепе Файюма, вместе с воинством Шепсера!


Раздавшийся внезапно грохот ошеломил Ипи. Вспышка и пыль, ржание испуганных коней погони, а потом... Меж колесницей Верховного Хранителя и остановившимся отрядом преследователей в землю вонзилась стрела, длиною с лёгкую пику, а через мгновение вспыхнуло неугасимое пламя. "Не уж то..." - только и успел подумать Ипи Ра-Нефер, как тонкий звук серебряных труб, прозвучавший для Ипи и Нефру-Маат лучшей музыкой, огласил окрестности. Это был сигнал: "Знаменосец Величайшего приветит Знаменосца Великой Зелени и Верховного Хранителя Трона, достойнейшего Ипи Ра-Нефера!"

Ипи встал и взглянул в сторону Хапи: "Звезда обеих Земель", пятирядный "Себек-Сенеб" и пара лёгких двухрядных ладей за ним шли вверх по течению Реки. Их не должно быть здесь, они отошли от Уасита и должны были пройти по свободному от торговых кораблей и рыбацких лодок западному каналу, выйдя в воды Хапи лишь у самой Дельты... Но какое это имело значение. Преследователи развернули колесницы, опасаясь стрел с Гневом Тути или неугасимым огнём, да и сотен отборных лучников Хранителей Трона и Воинства Себека. Они с Нефру-Маат были спасены. Они были свободны, среди друзей. Ниб-Амен подоспел вовремя.


Великий Хапи, утратив свою безмятежность, встретил боевые ладьи мелкой рябью, значит, Бехдет был уже близок. Паруса ладей ещё были туго наполнены ветром раскалённых гор Куша, но, встречный ветер Великой зелени, где-то, в двух-трёх итеру выше по течению, там, где правая длань Дарующего Счастье впадала в Великое море, нагонял большие встречные волны, тревожа гладь Реки.

Опомнившись, Ипи взглянул на отряд ладей, идущих к Бехдету. Простолюдину, да что там, даже опытному воину, не сведущему в знамёнах флота Священной Страны, равно, как и в боевых ладьях, порядок, в котором шли одиннадцать грозных кораблей, показался бы странным. Первой шла "Звезда Обеих Земель", со знаменем Ниб-Амена, кажущаяся торговым судном, не только в сравнении с громадой пятирядного, идущего вторым, "Себек-Сенеба". Даже быстроходные и лёгкие, пусть, так же, двухрядные, как и флагман Ниб-Амена, ладьи, замыкающие колонну, казались много более внушительными, за счёт мощных таранов, увенчанных бронзовыми головами священных львиц, баранов и соколов, более высокого борта и, сверкающих медью, высоких стрелковых площадок. Тем не менее, на правом берегу, крестьяне и купцы, избравшие путь по суше, с восхищением и любопытством смотрели на процессию ладей Та-Кем, проходящих не меньше, чем полтора Итеру за час.

Ипи взглянул на левый берег, на пальмах, лесу которых, казалось, не было конца и края, чернели громадные финиковые грозди, - время масленичных ещё не пришло, да и пришло бы - более приземистые стволы потерялись бы в на фоне фиников, если не в густых зарослях тамариска. Над непроглядной рощей возвышались на пятнадцать-двадцать локтей стройные и прямые, как хорошее копейное древко, корабельные пальмы, с вершин которых, то и дело взлетали, вскрикивая, крупные белые попугаи. Присмотревшись, Верховный Хранитель заметил крестьян, которые ловко, как обезьяны, взбирались на финики, и, закрепляясь поясом из кожи, или же, пальмовых листьев, срезали громадные, в пол хека весом, чёрные грозди сладких плодов. У самой кромки воды, в камышах, охотники били уток, те же, кто побогаче, стравливали на птицу крупных охотничьих кошек, дабы меньше утруждать себя сбором битой птицы в зарослях камыша и папируса. Тем более - на воде, для чего обычно приходится тянуть с собою тростниковую лодку, которую с успехом заменял кот, - эти, в отличие от храмовых и домашних, вовсе не боялись воды, и, даже ныряли, выхватывая рыбу. Многие закидывали короткие сети и длинные прочные бечёвки с тухлым лисьим мясом на бронзовых крюках, после чего, брали луки, дабы разнообразить богатый улов рыбы гусем и селезнем. Не зря Бехдет, воистину, самый зажиточный город, сравнимый, разве что, с самим Уаситом и Белостенным Градом Весов. Но не всегда было сие, лишь четыре века назад Знаменосцам Та-Кем даровали прибрежную полосу земли на тысячу немет от воды и на четыре итеру вдоль рукава, дабы у Шепсеров или землевладельцев не возникало соблазна сажать здесь ячмень. Знаменосцы же, селили своих крестьян, или нанимали местных, дабы густо, подобно лесу, сажать и возобновляли посадки финиковых, корабельных и масленичных пальм, меж коими густо рос тамариск, малоценное, но небесполезное и раскидистое древо. Воистину, великий и мудрый Сен-Усер-Ти Хеа-Ку-Ра, поразил двух уток одной стрелою - трое Знаменосцев, получали по полторы - две тысячи арур, имея с дорогих фиников, масла, и мачтовой пальмы достойный доход, а густые рощи высоких пальм и раскидистых тамарисков надёжно защищали рукава Хапи: левый, ведущий к Па-Уда, правый - к Бехдету, и канал, ведущий к Синим водам, от сильных ветров дующих с Великой зелени во все три сезона. Да и благодатные поля Дельты становились от этого ещё плодороднее, получая больше ила в сезон Разлива, и не становясь болотом в сезон Жатвы. Рыбаки, охотники и ловцы попугаев, снабжали рынки, закусочные и лавки, самого оживлённого, из-за удобной торговой гавани, града во всём Та-Кем, пополняя и свои кошели, и Дома Серебра, ибо (что Ипи знал, как Верховный Хранитель) за год в Бехдете бывает моряков и торговцев с Островов, севера Верхнего моря и земель Фенех, числом, всемеро больше, чем сынов Та-Кем, живущих в этом древнем городе. Воистину, не зря прозван Великим, славный предок Ипи Ра-Нефера, Праведногласый Сен-Усер-Ти Хеку-Ра, и не только за победы его, но и за мудрость.

Только, чего Верховный Хранитель не мог не заметить, всё больше торговцы и капитаны, идущие водой, прижимаясь к левому берегу, их моряки, даже охотники, замирали, смотря на отряд боевых ладей, и заметно мрачнели, верно, сознавая, что корабли идут на великую битву...

Что же! Битва - так битва, ибо Ипи сделал всё что мог для победы. Великий "Себек-Сенеб", и десять двухрядных ладей, шесть из коих защищены и грозны, а четыре - маневренны и быстроходны, стояли на якоре близ Уасита, Грозный вид их и золото Хранителей соблазнили капитанов Акайвашта и Кефтиу помочь Та-Кем немалым наёмным флотом, когда в гавани Бехдета, пред взором соглядатаев Бен-Мелека и его союзников, были лишь две старых укреплённых, да ещё полтора десятка однорядных ладей. Постепенно прибывали наёмные ладьи Ша-Дана севера Зелёных вод. Впрочем, у них, равно, как и у Кефтиу все ладьи несут воинов и оснащены подводными клювами, ибо северные и западные воды Великой Зелени неспокойны и кишат пиратами. Посему, соглядатаи Града на Острове, скорее всего, примут корабли наёмников за торговцев. За всеми купцами и капитанами Джахи следят, к тому же, замысел с редкими товарами, говорят, удался на славу. Но, насколько - Ипи Ра-Нефер узнает об этом в Бехдете. Как и о другой золотой стреле, запущенной точно в сердце племён Ре-Тенну... А дальше... Всё будет зависеть от опытного Ниб-Амена, да новых и мощных осадных луков пятирядной ладьи.

"Бехдет!" - воскликнул воин на мачтовой стрелковой площадке "Себек-Сенеба". "Вот и Бехдет, мой Возлюбленный Брат", - Нефру-Маат, подкравшись, как кошка, обняла Ипи за плечи.

Сияние Ра, отражённое золотом обелисков древнего Храма Великого Херу, брызнуло им в глаза...


Два больших отряда кораблей, возглавляемых новым флагманом Ипи Ра-Нефера, пятирядной ладьёй "Себек-Сенеб", и укреплённой двухрядной "Звездой Обеих Земель" - ладьёй Наследника и флагманом Нибамена, вышли из рукава Хапи в неприветливые воды Великой зелени выше Бехдета, спустив паруса из-за не перестающего встречного ветра. Встречные течения нагоняли высокие волны, и однорядные ладьи, шедшие в колонне Ипи Ра-Нефера, качало и подбрасывало. Великий Ра опускался к Западному горизонту, вскоре должны были зажечься первые звёзды и сигнальные лампады на носу и корме каждой ладьи, дабы они не потерялись во тьме. Несколько воинов вынесли наверх тяжёлые кедровые рамы, дабы жрецы Мер-Уннут могли точно определить путь к Тисури по Звезде Мер.

Нибамен стоял вместе с Ипи Ра-Нефером на корме "Себек-Сенеба", осматривая свои отряды и разглядывая тающие в дымке берега Та-Кем. За великой ладьёй Знаменосца Верхнего Моря следовало два защищённых пальмой, и два новых, быстроходных, так же двухрядных корабля. Десять однорядных ладей - лёгких и маневренных - замыкали отряд Верховного Хранителя Трона, дабы крушить вёсла и кедр Джахи, при попытке тарана и абордажа тяжёлых ладей Верховного Хранителя. За "Звездой Обеих Земель" шли, неторопливо поднимая вёсла, пять таких же, как головная, и пара лёгких двухрядных, дабы прочность и мощь кораблей времён Сен-Усер-Ти, сочетались с быстротою и тучами стрел ладей времён Амен-Хотпа Джо-Сер-Ка-Ра, и враг, избегая льва, погибал в зубах крокодила. За ладьями Ниб-Амена, в две колонны, шли двадцать семь кораблей Акайвашта, Турша и Кефтиу, и пять лёгких ладей Та-Кем прикрывали их, идя позади. Флот Священной земли, в пятьдесят пять кораблей, если считать и ладьи наёмников, был готов встретиться со всеми ладьями Тисури, многие из которых отличала мощь и скорость (впрочем, все ладьи городов Джахи, различались разве по парусам и знамёнам), что было известно Ипи, трижды посетившему Град на Острове, и дважды - далёкие города. Знал Верховный Хранитель и то, что в каждом из городов Фенех, и боевых, и пиратских ладей было немало, и предполагал, что соседи царя Бен-Мелека, так же позарятся на золото Та-Кем, вместе с наёмными пиратами Шарден, кичливыми моряками Островов, и вероломными капитанами городов Джахи. Ипи Ра-Нефер и Ниб-Амен были готовы победить, сколько бы ни встретило кораблей нечестивцев флот Священной Страны. Тяжёлые осадные луки были разряжены и пока только грозно поблёскивали бронзой метательных пластин. Луки поменьше имелись на каждой из двухрядных ладей, даже - по одному на однорядных, пять сотен лучников флота Та-Кем были готовы бросить зажигательные стрелы в любую цель, бронзовые головы Стражей Реки и священных львиц, как и обитые медью тараны кораблей Островов и наёмных капитанов Ша-Дана ждали завтрашнего вечера, дабы вонзиться в борта вражеских кораблей. Ипи и Ниб-Амен понимали, что не имели права не одержать победы. Два десятка хека золота Самозванки и Дома Сокровенного, выделенные на покупку кедра и сирийских слонов, будут отданы не торговцам Тисури, а наёмным капитанам, воинам и морякам Та-Кем. Ипи возьмёт своё, и вернётся в гавань Уасита не только с искомым товаром, но и с сотней хека дани покорённого Града-на-Острове, даже если для этого придётся предать пламени и водам все корабли этого старого торгового города! Даже, если придётся придать огню сам Тисури, и взять его штурмом. Двенадцать сотен воинов Та-Кем, Хранителей и наёмников ждали своего часа. Как бы не был очевиден заговор Хапи-Сенеба, но Ипи Ра-Нефер бежал, что недостойно Верховного Хранителя, и теперь вернуться в гавань Уасита они могли только с победой, богатой данью и новыми землями Двойной Короны!

Умирающий Атум окрасил своей кровью воды Ша-Фен, Бехдет уже не различался за кормой "Себек-Сенеба", в небе слабо зажглись первые дети Нут. Непривычный солёный ветер обдавал водяной пылью лица Нибамена и Ипи Ра-Нефера, двое Знаменосцев Та-Кем стояли на корме, не проронив ни слова. Наконец, Ипи решился заговорить:

-- Нибамен, Брат мой, но как ты узнал, что мне нужна помощь, что столь вовремя пришёл на выручку?

-- Ты знаешь, что Усер-Мин предупредил меня. Но как я узнал, что нужно подойти к берегу ниже града Капта... Ты - Дважды Посвящённый, достойнейший Ипи Ра-Нефер, ты звал меня, и я услышал твой зов. Пойми меня, я почувствовал зов и просто подчинился ему, приказав ладьям идти ниже гавани Капты! - Нибамену было неловко, что он не мог объяснить Верховному Хранителю своего поступка.

Атум уже давно скрылся за горизонтом Аменет и оранжевая огненная медь растеклась по западному краю моря. Волны были сине-оранжевыми и веяли приятной прохладой. Закат дышал покоем и ничто не говорило о том, что завтра бронза стрел соберёт свою жатву, что спокойные Зелёные воды окрасит кровь и огонь.

Нибамен что-то сказал своему поверенному, и тот немедля протрубил сигнал. Вскоре к корме "Себек-Сенеба" подошла, выровняв ход, "Звезда Обеих Земель", и Знаменосец ладьи Величайшей перешёл по трапу на свой корабль, оставив Верховного Хранителя наедине с его возлюбленной Сестрой, стоявшей у мачты и не решавшейся подойти к мужчинам.

Ряды тяжёлых вёсел осадной ладьи медленно поднимались, с громким плеском опускаясь в воду. Воины один за одним опускались в широкие люки палубы, чтобы хорошо выспаться перед боем. Когда совсем стемнеет, ладьи отрядов поднимут вёсла и будут идти только под парусом, чтобы гребцы могли отдохнуть, а двое жрецов Мер-Уннут, вместе с писцом и счетоводом, определят по звёздам кратчайший путь к Тисури, - вот уже двое моряков вынесли для них кедровую раму с отвесами и ещё пустыми сосудами синего стекла.

Нефру-Маат, неслышно, как кошка, подошла к Ипи со спины и обняла Хранителя. После спокойных вод Хапи, в неприветливом море качало даже такую тяжёлую ладью, и женщину начало мутить, что она старательно скрывала, но сейчас она не думала ни о чём, все опасности были позади, пока позади, и Ипи был рядом.

Верховный Хранитель не нарушил своего молчания, продолжая всматриваться в последние отблески заката на западном горизонте.

-- Ипи, возлюбленный Брат, что беспокоит тебя? Ты уверен, что завтра будет битва? - женщина положила голову на плечо Хранителя, прижавшись ещё крепче.

-- Битва будет, - Ипи Ра-Нефер ответил коротко, но поспешил успокоить Сестру, - но с нами опытный Ниб-Амен, ходивший даже в Море Обратных вод. Он знает, как выстроить боевые ладьи, чтобы сокрушить врага, знает, как обойти чужие порядки, дабы атаковать с выгодой для себя, его трубачи могут управлять ладьями столь же согласно, как колесницами. А на этом корабле и вовсе бояться нечего.

-- А ты, Знаменосец Зелёных вод? - Нефру-Маат попыталась раззадорить супруга, - ты ведь тоже опытный воин, мой Ипи.

-- Что ты, Сестра, сейчас я только хороший лучник. Мы постараемся сжечь столько ладей Фиолетовой, сколько сможем, а дальше... Не думаю, что бой на море сильно отличен от боя на суше, - Хранитель ловко повернулся к Нефру-Маат, тотчас же обняв её.

-- Но тогда что терзает твой Ка, мой возлюбленный Брат? - Нефру-Маат не унималась, - ты думаешь о том, что Хапи-Сенеб может вновь попытаться схватить нас по возвращении или использовать убийц? - женщина посмотрела удивлёнными и испуганными глазами в лицо Верховному Хранителю.

-- Хапи-Сенеб? - Ипи усмехнулся, - Верховный Жрец Сокровенного никогда не решился бы на это, - внезапно глаза Хранителя остекленели, а губы распрямились, - не решился бы. А сейчас Хапи-Сенеб уже на Суде Усера. Я обещал, что убью его, но не смогу сдержать клятвы, - невидящий взгляд Хранителя Трона уставился на горизонт Запада...


Мерит-Ра-Нефер, Усер-Мин и пять сотен Хранителей Трона переправились в малых ладьях на Западный берег. Прекрасный и величественный Священнейший Храм Хатор-Хранительницы, пусть ещё не достроенный, пусть каменотёсы ещё вгрызались в скалу, но разум возлюбленного Священной Правительницы задумал Десир-Десиру так, что Храм уже сейчас поражал своим великолепием, возвышаясь вдали. И именно он был их целью. Мерит одела перевязь с Синим Кинжалом и сжимала в руке Скипетр Ириса, ибо сейчас она за брата. Сейчас она - Верховный Хранитель Трона. И победа будет за ней. Почтеннейшая отправилась в свой Храм всего лишь с двадцатью стражниками, на колесницах, её ладью Мерит видела у западного причала. И пусть теперь откажет Фараон Маат-Ка-Ра! Игра дождей и ветра, а, может, воля Нетеру, высекла в скале над Священнейшим громадное изваяние сидящей Величайшей Маат, но зря Самозванка пытается осенить себя крылами Владычицы Истин, ибо сейчас Истина не на её стороне. Равно как и сила... Воинства убитого Нехси отправились в Куш, Хапи-Сенеб наполнил Столицу своими войсками и они не подойдут. Длинные, выше роста воинов, составные луки висели на спинах Хранителей Трона, пять сотен мечей и копий сверкали в лучах Ра, на левой руке каждого были закреплены ремнями небольшие щиты, не мешающие ни стрелять, ни сражаться. Поверх ватных рубах Хранители надели щитковую броню, парадные синие передники со знаком Херу скрывали их ноги, так, обыкновенно, Хранители Трона - отборные воины Та-Кем - идут в бой впереди обычных воинств, а иногда, наносят в битве решающий неожиданный удар. Но чтобы в Уасите, пусть и на Западном Берегу... Но сегодня Мерит предстояла битва. За её брата. Пусть ни одна стрела не сорвётся и ни один меч не изведает крови, кто знает, какая битва тяжелее.

Усер-Мин смотрел на Соправительницу, идущую под палящими лучами, он знал, что уже три локона, как Мерит носит дитя, и очень беспокоился за неё. Путь был трудным и неблизким, а перевезти две сотни колесниц через воды Хапи было невозможно. Однако, Соправительнице хватало сил идти впереди тренированных воинов, не задерживая их шага. Слишком велика была цена...


Почтеннейшая стояла в дневном пределе меж колон, украшенных ликами Золотой Хатор, которые, хотя и вызывали у неё раздражение и ревность, но, тем не менее, Священная Правительница не могла не признать их совершенными. Фараон Маат-Ка-Ра прислушалась. В ровный и успокаивающий перестук заступов каменотёсов ворвался другой шум. Ровный и гулкий. Так... Так идут воинства в боевых порядках! Хат-Шебсут обернулась - синие одежды Хранителей и сверкающая бронза. О, Великие Нетеру, как же их много! Маленькая Мерит прижала Фараона Та-Кем к скалам, и сейчас ей не уйти - старый ход от храма Сен-Усер-Ти под водами Хапи рухнул в прошлый разлив. Что же. У неё есть, чем достойно приветить Соправительницу и есть хорошие новости для этого мстительного дитя. Стук заступов стих - видно, рабочие заметили отряд Хранителей и остановились. А хрупкая девичья фигурка в дорогом платье белёного льна, с луком, висящим за спиною, опираясь на скипетр с навершием синего золота, уже поднималась на ступени Священнейшего, в сопровождении своих воинов...


-- Живи вечно, Фараон Маат-Ка-Ра! - Мерит-Ра поклонилась Священной Правительнице, не переставая смотреть ей в лицо.

-- Живи вечно, юная Соправительница, - Хат-Шебсут улыбнулась и продолжила, - ужели Мерит-Ра-Нефер решила поклониться Хранительнице Ключей в полуденную жару? Ужели Уасит сегодня столь небезопасен, что юная Сестра Наследника взяла себе в охрану едва ли не половину Хранителей Трона? - Маат-Ка-Ра держалась достойно, сообразно своему положению, несмотря на то, что даже её стражники в испуге поглядывали на Хранителей, заполнивших Дневной Предел Священнейшего храма и расположившихся на его ступенях.

-- Я пришла просить тебя, Почтеннейшая! - Мерит снова поклонилась, продолжая смотреть в глаза Хат-Шебсут, зная, что Правительница Священной Страны суеверно боится её взгляда, - я знала, что застану тебя, да продлятся дни твои вечно, на дневной службе Хатор в твоём Храме, и всего лишь пришла просить! - Мерит-Ра говорила покорно, но твёрдо.

-- Ты пришла требовать, Мерит! - Хат-Шебсут повысила голос, - с таким воинством за спиной не просят! Так требуй, Мерит-Ра-Нефер! - Хат-Шебсут отвернулась, - сегодня сила за тобою...

Испуганные жрицы жались друг к другу, стражники Маат-Ка-Ра сжали рукояти своих мечей так, что смуглая кожа их рук побелела. Верховный зодчий и Первый-после-Величайшей, оставив своих рабочих и десятников, примчался в Дневной предел и замер в страхе. Сен-Мут посмотрел на каменные лица Хранителей, их оружие и броню, окинул взглядом Усер-Мина и Мерит, сжавшую Скипетр Ириса, посмотрел на тяжёлый лук, висящий на спине Соправительницы, попятился, но совладал с собою. Мерит-Ра ударила белый в лучах Ра песчаник, промолвив:

-- Сегодня со мною не сила, но Истина, Фараон Маат-Ка-Ра, да будет жизнь твоя вечной! - она прикрыла глаза, добавив, - поэтому, я всего лишь прошу тебя, Почтеннейшая, прошу освободить Ипи Ра-Нефера и Нефру-Маат.

-- А если, - Хат-Шебсут улыбнулась - сейчас Мерит могла "просить" хоть Венец Обеих Земель и получить искомое, но Соправительница просила за брата, не зная, что он ушёл вниз по Хапи на ладьях Нибамена. Маат-Ка-Ра, не смотря на пять сотен луков и копий Хранителей, решилась поддразнить супругу Наследника, увидев в ней испуганное дитя, не знающее, что ей делать со своей победой, - а если я откажу тебе, достойнейшая Мерит? Что тогда?

-- Тогда... - Мерит-Ра побледнела, но тут же нашлась, - тогда я могу взять заложника и просить по-иному! - Соправительница подняла Скипетр и больше сотни Хранителей мгновенно вскинули и изготовили луки. Сен-Мут охнул и присел на не раскрашенную статую, понимая, что на роль заложника здесь подходит только он один, он был спокоен, зная, что Ипи ушёл от Хапи-Сенеба, но не понимал опасной игры Фараона.

-- Будь спокойна, юная Мерит, - Хат-Шебсут более не решилась играть с дочерью Паер-Анха, - нельзя освободить того, кто свободен и плывёт на великой ладье по Зелёным водам, если Верхний Флот ещё не пристал к стенам Тисури. Не зря Хапи-Сенеб никогда не выигрывал у Верховного Хранителя в мен, твой брат и Ниб-Амен ловко перехитрили Святителя Сокровенного, - женщина-Фараон гордо и снисходительно улыбнулась.

-- Но почему, - обрадованная новостью Мерит задышала часто и не смогла сдержать улыбки, но быстро помрачнела, - почему ты позволила свершится такому? Ты ведь знала, что это заговор, что Дважды Посвящённый не снизойдёт до грязного колдовства простолюдинов, а наши стрелы достались Хапи-Сенебу...

-- Вы с братом сбивали воронов, круживших над Домом Сокровенного, а старый Пер-Амен, да пребудет Ка его в Те-Мери, сохранил наконечники, - Хат-Шебсут печально улыбнулась Соправительнице, - но ты думаешь, что замысливший заговор спросил меня? Ты мудра, но всё ещё наивна. К тому же, с тех пор, как Наследник отплыл в Пунт, жизнь Ипи в опасности, военачальники, верные Тути-Мосе, ненавидят Хранителя не меньше Хапи-Сенеба, спрятать Ипи за стенами крепости Файюма до прихода ладей Наследника было бы мудро... Впрочем, всё решилось само, теперь Верховный Хранитель пребудет среди друзей.

-- Ты лжёшь, Маат-Ка-Ра, да будет жизнь твоя вечной! - Мерит задрожала, глубоко вздохнула и продолжила, - Ипи Ра-Нефер знает свой день и свой час, в этом его сила, ибо ничто не может преодолеть воли Владычицы Истин, а тот, кому ведом свиток его судьбы - неуязвим, ибо - бесстрашен!

-- Восемь разливов, Мерит... - Маат-Ка-Ра отвернулась и продолжила вполголоса, - ты вправду считаешь так, дочь Паер-Анха? Ты не права. Ни к чему смертному знать эту Истину, Мерит-Ра-Нефер! А я... Ипи судил меня и приговорил к смерти, Мудрейший и Прекраснейшая заседали рядом с ним, а Сешат была секретарём Суда Вечности.

-- О чем ты, Почтеннейшая? - Соправительнице было нелегко понять слова Фараона.

-- Меньше локона назад, Мерит, - Священная Правительница вновь повернулась к сестре Ипи Ра-Нефера, - я пришла в Храм Маат в Южном Городе, когда Ипи служил в Пределе прорицателей. Я увидела, что носящий шкуру пятнистой кошки не здесь, и решилась спросить. Ипи говорил Истину, ибо смотрел Ей в лицо. Лишь восемь раз суждено мне встретить восход Звезды Асет, а потом - умереть в муках. Разве может такая Истина сделать неуязвимым, скажи мне, Верховная Урт-Маа, Дважды Посвящённая?! - Хат-Шебсут вздохнула, и продолжила, не дав Мерит ответить, - правда, твой брат сказал, что моя корона будет нерушима, и что в веках меня назовут величайшей из женщин, но зачем это мне? Это так мало, Мерит-Ра-Нефер.

Соправительница посмотрела в глаза Фараона и увидела только женщину, несчастную, пытающуюся сгладить следы времени и напуганную. Она добилась величайшего Трона мира, но осталась одна, она обрела всё и потеряла всё. Мерит-Ра-Нефер стало безумно жаль Священную Правительницу, она не выдержала, уткнулась ей в грудь на мгновение, как ребёнок, но быстро совладала с собой и подняла глаза, промолвив:

-- Такое знание может сделать неуязвимым, Фараон, да будет жизнь твоя вечной. Теперь ты можешь не оглядываться, не бояться яда или заговора. У тебя есть Двойная Корона и Скипетры, дабы творить славу Та-Кем, у тебя есть возлюбленный, дабы творить любовь. Так прими же достойно приговор Величайшей!

-- Ты мудра, Мерит, - Хат-Шебсут заглянула в синие глаза Соправительницы, поняв, что её больше не пугает их цвет, - ты ещё дитя, но ты имеешь великую мудрость.

-- А теперь я вновь попрошу тебя, - Мерит отстранилась от Фараона и отступила на шаг, - отдай мне Хапи-Сенеба! Он убил кота Ипи, чтоб совершить гнусное колдовство, он проклял тебя и задумал заговор, Верховный Жрец Сокровенного достоин смерти, Фараон Маат-Ка-Ра!

-- Что же, достойнейшая Мерит-Ра, - Хат-Шебсут изменилась в лице, теперь на Соправительницу снова смотрела владычица величайшего Трона, - будь по сему, ступай и верши Назначенное!

Мерит, не оборачиваясь, направилась к выходу, через строй Хранителей Трона, Усер-Мин хотел было последовать за нею, но Хат-Шебсут остановила его:

-- Ты нерадив, Старший Совета Хранителей! Так-то ты присматриваешь за сестрой Ипи и Соправительницей Наследника? Мерит носит дитя, хотя пытается это скрыть, дитя, главу которого, быть может, увенчает Двойная Корона! Ты мог переправить на лодках хоть одну колесницу для неё?

-- Прости меня, Фараон Маат-Ка-Ра, да будет... - Усер-Мин смущённо потупил взгляд, бормоча, но Хат-Шебсут перебила его:

-- Что же, тогда возьми одну из моих колесниц! А теперь иди, и пусть свершится, что должно!


Семь десятков тяжёлых колесниц Хранителей Трона, запряжённых четвёрками, неслись к Великому Храму Ипет-Сут, а за ними бежали полтысячи воинов в полном боевом облачении. Воинство Амена, рассеянное по улицам Уасита, стражники Маат-Ка-Ра и темнокожие мадаи не успели собраться, дабы хоть как-то задержать кортеж Соправительницы. Стража Дома Сокровенного едва успела закрыть тяжёлые кедровые ворота, и колесницы остановились на большой храмовой площади.

Хети-Мер, запыхавшись, вбежал в святилище, застав Хапи-Сенеба, жреца и военачальника за службой Покровителю Дома.

-- Что случилось, достойный Хети-Мер, глава Храмовой Стражи? - голос Верховного Жреца был спокоен, он знал, что Ипи ушёл, но так же знал, корабли Великой Зелени, равно, как и корабли Наследника возвратятся нескоро, и к тому времени всё забудется и будет как ране.

-- Хранители Трона, о, достойнейший Жрец Сокровенного! Сотня колесниц и пять сотен воинов! Это семьсот луков, достойнейший! - стражник был взволнован, - мы едва успели запереть ворота, иначе они уже были бы в Ипет-Сут!

-- Соправительница? - Хапи-Сенеб не изменился в лице, - я недооценил её. Но как же целое воинство пропустило их через весь Уасит?

-- Я не знаю, почтенный Хапи-Сенеб, но что нам делать теперь, когда Великий Храм осаждён! Или ты думаешь, достойнейший, что Мерит-Ра решила поклониться Сокровенному, прихватив с собою такую силу? - Хети-Мер отдышался и немного успокоился.

-- Замолчи, глупец! - Хапи-Сенеб сделал знак не прерывать службу, - Храм Амена непреступен, а защита Сокровенного - священна! Мерит не посмеет взять святилище Покровителя Дома Йаху-Мосе, пока Трон принадлежит Фараону Маат-Ка-Ра! А что делать? Погоди, я пойду на пилон и успокою её, скажу, чтобы она возвращалась во дворец и ждала брата и Наследника.

-- Не стоит, достойнейший! У неё семь сотен луков, и...

-- Тогда я поговорю с нею не с крыши, а из окна, и пусть твои стражники закроют меня своими щитами, или Хранители Трона научились стрелять через камень, глупец! - Хашет Хапи-Сенеба ударил плиты, но Жрец тут же добавил, смягчившись, - и пусть лучники Храмовой Стражи выстроятся на крышах, дабы Мерит знала, что у нас тоже есть сила.


Мерит ждала. Ей оставалось только ждать. Она видела как лучники Храма выстраиваются на пилоне, положив стрелы на тетиву, а стража прикрывает их, но Соправительница знала, что Хапи-Сенеб не отдаст приказа к битве. Наконец, несколько стражников Храма загородили тяжёлыми щитами западный оконный проём. Значит он идёт. Идёт чтобы говорить с нею.

-- Что нужно тебе, достойнейшая Мерит-Ра-Нефер? - Соправительница узнала голос, - твой брат свободен и плывёт на своей великой ладье, если ты об этом! Собирай своих людей и езжай во дворец, там ты дождёшься Тути-Мосе и Ипи Ра-Нефера, но не прогневи Амена!

-- Я знаю об этом, Хапи-Сенеб! - Мерит сошла с колесницы, задирая голову, - Священная Правительница известила меня. А ещё она согласилась с моим приговором! Мне нужен ты! - эти слова неприятно удивили Верховного Жреца, но не испугали его:

-- Именем Амена, не оскверни оружием Великого Храма, который дал нам защиту! Разворачивай колесницы и отправляйся прочь, пока воинство и стража не окружили твоих Хранителей! - Хапи-Сенеб решил послать к Хат-Шебсут гонца, дабы утвердить свою неприкосновенность, но пока ему было нужно убедить Мерит-Ра отвести воинов.

-- Именем Маат, я лишаю тебя защиты Храма, нечестивец! - Мерит изготовила лук, и стражники Храма не выдержали - стрелы сорвались и одна из них оцарапала бедро Соправительницы. Несколько Хранителей тотчас укрыли её щитами, но Мерит-Ра, зарядив стрелу с игольным наконечником, движением головы приказала им расступиться, - именем Владычицы Истин, да свершится воля Извечных!

Мерит-Ра-Нефер прикрыла глаза, и, в тот же миг, звонко запела тетива костяного лука... Стражники Храма разомкнули щиты, на которое навалилось безжизненное тело, и труп Хапи-Сенеба выпал из проёма.


Внезапно, он увидел Мерит, стоящую напротив. По льну платья Соправительницы успело расползтись красное пятно - стражники всё же выстрелили. Но как он мог оказаться здесь? Что это было?

Мерит-Ра-Нефер бросила лук на землю и подошла к нему вплотную, пристально посмотрев в глаза Жрецу, а затем, она указала рукой куда-то вниз и за него. Хапи-Сенеб обернулся и увидел размозжённое тело с торчавшим из затылка игольчатым наконечником, а рядом с ним лежал Хашет, скипетр раскололся, золото сплющилось при ударе... Значит... Но как Мерит может видеть его Ка? Хапи-Сенеб хотел крикнуть, но у него ничего не вышло.

Вспышка, не видимая Хранителям и стражникам Храма, заставила Мерит отстраниться. Воин в шлеме синего золота, в виде головы шакала, вышел из света, возложив руку на плечо Двойника Жреца Сокровенного. Ка Хапи-Сенеба хотел было попятиться, но исчез вместе с Отверзающим Врата Дуата в пламени Вечности...