Шульгина Анна: другие произведения.

Песок, оазис, два верблюда

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
  • Аннотация:
    Закончено 31.05.2012 - ЧЕРНОВИК
    Провести десять дней в тропическом раю... Чем не мечта, особенно, если за окном промозглая русская зима? А теперь представьте: пятизвездочный отель, неземной красоты пляж, и все это ДАРОМ!!!
    Вот и Ева не смогла бороться с национальной любовью к халяве. Но отдых оказался испорчен практически с самого начала. Посудите сами - молодая красивая женщина, одна, без документов в мусульманской стране. А единственный, кто может подтвердить твою личность - это бедолага-соотечественник, жертва тех же гостиничных воров. Такая вот оригинальная улыбка судьбы. Остается только плюнуть на здравый смысл и начать страстный курортный роман. Ведь они больше никогда не увидят друг друга. Наверное...


   - Аааааа!!!
   - Чего ты орешь?
   - У меня стресс!!! Убери это немедленно! - продолжала завывать дурным голосом Ева, тыча пальцем куда-то себе за спину.
   - Хватит кричать, я же знаю, что тебе не больно. Сейчас уберу, только замолчи, пожалуйста, а то соседи сбегутся, посмотреть, кого тут убивают, - совершенно спокойно ответила Линка, укладывая сестру на кровать лицом вниз и с комфортом усаживаясь ей на попу.
   - Ох, ты аккуратнее! Сколько вы нынче весите, мадам?
   - Задавать такие вопросы некорректно, - парировала младшая, рассматривая оккупанта, устроившегося под правой лопаткой сестры.
   - Пятьдесят восемь с половиной, - подал голос откуда-то из коридора Стас.
   - Спасибо, дорогой, я тоже тебя люблю! - крикнула в ответ девушка, украдкой показывая хихикающей Еве кулак. - Я одного не пойму - что тебя так радует?
   - Насчет Матвеева не знаю, а я рада, что, наконец, ты весишь больше меня, - хмыкнула старшая.
   - Ну-ну... Если ты и так счастлива, значит, клеща оставляем на месте?
   - Нет!!! - Ева резко вспомнила основную причину визита. - Убери его, пожалуйста...
   - Это она, а не он, - поправила её Лина, раскладывая на подносе инструменты, упакованные в темно-коричневые стерильные пакеты.
   - Извини, ТАК пристально я его не рассматривала! - съязвила старшая и зажмурилась, чтобы не видеть блестящий металлический шприц в руках сестры. - А может, он как-нибудь сам? - жалобно добавила она, чувствуя легкий укол в спину.
   - Ты его как украшение носить собралась? И вообще, объясни мне, где ты умудрилась в начале декабря найти иксодового клеща, который по идее, должен охотиться только весной и летом? - Линка звякнула инструментами и приложила к спине Евы что-то холодное и мокрое. - Чего молчишь?
   - От ужаса оцепенела, - шепотом призналась старшая. - Не знаю. В лесочке бегал.
   - Вы меня задолбали со своими выездами - то муравьев притащите, то ещё какую пакость... Осталось только вшей привезти!
   - Мы до весны больше никуда не поедем, - пообещала Ева, с трудом сдерживаясь, чтобы не начать грызть подушку. - Долго ещё? Убей ты его и все!
   - Поздно, он уже и так сдох, - мрачно ответила Линка. У неё вырвался такой душераздирающий вздох, словно ей в этой ситуации больше всего было жалко именно насекомое.
   - Ты хочешь сказать, что он хлебнул моей крови и тихо помер?
   - Судя по тому, как растопырены лапки, перед кончиной он жутко мучился. Тебе стало от этого легче? - улыбнулась младшая. - Все. Теперь можно вставать, кровь уже остановилась. Разрез маленький, шов не нужен. Скажи, что я молодец?
   - Молодец, - уже гораздо более спокойным тоном подтвердила Ева. - Ты как себя чувствуешь?
   - Нормально. Только, если ещё месяц назад на еду смотреть не могла, теперь жру все, что не приколочено. Жуть! - пожаловалась Линка, сползая с кровати. Девушка с трудом разогнулась и потерла ноющую спину. Хотя рожать ей предстояло недели через четыре, живот был такой, что казалось, случится это уже через пару дней. - Ну, все, страдалица, подъем. Хватит на нашем ложе валяться.
   - Уже, - угукнула старшая и начала торопливо одеваться. - Вы к нашим на выходных собираетесь?
   - Не знаю. А что?
   - А то, что вам опять мозги вынесут вопросом, когда же вы, наконец, поженитесь, - пояснила Ева.
   Линка скривилась, но сказать ничего не успела. За неё это сделал появившийся в комнате Стас.
   - Мы же сказали, что все торжества, включая венчание, будут весной, - спокойно ответил он, обнимая Лину. - Кто это там такой непонятливый?
   - Это не я! - встала в защитную позу Ева. - Это бабушка рвет и мечет, что, цитирую: "Как сделать беременной женщиной, так пожалуйста, а как приличной - так позже!"
   - Короче, ты у нас коварный совратитель, - хмыкнула Лина, удобнее подставляясь под ладонь Стаса, которой тот начал автоматически массировать поясницу любимой.
   - Угу. После посещений женской консультации мне уже ничего не страшно, - фыркнул он, осторожно усаживая Ангела в кресло. - К ней каждая вторая подходит с вопросом - "Деточка, а в каком классе ты учишься?", - пояснил он для Евы.
   - Да, мне прямо там предлагали вызвать ментов, чтобы те повязали этого старого развратника! - неинтеллигентно заржала будущая мать. - А один раз им какая-то санитарка все-таки позвонила, так Стаса чуть в "обезьянник" не забрали. А мне хотели родителей вызвать! Пришлось паспорт показывать. Оказались нормальными ребятами, извинились и посоветовали мне как-то внешность поменять, что ли...
   Присмотревшись в сестре, Ева тоже сделала вывод, что менты-то были правы. Худенькая, бледная, щеки впалые, глазищи на пол-лица, волосы заплетены в две косы, ни грамма косметики на лице, зато из-под широкого льняного сарафана выпирает солидное пузико. Общее впечатление - хорошенькая, но безголовая девятиклассница, понятия не имеющая об основах контрацепции. А если рядом поставить Стаса, который как раз на свои двадцать девять и выглядит, то поневоле задумаешься об ужесточении наказания за совращение несовершеннолетних...
   - Ясно, в общем, развлекаетесь, - подытожила старшая. - А все-таки, почему вы до сих пор свадьбу не сыграли? Я спрашиваю просто для общего развития! - тут же добавила она.
   - Потому что я кое-кому предложение сделал ещё полтора года назад, - хмуро ответил Стас. - И что услышал в ответ? "Милый, я тоже тебя люблю, но давай немного попозже"
   - Эээээ...
   - Вот и я примерно так же отреагировал.
   - Неправда! Ты немного по-другому сказал. Но смысл приблизительно такой же, - вяло отмахнулась Лина. Сидеть ей было также тяжело, как и стоять, но хотя бы голова меньше кружилась. Тошнота прошла несколько недель назад, чему она искренне радовалась, но слабость Линка чувствовала дикую. Главное, сделать так, чтобы Стас ничего не узнал, иначе опять посреди ночи будет названивать её акушеру-гинекологу. Бедная женщина уже шарахается от мобильника. - Любимый, я хочу ванну с пеной, - протянула она, жалобно глядя на Стаса.
   - Тебе нельзя.
   - Но ооооочень хочется, - почти со слезами попросила она. - Я недолго. Ну, пожалуйста...
   - Хорошо, - сдался он. - Но с условием, что я буду сидеть рядом.
   - Извращенец, - довольно хихикнула Линка. - Согласна.
   - Н-да, что с мужиком любовь делает... - пробормотала Ева, глядя вслед Матвееву. - На работе аки тигр, а дома только мурлычет и ластится.
   - Вот что значит - правильная дрессировка, - наставительно подняла палец вверх младшая, но сразу резко посерьезнела. - Можешь для меня кое-что сделать?
   - Конечно. О чем речь?
   - Сможешь завтра часиков в одиннадцать отвезти к врачу? - шепотом спросила Лина, косясь на дверь.
   - Так вы же всегда вместе ездите, - тоже понизила голос Ева. - Почему Стаса не попросишь? - она подошла к сестре и села на пол возле кресла. - У тебя от него какие-то секреты?
   - Нууу... Не совсем, но... Завтра мои анализы будут готовы, а я и без них чувствую, что гемоглобин сильно упал. Значит, мне врач будет лечение расписывать. Не хочу, чтобы муж нервничал лишний раз.
   - Муж?!
   - Ой! - Линка даже зажала рот руками, но было уже поздно. - Только не говори никому! Мы женаты уже полгода...
   - Ничего не понимаю, - с трудом сдержалась, чтобы не выругаться немного прифигевшая Ева. - А чего тогда нашим не скажете? И почему нормальную свадьбу не сыграли?
   - Вот именно поэтому! Мне тогда было совсем не до белого платья и фаты. Сначала ГОСы, думали сразу после них признаться, но начался токсикоз и мне уже ничего не хотелось.
   - А когда же вы успели в ЗАГС сбегать?
   - Да на следующий день, после того, как узнали, что я беременна. Стас хотел в тот же, но это было 31 мая, еле уговорила до первого июня потерпеть. А то мало ли, приметы же не просто так появились. Ой, Максимушка, ну, не пинай ты так маму! - слезно попросила она, поглаживая себя по животу.
   Старшая с умилением смотрела на эту картину и думала, что не суть важно, когда они поженились - маяться Стасу с этой врединой все равно придется...
  
  
   **********
  
   Ева пристально разглядывала сидящую перед ней молодую женщину. Не в правилах девушки было вешать ярлыки, но её визави была типичной Барби. Причем не только по внешности - одни леопардовые леггинсы, заправленные в ботфорты на высоченных каблуках, чего стоили - но и по интеллекту. А точнее, по его отсутствию.
   - Извините, вы меня слушаете? - капризно надула губки блондиночка. Тщательно накрашенные глазки неодобрительно косили на ручку, которую Ева вертела в руках, пытаясь хоть немного сосредоточиться на том, что вещала ей эта жертва пластической хирургии.
   - Разумеется, - нейтральным тоном подтвердила Ева, стараясь придумать отмазку для шефа, почему она не хочет браться за это дело.
   Блондиночка немного успокоилась и продолжила печальный сказ:
   - Вы поймите, мой случай совершенно не похож на другие. Я же не прошу разделить имущество пополам, просто пусть выплатит отступные, и я с удовольствием подпишу бумаги!
   Ева зачарованно уставилась на девушку и пыталась сообразить - Барби, пардон, Виолетта Вячеславовна, такой безмозглой и родилась или все-таки потеряла разум под наркозом, когда ей грудь увеличивали?
   Ладно, вышла замуж за мужчину, чей сын был старше новоиспеченной новобрачной на три года - всякое бывает, как говорят, любовь зла, и далее по тексту. И что разводятся - тоже бывает, Еве ли не знать? Но пытаться стрясти с мужа отступные, имея на руках собственноручно подписанный пару лет назад брачный контракт, где четко написано, что в случае развода - мухи отдельно, котлеты отдельно... Это же какой нужно быть оптимисткой, чтобы на такое решиться! Ладно бы девушка нуждалась, ещё можно понять, но, судя по норковой шубке (а учитывая, что на улице сегодня с утра было +7, это вообще подвиг!) и тому, что она приехала на автомобиле, стоимость которого явно переваливала за сто тысяч евро... А водитель - "юноша бледный со взглядом горящим", скорее всего, и есть тот самый любовник, с которым застукал муж свою юную супругу. Хорошо, что мужик на месте не помер, а то пришлось бы нежной Виолетте ещё и доказывать, что она не собиралась тем самым согнать стареющего ловеласа в могилу. Н-да, не понять Еве пылких молодых порывов.
   "Вот так и приходит старость - уже считаю девушку, младше меня на три года, малолетней дурочкой", - мысленно вздохнула адвокат и вновь напрягла фантазию. Чего бы такого придумать, чтобы начальство прониклось и отвяло с этой сомнительной инициативой? Ведь понятно же, что ничего из этого не получится. Мужик, несмотря на сомнительный вкус по части выбора спутниц жизни, отнюдь не дурак и обезопасил себя по полной программе - даже если бы не было контракта, Ева более чем уверена, что копни поглубже, окажется, что убитый горем супруг нищ и обездолен до такой степени, что впору налоговой ему на бедность подавать. И недвижимость резко окажется оформленной на детей, к слову сказать, их у него трое, и бизнес принадлежит совсем другим людям, а он так, наемный управляющий.
   Как назло, мысли вертелись вокруг сегодняшнего посещения Линкиного гинеколога и того, что устроит им Стас, когда узнает, что супруга опять решила от него что-то утаить. А в том, что Матвеев все узнает, Ева нисколько не сомневалась.
   С мыслью, что эти двое обманули их всех и уже несколько месяцев вкушают прелести законного супружества, она смирилась ещё вчера и во многом их понимала и поддерживала - родня это, конечно, прекрасно, но любящая бабуля в преддверье счастливого события задолбала бы их не хуже дятла.
   Стоило представить репрессии, которым им с сестрой предстоит вечером подвергнуться со стороны будущего отца, от жалости к самой себе у девушки едва слезы на глаза не навернулись. Вечно она из-за своей младшей вляпывается во всякое разное...
   - Я знала, что вы, как женщина, поймете меня и проявите сочувствие и сострадание! - прочирикала Барби почти на ухо адвокату и схватила Еву за руку цепкими пальчиками. Похоже, что траурный вид собеседницы она приняла на свой счет и возрадовалась такому искреннему отклику. Агеева с трудом сдержалась, чтобы не шарахнуться от навязчивой клиентки. По натуре довольно открытая, она с трудом выносила, когда в её личное пространство вот так беспардонно вторгались. К тому же, длинные, явно наращенные ногти подозрительного серо-фиолетового цвета, вызывали в душе смутные ассоциации с руками покойника.
   - Конечно же, я понимаю ваши переживания, - заблеяла в ответ не имеющая ни малейшего понятия о сути разговора Ева. - Но, чтобы окончательно разобраться в ситуации, мне нужно ещё раз просмотреть документы и кое-что уточнить! - выкрутилась она.
   - Вы мне не верите?! - ужаснулась блондиночка.
   - Избави Бог! Конечно, верю. Но это очень ответственное дело, и мы же не хотим, чтобы вы по недосмотру недополучили... - здесь она умышленно снизила тон и замерла на середине фразы. У Виолетты глаза почти в прямом смысле полыхнули огнем предвкушения, и она часто-часто, как та самая собачка на приборной панели автомобиля, закивала.
   - Конечно-конечно! - жарко зашептала "Барби", одаряя Еву таким страстным взглядом, что девушка невольно порадовалась разделяющему их столу. Теперь она поняла, почему Витек настаивал, чтобы предварительный разговор по этому делу вела именно она - клиентка на радостях могла адвоката мужского пола и изнасиловать.
   - Таким образом, вынуждена проститься с вами до четверга, - подытожила Ева, безуспешно пытаясь вырваться из хватки Виолетты. - В следующий раз мы точно решим все вопросы и выработаем стратегию.
   "Которая, скорее всего, будет заключаться в совете не дурить и соглашаться на условия супруга, пока он окончательно не разозлился и не прибил под горячую руку", - мысленно закончила девушка, обретя, наконец, желанную свободу.
   С трудом выпихнув благодарную посетительницу, Ева отправилась на разборки с начальством, подогнавшим ей эту работенку.
   Нужно сказать, что их адвокатская контора была не галерой, а, скорее, пиратским судном - каждый из них пользовался довольно широким спектром прав и свобод, но над всеми царил и властвовал Виктор Павлович. Правил он вполне либерально, но все же, чувствовалась во всем хозяйская рука, временами щедро воздающая работникам и премии, и подзатыльники.
   - САМ на месте? - постучала в косяк открытой двери Ева, стоя на пороге святая святых, то есть приемной.
   Лидочка, трепетное создание, данное Виктору Павловичу за неведомые грехи и имеющее статус секретарши, в ответ неопределенно пожала плечами и не соизволила отвести взгляд от монитора компьютера. Ева осторожно приблизилась и, заглянув ей через плечо, облегченно вздохнула - девушка играла в SIMs. Вот если бы она печатала какой документ или, того хуже, разбирала корреспонденцию, тогда беда - можно было бы в любую минуту ожидать начала Армагеддона. А так, все в порядке, каждый занят привычным делом.
   - Так я пройду? - ещё раз попытала счастья Ева, так и не дождавшись вразумительного ответа. Лидочка изобразила сложный жест, который в равной степени мог означать как: "Конечно, он вас уже ожидает!", так и: "Пили уже, хватит над душой стоять!" и окончательно стала недоступной ввиду выданного ей только что в игре младенца.
   - Дурдом, - резюмировала ещё более озлобившаяся Ева и решительно распахнула дверь кабинета начальства.
   Судя по широкой, но немного нервной улыбке главного, он её уже ждал, более того - приблизительно представлял, зачем Агеева явилась пред светлы очи, но необходимый церемониал решил соблюсти.
   - Ева Александровна, вы ко мне?
   "Интересно, к кому ещё я могла прийти, если кроме этого побитого молью мачо тут никого нет?!" - злобно прошипела в уме девушка, но вслух тоже разлилась соловьиной трелью:
   - К вам, Виктор Павлович, к вам. А то время уже десять, а вы свой благой лик нам, темным и убогим, так ещё и не показали, - счастливо журчала Ева ровно до того момента, как дверь захлопнулась, оставляя Лидочку, мгновенно оторвавшуюся от игры, терзаться неизвестностью.
   Такая ласковость из уст Агеевой, способной буквально одним предложением вогнать в краску прораба на соседней стройке, откровенно настораживала. Шеф нервно дернул глазом и приготовился внимать:
   - А что же за нужда заставила моего лучшего адвоката искать этой встречи? - продолжал паясничать он, уже зная, ЧТО ему скажет Ева.
   - Ой, да нужда малая, но крайне занимательная, - разулыбалась девушка. Дождавшись, когда шеф неуверенно раздвинет губы в ответ, она сделала морду кирпичом и зашипела разъяренной гадюкой:
   - Это что у меня в кабинете только что было?! Как сказала бы наша уборщица теть Зина: "Шо цэ за диво в ляпердовых колготах?" - она подошла к начальничьему столу, чеканя шаг, отчего набойки на её десятисантиметровых шпильках почти насквозь пробивали ковролин, нанося дополнительный моральный урон Виктору Павловичу. - Вить, давай нервы друг другу политесом не мотать, скажи честно - нафига ты вообще с этой блажной связался? Там же дело - тухляк полный! Только не говори, что это твоя новая любовница - никогда не поверю, что у тебя такой плохой вкус!
   - Хуже, - мрачно ответил Виктор. - Это моя племянница...
   Ева застыла с открытым ртом, пытаясь найти хоть какие-то общие черты между дядюшкой и племянницей. Не совпадало ничего, зато сердце её мгновенно наполнилось пониманием и состраданием.
   - Сочувствую, - тихо изрекла она, поддерживающее похлопав шефа по плечу. - Родная?
   - Да.
   - Тогда не просто сочувствую, а соболезную. Только объясни, пожалуйста, почему ты сам её делом не займешься?
   - Да потому что эта овц... Виолетта сказала, что хочет попробовать решить это дело без участия семьи. Вроде как, реабилитироваться за неудачный брак! А к тебе её послал на консультацию, потому что одна женщина лучше поймет другую, чем... - он осекся, встретившись взглядом с Евой.
   - Её-то я поняла. У меня один вопрос - ты её брачный контракт видел?
   - А они его заключали?! - аж привстал от удивления Виктор. - Вот дура! Да не ты, а она! - пояснил он вскинувшей бровь девушке. - Ведь не сказала ничего, поганка такая!
   - Тогда все понятно, - заключила Агеева. - Готовьтесь к торжественному въезду в родные пенаты вернувшейся кровиночки. Там составлено все так, что ей, в лучшем случае, достанутся только официально врученные подарки, и то, если почти бывший муж не конченый жлоб. А племяшке своей скажи, чтобы в следующий раз, перед тем, как что-нибудь подписывать, пусть не только сама читает, но и дядюшке показывает.
   Девушка приготовилась покидать кабинет начальственной инстанции, когда Виктор схватил её за руку.
   - Извини, но объяснять ей будешь сама. Потому что дело ведешь ты, - окончательно припечатал он.
   - Вить, я на тебя не первый год работаю, и ты меня знаешь. Если я сказала, что ей ничего не светит...
   - Я тебя прекрасно понимаю, но, увы и ах. Ты знаешь правила.
   Ева чертыхнулась про себя. Неписаный закон их конторы гласил, что каждый адвокат - а трудилось их здесь пятеро - может заниматься чем угодно, лишь бы вовремя оточислял соответствующий процент руководству, но в любой момент Виктор мог попросить их взять ещё одного клиента. И "попросить" в данном случае было лишь красивой метафорой.
   - Сердце моё, - продолжал уговаривать её шеф, - я твоему чутью верю, но, если мы откажемся, меня сестра, мать Виолетты, просто сожрет. А если и проиграем, зато с боем, пусть мои куры потом ругают продажных судей, лишь бы меня не трогали. Я тебя сейчас, как друга, прошу. С Вилкой пока видеться не буду, чтобы не удавить под горячую руку, так что разберись сама, немаленькая уже.
   - Вот вечно ты мне что-нибудь эдакое, ароматное, подкинешь, - пожаловалась Ева, уже внутренне смиряясь с необходимость видеть дивное создание на постоянной основе. Главное, не забыть заехать в аптеку - валерьянки купить.
  
  
   Мелкий нудный дождь моросил без конца и края, превращая проезжую часть в речушки, а тротуары - в болото. Глядя через лобовое стекло автомобиля, Ева подумала, что город сейчас похож на карандашный набросок, который автор со зла немного потер ластиком. Даже прохожие были какие-то унылые: темные цвета в одежде, постные лица...
   Покосившись на пассажирское сиденье, она в очередной раз отругала себя за то, что согласилась на эту авантюру. Ведь ей потом Стас устроит такуууую дружескую разборку! С Линки взять нечего - глубоко беременная девушка, которой гормоны на мозги давят.
   В настоящий момент, эта самая, которая с продавленным мозгом, сидела рядом и рылась в своей необъятной сумке с энтузиазмом Бобика, точно знающего, что зарывал во дворе кость, но забывшего где именно. Действо сопровождалось сопением и приглушенными невнятными ругательствами. Наконец, Ева не выдержала:
   - Солнце, ты или прожуй перчатку, или выплюнь эту каку!
   - Ыы ига не онимаю, фыла фдесь! Тьфу! - она последовала совету сестры, и обслюнявленная перчатка полетела куда-то под ноги. - Мистика какая-то! Я же точно знаю, что вчера положила карточку в сумку, а теперь не могу найти!
   - Может, в другой?
   - Нет, я к врачу только с этой езжу. У меня тут полный набор - от полотенец и одноразовых простыней до нашатыря, - пояснила Лина, продолжая поисковые работы.
   - Тогда понятно, почему я её еле доволокла... Стоп, а нашатырь зачем? Ты в обмороки падаешь? - испугалась старшая. Одно дело промолчать, что голова кружится, а совсем другое - что теряешь сознание.
   - Он не для меня, - хихикнула младшая. - Я тебе сейчас прикол расскажу, только чисто между нами, хорошо?
   - Идет.
   - Пару месяцев назад Стасу пришла "светлая" мысль. Он решил, что рожать мы будет вместе.
   - Подожди. Это в смысле, что сам у тебя роды принимать будет?! - охнула Ева. Благо, они сейчас стояли в пробке, а то её новенькой "Ситроен С4" могла бы постигнуть судьба ныне присного "Пежо" - у того благополучно издох двигатель, не выдержав столь темпераментной манеры вождения.
   - Нет! Кто ж его на место акушерки пустит?! В том смысле, что рядом со мной стоять, а потом пуповину перерезать.
   - Ты в курсе, что у твоего мужа очень странные желания? - поделилась наблюдением старшая. - Так, а нашатырь причем?
   - Я к тому и веду. Короче, я ему начала объяснять, что присутствие на родах для неподготовленного мужчины - это просто кошмарный сон, что я буду отвлекаться, и так далее. А он уперся рогом: "Хочу, и все!" Даже начал со мной ходить на йогу для беременных. Ну, мой врач, видя такое дело, предложила ему просмотреть запись чьих-то родов, чтобы он морально подготовился. Сначала все нормально было. Я-то все это вживую видела, поэтому ответственно заявляю - фильм это так, милая сказка, по сравнению с реальностью. А минут через пятнадцать, когда роженица от запипиканного мата перешла уже просто на крик, до него, видимо, дошло, что мне предстоит то же самое. В общем, посмотрел он на меня квадратными от ужаса глазами, на лице выражение: "Твою мать, что ж я наделал-то?!", а потом побледнел и... Вот с тех пор нашатырь с собой и вожу.
   - Он... Он что, в обморок упал?!
   - Скажешь кому-нибудь - прибью, - пригрозила Лина. Несколько секунд в салоне висела тишина, которую затем разорвал дружный женский хохот. - Зато, о своем присутствии больше не заикается, - вытирая слезы, срывающимся голосом, добавила она. - Только теперь на меня смотрит виновато-виновато...
   От рассказанной истории настроение у Евы существенно улучшилось, поэтому она даже ничего не сказала в адрес обогнавшей их маршрутки, которая обдала лобовое стекло грязью, вполне пригодной для замазки щелей в оконных рамах.
   - А он сегодня ничего не заподозрил? - уточнила Ева, смутно предчувствующая какую-то подлянку.
   - Вроде бы нет. Два часа назад на работу уехал. Не переживай ты так, он ничего не узнает, - отмахнулась Линка от страхов сестры. - Нам теперь налево.
   Уточнение было совсем не лишним - какому чиновнику от здравоохранения пришло в голову расположить женскую консультацию в старой части города, никто не знал, но ругались в его адрес постоянно. Дело в том, что в хитросплетении узких улочек, где между зарослями сирени и акации выглядывали дома дореволюционной постройки, могла бы заблудиться и бесследно сгинуть даже вражеская конница. Среди посетительниц консультации гуляла легенда о будущей матери, нашедшей сие благословенное учреждение только за пару недель до родов.
   - Уверена? А то смотри у меня - "Давайте сломаем Сусанину ногу!" - басом продекламировала Ева.
   - "Не надо, не надо, я вспомнил дорогу!", - поддержала её Линка, теперь уже пытаясь нашарить пожеванную перчатку.
   - А тебя не прогонят без карточки?
   - Ещё чего, - фыркнула младшая. - Они все меня знают и в лицо, и по имени. Придется соврать, что забыла, что с меня взять-то?
   Девушка смогла, наконец, правильно скукожиться и дотянуться до перчатки кончиками пальцев. Она так сосредоточилась на этом, что не поняла, почему Ева вымученным голосом изрекла:
   - Приехали...
   - Молодец! - пропыхтела Линка, достав-таки почти утраченную кожгалантерею. - Открой, пожалуйста, дверь, а то мне выходить неудобно...
   - К сожалению, тут и без меня есть, кому это сделать, - старшая сестра скривилась так, словно у неё заболели все зубы, включая давно выпавшие молочные.
   - А?
   Но Ева только ткнула пальцем куда-то вправо. Лина посмотрела в указанном направлении, и выразительное личико тоже знатно перекосило.
   - Блииииииииин...
   Её эмоции были вполне понятны и обоснованны, если учесть, что там, рядом со своей машиной, стоял Стас. И, судя по тому, как он нервно поигрывал ключами, назвать его довольным можно было, только сильно польстив. А в другой руке он сжимал злосчастную медицинскую карточку жены...
   Девушки замерли, не решаясь ни выйти - страшно, ни уехать - если осмотр у врача ещё и можно было пропустить, санкции со стороны Стаса после их позорного бегства только ужесточатся.
   Но все же Линка нерешительно предложила:
   - А может...
   - Не-а, - сразу перебила её сестра, вцепившаяся в руль обеими руками. - Во-первых, я от него по этим колдобинам на ситикаре от внедорожника не удеру - не надейся, а, во-вторых, даже если это чудо и произойдет, он же с нас шкурки спустит. С меня так точно, а с тебя... Не знаю точно как, но тоже отомстит.
   - Это верно, - согласилась Лина, прикидывая, что лучше - сначала устроить небольшие разборки с обнаглевшим супругом, тырящим её медицинскую документацию, или сразу попросить прощения, тем самым сэкономив всем нервы? Так и не придя к единому мнению, она решила действовать по обстоятельствам.
   - А может, ты выйдешь и все ему объяснишь? - жалобно попросила младшая. - А то он на меня всего один раз орал, но, как воспомню, до сих пор передергивает...
   - А на меня - два. Так что у меня психологическая травма больше, - открестилась Ева от почетной миссии миротворца. - И вообще, он чей муж? Вот и иди, восстанавливай семейные отношения. Если что - беги, я дверцу на замок закрывать не буду.
   - Спасибо тебе, добрая женщина, - фыркнула Линка, смирившись с необходимостью первой нарваться на гнев супруга. - Только лошадей, которые бегают так, как я сейчас, даже не пристреливают - чего зря пули переводить? Прикапывают сразу...
   Не успела она договорить, как пассажирская дверь распахнулась и перед лицом девушки появилась мужская ладонь. Ева мгновенно отвернулась и попыталась максимально слиться с окружающей обстановкой, типа, её тут нет.
   Лина приняла предложенную помощь и постаралась как можно более величественно и эффектно выйти из машины. Но Ева оказалась уникумом не только по части езды, но и остановок - только она могла пристроиться посредине одной, на всю парковку, лужи. Стас стоял на единственном относительно сухом участке в пределах досягаемости. Видимо, ему надоели колебания жены, потому что в следующий момент её выдернули из салона авто, как морковку с грядки, и поставили рядом с собой.
   Поднять взгляд она не решилась, потому попыталась выразить все свое раскаяние глубоким горестным вздохом.
   - Не впечатляет, - пресек эту попытку Стас, одной рукой придерживая жену, а другой - расстегивая свое пальто и укутывая её полами. От родного и любимого запаха Линке захотелось замурчать и потереться лицом о грудь мужа.
   - А если так? - девушка немного отклонилась назад и, посмотрев ему в глаза, скорчила забавную рожицу и часто-часто захлопала ресницами.
   - Нет.
   - Ох, - она снова прижалась к нему лбом. - Извини?
   - Ты утверждаешь или спрашиваешь?
   - Нууу... Прости, пожалуйста... - прошептала Линка, забравшись руками ему под свитер и положив ледяные ладошки на поясницу. Стас, не ожидавший такой пакости, ощутимо вздрогнул и, как она и надеялась, сразу переключил внимание:
   - Ты почему без перчаток?
   - Забыла... - о том, что забыла она их в машине сестры, девушка предусмотрительно упоминать не стала. - И мне правда жаль, что ничего тебе не сказала.
   - Тебе хоть стыдно? - уточнил он, стягивая с себя шарф и накрывая им голову Лины, потому что надеть шапку она тоже не догадалась.
   - Очень! - заверила его жена, поняв, что злится он больше для порядка. Но в том, что была неправа, все-таки самой себе призналась - небось, выдумал непонятно что, только из-за её тайной поездки к врачу. Вот и уберегла мужа от ненужных волнений!
   Она сразу вспомнила тот момент, когда сидела на кровати, тупо таращась на тест с двумя полосками.
  
   У неё в голове не укладывалось произошедшее - ведь они всегда предохранялись! Не то, чтобы так боялись стать родителями, но учеба в медакадемии и материнство - вещи, в принципе, сочетаемые, но все же, лучше бы подождать. А тут такой сюрприз. Стас полулежал за спиной, осторожно поглаживая её ещё совершенно плоский живот, и пытался понять, что именно так напугало любимую. А Линка никак не могла выдавить из себя хотя бы слово, потому что радость и страх так перемешались внутри, что девушка была совершенно ошарашена. И, только когда он преувеличенно спокойно и тихо спросил:
   - Ты не хочешь нашего ребенка? - поняла, что ему тоже страшно. Он боится её решения, но никогда этого не покажет.
   - Хочу, - через пару секунд отозвалась Лина. До неё только сейчас дошло, что он мог расценить её ступор совсем по-другому, потому, подумав, добавила. - Очень хочу.
   - Ура!
   А через несколько недель начался кошмар. Первое время её тошнило только по утрам, но меньше, чем через месяц, становилось плохо уже не от вида и запаха, но даже от разговоров о еде. Весь третий и большую часть четвертого месяца она провела в больнице под капельницами. И если поначалу врачи делали осторожные намеки, то с каждым днем они все увереннее настаивали, что ей лучше прервать беременность по медицинским показаниям. Линка отмахивалась и отшучивалась, но однажды вышла из себя и прямым текстом послала очередного советчика. Стас в тот же день забрал её домой и нашел акушера-гинеколога, специализирующегося на подобных случаях. И никогда, ни единого раза, он не выразил недовольства, даже когда придерживал ей голову во время общения с "белым другом", потому что Лину трясло от слабости. Или, когда успокаивал бьющуюся в истерике жену, после того самого "доброго" врачебного совета.
  
   А теперь она, ничего не сказав, сама отправилась в женскую консультацию. Да уж, было, отчего начать психовать, но даже сейчас он сдерживался.
   - Мне безумно стыдно и очень-очень жаль, - совершенно серьезно сказала она, пристально посмотрев ему в глаза. Стас ответил не менее внимательным взглядом и еле заметно улыбнулся.
   - Вот теперь - верю, - хмыкнул он. - Попытаешься сделать так ещё раз, придется применить жесткие меры.
   - Меня нельзя шлепать, и даже голос повышать нежелательно, - она показала язык, уверенная, что ничего он ей не сделает. Но Линка недооценила мужское коварство.
   - Вообще-то я и не собирался. А вот кофе врач запретила, а ты пьешь каждое утро. Так что...
   - Это нечестно! Он же без кофеина, и совсем чуть-чуть. Не говори ей, пожалуйста! - взмолилась девушка.
   - Вот и посмотрим на твое поведение. Подожди секунду, - попросил он, осторожно отстраняясь.
   Поскольку Ева все это время продолжала сидеть истуканом и с места не сдвинулась, Стасу, который совсем не горел желанием измерить глубину лужи, пришлось обойти автомобиль и постучать по водительской двери. Агеева мысленно успела пообещать Господу, что завтра же сходит в церковь, если Стас не станет на неё вызверяться, и опустила стекло.
   - Привет, иуда.
   "И курить тоже брошу!" - про себя поклялась она и несмело улыбнулась.
   - Здрассьти, Станислав Сергеевич. Ругаться будешь? - сразу уточнила она, чтобы быть готовой к возможным последствиям. Матвеев только рукой махнул, как бы говоря, что был бы толк от применения ремня - выпорол бы обеих, а так, только нервы тратить.
   - Нет. Но за это, ты мне будешь кое-что должна. Минут десять подождешь, пока я Лину с рук на руки сдам?
   - Конечно, - облегченно выдохнула Ева, думая, что с обещанием насчет сигарет все-таки погорячилась. - Отводи, давай, маму-медведицу, а то там скользко, как пить дать, растянется наше чудо.
   Линка, прекрасно слышавшая разговор, фыркнула и укоризненно посмотрела на сестру, но, признавая её правоту, с места все-таки не сдвинулась.
   Она наблюдала, как Стас, придерживая под локоть семенящую, как уточка, Лину, ведет супругу по ступенькам. Поскольку окно так и осталось открытым, то до Евы донеслось:
   - А откуда ты вообще узнал, что мне сегодня сюда ехать?
   - Утром, пока ты была на кухне, мне позвонила Валентина Александровна и сказала, чтобы мы не забыли взять с собой результаты предыдущих анализов.
   - А почему она ТЕБЕ звонит?!
   - Наверное, потому что из нас двоих, именно меня считает более вменяемым.
   Что ему на это ответила Лина, Ева уже не слышала, потому что пара скрылась за высокими дверями.
  
  
   Ева успела выкурить две сигареты - попутно сообщив в небесную канцелярию, что предыдущее обещание было несколько поспешным и потому рассмотрению не подлежит - а Стаса все не было. Но и возвращаться на работу тоже не хотелось, потому девушка решила немного прогуляться. Дождь почти стих, но таких вот любителей промочить ножки рядом как-то не наблюдалось. Ева прошлась вдоль улицы, внимательно разглядывая дома с резными деревянными наличниками. Она не понаслышке знала, что здесь ещё пять лет назад по плану должны были возвести элитный жилой комплекс, но жители воспротивились и, неясно каким методом, умудрились получить свидетельства, что их терем-теремки являются памятниками архитектуры. Главный по строительству поскрипел вставной челюстью, но сделать ничего не смог, разве что учинил мелкие неприятности, типа, забыть включить эти переулки в список по восстановлению дорожного покрытия. И теперь улицы выглядели, как после ковровой бомбардировки. Но жители были счастливы, жизнерадостно чапая по рытвинам и ухабам в резиновых сапогах. Поскольку Ева подобной обувью как-то не озаботилась, потому что не знала, что в их славном городе есть заповедные уголки, где может застрять даже БТР, то пришлось ей, шипя и ругаясь, скакать через лужи в сапогах на шпильках. Она уже почти добралась до машины, когда внимание девушки привлек какой-то посторонний звук, доносившийся из-за ободранной живой изгороди. Там кто-то тихо, но горько плакал.
   "Так, это не твое дело. Мало ли, может алкаш бутылку разбил и теперь сокрушается", - убеждала себя Ева, целеустремленно двигаясь к "Ситроену". Но, не дойдя буквально два шага, чертыхнулась и повернула обратно.
   То, что в это труднодоступное место должна быть проложена заповедная тропка, до неё дошло, только когда девушка проломала широкую просеку в давно нестриженых кустах, хорошенько испачкав свое бежевое пальто. За зарослями "вороньего глаза", на старой покосившейся скамейке сидела женщина и, закрыв лицо руками, тихо плакала. Ева уже хотела поворачивать в обратный путь, когда поняла, что именно ей показалось в этой незнакомке странным - фигура, такая же, как у Лины. Ну, учитывая, что буквально в тридцати шагах женская консультация, присутствие будущей матери вполне понятно и естественно, а вот то, что она сидела на холодном дереве и рыдала, уже настораживало. Возможно, если бы её сестра сама не была в положении, и если бы Еву не достала на работе будущая клиентка, а ещё - если бы Агеева точно не поняла, что эта женщина нуждается в помощи, девушка бы развернулась и ушла, но теперь она не могла это сделать. Потому, Ева сделала то, что в будущем полностью изменило её жизнь - она присела рядом с незнакомкой, уже нисколько не заботясь о чистоте своей одежды, и, слегка тронув беременную за плечо, молча протянула носовой платок. Та испуганно вскинулась, подняв на неё заплаканные глаза, но предложенное взяла.
   - Извините, понимаю, что это не моё дело, но я могу вам чем-то помочь? - немного помолчав, спросила Ева.
   - Вряд ли, - невесело улыбнулась она. Женщина с некоторым любопытством осмотрела неожиданную помощницу - невысокая красивая девушка, на вид - лет двадцати пяти, но выражение светло-карих глаз выдавало, что на самом деле, она немного старше. Дорогая стильная одежда, пребывающая сейчас в несколько плачевном состоянии, темно-русые волосы чуть ниже плеч. В другой ситуации Светлана сказала бы, что это обычная богатенькая фифа, но в этой чувствовалась такая целеустремленность, что становилось ясно - если она захочет, горы свернет. И, сама не понимая, почему, женщина решила поделиться своим горем. - Я - Света. У меня хотят забрать ребенка.
   - Ева. А кто именно и почему?
   - Потому что я дура, - покаялась женщина и осторожно слезла со скамейки. - Спасибо вам.
   - За что?
   - За платок. За то, что мимо не прошли. Только вы мне не сможете помочь, - она усмехнулась и уже собралась уходить, когда Ева окликнула её:
   - Подождите! Вот, возьмите, - она протянула Светлане визитку.
   - "Агеева Ева Александровна, адвокат", - вслух прочла женщина. - Спасибо ещё раз.
   Ева стояла на месте, продолжая смотреть вслед ушедшей и понимая, что происходит что-то неправильное, когда в кармане зазвонил мобильник.
   - Где ты? Я у машины, - Ева одинаково хорошо слышала Стаса, как в трубку, так и напрямую, потому телефон отключила и крикнула:
   - Тут я!
   Стас с недоумением посмотрел на выскочившую из кустов подругу.
   - Что ты там делала?
   - Территорию метила, - отмахнулась она, с тоской осматривая заляпанные грязью сапоги. То, что пальто выглядело так, словно им помыли полы, она догадывалась, но вот состояние обуви удручало. - Вот и съездила с сестренкой...
   - Как раз об этом я и хотел поговорить, - хищно улыбнулся он и подошел вплотную. - Ты почему промолчала об её просьбе?
   - Вот только не надо пытаться задавить массой, - предостерегла его Ева. - Потому что ты - мой друг, а она - сестра. И считаю, что у неё есть право самой решать, куда и с кем ехать. Естественно, что после того, как она вышла бы от гинеколога, я расспросила бы врача и всю необходимую информацию передала тебе, - пожала плечами она.
   - Вообще-то я ещё и её муж, то есть соответственно... А кем мы друг другу теперь приходимся?
   - Спросил... Я до сих пор путаюсь в понятиях "свекровь" и "теща". Не суть важно.
   - Ладно, с этим прояснили. Только очень тебя прошу, если ей опять придет в голову какая-нибудь блажь, предупреди меня, хорошо? Пойдем в машину, Лину отпустят только через полчаса.
   Стас аккуратно подхватил Еву под локоть и направил к своей "Мазде".
   - А почему не в мою? - возмутилась девушка.
   - Потому что у тебя там дышать нечем. Надеюсь, хоть при сестре не курила? - вкрадчиво спросил он. И от этого тона Ева покрылась мурашками с головы до ног. Интересно, а сестра знает, что, при необходимости, Стас может быть жестким и даже жестоким? Что-то ей подсказывало, что нет. Эту сторону своего характера он жене никогда не показывал и вряд ли сделает это в будущем.
   - Естественно, нет! Совсем за идиотку не держи! - возмутилась девушка, устраиваясь на заднем сиденье внедорожника. К её удивлению, Стас, обойдя машину, сел не на место водителя, а рядом с Евой. - О чем ты хотел поговорить? - она сразу перешла к основному вопросу.
   - Сегодня вечером мы с Ангелом едем к вашим родителям, заодно скажем, что уже женаты. Ты там подготовь старшее поколение, - попросил он.
   Ева с ужасом уставилась на Стаса. Её воображения вполне хватило, чтобы представить реакцию бабки. То, что родители отнесутся к этому нормально, она и так знала, но вот Ольга Петровна спала и видела, как будет провожать Линку к алтарю, а тут такой облом. Конечно, внучке она ничего не скажет, а вот Стас огребет по-полной.
   - А как именно ты себе это представляешь?
   - Понятия не имею, вот и предлагаю их морально подготовить. Корвалол там накапай... Откуда мне знать, что в таких случаях делают?!
   - Да я в этих делах тоже не спец... У Линки спроси, не зря же стоьлко лет мучилась в меде. Кстати, вы уже решили, что она будет делать после окончания ординатуры? - последний экзамен она должна была сдавать через десять дней экстерном. Преподаватели пошли навстречу прилежной студентке. Хотя, возможно, на них подействовало её предупреждение: "А то сейчас прямо тут рожу!"
   - Пока с маленьким будет сидеть, а там посмотрим, - мрачно ответил Стас. Этот вопрос ему уже задавала и жена. Сам он с удовольствием оставил бы её дома, но у Линки такие планы воодушевления не вызывали. Они даже как-то сильно поругались по этому поводу. Потом, конечно, помирились, но довод Ангела, что она не собирается провести всю жизнь по принципу "киндер, кюхен, кирхен" все-таки подействовал, и они пришли к компромиссу - она не выйдет на работу, пока малышу не исполнится три года, а там решат по обстоятельствам.
  
  
  
  
   - Короче, они сейчас приедут и расскажут кое-что интересное, - закончила Ева. Семья с интересом уставилась на ораторшу, предлагая продолжить речь, но девушка, незаметно нажав на боковую кнопку мобильника, предъявила завибрировавший аппарат и сбежала со словами:
   - Ой, это по работе!
   Правда, убежала она недалеко, затаившись на лестнице и внимательно прислушиваясь к мирной семейной беседе. Сначала там было тихо, только негромко потрескивали дрова в камине. Потом, не выдержав безмолвия, слово взяла представительница старшего поколения.
   - Они двойню ждут, что ли? - немного ворчливо отозвалась Ольга Петровна. Её любимое кресло стояло недалеко от окна, от которого немного тянуло сквозняком, и ей пришлось накинуть на плечи пуховую шаль. И теперь бабуля страдала от сознания, что платок не совсем сочетается с её платьем. Такой диссонанс не добавлял женщине хорошего настроения, оттого она уже внутренне предвкушала, как сегодня "оторвется" на Стасе.
   - В прошлый раз они нам так сообщали, что живут вместе, - хмыкнула мама, путаясь в нитках. Недавно она увлеклась вязанием, и теперь с энтузиазмом цокала спицами. Первым её шедевром был свитер. Во всяком случае, именно так она это назвала. Супруг, глянув на сие творение, предложил подарить его конкурентам, чтобы те ужаснулись фантазии Натальи Павловны и навсегда зареклись пытаться перехватить контракты.
   - Точно-точно, - встрепенулась Ольга Петровна. - Через месяц, после того, как она к нему переехала.
   Этот факт особенно оскорбил бабулю. Она, воспитанная на советской идеологии, что в нашей стране секса нет, долго ещё ворчала на Линку и Стаса. Но, исходя из сути претензий, больше всего грандмамА возмущало, что её вовремя не поставили в известность.
   - А сегодня признаются, что давно женаты, - спокойная реплика шуршащего газетой отца, заставала Ольгу Петровну подавиться воздухом и мучительно закашляться, а маму закатить глаза и запутаться-таки в количестве лицевых и изнаночных петель. - А что? Давно пора сказать, а то все тянут...
   - С чего ты взял? - прохрипела бабуля.
   Папа Саша трогательно постучал тещу по довольно-таки мощной спине:
   - Если бы кто-то не прогулял торжественное вручение Линкиного диплома, ещё тогда поинтересовались бы, почему он выписан на Матвееву, а не на Сотникову. И вообще, отстаньте вы от них, дети сами разберутся! Мама, вы же запилили Стаса так, что удивительно, как он вас ещё не удавил по случаю.
   - Я же защищаю интересы внучки! - возмутилась бабушка, чувствуя себя немного неуютно под укоризненным взглядом зятя.
   - Поздно, муж этой самой внучки для неё сделает все, что она ни попросит. Так что оставьте вы их в покое. Лучше вон будущему правнуку пинетки вяжите, - он махнул в сторону безнадежно запутавшейся в пряже жены. - Услышу от вас сегодня хоть слово на эту тему, весной на месте вашего розария выкопаю бассейн, - пообещал он и, не обращая внимания на угрожающее сопение, продолжил сосредоточенно шуршать прессой.
   "Ну, сильны вы, папА", - безмолвно восхитилась Ева и собралась уже спускаться вниз, когда у неё действительно зазвонил телефон. Номер вызывавшего абонента был знаком и вызвал тайное желание выбросить мобильник в мусорное ведро. Но Ева сдержалась и ответила.
   - И тебе доброго вечера, Витюш. Ну, что ты, конечно, ты меня не отрываешь! Разве же у меня есть другие дела в девять часов вечера, кроме как тебя, сокола ясного, послушать?! - немного глумливо пропела она в трубку. - Ау, ты ещё тут?
   - Тут. Все сказала или ещё есть, что поведать? - отозвался начальник. Поскольку знакомы они были уже довольно давно, субординацию блюли только на рабочем месте и то - в присутствии посторонних.
   - Ооооо, у меня в твой адрес скопилось много дивных слов, но я их пока приберегу. Чего хотел? - Ева зашла в зимний сад, который имел два преимущества: пол с подогревом, чему девушка, имевшая странную привычку сидеть ближе к земле-матушке, искренне радовалась, и заросли разнообразных растений - за ними можно было спрятаться от бабули, которую только что обломали с идеей устроить торжественное бракосочетания для младшей внучки. А значит, минут через десять, отойдя от потрясения, она пойдет искать Еву с требованием прекратить страдать фигней и бодрой трусцой отправиться в сторону ЗАГСа. То, что сама девушка туда не очень-то и хотела, да и подходящего кандидата рядом тоже не наблюдалось, Ольгу Петровну волновало слабо.
   - Ты меня вообще слушаешь? - немного раздраженный голос Виктора отвлек Еву от мыслей о заботливой прародительнице.
   - Извини, задумалась, - покаялась она. - Повтори ещё раз.
   - Повторяю. Тебе имя Илья Алексеевич Пахомов ничего не говорит?
   - Витюш, окстись, я же сегодня с твоей племяшкой и, соответственно, его супругой, разговаривала. Склероз?
   - Да не о том я сейчас! - зашипел начальник, чем, признаться, удивил Еву - вывести из себя его было достаточно трудно. - Тут такое дело... Короче разговор не телефонный. Просто учти, что её муж один из соучредителей фирмы-застройщика делового центра "Плаза".
   Ева мысленно выматерилась. Только этого не хватало! Эта "стройка века" уже полтора года тревожила умы и души жителей их весьма немаленького города. Во-первых, само здание поражало размерами и архитектурой, а сметная документация могла довести до нервного припадка впечатлительных граждан количеством нулей в графе "Итого". Во-вторых, здание строили в историческом центре, чем вызвали вал гневных воплей со стороны защитников памятников архитектуры. Хотя, чем именно им был так дорог пустырь на месте сгоревшего лет пятнадцать назад местного Дома культуры, Ева не совсем понимала. Но это все лирика, а вот то, что само строительство началось без разрешения городской администрации, и получали его уже задним числом, было ближе к теме. Потому что она, вращаясь в близких к местному губернатору кругах, примерно представляла, сколько это могло стоить.
   - А много ли акций у нашего пострадавшего от женской непостоянности? - на всякий случай уточнила она, понимая, что из-за пустяка Витя не позвонил бы.
   - Нууу... Не так что очень... Процентов двадцать-двадцать пять.
   - ***, - все же высказалась вслух Ева и почувствовала почти нестерпимое желание покурить. Но вовремя вспомнила, что, когда в последний раз бабуля поймала её, двадцатисемилетнюю девицу, за этим делом, то стеганула по попе дедовыми подтяжками, и желание куда-то делось.
   - Я так понимаю, что в их контракте этот милый пустячок среди имущества супруга не значится, - даже не спросил, а утвердил Виктор.
   - Нет. А значит, она может претендовать на половину... - почти простонала Ева. Она уже представила, во что может превратиться этот процесс.
   - И я о том же. Давай я к тебе сейчас подъеду?
   - Не нужно. Я сейчас у предков, а у моей бабули как раз обострение матримониальных инстинктов. Так что, ты можешь отсюда выйти уже моим женихом, и это при уже существующей супруге.
   - Спасибо, нам такого счастья не надо, - сразу отозвался немного струхнувший мужчина. - Тогда давай до завтра. Извини, что втянул в это, сам ничего не знал. И, пожалуйста, будь осторожна...
   - Буду. Собери все, что сможешь и на него, и по этому "дому призрения", будем поутру вырабатывать стратегию, чтобы и Вилку твою не обобрали, и нам головы не открутили...
  
   "Молодые" отзвонились и сообщили, что прибудут через полчаса. Встретить их во двор выскочила только Ева, торопясь отчитаться о проделанной работе. Остальное семейство осталось в гостиной, томясь в ожиданиях и предположениях, как именно Стас и Лина будут каяться в содеянном.
   Поскольку Ева торопилась, чтобы бабуля не успела перехватить её и устроить допрос с пристрастием, раз уж доставать Матвеева ей запретили, девушка не глядя, схватила первую попавшуюся верхнюю одежду и теперь притопывала во дворе в папиных ботинках на босу ногу, маминой пуховой шали и какой-то меховой хламиде неясного происхождения и принадлежности. Как назло, счастливое семейство задерживалось, видимо, попав в вечную пробку на мосту, и Агеева уже начала ругать себя, что не захватила сигареты, хоть здесь бы душу отвела. То, что пора бросать вредную привычку, она поняла ещё несколько лет назад, но для неё, курильщика с более чем десятилетним стажем это было ой, как нелегко. В конце концов, Ева дала себе ещё полтора года никотинового блаженства, решив, что бросит, когда ей исполниться тридцать.
   "Надо же, как время бежит", - ужаснулась он про себя. Ещё совсем немного и она уже будет не хорошенькой девушкой, а симпатичной женщиной средних лет. А потом - ничего себе так, старушкой. Клетчатый плед, фиалки на подоконнике, сериалы по вечерам, трубка и десяток кошек...
   "Тьфу, дурь какая в голову приходит", - мысленно скривилась Ева, но эти думы не давали ей покоя. У многих её одноклассниц уже дети в школу пошли, а у неё...
   Девушка снова невольно вернулась к тому кошмару, в которое превратилось её замужество. Она до сих пор не понимала - за что? Почему Димка так ней поступил? Ведь Ева старалась во всем угодить мужу, никаких гулянок с одногруппниками и посиделок в кафе с подругами. Хотя, в двадцать лет ей этого очень хотелось. Сейчас она уже понимала, что не в её досуге дело, просто они ошиблись, когда женились, но все равно так и не простила бывшего мужа. За то, что предал, за то, что внушил отвращение к браку. А ещё за то, что легко отказался от их ребенка. Никто этого не знал, но она сказала Агееву, что беременна. В ответ на что Димка сказал, что, раз уж она с ним развелась, этот ублюдок ему не нужен. Сейчас Ева поступила бы совсем по-другому, а тогда... Перепуганная девчонка выбрала наиболее легкий вариант. Она не часто вспоминала о том своем поступке, но каждый раз чувствовала глухую тянущую боль где-то в области сердца.
   Ева посмотрела в низкое темное небо, не обращая внимания на ледяной ветер, обжигающий лицо и примораживающий слезы. Голые ветки раскачивающейся яблони скребли по крыше сарая, вызывая инстинктивный страх.
   Девушка отрешенно рассматривала фасад дома, балкон, по которому летом вились любимые мамины клематисы, и думала, что, возможно, так и останется одна. Она никогда не вела монашеский образ жизни, встречалась с мужчинами, но ни один не смог довести её до страшного женского "Хочу!!!". Да, приятно, удобно и ни к чему не обязывает. Но, сталкиваясь с её достаточно непростым и сильным характером, мужчины предпочитали отступать.
   - Значит, не судьба, - вслух закончила Ева сеанс психоанализа, поняв, что ещё минут пятнадцать наедине с собой, и у неё появится первая мыслишка о суициде.
   Ветер совсем разгулялся, а Матвеевых все не было. Не иначе, как Стас все-таки начал водить нормально, а не носиться, как угорелый. Когда желание курить стало почти нестерпимым, и Ева уже пошоркала папиными ботинками в сторону входной двери, из-за забора донеслось негромкое урчание мотора и хлопок двери.
   Девушка дождалась, когда Стас загонит внедорожник во двор и только после этого коршуном налетела на ничего не подозревающих жертв.
   - Конспираторы хреновы, папенька ещё с лета знает, что вы женаты, - предупредила Ева, кутаясь в необъятный платок на манер боярыни Морозовой. - Что вы на это скажете?
   - Что мне повезло с тестем, - невозмутимо пожал плечами Матвеев, выковыривая жену с пассажирского сиденья.
   - А откуда знает-то? - вклинилась в их беседу сестра, запахивая пальто поверх джинсового комбинезона. Ева в который раз призналась себе, что в таком наряде Линке не хватает только пуговицы на животе для полного сходства с Карлсоном.
   - Ты ему свой диплом показывала?
   - Ну, да, - Лина оглянулась на Стаса. - А что?
   Матвеев хмыкнул, сразу поняв, к чему ведет Ева.
   - Ничего, любимая, просто он на мою фамилию выписан.
   - Вот, - Линка уперлась ногами посреди двора так, что сдвинуть её можно было только при помощи тяжелой техники, и возмущенно посмотрела на Стаса, - я тебе говорила, давай останусь Сотниковой, а ты что сказал?!
   - Только через мой труп, - все также спокойно ответил он, осторожно подталкивая её в сторону двери. - Жена должна носить фамилию мужа.
   - Глупость и пережиток прошлого! Хоть ты ему скажи, - она повернулась за поддержкой к Еве, наблюдавшей за их спором.
   Девушка, оказавшись под их взглядами, покачала головой и уже хотела принять сторону сестры, как вспомнила святую истину, что "Муж и жена - одна сатана", и просто махнула рукой, прося оставить её в покое. А чтобы совсем отвлечь их от этого вопроса, напомнила:
   - Там вас ждут. Можно сказать, просто жаждут увидеть. А бабуля так просто трясется в нетерпении...
   Линка сразу забыла, о чем до этого спорила с мужем и, слегка подпрыгнув, чмокнула его в щеку, напомнив:
   - Дорогой, прояви христианское терпение и смирение.
   - Угу.
   И они втроем, с видом приговоренных к смертной казни, вошли в дом.
  
   - Ну и? - грозно поинтересовалась Ольга Петровна, когда все со всеми поздоровались и отпустили затисканную до полусмерти будущую мать.
   - Кхм-кхм, - ненавязчиво прокашлялся папа, чем заставил бабулю грустно вздохнуть и распахнуть в сторону Стаса объятия.
   - Иди сюда внучек, я тебя хоть обниму!
   - Мама, не нужно прямо так сразу пугать, - хихикнула Наталья Павловна, успев выдернуть из-под попы садящейся Линки клубок с торчащими из него спицами.
   - Конечно, иду, - отозвался Стас. - Бабушка, - добавил он, отчего Ольга Петровна скривилась, словно куснув лимон.
   - Нет, так меня называть не нужно, я ещё слишком молода, чтобы иметь такого взрослого внука, - припечатала она, заставив Еву, которой двадцать девять должно было стукнуть в апреле, подавиться яблоком. Ольга Петровна сжала Стаса в довольно-таки крепких объятиях и, так, чтобы никто не услышал, шепнула на ухо. - Молодцы, правильно сделали, хватит жить во грехе. Только, если ты Евангелину обидишь, я сделаю так, что этот ребеночек будет у тебя последним, - и подмигнула, мягко говоря, удивленному мужчине. - Пойдемте к столу, а то Линке рожать через месяц, а она тощая, как селедка.
   - Спасибо, бабуль, ты всегда умела сказать приятное, - хмыкнула младшая внучка. - Только мне почти ничего нельзя - диета.
   - Глупости. Можно все! - отрезала грандмамА, покидая гостиную.
   - Лучше бы она тебя пилила, - в сердцах фыркнула Линка мужу, послушно следуя за бабушкой.
   - Скажи спасибо, что прабабушка уже спит, - подала голос мама. - Она меня, когда я ходила, беременная тобой, заставляла сливочное масло ложкой есть, якобы, очень полезно. А мама тебя только пирожками накормит и все. Так что, радуйся!
  
   - У тебя что-то случилось? - Ева слышала, что кто-то подходит сзади, потому не вздрогнула, когда услышала голос Стаса, хотя сигарету предусмотрительно спрятала.
   - Да так, рабочие моменты, - отмахнулась она. - Как к врачу съездили?
   - Все как всегда. Низкий гемоглобин, недостаток веса, - невесело усмехнулся он в ответ. - А ещё сказали, что, скорее всего, придется кесарево делать - ребенок крупный, а у неё узкий таз.
   - Все проблемы от сантехники, - попыталась она немного развеселить Стаса. - Эй, хватит рефлексировать! Сейчас это вообще нормальным считается, чего ты так дергаешься?
   - Я за эти недели с ума сойду, - пожаловался он. - Я же вижу, что ей плохо, а помочь ничем не могу...
   - Вот дурак! - беззлобно выругалась Ева. - Она же тебя любит, сына скоро родит, а ты в депрессию упал. Хватит фигней страдать!
   - Постараюсь, - вздохнул он и внимательно посмотрел на девушку. - А теперь рассказывай, что у тебя случилось.
   - Вот привязался! С чего ты вообще взял, что у меня какие-то проблемы?!
   - Не считая того, что ты искусала себе нижнюю губу и растерла в пыль две сигареты? - ответил он вопросом на вопрос.
   - Плохо, когда мужик наблюдательный, - усмехнулась Ева, - ни соврать, ни налево сбегать... Ладно, сам напросился. Что ты слышал о Пахомове?
   - Я лично знаю двоих - Илью и Сергея. Тебя кто-то из них интересует? - уточнил Стас, удобно усаживаясь на перилах.
   - Тот, который Илья Алексеевич. А Сергей это?..
   - Это его сын. Кстати, нормальный парень, несколько раз по делам пересекались. Он "массовик-затейник" в нашей администрации.
   - В смысле? - не совсем поняла девушка. - За культмассовый сектор отвечает, что ли?
   - Да. Мы знакомы со школы, в параллельных классах учились. Вот о его отце знаю меньше. Но могу сказать точно - мужик серьезный, на него много дел завязано. Что конкретно тебя интересует?
   - Жену его не видел?
   - Это, смотря, какую. Новую - нет, а вот с Серегиной матерью знаком.
   С первого этажа донеслось скорбное Линкино подвывание, Стас уже собрался было бежать разбирать, но голос Ольги Петровны его остановил:
   - Ешь, я кому сказала?!
   Внучка что-то протестующее вякнула и затихла.
   - Не боись, - хихикнула Ева, - сейчас её накормят так, что она сюда недели две больше проситься не будет. И тебе хорошо, и ей спокойнее. И вообще, не отвлекайся.
   - Да я вроде все уже рассказал, - пожал плечами парень. - А тебе это зачем нужно?
   Ева горестно вздохнула и поведала о Витюшином коварстве и собственной глупости.
   - Отказаться нельзя? - Стас резко задумался и насторожился.
   - Уже нет. А почему ты так всполошился?
   - Я тебе говорил, что Пахомов - серьезный человек?
   - Ну, да...
   - Тогда могу повторить ещё раз. Настоятельно советую найти какую-нибудь отмазку. Не связывайся с этим делом. Бывшую жену он и так сирой и босой не оставит, воспитание не позволит, а вот ввязываться с ним в тяжбы крайне не желательно.
   - Ты меня запутал, - призналась Еву. - Есть что сказать - говори прямо, нечего тонким слоем сопли по асфальту растирать!
   - Грубая ты, потому и не замужем до сих пор, - попенял ей Стас. - Хорошо, объясню для особо непонятливых. Разрешение на строительство "Плазы" дали в начале сентября. А в конце августа состав учредителей "АванСтрой" расширился. Кто именно в него вошел, догадаешься сама, или вслух сказать?
   - Обойдусь, - отстраненно прошептала девушка, понимая масштаб дурно пахнущей кучки, в которую с размаха она вляпалась. - То есть, эти самые 25 процентов...
   - По сути, принадлежат нашей администрации. Но ты об этом, естественно, ничего не слышала, а я тебе ничего такого не говорил.
   - Само собой.
  
  
   Ева стояла возле кухонного окна и напряженно думала. Отказаться от дела, конечно, можно, но... Ладно, с Витей она этот вопрос уладит, тем более, что тот уже и сам, похоже, не рад, что ввязался в семейные проблемы племяшки. А вот с репутацией сложнее. Получается, что Агеева испугалась. А это нехорошо. Очень-очень. В их среде заработать определенное реноме довольно сложно, особенно для девушки, зато потерять - предельно легко. Пара проигранных дел, пущенный слушок, что адвокат работает на противоположную сторону, или же вот такой отказ от "скользкого" дела - и все. Поэтому, как ни хочется на все плюнуть, придется доводить Виолеттин развод до логического завершения.
   Степан, ещё более раздобревший, но немного смягчивший свой сволочной характер, мягко цокая коготками по паркету, подошел в хозяйке и потерся пушистым тельцем о её коленки. Во взгляде питомца практически печатными буквами было написано:
   "А не оборзела ли ты, хозяйка? Половина двенадцатого ночи, а ты все в окошко пялишься..."
   Окончание семейного ужина прошло относительно мирно и нормально - недовольна была разве что Линка, которую обкормили до икоты. Бабуля хоть и кидала на Стаса замысловатые взгляды, но, ко всеобщему удивлению, практически все время молчала. Уже перед тем, как разъезжаться, Еву отловила младшая сестренка, которая, недовольно хмурясь, спросила:
   - Ты чего сегодня убитая какая-то? Что-то случилось?
   Ева хотела уже устроить линчевание Стасу, но поняла, что он ни за что не стал бы волновать свою половину. Значит, нужно работать над лицом, а то вон уже и Линка что-то заподозрила...
   - Все у меня хорошо. Устала просто, - отмахнулась девушка и чмокнув сестру в лоб, быстренько сбежала, пока та не устроила ей допрос с пристрастием. А то, что Лина на это способна, Ева знала, как никто другой.
   Вонь тлеющего фильтра сигареты отвлекла её от раздумий и заставила распахнуть окно. Стылый сырой воздух сразу же заполнил небольшое помещение, заставив девушку зябко передернуться. Она уже собиралась ложиться спать, когда зазвонил мобильный телефон. Сердце сразу же тревожно застучало где-то в горле. Потому что по хорошим поводам за несколько минут до полуночи не звонят.
   Номер, мигающий в такт синглу Poets of the Fall, был незнаком, но это только усилило тревогу Евы.
   - Да?
   В трубке раздалось шуршание, которое сменилось странным звуком, похожим на всхлип.
   - Алло? Я вас не слышу.
   - Извините, что так поздно. Это Света. Помните сегодня, на улице... - женский голос умолк, и на другом конце отчетливо шмыгнули носом.
   - Да, я вас помню, - Ева была в таком недоумении, что даже, оторвав телефон от уха, недоуменно посмотрела на белый айфон. - Если вы что-то хотели, может, давайте отложим до завтра?
   - Ой, я не посмотрела на часы... - зашелестела она. - Хххорошо... Давайте до завтра.
   Ева по голосу поняла, что если сейчас положит трубку, то больше эту женщину не увидит и не услышит.
   - Подождите! У вас что-то случилось?
   Тишина в ответ, только отдаленный звук, напоминающий шум улицы.
   - Светлана? У вас все в порядке? Где вы сейчас?
   - Я на площади, - тихо ответила она. - Извините ещё раз, не нужно было вам звонить...
   Ева выругалась про себя. У женщины явно что-то произошло, но чем помочь, она не знала. Если только...
   - Вы можете сказать, где именно сейчас находитесь? Давайте я подъеду, и мы нормально поговорим. Идет?
   - Но уже поздно... - заколебалась Света. Ева не стала напоминать ей, кто кому позвонил, хотя бы потому, что общение с сестрой приучило её к понимаю, что мозги беременных работают так замысловато, что пытаться постичь ход их мыслей бесполезно. - Ну, если вам не сложно, то я в сквере возле фонтана.
   - Хорошо, никуда не уходите, буду минут через двадцать.
   Девушке жуть как не хотелось выходить из теплой квартирки в промозглую ноябрьскую ночь, да и не была Ева никогда милосердной бессребреницей, но почему-то представила на месте Светланы свою сестру и поняла, что не сможет просто отмахнуться. Уж кому, как ни ей, уметь отличать, когда женщины играют на публику, а когда искренне напуганы и несчастны. И здесь явно был именно второй вариант.
   Переодеваться она не стала, просто накинула на теплый домашний костюм из мягких брюк и кофты с длинными рукавами, пальто и, сунув ноги в теплые ботинки на плоской подошве - что для Евы, немного комплексовавшей из-за роста в 162 сантиметра, было почти немыслимо, помчалась вниз. Машина ещё не успела полностью остыть, потому, завелась практически сразу, и уже через десять минут девушка притормаживала возле городского сквера, прозванного в народе "Чупа-чупс": к большому круглому фонтану в самом центре вела только одна, довольно широкая дорожка. Понятно, что гуляющие протоптали тропки и по газону, но название прижилось, и теперь этот парк иначе никто не называл.
   Поскольку никаких выборов в ближайшие два года не предвиделось, ни один фонарь не горел. Сквер был погружен в интимную темноту, лишь в паре мест слегка нарушенной еле тлеющими прожекторами, стекла на которых не мылись уже несколько лет, потому - освещавших только самих себя.
   У Евы мелькнула предательская мысль, пока ещё есть время, вернуться домой, к Степе и горячей батарее, но она решительно отогнала её и распахнула дверь автомобиля. Сквозняк тут же нырнул под подол пальто и заставил девушку потуже затянуть пояс. Идти в сквер решительно не хотелось, к тому же, вспомнилось предупреждение Стаса. Сомнительно, чтобы Пахомов уже сегодня предпринял какие-то шаги, тем более - смысл пугать Еву, когда она даже не дала официального согласия быть защитником интересов Виолетты, но вдохновения эти мысли не добавили.
   Она поняла, что ещё несколько минут и, запугав саму себя, развернется и уедет. Но и идти непонятно куда и зачем девушка тоже не собиралась, потому, просто набрала номер, с которого ей до этого звонила Светлана.
   - Я уже здесь, - отозвалась Ева, как только женщина сняла трубку. - У главного входа стоит красный "Ситроен".
   - Сейчас подойду, подождите секундочку, - попросила Света.
   Ева решила, что если уж хватило дури переться ночью на помощь незнакомой женщине, то морозить попу она не нанималась, и нырнула в теплый салон машины.
   Светлана появилась через пару минут. Женщина тревожно оглядывалась и мышкой шмыгнула к пассажирскому сиденью.
   - Спасибо, я даже не ожидала, что вы согласитесь мне помочь, - зачастила она.
   Ева с трудом перебила этот поток красноречия:
   - Подождите! - взмолилась девушка. - Давайте по порядку. Вы нормально себя чувствуете?
   - Да.
   - Уже хорошо. Тогда почему вы не дома, а здесь? Я понимаю, что в вашем положении прогулки полезны, но это уже попахивает мазохизмом.
   - Потому что я боюсь туда идти...
   Ева окинула собеседницу цепким взглядом. Та выглядела немного напуганной, но во взгляде не было той загнанности и обреченности, которая есть практически у всех жертв домашнего насилия. Да и сомнительно, чтобы у кого-нибудь поднялась рука на беременную женщину. Хотя, уродов тоже хватает...
   - Вы боитесь, потому что там есть кто-то, кто может причинить вред? - девушка уже начала раздражаться. Глубокая ночь на дворе, а она разбирается с незнакомой женщиной, которая к тому же не говорит, что конкретно ей нужно от Евы.
   - Нет. Там никого нет. Дело вообще не в этом. Извините, что говорю немного сумбурно, - Светлана подняла на Агееву заплаканные глаза. - Просто это не мой ребенок, - она ткнула себя пальцем в живот, а Ева поняла, что, похоже, дожила до шизофрении.
   - В каком смысле - не ваш? - не выдержала она. - Не говорите глупостей! Давай вы скажете, чем я вам могу помочь, а потом отвезу домой? - она уже кляла себя за порыв милосердия. У женщины явно были какие-то проблемы с головой, и речь совсем не о прическе.
   Света глубоко вдохнула и решительно сказала:
   - Это не мой ребенок, потому что я - суррогатная мать. А вас я хочу нанять, потому что не собираюсь отдавать его биологическим родителям.
  
   Права на роман принадлежат платформе Dreamе, роман можно найти здесь - https://www.starywriting.com/novel/ZzA8kf%2FUA4Q0tj9frvHW6g%3D%3D.html

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"