Шумилова Ольга Валерьевна: другие произведения.

Ассири. Новая жизнь

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 6.47*123  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Добавочка от 25.10.2018.Пишу когда получается!В тексте море ошибок и ляпов. На соединенные слова прошу вообще не обращать внимание, так как использую разный ворд, вот он и куксится. Новички- "welcome"!

   Глава 1. Неприятное пробуждение.
  
   Блин...И как я тут оказалась?!Голову нещадно ломило после вчерашних развлечений. Боже, я никогда, повторяю, НИКОГДА больше не буду столько пить...И угораздило же. Чуть приоткрыв глаза и повернув голову в сторону, попыталась осмотреться. Мамочки, где это я? Попыталась припомнить, как сюда попала, но все, что вспоминалось, это лишь седьмой коктейль калимочо. Фу, желудок сразу напомнил о себе, попытавшись сразу вернуть все коктейли обратно. Путем долгих внутренних уговоров желудка, заставила взять себя в руки.
   Так, а теперь не мешало бы выпить воды, да только где ж ее взять. Заново потихоньку осмотрела все вокруг. Мда, выводы не утешительны: я находилась где-то в тропиках, во всяком случае, мне так кажется. Тропики??! Ну, это никак не КостаАсаар, там нет таких деревьев. Я же не сошла с ума, нет? Вокруг густой порослью торчали какие-то растения похожие на папоротники, высоченные деревья с огромными широкими листьями, лианы, только очень крупные и толщиной с мою ногу, где-то вдали слышались голоса птиц, пестрели разноцветные и разнообразные цветы на деревьях и земле. И я, между прочим, лежу на этой же земле. Осознав, решила, что надо хотя бы присесть. Чем и попыталась заняться. При первом же движении громко охнула и застонала: сильная боль пронзила мое бедро и запястье с левой стороны. Что за...?! Больно. Попыталась тихонько повернуться на правый бок. Так вроде все в норме. Медленно, превозмогая боль, кое-как присела, опершись на ствол ближайшего дерева и немного отдышавшись, провела диагностику повреждений. Когда-то на уроках ОБЖ нам рассказывали, что нужно делать и как определить степень повреждения. Сейчас пришлось припомнить все, что нам вбивали в разум. Я даже одно время хотела податься в медицину, но не сложилось. Вместо этого подалась дизайнером в 'Институт дизайна и бизнеса'. Между прочим, довольно удачно. У меня спустя пять лет после его окончания было свое маленькое дизайнерское агентство, где я вполне удачно реализовывала свои задумки в различных направлениях: интерьера, архитектуры, ландшафта, одежды и даже оформлению стола для различных празднеств.
   При осмотре обнаружила ушиб на руке и поверхностную рану на бедре, из которой вытекло приличное количество крови, но она уже запеклась. Хотя ее все же надо было промыть, обработать и перевязать, а то она уже покраснела. Видимо я получила заражение. Черт! Да и руку не мешало бы перевязать. Только из чего? Хмм, осмотрелась еще раз. Решила, что надо хотя бы листья и лианы использовать. Только поменьше подобрать. Как подумала, так и сделала. Немного переведя дыхание, с грехом пополам цепляясь за ствол дерева, на который опиралась, встала, перенеся весь свой вес на правую ногу. Так, не мешало бы мне палку найти, подходящую для опоры. Ладно, все пора двигаться. Не сидеть же тут и ждать манны небесной, в конце концов! Сжав зубы от боли, упорно двигалась к кустам, на которых мне приглянулись подходящие лианы и массивные листья. Через полчаса моих мучений по перевязке смогла двигаться через лес. Хорошо хоть напилась немного, потому как при отрывании лиан из них начал выделяться сок, который я и попробовала. Правда он был ужасно горький, но выбирать не приходилось, и к тому же как-то после него мой желудок пришел в норму, поэтому я была несказанно рада хотя бы этому бонусу.
   И вот бреду я по этим тропикам в неизвестном направлении, опираясь на найденную через минут десять подходящую палку, и надеюсь, что вскоре выйду на какое-либо поселение. А пока иду- обдумываю, как же все-таки я сюда попала...
  
   - Ника, к нам поступил очень срочный заказ с выездом к заказчику для решения ландшафтного вопроса! Но есть один нюанс,- Катерина выждала паузу и продолжила,- ехать надо за границу, а если конкретнее в Испанию на курорт КостаАсаар. Ты же знаешь, там сейчас активно развивается курортный отдых, открытие отелей и все прочее. Ну вот и заказчику, эээ..дону Антонио Мартинесу-и-Гассет, фу еле запомнила...ну так вот ему надо подобрать оптимальный дизайнерский вариант для его отеля, который должен будет через четыре месяца уже работать в стабильном режиме.Он платит много денег за этот проект, поэтому я не могла ему отказать.
   -Правильно сделала. Сколько он предложил?- я уже несколько мгновений располагалась на рабочем месте.-Алиса, будь добра сделай мне кофе, как обычно,-отпустила кнопку вызова секретаря с приемника.
   Катерина написала сумму на листке и передала мне. Мои брови поднялись вверх домиком: настолько была невероятна сумма, написанная на нем.
   -Ого, и кто едет на исполнение этого заказа?
   -В том то и дело, что посылать некого.
   -В смысле?
   -Ну, у меня, я посмотрела, шенген закончился почти три недели назад. Маруся не говорит даже по-английски, Марина плохо, а ведь там надо будет много общаться с заказчиком, объясняя нюансы и свое видение дизайна для согласования. Роман еще вчера ушел в отпуск и укатил,насколько мне известно, в Сидней. Остальные не подходят в силу своей направленности в дизайне. Короче, некому ехать...кроме тебя. Если, конечно, у тебя есть возможность и нормальный загранник с шенгенской печатью.
   В это время открылась дверь в мой офис, и Алиса прошла к столу:
   -Ваш кофе, ВероникаАндреевна,-поставила чашечку ванильного капучино.-Благодарю.
   Задумалась. Загранник у меня был точно в норме, так как я только два месяца назад ездила в Италию за покупками. Да и развеяться не мешало бы. Думаю, если наберу Ленке, то сумею ее склонить на поездку. Все же она та еще авантюристка, да и в последний звонок тоже мне жаловалась, что засиделась дома и хочется что-то изменить. Ну вот и сменит дислокацию на недельки две-три. А я убью двух зайцев: и отдохну, и заработаю, причем не мало. Все решено.
   -Я сообщу тебе решение через некоторое время,- Катерина кивнула и вышла.
   Я тут же набрала подруге. После пары минут, даже уговаривать не пришлось, мы уже вдвоем решали насущные вопросы, а именно, что брать с собою в поездку.
  
   И вот оно солнце, море, пляж, коктейли, танцы до утра...горячие испанцы...ммм... Мои отношения с последним поклонником закончились тем, что придя без предварительного звонка к нему, я застала его на какой-то крашеной облезлой курице, тьфу ты...блондинке. Благо, влюбиться не успела, так что не особо то и переживала. Единственные пострадавшие -это моя гордость и самооценка. Хотя всю жизнь считала себя вполне привлекательной. Я молодая самодостаточная барышня, которой не так уж и давно перевалило за четверть столетия (правда-правда, всего несколько годочков), достаточно высокая (176 см), стройная (слава богу, наследственность прекрасная) с третьим размером груди, длинными ногами(как говорится, 'от ушей') и лебединой шеей.Кожа нежная и бархатистая была мраморного оттенка, как выражался один из моих бывших.Волосы-длинное, мягкое, густоерыжее золото, настолько насыщенного цвета, будто лава из вулкана, мимо не пройдете, не заметив. Лицо мое овальной формы с прямым носом без, вопреки природе, единой веснушки. При взгляде на пухлые розовые губки в голову лезут только непристойные мысли о наслаждении, которые они могут дарить (поверьте, это не мои слова, а сборный вариант всех комплиментов мужского пола, которыми меня очень часто одаривали).Идеальные точеные брови, как мне говорил мой визажист, были насыщенного шоколадного цвета. Аналогичного оттенка длинные, пушистые ресницыобрамлялибольшие и насыщенные аквамариновые глаза. В свое время моим родителям поступало немало предложений от модельных домов, но они решили, что это слишком суровое место для их нежного, прекрасного 'цветка'.
  
   По прилету расположились в своих номерах в забронированной гостинице и решили, что пока не искупаемся, к работе я не приступаю. Поэтому, прежде всего, сходили поплавать и позагорать. Там же познакомились с группой местных красавчиков-аборигенов и договорились о встрече вечером. Потом я поехала к дону Антонио Мартинесу-и-Гассет на виллу, а оттуда к предполагаемому отелю, где требовалось проявить всю свою фантазию для ландшафтного дизайна. Провозилась там до вечера, но в итоге предполагаемый план работ был готов, и заказчик был вполне удовлетворен. Теперь требовалось подобрать поставщиков и работников. Переслала информацию Катерине для обработки, обсудила некоторые нюансы по исполнению задуманного, дала 'зеленый свет' на исполнение и, взглянув на часы, полетела в душ приводить себя в порядок. Кое-как собравшись, полетела на место встречи в местное кафе недалеко от нашего отеля. Подлетев, заметила, что Ленка уже вовсю воркует с парой ходячих тестостеронов и, судя по всему, сегодня она будет ночевать не одна, и может даже не вдвоем. А что? Мы девушки современные, свободных взглядов. Хотя лично я никогда даже в мыслях не допускала проведение времени втроем. Ну хорошо, допускала...Но только в мыслях.
  
   Так и полетели дни один за другим. Лена наслаждалась курортным романом с парой аборигенов, Хосе и Пабло. А у меня как-то не сложилось ни с кем. Ну не лежала душа ни к кому. Ленка укоряла, что душа тут не причем, а требуется только тело, но...Работники уже приступили к оформлению задумки, и в принципе мое присутствие более не требовалось. Послезавтра мы должны были ехать домой, и вот решили отметить наше непродолжительное знакомство с ребятами. А далее помню только песни, пляски возле костра под гитару, калимочо...и все. Провал в памяти. Как оказалась тут? Каким образом получила ранения? Не ясно. А ведь на мне только короткие светлые шортики, светлая маечка, тоненькая кофта-накидка и балетки. Боже, и как я отсюда буду выбираться? У меня ж даже денег нет, все осталось в отеле в сейфе. В заднем кармане шорт оказалась открытая упаковка жвачек. Сразу закинула одну в рот, чтобы притупить чувство голода.
  
   Сколько шла не помню, часто делала остановки для передышки. Снова открылась рана на бедре и теперь кровоточила, правда не сильно, но все же стоило остановить кровь, так как я еще не ела. И вот услышала шум, похожий на падение водопада. Решила идти на него, так как обычно где вода там и люди. И вот спустя несколько часов я вышла к реке. Это действительно был водопад. Нет, я точно не в Испании, там такого огромного нет водопада. Грохот был оглушительным. Я решила быстренько промыть раны, сменить импровизированные повязки и попытаться найти ниже по течению место для ночлега, а в лучшем случае поселение. Когда стало быстро темнеть, нашла походящее место для сна. Очень сильно хотелось есть и пить. Воду из реки я не рискнула употребить, мало ли какие цепни или другая напасть там водится, перебилась старым способом - горьким соком лианы. Кое-как создав себе место для сна из листьев папоротников и лапника других деревьев и кустов, свернулась калачиком в корнях огромного дерева, шириной с баобаб (тут каждый второй такой), и уснула тревожным сном.
  
   Проснулась резко от протяжного воя и рычания с правой стороны в метрах двухстах от места моего отдыха. Если мне казалось раньше страшно, то теперь я вправе умереть от страха. Боже, спаси и сохрани! Не хочу встречаться с этими животными. Резко начала оглядываться, куда б мне спрятаться. Увидела недалеко похожее на мое дерево, только там в одном месте можно было попробовать залезть наверх. Не раздумывая рванула туда, не обращая внимания на боль в ноге и руке. Надо успеть! А рычание все приближалось, и паника заглушала другие эмоции и чувства. Подлетела к месту, которое заприметила, и со всей прыткостью начала прыгать, чтобы уцепиться за нужную ветку. Сразу не получилось, с третьего раза кое-как зацепилась, но ветка обломилась. Чертыхнувшись, еще раз подпрыгнула и, вуаля, я уже тянусь к следующей ветке. Когда потянулась к третьей, на место моей спячки вылетело какое-то животное размером с приличную собаку, а через мгновение за ним еще одно огромное животное, размером с очень крупного медведя с седоком на спине. В темноте было не разглядеть ни животных, ни седока, было только ясно, что однозначно не лошадь или что-то похожее на нее. Затаилась на ветке, стараясь не издавать ни шороха, чтобы не заметили, и даже не дышать лишний раз. Еще через мгновение, к уже имеющимся присоединились еще три представителя на 'медведях', как я их окрестила. Дальше один из них спешился, тот, что первый появился и начал осматривать место моего недавнего сна. Я не видела, что он там делал. В это время 'собачка' обнюхивала место сна, а потом резко начала продвигаться в мою сторону. Я задрожала от страха, озноб охватил меня за мгновение. И дальше в голове потемнело и я, не удержавшись от охватившей меня слабости, сорвавшись, полетела вниз. Но встречи с землей так и не произошло, потому как в полете меня бережно подхватили чьи-то руки, и я провалилась в забытье.
  
   Из забвенья выходила тяжко: ужасно болела голова, тело ломило, горло саднило, присутствовала слабость. Как будто я очень тяжело и долго болела. Веки не хотели подниматься, но путем сосредоточия сил с грехом пополам мне удалось слегка их разлепить. То, что я увидела в это краткое мгновение, заставило меня снова их испуганно закрыть. Над головой что-то прохрипело...прошипело...проурчало...Короче, не поняла- какие то неясные звуки. Попыталась претвориться спящей, может, тогда не тронут. Над головой все повторилось. Решила, что мне что-то хотят этим сказать. Как до сих пор не закричала, так и не поняла. Полежала, подумала еще мгновение, пришла к выводу, что, скорее всего, раз до этого не убили, то и теперь не станут. Приняв это, снова открыла глаза. На меня смотрело какое-то создание, чем то отдаленно напоминающее ящерицу. Рептилия...Хмм, точно рептилоид, типичный рептилоид. Спросите, кто это такой? А это гуманоид ящеровидной наружности. В свое время часто читала фантастику, а недавно еще и просмотрела сериал 'Визитеры' первые два сезона. Вот оттуда и вынесла это понимание. Ростом он был примерно шесть футов, похож на ящера с гладкой кожей темного, почти черного цвета в зеленовато-желтоватых прожилках, пятипалый с небольшими перепонками у основания роста конечностей и острыми когтями. Лицо - что-то среднее между человеком и ящерицей, на голове от затылка до лба идет небольшой гребень черного с зеленью стального оттенка. Грудь скрыта кожаным жилетом, но рельеф мышц похож на человеческий. Ниже он был одет в темные кожаные штаны и массивную обувь, чем-то напоминающую армейские ботинки, но иного вида. Глаза кошачьи, золотистого оттенка с вертикальным зрачком, внимательно смотрели на меня.
  
   Мама...Сглотнула. Тут же саднящее горло дало о себе знать.
   -Пи-ить,-это все, что смогла прохрипеть.
   Он посмотрел на меня, потом снова что-то прошипел. Я его естественно не понимала, о чем и сообщила, повернув голову туда-сюда. Потом бегло осмотрела, где я находилась. Это была какая-то комната странного металлического оттенка с едва заметными узорами на стенах, что-то вроде мраморного рисунка. Вокруг лился мягкий свет, но откуда он исходит, я бы не смогла сказать. Я лежала на чем-то мягком и теплом, но это не была кровать в моем понимании. Что-то вроде желе, но настолько комфортно и удобно было в нем, будто оно сделано точно для меня. Ощутила, что на руках надеты какие-то браслеты. Попробовала поднести руку ближе к лицу, чтобы рассмотреть поближе - простые, черные без рисунка. Сил совсем не было. Еще раз осмотрелась в поисках воды. Не заметила вокруг ничего подобного.
   -Пить, прошу, - едва проскрипела и даже показала на рот, чего мне хочется.
   Тут, видимо, он меня понял, потому что встал, отошел к противоположной стене, что-то сделал не понятное, после чего открылась ниша и в его руках появилась чаша, с которой он направился ко мне. Поднес и, протянув руку с чашей, завис. Я видимо должна была принять ее. Решила приподняться, чтобы не захлебнуться. И тут я обратила внимание, что совершенно голая. Этот момент настолько испугал меня, что я даже шарахнулась в сторону и чуть не перевернулась с того места, на котором находилась. Но у 'ящерицы' была отменная реакция, и он не позволил мне свалиться, придержав за руку. Правда, при моем спасении от падения он разлил все содержимое чаши на меня же. Я взвизгнула и попыталась вывернуться, но меня крепко держали. У меня нарастала паника в груди, но тут меня встряхнули и что-то снова прошипели.
   -Нет, не трогайте меня, не смейте! Что я вам сделала? Отпусти, -я колотила в грудь этой 'ящерицы', даже не глядя, куда бью.
   Меня снова встряхнули и, схватив за подбородок, глядя в глаза, прошипели:
   -Ус-с-спокойся.
   Этот момент меня настолько шокировал, что я тут же замерла, глядя как мышь на удава. Вся истерика испарилась - на его место пришел страх.
   -Я ничего тебе не сделаю, если будешь хорошо себя вести... Кто ты? Откуда тут? Как попала на нашу территорию? Тебя послали ришассы? Отвечай!
   -Я...я...не знаю. Кто это?
   Он, сузив глаза, смотрел на меня.
   -Не врёшь... Кто ты?
   -Я...Вероника...человек. А... ты? - голос дрожал.
   -Ты не знаешь кто я?
   Я покачала головой в знак отрицания.
   -Не врёшь, - снова повторил он задумчиво. - Я ритаид, рихасс. Аздар Миршесс.
   -Рихасс?? Аздар? Ритаид? Мне ничего эти слова не говорят.
   Он нахмурился. Взял своими холодными 'руками'одну из моих рук. Повертел мой браслет, понажимал на нем что-то, и прямо передо мной возник голографический экран с разными символами, векторами и еще всякой ерундой. Через пару минут он закончил, и экран пропал.
   -Я главнокомандующий отряда рихассов Миршесс. А ритаид - это моя раса. - теперь, видимо, мой переводчик, встроенный в браслеты, передал нужную информацию в мой мозг. Хмм, интересно, а каким образом? Странно, но страх на какое-то время пропал, сменившись любопытством. Но пить до сих пор хотелось сильно:
   -Можно мне воды?
   Он глянул на меня, снова прошел до противоположной стены. И пришел с новой чашей воды. Я выпила ее и продолжила:
   -Почему я тебя понимаю? Из-за браслетов?
   -У тебя в теле эссверты.
   -А это что такое?
   Он задумался.
   -Микроскопические создания, считывающие и адаптирующие информацию.
   -Эм, типа нанонитов что ли? А зачем тебе информацию считывать?
   -Нано-ниты? Что это? - вторую часть моего вопроса он пропустил.
   -Ой..эээ...ну что-то вроде ваших эсвет... не запомнила.
   -Эссверты.
   -Да, они самые.
   Появилась пауза и я решилась задать интересующий меня вопрос:
   -Почему я голая?
   -У тебя были раны, надо было осмотреть повреждения. Ты сказала, что ты человек. Кто это? Вероника...тебя так зовут?
   -Да, меня зовут Вероника, друзья называют Никой. Это сокращение от полного имени для удобства. А человек...эээ...ну это как бы...эээ...раса такая. Вот! Так зачем считывать информацию?
   -Мы, рихассы, не знаем такую расу. В первый раз вижу такое создание, как ты. Ты похожа на нас, но другая. Слабый организм. Надо было подстраховаться. Вдруг ты была подослана нам ришассами в качестве био-оружия. Провели исследования... У тебя было много болезней, но не опасных нам. Мы вылечили в кобзо-капсуле. Это восстанавливающая и одновременно карантинная капсула. Здесь ты пока будешь находиться до решения аздархата (мне переводчик перевел как 'командира').
   -Я хотела бы поесть и еще попить, пожалуйста, - решилась я. В голове крутились тысячи вопросов, но я боялась интересоваться.
   Он подошел снова к противоположной стене, открылась ниша, и оттуда уже забирал поднос, на котором стояла чаша с жидкостью, и еще что-то дымилось от второй. Запах был вкусный. Он подошел и протянул мне его. Я устроилась поудобнее, но мне было несколько непривычно в голом виде перед этим гуманоидом. Я стушевалась:
   -А можно мне что-нибудь еще дать, чтобы прикрыться?
   Он глянул на меня своими желтыми глазами то ли с мужским интересом, то ли с гастрономическим. Я сглотнула и задала еще один вопрос:
   -Вы же меня есть не будете?
   Он снова посмотрел на меня и...разразился неудержимым хохотом. Только теперь я заметила, что у него оказывается очень-очень много небольших, но очень острых, зубов во рту и раздвоенный удлиненный язычок. Ой, что-то мне поплохело. Как жить то хочется, оказывается! И тут он резко замолчал, пристально вглядываясь в меня. Потом отошел опять к противоположной стене только чуть правее, там опять что-то нажал и достал покрывало, передав его мне.
   -Не волнуйся. Ты мыслящая, как и мы. Мы не едим думающих...У нас есть планеты-пастбища для поставки еды. Ешь...Я приду к тебе позже.
   И он вышел из комнаты через открывшуюся сбоку дверь. Хмм и как он ее увидел тут. По мне так вся комната-это цельный кусок материала с 'кроватью' и небольшой тумбочкой возле подголовника. Переставила на последнюю поднос, более менее обернулась покрывалом. Оно было очень мягкое и теплое. Потом взяла поднос, присмотрелась к дымящемуся в 'тарелке' (больше на маленькую кастрюльку смахивает). Вроде мясо, только желтого оттенка, еще какие-то овощи видимо. Взяв ложку, хоть это как у нас, почерпнула из тарелки, подула слегка и съела пробную ложку. Ммм...вкусно. Не знаю, что это, но уже через минут десять ничего не осталось. Я взяла чашу с жидкостью. Она оказалась зеленоватого оттенка и приятного фруктового вкуса. Не знаю с чем даже сравнить. Выпив полностью, почувствовала приятную сытость в желудке, зевнула и, отставив поднос, уснула, повернувшись спиной к месту, откуда вышел Миршесс.
  
   Проснулась и, потянувшись, осмотрелась. В ногах лежали вещи. Значит сюда приходили, пока спала, а я и не заметила. Это были штаны и, ну скажем так, рубашка, конечно же, большого для меня размера. Ну что есть. Эх, еще бы умыться и ополоснуться, была бы сказка. Еще по-мелкому приспичило. Ладно, потерпим пока, наверняка же у них есть уборная. А потом когда придет Миршесс, я его получше расспрошу. Встала, скинула покрывало с себя и надела принесенную одежду, жаль, нет нижнего белья, я привыкла к нему.
   Только переоделась, как открылась та самая боковая дверь. Вошел знакомый 'ящер'. Осмотрел меня с ног до головы, хмыкнул и подошел ко мне, на руке понажимал кнопки. И тут прям из пола вырос стул. Я обалдела на секунду:
   -Как ты это делаешь?
   -Что?
   -Стул?
   -Технологии исчезнувшей империи Асхарцев. Мы ее изучили и переняли.
   -Эм, ясно,-а про себя, 'что ничего не ясно'.- А тут есть уборная?
   -???
   -Ну комната, где я могу умыться и привести себя в порядок?
   Он встал, подошел к противоположной стене от места входа в мою 'карантинную' комнату, находящуюся справа от меня. Подозвал к себе. Подошла. Он снова понажимал у себя на руке консоль с кнопочками, пошипел, и дверь в уборную проявилась, и даже ручка выросла. Открыв, пригласил войти. Зашла...Ого...уборная...да уж...Больше на купальню похоже. Показал где лежат полотенца, похожие на простыни, рассчитанные на их внушительные фигуры, но никак не на меня, как устанавливать и регулировать нужную температуру воды, а также флаконы размером с литровую банку с различными средствами гигиены. Вкратце рассказал об их применении. Далее показал 'туалет', научил пользоваться и вышел, предоставив меня самой себе, чем я не преминула воспользоваться.
   Через полчаса вышла из комнаты довольная жизнью. Еще раз поесть, и все можно дальше жить. Миршесс, словно прочитав мои мысли, уже принес поднос с едой. В этот раз была 'похлебка'. Быстро употребила ее и приготовилась к тому, что меня ожидает.
   - Расскажи о себе и как попала к нам на территорию.
   Я вкратце поведала свою историю. Он задавал уточняющие вопросы, но ничего полезного не мог для себя почерпнуть.
   -Значит с Земли, говоришь.
   -Ага.
   -Я не знаю такую планету, - задумался.-Расскажи мне больше о своей планете.
   Дальше последовал поток вопросов. Прервала его на первых вопросах:
   - Подожди...Это что же я не смогу вернуться к себе домой? - слезы начали проступать на глазах.
   Он не ответил. Еле взяла себя в руки. Отставить панику! Нельзя показывать себя слабой, а то затопчут. Он хотел, продолжить расспросы, но я дала понять, что пока не могу ответить на них. Мне было нужно переварить информацию. Он понял.
   -Сейчас должен прийти мой аздархатШанисс. Он тебе сообщит, что было решено относительно твоего дальнейшего местопребывания.
   -То есть? Меня куда-то отправляют? Что меня ждет?- снова начала проявляться паника. Ведь я совсем не знаю ничего.
   -Сейчас он связывается с лордом, дает ему отчет о тебе. Дальше будет принято решение о тебе. Скорее всего, тебя отправят в Рихасс.
   Блин, не успела отойти от одной информации, как на меня обрушали новую. Подумала, что надо получить максимум информации от этого 'ящера', и начала расспросы об их империи. Он отвечал охотно. В итоге узнала следующее:
   Ришассы-это противники рихассов, их соседи. Они такие же, как и рихассы с виду, только оттенок их кожи светлый. Они уже давно находятся в противостоянии из-за плодородности обеих планетарных систем, пытаясь периодически захватить территории друг удруга.
   Всего в империи имеется тринадцать планетарных систем, в которых правят те или иные 'лорды-ящеры'. Двенадцать из них-что-то вроде провинций, а тринадцатая верховная провинция, самая богатая и самая просторная, находится в управлении династической ветви рептилий, что-то вроде королевской семьи, управляющая всейимпериейрептилоидов.В каждой провинции имеются свои правила, но общим законам, установленным королевской семьей, подчиняются все.И все они платят 'налоги в королевскую казну'. Те в свою очередь пресекают все возможные войны между лордами, оказывают поддержку в тяжкие времена. Между планетарными системами ведется активная торговля всем, что имеет ценность: едой, одеждой, рудой, интеллектуальной собственностью, оружием, технологиями и даже гуманоидами, населяющими планеты систем, или попросту рабами. В общем,добро пожаловать в феодальный строй!
   Я находилась на данный момент на планете Весстария в планетарной системе Рихасс. Эта планета находилась на границе с ришассами, поэтому меня приняли за их шпиона, или био-оружие.А главная планета, на которой и находится все свое время правящий лорд-ящер, называется также как и система-Рихасс.
   Летоисчисление у них в империи было принято следующее: всего одиннадцать месяцев в году, тридцать дней в месяце, три недели в месяце по десять дней соответственно. В дне было по двадцать пять часов, а дальше как у нас.
   Также узнала, что та форма, в которой находился передо мной Миршесс, это полу боевая форма рептилоида. Боевую он не стал показывать, боясь меня напугать внешним видом, описал только на словах: в высоте до восьми футов, а у королевских особей до одиннадцати; с длинными и острыми когтями на руках (на ногах короче, но не менее острые); с шипами на спине, костяшках пальцев и вдоль рук и ног; также имелись большие кожистые крылья с опять же шипами на концах. Они тоже использовались как оружие. И хвост, длиной от метра до двух и толщиной до тридцати сантиметров в диаметре. Еще у них была высокая регенерация, что позволило в свое время захватить аж тринадцать планетарных систем и удерживать бразды правления вот уже много столетий. И на этом они не останавливаются, потому как до сих королевская семья отсылает на неизведанные территории вселенной специальные исследовательские корабли, тем самым находя новые и захватывая их. Правда стоящих уже очень давно не попадалось, и корабли все чаще приходили ни с чем. Я попросила показать обычную форму, в которой они ходят большинство времени. Он исполнил мое пожелание, при этом каким-то образом как будто перетек из одного вида в другой за доли секунд. И вот передо мной стоит обычный человек симпатичной смуглой наружности, чем то напоминающий мне моих недавних знакомых испанских мальчиков, даже глаза изменились, став карими, а вот зрачок так и остался вытянутым. Интересно, а он полностью выглядит как человек?! Дала себе мысленную оплеуху за неуместные раздумья. Но на будущее сделала заметку на всякий случай при возможности узнать.
   На этой мысли входная дверь открылась, и явилось еще одно действующее лицо. Командир был похож внешне на Миршесса, только разве что гораздо старше годами. На лице его присутствовали глубокие шрамы, не исчезнувшие даже с их технологиями и регенерацией.
   -Здравствуй, человек Вероника. Я- аздархат Шанисс. Как ты себя чувствуешь?
   -Эм... Добрый вечер, спасибо, хорошо, - я не знала как вести с ним диалог. Мне было необычно такое обращение, как 'человек', хотя я и понимала, что им так проще обращаться ко мне.
   -Я сообщил о тебе лорду Дантарру и он пожелал тебя видеть, поэтому ты вылетаешь на Рихасс. Сопровождать тебя будет Миршесс и еще несколько аздов (рептилий-солдат). Я сообщу когда.
   Я только кивнула головой. А что еще остается? На этом командир развернулся и вышел из комнаты, оставив меня с Миршессом наедине. Он был хмур. Я поинтересовалась относительно лорда, чего от него ждать.
   -Если сам лорд заинтересовался тобой, то не жди ничего хорошего. Ну еще бы он не был заинтересован?! Такие волосы...и глаза...и ты теплая...красивая, вкусная самочка...
   Он начал меня пугать. Миршесс, сам видимо не заметив, перетек в полубоевую форму. Глаза сузились, кончик раздвоенного языка нервно высовывался наружу, облизывая губы. Я немного отодвинулась от него дальше на всякий случай. Он, заметив мои движения, сразу успокоился.
   -Не бойся, не трону. Лорд Дантарр захочет тебя оставить себе как асси.
   Переводчик перевел последнее слово, как 'наложница'. Это любовницей что ли? Задала этот вопрос.
   -Да, вас таких там много... А надоешь- сошлёт в асси-ен ('дом удовольствий' то бишь).
   Что??? Перспектива узаконенной шлюхи ввергла меня в панику. С трудом подавила ее, отчаяние никак не хотело покидать меня. Но силой воли загнала все чувства вглубь, оставив только холодный расчет и рационализм.
   - А может мы не совместимы? Ну я, например, не могу его принять как мужчину или при нашем...эм... взаимодействии у него, ну не знаю, мутация генов начнется или еще что-нибудь,- строила предположения.
   Посмотрел на меня насмешливо, как на недалекую. А, блин...ну да...меня же уже всю осмотрели исчитали информацию. А значит, сделали соответствующие выводы, и вопрос совместимости уже снят. Так, думай-думай...
   -Неужели нельзя хоть как-то избежать этой участи?
   -Есть только два способа: быть настолько восхитительной, чтобы не прогнал, и стать ассири, но это невозможно. Другие гуманоидные формы жизни не могут забеременеть от нас. А, значит, для тебя фактически один способ.
   -Ассири- кто это? -переводчик отказался переводить это слово.
   -Та, кто дала жизнь наследнику. Но этого не случается уже много столетий, потому что наши самки не могут больше давать потомства. Что-то случилось с ними. Более того, они вымирают, их осталось очень мало, а новые не рождаются. Наши ученые стараются решить этот вопрос, но пока безрезультатно. Лорд, его хассы (элитная охрана) и еще некоторые представители старых семей, приближенные к лорду - последние родившийся естественным путем в этой системе. Самый последний наследник появился в правящей семье уже более трехсот лет назад. Остальные давно погибли на войнах, в междоусобицах и при иных обстоятельствах.
   -Но как же вы размножаетесь? Стоп...триста лет?! Ты сказал триста??? Сколько же вы живете?
   -Долго, очень долго... Обычные самцы живут более трехсот лет. Лорды больше семисот, а в правящей ветви больше тысячи. Размножаемся мы искусственным путем через лаборатории. Когда понимаем, что пора заводить потомство для продолжения рода или в преддверии войны для увеличения армии, как было когда-то, мы приходим в специализированные 'дома продолжения жизни', где у нас берут необходимые материалы для откладки яиц, в которых взращивается потомство до определенного размера. Плод получает генетический носитель ри (отца) и дополнительный адаптированный ген, похожий на генотип ассири, но рождаются только самцы. Еще ни разу не было самочки, хотя мы пробовали скрещивать с другими гуманоидными организмами для выживания, потому что в последнее время все чаще выявляется несовместимость с адаптированным геном. Мы потихоньку вымираем.
   -Мда,- это все, что я смогла сказать.
   После этого он начал расспрашивать меня о Земле. Я по мере своих знаний давала ему необходимую информацию. Узнал он от меня не очень много, все-таки школу и институт я давно окончила: рассказала о нашей солнечной системе, натужно вспоминая названия планет, 'Большую медведицу', расположение материков, океанов (даже примерно нарисовала), народностях и обрядах в той или иной стране, ну и так по мелочам, отвечая на его вопросы. Спустя пару часов язык начал заплетаться, и мы прервали наш интересный разговор. Все время разговора его глаза блестели нескрываемым интересом, и было заметно, что он бы продолжил его. Но, увы, мне требовался отдых и легкий перекус, поэтому вздохнув он удалился, дав мне эту возможность.
  
   На следующее утро, как только я привела себя в порядок и позавтракала, ко мне пожаловал Шанисс, сообщив, что корабль для доставки меня на Рихасс подготовлен. Пришел Миршесс, и они вдвоем препроводили меня под своим конвоем к означенному судну. С нами летело еще четыре азда. Ну да-да, я же такая опасная! Мда, мать, сарказм ты так и не растеряла, даже в такой ситуации. Вздохнула и под пристальные и жадные взгляды солдат-ящериц, похожих друг на друга, прошла по трапу на корабль. Брр, прямо как на кусок бифштекса смотрели, еще и ноздри свои раздули, втягивая воздух! Там меня доставили до моей каюты, в которой я должна была просидеть все время полета до Рихасса. Она была очень маленькой: примерно два метра в длину и ширину с маленькой односпальной кроватью, аналогичной в 'больничке', и маленьким столиком, а также небольшой шкафчик для вещей. На мой вопрос о том, могу ли я посмотреть корабль, Миршесс ответил категоричным отказом, посматривая на Шанисса, видимо, его приказ. Все-таки не доверяют до конца, так и считают меня шпионкой. Эх, а так хотелось посмотреть: я же никогда не была в открытом космосе, и на корабле космическом тоже не была!
   Когда уже вылетели, и в каюту пришел Миршесс, чтобы продолжить 'допрашивать' о Земле, я ему успела задать вопрос:
   - Миршесс, а скажи пожалуйста, сколько мы будем лететь?
   - Восемь суток.
   - Восемь суток...- в задумчивости повторила. Это мне восемь дней торчать в этой комнате? Чуть не застонала от досады, успев остановить себя. Слегка прикусила губу, чтобы тут же не допустить этого. И только мельком, при поднятии головы заметила, как на этот необдуманный жест, хищно сузились глаза Миршесса, и в них полыхнул небольшой огонек неприкрытого желания, который тот тут же погасил при встрече с моими глазами. А потом, пробормотав о том, чтобы располагалась, поспешно вылетел из каюты.
   Я осталась одна со своими размышлениями. И что это сейчас такое было?! Да понимаю, что риторический вопрос, и никто мне на него не ответит, но...Черт! Мне еще озабоченных самцов в лице Миршесса и иже с ним не хватало. Или может я им не интересна? Хотя нет. Вон как пожирали глазами. Ууу, ящеры. Чтоб вас! Мама...Домой хочу! Всхлипнула и тут же дала себе мысленную затрещину. Так, Никусь, не паниковать. Где наша братия не пропадала. Раньше времени нечего раскисать. Если не тронули до сих пор, то и не должны сейчас. К тому же, я же нужна лорду этому их. Как его там? Дантарр, да, кажется, так. Необычное, но красивое имя.
   - Данта-а-а-р, Да-а-антар, Дан...ммм,- покатала на языке его имя на разный лад. Интересно, какой ты? И тут же отмахнулась - скоро узнаю.
   Спустя некоторое время корабль начал старт. Меня сначала слегка повело, закружилась голова, дыхание сперло в груди, как при старте самолета. А через мгновение все прошло, как будто и не было этого. Видимо, мы полетели. Что ж, скоро я узнаю, что меня далее ждет.
   Глава 2. Знакомство.
  
   Уже вечером ко мне снова пришел Миршесс. Он весь вечер расспрашивал о Земле, а я его об их империи, лордах, королевской семье, мирах, народах, о порядках принятых в каждом из обществ и прочих мелочах, с которыми мне предстоит столкнуться теперь уже в моей новой жизни. При этой мысли сердце сжалось: неужели я так больше и не увижу родных и друзей, никогда не вернусь домой? Глубоко загнала свои депрессивные мысли в самые дальние уголки сознания, чтобы суметь пожалеть себя позже, когда я буду в одиночестве, и никто не увидит моей слабости и боли.
   Так проходил день за днем. Миршесс приходил, мы подолгу беседовали, расспрашивая друг друга. Он все больше смотрел на меня с какой-то своей заинтересованностью, жалостью и небольшой болью во взгляде, что приводило меня в замешательство. Однажды мне все же удалось уговорить его показать мне краем глаза бесконечный космос. Мы как раз проходили рядом с астероидным полем одной из погибших планет, и кораблю пришлось скинуть скорость движения на это короткое время, чтобы лишний раз не задеть внешним силовым полем, хоть какой малый астероид, и лавировать, избегая столкновения. Именно в это время, он провел меня незаметно от других своих подчиненных в пустое помещение технического отдела, где также было одно окно иллюминатора. Я недолго была там, но даже этого мне хватило, чтобы навсегда запомнить ощущение бесконечности. Я почувствовала себя малой песчинкой в бесконечном океане этой черной пустыни. Все сжалось в груди от этого и еще долго не отпускало.
   Когда мы проходили астероидный пояс, Миршесс поведал мне историю бывшей планеты. Это был плодородный край с большим количеством озер, рек и океанов, с зеленой сочной травой и прекрасным лазурным небом. Здесь проживала великая раса сикхов. Сама природа планеты благоволила им. Они были необычными внешне: вытянутые в высоту, тощие, с голубой кожей и миндалевидными огромными глазами без зрачков, затылок их также был слегка вытянут. По описанию у меня сложился образ оперной дивы из кинофильма 'Пятый элемент'. Единственное, глаза не подходили описанию. Так вот, они жили и никого не трогали, сосуществовали в единении с природой, а потом на их земли пришли рихассы. В то время, лордом был отец Дантарра (Ассальд), и он был жесток и беспощаден. Когда сикхи отказали ему в подчинении и повиновении, он жестоко наказал их, сделав целую планету безмолвными рабами. Бесконечные побои, каторжные работы по добыванию богатых руд планеты и голод сделали свое дело. Они начали вымирать. И в один прекрасный день, народ сикхов не выдержал, и когда старший сын Ассальда, наследник Баххар, приехал за очередным грузом руды, они просто подняли бунт и перебили всех. Когда Ассальд узнал об этом, он в своем горе и безумстве от потери старшего наследника, уничтожил всю планету путем взрыва солнца их небольшого мирка. Это вызвало определенные катаклизмы на двух спутниках планеты сикхов и на ней самой. Я была потрясена: целая раса, планета былистерты. Боже! Это...это жестоко. Хотя его можно понять, все же сын, но...Но он же сам виноват! Если бы не его жадность, этого бы не произошло. Хотя, что я знаю об их расе, кроме того, что они холоднокровные ящеровидные гуманоиды с несколькими 'ипостасями', или как это еще назвать?
   Наконец наступил день прилета. Я нервничала. Что будет дальше?Понравлюсь ли лорду? А он мне? Смогу ли принять эту жизнь наложницей и удовлетворить своего 'хозяина', ведь он же владеет мной? А если не понравлюсь, то что он сделает? Сошлет в асси-ен? А как оттуда потом уйти, куда податься? Эти и многие другие вопросы теснились в моей голове, принося невыносимую головную боль. В итоге я решила узнать у Миршесса, что меня ожидает, если я попаду в асси-ен, и как оттуда выйти?
   - Васси-ен попадают не только наложницы лорда Дантарра, но также другие самочки разных народов этой и не только планетарной системы. Туда приходят отчаявшиеся женщины за заработком, ведь им мало где платят хорошие деньги. У нас правят жизнью мужчины, - ага, патриархат значит.- А одиноким женщинам тем более трудно, особенно, если у них малые дети за спиной. А в асси-ен платят хорошие деньги, и там не допускается плохое отношение к самочкам. Их там кормят, одевают, платят, иногда даже хорошие 'чаевые' за особенно частые вызовы богатых клиентов.
   Что ж, не все так плохо видимо.
   -А когда состарятся женщины и не будет многих клиентов?
   - Им назначают 'пенсию', которой вполне хватает, чтобы дожить свой век. Да и дети подрастают и помогают своим матерям обычно.
   Но у меня нет ребенка. Вздохнула, но не стала развивать эту тему. Пусть будет, как будет. Вдруг я смогу 'зацепить' их лорда, все же мои познания в интимной сфере вполне приличные. Не то чтобы я имела огромное множество любовников, нет, но у меня были вполне опытные экземпляры. Так что, дерзай, Никусь, и держи голову выше. Ведь как говорится, даже в безвыходной ситуации у вас есть хотя бы два выхода.
   Чтобы отвлечься от подобных мыслей решила сходить ополоснуться и приготовиться к встрече с лордом Рихасскойпланетарной системы. Как всегда оповестила об этом Миршесса, а то еще в начале нашего путешествия я позволила себе воспользоваться душем в санитарной секции, но не учла того, что это общее для всего состава команды помещение. И буквально нос к носу столкнулась с одним изаздов в полураздетом виде после принятия водных процедур. Надо было видеть его выражение лица. Его глаза сразу заблестели, зрачки вытянулись в узкую линию, он начал трансформироваться в полубоевую форму, потом одним рывком схватил меня и прижал к стене, вдыхая мой запах, при этом его когти вытянулись и оцарапали меня до крови, что скинуло с меня оцепенение. Я взвизгнула от пронзивший меня боли, а потом просто закричала во всю мощь своих легких.Это его и остудило. Он тут же отшатнулся от меня, как от прокаженной, вернул себе обычную форму, а потом тут же связался с Миршессом и сообщил о происшествии со мной. Потом выслушав ответ, отошел на пару метров от меня, дождался пока придет его аздар и, коротко дав отчет, развернулся и вышел. Все это время я, словно загнанный в угол зверь, просидела на полу там же, где меня отпустили, и просто пыталась прийти в себя. Даже на кровь, которая текла из руки, не обращала внимание. Сердце стучало, словно молот по наковальне. Именно в этот момент я осознала, насколько ящеры опасны. Я после того, как Миршесс перешел в повседневную форму при мне, стала его воспринимать словно человека, и это меня и подвело. Я совсем забылась, что это не люди, за что и поплатилась.
   Миршесс подошел ко мне, аккуратно помог подняться. Осмотрел, потом тоже принюхался, сжал губыи недовольно зашипел себе под нос что-то вроде 'повезло нашему лорду, лишь бы не обидел', а потом повел коридорами к медицинскому отсеку прям в полотенце, коим я была обернута. Лишь в дороге обратил внимание на это, но возвращаться в мою каюту не стали. Там я пробыла недолго, он сам взял непонятно вида прибор, одел его как перчатку, включил. Из прибора полился голубоватый свет, а потом аздар провел вдоль моей раны на расстоянии в пару сантиметров, и она затянулась прямо на глазах. Я даже дыхание затаила, начав осматривать место ранения, но никаких следов не осталось, даже банальной царапины или небольшого шрама. Поблагодарила Миршесса за заботу, потом смыла аккуратно кровь прямо там же в чем-то похожем на наши раковины с краном. Позже он провёл меня в каюту,где я смогла одеться и окончательно прийти в себя. Потом объяснил,что не стоит ходить одной в душевую,потому как самцы неоднозначно реагируют на меня. Я для них, как кусочек пирожного для сидящих на диетелюдейкотороехочется,а нельзя. Хоть я и не знаю,как это сидеть на диете,но примерно прикидываю как сложно. С того момента я ходила в душевую под контролем самого Миршесса, который на время принятия мной водных процедур оставался снаружи и не давал никому входить.
   В этот раз он не составил мне компанию,аргументируятем,что мы приближаемся к Рихассу, и все азды будут присутствовать на мостике. Поэтому я быстро привела себя в порядок под горячими струями воды, заодно и успокоилась. А то накрутила себя совершенно не позитивными мыслями. Этого допускать было нельзя, иначе грозило перейти в панику.
   И вот настал момент, когда за мной в каюту пришел Миршесс. Прилетели. Я была одета во все те же рубашку и штаны, ну вернее сказать, не те же, но аналогичные по размерам, и без нижнего белья. Мда, представляю на какое пугало похожа. Такой только и представать пред очи лорда. Эх, чему быть, того не миновать!
   Меня провели коридорами на выход. И вот она новая планета. Кто б сказал еще недели две назад о том, что меня ждет что-то подобное? Первое впечатление при выходе с корабля было странное. Мы находились в огромнейшем космопорте с кораблями в десятки и, даже несколько из них, сотни раз больше того малого, на котором прилетели. Его, кстати, называли'сверк'.
   Нас ждал небольшой отряд аздов в полубоевой трансформации, что смотрелось несколько жутковато для меня. Они обменялись жестами приветствия с Миршессом и его командой. Когда же увидели меня и вдохнули мой 'запах', все ребята, сушите весла! Я чуть не заработала инфаркт, потому что нельзя так слаженно делать шаг в мою сторону, а потом, оглянувшись на соседа, начать скалиться и начинать трансформироваться до боевой формы. Едва это начало происходить последовало сразу несколько событий: Миршесс отдал короткий приказ остановить это безумие, мои сопровождающие азды с корабля слаженно задвинули меня за свои спины и начали свою трансформацию, я же, видя все это, вскрикнула и присела, закрыв себя руками. Такого ужаса я еще не испытывала. И именно это послужило им сигналом для взятия в руки своих инстинктов. Все произошло настолько быстро, что когда до меня дотронулись, я просто не выдержала и завизжала.
   - Тихо-тихо, Вероника, успокойся. Это я, Миршесс.
   Потребовалось некоторое время, чтобы осознать, кто именно склонился надо мной. А потом я заревела от облегчения. О, приветствую тебя, моя истерика, давно не виделись! Никогда не была эмоциональной барышней, но видимо последние события моей жизни дали о себе знать.
   - Я сам лично доставлю тебя к моему лорду,-сказал мне и, повернувшись к встречающим, добавил.- А о данном инциденте будет доложено вашемуаздархату.
   -Да будет так, аздарШанисс.- поникли те,- Прошу пройти в нарк.
   Нарком оказалось воздушное средство передвижения, похожего на наконечник стрелы, вместимостью до восьми человек. Я бы назвала его 'флаером' согласно книжкам, которые раньше читала.Мы разместились на двух кораблях и стартовали.
   До инцидента мне очень хотелось глянуть на окружающее пространство, сейчас же было состояние апатии. Иногда так отхожу после истерики.
   Долетели достаточно быстро, а может просто я не заметила пролетевшего времени, и приземлились уже на специальной площадке. Нас встречали хассы, которые практически не взглянули даже на меня. Сказали только следовать за ними. И мы с Миршессом вдвоем двинулись вглубь здания.Спустя пару минут нас привели в богато обставленную светлую комнату, в которой гулял свежий ветерок. Оказывается,тут был огромный открытый балкон, за воздушными полупрозрачными тканями, переливающимися на свету в различные оттенки радуги.Стены вырезанные из того самого металлического камня с рисунком мрамора.Пол был устлан огромной белой шкурой неведомого зверя с высокой, но мягкой словно шелк шерстью. Я по щиколотку, как мне кажется, провалилась в него. Вдоль стен стояли скамьи, вырезанные из кости, перемежающиеся такими же столиками, на которых стояли чаши с фруктами фиолетовых, красных, зеленых и желтых оттенков и кувшинов с водой, полагаю. Желудок дал о себе знать небольшим ворчанием на свою нерадивую хозяйку.В центре также стоял небольшой стол, а вокруг него был диван из того самого желеобразного вещества. На аналогичной кроватия спала на Весстарии.
   -Присядь пока, мы в доме лорда Дантарра, а это комната для ожидания.
   -Спасибо. Ммм... Миршесс, а скажи пожалуйста, я могу съесть какой- нибудь фрукт, или это запрещено?
   -Конечно, не запрещено. Ты не ела на корабле?
   Вздохнула:
   -Я не успела. Вернее не до того было, я очень сильно нервничала. Кусок в горло не лез.
   Взяла в ближайшей чаше круглый фрукт красного цвета. Надкусила и прожевала. А ничего так фруктик! За ним попробовала зеленый. Хмм, а этот на банан по вкусу похож. Следующий, фиолетовый понравился больше двух предыдущих. У него была нежная, сочная, спелая мякоть со вкусом персика с небольшой кислинкой, и маленькая косточка.
   -Миршесс, а что это за фрукт?
   -Это пина.
   -Ммм...очень вкусно.
   И вот, сижу я, зажмурившись от удовольствия, и, как маленькая девочка, облизываю сок с пальцев и улыбаюсь. И тут в тишине раздается шипяще-горловой звук буквально надо мной. Я тут же открыла глаза и, увидев над собой огромное черное чудовище, истошно заорала и метнулась в сторону, тут же повалив другую чашу с фруктами. Больно ударилась о столик,наверняка теперь синяк выйдет, но меня тут же схватили и сжали в лапах. Но я не успела толком испугаться монстра, как меня накрыло другое: вдруг почему то стало сразу трудно дышать, закружилась голова. Меня буквально скручивало, воздух не поступал в легкие, я хрипела, словно загнанная лошадь. А в это время надо мной что-то происходило. Меня трясли, раздавались крики, но мне было все равно. Все плыло.
   -Умирает...
   Умирает...Кто? Я? Почему? Нет, не хочу! Я жить хочу. До моего заторможенного сознания практически не доходила информация. А потом пришла темнота.
  
   Приходила в сознание тяжело. Снова было такое состояние, словно пережила тяжелую болезнь, ну или по мне каток проехал, и, буквально говоря, вкатал меня в асфальт. Я себя такой слабой никогда еще не ощущала.
   И снова я в металлической комнате, которую лучше назвать больничной палатой, на такой же кровати. Единственное отличие - в руку вставлены трубки, уходящие в крупную консоль с колбами и прочей ерундой. Подвигала рукой, попыталась приподняться. Очень хотелось в уборную.
   -Эй, есть кто живой,- скорее прохрипела, чем сказала.
   Не прошло и минуты, как ко мне зашел один из ящеров. Подлетел к консоли и начал нажимать кнопки. Удовлетворенно поцокал и направился ко мне.
   -Пить будете, асси?
   -Да и еще мне бы в уборную.
   Он завис на пару мгновений. Наверное,эссверты адаптировали информацию.
   - Вам в помывочную комнату?
   Я кивнула.
   -Сейчас я помогу вам, асси. Меня зовут Акхер, я специалист по исследованию и лечению организмов всех гуманоидных форм жизни.
   -Врач, в общем.
   -???
   - Ну, лекарь, ученый...
   -Да, наверное, так.
   Он подошел ко мне и помог сесть, поднес стакан ко рту, так как я не могла его удержать самостоятельно. Потом аккуратно извлек трубки и тут же заживил прибором маленькие ранки от проколов. Дальше отвел в уборную и, буквально говоря, посадил на унитаз, чем ввел меня в краску. Он даже не стал уходить оттуда, пока я не сделала свои дела, хотя я очень просила и ужасно стеснялась. Все же неизвестный мне субъект и наблюдает за столь интимным делом. Еле уговорила себя мысленно закончить все это побыстрее. Он же только стоял и ухмылялся моему стеснению.
   - Приказ лорда Дантарра глаз с тебя не спускать, - на все мое возмущение в ответ.
   Потом уложил меня обратно в кровать. И я наконец смогла задать свой вопрос:
   -Что произошло?
   -Тяжелая аллергия на астию. Это - красный фрукт. Ты начала задыхаться, покрылась пятнами, и мы не знали в чем дело. Думали, что все же ришассы подослали био-оружие с замедленным действием. Хассы готовы были тебя убить, но лорд Дантарр не дал. В срочном порядке доставили в кобзо-капсулу и сняли все анализы, которые вывели аллерген в крови, а потом только надо было быстро действовать, создав антидот. На это понадобилось еще какое-то время, ты же практически не дышала, а потом, когда оставалось всего несколько минут до окончания изготовления лекарства, ты перестала дышать. И лорд Дантаррвзбесился и сказал, что если ты не выживешь, то все мы последуем за тобой. Никогда не видел его таким. И не хотелось бы больше.
   Я поежилась, неужели то чудовище и есть лорд? Как же мне быть с ним, если он такой...такой...в общем не человек совсем. Или это его полубоевая форма? Как то она отличается от других. Брр. Акхер же не замечал моих метаний, продолжая вещать:
   - Мы с трудом откачивали тебя, пришлось искусственно запускать твое сердце.
   -Это как?
   - Пришлось пробивать твою грудь над сердцем и рукой заставлять работать сердце. Никогда не забуду тот момент. Слишком быстро все происходило.
   Я тут же потянула ворот своего одеяния, похожего на свободную белую рубашку до колен, проверяя, есть ли шрамы. Но кожа была чиста. Ни единой царапины.
   - Но...аааа... где шрамы?
   - Мы все убрали. Регенератор хорошо воздействует на твой организм, что не у всех гуманоидов бывает.
   - Что дальше было?
   - Антидот приготовился, и мы ввели его в тебя. Спустя несколько минут ты уже самостоятельно могла дышать, и сердце билось ровно. Мы убрали все последствия, но ты потеряла много крови и была слаба. Пришлось подключать тебя к искусственному питанию. Без сознания ты провела двое суток. Сегодня третий день. Вернее, сейчас уже ночь. Все три дня к тебе приходил лорд и справлялся о здоровье. И выглядел он не очень довольным, что ты до сих пор не пришла в себя.
   Мне оставалось только промолчать. А про себя подумала, что и тут меня анафилактический шок настиг. Когда то в детстве уже было похожее состояние, но тогда я съела совсем немного дуриана. Тоже увозили на скорой.
   -Спасибо, что спас.
   -Ну, у меня просто не было выбора. Хотя даже если бы и был, я бы постарался все сделать, чтобы ты выжила. Все-таки ты- представитель очень странного вида. Ты голодна?
   Прислушалась к себе и кивнула. Он отошел к стене напротив и сделал заказ. Через мгновенье мне преподнесли высокий стакан, наполненный мутной жидкостью бледновато желтого цвета.
   -Это питательная смесь, пока можно только ее.
   Я послушно выпила, а потом провалилась в глубокий сон.
  
   Проснулась я оттого, что меня гладили по щеке. Чуть не замурлыкала от приятного ощущения. Улыбнулась, открыла глаза и застыла. На меня смотрел своими бездонными черными озерами глаз роскошный мужик, нет не так, на меня смотрел потрясающий мужик. Джонни Депп, ИэнСомерхолдер и прочие подобные экземпляры стоят в сторонке и нервно курят. Это был секс в чистом виде: узкий подбородок, высокие, четко очерченные скулы, брови вразлет, прямой нос с малой незаметной горбинкой и черные, словно смоль волосы до плеч, овивающие массивную шею, переходящую в мощный разворот плеч и груди. Интересно, а ниже он каков? Но он сидел, а я не могла приподняться, чтобы глянуть. Но я более чем уверена, что там весь живот в кубиках. А вот еще ниже...хмм... Покраснела и опустила голову. Слава Богу, читать мысли еще никто не умеет. Блин, Никусь, возьми себя в руки, а то словно школьница краснеешь. Эх, это все низменный голод виноват, да-да.
   Он словно услышал мои мысли, потому что ухмыльнулся и, приподняв мой подбородок, посмотрел прямо в глаза.
   - Так красива, словно сильвэ в ночь двух лун.
   - Сильвэ,- повторила я.
   -Да, а голос как песня сонаи.
   Его голос завораживал: глубокий с небольшой хрипотцой, тягучий, будто патока, сладкий, манящий. Вдохнула глубоко и голова закружилась от его аромата. Это была смесь цитрусового, капельки древесного и свежего запаха с небольшой горчинкой. Именно то, что я люблю. И вот его губы уже в нескольких сантиметрах от моих. Я сама не поняла, как допустила его сразу и так близко к себе. И это осознание заставило меня рефлекторно отпрянуть от него. От неожиданности он выпустил меня. Я вжалась в кровать, ожидая результата своего необдуманного поступка.
   -Ты меня боишься, асси?
   Покачала головой, я больше боялась своей реакции на него. Он нахмурился. Минуту просто рассматривал меня. Я его. Глаза в глаза. Губы ссохлись, я облизала их. Это видимо стало последней каплей. Он вдохнул в себя мой аромат и сорвался. Он припечатал меня своим телом к кровати и запечатлел свой грубый и властный поцелуй на моих губах. Я первое мгновенье просто растерялась, чем он и воспользовался, запустив в меня свой язык и начав там хозяйничать. Боже, это просто великолепно. Мало кто мог похвастаться из моих предыдущих мужчин таким опытом в поцелуях. Я не сдержалась, и легкий стон огласил маленькую палату. Он же на это отреагировал очень бурно: зарычал и вот уже в моем рту властвует раздвоенный язык. Я задыхалась, но теперь от наслаждения. Его рука уже по- хозяйски опустилась на мои нижние девяносто и смяла одежду, послышался трест ткани. И я, опомнившись, вытянула руки, отталкивая его. Мне удалось это практически сразу. И вот я ужес ужасом смотрю на полубоевую форму лорда, которая меняется на глазах в человеческую, и дышу, как паровоз.Кстати, она отличалась от обычных риптилоидов наличием трех гребней вместо одного. Но означает ли это то, что то чудовище, что я увидела в той воздушной комнате для приемов, была его боевая?!
   -Прости, моя прекрасная сильвэ. Ты сводишь с ума меня, мои инстинкты требуют немедленно взять тебя моей женщиной, сделать моей асси. Никогда меня еще не влекло так сильно к самочкам не моей расы. Да и к тем не так. Прости, моя сладкоголосая сонаи. Я понимаю, ты слаба еще и тебе надо отдыхать. Я зайду позже.
   -Дантарр...
   Он резко обернулся, и я осеклась. Вот дура, забылась. Это же лорд. Или не лорд? Он же не представился... Черт, черт...черт.
   - Да, моя асси.
   Фу, пронесло. Все же он.
   -Спасибо.
   -???
   -За мое спасение.
   Он кивнул и вышел. Но я все же успела заметить, что он таки да, потрясающий и ниже тоже. Высокий, ростом за два метра, Кубики так и готовы были разорвать тот облегающий костюмчик черного цвета, который, кстати, остался цел после всех трансформаций. А вот про четкий бугор еще ниже даже думать не буду. Не буду - сказала!
   Проснулся голод. Я встала и сходила в уборную. Потом пришел Акхер. Провел тесты, просмотрел анализы, сделал новые. Поела, попила и уснула. Сквозь сон чувствовала прикосновения к волосам, шее, скуле, а может мне это только снилось.
   Так прошло несколько дней. Я полностью пришла в себя, восстановила силы. Все это время лорд не посещал меня. Я уже откровенно начала переживать, что абсолютно точно своим поведением изменила его отношение ко мне. Дура! А ведь он мне действительно понравился,хоть и страшно. Все-таки коготки не маленькие. Но пока он не причинил мне боли, а о том, что это вполне возможно лучше не думать. И вот когда я отчаялась уже его увидеть, он появился в моей палате. Один взгляд, и я растеклась лужицей. Боже, какой мужчина! Держите меня семеро, иначе изнасилую мужика!
   В два шага он пересек пространство между нами, обхватил одной рукой меня за талию, а второй приподнял подбородок и запечатлел свой поцелуй. В этот раз он был нежным, практически невесомым. Но мне было этого мало, поэтому я подалась вперед, крепче обняв его за шею и углубив тем самым поцелуй. Он на мгновенье замешкался, словно борясь с собою, а потом, издав горловой стон, подхватил меня под бедра и припечатал к стене, таким образом, не дав мне возможности к отступлению. Я тут же обхватила его своими ногами за талию.Поцелуй тем временем перерос в более страстный, на грани отчаяния. Я застонала. У меня сносило крышу от этого самца. Я вообще не понимала себя: вижу его второй раз и уже готова на все лишь бы он не останавливался. Его руки уже гладили мои груди сквозь ткань рубашки, мои соски на это действие затвердели. Хотелось большего, хотелось, чтобы не было этой чертовой ткани на мне. Прикоснуться к его голому торсу, почувствовать всю мощь этого прекрасного тела. Я была настолько возбуждена, что ничего не понимала. Послышался треск ткани. И вот верхняя часть моего тела оголена, а соски наконец получили свою толику ласки. Он целовал меня, переходя от одной груди к другой, возвращаясь к губам и обратно в круговорот. Моя шея была настолько чувствительна, что каждое прикосновение его губ приносило новый стон. Я не сдерживалась, пытаясь снять с него его комбинезон или что там было.
   И тут открылась дверь. Я скорее почувствовала разгоряченной кожей движение воздуха, нежели услышала, что вошли.Дантарр тоже почувствовал, потому как моментально обернулся, закрыв меня своим телом и моментально трансформировался в полубоевую форму, ощерился и зашипел. Напротив него стоял Акхер, и он уже готов был упасть в обморок, судя по увеличенным глазам. Все это я заметила, когда, прикрыв грудь остатками рубашки, выглянула из-за плеча черной груды мышц.
   -Вон,- одно короткое слово-рычание и врача как ветром сдуло.
   Он развернулся ко мне, возвращая себе нормальный вид. Зрачки его все еще были вытянуты в ниточку, и он глубоко вдыхал воздух, пропитанный нашим возбуждением. Я смотрела на него и пыталась успокоиться.
   - И снова я не смог сдержаться, моя страстная девочка.
   Он подошел ко мне вплотную, глядя в глаза. Провел коготком указательного пальца по шее и спустился таким же образом по одной руке к запястью, взял мою руку в свою и поднес к губам, целуя пальчик за пальчиком. Я еле сдерживалась, чтобы снова не впасть в безумие гормонов. Оказывается, эта не мудреная ласка заводит не хуже самого поцелуя.
   - Сегодня, моя ласковая сонаи, я хочу видеть тебя в своем ложе. Я распоряжусь, чтобы тебя подготовили, - а потом, лизнув напоследок ладонь изнутри, просто вышел.
   А я осталась стоять, не понимая, как я могла так сразу наброситься на него. Хотела привлечь? Вот, пожалуйста! Ну не так же... Нет, он сейчас возьмет меня, а потом забудет. Выкинет в дальний угол, так сказать. Я так не хочу. Надо, чтобы он хотел меня постоянно, жаждал, желал, чтобы все его мысли занимала только я. К тому же,я жуткая собственница и не привыкла делиться своим, а его я уже считала своим. А тут у него же гарем. Чтобы такого придумать? Даже губу прикусила от усердия, так сильно задумалась о своей проблеме.
   В палату зашел Акхер, до сих пор слегка бледноватый.
   -Ты в порядке, Вероника?- за время моего вынужденного нахождения в 'больничке' мы более менее сдружились с ним. Тогда же я попросила обращаться ко мне при личной беседе по имени - мне так привычнее.
   -Да, спасибо. Акхер, а скажи у лорда Дантаррамногоасси?
   -Не так много, чем в домах других лордов. Ему по статусу требуется иметь не менее тринадцатиасси, у него же их четырнадцать. Ты пятнадцатая.
   -Зачем столько?- я округлила глаза.
   - У него часто бывают высокие гости и не все привозят с собою своихасси.Тогда он предоставляет своих, потому как представители нашей расы не могут долго обходиться без женщин. Эта одна из особенностей организма - стремиться размножиться, иметь свое продолжение жизни. Но так как потомства ни у кого давно не рождается, то и эта особенность на инстинктивном уровне повысилась.
   -А.., -я опустила глаза.- А у лорда есть любимая асси?
   -Хмм... да у него есть пара любимиц, тех, кого он призывает к себе гораздо чаще остальных. Это Алиша и Нхара. Алиша-марсарка. Это очень интересная раса. И их проще показать, чем описать. Дай минуту.
   Он понажимал кнопки на виртуальной консоли, и спустя несколько секунд я уже рассматривала голограмму девушки, которая по виду напоминала мне гибрид кошки и человека. Фигура девичья с плавными изгибами, но ушки у нее торчали из густой светлойшевелюры, на руках была шерсть, маленькие коготки и самый главный атрибут-хвост, большой и пушистый. Глаза также чисто кошачьи. И ноги тоже оканчиваются милыми пушистыми 'носочками'. В общем, очень мило. Почти захотелось затискать, но только почти. Хотя, что уж там? Совсем не этого мне хотелось! Милая кошечка, конечно, но лучше пусть держит свои коготки подальше от моего мужчины. Да, именно моего. Я так решила для себя, а, значит, он будет моим и только моим.
   -А вторая, какая она?
   -Она ритаидка.
   -Ритаидка? Такая как вы?
   -Да.
   -Но я думала, что у вас мало женщин! Как же она попала в асси-ен лорда?
   - Ты неправильно говоришь. Асси-ен - это общественный дом удовольствий. А у лордов - это асси-ше. Ну, я не знаю точно, каким образом она оказалась в асси-ше лорда. Просто как-то однажды она там появилась и осталась. Лорд очень часто ее навещает, наверное, даже чаще, чем марсарку. Не говоря уже о других. А она вполне чувствует себя хозяйкой асси-ше лордаДантарра.
   - Я этого не знала. А я могу ее увидеть?
   -Скоро ты ее увидишь, ты всех их увидишь.
   Открылась дверь в мою больничную комнату, и явились два создания неопределенной половой принадлежности. Невзрачные тощие серые создания со стеклянными крупными глазами в такой же серой балахонистой одежде. У них были очень длинные руки и тонкие пальцы длиной в два раза больше моих.
   -Это мальхи. Они являются слугами во многих домах. Они не говорят совсем. У них, как ты заметила, и рта то как такого нет,- действительно, рта не было.- Зато они послушны, все понимают, и всегда все, что сказано при них, не передастся третьим лицам, потому что для них сохранение частной информации своих работодателей- это непреложный завет.
   Я усмехнулась про себя: 'Хех, местные домовые'. Тем временем Акхер продолжал:
   -Они помогут привести тебя в порядок для предстоящей ночи. Следуй за ними и делай что они хотят.
   -Как же я пойму что они хотят?- удивилась.
   -Ты поймешь, - он улыбнулся.
   И тут я вдруг вспомнила кое-что:
   -Акхер, а что такое сильвэ и сонаи?
   Он удивился, но ответил:
   -Сильвэ - это прекрасный ночной цветок. Расцветает он в ночь двух лун, всего один раз в год. Как раз скоро будет такая ночь. А сонаи - эта маленькая птичка, которая очень красиво поет свои песни. Их осталось не так много на планете. И мы их бережем.
   -Спасибо,- задумчиво пробормотала и вышла за мальхами.
  
   Глава 3. Первая ночь.
  
   Мальхи привели меня в большую комнату. Я стояла и осматривалась. Спустя мгновение я вдруг точно поняла, что надо снять с себя тот балахон, что был на мне, вернее его остатки (я так и не успела поменять), а потом пройти в соседнее помещение, которое оказалось купальней. Я все выполнила и погрузилась в ароматную воду. Меня начали мыть, обмазывать какими-то кремами, веществами, потом все смывалось и намазывалось заново уже другими. Спустя полчаса я не сдержала облегченного вздоха, когда вдруг появилось желание выйти из воды, ополоснувшись еще раз напоследок. Потом я захотела пройти в комнату и усесться в кресло. Я выполнила и это. И началось мое дополнительное получасовое мучение, потому как меня натирали, массажировали, пилили ногти в аккуратную форму и на руках и на ногах. И еще, черт знает что, делали с моим телом. Но итог оказался выше всяких похвал, потому как на моем теле не осталось ни одного лишнего волоска.
   - А это надолго эффект?- обратилась к мальхам и получила кивок головой.
   -На сколько?
   И вдруг четкое понимание в голове, что на довольно продолжительное время. Точно сказать не возможно, так как у всех индивидуально, но что несколько лет-это однозначно. Круто! Моя и без того красивая кожа мерцала на свету. Я подошла к большому зеркалу, чтобы оглядеть себя полностью. Наготы я не стеснялась - все равно уже все всё видели. То, что там отображалось, меня не просто приятно удивило, а просто поразило. Я как будто снова стала школьницей. Кожа была гладкая без изъянов, ни единой морщинки, кроме самых незаметных мимических. Волосы блестели и как будто стали еще длинее и гуще, ресницы пушистее. В общем, я была в полном восторге от себя. Надо почаще обращаться к этим милым созданиям.
   Мне выдали еще один балахон и местные тапочки огромного размера. Дальше мне дали понять, что надо выйти из этой комнаты и следовать по коридору. Далее я поворачивала налево, направо и снова налево, таким образом, петляя из коридора в коридор. В итоге мы пришли в еще одно помещение, где нас встретил еще один мальх. Он провел меня в центр комнаты, и появилось ощущение, что требуется раздеться. Я выполнила. Он, или она, подошел к консоли возле стены. Тут же появилась виртуальная сетка и, проходя через меня, сделала слепок.
   -Что это?
   На меня показали пальцем.
   -Нет, я имею ввиду для чего?
   И я поняла, что увижу. Ну ладно, пусть будет так. В это время мальх что-то вбивал в консоль. Я оделась и присела на стул. Так прошло еще полчаса примерно. Я откровенно скучала. Сначала размышляла о сегодняшней ночи. Чего я жду? Чего хочу? А что позволят? Как удержать рядом с собою этого потрясающего представителя их вида? И почему вообще меня к нему так тянет? Я же буквально теряю голову! И как надолго я его заинтересую? Сейчас, понятное дело, я девушка-загадка. Неизвестная появилась на их дальней планете, граничащей с противниками-ришассами. Но что будет через месяц, два, год? Не знаю, и эта неопределенность меня пугает. Еще и эти, которые 'кошка драная' и 'змеюка', как я их назвала, конкурентную среду создают. Чтоб их! За шкирку бы выкинула да хвост открутила. Хмм, а у женщин в боевой ипостаси хвост интересно имеется?
   Время пролетело, и вот,наконец,мальх сообщил мне пройти в открывшуюся сбоку дверь. Я прошла, сняла, можно сказать, по велению первых мальхов свой балахон. Они принесли нечто воздушное, полупрозрачное и красное и начали меня одевать. При этом нижнее белье как всегда не учитывалось. Облачили и показали в зеркало. Бедные мужчины, которые меня увидят в таком виде. Помните одеяние Шахерезады? У них там шаровары полупрозрачные и лиф, а остальное отсутствует, только в стратегических местах и прикрывалось многослойностью. Ну вот на мне и было что-то подобное, только вместо шаровар юбка. Материал был очень похож на натуральный шелк, только переливался более яркими красками. Дали одеть обувь похожую на босоножки без каблука с тонкими ремешками в тон одеянию. В итоге получился прекрасный образ страстной, но в то же время недоступной, девушки. Дальше мне укладывали волосы и наносили легкий макияж.
   Итог - вешайтесь уважаемые ящеры!От зависти к лорду вешайтесь на языках ваших, раздвоенных, ага. И слюной захлебывайтесь. Особенно всякие 'кошки драные' и 'змеюки'. Вот так! Правда я милая?!
   И снова я иду по бесконечным коридорам. Как назло никто не попался на встречу. Обидно! Никто такую красоту и не видит, эх! А если бы сюда враг проник?! А у них тут никого. Халатность, сплошная халатность персонала.Ну ничего, будет день - будет пища. И это до ума доведем. Потом.
   Так меня и вели по коридору. У меня потихоньку начинался мандраж: коленки дрожали, губы уже были искусаны, мысли метались. В конце концов, меня подвели к огромным дверям в покои лорда, которые охранялись хассами. Они несколько отличались от других ящеров. Нет, не фигурой или наличием других частей тела. Их глаза были другие - они были красными. Почему так естественно узнать было не у кого, но при случае я спрошу.
   Хассы открыли двери в покои, и два сопровождавших меня мальха провели меня внутрь. Если честно была несколько поражена. Я ожидала мрачности в интерьере, а тут наоборот было светло, тепло и уютно. Там было 2 комнаты. Первая, видимо, для приема посетителей, так сказать, не отходя от кровати. Может предназначенная для друзей или других доверенных лиц? Там был небольшой низкий стол со стоящей на нем вазой с фруктами. Кстати, там лежали уже известные мне фрукты. Вокруг стола был полукруглый диван с 'желе'. Стены были светло-жемчужные, но опять же с прожилками. И большое окно в пол. В основной комнате было больше пространства и такой же минимализм в интерьере. В центре комнаты стояла огромная кровать и почему-то с балдахином, белым и полупрозрачным. Также был накрытый стол с всевозможными яствами и напитками. А вот это очень даже кстати. Захотелось выпить. Подошла к столу, открыла своеобразный графин, принюхалась. Только сладковатый аромат. Решила попробовать на свой страх и риск. Налила в маленький сосуд или пиалу, даже не знаю как назвать, и глотнула. Ммм, очень прилично. Напоминало сладкое вино. Быстро осушила и налила еще один. Эх, гулять так гулять! И его выпила. После третьей в голове замутило. Я взяла пину и надкусила. Сказка! И тут над ухом раздался знакомый хрипловатый голос:
   - Осторожная, моя сладкая сонаи, этот напиток коварен,- его руки обвили мою талию.
   Мое дыхание прервалось, сердце в груди начало отбивать дробь, а руки тут же вспотели. Этот голос был настолько сексуален, что мое тело начинало отвечать моментально.
   А в это время я слышала, как он вдыхает мой запах. Его раздвоенный язык прошелся по моей шее, вызвав тем самым толпу мурашек, пробежавших по спине и засевших, как партизаны в засаде, внизу живота. Моментальное возбуждение пронзило меня.
   - Ты такая вкусная, моя девочка, такая красивая. У тебя прекрасная нежная кожа,- он провел рукой по моим, открытым.- Твои волосы словно огонь. И мне кажется, что именно в них я сейчас сгораю, моя сильвэ. Мой прекрасный цветок.
   Он откинул мои волосы в сторону и вовсю ласкал мои плечи и шею своим шершавым языком. Я уже не могла сдерживаться, все мое тело было настолько чувствительно. Первый стон сорвался с моих губ. Больше он не мог себя контролировать, я, впрочем, тоже. Подхватив на руки, он быстрым шагом донес меня до кровати с балдахином и опустил на белые простыни. Кстати, эта кровать была привычная деревянная с обычным матрасом и постельным бельем, сделанным из привычного хлопка, ну или чего-то подобного.
   Он склонился надо мной, проводя рукой по телу. Его зрачок давно уже вытянулся в линию, а дыхание стало тяжелым.
   -Откуда ты взялась, моя сладкая девочка? Такая вкусная...Такая нежная... Такая восхитительная... Сегодня я не желаю останавливаться, да и не смогу,- от его чувственного шепота я становилась пластилиновой. Бери меня и лепи, как пожелаешь.
   Он впился поцелуем в мои губы. От его аромата у меня сносило крышу. Если, до поцелуя еще хранила остатки какого-либо разума, то теперь от него не осталось даже воспоминания. Я отдалась навстречу его рукам и губам.
   Одним движением он попросту разорвал то, что было на мне. И вот он уже осматривает меня голодным восхищенным взглядом, оттягивая момент единения. Проведя по груди слегка отросшим когтем, принося тем самым табун прохладных мурашек, пробежавшихся по разгоряченному телу, он снова склонился надо мной. Рука тем временем продолжала движение.
   -Не боишься?- едва слышно прозвучало в тишине.
   -Не-е-ет,- полустоном-полудыханием вырвалось ему навстречу, потому как рука достигла той самой желанной точки. Я задыхалась. Он склонился к вершинам моей вздымающейся груди. Его шершавый удлиненный раздвоенный язык начал меня ласкать, даря необыкновенное наслаждение, тогда как его пальцы с коготками творили необыкновенное внизу. Я пылала, словно бабочка в огне. Протяжные стоны и короткие всхлипы вырывались из меня нескончаемым потоком. А потом, когда я уже готова была взлететь на вершину, он попросту остановился. Я чуть не заплакала от разочарования
   -Нет, прошу, не останавливайся. Я хочу этого,- он смотрел на меня хищными глазами, которые светились довольством. Он быстро освободился от одежды, я лишь мельком успела заметить, что фактически и снизу он выглядит по человечески, разве только размеры...хммм...в общем, приличные размеры.
   Он снова начал склоняться ко мне, медленно, слишком медленно. Когда он почти достиг расстояния в пару сантиметров от губ, я закрыла глаза, решив целиком и полностью отдаться во власть ощущений. Но минуло мгновение, а ничего не происходило. И, когда я решилась вновь открыть глаза, почувствовала, как он зарылся одной рукой в мои волосы и вдохнул их запах. А потом буквально начал меня обнюхивать, двигаясь ниже и ниже. Я чувствовала себя как- то глупо. Согласно всем моим представлениям о сексе, мы уже должны были вовсю наслаждаться друг другом. Но вот он достиг желанного места, лизнув своим раздвоенным языком чувствительную горошину. Боже!
   - Ты такая вкусная, твой вкус и аромат как глоток опиуса...
   -Опиуса,- бессознательно повторяю.
   -Да, моя девочка,.. моя... Вероника...
   То, как он произнес мое имя, подействовало на меня еще более возбуждающе. И вот он наконец снова впивается в губы и одним резким движением врывается в меня. Мы оба застонали. Это непередаваемо! И вот он совершает первые медленные движения внутри меня. Я горю, его тело восхитительное в своей красоте целиком и полностью принадлежит сейчас мне. Руки попросту гуляют по нему куда достают. Темп нарастает. Я уже не понимаю, что происходит вокруг, отдавшись этим движениям, этому танцу тел. Он что-то бессознательно шепчет мне на ухо и покрывает мою шею очередным поцелуем. Все слилось. Разум отказывался воспринимать действительность. Лишь он для меня, а я для него. Это продолжалось и продолжалось. В какой-то момент я оказалась прижата к стене. Как и когда я там оказалась, не помню, да и не хочу помнить. А потом помню резкую боль в ягодицах,по ноге потекло что-то теплое, краем сознания поняла, что кровь. Но даже эта боль показалась наслаждением. И она же довела до пика. Вскрик сорвался с моих губ, ему вторил его протяжный стон. Вот это я понимаю секс!
   Обессиленная я повисла на нем. Он тихонько подхватил меня на руки и положил аккуратно на кровать. Израненное мягкое место дало о себе знать. Я зашипела от боли. Он прошипел однозначно что-то ругательное.
   -Прости, моя сладкая девочка. Я не хотел этого.
   Он аккуратно прикрыл меня простынею и вызвал по консоли медика. А сам подошел ко мне, демонстрируя всю свою мужественность. А посмотреть было на что, и я откровенно любовалась. А что? Только ему что ли можно? Он под моим взглядом снова начал возбуждаться о чем красноречиво говорил...хмм, как бы его назвать, может змей...хихи...короче, орган его говорил. Ну как говорил, он уже кричал по-моему, по рупору, ага.
   Я бы вероятнее всего продолжала его рассматривать, но тут внезапно низ живота заныл, меня пронзила острая судорога, болезненно прокатившись по телу. Я схватилась за живот и, сдерживая мучительный стон, согнулась в форму зародыша. Как же больно то!
   Дантарр мгновенно среагировал. Не осталось даже следа его расслабленности. Он был сосредоточен, как никогда, черты лица заострились. Он глубоко вдыхал воздух.
   - Кровь,- словно для себя сообщил он вслух и резко сдернул с меня покрывало, осматривая.
   Я плохо понимала происходящее. Наконец, пришел Акхер, но он никак не ожидал увидеть картину, при которой я абсолютно голая, как впрочем и Дантарр, лежу калачиком на кровати, а возле меня лорд, придерживая за руку, шепчет что-то успокаивающее. Хотя надо отдать должное он быстро отошел от этого, почувствовав аромат крови в комнате.
   -Что случилось?
   Наконец Дантарр заметил его.
   - Я не знаю, что с ней. Все было прекрасно, разве что, я ненароком причинил боль, оцарапав ее. Собственно поэтому я тебя и вызвал. А потом вдруг ей стало плохо.
   Акхер подошел ко мне и начал проводить исследование моего состояния специальным прибором. Взял пробу крови на анализ. Его брови все больше хмурились, а потом он изрек:
   - Я не знаю, что это. Ее организм вроде как в порядке, только внутренний орган, отвечающий за потомство, сильно расширен. Соршен (прибор) показывает его сильную нестабильную пульсацию. Хмм..
   'Критические', - решила я для себя. Но почему тогда так болезненно и так много крови? Может это так из-за секса с не совсем человеком? Что ж потерплю. Наверное.
   Но и этого не пришлось делать. Акхер вколол мне неизвестный препарат для снятия боли, и уже через минуту мне полегчало.
   - Не беспокойтесь, Акхер. Это нормальное состояние для меня. Там, откуда я, все женщины каждый месяц...хмм, болеют этим. Это такое состояние организма.
   А потом я немного рассказала о ежемесячных мучениях женского организма. Они были несколько шокированы. Все-таки, никакие другие женщины из известных им рас не страдают этим. Потом я объяснила, что мне требуется, чтобы пережить этот момент. Акхер обещал придумать что-то подобное нашим аналогам для женской гигиены. А у Дантарра я выпросила нижнее белье, объяснив, для чего оно мне. Он дал обещание все сделать, как я прошу, 'лишь бы его птичка снова сладко пела'. Единственное, чем он остался недоволен, так это тем, что не сможет примерно с полнедели прикасаться ко мне.
   С одной стороны данная новость меня обрадовала, дав передышку в несколько дней, а с другой огорчила. Ведь тогда он будет вынужден ходить в свой гарем за порцией любви. Но я уже решила, что завоюю его, потому что невозможно отказаться от столь прекрасного любовника. Нет, я не влюбилась! 'Пока нет',- поправила я себя. Но ведь все может измениться. 'Нет, нельзя',- резко оборвала себя.- 'Во всяком случае, пока он не полюбит меня, а я уж постараюсь, чтобы это осуществилось'.
   Спустя какое-то время я смогла встать с кровати. Но, как только распрямилась, новая вспышка боли пронзила меня. Я стиснула зубы и, так и не произнеся ни звука, дошла до уборной ополоснуться. Горячие струи воды потекли по телу, а кровь пошла с удвоенной силой. Меня скрутило. Больше не в состоянии терпеть эту муку, я опустилась на пол и просидела там, как мне показалось, целую вечность. Как в это времяДантарр меня не посетил, чтобы удостовериться, что все в порядке, не знаю.
   Когда вышла, на кровати уже лежало новое одеяние. Дантаррстоял возле окна и пил из пиалы. На нем был легкий халат,похожийнакитайскийтрадиционный.Акхера уже не было. Лорд, почувствовав мое присутствие, развернулся и окинул пристальным взглядом. Стоя перед ним, голая ираскрасневшаяся, я чувствовала себя неловко под этим взглядом.
   -Как ты себя чувствуешь?
   -Хорошо,- на самом деле отвратительно.
   -Ты голодна?
   Подумала и кивнула. Действительно, совсем за всеми этими событиями про голод забыла. Он наконец-то улыбнулся и заказал нам поесть по консоли.
   Подойдя ко мне, он провел по щеке и снова, наклонившись, запечатлел легкий поцелуй.
   -Пойдем, я помогу тебе одеться.
   Потом пришли два мальха. Один принес, то что я просила, то бишь нижнее белье и средства для гигиены, а второй поесть. Быстро справившись со всем, сели за низкий восточного типа стол. Вокруг него были разбросаны подушки, а на полу лежала толстая шкура неизвестного млекопитающего. Ну как есть попала в сказку про Шахерезаду! Еда, для меня на взгляд как всегда странная, оказалась очень вкусной. Наверное, я привыкну к этому когда-нибудь. Кладя в рот очередной кусочек вкусненького мяса привычного коричневого цвета, обратила внимание, что лорд исподтишка наблюдает за мной. Тоже мне ребячество! Взяла и решила поиграть. Слегка сжав сильнее пальцы на новом куске, добилась того, что по ним потек сок, и, проведя язычком по губам, приступила к аналогичным действиям на пальцах. Делала я это медленно, слегка зажмурившись, и специально не смотрела в сторону лорда. А для него, видимо, это была не шуточная игра на инстинктах мужчины. Я услышала горловое шипение - уж не знаю, как он это делает, но мне нравится это слышать. Я наигранно обернулась в его сторону и похлопала непонимающе глазками. Да, я святая невинность, можно сказать, ангел во плоти!
   Когда мы закончили ужинать, а это был именно он, потому как на улице уже очень давно потемнело, и от стен шел мягкий свет, я попросту откинулась на подушки. Все, не сдвинусь с места! Можете меня докатить, только аккуратно, пожалуйста! А куда собственно катить то будут? В палату вряд ли. Я же вроде как уже отлично себя чувствую - боль внизу живота не в счет! Тогда, наверное, выделят комнату. Или мне не положено? Я металась в своих мыслях, а Дантарр наблюдал за мной.
   -Что?- не выдержала я.
   - ???
   - Ты наблюдаешь за мной,- констатация.- Что не так?
   Он не ответил, только смотрел на меня, прищурившись, как на 'неведомую зверюшку'. В дверях появились обслуживающие нас мальхи. Он поднялся и протянул руку, чтобы я могла подняться. После, кувнувмальхам на стол, сказал:
   - Уберите тут и принесите все необходимое для Вероники на эту ночь сюда.
   Они кивнули, поспешно убрали все со стола и вышли. В моем взгляде читался вопрос.
   - Я хочу провести эту ночь с тобою.
   - Но я не смогу доставить тебе...- я запнулась.
   Он улыбнулся своей обаятельной улыбкой с небольшим смешком в уголке рта и поцеловал. Не страстно, а как то нежно что ли. К тому моменту мне принесли все необходимое. Я быстро сбегала в уборнуюи провела гигиенические процедуры перед сном. Он встречал меня с пиалой вина. Я выпила до дна. Голова слегка закружилась. Даже боль отошла на второй план. После третьего бокала (буду называть привычными именами, хотя по виду чашка чашкой) я потянула его на постель. Он позволял руководить собой.
   Я готова была повторить то, что было несколько часов назад между нами, но он сам не позволил.
   - Нет, моя сладкая. Не сегодня.
   И он, притянув меня к себе на грудь, приказал:
   - Спи.
   И я, счастливая и довольная, провалилась в глубокий сон. Жаль ненадолго.
  
   Дантарр
  
   Вероника очень быстро уснула, а я все никак не мог сомкнуть глаз, хотя не помешало бы. Завтра будет сложный день и придется принимать трудные решения. Снова было нападение ришассов на торговый галактический корабль, который шел от восьмой планетарной системы Зевериссов с мясом завсов, которое сегодня так понравилось малышке. А что за представление она устроила? Я почти уступил своим инстинктам, только благодаря большой силе воли сдержал себя. Мысли потекли в приятном направлении. Так, стоп! Надо решить, что делать с торговыми кораблями. Если так и дальше будет продолжаться, то придется обратиться к Кхамаи (королевская династия) за помощью, но тогда и цена будет высока. Нет, надо постараться разрешить эту ситуацию самостоятельно. Наверное, придется отправлять дополнительно несколько сверков с каждым торговым кораблем, проходящим через нейтральную полосу с ришассами.
   Моя птичка сладко вздохнула и сползла с моего плеча, зарывшись в подушку. Тугие локоны упали на обнаженные плечи и половину спины, что была открыта моему взору. Она пробормотала во сне что-то вроде 'Катенька, где отчет по последнему клиенту?' и снова задремала. Я рассматривал ее безмятежное лицо, пухлые губки ее были слегка приоткрыты, ресницы слегка подрагивали, а ее запах пропитал эту кровать насквозь. Ммм, прекрасный аромат. Он будил во мне необъяснимое желание обладать ею снова и снова. Запечатлеть свой запах не только на коже и волосах, но и глубоко внутри, чтобы она пропиталась мною, чтобы все, кто ее видел, понимал, кому она принадлежит. Откуда у меня такие собственнические замашки на очередную асси не понимал. С самого первого момента, как я увидел ее голографический портрет на консоли связи с аздархатомВесстарииШаниссом,не мог отвести глаз. Смотрел в ее необычные глаза, цвета морской волны в самый солнечный день, ласкал взглядом ее изгибы и уже тогда ее желал. Когда я увидел ее вживую в приемной комнате, то не сумел совладать с собою. Я даже сам не заметил, как перетек в первоначальную форму нашего вида в самом начале нашей эволюции. Видимо инстинкты решили за меня, что мне важнее сразу захватить ее, не дать уйти. Сразу сделать своей женщиной, чтобы никто не мог на нее претендовать, чтобы она смогла продолжить мой род. Только страх за нее, когда обмякла у меня на руках, позволил мне совладать с этим. Инстинкт защиты своей женщины позволил действовать, сделать все, чтобы спасти. Тогда я пережил трудные минуты. Кидался на всех и, действительно, готов был всех разодрать собственными когтями, если не спасут. Даже серьезно покалечил нескольких аздов. Только хассы и смогли меня сдержать.
   А потом она лежала в полубреду на постели такая хрупкая, такая беззащитная. Я же ничего не мог с этим сделать.Хотя очень хотелось прижать и принять ее боль на себя, дать сил. Странное ощущение, раньше ни с одной самкой не было такого. Даже с Нхарой, а ведь она ритаидка. И мне казалось, что никто не может дарить большего удовольствия в постели, чем она. Но сегодняшняя ночь доказала, насколько я был не прав. Я не знаю, как я удержал свою сущность от инстинктивных действий. Мои когти дважды вспарывали простыни, благо моя девочка в пылу страсти этого даже не заметила. И даже не видела, как я начал меняться в пик. Я снова начал принимать боевую форму. Инстинкт требует спариться в истинном обличье. Древние прародители, дайте сил не допустить непоправимого! Я не прощу себе, если причиню боль моей птичке, даже неосознанно. Сегодняшние события показали, что мне будет это сделать куда сложнее, чем думал изначально. Очень трудно! Сегодня я ее оцарапал до крови, а ведь это я еще был предельно аккуратен и фактически в полной сознательности. Но что будет, если сущность возьмет вверх? Ее кожа такая нежная, такая тонкая, совершенно не приспособленная для нашей расы. Меня.Даже думать не хочу об этом.
   Вероника, всхлипнула во сне и повернулась на бок, потом снова перевернулась. 'А-ах', - вырвалось у нее. Снова всхлип, еще. Что происходит?
  
   Ммм... Нет...ах. Боже! Больно. Одинокая слеза скатилась из глаза. Всхлипнула. Свернулась в позу эмбриона, прижав ладонь к низу живота. Новая вспышка боли, будто ножом вспороли. Скорчилась и застонала. Боль была не выносимая. Дантарр был рядом, я его слышала и чувствовала. Он уже давно метался, вызывая Акхера и всех покровителей этого мира. Мамочка, я так хочу к тебе! Верните меня домой! Через некоторое время, показавшееся для меня вечностью, буквально влетел медик. Весь всклокоченный-сразу видно вырвали из кровати- с безумным взглядом. Дантарр рядом с ним казался еще более безумным, он чуть ли не молнии из глаз метал. Все это коснулось меня мельком.
   - Сделай что-нибудь немедленно!- кричал Дантарр на Акхера.- Ей же больно!!!
   -Я не знаю, что еще могу дать. Та доза обезболивающего должна была избавить ее от боли на сутки как минимум.
   -Так дай еще. Увеличь дозу.
   -Я не могу. Это может повлиять на ее организм. Некоторые ее внутренниеорганы могут отказать и вместо того, чтобы вылечить, мы сделаем еще хуже. Все же мы ничего не знаем об особенностях ее расы. И было совершенно необдуманно сразу ее возводить в статус асси.- в голосе Акхера звучал неприкрытый укор лорду, но тот стерпел его.
   -Ты говорил, что она совместима со мной.
   -Так и есть, но возможно ее иммунная система отреагировала на чужеродное проникновение ваших клеток. Все же мы еще не досконально изучили Веронику.
   - Для тебя только асси Вероника и никак иначе. Ты меня понял?- его рык, мне кажется, слышали даже хассы за дверью или еще далее. Неприкрытая ревность во взгляде.
   -Да, мой лорд. Прошу меня извинить, такого больше не повторится.
   Меня снова скрутило. Я не сдержалась и заревела.
   -Кровь... Снова ее аромат,- Он сдернул одеяло.
   - Вероника, -обращение ко мне,- девочка моя. Моя сладкая сонаи.
   Он бережно взял меня на руки, прижав к своему телу.
   -Если б я мог взять твои страдания себе или хотя бы уменьшить твою боль, я бы не задумывался ни секунды. Слышать твои стоны не от наслаждения, а такие...не могу.
   Так и просидели полночи. Он укачивал меня словно маленького ребенка, шептал приятные глупости
  
   Проснулась с глухим туманом в голове и мутностью в глазах. Боль никуда не делась, но стала уже более привычной что ли. Слегка приоткрыла глаза и осмотрелась. Из окна лился яркий солнечный свет. В комнате никого не было. Даже попить не могу попросить. Черт! Придется самой вставать. Слегка приподнялась на локтях. Тут же закружилась голова, к мутности в глазах прибавилась потемнение, появилась тошнота. Все же, преодолев слабость, приподнялась и откинула покрывала и ужаснулась, вокруг места моего сна была большое, нет, не так, огромное, уже подсохшее пятно крови. Не удивительно, что мне так плохо. Тут не меньше литра, наверное. Жаль, Дантарр небось решил, что я истеричка и вообще доставляю много проблем и решил со мной больше не связываться, поэтому сейчас его нет рядом.И так стало горько и обидно. Все же я не по своей воле здесь оказалась и в постель тоже попала не по своей. Ну ладно, вру, тут посвоей, но если б я не оказалась в их системе, что тоже является вопросом каким образом, то соответственно не попала бы в его гарем. Слезы навернулись на глаза. Я чувствовала себя такой жалкой и покинутой, такой слабой. Блин! Не хочу быть сла-а-а-бой! Хочу быть сильной и независимой как всегда. Пора признаться себе, что это не правда. Эх! Да, неправда. Я, как и все женщины, хочу быть слабой, и чтобы обо мне позаботились, обняли и приласкали. Любили, черт возьми! Все истерика налицо. Пора бы уже, а то как то припозднилась за всеми последними событиями.
   Вот в таком состоянии меня и встретил Дантарр. А я его даже не заметила. Так сильно ушла в собственные переживания. А он подлетел ко мне и, с беспокойством вглядываясь в лицо, начал осыпать вопросами:
   - Вероника, где болит? Что болит? Девочка моя, что я могу сделать?
   А я смотрела на него и понимала, что совершенно не безразлична ему. Что он переживает за меня. И глупая, счастливая улыбка начала проявляться на моем лице. Он, увидев изменения во мне, шумно выдохнул и, прижав меня к себе, прошептал:
   - Вероника,- и начал осыпать меня невесомыми поцелуями.
   -Прости-и-и. Я не знаю, что на меня нашло. Я..я..
   -Тш-ш-ш...
   Снова скрутило внизу живота. Я слегка поморщилась, а он заметил:
   - До сих пор болит?
   - Немного.
   Он снова набрал по браслету Акхера. И спустя минут пять тот появился в комнате, неся с собою оборудование, вернее оно плыло за ним по воздуху. Интересно выглядело.
   - Мой лорд, асси,- поклон.
   - Доброе утро, Акхер.
  
   Акхер
  
   Он давно привык, что с утра она здоровается с ним таким образом. Это своеобразный ритуал ее мира. И, собственно, ему он нравился. Но как отреагирует Дантарр? Ему, естественно, не понравилось это. Вон уже молнии в него взглядом мечет. Будто я ему соперник?! Будто она предпочла бы меня ему, лорду Дантарру. Нет, на меня она смотрит как на знакомого человека и не более, тогда как на него с желанием. Эх, явсего лишь тут жертва обстоятельств. Странно, но он даже на Нхару так не реагирует. Ему, по большому счету, вообще все равно, что и как она. Хотя я помню момент, как она в открытую предлагала себя мне. 'Хе',- мысленно усмехнулся. Да кому она нужна то? Эта женщина свободных нравов, и каждый азд в столице об этом знает. Никто не захочет иметь такую спутницу. Такие только и делают, что крутят хвостом перед всяк обращающим внимание. Вот если б она дала потомство, тогда да. Но увы, это скоро станет всего лишь историей. Наверняка, со стороны в моих глазах промелькнуло сожаление. Но, пожалуй, пора приступать к осмотру.
  
   Я лежала, завернутая в легкую простынь, на кровати. Акхер поводил надо мной прибором, начал проводить непонятные мне манипуляции. Он морщился и едва слышно бормотал себе под нос.
   -Что там? Почему Веронике так больно? И почему столько крови?- у Дантарра сдали нервы.
   -Я...я не знаю. Не понимаю. Мне нужны еще анализы. Мне надо взять крови и еще взять...эм...в общем, взять оттуда,-кивнул на низ моего живота,- соскоб.
   Дантарр поморщился, но кивнул, подтверждая.
   Через минуту у Акхера было все необходимое, и он начал исследования. Пять минут спустя он сообщил результаты:
   - Как я и говорил, ее иммунная система не принимает инородные клетки, отторгает их. Но наши клетки более живучие, и потому продолжают борьбу. В связи с этим у нее и идет кровь в таком количестве. Но,поверьте мне, скоро это закончится. Еще дней пять. Уже сейчас наши клетки влияют на ее внутренний код. Проще говоря, она мутирует.
   -Что???- я буквально завизжала. Сама поморщилась от этого.- Простите. Но как же так? И кем я буду? Какой я стану? Боже, мама!
   Паника начала охватывать меня.
   -Я пока не могу сказать ничего конкретного. Пока только известно, что твоя эмбриональная сумка, в которой развивается яйцеклетка, становится непроницаемой для наших приборов. Она как будто покрывается дополнительным слоем живой ткани.
   В моей голове был хаос. Мысли скакали бешеными зайчиками. Я, то представляла себя чудовищем, то человеком с хвостом, то еще бес знает кем. Дантарр, хмурился и смотрел на меня с чувством вины, потери. Даже не знаю, все смешалось в единый коктейль. А потом он просто подошел, присел на кровать и, приподняв, обнял меня. Глядя прямо в глаза, он сообщил:
   -Вероника, все будет хорошо, моя девочка. Ты для меня все равно будешь привлекательна. Слышишь! Слишком рано судить о том, что будет.
   Да плевать я уже хотела, на все. Я хочу быть собой, а не чудовищем!!! Я была так зла. И в отчаянье. И настолько сильно сжала кулаки, что не заметила, как проткнула до крови.Вопросом, каким образом, даже не задавалась. Эта боль в отличие от той другой была необходима для прочищения разума. Хотя Дантарр так и не считал. Он сразу учуял запах крови.
   -Вероника...зачем ты себя ранишь?
   -Достали. Все... Вон! Уйдите, оставьте меня! Я хочу побыть одна, оставьте.- Я сама не понимала, что несу и на кого кричу. Я вообще обычно так не делаю, но тут совсем сдали нервы. Злые слезы застилали глаза. Почувствовала укол в руку на месте расположения браслета и отключилась.
  
   Дантарр.
  
   Я не знал, что делать. Никогда мне не приходилось иметь дело с настолько эмоциональными особами. Ну да, все самки разных рас были обычно достаточно услужливыми и подобострастными. Никто даже не смел смотреть косо. Бездушные, безэмоциональные куклы.
   -Акхер, что с Вероникой? Почему она так реагирует?
   -Я измерил ее гормональный фон. Он очень сильно отличается от нашего. Он у нее очень сильно скачет. Как и давление. Да и вообще, ей сейчас трудно. Я полагаю, адаптация ее организма к мутации еще принесет нам свои сюрпризы.
   -Но что мне ждать в итоге? Насколько она изменится и вообще почему так происходит? Другие женщины же не менялись на генном уровне? Что с ее генотипом не так?
   -Я не знаю, и пока предположений нет. Но думаю, что скоро мы узнаем ответы.
   -Надеюсь так и будет.
   - Мне потребуется постоянное наблюдение за ней. Поэтому ее требуется перевести ко мне.
   -Хорошо. Жду от тебя подробный отчет по всему, что узнаешь.
   -Да, мой лорд.
   Он вызвал пару хассов для помощи в перемещении бессознательной девушки в медотделение.Акхер ушел с ними. А я остался один на один со своими размышлениями. Снова и снова прокручивал сегодняшнюю ночь в голове. А потом события, что произошли после. Поступил сигнал на консоль от Нхары о прошении принять ее сегодня в свое ложе. Даже не задумываясь, отклонил. Нет, не хочу ее, никого кроме Вероники сейчас не хочу. И об этом свидетельствует мое возбуждение. Мало, мне было мало этой ночи. Очень мало. Я хочу ее, всю ее, без остатка. Чтобы она молила о пощаде, получая бессчётное количество наслаждений.Р-р-р! Может она действительно является оружием ришассов для сведения меня с ума. Чтобы я отдал, бросил к ее ногам всю свою планетарную систему, лишь бы чувствовать ее, быть в ней, слышать этот голос и эти стоны, пропитаться ее ароматом. Р-р-р-ра! Хватит! Нет! Я не верю этому. Она слишком сладкий кусочек, чтобы ее отдали мне просто в личное пользование. Скорее ее бы даже не выпустили из лаборатории, где создавали. Даже если она шпионка, то я все сделаю, чтобы и империя сохранилась, и она была моей и только моей.
   Очнулся от того, что прополосовал стену, даже не заметив, что перетек в первоначальную форму. Надо усмирить свою сущность, хотя бы попытыться. Может действительно позвать к себе Нхару. Хоть немного остыть. Да, пожалуй, стоит так и сделать. Направил запрос и получил подтверждение. Что ж обратного пути нет, иначе он не сдержится потом и причинит боль его девочке с волосами цвета заката.
  
   Глава 4. Гаремная жизнь.
  
   Проснулась с необычайной тяжестью в теле. Волосы прилипли к потному лицу. Глухой туман в голове и снова осточертевшая палата. Что ж за жизнь пошла такая? Целыми днями провожу в 'больничке'. Когдауже нормально начну просыпаться?! И даже ругнуться не могу вслух, потому как во рту Сахара поселилась, не иначе. Огляделась. Я была одна в палате. Решила умыться и сходить по малой нужде, но не тут то было. Оказывается, я снова подключена к медицинской консоли всевозможными трубками, выходящими из руки и даже из пупка. Они меня что же на опыты пустили? Дантарр?! После всех тех слов, что шептал мне, когда я стонала под ним? Боже, как я глупа! Глупая-глупая, доверчивая, двадцать восемь лет, а мозгов как у пятилетнего ребенка. Злые слезы потекли из глаз. Нет, я не доставлю им такое удовольствие, как мои слезы. Обойдутся!
   Полежала так в своих раздумьях еще какое-то время. Потом пришел Акхер и сначала даже не заметил меня, прошел сразу к консоли.
   -Ну что? Опыты дали плоды?- с трудом прохрипела.
   Он резко развернулся, втянул шумно воздух в легкие, завис на пару секунд, а потом чуть ли не бегом кинулся ко мне, что-то еле разборчиво бормоча. 'Жива... невозможно... возможно...да...'. Далее пошли различные термины, мне ничего не говорящие. Он крутился вокруг консоли, считывая информацию. Спустя минуту, в комнату ворвался такой же неадекватный Дантарр. Бросился к моей постели, прижал к себе, чуть ли не ломая ребра, еле прохрипела, чтобы пустил. Я вообще ничего не понимала. Дантарр смотрел в мои глаза, целовал везде, где мог. Да что, черт возьми, происходит?
   -Я, конечно, рада что жива, но что, собственно говоря, происходит? Кто мне объяснит? Только, пожалуйста, четко, быстро и по существу. Я сейчас не готова принимать большой поток разрозненной информации. И пить, прошу,- даже эти предложения дались с большим трудом.
   Мне тут же был предоставлен стакан с кисленьким напитком. Я выпила его до дна и попросила налить еще один. После второго осушенного стакана, мне рассказали, что произошло.
   Оказывается, процесс мутирования моей личности прошел очень трудно. Организм до конца боролся с чужеродными клетками, до моего конца. Сердце не выдержало и отказало, просто остановилось. Но меня успели подключить к одной новой разработке самого Акхера. Это был прибор, который искусственно поддерживал организм, выполняя роль механического сердца, заставляя последнее работать насильно, так сказать. Разработка была совсем кустарная, но Дантарр цеплялся за любую возможность, лишь бы не потерять 'новую игрушку', к которой он чувствовал необычайное влечение. Он даже не знал, каким словом это назвать. Потому как это не только влияние моего запаха или внешности, но что-то еще, чему объяснения не было.
   В общем, из всего вышесказанного я поняла только то, что я в коме была больше двух недель. Все это время во мне жизнь поддерживал прибор, который, кстати, так и находится пока у меня в груди, пока Акхер не даст добро на его изъятие, и питательные вещества, поступающие по трубкам к нужным органам. Мутация стабилизировалась и на кого или что я теперь похожа, решила пока не спрашивать, чтобы не травмировать свою психику, на сегодня и так достаточно потрясений. Акхер проверял мои данные по консоли, взял анализ крови. Сверил все показания и констатировал, что через пару дней можно меня отключать от всего. Пока же прописан постельный режим и прочие прелести больничной уклада.
   Прошло несколько томительных дней ожидания, пока пройдет слабость и снимут прибор поддержания в тонусе моего сердца. За это время я все же рискнула и взглянула на себя в зеркало, но ничего нового не увидела. Я была все той же внешне. Разве что, ногти мои стали крепче и приобрели хищную заостренную форму, волосы гуще и здоровее и я начала различать запахи на расстоянии. Что еще изменилось, пока было не ясно.Дантарр приходил ко мне очень часто, и на третий день поздно вечером, после снятия прибора и отключения от систем жизнеобеспечения, я почувствовала на нем посторонний, слегка приторный запах. Не поняла чей, но мне это крайне не понравилось. В связи с чем, наш диалог строился короткими отрывистыми фразами. В конце я не выдержала:
   - Чей на тебе запах, Дантарр?- вот прямо так, в лоб, так сказать.
   Он осекся на полуслове, уставившись на меня немигающем взглядом. Я же смотрела на него испытующем злым взглядом. Он молчал.
   - Значит, пока я, больная, лежу тут в этой гребаной палате, ты развлекаешься сосвоимиасси?- я понимала, что не имею никакого права на такие претензии, но не могла держать в себе это. Он мой! Я не собираюсь делить его с кем-либо еще.- Что ты молчишь?
   После этих слов он нахмурился, черты лица заострились. Он смотрел на меня зло.
   - Что ты себе позволяешь, женщина?! Не тебе повышать на меня голос и высказывать мне свое мнение. Твое место молчать и выполнять желания твоего господина!- в конце он просто рычал.
   - Что? Молчать? Хочешь, чтобы я молчала? Так заткни меня, давай! Ведь ты же лорд, высоких полетов птица,- я все больше разъярялась. Настолько мне было больно и неприятно. Черт возьми, успела ведь привязаться!
   Он вдруг округлил глаза, глядя на меня, даже рот приоткрыл, как будто от удивления. А я уже не замечала, что шиплю словно змея, плюясь словами. Буря начала набирать обороты.
   - Значит реш-ш-шил, что я твоя с-с-собс-с-ственнос-сть! Ты будеш-ш-шьразвлекатьс-с-ся, пока я буду ждать тебя.! Ха, три раз-за ха. Я отказ-зываюс-сь быть твоей ас-си. Отдай меня в ас-с-си-ен. Немедленно!- я уже кричала, не сдерживаясь. И только, наверное, на последних предложениях, он отмер.
   -Что? Ты моя! Пожелаю, будешь моей собственностью, есть с руки и ноги облизывать! Но никогда, с-с-слыш-шишь, НИКОГДА, ты от меня никуда не денеш-шьс-ся!- он резко начал меняться у меня на глазах, приобретая форму того самого чудовища, что я видела в первый день пребывания здесь. Но теперь я была настолько зла, что мне было наплевать на это. Пусть хоть убьет, но тогда я хотя бы не буду чувствовать этой душевной боли.
   Спустя еще пару секунд он схватил меня в охапку, за несколько движений разорвал то, что было на мне и, припечатав к стене, запустил свой хищный раздвоенный язык в мой рот. Да, он не был сейчас человеком, но почему-то я не чувствовала к нему неприятия. Он был притягателен для меня даже в таком виде. Голая, прижатая к стене со стороны спины и к торсу моего лорда спереди, я не замечала разницу в температуре, а ощущала только его отрывистое глубокое дыхание. В воздухе поплыл аромат нашей страсти. Он пьянил не хуже эксклюзивного виски и вызывал еще большее возбуждение. Я не заметила своих отросших когтей, которые вцепились в спину Дантарра чуть ли не до крови. Я не замечала каким образом вдруг стала выше. Я ничего не замечала.
   Он ворвался в меня одним резким движением. И начал вбиваться, словно ураган, сметая все преграды. Каждый поцелуй, как печать принадлежности, каждое движение вовнутрь словно клеймо. С каждым входом, он, целуя меня в шею, шептал, кричал, умолял, рычал и шипел: 'Моя! Ты моя! Никому ты никогда не достанешься, слышишь? Ты моя и только моя. Слышишь, моя!!!' Дыхание обрывалась на очередном толчке, подводящем меня к оргазму. Мы были сейчас больше дикими животными с определенными инстинктами, инстинктами продолжения рода. Он не был нежен со мной, сейчас он был монстром из хентайныханимешек, которого я безумно желала. Он сжимал мои ягодицы все сильнее и все яростнее вбивался в меня. 'Моя, моя, моя! Не смей говорить, даже намека кидать о других самцах. Убью, всех убью, слышишь? Ты моя!' С каждым его подобным шипением на меня все больше накатывали волны удовольствия. Я не задавалась вопросом, будет ли мне снова больно, мне было все равно. Я хотела его. Я не сдерживала себя в стонах и криках. Отдавалась ему со словами 'Ещ-щ-ще, ещ-ще, прош-ш-шу, мой лорд'. И когда я успела стать такой извращенкой-нимфоманкой?! И когда я практически достигла пика, он остановился. Зарычала, прямо натурально, сама не ожидала от себя подобного. Он продолжил, но медленнее, совсем не так как нужно для разрядки.
   - Скажи что ты моя. Скажи мне это,- требование.
   - Твоя, только твоя, мой лорд.
   Он зарычал и ускорился так, как не было до того. Мои руки царапали с остервенением его плечи, он, казалось, только еще больше возбуждался от сего действия.
   -Моя!Верони-ика!
   -Твоя, мой лорд! Дантарр!
   На этом финальном аккорде он взорвался, я тоже. Оргазм был феноменальным, мне казалось, что я никогда не испытывала подобных чувств. Я чувствовала, как его орган толчками выбрасывает семя в мое лоно. Я запоздало вспомнила о том, что скоро последует боль. Но ради такого можно и потерпеть. А может и не будет, кто знает.
   Дантарр аккуратно приподнял меня и, обхватив удобнее, понес в уборную. Он был все еще в своей 'ипостаси', его эрегированный член все еще стоял колом. Неужели мало? Но если говорить откровенно, то, наверное, через минут пятнадцать не отказалась бы от повтора, разве что в нормальном виде. Он включил душ, поставил меня под него и сам начал намыливать мое тело, пройдясь своими руками по всем частям тела, а я тихо млела от этих прикосновений. Он плавно перетек в человеческий вид. Мы не произнесли ни слова. После он вымылся сам, а потом, завернув меня в полотенце размера с простынь, вынес и уложил в кровать.
   -Вероника,- начал он, но нас прервал сигнал с галоса. Оказалось, так называют тот самый браслет с встроенной консолью.
   Дантарру, видимо, сообщили не очень приятную информацию, потому как он нахмурился. Сказал, что будет минут через двадцать. И, кинув мне напоследок многообещающий взгляд и запечатав легкий поцелуй, он удалился. Через минуту после его ухода, Акхерпротиснулся в палату.
   -Как ты, Ника?
   - Прекрасно,- с удивлением подметила я. Ничего не болит, наоборот, в теле приятная истома.
   Он решил, удостовериться, что со мной все в порядке, проверив все внутренние органы соршеном. Все оказалось в порядке.
   С того момента прошло два дня, Дантарр больше не приходил ко мне с чужим женским запахом на коже. То ли, он принимал качественный душ после своих асси, то ли действительно ни с кем не был. Он приходил ко мне встревоженным, обеспокоенным и только находясь в моих объятиях расслаблялся.
   На третий день, проведя завершающую диагностику по всем показателям, меня выписали, так сказать. Пришли мальхи и отвели меня в мои покои. Это была довольно таки большая комната метров на двадцать пять, светлая. Кровать была желейная, как везде. Большой шкаф с одеяниями асси по моему размеру, обувь к ним. Все без каблука. Это были в основном обувь формы босоножек, шлепок или балеток. Разных оттенков. Был светлый стол из кости, стул к нему, дамский столик. А еще мне показали, какпользоваться большим голографическим экраном, который был своеобразным телевизором в моем понимании. Там отображалась информация обо всех событиях, происходящих в их рептильном обществе.
   -Но я же ничего не понимаю из их слов?- попыталась я донести свою проблему мальхам.
   Они дали понять, что надо настроить галос на перевод. Потом помогли мне мыслеобразно его настроить. И вот я уже понимаю, что говорит ритаидс темными волосами по консоли.
   -Очередные нападения пиратов (это мне так перевело по галосу) на торговые корабли, идущие из Кариуса в Ришассс семенам альхи. В живых снова никого не осталось. По данным внутренней разведки Кхамаи база...
   Далее я не слушала, мне это не интересно. Все равно ничего не ясно. Единственное, кто привлек внимание, было лицо молодого привлекательного ритаида с золотистыми волосами. Но его долго не показывали, можно сказать, я видела его мельком. Как я поняла это глава внутренней разведки Кхамаи, своеобразный 'принц'. Но особое внимание я не заостряла.
   Потом я заглянула в уборную. Там была мини-купальня с различными баночками, пузырьками и прочими вкуснопахнущими и не очень средствами для тела. Решила принять душ, а с остальным позже разобраться. Чем и занялась в ближайшие два часа, нежась в воде с различными маслами.
   Когда я вышла из уборной, то оказалось, что мальхиникуда не уходили и все это время ожидали меня. Я очень удивилась и задала им вопрос, относительно того, почему они все еще тут. Получила от них понимание, что они должны меня отвести в общую залу асси-ше для представления новой 'наложницы'.
   Меня приодели в один из нарядов асси, убрали волосы в замысловатые косички и снова повели коридорами, давая понять, что дорогу надо запомнить. Буквально через пять минут меня привели в большой зал, где у меня буквально глаза разбежались. Первое, на что я обратила внимание, был фонтан посреди зала. Небольшой, с кристально чистой водой, сделанный из того же светлого камня, как в комнате Дантарра. Вокруг него были небольшие скамейки, обитые светлыми шкурами. На них сидела пара молодых девушек неизвестной расы. Они были красивы, с черными длинными волосами, с раскосыми глазами. Из головы торчали кошачьи ушки, а стройные длинные ноги овивал гибкий, тонкий хвост с пушистой кисточкой на конце. Дальше мой взор обратился вокруг.По краям этого зала стояли 'желейные диваны', на которых расположились девушки различных рас. Посчитала мысленно, оказалось двенадцать. Все красивые, стройные и...холодные. Холодные отстраненные лица, нет ни смеха, ни улыбок. Я внутренне поежилась от этих взглядов, когда, в конце концов, они обратили свои взоры на меня. Они меня изучали, оценивали. У кого-то появились ехидные, едва заметные улыбки, у кого-то снисходительные, брезгливые ухмылки, у кого-то безразличные взгляды, словно я пустое место, но ни одного теплого, приветственного. Что ж я ожидала то? Сразу решила для себя, что легко не будет. И подруги, или хотя бы сочувствующей знакомой, также не будет. А жаль. Мне не хватало кого-то вроде моей Ленки, когда можно просто беззаботно поболтать о делах женских. Эх! Придется привыкнуть к одиночеству, наверное.
   Я несмело улыбнулась и прошла под пристальными взглядами к дальнему дивану, возле которого привычно стоял стол из кости с вазой привычных фруктов. Взяла сразу же пину, подальше убрав астию, так сказать от греха, и надкусила. Ммм, блаженство! Быстро расправившись с одним фруктом, взяла второй. И так ушло пять штук. Странно, с утра ела довольно таки плотно, но сейчас снова безумно хотелось есть. Немного подавив голод, начала наблюдать за девушками. Они сидели отдельными группами по два-четыре...хмм, пусть будет привычно...человека. Тихо переговаривались между собой о чем-то, искоса поглядывая на меня., но не пытаясь подойти для знакомства.
   И тут появилось новое действующее лицо: та самая марсарка. Вошла, почти как 'королевишна', окинув брезгливым взглядом большинство присутствующих, пока не встретилась взглядом со мной. Любопытный, испытующий взгляд окинул меня с головы до пят. И она уверенным шагом направилась в мою сторону. Походка от бедра, легкая с приглушенными шагами за счет мохнатости ножек, кончик пушистого хвоста то и дело мелькал сзади. Легкое одеяние разлеталась от каждого ее шага, высоко обнажая стройные ножки. И только легкие драгоценные мини-бубенчики на ножной цепочке. Я оценила! Правда. Красива, даже очень, шикарна, как и большинство присутствующих, но в ней была своя изюминка. Не как эти бездушные, злые куклы.
   Она остановилась прямо напротив меня, прошлась снова более глубоким взглядом по мне, я тожесамое сделала в ее сторону.
   -Ты новенькая,- да ладно, серьезно?
   -Эм, да.
   - Я-Алиша.
   - Вероника.
   -Я никогда раньше не видела таких как ты. С какой ты планеты?
   Я насторожилась: что за допрос такой?
   -С далекой.
   Она хмыкнула и села рядом со мной, даже не спросив разрешения. Хвост оплел ее бедро, а кончик изредка вилял, стуча по ножке.
   -А я с Марсары. Это в шестой планетарной системе. На тебе его запах, сегодня он был с тобою,- она не спрашивала, а утверждала. И что самое удивительное, в ее глазах было абсолютное безразличие. Ей все равно, словно лорд - пустое место. Я смотрела на нее круглыми, как блюдце глазами. И что даже не ревнует? А как же борьба за внимание могущественнейшего? Это же всегда так бывает?! Или это какой-то неправильный гарем?
   - Тебе все равно?- решилась я задать этот вопрос.
   Тут она округлила глаза.
   -Ну да. А почему мне не должно быть все равно?
   -Ну,- замялась я,- ты же его любимица.
   А про себя: 'Была'.
   -И что?- она не понимала.
   Я смотрела на нее, она на меня. Она решила пояснить:
   - Это же работа.
   То есть это для нее просто работа, ни чувств, ни ревности. И что? Они все такие тут?
   - А все так здесь считают, как ты?- осторожно поинтересовалась.
   - Ну... почти все,- задумавшись выдала она.- Разве что Нхара виды на него имеет, но она на всех ритаидов строит планы. Только никому она не нужна. Что с нее взять, она ж бесплодна!
   И такое безразличное выражение лица. Ни капли язвительности или пренебрежения.
   -Но смотри, ты с ней аккуратнее. Она та еще змея. Пройдет по тебе и ноги не вытрет. Несколько раз по ее вине тут девушки получали травмы и даже погибали. Тут уже все закаленные на нее. Самые стойкие остались. Все же в асси-ше лорда можно гораздо больше заработать нежели в асси-ене.
   Ну вот, вот оно, наконец, хоть одна змея подколодная да имеется. Уже больше на гарем смахивает. Сама же спросила о другом:
   -А сколько здесь получают? Просто я не знаю местные денежные знаки.
   -О... Ну давай я тебя просвещу. Ты получаешь...
   Далее пошло мое просвещение финансовой стороны империи ящеров. Оказалось, я получаю очень много денег, на которые спустя лет пятнадцать при хорошей экономии я смогу купить себе хороший дом в серединной части столицы империи и возможно открыть свое небольшое дело, которое будет приносить доход. Но одно меня настораживало, о чем я и спросила:
   - И что вот так просто можно уйти отсюда, поднакопив денег? И никто не будет препятствовать, раз это работа?
   Немалая доля скепсиса прозвучало в этих словах. Ох, что-то я сомневаюсь, что вот так просто меня выпустят отсюда через десять лет.
   Посмотрела на меня, как на дуру.
   -Нет, конечно. Уйти можно будет, только если лорд так пожелает. А это обычно бывает, если ты надоедаешь либо если увядаешь. А еще если срок договора завершен.
   -Договор?- какой еще договор, черт возьми?
   -Обычный договор между асси и лордом об оказании услуг. Как же ты сюда попала, если даже не знаешь об этом? Или ты из этих?- смотрит на меня удивленным взглядом.
   Из этих? Из кого из этих? И что мне делать? Солгать? Но тогда я ничего не узнаю об этом. На ум приходят только нецензурные выражения.
   -Ах, этот договор?! Да-да, я его плохо читала. Мне просто... ммм... деньги были нужны, а лорд обратил на меня внимание.Слушай, почему ты помогаешь мне?- решила сменить опасную тему
   Тут она замялась.
   -Просто я ни с кем тут не общаюсь. В общем-то, мне просто скучно и иногда хочется хоть с кем то поболтать. Все девушки тут необщительные, сами себе на уме. Я бы хотела здесь иметь кого-то вроде подруги,- и смотрит на меня взглядом 'шрековского' кота, ну или в данном случае кошки. Ну как тут отказать?
   -Я не против, а очень даже за,- и улыбнулась. Она в ответ.
   Наше взаимопонимание прервалось появлением последнего действующего лица.
   В комнату вплыла, или правильнее сказать, вползла, плавно покачивая бедрами, представительница расы ритаидов. Она не была красивее других, но в ней чувствовалась властность, жестокость, и какая то неведомая притягательность. Бывает такой тип людей, что вот смотришь на них: вроде ничего собой не представляют внешне, а внутри словно имеется стержень. И походка у них величественная, и взгляд, словно читают, как раскрытую книгу. Властители мира. Вот что-то такое я и наблюдала сейчас.
   Другие девушки сразу приумолкли и начали искоса посматривать в нашу сторону. Я решила спросить у Алишы, тихо шепнув:
   -А что происходит? Почему все косятся на нас?
   -А...все просто, на этом диване обычно сидит Нхара,- да что ж так не везет то?- Но это все ерунда, она сейчас запах лорда на тебе почует, вот тогда начнется.
   Вот теперь точно ко мне в гости пушной зверек идет.Я наблюдала за Нхарой, как кролик за удавом. Вот она окидывает безразличным взглядом присутствующих, останавливается на Алише, презрение в глазах, плавно переходит на меня и неприкрытая ненависть появляется в них. Тут же направляется к нам. Все, мне конец!
   Страха я не чувствовала. Привыкла в условиях жестокой конкуренции на рынке дизайнерских решений держать лицо. Все же не лыком шита. Успела поднатореть в словесных баталиях. А волосы, я надеюсь, драть не будут.
   -Ты...ты та, кто греет пос-с-стель моего лорда,- обличение в каждом слове. Глаза изменились, вытянувшись в ниточку. Гнев, ненависть и ревность во всем облике Нхары.
   Моего? Ага, как же. Тут так же еще тринадцать 'человек' может сказать, исключая меня. Хотя на самом деле так его могу называть только я, потому как он- мой и только мой.
   -Для тебя это новость? Что постель лорда может греть любая из нас?- ухмылка.
   -Ты..ты...из-за тебя он не зовет меня какую уже ночь.
   -И?
   -И?
   -Да, и? Что ты от меня сейчас хочешь?
   - Я хочу, чтобы ты убрала от него с-свои руки.
   -Хмм, я не могу, ты же это прекрасно знаешь, да и не хочу. И не буду.
   -Что? Убирайс-ся с моей дороги. Иначе пожалееш-шь!- когти начали появляться у нее на руках.
   -Ты ничего не можешь мне сделать,- спокойствие, главное спокойствие.-А теперь будь добра не мешай нам разговаривать с Алишой.
   Она подавилась словами.
   -Ты пожалееш-шь, будь уверена!- и, развернувшись, выскочила из гаремного зала.
   -А ты молодец,- хмыкнула Алиша. Я не была бы так уверена, всего за час я успела приобрести подругу и врага.
   Далее мы разговаривали о женских мелочах, о том, что мне было интересно, и том, о чем не знала. Алиша с удовольствием рассказывала мне обо всем, подробно объясняя те слова, что не мог перевести для меня галос. А потом был обед в соседнем помещении, где я съела вдвое больше, чем обычно. Но не стала обращать на это внимание, списав на нервы.
   Вечером, вернувшись к себе в комнату, приняла душ и буквально свалилась спать. День был слишком насыщенным.
  
   Дантарр
  
   Откинувшись на спинку кресла, он просматривал последние информационные данные. Последнее нападение унесло жизнь двух аздов, хотя с их регенерацией этого могло бы и не быть. Жизнеобеспечение сверка отказало, а в космосе еще никто не выживал. Последние исследования лучших механиков и программеров показало, что перед отказом системы жизнеобеспечения по кораблю прошла импульсно-волновая атака, которая привела к сбою, вследствие чего корабль просто лишился управления, температура практически мгновенно понизилась до не совместимой с жизнью даже для ритаидов. Причем заряд был максимально точен, словно изначально знал куда бить. Торговый корабль не задело, но они потеряв необходимую защиту, сочли нужным просто отдать добровольно перемещаемый груз, сохранив свои жизни.
   После аналогичных нападений на Ришасские корабли, мысль о их причастии была отклонена. Кто же нападает на корабли систем? Наемники? Но для чего им столько еды? Куда они ее девают? Все эти вопросы не давали покоя. Кхамаи назначили дату собрания лордов систем для обсуждения создавшейся ситуации. Не думаю, что это хоть к чему-то приведет. Все это бесполезно, пока мы не захватим 'языка'.
   Захотелось отбросить все мысли, расслабится. Тут же в голове возник образ Вероники. Змеиный язык прошелся по губам, облизывая последние. Как прекрасна она была с ним в последний раз. Она не заметила насколько изменилась тогда. Он очень сильно удивился, когда увидел, как в гневе ее глаза сузились, зрачок вытянулся в вертикальный. Именно в этот момент, когда она шипела и плескалась в него ядовитыми словами, требуя ее отпустить, стал переломным. Он понял, что ни при каких условиях не отдаст ее никому, более того порвет любому глотку. Она - его собственность, его женщина. И неистово вторгаясь в это податливое тело, он желал слышать только свое имя в ее устах. Девочка настолько вожделела его, что не замечала ничего, а ведь он все заметил. Это ее прекрасное превращение в самку-полуритаидку снесло все его сдерживаемые барьеры, он был животным и действовал на одних древних инстинктах. Ее запах сводил с ума, заставляя еще более энергично вторгаться в горячее возбужденное тело. Он еле сдержал своего зверя, чтобы не впиться в плечо, клеймя ее, как раньше делали первоначальные, чтобы все знали, что она принадлежит своему самцу.И если бы она могла зачать от него, то он многое бы отдал за это. Горестный вздох всколыхнул воздух.
   Четкий бугор никак не хотел сходить после воспоминаний о том, что произошло пару дней назад. Он специально заходил к ней ненадолго, чтобы только убедиться, что с нею все в порядке, хотя Акхер и отправлял все отчеты по показателям ее здоровья. Он боялся причинить ей вред своей напористостью, желанием. И сейчас он снова хотел видеть ее. Убедиться, что с его солнечной девочкой все хорошо. Не выдержав в споре с самим собой, он все же поднялся и направился в покои к ней. Как обычно, стоило ему выйти за пределы его кабинета, его тут же обступила пара хассов с двух сторон. Это было привычно, но сегодня он не хотел, чтобы они были с ним рядом. Но вняв доводам разума о безопасности даже в пределах его дома, он все же оставил их. Он шел коридорами, предвкушая эту встречу. Что она делает? Уже спит или еще чем-то занята? А может она сейчас в душе, и по ее телу в эту минуту стекают струи теплой воды? Он уже завидовал им, потому что это не его руки ласкают ее бархатистую кожу. Он гулко сглотнул, ускоряясь.
   И вот ее дверь. Он чувствовал ее запах, еще даже не дойдя до нее. Казалось, что он пропитал эти пустынные стены коридоров.
   -Ждите тут,- дал указания хассам и вошел к ней.
   Она спала, зарывшись головой в подушку. Распущенные волосы спутанным влажным покрывалом спускались по спине. Сама она была обнажена. Это было сразу видно по голой спине, потому как она спала лежа на животе. Только небольшой лоскут одеяла прикрывал низ, заставляя мысленно дорисовывать изгибы прекрасного молодого тела. Пухлые губки слегка приоткрыты, а ресницы подрагивают. Такая привлекательная сейчас и такая безмятежная.Моясладкая девочка, моя прекрасная сильвэ, единственная на всю их империю, и целиком и полностью моя.
   Я склонился к ней и мягко поцеловал в плечо. Она вздохнула, не просыпаясь.Я убрал волосы в сторону с ее спины и начал прокладывать дорожку из поцелуев по позвоночнику, спускаясь все ниже и ниже. Провел рукой по ее изгибам, убирая одеяло в сторону и распрямился, чтобы окинуть взглядом представшую картину. Мои штаны уже не просто топорщились, для меня они были словно плохо обработанная шкура, которая натирала чувствительную кожу. В пальцах закололо, так захотелось снова прикоснуться к этому великолепию. Не смог отказать себе в этом удовольствии. Только теперь вел руку снизу вверх, начиная от кончиков ее пальчиков на ногах. Она идеальна, восхитительна, восхитительно идеальна. Дошел до коленной впадины, поцеловал. Сквозь сон прорвался легкий стон. Ммм, сладкая моя сонаи, пой, пой для меня эту древнюю песню. Мало, очень мало, хочу больше. Разделся, сел, нависая над ней, но не садясь на нее. Рано, еще рано будить. Пусть для нее это будет сюрприз, неожиданный сюрприз. Сегодня я буду наслаждаться тобою, смаковать как аромат лучшего Вахрийского вина. Провел рукой по бедру, направляясь к ее цветочку. Провел пальцем по промежности туда-сюда. Она снова простонала, но так и не проснулась. Решил перейти к активным действиям. Обхватив ее упругие ягодицы, склонился и втянул аромат разгоравшегося желания. Ммм, он сводит меня с ума. Нельзя, невозможно иметь такой обворожительный аромат, такой сладкий, такой притягательный. Он попросту сносит все барьеры, сдерживающие внутренние инстинкты. Такое ощущение, что он после мутации изменился, стал еще более глубоким, более насыщенным, вкусным. Я не смог отказать себе его распробовать. Мой раздвоенный гибкий язычок проник в ее горячую плоть. Горловой клекот раздался у меня изнутри. Еще один инстинкт сработал, призывающий спариться. Ему вторил еще один ее стон. Лучшая музыка для моих ушей. И я продолжил знакомиться с ее телом.
  
  
   Мне снился сон. Я поднималась по лестнице в квартиру моего благоверного. Совсем недавно я получила ключи от нее, но пока не спешила переезжать. А сегодня решила сделать сюрприз. Я выглядела шикарно и вызывающе. Я же все-таки делаю сюрприз. Черное облегающее мини-платье, черные чулки, яркий макияж, волосы собраны в высокую прическу, открывая шейку, капелька французских любимых духов и высокие каблуки. Предвкушая прекрасный вечер и жаркую ночь, я замедлилась на последних ступеньках и, наконец, остановилась у его двери. Достала ключ, улыбнулась, выдохнула и, сунув ключ в замок, провернула последний. Дверь практически бесшумно открылась. Прошла в коридор, свет специально не включала, чтобы не привлекать внимания. К тому же, света было достаточно со стороны гостиной. В квартире играла томная музыка. То что надо! Тихонько продвигалась по коридору, заглянула в гостиную. Никого. Наверное, в спальне ко сну готовится. А если еще в душе, то будет ему 'нежданчик'. Ммм! Подошла к спальне и уже у двери услышала то, чего никак не ожидала. Готовила сюрприз я, а оказалось, что приготовили в итоге мне. Крики, стоны, шлепки, ахи и вздохи прорывались через приоткрытую дверь. Я распахнула ее, чтобы убедиться воочию. Оседлав моего мужика, сверху скакала белобрысая с пережженными концами 'курица'. Мне было не больно, нет. Было обидно за себя, за потраченное время, за подпорченное самолюбие.
   -Ты знаешь, что просто прекрасна,-горячий шепот раздался возле уха. Знакомый, с легкими рычащими нотками.- Девочка моя, как устоять перед тобою? Не сойти с ума от этого запаха, вкуса? Ты невероятна, нереальна, мое наваждение...
   Его руки гладили мое тело. Губы целовали шею, плечи, спускаясь ниже. Все это было странно. Вот рядом в двух метрах занимаются сексом другая пара, а тут я уже почему-то голая. Прижимаюсь спиной к косяку двери, а в следующую секунду уже на кровати. Я горю, сгораю в его страсти. Легкий поцелуй в сосредоточии женственности и я задыхаюсь. А потом подаюсь навстречу этим ласковым губам, рукам. Открываю глаза и встречаюсь взглядом с черными безднами глаз. Небольшая толика безумства в них, много страсти и...нежность. А может мне показалось? Обхватываю его за шею, прижимаясь сильнее к этому мощному телу.
   -Дантарр, -стону его имя в губы и отдаю всю свою страсть в глубоком поцелуе.- Мой Дан.
   У него из груди вырывается какой-то непонятный звук. Но мне не до этого, я хочу его сейчас же, немедленно, глубоко в себе, до боли. Но он совершенно не спешит, тянет. Я всхлипываю от досады.
   -Дантарр, пожалуйста...Дан, прошу...молю. Пожалуйста.
   Его глаза зажглись еще сильнее и стали вытягиваться в ниточку, меняя цвет на желтый. И наконец, после секундной задержки, он медленно и чувственно входит в меня. Да, Боже, да. Как же это прекрасно! Чувство наполненности, страсти, нежности, восторга и...любви. Все чувства слились в единыйкоктейль.Он двигался очень медленно, лаская меня изнутри и снаружи. Его руки гладили все доступные места, губы не прекращали сводить с ума. Он целовал истерзанные, покусанные губы, опускался на шею, проводил дорожку поцелуев по ключице и пил мои стоны. Груди были невероятно чувствительны, все тело натянуто словно струна. Жаркий комок уже давно клубится в животе, ожидая разрядки. Но Дантарр медлит, он наслаждается происходящим. Мучительно медленно, долго.
   -Пожалуйста,- всхлип-просьба и он не отказал.
   Ускорился, и разрядка пришла буквально через минуту. Чувство полета и я чувствую, как его семя заполняет меня. Это было головокружительно, сказочно. Томная нега разлилась по телу. Он лег сбоку от меня и, подперев голову рукой, смотрел на меня немигающим взглядом.
   - Послезавтра ночь двух лун. Будет праздник. Я хочу сделать тебе один подарок.
   -Какой?- я не могла не спросить.
   Он улыбнулся и покачал отрицательно головой.
   -Эх,- притворно вздохнула.- Ну хоть попыталась.
   И улыбнулась. Он на это отреагировал весьма неоднозначно. Накинулся снова на мои губы, а бедра снова чувствовали его эрекцию. Повторить? Что ж я не против, ведь вся ночь еще впереди!
   Глава 5. Праздник ночи двух лун.
  
   Проснулась оттого, что лучик солнца проник сквозь окно и щекотал своим светом мои глаза. Было уже наверное около полудня. Томно потянувшись на кровати и ощущая приятную негу в теле от бесспорно прекрасной ночи, привстала в кровати и улыбнулась. Хотелось обнять весь мир, настолько я была счастлива сегодня. Дантарр был таким внимательным, нежным, аккуратным, но в то же время страстным и напористым со мною, что я решила, что моя глупая улыбка, не сойдет до конца этого дня. Кое-как выбравшись из вывороченной кровати, полетела в душ. Следы ночной любви были по всему телу, что с одной стороны радовало, а с другой огорчало: ну нельзя ж так целовать, что даже небольшие следы засосов остались при моей нынешней регенерации. Чувство радости и счастья все же победило, и улыбка появилась на моих губах. Провела по шее пальчиком, мечтательно прикрыв глаза и повторяя вчерашние скольжения губ. Легкий стон сорвался с губ. Ммм, кажется, я становлюсь нимфоманкой. Мне снова хотелось ощутить горячее тело за спиной, руки, лежащие на животе, губы, что ласкают грудь и ниже. Ах! Проводя руками по телу, где мне сейчас хотелось ощущать его, чувствовала необычайное возбуждение. Спустилась ниже и проникла в сокровенное местечко. Еще один стон огласил ванную. Круговыми движениями доводила себя до оргазма, фантазировала, что это его руки сейчас там, его губы ласкают мои складочки. Мои пальцы были в собственных соках, стоны все громче. Вторая рука сжимала грудь и оттягивала соски, представляя его покусывания. 'Да, Дантарр, еще, пожалуйста'. Глаза были закрыты, я стояла, прислонившись к стене. Гладкий камень приятно холодил разгоряченную спину. И, наконец, долгожданная разрядка наступила. Оргазм сводил ноги судорогой, заставляя их прогибаться.
   Немного отдышавшись, я открыла глаза и вскрикнула. Напротив меня в проеме двери стоял Дантарр с горящими голодными глазами. Его штаны в области паха были вздыблены, говоря о его возбуждении. Я тут же начала заливаться краской. Он приблизился, взял мою руку, что была в моих соках, и облизал каждый пальчик, смотря прямо в мои широко раскрытые глаза. Я снова глубоко задышала. Боже, разве можно снова хотеть секса после такой разрядки?! А он тем временем, стал сначала на одно колено, а потом на второе и, приподняв одну ногу, забросил ее на плечо. А потом приник к нижним губам. Ах! Я точно с ума сойду тут. Ммм, да! Оторвавшись ненадолго, он хрипло проговорил:
   -Значит, моя девочка, представляет, как я вхожу в нее,- и проник внутрь пальцем, водя его туда-сюда.- Как я ласкаю тебя здесь, как покусываю твою горошину. Тут так влажно и горячо. Так жарко...
   И он действительно, целовал, посасывал и покусывал, входил внутрь, заставляя мои стенки сокращаться. Оргазм наступил внезапно. Просто он в какой то момент нажал на внутреннюю точку, и организм взорвался. Он же продолжал нажимать изнутри, чем еще больше продлил этой восхитительный момент. А потом, вытащив палец, он приник снова к нижним губам и долго вылизывал и смаковал остатки моего возбуждения.
   -Ты такая вкусная, сладкая, - шептал он мне в губы, приникая, словно к источнику прохладной воды в зной. А дальше потянул меня в купель, сам раздеваясь на ходу.
   Повторение приятной ночи было не менее божественно.
   -Дантарр, скажи, а как ты оказался тут?- и застал меня в такой интимный момент. Я невольно покраснела. Интересно, что он думает по этому поводу? Вдруг решил, что плохо удовлетворил ночью, и мужская гордость будет задета? Кинула взгляд исподлобья. Он стоял и улыбался удовлетворенной улыбкой кота, объевшегося сливок.
   -Я пришел в главный зал асси-ше для того, чтобы отобедать с тобою, но, оказалась, ты не приходила туда. Я решил прийти к тебе, а тут...услышал твои стоны,- я заметила небольшую заминку. Он нахмурился. Неужели решил, что я там не одна?- открыл дверь и не смог отказать себе в удовольствии понаблюдать, как ты с моим именем на устах доводишь себя до высшей точки удовольствия.
   Последние слова он шептал мне у губы, приподняв мой подбородок и глядя в глаза. В его черных зрачках снова был голод и желание. Сколько можно то? Ну, видимо много, так как где-то в районе чуть ниже пупка я снова ощущала твердость намерений снова все повторить.
   -Оргазм,- хрипло прошептала я в ответ.
   -Что?- он плохо понимал, что я ему говорила, находясь мыслями, как мне кажется, уже на кровати и во мне.
   -Оргазм. Так у меня на родине называют высшую точку удовольствия.
   Он помотал головой, приводя мысли в порядок и стряхивая наваждение.
   -Орга-азм. Мне нравится.
   Тут мой желудок запел, напоминая о нерадивой хозяйке. Он вздохнул и вывел меня в коридор.
   Я не представляю, что ощущали в воздухе, идущие рядом,хассы. Я вдруг вспомнила, что хотела задать давно интересующий меня вопрос: почему их глаза абсолютно черные без белков? Зрачков же совсем было не видно, они сливались с чернотой, а может и попросту отсутствовали. Но при них почему-то стеснялась спрашивать. Дантарр заметил мои метания и поглядывания искоса на охрану, поэтому поинтересовался, в чем дело. Вот тогда я, краснея, озвучила свой вопрос. Он ничуть не смутился и начал объяснять.
   -Ты же знаешь, что сейчас мы воспроизводим самих себя искусственным путем. Так вот, иногда бывают сбои в генетическом плане, которые невозможно отследить на раннем сроке плода. Только когда он достигает уже определенной зрелости, это удается определить, но тогда мы уже не имеем право их убивать, потому как это уже вполне сформировавшийся ритаид. Изначально была неуверенность в том, стоит ли оставлять таких генетических особей. Были споры в совете лордов и в итоге принято решение, что стоит понаблюдать за подобными экземплярами, провести тесты. Оказалось, что они более выносливы, более смертоносны, полностью подчиняются своему хозяину, абсолютно нечувствительны во всех отношениях, никогда и ни при каких обстоятельствах не предают, но если умрет их хозяин, то и сами они тоже гибнут. Это связано с энергетической привязкой к хозяину. Они идеальные стражи лордов. Правда появляются редко.
   Вот за таким разговором мы и дошли до личной столовой лорда, где уже был накрыт стол с всевозможными блюдами и напитками. Желудок заурчал, предвкушая вкусный обед. Он посадил меня и сам сел напротив.Мальхибыстро обслуживали нас, наливая напитки. Я принялась за еду. Первое блюдо исчезло в желудке, как мне кажется, минут за пять. Я зажмуривалась от удовольствия, кладя очередной кусочек в рот. Потом уминала второе блюдо. Прикусила кусочек из третьего блюда. И только разжевав, поняла, что оно противное. Меня тут же начало тошнить. Не желая портить обед лорду, подорвалась и полетела стрелой в уборную, склонившись над отхожим местом. Бе! Лорд всполошился, кружил рядом со мною ястребом, пытаясь узнать, в чем причина. Уже вызвал Акхера. Бедняга, мне стало жаль бедного доктора, ему со мной прям не везет. Я попыталась успокоить Дантарра, но он ничего не желал слушать, пока не будет подтверждения от медика. В итоге обычныйобед превратился в балаган.
   Акхер пришел спустя минут пять, провел все необходимые замеры и быстрые анализы. Итог, ничего необычного! Разве, что гормональный фон несколько изменился. Только узнав это Дантарр, наконец, успокоился, и мы продолжили обедать. Потом он сам проводил меня до комнаты и удалился. Я решила спуститься в главный зал асси-ше, вдруг там Алиша, все не так скучно. Так и прошел остаток дня, а вечером он снова был со мною. Мой страстный, жесткий, и в то же время нежный зверь.
   На следующий день пришли два мальха, которые повторно сняли с меня замеры и предложили каталог, по которому я должна была подобрать себе платье. Пролистав его, поняла, что со вкусом у них тут напряженка. Разве ж можно одевать либо полупрозрачный бесформенный балахон, либо кусочек ткани на каждые их своих девяносто и все? Бред! Я как истинная женщина для начала узнала об обычаях этой ночи. Они очень своеобразно проводили этот праздник.
   Обычно к этому дню прилетали гости, потому как о целебной силе цветка, что распускается в эту ночь, известно по всей империи, но в этот раз он запретил все приезды гостей. Единственные, кому он не смог бы отказать, были Кхамаи. Но они не изъявили желания присутствовать на празднике.
   Оказывается, все эти прозрачные ткани был тоже для определенной цели. Таким образом, наложницы могли привлечь внимание высокого гостя, показывая свои прелести. Тот же, в свою очередь, за проведенную ночь с ней дарил очень ценные подарки и даже мог выкупить асси у лорда, если та сильно ему понравилась и полностью удовлетворила.
   Начинался праздник с того, что всех асси собирали в главном зале асси-ше, где лорд выбирал спутницу на вечер и ночь. Остальных обычно расхватывали гости. Лорд подходил к выбранной девушке, подавая руку. Если она принимала, то вечер был ее, если отказывала, то ее уже никто не мог пригласить провести этот вечер. Далее проводился своеобразный обед. Был накрыт стол. Лорд должен был кормить с руки свою наложницу на вечер, она же в свою очередь его. После этого они мыли руки в одной чаше и пили из одного кубка. Потом он уводил избранницу на вечер в свои покои, где наслаждался ею в течение пары часов. В это время же все остальные гости отдыхали, елиипили. Каждая из девушек показывала свое умение в песнях и танцах, соблазняя своего партнера. Когда лорд выходил из покоев, присоединяясь ко всем, то это было сигналом к тому, что время приближено к полуночи и они все вместе выходили в сад, где цвел их цветок двух лун-сильвэ. Ровно в полночь, когда на небе две луны становились полными, цветок распускался. По мыслям мальхов я поняла, что он просто прекрасен в этот момент. Цветет он ровно минуту. В это время идет опыление семян и сбор целительной пыльцы, которая при добавлении всего полграмма щепотки в лекарство дает возможность поднять умирающего больного. Пыльца эта стоит невероятно дорого, и растет сильвэтолько на этой планете. Семена тоже обладают целебными свойствами, поэтому их тоже покупают по баснословным деньгам. Обычно сажают таких цветов около сотни. Их вполне хватает на всю империю, потому как позволить себе подобное удовольствие может не каждый. И этот цветок является одним из самых важных ресурсов планеты. Доход от продажи его компонентов составляет четверть основной прибыли. Даже отцветший он стоит дорого. Обычно его отправляют на изготовление косметики, бальзамов, шампуней, кремов и прочих косметических средств, которые невероятным образом омолаживают.Раньше этот праздник назывался 'праздником жизни'.
   Просматривая рисунки платьев, я поняла, что все из представленных мне совсем не нравятся. И тогда я решила создать свое платье. Выглядеть соблазнительно можно и одетой. И я попыталась нарисовать свое видение праздничного платья. Мальхимои наброски и объяснения вроде поняли. К нему также еще сделала эскиз босоножек и украшений, так как лорд разрешил подобрать любое из представленных в каталоге, а их было немало. Все сделав, направилась в душ. Спустя два часа, где меня буквально оттирали, я вышла благоухающей и раскрасневшейся. Приятный запахчувствовался от моей кожи, так как меня натерли маслами, делая расслабляющий массаж. В общем, цвела и пахла! Сама себе улыбнулась в зеркало, настолько у меня было предвкушающее настроение. Мальхи принесли то, что я просила. И даже босоножки. И когда успели изготовить все это? Видимо, Дантарр дал понять, чтобы мои пожелания исполнялись. От этого стало еще прекраснее на душе. Хотелось петь и танцевать и любить весь мир. Мне казалось, что я безумно счастлива.
   Надев все, что было, глянула на себя в зеркало и осталась удовлетворенной. Оттуда смотрела прекрасная нимфа. Черное облегающее и будто мерцающее платье в пол с высоким разрезом сбоку, с закрытым вырезом лодочкой, или спадающий, не знаю как вернее, с длинными рукавами. Но самое главное в этом вроде как почти монашеском платье, если бы не разрез от бедра, была абсолютно открытая спина с настолько глубоким вырезом, что была видна ложбинка между двумя полушариями, для которой я заказала для привлечения внимания драгоценную черную капельку на клею. Из бижутерии выбрала только массивные затейливые серьги. Они будто были сделаны из маленьких лепестков, скрепленных между собой. Черные камни, наподобие наших черных бриллиантов, привлекали внимание своим блеском. Мне сделали замысловатую прическу, открыв лебединую шею. Босоножки на высоких каблуках визуально увеличивали мои ноги. Я была прекрасна и знала об этом. Подмигнув, вышла за мальхами.
   Когда меня довели до главного зала асси-ше, то оказалось, что я прибыла последней, так как при открытии двери все четырнадцать пар глаз устремились на меня. У большинства на губах появились злобные ухмылки. Они, видимо, решили, что мне ничего не светит этим вечером. Гордо подняв голову и расправив плечи, я направилась походкой от бедра в сторону Алишы, но не дошла до той, так как сзади открылись двери, и вошел лорд собственной персоной. Я развернулась, чтобы узнать что случилось, так как все девушки вдруг устремили свои взгляды за мои плечи. Несколько секунд я наблюдала восхищенный и голодный взгляд Дантарра, устремляющийся в ту самую ложбинку. Потом он поднял глаза выше, взгляд стал более осмысленным. Теперь он смотрел на меня, я же в свою очередь рассматривала его. Ему очень шел этот черный костюм. На нем была черная рубашка, черный камзол, или что-то подобное ему, с расшитыми знаками отличия системы, а также черные облегающие брюки и высокие сапоги из мягкой кожи. Я откровенно любовалась им, а он не мог отвести глаз от меня. Сзади послышались гневные шепотки. Кто-то был не доволен, ну-ну. Подарив улыбку, развернулась и двинулась по направлению к девушкам, чувствуя буквально пятой точкой прикованный к ней же взгляд. Полюбуйся, дорогой, для тебя старалась. Девушки согласно традиции выстроились в ряд.
   -Приветствую всех на празднике двух лун. Да будет он открыт!- слегка хрипловатым голосом сообщил он присутствующим, хотя по сути никого постороннего не было.
   Девушки поклонились приветствуя. Далее он, недолго думая, подошел к нам и сразу направился ко мне, протягивая руку в легком полупоклоне. Я, конечно же, вложила ее, принимая его предложение о проведении совместной ночи. Он приник губами к ней и вывел в центр.
   -Выбор сделан, прошу вас продолжать празднество. Пейте, танцуйте и веселитесь. К полуночи всех ожидаю в саду, согласно традиции.
   Отчетливо услышала, как заскрипели зубы у Нхары. Алиша же, наоборот, участливо улыбалась. Остальные кто смотрел волком, кто безразлично.
   Он развернул меня и вывел из зала по направлению к своим покоям. Я чувствовала, что он безумно жаждет меня, но мне нельзя было этого допустить. Все же чем длиннее ожидание, тем прекраснее итог.Да и зря что ли я столько времени потратила на себя, чтобы выглядеть потом в полночь, что потрепанная курица. Нет уж, милый мой, придется потерпеть!
   -Дантарр, подожди, пожалуйста, куда ты так несешься?
   Он обернулся, окинул меня взглядом и, подхватив на руки, чуть ли не побежал. Хассы едва поспевали сзади.
   -Дан, подожди, слушай, отпусти меня. Да послушай же ты. Дантарр!
   Он остановился, резко поставил меня на ноги и, обняв, впился в губы в резком, даже грубом поцелуе. Я начала вырываться из захвата, чтобы хоть немного отодвинуться от него. Он прекратил поцелуй, но не отпустил меня. Простонав, он уперся лбом в мою макушку и зашептал:
   -Вероника, девочка моя, что же ты творишь со мною. Я с ума схожу от тебя. Ты появилась в моем мире, чтобы убить меня, моя сладкая? Скажи. Почему я каждый миг думаю лишь о тебе? Я работать не могу, спать не могу, видеть других девушек не желаю. Что ты со мною сделала? Ты - моя сладкая пытка. Я хочу тебя, так сильно хочу, каждую секунду моей жизни. Твой аромат словно одурманивает меня. Я словно снова мальчишка ста пятидесяти лет, что впервые попробовал опиус. Смотрю на тебя и хочу знать, что ты думаешь лишь обо мне. О чем ты сейчас думаешь, моя сладкая сонаи? Скажи. Скажи, что думаешь обо мне. Скажи. Если ты моя судьба, что заберет мою жизнь, пусть так. Я не смогу отказаться от тебя в любом случае.
   Хриплый шепот, полный страсти, отчаянья...любви.
   Со стоном откинула голову и сама впилась в него чувственным поцелуем. Мгновенная страсть охватила нас. Он уже задирал подол моего платья, когда я вспомнила о случайных наблюдателях.
   -Дан, подожди, прошу. Тут хассы.
   Он о них тоже позабыл в пылу страсти. Одно слово и они исчезли, а он уже продолжает целовать меня. Но в этот раз я уже контролировала себя.
   -Дан, пожалуйста, я так хочу быть красива в полночь. Я хочу быть прекрасной для тебя. Подожди, пожалуйста. Подожди, пока праздник завершится, и я буду принадлежать тебе всю ночь. Пожалуйста.
   Он со стоном буквально оторвал себя от меня и тяжело дыша, отошел на два шага. Закрыл глаза, приходя в себя и восстанавливая дыхание.
   -Хорошо, моя девочка, но, поверь, эту ночь ты запомнишь. Хотя бы потому, что сейчас ты отказала мне в близости.
   Он открыл глаза, а в них было такое желание, такой голод и лихорадочный блеск. Я даже испугалась.
   Потом он отвел меня в свои покои, где мы поели и выпили, от легкого вина слегка закружилась голова. Потом я снова оказалась в его объятиях и снов отбивалась. Он уже рычал, обещая, что сделает со мной этой ночью. Поняла, что выберусь из его постели только полутрупом. Но почему то от этого хотелось только еще больше улыбаться. В какой то момент он узнал, что нижнего белья на мне нет и оттого еще больше не мог успокоиться. Грозился, что отменит праздник и проведет его в постели не выходя из меня. Напомнила, что он мне подарок обещал. Застонал и дабы не искушать себя еще больше, потащил меня в сад.
   Была почти полночь. Девушки толпились в саду. То тут, то там я натыкалась взглядом на мальхов со странными приспособлениями. Наверное, они были предназначены для сбора пыльцы и оплодотворения семян цветов. Дантарр не стал вести меня к девушкам, а, наоборот, повел глубоко в сад к самой дальней беседке. Там в свете своеобразных фонарей, стоял налитый, того гляди готовящийся раскрыться бутон огромного цветка, сильвэ. Он был таким большим, почти с меня ростом. А рядом была беседка, в которой был накрыт стол и везде лежали подушки. Очередной бокал легкого вина был в моей руке. Снова искушение в виде одного потрясающего ящера. Почти сказочная ночь. И тут он решил вручить мне подарок. Кивнул на одного из мальхов и тот принес в руках закрытый тканью ящик. Оттуда едва слышно пищало. Он откинул ткань в сторону, и я уставилась на птичку. Маленькая, с мою ладонь, птичка невзрачного серо-коричневого окраса, смотрела на меня и чирикала.
   -Это сонаи. Она очень красиво поет. Ее голосок так сильно напоминает мне твой.
   -Почему она в клетке? Ты же говорил, что их запрещено ловить, что они гибнут в неволи.
   -Так и есть, моя сладкая, так и есть. Просто я так хотел, чтобы она появилась у тебя.
   Я развернулась, глядя ему в глаза.
   -Спасибо, мой лорд. Но прошу, давай выпустим ее. Никто не любит жить в неволи.
   И так выразительно посмотрела на него. Он проникся и нахмурился.
   -Ты хочешь уйти от меня?
   -Нет, я просто хочу, чтобы ты понял, что любое живое существо хочет быть свободным. И когда ты закрываешь в клетку, оно погибает от тоски. Я открою?
   Он промолчал, думая о своем. Только кивнул на мои слова. Я попросила мальхов открыть клетку. Они выполнили. Просунув руку, еле смогла схватить юркую пичужку. За это время она меня дважды клюнула, но все же я ее поймала и вытащила. Ее сердечко под моими руками стучало с невероятной скоростью.
   -Не бойся милая, теперь ты свободна,- и подкинула ее вверх. Она, сделав круг и пронзительно пропищав непонятное нам, я надеюсь, слова благодарности на своем на птичьем, а не гнева, и улетела в темноту ночи. Еще немного постояв в тишине и ожидая чуда, вздохнула и повернулась к Дантарру.
   -Спасибо, мой лорд,- обняла его и нежно поцеловала,благодаря за все.Он ответил с не меньшей нежностьюи теплом во взгляде. И тут это случилось. Бутон начал раскрываться. Дантарр приказал выключить свет. Обняв меня со спины, он встал удобнее, чтобы и мне все показать и мальхам не мешаться собирать урожай. Это было поистине великолепное зрелище. Цветок раскрылся и изнутри полился свет, как будто цветок фосфором припорошили. Он засиял так невообразимо красиво, переливаясь, словно елка на новый год, или нет, как северное сияние в небе. Вдруг сразу и всеми цветами. Настоящее волшебство. Не могу дать объяснение, просто это надо видеть. Такой огромный цветок светится всеми цветами радуги и не только.
   И вот мальхи приступили к опылению и сбору. Спустя двадцать минут цветок перестал светиться.Все это время я восторженно смотрела на это диво, вздыхая, прыгая, визжа и описывая свои ощущения и благодаря, благодаря и еще раз благодаря Дантарра. Он смотрел на меня и улыбался своей неотразимой улыбкой, периодически крадя мои поцелуи. Голова кружилась от выпитого вина. А он воспользовался этим, нагло и...и... А пусть. Да, пусть, только не останавливайся.
   Он уложил меня прямо в той беседке на подушки и покрывал меня поцелуями. Каждый сантиметр моего тела не остался без его внимания. Оголяя разгоряченную кожу, он целовал ее, скользя своим длинным языком по спине и до впадинки между ягодиц, принося новые ощущения. И шептал, шептал, шептал милые глупости. Какая я вкусная, нежная прекрасная, добрая, сладкая, самая притягательная и так далее. Половину платья он еще снял, на вторую не хватило выдержки. Разорвал его и начал прокладывать дорожку от изнывающих от покусываний сосков грудей ниже. Дошел до пупка лизнул и подул, еще одни ощущения добавились в коллекцию. Спустился ниже, лаская чуть выше нижних губ и сбоку от них. Я была влажной и желала его в себе. Просила, молила, но он пока воздерживался от этого. Он словно упивался моим запахом, глубоко впитывая его в себя.
   -Вероника, ты стал еще прекраснее пахнуть. Такая тягучая, такая притягательная. Вкусная.
   И, наконец он лизнул меня там и подул. Такая гамма ощущений, что я выгнулась ему навстречу.
   -Пожалуйста.
   И он не отказывает, впиваясь и лаская изнутри и снаружи. Первый оргазм достигла спустя минуту. Извивалась в его руках с его же именем на губах.
   Он не стал больше мучить себя и меня. В той беседке он брал меня три раза, а потом, завернув в плед, голым понес к себе. Мне было уже все равно увидит ли нас кто.Остаток ночи он изводил меня своими ласками, пока я не взмолилась. Весь низ живота уже ныл от обилия секса. Он дарил мне очень много наслаждения, но и брал не меньше. Засыпала в его руках уже под утро. И засыпая, сквозь сон, услышала дивное пение птички.
   -Сонаи благодарит тебя за новый рассвет, мое сокровище.
   -Я рада, что ты позволил мне ее выпустить. Спасибо тебе. Теперь она свободна,- проговорила сквозь сон, поцеловала очередной раз и отключилась.
  
   Дантарр
  
   Я смотрел на свою девочку, чувствуя необычайную нежность. Извел ее своими ласками. Улыбнулся. Не могу иначе. Смотрю на нее, и у меня щемит сердце. Какая она у меня все же потрясающая, радовалась как дитя распустившемуся цветку. При воспоминании о словах о свободе, сердце сжалось. Не пущу. Моя! Я не смогу без нее. А если я ей дарую свободу, то она сможет покинуть меня. Раньше расставался с девушками, даже не напрягаясь, если просили отпустить досрочно, нежели указано в контракте. А с ней не то, что контракта, просто каких либо документов на нее нет. Она моя, моя собственность. Не отдам никому. Пусть я буду последним шакхом, но не отпущу ее. Моя, она моя!
   Счастливо улыбаясь, притянул поближе к себе и, уткнувшись в макушку головы, от которой шел вкусный аромат, уснул.
  
   Глава 6. Неожиданность.
  
   Проснулась далеко за полдень. Поняла это по яркому солнечному свету, проникающему сквозь распахнутые окна. С той стороны были слышны звуки местной природы: необычный свист птичек, уханья и буханья, курлыканья и выкрики. В саду полным ходом текла жизнь. Необычно, но так интересно.
   Потянулась, разминая свои косточки. Все же настолько бурная ночь оставила свой след. Тут же вспомнились используемые позы. Краска залила лицо. А я даже не представляла, что могу быть настолько гибкой. Или это моя новая возможность организма?
   Дантарр убежал рано утром. Помню сквозь сон, как он прошелся легкими поцелуями по скуле, завершив поход в уголке губ, провел рукой по спине и ягодицам и, вздохнув, покинул постель.
   Хотела полежать и понежиться еще, но передумала. Надо, в конце концов, двигаться, а то так легко и располнеть от такой жизни. Хотя, мне не грозит. Но все же решила, что неплохо бы как-нибудь выделить время для поддержания здоровья, ну, побегать там, например, попрыгать, пресс покачать. Но это все позже, а сейчас желудок просигналил о своей пустоте. Мда, ну я и 'троглотит' в последнее время! Хотя с такими ночами и не такой будешь. Лучше всякого спорта и, несомненно, приятнее.
   Посетила уборную, снова возмутившись на несдержанность некоторых ящериц. На ягодицах красовались следы от особо крепких сжиманий пятой точки, а на шее от, соответственно, поцелуев повышенной присасываемости. Вот, зараза! Ладно хоть к концу дня исчезнут.
   Выйдя из уборной, задалась вопросом наличия одежды. Ее, конечно же, не оказалось для меня. Да и как назло мальхов нет. Завернулась в простыню и выглянула в коридор за дверь, ища глазами местных слуг. Но тут же непроизвольно отшатнулась, потому как встретилась глазами с черными безднами глаз двух хассов, что охраняли покои лорда. Они смотрели безразлично на меня и так же безразлично задали вопрос, что бы я желала. Я промямлила что-то о мальхах и одежде, и еще еде. Они кивнули, давая понять, что все понято ими и принято,и я скрылась в покоях, ожидая пока все выполнят.
   Через пятнадцать минут пришли двое местных слуг.Мальхи принесли поесть. И пока я переодевалась в уборной, споро накрыли на низкий стол, что здесь был у лорда. Бесподобные запахи витали в воздухе, когда я вышла, переодевшись в местное полупрозрачное платье. Желудок тут же заурчал сильнее. Я буквально накинулась на еду, поглощая все подряд. И тут меня снова скрутил спазм тошноты, и все съеденное тут же отправилось в сливное отверстие местного унитаза. Меня рвало и скручивало. Слабость начала охватывать меня. Уже только желчная горечь выходила, но я все никак не могла остановиться. Было так плохо.
   Ударившись о стену, распахнулась дверь в уборную, куда я вылетела стрелой, когда первый спазм скрутил меня. Взволнованное лицо Дантарра склонилось надо мной, пытаясь вглядеться в мои глаза, но очередной позыв желудка дал о себе знать. И я, оттолкнув руки лорда, да и его в целом, от себя, снова склонилась, опорожняя очередную порцию желчи в отхожее место. Отойдя немного, попросила воды. Тут же мне все выдали. Сделала несколько глотков, пытаясь вернуть в норму желудок. Но не тут-то было. И снова все повторяется.
   Противоречивые чувства охватывали меня. С одной стороны, хотелось, чтобы лорд ушел и не видел всего этого, все-таки, обычно это вызывает неприязнь, а с другой, наоборот радовалась, что он настолько беспокоится обо мне.
   Когда отошла немного, решила, что лучше просто промыть рот и прилечь. Дантарр, осуществил мое желание, подхватив на руки и уложив на постели. Акхер уже был тут. Весь его вид говорил о том, что оторвали от более интересного занятия. Его халат был заляпан пятнами разных оттенков, глаза несколько лихорадочно блестели. Я несмело улыбнулась ему и поздоровалась, он так же учтиво в ответ. И тут же принялся обследовать меня. Взял снова анализы, проверил соршеном, нахмурился. Спустя десять минут напряженного ожидания выдал:
   -Ничего не понимаю. С ней все в норме согласно анализам. Опять же гормональный фон нарушен. Но это согласно первоначальным данным, которые сделали еще на Весстарии. Но сейчас она наполовину ритаидка, поэтому нельзя сказать однозначно. Ядов в ее организме не обнаружено. Нет каких-либо опасных примесей, которые бы убивали ее организм. Я не понимаю. Еще я не могу никак исследовать эмбриональную сумку, что тоже мне не нравится. Можно было бы конечно попробовать проткнуть ее и так исследовать, но это может быть очень болезненно. Поэтому я не знаю, что делать.
   -Действуй. Только сначала сделай так, чтобы ей не было больно. И мне все равно как ты это сделаешь,- угроза прозвучала в голосе Дантарра.
   Акхер проникся. Это было видно по вдруг побелевшему лицу. Акхер поспешно вышел из покоев лорда, а тот в свою очередь присел рядом со мною, беспокойно оглядывая мою сжавшуюся фигуру. Легкое головокружение и небольшая тошнота не давали расслабиться.
   -Что же с тобою, моя сладкая сонаи? Я знаю, что не мог тебе навредить сегодня ночью. Я старался быть аккуратным, - беспокойство во взгляде.
   -Все в порядке, мой лорд. Все пройдет. Я хочу попить, но боюсь, что меня снова начнет тошнить. Можно мне снова, как в прошлый раз, кисленькой водички.
   Спустя пять минут получила желаемое. Еще через пятнадцать пришел Акхер и вколол мне препарат, снижающий чувствительность к боли. Когда тот подействовал, медик приступил к процедуре прокола и исследования 'усовершенствованной' матки. Было больно даже несмотря на препарат. Но я старалась отстраниться от боли, чтобы не влетело Акхеру. Вот он ввел вовнутрь какой-то прибор с тонким длинным гибким наконечником. Чем то этот прибор напомнил мне наш градусник, только большой с удлиненной измерительной стороной. Минута и он зависает, а потом спустя пару минут, когда уже Дантарр, не выдержав, поинтересовался, что случилось, видимо проматерившись на своем, аккуратно выводит прибор и тут же все залечивает. А потом начинает носиться, что-то считать в уме, пересчитывать, пересматривать данные прибора и снова по кругу. Это мельтешение надоело Дантарру и тот, рыкнув, потребовал объяснений. Акхер же придя в себя немного выдал то, что повергло вообще всех в шок.
   -Я не знаю почему...и как... но, мой лорд...она...Вероника беременна.
   А потом, заикаясь, добавил:
   -Примерный срок плода около двух недель, но это невозможно. Потому что две недели назад я ее исследовал, и она совершенно точно не была беременна. Из этого следует, что плод растет быстрее, чем обычно. Вернее, быстрее, чем было когда-то обычно у наших самок.
   Шок, неверие в глазах лорда, а потом злость и гнев отразились в них. Следующим размытым движением он невообразимым образом оказывается возле Акхера и, хватая того за грудки, впечатывает в стену.
   -Ты, это ты, так? Или кто?
   Оборачивается к Веронике, а в глазах боль, ненависть, злость и ревность.
   -Кто он? Кто посмел? С кем ты была? Это кто-то с Весстарии...кто, я спрашиваю? Или ты уже успела завести здесь из местных себе любовника? - отпустив медика и метнувшись ко мне, буквально скалой навис надо мной в своем трансформированном состоянии, отчего я сжалась еще сильнее, боясь сделать неверное движение, чтобы не нервировать взбешенного хищника.
   Губы подрагивали от необоснованных обвинений, того гляди настигнет боль от его недоверия. Руки начали трястись, и чтобы скрыть данный факт, сжала простынь на кровати и прикусила губу до боли, чтобы не зарыдать. Секунда, минута и буря в его глазах миновала, в них поселилась боль и отчаяние. Он вернулся в свою обычную форму.
   -Даже если так, то я тебя не отпущу. Слышишь? Не пущу, - горечь прозвучала в его словах, и тяжелым грузом он опускается на колени перед кроватью, беря меня за руку и прижимая ладонью к своей щеке.
   -Я не смогу отказаться от тебя и все сделаю, чтобы ты осталась рядом, даже если для этого придется убить отца твоего ребенка.
   Меня тут же отпустило. Он меня любит. Он. Меня. Любит. Этот дикий зверь просто боится меня потерять.
   -Я придумаю что-нибудь. Ты родишь, и ребенок останется тут, рядом с тобою. А его отца... Я отошлю его... Найду куда. И он никогда не узнает о нем и не сможет предъявить на тебя права. Слышал, Акхер? Кто бы он ни был. Иначе, я его убью! Ты. Меня. Понял?
   Тот шумно сглотнул и выдал:
   -Конечно лорд, но...
   -Никаких но. Никто не заберет Веронику у меня,- рычание.
   -Но позвольте, это же...ваш ребенок.
   -Что?
   -Это совершенно точно ваш ребенок, тут уже есть подтверждение генома. Это абсолютно точно, как и то, что Вероника его мать.
   -Но...это невозможно. Мы не можем зачать так.
   -Вот и я говорю, что невозможно.
   А я лежала, слушала их диалог и улыбалась глупой счастливой улыбкой. Я буду мамой. У меня будет мой личный комочек счастья. Ой, а какие у них тут детки? Надеюсь, малыш будет похож на папу, ну или похожа. Акхер начал вдаваться в медицинские рассуждения, приводил странные термины, а я просто смотрела на своего лорда и радовалась, что, кажется, теперь уж он точно никуда от меня не денется.
   Он смотрел на меня, все еще пребывая в шоке. А потом и на его лице расплылась, отражающая мою, счастливая улыбка. Он просто расхохотался и в порыве радости выхватил меня из постели и закружил в своих объятиях, покрывая поцелуями мое лицо, шею, губы. Мне же снова стало плохо, закружилась голова и, кое-как высвободившись, снова метнулась в уборную и склонилась над местным 'белым другом', хотя тут он вовсе даже не белый, а зеленоватый. Дантарр снова склонился надо мною, поддерживая мои волосы, которые очень мешались.
   -Прости, я просто забылся, прости моя птичка,- последний спазм и я устало откинулась на руки лорда.
   -Чтоб его побрал, этот токсикоз,- проворчала тихо под нос, но Дан все услышал. Начались расспросы. Пришлось объяснять, что такое токсикоз и с чем его едят. Слушали очень внимательно и, кажется, все поняли.
   -Акхер, ты уверен, что с организмом Вероники все в порядке?
   -Да, мой лорд. Все в норме. Тем более, как оказалось, это все объясняется индивидуальными особенностями ее расы. Когда, Кхамаи узнают о ее беременности, впервые за столько времени, ммм...- мечтательное выражение появилось на его лице.
   -Нет. Никто ничего не узнает, особенно Кхамаи. Ты меня понял? - приказ был четким, как и угроза что прозвучала в голосе лорда.
   -Но...как же...
   -Я не буду повторяться. Последствия тебе известны. И еще, надеюсь ты понимаешь, что здоровье Вероники и моего наследника целиком и полностью под твоим контролем, и не дай прародители, ты не уследишь...Последствия тебе опять же понятны. А теперь оставь нас и начинай готовить все для успешного развития и рождения малыша.
   Последнего как ветром сдуло со всеми его приборами.
   -Сладкая моя девочка. Ты понимаешь, что ты мне сейчас дала. Ты подарила мне мою мечту, а я сделаю все, чтобы подарить тебе твою. Чего ты желаешь? Скажи, и немедленно будет исполнено. Но, конечно же ты понимаешь, что я не смогу сделать некоторые вещи. Например, я не смогу отпустить тебя, тем более теперь. И не смогу найти твою планету. Я уже пытался это сделать. И еще некоторые недоступные для меня возможности. Но давай сначала ты скажешь, что бы хотела.
   -Я хочу, чтобы ты был лишь моим. Избавься от асси-ше, или убери его подальше. Я не смогу делить тебя с кем-либо. На моей планете не такие порядки, как у вас. И там один мужчина принадлежит одной женщине,- ну это я уж утрирую, потому как не всегда так бывает, как показывает практика. Но Дантарру же это не надо знать.
   Я заметила, как гневно сощурились его глаза, но в следующее мгновение он задумался, а потом и вовсе расплылся в коварной улыбке.
   - Что ж будь по твоему. Но, девочка моя, а сможешь ли ты принять мой темперамент? Ведь я же не смогу без женских ласк совсем, а ты беременна.
   -Хмм, то, что я беременна еще не говорит, что я не смогу быть с тобою, -ворчу в ответ.
   Он расплылся в очередной коварной улыбке и двинулся мне навстречу.
   -Проверим,- и розовая лента языка очерчивает губы в предвкушении, а зрачок вновь вытягивается в линию. Тут же испугалась, что начнет проверять на месте, а я между прочим только что весь завтрак, или правильнее обед, опорожнила в...хмм... 'зеленого друга'.
   -Стоп!- вытянула вперед руку в останавливающем жесте,- А нынче что же не кормят беременную женщину, что носит твоего, между прочим, ребенка.
   Тут же остановился, вздохнув, и вызвал мальхов, дав распоряжение о еде. А потом повернулся и, подхватив на руки, все равно утащил на кровать, усадив на колени и зарывшись в волосы.
   -Маленькая...Что это такое, что мне хочется обнять тебя и не выпускать из рук, вдыхать аромат твоей теплой кожи, гладить твое податливое тело, целовать каждую секунду, слышать твои вздохи, пить сладость твоих губ? А в груди словно сжимает все, когда вижу твою улыбку, твои глаза, что смотрят только на меня. Знаешь, у тебя самые прекрасные глаза, какие только я видел. Они словно тихая вода, что так завлекает и дарит умиротворение. Я чувствую рядом с тобою такой покой, сколько не ощущал с самого своего рождения, пожалуй. А сейчас я даже не знаю, что ощущаю. Не знаю, как это называется. Ты рядом, обнимаешь меня и носишь мое дитя, о котором я только мог бы мечтать всю жизнь. Не с лаборатории, куда я бы сходил, когда пришел бы срок. Не так. А когда он тут в животе самой желанной мною женщины, когда я его почувствую, стоит немного подождать. Как называется это чувство, что просто огромный пузырь заполняет меня изнутри, и хочется поделиться со всеми?
   - Я думаю, что это любовь.
   -Лю-юбовь. Что это?
   -Все то, что ты описал. Это нельзя потрогать, это можно лишь почувствовать вот тут,- и положила руку к нему на грудь в область сердца.
   -Тогда... я любовь тебя.
   -Не так, люблю, так правильно говорить. Я. Люблю.Тебя.
   Он улыбнулся самой счастливой улыбкой.
   -Я люблю тебя, моя сладкая девочка. Я люблю вас, Вероника,- он положил руку на живот.
   Я улыбнулась в ответ, в уголке глаз от эмоций появились слезы. Он тут же встревожился.
   -Что случилось? Тебе больно? Где? Акхер?- нажал на консоль.
   Но я остановила его вызов движением руки.
   -Это всего лишь эмоции. Я...Это слезы счастья и радости. Я так счастлива, Дан, и очень сильно...люблю тебя, мой лорд. Я не знала, что буду настолько счастлива в этой новой жизни. Тут, рядом с тобою. А теперь у меня есть частичка тебя. И его, или ее, я тоже очень люблю.
   Он застонал и, произнеся мое имя, прижался к моим губам в самом нежном поцелуе. И мне было уже все равно, на то, что я голодна. Совершенно иной голод теперь съедал меня. И я дала понять это моему любимому, начав снимать его вещи. Он не заставил себя ждать. Рыкнув горловым стоном-призывом, он принялся оголять и так не настолько одетое тело. Его руки уже освободили мою грудь и мяли ее, проверяя на тяжесть и округлость. Соски затвердели, и его слегка шероховатые руки, задевая их, приносили особое удовольствие. Поцелуй был глубоким, его длинная лента языка , забиралась в самые глубины моего рта, исследуя его. Потом он перешел на шею и ниже к оголенным грудям. Между ног все увлажнилось и пульсировало, предвидя последующие ласки. Его губы захватили первый сосок, и низкий стон прокатился по покоям. Он впитывал мое желание в себя, укладывая меня на постель и продолжая эту желанную пытку. Немного отстранившись, одним движением разорвал тонкую ткань платья и отбросил его в сторону, любуясь мною. Похоть и нежность смешалась в глазах. Этот коктейль эмоций никого бы не оставил равнодушной. Я облизнула губы, призывно раздвигая ноги. Он снова зарычал горловым стоном-клекотом и, быстро расправившись со своей одеждой, предстал во всей своей мужественной красоте перед моим взором. Хочу его. Люблю его. Мой мужчина, мой. Одним резким движением оказался на мне, впиваясь снова в губы. Оторвавшись, прошептал:
   -Прости, моя девочка. Но я не могу больше терпеть. Мне жаль, я сейчас не могу себя контролировать. Мой внутренний зверь требует тебя взять. Я не... могу...его сдерживать. Прости...
   Одним резким движением проник в меня. Застонала от нахлынувших чувств. Мне тоже это нужно. Пусть берет меня, как хочет, только пусть не останавливается. И он не останавливался, резко и глубоко входя в меня. Не жестоко, но и не нежно. Клеймя собою. Я задыхалась и стонала в голос, призывая не останавливаться. Еще, и еще. Он ускорился. Обхватив по бокам от меня простынь и слегка привставая на руках, всматривался в мои глаза, затуманенные страстью, своими не человеческими. Очередной горловой клекот и его черты лица переходят в звериные. Пасть ощерена острыми мелкими зубьями, словно у акулы. Почувствовала, что он увеличился еще больше, как и его орган, что входил в меня, словно поршень работал. Мне даже стало больновато от его проникновений, но эта боль была желанная. Очередной стон и я взрываюсь изнутри, сжимая в приступе экстаза внутренними мышцами его орган и прикрывая глаза, стараясь продлить этот момент. И тут снова клекот прозвучал, он сделал еще несколько толчков в меня и стал изливаться. И вместе с этим почувствовала укус на плече. Резко, больно, что я вскрикнула, но мне не дали ни шанса сдвинуться с места, придавив своей мощью. Он сделал несколько глотков моей крови и отстранился. Потом когтем разодрал себе кожу на плече и придвинулся раной к моему рту, пророкотав на своем и давая понять, что я тоже должна испить его крови. Я выполнила его желание, слизнув кровь и присосавшись к ране. Пара глотков и он отстраняется, осторожно выходя из меня и перетекая в обычную форму. Я смотрела на него без боязни, но с осторожностью.
   -Прости,- он сглотнул.- Я не мог остановиться. Это...это мой зверь, он пометил тебя своей самкой. Своей единственной. А ты приняла его своим.
   -И что...что это значит?
   -Теперь вы связаны. Мы связаны. Я не знаю точно, как это работает. Потому что упоминаний об инстинктах первоначальных осталось немного. Я...не хотел. Я сдерживал себя от этого очень давно. Он с первого взгляда, с первого вздоха этого желал, но обычно я контролировал свою сущность, а тут...не сдержал его. Извини.
   Он поник. Плечо саднило, но я не особо обращала внимание на это, обдумывая произошедшее. А потом решила, что мне плевать. Вот серьезно. Ну и что, что теперь принадлежу еще больше ему. Я итак вся без остатка его. А он мой. Мой любимый зверь, дикий, необузданный, страстный. Поэтому я прищурилась, смотря на него и снова возбуждаясь при открывшихся видах. Он, весь такой раскаявшийся и в отчаянии, сидит на коленях, опустив низко голову. Что может быть прелестнее, чем власть женщины над виноватым мужчиной? А что более возбуждающим? Облизнула губы и призывно шепнула: 'Иди ко мне'. Он поднял взгляд на меня. Облегчение проскользнуло в глазах, и он подается ко мне, уже с нежностью охватывая мой стан. Я потянулась к его губам. Дальше только ласка и трепетность присутствовали в его взгляде, движениях. Он снова брал меня, но теперь это был не ураган страстей, а теплое и ласковое море нежности и любви.
   Когда мы насладились друг другом в полной мере и вымылись в купальне, снова лаская друг друга, намыливая разгоряченные тела и смывая следы любви, то, наконец, смогли поесть. Я была очень аккуратна в выборе еды, старалась есть то, что уже пробовала ранее. И еще дышать больше ртом, а то не хотелось бы повторения утренних событий. Дантарр не хотел отпускать ни на шаг. Он все подкладывал мне самые лучшие кусочки, периодически хватал мою руку, поглаживая ее, и улыбался мечтательной улыбкой, напоминая блаженного. Но я не могла его винить в его состоянии, у меня самой улыбка также не сходила с лица.
   Спустя некоторое время после едыДантарр вывел меня в сад. Он решил провести весь день со мною, его ассири, матерью его наследника. Почему то он твердо был уверен, что будет мальчик. Я поинтересовалась, а что же будет, если родится девочка. Он нахмурился и сообщил, что запрет в четырех стенах и не выпустит за пределы дома. Ого, малышка еще не родилась, а ее уже ревнуют. Если это, конечно, девочка.
   Мы гуляли и наслаждались присутствием друг друга, болтали о том, о сем. Он отложил все дела на потом ради меня, ради нас. Прервало нас сообщение о том, что в лаборатории Акхера все готово для исследования моей беременности.Там я провела около часа, пока с меня снимали показатели. И даже попытались определить пол наследника, но было еще не ясно, поэтому отложили на более поздний срок опознание. Согласно предварительным исследованиям, то ребенок должен был появиться на свет примерно через шесть с половиной месяцев. Мой организм вполне благотворно отнесся к появлению новой жизни в себе. Дантарр был удовлетворен и счастлив, а еще горд, горд собою, мною. Ведь он первый кто за многое, очень многое время впервые будет иметь родившегося, а не выращенного искусственно, наследника.
   Акхер вывел индивидуальное питание для меня, где наиболее всего было сбалансировано питание. Также сообщил, что, пожалуй, секс даже благотворно влияет на мой организм, так что посоветовал лорду чаще привечать меня в своей спальне. Ну, о нашей договоренности ему было не известно, поэтому мы только улыбнулись глядя в глаза друг другу. Уж мы-то точно воспользуемся его советом сполна.
   Дальше был прекрасный ужин и не менее потрясающая ночь. Он был ласковым и предупредительным, нежным настолько, что от любви к нему щемило сердце. Больше не было грубости, только мягкость, трепетность, любовь. Я все шептала ему, как сильно люблю его, а он вторил мне. Похоже, в моей новой жизни мне повезло гораздо больше. И кого же благодарить за это?
  
   Глава 7.Покушение.
  
   Время текло незаметно. Прошло уже два месяца, как я находилась в доме черного лорда Рихасской системы. Почти сразу после того, как он узнал о моей беременности, меня перевели в соседние с ним покои, разделенные смежной дверью. Так что он постоянно имел доступ к моей спальне. Я узнала, что эти покои по идее должны принадлежать его жене, будущей миледи данного сектора ритаидной империи. От того, что их отдали мне, как-то становилось приятно и солнечно на душе. По сути, он приравнял меня к своей жене, что не могло не греть мое самолюбие.
   Малыш рос быстро и сейчас спустя два месяца, моя беременность уже просматривалась. Живот заметно округлился внизу и, наконец, я начала чувствовать движения внутри себя, словно было уже четыре месяца на наш человеческий срок. Когда это произошло впервые, то я не поняла, что это. Словно маленькая змейка внутри живота двигалась. Сначала испугалась, а потом уже дошло, что это малыш дает о себе знать. Полдня потом не могла нарадоваться. А когда сказала об этом своему лорду, то наблюдала и его такую же улыбку. Он тогда положил меня на кровать и приник ухом и щекой к животу, словно прислушивался к чему-то. И когда малыш соизволил пошевелиться, то я услышала новый звук от своего лорда- горловое воркованье-курлыканье. Он словно разговаривал с малышом, а тот активнее задвигался во мне, сообщая, что все понимает. Я умилилась этой картине счастливого отца, приникшего к моему животику, нежно обхватив за талию. Как же я его люблю!
   Дантарр сдержал свое обещание, и больше ни одна асси не была в его постели с того момента. Только меня он любил по утрам, вечерам, а то и в середине дня. Был нежен и предупредителен, и больше не срывался, бережно относясь ко мне, боясь потерять свое потомство. Хоть я и часто слышала, как он пытается сдержать внутреннего зверя, который повторно хочет пометить свою самку, утверждая права на принадлежность.
   Девушки из гарема уже поняли, что им ничего не светит в его постели, во всяком случае, пока. Разве что Нхара все не могла успокоиться, то и дело, устраивая скандалы, все грозила мне и сыпала проклятиями, но не смела сделать что-либо любимой наложнице лорда, что грела теперь постоянно его постель. Одна из наложниц даже покинула асси-ше, попросив лорда об этом, потому как поняла, что пора заводить свою семью. Так что нас теперь осталось четырнадцать. Алиша так и была моей подругой, с которой мы проводили очень много времени вместе. Я очень многое узнала от нее об империи, законах, быту и прочее. Научилась делать покупки для себя через консоль. Но вообще у меня все было, поэтому я делала их редко и что-нибудь незначительное, чаще всего небольшие подарки своему любимому. А еще потихоньку начала покупать для малыша разные вещички и игрушки, которые, как мне казалось, были уместными, хотя я совершенно точно знала, что лорд завалит меня всем необходимым. Но все же. Я ведь мама, и мне самой хотелось сделать что-нибудь своему малышу. Так как до сих пор было не ясно, кто будет, малыш не давал просматривать себя, поворачиваясь спиной к прибору, вводимому через тонкий прокол, чтобы не дай бог повредить сумку, то покупала вещи нейтрального оттенка. А еще чтобы никто не узнал о моей беременности, я начала носить более свободные вещи, а скоро, как я поняла со слов моего лорда, и вовсе перестану выходить в зал асси-ше. Жаль, но деваться некуда. Иначе о моей беременности станет известно всем, кому не надо: Кхамаи, Ришассам и другим врагам моего возлюбленного.А это не есть 'гуд'! Дантарр даже приставил ко мне двое хассов для постоянного наблюдения, чем озадачил вообще всех девушек, которые смотрели на это, округлив глаза. Я долго отговаривала лорда от этой охраны, потому как это же наоборот будет привлекать ненужное внимание, но он был непреклонен. Мне вообще кажется, что он на моей безопасности слегка 'повернулся', иначе, чем объяснить подобное поведение. Но пришлось признать, что это оказалось вполне необходимо.
   Однажды я точно также находилась в асси-ше. Мы сидели с Алишей и разговаривали о вновь открытой пустынной планете, на которой нашли очень интересный минерал. Он при определенных вибрациях перетекал в жидкое состояние и при повышении температуры выделял энергию, превосходящую ту, на которых сейчас действуют все корабли империи. Фактически, это былпрорыв в науке и развитии всей системы в целом. Теперь корабли могли преодолевать большее расстояние и при этом потреблять меньше энергии. Сейчас начали проводить различные тесты с наличием данного минерала в составе. Мы, как истинные женщины, обсуждали, будет ли он использоваться в косметических целях.
   Наступило время обеда. Нас, как обычно пригласили в столовую. Мы с Алишей решили пойти позже, когда Нхара и ее подхалимки пообедают и покинут столовую. Они несколько задержались там и мы решили, что когда присядем, то те, вероятно, как раз закончат обедать. Пройдя к своим местам, приступили к насыщению организма, перемежая короткими разговорами. Все было очень вкусно и сытно. Наконец, закончив с едой, откинулись на подушки, взяв в руки по пиале с напитком. Сделала несколько глотков, утоляя жажду. Потом Алиша отвлекла меня вопросом. Я начала ей отвечать и тут же схватилась за горло. Только не это! Не снова! Малыш, мне никак нельзя... Рядом началась паника. Алиша что-то кричала. Я задыхалась и уже только хрипела, с трудом выталкивая воздух из легких и обратно вдыхая его. Тут рядом оказались хассы. Один из них, оценив ситуацию, произнес команду 'Антидот', итут же в руку вошла игла, впустив лекарство. Меня начало отпускать мгновенно. Я кашляла, словно пробежала несколько километров, не снижая максимальной скорости. Воздух нехотя пробивался в легкие. Мне снова было плохо, а недавний обед попросился наружу. Причем мне пришлось ему подчиниться. Дантарр как раз застал меня за опорожнением желудка на пол за диваном. Он с такими безумными от испуга глазами, смотрел на меня, со злостью и ненавистью на окружающих.
   -Никто не двигается с места. Проследить,- кивнул хассам, а сам подхватил меня на руки и вынес по направлению в медотсек. Навстречу нам спешил Акхер со своими приборами. Когда увидел меня на руках Дантарра, то побледнел.
   Потом меня исследовали вновь. Проверили малыша. Все оказалось в порядке, поэтому оба облегчено выдохнули.Дантарр тут же унес к себе в покои. Охраны сразу же прибавилось на еще двух хассов. Принесли туда новый обед, уже проверенный лично лордом. А после того, как я, утомленная событиями, уснула, ушел разбираться с произошедшим.
  
   Дантарр
  
   Ррр... Убью, всех... Как они посмели? На мою девочку и моего ребенка? Шакхи... саргли... Да я сейчас всех отправлю к прародителям.
   -Головой отвечаете за ее безопасность. Все что приносят, проверять на наличие ядов, колеще-режущих предметов, вообще всего, что может причинить ей любой вред. Особенно астии. Это фрукт ей противопоказан. Никого без моего ведома не пропускать. Все ясно? - хассы кивнули в знак принятия приказа.
   Пребывая в не лучшем настроении, мчался по коридорам к столовой асси-ше. Вошел в помещение и направился первым делом в сторону Алиши.
   -Ты, останься. Всех остальных вывести в зал и не отпускать. Будут входить по очереди. И приведите мне мальхов, подающих сегодня на стол.
   Тут же все покинули помещение, кроме Алиши, что сжалась словно ее сейчас четвертовать будут.
   -Итак, я слушаю. Что произошло?
   Она начала сбивчивый короткий рассказ. И завершила все вопросом, как себя чувствует Вероника. В ее словах и запахе я не чувствовал фальши. Только страх за подругу. Я немного расслабился. Эта девушка всегда ему нравилась своей прямотой. Это была одна из причин, по которой она чаще других бывала в его постели. Что ж он рад, что у Вероники действительно появилась подруга тут. Из ее слов я понял, что они пообедали, а потом Вероника выпила сок. Спустя минуту все началось. Значит сок. Хмм... Подошел, взял чашу в руки, принюхался. Астия. Шакхи. Ррр...ра!Попробовал, точно сок астии чувствовался в нем. Но я совершенно точно помню, что запрещал его подавать под страхом казни.
   -Твой стакан где?
   Напуганная моим гневом девушка, указала на свой стакан, наполовину опустошенный. Взял его в руки, принюхался, выпил. Тоже самое. Прошел к соседнему, глотнул его. Уже нет астии. Значит, целенаправленно накапали девушкам. Рррр! Узнаю, кто сделал, убью.
   - Вероника с кем-либо враждовала?
   -Открыто нет. Но многие девушки асси-ше недовольны тем, что вы, мой лорд, лишили их своего высочайшего внимания. Нхара, наверное, больше всех раздражена этим фактом.
   -Значит, Нхара и другие девушки...- задумчиво пробормотал лорд.
   Да, по-хорошему, он теперь не жалует их своим вниманием. И если бы не это обязательство, иметь не менее тринадцати асси, то давно бы всех разогнал. Что ж, вероятнее всего, придется оградить его девочку от других асси. К тому же, он все равно планировал осуществить это. А самое главное, он понял, что сейчас при всем желании не сможет найти виновного в произошедшем. Уж слишком многие точат зуб на его малышку. Но как они узнали о ее реакции на данный фрукт? Акхер? Миршесс? Кто рассказал? Хмм, надо бы узнать. А еще поставить подачу антидота в автономный режим, а то не дай прародители, сбой голосовой программы или что еще. А так на основе показателей, будет сам впрыскиваться при определенном состоянии организма. Да, надо так и сделать. А сейчас только и остается, что сжимать кулаки в негодовании.
   Отпустил девушку, пригласив следующую. Допрашивал с пристрастием, но вот уже шестая не в курсе произошедшего и не причастна.
   -Следующая.
   Ввели Рамахсан. Эта девушка была одной из тех, с кем общалась Нхара.
   Окинул ее взглядом. Она дрожала как лист на ветру. Страх и отчаяние в ее запахе. Кажется, вот оно то, что было нужно. Пяти минут не прошло, как на сдалась и все рассказала.
   По ее словам выходило, что она обвиняла во всем Веронику. Что она отобрала мою милость у них, что больше не обращаю на них внимания, что ее надо устранить и все снова вернется на круги своя. Глупая самка. Что-то мне подсказывало, что она не сама дошла до этого.
   -Как узнала, что можно убить Веронику этим фруктом.
   Тут она замялась.
   -Ну, - надавил на нее, прорычав.
   -Я слышала. Тогда...когда она тоже...также. Я тогда к Акхеру шла, плохо себя чувствовала. Я не успела зайти к нему, только услышала.Была какая-то паника. Вы, мой лорд также были там. Я услышала, что он сказал, что это тяжелая аллергия на астию вам. И говорили вы про эту девушку. Вот я и решила...- сначала немного заикаясь от страха, а потом все более распаляясь, говорила девушка. В глазах ни капли раскаяния, только злоба. Нет, такую точно здесь нельзя оставлять.
   -Ты покусилась на ассири моего дома. За это ты знаешь, что тебя ждет.
   -Что? - ее шок был налицо.- Это невозможно.
   Она задрожала. То, что с ней будет при покушении на жизнь членов его семьи, она была прекрасно осведомлена. Это было прописано в контракте. Смерть. Кровь схлынула с ее лица.
   Мысленно призвал хассов. Это было на уровне инстинктов. Они тут же вошли в столовую, где тут же проводился допрос.
   -Увести на нижние уровни. Не позволять ни с кем разговаривать по дороге,- и, развернувшись, вышел.
   Вышел из столовой, приказав всем расходиться, и направился к своей любимой. Перед тем, как покинуть зал, обернулся и оглядел всех хмурым взглядом и заметил разочарование и хитрый блеск в глазах Нхары. Надо бы присмотреться к ней. Что-то мне не нравится это.
   Она спала мирным сном, подложив руку под голову. Умиротворение блуждало на ее лице. Снова в груди было это щемящее чувство. Опустился на колени, прижав ее вторую руку к своей щеке. Она вздохнула, перевернулась на спину, положив руку на животик, даже во сне прикрывая малыша от невзгод. Аккуратно подцепил ее и приложился ухом, призвав инстинкты. Из горла раздался воркующий звук, малыш тут же ответил, зашевелившись в животике мамы. Поцеловал через ткань ее живот, а потом прижался на секунду к ее мягким манящим губкам. Даже во сне она отвечала мне, потому как легкий вздох прозвучал, и она подалась мне навстречу. Моя отзывчивая девочка. Люблю тебя.
   Прозвучал сигнал на галос. Эх, а я совсем забыл о том, что собрание так и не было прекращено. Надо вернуться. Вышел из покоев и направился в переговорный зал. Когда вошел, все непроизвольно подались вперед, принюхиваясь. Шакх! Я и забыл привести себя в порядок, надо было провести обработку от запахов. Совсем забылся в раздумьях. От меня на километр несет запахом моей любимой женщины. Я то привык к этому легкомуафродизиаку, что распространяет ее тело. Уже почти родной. А они тоего еще не чувствовали. Что же делать?
   - Как вам новая разработка моего ученого?Правда привлекательный запах? Только что представил мне.
   -Да, действительно, очень привлекательный запах, мой лорд. Позвольте узнать, когда можно будет приобрести его?
   - Пока не могу сказать точно. Могут быть побочные эффекты, вследствие чего он вообще не будет выпущен в производство. А сейчас давайте продолжим обсуждение текущих вопросов. На чем мы освободились?
   Далее потекли обсуждения торговли, прибыли, текущего состояния армии, волнений на подопечных планетахи нападений на торговые корабли. Последние новости с соседней противоборствующей системой, также были обсуждаемы на данном собрании. По итогу были даны распоряжения по всем обсуждаемым пунктам. И в итоге он, уставший и голодный, пришел в покои.Она была в купели. Он, недолго думая, скинул с себя одежду и направился туда же.
  
   Он был уставшим. Это первое, что бросилось в глаза, когда она повернулась на звук открываемой двери. Он взглянул на нее и улыбнулся самой притягательной улыбкой. Она тут же направилась к нему. Попав в его объятия, прижалась в поцелуе.
   -Я так испугался за вас сегодня, малышка. Никогда я не был на такой грани, что мой зверь готов был растерзать сразу и всех. Даже хассов за то, что не досмотрели.
   Сладкие поцелуи ложились на мои плечи, шею, губы. Ему было нужно это. Чувствовать меня и малыша. Сжимать в руках, оставляя этот эпизод своей жизни позади. Немного приподняв меня в воде и заставив обхватить его в талии, аккуратно вошел в меня, застонав от обилия эмоций.
   -Вероника, девочка моя, я так люблю тебя, так боюсь потерять тебя. Я не смогу без тебя, без вас. Никогда не покидай меня. Не отталкивай, прошу.
   С каждым словом он входил в меня, резко, но плавно, глубоко. Я всхлипывала и целовала его в ответ. А он все шептал и шептал. А я ему отвечала.
   -Да, я никогда не покину тебя, покуда не прогонишь, или пока моя жизнь не покинет меня. Я люблю тебя, мой лорд. Я так тебя люблю, Дан.
   Он уже уложил меня на бортик купели, покусывая соски груди. А потом зализывал свои укусы, опускался к пупку и выводил там узоры своим языком. Этот чувственный танец все не кончался. Как перекочевали к постели, не помню. Вот я уже сверху него, смотрю в его глаза и вижу его страсть, желание, любовь. Боже, это просто невообразимо притягательно! Он позволил мне действовать самой. Я провела ладонью по его безупречной груди, его мышцы перекатывались под моею рукой. Он же в свою очередь взял одну грудь в свою руку, а другой обхватил за бедро, помогая двигаться навстречу его плоти. Горшина соска была зажата в его руке, он сдавливал и слегка вытягивал его. От этого действия на груди выступила молочная капелька. Он заметил и приподнял бровь в немом вопросе. Не получив ответ, слегка приподнялся и, чуть пересадив меня удобнее для себя, впился в горошинку соска, втягивая в себя молозиво. Да, я знала, что это оно. Было немного больно, но вполне терпимо. Он заурчал, и, схватив за бедра, резче и быстрее начал насаживать меня на свой орган, при этом не отвлекаясь от груди. Жаркий комочек, что рос внизу живота, накалился до предела. Еще несколько движений внутри меня и разрядка достигла апогея. Почувствовала, что и его тело скрутила волна оргазма.
   -Люблю тебя, мой лорд, - прошептала нежно в губы. Он ответил мне ласковым поцелуем.
  
   Глава 8. Роды.
  
   Прошло уже несколько месяцев, почти вечность. Казалось, что та другая жизнь была так давно. Время летело неуловимо, просачиваясь, словно вода сквозь пальцы. Я начала потихоньку забывать лица родных мне людей, тех, что остались на родине. В моей тихой жизни не было ничего примечательно: сон, сплошной отдых и опять сон. Скучно прозябала свою жизнь до рождения малыша. Пол так и не удалось определить, что оставалось для нас загадкой до момента его рождения. С Алишей после того инцидента я не виделась совсем. Меня целиком и полностью закрыли в золотой клетке. Не вздохнуть. Так устала от этого одиночества. Нет, Дан, конечно же, никуда не делся. И он в меру своих возможностей развлекал меня: то вывозил на природу, то в сад погулять. Однажды показал свою планету, издалека, а если говорить точнее, то изсверка, что был в режиме невидимости с охранным сопровождением. Но мне и этого было достаточно. Как то он отвез меня к их океану, я была так счастлива. Даже попыталась искупаться, не разрешил. Но я все равно была довольна, насобирала красивых камушек и раковин, что теперь были на окне в сосуде, как напоминание о том моменте счастья. Но все же в остальное время он был правителем своей системы, а это, прежде всего, обязанности. Он решал свои имперские дела, а я с ума сходила от ничего не делания. В итоге, поговорив с любимым, выпросила у него клубок ниток, крючок и спицы, даже нарисовала его, чтобы хоть вязанием занять себя. В детстве моя бабушка обучала этому, и сейчас мне это пригодилось. Я вязала носочки моему малышу. Выбрала, опять же, нейтральный цвет. Иногда я занимала себя самообучением по их мироустройству, правилам и прочей информации, так сказать, для самопросвещения.
   А еще я погрузнела, и теперь была похожа на уточку. Живот был огромным, мне казалось, что я скоро ходить не смогу. Дантарр был все аккуратнее в постели. Теперь мы занимались с ним любовью уже не так часто. Он сдерживал себя, но все равно ежедневно оставался рядом в моей постели. Не имея возможности к близости, он больше времени уделял просто объятиям, поцелуям и воркованию с малышом. Я уже видела, что он будет самым лучшим отцом нашему малышу. Каждый вечер он, целуя меня после купания, шептал о тома, как он с ума сходит от невозможности целиком и полностью насладиться близостью со мною. Что сейчас я стала еще более сладкой, настолько, что зверь рвет и мечет от того, чтобы снова в экстазе пометить свою самку. Когда же изредка он не мог его сдерживать, то был максимально аккуратен. Он очень нежно брал меня, лишь в конце, не имея возможности сдержать инстинкты, набирал скорость и с горловым рычанием завершал половой акт. А потом еще очень долго и ласково целовал и прижимал к себе. Чувствовала себя хрустальной вазой, не иначе.
   В империи же все продолжались нападения неизвестных пиратов. За все время, что я тут находилась, было множество нападений. В такие минуты мой дикий зверь был особенно раздражителен и лишь в моих объятиях успокаивался. Мы потеряли очень много кораблей и товара. Но мы были такими не единственные. Все тринадцать систем страдали от нападений. Пираты появлялись неожиданно и исчезали до прибытия Кхамаи и других лордов. Была объявлена общенациональная охота за языками. Но пока они успешно обходили все выстроенные ловушки, как будто смеясь в глаза ящерам. Ни разу не удавалась даже близко приблизиться к захвату цели. Было решено, что лорды под прикрытием со своим флотом будет двигаться за торговыми кораблями на приличное расстояние от последних. Вот в такую вылазку и собрался мой лорд фактически за месяц до предполагаемой даты моих родов.
   Моя душа была не на месте, когда он собирался в дорогу. На этот раз груз шел из системы Кхамаи, правящей системы, с новой открытой планеты. Это был тот самый минерал с повышенным энергетическим свойством. Предполагалось, что уж на него-то точно клюнут.
   Собственно проведя сказочную ночь со мною, наутро он, поцеловав меня и прошептав слова любви, вылетел за грузом, забрав половину флота. При этом все хассы были теперь моей тенью. Теперь я не только скучала, но и переживала за моего черного лорда. На эту поездку предполагалось потратить не больше недели. Все же не очень далеко эта система находилась.
   Шли дни, иногда ко мне приходил сигнал от лорда, где он сообщал, как скучает по мне, нам, как ему трудно засыпать без меня под боком, как сложно обходиться без моего запаха, что ежедневно присутствует в его жизни теперь, как любит меня. Я плакала от радости и счастья, от тревоги и невозможности присутствовать рядом. Знаю, что это всего лишь эмоции, что присущи беременным, но так было приятно от его слов и так тяжело без его присутствия.
   Прошла неделя. Вчера он сообщил, что они вылетели в нашу систему с грузом. Все были наготове, но мне, почему то, все равно было неспокойно. И не безосновательно.
   Сообщение пришло на третьи сутки после отбытия. Весь флот попал под импульсно-волновую атаку, что удар был нанесен очень точно с нескольких сторон, словно они точно знали куда бить. А это значило только одно. Кто-то сдал их. Но благодаря новому минералу, что уже был использован в кораблях Кхамаи, они отбились и сохранили все корабли, в том числе и с грузом. Но понесенные убытки были ужасающе, а языки опять исчезли. Корабль моего любимого был в самом эпицентре огня, так что о тех, кто был на нем не было ничего известно. Это была пятиминутная передача информации, которую кстати говоря я подслушала краем уха, потому как находилась на осмотре Акхера, когда он узнал подробности.
   У меня словно почву из-под ног выбили. Я хватала ртом воздух и никак не могла вдохнуть. Весь мир в одночасье перевернулся. Любимый...Дан...Дантарр...Нет...Нет, нет-нет-нет, только не он. Нет, прошу! Все боги этого мира, прошу вас сохраните ему жизнь! Сердце заболело. Галос просто вопил о моем состоянии. Нервное сотрясение налицо. Я задыхалась.
   Акхер, ругаясь на своем на меня, случайно услышавшую ненужную информацию, вкалывал успокоительные, но это не помогало, попробовал снотворное. Но организм находился в стрессе и не воспринимал лекарства, а более сильные могли повредить ребенку.
   Тут меня скрутила волна боли. Низ живота заныл. Пошла кровь. Акхер был в шоке, он носился, считывая информацию. Он паниковал и при этом не мог определить что происходит с плодом. Новая боль ударила меня. Я закричала. И тут что-то теплое потекло по кровати. Воды, у меня отошли воды. Боже, да я рожаю.
   -Акхер, это роды!
   Его застопорило.
   -Ну же не стой, помоги малышу иначе он задохнется. Воды отошли. Аааа...
   По телу прошла очередная судорога схваток. Боже, как больно!
   Так продолжалось около часа. Было больно, словно в организме разом ломают множество костей. Акхер, впервые принимающий роды обычным путем, был несколько нервным, но в целом держался молодцом. Но надо было видеть его лицо, когда он последние томительные минуты помогал мне с рождением малыша, аккуратно надавливая на живот и поддерживая уже высунувшуюся головку. Минута...две...три. А дальше было счастье, мое персональное счастье. Потому что когда слышишь этот писк родившегося малыша, твоего малыша, то ощущаешь себя самой счастливой.
   -Мальчик. Хорошенький, крепкий наследник. И даже вроде все в порядке. Доношен, видимо, немного ошибся в расчетах.
   Акхер провел все необходимые манипуляции с пуповиной, очистил кожу малыша и, завернув в пеленочку, подал мне. А я улыбалась, прижимая мой кусочек счастья, и млела от этого. Он был маленьким, красненьким и слегка смуглым. На носике были такие забавные белые пупырышки, что я невольно улыбалась этому чуду. Потом Акхер у меня аккуратно забрал малыша для замеров. Спустя несколько минут позвала его, потому что почувствовала новую потугу. Детское место также успешно извлекли. А дальше я просто лежала, приходя в себя, укрытая пеленкой. Даже задремала. Он же в это время сделал все, что требовалось. Вызвав мальхов, аккуратно протерли меня и перевезли в заранее подготовленную родильную палату. Там я уже уснула крепким сном.
   Мне снился мой лорд, что вернулся ко мне в здравии. Он улыбался, и легкое безумие и восхищение было в его глазах, когда он прижимал малыша. И он целовал меня и благодарил за подарок небес, что ниспослал ему меня, его ассири.
  
   Проснулась с улыбкой на лице от прекрасного сновидения, но она красовалась на моем лице ровно до того момента, пока я не вспомнила, что моего лорда нет рядом, он вообще попал в ловушку. Сердце сжалось. Начала оглядываться по сторонам, ища глазами сына, и не находила. Поднялось волнение, царапнув изнутри. Тут же по галосу вызвала Акхера. Он привычно отозвался. Выдохнула с облегчением: сейчас он сообщит последние вести. Все оказалось не так уж плохо. Многие, конечно же, погибли, но все таки почти две трети космического флота выжили. Корабль лорда, попавший в самое пекло, пострадал больше всех. Но все же и там многие выжили. Лорд же получил серьезное ранение, но он жив и находится на восстановительном лечении. Через день-два лорд прилетит домой.
   Наконец то, отлегло от сердца. Он жив, и это самое главное. Все остальное ерунда.И только расслабилась, как Акхер шокировал новой новостью. Оказывается, вместе с лордом летит к нам в гости представитель Кхамаи. Он обеспечивал дополнительную защиту по доставке моего любимого в родные земли. Черт, это еще не хватало! А если он узнает обо мне, о моем сыне, о сокрытии информации? Да что ж за черная полоса! Ладно, спокойствие, он не узнает.
   -Акхер, как мой сын?
   -О...он в порядке, такой крепыш!- в его голосе слышалось благоговение и улыбка.- Я скоро принесу его, просто брал кое-какие анализы. И надо заметить, мне очень нравятся итоги. Я все объясню, позже.
   Его фанатизм несколько пугал, но я надеялась, что все же это не дойдет до более сложных последствий.
   -Хорошо, Акхер. Мне надо будет обсудить с тобою кое-что. Жду тебя.
   В голове созрел план, который требовалось претворить в жизнь. А для этого нужна была помощь Акхера. Иначе...даже думать не хочу!
   Надо было вставать, чтобы привести себя в порядок. Приподнялась на локтях. Интересно, а мне можно вставать? Медик забыл упомянуть об этом. Ну надеюсь, все в порядке. Аккуратно свесив ноги, присела. Дискомфорт, естественно, ощущался, но он был небольшим. Прошла в уборную для водных процедур. Балахон, что был одет на мне, больше напоминал смирительную рубашку, только рукава не такие длинные. Ах да, она еще и в крови была вся. Так что ее сразу в утилизацию. Брезгливо отбросив от себя сие безобразие, опустилась в купальню, прибавив несколько градусов. Очень хотелось полежать в ароматной горячей воде. Не стала удерживать себя от такого соблазна. Задержала воздух в легких и погрузилась в воду. Наверное, это и есть то самое состояние в медитации, когда я забыла о времени, о том, что воздуха в легких не бесконечно, вообще обо всем. На душе умиротворение. В голове всплыл образ Дантарра.
   -Малыш-ш-шка...Моя сладкая девоч-чка...,- вода шептала его голосом, словно наваждение.- Любимая...
   Его призрачные руки ласково прошлись сбоку, зацепив рукою грудь, опустились на живот и чуть ниже.
   -Дан,- и тут же наглоталась мыльной воды. Запаниковав, заметалась, активно всплывая на поверхность. Глоток воздуха и эхо:
   -Любимая...
   Слезы навернулись на глаза.
   -Ты только вернись...Любой, но вернись,- всхлипнула, и услышала детский плач.
   Мне принесли сына. Быстро привела себя в порядок и закуталась в огромное полотенце-покрывало. Выскользнув рыбкой из уборной, тут же бросилась к малышу. Акхер скромно потупился и попытался ретироваться, чтобы дать мне возможность одеться и побыть с сыном. Я заметила его движения. Попросила позвать мне мальхов, также чтобы прихватили поесть. А потом я хотела бы пообщаться с медиком для обсуждения возникшей проблемы.
   Моя крошка лежала на моих руках кулечком, и ртом ловила воздух. Малыш проголодался. Я тут же присела и раскрыла грудь для кормления. Поднесла груь ко рту ребенка и слегка надавила на рот. Он тут же впился в него со всей прытью. Эта процедура оказалась довольно болезненной. Может поначалу. Когда я интересовалась подобной литературой, все же как нормальная женщина мечтала когда-нибудь стать мамой. И вот наконец это произошло.
   Мальхи принесли требуемое, а малыш уснул. Сгрузив его аккуратно на кровать, я приступила к переодеванию и еде. А потом пригласила Акхера. Прежде всего поинтересовалась собственным здоровьем. Мне сообщили, что я здорова и все роды прошли хорошо, а регенерация, что досталась мне при мутации, уже вовсю восстанавливает организм. Так что еще несколько дней и снова буду в строю. Это несказанно обрадовало. Сейчас мне понадобятся силы. После этого разговор пошел о сыне. Акхер рассказал следующее: мой сын не просто ритаид, он следующая ступень эволюции расы ритаидов. Оказалось, что он спокойно мог переходить в трансформацию уже сейчас. Это произошло, когда Акхер брал анализ крови. Он проткнул иглой нежную кожу ребенка, а тот в свою очередь тут же трансформировался и, взбрыкнув, сломал иглу Акхера, что кусочек остался в его теле. Я тут же схватилась за сердце и бросилась к ребенку, но медик остановил возгласом, что она, игла, сама вышла из его тела. Как тело выводит яд, так и он взял и просто вывел этот кусочек из своего организма из того же пореза. Это была еще одна его особенность. Еще его температура тела подстраивалась под окружающее пространство. Если холодно, то кровь повышалась в температуре, и наоборот, если тепло, то кровь опускалась на несколько градусов. Как ребенок регулировал этот процесс было неясно, потому как соршен не мог его просканировать, как тогда с детским местом. А еще нежную кожу на ощупь теперь было невозможно пробить, как будто она твердела. Вроде трогаешь - мягко, а попробуй чуть нажать чем острым, и быстрее помнешь предмет. Это все несказанно радовало. Малыш сам себя защищал. Но мне казалось, что это еще не все открытия.
   Наконец, подошло время поговорить о насущной проблеме, а именно, о представителе Кхамаи, что решил доставить лорда домой. Нам нужно было решить, как сделать так, чтобы он не узнал обо мне и сыне. Акхер поддержал меня в этом стремлении, так как теперь он не хотел бы, чтобы у него отняли его предметы для исследований и новых открытий, то бишь меня и сына. Сейчас его фанатичность работе меня радовала. Я выдвинула свое предложение. Согласно ему Акхер подальше отсылает гарем Дантарра, чтобы никто из девушек не могли проболтаться обо мне ненароком. На это время набираем других наложниц. Всем мальхам внушаем, что нельзя даже мимолетом проговориться обо мне. Нас закрывают в отдельном крыле подальше, приставляют отдельных мальхов. Перед крылом требовалось разместить установку по очистке от запахов, чтобы любой выходящий подвергался обработке. И сделать это надо было в рекордные сроки, поэтому тут же выбрали сектор и направили запрос на работы по установке. Для девушек заказали транспорт до летней резиденции лорда, которая находилась в нескольких часах пути на отдельном острове. Вместе с ними решили отправить нескольких мальхов и охрану из аздов. Отослали туда все инструкции для следящих за домом. Они должны были приготовить все к их прилету. Слава Богу, Акхер обладал такими полномочиями, как доверенное лицо.
   А дальше было два дня ожидания и бесконечная трата нервов. Еле успели все организовать. Я была на взводе, ожидая своего любимого. Как он там? Все ли нормально? Последние новости, которые мне сообщил Акхер, были о том, что флот влетел в нашу солнечную систему. Что ж, теперь пора сыграть на 'бис' для одного зрителя!
   Целый день ожидания, а вечером получила короткое сообщение от медика, что, наконец, Дантарр прибыл. Сердце пустилось вскачь. Скоро, очень скоро! Я увижу его, отдам своего сына в его заботливые руки.
   Специально для меня Акхер настроил свой галос на видеосвязь с моим. Таким образом, я могла наблюдать за происходящим, не выходя из комнаты.
   Вот опустились несколько сверков, из которых вышли несколько ритаидов-аздов. Они выстроились в коридор. И наконец, я увидела его. Мой лорд стремительной поступью вышел изсверка, окинув всех присутствующих взглядом, зацепился за Акхера, задал безмолвный вопрос. Тот еле заметно качнул в сторону головой, давая отрицательный ответ. Облегчение скользнуло в глазах лорда. Следом за ним еще более величественно выплыл представитель Кхамаи со своими хассами.
   Странные чувства охватили меня при взгляде на этого ритаида. Я видела его во второй раз в жизни, но он чем-то задел меня. Своим властным взглядом ли или, может, чертами лица. Он, казалось, был искусным творением лучшего скульптура. Золотые волосы спадали каскадом на плечи, высокие скулы, тонкие губы, глаза цвета небесной голубизны, широкий разворот плеч и узкая талия, подтянутые бедра. Я не могла не признаться, хотя бы себе, что данный индивид был мне привлекателен. Он вызывал одним своим видом легкое томление в теле.
   Первое мгновение от облегчения при виде моего любимого я даже не обратила внимание на его внешний вид. И только сейчас, присмотревшись, заметила грубый шрам, что пересекал его правую скулу. Странно, но этот шрам его нисколько не портил. Наоборот, он придавал больше мужественности ему. Тут же в кончиках пальцев закололо, захотелось прикоснуться, пройтись по скуле, в уголок рта, провести по нижней губе. Фантазия рисовала различное продолжение такого будущего.
   За своими грезами я пропустила момент приветствия и размещения гостей. Акхер прервал видеосвязь. Я осталась одна со своим малышом и парой мальхов, что помогали мне. К слову сказать, уже на третий день после родов я чувствовала себя более менее. Правда женский недуг все еще очищал организм. Это должно было продлиться по прогнозам Акхера еще недельку-другую. Кормление уже не было настолько болезненно, а даже, наоборот, вызывало приятные ощущения. Вообще, малыш был самым лучшим и прекрасным, может это я, как мать, так считала, но он был идеален. Когда малыш впервые на меня посмотрел моими же глазами, я на несколько минут просто выпала из реальности. Абсолютное счастье и умиление поселилось на моем лице, а улыбка не сходила с губ. Мой мальчик, мой самый любимый мужчина, даже Дан потеснился на следующую ступеньку на этом пьедестале. Теперь вся моя жизнь только для него, для них, моих мужчин.
   Отрешится от своих мыслей решила под душем, дав наставление мальхам следить за покоем малыша. Пробыла там около часа, смывая все тревоги. Когда вышла, застала картину маслом: Дантарр, зависший над кроватью малыша.
   -Дан...,- один взгляд глаза в глаза и он уже рядом, подхватывает меня на руки и кружит. А потом прижимает к себе крепко и целует не останавливаясь. И плевать ему уже было, что полотенце слетело, а рядом мальхи, что следят за ребенком. Этот вихрь эмоций никак не мог прийти в себя. Все целовал и целовал. Когда воздуха стало не хватать в легких, начала вырываться. Только после этого отпустил из плена своих губ, прижался к влажной макушке волос, проурчал на своем непонятном языке и, наконец, взяв под контроль себя смог хоть что-то вымолвить. И первыми словами были: 'Я так люблю тебя'. Глупому женскому сердцу большего и не надо для счастья.
   Он провел у меня в комнате чуть ли не полдня. Если б не Кхамаи, имя которого я так и не удосужилась спросить, боясь навлечь необоснованную ревность моего зверя, инстинкты которого еще более обострились в связи с неожиданным отцовством, то не покидал бы вовсе меня. Я бы и сама не отпустила. Он сидел, прижимая меня к себе, периодически целуя то в плечо, то в шейку. Он очень хотел меня, о чем говорила жесткость, что неудобно упиралась в область нижней части спины. Лишние килограммы, что не успели, естественно, уйти за столь короткий промежуток времени, лишь подстегивали его к тому, чтобы лишний раз их прощупать. Его чем-то даже это привлекало. На это оставалось только хмыкнуть. Все чаще приходилось шутливо щелкать по протянутой в очередной раз к моим верхним девяносто конечности. Я тоже очень соскучилась по нему, но недомогание не позволяло сейчас же наброситься на него, а потому я решилась на иное.
   Когда в очередной раз он прихватил полную молока грудь и слегка сжал, чем вызвал обильное выделение белой жидкости, я развернулась и впилась ему в губы. Он ответил со всей страстью, что скопилась за время вынужденного нахождения вдали. Руки гуляли по телу, я отвечала со всей взаимностью.
   -Я не смогу сдержаться,- еле прохрипел сквозь поцелуи.
   -Я знаю. Поверь мне, я доставлю тебе удовольствие, только доверься мне, мой лорд.
   Он застонал, предвкушая наслаждение. Мы ласкали друг друга, потихоньку оголяя наши тела, сливаясь в медленном танце тел. Вот я его перевернула на спину и, прокладывая дорожку поцелуев по центру, спускалась все ниже. Миновала пупок, на котором задержалась ненадолго и спустилась ниже к средоточию его мужественности. Его боевая готовность поражала воображение. Это орудие любви было прекрасно: большой, толстый с синими тугими прожилками вен, головка, большая и раскрытая с капелькой смазки. Я недолго думая обхватила его и провела рукой снизу вверх и обратно, при этом в конце размазав большим пальцем капельку по уздечке. Его стон был медом для ушей. В то время как моя рука прошлась снова по стволу, язычком я приникла к области вокруг органа. Пройдясь вокруг и обхватив губами одно яичко, слегка пососала его, потом выпустила и проделала подобную процедуру с другим. Все это время моя рука не останавливалась, лаская его орган. Дан в это время вцепился когтями в кровать, раздирая желейную массу. Наконец, я приникла губами к головке и слизнула очередную капельку. Дантарр как с цепи сорвался. Он обхватил мою голову руками и до основания ввел свое достоинство в мой рот, а потом, опомнившись, выпустил. Откашлявшись с трудом, решила, что лучше привязать его руки во избежание, так сказать. Он не был против, наоборот, сверкал глазами в предвкушении. Дальше я заставила его помучиться из-за его поступка: доводила почти до конца и прерывалась. Он уже рычал от желания. Я так доводила его трижды, но в итоге сжалилась и позволила завершить начатое. Я попробовала вкус моего великолепного зверя, а он получил несравненное удовольствие.
   После водных процедур он, наконец, смог взять малыша на руки, так как тот только проснулся. Дантарр завис с ним в руках, воркуя на своем.
   -Мой сын, мой наследник. Имя тебе Каллидар, возрожденный,- и запечатлел родительский поцелуй в лоб.
   С большой неохотой он покидал мои нынешние покои, чтобы вернуться к своему высокому гостю. Напоследок обняла его, провела пальчиком по шраму, что теперь навечно украшал его лицо. Даже с его регенерацией невозможно было залечить полностью этот росчерк на идеальном лице.
   -Не нравлюсь?- нахмурился.
   -Наоборот,- улыбнулась.- Меня он безумно заводит.
   Пиявкой приникла к губам и снова попыталась его раздеть. Мягко отстранил:
   -Я не смогу уйти, если ты еще предпримешь что-то подобное, а у нас там 'проблема' ожидает меня пред свои очи. Обещаю, что как только разберусь с 'этим', мы вернемся к начатому, моя сладкая сонаи.
   Вздохнула, но отпустила. Куда ж деваться? Но уже ночью сквозь сон почувствовала, как меня тихонько обхватили, перекладывая голову на плечо. Проказник!
  
   Несколько дней Аланис, так звали представителя Кхамаи, провел в нашем доме. Все это время я была как на иголках. Я все представляла что будет если вдруг он узнает обо мне, о сыне, что будет с Даном. Но вот настало время, когда он должен был покинуть нашу гостеприимную систему. Все время нахождения гостя здесь, он пользовался ежедневно услугами гарема лорда, меняя любовниц. Ни одна более одного раза не провела в его постели. И хоть с Акхером мы подбирали подходящих девушек в ускоренном темпе, но выбрали из самых красивых. Поэтому Аланису они пришлись по душе, но, видимо, не смогли удовлетворить полностью, раз он поменял их всех, да еще и посоветовал Дантаррупочащеучить их удовлетворять мужчину. Тот на едкое замечание лишь едва улыбнулся, что не осталось не замеченным. Что именно подумал об этом Аланис, осталось неизвестным. Видимо, он решил, что Дантарр довольствуется тем, что есть. Все это Дан рассказывал мне на ушко, лаская в очередной раз мою налитую грудь.
   -Представляешь, моя прекрасная сильвэ, он посочувствовал мне. Мне же можно было лишь посочувствовать ему, потому что во всей империи он не сыщет такую как ты. Такую, которая не просто удовлетворяет, а не дает остыть чувствам, никаким. Я сижу на собрании и решаю проблему по доставке мяса завсов, а мысли лишь о том, как прекрасно между твоих ножек было в последний раз, как влажно, узко. Как туго ты обхватывала мой орган изнутри и стонала мое имя. А главное, больше никто и никогда не почувствует того, что я чувствую всякий раз, находясь рядом с тобою. И даже когда вдали. Им не познать ту тоску, что испытываю я, когда ты находишься за тысячи километров от меня.
  
   Аланис
  
   Сегодня вечером после ужина я планировал покинуть Рихасс для возвращения в свою империю. Напоследок решил прогуляться по дому Дантарра. Тем интереснее было натолкнуться в одном из коридоров на хозяина дома, направляющегося в дальний конец, где обычно обитала прислуга. Я ради интереса решил проследить,куда это лорд направляется, вызвав природную маскировку, что присуща всем представителям Кхамаи. Больше всего удивился, увидев установку по очистке от запахов перед одной из комнат. Все интереснее и интереснее. Перед дверью стояла пара хассов. Что же за секреты ты хранишь, черный лорд?
   Он долго не выходил. Я уже даже заскучал и решил вернуться, как вдруг двери установки распахнулись, и оттуда вышел Дантарр собственной персоной с парой мальхов. Один нес поднос с грязной посудой на две персоны. На секунду я почувствовал необычайно вкусный аромат в воздухе, но тот тут же растворился. Я чуть разочарованно не выдохнул, только в последний момент себя остановил - меня могли услышать. Что ж посмотрим, что ты скажешь, если я задам прямой вопрос об этом месте.
  
   Ужин был добротным, и Дантарр предельно вежлив. Это снова наводило на мысли, что он пытается быстрее выгнать меня отсюда.
   -Лорд Дантарр, позволь узнать у тебя кое-что. Сегодня, гуляя по твоему дому, я случайно наткнулся на необычную комнату, перед которой стояла установка по устранению запахов. Что это?
   Ни один мускул не дрогнул на его лице, будто ничего и не происходит тут странного.
   - Конечно, тар Аланис. Это всего лишь лаборатория Акхера. Ты же в курсе безумной увлеченности наукой моего ученого. Недавно там он проводил эксперимент с афродизиаком, был небольшой взрыв, вследствие чего, все кто его чувствовал, плохо контролировали свои инстинкты. Вот сейчас переводим ее в комнату для мальхов. Осталось только очистить полностью от запахов.
   - Хмм, я бы хотел тоже посмотреть ее. Так сказать, прочувствовать все оттенки нового средства, - ухмыльнулся про себя. Сейчас я все твои секреты узнаю.
   - Как пожелаешь.
   Спустя пять минут мы уже двигались по направлению к той комнате. Очистились в установке от запахов, и лорд рывком открыл дверь передо мной. В первый же момент меня захватил шлейф аромата, что пропитал всю комнату. Вдохнул полной грудью и тут же голова закружилась. Перед глазами словно помутнело, и я уже представлял, что в моих руках прекрасная дева, что отзывается на мои ласки со всей нежностью. Тут же половой орган налился силой.
   -Как ты справляешься с этим?
   Дантарр ехидно улыбался.
   -Я привык к нему. Все же не впервые здесь нахожусь. Если хочешь, то можешь остаться на ночь тут. Я приведу тебе любую девушку из моегоасси-ше.
   -Нет, - получилось хрипло и как-то просяще,- я уже сообщил, что сегодня выдвинусь обратно. Но я был бы не прочь получить образец этого средства.
   -Увы, но все что было - взорвалось, а новый Акхер создавать отказывается, но ты можешь взять любой предмет, что находится здесь.
   Я взял маленькую подушку, что лежала с краю кровати, и поспешил выйти. Голова все еще кружилась от запаха, что остался на мне и на той самой подушке. Решил, что подушку я запакую в сохраняющий пакет, а сам все же очистился от этого афродизиака. А то уже сложно было соображать- все мысли в одном направлении. Если б где-нибудь существовала такая девушка, то она неминуемо бы попала в его постель. Любым способом, но увы, это лишь препарат. Жаль.
   Спустя несколько часов корабль с Аланисом на борту и подушкой в его каюте покинул территорию Рихасской империи.
  
  
   Глава 9. Предательство.
  
   Фу! Еле пронесло. Везение - никак иначе. Когда в наши с сыном покои влетел взбудораженный Акхер и в двух словах объяснил что к чему, то я думала, что сойду с ума от той спешки, с какой мы собирали мои скудные пожитки, что не успели полностью перекочевать из моей настоящей комнаты.Прихватив сына, выскользнула из дверей и чуть ли не бегом бросилась за одним из мальхов. А Акхер в это время распылял какую-то субстанцию, что, видимо, перебивала запахи. Сердце билось, словно птица в силках. Никак не удавалось унять дрожь в руках и коленях. Я так боялась за сына, за его отца, за себя. Когда спустя пятнадцать минут ко мне ворвался Акхер, то я все же не смогла сдержать вскрик. Но рассмотрев гостя, выдохнула облегченно. Он в свою очередь рассказал, что все прошло удачно, и нас не раскрыли. После этой новости я уже не смогла оставаться на ногах. Напряжение было настолько глубоко, что когда наступило облегчение, я поняла насколько устала от последних событий: нервные переживания за любимого, роды, ожидание, что нас раскроют. Все сказалось на нервах. И теперь я с огромным усилием пыталась подняться с пола, куда осела, чтобы переместиться на кровать и переждать, пока несвоевременные гости покинут нашу систему.
   Дантарр пришел спустя где-то час. Первым делом принял с моих рук спящего сына, поцеловал его в лоб и уложил рядом со мною. Меня же притянул к себе и приласкал нежным поцелуем.
   -Вот и все любимая, вот и все. Теперь будет все хорошо,- и снова поцеловал, но теперь более требовательно.
   Оторвавшись слегка, вдохнул полной грудью. И выдохнул уже с каким-то горловым урчанием. Провел носом по скуле и зарылся им же в волосы, снова вдох.
   -Знаешь, твой запах меняется. Он становится еще более глубоким, более притягательным. Ммм, я думаю, что мне придется оградить тебя даже от Акхера, иначе не ручаюсь за себя.
   -Единственная страсть Акхера- это работа. А ко мне он привык. Не думаю, что я привлекаю его как женщина.
   -Может и так, но я не хотел бы лишиться такой хорошего специалиста, как Акхер. Он мне еще пригодится, когда будет следующих наследников принимать,- тут он улыбнулся.- Все же ему я доверяю больше, нежели кому еще. Но боюсь, что моему внутреннему зверю будет все равно, если он почувствует хоть каплю вожделения в твою сторону.
   -Как пожелаешь, мой лорд. Но послушай меня, дай ему шанс.
   -Я подумаю, обещаю.
   Тем же вечером я была в своей комнате и спала в объятиях Дантарра.
  
   Дантарр
  
   Тишина давила на уши. Ни одного сообщения за последние полчаса. Дав последнее распоряжение на седьмую планету, где выращивалась оросха, почти пшеница, по словам моей девочки - странное название 'пшеница' - откинулся на спинку кресла. Привычно включился режим регенерации и восстановления покоя. Массаж, как именует его моя сонаи. Мда, сонаи, моя птичка. Месяц уже прошел с момента рождения Каллидара. Уже две недели я не выпускаю из постели Веронику. Как она меня еще терпит? Я ж такое вытворяю, что она с трудом веки поднимает для кормления. Странно все это, наши женщины никогда так не делают. Но мне нравится наблюдать за этим действом, а малышу вроде как ужасно нравится ее молоко, хотя, говоря откровенно, мне и самому нравится эта жирная белесая сладковатая жидкость, что течет из грудей. Но не об этом все. Прародители, я не могу ею насладиться. Мне иногда кажется, что я готов залюбить ее до потери сознания, причем не ее, потому как такое уже происходило, а моего. Одно воспоминание о ее запахе, о ее теле и в паху наливается тяжесть. Но, самое важное, наша связь крепнет. Теперь я как никогда чувствую ее желания и стараюсь исполнять все до единого. Воспоминания потоком хлынули в голову: вчерашняя ночь, и позавчерашняя, и до этого. Снова поднялось желание, которое, что ни день мучило все сильнее. Стоило переключиться от дел на одно единственное воспоминание. Хоть о ее улыбке или о пальчике, которым она вчера вела по животику сына, дабы заставить его улыбнуться. Ох, и силен он. Мой сын, моя гордость. Глаза мамины, и черты лица на Веронику схожи, а вот волосы мои, черные, как ночь, и кожа смуглая.
   Пришел сигнал на галос, выведя меня из размышлений и приятных воспоминаний. Акхер, наконец, пришел с отчетом. Подтвердил, и уже через пять минут тот вошел с консолью в руках, что передал мне.
   Я раскрыл и пробежался глазами. Многое, как и обычно, было не ясно.
   -Объясни.
   Акхер кивнул и приступил к объяснению записей.
   -Итак, последние исследования показали, что, как нам уже известно, кровь и запах Вероники на нас действует как афродизиак. Если первоначально это было легкое воздействие, то после ее мутации он начал усиливаться. Сейчас же, после родов, в ее организме гормональный взрыв, потому это еще более усиленно воздействует на самцов нашей расы. Убрать или изменить что-либо невозможно. Либо она сама научится подавлять эти секреты, либо так и будет привлекать всех ритаидов империи. Если кто узнает о Веронике, то считай, будет война. Это первое. Далее, она при высоком желании спаривания, не просто желания, а именно готовности к спариванию, изменяется под воздействием призыва твоего зверя. То есть то, что ты рассказывал, что она изменилась, подстроилась под твоего трансформированного зверя - это все непроизвольная реакция ее второй недоразвитой сущности, ее зверя, что находится очень глубоко и никак по сути себя не проявляет, кроме как вот таким вот способом. Все это делается лишь для продолжения рода. Говоря иначе, повторно она станет такой, только когда снова будет готова спариться для продолжения рода, забеременеть, и только когда ее призовет твой зверь, который захочет снова потомства. Вот такие сложности. В обычное время она сможет разве что, коготки выпустить да при сильных эмоциях глазки изменить. Это второй момент. По поводу Каллидара ничего конкретного сказать не могу, так как соответствующего прибора я так и не могу создать. Собственно вкратце это все.
   Мда, есть над чем подумать. Неприятно кольнул момент, при котором в случае если кто узнает о ней, то будет война. Только этого мне и не хватало. Хмм, если же узнают те, кто так стремительно нападал на нас, а сейчас похоже ожидают нового момента, то...Этого не должно случиться! Но что же делать? Закрыть в золотой клетке, как говорит Вероника? Но тут же отмахнулся, если надо будет, закрою.
  
   Детский плач разбудил меня, заставив выплыть из сладких грез, в которых я прибывала после бурной ночи проведенной с лордом рихасской системы. Потянулась, сбрасывая сонную негу, и выскользнула из постели к кроватке сына. Мой ласковый малыш снова проголодался. Легко подхватила хрупкое тельце и поднесла к груди. Он тут же присосался, а я запела колыбельную, что помнила еще из своего детства. Ее еще в программе 'Спокойной ночи, малыши!' запускали:
  
   Спят усталые игрушки, книжки спят,
   Одеяла и подушки ждут ребят.
   Даже сказка спать ложится,
   Чтобы ночью нам присниться.
   Ты ей пожелай: "Баю-бай!"
   В сказке можно покататься на луне
   И по радуге промчаться на коне,
   Со слоненком подружиться
   И поймать перо Жар-птицы.
   Глазки закрывай! Баю-бай!
   Обязательно по дому в этот час
   Тихо-тихо ходит Дрёма возле нас.
   За окошком все темнее,
   Утро ночи мудренее,
   Глазки закрывай! Баю-бай!
   Баю-бай, должны все люди ночью спать.
   Баю-баю, завтра будет день опять.
   За день мы устали очень,
   Скажем всем: "Спокойной ночи!"
   Глазки закрывай! Баю-бай!
  
   Сыночек, причмокивая, уже закрыл глаза и переносился в царство Морфея. Тихонько переложила в колыбельку, поцеловала его ручку и, умилившись снова своему чуду, выпорхнула в душевую приводить себя в порядок. Сегодня я намеревалась упросить Дантарра отпустить меня в асси-ше. Очень хотелось увидеть Алишу, поболтать с ней, узнать последние новости и вообще выйти хоть куда-нибудь, кроме этой опостылевшей комнаты. Как в клетке! Словно собачка на привязи. Туда не ходи, это не делай, а я ведь живой человек. Ну, почти человек... Мне тоже хочется общения с кем-то помимо Дантарра, Акхера и мальхов. К тому же я ненадолго, всего пару часов. Сыночек в это время будет спать.
   Быстро поев, набрала по галосу Дантарра. Он тут же ответил, забросав меня вопросами: 'Сладкая, что случилось? Тебе что-то понадобилось? Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь с Каллидаром?'. Тут же успокоила его, что все в порядке, просто соскучилась, и, смущенно добавила, еще хотела поговорить. Через двадцать минут он уже выслушивал мою просьбу и доводы в пользу моей прогулки в асси-ше.
   -В прошлый раз, это не помешало одной из девушек тебя чуть не убить!
   -Но Дан, прошу тебя, они же уже все поняли и больше никто не осмелиться поступить подобным образом. Я же не могу быть все время только тут. Я так с ума сойду в четырех стенах. К тому же, хассы будут со мной и проверят мою еду. Пожалуйста, лорд моего сердца. Я понимаю, что ты беспокоишься, но ты даже не представляешь, каково сидеть тут целый день.
   Я надула губки и чуть не заплакала от обиды. Он сжалился и, приставив охрану, разрешил на два часа покинуть покои. Летела окрыленная по коридорам, пока не достигла главного зала асси-ше. Остановилась только перед дверьми, сделала глубокий вдох, как перед прыжком в воду, и резко открыла. Все тот же зал, те же девушки, которые сразу же прекратили разговоры и уставились на меня немигающим взглядом. Смотрели по разному, кто удивленно, кто настороженно, а кто с ненавистью. Единственная, кто радовалась мне, так это Алиша. Она, увидев меня, тут же взвизгнула и ринулась обниматься. Мы с ней были так рады видеть друг друга, что с минуту просто, словно маленькие девочки, подпрыгивали и наперебой что-то говорили друг другу. А потом уселись на свое привычное место и привычно начали судачить. Хассы тенью двигались за мной. Так прошел весь мой день, а за ним другой. И так далее. Хоть что-то изменилось в моей жизни. Я ждала этих перемен, но в итоге получила такие, что лучше бы сидела в комнате не высовываясь.
   В тот день я как обычно спустилась в асси-ше. Все девушки привычно сидели на местах. Я общалась с Алишей, обсуждая всякие женские мелочи, когда к нам решила подойти Нхара. Она в привычной своей язвительной манере решила пообщаться со мной. Я ее снова холодно и достойно 'отбрила'. Даже это было теперь привычно и даже вызывало приятное чувство наполненности жизни. Напоследок она схватила меня за руку, слегка оцарапав ногтем, но эти поползновения тут же пресекли хассы, что она ничего не успела сказать, как была отконвоирована к двери в зал и выдворена за его пределы, что не могло не удовлетворить мое женское самолюбие. Лорд очень заботится о моей безопасности.Прекрасно проведя время, вернулась к себе. Я чувствовала небольшую слабость и сонливость. Сыночек до сих пор спал, поэтому я тоже решила прилечь отдохнуть.
   Проснулась от непонятного шевеления и шорохов. Продрала глаза и ужаснулась. У колыбели было чудовище неизвестного мне происхождения, что тянуло свои щупальца к сыну. Страх за сына парализовал меня, сердце гулко отстукивало дробь. Когда прозвучал плач ребенка, я отошла от оцепенения. Быстро осматриваясь по сторонам, выискивала, чем бы отвлечь от Каллидара монстра. На тот момент соображать толком я была не в состоянии. Все мысли занимало спасение моего чадо, что был уже в щупальцах этой гадости. На глаза попался нож, которым я разделывала пищу и подзабыла отдать мальхам в прошлый раз. Я как можно тише спустилась с кровати, но неаккуратно задела стоящий рядом стул, что проскрипел по полу, чем привлек внимание чудовища. Он резко развернулся, все его щупальца зашевелились, дикие звуки издавались из его пасти. Я замерла не в силах сдвинуться с места и с очевидным страхом в глазах. Тот снова издал ужасный звук и отвернулся, кладя сына в его постельку. Воспользовавшись моментом, я метнулась по направлению к ножу, схватила его и, не думая, снедаемая лишь страхом за ребенка, бросилась на монстра. Я успела его поранить, прежде чем потерять сознание от столкновения со стеной. Последняя мысль была о сыне. Даже Дантарр отошел на второй план.
   Пришла в себя в привычной палате. Хмм, скоро станет родной такими темпами. Хотела приподняться и...не смогла. Что? Я привязана? Что опять происходит?
   Я лежала и сходила с ума от беспокойства за сына, от незнания ситуации, от своего положения. Хотелось пить и в уборную. Сколько прошло времени, я не знала. Лежала и прокручивала воспоминания о случившемся, и страх и ужас снова накатывали на меня волнами. Наконец, открылась дверь и вошел Акхер. Он сразу увидел, что я не сплю.
   -Приветствую, ассири. Как ты себя чувствуешь?
   -Спасибо, относительно хорошо. Акхер, что с моим сыном? С ним все в порядке? То чудовище, что вы с ним сделали? И почему я привязана?
   -С наследником все в порядке. Ты сказала чудовище?
   -Да, то огромное, мерзкое, с щупальцами.
   -Так вот что ты видела...Хмм...
   Акхер впал в мыслительный процесс, а обычно это надолго, поэтому я решила его поторопить с моим освобождением.
   -Акхер, отвяжи меня пожалуйста.
   -Увы, Вероника, это невозможно.
   -Что?
   -Распоряжение Дантарра было четким.
   -Так набери ему, я сама с ним поговорю.
   Акхер как-то обреченно вздохну, но выполнил просьбу.
   -Ты не вовремя.
   -Она проснулась.
   Молчание было ему ответом, а потом:
   -Сейчас буду.
   Спустя небольшое количество времени, открылась дверь, впустив лорда.
   -Здравствуй, Вероника,- холодно, отстраненно.
   -Дантарр, что происходит? Почему я связана. Акхер сказал, что это твое распоряжение.
   -Да, это так.
   -Почему?
   -Ты напала на меня вчера.
   -Что??? Это невозможно. Там было чудовище...монстр держал Каллидара в руках, тебя не было.
   -Тем не менее это так. Я не знаю, что именно случилось с твоим рассудком, что ты решила, что я опасен нашему сыну, моему наследнику.
   -Нет, нет...Это был не ты. Это был монстр, огромное чудовище, с множеством склизких щупалец.
   -Акхер провел исследование твоего организма. Ничего не было выявлено, кроме активной мозговой деятельности, - он словно не слышал меня. - И мы решили....я решил, что тебя стоит временно изолировать. На несколько месяцев, отдохнуть...
   -Что?
   -Ты полетишь в отдаленный сектор, что практически на границе с рихасской империей, рядом с Весстарией. Там хорошо, тепло, прекрасный климат и природа. Там о тебе позаботятся.
   -Что? Ты решил избавиться от меня?
   -Это для твоего же блага и для блага наследника. Ты ранила меня, а могла ранить его, тебе могло показаться, что это он монстр.
   -Мне не показалось, это было реально, я не ненормальная, я не шизофреничка! Слышишь! Я не больна! Ты не можешь просто взять и отправить меня куда-то, выставить вон. Это мой сын тоже.
   -Не надо ухудшать свое положение. Будет так, как я сказал. И ты выполнишь его, женщина.
   -Женщина? Женщ-щина??? Вот так вот просто, женщина? Куда же делась твоя любовь, Дантарр? Теперь я обезличена, да? Просто женщ-щина... Даже не Вероника.
   -Мне жаль.
   -Жаль? И это все , что ты можешь мне сказать? Тебе жаль...Ты не можешь поступить так со мной! С нами...
   -Ты никто здесь. И не тебе...
   Он что-то говорил еще, но я не слышала его. Никто. Никто. Никто. Это слово звучало набатом. Ты никто здесь. Вот и все. Вот и вся любовь тебе, Вероника. Получи и распишись. Просто женщина, одна из многих. Одна из. Никто. Пустое место, нет, пустое обезличенное место. Боль, вот она, родимая, запоздало как-то. Нет, не физическая от множества часов лежания без возможности разворота, а та, тупая, ноющая боль в груди, где расположено глупое женское сердце. Вот и закончилась твоя счастливая сказка. Закончился огонь в душе, что горел так ярко, его затушили одним залпом, одним словом. Никто. Осталась выжженная земля, пепелище. Ничто теперь не взойдет тут еще очень-очень долго.
   Я подняла глаза, что были закрыты с того момента, как он произнес те три слова. И одного взгляда Дантарра хватило, чтобы он запнулся на полуслове и замолк. Ты предал меня, нашу любовь, мое доверие. Да будет так.
   -Когда-нибудь ты узнаешь правду о том, что именно здесь произошло, но будет поздно. Уже сейчас поздно. А теперь я хочу побыть одна, - и закрыла глаза, чтобы сдержаться и не пролить ни единой слезинки, много чести будет, показывать ему свою слабость.
   Я слышала, как он встал и вышел из палаты, не сказав ни слова. Дальше со вздохом Акхер покинул меня, прежде отвязав меня от постели. Через какое-то время я смогла подняться и пойти в душевую, где еще очень долгое время вздрагивала от пережитой истерики, глотая остатки слез.
   Признаюсь честно, отошла я не скоро. Но, выйдя из душа, обнаружила уже остывший обед на столе и сменную одежду для полета. Уже? Быстро же он. Слез уже не было, была только усталость. Я оделась, поела, а потом пришел Акхер.
   -Готова? Это хорошо. Ты вылетаешь уже через час. У тебя есть немного времени для прощания с сыном под присмотром хассов.
   Прощание с сыном вышло тяжелое. Я никак не могла успокоиться, плакала и целовала моего малыша. Он, чувствуя мое состояние, тоже плакал и хватал меня своими крохотными ручками, пытаясь удержать. Было такое чувство, что меня ножом режут, причем так, будто смакуют.Я все приговаривала, как люблю его, чтобы он это всегда знал, чтобы не забывал меня. И он словно все понимал, потому что смотрел на меня такими разумными глазками. Меня буквально отрывали от него тисками, вырывая малыша из рук. Даже Акхер не смог вынести эту сцену, покинув помещение, а Дантарр и вовсе не появился. Трус.Какой же трус! Что сложно смотреть на дело рук своих, на женские слезы, на боль, что принес?
   И вот я уже в ангаре, где стоял сверк. В этот раз он присутствовал. Наше прощание было своеобразным.
   -Вероника,- отчаяние, боль в глазах, раскаяние и...решимость, вера в правильности поступка.
   -Тшш,- приложила палец ко рту, чтобы помолчал, провела кончиком отросшего когтя по нижней губе, а потом просто приникла в страстном, отчаянном поцелуе к его губам, что дарили так много ласк, вложила в этот поцелуй все свои чувства, что были на душе. Любовь, боль, страх, ненависть, страсть, бессилие, горечь потери- это был великолепный коктейль эмоций, что как цунами обрушился на него, ведь наша связь окрепла. - Ты будешь помнить меня, душа моя. Никто и никогда не сможет заменить меня. Никого и никогда ты не будешь так хотеть, как меня. Я буду твоим наваждением, твоим сумасшествием, твоим персональным адом, днем и ночью, в любое время суток, и в любом месте. Ты будешь любить лишь меня, и больше всего на свете ты будешь ненавидеть за это себя. Запомни мои слова, моя любовь.
   А потом развернулась и прошла в сверк. Меня встретило знакомое лицо при входе, это был Миршесс. Ему я была искренне рада, поэтому послала легкую улыбку и кивок в знак приветствия. Также там присутствовала пара хассов, что видимо стали моей персональной охраной, потому как конвоировали меня до каюты вместе с Миршессом, и несколько членов экипажа корабля. У всех ящеров, кроме хассов, в носу были странные приспособления. Хмм, для фильтрации воздуха что ли? Посмотрите, все еще заботится. Ха, смешно.
   Миршесс привел меня в просторную каюту, где я, поблагодарив, тут же закрылась и, не раздеваясь, упала в кровать и уснула тревожным сном.
   Мне снова снился жуткий кошмар. Снилась Нхара, что кричала на меня в столовой, хватала меня, а я словно смеялась ей в лицо. Ненависть была в ее глазах, чистая, незамутненная ненависть. Вот она схватила меня за руку, с такой силой удерживая мою руку, что ее когти впились в кожу, оставляя синяки и даже поцарапав, вон капля крови выступила. 'Ты еще пожалеешь, тварь, что появилась тут. Он все равно будет моим, все будет моим'.
   Тяжело хрипя, проснулась. Сердце заходилось в бешеном ритме, волосы прилипли к лицу. Одежда сырая и не приятная. Решила ополоснуться, чтобы смыть приснившуюся жуть.Бе, даже тут эта 'змея' достает.
   Стоя под упругими струями теплой воды, снова вспоминала минувшие события.
   -...Ты не можешь поступить так со мной! С нами...
   -Ты никто здесь...
   Слезы бессилия брызнули из глаз, заставляя сотрясаться от нервной дрожи вмиг охладевшее тело. Сползла по стенке, даже не пытаясь сдержать рыдания. Мне это необходимо. Надо выплакать эту боль, это предательство сейчас, нежели потом оно превратиться в ненависть. Да, я всего лишь хрупкая женщина у которой забрали дитя. Мой мальчик, Каллидар, я так люблю тебя, солнце. Я обязательно вернусь к тебе мое солнце, я найду в себе силы. Дан же еще пожалеет о сделанном. Это не я буду в ногах его, а он будет молить о прощении.
   С такими намерениями я решительно смыла остатки пессимизма и отчаяния, помылась и вышла в комнату, где быстро оделась и заплела косу. А потом позвала по галосу Миршесса.
  
   Вот уже несколько дней полета я веду беседы с Миршессом. Он рассказывает обо всем сразу и ни о чем. Я узнала за это время, куда мы летим. То есть я узнала, что это за планета, какие животные там водятся, что за растения растут и вообще, чем богата эта планета. Он расписывал все в ярких красках. Ему явно доставляло удовольствие общаться со мной. Иногда я задавала довольно глупые вопросы, и тогда он подхихикивал надо мной, иногда слишком умные, и тогда он надолго задумывался над ними. А вообще он отвлекал своими разговорами и рассказами меня от действительности. Он не спрашивал, что произошло между мной и Дантарром, что меня сослали в ссылку, но я была уверенна, что этот вопрос не дает ему покоя. И однажды по секрету я ему сказала: 'Он слеп и глух, а я оказалась слишком наивна'. Ему, конечно же, эти слова ни о чем не сказали, а я сменила резко тему и больше к ней не возвращалась.
  
   -Завтра будем на месте, -начал разговор Миршесс, когда я почти закончила обед.- Тебе там понравится.
   Я скупо улыбнулась в ответ. Нет, Миршесс, не понравится, я точно знаю. Ведь там нет моей крохи. И нет его. Как бы я не хотела его ненавидеть за его поступок, но не могла. Я не могла простить ему его, это да, но не ненавидеть. Я все так же любила его, нежного и властного, грубого, жестокого, но в то же время ласкового, заботливого. И меня, по сути, он сослал обоснованно. По его мнению, я представляю опасность нашему сыну, именно поэтому я завтра буду там, где мне будет одиноко. Смогу ли смириться с этим? А он? Он сможет забыть все те ночи, что провели вместе? Как быстро забудется в объятиях своих асси? Кто будет греть его постель? Горькая усмешка вторила моим мыслям.
   Миршесс, в очередной раз заметив, что я ушла в себя, вздохнул и покинул помещение. А я не особо то и напрягалась по этому поводу. Мысли потекли лениво и текуче. Снова вспоминала недавнее прошлое. Не прошло и года, а такое ощущение, что вечность. Я давно не вспоминала родителей. Тот запах родного дома, когда заходишь домой, а тебя встречает собака по кличке Тыковка, потому что вся такая мелкая и рыжая, и умопомрачительный запах свежей выпечки. А потом ты идешь на кухню, а там мама склонилась над духовкой, переворачивая очередной раз пирог, чтобы не подгорел ненароком. На столе, покрытой белой скатертью, уже стоят румяные дымящиеся пирожки и чай в одинокой кружке, потому что мама никак не ожидала гостя в моем лице сегодня.
   -Мам...
   И тут меня выкидывает из стула, на котором я так и продолжала сидеть с момента ухода Миршесса. Больно ударившись о стол, со стоном сползаю на пол, а потом резко соскальзываю в бок по гладкому металлическому полу. И зацепиться то нечем. Сигнал тревоги разрывает мозг. Снова ударяюсь, только теперь о стену, потому что комнату накренило. На меня летит чашка, что стояла на тумбе, слава богу, уже пустая. А еще очень рада, что мебель у них привернута к полу. Это бесконечно радует, иначе пришибло меня бы уже. Спустя минуту комната снова вернулась в исходное положение, но корабль продолжает потряхивать. На нас напали? Скорее всего. Но кому это надо? Пираты? Возможно. Но ведь тут ничего ценного. В каюту врываются мои сопровождающие хассы. Тут же помогают взобраться на кровать и закрепиться ремнями, чтобы больше не сползать. Глаза начинает заливать. Прикладываю руку и понимаю, что это кровь. Да, неудачно ударилась о стол. А дальше происходит то, чего я никак не могла предположить. Я даже почувствовала это. Та самая волна, как будто через меня прошел легкий электрический ток, наверное с этим сравнимо. Хассы тоже почувствовали. Один спешно достает дополнительное одеяло. Второй бесцеремонно отцепляет ремни, и ложиться рядом, обхватывая меня. Я начинаю, естественно, возмущаться, на что мне сообщают, что если они не будут греть, то я умру через пять минут. Конечно же, после таких доводов пришлось заткнуться и впустить еще и второго в кровать, которую предварительно увеличили, нажав на кнопочки сбоку нее. Нашу идиллию нарушил еще один представитель, который вошел в каюту в облегающем костюме черного цвета с необычным шлемом слегка вытянутой формы, похожим на мотошлем. Это был Миршесс. В руках он держал второй комплект аналогичного костюма.
   - Надень, только быстро.
   Я вывернулась из одеял и принялась в спешном порядке натягивать на себя костюм. Я почувствовала себя водолазом в скафандре. Так сильно этот костюм облегал меня. Миршесс пробежался по мне взглядом и, наткнувшись на мой, смутился. Потом он велел мне лечь обратно, а сам прижался ко мне со спины. В другой ситуации я б, наверное, возмутилась этим, но увы не сейчас. Миршесс лежал и шумно дышал, а потом и вовсе снял шлем и фильтр и вдохнул полной грудью мой запах.
   -Напоследок, - прошептал он мне в ухо. А в каюте становилось все прохладнее, и вместе с этим очень сильно хотелось спать.
   Почему-то вспомнилась мамина колыбельная. Она, точно помню, была без слов, только мотив, под который я засыпала, пока была совсем маленькой. Тогда мне, безмятежному ребенку, это приносило покой. И сейчас, когда я медленно замерзала под двумя одеялами, с двух сторон прижатая телами хассов и Миршесса, в голове играл именно этот мотив. Словно похоронный марш. Я не боялась, совсем нет. Ведь все мы когда-нибудь покинем это бренное тело. О, уже и на философию потянуло! Растянула губы в улыбке, вследствие чего треснула губа и потекла кровь. Слизнула, металлический соленый вкус остался на языке. Стало еще холоднее, на ресницах появился иней. Из губ уже выдыхался парок. Жаль, я не смогу с моими любимыми попрощаться: прижать сыночка к груди и в последний раз поцеловать Дана.
   Снова тряхнуло, да так, что всю нашу честную компанию снесло с кровати. Это с одной стороны снесло напрочь всю сонливость, а с другой стало еще холоднее. Брр! Снова тряхнуло, корабль снова накренило, что-то где-то взорвалось на корабле. Ударившись очередной раз, потеряла сознание. Последняя мысль: 'Да сколько можно то? Так и без мозгов остаться можно'.
   Сколько пробыла в беспамятстве - не знаю, только приходила урывками в сознание. Вот вижу рядом с собою Миршесса, он что-то говорит, но я его не слышу. В голове гул, слышу словно через толщу воду. Снова отключилась. В следующий раз я приоткрываю с трудом глаза. Холодно. Я не чувствую ничего. Мою голову слегка придерживают и вливают несколько глотков воды. Кто это? Не понимаю. Снова падаю в беспамятство. В третий раз вижу людей в скафандрах, аналогичных тем, что надеты на мне и Миршессе. Они осматривают хассов, отрицающе качают головой, дальше Миршесс, он вроде как жив, потому что его поднимают и уносят. Вижу, как он слегка приоткрыл глаза, увидел меня, дернулся и обмяк, отключившись. Наконец, надо мной склоняется один из чужаков. Я не знаю кто это: друзья, враги - без разницы. А потом шлем, что был затемнен непроницаемой завесой, вдруг на глазах начинает светлеть, и я вижу лицо. Нет, даже не лицо - глаза. Они были насыщенно зеленого цвета. Я смотрела в них и даже не видела других черт лица. А потом вдруг резко кончились силы. Я медленно закрыла глаза и ушла в какой-то транс. Я слышала своё сердце, чувствовала его. Оно билось о стенки груди, замедляя свой бег, завершая свой жизненный цикл. Я знала, что делаю последние вздохи, а потом все, конец. Меня не будет больше в этом мире. Чувства остались где-то за пределами этого хрупкого тела. Тук-тук-тук. Вдох-выхох-вдох-выдох. Тук-тук. Тук. Тук. Тук. Тук. Почему? Тук. Почему я его слышу? Тук. Тук. Тук. Я не должна его слышать. Так не бывает. Тук. Не бывает. Я сплю? Да, я сплю. Вечным сном. Ведь так? Тук.
  
   Глава 10. В плену.
  
   'Гльк-брык-аг-др-пх'. Причудливые звуки издает мой мозг, однако. 'Бр-ых-т'. Посмеялась бы, да не могу. Или могу? Эм, нет, скорее нет, чем да. А собственно, я и не знаю. Я же ничего не чувствую. Только этот тупой 'тук'. Надоел невозможно! Как часы. Тук. Тук. Тук. Только редко, а может и часто. В моем состоянии странно даже то, что я сама с собою уже не знаю сколько времени общаюсь. Хотя почему бы и не пообщаться с умным человеком. Но...слишком долго уже общаюсь. Все обсудила, пожалуй. Даже глупый сон, что выдал мне мой мозг, обсудила. Пришла к выводу, что все мужики - сволочи! Вот даже во сне разлучил меня с моим крошкой. Но... Опять пресловутое 'но'. Так вот вернемся, уважаемый мозг, к обсуждению, не отвлекаемся на ерунду. 'Брах-т-ш-пли-р'. О, снова слуховые глюки! Чтоб их. Так вот, чертовски привлекательный мужик был, ну и что, что в огромную ящерицу превращается. Это даже плюс: только из хвоста можно было бы сделать пару сумок и сапожек. 'Трам-клю-тр'. Да сколько можно!Может послушать, а вдруг что новое услышу кроме раздельных звуков.
   -Да...пле...то...сдел...верн...нем...длен...ее...к жизни!
   Ого! Да тут на повышенных тонах общаются.
   -Я не...гу, она находит...ячке.
   Что-что? Повторите, пожалуйста, я не разобрала!
   -Как..й, к шакхам, спячке!
   -Ее орг...зм адапт...ся к понижен...тмосфере. Я ниче...не смо...у сделать, пока не проведу исследования! Она не дышит, но при этом остается жива. Когда-то изначальные обладали таким свойством организма. В особо неблагоприятное время они, чтобы выжить, впадали в спячку. Я изучал древние хроники наших прародителей. Видимо, она смогла адаптировать свой организм. Мне вообще неясно, что она из себя представляет. Из сообщения Нхары было мало что ясно. Она сообщила только, что это очень ценный груз для лорда Дантарра, и что его необходимо изолировать так, чтобы он не смог ее найти. Можно даже уничтожить, она не расстроится. Но я считаю, что ее надо изучить. Я ее ощущаю, как ритаидку, или очень схожую с нашим генотипом. Но все же она не совсем ритаидка.
   -Кто же? Эксперимент темного лорда? А может это бомба замедленного действия? Вдруг она очнется и уничтожит нас неизвестным вирусом? Или уже? Не просто так же на членах экипажа были фильтры для очистки воздуха, поступающего в организм.
   -Тогда мы уже заражены!
   - Да, не подумали. Но ее запах, он сводит меня с ума! Я хочу обладать ею. Это не нормально. Я не знаю, откуда она появилась, но я хочу знать, какой вред она может причинить нам. Пока не выясним, мы не вернемся на Ришасс. В крайнем случае, я оставил необходимый материал для взращивания наследника. А ты приступай к изучению. Что тебе понадобится?
   -Пока только ваша кровь, лорд Кенион.
   Ну что ж, милая Ника, могу тебя поздравить: ты жива!Ура-ура, бьем фанфары! Второй момент, ты не в коме, детка, и вовсе не сны тебе снятся о необычном мире сжгучими красавчиками, а очень даже реальные представители сего мира. Но тут еще один момент встает: ты, черт знает, где и, черт знает, с кем. А на Рихассе остался твой малыш. Убью! Как он посмел!!! Отправил подлечить несуществующее расстройство сознания. Я определенно слышала что-то о Нхаре. Тварь! Встречу-все космы повыдираю и личико подправлю. Она сдала нас. Кому? Ришасс, лорд Кенион. Господи, я на корабле врагов. Я не жилец, если они узнают, кто я. Или они уже знают? Что там было? Ценный груз лорда Дантарра. Черт!Ну, попадись мне на глаза.
   Медленно к телу возвращалась чувствительность. То ли из-за благоприятной среды, то ли еще по какой причине. Ауу!!! Больно же. В руку воткнули иглу, наверное, берут кровь на анализ. А у Акхера не так больно выходило. Совсем меня тут не ценят, но это временно. Вот узнают, почему я ценный груз, и все. Тогда наверняка закроют где-нибудь, и буду служить донором для разведения сильного потомства. Совсем отчаянные мысли полезли в голову. Нет, не позволю! С хрустом сломалась игла, что была воткнута в руку. Кусочек металла благополучно вместе с остатками крови, что вытекала из ранки, вышел наружу. Я это не видела, конечно же, только почувствовала. На самом деле, возможность двигаться вернулась ко мне, но я лежала смирно, будто нахожусь в беспамятстве. Изображала трупик, так сказать. Разве что, грудь начала вздыматься, заставляя легкие качать необходимый для жизни воздух. Так странно, я ощущала каждой клеточкой поступление кислорода в организм. Он словно заряжал меня жизнью, энергией.
   -Лорд Кенион, она приходит в себя.
   Уже настучал. Надо было еще 'поспать'. Сейчас прибежит, и снова меня начнут изучать, как 'неведому зверушку'. Грустно. И никакого покоя. Не хочу! Не хочу, не хочу, не хочу, я не буду снова подопытной! Возмущение росло, подогреваемое ненавистью, усталостью, отчаяньем, преобразовываясь в гнев. Ну все, я зла, ох, как я зла!
   -Шшшшш......Убрал от меня сссвои конеччносссти!
   Когти сами собой появились в нужный момент. Неизвестный ритаид отскочил от меня, как от прокаженной и встал в боевую стойку, переходя в боевую трансформацию. Доли секунд и передо мной застал в напряженной позе грозный белый зверь, который был совершенной копией стандартной боевой формы рядового азда, только кожа была совершенно белая с желтыми глазами, в которых нитка зрачка пристально следила за каждым моим движением.
   -Чччто вам от меня надо? Я не буду вашшшей подопытной!
   -Кто ты? Я не хочу причинять тебе боль, но буду вынужден, если ты не успокоишься.
   -И повредишшшь ценный груз лорда Дантарра! А не боишшшься, ччто он, когда узнает, уничтожжжит тебя и этот корабль?
   -Если бы ты была ценна для него, то он отослал бы с тобою более надежную охрану.
   -Можжет и так, но поверь мне, когда он узнает, кто именно меня похитил, то вам будет объявлена война!
   Я блефовала. Естественно, он не мог знать, где я. И я даже не была уверена, что я ему уже нужна, ведь основную функцию я выполнила: подарила ему наследника. Но терять мне было нечего. Не убьют же, в конце концов, раз спасли.
   Он медлил. Видимо, мои слова подействовали на него. Но тут открылась дверь, и вошел 'зеленоглазик' собственной персоной. Я отвлеклась на новое действующее лицо на долю секунд и потеряла бдительность. Первый бросился ко мне смытым движением и успел скрутить, но я все же вырвала руку и полоснула по его симпатичному личику своими 'ноготками'. Он взвыл и отпустил меня. Этого хватило, чтобы я вновь отпрыгнула в сторону и схватила тяжелую железку, что торчала у одного из приборов. Одним движением вырвала с корнем и выставила в защищающемся жесте перед собой. Русские не сдаются! За всем этим с изумлением наблюдал лорд Кенион, кажется, так его назвал этот с 'красивым' личиком. Ай я молодец, вон как льет!
   -Не подходите!!!
   -Ситар, объяснись. Что здесь происходит?- лорд обращался непосредственно к своему подчиненному, игнорируя меня.
   -Эта морхова личинка (прим., очень противное насекомое дальнего сектора Ришасской империи планеты Тахия. Насекомое, чтобы продолжить род, подсаживает свои яйца в тело живых существ, и личинки изнутри их съедают, когда вылупляются. Это приносит ужасную боль живому существу.) очнулась,и когда я попытался узнать о ее происхождении, то она пригрозила мне...нам войной, а потом пришли вы и я постарался захватить ее. Дальше вы видели произошедшее! Ты,- уже обращение ко мне,- я тебя не просто на опыты пущу, ты будешь молить прародителей о пощаде!
   -Это не тебе решать, Ситар!- неприкрытый гнев прозвучал в словах лорда Кениона.
   -Прошу простить, верного вам азда, мой лорд! Конечно же, это ваше право.
   Фу, как противно. Ненавижу таких прихвостней! Ох, чувствую, не подружимся мы с ним. Эх, а с Акхером было так просто.
   -Оставь нас!
   Ситар покинул нас. Тут взор Кениона обратился на меня. Если бы я рассматривала его как потенциального мужчину, то вполне могла бы влюбиться в такого, как этот лорд. Он был красив исключительно правильными чертами и пропорциями лица и тела. Прямой нос, четко очерченные губы и скулы, белоснежная кожа, что отливала жемчужными отсветами при определенном освещении. Если бы не сочные зеленые глаза, что смотрели так холодно и цинично, то он был бы идеалом не одной особы женского пола. В его красоте было что-то дьявольское, но именно эта его загадочность и порочность притягивала взгляд.
   Я была все еще насторожена и весьма нервно реагировала на любое резкое движение. Лорд это видел, но превосходство было на его стороне, поэтому он не считал нужным замедлять движения, дабы приглушить мое внимание и расположить меня к себе. Вот, еще один рогатый на мою голову! Этот даже не пытается быть милым. Он смело подошел ближе. Вызвал виртуальную консоль и создал два стула друг напротив друга.
   -Присаживайся, разговор будет, вероятно, долгим.
   Даже не поинтересовался моим состоянием, хочу ли я есть, пить, а я ведь очень хочу, словно неделю меня не кормили.
   Я настороженно подошла и присела на предложенное место. Он пристально рассматривал меня. Ощущение было такое, как будто под микроскопом рассматривают, как букашечку какую-то. Брр!
   -Как тебя зовут?
   -Вероника.
   Он смотрит, я смотрю. Война взглядов прямо.
   -Кто ты?
   Внутренне усмехнулась.
   -Ценный груз.
   Снова обмен взглядами.
   -А подробнее?! - больше требование, чем вопрос.
   -Мне нечего добавить.
   Я чувствовала: он начинал злиться.
   -Ты все равно расскажешь все, так или иначе. Так как ты желаешь: добровольно или под принуждением?
   Снова обмен взглядами. Можно ведь выдать ему полуправду.
   -Я любимая асси лорда Дантарра.
   -Продолжай.
   -Я не знаю, что именно вы хотите знать.
   -Называй меня лорд Кенион. Без посторонних можешь обращаться ко мне проще: лорд или тар Кенион. Итак, я хочу знать, как ты оказалась на том корабле.
   -Одна из наложниц, Нхара, отравила меня какой-то гадостью, вследствие чего у меня были галлюцинации, и я случайно ранила лорда Дантарра. Он же в свою очередь отослал меня.
   Слезы снова просились наружу, но я закусила изнутри щеку, чтобы отвлечься от внутренних переживаний. Помогло совсем немного, но этого хватило, чтобы взять себя в руки. Он что-то пробормотал себе под нос, вроде 'нашла, на кого тратить'. Его пристальный взор устремился в мою сторону.
   -Почему ты чувствуешься, как самка нашего вида, но все же ей не являешься?
   -Я дефектная...особь,- неуверенно пробормотала.
   Он прищурился, рассматривая меня снова с ног до головы.
   -Никогда не слышал, чтобы выращивали хасску. Этого еще ни разу не выходило. Как это вышло у Дантарра?- чувствуя мою неуверенность, резко добавил. - Отвечай!
   Я ощутимо вздрогнула.
   -Я н-не знаю,- слегка заикаясь от страха, ответила ему.
   Он раздумывал, снова осматривая меня. Да сколько можно уже? Я что, выставочный образец?
   -Раздевайся!
   Мне показалось, что я ослышалась.
   -Что?
   Гадкая ухмылка появилась на его лице.
   -Надо бы слух проверить. Наверное, остаточное явление после твоего...состояния. А раз так, то я повторю: раздевайся.
   Я впала в ступор. Открывала и закрывала рот, не имея возможности что-либо вымолвить в ответ. Он же лишь смотрел на меня прищуренным взглядом и оскалом на губах.
   И только я решилась выдать тираду ему в ответ, набрав побольше воздуха, как мне выдали:
   -Ты же асси, тебе не привыкать раздеваться. А я хоть посмотрю, что так сильно привлекло черного лорда Рихасской империи.
   И смотрит на меня взглядом голодного волка на ягненка. Я даже подавилась тем воздухом, что успела вобрать в себя. И самое главное, я ведь ничего не могу ему противопоставить. Если захочет, все равно все увидит. Отлично! Будет тебе представление. Хочешь узнать, чем привлекла? Подавись!
   А я ведь даже не обратила внимание на то, что на мне снова больничный балахон, и он наверняка уже все видел. Гад! Но черта с два я отступлю теперь. Развернулась спиной к нему и нарочито медленно начала приподнимать край подола вверх, ведя рукой по бедру. Я уже знала, что под этим балахоном нет нижнего белья. Все отняли. Ну ничего, я вам покажу, где раки зимуют. Дошла до ягодиц, слегка задержалась, буквально на долю секунд. Услышала сзади еле различимый судорожный вздох. Медленно продолжила оголяться. Я уже знала, что он прикипел взглядом к моей оголенной пятой точке. Любуйся дружок, будет что вспомнить на ночь. Резким движением освободилась от единственного предмета одежды на мне. Потом прикрыла глаза и развернулась, уже прямо глядя в зеленые очи очередного лорда. Да, ему явно приносило удовольствие то, что он видел перед собою. Восхищение и желание плескалось в его глазах. Только мне это не приносило ни радости, ни удовлетворения. Я все еще не отошла от предательства другого лорда, что дарил мне свою любовь по ночам. Вспомнила, и снова горечь пронзила меня. От масленого взгляда 'зеленоглазого' появилось отвращение. Весь мой взгляд говорил о том, как он мне противен. Всего пары мгновений мне потребовалось, чтобы скрыть это за безразличием. Но...он заметил. Все заметил, потому что он именно в это мгновение смотрел в мои глаза. Он разозлился, дикое раздражение промелькнуло в его образе. Вот он резко сжимает кулаки, черты лица заострились, он напряжен словно тетива лука, легкий скрип зубов. Но это все не важно. Я вдруг поняла, что совершенно его не боюсь, мне все равно. Совсем.
   -Ничего особенного, - отрывисто цедит он, и, резко развернувшись, покидает меня.
   А я, пригнувшись, поднимаю балахон и натягиваю обратно. 'Хоть бы покормили',- мелькает мысль. А сама на автомате уже ложусь в постель и засыпаю. Что-то устала я.
  
   Дантарр
  
   Прошло уже три месяца, как исчезла моя девочка. Что с ней? Где она? Жива ли?Я не понимаю своих ощущений. Такое ощущение, словно частичка меня потеряла себя. Я плохо сплю. Она приходит ко мне каждую ночь. Этот шёпот сводит меня с ума. 'Дантарр, любимый, зачем?'. Я не могу так больше, но и без этого сойду с ума окончательно. Поиски ничего не дали. И Миршесс, которого мы обнаружили на корабле в кобзо-капсуле, не дал конкретных ответов. Они были в энерго-костюмах, но таких по всей империи миллионы. Даже сам Миршесс был в таком же. И она, по его словам, тоже. Снова погрузился в последние воспоминания.
   - Не поступай так со мной...с нами.
   Я самый последний шакх! Как я так мог? Словно что нашло. Я так испугался за Калидарра. Я же видел безумный страх в ее глазах тогда. Почему не выслушал? Тогда это казалось единственно правильным решением, а сейчас...
   Налил очередную пиалу Вахрийского вина. Забыться, не помнить, не слышать, не чувствовать! 'Дан, мой лорд, люблю тебя'. Ррр-р.
   'Ты будешь помнить меня, душа моя. Никто и никогда не сможет заменить меня. Никого и никогда ты не будешь так хотеть, как меня. Я буду твоим наваждением, твоим сумасшествием, твоим персональным адом, днем и ночью, в любое время суток, и в любом месте. Ты будешь любить лишь меня, и больше всего на свете ты будешь ненавидеть за это себя. Запомни мои слова, моя любовь'.
   Выпив до дна, просто выкинул через плечо, не глядя. Схватил кувшин с остатком и приложился. Не помнить. 'Будешь любить лишь меня...и ненавидеть...себя'. Да, я ненавижу, как я себя ненавижу за слабость. Какой я лорд? Я не лорд, нет. Я самый плешивый шакх, мразь, грязь под ее ногами! Не стою ни одного ее волоска, моей сладкоголосой девочки. 'Кали, прости меня, мой мальчик!'
   -Добавить! - взревел раненным зверем.
   Услужливый мальх поставил очередной кувшин. Только приложился, как поступил сигнал на галос. Опять она! Как же не поймет, что не сможет заменить мне ее. Рост, глаза, жесткие волосы, запах, вкус- все не то. Не она. Отключил принятие сигналов от Нхары. Не хочу видеть ее, вообще никого не хочу видеть. Взял кувшин налил в новую пиалу. Еще один вечер из пресной нынешней жизни. Ее нет, и нет меня. Снова забыться, чтобы уже там, восне встретиться с ней. Слышать ее голос, чувствовать запах, держать ее хрупкое тело и слышать ее песню страсти. А утром снова уйти в дела, чтобы не было времениупиваться своей никчемностью и жалостью к себе. Это все на вечер...и ночь. И так изо дня в день.
  
   Меня знобило. Только сейчас поняла это. Слабость была во всем теле. Во рту пересохло, и голова необычайно тяжелая. Интересно, если я умру, кто-нибудь вообще будет горевать? Заставила себя подняться. Где-то тут должна быть открывающаяся панель, где я смогу получить воду. Где же она? О, вот тут. Дрожащими руками взяла стакан и выпила его. Потом наполнила еще один, потом еще. Выпив последние полстакана воды, смогла заставить себя дойти до постели и растянуться, завернувшись в одеяло. Меня била дрожь, зубы стучали друг о друга, выбивая чечетку. Да что за напасть снова? Простудилась? Бред! Я же не могу заболеть. Или могу? Не знаю. Но ничего хорошего это не предвещает. Через какое-то время стало жарко и вот я уже вся горю. Закрыла глаза, постаравшись уснуть. К тому же, слабость давала о себе знать.
   Снилась наша с Даном комната, где я провела не одну ночь. На гигантских размеров кровати я лежала в его объятиях.
   - Моя девочка, ты дрожишь. Что случилось?
   Я молчала. Что я могу ему сказать. Сейчас рядом со мной он, тот, кто забрал моего мальчика, кто так хладнокровно разорвал нашу связь.
   -Вероника, не молчи, умоляю. Что с тобою, любимая?
   Но с другой стороны это ведь сон, всего лишь мой сон. Так что я могу себе озволить маленькую слабость. Могу насладиться своим любимым.
   -Поцелуй меня, Дан!
   Он вглядывается в мои глаза, а потом ласково и нежно едва касается моих губ, проводит язычком сначала по нижней, а потом по верхней губе и прикусывает в конце слегка. Грудной стон вырывается у него и дальше он углубляет поцелуй, все больше захватывая территорию. Я тоже не остаюсь равнодушной к этому сладкому во всех отношениях поцелую. Страсть захватывает нас обоих, снося все обиды, непонимание, злость.
   -Моя девочка, моя сонаи, - шепчет мне в ухо и прикусывается мочку.Прокладывается дорожку нежных поцелуев по шее, дальше ласково облизнул впадинку между шеей и плечом. Отчаянный стон сорвался у меня с губ.
   -Дан, мне нужно больше, пожалуйста. Я хочу тебя всего. Пожалуйста!
   Ощутила поток прохладного воздуха, что шел от открытого окна балкона. Он прошелся освежающим глотком по разгоряченной коже.
   -Где ты, моя любовь?
   -Я тут, я рядом. Пожалуйста!
   -Ты мое наваждение, - шепчет уже в области животика, не забывая прикладываться к коже, словно к источнику с живой водой. Лихорадочные движения, дрожь его рук. Он словно тоже в лихорадке. Покусывает, посасывает, прихватывает губами и зубами слегка мою чувствительную кожу. Одна рука на груди, а другая чувственно ведет по внутренней части бедра. Его дыхание щекочет.
   -Моя сладкая боль, мое наказание....мое сумасшествие, что приходит каждую ночь. Моя...моя...
   -Дан,- срывающимся голосом вторю ему. Почему все так сложно? Нет...не сложно. Сейчас не сложно. Новый страстный стон срывается с губ. Люби меня, сейчас, немедленно. Мне так это нужно, моя любовь. Столько боли ты принес мне, но и столько подарил. Люби. И я тебя буду любить в это мгновение, ведь я могу себе это позволить хотя бы в подсознании. В этом кратком миге забытья, на грани реальности. Ведь там для меня все чуждо. Не ты, не наш дом.
   -Дан, прошу.
   Его грешный рот достает до казалось бы невозможных мест и новые грани открываются этому безумству. Поцелуй, новый, еще. Слова больше не нужны.
   Смелое движение внутрь и с его губ срывается рычание, а с моих проникновенный стон удовольствия. Глубокий поцелуй и дерзкий укус- он не дает мне достигнуть пика удовольствия, растягивая его. Я прижимаюсь к нему настолько тесно, словно стремясь слиться воедино. Выгибаюсь навстречу каждому толчку, доходя практически до оргазма. Почти, вот уже-уже. Прикрываю глаза, ожидая завершения, и меня резко выдергивает из сна:
   -Верони...- дикий рев на грани сознания и отчаянный взгляд.
   Резко открыла глаза. Проморгавшись от яркого света, бьющего по глазам, сосредоточила свой взор на злющей физиономии 'зеленоглазика', что сейчас метал молнии.
   -Кто он?- рычит.- Кто твой любовник, шакхова подстилка? Ты думала, что я не узнаю? Да ты вся провоняла им! Да, видимо, он еще рано утром имел тебя у меня под носом, но его легкий флер остался. Я чувствую его. Признавайся немедленно, кто здесь предал меня? Кто посмел?
   -О чем ты вообще?
   -Не делай вид, что не в курсе. Да, я не трогал тебя все это время, но это не говорит, что ты имеешь права удовлетворять свои низменные потребности в обществе другого самца. Или самцов? Сколько их? Скольких ты обслуживаешь в день, 'дорогая' моя асси?
   Это прозвучало настолько оскорбительно, что я, не думая, со всего маха залепила ему пощечину. Он не ожидал этого от меня, поэтому сначала уставился на меня удивленным взглядом, постепенно переходящим в бешенство. Только сейчас я поняла, что натворила. Страх сковал меня. Он же в это время схватил меня за горло и, стянув с моей кровати, припечатал к стене. В его глазах бушевал огонь. Я замерла перед этим 'хищником', боясь лишний раз дышать. Да и выходило это несколько сложно, учитывая его хватку. Он же минуту просто рассматривал меня, а потом впился в мои губы жестким, болезненным поцелуем. Он грубо сминал мои губы, кусал их до крови. Я вскрикнула ему в губы, и попыталась оттолкнуть, но куда там, проще гору сдвинуть. После очередного укуса, я слегка приоткрыла губы, чем он и воспользовался, проникнув в глубины моего рта. Его язык трансформировался в раздвоенный и исследовал новые территории. Его 'зверь' урчал от удовольствия, вторая рука обхватила нижние девяносто. Взвизгнула, принявшись еще яростнее отбиваться от его поползновений, но он словно не замечал моих трепыханий. Что же делать? Одинокая слеза скользнула из уголка глаза, протянувшись по щеке, и капнула на руку, что обхватила мою шею, не давая сдвинуться ни на шаг, твердо удерживая мою голову в одном зафиксированном положении. Его рука также давно трансформировалась, и сейчас его когти больно ранили мою нежную кожу. Сволочь! Все сволочи! Не-на-ви-жу! Мне понадобилось мгновение, чтобы трансформироваться и со всей дури оттолкнуть его от себя, распоров кожу его руки. Он, пролетев через всю комнату, ударился в противоположную стену. Шок и неверие отразилось в его глазах, а в следующее мгновение он с нечеловеческой скоростью оказался рядом со мной уже в боевом виде, скрутил меня в мгновение ока, прижимая к полу.
   -Ты, глупая самка, решила меня убить! Тебя для этого послали сюда? Нхара снюхалась с Дантарром? Отвечай!
   -Господи, как же вы меня достали, вы в печенках у меня уже все! Оставьте меня в покое! Кенион, я прошу тебя. Я глупая самка, ты сам сказал. Если бы ты меня не забрал с того корабля, то я давно бы была уже рядом с Дантрром и Ка... Просто оставь меня, прошу!
   Слезы потоком хлынули из глаз. Вся горечь, что копилась эти месяцы, изверглась сейчас. Да я показывала свою слабость при постороннем и потом пожалею об этом, но это будет потом. А сейчас у меня была истерика. Все месяцы, что меня исследовали, словно 'амебу' под микроскопом не прошли бесследно. Сколько литров крови я им отдала. Сколько боли испытала, пока их изверги-ученые ставили на мне эксперименты, приведшие только к тому, что они узнали, что я не ритаидка, а всего лишь полукровка, или типа того. Короче говоря, 'неведома зверушка' как была для них, так и осталась. И все! Больше ничего они вытянуть не смогли. И теперь, лежа на холодном полу, со скрученными руками, я просто упивалась жалостью к себе.
   Кенион неуверенно отпустил мои руки. Я же ничего практически не замечала. Молча он развернул меня к себе.
   -Прости,- через силу выдавил он и вышел из комнаты.
   Низ живота сводило от неудовлетворенного желания, отдаваясь болезненными спазмами, а душа была растоптана. За что мне все это?
  
   Кенион.
  
   Я ненавидел себя за эту слабость. Но еще я ненавидел ее. Я ненавидел ее за взгляд прекраснейших из глаз, которые с таким отвращением смотрят на меня. За ненависть, за боль, что отражалась в этих чистых озерах. Как он посмел? Морхова личинка, саргл, последний шакх- вот кто он! Он сломал свою идеальную игрушку, но не понял этого. Он не понял, кто в его руках, что за сокровище. Что ж, ты сломал ее, но я соберу. Я люблю сложные задачи! А победа над ней станет самым уничижительным поражением для тебя, великий черный лорд Дантарр!
  
   Глава 11.Приручение.
  
   Сегодня ко мне никто не приходил. Я радовалась этому глотку призрачной свободы, хотя бы в такой малости. Кенион заходил еще раза два после того случая, и вот уже почти неделю я его не вижу. Это меня несказанно радует. Сижу весь день в четырех стенах и тупо смотрю в потолок. Мыслей нет, эмоций тоже. Он больше не трогал меня после того случая. Я вообще не поняла тогда, чего он взбеленился. Наверное, из-за моего возбужденного состояния тогда. Хотя я до сих пор не поняла, откуда он на мне учуял чужой запах. Я никого вообще не вижу кроме этого облезлого змея, именуемого Ситар да пары его прихвостней. Но они почти всегда приходят в своих скафандрах, за исключением пары случаев. И то обычно это только Ситар приходил без специального обмундирования. Он всегда мне грубил в эти моменты, был безумно зол на меня. Да за любое мое движение он огрызался и рычал. Как будто я ему мешаю одним своим существованием. О, как в пословице! Нарисовался.
   -Встань!
   Как обычно без приветствия. Вздохнула, но выполнила. А чего перечить, все равно своего добьется. Подошел ко мне, пройдясь взглядом по телу. В итоге, больно схватив за руку, вколол очередную гадость в плечо.
   -Что на этот раз?
   Он промолчал. Меня начало кидать в жар. Он распространялся по всему телу, словно по телу пустили не кипяток, но ближе к тому. Огонь был неистов. Я не смогла удержаться на ногах, медленно опустившись на колени и обхватив себя за плечи.
   -Я разве позволял тебе садиться? Встать!
   -Я не могу.
   -Встать, я сказал, шакхова шлюха!
   -Пошел ты...
   -Что?!!!- взревел, больно впившись в плечо.
   -Я сказала, иди ты ...
   Он схватил меня за волосы и одним рывком поднял меня. Слезы брызнули из глаз, в глазах потемнело от боли. Я не смогла сдержать крика боли.
   -Я научу тебя манерам, тварь...- далее он, размахнувшись, залепил мне пощечину, отчего я отлетела и врезалась в тумбу. Он же продолжил. Поднял за многострадальные волосы и шипел на ухо свои ядовитые слова ненависти:
   -Ты будешь у меня с ладони есть и подставлять свой милый ротик под любой мой каприз. Ты никому тут не нужна, и никто тебя не защитит. Но так уж и быть, я окажу тебе честь и буду иметь тебя за, допустим, завтрак и обед, а на ужин тебе придется отрабатывать по полной. И сейчас ты как раз отработаешь себе на ужин...
   Я чувствовала к нему лишь отвращение. В его же глазах была похоть и ненависть. Фу, какая мерзость! Он предлагает заниматься с ним сексом за еду? Да я лучше сдохну! Так я ему и сообщила. Он еще больше разозлился. Пару раз он ударил меня, я упала на пол, а на меня сыпались новые удары. Он бил, не особо целясь куда. Попадало везде: и по голове, и по животу, и по другим частям тела. При этом он все приговаривал, что ненавидит меня за свои желания по отношении ко мне.
   -Я не хочу чувствовать этого, но ты не оставляешь выбора. Ты заставляешь меня желать тебя, но я не буду твоим рабом. Не знаю, как ты это делаешь, но меня не переиграешь. Я буду тебя иметь, когда захочу и как захочу. А главное, ты никому не сможешь пожаловаться, иначе я тебя убью и скажу, что ты сама лишила себя жизни.
   Никто не заметил открывшейся двери: я была слишком занята, прикрывая голову и живот, а он был занят тем, чтобы нанести мне максимально больные удары. Он уже снимал штаны, задирая мой балахон повыше, я же пыталась не позволить совершить надо мною насилие.
   Секундой спустя, все прекратилось. Я приоткрыла затекший от побоев глаз и увидела огромного белого ритаида. 'Лорд', - поняла по трем гребням на голове. Он просто воткнул свою руку в грудь этого ублюдка, и сейчас я видела, раскрывшиеся от удивления и страха, глаза Ситара. А в следующую секунду он вытащил его сердце. Я видела, что оно пульсировало в его руке, все еще пытаясь гнать кровь по организму ящера. Он заклокотал и отпустил безжизненное тело и развернулся ко мне. 'Сейчас что-то будет!',- подумала я и постаралась максимально отползти. Не надо, пожалуйста, я не вытерплю снова это. Не знаю, откуда хватило сил отползти хоть немного. Болело все, но я не чувствовала эту боль, ведь меня гнал страх. Забиться, скрыться, хоть под кровать, хоть в угол, только не трогайте. Мне не дали сделать больше двух движений, аккуратно подхватив на руки. Гневный клекот издался от Кениона. Он понес меня в уборную, но возле двери остановился. Ему потребовалось какое-то время, чтобы прийти в себя и унять весь гнев, что исходил от него. Когда ему удалось справиться, он пронес меня в купель, и, максимально аккуратно поддерживая, опустил в воду. Она тут же окрасилась в красный цвет. Снова непроизвольное рычание издалось из горла, его когти добавили новых ран в теле, что бережно, но в то же время крепко держали меня. Стон сорвался с моих губ. Это привело его в себя. Он понял, что добавил непроизвольно дополнительную боль.
   -Прости.
   Дальше он снял с меня балахон, просто разорвав его в нескольких местах, и снова заскрипел зубами. На теле уже расплывались многочисленные синяки. Болела грудина, возможно, сломана пара ребер. Да, вот сейчас я точно красавица. Он намылил мое тело и смыл теплой водичкой. Потом также аккуратно извлек мое тело и завернул его в простынь-полотенце, как я его окрестила. И как был абсолютно мокрым, вынес меня из палаты и понес в неизвестном направлении. Голова кружилась, может сотрясение. Я прикрыла глаза и почти уплыла в забытье. Сквозь сон слышала его распоряжение об уборке тела из палаты и вызове медиков. А потом уплыла в темноту.
  
   Конечно же, он меня ждал. Мой черный лорд! Он смотрел на меня обезумевшими абсолютно черными глазами, вглядывался в каждую черту лица, пытаясь что-либо разглядеть в них. Я не хотела его видеть сейчас, поэтому, не раздумывая, отвернулась, отгораживая себя от него.
   -Нет, прошу! Дай мне этот миг. Я чувствую, тебе больно, я прошу: поделись ею со мной. Не уходи!
   Завеса, что уже схлопывалась между нами, слегка завибрировала, словно сомневаясь.
   -Зачем? Это моя боль, напоминание о твоем предательстве. Ведь не будь его, не было бы и этой боли, что ты так просишь забрать.
   -Прости меня, моя любовь! Прости, я знаю, что не заслуживаю этого, но молю о прощении. Хотя бы надежды на нее. Может не сейчас. Потом, позже! Дай мне эту надежду, я прошу, нет, молю тебя. Ты видишь, я в твоих ногах,- опустился на колени, протягивая в немой мольбе руку всего лишь для прикосновения, - я признал свою ошибку. Я...нет такого ругательства, что я не заслужил. Но...пожалуйста, лишь надежду!
   Я повернулась. Я знаю, в моих глазах безразличие. А он? Он жалок. Кривлюсь и отворачиваюсь.
   -Нет.
   Тяжелая глухая непробиваемая стена между нами. Больше нет связи! Я закрыла ее. Не разорвала, увы, но хотя бы закрыла. Хватит себя мучить!
  
   Проснулась в незнакомых покоях. Широкие окна были занавешаны темными шторами. Они практически не пропускали свет. Но все же я определила время суток, как дневное. Сколько я проспала и вообще где нахожусь? Тело совершенно не болело. Я лежала на очень удобной мягкой...перине? Похоже, но не то. Также как и у Дантарра, обычная массивная кровать из темного дерева. Воспоминание о нем больно кольнуло в груди. Снова охватила тоска по Кали. Как он там? Наверное, вырос, и я его уже не узнаю. Наверняка, он уже умеет садиться, а может даже ползает, ведь время так быстро летит. Через полтора месяца уже будет полгода, как я его видела в последний раз. Болезненно заныло в груди.
   Хотелось полежать, не думая ни о чем. Я даже повторно задремала, отбрасывая подальше все мысли. Но мне не дали поспать. Сквозь дрему почувствовала, как прогнулась кровать рядом. Кто-то присел. Пальцы прошлись по локону волос, убирая его с лица, аккуратно, будто касание ветра. Прикоснулись к щеке, легко, почти не заметно. Ласка была такой долгожданной, что я невольно вздохнула и приникла слегка, откликаясь на нежность. И все это в полудреме. Вроде сплю и в то же время не совсем. Даже мозг вроде понимает, что творится, но не хочет будить до конца свою хозяйку. В это же время творится что-то необычное. Теплое дыхание в паре сантиметров от щеки щекочет кожу. Еще мгновение и следует ласковое прикосновение к губам. Снова отзываюсь, как на нечто давно забытое и вдруг только что разбуженное чувство. Вдыхаю его смесь цитрусового, капельки древесного и свежего запаха с небольшой горчинкой. Такой запах только у одного ритаида.
   -Дан...,-полувыдох.
   Он замер. Запах...Нет, не цитрус...Этот запах другой. Терпковато-горьковатый со сладостью. На ум приходит сравнение с кофе с корицей и медом.
   Резко распахнула глаза. Его зелень глаз словно смотрит мне в душу. Смотрит и ждет. Чего? Ответа? Но я не могу ответить ему, никому не могу. Я избита не только телом, но и душой. Искалечена. Ранена настолько глубоко, что не залечить и каленым железом. Только временем, пожалуй. Я притаилась, замерла, молча смотря в его глаза. Он тоже молчал. В его глазах была печаль. Он ждал. Но так и не дождался.
   Отклонившись назад, прикрыл на мгновение веки, замер. А потом встал и вышел.
   Что это было?
  
   Кенион
  
   Слушал донесения своих аздархатов в пол уха, все мысли были направлены на Веронику, самую прекрасную и желанную женщину, но такую недоступную. В ее глазах только боль и страх, и еще пустота. Словно она потеряла смысл жизни. Размышлял о том, что же Дантарр сделал такого, что она так потухла. Такая красивая и совершенно не живая. Кукла. Полуживая кукла. Но даже такая она не отпускает его. Какие чувства у нее к нему, что, даже доведя ее до такого состояния, она все равно продолжает видеть лишь его в своих снах. Призывать и отдавать себя ему. Даже в беспамятстве. Мне надо связаться с Нхарой самому, узнать последние новости. Может после этого я пойму, что произошло. Или происходит до сих пор.
   -Совет окончен.
   Долгожданные слова с облегчением сорвались с губ.
   -Аздархат Адалис, задержись.
   -Тар Кенион,- легкий поклон в знак принятия информации.
   Все вышли.
   - Мне нужно поговорить наедине с Нхарой. Когда возможно организовать это?
   - Завтра как раз мы должны связываться для обмена информации.
   -Отлично. Во сколько? Я буду присутствовать.
   - Во второй половине дня, более точное время пришлю на галос.
   -Прекрасно.
   Аздархат Адалис слегка поклонился в знак уважения, как принято и вышел. Я же просидел еще около получаса, обдумывая вопросы, что задам связной. Потом решил посмотреть, чем занята Вероника. Включил воспроизведение по консоли. В комнате ее не было. Нахмурился. Далее купальня. Вот тут я уже всматривался в оба глаза в происходящее.
  
   'Я все еще в этой комнате', - первая мысль. 'А может мне все приснилось?' - вторая. Нежилась еще какое-то время в кровати, а потом решила, что пора вставать и, в конце концов, начинать жить. Сколько можно жить в тоске да боли. Пора продолжать жить и возвращать сына, а для этого мне надо быть сильной. Встала, скинула этот надоевший до чертиков балахон. Женщина я или кто? Встала и уверенно прошла до купальни. Опустила ножку в воду. Вода была теплой. Нет, хочу погорячее! Прибавила градусов. Вот теперь самое оно. Так, а где же тут баночки. Ах, вот они. Открыла первую. Довольно приятный запах. Вторую. Остановилась на пятой. Добавила в воду.Она тут же вспенилась. Ммм, блаженство! А тут у нас что? Масла? Потрясающе!И их добавила. Намылила губку. Проводя по телу, ощутила дрожь возбуждения. Как же у меня давно не было мужчины?! А тело просило ласки. Почему бы и нет. Откинулась на бортик. Провела рукой вдоль тела, как бы разогревая и без того разгоряченную кожу. Томный вздох сорвался с губ. Вторую руку опустила на грудь, начиная массировать ее, сжимая горошинки. Легкий стон прозвучал в купальне, отдаваясь от стен. Вторая в это время путешествовала по животику, слегка поглаживая его. Еще ниже. Так нужно! Необходимо. Легкое касание клитора и новый стон, уже более громкий. Тело соскучилось по ласкам. Это ощущалось каждой клеточкой. Решила прибавить себе новых ощущений и запустила гидромассаж. Тугие струи воды с легкостью продолжили взбивать пену в воде, а заодно приносить новые ощущение истосковавшемуся телу. Пальчики скользили по мягким складочкам нижних губ. Стоны один за другим срывались с губ. Еще, глубже, быстрее. Ах...ммм...Да! Еще чуть-чуть. Еще. Сжала горошинку груди сильнее обычного и одновременно с этим еще и клитор. Да! Долгожданный оргазм накрыл с головой. Лоно еще отдавалось пульсацией, когда я открыла глаза и уставилась в потолок. Даже Дана не вспомнила за эти мгновения. Прогресс на лицо. Но почему-то вспомнились другие глаза- пронзительно зеленые, что с таким ожиданием всматривались в мои. А еще вспомнился трепетный поцелуй. Выдохнула, смывая с себя запах моей страсти, заодно приводя мысли в порядок.
   Вышла из купальни, завернутая в простынь-полотенце, и приступила к приему пищи. Ее тоже приносили мальхи. Они появлялись только когда приносили поесть и сменную одежду. На кровати лежал очередной балахон. Набрала по галосу Кениона. Мне давно его перепрограммировали. Ожидание.
   -Да?- голос напряжен, словно тот едва сдерживается.
   -Мне нужна нормальная одежда. Я больше не могу носить этот мешок.
   -Хорошо,- и отключился.
   Зависла на некоторое время. Это что такое сейчас было? Он даже не ехидничал, не рычал, и, самое главное, он сразу согласился. Ну, согласился и согласился, прекрасно. А все остальное меня не касается. Приступила к еде.
  
   Кенион
  
   Он рычал, со всей дури врываясь в одну из своих асси. Ей наверняка было больно, и не столько сладострастных стонов срывалось с ее губ, сколько болезненных. Но его сейчас это мало интересовало. Он видел перед своими глазами ее, затуманенные желанием. Когда она проводила своими пальчиками по гладкой кожи груди и пощипывала горошинки. Как она покусывала нижнюю губку, когда сдерживала очередной стон. Он видел ее приоткрывшиеся губки, белые зубки по которым изредка пробегал юркий кончик ее розового манящего язычка. Он даже видел пальчики ее ручек, что с таким наслаждением прикасались к манящему лону.
   Девушка под ним извивалась и пыталась отстраниться от очередного болезненного проникновения. Его это еще больше злило, ведь она его тоже пыталась оттолкнуть, совсем как Вероника. Нет, хоть ты от меня не уйдешь. Ты будешь удовлетворять меня до тех пор, пока я не успокоюсь. И он продолжил с еще большим напором. Девушка вскрикнула и прикусила губу, стоная от боли. Это немного меня отрезвило. Сделав еще несколько толчков, прикрыв глаза и вспоминая ее кульминацию, отпустил скопившееся напряжение.
   Совершенно опустошенный вышел из девушки подо мной. Она тут же сжалась.
   -Иди, ты получишь больше в этом месяце.
   Она спешно подняла одежду и, кое-как натянув ее, вылетела за пределы кабинета. Он же подошел к графину с виной и плеснул в пиалу себе немного. Осушив одним глотком, упал в кресло и прикрыл глаза. Эта женщина сведет меня с ума! Определенно.
  
   Скучно. Странно, но с того момента, как я решила двигаться дальше, не могла больше пребывать в состоянии сомнамбулы. Мне нужно было какое-либо движение. Стены давили на мою психику. Я больше не могла и не хотела сидеть в этой клетке. Мне действительно выдали одежду, тоже немного балахонистого вида, но более привычную. Это были штаны и туника из мягкой светлой ткани, приятной телу, а также нижнее белье и мягкие тапочки, с виду как чешки.
   Кенион все чаще посещал меня. Иногда составлял компанию на ужин. Он больше не пытался прикоснуться ко мне и вообще как-либо навязывать свое внимание, кроме таких встреч и разговоров ни о чем. Он спрашивал - я иногда отвечала, но обычно больше отмалчивалась, особенно если наши разговоры касались Дантарра и моей жизни с ним, а также моего происхождения. По сути, я вообще мало с ним говорила. Он больше наблюдал за мной, как хищник за добычей. Его пронзительный взгляд преследовал меня везде, подмечал каждую деталь. Он словно приручал меня. Я чувствовала это, но старалась не подпускать его к себе, обходясь холодными вежливыми ответами и фразами.
   Но сегодня мне хотелось попросить его хотя бы о прогулке, поэтому, когда он в очередной раз нанес мне обеденный визит, я была более приветлива. Я с большим энтузиазмом отвечала и давала более полные ответы на некоторые его вопросы. В конце трапезы я решилась на просьбу:
   -Кенион, я устала сидеть взаперти целый день в одиночестве. Так можно и с ума сойти! Я хотела бы попросить отпустить меня прогуляться, без разницы куда, лишь бы не сидеть в этих четырех стенах.
   Он смерил меня заинтересованным взглядом и с усмешкой ответил:
   -Хорошо, ящерка, но при одном условии: я составлю тебе компанию и... поцелуй.
   -Это два условия!- возмущенно вскинулась я.
   -Тебе решать. Но если хочешь продолжать сидеть тут, то я не вправе тебе мешать. А условия я менять не буду.
   Негодующе запыхтела, осмысливая все 'за' и 'против'. Если позволю, то считай, что сдалась на милость его чешуйчетой задницы, или какая она там. Кожаная? Тьфу, о чем только думаю! А если откажусь, то, по сути, так и буду сидеть в этих проклятых стенах, не видя 'света белого'. Грустная перспектива!
   -Хорошо, но и у меня тогда будет дополнительное условие, - он приподнял бровь, с усмешкой рассматривая меня, будто пытаясь сказать: 'Детка, ты не слишком много на себя берешь?'. Я же на одном дыхании проговорила, что хотела.- Я хочу хотя бы раз в день гулять по нескольку часов.
   -Я подумаю над этим, а пока можешь приступать к исполнению своей части обязательств, если планируешь сегодня выйти на прогулку.
   Ох, ты ж! Это он сейчас про поцелуй? Черт! Вздохнула, а куда деваться? Я собралась мысленно, и, допив бокал с соком неизвестного плода, встала, дожидаясь пока он поднимется для соблюдения его условия. Он продолжал сидеть, все так же с усмешкой поглядывая на меня.
   -Ты передумал?
   -Нет!
   -Тогда мне долго ждать?
   -Это же тебе надо, значит, сама подойдешь ко мне.
   Сволочь! Вот просто слов нет. Ладно. Скользя плавными движениями, начала опускаться на колени перед ним, чтобы быть вровень с ним. Его дыхание участилось. Он смотрел, не отрываясь от моих глаз. Зрачки начали увеличиваться. В них появились первые искры желания. Но не одного движения не было с его стороны. Он замер словно перед прыжком, весь натянутый, как пружина. Я же смотрела в глаза, не смущаясь. Я его не боялась, но и других чувств не испытывала, даже отвращения, как такового, не было. Вообще пустота, ни одной эмоции. Положила руки на плечи с двух сторон, он не шелохнулся. Продолжая все так же смотреть в глаза, наклонилась слегка и...быстрым движением поцеловала в щеку. А потом также резко встала и, отвернувшись, проговорила:
   - Ну, ты идешь?
   Я чувствовала, что он находится в ошалелом состоянии. А ловко я его! Чуть развернувшись, приподняла бровь в немом вопросе.
   -Что ж, змейка, в этот раз ты меня провела, но не думай, что в следующий раз у тебя получится осуществить этот же прием.
   'До следующего раза надо еще дожить!',- усмехнулась про себя.
   Впервые за многие месяцы я шла по коридорам его дома. Тут было похоже на дом Дантарра. Те же стены с камнем, только предпочтительно светло-жемчужные с золотистыми прожилками, скамьи и переплетенные ползучие по стенам цветы. В воздухе витали легкие ароматы, где-то за огромными окнами пели птицы, а в небе я видела яркое солнце. Почти как дома. Я жадно рассматривала окружающее пространство. Ни одной души не попалось за все время, что мы двигались куда-то по широким коридорам.
   И вот, наконец, мы вышли в огромный сад. Первое, что бросилось в глаза, это огромные деревья, почти как на Весстарии. Цветы обильным покрывалом цвели на деревьях и земле и все такие разные и красивые. От запахов слегка закружилась голова. Вдохнула полной грудью, утопая в океане ароматов, пронизывающих окружающее пространство. Подставила лицо под палящее солнышко, прикрыв глаза. Я так соскучилась по всему этому!Несмело сделала первый шаг, стараясь не наступать на диковинные цветы. Потом еще один. И вот я уже просто прогуливаюсь по саду, а Кенион едва заметной тенью двигается за мной. Если честно, то я вообще забыла о его существовании. Шла вперед, наслаждаясь красотами здешней природы. Впереди услышала журчание и прибавила ходу. И вот деревья расступились, открывая взору небольшой водоем. Туда впадала речка, а вот куда вода уходила, было не видно. На них также плавали цветы, прям как кувшинки у меня дома, на Земле. Стало снова тоскливо. Горькая слезинка скатилась с глаз. Смело смахнула ее. И прошла прям к берегу, опустившись на корточки и прикоснувшись к воде. Вода была немного прохладной, видимо из-за источника. Захотелось промокнуть ноги. Немного в стороне я увидела что-то вроде мостика. И вот я уже с краю сижу на нем и, опустив ноги в воду и прикрыв глаза, просто отдыхаю душой и телом. Кенион не тревожил меня. Ни одного слова не было сказано с момента, как мы покинули место моего заточения.
   Мне кажется, что я гуляла всего ничего, а солнце уже клонилось к закату. На небе начали проявляться очертания трех разных по размеру спутников Ришасса. Стало немного прохладнее. Когда я обхватила себя, поежившись от гуляющего ветерка, то услышала сзади голос Кениона:
   -Я надеюсь, ты довольна, змейка?
   -Да, спасибо.
   -Завтра я позволю тебе также гулять. С тобой будет один из моих хассов. Он проследит, чтобы тебе ничего не мешало,- звучало это, как, 'он проследит, чтобы ты не сделала глупостей'. - И не забудь, змейка, о нашей договоренности.
   Скривилась внутренне, но другого варианта не будет, так что придется смириться. Все же это не слишком большая цена за, хотя бы, видимость небольшой свободы. А потом я вспомнила, что еще хотела бы получить и решила тоже озвучить.
   - Мне еще нужен доступ в общую сеть.
   - Нет!- глаза полыхнули злостью и раздражением.
   - Я обещаю, что не буду пытаться с кем-либо связаться, если ты переживаешь за это. Я всего лишь хочу знать, что происходит вокруг, иметь возможность следить за событиями, учиться, слушать музыку, в конце концов. Ты закрыл меня в комнате словно зверушку. Но я не зверушка!!! Я живое существо! Мне необходимо чем-то заниматься, иначе я деградирую - и, заткнув гордость, дополнила,- Пожалуйста.
   Я смотрела испытующе ему в глаза и почувствовала, как он сдался:
   -Хорошо, но я ограничу тебе все что можно. Ты сможешь принимать информацию...учиться...или что ты там еще хотела. Но имей ввиду, что все будет фильтроваться и любой намек на то, что ты пытаешься сообщить что-либо кому-либо и все. Я навсегда закрою тебя в четырех стенах. Ты поняла меня?
   -Да,- склонила голову в знак подчинения его условиям, но тут еще один вопрос сформировался у меня,- Кенион?
   Молча приподнял одну бровь, давая понять, что слушает меня.
   -Зачем я тебе? Зачем все эти сложности?
   Насмешливо окинул мое тело снизу вверх горячим взглядом.
   - О, я думаю, у тебя достаточно девушек в асси-ше. Или только ради этого все? Чтобы затащить меня в постель?
   Он немного подумал и ответил:
   -Не только.
   Но распространяться не стал. Он подал мне руку, но я не стала ее принимать, а молча пошла по дороге. Услышала краем уха его хмыканье.
   Уже вечером, лежа в постели, подумала, что на самом деле он не настолько ужасен, как я думала ранее. Хотя решила все же быть с ним настороже.
  
   Кенион
  
   Очередное совещание с аздархатами началось с негативных обсуждений. Снова объявились пираты! Какое-то время они напрочь исчезли из видимости, не беспокоя ни одну из систем. И вот, наконец, словно буря после затишья, ударили почти по всем секторам империи ритаидов. Все понесли потери. У меня лично ударили по продовольственному торговому кораблю тому, что шел из двенадцатой империи из столичной планеты Мадрасса, с морскими деликатесами и по рудному торговому кораблю, что вез минерал с планеты Сорта десятой системы Санорисса, который используется при строительстве дамб для их укрепления. А он ведь был необходим сейчас. Планировалось строительство дамбы в устье реки Хок, что на севере у предгорья Горуна. Там как раз нашли еще одно месторождение кристалла Лита, что использовался при направленном воздействии энергии нового найденного минерала с открытой недавно планеты.Сейчас он принес бы не малую прибыль при продаже в первую систему, да и в другие тоже. И до сих пор не ясно, кто ведет игру в темную. Это очень раздражало. Даже первый великий дом, Кхамаи, не давал никаких комментариев.
   -Мне нужно, чтобы вы укрепили охрану продовольственных кораблей. Добавьте к эскорту три призрачных сверка. И чтобы всю дорогу они следовали под прикрытием и в некотором отдалении от основных кораблей. Выделите им по дополнительному минералу для энергии.
   -Будет сделано, тар Кенион.
   -Свободны.
   Потихоньку кресла освобождались, пока в зале никого не осталось. Еще какое-то время я раздумывал над создавшейся проблемой, а потом решил отринуть эти проблемы на потом. В голову пришла вторая моя насущная проблема - Вероника. Разговор с Нхарой ничего толком не дал. Она ничего не знала. Дантарр не подпускал ее к себе. Он вообще никого к себе не приглашал. Словно кроме Вероники никого не желал видеть в своей постели. Он не появлялся в залах асси-ше и, насколько знала Нхара, вообще вечера проводил в одиночестве, закрывшись у себя. Сначала какое-то время он усиленно употреблял вино, и никого не желая видеть, теперь же просто сидел в одиночестве. Мне это ничего не дало, ни на шаг не приблизило к Веронике. Что между ними произошло? Почему она не может его забыть? А он ее? Ну, его еще я могу понять. Все же, Вероника невероятно притягательна. Она прекрасна, ее запах сводит с ума мои рецепторы. Она - сама по себе загадка, которую тянет разгадать. Но он ей зачем? Так был хорош в постели? Не думаю, что я хуже, но меня она отталкивает всякий раз. Боится? Может быть. Но я не сделал ей ничего плохого. На ум пришел не очень хороший случай, когда я почувствовал на ней едва различимый запах другого самца. Глухое раздражение опять заворочалось. Да, тогда я был несколько не сдержан.Ну еще возможно ей не приятно было находиться в лаборатории Ситара, когда он изучал, заражена ли он чем-либо, и как это влияет на окружающих.И я считаю, что сделал верно. А вдруг подтвердилось бы? Но в последнее время я же иначе отношусь к ней. Почему же она не дает мне шанса? Снова небольшое раздражение окатило меня. Я хочу ее, как никакую другую. Не могу уже нормально спать, перед глазами маячит ее обнаженный образ. Как она томно прикрывает глаза, прикусывает губку и вздыхает, подаваясь на мои ласки. Р-рр! Я должен ее увидеть, и сегодня, милая, ты уже не отвертишься от настоящего поцелуя. Коварно улыбнувшись своим мыслям, легко поднялся и направился в сторону ее комнат.
   Не стучась, открыл двери. И был вознагражден, или проклят, это как посмотреть, прекрасным видением.
  
   Только я вышла из купели и скинула полотенце, чтобы одеть свежее белье, как сзади резко распахнулись двери и в мою комнату величественной поступью вошел Кенион. Взвизгнув, подхватила сброшенное и тут же закуталась в кокон.
   -Тебя не учили стучаться и ждать, пока позволят войти?
   -Я в своем доме и могу входить в любые двери, не спрашивая позволения.
   - О, я уверена, что если бы на моем месте был кто-то вроде Дантарра, то ты бы не посмел так врываться.
   Он хмыкнул, но никак не прокомментировал это высказывание.
   -Ты идешь на прогулку сегодня?
   Я успела к этому моменту подойти к шкафу и достать вещи. На его слова я обернулась и окинула его пристальным взглядом. Было заметно его нетерпение, вся его фигура была напряжена. Что ж, он пришел получить свою награду. Вот же гад! Но по-другому нельзя. Увы.
   -Мне надо одеться.
   Я вышла из комнаты и прошла в уборную. Не при нем же мне одеваться! Когда я уже была готова, то вышла к нему. Он стоял там же, где и был, и ждал. Мои влажные волосы в творческом беспорядке лежали на голове. Он окинул меня восхищенным взглядом. Я подошла к нему вплотную, смотря при этом в его глаза.
   -Ты пришел за поцелуем?
   Он медленно кивнул. Я положила руку к нему на грудь. Она была теплая, и сердце под моей рукой стучало быстро, так, словно взволнованно. Второй рукой я провела по скуле и спустилась ниже, очерчивая островатый подбородок. Зрачки его глаз увеличились. Он замер, впитывая это мгновение и словно сдерживая дыхание. А потом наклонился, вдыхая мой аромат. Я закрыла глаза, отдаваясь моменту. Его теплые губы нежно прикоснулись к моим, трепетно лаская. Я даже успела насладиться этим, прежде чем попробовать отстраниться. Но когда я уже решила прекратить поцелуй, то он лишь крепче меня прижал и не позволил этому случиться. В возмущении я попыталась прикусить ему губу, но только приоткрыла рот, как он углубил поцелуй, проникнув внутрь. Я все же исполнила, что планировала. Со всей злости я укусила ему язык. Он тут же отпустил меня, ругаясь, видимо, нецензурно. Просто было не понятно. Язык то не функционировал! Этот момент меня рассмешил. Сначала один смешок соскочил с губ. Он вдруг повернулся ко мне, пристально смотря. Его убийственный взгляд подействовал на меня, наверное, не правильно, потому что я уже двумя руками зажала рот, пытаясь сдержать смех.
   -Сто смесно тепе?
   Все держите меня! Я захохотала в голос. Он смотрел на меня. Я же уже хватала себя за живот от смеха.
   -Сараса!- без злости высказался он. Ух, зря он это! Я с новой силой принялась хохотать.
   -Ой, хватит, только молчи, умоляю. Иначе я лопну от смеха.
   Чуть успокоившись и взглянув на него, увидела в его глазах тоже смешинки. Он сам еле сдерживался, чтобы не рассмеяться со мной на пару. Он кивнул и вышел. Через минуту зашел хасс, и мы пошли в сад.
  
   Теперь каждый мой день был наполнен впечатлениями. Я открывала новые грани терпения этого ритаида. Прошло уже три недели с момента первого добровольного поцелуя с ним. И теперь каждый день его приход для меня был 'маленькой войной'. Он требовал, подчинял своими поцелуями, настаивал. Я же отвергала, отстаивала себя, свою свободу, боролась. Он злился, напирал с новой силой, буквально вгрызаясь в мои губы, принося новые укусы на истерзанных устах, но...все равно не получал своего. Взъерошенный, с безумными глазами, он уничтожал меня ревностно-злым взглядом. Однажды он не выдержал, схватив за руки и сжав до состояния синяков, приложил спиной о стену и взревел:
   -Почему? Почему ты отталкиваешь меня? Неужели я хуже его? Чем он тебя так привлек? Богатством? Умением доставлять ласки? Так я же не хуже! Я дам тебе все! Драгоценности? Они твои. Сколько тебе нужно? Забери все!- и он снова впился голодным поцелуем. Я начала вырываться, и он, наконец, отпустил мои губы. - Ррр! Ты ведь даже не даешь мне шанса! Почему?
   -Тебе не понять, ящер!- только и смогла устало прошептать ему.
   Он снова зарычал, и, не сдержав себя, перекинулся. Он ударил в стену в нескольких сантиметрах от лица. Несколько осколков отлетели в сторону так, что один из них глубоко оцарапал лицо. Тут же потекла кровь, но было не слишком много крови. К тому же, я знала, что через несколько минут рана уже начнет затягиваться, а завтра уже и следа от нее не останется. Проверено. Он втянул воздух, пропитавшийся металлическим запахом крови. Наклонился и слизнул своим раздвоенным языком мою кровь. Утробно проурчал и начал возвращать обычную форму своему телу. Когда он совладал с собою, то прижался своим лбом к моему, тяжело вдыхая воздух.
   -Ты примешь меня. Я сделаю так, что ты примешь меня.
   Он вышел, и только небольшая дыра в стене напоминала о событиях, что здесь только что произошли. Я ушла в раздумья и даже не заметила прихода хасса. Наверное, я так надолго бы погрузилась в свой мир, если бы ему не пришел сигнал на галос. Я встрепенулась и удивленно взглянула на него. А потом торопливо накинула что-то вроде плащика и направилась по коридору в сторону сада.
   Почему мне это сейчас пришло на ум? Даже не знаю. Воспоминания нескольких прошедших дней калейдоскопом крутились в голове, пока я собиралась на выход. Волосы после душа в беспорядке были разбросаны на спине. Сейчас они были медными, даже ближе к каштановому. Я смотрела в свои стеклянные озера. Больше в них не было той боли и обреченности, но и другие чувства практически не отражались. Я стала другой. Время покалечило ту, другую Веронику, ту, что боролась за первенство на рынке услуг, подыскивала партнеров, вкладчиков, была сильной. Где она? Практически ничего не осталось. Странно, но здесь я нахожусь в состоянии покоя. Я сплю сколько влезет, ем, что попрошу, и, кроме Кениона, меня никто и ничего не волнует. Абсолютное 'инь-янь'. Осталось только принять позу 'лотоса' и слиться с космической составляющей. Непроизвольно фыркнула, а потом и рассмеялась.
   -Что тебя рассмешило?
   Я привыкла к тому, что он появляется внезапно и не спрашивает разрешения войти. Он хозяин в своих владениях и не считается с чужим мнением.
   -И это тебе тоже не понять, ящер,- я развернулась и посмотрела в его глаза.
   Он смотрел на меня с грустью и какой-то долей тоски. Что с ним?
   -Что-то случилось?
   -Нет. Почему ты так решила?
   -Ты...другой.
   -Какой?
   -Я не знаю...Другой. Не могу дать объяснения.
   -Может быть. Ты позволишь?
   -Как будто, если бы отказала, ты отказался от поцелуя и добровольно разрешил мне выйти.
   Он смотрел на меня все с той же грустью. Еще что-то новое промелькнуло в его зелени, но я не поняла, что это было.
   -У нас соглашение, - выдавил он.
   -Да, я не отказываюсь. Но была бы моя воля...
   -Я знаю. Но...,- и он замолк на полуслове, приблизившись ко мне.
   В последнее время для меня эта процедура, если честно, стала в тягость. Я начинала волноваться, стоило ему приблизиться на расстояние в несколько сантиметров. Он словно забирал все пространство вокруг и будоражил кровь. Его запах 'кофе с корицей' щекотал мои рецепторы, заставлял снова чувствовать, тогда, как мне хотелось покоя. Наверное. Я не могла себя понять.
   Я как обычно положила руку к нему на грудь. Он прикрыл от этого действия глаза, тяжело вбирая мой запах. Склонился ниже и приоткрыл веки. Он словно зверь следил за мной. Второй рукой скользнула по волосам, погладив слегка затылок. Он заурчал, как сытый кот, и наклонился, накрывая теплыми губами мои. Нежность, с какой он начал исследование, сменила страсть. Вот он ласкает, а в другой момент он уже требует, берет, напирает. Всегда одно и то же. Но в этот раз что-то неуловимо изменилось. Он сдался. Страсть сменилась тягучей тоской. Теперь он просил, умолял, сжимая меня в своих объятиях. Его губы говорили: 'Прошу'. А мои молчали, боясь ответить на немую мольбу, на просьбу. Оторвавшись на секунду, пополнить дыхание, я услышала его зов. Он звал меня. Его горловой клекот был таким одиноким, что мне захотелось ответить. И я...испугалась. Испугалась настолько, что с силой разорвала наш поцелуй и резко оттолкнула Кениона. Он был в переходной форме. Еще не боевая, но где-то на краю. Как я не заметила это? Как? Я не понимала.
   Прерывистое дыхание вырывалось из легких, словно меня душили, или я была в комнате с углекислым газом, а сейчас получила большое количество чистого кислорода.
   -Уйди.- Он стоял и молчал, не сводя с меня заостренного взгляда желтых глаз с вытянутой ниткой зрачка.- Уйди, Кенион. Выйди, оставь меня. Немедленно!
   И он...послушался. Он вышел!!!
   Такого облегчения я не ощущала уже очень давно. Словно гора с плеч! Даже не поняла, откуда на щеках появилась влага. Дикость. Я боюсь. Его боюсь. Причем не в физическом смысле, а эмоциональном. Истерика скрутила мгновенно.
   -Не хочу. Не хочу. Не хочу. Нет. Нет. Не хочу. Нет. Боже! Нет. Нет!!!
   Безвольное тело лежало, свернувшись калачиком, на полу, и только шепот раздавался в тишине.
  
   Глава 12. Очищение.
  
   Едва последние звуки истерики затихли, а дыхание и сердечный ритм пришли в норму, я с трудом поднялась с пола. В теле чувствовалась слабость, в голове присутствовала тяжесть, как после похмелья, в глазах засверкали звездочки и слегка замутило. Держась по стене, еле дошла до уборной и умылась ледяной водой. Это действие несколько привело меня в себя. Посмотрелась в зеркало и ужаснулась: покрасневшие глаза, опухшие синеватые мешки под ними, распухший нос. Короче, 'красавица'!
   Но все же вопреки всему, я пришла в сад. Хасс, приставленный ко мне, следовал, как обычно, позади, не докучая. Сегодня я провела этот день у пруда. Тихое журчание ручейка, что вытекал из подземного источника, был музыкой для моих ушей, а тихая гладь приносила умиротворение моей измученной душе. Мысли были вялотекущими, причем все на какие-то отвлеченные темы, словно защитная реакция организма на стресс. Закат затянул все окружающее пространство в красноватый оттенок. Необычные краски смешались в природе, дикие звуки слышались то тут, то там. Я уловила себя на мысли, что я никогда не оставалась до темноты здесь. А почему бы и нет! Ведь меня никто не принуждает вернуться прямо сейчас в мою 'тюремную камеру'. Я наслаждалась последними минутами царствования дневного светила, а на небе уже очерчивались спутники Ришасса и зажигались первые звезды. Красиво!
   Вернулась к себе около полуночи. Меня никто так и не беспокоил, хотя я была уверена, Кенион был в курсе того, что я делала. Я как была в одежде, так и легла поверх одеяла и прикрыла глаза. Было тяжело и одиноко. Как никогда захотелось почувствовать тепло. В голову пришла очень глупая мысль, но я на свой страх и риск поддалась ей. Сосредоточилась и убрала внутренние барьеры, что закрывали мою связь с Дантарром. Доля секунды и на меня накатило такое дикое облегчение и радость, что я почти задохнулась от чужих чувств. Прикрыла глаза и тут же встретилась с его темными, которые с таким голодом и жаждой осматривали меня. Он почти не изменился. Все такой же сильный, притягательный, с животным магнетизмом, и доминирующими замашками. Он охватывал меня настолько счастливо-безумным взглядом, что меня даже в жар кинуло. Сглотнула и произнесла:
   - Как ты?
   Он молчал, а потом подался ко мне. Быстро, одним смазанным движением, обхватил меня, и зарылся в волосы, вдыхая мой запах, сейчас пропитанный только лишь моим запахом, потом заурчал, зарычал и припал к моим губам голодным, собственническим поцелуем. Я попыталась оттолкнуть, но разве можно сдвинуть эту гору мышц? Помолотила по плечам. Перехватил руки и закинул к себе на шее, лишь теснее прижимая к себе. Укусила до крови. Наверное, это немного привело его в себя, потому как он оставил в покое мои губы, уткнувшись лбом в мою макушку, и бессвязно зашептал:
   -Моя. Вернулась. Моя. Жизнь моя, любовь моя, боль моя, наслаждение мое. Моя сладкая девочка. Сонаи. Как я скучал, как ненавидел себя за ту боль, что принес тебе. Но теперь ты вернулась ко мне, ты простила. Ты больше никогда не будешь страдать. Я докажу, никогда. Моя девочка, любимая. Простила.
   Я слушала его, и сердце сжималось. Ведь я никогда его не прощу, я понимала это совершенно четко, поэтому:
   -Я тебя не простила, Дантарр, черный лорд Рихасса.
   Он тут же вскинулся, смотря в мои глаза. Растерянность сквозила в его глазах:
   - Но как же? Ты тут...Ты пришла. Ко мне. И ты одна...до сих пор. Я знаю.
   - Откуда?
   - Я знаю, чувствую..., - потерянно прошептал он, вглядываясь в мои глаза, пытаясь найти ответы.
   -Я пришла узнать, как Кали.
   -Кали? Он самый потрясающий, как и его мама. Вероника? Ты никогда не простишь меня, ведь так?
   Его плечи поникли, глаза потухли, а сам он как будто сразу прибавил в возрасте. Приглядевшись, заметила в его роскошных черных волосах затесавшиеся первые седые. Сразу стало жаль, что все так случилось между нами. Да, я все еще любила его. Чувство сожаления об упущенном тягучей волной охватило меня. Жаль его, меня, Кали...нас всех.
   -Мне жаль, Дан.
   Он поднял взгляд на меня:
   -Но я все равно буду стараться получить твое прощение,- я хотела возразить ему, но он прижал палец к моему рту. - Прошу, не лишай меня надежды. Я не смогу выжить без нее. Мне нужно лишь знать, что я когда-нибудь смогу получить твое прощение, чтобы продолжать жить и строить все для жизни нашего сына, быть ему опорой. Иначе, я умру. Ты еще не знаешь, но эта связь, что мы образовали, она... Только из-за того, что она есть, я живу. Значит, не все потеряно. Значит, есть маленькая надежда. А я...у меня есть целая вечность, чтобы вымолить твое прощение. Как только ты позволишь мне найти тебя...
   Он шептал мне это. А я слушала и понимала, что, действительно, не смогу лишить его надежды. Пусть так. И кивнула ему.
   Его глаза загорелись, плечи распрямились. И вот передо мной снова грозный и могучий лорд, а не одинокое существо с обнаженной и уязвимой душой.
   -Спасибо,- и легкий поцелуй на губах. - Хочешь увидеть Калидарра? Какой он?
   Я только выдохнула, а он уже показывал картины, что отпечатались в его памяти. Как мой малыш спит, подложив ручку под голову, плачет, играет, просто угукает или лежит и смотрит вокруг. Картинки проносились вокруг меня. Я, погрузившись в его воспоминания, даже не заметила, что он стоит, обнимая меня, и тихо улыбается, вдыхая запах моих волос.
   Я смотрела кино жизни моего мальчика глазами его отца. Все моменты, какие отпечатались в его голове. Последний был, как Дан прижимал Кали к себе, укладывая его в кроватку. Прошло, по моим прикидкам, почти восемь месяцев, но он уже сейчас был словно полуторагодовалый малыш. Какой же он у меня большой. И умный. И самый красивый. Моя радость. Продолжение меня...и Дана.
   -Прошу дай мне шанс. Единственный шанс, и я все исправлю. Я сделаю так, что будут лишь воспоминания. Далекие воспоминания. Прошу вернись, моя девочка, моя сонаи. Мой дикий, непокорный, неизведанный цветочек... Любовь моя...Скажи, где ты, и я верну тебя в самые короткие сроки, вызволю из любого места. Доверься, прошу.
   -Нет, Дан. Я не готова пока вернуться к тебе.
   -Пока...пока - это ведь не никогда. А значит, у меня есть надежда. Я...я буду ждать, и тогда, когда ты решишь вернуться, я обещаю, что твои слезы будут только от счастья и радости. Обещаю, любовь моя...
   Я грустно улыбнулась ему и закрыла связь.
   Проснулась я вся в слезах. Но это были очищающие слезы. Те, которые помогают смириться со своим прошлым, с тем, что когда-то было дорого мне, к чему я стремилась, чем жила. Последние капли стекли по щеке, и, наконец, я затихла с опустошением в душе и раздрае в голове. По ощущениям время было ближе к утру. Тупое онемение в мышцах, темный потолок, приглушенный свет у стены напротив и тишина. Полежала еще с минутку, смотря в потолок. Наконец, поднялась и заказала стакан воды в нише. Опустошив, направилась в уборную. Ополоснула лицо холодной водой, но не почувствовала облегчения. Тогда решила принять полноценный душ. Вот так начался новый день моей новой главы жизни.
  
  
   Глава 13.Коварность.
  
   Мне вдруг так захотелось встретить рассвет, увидеть восход солнца, когда оно окрашивает все вокруг в светлые краски, как серость ночи уходит, чтобы уступить свои права для чего-то нового. Я не хотела будить Кениона, поэтому просто скинула сообщение ему на галос, чтобы, когда он проснулся, то прочитал мое сообщение, вроде того, как предупредила. Вызвала 'своего' хасса. Никогда не интересовалась их именами, но так как с конкретно этим мне приходилось видеться ежедневно, то я решила узнать его имя. И самое смешное и в то же время горькое это то, что имен у них не было. Только номера. Мой был восемьдесят седьмым. Когда поинтересовалась у Кениона, что это значит, то услышала, что это уже его восемьдесят седьмой хасс за его жизнь. После принятия и осознания этой информации, я, все еще находясь в шоке, узнала, что случилось с остальными. На что, мне был дан лишь красноречивый взор. Поняла - прониклась.
   - А можно я ему дам имя? Мне так привычнее.
   -Хотелось бы услышать, как ты его назовешь.
   -Пусть будет...хмм...Олегом.
   -Олегом?
   -Да. Олег-это такое что-то грубое и массивное, прям как этот восемьдесят седьмой.
   -Хмм... Восемьдесят седьмой?
   -Мой тар?
   -Теперь ты для тары Вероники отзываешься на имя Олег.
   -Слушаюсь, мой тар. Тара,- поклонился и отошел.
   -Тара?
   -Вежливое обращение к ритаидкам.
   -Но я не ритаидка, я...эм... всего лишь хасска.
   -Ты моя асси.
   -Я не твоя асси. Я просто пленница тут. Разве не так.
   -Не так. Ты моя асси.
   -Не правда, мы с тобой не спим.
   - Хмм... нет асси как раз мало спят, - и такая пошлая ухмылка на лице. Я моментально вспыхнула.
   - Я имела ввиду, что мы не занимаемся с тобою сексом.
   - Все поправимо, моя змейка, - прижал сильнее, последние слова уже интимно шепча на ушко.
   Я уже вызвала Олега. Все еще находясь в воспоминаниях, не заметила, как он пришел. И вот мы уже двигаемся в сторону сада.
   В коридорах был приглушенный свет, еще темно совсем. И ни одной души, словно все вымерло вокруг. Тихие шаги гулко отражались от стен, но почему то я чувствовала себя вполне уютно в этой тишине и сумраке. Вот вышли в переход с огромными окнами. Они были как раз направлены на восход солнца. На горизонте уже краснело, приближая новый день. Картина маслом предстала передо мной. Красиво. Сразу же закололо кончики пальцев нарисовать эту красоту. Ведь я же дизайнер, а значит творческая душа.
   -Олег, а ты можешь потом принести мне краски и холст?
   -???
   -Ну чем вы тут рисуете?
   -Мы не рисуем. Мы войны.
   -Ой, ну это понятно. Я в смысле, те, кто занимается росписью и прочим. Все вот это, - обвела рукой пространство,- привел в такой вид. Ну, там колонны построил. Вот ткани перекрашивает, которые на тебе надеты.
   -Тара Вероника, я не понимаю. Но узнаю, если вам будет угодно.
   -Угодно. И зови меня, Ника, пожалуйста.
   -Как пожелаете, тара Ника.
   -И давай без этого 'тара'. Чувствую себя... хмм... в общем, давай когда мы наедине, ты будешь называть меня просто Никой.
   -Как будет угодно.
   О, я даже глаза закатила. Нет, они невозможные!
   Кинула еще один взгляд на горизонт, запоминая мельчайшие детали. Все-таки природа самая красивая и гармоничная во всем этом хаосе.
   Достигли сада очень быстро. Роса еще покрывала все листочки вокруг. Было немного зябко, но солнце уже начало подниматься, и скоро все испарится. Я впитывала красоту окружающего пространства, как губка. В тишине не звучало ни одного звука: ни стрекота, ни шуршания, ни пения птиц, разве что далекое журчание ручейка у озера. Словно природа замерла вместе со мной, давая насладиться последними свободными утекающими секундами. Сегодня я приняла решение, когда проснулась, что больше не подпущу к себе Кениона. Хватит. Слишком больно снова чувствовать. А если совсем невмоготу будет, то всегда можно сообщить, где я нахожусь Дану. Все же из двух зол, проще выбрать привычное зло.
   Медленно шла по направлению к любимому прудику. Присела на помост. В груди была тоска и боль. Сегодняшняя встреча во сне с Даном взбудоражила меня, привела в смятение все чувства.
   Грустные слова полились глубоко из души...
  
   Затихли последние звуки голоса. Полной неожиданностью стало, что кто-то еще мог меня услышать, кроме Олега.
   -Очень грустная песня для такого солнечного утра, не находишь? - хрипло проговорили позади меня.- И что это такое - любви? Я правильно сказал? Раньше не встречал этого слова.
   Горький смешок сорвался с губ:
   - И этого ты не поймешь, ящер.
   -Почему ты всегда меня так зовешь? Я такой же ящер, как и ты ящерка.- Сколько возмущения?!
   -Все верно. Все верно...
   -Так что это такое? И повернись. Я не привык общаться, когда ко мне стоят спиной.
   -Конечно.
   Встала с помоста, развернулась и посмотрела в его глаза.
   -Так, Кенион, лучше?
   Молчит и ждет.
   -Что там? В моих глазах? Что ты видишь?
   Снова молчит. Вместо слов он сделал шаг ко мне.
   - Уговор,- хрипло прошептал.
   -Да, уговор дороже денег. Что ж, бери. В последний раз бери.
   -В последний?
   Теперь я промолчала, не отводя глаза от его зелени.
   Он наклонился, но так и не прикоснулся ко мне. А потом и вовсе отошел назад.
   -Позже, -повернулся и ушел.
  
   Кенион
  
   Звуки ее голоса до сих пор стояли в его ушах. Две девушки разных рас гладили и ласкали его тело, но никак не могли заставить его забыть. Забыть ее запах, ее голос, ее глаза, нежность ее губ и гладкость ее кожи. Мысли о ней не хотели покидать его голову, мешая сосредоточиться на чем-либо еще. Та, единственная сцена, что он случайно увидел в ее купели, никак не хотела выходить из его головы. Полураскрытые губы, язычок, что скользил по розовым лепесткам ее губ. Рука, что гладила безупречное тело. Она совершенна. Затуманенный взор ее страсти не давал покоя ни днем, ни ночью. Сегодня он, как обычно, хотел заглянуть к ней поутру, но когда предварительно просмотрел ее комнату, то не обнаружил девушку. Какое-то паническое чувство окутало его на мгновенье. Он стал ее искать, просматривая записи. Ей что-то снилось ночью... Или кто-то. Кулаки непроизвольно сжались, а из горла раздался рык. Девушки испуганно отшатнулись. Быстро подавив гнев, бросил:
   -Продолжайте.
   Девушки несмело придвинулись к телу их временного хозяина. В последнее время он пугал всех и вся своими непредсказуемыми действиями. Он был нервным, вечно не выспавшимся, злым, быстро вспыхивал. Ранее он не позволял себе ничего подобного, но теперь это стало его привычным состоянием. Все боялись его еще больше, чем раньше. Никто не понимал, что происходит. Никто, кроме него самого. А он всего лишь жаждал ее. Целиком и полностью в свое безраздельное пользование. Он не мог пользоваться малым. Ему нужно было все и сразу: и тело, и душа. Но он не смог получить даже половину. Ее тело он не желал принуждать, а душа была вообще за сотни световых лет от него, в неизвестных далях. Хотя почему в неизвестных, очень даже всем известных. Она находилась в Рихасской империи, в постели этого шакха Дантарра. Ррр-рау! Когти третьей ипостаси вспороли очередной новый матрас. Он одним движением поднялся и начал крушить все вокруг. Злость, гнев, ненависть, зависть и еще одно не известное ему чувство царили в его душе. Девушки забились в угол и тонко оттуда подвывали. Они не приносили желанного облегчения. Он не хотел их, никого из них.
   -Вон.
   Они, помогая друг другу, аккуратно двигались в сторону двери, посматривая со страхом на лорда.
   -Воон!!!
   С визгом, голые, они метнулись из его покоев и спешно закрыли за собой дверь, словно за ними гнался дикий зверь.
   Кенион, снова зарычав, продолжил крушить все вокруг. Когда ничего цельного не осталось в его комнате, он, подавив все чувства, двинулся к купели. Погрузился в ледяную воду, а когда поостыл, то набрал горячей воды. Откинувшись на бортик, ушел снова в свои мысли. А ведь она так и не сказала, что такое это ее 'любви'. Что за слово непонятное? Надо поискать в сети. И еще...Раз не получается получить целиком, то отхвачу хотя бы половину. А со временем может и целиком получится. Да. Пусть так. Сегодня же! Иначе я сойду с ума, а это никому не нужно.
  
   Вечер наступил неумолимо. Солнце опустилось, и его раскатные лучи в последний раз вспыхнули на ветках раскидистых деревьев. Первые звуки ночных жителей прозвучали в глубинах зарослей вековых громадин. День пролетел незаметно, и только пустое урчание в желудке напоминало о том, что я так и не закинула за день ни крошки, хоть мне и приносили сюда же еду и питье. Но есть не хотелось совсем, а теперь это было необходимо.
   -Пойдем, Олег. Это был прекрасный день. И...помни...Ты обещал. Я про краски.
   -Я помню, тара Ника, и постараюсь найти в кротчайшие сроки.
   -Хорошо.
   Еще один взгляд на природу вокруг, и я двинулась обратно в свою 'клетку'. Да, золотая клетка! Где меня кормят, поят, практически укладывают спать - ухаживают, словно за домашним питомцем. Необычная зверушка. Не трогают, не причиняют зла, так приручают и только.
   Почти у самого входа нас сразу же перехватил Кенион.
   -Ты голодна? Я хочу, чтобы ты отужинала со мною.
   Это было не в первый раз, поэтому я с легкостью согласилась, но несколько лихорадочный блеск в его глазах заставил насторожиться.
   -Была бы не против.
   И тут произошло странное: он протянул мне ладонь, приглашая. Наверняка, у меня глаза стали, как блюдца. Он наблюдал за мной, настороженно отслеживая эмоции на лице. Аккуратно прикоснулась к его руке, продолжая ошарашено смотреть в его глаза, и вздрогнула, так как контраст моих прохладных пальцев и его горячих пробежался мурашками по телу. Нервно отдернула обратно. Он нахмурился, но промолчал. Пропустил меня вперед, тогда как сам подождал, пока я пройду вперед, и только после этого двинулся следом рядом со мной, указывая дорогу и интересуясь моим самочувствием и, вообще, как я провела день. Обычный светский диалог. Именно поэтому я смогла расслабиться и перестать задумываться над его поведением.
   Он вел меня коридорами по незнакомому маршруту. Обычно мы обедали в моей комнате, поэтому я снова насторожилась.
   -Куда мы идем?- спросила его, присматриваясь к окружающему интерьеру и заодно запоминая дорогу.
   -Я думаю, тебе будет интересно посмотреть на что-то еще, кроме сада и своей комнаты. Это мой дом и я бы хотел познакомить тебя с ним.
   Скептично приподняв бровь и окинув его недоверчивым взглядом, хмыкнула и двинулась дальше, не заметив его тихого облегченного выдоха и хитрую ухмылку.
   Спустя минуту я повторила свой вопрос:
   -Так куда мы идем?
   -Увидишь.
   Проходя мимо залов и комнат, отдельных кабинетов и просто закрытых дверей, я слушала его комментарии по поводу того, где что находится. Его дом был очень большим, я бы даже сказала, огромным. Словно дворец из тех веков, когда еще были короли и королевы. Даже убранство вокруг было неуловимо похоже на то время. Стояли скамейки из кости, выточенные рукой неизвестного мастера. Рядом располагались вазы размером с половину меня, с которых ниспадали вьющиеся растения с цветами розового оттенка, очень похожими на маленькие лилии, только запах был ненавязчивым, свежим. Я даже приостановилась для того, чтобы глубже его вдохнуть. Настроение, что странно, от этого приподнялось.
   -Вероника, мы почти пришли.
   Еще раз вдохнув, произнесла:
   -Иду.
   -Тебе понравился этот цветок?
   -У него очень приятный запах.
   Кивнул своим мыслям и, пройдя еще один коридор, остановился перед огромными резными дверями, выполненными из кости. Одним движением открыл двери, пропуская меня. Первое, что бросилось в глаза- окна на всю стену, через которую светили те самые три спутника. Приглушенный свет по углам огромной гостиной придавал некую интимность атмосфере комнаты. Посреди гостиной стоял накрытый низкий стол с разбросанными вокруг подушками. Тонкий аромат наполнял пространство, исходящий от дымящейся лампы, стоящей на полке у стены. Вообще комната в целом была аскетична, не хватало женской руки и приятных сердцу мелочей в виде статуэток и прочего им подобного.
   -Это твои покои?
   -Именно.
   -Почему мы здесь?
   -Ты же говорила, что голодна.
   -Голодна, но почему здесь?
   -А где надо было?
   -Ну не знаю, в общей гостиной? В столовой или еще где?
   -Считай это моей прихотью, да и в общей столовой неуютно. К тому же, ты не была у меня ни разу, поэтому мне хотелось, чтобы ты увидела эту красоту за окном.
   Лжет? Не договаривает? Какого его мотивы на самом деле? Сделала вид, что поверила ему.
   -Прошу,- указал на подушки у столика.
   Присела на указанное место. Он снял крышки с горячих блюд и налил в пиалу из графина напиток. От вкусных запахов снова заурчал желудок. Хотелось все и сразу, поэтому я сразу набрала в тарелку всего по чуть-чуть. В итоге получилась приличная горка, которая с большим успехом была сметена. И вот я уже наслаждаюсь напитком с приятной кислинкой на кончике языка.
   -Очень необычный напиток. Что это?
   -Это своеобразный расслабляющий и успокаиващий напиток. Он помогает значительно расслабиться и получить максимальный отдых для организма, но...имеет один небольшой побочный эффект.
   Пока он говорил, мое тело начинало охватывать приятная слабость, появилась легкая истома. Кожа становилась чувствительной настолько, что от малейшего дуновения ветерка появлялись мурашки и начинали свой марш по телу.
   -Ка..какой?
   -Он действует как афродизиак для наших женщин.
   В его голосе мне чувствовалась некоторая бархатистость и вкрадчивость. Он словно пел песню призыва для меня. Господи, что за голос! Глубокий, сексуальный. Что со мной? Что он там говорил?! Я не поняла. Пусть повторит...Пусть.
   -Что? Еще...повтори еще раз.
   -Я говорю, что этот напиток заставляет желать наших женщин. Сейчас я чувствую, как в тебе зарождается чувственная жажда в обладании партнера.
   -Я... ничего... не понимаю,- в голове стоял туман, в горле пересохло. Его голос что-то говорил, но я ничего не понимала. До сознания не доходили его слова. Все тело горело в истоме. Между ног и вовсе полыхал пожар. Одежда казалась тяжелой и жесткой. Захотелось тут же стянуть ее. - Что происходит? Кенион...помоги мне. Что со мной?
   -Поверь мне, я не хотел, чтобы это было так. Но я не вижу иного выхода.
   Он говорил, но я снова не слышала его. Живот стягивало тугим узлом, что даже приносило боль.
   -Аааа...Помоги мне, Кенион.
   -Прости.
   Он одним ловким движением притянул меня к себе и накрыл мои губы в горячем поцелуе. От соприкосновения с его губами и руками, пожар запылал с новой силой. Одежда почти обжигала чувствительную кожу. Я начала вырываться. Он с глубоким стоном разомкнул поцелуй.
   -Помоги мне. Пожалуйста...
   -О, великие предки, какая же ты сладкая, Вероника. Завтра ты меня возненавидишь, но только за эту ночь я готов ко всем последствиям.
   И он снова притянул меня к себе. Впился в мои губы, словно пиявка, и, подняв за бедра, понес к кровати. Он оголял меня, а я только вздыхала и стонала от облегчения. Каждый его поцелуй на коже, словно обжигал клеймом. Я сходила с ума, но все равно отдавалась со всей неистовостью. Такой жажды мужского тела я еще никогда не чувствовала. Он был нежен и требователен одновременно. Проводил руками по телу и сверкал такими восхищенными глазами, что я себя чувствовала королевой, не меньше. Его томный шепот ласкал мой слух. Я не понимала, что он говорил. Так, обрывочные фразы. 'Ласковая, нежная девочка'. 'Страстная...'. 'Желанная...'. 'Ненавидь меня, но завтра. А сегодня люби...'. 'Подари мне свою страсть. Дай почувствовать. Хочу твоей любви, как он'. 'Завидую'. Руки были везде, губы дарили наслажденье.
   Первое проникновение было, словно раскаленным железом прошили.
   -Аааа...Ммм...
   -Дааа....
   Я потерялась в своих ощущениях. Он такой горячий и большой, до конца заполнил меня собой. Его руки плотно прижимали меня к себе, не давая продохнуть. Я ощущала себя маленькой куклой в его стальных объятиях. Почему-то мой взгляд остановился на испарине на его виске, где была заплетена та тоненькая белая косичка.
   - Моя, теперь ты моя. Наконец-то...
   Еще один медленный толчок до упора. Он выпустил меня из объятий и оперся на руки, ловя мой затуманенный бессмысленный взгляд. Косичка и капельки пота в ее основании- только это я видела.
   -Ты такая прекрасная...восхитительная. Мое неистовое пламя. Моя огненная девочка. Я не отдам тебя никому. Мне все равно, что он в твоих мыслях. Больше его там не будет.
   Он набирал темп, словно жаждал выбить все воспоминания о... О ком? Он? Кто он? Он... Темные глаза и запах цитруса с древесным оттенком всплыли в сознании. Дантарр, мой дикий черный зверь.
   -Даннн...- скорее простонала я.
   Все прекратилось мгновенно.
   -Ррррр....- над ухом пророкотало.- Не смей...Ты в моей постели и подо мной. Никогда. Не смей. Произносить. Это. Шакхово. Имя. Когда. Ты. Подо мной.
   Каждое слово он произносил, вгоняя свой орган на полную глубину. Было несколько больно, но пожар неудовлетворенности все еще полыхал во мне, так что эта боль привносила перчинку в этот момент, что доставляло еще большее блаженство. Я стонала в голос, а он все продолжал говорить:
   -Я теперь твой лорд. Твой хозяин. Владелец твоего тела. А ты моя асси. И ты будешь произносить только мое имя. Кенион. Меня зовут Кенион. Произнеси. Немедленно.
   -...
   -Вероника, Кенион. Скажи.
   -Кенион. Пожалуйста, Кенион.
   -Еще.
   -Кенион. Прошу.
   Он уже просто пронзал меня, я же только могла стонать и всхлипывать, периодически моля об освобождении. Между бедер нарастало острое удовольствие, выстреливая вглубь живота, и вот я выгнулась дугой под ним, последний раз выкрикивая его имя. Внутренние мышцы содрогались в спазмах. Я дрожала словно осиновый лист на ветру, глубоко и шумно дыша. Еще пара движений его еще более увеличившегося органа и я почувствовала, как он выстреливает в меня, наполняя своим семенем, при этом рыча и стоная одновременно. Веки были слишком тяжелыми, чтобы я могла посмотреть на него. В голове до сих пор стоял туман, но в животе уже не было столь дикого пожара, хотя он все еще не оставил меня.
   -Вероника, ты будешь только моей.
   Легкие касания губ по скуле и он опускается ниже в своих поцелуях. Я снова чувствовала разгорающийся пожар. Его губы прошлись по ключицам, язык лизнул ямку в серединке и провел влажную дорожку до ложбинки грудей. Боже, дай мне сил вытерпеть эту чувственную пытку!
  
  
   Глава 14. Последствия.
  
   Солнечный лучик играл в гляделки со мной, мешая спать. Наморщила нос и перевернулась на другую сторону. Теперь солнышко нагревало оголенную спину. Подул легкий ветерок, принося мурашки, прошедшиеся по спине. Полежала, нежась в тепле очень удобной кровати. Моя кровать не была такой удобной. Так! Стоп! Что?! Меня словно подорвало. Я резко распахнула глаза и уперлась взглядом в полки, где стояли цветы в горшках и аромалампа, сейчас, конечно же, уже не чадившая благовониями. Было тихо, только приглушенное щебетание местных птичек доносилось из приоткрытых гигантских окон, что были прикрыты плотной тканью светлых штор. Осталась только малая полоска яркого света, из которой то и дело при колыхании от ветра появлялся тот лучик, что и разбудил меня. Я села, огладываясь вокруг. Где я и что я тут делаю? И тут же в голове возникли смутные образы вчерашнего вечера. Ужин, и все, что последовало за ним. Все было как в тумане: нечеткие образы, обрывки фраз и прикосновений. Голова не болела, даже наоборот, я чувствовала необычайную легкость во всем теле, только слегка саднило между ног, и я никак не могла вспомнить целиком и полностью все, что со мной произошло. Ясно было только одно: я провела эту ночь с Кенионом. Какого лешего здесь произошло, и почему я позволила этому случиться, я не понимала. Я силилась вспомнить, но так и не смогла.
   -Какого черта?!
   Откинула в сторону покрывало и вскрикнула, потому как одеяло прилипло к ноге и при резком отрыве произвело определенный дискомфорт. Присмотрелась и поняла, что это его семя присохло за ночь. Между ног до сих пор было несколько влажно и неприятно. По всему одеялу и простыне были заметны следы нашей совместной ночи. Также в нескольких местах матрас вместе с простыней разорвали когтями. Даже в изголовье имелись раскрошенные края дерева, словно кто-то излишне сильно упирался и сжимал спинку постели. Силен, мерзавец. Как я еще цела осталась?! А нет, не цела. Откуда у меня появились синяки на бедрах, руках...хмм...ягодице? Хотя, понятно откуда. Соскребла свое бренное тельце в кучку и, завернувшись в легкое одеяло, направилась в душ.
   - Вот это... видок, - даже рот приоткрыла, рассматривая себя в зеркале.
   На голове как минимум гнездо, на шее и ключице ряды засосов, губы словно ботоксом накачали, да еще видимо красный татуаж на все губы сделали. Под одеялом даже смотреть боялась, беспокоясь за свое психическое расстройство. Но надо. Оу...Вот сволочь. Зачем так то? Блин, да на мне живого места не осталось. И это при моей нынешней регенерации. А если б не она, то я вообще, наверное, сплошным синяком ходила. Вот, поганец! Мерзавец! Сволочь! Нецензурных слов на него не хватает. Ну, я тебе это припомню! Все испортил. Сам. Не мог подождать, просто воспользовался мной. Снова. Снова меня использовали. Ррр! Зрачки непроизвольно вытянулись в ниточку. Ноготки начали заостряться. В росте начала увеличиваться. Подонок! Ненавижу вашу империю! Чертовы ящеры. Ненавижу. Из горла начал раздаваться рык. А потом я просто спустила свой гнев с тормозов. Какая первобытная сила заставила это сделать, не скажу. Просто в голове крутились все мысли кучей, ненависть застилала глаза. Боль от осознания того, что меня снова использовали, заставляла вытворять то, что я делала. Остановилась только тогда, когда разбила то самое огромное окно в пол. Оно осыпалось сверкающими брызгами солнечных лучиков к моим ногам, но ни одно из них не смогло меня поранить. Свежий воздух плотным потоком ворвался в комнату и остудил мое сознание. Голое тело покрылось мурашками. Оказалось, что я была мокрой. Почему? Медленно я отвернулась от окна и посмотрела на плоды своих 'трудов'. Это было... эпично. 'Шедеврально' даже. Вся комната выглядела так, будто в нее попал взрывной снаряд. Все разбито, кровать чуть ли не на куски порублена, на полу вода, что плещется из душевой комнаты, заливая остальные комнаты. На полу у стены лежал весь в крови с разбитой головой Кенион, у дверей двое его хассов, а за ней в коридоре еще трое. Это я? Хмм... Надо почаще давать выплескиваться гневу, однако.
   Не прошло и одной минуты, как в комнату влетела еще четверка его верных псов, которые окружили меня, направив оружие. За ними еще двое побежали к своему хозяину осматривать на предмет повреждений. На меня смотрели с крайней степенью настороженности и реагировали очень нервно на любое движение. Последний, кто появился в комнате, был Олег.
   -Олег.
   На меня тут же навели оружие.
   -Эй-ей! Аккуратнее! Уберите свои 'пукалки'. А то еще раните кого-нибудь.
   Они на это еще более нервно отреагировали, готовя их к использованию.
   Со стороны Кениона раздался невнятный стон.
   -Олег, да скажи ты им. Пусть уберут оружие, а то я уже нервничаю.
   Олег подошел к ним, шепнул пару слов своим и нехотя те убрали оружие, но не отступили далеко.
   -Это ты все сделала? - полностью черные, не отражающие никаких эмоций глаза, смотрели на меня.
   -Ага, видимо я. Если честно, то не знаю,- вздохнула, понурив голову.
   Он ничего не ответил на это. Подошел к кровати и сдернул оттуда простынь, в которую и обернул меня. В это время Кенион худо-бедно начал приходить в себя. Тут же нарисовались медики и мальхи. Первые принялись приводить в сознание Кениона, а вторые уже потихоньку начали убирать все. Благо, медики были уже в курсе меня, так как лица были мне все знакомы. Значит, не возникнут вопросы по поводу моего запаха и прочее.
   -Пойдем, я отведу тебя к себе.
   -Пойдем, - снова вздохнула и направилась в сторону проломленной двери, у которой все еще в бессознательном состоянии лежали хассы, а возле них возились местные врачи.
   Олег вел меня коридорами к моей комнате. Он молчал, и я тоже молчала. Я до сих пор была в шоке от себя. Неужели это я их так раскидала и учинила весь тот погром, что был в комнате?!Хмм, да я крута! На лице расплылась самодовольная улыбка. Так то ему! Будет знать, как совершать необдуманно поступки. Получи фашист гранату! Настроение стремительно поднималось до неимоверных высот. Надеюсь, Кенион как минимум получил пару переломов. Сволочь. Блин, а как приятно то. Я крута. Я крута! Крута. Крута. Крута!!! Да ты супер, малышка. И вот я уже иду, пританцовывая, и улыбаюсь во все тридцать два зуба, а Олег смотрит на мой довольный вид выпученными глазами.
   -Вероника, с тобой все в порядке?
   -Со мной-то? И-де-аль-но!!!Ты понимаешь, это же я! Я! Его! Так. Уфф... Супер!
   Я даже глаза от удовольствия прикрыла и покружилась вокруг оси, задорно смеясь. Наверное, своим поведением я повергла Олега в шок. Хотя, они ж безэмоцианальные существа. Ну и ладно, буду сама наслаждаться весельем. В таком настроении дошли до моей комнаты, и я тут же направилась в душ, а то неприятные ощущения внизу живота так никуда и не делись. Проведя в ней часа два, вышла оттуда счастливая и довольная. И тут же наткнулась взглядом на непрошенного гостя, который с жадностью оглядывал голые лодыжки и плечи.
   -Ты ошибся комнатой, - это была констатация.
   -Наверное, я бы направился в свою комнату, но, увы, у меня там незапланированный ремонт, моя змейка с ядовитым, но таким желанным язычком.
   -У тебя наверняка хватает пустых комнат в этом огромном доме.
   -Хватает, но мне нравится эта комната.
   -Забирай,- фыркнула в ответ.- А мне выдели другую.
   -Мне нравится эта комната только лишь потому, что тут есть необходимый компонент к интерьеру в виде очаровательной змейки с прекрасными глазами, нежными губами и такими притягательными изгибами.
   Медленно он наступал на меня, тесня к стенке. Обманный маневр в сторону не удался, так как он преградил мне дорогу и пришлось снова отступать назад, пока я не почувствовала пятой точкой холодную поверхность стены.
   -Наверное, ты мало шишек получил сегодня?- я начинала злиться. В конце концов, что он себе позволяет?- Хочешь добавить?
   -В этот раз я буду готов к этому, но...мне бы очень хотелось знать, каким образом ты вдруг смогла стать такой...ммм...в моих покоях.
   -А ты как думаешь?- я смело смотрела ему в глаза, потихоньку свирепея. Он напомнил мне снова о том, что обманом принудил провести эту ночь с ним.
   -Не знаю, змейка. Ты мне скажи.
   -О, я скажу...Нет, я лучше тебе покажу!- гнев снова обуял меня, что не прошло и мгновенья, как я с силой ударила его в грудь, отбросив от себя. Но, увы, он уже в полете перегруппировался и встретился с противоположной стеной уже в боевой форме. Огромная белая рептилия стояла, смотря на меня зелеными глазищами. Мощные крылья, упирающиеся в потолок, внушительные когти и клыки, из огромного провала рта то и дело мелькал раздвоенный язык, а мощный хвост бил в разрушенную стену, оставляя новые вмятины. Мне бы испугаться, но я так устала бояться, и была дико зла, что никак не отреагировала на его перевоплощение. Только лишь ждала, что он предпримет дальше. А он заревел. В его голосе было принуждение и подчинение, как высшему существу их общества. Мои плечи с силой начало словно клонить к земле, ноги стали подгибаться, а шея открываться слегка в бок и склоняться в поклоне.
   Но потом я вдруг подумала, да какого черта?! Почему это я должна ему подчиняться? Я свободный человек! Ну, почти. Но я родилась такой. Я жила так добрую половину лет своей короткой человеческой жизни. И сейчас я не намерена подчиняться. Перетопчется! И, сделав над собой усилия, я тряхнула головой, словно сбрасывая наваждение. А потом заревела в отместку, матеря его в голове на все лады. Никогда! Никогда я тебе не подчинюсь, насильник чертов. Все вдруг захотели лакомый кусочек. Выкуси, дружок! Подчиниться? Тебе? Это ты мне подчинишься, сволочь. Я из тебя отбивную сейчас сделаю. Русские женщины страшны в гневе. И кляня его на все лады, даже не особо всматривалась, чем он занят. Я слишком была занята подбором новых эпитетов в его адрес в своей голове. Когда же я обратила свой взор на него, то сразу смолкла. Он, подавленный, чуть ли не пластом лежал у той самой плачевной стены, с полностью раскрытой шеей и низко опущенный головой. Одним коленом он стоял на полу, а вторым все старался удержаться хоть немного на ногах. Я сдулась как шарик. Оказывается, я, сама того не замечая, перешла в ту свою вторую форму. И сейчас передо мной чуть ли не на коленях стоит мой обидчик. Огромная рептилия и я, такая снова маленькая и хрупкая. Полотенце в процессе, конечно же, оказалось у моих ног, и я, заметив это, быстро накинула его снова. Понадобилось несколько мгновений, чтобы Кенион принял свой человеческий вид и тяжело, пошатываясь и хватаясь за стену, начал подниматься с колен.
   -Я..., - я хотела что-то сказать, оправдаться может, но потом подумала, что это он виноват и не стала развивать эту мысль.- Выйди. Я не желаю тебя видеть. И...мне теперь нужна другая комната. И, наконец, может она уже будет не столь закрыта. В конце концов, куда мне бежать отсюда? Дальше планеты все равно не уйду.
   Он, не глядя на меня, тихонько вышел, все еще придерживаясь стены.
  
   Кенион.
  
   Передвигаясь еле-еле, держась по стене, я никак не мог привести свои скачущие мысли в порядок. В голове царил хаос. Принуждение подчинением мощным откатом ударило по инстинктам и...самолюбию. Я все еще чувствовал его в груди. Что говорить об окружающих меня. Хассы лежали сразу за дверью без каких-либо движений, ведь призыв был не тонконаправленным, а разрозненным. И она даже не испытывала какого либо дискомфорта, не шелохнулась. Да я после такой волны, неделю бы, наверное, провалялся в медкапсуле, а она стоит спокойно и даже смеет мне сообщать о том, что не хочет меня видеть и требует новой комнаты с окнами. Почему я не смог подчинить тебя себе, более того, подчинился сам? Да я готов был на коленях ползти, выставляя открытую шею для последнего удара. Это...это невозможно! Только лорды первой системы способны на подавление воли, на подчинение. Неужели правящий дом дал добро на эксперименты со своим материалом, и почему Дантарру в таком случае? Ведь у него не лучшие ученые... Лучшие находятся во второй системе Ариуссов. Там лучшие умы: ученые, химики, биологи и дрейфы (прим., программировщики).Вопросы, вопросы,сплошные вопросы и ни одного ответа. Кто она? Какие еще тайны скрывает? Что черный лорд империи скрывает? Дантарр...Я разгадаю твои мотивы, какими бы они ни были. Но это все не так важно уже. Гораздо важнее мне теперь заполучить ее в безраздельное пользование и владение. Я добьюсь ее. Особенно после проведенной сегодня ночи. Ее вкус, запах сводил с ума, доводя до исступления и дикого вожделения. Я все никак не мог насытиться ее прекрасным телом и вкусом. Даже когда она от усталости уже уснула в моих объятиях, все никак не мог долго успокоиться, продолжая поглаживать ее и целовать. Моя, наконец-то моя! И такой она останется для меня во что бы то ни стало.
  
   Наконец-то я проснулась оттого, что в мое лицо светит такое яркое солнце, что заставляет слеплять веки. Мне показалось, что в меня словно вдохнули жизнь. За большим экраном, что заменял окно, был красивый солнечный день. Меня переполняла радость и предвкушение чего-то необыкновенного. Тонкие птичьи голоса щебетали, заставляли трепетать мое сердечко и улыбаться. Я раскинула руки поверх огромной кровати, что теперь принадлежала мне. Не настолько гигантская конечно, как та, которую я в пылу гнева на щепки 'порубила' в покоях Кениона, но все же. Она была настолько привычной мне, деревянная, с обычным матрасом, что показалось, будто я снова была дома. Дом... Такое далекое, родное и греющее душу название места, в котором всегда любят и ждут. А где я? Что я тут делаю? Настроение поползло вниз, но решила, что не позволю, кому бы то или чему бы то ни было разрушить его окончательно, поэтому выкинув из головы все самое плохое, скинула одеяло и направилась в уборную.
   У пруда было снова необычайно тихо и умиротворенно. Лепота!!! В душе бурлила энергия, которую некуда было направить.
   -Олег?
   -Тара Ника?
   -О, ну я же просила, когда мы наедине обращайся ко мне просто по имени. Мне так привычнее. Да и не узнает никто.
   Я не смотрела на Олега. Он стоял за спиной, а я наблюдала за насекомым, который сел на цветок, так похожий на кувшинку.
   -Хмм...Ника...Мне нравится. Теперь буду так тебя называть.
   Я резко обернулась, чтобы тут же упереться лицом к его...Э, короче, что пониже пупка. Тут же испуганно отшатнулась и едва не свалилась в воду, в самый последний момент удержавшись за мостик и посадив занозу, так как он был привычный деревянный. Рассерженной кошкой зашипела тут же пытаясь вытащить чужеродный предмет, но не успела даже толком приглядеться, как услышала взволнованный голос Кениона:
   -Ты поранилась? Где? Покажи! Ну же, Никусь, где больно? Сейчас вызову Альта. Подожди, только не двигайся.
   И обнимает, и смотрит с паникой в глазах...И столько участия, волнения, что я настолько удивилась, что забыла обо всем и, глупо приоткрыв рот, смотрела расширенными глазами на все это. Что сейчас было? Это Кенион? Точно он? Не подменили? А где та язва и сволочь, что меня постоянно провоцирует? Где старый Кенион? Быстро верните на место! Я не знаю этого Кениона, но он определенно...эм, другой. А с другим таким я не умею общаться.
   -Никусь, ну что ты молчишь? Альт, где ты бродишь, морхова личинка?!
   -Прошу меня простить, лорд Кенион. Я спешил, как мог. Что случилось?
   -Вероника...Я не знаю. Она поранилась. Я, кажется, ее немного напугал, и теперь она уже пару минут не реагирует на меня. Я ее зову, спрашиваю, а она молчит. Что с ней?
   -Сейчас я все узнаю. Где она поранилась? Я не вижу ран.
   -Руки, я не знаю...Вероника, ну не молчи, змейка! Альт!
   Тут я, наконец, отошла от шока. Моргнула, еще раз, закрыла глаза, пытаясь уложить все в голове, а потом, тряхнув ею для достоверности, снова открыла глаза, чтобы убедиться, что не сплю. Все те же действующие лица. Не сплю, а жаль.
   Мне показалось, что Кенион чуть ли не отшвырнул от меня нового ученого-медика, что был приставлен ко мне вместо Ситара.
   -Вероника?!
   Он всматривался в мои глаза, пытаясь там что-то узреть. Видимо то, что он там увидел заставило его шумно выдохнуть и прижать меня к себе настолько крепко, что я услышала, как у меня вправляются позвонки.
   -Отпусти...задушишь...,- еле прохрипела.
   -Прости, прости меня, я не хотел. Испугался просто. Испу...
   А потом он вдруг отстранился немного и посмотрел в мои глаза с такой болью и тоской, и еще несколько чувств, что я не успела разглядеть в его глазах, а потом он поцеловал меня так крепко и так нежно, что я даже не смогла сопротивляться. Не хватило силы воли отстраниться от такого трепетного отношения. А потом он сам отпустил, с болезненным стоном, притянув голову к плечу и снова сжимая в объятиях, зашептал мне в макушку:
   -Никогда ничего не боялся, даже уходя в самые опасные рейды. Встречал свою возможную смерть, глядя прямо в глаза. Мне нечего было терять, и некого. А теперь, одна самая малая возможность того, что я могу потерять тебя, приводит меня в отчаяние. Я не могу тебя потерять, не могу. Не покидай меня никогда. Я прошу тебя. Я ведь прошу о такой малости. Хочешь, весь мир к ногам твоим склоню? Пойду против всех, если надо будет даже против Кхамаи. Только будь со мной! Я заслужу твое прощение. Что ты хочешь?
   -Ты никогда не дашь мне того, что я хочу, белый лорд. Ведь это идет вразрез с твоими словами и инстинктами. Мне ничего не надо из того, что ты готов мне дать. Мне нужно именно то, что ты не готов мне дать.
   -Я не могу, я не смогу тебя отпустить, моя змейка.
   -Но мне нужно только это. Мне нужна свобода!
   -Нет, прошу тебя, не проси меня об этом.
   -Тогда и ты не надейся на прощение...и на что-то большее.
   -Большее? Что ты готова мне предложить за возможность свободы?
   -Я готова тебе предложить то, что потерял черный лорд империи ритаидов.
   -Что связывает вас? Объясни. Прошу. Я так много размышляю над этим, что у меня не осталось идей. Я устал гадать. Просто расскажи и тогда возможно я дам тебе свободу.
   -Мне не нужна возможность. Мне нужна свобода! А она либо есть, либо ее нет. Решай, лорд, решай, у тебя есть немного времени.
   -Немного?
   -Именно.
   -Что это значит?
   Его зеленые глаза смотрели требовательно и с болью. Что в твоей голове, Кенион? Какие мысли? Ты пытаешься меня обмануть? Или что? Почему так хочется верить этому взору, надеяться на то, что, может быть, испытываешь ко мне не только физиологические инстинкты?
   -Что Вероника, что это значит? Ответь мне!
   Господи, как же не хочется снова обмануться. Поверить. Как же страшно снова влюбиться. Неужели так можно играть?
   -Не молчи!- он тряс меня за плечи, но аккуратно, не причиняя боли.
   И тут так захотелось простого тепла, участия, капельку любви.
   -Обними меня, Кенион. Просто обними.
   -Верони-ика, - с таким мучительным голосом он прижал меня к себе, уткнувшись в основание шеи.- Не покидай, прошу.
  
   Глава 15. Цена свободы.
  
   Кенион
  
   Я был погружен в мысли о ней. В последнее время я не мог нормально работать, принимать какие-либо решения. Моя девочка, что значат твои слова? Что ты имела ввиду? Ты не говоришь ничего, не объясняешь. 'Отпусти меня, Кенион. Дай вздохнуть полной грудью. Я родилась свободной. Эти 'кандалы' меня убивают. Мне надо вернуться к нему'. Почему? Почему??? Что есть у него, что нет у меня? Что он дал тебе, что не могу дать я? Почему ты молчишь? Как бы я хотел влезть к тебе в голову и получить ответы на все вопросы. Разведка ничего не дала, а от Нхары ни слуху ни духу. Словно сквозь землю провалилась, подлая продажная змея. Я презираю ее и...завидую черной завистью Дантарру.
   Она сегодня так сладко спала. Волосы шелковым одеялом разлетелись по подушке, а когда рассвет занялся на горизонте и первые лучи осветили комнату, то я не мог дышать, любуясь ее образом. Слегка припухшие губы, такие нежные, такие сладкие. Не удержался, припал в коротком прикосновении и чуть не застонал от невозможности полностью приникнуть к ним, испить ее вкуса, ее дыхания. Когда я так остро начал воспринимать все, что связано с ней. Неведомые доселе чувства обуревали меня. Хотелось любоваться бесконечно, прикасаться, стараясь не потревожить ее сон. Легкими поглаживаниями я провел по открытым участкам ее мягкой, гладкой кожи, такой идеальной, такой ранимой. Вдохнул аромат ее разгоряченного тела. О, великие предки, она восхитительна, неповторима! Моя.
   -Лорд Кенион? Тар Кенион? С вами все в порядке? Лорд Кенион?
   С трудом вернулся из воспоминаний, что стояли перед глазами. Ее образ никак не хотел уходить.
   -Лорд Кенион?
   Обеспокоенные лица моих аздархатов взирали на меня.
   -Все в порядке? Вы очень странно выглядели. И мы звали вас, а вы не реагировали.
   -Да, все в порядке. На чем мы остановились?
   -На том, что оросху привезли и разместили в пятом ангаре, согласно вашему распоряжению.
   Я все пропустил. Шакх!
   -Давайте снова пробежимся по основным моментам. Кратко и по существу. Я...несколько рассеян сегодня.
   -Да, конечно. Итак...
  
   Сегодня Олег, или Кенион, сделал неоценимый подарок. Я получила то, что так долго желала. Мне принесли краски и кисти. Даже холст, очень похожий на тот, что используется на Земле. И вот уже с утра я рисовала. Я рисовала то, что было на душе. Причудливые краски сливались, создавая единый образ. Закат. Тот самый, что запечатлелся в душе. Ведь я прощалась с солнцем. Последний штрих и я любуюсь творением. А ничего получилось! Заменила на новый холст и снова начала рисовать. Почему-то вдруг захотелось нарисовать что-нибудь из прошлой жизни. В голове засел образ стаи птиц, летящих на юг. И песня даже подходящая вспомнилась:
  
   Улетай на крыльях ветра
   Ты в край родной, родная песня наша,
   Туда, где мы тебя свободно пели,
   Где было так привольно нам с тобою...
  
   -На, на, на...
   Было так спокойно на душе, что не могло не отражаться на картине. Даже обычно хмурую осень, я нарисовала в ярких, веселых красках.
   -Очень красиво. Где это место?
   Я уже не удивляюсь его появлению. Он снова призрак всегда где-то неподалеку от меня. Преследует, высматривает, словно добычу. Хищник по натуре, что с него возьмешь? Не оборачиваясь, ответила ему:
   -Далеко. Очень далеко.
   -Хочешь, я отвезу тебя туда? Может тебе это будет приятно...
   Горькая усмешка появилась на моих губах.
   -Нет, ящер, туда ты никогда не доберешься, что не может меня не радовать.
   -О чем ты?
   -Считай, что это моя утопия.
   -Утопия? Что это?
   Каждый раз забываю о речевых особенностях.
   -Мечта.
   -Ты мечтаешь вот об этом?
   -Я мечтаю, как они, быть свободной и лететь, куда моя душа пожелает.
   -Но почему? Тебе так плохо тут? Я же не трогаю тебя. Я стараюсь сделать все для того, чтобы тебе было комфортно. Ты сыта, одета, тебе есть, где спать. Неужели у него было по-другому? Что дал тебе он, что не могу подарить тебе я? Он дал тебе свободу? Ты поэтому была на том корабле, который так стремились захватить пираты?
   -Нет, там я была из-за него.
   -И все?
   -Все.
   -Расскажи.
   -Я расскажу только тогда, когда ты меня отпустишь.
   Ну, отпусти меня, Кенион, пожалуйста. Отпусти сейчас, и ты получишь больше. Я останусь сама, рядом. Только отпусти.
   -Я не могу этого сделать. Не проси меня об этом. Это словно я отрублю руку или ногу у себя.
   Столько боли и мольбы. Ты любишь? Любишь меня, Кенион?
   -Кенион, отпусти меня.
   -Я не могу. Но...я могу отвезти тебя к нему, а потом мы вернемся. Только при таком условии ты увидишься с ним. И в моем присутствии. Теперь ты моя, Никусь, и я не отдам тебя ему. Я лучше глотку ему вырву или...или сам умру. Но тебя добровольно не отпущу. Не смогу.
   Он прижимал меня к себе и смотрел с такой нежностью на меня, что мое сердце дрогнуло. Вот оно. Он любит, а это почти то, что мне надо.
   -Удерживая меня силой, ты не добьешься моей любви.
   -Снова это слово. Что оно означает?
   -А что ты чувствуешь, когда я рядом? Нет, не так. Ммм, любить - это значит отпустить, даже если твое сердце обливается кровью, но зато ты знаешь, что где-то там она будет счастлива. Если любишь - отпусти, если оно твое, то обязательно вернется, если нет - то никогда твоим и не было (прим., Гарсия Маркес). Так говорят там, откуда я. Иначе, ты будешь мучить не только меня, но и себя. Отпусти меня, Кенион. Я умру, задохнусь тут, увяну, как тот прекрасный цветок, если его сорвать. Не поступай так со мной. Как бы ты меня не удерживал, я уйду.
   Столько было отчаяния в его глазах, столько страдания и муки, что мое израненное сердце забилось пойманной птичкой, но разум упрямо стоял на своем. Ни шагу назад! Ну же, последнее слово за тобой, Кенион.
   -Я...я...великие предки, как же это сложно! Я отпускаю тебя, Никусь. Но... но я хочу...прошу тебя. - Он то и дело сбивался, дыхание было хриплым, объятия стальными, но он продолжал.- Я прошу тебя подарить мне ночи рядом с собою, хотя бы до отъезда, а...потом...я отпущу. Подари мне немного того тепла, что добровольно отдаешь ему. Прошу хотя бы об этом.
   Господи, да! Да, да, да! Я сделала это! Боже, Кени-малыш, мой белый прекрасный зверь. Да я тебе не только ночи подарю. Только сохрани, не сломай то, что только что произошло. Не разбей мое доверие тебе, мое хрупкое, едва склеенное сердечко. Сбереги.
   Я обхватила его за шею и притянула к себе, нежно целуя его. То с какой жадностью он припал к моим губам, сказало мне очень многое. Тут же волна возбуждения прошила мое тело, заставляя сильнее прижиматься к нему, ища еще более крепкие объятия. Слиться тесно, воедино, навсегда, раствориться в нем без остатка.
   Треск разорванной ткани на спине я проигнорировала. Руки дрейфовали по его груди, плечам, обхватывали шею, прижимая теснее. Голова кружилась от эмоций. Я словно была пьяна. Целовала, не останавливаясь, везде куда дотягивалась. Страсть горячим коктейлем заставляла бурлить кровь в крови. Как оказалась лежащей на земле, не заметила. Обнаженную спину кололи пожухлые травки, что были не очень заметны на фоне зеленого ковра травы, покрывающего все в саду. Новый треск ткани, воздух коснулся заостренных вершинок грудей, которые давно жаждали ласок. Кенион не заставил меня ждать, приникнув к ним и вырывая мой низкий грудной стон. Легкие укусы, которые тут же зализывались искусным любовником.
   -Ника, моя змейка. Мне нужно. Я не смогу быть сейчас ласковым, девочка моя. Прости.
   Сожаление в голосе и новый поцелуй, почти засос.
   -И не надо, Кенион. Люби меня. Как хочешь люби, только не останавливайся.
   Его стон и новый поцелуй был для меня лучшей музыкой. Меня немного приподняли и резко сорвали брюки вместе с нижним бельем. А потом он припал к промежности, лизнув там, чем вызвал у меня не просто бурю, а мини-взрыв гормонов. Я застонала, умоляя уже хоть что-нибудь сделать. Наконец он приподнял меня и резким движением вошел. Я задохнулась, переживая восхитительный момент единения. Мне показалось, что время замерло, давая мне шанс пережить этот момент. Он склонился к моим губам, снова захватывая их в плен, и продолжая двигаться во мне. Мой вкус на его губах показался сладким нектаром. Я пила его так же, как и он меня. Всего без остатка. Наши стоны были синхронны. Его глубокий и грубый, почти животный, и мой прерывающийся, яркий. Мои руки, лежащие на его прекрасных ягодицах, помогали поддерживать ритм, хотя это было лишнем. Он и так не мог остановиться, уже порыкивая и врезаясь измененными когтями в землю, чтобы не поранить меня. Его измененный орган, настолько увеличился, что с трудом начал входить меня. Ему пришлось брать себя в руки, но это не удавалось. И он заревел от безысходности. Сейчас он решал для себя закончить то, что ему так хотелось, но при этом причинив мне боль и возможные увечья, или прекратить все и остаться неудовлетворенным и тогда он причинит боль себе. Вот он момент истины! Подтвердит ли свои действия и слова? Мгновение и он тихонько с шипением покидает мое тело. Наверное, это стало последней каплей для меня в доверии к нему. Я поняла, что хочу дать ему то же, что и Дану. Себя и его будущее. Я поняла, что хочу родить ему ребенка. Что он уж меня не обидит. Я все ему расскажу. А сейчас я хочу его. Хочу в себе. Как прошло превращение, я не поняла. Лишь его глаза загорелись так сильно, с нежностью, восхищением, любовью. В следующий момент он снова оказался во мне, прижимая словно фарфоровую вазу и врезаясь с новыми силами и страстью. Его горловой клекот призыва был таким требовательным, что я с готовностью отозвалась. А дальше он еще больше увеличил темп и, когда меня охватил оргазм и я, содрогаясь всем телом, прижалась еще сильнее к нему, издал победный рык и укусил с другой стороны шеи, нежели это делал Дантарр. Эти острые ощущения, вкупе с его резкими последними выпадами, привели к тому, что, когда он резко в последний раз насадил меня на свой орган и начал изливаться, новая волна оргазма прошила каждую клеточку моего тела, принося удовлетворение, спокойствие и уверенность в будущем.
   Его глухой сорванный голос, все еще будоражащий мои не унявшиеся эмоции, прохрипел над ухом:
   -Ты знаешь, я теперь не конкурент ему, а что поболее. Я теперь его истинный враг. Ненавижу его. Ненавижу и завидую. Почему он нашел тебя раньше меня? Или создал, мне без разницы. Почему? Это не правильно. Так не должно быть. Как мне отпустить тебя, когда одна мысль о том, что только лишь прикоснется к тебе, заставляет меня совершать необдуманные действия. Например, закрыть тебя где-нибудь, отказаться от своих слов. Отдать все, лишь бы ты осталась рядом. За что мне это, Никусь?
   Он посмотрел в мои глаза, и я увидела там горе и отчаяние. Страх. Мука. И ненависть. К нему, к Дантарру.
   Не знаю почему, но я решила рассказать ему нашу историю с Дантарром только когда буду уверенна, что беременна. Может, надеялась, что он будет ценить больше то, что я рядом с ним и ношу его дитя. Не знаю. Но сейчас я могла дать ему лишь малое. Поцелуй был нежным и трепетным, ласковым.
   Возвращалась в здание на его руках, таких уверенных и твердых, мускулистых. На таких руках я готова была провести всю свою жизнь. Я не смущалась. Смущение осталось в прошлом. Сейчас было настоящее, уверенное настоящее.
   Но до своих покоев я так и не добралась. Он принес меня к себе. Вернее сказать, в свои новые покои, ведь те, другие, были разрушены. Они были чем-то неуловимо схожи. Такие же просторные и светлые. А еще окно, большое и массивное. Стиль минимализма ощущался в каждой детали интерьера.
   Дни проходили в любви и покое. Я была счастлива, действительно счастлива. Вроде, что такого - видеть, ощущать любимого человека. Любимого? Неужели? Да... Я люблю. Снова. Мое сердце зажило, оно билось ради Кениона, моего белого 'зверя'. Ночи, насыщенные сладостью поцелуев, страстью, нежностью. Любовью.
  
   Вдох-выдох...Поцелуй. Очередной стон развеивает тишину комнаты. Мокрые от пота и страсти тела сплетались в древнем танце вожделения перед зажженным камином на шкуре неизвестного убитого зверя.
   -Ве-ерони-ика-а... Моя...сладкая-я...нежная-я-я...Предки, какая...ааа...да...да! Да, ммм...А-А-А...ааа..
   Плоть Кениона взрывалась внутри женского естества, даря успокоение разбуженным эмоциям и желаниям. Уткнувшись в шею своей любовницы, он не мог надышаться ее запахом страсти и вожделения. Их совместным запахом. Она была настолько привлекательна для него на уровне запаха, что у него банально кружилась голова, как от выпитого вина в самых невероятных количествах. Словно он накурился опиуса и находился в экстазе. Невероятное ощущение. В последнее время его ощущения окружающего было настолько остры, что он никак не мог привыкнуть к этому и находился под эйфорией происходящего.
   Спустя десять минут, он лежал на спине, притянув на грудь свою женщину. Нежно поглаживал по спине и вдыхал ее запах, зарываясь периодически в макушку головы. Ему хотелось сделать что-то необыкновенное для нее, порадовать ее.
   -Никусь?
   -Ммм...- промычала она ему в ответ, уже находясь в объятиях сна.
   -У меня для тебя есть сюрприз.
   -Угум...
   Он улыбнулся. А она уже посапывала ему в подмышку. Он еще теснее прижал ее к себе и прикрыл глаза.
   Утром она проснулась как всегда в огромной постели. Одна. Он часто так делал. Все же дела его сектора не ждут. Но она не жаловалась. Он итак был с ней каждую свободную минуту. И не успела она выйти из уборной, как была схвачена в плен его рук, прижата к груди и поцелована в шею.
   -Доброе утро, змейка! Как спалось?
   -Прекрасно, но было бы еще лучше, если бы я проснулась рядом с тобою.
   Он улыбнулся. Ему нравилось, когда она оказывала ему знаки своего расположения. Это было так...приятно. И так...необычно. Теплый комочек разливался в груди от новых чувств. Никогда он еще не был так спокоен и...счастлив. Только лишь мысли о ее отъезде заставляли впадать в дикое отчаяние. Он не мог, не хотел представлять, как она садится в корабль, который улетает в систему рихассов, а там ее встречает он. Он обнимает ее, целует, подхватывает ее на руки и уносит к себе, где всю ночь...Нет. Нельзя думать. Нельзя представлять. Это затуманивает разум, заставляет чувствовать себя ущербным.
   - Одевайся в удобную одежду, у нас будет насыщенный день. Я пока распоряжусь насчет завтрака.
  
   Мы летели уже полтора часа на юг в тридцати метрах над землей. Внизу расползались долины, покрытые сочной травой, рощи с вековыми деревьями и то тут, то там виднелись водоемы с чистейшей прозрачной водой. Встречались странные стаи животных желто-черного окраса, что охотились на трехногих травоядных с виду напоминающих медведей без шерсти. Если кто-нибудь видел кошек породы фараон, то примерно так они и выглядели, разве что помассивнее. Во всяком случае, так казалось сверху. Впереди показались макушки гор со снежными шапками на вершинах. Но, как оказалось через некоторое время, не все они были покрыты снегом. Прямо по курсу в тумане стояла очень огромная гора с вершины которой поднимался дым. Вулкан. Самый настоящий действующий вулкан! По мере приближения к нему мои глаза все больше округлялись, я приникла к стеклу лицом и рассматривала его и окружающее пространство вокруг. Оказывается, это огромное 'чудо' обрамляла долина гейзеров. То тут, то там поднимались огромные фонтаны кипятка, что опадали на землю, превращая ту в грязь. Это было нечто. Представьте себе картину, где стоит одинокий вулкан, вокруг долина гейзеров, где круглогодично все покрыто зеленью, а вокруг снежные пики гор. Буквально тихий уголок зелени в дикой природе гор. Мы облетели гору и действующие гейзеры, и буквально сзади этой горы я увидела озеро и домик у него.
   -Боже! Кенион...
   У меня отнялся язык. Я не знала, как выразить то, что было в моей душе. Так красиво вокруг и тихо.
   Мы опустились на специальную площадку для нарков. Хассы подхватили провизию и вещи, что были приготовлены в поездку и начали заносить все в дом, в то время как мы с Кенионом спустились к озеру. Я прошла по маленькому пирсу и опустилась на колени, опуская руки в воду.
   -Кенион, она теплая...Как парное молоко! Представляешь?! Я хочу искупаться... Пойдем быстрее. Я переоденусь... Ой! - тут я вспомнила, что купальника то нет. И так огорчилась оттого, что не смогу искупаться, что даже слезы на глаза навернулись. Пришлось быстро смаргивать, чтобы не зареветь. Да что ж такое?
   -Что случилось, жизнь моя?
   Жизнь моя...Прия-я-ятно... Он так уже говорил мне пару раз. Но тогда это было...ммм...в процессе, так сказать. Настроение снова пошло вверх.
   -А у меня купальника нет.
   -Чего нет? Купаника?
   -Ку-паль-ни-ка... Купальника. Это то, в чем купаются. А у меня нет ничего.- И так горестно вздохнула. Прямо лишили ребенка конфетки.
   -А зачем он тебе, позволь узнать?- он смотрел на меня немного удивленно и со смешинками в глазах.
   -Ну как же! Это же очевидно, что купаться.
   -А без него ты купаться не можешь?
   -Почему не могу? Могу. Просто..., -замолчала и залилась краской. Да что ж такое, как девчонка в самом деле?
   -Что просто?- он уже откровенно улыбался.
   -Но тут же посторонние. Хассы и...и вообще. - Резко отвернулась и фыркнула, как надувшийся ежик. Дожила блин, детский сад. Ника? Что с тобой? В детство потянуло?
   За спиной раздался смешок, потом еще один и откровенный заразительный смех. Я уже сама улыбалась, стоя к нему спиной.
   Привычные горячие сильные руки обхватили мою талию, притягивая к себе, а шаловливый язык пощекотал за ушком, погнав табун мурашек по телу.
   -Ты неподражаема, моя змейка. Такая маленькая и взрослая одновременно, такая озорная и страстная. Моя люби-и-имая.
   Счастливая улыбка расползлась на губах. А потом меня одолело озорство, как и сказал Кенион. Надо оправдывать себя. Развернулась к нему и потянула на себя, легко целуя в губы. Так, а теперь дернуть на себя, уйти с траектории в бок, подставив ножку. Буль-тых!!
   -Аааа!!! Есть, есть, есть! Мне удалось!!!- Я прыгала и крутилась вокруг оси, размахивая руками и смеясь. Кенион, вынырнув из воды, посматривал на меня недобрым и укоряющим взглядом.
   Я подошла к краю и, все еще посмеиваясь, произнесла:
   -А я смотрю тебе и плавок не нужно. И в одежде вполне неплохо купаешься,- и засмеялась, на миг закрывая глаза.
   Вот чего не ожидала, так это такой подлянки. Не прошло и доли секунд, как я и сама полетела в воду. Теперь уже он вовсю смеялся надо мной, а я просто брызгала в него водой. Как же я счастлива! И как я люблю его. Господи, пусть все будет так же, как сейчас. Пусть наша любовь не пропадет, не исчезнет, не предастся.
   А вечером сидя в гостиной возле камина, где был накрыт стол с разными вкусностями, что мы прихватили с собою, произошло то, чего я ожидала уже около двух недель как. Вот зря я открыла крышку. Меня рвало, а Кенион от паники не знал куда себя девать. Он грозился снести дверь уборной, если я немедленно не открою.
   -Нет, нет. Подожди, не надо. Я сейчас...
   Очередной спазм, заставил снова склонить голову к местному унитазу, исторгая остатки позднего ужина. А потом я еще несколько минут ополаскивала лицо прохладной водой, приходя в себя. Ну вот и 'радости' беременности. И улыбнулась. У меня снова будет малыш.
   Открывала дверь с некоторой опаской. Грозный обеспокоенный взгляд прожигал меня, а лишь виновато улыбнулась и повела плечами, будто говоря, что я не при чем, оно само так получилось.
   -Альт уже вылетел сюда и прихватил все необходимое. Как ты себя чувствуешь? И почему не дала пройти к себе?
   -Потому что ни к чему тебе видеть...эм, меня в таком состоянии.
   Он зло выдохнул сквозь зубы, а потом прижал сильно к себе и, чуть ли не рыча, проговорил:
   -А это мне решать, видеть тебя или нет в любом из твоих состояний. Что это сейчас было? Ты отравилась?
   Теперь в его голосе была забота и волнение.
   -Нет, не отравилась. И Альта ты зря вызвал. Отправляй его отдыхать, все же ночь на дворе. Я прекрасно себя чувствую.
   -Тут уж мне решать, как мне заботиться о моей женщине. И пока он тебя не осмотрит и не подтвердит твои слова, то не улетит. А еще лучше наверное будет, если он останется тут до того момента, пока мы не улетим обратно.
   Что ж, Никусь, пришло время.
   -Кенион...Ты давно спрашиваешь меня, что меня связывает с Дантарром? Почему я так привязана к нему?
   -Я не хочу говорить о нем,- в его словах звучит боль и обреченность. Он давно ждал этого разговора. Словно что-то запретное не произносил даже в мыслях. Он так надеялся, что если он не будет вспоминать, то и она не вспомнит. Не заговорит об этом. О своем отлете в Рихасскую империю, где будет счастлива там с ним. А он останется тут, будет съедать себя, жалеть и ненавидеть. Себя, его, ее. Себя за то, что отпустил, не удержал. Его за то, что отнял, отдал, а потом забрал, поманил надеждой и опрокинул в пропасть отчаяния. Ее за то, что выбрала не его, ведь он все сделал для того, чтобы удержать рядом с собою.
   -Тебе придется меня выслушать. Ведь теперь это касается и тебя. И постарайся не перебивать и не задавать вопросов. Во всяком случае, до окончания моего повествования, а потом я буду готова ответить на все твои вопросы. Меня зовут Маховская Вероника Андреевна, и я с планеты Земля.
   -Но...
   -Стоп. Никаких вопросов.
   Он кивнул и она продолжила. По мере повествования его глаза все более округлялись, а потом он и вовсе сидел, словно громом пораженный, и молчал. Он смотрел в какую то одну точку и анализировал ее слова, укладывая их в голове, до тех пор, пока не услышал о том, что она забеременела от Дантарра. Но это же...это. Это же все меняет. Это же, невообразимо. Она и ребенок. Малыш, живорожденный... Невероятно. Значит, и он...Он, Кенион, может стать...Отцом живорожденному ребенку, не искусственному. Значит у него, Кениона, есть будущее продолжение его рода, ведь еще мало кто знает о том, что хассы, появляющиеся в лаборатории, это самый минимум побочных инкубационных носителей. Недаром, он считается одним из самых умных, хитрых, дальновидных лордов. У него везде есть свои глаза и уши. И в домах продолжения жизни тоже. Уже около полугода он получает данные оттуда о том, что все больше наш вид деградирует. Только тридцать процентов из ста воспроизведенных считается нормально функционирующим живым организмом. Остальные семьдесят - это фактически уродливые заклонированные образцы, которые не доживают даже до полугода жизни. Ученые бьются в истерике, пытаясь найти решение проблемы, но пока опыты дают только отрицательный результат. Еще какие-то полтора столетия и мы обречены. Были. До тех пор, пока не появилась моя змейка. Прости, жизнь моя, но я тебя не отпущу к нему. Не теперь, когда я знаю, что, вернее кого ты можешь мне подарить. И это будет лучший дар. А я постараюсь все сделать для тебя. Говоришь, малыш там остался. Что безумно скучаешь по нему. Калидарр. Он будет рядом. И я буду рядом. Я стану ему лучшим отцом, чем Дантарр. Тот не достоин. Так глупо потерять величайшую драгоценность. Как же ты глуп, мой старый враг. Ты добровольно отдал мне все в руки. И даже не представляешь об этом. Но я сохраню, спрячу мою девочку, укрою ее от всех бед.
  -Теперь ты понимаешь, почему мне так нужно вернуться к нему? Мой мальчик ждет меня там. Я скучаю, я так дико скучаю по нему. Я верю, что ты поможешь мне вернуться, ведь так, Кенион? Ты не поступишь, как он? Пренебрежение убивает...
  Такая горечь звучала в ее словах, а он смотрел в ее прекрасные глаза, полные боли и понимал, что уже не сможет так поступить, как думал еще минуту назад. Она не простит, так же как и черного лорда. Не простит. Но как же ему отпустить ту, что заставляет дышать свободнее, что приносит столько тепла и радости, счастья? Не могу. Но что же делать?
  -Ты хочешь, чтобы я отпустил тебя? Но как отпустить, когда я познал страстные ночи и нежные рассветы с тобою? Когда я так счастлив...и ты тоже счастлива. Я не смогу, это равносильно самоубийству, змейка.
  -Что? Нет! Нет, ты не так понял. Это ведь теперь и тебя касается. Я, наверное, многое прошу у тебя, но не вижу другого пути. Кенион, я хочу, чтобы ты помог мне добраться до Дантарра и моего малыша и уговорить, чтобы позволили мне забрать сына.
  Она не бросает. Эта первая мысль подарила столько вдохновения и счастья мне, что практически все ее слова прошли фоном. А когда понял, о чем она мне сказала, то уже готов был расцеловать. Уговорить? Это я уж постараюсь. Ради тебя, моя радость все, что пожелаешь. Хоть маленькую вселенную! Улыбка прочно поселилась на моем, я уверен, счастливом глуповатом выражении лица. Предки, я не знаю, что я чувствую, но однозначно что-то светлое и самое прекрасное.
  -Для тебя, моя змейка, я все сделаю. Не сомневайся! Никогда.
  Тут на улице послышались звуки приближающегося нарка. Я нежно поцеловал свою девочку и пошел встречать Альта.
  
  В гостиную Кенион уже вернулся не один. Альт привычно подошел ко мне и попросил расслабиться, чтобы он мог взять анализы и провести осмотр. Было видно, что он еще не отошел от сна, потому как то и дело он незаметно позевывал.
  -Кенион, мне не нужен этот осмотр. Я прекрасно знаю, что со мной.
  -Никусь, Альту, как специалисту виднее. Поэтому будь хорошей девочкой и лежи смирно. Это для твоего же блага.
  -О, Кенион, ты меня снова не слушаешь. Услышь, пожалуйста, я знаю, что со мной. Я всего лишь беременна!
  Все, занавес! Кенион стоит, хлопает ртом, а Альт вообще смотрит то на меня, то на Кениона с выражением непонимания происходящего на лице.
  -Что вообще происходит?
  -И ты мне не сказала, до того, как я тебя утащил в воду?
  Одновременно прозвучали оба вопроса.
  -Не сейчас, я объясню позже,- бросил Альту.- Нет, даже не так. Ты не сказала это до того, как мы полетели сюда? Да нам же тогда понадобилось бы больше охраны. Вероника?!
  -Ой, да не кричи ты так. Перепонки не стальные. Я не была уверенна.
  - А сейчас, видимо, ты уже уверенна?
  -Ну да. Меня же вырвало.
  -А при чем тут это?
  -Ну как, при беременности в первом триместре у большинства женщин бывает токсикоз. Правда, тут сложно говорить о триместре, ведь всего полгода проходит. Хмм, тогда наверное ...двуместр?- тихий смешок прозвучал из ее губ.
  -О каком большинстве ты говоришь? У нас женщины уже давно не рожают, а другие виды не страдают желудочными болезнями при вынашивании потомства.- Еще больше нахмурился он.
  -Во- первых, ребенка. Не нравится мне это выражение. А во-вторых, может у ваших женщин и так, но я такая только наполовину.
  Он продолжал сверлить меня своим хмурым взглядом, полным осуждения. Не проняло.
  -И как давно ты знала...предполагала?
  -Ну,...эм, помнишь, наш первый...осознанный раз? Вот, примерно с того времени.
  -Вероника!!!?
  -Да, милый, - сама невинность.
  -Я тебя закрою у себя в покоях и привяжу к постели, чтобы ты сразу говорила о таких вещах. А сейчас, пусть лучше Альт удостоверится, что это так, чтобы я напрасно не надеялся.
  -Он ничего не увидит. Там должно уже быть все в непроницаемом для приборов коконе.
  -?
  - Ну, так было в первую беременность.
  -А теперь может кто-то мне объяснит, что происходит. Вероника беременна? Как?- наконец, подал голос третий присутствующий.
  - Я объясню позже, Альт. Пока же проверь слова Ники. Если она права, то... Великие предки, ну что ты встал? Особое приглашение требуется.
  Наконец-то, Альт достал прибор и начал обследовать Веронику. Он хмурился, глядя на данные с прибора. Взял кровь. Опять уткнулся в экран.
  -Ну? - не выдержал Кенион. Как же он надеялся на положительный результат, ведь тогда Ника останется с ним в любом случае.
  -Не знаю что это, вот, смотрите, вот эта зона, - он показывал что-то на виртуальном экране, что был спроецирован над прибором,- но она действительно не просматривается. И если я правильно понимаю, то Вероника была права.
  Вздох облегчения не смог сдержаться на губах Кениона. Он улыбнулся, а дальше слегка приподнял вверх голову, и победный рев с клекотом вместе вырвался из глотки слегка изменившегося лорда.
  На ночь решили никуда не лететь и остаться с ночевкой в этом замечательном домике на берегу озера в окружении зелени и снегов одновременно. Альта поселили в дальней комнате, а хассы сторожили периметр. Дополнительное сопровождение решили вызвать на утро.
  
  Наверное, эту ночь она не забудет никогда. Ведь столько нежности было в каждом движении и прикосновении любимого, что бережно прижимал к себе ее пока еще хрупкое стройное тело. Едва касаясь, ласковыми, порхающими поцелуями покрывал все ее дрожащее от страсти тело и нежно шептал слова любви. Кенион с легкостью скользил по влажным лепесткам ее женственности, ловя поцелуями ее легкие стоны, трепетно оглаживал каждый изгиб. Эта томная сладость соития рождала еще более глубокие чувства. Каждый стон, каждое дыхание, каждое движение двух тел, танцующее великий танец наслажденья, приближало их к безумству двух влюбленных.
  Только когда последний совместный глухой стон прозвучал в тишине комнаты, она, переведя дыхание, прошептала: 'Люблю тебя'. И ей вторило в ответ: 'И я люблю тебя, безумно, родная'.
  
  Глава 16. Рождение чуда.
  
  Вы когда-нибудь хотели сбежать от излишнего внимания? Я очень. Уже почти три недели, как хочется очутиться на диком острове на необитаемой планете. Чтобы везде море, солнце, белый песок, еда и...тишина. Ну, разве что только естественные звуки природы. И да, еще галасеть. И всё. Честно говоря, от этой опеки, что меня окружили, хочется взвыть волком. Я не помню такого даже при первой беременности. Это же круглые сутки рядом кто-то находиться. Бесконечные визиты Альта, раз семь на дню, для измерения давления, объемов, обхватов и прочей ерунды. Он, видите ли, будет писать научную работу на основании моей беременности для будущих ученых умов, чтобы знали, как себя вести при беременности от представителя другой расы. Но тут, конечно же, я выступаю представителем инородной гуманоидной расы, отличной от физиологии ритаидов. Он из меня всю душу уже вытряс! Ему подавай все подробности моей первой беременности. Вплоть до, извините за подробности, сколько раз в туалетную комнату ходила. Ужас! Это ж как пережить все это нормальному человеку с нестабильной психикой беременной женщины? Правильно, сбежать! А куда? Особенно, если даже в уборную с тобой охрана следует? Хорошо хоть сразу устроила скандал по этому поводу своему излишне мнительному любимому и пригрозила больше не рожать ему, если это сейчас же не прекратится. Это я еще выторговала тогда сокращение посещений Альта с десяти до семи раз. На меньшее он не согласился, слишком переживает за малыша. Но мне то от этого не легче! Уже опостылели все эти анализы и замеры. Вон опять пришел и выжидает, когда же я выйду из уборной, чтобы выдать им новую унцию внутренних жидкостей.
  -Все, с меня хватит!- с этими словами я открыла дверь из уборной и наставила палец на этого доморощенного научного деятеля. Хотя тут я погорячилась, признаю, специалист он превосходный. Знает свое дело. Но уж слишком молодой по их меркам, амбициозный и несколько повернутый на деле. Наверное, лучшие врачи и должны быть такими. Но опять же, мне от этого не легче.
  -Либо ты прекращаешь превращать меня в лабораторную мышку, либо...либо я заменю тебя. Вот! Вернее попрошу Кениона подобрать мне другого специалиста.
  Его губы обиженно поджались, и именно в эту минуту он был более чем похож на ребенка, у которого отобрали любимую игрушку. Но уже в следующую минуту на его губах заиграла язвительная усмешка.
  -Я лучший специалист, и тар Кенион это понимает, поэтому он, наверняка, откажет тебе в этой просьбе.- Мне показалось, что он планировал показать мне язык, но в последний момент передумал. Уж очень лицо его было довольным и хитрым.
  -Проверим?- Так же язвительно отозвалась я.
  
  - Тар Кенион очень дорожит этим потомством,- решил подавить на мою совесть Альт.- Я бы рекомендовал не отказываться от моих услуг, потому как смело могу признать, что являюсь самым высокопрофессиональным специалистом, да к тому же, абсолютно адаптированный к твоему запаху и не реагирующий на инстинктивном уровне. То есть, говоря простым языком, у меня иммунитет к твоему привлекательному запаху. У других специалистов таких преимуществ нет, и они с вероятностью девяноста семи процентов будут реагировать на тебя, как на самочку, что приведет к непредвиденным действиям со стороны тара Кениона.
  Вот вроде и сказал все вежливо и правильно, что даже мысли не возникло возмутиться, но все равно как-то неприятно проигрывать. Поэтому...
  -Я думаю, мой комфорт для него будет приоритетнее. Пока же я от твоих исследований только зверею. Поэтому, если ты не прекратишь в тех же объемах проводить свои анализы и замеры, то я буду настаивать на смене твоей кандидатуры на роль персонального врача. И, я уверена, Кенион одобрит.
  Вот так! Пусть не думает, что ему все дозволено.
  Какое-то время он обдумывал мои слова, а потом проговорил:
  - Ты права, я сокращу исследования, но имей ввиду, что если появятся какие-либо проблемы, то ты беспрекословно будешь выполнять мои распоряжения относительно лечения тебя и малыша.
  -Обещаю, - с облегчением выдохнула.
  -Но раз уж мы все решили по этому поводу, то нам надо пересмотреть количество проверок на дню. Итак, думаю, что четыре...- он замолчал, заметив мое зверское выражение лица.- Три?
  Я покачала отрицательно головой на последний заданный вопрос.
  -Два?
  -Два раза в неделю, не больше.
  -Но...
  -А если будешь настаивать, то плавно перетекут в один раз. Со мной все хорошо и я отлично себя чувствую, поэтому проверок и анализов достаточно два раза в неделю.
  -Хорошо, - с мукой в голосе кивнул он. - Но если что...
  Я не дала ему договорить:
  -Да, да. Если что ты первый узнаешь об изменениях в моем состоянии.
  Еще раз горестно вздохнув, он вышел из покоев Кениона, в которых с некоторых пор я проживала.
  Наконец-то я вздохнула свободно, победно протанцевав в воображении ламбаду. Жаль только не смогла надолго вздохнуть свободнее.
  -Змейка, - меня обхватили сзади, с любовью прижали к себе и нежно поцеловали за ушко.- Почему ты прогнала Альта? Он очень переживает за вас, а я еще сильнее. Мне нужно знать, что с вами все хорошо.
  -С нами все хорошо. Для этого не надо проводить ежедневный осмотр и анализы. Можно просто спросить, как я себя чувствую. И если ты сейчас меня об этом спросишь, то я тебе отвечу, что чувствую себя теперь намного лучше, нежели последние три недели, когда вы мне не давали спокойно вздохнуть. Никакого покоя!
  -Но...
  -Никаких но! Только что одному объяснила, а он тут же побежал жаловаться. Предупреждаю, продолжите в таком же ключе, отлучу от тела!
  Видимо угроза подействовала, так как тот тяжело выдохнул и тут же сильнее прижал к себе, разворачивая и нежно и сладко целуя уже в губы.
  -Хорошо, моя радость, но если что...
  -Да-да, ты первый узнаешь.
  Еще раз вздохнул и поинтересовался, не проголодалась ли я. На что, прислушавшись к организму, согласно кивнула. Тут же в покои прошли мальхи и накрыли на стол. Чего только тут не было. По комнате поплыли вкусные ароматы, раздражая обонятельные рецепторы и заставляя давиться слюной. Такие обеды у нас теперь были ежедневными. Кенион даже забросил ежемесячное патрулирование подконтрольных территорий, которые раньше стояли на первом месте. Теперь он раскидал эти обязанности по своим доверенным ритаидам. И о пиратах ничего не слышно вот уже много месяцев, что заставляло держаться в напряжении всей империиритаидов в общем, ожидая чего-либо крупномасштабного с их стороны. Не зря они притаились, ох, не зря!Хотелось бы ошибаться, но,увы, как говорится, надейся на лучшее, но готовься к худшему.
  Сейчас же он с довольным прищуром наблюдал, как я поглощаю блюдо за блюдом, напрочь сметая со стола большую часть еды. Наверное, такими темпами я вскоре стану бочонком, которого можно будет только лишь перекатывать. Но если говорить откровенно, то не особо-то меня это и волновало. Главное, чтобы моя крошка родился здоровым, а для этого надо хорошо питаться. А вес - это ерунда. Меня ведь и такую любят? С настороженностью глянула на Кениона. Он это заметили, так как наблюдал с умилением на лице, как я прикончила только что десерт.
  -Что?
  Мотнула в сторону головой, отгоняя тревожные мысли, но было поздно.
  -Змейка, что случилось? Радость моя, не молчи. Иначе я сейчас напридумываю себе всякого.
  -А ты меня любишь, Кенион?
  -Ты сомневаешься? Хмм, это плохо! Значит, я мало стараюсь для того, чтобы ты ощущала всю мою любовь. Пожалуй, как только ты доешь, приступим к доказыванию, чтобы даже мыслей о таких вопросах не возникало.
  Он выглядел огорченным, поэтому я поспешила его успокоить.
  -Нет, Кенион, ты неправильно понял. Я чувствую всю твою любовь, но... Смотри, вот через пару месяцев я располнею и буду с огромным животом. А вдруг ты меня разлюбишь? Вон, у тебя там целый гарем баб.
  Тут уже я расстроилась. Сама себя накрутила называется. Опустила глаза, уходя в себя и представляя эту картину. Я же не переживу, если он будет с кем-то пока я буду ходить беременная. Даже слезы на глаза начали наворачиваться. Ох, уж эти гормоны!
  Но тут не дал мне впасть в истерику его громкий хохот. Он смеялся.
  -Что смешного?
  -Ох, змейка, ты меня ревнуешь? Радость моя, у меня, как ты там выразилась, карим.
  -Гарем.
  -Да, этот самый гарэм. Он у меня чисто номинальный. Я туда уже не помню когда обращался. Быть с ними- это все равно что...хмм... Как бы объяснить? Вот ты допустим любишь вот этот фрукт.- Он взял в руки местный круглый небольшой фрукт зелено-желтоватого оттенка, именуемого хада, и еще один фрукт бледно-желтого оттенка грушевидной формы с крупной косточкой в центре плода. Он назывался топнис, и напоминал по вкусу топинамбур. - А вот этот терпеть не можешь. Хотя, не так. Я неправильно начал. Вот, допустим, ты всю жизнь любила топнис. Кроме него ничего иного не ела, представим, что никаких других фруктов больше не было. Тогда тебе казалось, что он самый вкусный. Но вдруг ты попробовала хаду с его необычным сладким и приятным вкусом с небольшой кислинкой. Он такой ароматный, приятный и самый вкусный. Допустим. И вот тебе предлагают снова есть топнис, хоть какое-то время. Опять же допустим. Но попробовав хаду, я уже топнис не захочу, ведь я всю жизнь его ел, и он мне просто противен. Не то что вкус, а просто его вид и аромат. Он вызывает во мне тошноту и отвращение. Вот примерно такие чувства у меня сейчас вызывают другие асси. Они мне противны, отвратительны, омерзительны. Другое дело ты, моя змейка. Ты для меня словно чаша ароматной хады. Я не могу тобой насытиться. Твоим ароматом, твоим вкусом, твоей нежной кожей, и то, что ты, как ты выразилась, располнеешь, меня совсем не волнует. Ты моя. Любая.
  Он уже подобрался ко мне, шепча на ушко последние слова. Нежное прикосновение его раздвоенного язычка за ушком и я судорожно вдохнула воздух, наслаждаясь его лаской. Легкая ткань платья скользнула с плеча, оголяя его. Ласковые поцелуи вызывали мурашки.
  - О, великие предки, какая же ты вкусная. Ты сводишь меня с ума. Ты даже не представляешь насколько. Я никогда не перестану тебе говорить о том, как сильно я тебя люблю, и насколько ты желанна для меня. Сладкая... Прости змейка, но я не могу больше ждать.
  Очередной треск разорванного платья. Да, так происходило часто. Поэтому мой гардероб теперь был довольно обширным. Это Кенион постарался еще в самом начале наших более близких отношений. Они, конечно, в основном типовые, но я не успеваю порой их проносить и одного дня. Вот как сейчас. Кстати, это касается также и белья. Оно у меня заканчивается еще быстрее. Вот совсем нет терпения у него. Этот раз так же не стал исключением. Несколько секунд и лоскутки ткани опадают на пол, а меня подхватывают на руки и, не заканчивая целовать, несут к кровати.
  Мягко опуская на постель, он продолжал целовать чувствительную кожу уже в области груди и ниже. Не отрываясь от моего тела, он проникновенно шептал в тишине комнаты:
  - Змейка моя, гладкая, нежная... Ароматный цветок, запах которого преследует меня. Я сижу на совете аздархатов, а мысли мои о тебе, я слушаю их, а слышу только твой голос, что на выдохе произносит мое имя. Ты мое наваждение, дневное, ночное, каждую секунду. Ты знаешь, что твой аромат меняется?
  Его язычок скользнул в ямку пупка, поигрывая в глубине и принося щекочущие ощущения. Очередной мой легкий стон прозвучал в комнате.
  -Он становится глубже, привлекательнее. Я не представляю, что будет через пару месяцев. Наверное, мне придется закрыть тебя в комнате и днями и ночами напролет ласкать тебя, чтобы унять эту потребность в твоем аромате.
  Я задохнулась от ярких ощущений, когда его язычок скользнул к моей плоти и резко прокрутил вокруг горошины клитора, и громко застонала в гулкой тишине.
  - Сладкая, моя девочка. Ты не знаешь, как я схожу с ума без твоего аромата. Он мне необходим, - горячее прерывистое дыхание моего ящера обжигало своей страстью. - Мне очень плохо, когда я его не чувствую. Но по-другому нельзя. Иначе все узнают о тебе, о вас, и заберут у меня.
  Тут он сжал мои бедра, врываясь в глубины моего лона своим длинным раздвоенным языком, и начал с неистовостью зверя вылизывать изнутри, стараясь задеть ту заветную точку, которая скрыта от глаз. Спустя пару минут моих громких стонов, он резко отстранился и одним движением резко наполним меня до своего основания.
  -Я не позволю, никто тебя не заберет у меня. Никогда. Иначе я убью их всех, любого.
  Каждое его слово сопровождалось резким толчком внутрь, до упора заполняя меня. Моментами это было даже немного болезненно, но вместе с болью было и дикое наслажденье. Такая боль даже приносила какую-то особую перчинку в этом необузданном соитии. Связные мысли покинули голову, когда еще его язык играл с жемчужиной клитора. Сейчас же остались только сильные эмоции и ощущения. Я уже хрипела под ним, потому как голос сорвался, но не могла остановиться. Сквозь мутную пелену я уже не видела, каким восхищением, страстью, любовью и безумием горели его глаза.
  -Моя...моя. Скажи мне это. Скажи, что ты моя.
  -Твоя... Кенион, твоя...Пожалуйста.
  Он зарычал, увеличив амплитуду поступательных движений, и начал изливаться внутрь, вознося на вершину блаженства и меня. Мое тело в последний раз дернулось в конвульсии и обмякло под ним, переживая отголоски невероятного оргазма, что только что яркой молнией пронзил меня.
  Он еще был во мне, когда легкие нежные поцелуи, которые словно благодарили за все только что свершенное, начали сыпаться на мое лицо, шею, волосы, губы.
  -Любимая, ты как? Я не сделал тебе больно. Малыш...он?
  -Все...прекрасно, - еле слышным сиплым шепотом проговорила я. Горло пересохло и слегка саднило после всех криков и стонов, что звучали еще минуту назад.- Хочу пить.
  Он с сожалением тихонько выскользнул из меня. Еще раз окинул меня придирчивым взглядом и направился к графину с водой, что стоял на столике неподалеку.
  Когда я напилась, он подхватил меня на руки и унес в купальню, где тщательно и нежно мыл меня, а потом не удержался и вновь ласкал меня, но на этот раз бережно, как бы принося извинения за предыдущий исступленный секс.
  Спустя полчаса я обнаженная и изрядно утомленная засыпала в объятиях любимого.
  
  Кенион
  
  Я смотрел на нее и слушал, как дыхание постепенно замедляется, переходя в размеренное. Глубокий сон после насыщенных ласк сморил мою девочку. Ей надо больше отдыхать, ведь она теперь не одна. Вздохнул. Эх, надо бы поумерить свои аппетиты. Но как можно, когда она вот такая, нежная, ласковая, словно лучик солнца, яркая, как искра от огня, мягкая, лежит рядом или смотрит бездонными озерами глаз, такими завораживающими и теплыми. Она будет прекрасной ассири моего малыша. Я знаю, она будет его любить, отдавать всю себя. Я не помню свою ассири. Какая она была? Только голос помню. Как-то однажды она напевала мне, наверное, на ночь. Легкая мелодия, и голос нежный, мягкий. Мне кажется, она любила меня. Но я так и не познал ее любви. Ведь пришла та болезнь, что большую часть женского населения нашей империи ритаидов скосила, а оставшуюся обесплодила. Еще две трети женщин не перенесли мысли, что не смогут никогда больше прижать к груди своих малышей, и постепенно увяли в своем горе. Кто-то сходил с ума и сами убивали себя, а кто-то просто угасал, не желая существовать без какой-либо цели в жизни. Ведь основная их роль была в продолжение рода. Они были теми, кто были не просто любовницами своим мужьям, а теми, кто сохранял мир и покой в семье, тихой гаванью в череде безумных дней, связанных с работой, войнами, бунтами. Они были костяком...И они практически все погибли. Остались несчастные пара тысяч от миллиардов женщин. Это были те, кто смог преодолеть себя, принять и смириться с новым положением.
  А сейчас в его объятиях по своей сути лежало будущее всей империи. Ведь только Вероника смогла понести. Единственная землянка во всей их империи, удивительная и уникальная. Моя. Пока моя. И таковой и останется. Я уверен, что Дантарр так же не захочет предавать огласке информацию об их девочке. Вернее о моей девочке. Любимой, единственной, в чьем животике постепенно растет мое продолжение.
  Тихонько нагнулся и оставил трепетный поцелуй на ее приоткрытых и распухших после ласк губах. Всего лишь поцелуй, а я снова ее жажду. Мне кажется, что я никогда не перестану ее желать. Она манит и притягивает меня. Завораживает своей глубиной глаз и нежностью губ. Я ее раб. Все сделаю ради нее и для нее. Ее аромат, что смешался с моим, щекотил мои рецепторы, Он словно нашептывал: 'Разбуди, приласкай, скользни по этим манящим лепесткам губ, насладись упругостью груди, прикуси упругую горошину на вершине и войди в ее влажную глубину, насладись ею сполна, люби, нежно, ласково, долго или резко, безумно, со всей страстью'. Он едва слышно застонал, сдерживая своего внутреннего неукротимого зверя. С большой неохотой переложил ее хрупкое тело, поцеловал в плечо и покинул ее. Он вышел из двери, аккуратно прикрыл, чтобы не разбудить ее и вот тут уткнулся в эту самую дверь и застонал уже в голос.
  -Тар Кенион, вызвать Альта?
  Его хассы, как обычно находились рядом.
  -Нет, не надо. Со мной все в порядке. Охраняйте покои. Сообщите, если Вероника захочет куда-либо пойти. Восемьдесят седьмой, в первую очередь это тебя касается. Кажется, она тебе доверяет.
  -Конечно, тар Кенион.
  Он развернулся и пошел к выходу на 'рабочую' половину дома, где он проводил все встречи и совещания с аздархатами своих провинций. Как обычно прошел через очищающую от запахов установку, чтобы вывести дурманящий запах его любимой. И как только вышел, тут же поморщился. Его не было, ее аромата, и это раздражало его изнутри. Ему он был необходим, как воздух, вода, еда. Он словно въелся под кожу, и если он не чувствовал его, то зверь внутри бесновался. Он будто не чувствовал себя с ним единым целым, не как раньше. Но если снова прийти по неосторожности с ее ароматом на коже, то неизвестно, что может произойти. Бунт ему ни к чему, хотя он и подавит его быстро и жестоко. Но уж лучше заранее пресечь подобные действия. Хватило и того случая, когда под действием зова подавления воли Вероники, все его ритаиды были деморализованы и выведены из строя. Всего несколько секунд, а они несколько часов лежали оглушенные. В это время на них можно было спокойно нападать, все равно бы не смогли ответить. Кстати об этом...
  Он набрал Альту по галосу.
  -Анализы готовы?
  -Да, мой лорд.
  -Тогда жду тебя у себя в кабинете.
  Он отключился и продолжил идти к себе, думая о том, что он не хочет знать о результатах этих анализов, потому что боится, что это изменит все в их такой счастливой и размеренной жизни с его девочкой. А может ну их, эти анализы, и неведение лучше?! Пусть идет все своим чередом? Нет, на самотек тоже нельзя пускать. Вдруг, в ней тоже проявится эта болезнь. Я не переживу, если потеряю свою малышку и моего ребенка. Ребенок. Она так его назвала. А себя называет таким странным и глуповатым названием. Ма-ма. А меня называет будущим папой. Па-па. Даже звучит нелепо. Но, почему-то когда я произношу эти смешные названия, в груди теплеет. Это звучит как-то мягче что ли, нежели ассири и ри.
  Сам не заметил, как за размышлениями дошел до своего кабинета. Привычно перед дверьми толпились на прием мои аздархаты и азды по тем или иным вопросам и поручениям. Все они ждали провожали меня нетерпеливыми взглядами. Но в этот раз, я ждал только Альта, а остальные подождут. Мой помощник поприветствовал и прошел вслед за мной, присев перед столом в ожидании поручений.
  -Нарис, первым пропусти ко мне Альта. Все остальные пройдут по мере срочности.
  Он поклонился в знак уважения и вышел. Буквально пару минут спустя ко мне прошел Альт.
  - Тар Кенион,- он склонил голову, приветствуя меня.
  - Проходи, Альт. Чем 'порадуешь' меня? - и заранее тяжело вздохнул, не ожидая от итогов обследования ничего хорошего.
  -Это невероятно. Вот, здесь все выводы. - Он протянул мне медицинскую карту Вероники.
  -Альт, ты испытываешь мое терпение. Я не ученый! Объясни нормально.
  -Оу... я не подумал. Но это действительно невероятно. Вероника - уникальная самочка. Я не нашел даже намека на какой-либо недуг или отклонения по ее здоровью. Но также могу сказать еще, что клетки, что были исследованы нами ранее отличаются от нынешних. И либо Ситар неверно проводил обследования, либо она все еще мутирует. Я не знаю, с чем это связано, и как предотвратить мутацию. Также не понятно, какой она станет, когда мутация будет завершена. Помните при нападении, вы рассказывали, что она была на корабле практически заморожена. Но согласно обследованиям Ситара ни одна клетка не была заморожена, хотя в условиях космоса при полном отключении питания и довольно продолжительного времени, пока шел бой с пиратами, это просто нереально. Вы говорили, что другие азды и хассы были мертвы, кроме, кажется одного, которого отправили в кобзо-капсулу на восстановление?
  Лорд кивнул на заданный вопрос и, нахмурившись, продолжал внимать словам ученого.
  - И еще не понятно в этом вопросе, что пиратам понадобилось на борту того сверка? Но это уже не мое дело. Собственно, что еще?! Ах, да. Хмм...то ментальное подчинение. Тут я вообще не понимаю ничего. Это своеобразная мутация ее организма или что-то иное... В общем. Я тут натолкнулся на одну хронику, многотысячной давности. Она сохранилась то практически в виде легенды. Даже старики уже не помнят об этом. Кажется, когда-то подобное могла делать королева. Нет, не нынешняя, и даже не десяток тысячелетий назад, а более ранние. Буквально, наши первопредки. Но это, конечно же сказка?!- прозвучало вроде и как утверждение, но при этом как-то вопросительно, словно Альт сомневался в своих словах.
  Это еще больше заставило хмуриться Кениона. В нем начали зарождаться искорки страха за его малышку и еще не рожденного наследника. Если хоть кто-нибудь краем уха услышит, прочтет, увидит- это... Это...Этого не должно случиться ни при каких обстоятельствах!
  -Альт, все данные сейчас же мне скидываешь на мой личный галос. Любые копии информации, связанные с Вероникой, уничтожаешь. Все должно быть только у меня лично и больше никак. Никто. Никогда. Не должен ничего узнать о ней. Ты меня понял, Альт.
  Он вдруг сверкнул желтыми зрачками глаз, полными неприкрытой угрозы. Альт вздрогнул и поспешно кивнул головой, тут же приступая к передаче всей информации. Он нервно покусывал губы, с одной стороны негодуя, что ему запретили открыто обследовать столь интересный объект и, значит, писать научную работу, а с другой он был весьма не глуп и понимал, чем может это обернуться, если вдруг кто-то еще, слишком умный и предприимчивый, узнает о Веронике и ее возможности иметь потомство. Ему-то все равно. Он итак получает хорошо, и вообще только ради возможности узнать новое и неизведанное готов работать сутками напролет. А вот другие, совсем иное дело. Они могут быть действительно корыстны. А если дойдет до Кхамаи, то, считай, будет малая междоусобная война, которая, наверняка, закончится полным крахом со стороны Ришасса и смертью лорда Кениона и пленения Вероники. Перспективы вовсе не радужные. Поэтому что делаем? Правильно, молчим в тряпочку и уничтожаем данные на носителях информации. Ему, Альту, не нужны лишние волнения.
  -Готово.
  -Отлично. Теперь все обследования ты будешь вести непосредственно в моем присутствии и записывать сразу в мой галос все данные по прохождении беременности Вероники.
  -Хорошо.
  -Иди, и помни, молчание - залог здоровья и безбедной жизни.
  Тонкий намек был принят к сведению. А выйдя из кабинета, он кратко выдохнул, собираясь с мыслями и отбрасывая ненужные эмоции, и зашагал мимо остальных присутствующих перед дверьми кабинета. Этот разговор лишил его некоторого спокойствия, которое нужно было немедленно восстановить, погрузившись в рутинные дела и новые эксперименты.
  
  Спустя 4,5 месяца...
  
  В первую беременность было, пожалуй, легче. Никогда еще не чувствовала себя такой...беременной. Я стала очень большой. Живот был огромен, словно там не ребенок, а как минимум слоненок. Я ела, как мне кажется, за пятерых. Передвигаться было уже крайне сложно, но я все же продолжала это делать. Единственное, что меня радовало, так это то, что растяжки, что присущи многим беременным так и не появились, хотя при таких габаритах, казалось бы, это невозможно. Если раньше я могла свободно бегать по этажам, то теперь с трудом выходила в сад. Меня всегда кто-нибудь сопровождал. Я настолько к этому привыкла, что уже не обращала на это внимание. Есть и есть, не мешают же. Сексуальная жизнь застопорилась, и теперь я могла лишь наслаждаться ласками Кениона. Дарить же уже не могла, поэтому ему было особенно тяжело. А еще я начала реагировать на запахи. Теперь я чувствовала всех на расстоянии в несколько десятков шагов. У каждого был свой аромат. Конечно же, у Кениона он был самый привлекательный. Я буквально урчала от удовольствия, когда он находился рядом со мной. Очень многое в комнате претерпело изменения, так как многие запахи я плохо переносила. Например, железо. Этот металлический запах меня раздражал. От цветов меня мутило. От некоторых запахов еды меня буквально рвало. Даже у одежды был травяной запах. Он, правда, меня успокаивал, по большей части. А еще эти перепады настроения и температур. То жарко, то холодно. То печеньку хочу, то рыбки, копченой, а нет, жареной. Нет, не рыбки. Мясо, много мяса. И так днями напролет. Могла просто разреветься ни с того, ни с сего, потому что вон та рыбка в пруду сейчас съела насекомое, которое по неосторожности село на листик у воды. А мне его было жа-а-алко. Я даже как-то заметила в его и без того белоснежных волосах один отличающийся по цвету волос. Он был седым. Но еще ни разу я не слышала бурчаний с его стороны. Он лишь нежно обнимал и целовал меня, а потом орал на мальхов, что до сих пор не принесли его любимой девочке пять видов разных фруктов, чтобы была возможность выбора.
  Относительно поездки в Рихасс он уговорил меня не торопиться. Сначала спокойно родить, а то мне 'нельзя волноваться, иначе рожу раньше времени', а этого нельзя допускать. Поэтому поездку отложили на более позднее время. Когда я уже освобожусь от бремени. Да к тому же Кенион все еще общался с Дантарром, 'зарывая топор войны'. Я однажды видела его по связи, в то время как он меня нет. Он словно постарел на десятки лет. Глаза потухли, в черноте его волос я отчетливо увидела белые волоски. Вроде все так же молод и привлекателен, но глаза старика, темные мешки под ними не давали понять его истинный возраст. Я так расстроилась этому факту. Я ведь с момента беременности с ним не выходила больше на связь, опасаясь за его реакцию на мою беременность. Он чувствовал, что я жива, я это знаю. Но былой нашей любви уже не вернуть, во всяком случае, я считала именно так. Он сделал свой выбор тогда. Когда Кенион увидел, как я кусаю губы и еле сдерживаю слезы, то он тут же сослался на срочные дела и прервал связь с Дантарром, где они обсуждали условия торгового соглашения по одному из ресурсов самой плодородной планеты системы Судзари. Потом подхватил меня на руки, прижал к себе, усадив на колени, и долго утешал, сцеловывая мои слезы. После этого я ни разу не присутствовала при их разговорах.
  Альт же спешно готовил все необходимое к рождению наследника. Он оборудовал одну из комнат на личной территории дома Кениона по последнему слову техники. Лучшее оборудование для обследований и взятия и приема анализов. Ближе к сроку он заметно волновался, словно это он собирается рожать, а не я. Вот в таком ключе и проходили мои последние дни перед родами.
  Сегодня я решила сотворить подвиг и прогуляться в сад. Ощущая себя уточкой, не меньше, шла тихонько по коридору. Шаги давались с трудом. Ноги в последнее время сильно отекали. Я замедляла темп и в итоге остановилась в том самом коридоре, где в прошлый раз прощалась с солнцем. Солнце ласкало своим теплом, согревало душу и сердце. Хотелось мурлыкать от тихого умиротворения. Вот еще малыш появится, и моему счастью не будет предела. Я стояла, щурилась на яркое солнце и чувствовала, что мне не хватает объятий моего любимого. Так вдруг захотелось, чтобы он обнял меня, поцеловал за ушком, вдохнул запах волос, зарывшись в них, почувствовать его участившиеся дыхание и ускоренное биение сердца. У меня даже кончики пальцев закололо от невозможности прикоснуться к нему. Тоска заворочалась под сердцем. Хоть и расстались только утром, а во мне уже пробудилась потребность в нем.
  Я даже не расслышала шагов, когда меня привычно обняли его сильные руки, а нежный любимый голос успокоил расшалившиеся нервы и успокоил тоску:
  -Никусь, что случилось? Я как безумный вылетел с совещания, когда почувствовал этот...зов, полагаю. Почему ты так тосковала? Я думал, что сойду с ума, пока до тебя доберусь. Любимая, моя.
  И его успокаивающие поцелуи обрушились на меня, сметая волну неуверенности, тоски, одиночества и возвращая краски жизни.
  -Кенион, мне так было одиноко без тебя. Я не знаю, что на меня нашло, но вдруг так захотелось тебя увидеть, и чтобы ты меня обнял и не отпускал. А как ты...Как ты тут оказался? Ты меня почувствовал?
  -Любимая моя девочка, я как обезумел, когда почувствовал всю ту гамму чувств и эмоций, что намешалась в тебе, что я вообще не понял, как оказался тут. Нда... надо будет перенести на попозже совещание.
  Он тут же перенес его по галосу, а потом обнял меня, и мы стояли и смотрели на солнце вместе. Сильный толчок под ребра заставил согнуться меня и обхватить живот, пережидая болезненные ощущения. Еще один не менее сильный заставил охнуть и застонать. Кенион, обхватил меня, помогая. Он разволновался не на шутку, когда еще один сильный толчок заставил меня вскрикнуть от боли. Кажется, у меня что-то случилось с ребром, потому как я начала сползать на каменный пол перехода. Олег был уже тут, аккуратно поддерживая меня. Кенион в панике кричал на Альта, требуя немедленно двигаться в комнату для обследований. Олег уже бережно подхватил меня на руки и быстро нес в указанную комнату. Живот гулял ходуном, очередной толчок был в кость бедра, но это было не настолько болезненно. Мой малыш уже хотел выбраться, ему было очень мало места.
  Меня принесли в 'родильную', как я ее называла, и уложили на желеобразную кушетку. Альт появился несколькими секундами позже и тут же организовал деятельность по диагностике беременной меня. Спустя минут десять он вынес вердикт:
  - Одно ребро надломлено, но это не опасно для внутренних органов. В кобзо-капсуле можно залечить. Еще на двух трещины. Ваш наследник очень сильный, тар Кенион.
  -Что-нибудь угрожает Веронике?
  -Насколько я вижу ничего...пока. Но если в ближайшее время роды не начнутся, боюсь представить последствия.
  -Можно в этим что-нибудь сделать? Как-то ускорить?
  -Не надо ничего ускорять!- Возмутилась я.- Все само собой должно быть.
  -Но, Никусь, это для твоего же блага.
  -Я сказала нет. Он родится, когда придет его время. Это около двух недель. А остальное я перетерплю.
  -Самочки..., - обреченно выдохнул он.
  Ну да, мы, женщины, такие или горбатого...
  А уже на следующий день вечером у меня начались схватки. Учитывая то, что ребра у меня так и не восстановились, даже при моей нынешней регенерации, было очень болезненно.
  Я металась на огромной разложенной желеобразной постели, где мне специально увеличили жесткость для удобства. Воды еще не отошли, и я просто переживала спазмы, что скручивали меня каждые пять-семь минут. Волосы слиплись. Я обливалась потом и стонала, потому что сорванный голос не давал мне кричать. Кенион был рядом со мной все время с начала схваток, ведь началось все у него на глазах. Я накануне сообщила ему несколько известных мне способов, как быстрее вызвать схватки. Поэтому после ужина он потащил меня в купальню, где намеренно увеличил температуру воды. Сама же процедура помывки превратилась в изощренное соблазнение, а позже и в нежную ночь любви. И вот мы наблюдали последствия сих действий.
  -Неужели нельзя дать обезболивающего?- не выдержал моих мучений Кенион.
  -Я не знаю, как ребенок отреагирует на него. Мы же ничего не знаем. Это можно сказать, гибрид, эволюционно новый вид особи, который может разительно отличаться от нас не только на генном уровне, но и во внутренних органах и восприимчивости препаратов.
  -Не...надо колоть ничего. Я...справлюсь, - еле простонала. Все же первые роды были гораздо легче.
  -Малышка моя...Ничего скоро все закончится. Только потерпи немного.
  -Кенион...спасибо тебе. Но...но ты не должен меня видеть... такой. Ааа...Твою ж...
  Он держал ее за руку, помогая пережить очередную схватку.
  -Я никуда не уйду. Даже не надейся.
  -Тебе, наверное, все это...Отвратительно, - просипела на выдохе.
  Амплитуда времени схваток уменьшилась до минуты между ними. Осталось действительно не так долго. Лишь бы пережить.
  -Отвратительно? Милая, да это самое прекрасное, что только может быть. Рождение наследника-это чудо. Мой тарри. Даже не думай, что после этого я отвернусь от тебя. Ты даже не представляешь, как красива сейчас. Ведь у тебя в глазах огонь ассири.
  Он нежно поцеловал меня в кончик губ, прежде чем пришла очередная схватка. Дальше было уже не до разговоров. Воды отошли, оставив мокрую лужицу на мембране, которая немедленно впиталась в желе. У меня появилось ощущение, что я нахожусь в постоянной агонии. Боль, одна сплошная боль разливалась по телу и скручивалась в области таза. А потом стало легче. Наконец-то! Потуги одна за другой выталкивали головку малыша. Еще пару минут, и красный клубочек вытянули из меня и перерезали пуповину. Наверное я надолго запомню выражение лица Кениона, то благоговение, что было нарисовано на нем. Он словно под гипнозом шел к Альту, который успел вытащить слизь изо рта и носа малыша и перевязать пуповину. Он подошел и смотрел из-за плеча Альта на ребенка, а я понимала его слова о 'огненном взгляде ассири'. Сейчас я наблюдала его взор, полный отцовского счастья и восхищения. Первый голосок малыша прорезал тишину комнаты, и я выдохнула от умиления.
  -Альт, дай мне его ненадолго. Надо приложить к груди. Он должен чувствовать свою маму.
   Он приподнял его за голову.
  -Аккуратнее, придерживай головку. Она сейчас у него не держится, где-то через неделю-другую только сможет держать.
  Мне аккуратно поднесли и передали на руки. Я прижала свою крошку и заплакала от переполнявших меня чувств. Кенион придерживал меня за плечи и умиленно смотрел на нас, поглаживая по предплечью большим пальцем второй руки.
  -Не хочу вас прерывать, но насколько я понял, то скоро начнется еще одна волна...ммм, схваток? Правильно?- Я кивнула.- Так вот надо бы отнести малыша, прежде чем ты освободишься до конца от бремени.
  -Да, конечно. Еще секунду.
  Я быстро поцеловала своего малыша в лобик и аккуратно передала Альту, чтобы он его унес.
  Он вышел, унося мою крошку, а я устало откинулась на подушки, поджидая новые схватки для избавления от 'детского места'. Но никак не ожидала, что снова мне станет больно, а между ног снова появится ощущения головки малыша, как при рождении.
  -Кенион? Кенион!!! Я...что происходит? Ммм-мааха...Ааа.
  -Альт!! Альт, задери тебя шакхи! Еще один ребенок, я вижу головку. Где ты?
  -Я уже бегу...Древние предки, как? Я же...я не успею. Придется вам, тар Кенион, самому принять малыша, только не отключайтесь.
  Он, терпеливо, без паники и при этом задыхаясь от бега, объяснял Кениону, как принять второго малыша. Я же опять погрузилась в пучину своих ощущений. Я дико устала, от перенапряжения болели мышцы, но я продолжала кусать губы, выталкивая малыша из себя. Последний вскрик, и в комнату влетает запыхавшийся Альт, а Кенион держит на руках второго малыша. Альт сразу же начал свою деятельность: перехватил из рук второго ребенка, аккуратно перерезал пуповину и понес к столу на обтирание и перевязку. Малыш был маленьким, совсем крошкой. Кенион же все еще продолжал сидеть в моих ногах, и ошарашено смотрел в сторону ребенка. Он застыл, словно парализованный.
  -Поздравляю! Поздравляю нас, всех!!! У нас есть будущее, мой лорд. Это девочка...
  А потом я услышала писк, который словно звуковой волной ворвался в мозг. Кенион вздрогнул, повернулся ко мне.
  -Ты почувствовала? Ты это слышала? Этот клич?
  -Я слышал, мой лорд. И полагаю, что все слышали.
  -Это...?
  -Да, теперь все в курсе, что где-то появилась на свет королева.
  Я испуганно выдохнула и откинулась на подушки. Еще этого не хватало!
  
  Глава 17. Поиск
  
  Аланис
  
  Молодой высокий мужчина сидел в своем кабинете, когда его настиг ментальный клич о рождении королевы.
  -Невозможно, - прошептал он и, тут же взяв себя в руки, вылетел из комнаты, на ходу набирая по галосу ту, что могла ответить на вопросы.
  -Ритасси, наконец-то!- он несся в комнату своей ассири, которая уже не одну сотню считалась единственной ритасси, королевой их империи ритаидов, и игнорировал всех, кто пытался обратиться к нему.- Ты тоже это ощутила?
  -Да, мой мальчик. Я тоже почувствовала ее.
  -Но...но ведь это невозможно. Я бы знал. Мне бы сказали...Или...
  -Давай мы поговорим об этом наедине.
  -Через пару минут буду у тебя в покоях.
  -Я жду, - проговорила она, а потом уже мягче добавила: - Ты ел?
  -Нет, я не успел, да и о какой еде сейчас может идти речь, - возмутился он.
  -Ничего не знаю. Я распоряжусь. И никаких разговоров пока не поешь.
  С ней было проще согласиться, поэтому:
  -Хорошо.
  Он отключился и прибавил ходу. И вот он добрался до ее комнат. В это время поступило столько запросов на вызов, буквально говоря, от всех глав секторов. Но всех сбросил. Не до них сейчас.
  - Ты знаешь, где она?- с ходу он задал вопрос, едва ему открыли двери пара хассов, что были приставлены в охрану ритасси.- Ты почувствовала?
  -Успокойся и садись. Сейчас тебе принесут поесть. Как только закончишь, мы приступим к разговору.
  -Ассири, как ты можешь сидеть спокойно? Ведь это же прорыв, это...Это девочка. Новая королева, а значит наше будущее и, вероятно, моя будущая...пара.
  Теперь он должен думать не о себе, даже если это будет генетически мутировавшая особь, не отличающаяся приятной внешностью и имеющая лишние конечности или еще что. Все лишь бы смогла зачать и продолжить род. Или может она тоже не сможет понести?! Столько вопросов? В какой лаборатории создана? Почему не сообщили? Или кто-то смог родить из оставшихся в живых ритаидок? Но тогда ее будут скрывать, беречь как величайшую драгоценность. Ведь это получается, всего одна самка на всю империю, которая смогла родить. И родить не абы кого, а королеву. Вопросы, вопросы... И как она может спокойно сидеть и ждать, пока принесут мой обед. Не смог усидеть и подорвался с места, наматывая круги, не в силах усидеть на месте из-за нервного ожидания.
  Наконец-то открылась дверь, и мальхи внесли еду на подносах и разложили на низком столике, с разбросанными подушками вокруг. Ему понадобилось всего пару минут, чтобы все проглотить, даже не почувствовав вкуса принимаемой пищи. И вот последний глоток прохладного напитка и он отложил приборы.
  -Теперь ты ответишь на мои вопросы?
  -Да. Я почувствовала ее. Самка слабенькая в плане здоровья, но очень сильная по духу. Она будет прекрасной королевой при должном воспитании. Для этого ее требуется найти. Я почувствовала только примерное направление. Это где-то в северо-восточном направлении.
  -Это же почти шесть секторов. Как же я смогу ее найти?
  -Мальчик мой, соберись. Ты же Кхамаи. Мы всегда находим то, что принадлежит нам! Запомни это и никогда больше не отчаивайся. Мы проверим каждую из планет во всех шести секторах. Благо у нас хватит ресурсов. Но для начала попробуй сделать общее объявление. Сделай запросы в лаборатории и каждому из лордов секторов. Может это был лишь экспериментальный образец, на который не было надежды, но случилось чудо, и его просто не успели занести в базы и направить информацию нам. Все может быть. Для начала созови совет лордов. Я буду также присутствовать. Я почувствую, если кто-то что-то скрывает. Особое внимание надо будет уделить лордам со второго по седьмой секторы. Далее если это собрание и запросы в лаборатории не дадут плодов, то уже направишь сам на поиски. Ритаидов я подготовлю.
  -А если мы не успеем и ее увезут, спрячут? Или...ты сама говорила, что она со слабым здоровьем. Вдруг она...погибнет?!
  - Мы найдем ее создателя или ассири. И следующий приплод она уже принесет под нашим контролем, если это самочка. Или заставим проделать те же манипуляции для воспроизводства, если ее создали. И уже сделаем все, чтобы она не погибла. Но пока тебе надо постараться найти ее.
  Через час уже состоялся совет лордов, где все были взбудоражены фактом рождения самочки-королевы. В каждой из голов присутствующих роились разные мысли. Кто-то уже строил планы по захвату самки, кто-то строил планы по свержению Кхамаи и видел себя в качестве продолжателя рода ритаидов, но только в голове Дантарра, черного лорда Рихасского сектора, была мысль о поиске и защите его Вероники и ее девочки, ведь он был уверен, что только она могла родить, а в голове Кениона была лишь паническая мысль о страхе за свою любимую и его наследников. Но то лишь в голове, а на деле ни одна эмоция не отразилась ни в глазах, ни в чертах лица. Только лишь маска участия и волнения, как у всех присутствующих на этом голографическом собрании.
  Собрание так и окончилось тем, что Аланис ничего для себя не узнал и не определил, кто из них в курсе ситуации относительно рожденной самочки-королевы.
  -Что скажешь, ассири?
  -Скажу, что каждый из них что-то скрывает. И не мешало бы узнать, что именно. Не нравятся мне эти волнения. А еще помнишь, несколько месяцев назад у меня дико заболела голова, такой короткий приступ?
  -Да помню, у меня тоже тогда дико разболелась на мгновение голова, а потом сразу отпустило. А к чему ты вспомнила это?
  -Мне кажется это взаимосвязано. Тогда тоже пришло все с той стороны, с северо-востока.
  Он глубоко задумался. Когда же это началось тогда? Что за ученый мог это сделать? Вспомнился странный момент в гостях Дантарра. И эта подушка, что до сих пор хранила манящий запах, что лежала все еще запакованная в его покоях. Он изредка мог себе позволить насладиться этим запахом. Такой сильный афродизиак, что заставлял всего от одного вздоха дрожать от возбуждения. Самочка...Какая б это была самочка. Он ни на миг бы не отпускал ее от себя. Все свободное время бы находился рядом с такой самочкой. Даже если бы она была уродлива. Но этот запах был не выносим, им хотелось пропитаться, ощущать на своей коже, вдыхать и задыхаться.
  Он не заметил, как погрузился в свои фантазии и уже не замечал вокруг ничего. Низкий грудной стон вырвался из него, и его скрутило от невыносимого желания.
  -Аланис, мальчик мой, тебе плохо? Ты...,-она принюхалась. Паника что только что появилась в глазах потихоньку уходила.- Тебе нужно отдохнуть. Пригласи к себе какую-нибудь асси. Расслабься, ты слишком напряжен.
  -Да, ты права. Пойду, пожалуй.
  Он направился к себе в покои по пути отменяя все дела и вызывая к себе любимицу-ритаидку. Ему действительно надо отдохнуть.
  
  Роды не прошли для меня бесследно в этот раз. Было несколько разрывов, что теперь заживали, но из-за ослабленного организма не так быстро как хотелось бы. Всего три дня прошло с рождения малышей. Моего мальчика Кенион назвал Дисаном, а девочку я попросила назвать Дианой. Он не был против, это имя ему очень понравилось, и он был очень счастлив, даже не смотря на то, что в его глазах поселился страх за нас.
  Когда спустя два часа после родов ко мне прибежал Альт, разбудив своими криками и паникой, я оглушенная еще не понимала в чем дело. Оказалось, все до банального просто - мои детки проголодались, а потому кричали и плакали, а Альт не знал что делать. А потом еще и Кенион, который был уже изрядно пьян и словно оглушен, прибежал тоже в комнату, выяснять что случилось.
  Когда же принесли деток на кормление, то сначала приложила малышку, дав той напиться молока. Она действительно была очень маленькой, какой-то слабенькой и словно полупрозрачной. Я так переживала. Видимо, крупный братец не давал ей особо питаться и развиваться, поэтому я сейчас чуть ли не плакала, когда аккуратненько держала ее и смотрела, как она захлебывается молоком. Но как сказал Альт, она вполне здорова, просто слабенькая. Хорошо кормить - и она восстановиться. Я рассматривала мою крошку. Она такая красивая: маленький носик, маленькие ушки, губки бантиком, пушок светлых волосков сейчас еще склеенный. Вот только глазки еще не открывает. Жаль. Когда она уснула, мне передали на руки сына. Он был в разы крупнее девочки, одинаковые черты лица. Близнецы. Он тут же приник к груди и жадно начал поглощать молоко. Такой властный, нетерпеливый, как и папаша. Вот он наелся, наконец, и уснул. А я все сижу и улыбаюсь. Чудо, мое чудо чудесное. Второе чудо на руках протрезвевшего папы, который с таким обожанием и умилением смотрит на нас. Тогда он и давал имена детям. У него не было вариантов отказать мне в такой малости, как имя дочери. Теперь у меня трое детей: Каллидар, Диана и Дисан. Двое близнецов и старший брат.
  Вспомнила и улыбнулась. Как бы тяжело не было при рождении, но я, пожалуй, все равно бы еще разок-другой повторила это. Дети - это такая радость и счастье. В этот раз я сама буду растить и воспитывать своих малышей, сама кормить и одевать, укладывать спать и целовать в нежную щечку, вдыхая молочный запах.
  Я аккуратно поднялась с постели, не делая резких движений. Низ живота привычно тянуло, это все еще организм очищался после родов. Мне хотелось помыться, но Кенион был занят, чтобы помочь мне, поэтому я мужественно решила сделать это сама. Откровенно говоря, устала лежать, хотелось 'движения и жизни'. Поэтому с большим облегчением скинула с себя очередной балахон и встала под тугие струи воды, смывая 'больничное' настроение.
  Вышла уже с отличным настроением и поняла, что хочу увидеть своих деток, поэтому набрала Альта, чтобы объяснил, куда мне идти. Оказалось, что они находятся в соседней с нашими покоями комнате. Пройдя туда, я увидела двух мальхов, сидящих словно няньки у кроваток малышей. Мои крошки спали, поэтому я, молча, посмотрела на них, потом легонько поцеловала их в лобики и вышла. Хотелось прогуляться, поэтому я направилась в сад. На этой полосе планеты, где располагалась резиденция Кениона, был очень своеобразный климат. Было тепло и немного влажно, всегда. Я вышла в сад в самый разгар дня. Ярко светило солнце, которое нежно поприветствовало меня, обволакивая теплом. Я как обычно дошла до пруда, присела там и погрузилась в раздумья. Дети в порядке, пора бы уже навестить моего старшенького. Я так соскучилась по нему. Какой он сейчас? Сколько ему уже сейчас? По моим прикидкам выходило что-то около года и восемь месяцев. А вот каков он сейчас внешне? Если брать в расчет, что он растет в два раза быстрее, то сейчас получается уже три с половиной года. Да, я так много пропустила. Я не видела как он растет, как делает первые шаги и...я так скучаю. Слезы полились непроизвольно, стекая тонкими струйками к подбородку. Жуткая змея грусти и тоски свила свое гнездо на груди.
  Не знаю, сколько я так просидела, когда знакомые руки обвили меня сзади, прижимая к груди.
  -Что случилась, моя сладкая?
  -Я так скучаю по нему, Кенион.
  -По кому? Калидарру? Или...?
  -Конечно же по сыну, мой ревнивец.
  -Обещаю, скоро вы увидитесь. Я планирую наведаться в гости к Дантарру, и, заодно, исполню твое желание.
  -Нет! Так нельзя! Тебе нельзя портить с ним отношения. К тому же он узнает, что это был ты. И ему придется сказать обо мне Кхамаи, чтобы вернуть наследника.
  -Не узнает, если все будет выглядеть, как несчастный случай.
  -Ты не понимаешь, он узнает в любом случае.
  -Почему ты так думаешь?
  -Я не думаю, я знаю. Это случилось сразу после рождения малышей. Я вдруг почувствовала Кали. Я как будто точно знала, что он рядом со мной, поддерживает меня энергетически. Я тогда решила, что это бред. Плюс организм очень ослаб, все же роды прошли очень тяжело, гораздо тяжелее, чем с Кали. Я думала, что это мои глюки, но когда вчера тебя не было и я кормила малышей, я словно почувствовала его рядом. Он будто держал меня за руку, а потом четко произнес в голове: 'Мой братик сильный, почти как я, ассири'. Я вздрогнула, а он добавил: 'Не бойся, ассири, я тебя не дам никому в обиду, даже ри моих брата и сестры'. Я с трудом взяла тогда себя в руки. Больше я его пока не чувствовала. Может я схожу с ума? Кенион, я так боюсь, что это действительно мне все привиделось. Что я с этими всеми событиями за последние два года тронулась умом. Мне так страшно. Обними меня, пожалуйста, крепко-крепко и поцелуй. Дай почувствовать себя живой и настоящей.
  Его не требовалось просить дважды. Он нежно приник к губам, смакуя поцелуй, а потом не сдержался и уже более страстно начал целовать. Руки прошлись по изгибам ее тела, наслаждаясь мягкостью. Рука скользнула под одежду, огладив полную молока грудь, тронула вершинку. Пальцы зажали сосок и немного покрутили его, вырывая стон из занятых поцелуем губ. Он слегка отстранился и продолжил покрывать поцелуями шею его возлюбленной. При этом его губы в перерывах шептали ей: 'Мне все равно, я люблю тебя любую, и никогда не оставлю одну. Ты моя, моей и останешься. Любимая, моя девочка'. Когти аккуратно сделали несколько полосок в ткани, и она опала к ногам Вероники. Полуобнаженная, с красным от страсти румянцем на щеках, она была прекрасна. Ее глаза блестели от пролитых слез и счастья, что теперь поселилось в ее глазах с момента рождения малышей.
  -Кенион, но ведь еще очень рано для этого. Я только родила, и к тому же разрывы, кровь. Нам нельзя пока.
  -Я знаю, поэтому я буду очень аккуратен.
  Да, он прекрасно понимал, что никакого удовлетворения он получить не сможет, но его любимую надо было отвлечь от грустных мыслей. Пусть хоть так, но он это сумеет сделать. А с тем, что с ней происходит, они разберутся позже.
  Он поднял ее на руки и понес в дом, к нему в покои. Ей нельзя лежать на холодной земле, еще не хватало простудиться.
  Он был очень нежен и ласков, доставляя медленное удовольствие до каждого кусочка ее тела, при этом не позволяя себе проникнуть внутрь и сдерживая внутреннего зверя с его эгоистичным 'хочу'. В какой-то момент, когда его девочку уже отпустило после полученного удовольствия, он никак не ожидал, что она попросит его лечь на спину и доставит такое же удовольствие своим язычком, которое он недавно дарил ей. Его даже не остановило то, что ее организм все еще очищался. Ее это не смутило, а наоборот показалось очень интимным. 'Наверное, я извращенка!' - подумала тогда Вероника.
  Теплый ветерок ласкал все еще чувствительную кожу, покрытую 'гусиными пупырышками'. Он лежал на боку, рисуя пальцами по изгибам любимой замысловатые рисунки. Проводил руками по небольшому животику, что не успел уйти после родов и чувствовал себя абсолютно счастливым в этот момент.
  -Я хочу сделать тебе приятное. Как ты смотришь на то, чтобы прогуляться за пределами дома?
  Она восторженно выдохнула и выдала:
  -Сугубо положительно. Так устала в этих четырех стенах. И не сходить никуда и не пообщаться ни с кем.
  -Ты же понимаешь...
  -Понимаю, но от этого не легче.
  -Значит, завтра мы слетаем в одно место. Там красиво.
  -Ты снова повезешь меня к озеру?
  -Нет, это другое. Увидишь.
  Весь остаток дня пролетел в одно мгновение. Ника предвкушала что-то новое и неизведанное.
  Утром ее разбудил поцелуй и шепот:
  -Вставай, Никусь. Сегодня будет замечательный день. Иди быстро в душ и одевайся легко и удобно.
  Еще один поцелуй и Ника осталась одна, чтобы сладко подтянутся, а потом сбежать в душ. Полчаса сборов и можно уже двигаться в детскую. На пороге комнаты она остановилась в дверях, любуясь представшей перед ней картиной. Диана все еще сладко посапывала в колыбельке, а Дисан был на руках у Кениона, и тот сладко ворковал над малышом. Он уже открывал глазки и смотрел на мир сосредоточенным зеленоглазым взглядом. Такие же пронзительные глаза, как и у его отца, почти его уменьшенная копия. Хотя может еще и изменится внешне. Пока же светлые локоны, зеленые глаза и прямой носик говорили о том, что он будет очень похож на своего отца.
  -Я готова.
  Он повернулся на голос и улыбнулся.
  -Хорошо, тогда давай соберем наших тарри. Им будет полезно на свежем воздухе.
  Она привлекла к сборам мальхов, и уже через полчаса они готовы были выходить. Вместе с ними было несколько свертков, в том числе и новая разработка ученых Кениона, которые специально создали для малышей, хотя им этого и не сообщалось. Такой своеобразный подгузник с самоочищающейся поверхностью. Новая разработка была выше всяких похвал, а в основе лежал тот самый энергетический минерал в соединении с одним сплавом и волокнами растения Нанди, растущего на территории одной из планет сектора Ришасса. Волокна при этом впитывали всю органику, и в свою очередь отдавали энергию крошкам минерала, а тот выступал в качестве проводника энергии к сплаву, который заставлял волокна оставаться как бы живыми и работоспособными. Вот такой вот своеобразный органическо-энергетический круговорот. В будущем Кенион планировал расширить область применения данной разработки. Пока же этот подгузник был словно 'манна небесная' для Вероники и мальхов, хотя последние вовсе не жаловались и беспрекословно исполняли все, что им было приказано.
  Они быстро погрузились в нарк и плавно взлетели. Со всех четырех сторон их окружили шесть таких же кораблей, где в каждом из них было по четыре-шесть ритаидов. Где-то охрана, где-то медоборудование, где-то пропитание и свернутые шатры, ну и мальхов с Альтом не забыли. Вероника снова смотрела по сторонам, провожая глазами открытые пространства со стадами жвачных крупных животных, заросшие тропические леса, где вообще не видно было ничего, кроме верхушек вековых деревьев и густого зеленого ковра сплетенных ветвей. Иногда ввысь взмывались маленькие стайки спугнутых нарками птиц. Крупные и совсем мелкие, они хищно бросались на защиту своих гнезд, и еще потом какое-то время преследовали корабли. Но куда им было угнаться за ними?!
  Корабли летели куда-то в западную сторону от месторасположения резиденции лорда Кениона.
  -Нам долго лететь?
  -Часа три, так что можешь пока поспать с тарри.
  -Ох уж эти ваши названия... Почему бы не сказать проще. Например, детьми.
  -Мы привыкли называть так. Это же наше продолжение, нас-следники...
  -Ну и что. Я все равно буду называть их детьми. Сыном и дочкой, а они будут называть меня мама, а не ваше дурацкое 'ассири'. Непонятно что с непонятно чем. Ни жена, ни любовница, ни два, не полтора...
  -Ты права. Сейчас ты мне любимая, но, к моему большому сожалению, я не могу заключить с тобой союз, ведь ты не ритаидка в полном смысле, а ты, уж извини за прямоту и не обижайся, но ты - смесок. И к тому же ты не зафиксирована в системе архивной информации, а значит, находишься на нашей территории незаконно. Но я не рискну тебя внести в систему. Там требуется вносить твои данные: сканировать внешность, вносить генетический код и вводить специальный чип принадлежности лорду системы. Если хоть один из Кхамаи узнает о том, что ты можешь родить нам потомство, то тебя заберут у меня и я...я этого не переживу. Я не смогу отпустить тебя и буду сражаться со всеми. И тогда нас задавят числом. А ты, скорее всего, попадешь в асси-ше Кхамаи, как ценнейший трофей. Они заставят тебя родить им нас-с-следника.- Кенион настолько переволновался, что перестал контролировать себя и перешел на шипящие звуки. - Или постараются воспроизвести подобных тебе. А это у них может получиться. Воз-с-сможно.
  Он непроизвольно сжал управляющий рычаг так, что тот 'застонал'. Опомнившись, он выдохнул пару раз, восстанавливая спокойствие в душе и переводя судно в режим автопилота. Она мягко прикоснулась к его щеке.
  -Ты не должен об этом думать. У тебя есть теперь те, о ком ты должен думать в первую очередь. И они спят сзади в колыбелях. Запомни навсегда, если со мной что-то случится, то ты должен будешь, прежде всего, подумать о них. Слышишь? Поклянись мне! Если что-либо случится, то ты не будешь мстить или преследовать меня, а подумаешь сначала о Диане и Дисане. Они - твое будущее, они частичка меня и тебя. Обещай!
  -Я не могу обещать этого.
  -Нет можешь. И должен! Клянись мне. Моей жизнью клянись!
  -Почему ты просишь от меня невозможного? Как я могу клясться тебе в этом? Ты - мое дыхание, моя жизнь, моя любовь, единственное мое счастье.
  -Теперь не единственное! Клянись, или потеряешь меня. Слышишь?
  -Ты жестока! Хорошо, любовь моя, я клянусь, что если с тобой что-либо случится, то я все сделаю, чтобы наши тарри остались живы и счастливы. Но это не говорит о том, что я не буду пытаться сделать все, чтобы вернуть тебя. Если придется, то я откажусь от сектора, от статуса лорда, но сделаю все, чтобы ты была со мной. Знай это!
  -Если ты погибнешь, то это не сделает наших детей счастливее. Поэтому ты сделаешь все, чтобы выжить и вырастить из них достойных...ммм...ритаидов. Особенно малышку Диану. Она одна, а самцов много. Она должна быть самой счастливой!
  -Я сделаю все для этого, обещаю.
  Он коснулся легким поцелуем ее губ. В этот момент раздались покряхтывания сзади, и Вероника вскинулась и повернулась на звуки проснувшейся Дианы.
  -Иди, наверное, она проголодалась.
  Они летели уже около двух с половиной часов. Ника и дети спали, а Кенион уверенно вел корабль и думал о ее словах, о детях, о них вообще. Она была права, он не имеет права бросить на произвол судьбы его наследников, что бы ни случилось с Никой.
  Вскоре они долетели до места, и Кенион начал снижаться. Это было прекрасное место. Белоснежный пляж, высокое яркое солнце и белые барашки океана, набегающие на берег. Определенно, это место понравится его девочке. От толчка приземления проснулись сзади Вероника и Диана. Тут же послышались хныканья его маленькой королевы. Ника начала суетиться, кормя грудью малышку, чтобы она успокоилась и снова уснула.
  -Мы прилетели?
  -Да, сейчас будем выгружаться. Хоть немного отдохнула?
  -Да.
  -Хорошо, - он залюбовался представленной его вниманию картиной. Он даже не мог представить, что его, белого лорда империи ритаидов, будет умилять вид женщины, кормящей грудью его...детей. Он до сих пор не мог поверить в это чудо, и продолжал в глубине души благодарить всех предков, которые были настолько милостивы, что позволили ему обрести это счастье. Он смотрел на них и думал о том, что он хочет еще наследников, много. Чтобы его женщина постоянно ходила беременной. Он даже вздохнул от невозможности подобного, ведь это решать не ему, а его любимой. Жаль.
  -О чем задумался?
  -О том, что хочу видеть тебя всегда такой, кормящей грудью моих тарри. Чтобы ты ходила либо беременной ими, либо кормящей грудью.
  Она рассмеялась.
  -Мужчины, видимо, во всей вселенной одинаковы. Ну, во всяком случае, раньше наши мужчины часто хотели видеть своих женщин босыми, беременными и на кухне.
  -Это так плохо?
  -Наверное, не плохо, но это...тяжело. К тому же, так женщины становятся менее привлекательными.
  -Ты для меня всегда привлекательна.
  -Я знаю. И...я тебя люблю, Кенион.
  -И я тебя, безумно.
  Они смотрели друг другу в глаза. Это был момент единения и откровения лишь для них двоих.
  -Диана уснула?
  -Да.
  -Тогда надо выгрузиться. Оставь тарри...детей мальхам. Они позаботятся.
  Пока они общались, хассы и мальхи, которые были с ними в других кораблях, уже начали сооружать шатер. Они прекрасно подобрали место. Это было чуть в отдалении от океана, рядом с лесом, буквально говоря, в тени деревьев.
  Едва выйдя из корабля, Вероника ахнула.
  -Кени, это...это...Боже, у меня нет слов. Это море? Или океан? Господи Боже...Кенион, я тебя люблю, ты ведь знаешь об этом?
  Она повисла на нем, целуя, куда доставала, и смеясь от избытка чувств.
  -Кени, можно? Можно мне туда? Я так хочу!
  -Конечно можно... Только глубоко не лезь!- это он уже кричал ей вслед, так как она неслась к воде, как девчонка, смеялась, врезаясь в прохладную воду океана, падая от накатывающих волн. Одежда мгновенно промокла, но она этого не замечала. Она собирала воду в ладошки и поливала себя. Снова смеялась, радовалась, окунаясь в воду. Кенион наблюдал за ней, стоя у кромки воды. Великие предки, она как маленькая тарри, но такая счастливая. И какая-то гордость брала за себя, ведь это он, белый лорд, порадовал его любимую, он заставил ее смеяться и быть счастливой. А когда-то она, когда только попала к нему, в ее глазах была только боль и тоска. И он смог сделать ее счастливой, он, а не этот черный шакх Дантарр.
  Наплескавшись до посинения губ, Вероника вылезла из воды. Ее тут же принял в свои объятия Кенион, согревая теплом своего тела.
  -Ну что, наплескалась, рыбка моя?! Пошли быстрее в шатер, снимешь там мокрые вещи, переоденешься.
  -Кенион, я тебе говорила, что очень тебя люблю.
  -Ну я был бы не против услышать это еще раз.
  -Я люблю тебя.
  Кенион горячо поцеловал ее, а потом подхватил на руки и понес к шатру, раздевать дрожащее тельце на руках от мокрой одежды.
  Спустя полчаса они уже расположились на берегу, малыши посапывали в специальных люльках, скрытые от яростных лучей солнца за специальным экраном. А Вероника схватила первый попавшийся плод одного из местных фруктов и укусила. Сок брызнул во все стороны, оставляя пятна на ткани, на руках и подбородке. Она взвизгнула от неожиданности и рассмеялась:
  -Кенион, у меня с собой не так много одежды. Почему ты не предупредил, что этот фрукт такой...плескучий?
  Он, смеясь, ответил ей:
  -Аккуратнее надо быть. Иди сюда, я помогу обтереться.
  Она подалась к нему, и он тут же сграбастал ее на себя, языком стирая с лица влажные сладкие подтеки. Она тут же начала вырываться, смеялась и визжала:
  -Прекрати, Кенион...Ну ты же не ребенок! Ну все...хватит...
  -Мням...ты такая сладкая, ты знаешь об этом?
  -Кенион, прекрати немедленно. Я вообще то есть хочу.
  -Обязательно, только сначала я поем. Я такой голодный, -с предвкушением прошептал он ей в губы и накрыл их в медленном смакующем поцелуе.
  Зря они вышли из шатра.
  -Ке..нион, подожди. Здесь же нас все видят, ну Кенион.
  -Разве?- Он чуть отстранился, чтобы она могла окинуть взглядом уже пустынный берег, даже возле детей не осталось никого.
  -А где?
  Он загадочно улыбнулся, и потянул вверх ткань ее простого одеяния.
  -Ну, подожди. Стой! Я так не могу. Они же могут смотреть.
  -Ох, какая же ты привередливая.
  Он подхватил ее на руки, отдал команду в воздухе о безопасности наследников и понес свою ношу обратно в шатер.
  -Надеюсь, это все? Я больше не могу ждать. Я слишком соскучился по тебе.
  -Но еще рано, ты же знаешь.
  -Знаю, поэтому мы попробуем по-другому.
  -Это как?
  Снова улыбнулся и притянул к себе.
  -Главное ничего не бойся, расслабься и получай удовольствие.
  А дальше началось чувственное безумие. Его руки были везде, губы ласкали каждый уголок ее горящего тела. Ее руки вторили его, обводя железные канаты тугих мышц на руках, скользили по спине, опускались на его ягодицы, сжимая. Она тоже очень сильно скучала по нему, ее тело жаждало оказаться под своим мужчиной, желало познать все тайны чувственного удовольствия. Дикие стоны срывались с губ, когда в очередной раз его губы находили эрогенную точку. Казалось, что он настолько изучил ее тело, что знает его гораздо лучшее нее самой.
  Нежное прикосновение к горошине клитора пронзило все тело спазмом удовольствия. Тягучий стон прозвучал в тишине шатра. А он все не останавливался, продолжая натирать горячую жемчужину, при этом покусывая грудь. Между ног стало влажно настолько, что тагучая капелька потекла вниз, а он все продолжал играть с ее клитором. Она уже бессвязно молила заполнить тянущую пустоту внизу живота: 'Пожалуйста...пожалуйста...'. Он оторвался от груди, чтобы глянуть в ее глаза. Какая же она красивая! Лихорадочный румянец на щеках, светящиеся от страсти глаза, язычок, то и дело смазывающий пересохшие губы, прерывистое дыхание. Он готов был уже за один этот вид, опорожнить все то, что скопилось за неделю. Едва сдержавшись, он наклонился к промежности, вдыхая ее мускусный аромат, уже почти без наличия в нем металлического запаха крови. Его язык скользнул по средоточию женственности, слизывая все соки. Довольное урчание раздалось из глубин его груди. Какая же вкусная! Он ласкал ее, нежно и неотвратимо подводя к краю. Она неосознанно подавалась и отстранялась ему навстречу, имитируя соитие. А спустя еще минуту тяжелый стон вырвался из ее губ, и тело обмякло, все еще изредка вздрагивая от остаточного проявления оргазма.
  'Пора' - прошептал он внутренне. Пока она не отошла еще от оргазма, обильно смочил один из пальцев, вторую руку опять же положив на горошину клитора. Мягкие поглаживания снова заставляли ее тело желать продолжения. Снова язычок скользнул в глубины ее естества. Тогда же его палец начал массировать тугое колечко ее второго входа.
  -Ты...хочешь...
  -Мы попробуем, ты только расслабься.
  Он скользнул туда язычком, обильно смачивая вход. И вернулся к самому чувствительному местечку ее тела. Проникновения она почти не почувствовала, настолько она была расслаблена. Наоборот, когда почувствовала, что он проник полностью, подалась до конца, насаживаясь максимально глубоко. Он снова заурчал. Так туго она обхватила его палец. В паху все было очень болезненно твердо. Он представил, как ему будет там хорошо, и все же, не выдержав, выстрелил струей на постель. Жаль, но не смертельно. Зато теперь будет легче. Ведь он очень сильно соскучился по ней. Его орган даже после небольшой разрядки все еще стоял колом и даже не думал опадать. Она же в это время все еще продолжала извиваться под ним. К первому пальцу он уже добавил второй, но этого все равно мало. Надо было еще немного растянуть ее, иначе будет больно. Поэтому он продолжал ласкать языком ее лоно, уделяя много внимания клитору. Она стонала в голос, в воздухе стоял тяжелый запах похоти, его семени и пота. Наконец он не выдержал и, встав на колени, прижался концом органа ко второму входу, плавно проникая на пару сантиметров внутрь. Может при менее подготовленном подходе было бы и болезненно, но сейчас Вероника желала только, чтобы он наконец помог ей разрядиться, поэтому она сама уже смело подалась навстречу, заставляя сразу наполовину проникнуть. Сжав зубы, он зарычал в приглушенном свете шатра. Он даже не представлял, какое это будет искушение. Она так туго обхватывала его, что он был готов кончить уже сейчас. Он держался лишь на одной силе воли.
  -Ну же, Кенион.
  Еще один толчок, и он вошел до конца, останавливаясь, для того, чтобы она привыкла к нему. Пальцы снова легли на жемчужину клитора, лаская ее.
  -Как же хорошо в тебе, сладкая моя. Какая ты узкая, великие предки!
  Он начал немного двигаться в ней. Вероника прикрыла глаза, теряясь в новых ощущениях. Небольшое чувство дискомфорта прошло практически сразу, осталось только чувство наполненности, целостности, новых приятных ощущений. Он входил, лаская внутренние стенки, давил на заветную точку так, что Вероника просто кричала от восторга, истекая соками от множественного оргазма. Таких ощущений она еще ни разу не испытывала в своей жизни. Ей вторил рык удовлетворенного зверя. Кенион мощно выстреливал в самые глубины, доводя ее еще до одного оргазма. Все еще переживая прекрасный момент единения, он, обхватив Веронику, устало повалился на расстеленную постель, укладывая ее рядом, но еще не выходя до конца. Наконец орган упал и мягко выскользнул из нее, а они все еще лежали, выравнивая дыхание.
  -Это было просто потрясающе,- устало прошептала в тишине Вероника.- Я даже не знала, что это так... необычно и приятно.
  Немного отдохнув, он снова подхватил Веронику на руки и понес к воде, не заботясь по поводу того, что их кто-то видит, кроме него. Вероника ругалась, но он только улыбался и нес к воде. Окунув ее в океане и смыв следы своей любви, он целуя, проговорил:
  -Милая, ну подумай сама. Альт тебя видел любую, а остальные - это всего лишь мальхи и хассы. Никто из них не заинтересован в тебе. Поэтому прекращай нервничать. Сейчас ты снова оденешься и поешь. Вон уже тарри проснулись.
  После того, как они поели и уложили снова детей отдыхать, только теперь ближе к опушке леса, рядом с небольшой насыпью, в тени деревьев и без экрана, чтобы воздух свободно гулял, они решили прогуляться вдоль опушки.
  -Кенион, принеси, пожалуйста, мне что-нибудь накинуть. Ветерок поднялся.
  -Сейчас.
  Он повернулся и уже доходил к шатру, когда сзади у насыпи послышался непонятный шорох. Вероника только лишь поворачивалась, когда из насыпи вылезло существо, похожее чем-то на скорпиона, только огромное, со жвалами и когтистыми наростами, а также внушительными клыками и когтями. На конце его мощного хвоста был шарообразный нарост с шипами, а вместо клешней несколько шупалец, которые обследовали окружение. Глаза его словно были заволочены пленкой. Видимо, он не привык бывать на свету часто.
  Вероника настолько была в шоке, что сначала не смогла произнести ни звука, а когда в итоге немного отошла, то дико закричала. Кенион еще не успел дойти до шатра, когда развернулся и увидел существо. Внутри него все похолодело. Самое смертоносное и самое редкое существо этой планеты стояло рядом с колыбельками его детей, а прямо напротив еще через полметра стояла бледная Вероника. Он рванулся, но уже видел, что не успевает. Щупальца животного подбирались к колыбелям тарри. Со всех ног к ним неслись хассы, но и они не успевали. Дети, чувствуя ужас своей матери захныкали. Острый призыв-страх малышки-королевы ударил по рецепторам. Хассы спотыкались и падали, теряя сознание. Самого Кениона словно снесло волной. Он упал на колени, сжимаясь в болезненной судороге, но все же преодолевая себя поднялся, из последних сил стремясь защитить своих детей и любимую. Но когда он вскинул голову, то увидел картину, от которого заледенело все в его теле.
  Ника видела, как щупальца ползут к ее детям, как они заплакали. Она искала глазами Кениона, но уже видела, что он не успевает. Хассы тоже. Очередной крик ее малышки, и они падают сбитые, словно их отпружинило и отбросило. Кенион упал на колени, еле поднимается, а щупальца уже добрались до люлек. Вот тогда и пришла эта холодная ярость. Никто не смеет трогать моих детей!!! Миг, и она набрасывается волчицей на чудовище, что посмело посягнуть на ее малышей. Когти вспарывали хитон зверя, отсекали щупальца. Она старалась увести его подальше от детей, чтобы, не дай бог, не задеть их. Они голосили и это помогало справляться с ним. Несколько ран уже было нанесено ей. Чудовище пропахало ей бок, задев до кости, заставляя ее закричать от дикой боли, прося помощи у всех предков, богов и прочих кто мог бы помочь. Это был призыв от души, от сердца. Но при этом она продолжила кромсать его. Глаза заливало кровью, оказывается, в борьбе она рассекла бровь. И тут пришла помощь. Он налетел, когтями разрывая его, выцарапывая глаза и вырывая конечности. Потом обхватил определенным образом шею, стараясь задушить тварь. Ника, немного переведя дыхание, тут же бросилась на помощь, но Кенион уже почти справился. Вдвоем они добили животное, после чего Кенион зарычал, а Вероника, сделав два маленьких шага, упала. Она держалась на одном адреналине, а сейчас она почувствовала все то, что не было заметно в пылу схватки. Бок заливала кровь, многочисленные раны, синяки и ссадины, стесанная спина, когда тварь навалилась на нее, пытаясь придавить. Да еще почему-то горело плечо, куда вонзила свои клыки эта тварь, когда хотела оторвать кусок, хорошо хоть кости не покромсало. Хотя она уже не была уверенна.
  -Вероника... Альт, Альт, шакх, Альт неси свой зад сюда. Быстро!
  -Тут, я тут...- сбитое дыхание.
  Он что-то еще бормотал, но Ника уже его не слышала. Ее глаза закатились, и она провалилась в беспамятство.
  
  Аланис. Главная планета второй системы Ариуссов.
  
  Седьмая планета, на которой возможно проживание и снова без успеха. А сколько их еще впереди. Она может быть где угодно, в любой системе, на любой планете. А их порядка полутора тысяч по тринадцати системам. И это только те, где присутствует жизнь. А если она на необитаемой планете, где-нибудь в построенном комплексе. Хотя это требует больших ресурсов. Взять на заметку, собрать данные по возможным закупкам для постройки подобного комплекса вне обитаемых планет. Далее, если это пиратская разработка, их эксперимент? А зачем? Хмм, не понятно, но мысль интересная. Тоже взять на заметку. В таком случае, где их искать? Как их выследить и взять, если они со своими разработками не оставляют следов? Снова вопрос.
  Покои, которые были отведены на случай таких визитов кого-либо из 'правящей' верхушки Кхамаи, были расположены в северной части дома Тайернана, лорда серебряных ариуссов, или именуемых иначе 'металлическими' ящерами. Его дом полностью оправдывал прозвище своего хозяина, практически полностью металлический с декоративными элементами, он отлично сочетал в себе электронику и яркие предметы искусства их империи. Массивные статуи и картины, что, казалось бы, должны были быть лишними элементами, в итоге отлично вписывались в окружающее 'царство' мигающих лампочек, самооткравающихся дверей, голографических экранов и подвижных предметов.
  Аланису всегда было не очень комфортно в этих покоях, напичканных неживыми декорами и элементами, где распускающийся с утра цветок-это голографическая картинка, а душ вообще ионный. Он привык, как и многие другие ритаиды, к воде и окружающей зелени. А тут сплошные стены, блеск стали, слепящие вспышки при смене кадра в голографических консолях. Все это раздражало, и он с удовольствием бы сбежал отсюда, но дело в том, что он не мог это сделать. Ведь, вероятнее всего их будущая королева тут, ведь лучшие ученые умы как раз находятся в этой системе.
  Сегодня еще и предполагался праздничный ужин в честь его приезда. Ему снова предложат на выбор лучших самочек на эту ночь. Красивые и экзотичные, яркие и юркие, они готовы были исполнить любую его прихоть в постели. А зная его любвеобильность и темперамент, а также щедрые подарки, которые он оставлял, когда приезжал в гости и пользовался услугами асси лордов, все они будут стремиться попасть в его постель. Но сейчас его почему-то мало это интересовало, откровенно говоря, он даже на секунду не задумался о них. Все его мысли были заняты поисками: как оптимизировать ресурсы с временем и не просмотреть искомый объект.
  Еще мгновение назад он размышлял об этом, а в следующий миг по нему ударила волна беспокойства и какого-то чувства, то ли страха, то ли еще чего-то подобного. В первый момент он не понял, что именно это было, а потом до него дошло, что это была она, королева. И она чего-то боится. Он еще не успел, как следует обдумать эту мысль, когда пришла вторая волна какого-то дикого отчаяния, призыва, помощи. А потом все оборвала холодная волна ярости и, все резко как началось, тут же и закончилось. Он еще чувствовал, как гулко бьется его сердце. Такие эмоции, насыщенные, яркие, живые, взрослой особи. Он глубоко задумался. Эти два призыва...Что-то тут было не так. Догадка висела на краю сознания, но все сбил писк галоса. Он оборвал размышления и ответил на входящий вызов.
  -Ассири?
  -Тарри, что происходит? Ты нашел ее? Почему она боится? Неуверенность?.. И...она в ярости?! Хотя...Ничего не понимаю...
  -Нет, не нашел, ты почувствовала направление? Это вторая система?
  -Я не уверена, мне показалось, что это дальше. Но я не знаю точно. И я не совсем поняла...Чувства какие-то разные, совершенно.
  Он скрипнул зубами, все еще находясь на остаточных эмоциях ярости.
  -Я во втором секторе сейчас, и она не на Ариуссе. Но она может быть на любой из восемнадцати обитаемых планет и пяти обитаемых спутниках этих планет. Либо на любой из почти сорока семи необитаемых. У них хватает ресурсов для постройки и обслуживания лаборатории на любой из них. Рры-ы...
  -Не рычи, а соберись! У тебя нет выбора! Ты просто обязан привезти эту самочку.
  Она прервала связь, а Аланис сжал кулаки, пытаясь сдержать гнев. Но это ему плохо помогло, когда в очередной голограмме он увидел одну из популярных ритаидок, рекламирующих очередную косметическую новинку. Он зарычал и запустил в проектор голограмм первую же подвернувшуюся под руку абстрактную ерунду.
  -Готовимся на вылет, - проговорил он в галос, а потом набрал уже принимающему лорду, и сообщил, что намеченный ужин отменяется.
  Уже вечером он подлетал к одной из восемнадцати обитаемых планет с разрешением на любой осмотр и иные действия, не несущие лорду второй системы никаких материальных затрат, а жителям планет каких-либо сильных неудобств. Все было достаточно просто. Они сканировали каждую женскую особь, сверяя его с кодом в системе данных. Была выявлена пара нарушений, но, в общем и целом, все было в рамках. Ни одна из гуманоидных особей женского пола любого из возрастов не соответствовала королеве ритаидов. Иных чиповых определителей не было зафиксировано на данной планете. Сканер форм также не сумел зафиксировать иных гуманоидов, не имеющих чипов, и злой, как тысяча шакхов, Аланис стартовал к следующей планете.
  
  Просыпаться было тяжело. Казалось, что по мне прошелся каток. Болели ребра, ноги, руки, голова при неаккуратном движении отдалась резкой болью, отчего потемнело в и без того закрытых глазах. При попытке открыть глаза, резануло так, что пошли круги, голова закружилась. На ощупь двинула рукой, пытаясь понять, где нахожусь. Рука уперлась во что-то твердое впереди, прошлась немного по сторонам, ощупывая гладкую поверхность. Чуть сильнее надавила и крышка с легким шипящим звуком отошла от панели, прокомментировав: 'Кобзо-капсула открыта. Потенциальная вирусная опасность отсутствует, показатели жизнедеятельности не соответствуют нормам. Пациенту не рекомендуется покидать местопребывание до окончания лечения. Время до окончания лечения составляет семь часов сорок восемь минут пятнадцать секунд. Уведомление направлено ответственному лицу'. Подняться я не могла. Слабость была очень сильная. В одной руке торчала трубка, в которую поступала жидкость. А еще я была обнаженной. Данный факт, конечно, меня давно мало беспокоил, учитывая то, что меня так видел только Кенион и Альт. Было разве что теперь немного прохладно теперь при раскрытой капсуле.
  Долго ждать не пришлось. Альт буквально влетел в палату со словами:
  -Ника, ты зачем открыла капсулу? Тебе еще лечиться и лечиться. Ну-ка, быстро ложись обратно. Я тебе сейчас дам новую дозу снотворного и укрепляющего. Странно, что эта так быстро усвоилась. По идее ты должна была проспать до завтра.
  -Дети? Что с ними?
  -С ними все хорошо. Они не пострадали. Дай другую ручку. Вот так.- Ника поморщилась от укола.- Кенион сейчас с ними. Я сообщил, что ты очнулась.
  Буквально в следующее мгновение отошла панель двери, и вошел предмет нашего разговора. Он осторожно приник к губам в коротком поцелуе и пристально осмотрел мое обнаженное тело, покрытое ссадинами и ранами.
  -Мне так жаль, что ты и наши тарри подверглась опасности. Я даже не предполагал, что это существо окажется рядом с местом нашей остановки. Видимо, он был в спячке, и мы его разбудили своим присутствием. Я снова не смог оградить вас от опасности. Я...мне жаль...я...я не заслужил вас. Я даже не могу позаботиться об элементарной безопасности, что говорить о Кхамаи и других лордах... Я...пойду пожалуй...Наверное, ты не захочешь меня видеть. Я понимаю...
  Ну вот, я ему еще и слова не сказала, а он уже посыпает волосы пеплом и обвиняет себя во всем. Сам же обвинил себя, сам же объявил приговор и сам же его исполнил. Ну что за человек?! Вернее, ритаид!
  Я ухватила его за руку, когда он уже поворачивался, чтобы уйти, хотя это движение принесло не самые приятные мгновенья моему слабому и болезненному организму. Голова снова закружилась от слабости, и я со стоном упала обратно на 'желе' 'кобзо-капсулы'. Тут же Кенион засуетился возле меня. А приятно, однако, что обо мне так беспокоятся!
  -Я разве тебя обвиняла хоть в чем-то? Ты не бог и не оракул, чтобы все знать. 'Знала бы куда упаду, соломку бы постелила'. Так у меня говорят на родной планете. Получилось, что получилось. Все живы и почти здоровы, а это главное. Я люблю тебя, Кенион! Никогда не отталкивай меня, даже если считаешь это правильным. Жизнь слишком коротка для этого, во всяком случае, у меня.
  -Я так люблю тебя, моя змейка.- Головокружительный поцелуй заставил застонать уже не от боли.
  С трудом оторвавшись от губ, Кенион пригладил мои волосы, снова поцеловал в лоб.
  -Поспи, завтра ты уже будешь чувствовать себя лучше, и, я надеюсь, у тебя не останется ни единого шрама. Так ведь, Альт?
  -Да, полагаю, так и будет. Однозначно пока невозможно сказать. Возможно, на боку останется грубый шрам, там, где пропорол когтями. Завтра посмотрим. А сейчас действительно лучше отдохнуть.
  Лорд еще раз коснулся губ в коротком поцелуе и закрыл капсулу. Уже через минуту я глубоко спала.
  
  Глава 18. Похищение.
  
  Уже почти месяц прошел с того дня, как я получила те шрамы. Несколько тоненьких росчерков, что остались на боку, почти незаметно.
  Я снова вздохнула, оглядев себя в зеркале после душа. Почти такая же, как тогда, когда была та, другая жизнь, более привычная, более спокойная. Я давно не вспоминала родителей, а ведь они уже давно стали бабушкой и дедушкой соответственно. Жаль, что они никогда не увидят своих внуков и внучку. А может будут и еще?! Кенион уже намекал, что хотел бы иметь большую семью. Жаль, что пока это невозможно. По мои и моей девочки 'мощи' идут ищейки. Кенион не стал скрывать от меня ничего, хотя я уверенна, он бы с большим удовольствием держал меня в неведении. Но между нами давно был уже разговор, что я не прощу предательства, лжи, недоверия. Поэтому он как бы того не желал, не стал скрывать. Да, я была в ужасе! Страх за детей кольцами обвился вокруг меня, пытаясь задушить безысходностью. Но Кенион заверил, что он все сделает, чтобы не допустить потери меня и наших детей. Я ему верила, но также я знала, что он не сможет ничего сделать, если этот из Кхамаи, что идет по мою душу, меня все же обнаружит. Я понимаю это, и Кенион тоже понимает в глубине души, хоть и не признается в этом. А ведь он все ближе! Вторая система осталась позади, свою он исследовал самой первой. Сейчас уже рыщут по третьей системе. Может попробовать пообщаться по нашей связи с Дантарром сегодня? Хоть узнаю, если Дан сообщит мне, что там у него происходит, если захочет. Я вздохнула: 'Как же все сложно...'.
  -О чем думаешь, любимая?
  Кенион обнял меня за талию, осматривая восхищенным взглядом мое обнаженное тело через зеркало.
  -Я боюсь, Кенион.
  -Я тоже... Впервые в своей не так уж и короткой жизни я так сильно боюсь потерять что либо. Мне не жаль себя, своей жизни, своего богатства и власти... Я не боюсь смерти, но я боюсь потерять вас. Так сильно боюсь. Извини, я заставляю тебя нервничать. Но и скрывать свою чувства не буду.
  Легкая дрожь пробежала по моему телу, принося небольшую тревогу в душу. Если уж Кенион боится, то что мне делать?! Нет, я не буду поддаваться панике... Со мной ничего не сделают. Просто... Не буду думать.
  Он тихо вздохнул, беря себя в руки и отбрасывая свою тревогу и волнение поглубже. Потом прошелся легкими щекочущими поцелуями по шее и прикусил мочку уха, вызвав короткий всхлип с моей стороны.
  -Альт сегодня предоставил мне одну свою разработку. Это препарат, который заглушает на некоторое время твой аромат. Я, собственно, поэтому тут. Нам надо проверить какое время он будет действовать.
  -А он не вреден детям?
  -Насколько я понял, нет. Но давай сегодня обойдемся без кормления грудью, на всякий случай.
  -Хорошо.
  -Тогда одевайся...Хотя это может подождать...
  Его рука прошлась по ключице и легла на мою грудь, ласково сжимая ее.
  -Кенион, во-первых, ты ночью уже получил свое, а во-вторых, не заставляй Альта ждать, вдруг препарат надо дорабатывать. - Обиженное выражение появилось на лице Кениона, словно лишили сладкого, на что я только улыбнулась.- А сладкое ты ночью получишь.
  Ну вот, другое дело... Его лицо смягчилось, и он, развернув меня к себе, страстно поцеловал, а потом оторвавшись, дал мне пять минут на одевание, пригрозив, что если не уложусь за это время, то и одеваться ни к чему будет совсем.
  Мне понадобилось меньше времени, так что уже через пять минут после этого мы стояли в лаборатории Альта,и последний вколол мне сыворотку, засекая время. Оно подействовало уже через минуту. Они вдвоем меня обнюхивали, и улыбка наползала мне на лицо. Ну, забавно же! Словно две большие собаки обнюхивают меня везде... Действие препарата закончилось спустя семнадцать минут и пять секунд.
  -Нужно увеличить время...
  -Это да, я постараюсь максимально увеличить, но это не самая большая проблема... Я узнал, что поиск производится по биометрическим параметрам, и Аланис из дома Кхамаи сравнивает данные с базой данных.
  -Но это же долго, а он продвигается достаточно быстро.
  -Он был во второй системе. Там ему сделали специальную программу, которая сканирует всех живых на планете и сразу сверяется с базой в автоматическом режиме. Всех нарушителей определяют, и спецотряд их хватает. Там уже идет конкретное определение. Уже выявили несколько групп преступников, кто шифровался. Новая программа ранее не имела аналогов, и поэтому глушилок не существует на данный момент. Еще не успели создать. Программу создавали под руководством Тайернана, так как он сам заинтересован в поиске. Я не удивлюсь, если ему дублируются данные. Более того на уже проверенные территории ставится кордон. Несколько кораблей на каждый сектор, которые постоянно сканируют пространство. Каждый приходящий корабль сканируется. Часть кораблей предоставляют лорды секторов, поэтому их достаточно для сканирования всех приходящих кораблей. Так что, как вы уже поняли, мы у саргла в заднем проходе...
  -В заднице...
  -Что?- не поняли меня оба.
  -Я говорю, что мы в заднице у этого...вашего... сарка...
  -Саргла...
  -Вот именно... В самой большой, толстой и вонючей...
  Отчаяние захлестнуло меня, холодными тисками сжимая мое сердце. Пальцы заледенели. Что делать? Что же делать? Выход не находился...Дыхание сбилось, мысли метались... Мне что-то говорили, потом трясли за плечи...А я вроде и смотрела в лицо, трясущему меня, но не понимала слов, не слышала их. В ушах грохотало, отдавая в виски колючей болью. Что делать? Что? Что? На ум ничего не приходило...
  Хлесткая пощечина оборвала мою набирающую оборот истерику. Боль обожгла щеку, возвращая четкость мыслям. Я вдохнула поглубже, потом еще раз, скидывая оцепенение.
  -Как ты?
  -Уже хорошо.
  Вдох-вывдох, вдох-выдох. Вдох. Выдох. Дыхание выровнялось. Дантарр. Точно! Вот оно решение. Если он предоставляет свои корабли, то он сможет организовать небольшую диверсию, вследствие чего я с детьми смогу попасть к нему и скрыться на некоторое время, пока будут проверяться Ришасс. Да! Лишь бы Дантарр согласился помочь в этом.
  -Я знаю, как нам быть...
  
  Я расслабилась, погружаясь в своеобразный транс. Когда я объяснила свой план, то Кенион был против. Он говорил, что к моменту появления Кхамаи, он что-нибудь придумает, но я настояла на своем плане, потому как неопределенность меня пугала. Он попротестовал, но в итоге согласился. И сейчас сидел рядом со мной, слегка сжимая мою руку.
  Я с легкостью убрала внутренние барьеры. На меня обрушались чувства Дантарра. Сначала недоумение, потом волнение и дикая необузданная радость. В следующую секунду, я увидела его перед собой.
  -Привет.
  -Привет.-Он стоял и пожирал меня глазами.
  Большой шаг в мою сторону, легкое прикосновение к щеке, вопрос в глазах. Я кивнула. Он притянул меня к себе и обнял, крепко-крепко, сжимая в горячих объятиях и вдыхая мой аромат.
  -Ты насквозь провоняла им?
  -Им?
  Он фыркнул.
  -Кенионом. Надо было давно догадаться...
  Сердце дернулось в испуге. Теперь он знает, где я и с кем. И может сказать этому из Кхамаи. Ведь наверняка догадался, кто тут королев рожает. Кто вообще в принципе рожает.
  -Ты...счастлива с ним? Он...не обижает?
  Я удивленно распахнула рот. Он улыбнулся.
  -Ты только скажи, я тут же прилечу и надеру ему зад. А потом заберу тебя домой.
  -Дан?
  Я не понимала, куда делся тот собственник. Он грустно смотрел мне в глаза.
  -Я не смог тебя сделать счастливой, но, надеюсь, он сможет. А у меня есть Кали... Наша частичка, плод нашей с тобой любви, пусть короткой, но очень страстной...Так ведь?
  -Да-а-а..., -неуверенно протянула я.
  Он снова грустно улыбнулся, и поцеловал меня в лоб.
  -Значит теперь у Кали есть сестренка, да какая...
  -Да, -не стала скрывать я.- Поэтому я здесь. Мне нужна твоя помощь.
  -Все мое-твое. Я сделаю все, что бы ты не попросила.
  Я кратко объяснила ему свой план, а технические моменты я решила оставить мужчинам для обсуждения. Им виднее. Так что уже через пять минут мои мужчины смотрели друг другу в глаза, ища достоинства и недостатки друг в друге. Я фыркнула.
  - Я так понимаю, вы решили сначала померяться достоинствами, но на самом деле у нас не так много времени на это.
  -Ты права, моя сладкая.
  Он протянул к ней руки, и она привычно скользнула к нему, обнимая его за шею. Он глубоко вдохнул, а потом развернул ее к экрану, откуда жадно наблюдал за открывшейся сценой Дантарр. Завистливый взгляд скользил по их паре.
  -Итак, я думаю это безумство, но Вероника считает, что план сработает. Доля вероятности, конечно, присутствует, но она ничтожна мала, поэтому нам сейчас надорешить все технические моменты. Вообще все возможные нюансы. Я не могу потерять их.
  -Как я тебя понимаю, - грустно прошептал он.
  Кенион вздохнул.
  -Дантарр, давай сейчас сразу проясним все. Вероника моя, ты потерял возможность быть с ней. И я бы не обратился вовсе к тебе, если бы я мог решить все сам. И если ты поможешь нам, то я постараюсь выполнить все, что ты захочешь. Кажется ты давно заглядывался на Меркесские рудники. Забирай! Также я готов отдать тебе Лилос и Гадаю. Там прекрасные пастбища и троктовые деревья.
  Дантарр тихонько покачал головой.
  -Мне ничего не надо, я сделаю это ради Ники. А она не продается.
  Впервые мое сердце дрогнуло. Дантарр до сих пор меня любит. Видимо, Кенион что-то почувствовал, потому как он пристально посмотрел в мои глаза. Потом, словно кивнув каким-то своим мыслям, поцеловал меня в лоб и повернул свой взляд снова на Дантарра.
  -Какие мысли у тебя по поводу плана?
  Через полчаса я ушла к детям, пришло время кормления, а они все еще продолжали обсуждать план и его нюансы. Я то и дело ловила на себе пристальные взгляды то одного, то другого, так что мне было немного не уютно. Я решила, что без меня они быстрее договорятся до чего либо, поэтому спешно покинула их. На самом деле я попросту сбежала. В моей голове до сих прокручивались слова Дантарра. Они задели меня за живое, заставляя в волнении стучать громче мое сердце. Ну зачем так? Я же перелистнула эту страницу своей жизни! Черт бы тебя побрал, Дантарр. Ведь все было просто и понятно. Ты предал, я выкинула тебя из своего сердца. Так я думала раньше... Видимо, не до конца.
  Я буквально ворвалась в покои детей, с грохотом закрывая створки дверей, и прислонившись к последним, глубоко вдохнула несколько раз, выкидывая мысли о нем. Диана уже сучила ручками и ножками, сообщая всем, что она проснулась и хочет есть. В сравнении с земными детками она уже выглядела словно четырехмесячный ребенок. Так быстро летит время... Ужас. Дисан еще спал, поэтому я подняла на руки мою малышку и приложила к груди. Она смешно причмокивала губками при каждом глотке и одной из ручек играла с моим локоном. Волосы у меня уже давно отрасли до ягодиц, но у меня все руки не доходили сделать с ними что-либо. Мешались, конечно, да и расчесывать их сложно, но иногда этим занимался Кенион, что вызывало у меня улыбку. Он в такие моменты с таким неподдельным восхищением смотрел на их переливы в свете ламп или утреннего яркого солнца, что рука не поднялась обрезать длину.
  -Хей, малышка...Ты моя сладкая! А кто у нас тут такой вкусненький, кто у нас сладенький? Ммм???
  Пока я игралась с моей девочкой, покусывая губами ее пальчики и видя улыбку беззубого рта, сзади открылась бесшумно дверь, и меня привычно обняли, целуя в шею.
  -Вы закончили?
  -Да. Чуть позже еще раз свяжемся и все вместе, включая Альта, обсудим все детали повторно.
  -Хорошо. Смотри, какая она красивая! Вся в тебя! От меня разве что губки достались.
  -Она прекрасна! И ты прекрасна! Вы две мои самые любимые, самые родные самочки.
  -О, Боже! Мы не самочки, Кенион! Какой же ты мужлан, дорогой мой. Мы женщины, а не самочки. Это даже звучит как-то пошло.
  Он как-то глубоко вздохнул, прижал меня сильнее к себе, стараясь не мешать общению с дочерью и, поцеловав в плечо, прошептал:
  -Все будет хорошо, мы сможем пройти это.
  Я только вздохнула, соглашаясь.
  
  Спустя неделю мы продвигались к окраине сектора. Десять дней до Весстарии, потом еще трое суток до кордона, а потом еще немного и я увижу своего мальчика. Я не находила себе места, находясь в постоянном напряжении. Кенион, как мог, отвлекал меня, но ему не удавалось надолго меня отвлечь. Уже у границ Весстарии нас встретили со стороны Дантарра два корабля для сопровождения, и дальше мы уже летели в компании. Трое суток пролетели до кордона незаметно. Я нервничала, психовала, срывалась на Кенионе, чуть ли не доходя до истерики. Дети, чувствуя мое состояние, больше обычного плакали. Под конец Кенион уже не выдержал, и попросил Альта вколоть мне успокоительное. После того, как эмоции улеглись, я поблагодарила любимого.
  План прохода через кордон был довольно прост. Альт с Кенионом сделали три специальные кобзо-капсулы с двойным дном. Вниз должна была лечь я сама и мои дети, а сверху хассы Кениона. Мне с малышами вкололи специальную сыворотку на основе яда одного млекопитающего, которая привела к тому, что замедлилось сердцебиение, и вообще замерли все функции организма, почти как в спячке.
  Как все прошло я не знаю, но когда я проснулась, то увидела лицо моего лорда, но уже более спокойное и с улыбкой на лице.
  -Долго я была в отключке?
  -Почти сутки.
  -Дети?
  -В порядке. Спят. Проснулись несколько часов тому назад. Я покормил их твоим сцеженным молоком. Странно, что они раньше пришли в себя...
  -Я же тебе рассказывала, что они другие. Как говорил Акхер, я тебе о нем рассказывала, мои дети - это новый виток эволюции. Не знаю, хорошо или плохо, но это имеет место быть.
  -Я переживаю... Я за вас всех переживаю. Так боюсь вас потерять, не справится, как недавно...
  Тень наползла на его лицо. Наверное, он вспоминал последний эпизод с тем существом на планете.
  -Я вас люблю, и не смогу жить, если вдруг вас не будет рядом со мной. Ты мое сердце, моя жизнь, любимая.
  -И я тебя люблю. Когда мы будем на Рихассе?- решила сменить тему разговора, чтобы отвлечь от дурных мыслей.
  -Еще четыре дня. Вчера к нам пристыковалась капсула с сопровождения, так что у нас на борту гости. Ты как отдохнешь еще или присоединишься?
  -Это не опасно?
  -Нет, думаю нет. Там пара ритаидов, а остальные хассы. Вместе всего шесть. Вроде как ты даже знаешь их, во всяком случае одного точно. Я помню его еще когда забирал тебя с борта корабля Дантара, когда пираты напали на вас.
  -Мир?! Здесь Миршесс? Конечно же, я пойду с тобой. - разволновалась я.
  -Мне надо опасаться?- прищурил свои прекрасные зеленые глаза мой любимый ритаид.
  -Ни капельки, - потянулась и чмокнула в нос Кениона.- Наверное, его можно было бы назвать другом или хорошим знакомым.
  -Мне не нравится это...Он может предать?
  -Не думаю...
  -Хмм...я все равно прослежу за ним. Так сказать, на всякий случай.
  -Как пожелаешь, любимый. Дай мне десять минут.
  Заходила с волнением в кают-компанию, как я ее назвала про себя. Стоило заслонке отойти, как я увидела самого Миршесса, а рядом с ним еще одного старого знакомого. Шанисс смотрел на меня с легкой улыбкой на лице, Миршесс же вообще словно превратился в статую, взглядом полностью поглощая меня. Даже грудь его не вздымалась от дыхания, настолько он завис, другого слова не подобрать. Я же улыбнулась им обоим сразу, и с громким писком буквально кинулась к ним обниматься. Шанисс первым подвернулся под руку, и первым был обнят и чуть ли не расцелован. Он по- отечески слегка приобнял меня, погладив по голове и тут же отпустил, отступив на шаг назад.
  -Вероника, рад, что вы в добром здравии.
  -И я, я так рада вам. Мир...,- и принялась теперь обнимать второго ритаида. Он же в свою очередь, так сильно стиснул меня в своих объятиях, что я даже пискнула.
  -Ника...Ника... Слава предкам, ты жива!
  -Как видишь, Мир. Я жива и здорова. Как ты?
  Он слегка отстранился от меня, а дальше просто поймал мой взгляд ине отпускал. Я начала слегка нервничать в его объятиях.
  -Мир?
  -Кхе-кхе...,- покашляли сзади.
  Миршесс вздрогнул и отпустил меня, тоже отойдя на шаг назад. Меня тут же окутал своим теплом мой лорд. Далее последовал поцелуй в висок.
  -Итак, вижу, лорд Дантарр подготовился обстоятельно, раз вы знакомы.
  -Да, так и есть. Мы первые, с кем Вероника начала общения, впервые появившись на Вестарии.
  -Что ж, весьма рад этому обстоятельству. А теперь давайте приступим к еде, а заодно вы поведаете мне эту историю с ваших слов.
  Весь вечер прошел в тесном общении, Миршесс то и дело бросал неоднозначные взгляды на Веронику , Кенион потихоньку закипал, а Шанисс, видя происходящее, то и дело задавал вопросы, то одному, то другому, чтобы отвлечь. Вероника тоже замечала, что не все гладко, поэтому в итоге, сославшись на усталость, потянула с собою Кениона. Тот тоже был счастлив, наконец-то, увести Веронику от взгляда этих ритаидов, особенно молодого и горячего парня, что не сводил своих глаз с его любимой.
  Он еле дотерпел до каюты, а потом просто накинулся на Веронику, покрывая жалящими ревнивыми поцелуями ее тело.
  -Кенион, что...? Что происходит? Ммм...ах!Кенион?
  -Ты моя...Моя...
  -Твоя, конечно твоя...Ке-ни...Ах!
  Словно безумный, он рвал на ней одежду, пытаясь добраться до бархатной кожи, сжимал ее ягодицы, оставлял поцелуи-укусы на шее, утверждая свои права на обладание этой самки.
  -Вероника, ты моя... Моя самка, моя...Я убью его. Убью!
  -Ах!Ммм...
  Кенион резко перевернул ее, и разорвал на две половины, уже основательно порванное одеяние Вероники, а потом также резко ворвался в нее, заставив вскрикнуть последнюю от невероятного наслаждения, граничащего с болью. И продолжал вбиваться до тех пор, пока она не задрожала в его руках и, вскрикнув, не обмякла, на мгновенье потеряв сознание от острого удовольствия, что оставил этот дикий секс.
  -Вероника? Ника...не пугай меня...Вероника?!
  -Что? Что случилось?
  -Уфф...,- а потом посыпались поцелуи. -Ты меня сильно напугала. Ты отключилась, я перенес на кровать тебя. И пытался привести в сознание. Великие предки, как же ты меня испугала!
  Вероника слегка улыбнулась.
  -Я не хотела, но это было просто невероятно, замечательно, невообразимо, -счастливая улыбка расползлась по ее лицу.- Повторим?
  -Глупая моя, - проговорил лорд в ответ и начал покрывать поцелуями ее грудь, сейчас не прикрытую ничем лишним.
  
  Три дня пролетели в один момент. Ревность Кениона была приятна и...очень сладка. Проходилось каждый раз на деле доказывать ему, как я люблю его и хочу быть только с ним. Еще плюс волнение перед прилетом. Ведь я возвращаюсь туда, где ждет меня мое прошлое и один из самых важных...ритаидов, мой любимый сынок, которого так рано у меня отобрали, лишили его внимания. Мой сладенький мальчик, мой зайчик, моя лапушка... Такие бесконечно милые определения приходили мне на ум.
  Как он меня встретит? Узнает ли? Полюбит? Простит? Столько вопросов и все без ответа.
  -Ассири...
  Что? Что это было?
  -Ассири...Ассири...
  Что происходит?
  -Кенион? Кенион, ты меня слышишь?
  -Да, моя хорошая...Что случилось?
  -Кенион, ты мне нужен, сейчас...
  -Сейчас буду.
  Я озиралась вокруг, ища источник моих галлюцинаций.
  -Ассири...Ты рядом...
  Боже, я схожу с ума! Обхватив, себя за плечи, продолжала искать взглядом хоть что-то.
  -Ассири...Я знаю, ты рядом. Скоро я тебя увижу.
  Какое-то невесомое движение, словно дуновение ветерка, мелькнуло где-то на периферии зрения. Я тут же повернулась туда, и тут же чуть не завизжала. Только то, что дыхание сперло в горле, не позволило мне это сделать. Но зато я отчаянно закашлялась, подавившись этим воздухом. Там в углу стоял полупрозрачный мальчик лет пяти, с черными смоляными волосами. Я точно знала, что это мой Кали.
  -Кали? Калидарр?
  -Моя ассири..., - он улыбнулся. Слезы невольно потекли по щекам. Мой сынок...Ноги подогнулись, и я где стояла там же и рухнула.
  -Мальчик мой...Не верю. Это ты?
  -Я...
  Где-то сзади открылась дверь.
  -Вероника, - встревожено вскричали сзади, и сильные руки тут же подхватили меня на руки.- Что случилось?
  -Кенион, ты видишь? Ты видишь его?
  -Он не видит меня, ассири. Он не мой ри, поэтому он меня не видит.
  -Почему? Из-за наследственности?
  -Что это такое?
  -Я не смогу тебе объяснить, я не врач.
  -Вероника, ты меня пугаешь? Что происходит? С кем ты разговариваешь?
  -Кени, тут мой Калидарр, но ты его не видишь. Он говорит, что это потому что ты его отец.
  -Отец? Это что?
  -Это кто, а не что? Это твой ри... Там, откуда я пришла так называют того, кто был твоим прародителем. Или говорят папа. А меня, ту, что дала тебе жизнь- мама. Говори мне, пожалуйста, мама. Мне это нравится больше и не режет слух так, как ассири.
  -Хорошо, ма-ма.
  -Вероника?
  Я повернула голову к Кениону. Он смотрел на меня с жалостью и сожалением, но в то же время с любовью и нежностью. Он, наверняка, считал сейчас, что я тронулась слегка умом из-за последних событий в моей жизни. Но я совершенно точно знала, что он не предаст, как Дантарр. С новой силой в моем сердце заиграла любовь. Я потянулась и приникла к его губам в самом нежнейшем, ласковом поцелуе.
  -Все хорошо, Кенион. Не переживай, пожалуйста, я не сошла с ума. Это действительно Калидарр. - И тут же обратилась к сыну.- Кали, твой отец, он...как?
  Руки Кениона чуть сильнее сдавили меня, намекая на то, что он снова ревнует.
  -Па-па...очень скучал по тебе.
  -Ты знаешь, я не хотела покидать вас, но так сложились обстоятельства. Я очень люблю тебя, малыш.
  -Я знаю, ма-ма. Я очень рад, что завтра ты будешь рядом со мной. Все мне пора, - он вдруг начал таить, а потом и вовсе исчез.
  -Он ушел.
  -Вероника, ты уверена?
  -Да.
  -Ну, раз так, то я тебе верю.
  Мои глаза снова наполнились слезами: как же мне повезло!
  
  Через несколько дней корабль уже подлетал к планете, где память Вероники возвращала ее в первые дни пребывания на этой планете.Черные глаза Дантарра, что смотрели с такой теплотой, мягкие губы.что целовали ее тело. Необычайная грусть охватывала Веронику, когда она вспоминала минувшие дни. Сейчас, глядя в черноте космоса на приближающуюся планету, она все вспоминала счастливое время, что провела на ней. Сколько всего произошло с момента, как она покинула ее? Вот и малыши уже достаточно большие стали, а казалось бы только вчера еще с животиком ходила и собирала ребрами каждый неудачный пинок дочки или сына. Столько событий и времени прошло уже с момента, когда она появилась на Весстарии.
  -Любимая, скоро прилетаем. Нам лучше пройти в каюту.- Кенион обнял сзади, разместив свои руки чуть выше талии.
  -Давай постоим еще немного. Хотя бы пять минут?
  -Хорошо. О чем задумалась?
  -О прошлом, настоящем и будущем.
  -Будущее строим мы сами.
  -Не всегда, Кенион, не всегда. Как там дети?
  -Все хорошо, спят.
  -Отлично.
  Планета приближалась, становясь огромным зелено-синим гигантом. Начали опускаться заслонки на смотровой площадке, сообщая, что действительно пора идти в каюту. Еще раз вздохнув, Вероника повернулась и поцеловала своего любимого.
  -Спасибо. Пойдем.
  Через минут сорок они пристыковались в личном аэропорту Дантарра. К тому моменту, как они вышли из корабля уже подъехало сопровождение, и все вместе они поехали в сторону дома Дантарра.
  
  Сколько воспоминаний было связано с этим домом! Очень много хорошего, но и плохое тоже. Вероника до сих помнила вкус поцелуев темного лорда, хотя Кенион все сделал для того, чтобы она их навсегда забыла.
  Их провели через вход для прислуги и по коридорам жилой половины, пока не привели в просторное помещение, напоминающее парадный зал, в которой в общем то ничего и не было, кроме установленного массивного каменного...трона? Наверное, так будет правильно сказать. Также было несколько скамеек вдоль стены. Сопровождающие их хассы Дантарра попросили подождать, когда лорд подойдет. Вероника направилась к одной из скамеек, Кенион последовал за ней. Двеннадцать хассов лорда Кениона расположились вокруг, прикрывая их. Олег, как прозвала одного из хассов Вероника, держал в своих руках два свертка.
  -Как думаешь все будет в порядке?
  -Не знаю, но у нас все равно нет выбора. Нам придется довериться.
  Вероника только вздохнула на это.
  Непрошло и минуты как Дантарр, чуть ли не рывком распахнул одну из дверей, появляясь в зале. Тут же в тишине зала раздался его стон.
  -Я и забыл, каким невероятным ароматом пахнет твоя кожа, Вероника.
  Со стороны Кениона тут же раздалось рычание.
  -Ты зарываешься, Дантарр...
  -Да, наверное. Но...это правда. Ты позволишь обнять ассири моего тарри?
  -Ррры..., - зарычал лорд Кенион.
  -Кенион, не надо, - остановила его прикосновением Вероника.- Не скажу, Дантарр, что я рада нынешним обстоятельствам нашей встречи, но, я рада тому, что ты жив и здоров.
  Она сама подошла к нему и обняла, как старого друга. В ее душе ничего не всколыхнулось, кроме сожаления и некоторых теплых чувств, такие как дружеское участие и наверное остатки былой любви. Именно сейчас она поняла, что нет смысла лелеять свою обиду. Она готова была простить и идти дальше, особенно, если будет общаться со своим старшим сыном.
  Дантарр же в этот момент испытывал облегчение от того, что он видит ее, держит в своих объятиях, вдыхает ее аромат. Он понимал, что наваждение, коей долгое время оставалась Вероника, не просто не пропадает, а, наоборот, увеличивается. Он не мог ею надышаться, ему так хотелось сейчас слиться с ней, чтобы она стала частью его и никогда больше не смогла уйти от него. Любить, ласкать, целовать, не отпускать-такие мысли крутились в его голове. Дикая ревность его сжигала изнутри, но он готов был с ней мириться, если она останется рядом, будет рядом, хотя бы иногда касаться его, чтобы он мог хоть изредка вот так вот обнимать ее, дышать ею.
  -Вероника..., -выдохнул он, крепче вжимая в себя.
  Почти тотчас же он услышал недовольство от лорда четвертой системы в виде очередного рычания, и был вынужден отпустить драгоценность. Его любимая улыбнулась извиняющейся улыбкой и спросила:
  -Дантарр, я хочу увидеть своего сына. Где..., - она еще только задавала вопрос, а сзади уже открывалась дверь и вошли двое. Первым оказался Акхер, преданный врач своего темного лорда, а второй тот, кого она так давно хотела видеть. Стоило только увидеть его, как ее ноги подогнулись ,и она, наверное, рухнула бы вниз, не поддержи ее в это время Дантарр.
  -Калли...
Оценка: 6.47*123  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Ю.Меллер "Дорога к счастью"(Любовное фэнтези) Д.Куликов "Пчелиный Рой. Вторая партия"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) И.Громов "Андердог"(ЛитРПГ) В.Гордова "Во власти его величества"(Любовное фэнтези) Д.Маш "Тата и медведь"(Любовное фэнтези) В.Старский ""Темная Академия" Трансформация 4"(ЛитРПГ) А.Гришин "Вторая дорога. Выбор офицера."(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность-4"(ЛитРПГ) М.Мистеру, "Заблудшая душа"(Любовное фэнтези)
Хиты на ProdaMan.ru ��ЛЮБОВЬ ПО ОШИБКЕ ()(завершено). Любовь ВакинаЛили. Сезон первый. Анна ОрловаНедостойная. Анна ШнайдерМаг и его тень (Темный маг - 2). Валерия ВеденееваТитул не помеха. Сезон 2. Возвращение домой. Olie-Королева теней. Сезон первый: Двойная звезда. Арнаутова ДанаЗаписки журналистки. Сезон 1. Суботина ТатияЧП или чертова попаданка - 2. Сапфир ЯсминаЧудовище Карнохельма. Суржевская Марина \ Эфф ИрНарушенное обещание. Шевченко Ирина
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"