# Лунная соната, глава 9

Михаил Аркадьевич Шуваев

## Глава 9


- Капитан, первое: вам удалось выяснить насчет постояльцев "Сателлита", которые проживали здесь в ночь с девятнадцатого на двадцатое июня и не имели отношения к симпозиуму?

- Почти, господин Сноу. Всего их девять человек. Восемь представили безукоризненные алиби, подтвержденные либо другими, либо техникой. Один рано утром двадцатого первым рейсом вылетел на Землю - что-то дома у него случилось. Кто-то из родных в больницу угодил. Но с ним на земле встретятся и допросят. Хотя, если хотите мое мнение, то он тоже не при делах.

- Хорошо, понял, потом по нему доложите. Дельтапланеристы подтвердили, что Мюллер летал вместе с ними и вместе с ними же вернулся на станцию "Армстронг"?

- Да, господин Сноу, они подписали показания.

- Хорошо. Теперь: при осмотре номера Белла не было ли найдено чехла, футляра... ну, чего-то такого, в чем можно хранить и перевозить топоскоп?

Барт задумался всего на секунду:

- Было! Вот, смотрите.

Он на МИППСе нашел нужный файл и раскрыл его. Замелькали фотографии номера профессора и предметов, обнаруженных в нем. Слайд-шоу остановилось, и на экране появилось изображение раскрытого пустого черного футляра. На внутренней части виднелся паз или углубление, куда можно было положить то, что они недавно видели на фотографии Пелтонена. И Барт, и Ричард внимательно всмотрелись в фото.

- Да, похоже, что это именно то, о чём говорил Пелтонен. Я почти уверен, что когда Белл выходил на поверхность, топоскоп он взял с собой. Помните, при просмотре съемки из шлюза нам показалось, что профессор что-то пристегнул к поясу? А ведь на его скафандре не нашли ничего лишнего... ничего... Стоп, капитан, а все ли причитающиеся по стандартному расчету инструменты были на скафандре?

Барт лихорадочно стал листать свой МИППС в поисках нужного файла.

- Как, вы догадались, господин Сноу? Действительно, пропал фонарь, обычный фонарь. Наверное, потерялся?

- Нет, капитан, вряд ли. Может быть, убийца прихватил его вместе с топоскопом? Вопрос: зачем? Ответа нет. Всё, пошли к вам в офис, капитан. Надо успокоиться и пораскинуть мозгами.

- Господин Сноу, предлагаю альтернативу - поход в ресторан с одновременным поглощением пищи и обменом мыслями! Время-то уже сколько! Темнеет, как сказали бы на Земле!

- Чёрт с вами, капитан, уговорили. Ведите! - улыбнулся Ричард и двинулся за Хэлвудом.

- Здесь не так много злачных мест, но положительный результат гарантирую, господин Сноу!

Офицеры направились в сторону станции монорельса.

Только они устроились за столиком и сделали заказ, как ожил МИППС Ричарда: на связь вышел начальник научного отдела КОНОКОМа Блумберг:

- Ричи?

- Да, Айво, привет! Слушаю тебя!

- Привет, лунатик. Сразу к делу. Первое. Думаю, что скоро с тобой свяжется наш директор. Судя по загрязняющим выбросам в атмосферу, происходящим в его кабинете, он не очень тобой доволен. Так что будь готов, эколог. Второе. Часовня в монастыре Санта-Моника действительно исчезла. Но комиссия, которая работала по этому делу, не пришла к единому мнению, относительно того, что же там произошло на самом деле. К тому же комиссия была составлена так неудачно, что в неё оказались включены ученые мужи, стоящие по разные стороны научных баррикад. Закончилось все скандалом и даже легкой потасовкой во время пресс-конференции.

- Ничего себе, академики отжигают! - присвистнул Ричард и посмотрел на внимательно прислушивающегося к разговору начальника безопасности.

- Привыкай, неуч! Наука - это поле боя! Да поосторожней там на вашем хлебосольном и веселом симпозиуме - не дай Бог огреют по башке промокашкой или того хуже, сломают об тебя логарифмическую линейку, тогда пиши, пропало! - произнес Айво и продолжил. - Третье. Фотографию Пелтонена и Белла якобы с топоскопом, которую ты мне переслал, я изучил сам и дал кое-кому, кто в этих делах кумекает лучше моего. Так вот, спецы склоняются к мысли, что Белл блефовал. Есть в пользу этого и серьёзный экономический аргумент. В последнее время в институте профессора провели несколько неудачных экспериментов и финансовые потоки спонсоров серьезно уменьшились. Вот и потребовалось ему, напустив тумана, намекать на эпохальное открытие.

- Но это только предположение, мнение отдельных специалистов, не больше! - возразил Ричард.

- А я и не говорю, что это истина в последней инстанции. Но такие суждения существуют и, более того, превалируют. Так что учитывай это. У меня пока всё. У тебя что нового?

- У нас второй труп.

Айво вытаращил глаза:

- Еще один контактник?!

- Нет, селенит, дежурный диспетчер базы "Скотт".

Айво несколько секунд помолчал, потом, будто пробуя почву под ногами, осторожно спросил:

- Послушай, Ричи, может мне к тебе прилететь?

- Ну, и что ты тут будешь делать, Айво? Дымить колбами и ретортами? Или устроишь научный диспут, переходящий в дуэль на лазерных указках?

- Нет, Ричи, кроме шуток!

- А без шуток, то если ты понадобишься, я тебя первым у Дон Кимуры затребую сюда, понял? А пока свяжись с нашим КОНОКОМовским закрытым банком данных и архивом, я туда послал запросы на всех фигурантов дела. Потереби информационно-архивный отдел, чтобы побыстрее работали, хорошо?

- Чёрт с тобой, пока!

Блумберг отключился. Ричард отложил МИППС, взял в руки приборы и криво улыбнулся, обращаясь к Хэлвуду:

- Сейчас я начну есть, и меня сразу вызовет наш Директор, вот увидишь, за ним не заржавеет...

Не сразу, но спустя пятнадцать минут, когда Ричард с некоторым внутренним удивлением приступил к десерту, на МИППСе, наконец, прозвучал вызов. Сноу, положив ложку, глянул на определитель:

- Ну, что я говорил? - и ответил. - Господин Директор, агент Сноу слушает вас!

- Сноу? Почему я должен с вами связываться? Вам что, нечего мне доложить?

- Господин Директор, разрешите?

Дон Кимура на миниатюрном экране МИППСа молча пожевал губами, пригладил ладонью черные короткие волосы и кивнул:

- Докладывайте, Сноу. Подробно.

Ричард посмотрел на Хэлвуда, преспокойно уплетающего мороженое "тирамису", вздохнул и начал отчет.

Говорил он не меньше десяти минут, потом замолчал и стал слушать недовольные комментарии и приказы Директора КОНОКОМа:

- Сноу, имейте ввиду, я здесь выдерживаю давление не только со стороны всяких научных и околонаучных кругов, начиная со Всемирной Академии наук и заканчивая доморощенными клубами любителей космогонии, но и высокими функционерами из Совета Земли! Тебе понятно? Пока мне удается отбиваться, но имей в виду, кое-что просочилось за пределы базы, и некоторые напрямую задают вопрос об убийстве. Убийстве великого ученого, Сноу, ни больше, ни меньше! Так что ты там давай...

В конце концов Дон Кимура выдохся, буркнул вместо прощания что-то неразборчивое и отключился. Ричард отодвинул МИППС на край стола, снова взял в руки ложечку и доел безнадежно растаявшее ванильное мороженое с густым вишневым сиропом. Бросив салфетку на бумажную скатерть, он взял принесенную официантом чашку кофе и немного отпил:

- Как ни прискорбно и обидно, но приходится констатировать, что начальник во многом прав...

Хэлвуд, бросив крошечный кусочек сахара в чашку, возразил:

- Не согласен. Мы ведем расследование всего полтора суток и уже столько сделали!

- В том-то и дело, капитан, что сделано, вроде бы много, а результата нет! Более того, судя по всему, наши необдуманные действия привели к еще одному убийству...

- Как же это нет результатов? Вот смотрите, господин Сноу, - взволнованно заговорил Барт. - Нами опрошены основные фигуранты по делу, за исключением, разве что Моралеса, Тинпена и Нортропа. Но Тинпена, я считаю, можно исключить из списка подозреваемых, как считаете?

- Не торопитесь, капитан. Медсестра подтвердила, что он не покидал номера в интересующее нас время?

- Нет еще, но я это выясню, - капитан сделал пометку в МИППСе. - А пока продолжаю. Моралес, Лосев и Вердей, судя по всему, тоже смогут нам представить алиби, иначе не держались бы столь вызывающе-непринужденно.

- Не торопите события, капитан. Не забывайте, что мы с вами еще не допросили Моралеса.

- А что Моралес? Вряд ли он нас обрадует признанием в умышленном убийстве. Эта троица действительно сидела в номере Вердея и гоняла покер, уверен.

- Может быть... Даже скорее всего вы правы, капитан, но я их не сброшу со счетов, пока алиби не будет подтверждено непредвзятыми свидетелями или документально.

- Хорошо, идемте дальше. Мюллер - алиби, согласны?

- Похоже, что так, с учетом показаний дельтапланеристов...

- Пелтонен - алиби.

- Вероятно.

- Почему - вероятно?! Он же сидел в гостинице на станции "Армстронг". Из номера не выходил, монорельсом не пользовался! Нет, господин Сноу, как хотите, у Пелтонена алиби.

- Однако он единственный, кто видел Топоскоп, не надо об этом забывать, капитан.

- Но слышали-то о нем многие! - не сдавался начальник безопасности.

Ричард улыбнулся:

- Вы так хотите сократить список подозреваемых, капитан?

- Конечно! Пока тот или иной фигурант не сброшен нами со счетов, он торчит у меня в голове этакой занозой и мешает думать о других, более вероятных, кандидатах в преступники. Дальше. Прайс - алиби.

- Да, может быть. Но чтобы удостовериться в этом окончательно, надо связаться с космобиологом Дороти Каррой, капитан! Кроме этого, мне не дает покоя эта несостоявшаяся встреча Мюллера и Прайса неподалеку от шлюза N 3 как раз в то время, когда убивали Белла.

- Но Басов подтвердил, что они не заходили в шлюз, а оба проделали путь от станции монорельса до жилой зоны.

- Значит так, капитан. Что нам необходимо сделать завтра. Первое: допросить Нортропа и Моралеса. Для этого попрошу вас связаться с ними еще сегодня и договориться о встрече. Второе: снять показания с Карры и медсестры. Это я попрошу также сделать вас, капитан.

Хэлвуд что-то пометил в МИППСе и ответил:

- Принято, господин Сноу. Рекомендую вам отдохнуть - завтра будет трудный день...

- Да, капитан, особенно с учетом того, что завтра нам придется, видимо, определять, кто и где из фигурантов находился во время убийства Басова. Честно говоря, я даже и не знаю, как к этому подступиться, с какой стороны?.. - Ричард почесал затылок.

Когда Ричард, приняв скудный лунный душ, лег на узкую кровать в своем гостиничном пенале, в голове стали всплывать, как мозаика фрески или витража, фрагменты сегодняшнего длинного и трудного дня. Мелькание кадров всё замедлялось и замедлялось, пока их смена не стала походить на судорожно, рывками прокручиваемую пленку фильма.

Строгий Мюллер, ледяной Пелтонен, Мюррей, толстый Лосев с рюмкой водки и свиной отбивной... Супермодные очки с гравидержателем медленно поднялись с носапоявившегося ниоткуда Прайса и полетели по Воздушной пещере, догоняя Басова, совершающего на дельтаплане красивый разворот с опорой на левое крыло. Ричард попытался предупредить его об опасности, но язык будто онемел, набух и не поворачивался во рту. Непонятно из каких потайных закоулков памяти всплыло название: отёк Квинке! Он подбежал к самому краю посадочной платформы, чтобы предупредить Басова об опасности, но его захлестнула волна ужаса от разверзшейся перед ним бездны. Ричарда заворожила пропасть и безудержно потянула вниз. Он судорожно обернулся и вцепился во что-то. Скосив глаза, он увидел, что это топоскоп, который ему протягивает Белл. В следующую секунду топоскоп превратился сначала во что-то до боли знакомое и виденное им тысячи раз, а затем в минипига Базза. Профессор Белл стал на глазах меняться и превратился в директора обсерватории Мюррея. Директор смотрел на балансирующего на краю пропасти Ричи и громко смеялся. Сноу выпустил незнамо как оказавшегося в руках извивающегося Базза и, вращаясь и переворачиваясь в разреженном воздухе, полетел на дно пещеры...


Симпозиум, лат. symposium - от греч. symposion, букв. - пиршество