# Лунная соната, главы 6-10

Михаил Аркадьевич Шуваев

## Глава 6


Войдя в помещение обсерватории, они застали довольно эмоциональную сцену, в которой участвовали несколько человек, в том числе и профессор Мюррей, узнанный Ричардом по фотографии.

- И как мне прикажете теперь быть, Кримсон? Кто будет заниматься всей той текучкой, на которую никого у вас никогда не хватает времени? Вы, что ли? Вы будете заниматься раскраской, срезами, следить за состоянием линз и вообще всей оптики? А? Я вас спрашиваю? - кричал худощавый невысокий субъект в голубом халате.

На полу, почти в центре комнаты, валялся андроид, точная копия того, что стоял в нише в коридоре, только с номером "35", одного взгляда на которого было достаточно, чтобы понять, что он верный кандидат на свалку. Металлическое тело окружили несколько селенитов и выслушивали сентенции директора обсерватории. Заметив вошедших Ричарда и Барта, Мюррей зло спросил:

- А вы кто такие? Что вам тут надо? Без вас проблем хватает! Немедленно освободите помещение!

- Извините, профессор Мюррей, я здесь не по своей воле, а по указанию руководства КОНОКОМа и АНБ! - выступил вперед Сноу.

- Ну и что? Какое мне дело до КОНОКОМа и АНБ? Пусть лучше занимаются своими прямыми обязанностями, и не лезут туда, куда их не приглашают! - ничуть не смутившись, произнес Мюррей.

- Профессор, успокойтесь, мы лишь расследуем обстоятельства гибели профессора Белла. Никто и не собирается вмешиваться в дела вашей обсерватории!

Мюррей слегка поостыл и обратился к своим коллегам:

- Ну, что вы стоите, как истуканы? Уберите этот электронный хлам с глаз моих долой!

Появилось несколько дроидов, приподняли безжизненного гиганта и выплыли с ним прочь из комнаты. Быстро и неслышно стали рассасываться и сотрудники обсерватории.

- Все свободны, занимайтесь своими темами, - подогнал их Мюррей и кивнул Барту с Ричи. - Пойдемте.

Профессор скрылся за дверью в углу комнаты. Инспекторы последовали за ним. Они прошли по коридору базы буквально тридцать метров и вошли в апартаменты директора обсерватории.

- Располагайтесь, - буркнул он, указывая на несколько стульев, стоящих вокруг небольшого стола для совещаний, - я сейчас. Только дам несколько указаний.

Пока Мюррей отсутствовал, Ричард оглядел кабинет директора самой знаменитой обсерватории. Ничего особенного. Рабочий стол с компьютером явно петакласса, секция блоков памяти, гологравизор и, как ни странно, несколько блокнотов и исписанные вручную листы бумаги - редкость в наше время. У одной стены комнаты стоял небольшой диванчик и журнальный столик, в противоположном от входа углу - закрытая дверь, которая вела, видимо во вторую комнату, о которой упоминал стажер. На стенах красовались великолепные трехмерные фотографии галактик, туманностей, квазаров сделанные, судя по всему, телескопом "Око Вселенной". На одной объемной фотографии узнаваемо краснел марсианский пейзаж. Разрешение было такое, что казалось фотография сделана с флаера, летящего на небольшой высоте над поверхностью.

Пискнул МИППС Барта. Он включил звук:

- Капитан Хэлвуд? Это Басов Иван.

- Слушаю тебя, Иван.

- Вы просили, если я что вспомню, связаться с вами...

- Ну, говори.

- Дело в том, что у нас тут недавно над грузовым шлюзом видеокамеру установили, а монитор у нас в диспетчерской. И я вот вспомнил, что на камере...

- Стажер, это Сноу говорит. Будем ждать тебя в офисе капитана, - Ричард ждал, что Мюррей вот-вот вернется и не хотел вести разговор в его присутствии.

- Иван, ты когда освободишься? - заговорил Барт, поняв Ричарда.

- Ну, еще два полета... Часа через полтора - два.

- Идёт, ждем тебя через два часа.

Барт отключил МИППС и положил его в карман.

Вдруг в ногу Ричарда что-то ткнулось. Он опустил глаза и встретился взглядом с забавным маленьким черно-белым поросенком, который, как собака, слегка склонил голову набок и растопырил ушки. Его пятачок жил отдельной жизнью от хозяина и постоянно находился в движении. Ричи машинально наклонился и погладил смешное пушистое существо. Хвост поросенка из пружинки превратился в прямую проволочку, выражая, видимо, восторг и удовольствие.

- Так вот ты какой, минипиг, - с улыбкой произнес Ричард, продолжая гладить маленькую свинку. - А как тебя зовут, старина?

- Базз, - раздался голос Мюррея. - Его зовут Базз.

Ричард выпрямился и посмотрел на директора обсерватории, появившегося в кабинете.

- Извините.

- Базз очень доброжелателен и любопытен. Каждого незнакомца ему надо не только обнюхать, но и послушать, - сказал Мюррей, скидывая голубой халат и бросая его куда-то в угол. - Будучи очень тонко организованной натурой, он избегает тех, кто ему не по вкусу. Слава Богу, таких на базе единицы, да и вы, я смотрю, уже завоевали его расположение. Базз, иди на место, нам надо поговорить! - строго закончил Мюррей.

Забавная свинка повернулась и ушла в угол комнаты, где устроилась на пестрой подстилке, но ушки продолжала держать топориком.

- Прошу извинить мою резкость, господа инспекторы, рабочий момент, знаете ли...

Мюррей опустился на стул и внимательно посмотрел на пришедших:

- Что вы хотите знать, господа?

- Профессор, не могли бы вы мне, Ричарду Сноу и капитану Хэлвуду рассказать немного о несчастном профессоре Белле. О его исследованиях и изобретениях, о нем самом, ...

- Ничего себе, вы мне предлагаете написать целую книгу, господа! - засмеялся Мюррей, настроение которого несколько улучшилось. - А что-нибудь попроще?

- И все же.

- Ну, хорошо. Только имейте ввиду, что, хотя я и знал покойного, мы не были с ним ни друзьями, ни знакомыми, и труды его не очень кореллируют с тем, чем я занимаюсь и каких научных взглядов придерживаюсь. Сирилл Белл величина мирового масштаба, один из наиболее известных ученых, занимающихся вопросами космоэкспансии человечества и возможного Контакта с внеземными цивилизациями. Написал на эту тему массу научных трудов, монографий, рефератов и статей. Автор ряда оригинальных теорий в области космогонии и космогенеза. Глубоко знает такой необычный раздел математики, как топология. Вряд ли ошибусь, сказав, что он входит... входил в десятку самых оригинальных научных умов планеты. Вместе с тем, многие его гипотезы и предположения, мягко говоря, спорны и нуждаются в серьезной доказательной базе, чего - увы! - нет. Этим и объясняется во многом скандальность, сопровождающая некоторые его теории. По второму вопросу. Сам Сирилл по характеру был не подарок, да простит меня Господь, вот и возникали вокруг него различные э-э-э... конфликты и недопонимания. Все и всегда он хотел делать сам и практически никому не доверял. Вот и теперь - скажите, ну что его понесло на поверхность, какая такая в этом была необходимость? Конечно, будь он сейчас жив, наговорил бы сорок бочек арестантов в оправдание своей авантюры, а так, - Мюррей махнул рукой, открыл барный холодильник и достал две бутылки минеральной воды и три стакана.

Разлив шипящую воду, он обернулся:

- Базз, пить хочешь?

К немалому удивлению Ричи и Барта, Базз шустро сорвался с места и подбежал к ногам хозяина. Тот достал еще один, совсем мелкий стаканчик, больше похожий на миниатюрную пиалу, налил в него чуть-чуть и поставил на пол перед минипигом:

- Обожает холодную газированную минералку, но много ему нельзя - может простудиться, - как ни в чём не бывало пояснил директор.

- Насчет коньяка вы оказались недалеки от истины, господин Сноу! - рассмеялся Барт.

- Нет, спиртное я ему не позволяю, молод еще, - без тени юмора ответил Мюррей. - Все Базз, иди на место, или погуляй, если хочешь.

- А вы его не боитесь отпускать одного? - спросил Сноу.

- Видите ли, господин... Сноу, Базз имеет измененные, модифицированные гены, которые позволили развиться его интеллекту. Я его взял в Миланской лаборатории генетического синтеза. Он - опытный образец, можно так сказать. Но если опыты генетиков в Милане приведут к успешным результатам, человечество будет иметь исключительно умных домашних животных.

- Базз, дай господину Сноу салфетку, а то он пролил немного минералки на брюки! - неожиданно произнес Мюррей.

Минипиг, который уже подошел к двери, мгновенно вернулся, ловко запрыгнул на стул, с него на рабочий стол и схватил зубками несколько лежащих там бумажных салфеток. После этого он шустро проделал обратный путь и сел у ног Ричарда. Агент медленно, будто с опаской, протянул руку, взял салфетку и машинально протер ей брюки.

- Однако! - только и вымолвил он.

- Вуаля! - как фокусник развел руки в стороны Мюррей. - Ну, всё, Базз, иди, иди.

Минипиг, сверкнув тонким металлическим ошейником, исчез за дверью в углу.

- А как он дверь-то открыл? - вопросительно наклонил голову Ричи.

- Никакой мистики, господин Сноу. Внизу сделана специальная кнопка, которую он нажимает пятачком. Снаружи тоже. Как ими пользоваться он понял с первого раза.

Через минуту дверь в углу комнаты снова открылась и выпустила Базза. Смышленый поросенок потрусил к входной двери, нажал кнопку и шустро выскользнул наружу.

- Куда это он? - спросил Барт.

- Как куда? Сходил в туалет, как все воспитанные существа, и пошел прогуляться.

- Доктор, а что вы знаете о топоскопе? - сменил тему разговора Ричард.

- О чём, о чём? - удивился Мюррей. - О топоскопе? А-а, понял, о чём речь. Так вот господа, моё мнение - это блеф Сирилла и ничто больше.

- И последний вопрос, господин Мюррей. Вы виделись с профессором Беллом по его прилете на базу?

- Да, мы даже поужинали вместе в ресторане "Хилтона".

- В какое время?

- Часов в семь, наверное, точно не помню.

- То есть, примерно в семь часов вечера вы с Беллом пришли в ресторан.

- Да.

- А когда ушли, не запомнили.

- Нет. Но просидели мы с ним около часа.

- Вам ничего в поведении или разговорах профессора не показалось необычным. Не был ли он взволнован, напуган.

- Нет. Все как обычно: и переполнявшие его эмоции по поводу симпозиума, и размахивание руками. Нет это был нормальный, знакомый мне Белл.

- О топоскопе он ничего не говорил?

- Нет.

- Ну, что ж, доктор, последний вопрос...

- Последний, кажется, вы мне уже задавали? - поднял бровь Мюррей.

- Извините. Что вы делали и где были в ночь с 19-го на 20-е июня с двадцати трех тридцати и до часа ночи?

- Ага, значит, вы всё-таки предполагаете, что смерть профессора, не несчастный случай!

- Мы обязаны проверить все версии.

- Понятно. До одиннадцати я торчал в своем рабочем кабинете, а потом пришел сюда и работал до половины второго ночи. Потом пошел спать.

- Никуда не отлучались?

- Нет.

- У вас двухкомнатная каюта, профессор?

- Да, а что? - удивленно вскинул брови Мюррей. - Это, можно сказать, гостиная, а там, - кивок в сторону закрытой двери, - спальная и туалетная комнаты. Если вам интересно, то туалет Базза тоже там.

- Спасибо, доктор, за сотрудничество и еще раз извините, что отняли у вас время, - встал Ричард.

Детективы попрощались и вышли в коридор. Мимо них куда-то деловито просеменил Базз. Его копытца забавно цокали по металлическому полу, а длинные уши тряслись в такт аллюру.

- Давай-ка зайдем в ресторан "Хилтона" и зададим парочку вопросов, - решил Ричи.

- Господин Сноу, разрешите вопрос. А почему вы решили допросить Мюррея? Ведь его нет в нашем списке!

- Я и сам толком не знаю, - честно ответил Ричи. - Но, с другой стороны, а почему его не допросить, коли подвернулась такая возможность? Формально он не прибыл на базу для участия в конференции, он просто находился там, где оргкомитет решил её провести. То есть, не он приехал к убийству, а убийство приехало к нему. К тому же Мюррей - почетный гость конференции, имеет непосредственное отношение к астрофизике, астрономии, и было бы очень странно, если бы его на этот форум не пригласили.

Подозвав молодого распорядителя в зале ресторана, Ричи представился и спросил:

- Скажите, господин Мюррей ужинал здесь вчера?

- Да, - последовал незамедлительный ответ. - Но не один.

- А с кем?

- Спутника профессора я видел впервые в жизни, - пожал плечами молодой человек.

- Ничего особенного не заметили?

- Нет, только вот тот, что пришел с профессором, очень волновался и нервничал: громко разговаривал, вскакивал, руками размахивал, как ветряная мельница, два бокала разбил.

- А о чём они говорили, вы не слышали?

Метрдотель задумался.

- Может быть, слова какие запомнились, реплики?

- Несколько раз симпозиум упоминали, выступления... Про какой-то сингулярный захлёст упоминали. Я запомнил - больно необычное словосочетание.

Ричард и Барт переглянулись.

- А про топоскоп ничего не говорили?

- Топоскоп... Нет, не помню.

- Ладно, - после паузы с сожалением произнес Ричи. - Можете примерно сказать, когда они пришли в ресторан и когда вышли?

- Я вам не примерно, а точно скажу. Пришли они без четверти семь и ушли в половине восьмого.

- Вместе?

- Нет, сначала незнакомец, а через пару минут господин Мюррей.

- Кто расплатился, Мюррей?

- Да.

Детективы вышли из ресторана и направились в кабинет начальника безопасности, где Хэлвуд заварил ароматный кофе и они развалились в миниатюрных креслах.

- Знаешь, что мне не дает покоя, капитан? - задумчиво помешивая ложечкой в чашке, проговорил Сноу. - Два момента с видеокамерой. Первое: бессмысленность похищения карты памяти.

- Почему? - удивился Барт. - Как раз тут все понятно. Убийца не хотел, чтобы его увидели на видеозаписи.

- Я тоже так рассуждал, а потом понял: все скафандры одинаковые! У них даже размера нет - хочешь, надень его на маленького Басова, хочешь - на этого борова Лосева. И только один знак различия - номер на заплечном ранце жизнеобеспечения и на груди. Но цифры настолько мелкие, что с десяти метров не различишь, особенно в тени или ночью. И второе: откуда убийца вообще узнал о том, что мы собираемся ее изымать?

Барт несколько секунд, не мигая, смотрел на Ричарда, потом схватил МИППС и вызвал инженера Смита:

- Джо, привет, это я!

- Мы сегодня уже виделись, Барт! - смеясь, ответил Джо.

Ричард с удивлением осознал, что день еще далеко не закончился, а в нем уместилось столько событий, что хватило бы на целых три.

- Джо, когда мы сегодня говорили с тобой по поводу изъятия карты памяти, с тобой рядом кто-нибудь находился?

- Конечно, Барт. Здесь были Энди и Джерри. Энди вон до сих пор тут сидит, только на обед уходил, а Джерри три часа назад отбыл на гравилете на рудник "Альфа". Больше никого.

- Джо, ты точно помнишь, что они до нашего прихода никуда не отлучались?

- Ты что, Барт, их подозреваешь, что ли? Совсем с ума сошел, Пинкертон?

- Господин Смит, я сюда прилетел не в игрушки играть! - подал голос Ричард. - Извольте отвечать начальнику безопасности станции.

- А, господин Сноу! Прошу простить, просто всё как-то странно... Так вот, мой ответ - нет, никто из моих коллег никуда не отлучался. Устраивает вас?

Детективы промолчали.

- Тогда, всего вам доброго.

Связь оборвалась.

- Пинкертон? - задумчиво проговорил Барт. - Кто такой?

- Был такой. Алан Пинкертон. В начале девятнадцатого века организовал первое в мире частное детективное агентство. Удивительно другое - откуда о нем знает Смит. Ладно. Все понятно. Утечка, похоже, не отсюда пошла, - подытожил несколько эмоциональный разговор Ричи. - Надулся он на нас из-за замка.

Барт вспомнил растерянность инженера и совет Ричи замок на дверь повесить:

- Ничего, ему полезно. Не будет ворон считать! Я им еще головомойку устрою!

- Особенно забавно про ловлю ворон звучит на Луне, - засмеялся Ричард. - Но, к делу, капитан. Если исключить человеческий фактор, то останется что? Фактор технический. Прослушка, или перехват сообщений возможен?

- Господи, да никому и в голову не могло придти, что здесь на Луне нужно кого-то зачем-то прослушивать. Нет, я серьезно!

- Если об этом никто из нас не подумал, это не значит, что убийца проигнорировал такую возможность, - резонно заметил Сноу. - Уверен, начнут связисты копать - рано или поздно найдут девайс, обеспечивающий убийце прослушку переговоров. Прикажите... Да, Барт, именно прикажите, срочно проверить всю систему связи на возможные девиации. Смело ссылайтесь на меня. Не поможет, я вашему начальству организую громы и молнии в виде Директора КОНОКОМа Дон Кимуры. Только, пожалуйста, сделайте это лично, не по МИППСу.

Пока Хэлвуд отсутствовал, Ричард вывел на трехмерный монитор на столе капитана фотографии с места преступления и стал внимательно их рассматривать.

Минут через пятнадцать вернулся весь красный Барт, плюхнулся в кресло, достал платок и вытер со лба пот.

- Ищут? - посмотрел на него Сноу.

Капитан кивнул.

- Отлично, вернемся пока к первому моему вопросу: зачем? Вот посмотрите сами, капитан, на фотографии. А теперь нарисуем схему. Видите, где лежало тело профессора? Правильно, за пылевым холмиком. Совсем небольшим, но вполне достаточным, чтобы скрыть от видеокамеры лежащего профессора. А ближе к шлюзу вообще нагромождения камней, за которыми человека в скафандре, даже если он стоит, почти не видно. Но между этими скалами и холмиком есть пространство - всего-то метров десять. Именно здесь, удаляясь от шлюза, Белл должен был попасть в объектив камеры, после чего его застрелили, и он "удачно" упал так, что его снова стало невозможно увидеть.

- И что? - не понимал пока логику Ричарда капитан.

- А то, что если специально все время не смотреть на монитор камеры, то легко можно пропустить и момент появления профессора в этом прогале и момент убийства. Сколько ему потребовалось, чтобы преодолеть эти десять метров? Две, три секунды, не больше. Далее. Допустим, Иван проглядел этот момент. Допустим также, что он проглядел момент, когда убийца подходил, если вообще подходил, к убитому. Что эта информация могла нести в себе такого, что помогло бы нам опознать убийцу? Что? Хотя... Басов всё-таки что-то увидел, может быть краем глаза, на втором плане, почти подсознательно... Но, скорее всего, он всё-таки увидел просто человека в скафандре. Будем надеяться, что я ошибаюсь, и то, что нам скажет Басов, будет информативнее.

Барт долго молчал, переваривая сказанное Ричардом, потом задумчиво проговорил:

- Действительно, выходит, преступник сильно рисковал, выламывая карту в последний момент, когда мы уже... Господин Сноу, господин Сноу! Получается, что убийца узнал о существовании видеокамеры только из нашего с вами разговора с Джо! До этого он был не в курсе ее установки и работы, иначе он давно бы выкрал запись или подменил её.

Ричард с интересом посмотрел на капитана:

- Точно подмечено, капитан, точно. Отсюда и кража из-под самого нашего носа - в самый последний момент, на грани фола. А почему он не знал? Да потому что, когда эту камеру устанавливали, преступление еще не было задумано и совершено, и необходимость мониторить переговоры отсутствовала. Отсюда убийца вплоть до нашего разговора и не знал, что камера существует. Так, это уже что-то. Наконец, появились уши!

- Знаете, господин Сноу, что это еще значит?

- Смелее, капитан! Схватил мысль - не отпускай, озвучивай.

- По-моему, это значит, что преступление специально не готовилось, а совершено спонтанно, под давлением внезапно возникших обстоятельств.

- А что, вполне даже может быть. Состояние аффекта отметаем. Профессора убили хладнокровно, стреляя в спину, то есть худо-бедно, но подготовка к преступлению, хоть и спешная, была проведена. По-видимому, возникли, совершенно неожиданно для преступника, обстоятельства, которые потребовали от него кардинальных и быстрых действий, не оставив времени для долгих раздумий. Молодец, капитан. Но всё равно, остается вопрос, что там на записи такого, что так пугает убийцу? Ведь это что-то, судя по всему, может его изобличить. Будем надеяться, что Басов поможет нам в этом разобраться. Кстати, где он?

Барт посмотрел на часы:

- Двух часов еще не прошло, господин Сноу. Но уже скоро он должен быть здесь.

Запищал вызов МИППСа капитана.

- Барт? Это Смит.

- Хэлвуд на связи! Нашли "жучка" в информационной системе? - Барт игриво подмигнул Ричарду.

- Нет, Барт, - глухо прозвучал голос Смита. - Нашли Басова у шлюза станции "Армстронг". Он мертв.


## Глава 7


- Господи, Иван... - только и произнес Хэлвуд. - Как это?..

Чашка еще не успела упасть на пол, а Ричард уже несся по коридору в сторону станции монорельса. Иногда, когда он не соразмерял усилия, его бросало из стороны в сторону, и он ощутимо бился о стены. Следом за ним, отстав метров на двадцать, длинными прыжками передвигался Барт и постепенно нагонял спецагента.

Пока монорельс вез их на станцию "Армстронг", оба детектива не проронили ни слова. Говорить не хотелось. Семь минут пути показались им обоим вечностью.

Наконец, они спешно облачились в скафандры и вышли из шлюза на поверхность Луны.

Иван Басов лежал ничком чуть в стороне от освещенной площадки за несколькими крупными камнями так, что его практически не было видно от дверей шлюза. Даже подойдя почти вплотную, не сразу удалось заметить фигуру в скафандре.

Вокруг несчастного стажера стояли несколько человек из спасгруппы. Сноу бесцеремонно растолкал их, присел и осторожно перевернул тело. Стекло забрала пустотного шлема разбито, как и у профессора Белла. Сноу повернулся к понуро стоящим спасателям:

- Я - Ричард Сноу, спецагент КОНОКОМа. Кто тут главный?

Выступил один:

- Сержант Дэн Мур, заместитель командира спасотряда базы.

- Сержант, почему Басов мёртв?

- Вы же всё видите сами, агент Сноу, шлем...

- Я вас не об этом спрашиваю, сержант. Почему, он не был спасен? Аварийные датчики в скафандре Басова сработали?

- Так точно. Датчики сработали в шесть часов тридцать три минуты, - отчеканил сержант.

- А вы когда здесь оказались?

- Через двадцать минут.

- Без спешки, значит, собирались...

- Господин Сноу, я восемь лет работаю спасателем на лунных станциях и попросил бы вас...

- Спокойно, сержант, спокойно. Если есть объективные причины вашей задержки, доложите. Пока никто никого не обвиняет, но факт остается фактом - вы прибыли на место происшествия поздно, и не смогли спасти Басова. Кстати, какой у вас норматив по авральному выходу группы на поверхность?

- Двенадцать минут, дальше по обстоятельствам...

- Та-а-ак... Капитан, если мне не изменяет память, группа, поднятая для спасения профессора Белла, вышла наружу через одиннадцать минут? Почему же им удалось выдержать норматив, а вам нет?

- Заело механизм дверей шлюза. Нам пришлось открывать его вручную.

Ричард поднялся:

- Понятно. Капитан Хэлвуд, попрошу вас закончить здесь все, а мне необходимо быть в другом месте.

- Хорошо, господин Сноу, - прозвучал ответ.

- И примите меры к пресечению утечки информации. Нам только огласки не хватало.

Ричард направился к шлюзу и слился с толпой туристов прибывших сразу на трех гравилетах. Полные впечатлений, они и не обратили внимания на стоящую чуть в стороне понурую группу людей.

Стягивая с себя вакуумные латы двадцать четвертого века, Сноу вдруг подумал: "Почему до сих пор к Воздушной пещере не проложат ветку монорельса? Гоняют туда-сюда гравилеты. Ведь и безопасность повысится, и пропускная способность... Надо будет у капитана спросить, в чем тут дело". Мысли лопались, как мыльные пузыри, всплывали и снова погружались в царивший в голове сумбур.

Выходя из шлюза о подошел к углу и, задрав голову, посмотрел на видеокамеру, прикрученную к стене у самого потолка. Вытянув вверх руку, Ричард легко дотянулся до миниатюрного приборчика и коснулся темного объектива. В его ладонь упала черная резиновая заглушка.

Атомный "Ролекс" Сноу показывал без двадцати восемь. До назначенной встречи с Прайсом оставалось еще время, но Ричард специально ушел с места второго убийства. Ему было тягостно находится там, потому что он прекрасно осознавал, что часть вины за смерть Басова лежит на нём. Именно на нём, спецагенте КОНОКОМа Ричарде Сноу, таком вальяжно-самоуверенном и поучающем всех и вся.

Теперь он понимал, что как только сформировалось предположение о прослушивании убийцей радиоразговоров, требовалось немедленно остановить Басова, приказать ему сидеть под защитой трех инструкторов в Воздушной пещере, а самому - бросить всё и пулей лететь к нему. Так нет, он еще полчаса рассуждал, занимался тренировкой мозгов. Довыпендривался, убили ни в чём не повинного, молодого парня.

- Что будете заказывать, сэр? - выдернул его из тягостных раздумий приятный голос.

Ричард с удивлением огляделся. Он сидел за столиком небольшого бара. Куда это его занесло? В следующую секунду он увидел вывеску над стойкой: "Добро пожаловать в лобби-бар Сателлит". Так вот оно что! На автопилоте, ворочая в голове тяжелые, как гири мысли, он каким-то удивительным образом дошел до бара, в котором никогда не был, и где назначил встречу с Прайсом.

- Сэр?.. - вновь обратил на себя внимание гарсон.

- Да-да... Двойной Кампари с биттер-лемоном со льдом и... кешью. Стой! И пятьдесят грамм водки! И минеральную воду.

Официант неслышно удалился, а Ричи осмотрел помещение, куда его ноги сами привели. Бар как бар, ничего особенного. Таких на лунных станциях - пруд пруди. Кое-где за столиками сидели парочки, но, в основном здесь находились мужские компании по два-три человека. Оно и понятно - на базе "Скотт" и станции "Армстронг" основными туристическими достопримечательностями считались "Кокос" для искушенных дайверов и "Воздушная пещера" для продвинутых дельтапланеристов, что, само собой, предполагало наличие здесь превалирующего количества мужчин. Два раза в месяц проводились экскурсии по обсерватории "Око Вселенной". Но это привлекало, скорее, представителей семейного туризма с детишками. Вот уж кто с открытым ртом ходил по обсерватории, то именно этот контингент.

- Ваш Кампари и водка, сэр! - опять влез в раздумья гарсон и поставил на столик большой хайбол Кампари, стопку водки, блюдечко с орешками и стакан минеральной воды.

- Спасибо, - несколько недовольным жестом отпустил его Ричи.

Взял в руки стопку водки и опрокинул. Для него, не очень искушенного в выпивке британца, это было неприятным испытанием. Выдохнув, Ричи схватил бокал минералки и залпом выпил. Теперь можно отдохнуть и немного поразмышлять. Что же здесь происходит? Кого реально можно подозревать?

- Господин Сноу, добрый вечер! - опять донеслось снаружи и отвлекло агента от неприятных раздумий.

Ричи поднял голову и увидел стоящего у столика Энтони Прайса. Американец был одет в светлую куртку, темную рубашку и серые брюки. Загорелое, скорее даже обветренное лицо, темные короткие волосы, на прямом носу (вернее, над ним) супермодные дорогущие очки без оправы и дужек с гравидержателем. Он привстал и пожал протянутую руку:

- Присаживайтесь, профессор, прошу вас.

Профессор снял куртку, повесил её на стул, сел и жестом подозвал официанта:

- Полпинты "Стеллы Артуа" и соленой соломки.

Гарсон убежал.

- Слушаю вас, господин Сноу, - откинулся на спинку стула американец и скрестил на груди руки.

- Слушать как раз придется мне, - невесело усмехнулся Ричи. -Если позволите, я сразу к делу. Вам известно, что произошло с профессором Беллом?

- Разумеется, на симпозиуме об этом официально объявили.

- У вас есть какие-нибудь соображения на этот счет?

- Никаких. Профессор погиб по собственной неосторожности. Мне его жаль, но, поверьте, сильных эмоций на этот счет я не испытываю.

Ричард подождал, пока официант поставит на стол заказ Прайса и удалится. После этого продолжил:

- Почему?

Американец пожал плечами:

- Я его практически не знал.

- А с его научными трудами знакомы?

- Немного. Что касается его топологических изысканий, то здесь я - пас. Это не мой конек. А вот относительно космогонии, теории контакта, прогрессорства, тут я, можно сказать, полный антипод профессора. Наши идеи диаметрально противоположны.

- А подробнее можете?

- А вам это надо? - вздернул брови американец. - Это же чисто научные междусобойчики, и ничего больше.

- И всё-таки, вкратце, - отпил немного Кампари Ричи.

- Хорошо, воля ваша. Например. Профессор был ярым адептом теории, согласно которой космос - это шахматная доска, а фигуры на ней - игроки, то есть цивилизации, отстоящие друг от друга на огромные расстояния. Он считал, что по мере своей прогрессорской деятельности игроки начинают, на определенном этапе, ощущать противодействие другого игрока, в чьи пределы они вторглись...

- Это мне понятно, профессор. Уже просветили. Я хочу узнать, в чем ваши с Беллом разногласия.

- Ага, понял. Так вот, короче, я считаю, что такой контакт без контакта невозможен. Любая цивилизация будет стремиться вступить в контакт. Вот вы, господин Сноу, что бы предпочли - изобретать велосипед самому, зная, что сосед уже его изобрел, или взять какое-либо свое изобретение, ну, не знаю, например, утюг, или, в конце концов, универсальный эквивалент в виде денег, пойти к соседу и заполучить велосипед в обмен на утюг или деньги?

- Профессор, я-то, может, так и поступил бы. Но это не значит, что так поступит инопланетянин, мотивация которого нам совершенно непонятна...

- Ошибаетесь, господин Сноу. Некоторые законы универсальны, как в физике, так и в психологии. Электричество минует провода, если будет более короткий путь к цели, то же самое с психологией - чем короче, тем лучше! И не имеет значения, где это происходит, в галактике Млечный путь или в Магеллановом облаке.

Сноу понял, что уяснил самую суть противоречия между Прайсом и Беллом. Этого ему было достаточно, и он сменил тему:

- Спасибо, господин Прайс. Следующий вопрос. Что вы делали вчера с одиннадцати тридцати вечера и до часу ночи?

Американец взял бокал с пивом, немного отпил, и только после этого произнес:

- Так вот оно что. Теперь я понял. КОНОКОМ, ну, конечно. Вы считаете, что смерть профессора... как бы это сказать... не случайное трагическое стечение обстоятельств?

- Мы обязаны отработать все версии, профессор.

- Ладно. Ну... в общем весь вечер, начиная с десяти часов, я провел у своей знакомой в жилом секторе базы "Скотт".

- Имя и фамилия вашей знакомой?

Прайс аж в лице изменился:

- Послушайте, Сноу, я законопослушный гражданин Земной Конфедерации, но считаю, что не обязан давать вам отчет в своих секс... э-э-э... контактах с женщинами.

- Заблуждение, господин Прайс, глубокое заблуждение, которому, к сожалению, подвержено большинство граждан Конфедерации. Если вы не ответите мне сейчас, то я вас вызову официальной повесткой, которая будет зарегистрирована в личном деле и опубликована...

- Всё, хватит, хватит! - поднял руки Прайс. - Я находился у космобиолога Дороти Карра. Достаточно вам этого?

- Она подтвердит это?

- Надеюсь.

- Где она живет?

- В жилой зоне базы "Скотт", я же сказал.

- Когда вы от нее вышли?

- Примерно в половине первого ночи.

- Куда пошли?

- Куда, куда! На монорельс, куда еще? Я же в "Сателлите" остановился, а это на станции "Армстронг".

- Никого по дороге не встретили? - Сноу бил наугад, но что-то подсказывало ему так действовать.

- Это... нет, никого, - после легкой заминки ответил ученый.

Секундная пауза не укрылась от внимания Ричарда и он нажал сильнее:

- Прайс, я знаю, что встретили, иначе не спрашивал бы.

Американец схватил бокал с пивом и с прихлёбом отпил.

- Да. Наткнулся я на этого пижона Мюллера. Но мне не было никакого резона с ним встречаться, и я спрятался. Он прошел к себе в "Хилтон", а я сел на монорельс и уехал в "Сателлит".

- Где вы спрятались?

- Там какая-то ниша была в которой андроид стоял.

- Понятно. Вы на ножах с Мюллером?

- Нет!

- Тогда почему вы с ним не захотели встречаться?

Прайс замялся:

- В Гренобльском политехе мы с ним ухаживали за одной аспиранткой...Ну, и... В общем, она выбрала его.

- Вы вместе учились в Гренобле? - удивился Ричи. - Но вы же старше Мюллера.

- Он там учился в аспирантуре, а я преподавал астрофизику, и вел спецкурс по кибернетике, - Прайс наморщил лоб и гравидержатели очков передвинули линзы поближе к глазам.

- Ясно, продолжайте.

- А что, собственно, продолжать? Я вам всё сказал. Видеть его не могу!

- Кроме Мюллера, никого не встретили по пути на станцию монорельса?

- Больше никого, - Прайс взглянул на Ричарда. - Честное слово!

Сноу помолчал несколько секунд, потом подозвал официанта, расплатился и встал:

- Спасибо, профессор, если что-то припомните, обязательно сообщите. Всего доброго.

- Всенепременно, - с видимым облегчением ответил американец и пожал Ричи руку. - До свидания.

Выйдя из бара, Сноу почти сразу столкнулся с Хэлвудом и тут же затребовал отчет. Но Барт только развел руками:

- Почти ничего, господин Сноу. Смерть наступила от баротравмы и последующего быстрого переохлаждения. Спасти его шансов не было, даже прибудь спасгруппа вовремя. Видеокамера в скафандре Басова не работала, потому что была неисправна. Не спрашивайте меня, почему. Сломалась - и всё тут! Но есть показания дельтапланериста, который прилетел из Воздушной пещеры на одном гравилете с Басовым. Краем глаза, направляясь к шлюзу, он заметил, что кто-то, вышедший навстречу, вроде бы подошел к стажеру и заговорил с ним.

- О чём они говорили? - быстро спросил Ричард.

- В том-то и дело, что говорили они по индивидуальному каналу. Это возможно сделать очень быстро. Но для этого надо обменяться хотя бы одним словом или звуком с контрагентом. Электроника запоминает номера скафандров и устанавливает закрытую двустороннюю связь. Этим практически никто никогда не пользуется - нет никакой необходимости в этом. Но опция есть.

- То есть мы знаем, какой скафандр надевал убийца? - не поверил в удачу Ричи.

- Да, но что нам это дает? В режиме индивидуального канала запись невозможна.

Ричард задумался:

- Верно, кроме самого факта, что этим скафандром пользовался убийца, больше ничего. Все равно, капитан, распорядитесь, чтобы скафандр осмотрели и сняли все показания настроек электроники. Хотя я уверен, что Басов не включал видеокамеру скафандра, а убийце это и вовсе ни к чему.

Барт немедленно связался со спасотрядом и дал указания. Потом обернулся к Ричарду:

- Сейчас можно пойти и посмотреть, что зафиксировала видеокамера в шлюзе, я попросил инженера...

Ричард остановил его жестом руки и протянул черную заглушку:

- Не надо, капитан, ничего интересного мы с вами там не увидим.

Барт машинально взял заглушку и поднес ее к глазам. Потом растерянно посмотрел на Ричарда:

- Да как же это?..

- Капитан, - сменил тему Ричард. - Вы говорили о том, что надо обменяться хотя бы словом для того...

- Да, господин Сноу. Убийца окликнул Басова и попросил перейти на закрытый канал.

- Что он сказал?

- Дельтапланерист толком не помнит, что-то вроде: "Иван, перейди на закрытый". А тот ответил: "Хорошо".

- Голос узнать сможет?

- Спрашивал я его об этом, но он не уверен. Совсем не уверен.

- А если пропустить запись тех двух слов, что сказал убийца Басову, через вокодер?

- Это мало что нам даст, господин Сноу. У нас нет голосовых раскладок ни селенитов, ни, тем более, туристов и участников симпозиума.

- Чёрт! Всё равно, попробуйте сделать голосовую спектрограмму - Ричард задумался и продолжил. - Но, получается, что убийца хорошо знал Басова.

- Кто ж не знает диспетчеров?

- Согласен, но вчера было первое самостоятельное дежурство стажера. Первое! К тому же ночное, когда большинство людей всё-таки предпочитает спать и совершенно не в курсе того, что сегодня ночью дежурит новый молодой стажер.

- Тоже верно... - проговорил Барт.

Ричард немного помолчал, потом неожиданно спросил:

- Капитан, скажите-ка мне, насколько прочное стеклянное забрало шлема скафандра?

- Очень прочное. Это сапфировое закаленное многослойное стекло. А что?

- Я вот что подумал. В стандартный аварийный набор каждого скафандра входит, если мне не изменяет память, фонарь, вакуумный пластырь, сигнальные ракеты, многофункциональный нож, совсем небольшой альпеншток или ледоруб и еще какая-то мелочь. Верно?

- Верно.

- Скажите, капитан, а можно этим ледорубом разбить забрало?

- Сомневаюсь, господин Сноу. Вряд ли.

- А давай проверим? Спроси у своих спасателей, нет ли у них на складе, неисправного или списанного шлема от скафандра?

Хэлвуд связался с заместителем командира спасотряда Муром:

- Дэн, вот такой у нас тут вопрос образовался...

Пока он переговаривался со спасателем по МИППСу, Ричард оглядел коридор. Его внимание привлекла довольно большая ниша в стене, где стояло несколько металлопластиковых фигур андроидов. Одно место пустовало, и в нем, встав на цыпочки, что-то ремонтировал у самого потолка сотрудник станции. Периодически коротило какой-то контакт, и вниз сыпались искры и проклятья электрика.

- Идемте, господин Сноу, есть у них всё! - прозвучал голос Барта, и офицеры быстро двинулись по коридору в сторону станции монорельса.

Сноу пару раз обернулся на работающего в андроидной нише раздраженного селенита. Что-то шевельнулось в голове, зачаток смутной догадки, но, не успев оформиться, улетучился, оставив в душе лишь легкое беспокойство.

Мимо проплыло знакомое лицо.

- Профессор Пелтонен? - Сноу вытянул руку, как бы преграждая ученому путь.

- Да, - остановился финн.

- Ричард Сноу, КОНОКОМ. Расследую обстоятельства гибели профессора Белла, - представился Ричи.

Пелтонен молчал. Его водянистые глаза безучастно смотрели на агента.

- Э-э-э, профессор, нам с капитаном необходимо с вами побеседовать, - так и не дождавшись реакции нордического человека, сказал Сноу.

- У меня для вас будет пятнадцать минут в двадцать один сорок пять. Мой номер в "Сателлите" двадцать четыре, - финн развернулся и продолжил движение по коридору.

Ричард несколько удивленно проводил его взглядом и вопросительно посмотрел на Барта.

- Нормальный горячий финский парень, - начальник безопасности базы пожал плечами и улыбнулся.


## Глава 8


Зайдя в дежурное помещение спасотряда, Сноу кивнул головой сержанту Муру, которого, конечно же, он не мог узнать по внешности, потому что виделись они всего один раз, будучи в скафандрах, но на груди у спасателя была нашивка с именем и фамилией. В помещении находились еще два члена отряда, которые встали со стульев, завидев Сноу и Хэлвуда. На столе, стоящем посередине комнаты, лежал скафандр со шлемом.

- Сержант, - обратился к Муру Ричард. - Я попрошу вас помочь провести следственный эксперимент. Закрепите на каком-нибудь прочном вертикальном штыре шлем скафандра.

Сержант и оба спасателя быстро справились с задачей и вопросительно посмотрели на Ричарда.

- А теперь, сержант, дайте-ка мне альпеншток-ледоруб из набора выживания скафандра.

Мур молча отстегнул от пояса "обезглавленного" скафандра миниатюрный альпеншток, который представлял собой небольшую мотыжку с короткой ручкой и с закругленным клыком-клювом с одной стороны и заостренным молоточком - с другой. Клюв был складным, он удобно опускался вдоль ручки, и после этого альпеншток легко укладывался в поясную кобуру.

Сноу повертел его в руках и протянул Барту:

- Капитан, попробуйте им разбить стекло забрала.

Хэлвуд взял приспособление, зачем-то сложил и снова распрямил молибденовый искривленный клюв и взвесил альпеншток в руке. Затем он подошел к шесту, на котором спасатели закрепили шлем и, широко размахнувшись, обрушил ледоруб на шлем.

Клюв соскользнул с округлого стекла и Барт еле устоял на ногах. Тогда он расставил пошире ноги, приноровился и снова нанес удар. И снова клюв соскользнул с забрала. Капитан обернулся и посмотрел на Сноу.

- А если другим концом? - предложил тот.

Барт развернул ледоруб в ладони, несколько раз примерился и ударил изо всех сил. Раздался легкий хруст, стекло забрала покрылось сетью трещин, а самый кончик заостренного молотка утонул в небольшой дыре.

- Не может быть! - поразился Мур, подошел к шлему, вытащил ледоруб и сунул палец в дыру.

- Однако факт, - сам будучи не меньше удивлен, промолвил Сноу.

- Альпеншток-ледоруб по земным меркам весит около двух килограммов, но инерционная масса что на Земле, что на Луне, что в открытом космосе одинакова. Более того, если здесь, в помещении, давление снаружи и внутри шлема уравновешено, то в безвоздушном пространстве стекло напряжено. Ведь снаружи давления вовсе нет... - будто про себя меланхолично констатировал один из спасателей.

- Совершенно верно, - с уважением посмотрел на спасателя Сноу. - А вам, сержант, настоятельно рекомендую написать рапорт о недостаточной прочности стекол скафандров.

Мур, по-прежнему с удивлением разглядывавший разбитый шлем, ответил:

- Надеюсь только, господин Сноу, что народ не будет взапуски размахивать альпенштоками, выбираясь на поверхность.

- И тем не менее, сержант Мур. Если не напишете вы, то напишу я в своем отчете о расследовании. Спасибо за помощь. Идемте, капитан.

С этими словами Ричард вышел в коридор и посмотрел на часы: четверть десятого. До встречи с Пелтоненом оставалось полчаса.

Из дежурки вышел Барт и закрыл за собой металлическую дверь:

- К финну?

- Идемте, капитан, заодно узнаем, где сейчас Фу Тинпен. Он ведь тоже в "Сателлите" остановился, а сегодняшнее заседание симпозиума завершилось три часа назад.

Офицеры подошли к стойке администратора, и Барт обратился к миловидной шатенке:

- Натали, здравствуй. Скажи-ка нам с господином Сноу, в каком номере проживает доктор Фу Тинпен?

- Добрый вечер, капитан Хэлвуд, здравствуйте, господин Сноу. Фу Тинпен проживает в номере двенадцать, - Натали несколько заученно улыбнулась.

- А сейчас он у себя? - поинтересовался Сноу

- Он как прилетел, так и не выходил из номера.

- Как не выходил? - рявкнули офицеры одновременно.

- Он заболел, к нему врач три раза в день ходит, - испуганно ответила девушка. - Да вот он опять к нему направляется.

Барт и Ричард обернулись и увидели приближающегося высокого доктора в белом комбинезоне с красным крестом на левой стороне груди. Хэлвуд сделал шаг вперед:

- Доктор МакГрэгор, если не ошибаюсь?

Врач остановился, перекинул из одной руки в другую медицинский саквояж и удивленно посмотрел на Барта:

- Чем могу, капитан?..

- Доктор, скажите, ваш пациент - ученый Фу Тинпен?

- Да.

- Что с ним?

- А зачем это вам?

- Доктор, мы ведем расследование причин гибели профессора Белла, - пояснил Ричи.

- Понятно. У пациента гипертонический криз. Сейчас уже полегче, а вначале давление у него было очень высокое.

- А когда у него случился криз?

- Я так понял, что еще в спейсфлаере по пути на Луну он почувствовал себя плохо, но долетел до базы "Скотт" и добрался до гостиницы, после чего и вызвал меня, - МакГрэгор поставил саквояж на стойку администратора и снял очки, чтобы протереть.

Ричард обернулся к Натали:

- Скажите, Натали, когда в гостиницу прибыл Фу Тинпен и когда он вызвал врача?

Администраторша посмотрела на монитор компьютера:

- Девятнадцатого июня в пять сорок он зарегистрировался и сразу вызвал врача.

- И больше не выходил из номера?

- Какое там выходил, - усмехнулся врач, водружая протертые очки на место. - Он и сегодня-то вставать не может, а вчера вообще лежал пластом. Я его еще транквилизаторами накачал... Вот, хожу теперь к нему по три раза на день.

- А почему в медблок-то его не определили? - спросил Барт.

- Он категорически отказался. А когда я провел с ним некоторые мероприятия, ему полегчало, и угрожающая симптоматика исчезла. Но я все равно прислал к нему дежурную медсестру, и она несколько часов просидела с ним в номере.

- В какое время? - вновь повернулся к девушке Ричи.

- С восьми вечера до часа ночи. Потом она сказала, что он спит спокойно, просила его не тревожить до утра и ушла. Ну, а потом я сама засобиралась домой, и так из-за него почти на два часа задержалась на работе.

- А... за вас тут кто ночью?..

- Дроид, инспектор, обычный дроид.

Офицеры переглянулись. Ричард развел руками, как бы говоря, что больше спрашивать нечего.

- Спасибо, доктор, спасибо Натали. У нас пока всё! Где тут у вас двадцать четвертый номер?

Узнав, как пройти в номер к финну, Барт и Ричи спустились по винтовой лестнице на минус второй этаж.

- Все бы подозреваемые так легко отпадали! - пробормотал Хэлвуд.

- Об этом нам с вами приходится только мечтать, капитан. Так, вот номер двадцать четыре. Сейчас, - Ричи взглянул на часы, - девять сорок три. Ждем две минуты.

Барт вопросительно посмотрел на Сноу.

- Покажем ему, что мы тоже пунктуальны, - пояснил агент и улыбнулся.

Ровно две минуты спустя, Барт нажал на кнопку звонка. Дверь тотчас же открылась, и на пороге вырос финский айсберг:

- Прошу, - коротко пригласил он.

Ричи оглядел номер и констатировал, что он ничем не отличается от его собственного. Такой же крохотный, функциональный и неуютный. Пелтонен указал им на два маленьких стула, а сам сел в кресло. Кровать была сложена и утоплена в специальной нише в стене. Финн молча взял с журнального столика пачку сигарет, вынул одну и закурил. Это сильно удивило Ричи: на Луне гостиничный номер для курящих стоил чуть не в два раза дороже, чем обычный. Значит, доктор Пелтонен заядлый курильщик, неспособный отказаться от своей привычки даже на несколько дней.

- Профессор Пелтонен, когда вы прибыли на космодром станции "Скотт"? - задал первый вопрос Ричи.

- В семнадцать часов восемь минут, - финн затянулся и выпустил тонкую струйку табачного дыма.

- Вы сразу направились в гостиницу?

- Да.

- Вы прилетели одним рейсом с Фу Тинпеном и ныне покойным профессором Беллом. В полете вы с ними общались?

- Нет.

- А здесь, на станции?

- С Фу Тинпеном.

- О чем говорили?

- О давлении.

- Простите? - не понял Ричард.

Финн выпустил клуб дыма, который самым удивительным образом пролетел через всю комнату, а коснувшись стены, растекся в воздухе абсолютно правильным кольцом или, скорее, тором.

- О гипертонии Фу Тинпена.

- Вы с ним знакомы?

- Да.

- Похоже, у вас с ним хорошие отношения?

- Нет.

- Плохие?

- Нет.

Ричард несколько растерялся:

- А какие?

- Никаких.

- Как это может быть, доктор? Вы изъясняетесь крайне противоречиво!

- Корректный вопрос - четкий ответ, - нордический человек снова выпустил в потолок струйку дыма.

Ричард начал закипать, но подавил в себе желание сказать что-нибудь едкое в адрес северянина. Вместо этого он вздохнул и сформулировал:

- Значит ли это, что вы лично почти незнакомы, а знаете друг о друге больше по научным трудам?

- Да, - незамедлительно последовал ответ.

- Если вы разговаривали с Фу Тинпеном о гипертонии, то, похоже, он жаловался вам на здоровье. Вы что же, помогли ему добраться до гостиницы?

- Да.

- Он при вас вызвал врача?

- Да.

- Что делали потом?

- Зарегистрировался, ужинал, работал, лег спать.

- Желательно по минутам, доктор Пелтонен, - не удержался и подковырнул Сноу.

- Заселился в восемнадцать ноль пять, ужинал в ресторане с восемнадцати пятнадцати до восемнадцати пятидесяти. С девятнадцати до двадцати трех работал в номере, в двадцать три десять принял душ и лег спать.

Барт, решив помочь коллеге, вставил свою реплику:

- Я смотрю у вас на руке индивидуальный браслет. Вы его не снимали?

- Нет.

Ричард начал понимать бесперспективность допроса этого куска льда:

- Что-нибудь можете сказать о профессоре Белле, о том, что с ним случилось?

- Нет.

Ричард не выдержал:

- Профессор, вы что же, думаете, что я тут выслушиваю ваши односложные и крайне информативные ответы из-за своего любопытства? Нет! Произошло трагическое событие - погиб при довольно странных стечениях обстоятельств ученый с мировым именем, один из столпов земной космогонии. Я стараюсь под вас подстроиться, захожу и так и эдак, вы же проявляете просто фантастическую некооперабельность! Я ведь тоже могу действовать по-другому. Если вы думаете, что у меня нет возможности сделать вашу жизнь беспокойной и нескучной, то вы глубоко заблуждаетесь. В конце концов, сотрудничать с органами расследования - ваша обязанность, как гражданина Конфедерации. И не смотрите на меня так. Я знаю, что время, которое вы нам отпустили для встречи, истекло, тем не менее, я не вижу пока веских причин прекращать её! Итак, продолжим. Повторяю: нет ли у вас соображений относительно гибели профессора.

Пелтонен долго молчал, потом затушил сигарету и ответил:

- Топоскоп.

- Что - топоскоп? - вначале не понял Ричард. Потом поразился. - Топоскоп? Вам о нем что-нибудь известно?

- Почти ничего, - последовал на удивление развернутый ответ.

- То есть вы думаете, что смерть профессора как-то связана с топоскопом?

- Да.

- А он существует, этот топоскоп? Ведь его никто не видел!

Доктор встал, достал свой МИППС из небольшого несессера, произвел с ним ряд манипуляций и протянул Ричарду. Агент взял его в руки и посмотрел на небольшой монитор. Над плечом, вглядываясь в изображение на экране, задышал Барт.

На мониторе светилась фотография. На ней на высоком обрыве над морем стояли два человека. Профессор Белл и Тимо Пелтонен. Финн, одетый в светлую рубашку и темные брюки, курил, держа длинную сигарету между указательным и средним пальцами правой руки. Левая была засунута в карман брюк. Сирилл Белл, в светлой куртке-безрукавке и белых брюках, стоял на фото слева от финна, положив левую руку ему на плечо. В правой зажат предмет, похожий на инфракрасный оптический прицел для спортивного огнестрельного оружия или подзорную трубу. Белл широко улыбался, лицо Пелтонена оставалось, как всегда, безучастно.

- Это и есть топоскоп? - Ричард оторвался от экрана и посмотрел на финна.

Пелтонен сделал над собой усилие - произносить несколько слов подряд было непривычно:

- Так говорил Белл.

- То есть вы не уверены что это топоскоп? Или вы не уверены, что он работает? - угадывал Ричи.

- Второе.

- Вы с Беллом случайно засняты не в Аргентине во время конференции в Буэнос-Айресе?

- Да.

- Но тогда вы знаете, что произошло с часовней монастыря Санта-Моника!

- Да.

- Судя по всему, этот эпизод вы считаете невероятным стечением обстоятельств или чем-то другим, но никак не следствием работы топоскопа?

- Да.

- Почему сфотографировались?

Финн только пожал плечами.

- Кто снял?

- Местный.

- Почему показал топоскоп? - Ричард сам не заметил, как перешел почти на такой же лаконичный язык, как и финн.

- Спорили, - ответил Пелтонен.

- Кто-нибудь знает?

- Мюллер. Не верит.

- Но видел?

- Нет.

Ричард задумался:

- Доктор, прошу вас ответить более развернуто: почему вы считаете, что смерть Белла связана с его изобретением?

Пелтонен долго молчал, наконец ответил:

- Кому-то мешает, если работает в вакууме.

- В вакууме... То есть вы считаете, что при наличии атмосферы он не работает, или работает, но неэффективно?

- Да.

- Тогда... тогда... тогда получается, что Белл мог привезти топоскоп сюда, на Луну, чтобы испытать в безвоздушном пространстве! - воскликнул Ричард.

- Да, - кивнул головой финн.

- Капитан! Нет, отставить, это потом, - сам себе скомандовал Сноу. - Господин Пелтонен, вынужден просить вас написать всё, что вы нам сейчас рассказали, но только поподробнее. Надеюсь, что письменный активный словарный запас у вас намного шире. Вы же пишете научные работы!

На непроницаемом лице финна промелькнула тень эмоции:

- Только научные.

- Доктор, я рассчитываю завтра получить на МИППС ваши показания, а фотографию слейте прямо сейчас.

Выйдя от Пелтонена, офицеры на минуту задержались у стойки администратора:

- Натали, когда вчера пришел с ужина доктор Пелтонен?

Девушка посмотрела на монитор компьютера:

- В семь вечера.

- И больше не выходил из номера?

- Нет.

- А прибыл он вместе с Фу Тинпеном?

- С ним!

Хэлвуд и Сноу вышли из гостиницы "Сателлит". Ричи посмотрел на Барта:

- Знаете, что я чувствую, капитан?

- Нет, - коротко ответил Барт. Лаконичность финна оказалась заразной.

- У меня такое ощущение, будто я только что допросил сам себя! - закончил Сноу


## Глава 9


- Капитан, первое: вам удалось выяснить насчет постояльцев "Сателлита", которые проживали здесь в ночь с девятнадцатого на двадцатое июня и не имели отношения к симпозиуму?

- Почти, господин Сноу. Всего их девять человек. Восемь представили безукоризненные алиби, подтвержденные либо другими, либо техникой. Один рано утром двадцатого первым рейсом вылетел на Землю - что-то дома у него случилось. Кто-то из родных в больницу угодил. Но с ним на земле встретятся и допросят. Хотя, если хотите мое мнение, то он тоже не при делах.

- Хорошо, понял, потом по нему доложите. Дельтапланеристы подтвердили, что Мюллер летал вместе с ними и вместе с ними же вернулся на станцию "Армстронг"?

- Да, господин Сноу, они подписали показания.

- Хорошо. Теперь: при осмотре номера Белла не было ли найдено чехла, футляра... ну, чего-то такого, в чем можно хранить и перевозить топоскоп?

Барт задумался всего на секунду:

- Было! Вот, смотрите.

Он на МИППСе нашел нужный файл и раскрыл его. Замелькали фотографии номера профессора и предметов, обнаруженных в нем. Слайд-шоу остановилось, и на экране появилось изображение раскрытого пустого черного футляра. На внутренней части виднелся паз или углубление, куда можно было положить то, что они недавно видели на фотографии Пелтонена. И Барт, и Ричард внимательно всмотрелись в фото.

- Да, похоже, что это именно то, о чём говорил Пелтонен. Я почти уверен, что когда Белл выходил на поверхность, топоскоп он взял с собой. Помните, при просмотре съемки из шлюза нам показалось, что профессор что-то пристегнул к поясу? А ведь на его скафандре не нашли ничего лишнего... ничего... Стоп, капитан, а все ли причитающиеся по стандартному расчету инструменты были на скафандре?

Барт лихорадочно стал листать свой МИППС в поисках нужного файла.

- Как, вы догадались, господин Сноу? Действительно, пропал фонарь, обычный фонарь. Наверное, потерялся?

- Нет, капитан, вряд ли. Может быть, убийца прихватил его вместе с топоскопом? Вопрос: зачем? Ответа нет. Всё, пошли к вам в офис, капитан. Надо успокоиться и пораскинуть мозгами.

- Господин Сноу, предлагаю альтернативу - поход в ресторан с одновременным поглощением пищи и обменом мыслями! Время-то уже сколько! Темнеет, как сказали бы на Земле!

- Чёрт с вами, капитан, уговорили. Ведите! - улыбнулся Ричард и двинулся за Хэлвудом.

- Здесь не так много злачных мест, но положительный результат гарантирую, господин Сноу!

Офицеры направились в сторону станции монорельса.

Только они устроились за столиком и сделали заказ, как ожил МИППС Ричарда: на связь вышел начальник научного отдела КОНОКОМа Блумберг:

- Ричи?

- Да, Айво, привет! Слушаю тебя!

- Привет, лунатик. Сразу к делу. Первое. Думаю, что скоро с тобой свяжется наш директор. Судя по загрязняющим выбросам в атмосферу, происходящим в его кабинете, он не очень тобой доволен. Так что будь готов, эколог. Второе. Часовня в монастыре Санта-Моника действительно исчезла. Но комиссия, которая работала по этому делу, не пришла к единому мнению, относительно того, что же там произошло на самом деле. К тому же комиссия была составлена так неудачно, что в неё оказались включены ученые мужи, стоящие по разные стороны научных баррикад. Закончилось все скандалом и даже легкой потасовкой во время пресс-конференции.

- Ничего себе, академики отжигают! - присвистнул Ричард и посмотрел на внимательно прислушивающегося к разговору начальника безопасности.

- Привыкай, неуч! Наука - это поле боя! Да поосторожней там на вашем хлебосольном и веселом симпозиуме - не дай Бог огреют по башке промокашкой или того хуже, сломают об тебя логарифмическую линейку, тогда пиши, пропало! - произнес Айво и продолжил. - Третье. Фотографию Пелтонена и Белла якобы с топоскопом, которую ты мне переслал, я изучил сам и дал кое-кому, кто в этих делах кумекает лучше моего. Так вот, спецы склоняются к мысли, что Белл блефовал. Есть в пользу этого и серьёзный экономический аргумент. В последнее время в институте профессора провели несколько неудачных экспериментов и финансовые потоки спонсоров серьезно уменьшились. Вот и потребовалось ему, напустив тумана, намекать на эпохальное открытие.

- Но это только предположение, мнение отдельных специалистов, не больше! - возразил Ричард.

- А я и не говорю, что это истина в последней инстанции. Но такие суждения существуют и, более того, превалируют. Так что учитывай это. У меня пока всё. У тебя что нового?

- У нас второй труп.

Айво вытаращил глаза:

- Еще один контактник?!

- Нет, селенит, дежурный диспетчер базы "Скотт".

Айво несколько секунд помолчал, потом, будто пробуя почву под ногами, осторожно спросил:

- Послушай, Ричи, может мне к тебе прилететь?

- Ну, и что ты тут будешь делать, Айво? Дымить колбами и ретортами? Или устроишь научный диспут, переходящий в дуэль на лазерных указках?

- Нет, Ричи, кроме шуток!

- А без шуток, то если ты понадобишься, я тебя первым у Дон Кимуры затребую сюда, понял? А пока свяжись с нашим КОНОКОМовским закрытым банком данных и архивом, я туда послал запросы на всех фигурантов дела. Потереби информационно-архивный отдел, чтобы побыстрее работали, хорошо?

- Чёрт с тобой, пока!

Блумберг отключился. Ричард отложил МИППС, взял в руки приборы и криво улыбнулся, обращаясь к Хэлвуду:

- Сейчас я начну есть, и меня сразу вызовет наш Директор, вот увидишь, за ним не заржавеет...

Не сразу, но спустя пятнадцать минут, когда Ричард с некоторым внутренним удивлением приступил к десерту, на МИППСе, наконец, прозвучал вызов. Сноу, положив ложку, глянул на определитель:

- Ну, что я говорил? - и ответил. - Господин Директор, агент Сноу слушает вас!

- Сноу? Почему я должен с вами связываться? Вам что, нечего мне доложить?

- Господин Директор, разрешите?

Дон Кимура на миниатюрном экране МИППСа молча пожевал губами, пригладил ладонью черные короткие волосы и кивнул:

- Докладывайте, Сноу. Подробно.

Ричард посмотрел на Хэлвуда, преспокойно уплетающего мороженое "тирамису", вздохнул и начал отчет.

Говорил он не меньше десяти минут, потом замолчал и стал слушать недовольные комментарии и приказы Директора КОНОКОМа:

- Сноу, имейте ввиду, я здесь выдерживаю давление не только со стороны всяких научных и околонаучных кругов, начиная со Всемирной Академии наук и заканчивая доморощенными клубами любителей космогонии, но и высокими функционерами из Совета Земли! Тебе понятно? Пока мне удается отбиваться, но имей в виду, кое-что просочилось за пределы базы, и некоторые напрямую задают вопрос об убийстве. Убийстве великого ученого, Сноу, ни больше, ни меньше! Так что ты там давай...

В конце концов Дон Кимура выдохся, буркнул вместо прощания что-то неразборчивое и отключился. Ричард отодвинул МИППС на край стола, снова взял в руки ложечку и доел безнадежно растаявшее ванильное мороженое с густым вишневым сиропом. Бросив салфетку на бумажную скатерть, он взял принесенную официантом чашку кофе и немного отпил:

- Как ни прискорбно и обидно, но приходится констатировать, что начальник во многом прав...

Хэлвуд, бросив крошечный кусочек сахара в чашку, возразил:

- Не согласен. Мы ведем расследование всего полтора суток и уже столько сделали!

- В том-то и дело, капитан, что сделано, вроде бы много, а результата нет! Более того, судя по всему, наши необдуманные действия привели к еще одному убийству...

- Как же это нет результатов? Вот смотрите, господин Сноу, - взволнованно заговорил Барт. - Нами опрошены основные фигуранты по делу, за исключением, разве что Моралеса, Тинпена и Нортропа. Но Тинпена, я считаю, можно исключить из списка подозреваемых, как считаете?

- Не торопитесь, капитан. Медсестра подтвердила, что он не покидал номера в интересующее нас время?

- Нет еще, но я это выясню, - капитан сделал пометку в МИППСе. - А пока продолжаю. Моралес, Лосев и Вердей, судя по всему, тоже смогут нам представить алиби, иначе не держались бы столь вызывающе-непринужденно.

- Не торопите события, капитан. Не забывайте, что мы с вами еще не допросили Моралеса.

- А что Моралес? Вряд ли он нас обрадует признанием в умышленном убийстве. Эта троица действительно сидела в номере Вердея и гоняла покер, уверен.

- Может быть... Даже скорее всего вы правы, капитан, но я их не сброшу со счетов, пока алиби не будет подтверждено непредвзятыми свидетелями или документально.

- Хорошо, идемте дальше. Мюллер - алиби, согласны?

- Похоже, что так, с учетом показаний дельтапланеристов...

- Пелтонен - алиби.

- Вероятно.

- Почему - вероятно?! Он же сидел в гостинице на станции "Армстронг". Из номера не выходил, монорельсом не пользовался! Нет, господин Сноу, как хотите, у Пелтонена алиби.

- Однако он единственный, кто видел Топоскоп, не надо об этом забывать, капитан.

- Но слышали-то о нем многие! - не сдавался начальник безопасности.

Ричард улыбнулся:

- Вы так хотите сократить список подозреваемых, капитан?

- Конечно! Пока тот или иной фигурант не сброшен нами со счетов, он торчит у меня в голове этакой занозой и мешает думать о других, более вероятных, кандидатах в преступники. Дальше. Прайс - алиби.

- Да, может быть. Но чтобы удостовериться в этом окончательно, надо связаться с космобиологом Дороти Каррой, капитан! Кроме этого, мне не дает покоя эта несостоявшаяся встреча Мюллера и Прайса неподалеку от шлюза N 3 как раз в то время, когда убивали Белла.

- Но Басов подтвердил, что они не заходили в шлюз, а оба проделали путь от станции монорельса до жилой зоны.

- Значит так, капитан. Что нам необходимо сделать завтра. Первое: допросить Нортропа и Моралеса. Для этого попрошу вас связаться с ними еще сегодня и договориться о встрече. Второе: снять показания с Карры и медсестры. Это я попрошу также сделать вас, капитан.

Хэлвуд что-то пометил в МИППСе и ответил:

- Принято, господин Сноу. Рекомендую вам отдохнуть - завтра будет трудный день...

- Да, капитан, особенно с учетом того, что завтра нам придется, видимо, определять, кто и где из фигурантов находился во время убийства Басова. Честно говоря, я даже и не знаю, как к этому подступиться, с какой стороны?.. - Ричард почесал затылок.

Когда Ричард, приняв скудный лунный душ, лег на узкую кровать в своем гостиничном пенале, в голове стали всплывать, как мозаика фрески или витража, фрагменты сегодняшнего длинного и трудного дня. Мелькание кадров всё замедлялось и замедлялось, пока их смена не стала походить на судорожно, рывками прокручиваемую пленку фильма.

Строгий Мюллер, ледяной Пелтонен, Мюррей, толстый Лосев с рюмкой водки и свиной отбивной... Супермодные очки с гравидержателем медленно поднялись с носапоявившегося ниоткуда Прайса и полетели по Воздушной пещере, догоняя Басова, совершающего на дельтаплане красивый разворот с опорой на левое крыло. Ричард попытался предупредить его об опасности, но язык будто онемел, набух и не поворачивался во рту. Непонятно из каких потайных закоулков памяти всплыло название: отёк Квинке! Он подбежал к самому краю посадочной платформы, чтобы предупредить Басова об опасности, но его захлестнула волна ужаса от разверзшейся перед ним бездны. Ричарда заворожила пропасть и безудержно потянула вниз. Он судорожно обернулся и вцепился во что-то. Скосив глаза, он увидел, что это топоскоп, который ему протягивает Белл. В следующую секунду топоскоп превратился сначала во что-то до боли знакомое и виденное им тысячи раз, а затем в минипига Базза. Профессор Белл стал на глазах меняться и превратился в директора обсерватории Мюррея. Директор смотрел на балансирующего на краю пропасти Ричи и громко смеялся. Сноу выпустил незнамо как оказавшегося в руках извивающегося Базза и, вращаясь и переворачиваясь в разреженном воздухе, полетел на дно пещеры...


## Глава 10


Утром Ричард встал с тяжелой головой, будто накануне изрядно выпил. Перед глазами крутились обрывки сна, но вычленить из них действующие лица, обстановку и предметы не удавалось, не говоря уже о том, чтобы выстроить более или менее связный сюжет. Голову сверлила мысль, что во сне промелькнуло нечто, имеющее прямое отношение к убийству, но это что-то ускользало, не давало себя поймать в сети памяти, как ни пытался Ричард. От сновидений остался лишь тяжелый, вязкий осадок, медленно выветривающийся из мозгов.

Выпив за завтраком три чашки кофе, он направился в офис Барта Хэлвуда, воспользовавшись ставшим привычным за эти два дня монорельсом.

Капитан встретил его радушной улыбкой, усадил в кресло и сразу сообщил, что еще вечером переговорил с Дороти Каррой, а сегодня с утра - с медсестрой. Обе женщины подтвердили алиби ученых. Ричард только крякнул, услышав эту информацию, хотя ничего другого и не ожидал.

- Кофе? - участливо спросил Барт, вглядываясь в хмурую физиономию Ричарда.

- Нет, спасибо, будет перебор. Попозже. А что там у нас с Моралесом и Нортропом?

- Моралес согласился поговорить с нами во время получасового перерыва, который запланирован в... - капитан взглянул на часы, - одиннадцать тридцать.

- О кей, у нас масса времени. А Нортроп?

- Сожалею, господин Сноу, с ним мне не удалось толком связаться.

- А что такое?

- Всё время просит перезвонить позже, - развел руками Хэлвуд.

- Да? Посмотрим!

Ричард набрал комбинацию на МИППСЕ и дождался ответа:

- Аппарат Уэйна Нортропа. Сейчас я, к сожалению, занят, прошу вас связаться со мной позже, либо оставить сообщение. Спасибо.

- Господин Нортроп, я спецагент КОНОКОМа Ричард Сноу. Мне поручено расследование обстоятельств смерти профессора Белла. Прошу вас, как можно скорее связаться со мной. Повторяю: как можно скорее!

Ричард выключил МИППС и посмотрел на Барта.

- Я ему тоже сообщение оставил, господин Сноу...

- Ничего, лишним не будет. Что-нибудь еще?

- Да. Инженеры смогли снять полустертую информацию с главного чипа скафандра Белла. Установлено точное время разгерметизации.

- И?..

- Ноль часов восемь минут.

- Восемь минут, - медленно, по слогам, повторил Ричард. - Восемь минут. Значит, часы видеорегистратора показывали правильное время. Это кое-что меняет, капитан. Вот смотрите. Мюллер не позднее пяти минут первого ночи, а, скорее, даже чуть раньше, прощается с дельтапланеристами на станции "Армстронг" (они это подтвердили, как мы помним), садится на монорельс и прибывает на станцию "Скотт" примерно через семь минут. Верно?

- Всё так, - кивнул головой Барт, наливая себе кофе. -Предпоследний рейс монорельс начал в ноль три и закончил в ноль десять.

- То есть, ... Вот теперь, капитан, я верю в алиби Мюллера. - В это время он ехал в монорельсе.

- Конечно, господин Сноу. В ноль часов десять минут он выходит из вагона на станции "Скотт". А до "Хилтона" ходу десять минут, плюс-минус три-четыре минуты. Все сходится, у гостиницы он был в ноль двадцать пять и заказал чай, что подтверждено записью в памяти дроида.

- Значит ли это, что Мюллер отпадает окончательно? Нет, пока - нет! - хлопнул себя по коленям Ричард. - К нему у меня всё-таки остается один вопрос: кого или что он видел по пути в "Хилтон"?

- Думаете, он видел спрятавшегося от него Прайса? - размешивая в чашке сахар и присаживаясь на краешек стола, предположил Хэлвуд.

- Не уверен, но есть у меня предчувствие, что ли... - Ричард набрал код Мюллера.

Спустя минуту на небольшом экране МИППСа появилось изображение Ганса Мюллера. Доктор приветливо, но несколько натянуто улыбнулся и произнес:

- Здравствуйте, господин Сноу. Что-то мне подсказывало, когда я прощался с вами на Луне, что нам с вами еще предстоит пообщаться. Слушаю вас внимательно.

- Извините, доктор, за беспокойство. Да, вы оказались прозорливы. Но надолго я вас не задержу. Вопрос простой и одновременно сложный. Когда возвращались из Воздушной пещеры, вы встретили в коридоре базы... Кого? Прайса, - Ричард вывел изображение на гологравизионный экран компьютера Хэлвуда, чтобы тот тоже мог видеть и слышать ученого. - Ну же, доктор, не отпирайтесь. Тем более, что в этом признании нет ничего криминального.

Мюллер помолчал:

- А вы не простой агент, господин Сноу. Зачёт. Не знаю, как вы смогли узнать... Ладно, что уж там, видел я Прайса. Он, судя по всему, брёл от своей очередной пассии, но не хотел, чтобы его кто-нибудь видел. Несколько скандалов в Гренобле и в Новосибирске приучили его быть осторожным. Он попытался от меня спрятаться и забрался в какую-то нишу в коридоре. Я его, конечно, увидел, но сделал вид, что не заметил и прошел мимо.

- Почему? Почему прошли мимо, доктор?

- Мне неприятен этот тип.

- Что-то личное?

- Не то, чтобы личное, но...

Через несколько минут Ричард и Хэлвуд услышали историю про любовный треугольник в Гренобле, рассказанную теперь со стороны победившего счастливчика.

- Но с Глэдис, так звали ту девушку, у нас не сложилось, и мы через полгода разбежались, - закончил Мюллер.

Офицеры помолчали.

- Где спрятался Прайс? - наконец, спросил Сноу.

- Как где? - не понял Мюллер. - В нише. В коридоре.

- Какой нише?

- Ну, там еще стоял этот, как его... робот.

- А-а, это ниша для подзарядки андроидов, - прокомментировал Хэлвуд. - У нас их стойлами называют. Вы ее видели, она рядом со входом в обсерваторию. Человек там вполне помещается, и заметить его непросто.

- Понятно, - кивнул Ричард, стараясь не показать вида, что всё это ему уже известно.

Он вспомнил, как на станции "Армстронг", селенит-ремонтник возился в таком стойле для подзарядки андроидов. То ли он проводку чинил, то ли еще что. И опять ускользающая мысль кольнула в голове и стремительно растворилась, прежде чем он успел её ухватить за хвост и осмыслить. Ричи тряхнул головой и посмотрел на монитор, с которого на него внимательно смотрело лицо доктора Ганса Мюллера.

- Спасибо, доктор. Вы уж не держите на нас зла, если нам придется еще раз вас потревожить. От нас вам сплошные неудобства, но - служба! - широко развел руками Ричард.

- Какие неудобства, господин Сноу! Буду только рад, если моя информация поможет вам в расследовании. Поверьте, если кто-то причастен к гибели профессора Белла, мне это небезразлично. Это правда. До свидания!

- Всего доброго, доктор!

Мультитактильный монитор компьютера померк. Сноу в нескольких словах пересказал Хэлвуду свою вчерашнюю беседу с Прайсом. Барт поставил пустую чашку и соскочил со стола. Ричард легко встал с кресла:

- Пошли к Моралесу?

Хэлвуд глянул на часы:

- Рановато...

- Ничего, мы же его должны встретить в фойе "Эклиптики", верно? Ну, а по дороге, я бы хотел посмотреть одну вещь... Идемте, капитан!

Офицеры вышли из кабинета и "лунным" прыгающим шагом направились в сторону обсерватории и "Эклиптики". В коридорах базы по лунным меркам было многолюдно: навстречу им попалось человек пять. Одного Ричи даже узнал и кивнул ему - это был один из спасателей, принимавший участие в эксперименте со скафандром. Спасатель тоже чуть склонил голову и проследовал мимо них. Все, кто встречался им по пути, были селениты, спешащие по своим рабочим делам. Туристы, скорее всего, с утра налились кофе, заправились омлетами с беконом и разъехались на экскурсии. Будто прочитав его мысли, идущий рядом Барт, сказал:

- Часа через два туристы вернутся на обед, конгрессмены вывалятся на большой перерыв и здесь будет муравейник!

- Тогда поспешим! - ответил Ричи и ускорил шаг.

Они подошли к знакомому сектору обсерватории, где начиналось астрофизическое царство профессора Мюррея. Сноу огляделся. Вот дверь в одну из лабораторий, в которой профессор распекал своих подчиненных и где на полу валялся испорченный робот, а вот, неподалеку, стойло для андроидов, как его называет Барт.

Зарядный терминал пустовал: андроид номер 35 где-то работал, а номер 21, как известно, приказал долго жить. Ричард подошел поближе и осмотрел терминал, который представлял собой довольно глубокую нишу в металлической стене коридора. В нескольких местах из стены выходили жгуты проводов и шланги, со сложными металлическими разъемами на концах, рядом с ними светились циферблаты приборов и световые индикаторы. Внизу, на полу, четыре контактных пятна, на которые андроиды наступали своими металлическими ступнями и замыкали контакт. Рядом в стене небольшой шкаф, приоткрыв дверцу которого, Сноу понял, что здесь хранились некоторые, наиболее используемые роботами, приспособления.

Ричард закрыл дверцу, отступил на несколько шагов и вдруг увидел, что к ним притрусил смешной минипиг Базз и сел на пол рядом с нишей. Ричард улыбнулся и, наклонившись, слегка потрепал смышленого поросенка по голове:

- А ты что здесь делаешь, Базз, гуляешь? Ну-ну...

Тот посмотрел на человека доверчивыми и умными глазами. Хвост-пружинка Базза по-прежнему жил своей отдельной от хозяина жизнью.

Ричард поднялся и попросил Хэлвуда зайти в нишу и прижаться к стене. Когда капитан выполнил просьбу, Сноу отошел к тому месту, где пересекались два коридора, образуя большой холл со сферическим потолком, и посмотрел на нишу. Хэлвуда было видно слишком явно.

- Меня, наверное, видно? - чувствуя это, высунул голову из ниши Барт.

- Да, капитан, но если бы здесь стоял андроид, то... - и опять в голове Ричи запульсировал эмбрион догадки, но, не пробив прочной скорлупы заскорузлых шаблонов мышления, снова замер в своем коконе до поры до времени.

Сноу потряс головой и посмотрел на по-прежнему выглядывавшего из стойла Барта:

- Выходите капитан. В общих чертах всё сходится. Прайс мог здесь спрятаться, считая что его не увидят, а Мюллер, в свою очередь, вполне мог его заметить, но сделать вид, что этого не произошло.

- Всё так, господин Сноу, но есть одно соображение, сказал Хэлвуд, подойдя к Ричарду.

- Говорите, капитан.

- Находясь рядом с терминалом, практически невозможно заблаговременно увидеть, кто идет по перпендикулярному коридору.

- Вывод? - насторожился Ричи.

- А вывод такой: Прайс не мог видеть, кто конкретно идет по коридору, он только слышал шаги. Значит, он прятался в нишу не конкретно от Мюллера, с которым, как он утверждает, не хотел встречаться, а просто от любого человека. То, что это был Мюллер, он узрел уже стоя внутри андроидного терминала, когда австриец проходил перекресток.

Ричард поскрёб затылок:

- Пожалуй вы правы, капитан. Что это нам дает? Прайс выходит от любовницы в половине первого или около того и направляется по пустынному коридору к станции монорельса. Время позднее, база отошла ко сну, в коридорах никого нет... Капитан, эта, как её... Карра подтвердила время ухода Прайса?

- И да, и нет. Она точно не помнит. "Где-то после двенадцати. Я ушла в душ, а он одевался. Когда я вышла, его в комнате не было", - это дословно, что она мне сказала, - ответил Барт.

- Очень неопределенно, черт побери! - с досадой сказал Ричард. - Получается, что его мы никак не можем сбросить со счетов. А вдруг, он вышел от Дороти в самом начале первого? Что тогда? Тогда он вполне мог успеть...

- Не думаю, господин Сноу, не думаю, - покачал головой Хэлвуд. - Как вы знаете, шлюз N 3 расположен недалеко от станции монорельса в сторону "Хилтона". Примерно две минуты спокойной ходьбы. Чтобы убить Белла, Прайсу потребовалось бы десять минут, чтобы дойти от жилой зоны до шлюза, минут... пусть будет пять, чтобы облачиться в скафандр, ну, и еще минут пять на выход и на само преступление. Итого: двадцать минут вынь да положь! То есть, чтобы успеть совершить убийство в ноль часов восемь минут, ему надо было выходить из жилой зоны без двенадцати минут полночь. Нереально! Да и Мюллер его видел, а для этого Прайсу пришлось бы еще успеть вернуться после убийства назад и спрятаться в нише. Нет!

- Подождите, капитан! У вас на МИППСе есть та запись с камеры в третьем шлюзе, которую мы смотрели? Отлично! Давайте-ка еще раз глянем.

Оба склонились над монитором МИППСа. Досмотрев запись до конца, Ричард выпрямился:

- Вот оно!

- Что? - не понял Барт.

- То, что меня смутило, но я сразу не понял.

Хэлвуд продолжал непонимающе смотреть на Ричи.

- Капитан, сколько требуется времени, чтобы надеть скафандр?

- Три минуты по нормативу спасателя, а норматив для селенита - шесть, - ответил Барт. - Куда вы клоните, господин Сноу?

- А вот куда, капитан: сколько времени потратил Белл, чтобы надеть скафандр? Почти десять минут!

- Ну и что? Он - человек в возрасте... Не понимаю!

- А сколько потратил убийца?

Хэлвуд секунду смотрел на Ричарда:

- А откуда мы можем это... А, понял! Сейчас!

Капитан стал искать нужные эпизоды на видеозаписи.

- Не утруждайте себя, я запомнил. С момента, когда убийца отворачивает камеру и до того, как он выходит в переходный тамбур, прошла одна минута пятьдесят пять секунд. Когда он вернулся, то задержался в шлюзе на три минуты пять секунд.

Начальник безопасности оторвал взгляд от экрана и посмотрел на Ричарда:

- Но... это невозможно! Получается, что мы имеем дело с опытнейшим астронавтом! Причем не просто астронавтом, а спасателем, либо косморазведчиком.

- Как видите, очень даже возможно, капитан. Кстати, а нашли скафандр, в котором выходил убийца в первый раз?

- Да, предположительно, господин Сноу. У одного скафандра в шлюзе N 3 были обнулены не только временные настройки и возвращены заводские установки, но и стерто общее количество выходов на поверхность. Это сделать можно, но при наличии специальных знаний.

- Понятно, это нам, как мы и предполагали, ничего не дает. Так, - Ричард взглянул на часы. - Нам пора на встречу с картежником Моралесом. Запросите срочно, кто из фигурантов дела имел хоть какое-нибудь касательство к космическим экспедициям. Скорее всего, это выстрел вхолостую. Ладно, идемте.

Ричард задумчиво направился в сторону зала "Эклиптика".

- Чего же ты боялся, Прайс? - пробормотал он себе под нос. - От кого или от чего прятался?

Хэлвуд услышал, но ничего не ответил и молча последовал за Сноу.

Напротив андроидного стойла, на металлическом полу коридора лунной базы "Скотт" остался сидеть забавный маленький поросенок и провожал своими умными глазами двух офицеров.


Симпозиум, лат. symposium - от греч. symposion, букв. - пиршество