Sib: другие произведения.

Пилот

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние конкурсы на ПродаМан
Открой свой Выход в нереальность
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Peклaмa
Оценка: 6.49*193  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Велено порезать текст. Порезал.

  
  
  
  Юрий Астахов
  (Sib)
  
  
  Пилот
  
  Часть первая. Мигрант.
  
  История первая. Аламо.
  
   Интересуешься, стало быть, откуда это красавец такой, с молодой женой нарисовался тут? Тебе как, от Адама начать? А почему бы и нет? Спешить нам сегодня уже некуда. Ну слушай, если интересно тебе.
  Сам я происхожу из людей сибирских, коренной абориген. Со времен Ермака Тимофеевича род мой в Сибири обосновался. Во граде Тюмени. Ты водку "Распутин" пил? Че, правда пил?! Так он, Распутин этот, тоже из наших краев как раз был. Ну, и какие там в розовую попу медведи? Ошалели вы вконец там, в Америке своей. Ага. Особенно в Далласе. Ты ведь из Далласа, верно? А правда, что в Далласе по газонам бродят дикие бизоны! Что? Нет? Не встречал? Аналогично! Вот и у нас не бродят медведи с медведицами и медведятами по улицам населенных пунктов, ну, как правило... Тем более, городов. Тюмень, по вашей мерке считай - столица штата. Им, медведям, в тайге больше жить нравится. Выкинь ты этот бред из головы навсегда. Слушай, дальше, раз интересно тебе.
   После школы угодил я в Ачинское военное авиационно-техническое училище. Хотел, как все нормальные пацаны летчиком стать. Все детство в аэроклубе пропадал, да по кружкам авиамодельным скитался. Вот и подал документы в Барнаульское летное, однако доктора на медкомиссии решили, что для элиты советских вооруженных сил мои кондиции малость не дотягивают. Мне и предложили на авиатехника выучиться. И разочарование от несбывшейся мечты сделалось столь велико, что я не сильно раздумывая, сразу согласился и поступил, лишь бы в авиацию попасть. И вот я это училище закончил. И лейтенантом заделался. И направление в полк получил. В военно-транспортную авиацию. ИЛ-76 в основном там были, но и пара АН-12 век свой доживала. Меня, как самого молодого к ним и приставили.
   И, как дурак, женился я сразу. Решил, что будем мы жить в любви и ласке и вплоть до самых генеральских эполет. Разбежался. Правильно народ говорит, мужик не собака, на кости не кидается. Никого-то мне она родить не сумела, хоть и пыталась. Субтильное телосложение, узкий таз. А то бы был бы мальчонка бы у меня. Ну и потухла искра нашей любви. А тут ей еще сослуживец мой дивно приглянулся, холостой совершенно, симпатичный такой, на гитаре по всякому играет и даже песни поет. Короче, разошлись мы. Мирно так, пожелав друг дружке дальнейших жизненных успехов и прочего счастья.
   Да, давай-ка еще по кружечке, Классное пиво немцы делают. И вечерок, ты глянь, какой чудесный. Джамиля! Ты пошто опять мне ребенка балуешь? Сколько на тебя ворчать можно? Какое нахрен, ему мороженое? Оно только-только титьку выплюнуло, а ты ему уже мороженое суешь! Эх ты, дитя востока бестолковое! Мало ли, что оно сладенькое! Куда-куда! Сама слопай! Объелась уже? Ну, тогда собаке кинь, у него добро не пропадет, небось!
   Кто мне она? Да дочка. О, не верит он! Молод я, таких среднеазиатских дочек иметь, и рожею не схож? Да ну? Ей семнадцать, мне тридцать семь. А может, я её на стороне нагулял! Ну все. Сознаюсь. Приемная она мне дочка. А пацан - мой, кровный! Да, долгая это история и я, Митчелл, ее тебе, кстати, как раз и рассказываю. Дойдет еще и до Джамили дело. В самом конце.
   Ладно, разошлись мы с Надькой и стал я отдельно жить. Вот. И через годик как раз приключился распад Союза. И стали нас склонять на присягу новому правительству. А мне до того тошно от всего этого непотребства сделалось, что написал я рапорт, дескать, поскольку уже присягал Советскому Союзу, в бозе ныне почившему, то присягать кому-то еще раз считаю несовместным с честью офицера. Ну, меня в тот же момент из армии и выпнули, безо всякого выходного пособия, отняв у меня и армию и Родину СССР и молодость комсомольскую, и юность пионерскую и даже октябрятское детство. Империя, говоришь? Ну и что? Ну и хули? Ну да, допустим империя. И что в том такого плохого? Какого нахрен зла? Кому зла? Почему зла? Свободному миру? Демократии у нас небыло? А где она была? У вас? Не смеши мои тапки! Ты хоть раз сам за своих президентов голосовал? Лично! Вот только врать мне не надо. Ты за выборщиков голосовал! А уж те голосовали за того за кого надо! Демократия - это вааще полный лохотрон. Везде. Никто не даст кухарке реально управлять государством.
  А империя наша... Мы попытались создать общество социальной справедливости. Неудачно. Да. Но это, мужик, была НАША ОБЩАЯ империя, понял, да? Не без дури конечно. Да где ее, дури-то нет! Обламались конечно. Ибо социальная справедливость противоречит человеческой сущьности. Даже перед законом. Черного кобеля не отмоешь добела... У вас свобода? Опять мне смешно. Ты свои законы почитай на досуге. Такие перлы попадаются, полный оптад!
  Гулаг? Зеки? Кто такой гулаг? Главное управление лагерей? Так в нем ни одного зека никогда не было. Они, зеки, в лагерях сидели, а не в главном управлении. А у вас в штатах зеков во все времена было БОЛЬШЕ чем в СССРии. Вот расскажи мне куда вы в войну японцев спрятали? Свободных граждан собственной страны? Только лишь за то, что они - японцы? В лагеря? Мои вам поздравления с ГУЛАГОМ свободой и демократией! Территориальные захваты? Ну это ты латиносам расскажи. Про свою любимую техассщину, про Кубу с Филлипинами т.д. А мы, русские, от Москвы до Фриско дошли без особых кровопролитий. Там форт построили. И по дороге ни одного племени не загнобили. Как-то умудрялись и уживаться с местными, и договариваться. В отличие от вас. Наглосаксов. Сколько вы индейских племен на ноль помножили? За свободу и демократию!
   Свобода здесь? Это верно. Здесь дури пока меньше, а свободы больше. Пока. Ладно, хрен с ней, с политикой. Тошнит.
  Дальше слушай. И вот, 24 лет от роду свалился я маме на шею, поскольку папа себе в сторонке новеньких деток смастерил. И полностью посвятил себя их воспитанию. Да нет, я на него не в обиде. Жисть, она сцука, материя сложная, каким судом судите, таким и судимы будете. Не судья я ему. Короче, никому на хрен не нужный бывший лейтенант без определенных занятий, поскольку в гражданской авиации тоже случился внезапный падеж. Ничего кроме авиамоторов ладом не знающий, и толком не умеющий, кроме как чинить моторы те. Вот блин, подарок маме, да?
   Стал я себе ремесло подыскивать. Туда-сюда потыкался. Таких как я, неприкаянных, кучи оголтелые везде. Хоть на паперть, блин садись. Подайте, блин, отставному подпоручику на пропитание! Месяца три баклуши пинал. А потом одноклассник Сема повстречался на пути моем многотрудном. Тоже, безработный, как лось в лесу. Сели мы с ним пивка попить на мамины гроши, за жизнь потрыньдеть. И вот веришь-нет, родили идею. Он чей-то ценное продал, я нашу с мамой дачу продал, еще там чего-то, короче поднакопили мы вкупе маленько денег и во Владик плацкартой подались. Прикупили там иномарку японского происхождения, 'Тоету-Короллу', за смешные деньги, ей богу! Отогнали ее в Новосиб и на рынке удачно продали местному населению. Отбили затраты наши с профитом и сразу обратно во Владивосток на второй круг рванули. Так вот у нас и завертелось. Благо, у меня в Энске родни навалом, хоть душ принять, было где. На четвертый круг мы уже две машины гнали, а через год метнулись в Германию и приобрели пару подержанных, но в приличном состоянии Мерседесов и МАНов. Автобусов городского класса, только покомфортнее малость... И домой, в Тюмень пригнали. Пробили лицензию на маршрут в городе, двух водил посменно за руль посадили на каждый, сдали этот бизнес под надзор Семиной супружнице Галинке, и снова из Владика "япошек" гонять принялись, уже подороже. Так мы через полгода еще пару автобусов завели. Все что зарабатывали, только в дело вкладывали. Самые крохи на себя тратили. Зато через три года маршрут этот, совсем весь наш стал. Два десятка мерсов на нас с Семой трудились. И денежки у нас уже вполне реальные зашуршали. Лицами, правда, мы от цыганской житухи такой малехо почернели и тушками исхудали. Родня на нас глядючи, стенала, роняя слезы... Времена в России тогда дикие были, примерно как у вас в Калифорнии в золотую лихорадку. И нас на зуб пару-тройку раз попробовать попытались. С этим-то мы управились, где отбились, где знакомствами прикрылись, главное выжили таки.
   Вот. И не выдержал дружбан мой, Сема испытания материальным благополучием. Как деньжата пошли, так и загулял он напропалую. Девки какие-то левые у него завелись, кабаки, клубы. Карты. Втянулся он незаметно в разгульную жизнь. И денег ему сразу стало не хватать. Короче, проматывал Сема почти весь свой прОфит, к известной маме. И стало напряжение между нами возникать и разрастаться. Чем дальше, тем больше. К концу мы уже и не дружбаны были вовсе, а считай - враги. Очень он мою долю себе хотел. В единоличное владение. А мне эти рестораны и прочие радости тела не интересны вовсе. Скучно мне всегда было по дристаранам гулять. Ну и с женщинами всерьез никак у меня не вытанцовывалось. Все какие-то не такие попадались. Так, на ночь-другую. Ляпнет бывало пассия под руку чушь какую, типа давай уедем жить в Версале, и все. Пропал у меня к ней интерес. До свиданьица, родная. Типа, прощай на веки. Как мама умерла, царствие ей небесное и земля пухом, так совсем я одинеханек остался.
   Я больше в аэроклубе пропадал. В Ялуторовске, где декабристов, типа гнобили. Ага. Шоб я так жил, как те декабристы в нашей "Ялте" страдали. Типа, как семья генерала Ильи Ульянова бедствовала в Симбирске. С парнями познакомился, там работавшими. Случилось мне и пару советов дельных им в трудный момент присоветовать. Так, потихоньку, за своего принимать стали. И летать у них начал. И Як-52 и Ан-2 и Як-12 полегоньку освоил. И даже пилотские права получил на Як-18Т. Любительские. Все свободное время там и пропадал. Все подумывал личный самолет себе завести, денег то уже хватало, только законы у нас в стране антнародные какие-то, эти депутаты-демократы напринимали. И иметь личный самолет стало как бы можно, а вот в небе вольно летать на нем, как бы уже и нельзя. Все больше незаконно как-то получается. Вот и не покупал я личную Сессну-177. А хотел. Но нет. Дельтамотоплан купил. На нем развлекался. Оно конечно игрушка, зато сам себе хозяин. Вроде как бы. Неба жутко хотелось. А на дельтике-то в Анапу на выходные не сгоняешь, в море окунуться. Так и шли потихоньку годы мои. Постепенно.
  
  Летом 2005 угодил я в Москву по надобности. Дела сделал к обеду и сидел в пивнухе какой-то на Новом Арбате, время убивал и пивком баловался. С Домодедова на Тюмень вылет только ночью. Некуда мне спешить. И вот в пивнухе-то той, и завертелась вся эта история. Ближе к вечеру уже, подсели за соседний столик два мужичка. И промеж собой разговор затеяли. Интересный у них разговор вышел. Необычный. Возникли у парня по имени Андрей, какие мутные разборки с борзотой московской. А некий Леонид Сергеевич ему новые горизонты открывал. Я и не подслушивал специально, однако уши ведь не заткнешь. Так, кое-что доносилось. Особо когда они слегка градус приподняли, и речь их вольно потекла. Голоса погромче стали.
   Заинтересовала меня тема. Мало сказать, взволновала даже. Однако в разговор чужой встревать последнее дело. Дождался я пока Леонид Сергеевич, который соблазнитель типа, отлить отошел на минутку. Пиво есть пиво, куда от последствий денешься? Да и следом за ним отправился. Кстати, я и сам для процесса созрел уже совершенно. Сделали мы дела, стоим, застегиваемся, тут я к нему и обратился:
   - Простите, говорю, Леонид Сергеевич, но невольно стал я свидетелем вашей беседы. Не подумайте дурного, однако заинтересовал меня ваш разговор. И в связи с этим разрешите у вас визитку попросить. На будущее. Велика вероятность, что мне захочется сделать вам деловой звонок. Не возражаете?
   - Да, что уж теперь возражать. Держите вот. Чего уж там. И много ли вы услышать успели?
   - Я специально не вслушивался, но вот про новые земли и порядки на них, простите, уловил. Извините, право. Некрасиво вышло.
   - Ну, ничего. Надумаете позвонить - звоните. Мы с вами отдельно побеседуем.
   И пошел к себе за столик. И я немного погодя следом. Так вот про места эти, я и узнал. Хоть и не верил ни на грош. Очень уж необычным все услышанное показалось. Невероятным. Главное я момент отправки парня этого, Андрея Алексеевича, уловил. И место. И решил приглядеть со стороны. Как оно все у него обернется.
  
  История вторая. Москва.
  
   Позвонил в Домодедово и договорился, чтоб мне дату вылета на пять дней вперед сдвинули. А сам по Москве себе экскурс устроил. Вот не по сердцу мне Москва, и все тут. Неуютно мне в ней. И вообще я больше обожаю городки маленькие, ухоженные, теплые. Да хоть Ялуторовск тот же взять. Или вот Алабама-сити ваш. Не ваш? Да пофигу мне. Главное, что мне в таких уютно почему-то делается. Ладно. Побродил я по московским достопримечательностям пару дней, а на третий с утречка пост в Березовом переулке занял в тенистом месте. Так, чтоб не маячить на глазах. Частника запряг на "жучке-лохматке", угомонил насчет криминала, утешил денежными знаками и ждать принялся.
   И засек Андрея Алексеевича этого. Он на "форестере" в 11:09 у ворот автосервиса нарисовался. А к двенадцати ровно к воротам сервиса Зимин подкатил, это который Леонид Сергеевич. Машину поставил на стояночку возле ворот и проследовал в оные пешим порядком. Съехались гости на дачу. Классика жанра. В 12:05 выехал наш Андрей Алексеевич оттуда уже на "Тоете-семисьпятке". С пассажиром. Пассажира, правда, я не рассмотрел, но предположение возникло. Ну, хват! Вот ловчара лихой. Махнул не глядя! Где он такую тачку откопал только. Клевый пепелац. Я пару таких во времена былинные из Владика пригнал и продал. Влет ушли. Прямо с руками брали. Редкая теперь вещь стала, но вещь на века, как пирамида Хеопса. Ничего ей не делается, если не напрягать механизм излишне. Живучая тачка. Порадовался я за него, Михалыча в бок тыкнул и велел за клиентом следовать, не поспешая. А клиент в переулочек нырнул и с обратной стороны этой же конторы в другие ворота укатил. Шмыг и нету. Я лишь задницу его "семисьпятки" срисовать успел. Чудом. Опоздал бы Михалыч на секундочку и хлопал бы я себя по ляжкам. Где Андрей? А нету Андрея! Но свезло. Решил снова где ни будь приткнутся и дальше кино смотреть. Так себе думаю, не дурак ли я? Что ж он вокруг ехать вздумал? Выходит сосуды то не сообщающиеся? Конторы разные? Нету проезда по территории? Получается так.
   Ждать да догонять, дело скушное, однако не долго ждать пришлось. Двадцати минут не прошло, как из ворот этот самый Л.С. Зимин вальяжно так вышел, осмотрелся лениво по сторонам и пешочком в обратку потопал. Вот, я им сыщик, да? Бегать мне за ним теперь? Маскируясь урнами и прочими непрозрачными предметами? А нету никаких предметов! Пустой переулочек! Пяток чахлых липок с одной стороны в рядок, солнцем перегретых. Так за ними и суслик не спрячется, в вертикальном режиме. Ну да бог с ним, с Сергеичем этим. Меня конкретно сейчас Андрюха волнует безумно. И судьба его дальнейшая беспокоит крайне. Сел я поудобнее и наблюдением развлекаюсь. Ворота под контролем держу. А ведь не едет никто из ворот обратно. И в ворота никто больше не заезжает. Ни Андрюхи, ни 'Тоеты' его. Как в воду канул. Че б он там как дурак сидел, если б развели его? Это одно. А если его там кокнули? Разделали на мелкие фрагменты, удобные для транспортировки, засолили, шоб не пахнул, и вывозить будут мелкими партиями? Ага, и прямо на центральный кремлевский мясокомбинат, за мавзолеем Ильича который. Еще больший бред. Тогда бы могли сказать, что Волшебное Окошко у них за МКАДом. И с семисьпяткой неувязка в таком разе выходит. Ее же надо теперь другому клиенту, следующему кандидату на переработку продавать. А нету ее! Сгинула.
  Вскоре после того, как Зимин свалил, ребятки тамошние попарно сбегали за угол по на полчасика и снова внутри сидят. Бдят! И следов кровавых на их опрятных одеждах мною не отмечено. А вот если по правде все, без кидалова, то так оно и должно выглядеть. Пришел Зимин, проводил Андрюху в крайний путь с 'Тоетой' вкупе и в офис свой обратно отбыл, нового степлера... эээ... сетлера вербовать... и обувать. В лапти. Как он Андрюху-то ловко... Но тот в капкане оказался, ему деваться некуда было. Хорошо хоть, только шерстью отделался, при шкурке все ж остался, а шкурка его - при-ем! Хе! Есть конешно в умопостроениях моих дырдочки изрядные. Которые проверить без взвода ОМОНа затруднительно мне. Но и ОМОН в данной ситуации явно неуместен. По крайней мере, пока. Понаблюдаем еще. И потом еще понаблюдаем.
   Аааах! Зевота аж скулы сводит. Через час Михалыч ныть начал. Рассказал мне горькую, трагическую правду о своей печени, поведал также о трудном пути бывшего московского комсомольца в период социальных реформ и смены политического курса и прочих суровых испытаниях в своей незадавшейся пенсионерской судьбе. Достал он меня мгновенно, конкретно достал. Забодал, можно сказать. Но я же, ну герой какой-то просто. Я полчаса молча терпел. Слушал. Это как в подводной лодке. Куда же от него денешься. Ох и жарит. Жара разгулялась. Хоть и в тенечке спрятались, но духота городская, вонючая, выматывает. Сижу, потею, зеваю. Наааблюдааааю. Глаза от работы такой сами слипаются уже. И этот... душу выматывает. Песнионер злоедучий. Я вежливо так предложил ему заткнуться и прогуляться к ближайшей торговой точке с прохладительными напитками, где и прохладится чем бодрящим. Послушался он меня, жди! Ты, говорит, автомобиль мой угонишь и продашь, филер недоразвитый, а мне, говорит, другой автомобиль не купить и убытка такого не пережить. Убил он меня, наповал убил!
   Достал я гаманок, отслюнявил ему десять франклинов залогу, велел ключи и тугументы на кастрюльку евойную мне отдать и прочь погнал, с глаз долой. До самого следующего утра. Но он в фортку уже заявил мне, что ласточка его никак не меньше тыщи ста условных е стоит. Поскольку мне она нужнее. Вот этот аргумент мне показался убедительным и внимания достойным. И развеселил к тому же. Дал я ему еще один портрет дохлого президента. Как между девушками говориться, такому легче дать, чем отвязаться. И поймал себя на осознании того факта, что ведь поверил я уже в этот бред, и воспринимаю всю эту пургу как реально объективную истину, существующую независимо от моего сознания. А иначе хрен бы я ржавчину эту фактически купил, пользоваться то мне ею не больше двух дней. И сомневаюсь, что Михалыч с утречка разбежится залог возвращать за таратайку свою. А я в самолет сяду, и тоже про нее навек забуду сразу. И домой полечу, мешки укладывать. А раз организм мой все для себя решил уже, что поедет он в неизвестное и прекрасное далеко, то мне остается только сообразить чего в те мешки запихивать. Мда.
   Посматриваю на те ворота и про мешки размышляю. Вечер уже подкрался незаметно. Нет движухи в околоворотном пространстве. В 20:00 к воротам четверо пареньков подгребли. Я было насторожился. Щас, думаю, Андрюху вносить будут. Толи цельной тушкой, толи порционно. Только это смена караула оказалась. Четверо зашли, четверо вышли и скрылись в городском чаду. Все с пустыми лапками, никакой поклажи. И подумал я, что это - хорошо. "Курить вредно, курить очень вредно" - сказал я организму, доставая очередную сигарету. Он, как обычно, отмолчался и жадно засосал в себя вонючий дымок.
   За ночь я полторы пачки высадил, чтобы не уснуть. Даже из салона вылезал поотжиматься. И все зря. В смысле никого так и не было. Ни пеших, ни конных, ни "черного тюльпана". До самого утра. В 8:00 снова народ сменился на объекте, также четверо пришли и четверо ушли, а в девять нарисовался почти забытый мною Михалыч. Что удивительно, с непропитым залогом. Это просто праздник какой-то у меня! Может, спешу я ставить крест на человечестве? К 11:00 снова объявился господин Зимин. Зашел внутрь ненадолго и вышел, сказав на прощанье провожавшему его охраннику, что раз сегодня контур не стабилен, то пусть закрываются, а он никого отправлять не будет. У него, мол, и других дел невпроворот. И сев в "Мазду", укатил в неизвестном направлении. Вероятно, проворачивать все доселе непровернутое.
   Михалыч опять прицелился заныть. Но я уже решил, что ловить тут больше нечего. По такой жаре в обратном случае уже и здесь бы вонь стояла, хоть бы и засолили Андрюху. Похоже, тут чисто. И с легкой душой скомандовал везти меня в гостиницу. Отсыпаться буду. Михалыч оживился, страстно овладел рулем и быстренько скинул меня возле отеля. Простились мы с ним тепло и торжественно. Он мне все телефончик всучить мечту лелеял. Дескать, будете у нас на Мааскве, звоните обязательна! Вмиг домчим, куда велите! И всякое такое. Ну да, как же, всенепреннейше!
   Дууууш! Нежный и хлесткий. И спать.
   Проснулся я в 14:22, помылся-побрился, одел свежее, выудил Зиминскую визитку и натыкал номер. Сергеич меня по голосу опознал сразу. Пошутил что-то и пригласил встретиться. Соотнесли встречу на 17:30, в том же пивном ресторанчике. Пока время позволяло, прокачал я всю добытую информацию и сел составлять список дополнительных вопросов. Составил, полежал, подумал. И список перечитав, еще разок мозговой мускул напряг да и дописал вдогон еще шестнадцать уточняющих вопросов. Есть к моменту встречи мне уже не хотелось. Хотелось жрать. "Принесите же мне всего, всего, всего. И побольше, побольше! И шевелись ходчей давай, ходчей!".
   Сергеич был как штык. На том же месте, за тем же столиком.
   Здравствуйте уважаемый ... эээ...?
   - Виталий Николаевич Ружейников, предприниматель - представился я.
   - Очень приятно познакомиться, я представлятся не буду, как меня зовут, вы прекрасно знаете и о том, что работаю я в настоящее время адвокатом в визитке тоже упомянуто.
   - Да, там очень мощный шрифт. Прекрасная полиграфия. Что поделать, живем во времена навязчивой рекламы, приходится соответствовать.
   - Вот именно. Пива? - вопросил Леонид Сергеевич светским тоном после приветствий.
   - Отнюдь, нет! - в том же тоне ответил я, строго глядя ему в глаза.
   - Меню?
   Не люблю я этих скользких ассоциаций, а они у Сергеича на языке явно завертелись. И я посмотрел ему в глаза еще строже. Ладно, давай тебю. И ответил:
   - Ну, разумеется!
   - Я, пожалуй, кушать пока не буду, по такой жаре только пиво впрок идет. Шпионили маленько? Проголодались?
   Ну, надо ведь! Срисовал, собака. А я-то, как Чингачгук какой, маскировался. В листве таился. А меня, как пацана вычислили...
   - Вы меня поражаете, Виталий Николаевич. В Сибири еще сохранились люди не разучившиеся краснеть? Восхитительно! Хотя стоит отметить, что в Корпорации, которую я в данный момент представляю, информация эта считается секретной. И уверяю вас, секреты охраняются вполне профессионально. Вас извиняет лишь вполне понятное беспокойство о судьбе предыдущего...эээ... клиента. В отношении своей собственной, надо полагать? И в ином варианте, вы могли бы оказаться там и не совсем добровольно. Расскажите немного о себе. Кто вы в этой жизни? Чем занимаетесь? Отчего заинтересовались нашим проектом, а не пустили эту тему по разделу - малонаучная фантастика? Какой суммой вы располагаете и как намерены ею распорядиться, имея в перспективе возможность использовать услуги нашей Корпорации?
   Так, товарищ явно пытается оседлать мою таежную наивность, и если не нагреть вчистую, то извлечь из меня профит по максимуму. У меня вполне свежа в памяти элегантность, с которой он потрошил отошедшего... (или все же отъехавшего?), в мир иной Андрея Алексеевича.
   - Видите ли, Леонид Сергеевич, я пока сам не очень ясно представляю себе, какой суммой буду располагать после завершения всех дел. И не с пустыми же руками мне туда отправляться? И каких затрат это потребует? Я пока совершенно не представляю себе даже порядок цифр. Поэтому, чтобы определиться с затратами на ... эээ... переезд, скажем так, я должен более обстоятельно представить себе что именно меня ждет ... эээ... на той стороне. Вы мне расскажите, что считаете возможным, а я вам попутно вопросы уточняющие задавать буду. Не возражаете?
   Тут за плечом у меня возник официант, весь из себя элегантный, с бабочкой на шее и неизменным: 'Что будем заказывать?'. С меню я уже определился и не оригинальничая заказал борщ со сметаною, жаркое, и салат из помидор. Чем выказал полную сермяжность своего происхождения, но вполне здоровый аппетит.
   Сергеич, как и обещал, ограничился одним пивом и богатым рыбным ассорти.
   - Рыбу, кстати, я тоже люблю! Объявил я, собравшемуся было убежать, труженику общепита. Поэтому рыбы побольше несите! Муксунчик слабосоленый у вас есть? Нет? Это плохо! Селедочки сосьвинские? Тоже нет? Ну, это понятно, не доезжает оно до вас. По дороге съедается! Что ж, тогда, ну, осетринка какая, но непременно первой свежести! Семужка там... нельма-то хоть есть у вас? И то, слава богу. И ее, родимую. И всяких там ракообразных, креветок там лупленых, и прочего всякого. И воблу. Одну. Нет воблы?! Как это возможно? Оскудела земля русская! В столице! Нет воблы! Все решено, это была последняя капля, Леонид Сергеевич! И пива принесите, разумеется. Поскольку время уже практически вечернее, то, пожалуй, темное. Портер. Фирменные 'Жигули'? Оно же светлое! Хорошо. Кружечку для начала.
   Официант отошел, а Зимин продолжил дозволенные речи:
   - И так, о дорожной сети. Дорог, в нашем понимании, судя по ассортименту поставляемых Корпорацией автомобилей, там нет. Только направления. Хуже чем в России. Грузовики оттуда запрашиваемые - это 'Уралы' и 'Камазы', в основном полноприводные, шишиги поставляем в несколько меньшем количестве. Это от Российских производителей. Что поставляется из грузовых иномарок, сказать не могу. Это мне неизвестно, но полагаю, тоже не асфальтовые грузовики. Из легкового парка - всевозможные внедорожники. Но в упрощенных вариантах. Без электроники-кибернетики. Много отправляем "Нив", "УАЗов" разных модификаций. Даже Луазы идут. И предпочтительны модели с дизельными моторами. Именно на такие модели, в основном, заказы поступают. Отсюда и мое мнение относительно местных дорог. Танки даже отправляли, наши старые ПТ-76. Солидную партию. Грузополучатель - Русская Армия. Так, что там Россия тоже есть. Как и другие страны, впрочем. Более подробно о политическом устройстве рассказать не могу, за отсутствием информации.
   А интересно, зачем это Русской Армии танки? Волков местных гусеницами давить? "Это - вряд ли!" - как говаривал товарищ Сухов. Следует думать, что завелись и такие людишки, с коими только на танках и общаться? Однако, не удивлен. Всегда найдутся организованные ребята, которым приятнее отнять, чем самому горбатится. И немало таких. Ох, немало! И отчего бы им не объявиться и там? Для них-то и танки, надо полагать, заготовлены. Ружье с собой возьму. Чую - понадобится.
   Рассказывал мне Леонид Сергеевич о характере отправленных грузов и выводы аналитические на основе этого делал. А я наводящие вопросы задавал. Из списка своего. После 158 пункта вздохнув тяжко, Сергеич пожаловался:
   - Экий, вы дотошный! Да не знаю я! Не владею информацией! Мало ее оттуда поступает! Все, что достоверно знаю, я вам уже изложил. А домыслами заниматься и вводить вас в заблуждение - не намерен. Есть у вас еще вопросы? Есть? Ну, давайте, задавайте уже вопросы свои! Или давайте лучше водки с вами выпьем! А? Не хотите? Ну, как хотите! А я от вас уже водки хочу! Официант, 'Русский Стандарт' мне, двести граммов!
   Халдей побежал за водкой, а Зимин продолжил:
   - Теперь - водный транспорт. Присутствует. Отправляли туда малотоннажные суда и баржи самоходные в разобранном виде. Отправляли малые рыболовные траулеры. В ограниченном количестве. Сейчас заказы такие поступать перестали, но на судовые дизели разной мощности заявки идут регулярно. Вывод - корпуса там самостоятельно теперь строят, а начинку, в том числе радионавигационные комплексы, закупают все еще здесь. GPS-навигаторы не закупают. За отсутствием спутников.
   - За счет чего закупают? На какие средства?
   - Финансирует закупки наша сторона. Я имею ввиду Корпорацию. Из специально созданного для этой цели фонда, поскольку обратная связь, увы, только информационная и очень неустойчивая. Но над этой проблемой ученые усиленно, насколько я знаю, работают. И вероятность того, что обмен станет взаимным очень высока. Хотя сроков никаких назвать не могу. Может месяцы, а может и годы. Очень сложная научная проблема. За двадцать лет этот ниппель разрешить не удалось. Туда - пожалуйста, а обратно только радиограммы. С помехами. Однако в расчете на взаимообмен мы и финансируем переселение. Поскольку вы - человек достаточно состоятельный, то ваш гражданский, я бы сказал, долг - внести некую сумму для переезда людей менее обеспеченных. Вот, вы там женитесь, детей заведете, их же надо будет учить? А учителя у нас отправляются за счет подобных пожертвований. И медики, специалисты по сельскому хозяйству, а также прочие инженеры, геологи и тому подобный контингент. Так, что тысяч пятьдесят - шестьдесят в валюте вы внести в фонд просто обязаны. Если не хотите чтоб дети ваши дикарями выросли. Или померли без медицинского присмотра. И взрослым людям лечиться тоже надо. А вот адвокаты туда едут только за свой счет. И он тяжело вздохнул, из-за несправедливости очевидной.
   - А сами-то вы, Леонид Сергеевич, отчего же туда не едете?
   Покосился он на меня недобро так, пожевал узенькими губами, выпил еще стопочку, рыбкой закусил и сказал хмуро:
   - Не совсем корректный вопрос. Не находите? Но отвечу. Туда стремятся люди, ищущие новых горизонтов, новых возможностей. Люди, психологически не вписавшиеся в рамки нашей современной цивилизации. Вот, вроде вас. Мне же живется вполне комфортно. Говоря проще - от добра, добра не ищут. Вы удовлетворены ответом?
   - Ну, и рад за вас.
   Да, этот парень вряд ли мне станет близким другом и составит компанию. И, слава Богу. Покушал я плотно. Сергеич в туалет подался, подперло его. Пора бы и мне покурить. Не люблю курить в помещениях. Однако тащится через два зала на улицу, а там еще и в толпе арбатской толкаться? Лениво мне. Тут покурю, на месте. Расположился попривольнее, сигаретку поджег. Размышляю. Что ж это получается? Огроменный новый мир. Планета! Освоен людьми кусочек в десять миллионов квадратных километров. Да и освоен ли? Страна размерами, как Штаты примерно выходит. На двадцать миллионов человек. Плотность населения - 2 человека на 1 квадратный километр. Скорее всего по городкам малым сконденсировалось население, а вокруг места и вовсе людьми не тронутые. Ну, как у нас в Сибири. Но в Сибири леса да болота. Да горы. Да зима. А там степь. Саванна. Казахстан нераспаханный. Транспортная сеть в зачаточном состоянии. Расстояния между городками значительные. Автомобильные перевозки по бездорожью. Вряд ли успели железные дороги построить повсюду. Это дело мы сейчас уточним. Любопытные перспективы обрисовываются. Думай, голова, думай. Шапку куплю! Вернулся к столику Сергеич. Сел, пивка хлебнул от души. Нельмочкой закусил и еще отхлебнул. Помолчали.
  - Давайте, Леонид Сергеевич, расскажите мне теперь про железку. Есть там железные дороги?
   Сергеич оживился:
   - Любопытной направленности вы вопросы подобрали. Все больше по транспортной сети. Собираетесь грузоперевозками заняться? Имейте ввиду, что плата за один кубометр пересылаемого груза составит... тысячу американских долларов! Не зависимо от массы содержащейся в этом кубометре.
   Интересно! И как такой тариф соотносится с затратами? Не то тут что-то получается. Но будем дальше поглядеть. А Сергеич еще инфу льет:
   - Крупногабаритные грузы отправляем в ж/д вагонах разных типов. Каким-то образом там их, вероятно, используют. Если просто бросать на запасных путях, то тысячи вагонов займут немалую территорию. Промышленного производства в районе терминалов нет. Это точно. Значит, вагоны куда-то должны уходить. Возможно, служат источником металла. Возможно, частично используются по прямому назначению. Хотя протяженность железных дорог, скорее всего невелика. Рельсы отправляли туда только в самом начале, и немного - километров на 250 - 300. Попадалась мне такая цифра.
   - Более-менее понятно, на месте подробности станут еще понятней, но в целом обстановка проясняется. За исключением гужевого, у нас с вами не рассмотрен еще один вид транспорта. Авиация. Расскажите мне все об авиации нового мира.
   - Это как раз просто. Авиации там, как таковой - и нет. Через меня переправляли три АН-12, шесть АН-2, около двух десятков вертолетов МИ-2 и МИ-8, в том числе парочку боевых МИ-24, знаете этих крокодилов? Все машины после капитального ремонта. Мои зарубежные коллеги, насколько мне известно, также отправили несколько более-менее серьезных машин, в пределах десятка. СИ-130 и DC-4. Вертолетов несколько штук. И около сотни маленьких самолетиков, ерунды всякой. Сессночки, еще какие-то, Пайперы по-моему. Вздор в общем. И это все. На целый мир. Реактивную технику туда не отправляем. Проблемы с посадочными полосами и обеспечением полетов. С горючим проблем очевидно нет. Поскольку, требований на него не поступает. Все! И давайте, наконец, выпьем водки с вами! Упарили вы меня скрупулезностью своей. Все, если сейчас не выпьете со мной, я вас отправлять не стану.
   - Нет. Не буду я водку пить. Меня в самолет не пустят. Мне через четыре часа улетать...
  ...Угу, зарекался хромой не спотыкаться...
  
  История третья. Тюмень.
  
   В Домодедово я к регистрации все-таки поспел. И хоть косились на меня слегка, но в самолет посадили. Я тихий был. Улыбался всем ласково, в тряпочку помалкивал. Не буянил. Только головой кивал. Утвердительно. Или наоборот, отрицательно. По обстоятельствам. Решили они, что я адекватный еще и пропустили на посадку.
   Полет я весь проспал. Стюардессу, с ее синими окорочками послал ... к следующему пассажиру... и уснул снова. Привычка у меня такая. В полете сплю, а в момент касания полосы сразу просыпаюсь. В порту забрал со стоянки платной "Крузер" свой и домой в Патрушево поехал. По объездной там ментов проскочить без проблем. Доспал дома до нормы. И думу думать взялся. Одно дело, слушать да на ус наматывать и другое дело налаженную жизнь вот прямо с утра начать рушить.
  Выкурил сигаретку и в агентство позвонил. На продажу коттеджик свой выставил за шесть лимонов. Деревянно-конвертируемыми. И квартирку мамину, городскую, и гараж в кооперативе. И дельтик свой тоже на продажу объявил. И "крузера" до кучи. Все на продажу, короче! Кроме ружжа! И ноута.
  Время 14:00. К Семе пошел. Встретил меня Сема неприветливо. Ибо пребывал с бодуна. Но в дом пустил. На кухню, где и опохмелились мы. И тут огорошил я его. Мол, покупай, Сема, долю мою по-быстрому. А то передумаю, и кому еще другому продам. Он было заюлил, мол, где враз столько денег ему сыскать, мол, дал бы ему хоть месяц сроку, денег подсобрать. Но тут на кухню Галинка зарулила. Оттерла Сему на лавочку могучей кормой, и заткнуться ему велела. Потом ко мне, энергично так:
  - Витамин, ты с дуба рухнул, долю продавать?
  - Переезжаю я Галка, в иные миры, на ПМЖ. Где мне летать не запретят.
  - Куда? Псих сумасшедий! Поди проспись! Ты ж орал всегда, что из России ни ногой!
  - А я в Россию переезжаю. А там свободно можно летать. Никто не повяжет.
  - Это в Москве-то, что ли?! Буххарик, дельтанутый! На вот рюмочку выпей, может, просветлеет в башке твоей дурацкой. И это, если насчет доли ты всерьез, то я твою долю сама покупаю! На панель пойду, но к концу недели деньги ты получишь. И никаким другим, посторонним, не вздумай продавать. Только через мой труп! Сначала через твой, а потом уже, впоследствии, через мой! У нас с Семой преимущественное право на покупку твоей доли!
  Вот хитрая баба. Ну, выпимши я, ну брякнул чего, но коль мелькнула возможность чего-нито к рукам прибрать, она тут как тут. Уж не упустит. Только и я не шучу. Наплачется она с Семой своим, как с компаньоном. Сейчас он меня 'не любит' из-за доли, а теперь вот если доля к жене уйдет, стрелки на нее переведутся. А может быть, и нет. Чего я в семейной жизни понимать могу? Муж да жена - одна сатана. Еще может это Сема разрыдается, когда Галка узнает, какой дивиденд на долю выходит. И сколько он пробухал, с телками. Их проблемы. Разберутся как ни будь.
   И к первому июля собрал я все кучки на рублевом счету. И вышло у меня нехило. Даже не ожидал.
  1. 6 мильонов.674 тыс. - было на депозите у меня.
  2. 11м.201т. - За долю Галка перечислила. На Галку же и документ оформили.
  3. 5м.800т. - За коттеджик с мебелью. Причем, азер какой-то налом припер. Молодой, быстроглазый. Деловой до немогу, как спаниэль, когда пописать места ищет. И со двора почитай погнал сразу. Ну, в смысле, ему переехать не терпиццо! Мол, ара, съезжай, раз продал, не затягивай, мол, это дело. Я и съехал.
  4. 2м.300т. - За мамину квартиру. И тоже освободить поскорее попросили.
  5. 1м.100т. - За гараж и машину еще. И дельтик.
  Всего на круг - 27 миллионов 75 тысяч рубликов.
   И остался я бомжиком. Галка, добрая душа, меня в свою старую городскую квартиру пустила, погостевать. Бомж-то я - состоятельный! Такого и пожалеть можно. Не грех.
   Засел я в хрущебе Галкиной, однокомнатной, в тырнет втулился, благо Галка ДСЛ-безлимитку подключила, уже года два как тому. И начались мои душевные трепетания.
   Потратить деньги не хитро. Хитро с толком их потратить. Не зря я Зимина по транспорту терзал. С самолетом туда надо мне заявиться. У меня, мысль такая сразу возникла. Еще когда он Андрея фаловал на ту сторону. Я все это время обоснование этой идее собирал, и во мнении своем утверждался. Не может в таком мире транспорт авиационный в ненужности пребывать. Исключено! Всегда найдутся люди, которым где-то надо быть уже вчера. И грузы срочные. Особенно, когда расстояния большие, а самолетов совсем мало. И альтернатива - 4 тыщи километров трястись на внедорожнике, да по бездорожью. Или по грунтовке. Что однохренственно, собственно. Ездили, знаем. Попа все помнит.
  Или долго-долго плыть пароходом. А потом опять долго, пыльно и тряско - автоматическим мобилем. Нет, придут ко мне пассажиры! Всенепременно! Не могут не прийти!
   Главное - самолет выбрать правильный. Вот с чем ошибиться накладно будет. Начнем с большого. Большой самолет - это дорогая обслуга на земле и непременно экипаж. В одиночку не управиться. А еще стюардессы там всякие... Ну, их нафиг. Это и проблемы с загрузкой. Полупустой летак гонять, дело паршивое. Ан-12 мне не потянуть. Значит, крупняк - не годится для меня. Большой самолет - это мне не по карману. Это раз. Отметаем. И вообще все типы, требующие больше одного пилота - отметаем.
  Маленький самолет - это малый радиус и невеликий груз. И профит соответствующий. Возьми Як-12. Возьми Як-18Т. И Сессны, что 172, что 182 - то же самое. Троих посадишь с ручной кладью и все. И придется драть с пассажира бабки. Дабы расходы оправдать. А пассажиру обхождение такое не в кайф. Он не дурак, пассажир-то. Все чует, даже если и не говорит. Он, зараза, денежным знаком голосует против. Тоже не то! Отметаем.
   Надо мне рабочую лошадь. Чтоб под одного пилота, под тонну груза, чтоб минимум на 1000 морских миль дальность действия. И какой же мне сделать выбор?
   Стал я собирать на все более-менее подходящее инфу, и раскладывать по столбикам для сравнения. Летные данные. Экономические. Все по полочкам разложил. В экселе. По столбикам и строчечкам. Графики вывел. Исстрадался, искурился, изнервничался. Ан-2, Ан-3, Ил-14, Сессны, Бичи, Элки чешские, дугласы и вообще все, что в класс попадает. Вот Ан-2. Хороший ероплан Ан-2. Отличный ероплан Ан-2. Тяговитый. Груза относительно собственного веса дофига берет. Однако скорость и дальность у него маловаты. 170 км в час - это реально. И на 800 км. И фсе. Но - полторы тонны. Дальше. АН-3. Турбовинтовик. Недалеко от "Аннушки" улетел. Радиус и скорость, ну практически те же. Но, относительно дешево. А вот движок у троечки сырой совсем. Хоть и пыжатся омичи. Но пока до ума не довели. И второй пилот крайне желателен. Не зря у нас по два пилота на "Аннушках" летает. Первый и второй. Ох, не зря второму пилоту зарплату платят! Л-410 - аналогично. Ан-24. А про него и разговора нет. С советской авионикой.
   За окном дождик сменился ясным солнышком. Птички защебетали забесплатно. Долго я на Пилатуса PC-12 слюной истоньчался. Завидный швейцарский самолетик. Но... не по карману! А жаль! И постепенно, с сомнениями и терзаниями, пришел я к мысли, что наиболее подходящий для меня аэроплан - двести восьмая. Она родимая. Сессна-208. Которая - Караван. Либо 208В. Гранд-Караван. Что по деньгам найду. То и возьму.
   И ринулся на поиски объявлений. Есть б/у в продаже. Немного и далеко. В Америках. Но есть. Однако, подходящей цены - нету! Либо хлам битый да заезженый. Однако кто-то там, на небесах обеспокоился моей печальной судьбой. Передернул рычаги и в ночь на шестое июля наткнулся я на объявление. Я до этого его раза три видел. Не впечатлился. Дороговато вроде показалось. 650 тыщь eвро. Самолетик 1987 года. Судя по году издания С-208. Однако углубился я в комплектацию и дошло до жирафа. То, что надо! Оно!
   Верно сказано - бес, он сцуко, в деталях, дорогие мои маленькие радиослушатели. И в объявлении том, если ткнуть в кнопочку 'подробно' и рассмотреть внимательно английские буквы, которые мелким шрифтом, то там, оказывается, напииисано: Греция. Город Салоники. Он же Тессалоники-Фессалоники. Как по турецки - не помню, но тоже похоже.
  Итак. Второй владелец. Самолет налетал 2624 часа. И двигатель установленный на самолете, вероятно столько же. А нам же известно, что после отработки 2000 моточасов моторчик по регламенту проходит профилактику. И значит, после таковой он отработал 624 часа. А ресурс у этих движков - 6000 моточасов. В комплектацию входит новый запасной двигатель Pratt & Whitney Canada PT6A-114А(600shp). Тут явно глюк какой-то. Но! Новый! И в довершение бонусом: 'Самолет адаптирован к высотным перелетам'. А это значит, что кто-то умненький герметизировал кабину и снабдил ее наддувом. Меня аж зазнобило! По такой комплектации - это вааще даром. Заверните! Мне ведь в "Караванах" что не нравилось - что машина способна забираться более чем на 7000 метров и спокойно там летать. Однако негерметичная кабина вынуждает на высоте более 3 тысяч надевать кислородный намордник и мерзнуть 6 - 7 - 10 часов. Пассажиры в восторге! Поэтому Караваны летают на 2,5 - 3,0 тысячах метров. А этот экземпляр может и на семи! Ладошка у меня левая зачесалась зверски. Блиин! Я бы сплясал, но удачу спугнуть забоялся. Точно говорят - в Греции все есть! Нигде нет - в Греции есть.
   И тут же на е-мейл сообщение владельцу отправил. Мол, снимайте объявление ваше, мол вылетаю немедля для приобретения самолета. На трех языках. Простыми короткими фразами старался писать. Сначала на русском написал. Потом PROMTом перевел на английский и греческий. Я по хомячности своей врожденной и благоприобретенной в армейские годы, без особой на то нужды всобачил в Промт этот все словарики, какие только изыскал. Получилось языков тридцать. Где-то около. И греческий в том числе присутствовал. Вот.
  А часа через два уже ответ пришел. Я удивился, что так быстро, потом сообразил: это у нас в Тюмени два ночи а Греции на момент отправки всего 21:00 было, а сейчас 23:00. Детское время. И в письмеце том честь по чести - мол, прилетайте поскорее, будем рады, встретим как родного. И подпись - Катерина Фокаиду. И контакный телефон. Сотовый номер. Звонить сразу, счел неделикатным. Время все ж позднее. Отложил на следующий день это мероприятие.
   А так, ну все одно к одному. Паспорт забугорный у меня в наличии. И даже виза открыта. Я как раз собирался вскорости на Хиосе пару недель поотдыхать, брюхо пожарить, как раз за визой-то в Москву и ездил, в консульство греческое. На три месяца визу дали. Без доберусь проблем. Спать лег, а уснуть не могу. Хлопнул конины стакашок, выбрался на балкон. Там дождичек неторопливый моросит по застекленке, прохладно. Душевно. И размечтался я, как на личном самолете парить по поднебесьям буду. И целый незалапанный мир у меня под ногами простирается. И от страха под селезенкой щекотно. И душу щемит. Продрог на балконе нагишом-то стоя. Залез под простынку и сразу согрелся и уснул. И снились мне облака белые, самолеты белые. И я. Весь в белом с идиотской улыбкой на счастливом лице. Летю!
   Проснулся 09:00. Принял душ, провел организму штатные процедуры, согласно регламенту. Озаботился наличием документов в тайном нагрудном кармане безрукавки. Народ такие - разгрузками зовет. Приоделся в черное. На всякий случай. Ибо нефиг в белом. Подозрительно мне. Джинсы-вельветки летние черные и рубашка черная, и черная же безрукавка со ста карманами. На шею цепь златую с крестом серебряным. Простая цепка, не братковская. Но статус обязывает, а крестик вообще крестильный, невеликий. Причесался ладошкой, ибо стригусь под '15 мм'. Одэколоном освежился и в банку чесанул.
   Я отчего на рублевом счету деньги конденсировал? А оттого, чтобы не конвертить два раза. В баксы обернешь, а платить в каких еще крузейро придется. И каждый конвертатор норовит отгрести малую толику в свою сторонку. За услугу. Прилипалы. Ну, конвертнул на валютный счет в евро. На карточку. Тыщи три наличкой в другой карман разгрузки запихал и на молнию застегнул карманчик. От греха. Не в плавках же валюту хранить! Сняли с меня за конвертацию по божески. 2824.31 евро. И вышло, что на пластиковой карте у меня готовых к употреблению 784 тыщи и еще 64 евросика. Девица банковская мне заулыбалась сразу радушною улыбкою. Намекнула о зарождающихся чувствах. Ага. Я, как тот генсек в Севастополе - 'Посетил военный корабль. Произвел большое впечатление'! Пофиг мне. Я порадовался, что по-шустрому у меня все прет, без тормозов. И билетами занялся.
   Вернулся на квартиру. Залез в интернет и с рейсами разбираться начал. Как все запущено! В Салоники-то, так просто и не улетишь. Из Питера только рейсы прямые и бывают, но редко. Через Москву в Грецию не проблема попасть. В Салоники рейса нет. Понапрягал я мысль, да и решил лететь через Афины. Получалось вроде складно. Подавил я в себе нетерпение свалить в Златоглавую прямо сегодня, вечерним самолетом и заказал на утренний - UT454, который из Рощино в 07:15 на Внуково уходит. На всякий случай не поленился номер в Салониках в гостинице какой-то, "Авалон" называется, забронировать. Потом сбегал в кассы, билет выкупил и заодно места забронировал на остальные пересадки. И опять тяжкие думы одолели меня. Как же они меня своим терроризмом и антитерроризмом достали-то. Волки позорные! Как через границы и таможни "Сайгу" свою везти? Ощущалом чую - замурыжат изверги. Думал-думал, и решил не брать! Время есть, взял чехол с ружбайкой и на улицу вышел. Только рукой махнул, как первый же бомбер с дымом из под шин явился предо мной и тормознул. В "Патрон" вези - говорю.
   Зашел я в подвальчик-магазинчик, Рома за прилавком красуется и изображает знатока. Увидел меня, ручкой сделал.
  - Привет, говорю, Рома! Возьмешь ружжо на продажу? Вот ружжо, вот тугументы. Я те ружьишко, ты мне денег, и разбежались. И все будем довольны.
  - Ты ж его осенью только взял! Или это другое?
  - Да нет, оно и есть. "Сайга-12К", бортовой нумер...
  - И че принес? Другое присмотрел что ли? Так и это - есть-пить не просит.
  - Не. Уезжаю я Ромчик в края далекие и неведомые. Забугорные. Только строгих офицеров, службу бдящих и интересы блюдущих, на пути моем избыточное предвижу количество.
  - И оно тебе надо? Ты вроде и здесь в шоколаде? Ну, давай выставим. Может, возьмет кто через полгодика?
  - Я, Ромчик, завтра спозаранку ...махну серебряным тебе крылом... паара в путь-дорогу... Короче сейчас - стулья, и тут же деньги. Не сходя с места.
  - Витамин, ну ты пойми, тут ведь пока комиссия, пока продашь, пока то се...
  - Ты, за базаром-то своим, приглядывай. Кто это в бане у меня, вот этим вот сизым языком божился? Кто это такой был? Подзабыл шкет, шпана дворовая, как отмазывали тебя? В памятники записался? Стоишь тут, как бог войны и распределитель фондов, ну чисто Марс! Так я и задаром сейчас прямо ствол этот об тебя обломаю. За бесплатно, то-есть даром. И дальше себе стой. На костылях. А я пойду.
  - Виталя, ты че? Ну, пошутил я неудачно. Заберу я ствол. Черт красноречивый. Семь штук и разбежались?
  - Насчет дуба. Не падал намедни? Я у тебя его за сколько брал? Четырнадцать? Мне склероз не изменяет? Сокрушу!
  - Лады, на десять штук и проваливай. В Канаду свою. Эмигрант несчастный.
  - Сам дурак!
   Выгреб Рома из кассы десяточку, написал я ему расписку в получении. Забрал деньги и ушел, не прощаясь. Эх! Прощай немытая Рассея! А ведь были же люди как люди! Куды что делося?
   И все-таки Ромка меня расстроил, гад. Навалилась на меня не то, чтобы тоска, а ностальгия какая-то. И все дело в анизотропии проклятой. Если бы оттуда можно было хоть на денек, хоть раз в двадцать лет, пусть и за бешеные деньги, но заглянуть сюда... Я бы с легкой душой ехал. Но... Билет в один конец. Никогда я больше не увижу ни город этот, где вырос, ни людей этих... И планеты этой дурацкой ни-ког-да! Побродил я из угла в угол. Покурил, попечалился и телевизор включил, в кои-то веки. Попал на очередной выпуск новостей:
   ..." Роспотребнадзор взял под прицел продукты с использованием генетически модифицированного сырья"... Блым.
   ...." Москва. Вчера в 1.30 в Новоясеневском проезде в квартире 43-летнего мужчины с ножевыми ранениями обнаружены трупы хозяина квартиры и его 47-летнего знакомого. С аналогичными ранениями госпитализирована 41-летняя женщина. Сотрудниками отдела уголовного розыска ОВД за это преступление, совершенное в ссоре после совместного распития спиртных напитков, задержан 36-летний безработный гражданин".... Блым.
   ...." Северо-Кавказский регион. За прошедшие сутки в Северо-Кавказском регионе изъято: гранатомет, два автомата, карабин, пистолет, четыре охотничьих ружья, два артиллерийских снаряда, 15 выстрелов к гранатометам, 13 гранат, 1282 патрона различного калибра, 400 граммов взрывчатых веществ и 4 килограмма 442 грамма наркотических средств"... Блым. И дальше в таком же все духе.
   Потом политик какой-то принялся мне в уши дерьмо втирать на тему - "все хорошо прекрасная маркиза... сгорел ваш дом с конюшней вместе"...
   И тут всю ностальгию и тоску печальную с меня как дождем смыло. Да идут они лесом, во главе всего человечества! Нету у этой цивилизации светлого будущего. Светлым бывает только прошлое. Как это у него... - "...наш пароходик уходит в светлое прошлое, в лето с рубашками в клетку, в наивность речей ...". Митяев. Истина. На уровне аксиомы.
   Карету мну! Карету!
   Ладно, хорош тут цивилизацию хоронить, и сосуд вселенской скорби из себя изображать. Теперь эта цивилизация пусть сама по себе валит, куда и как хочет. Без меня. У меня другие планы. Позвонил Галке. Сказал, что взял билет и утром улетаю. Пусть с утра не спит, я заскочу ключи вернуть. Галка на дыбы поднялась:
   - Мы тебя проводим. И чтоб никаких такси. Ровно в шесть утра будем с Семой у подъезда. Не проспи. Мало ли что там было. Быльем поросло и тиной затянуло. Не чужие мы тебе люди. Сема, молчать!
   Собрал я чемодан на колесиках, рюкзак-трехдневку затарил, одеждой в основном, летнего типа. Пару костюмов, вдруг где на светский раут угодю. Из зимнего только куртку летную взял, кожаную на меху и сапоги тоже на меху, с молниями на голенище. Мало ли что. Гостинцев в них затырил. В каждый. Дисков к ноуту полсотни штук с софтом полезным и прочей инфой. Ну гигиенические принадлежности. Ноут упаковал в сумку. Документы. Вот и все. Все мое ношу с собой. Готовасеньки. Включил на мобиле побудку на 05:00 и спать завалился.
  
  История четвертая. Транзит.
  
   Галка с Семой не подвели. Вышел я в 05:55 из подъезда, Семин "крузак" заднюю дверцу распахнул приветливо. Как бы говорит - Эх, прокачу! Закинул я баулы в салон и устроился с комфортом. Сема ножкой топнул, выскочил под моргающий желтый на "50 лет Октября", потом на улицу имени храброй советской разведчицы "Мариты Немелькайте" и просвистел на объездную. Через двадцать минут мы в Рощино прибыли. Подхватил я рюкзак, сумку на плечо нацепил, Сема, лицом хмурый, чемодан мой присвоил и пошли мы в помещение на регистрацию. Народу в порту мало совсем, очереди и нет вовсе. Шустро вещички в багаж сдали бирки нацепив. Отошли мы с Галкой и Семой на улицу курнуть на прощанье. Покурили, помолчали. И тут Сема меня удивил. Обнял, да и сказал:
   - не держи зла, Виталя, и прости за косяк, удачи тебе. Пиши, если, что - поможем.
   Я улетаю, он остается, нечего больше делить, да и потеплело на сердце у меня. Обнял я его. Завязывай, говорю, Сема с гонками своими, вон и виски седеть начинают, не пацан уже. И тоже, удачи тебе! Галка, само собой, на шее повисла. Обслюнявила беспощадно. И помадой покрыла, для румянца на щеках. Простились в общем.
   И сразу посадку объявили. С собой у меня только ноут. Паспорт на контроль в накопитель предъявил. Прошел в миноискатель, он и не пискнул. Обернулся, помахал ребятам и влился в отлетающую толпу. В 07:15 местного запустили движки и поехали. Вырулили на взлетку, продули турбины, отпустили тормоза, застучали пневматики на стыках, задрала "тушка" кокпит и я уснул. Везла меня та же стюардеска, что и в Тюмень, в прошлый раз, не стала она меня будить, памятуя прошлый грустный опыт. Узнала, видать. И проспал я опять весь полет до самого Внукова. В 07:45 местного же, уже в Москве были. Сбегал я к кассам, выкупил билет, забронированный на рейс номер 7В-335, компании Атлант-союз. И в том же билете транзит указан до Тессалоников. У погранцов с таможней ко мне никаких вопросов. Таких "туристов" как я, тучи мимо них ежедневно мелькают. В кармане нагрудном у меня карточки с фразами на английском заготовлены. На все случаи туристской жизни. В розыске я не значусь, предметов запрещенных к вывозу не имею, документы в порядке. Шлепнули печать. И проваливай! Не толпись тут. Турист прохладной жизни.
   В 09:40 Боинг 737-300, с посадкой в 12:10, как по расписанию оторвался от полосы и взял курс на Афины. А я снова уснул. А когда проснулся на подлете к Афинам, запереживал. Рейс на Салоники через полчаса, а еще багаж, таможня, погранцы. Стюардессу тормознул, карточку ей предъявил, где расписано, как и почему. Кивнула голубка, поняла. И выпустила меня из самолета первым. Рванул я, как савраска к выходу, сунул таможеннику карточку-выручалочку свою, и видать кто-то добрый и могущественный подсуживал мне на небеси. Без вопросов пропустил. И багажик мой, тут же выплывает из недр. Подхватил я его и обратно к таможне, на посадку. Еле успел, посадку заканчивают, и я как лошадь Пржевальского на финише, щас ленточку порву и упаду замертво. И снова мне зеленый свет, беспрепятственный. Успел, блин! Рейс Olympic Airways S.A. АО-908 на 12:40 в Салоники. И вырвал секунду, СМСку отправить. Рейс, компанию и время прилета. Обещала встретить как родного? Лады. Вот он я. Встречайте. В 13:35.
   Однако у того, верхнего парня чувство юмора странное, ей богу. Отыгрались они на мне в Салониках. За всю терпимость их коллег. По полной. Мантулили, как Чингисхана Усамабенладовича Талибова, какого-то. Завели в досмотровую комнату и раздели. Перетряхнули весь багаж и каждую вещь собаками обнюхали. Самого всего общупали, рукоблуды извращенные. Но по карманам не тырили. Велели самому вывернуть. Пригнали переводчика И вопросы с подковыркой задавать принялись:
  - Располагает ли уважаемый турист необходимой суммой в наличных, из расчета 50 евро в сутки на человека?
  - Иес, сер! И более того, сер! И помахал я тощей пачкой желтых бумажек с нарисованными на них непонятными дверями выполненными в стиле 'металл и стекло'. Три тсаузента Ευρώ, сер!
  - Имеет ли уважаемый турист гостиничный ваучер? Предъявите!
  - Извольте, сер! Их есть у меня. - И предъявил.
  - Почему уважаемый турист не имеет обратного билета? Не намеривается ли означенный турист остаться в Греческой республике на постоянное место жительства? Или проследовать незаконно в иное государство Содружества?
   Смотрит на меня пронзительно, морда рыжая, сверлит глазками рыбьими. А еще грек! Подноготную мою, типа, насквозь видит. Все гадкое обо мне знает. Вплоть до того, как я на детском утреннике в штанишки написял. И уж он-то не попустит. Щаз завернет нахрен, в обратку, и жалуйся православный, папе римскому. Корсакову. Мент позорный.
   - Потому, что из Греческой республики, означенный турист намерен вылететь на частном самолете, который, означенный турист и намерен приобрести в означенную собственность в вашем чудесном городе. А че, нельзя, типа тут, у вас самолеты закупать в личную собственность?
   - Господин намерен обрушить в Нью-Йорке еще, что-либо высотное?
   Не понял! Это что, местный юмор?! Полицейского типа?!
  А мент улыбается мне уже почти по-человечески и спрашивает, через толмача, само-собой:
   - Вы имеете в виду самолет, принадлежавший господину Фокаиди? Cessna-208B? Речь идет именно о нем? О других, выставленных у нас на продажу, я ничего не знаю.
   - Да, я намерен купить именно такой самолет, Cessna-208. Только владеет им госпожа Катерина Фокаиду, насколько мне известно. По крайней мере, письмо, полученное мной, подписано этим именем. Они, что - родственники? Фамилии очень уж похожи.
   - Госпожа Фокаиду - вдова господина Фокаиди. Это как у русских Иванов-Иванова. Фокаиди-Фокаиду. Женское окончание фамилии. А Теодор Фокаиди был моим близким другом. Пусть земля ему будет пухом. И на этой Цессне мы с ним постоянно летали на рыбалку. Где только не побывали, пока он не заболел. На островах рыбачили каждый выходной. В отпуск, если совпадал, летали даже в Исландию и Канаду. За восемь лет, где только не довелось побывать! Даже в России были зимой. В Архангельске, на медвежьей охоте.
   Нет, ты поглянь! Ты смотри, по-человечески заговорил. А я уже кутузку обживать собрался. Я под это дело одеться успел и баулы свои укладывать принялся. Этот рыжий помогать взялся, что вообще в сознании не укладывается, и разговор продолжил:
   - Вы знаете, как добраться до дома госпожи Катерины? У вас есть ее телефон? Если возникнут какие-то проблемы, вы просто обратитесь ко мне. Моя смена заканчивается в 18:00. Если вы немного подождете, я вас подвезу.
   Ну, отец родной просто!
   - Но, - робко заметил я - госпожа Фокаиду должна была встречать меня сегодня здесь, в аэропорту.
   Рыжий встал как вкопанный и стремительно побледнел.
   - Вы имеете в виду, что госпожа Катерина все это время ожидает вас? Я пропал, она никогда не простит мне, что я посмел принять ее гостя за наркокурьера! Бегом! Скорее!
  Мент подхватил мой рюкзак и рванул по коридорам. Я за ним. Вылетели в зал ожидания, рыжий быстро огляделся и побледнев еще сильнее, устремился к женщине в черном, на ходу размахивая руками и рюкзаком, и что-то вереща по-гречески с оправдательными интонациями. Подлетел, бросил мой рюкзак на пол, и ручку лобызать полез. Дама сердилась, и раздраженно выговаривала рыжему, стуча тому пальчиком по лбу. Тот кланялся, и судя по всему, извинялся. Из всего этого диалога я уловил только слово "Костас". Видимо так звали рыжего. Получив последний щелбан, рыжий Костас осклабился в мою сторону, поклонился и ускакал. Вероятно, на рабочее место. И мы остались с госпожой Фокаиду наедине. Если такое можно сказать про аэропорт с изрядным поголовьем галдяще-прямоходящих.
  Дама показала пальчиком в табличку, висящую у нее на груди, где русскими буквами было напечатано - "Виталий Ружейников", и спросила по складам:
  - Мистер Рю-джей-ник-офф?
  - Иес! Козырнул я знанием иностранных языков. Ай эм, и есть! - И спросил в свою очередь:
  - Катерина Фокаиду, мэм?
  - Exactly.
   "Догадаться было трудно... " - подумал я и тоже полез ручку целовать, по примеру рыжего мента. Ручку она мне дала и я деликатно приложился. Крестик вывалился из-за пазухи, увлекая за собой цепочку. Цепочка ловко оделась мне на подбородок, намертво заклинив всякую способность шевелить нижней челюстью. Разогнулся я и стою дурак-дураком, держа в своей левой ладони ее ладошку, в правой - чемодан, и лишенный всяческой возможности коммуникации. Слова молвить не в состоянии. Поскольку челюсть цепочкой блокирована. Принялся я цепь златую и символ веры за пазуху, на место запихивать, прямо с чемоданом в руке. Никак не возможно. Левой все за руку ее держу. Не отпускаю. Отняла она у меня веточку свою. И на место крестик мой определила. Смотрит строго так на меня, лишь глаза за вуалью улыбаются. Оглядела с ног до головы и опять вопросы задает:
  - You also wear mourning? /Вы тоже носите траур?/
   Это о чем это она? Мурнинг? Утр? Траур? Вы...also... тоже...траур... носите?
  - Нет! MIB! Men in Black. Third series. /Люди в Черном. Третья серия./
  - Wonderfully, /Восхитительно!/ - восхитилась дама. Do you speak English?
  Ну, хоть это-то понятно. Вытащил из кармана карточку очередную. Предъявил. "I do not speak English. I also do not speak Greek, German, Chinese, Swedish and many other languages. But, I can speak Russian. Sometimes."
  Прочла, прыснула в кулачок. Оглядела снизу вверх мои метр семьдесят пять еще разок, и говорит:
  - Well! Let's go. Follow me. /Хорошо. Идемте. Следуйте за мной./
   И пошла себе прочь. Но "Let's go" это, я тоже понял. Мы фильмы со Шварцем-нигером тоже сматривали. Не вовсе уже дикие мы. Она впереди каблучками цокает, я следом, с рюкзаком, ноутом и чумоданом. Со стороны смотреть, натурально - гостиничный бой. Носильщик. Вышли мы на улицу, налево пошли. На меня сразу жара отдохнуть присела и придавила слегка. Ветерком морским ее тут же сдуло, унесло куда-то. Запах. Я запах такой лирический только в Анапе чуял. Пахнет зеленью, пылью, перегретой солнцем, цветами и морем. И от запаха этого хочется жить. И совершать свершенья.
   За мыслями этими спустились мы по лесенке с пандуса на землю и в арку прошли. И почитай на летном поле оказались. Но на поле не пошли, а пошли мы направо по дороге асфальтированной. Слева - поле летное, перрон, рулежки, справа - автостоянка закрытая. Метров триста. Мимо одной автостоянки прошли, а на другую свернули. Подошла она к "мерсику" красному, двухдверному, багажник открыла и ручкой сделала. Выгружайся, мол. Шоб я с ней спорил? Покидал барахло в багажник, захлопнула она его, и дальше пошла. Ну и я следом, как бычок на веревочке. И разглядываю, ибо есть на что поглазеть, чего поразглядывать.
   Идет она впереди, стройная, походка легкая такая. Шляпка на ней шелковая черная, формой вроде канотье, с вуалью. Блузка и юбка шелковые, тоже черные. Юбка просторная, длинная, чуть ниже колена. Лодыжки тонкие в черные чулки (нет, ну могу же я предположить, что это чулки, такие... с кружевными широкими резинками?..) затянуты. Туфельки черные и каблучок будь здоров, четыре дюйма, недаром у нас глаза на одном уровне оказались. Ветерок морской, юбкой играет, бесстыдник эдакий. Точно, чулки у нее! Не колготки! Все строго, стильно. Скромно и оглушающе. На нее глядя, в утешители легко угодить. Пожалеть вдову... со всей силы. Со спины посмотреть - пионерка. А ведь ей, скорее всего, за тридцатник уже. Если присмотреться. Морщинки-то у глаз я приметил, невзирая на вуаль.
   И ведь чует она спиною взгляд мой. Спина прямая и походка вдруг эдак, от бедра пошла, характерная такая. И заиграли мышцы, что выше бедер, заволновались. И выгодно подчеркнулись. Идет она, каблучками по бетону щелкает, а я, если скромно выразиться тоже - но... едальником. Это самое. Щелкаю. И чувствую я, как со мной вдруг конфуз начинает происходить. Епрст! Вот уж некстати! Ведь четвертый десяток на половине, а как мальчишка. Ох, стрем-то какой, мои маленькие радиослушатели! Дать бы кое-кому по башке за тупость и несвоевременный энтузиазм, да место слишком уж открытое, людное. Совсем неохота мне привлекать внимание к своей персоне странными жестами.
   В ангар она зашла, и я за нею по стеночке шмыгнул. Тут тень мощная после солнца, так я в нее. А может мне стать в позу "пенальти"? Вдруг и не заметит? Нет. Заметила. Точно заметила, снова в кулачок прыснула. Труба - дело! А уж не этого ли она добивалась, походкою своей летящей? А вдруг это провокация? Подозрительно мне все это, мои маленькие дорогие радиослушатели! Перестала она меня взглядом компроментировать, повернулась, жестом широким указала на стоящий в дальнем уголке аэроплан и прорекламировала:
   - This plane! You inspect it? /Вот этот самолет! Будете осматривать?/
   Да уж, вижу! Не слепой, поди! Так, о чем это она? Инспектид? Инспектировать? А як же ж!
   - Яволь, майне фрау! - Опять! Опять она в кулак свой хихикает! Вот ведь вдова смешливая мне какая попалась. Сначала разводит на косяк и ржет потом втихомолку. Ладно, замнем пока для ясности.
   Я, как самолетик разглядел, так даже спинной мозг у меня в нужную сторону заработал. Первое, что в глаза бросилось - восемь иллюминаторов по борту. Не шесть, а восемь.
   А ведь прав, рыжий мент Костас! Я еще тогда на оговорку его насторожился. Не 208 это вовсе. А 208-Б. И в объяве написано неправильно. Гранд Караван это. И человеков он везет четырнадцать, а не двенадцать. И значит, движок в ем скорее всего родной, PT6A-114А, в котором не шестьсот, а шестьсот семдесят пять кобыл. Но это от года выпуска зависит. Помнится мне, 114А после 1990 года ставить стали. Как будто бы. А эта птичка выпущена в конце 1986 года. Этто надоть внимательно посмотреть!
   "Первым делом первым делом самолеты" - загундел я себе под нос и обошел птичку вокруг. Полюбовался. Все вроде цело. Фузеляж - один. Колесьев - три. Все в комплекте. Дырок в фюзеляже не отмечено, вмятин тоже. Крылья тоже есть, и пропеллер на месте. Киль торчит, как положено килю.
  
  
  
  Почти, что как я! А я - конкретно торчу! В смысле - пребываю в восхищении и восторге предвкушения обладания и вольных полетов.
   Госпожа Катерина открыла ключиком правый люк в салон, подняла верхнюю половинку, опустила вниз нижнюю с трапом, слегка пригнулась, и оттопырив попку скользнула в кабину. Вот, гад буду, это специально она. Дразниццо! Ой, что деется!
   И следом за ней в самолет залез. Терпимо. В 'Аннушке' салон повыше будет, а тут, как в микроавтобусе "Газель", примерно. Но терпимо. А интересно салон оформлен. Кресла-то и вовсе не родные. Заводские только пилотские и еще пара, следующих за пилотскими. Между ними шкафчики какие-то затесались. Остальные сиденья - самоделки откидные-раскладные, к бортам притянуты. Но не так, как в АН-3, по десантному, спинкой к борту, а лицом по ходу. Что-то подобное я в старом медицинском "РАФе" видел. В два ряда, по три штуки в ряд. Итого - десять мест вместе с пилотскими. Когда и если нужны дополнительные места - отцепляем сидуху от борта, спинку поднимаем, и к борту тягой намертво приворачиваем. Получается жесткая треугольная конструкция. И удобная. А когда не нужны - по стеночкам их обратно, вот как сейчас они закреплены. И грузи в салон, чего хочешь. Сколько влезет. Или матрасик надувай на полу и спи себе в уюте. Грузопассажирский, или скорее, экспедиционный вариант. Оно и понятно, раз владелец рыбаком был. Мало ли, а вдруг да рыбы наловишь. Или там лося с кабаном завалишь. Не на сиденьях же складировать добычу?
   Заглянул сразу из любопытства в хвостовой отсек, за занавеску. Иес и вау! Есть такая опция! В наличии. В фирменном исполнении. Как Чкалов говаривал - 'С тех пор как на самолетах появился клозет, небо перестало быть стихией сильных'. А за унитазом, там маленький переносной японский многотопливный генератор "Honda" примостился, киловатт на пяток. Пара парашютов неведомой конструкции. Плот упакован спасательный, оранжевый. Под парашютами и плотом еще какая-то хрень.... Наверное еще кое-какие бонусы. Все веселее и веселее становится. Полюбовался я сибаритством этим барским и в кокпит прошел.
   Нет, надо будет за Теодора этого свечку в церкви всенепременно поставить! Хороший был человек. Глянул я на приборную доску - ай да Теодор! В самом центре фотка госпожи Катерины главенствует. Без вуали. Глаз не отвести. На оригинал пялиться неудобно, так я на фото хоть поглазею. Потом лишь только остальное разглядел.
   Чуть ниже и левее тоже знаковая фотография прикреплена... Жираф валяется со сломанной шеей, а чуть далее валяется Сессна-172, с аналогичным крылом.
  
  
  
  Душераздирающее зрелище. Заставляет задуматься. Ненавязчиво так намекает, что высовываться бывает вредно для здоровья. Глянул я на эту трагедию и Владимир Семеныч Высоцкий на ум пришел. Вспомнилось: 'Полководец с шеею короткой должен быть в любые времена, чтобы грудь - почти от подбородка, от затылка сразу чтоб спина. А они вытягивают шеи... '.
   Помотал головой, наваждение отгоняя, присел в командирское кресло и делом занялся. Под себя господин Фокаиди авионику поставил. С душой:
  
  Во первых он втулил в среднюю панель GPS-навигатор, GARMIN-GPS-500W,
  
  
  под десять килобаксов такой стоит. Шикарно. Просто шикарно, с учетом того, что спутники GPS в месте назначения отсутствует наверняка, и когда появятся предположить невозможно. Не в этой жизни.
  Часы тоже не простые. Тоже электронные , совмещенный измеритель температуры в салоне и за бортом воздушного судна.
  
  На месте штатного, под авиагоризонтом, установлен навигационный дисплей HSI - 5ATI-EFIS стал быть. Дивная вещь, очень многофункциональный и чудовищно информативный прибор.
  
  
  
  
   И тоже весьма нехилых бабок стоит.
  Авиагоризонт с индикатором скольжения - шариком.
  
  
  
  Особенно порадовал меня расходомер топлива. Вместо указателя скольжения вмастрячен. Цифровой. Электронный. Красавец! От Shadin avionics. Показывает расход, остатки и время до окончания банкета. А может и еще что , это надо конкретно разобраться. С мануалом в зубах.
  
  Родные 'фуел флоу' тоже на месте, но они невнятные какие-то.
  Не поскупился гоподин Тео и на многофукционалный метеолокатор. Радар Bendix King RS-181A.
  
  Дальнобойность 350 км. С выводом информации на экран HSI. Это совсем хорошо. Это весомый шанс в грозу не вляпаться. Не всегда над ней проскочить возможно. Иногда и обойти не грех. Или переждать на земле. Картографировать проплывающую под крылом местность тоже можно.
  
  Высотомер Bendix King KEA-346 в метрическом
  исполнении
  
  
  Измеритель скорости он же airspeed indicator электронный тоже Bendix King ASI-3, узлы морские измеряет относительно воздушных масс.
  
   И близко не родные.
  
  
  Зато радиовысотомер Kra-101A - родной, Цессновский остался.
  
  
  
  Далее для радионавигации заместо однострелочного ARKа стоит хитрый радиомагнитый индикатор - RMI KNI-582 - двухстрелочный, способный указывать направление как на VOR радиомаяки, так и на NDB-радиоприводы.
  
  
  
  Индикатор удержания глиссады KI 207 тоже хорош и приятен взору
  
  
  
  А в остальном - стандартная панель для двести восьмых. На панели правака - второго пилота, который на правом сидении обретается никаких перемен не наблюдается, все штатно, за исключеним HSI, который из моей половины панели туда перекочевал
  
  Пощелкал я тумблерами. Подключил аккумуляторы, авионику, зашевелились стрелочки. В исходное положение пришли. Ожило все, зажужжало. Полюбовался я на эту красоту и пощелкал все тумблеры взад. Рано мне винтом размахивать. А жаль. Очень хочется.
   Повернулся к хозяйке, спрашиваю:
  - Миссис Фокаиду, кто может мне рассказать историю этого летательного аппарата? Какие и когда ремонты он проходил, какие с ним неприятности случались, Что на нем меняли, ну, и все такое? Формуляры мне бы почитать? Дай, а?
   Не понимает. Ладно, давай по другому. Порылся в карточках, момент у меня этот предусмотрен. Нашел. Показал ей, Катя головкой покивала, дверку отворила и на весь ангар выдала:
   - Чииеезааарооо!
  И еще что-то. Наверное, подь сюда. Голос у нее в верхней точке амплитуды звонкий. И точно, на зов из каптерки какой-то нарисовался мужик, полноватый и в возрасте уже. Лет так, с полста ему. В характерный голубой комбез прикинут. Все авиатехники мира в таких, наверное, щеголяют. Покурлыкали они, покивал он седой головой и в каптерке скрылся ненадолго. Я тоже дверь пилотскую отворил, трапчик опустил и на бетон спрыгнул.
   Вернулся поименованный Чезаре с тощей папкой, изрядно захватанной масляными пальцами. Я даже умилиться успел. Как все это близко, как знакомо и душевно родственно сердцу моему. Масляными паклями формуляры лапать и заполнять. Вручил Чезаре мне папочку эту и встал в позе ожидания. Я в капот потыкал пальцем и ладонью похлопал. Открывай, мол, посмотрим, что там у нас унутре, окромя неонки. Может, пробухали вы моторчик-то, без хозяйского пригляду, мои маленькие радиослушатели?
   Мужик головой покивал. Догадливый. И капот распечатывать принялся, а я формуляры листаю. Интересная картина прорисовывается. Там хоть и не по-нашему расписано, но по датам, обрывкам знакомых слов и маркировкам, кое-что разобрал. Выпущен пепелац был в конце 1992 года с двигателем PT6A-114, как и ожидалось. Отработал в Кении четыре года, а потом был продан Теодору Фокаиди в 1997 году. В процессе предпродажной подготовки покупатель возжелал заменить родной двигатель, отработавший к тому времени более пяти тысяч шестисот моточасов на новый, более мощный PT6A-114А. Шестьсот семьдесят пять кобыл. Ммцу! Кроме того, он приобрел 'про запас' еще один такой же двигатель. Видимо скидку ему предложили хорошую за опт. Вероятно.
   Ну негры, ну дают! Это как же надо кувыркаться, чтобы за пять лет такое время налетать? Жили они в нем, что ли, не приземляясь и не вылазя из него? А Теодор-то, при деньгах был, мужчина. На всю жизнь запасся. Хотя, глупая шутка вышла, поскольку он, бедолага и одного-то не изъездил. Прости меня, Господи, дурака... Так, профилактика, снова профилактика. Замены резинок согласно регламента. Дальше опять идут профилактические ремонты, межремонтные осмотры, в общем, все как положено. Серьезных аварий и прочих приключений птичка благополучно избежала.
   Чезаре, капот отворил, и ждет стоит, пока я налистаюсь. Сунул я папку с формулярами в сумку с ноутом, вечерком поразбираюсь еще. И к нему подошел. Посмотрел на движок, чистенький движок, ни копоти на нем, ни потеков масла и топлива не видно. Трубопроводы и провода почернений и трещин видимых глазу не имеют. Сверил номерок, с тем что в формуляре указан. Ажур.
   А вот такой момент надо прокачать. По формулярам получается, что последний год самолет и не летал почти, на земле стоял. И хоть и в ангаре, а за пневматики я не поручусь. Подошел, осмотрел. Покрышки и реборды колес видимых повреждений не имеют. По обжатию зарядка пневматикой в норме. Трещин на резине не наблюдается. Износ невелик. Убедился в том, что на зарядных клапанах имеются колпачки. Норма. Подозвал жестом технаря и жестами же попросил запустить двигатель. Итальяно с сомнением посмотрел на потолок, но я ему изобразил на часах кружок, показал палец указательный, и сказал как можно понятнее-
   - Ван минут! И плеванто на законо!
   Тот по-русски совершенно поскреб в затылке, потом кивнул, бросил взгляд по сторонам, на колодки тормозные под колесами и заглянул в кабину. Убедился, что все тумблеры на панели запуска двигателя в положении 'выключено', соскочил, подбежал к коку и провернул винт в 'сухую' оборотов пять. Потом опять поднялся в кабину и защелкал тумблерами. Движок протяжно и злобненьнько завыл стартером, раскручивая турбину, потом гневно рыкнул, и выбросив облако дыма под самолет, схватился. Заорал. Запел. Винт превратился в мерцающий круг. Потом обороты чуток спали, и только ровный сытый рев турбины сотрясал ангар. Я помахал рукой, привлекая внимание, и когда его, наконец, на меня обратили, сложил руки в косой крест. Хорош! И возвернулась тишина.
   Сеньор Чезаре дождался пока винт не замер в неподвижности, показал мне большой палец и слез неторопливо по трапу. Подошел ко мне, сказал:
  - It is the fine plane! /Хороший самолет!/
  - Иес - говорю - мне он тоже уже понравился.
  - You buy it? /Хотите купить его?/
  - Иес, ай бью. Слушай Чезаре, подтянул бы ты меня по материальной части. Ты эту машину знаешь. Устройство, ремонт, обслуживание и все такое? Недели две - три позанимаемся по вечерам? Возьмешься? Тот головой мотает, руками разводит:
  - I do not understand you, signore.
   Вот народ тут разбаловался. Пока мы в России китайский учить собираемся, они тут, в Европах вовсе нюх потеряли и решили, что им русский язык теперь знать без надобности. Ох, пожалеют, придет время. А пока я за очередной карточкой полез. Это случай тоже предусмотрен. Достал карточку, предъявил:
  "Want to teach me, to keep and maintain the aircraft? Two or three weeks? I will pay."
   Чезаре прочитал, опять поскреб в затылке, и объявил:
  - Yes. For two or three thousand euros. One week - one thousand. Good? /Это возможно. Я возьму две или три тысячи евро. Одна неделя одна тысяча. Идет?/
  О как, одна неделя - штука евро. Ладно, не разорюсь, потянет.
  - O'key.
  Сеньор расцвел как хорошо унавоженный георгин, и попытался станцевать тарантеллу. Но я ему следущую карточку под нос сунул: " I need the POH - "Pilot's Operating Handbook Cessna 208 ".
  - You need POH? /Вам нужен ПОХ?/
  - Йес!
   Он еще спрашивает! And other books by Cessna! All books! - Я за этот гребаный ПОХ, он же по-русски говоря - РЛЭ, руководство по летной эксплуатации, весь интернет перерыл. И не нашел в свободном доступе! Только за баксы почитать. Оказывается, это авторское право не дает мне права познать, как правильно на Сессне ездить! ДeБиллы жадные. Ух, я блин, и злой на них!
   Сеньор Чезаре сгонял по-быстрому в свою каптерку и принес штук шесть изрядно заляпанных книжек разной толщины. На бегу засовывая их в пакет. И с подобающей торжественностью вручил.
  - Take it and learn it, Pilot! /Держи, пилот! Изучай!/
  - Ну, спасибо братан. Уважил. Есть, что на ночь почитать.
   Забрал я пакетик с книжками и в самолет снова забрался. Добыл из сумки ноут, запустил и пока ХРюндель заводился, я госпожой Катериной любовался потихоньку. А она мной. Шутка юмора такая, если кто не понял. Она в озабоченной задумчивости пребывала. Запустил я Промт, в двух экземплярах, один настроил на перевод с русского на английский, а второй наоборот. И к Катерине с письменным предложением обратился. Дальше наше общение через Промт и происходило. Мы, как дети, отнимали друг у друга компьютер, соприкасались руками, плечами, ушами... и печатали, печатали...
  - Миссис Кэтрин...
  - Нет. Никаких Кэтрин, Кэт, и никаких прочих английских кошачьих. Меня зовут Катерина. Кирия Катерина. И не иначе.
  - Простите. Кирия Катерина, считаю необходимым в ближайшие дни, сходить в церковь и за упокой души господина Фокаиди помолиться. И свечку поставить. Не подскажете, в какой церкви это удобнее будет сделать?
  - А отчего вам за Теодора помолиться вздумалось?
  - Хороший был человек.
  - Иногда.
  - И самолет мне хороший оставил.
  - Так вы решились его купить? За указанную в объявлении сумму?
  - Да. Я покупаю этот самолет. Как он есть.
   Вынула она из маленькой сумочки блокнот и фломастером сумму написала. Чтобы уж однозначно определиться.
  - Мы правильно понимаем друг друга? Вы покупаете у меня этот самолет именно за эту сумму? 650 000 евро?
  - Да, госпожа Катерина.
  - Чудесно! Завтра мы совершим формальности, после чего заедем в церковь, где вы сможете выразить свою благодарность усопшему. А сейчас сюрприз. Мы будем пить кофе.
   За пилотскими креслами располагались две стойки. Откинула крышку правой, получился столик сантиметров пятьдесят шириной, под крышкой обнаружилась маленькая двухконфорочная электроплитка. Вдова ослепительно улыбнулась мне и нажала большую черную кнопку рядом с электроплитой. В хвосте затарахтело и к выходу из ангара потянуло выхлопом. Из нижнего шкафчика стойки была добыта пятилитровая пластиковая бутылка воды, и турка. А также пачка молотого кофе. Вода налита в турку, брошена щепотка чего-то из маленькой жестяной баночки, засыпан кофе и турка прижата пружинным зажимом к конфорке плитки. Еще раз одарив меня радостной улыбкой достойная госпожа Катерина расхвасталась:
  - Микроволновка! - И распахнула дверку среднего шкафчика. Потом повернулась к левой стойке и открыла верхнюю дверку:
  - Морозильник! До -18 градусов Цельсия.
  - Открыла нижнюю дверку:
  - Холодильник и бар!
  - А душ тут случайно не затерялся? - спросил я ироническим голосом. Катерина приняла вопрос на полном серьезе.
  - Да. Там, в хвостовом отсеке установлен проточный водонагреватель. От него душ выводится наружу. Она постучала каблучком по полу - а в багажнике два бака по сто литров воды и насос. Но сейчас баки пустые. Искупаться не получится. Если хотите принять душ, вам придется еще немного потерпеть.
   Вот такие шутки, мои дорогие маленькие радиослушатели. Тут с буржуинами о комфорте поосторожнее надо бы шутить. Они с такими вещами не шутят. Я представил подобную комплектацию удобствами на АН-2 и головой помотал. Ненаучная фантастика. А ведь цена делу - копейка. В сравнении со стоимостью самолета.
   Пока я удовлетворял свое детское любопытство, кофе поспел и был снят с конфорки. И разлит в маленькие белые пластиковые кружечки. А кнопка черная второй раз нажата. Движок в хвосте умолк.
  - Сахар?
  - Да, если можно. Пол-ложечки. А вообще-то я люблю с коньяком. Армянским. Или со сливками. Или со всем сразу.
  - А я без сахара привыкла. Черный.
   Я облизнулся и выхлебал божественный нектар в два глотка. Деликатничал. Там и один-то с трудом набрался. Кофе получился крепкий и ароматный. Арабика. А вообще-то кофей этот у меня аппетит разбудил зверский. И то сказать, с вечера не жрамши. А день уже опять к закату клонится. Тут телепатия заработала.
  - Хотите осмотреть еще что нибудь?
  - Нет. На сегодня достаточно, я думаю.
  - Тогда пойдемте.
   Сунул ноут в сумку. И к люку пригнувшись прошел. Она бабочкой легкой выпорхнула, и я следом. Выпал. Как мешок картошки. Затворили мы аэроплан на ключик, ключик мне на ладошку уронили, и поцокали по бетону, гордо подняв голову, выпрямив спину и волнуя окрестностями окрестности. Стою. Пялюсь. Королева! Опять этот подлец просыпается. Да, что ж такое-то! Господи, помилуй мя грешнага. На тебе щелбан! О, осознал! Побежал я кирию догонять.
   'Мерсик' стоял распахнув гостеприимно дверцы. Катерина ожидала меня подставив лицо ветерку. Подошел я, уселись мы в авто. Разговорились.
  - Отель Авалон, плиз!
  - No. Not to hotel. We will go to my house. You are my guest. You will live in my house. /Нет! Никаких отелей! Мы едем ко мне домой. Вы - мой гость. Вы будете жить в моем доме./
   Май хауз? Это к ней домой? Попался. И что, отказаться наотрез? Как это там, в Jagged Alliance, Хамус говоривал - "Не-знаю-что-делать"? Вот и я не знаю. И как спросить на буржуйском, удобно ли это будет, тоже не-зна-ю. Блииин! Да вези, куда хочешь! Хоть в ООН вези. Затянулась моя пауза на принятие решения. Могут не понять, или понять не правильно, что еще хуже.
  - Файн - говорю, наслушался сегодня уже этих файнов. - Везите на, куда захочете! Лэтс гоу! Только я за себя не отвечаю.
   Ослепила опять улыбкой и втопила газульку в полик. Резкая женщина. Ехаем себе, Катерина успевает и репортаж вести об окружающей вселенной, и машину. Я поначалу занервничал. Но потом пригляделся и заценил. Не всякий профи так водит. Четко, плавно, точно чувствуя дистанцию, инерцию и габариты тачки. Просчитывая все элементы движения, и предвидя действия всех остолопов на видимой части трассы. Успокоился я и прислушиваться начал, что она мне сообщить пытается. А она соловьем заливается, трещит и руками размахивает. Ни хрена не понял! Щоб я вмер!
   По баранье-внимательному выражению моих глаз, поняла она, что не в коня корм и полаконичней стала. Порядка на три. Тыкнет пальчиком в окошко и слово скажет. И я даже заулавливал чегой-то там. Влево:
  - Mediteranean Cosmos Entrance.
  И все мне доподлинно понятно сразу стало. Вправо:
  - EKAB SALONIKA PYLEA. Theodore died here. Тhird February. /Центр скорой помощи Салоника-Пилеа. Теодор умер здесь. Третьего февраля./
   Теодор. Дид - умер. Зерд фебрари. Понятненько. 3 февраля преставился.
  - That night there was a snow. Many snow. /Той ночью выпал снег, много снега./
  - Ночь и снег. И смерть. Очень грустно.
  - What?
  - And cold. И холодно.
  - Yes. It turns out to be you understand everything. / Да. Оказывается, ты все понимаешь./
  - What?
  - Means not everything! /Значит не все!/
  И засмеялась, чертовка.
  Опять ткнула пальчиком влево, в сторону городской застройки:
   - Pylaia!
  Проскочила под развязкой и ушла вправо от трассы Е-90. Дорога превратилась в извилистую неширокую двухсторонку. Исчез дорожный шум, исчез поток машин. Потянулись виллы и коттеджи. Все в зелени, все в запахах цветов. Рай. И шалашики, по сколько-то там миллионов. На перекрестке еще раз свернула направо и через километр торжественным жестом указала:
  - My house! /Мой дом!/
   Забегая вперед, скажу, что через три недели мы сввободно болтали на чудовищной смеси русских, греческих, английских и немецких слов, которые я подцепил у Катерины, припомнил из киношек "про войну", ну, и из курса английского в училище. А 'черт побери' я, кроме русского, знал только по-испански. Каррамба! И мы прекрасно понимали друг друга. Никто нас с ней не понимал. Кроме нас. Я даже заметил у нее частотный греко-русский словарик на три с половиной тысячи слов. И постепенно это проявлялось все заметнее. В общем, не буду я дурковать пиджен-инглишем. Буду рассказывать так, как я сам все воспринимал. Иначе надо писать другую книгу с названием - "Приключения лингвокретиноида в Греции и иных мирах". Точка.
   Да. Дом. Сема бы увидел - удавился бы. Я не буду. Мне здесь не жить. Так, погощу малехо, и в другой мир сдерну.
  
  
  История пятая. Фессалоники.
  
   Да. Вот так обстоят дела. Обкатаюсь машиной, и уеду. В неведомое. А красотка Катерина останется здесь. А ты как думал, Виталий Николаич? А чего ты хотел, чтоб она на шее у тебя повисла с радостным криком: 'Витамин, я ваша навеки'?! Размечтался! Слышь, Виталя, заруби ты себе на курносом славянском носу: дамочке нужно продать ненужный ей самолет. И это раз. Дамочке ты - нахрен не нужен, хотя бы по той простой причине, что на Алена Делона похож ты только лишь тем, что тоже одеколон не пьешь. И это - два. И только так. Так вот, прикрой раззявленное хлебало и тихонько устраивайся, где нить на лавочке. Ночи здесь теплые, комаров и жуликов практически нету. Как нибудь протиснешься по стеночке. Не графин какой. А дама будет жить в своем прекрасном доме, своей фантастически прекрасной, полной радостей и светских развлечений жизнью. Развлекая себя при случае светскими кобелями. Тебе-то что за дело? Чужой ты, Витамин, на этом празднике счастья. Ой-ой, да мы-ж ужеж ревнуем. Ой, да мы тут в страсти любовной усех перережемо. Уймись... пехота! Топай давай ножками, да не забудь про хлебало. А то птички нагадят...
   Пока я себя одергивал и морально бичевал, госпожа Катерина аккуратно заехала на газон перед особняком и остановила машину. Я было вылезти собрался, но решил погодить. Поскольку хозяйку встречали. Из кустов вылетел лохматый, давно не щипаный, но еще узнаваемый фокстерьер, и злобненько покосившись на меня, попытался в прыжке облобызать хозяйку.
   - Монморанси! Фу, нахал! Ты же меня всю испачкаешь, лапами своими немытыми. Опять за крысами охотился? Все утро шлялся где-то, я тебя с собой хотела взять, а тебя нет и нет! Отвяжись, говорю, хулиган лохматый!
   И все на чистом греческом.
   Пока поименованный хулиган исполнял танец собачьего счастья, я осторожненько, не делая резких движений, выбрался из 'мерсика' и в сторонке встал по стойке 'смирно'. Знаю я ихнего брата. Фокс - псина серьезная, несмотря на невеликий размер. Эвон, какой квадратненький да крепенький. Cамостоятельный. Вмиг без причиндалов оставит, ежели не по нраву придешься. Нет уж, я лучше пешком постою. Завершив пантомиму 'хризантема закрывает на ночь свои лепестки', образина проявила интерес и ко мне. Подошел, склонил на бок голову и вопросительно рыкнул, блеснув на солнце белыми клыками. Кого это, мол, черти принесли в мою конурку? И нахрена ты, кобелина, нам тут сдался? И не пора ли тебя уконтропупить?
   - Свои! - заявила Катерина.
   - Да какие он, нахрен, свои? - удивился пес. - Ты еще скажи, что замуж за него собралась! Лучше давай я его сразу кокну. И никакой мороки. А то, он же щас жрать запросит. А мне самому мало! Ну, сожрал я крысу. И что? Мою личную телячью вырезку этому, что ли теперь скормить? Щазз! Слушай, давай я его все же ликвидирую. А вырезку и сам слопаю за милую душу... Я же ее чую!
   - Свои! - подтвердила распоряжение кирия.
   Пес нехотя согласился с ней, подошел ко мне, задрал лапу и брызнул на запыленные кроссовки пару капель, зачислив тем самым в штат. Сволоченок. Как угол пометил.
   - Ладно, живи пока - тонко намекнул он мне. Да, смотри не борзей тут, а то я и передумать могу. Мало не покажется!
   И умчался за дом. За домом хлюпнуло и плеснуло водой. Купаться побежал!
   Я спросил кивнув вслед своему потенциальному убийце:
   - Монморанси, это из Джерома Клапки Джерома?
   - Да. Извините, господин Рю-джей-ник-офф. Он такой невоспитанный, такой агрессивный. Просто удивительно, как это он вас сразу в покое оставил. Костаса он, например, уже три года, с тех пор как повзрослел, в напряжении держит. А ведь тот друг дома, и часто бывал у нас в гостях.
   Она открыла багажник. Я подхватил вещички. Кирия Катерина, сделав приглашающий жест направилась к дому.
   - Пойдемте господин Рю-джейник-офф! Я покажу вам комнату. Или может быть просто - Виталос?
   - Да, кирия Катерина.
   - Тогда - просто Катерина. Без 'кирия'. Вы такой обходительный, Виталос. Такой начитанный. Это такая редкость в наше время! Вы сами будете летать на самолете, или наймете пилота?
   'Мама, я летчика люблю! Мама я за летчика пойду! Летчик высоко летает, много денег получает...' Ой, мама! Да что ж это она, так меня облизывает? Неужели боится, что передумаю и откажусь от сделки? Да ну, чушь! А где ж тогда собака-то зарылась? Не может такая женщина на меня глаз положить. Ис-клю-че-но! Этого не может быть потому, что этого не может быть ни-ког-да! И не хрен мне мозги пудрить! Ладно, сочтемся ужо. Но! Марку-то держать надо. Сделал левую ручку кренделем.
  - Катерина? Прошу вас!
  - О! Благодарю вас! Вы, вероятно, офицер?
  - Бывший.
  - Бывших офицеров не бывает. Как не бывает бывших львов.
   На правом плече рюкзак и ноут, в правой - чумодан по траве елозит на колесиках. В левой - Катерина. Мул я. Не человек. Но кавалер! Этого не отнять. Десять метров - не верста, продержимся.
   Катя на пультике кнопку надавила, в двери пискнуло и прошли мы в холл. Дама впереди, как положено, вдруг там под половичком ямку выкопали? Полумрак, прохлада. Я чумодан на пол уронил мимоходом, и рюкзак рядышком привалил. Катюшу это чем-то огорчило, Катюша извиняться принялась:
  - Простите, Виталос, однако я уволила прислугу неделю назад. Вам придется нести багаж самому.
  - Ничего страшного - ответил я даме улыбкой. Потом заберу. Просто хочу осмотреться. У вас красивый дом! Уверен - это следствие вашего дизайнерского таланта! Удивительно тонкий вкус, и чувство меры помноженное на чувство прекрасного. Ах, не смущайтесь! Право, вам есть чем гордиться! Мореный дуб. Классический стиль. Великолепно!
   Я те покажу, начитанного да обходительного! Интересно, хватило ей, или еще добавить? Машу каслом...
   - Боже, какой чудесный портрет. Восемнадцатый век? Ваш предок? Я не ошибаюсь? Вы удивительно похожи. Овал лица, разлет бровей. Гордая осанка. Гордый взгляд. Чувствуется порода. Перепутать не возможно.
   Есть контакт! Прониклась. Грудь заволновалась, и дыхание сбилось. Я такую пургу могу неделями нести. С перерывами на ужин и сон. Надо будет - добавим. Вот такой я неискренний и циничный подлец. А то, ишь чего удумала. Комплименты мне делать. Я же и уверовать могу, чего доброго. И проснуться бритым. Не выйдет. Не на таковского напала, хыщница.
   - Идите за мной - улыбнулась Катя переварив наконец порцию лести. И на лестницу пошла. Ну вот, опять. Опять она впереди и все что у нее позади у меня перед глазами раздваивается. Садизм какой-то! Так, ноут с плеча долой, используем как прикрытие. Не надо ей видеть, как меня легко из равновесия можно вывести. Никчему ей такое знание меня. Многия знания - многия печали. Обойдетеся, кирия Катерина. Уфф! Вот и мой апартамент. А, правда, неплохой вкус у тетки Кати. Солидно, удобно и без излишеств. Гостиная, кабинет, спальня, ванная, удобства отдельно. Необходимо и достаточно.
  - Вам нравится, Виталос?
   А что ж голос-то такой, будто ее действительно волнует мое мнение? Ну, сказала бы из вежливости. А ей вроде и вправду интересно, нравится ли мне. Ну, нравится, че те еще-то, кроме денег с меня надо? Убить кого и в море утопить? Тонну героина из-за моря привезти? Аленький цветочек подогнать? В реку прыгнуть, голыми руками золотую рыбку поймать и в ручки подать? Ох, Катя, Катя. Будь ты попроще, и к тебе могут потянутся люди. Я, в частности. А то, как по минному полю с тобой.
   - Разумеется, да! Но иного и ожидать невозможно!
   Стоим близко, почти касаясь, и улыбаемся друг другу. И я с испугом осознаю - тянет меня к ней! Сильно. И между головным и спинным мозгами нешуточный конфликт разгорается. Спинной тупо хочет овладеть и размножаться, а головному - подозрительно как-то все это. Мысленным пинком под зад отправляю спинной мозг в дупу. Однако, надо разруливать ситуацию. Беру ее ладонь в свою. Приподнимаю к губам, касаюсь кончиков пальчиков, глядя в глаза. Вздрагивает. Зрачки расширяются. Появляется в глазах налет легкой паники и растерянности. Потом она несмело делает шаг назад, пытаясь отнять руку. Но совсем несмело, и ладонь остается в моем распоряжении.
   - Разве в вашем личном мире хоть что-то может быть не совершенным?
   - Виталос, вы неподражаемы! Однако, я оставлю вас на некоторое время. Не желаете съездить со мной, поужинать? Я знаю чудесный ресторанчик на набережной. Там очень тихо и уютно. Туристы там вечером - редкость. Я очень часто бываю там. Поедете со мной?
   Отпускаю, наконец, ее руку и утвердительно киваю.
   - Вы очень любезны Катерина, и я с удовольствием воспользуюсь вашим предложением. Кстати, я не ел уже почти сутки и очень голоден.
   - Бедный мой! Тогда через полчаса спускайтесь в холл. Я буду готова.
   Думай, голова, думай! Я тебе еще одну шапку куплю. В конце концов, вряд ли она в состоянии сделать мне предложение, которое мне не понравится и от которого я не смогу отказаться. Ну, допустим, предпримет она что-то такое. Эдакое. Так на меня где сядешь - там и слезешь. И пройдет кирия Катерина сексуально-пешеходным маршрутом. А было бы жаль. Лучше бы ей не делать мне таких предложений. Тааак штааа, будем внимательны и галантны. А по ходу пьесы все встанет в свои места.
   Теперь кое-что давно назревшее в унитаз, потом быстро в душ, сменить покрышки, немного одэколончику для приятного аромату. Готов.
   Теперь важное. И где тут сеть? А вот за шторой сетевая розетка. Ноут на стол, шнурок в гнездо, есть сеть. Зашел в "Яндекс-почту" и подготовленное еще дома, письмецо отправил, только название города вписал:
   "Уважаемый господин...бла-бла-бла... Для практического обучения по программе пилота-любителя пилотированию самолета Cessna-208B, в соответствие с предварительной договоренностью, прошу направить пилота-инструктора, владеющего русским языком в город Салоники... Мой номер телефона... Оплата за обучение в размере 6000 евро перечислена мною на указанный вами счет. Расходы по проезду к месту обучения и обратно, а также проживанию летчика-инструктора оплачивает принимающая сторона". Готово письмо. На мыло его. В город Эссен. Германия.
   Блиин! Как жрать-то хочется. Бегом вниз.
   Катерина тоже, если можно так сказать, переоделась. Колор прежний. Как и у меня. Низ прежний. Верх стал откровеннее, блузка без рукавов, и с немалым декольте. Комаров тут на них нету. Шляпа с широкими обвисшими полями и неизменным клочком вуали. Ох и Катя... Хороша! Пропадет моя душа. Беру ее смело за руку и веду к авто на посадку. Усаживаю деликатно за руль с отворением дверцы и прочими ужимками. Пытаюсь сесть сам. Облом. Место рядом с водителем занято наглым фоксом. Стоит на задних, уперевшись передними в панель и уступать место гостю не собирается. И че делать? Нет, надо бандюгана на место сразу ставить, а то решит, что он главнее и в шестерки меня определит. Задних сидений нет. Хочешь на переднем? Да без проблем. Подцепляю его за задницу, сажусь на сиденье сам и опускаю пса себе на колени. Все быстро, спокойно, решительно, как так и надо. От такой бесцеремонности псина фигеет и теряется. Вроде и не согнал с законного места, а вроде его как бы и поимели. Делает вид, что иного он и не ожидал и устраивается поудобнее на коленях. Не хочет конфликт раздувать или рассчитывает отыграться? Ну-ну. Попробуй. Ты меня в стаю принял, а кто тут главнее разберемся еще. Не сумлевайся!
   У кирии глаза стали гораздо больше, чем были. Значительно.
   - Однако, вы Виталос, умеете обходиться с собаками. Такого Монморанси не позволял еще никому. Вы - очень смелый человек! А с дамами?
   - Я надеюсь, мы с ним подружимся, правда Морсик?
   От такой фамильярности Морсик дара рыка лишился и изумленно уставился на меня.
   - Слышь ты, борзый. Ты как меня назвал? Ты вконец охренел чоли?
   - Ну, не Мурзиком же мне тебя звать? - и я ласково потрепал оторопевшего собачку по холке. За светскою этой беседой Катенька выехала на дорогу и привычно втопила педаль. Меня прижало к спинке, Морсика - ко мне, и мы обнялись как озябшие братья.
   - Слышь, корешок. Морсик! С тобой на, разговариваю, или ответить западло? Твоя хозяйка всегда такая деловая, или это я на нее так дурно влияю? Она вообще при делах?
   - Ты за базаром-то следи. Какая такая? Какие дела? Ты вааще о чем? А так, по гамбургскому счету, ты на весь мир дурно влияешь, жаль, я тебя сразу не кокнул. Понял ты, кандидат в жмуры?
   - Побухти у меня, салага, побухти. Дам пенделя, и полетишь ты знакомится с Герасимом, близким другом Кондратия. Про Муму слыхал? А тоже ведь банковать пыталась. И где она теперь? Что это с нею случилось? То-то! Так, что не выступай, а то печенки не дам!
   - А где печенка? - пес заинтересованно попытался завилять обгрызком хвоста.
   - Спокуха пацан! Усе будет.
   Если кто подумал, что с собакеном мы общались вербально, с помощиью русско-греческого разговорника, так ошибся тот человек... Общение у нас с Морсом сугубо ментальное, так сказать телепатическое. Я ему слал мысленные телеграммы, он же мне сигнализировал вилянием хвоста, шевелением ушей и характерной лыбой. Но несмотря на ограниченность коммуникативных средств взаимопонимание получалось удивительно высоко информативное. С полуоскала, так сказать. Мы друг другу я вно нравились. И, воссиявшая над миром наша взаимная симпатия, росла и укреплялась.
   Катя терок наших не замечала, резво погоняла тачку и минут через тридцать, пару раз вильнув по закоулкам, мы выскочили на набережную.
   Солнце уже садилось и на набережной было многолюдно. Катя свернула к неприметному домику, зарулила во двор, где уже стояла на маленькой парковке тройка машин и остановилась на разметке. По узкой лесенке вдоль стены мы поднялись на плоскую крышу, где под решетчатым навесом, плотно затянутым виноградной листвой стояло десяток столиков. Морсик гордо шел впереди. Судя по его вальяжным манерам, он тут тоже завсегдатай. Прошли в закуток, скрытый в дебрях растущей из длинных, высоких ящиков лозы и уселись за столик.
   - Виталос, вы не против, если к нам присоединится моя подруга? Обычно мы ужинаем вместе.
   - Нисколько не против.
   - Через минуту другую она должна подойти, кстати, она понтийская гречанка, из России, из Херсона, и прекрасно говорит по-русски. Очень веселая и общительная дама. Ее муж служит механиком на круизном теплоходе, но вчера он ушел в плаванье, недели на три. О, вот и она.
   Катерина помахала рукой поднимавшейся по лестнице даме весьма полноценных пропорций. Назвать ее толстухой было бы не верно, но лесенка под ней поскрипывала жалобно и цветастое легкое платье на ней, по-моему, тоже. Потрескивало. Деваха подошла и расцеловала моего бизнес-партнера в щечки. Как положено, расцеловала, без этих идиотских причмокиваний возле и около. Звонко и дружелюбно расцеловала.
   - Привет, Катерина!
   - Привет, Зойка!
   - Ты с кавалером?! Рыба в море потонула!
   - Он - мой гость. Он покупает самолет. Знакомься - его зовут Виталос. Он из России.
   Я привстал, кивнул головой и представился:
   - Виталий.
   - Привет Виталий! Я - Зойка! Ты откуда будешь? - Весело и бойко затараторила Зойка по-русски и рухнула на обреченно скрипнувший стул.
   - Тюмень.
   - Это, где нефтяные короли ездят на северных оленях? В Сибири? Ты тоже нефтяной король? Купишь мне бриллиантовое колье?
   - Нет. Я даже не барон.
   - Опять я без колье осталась. Уже заказали что-нибудь?
   - Нет, ожидали тебя.
   - Катерина! Ты же знаешь, что мне заказывать! - и замахала рукой пожилому подвижному толстяку.
   - Эй, Димитриос! Привет милый! Принеси нам как обычно. И вина белого сразу. Я пить хочу.
   Подошел трактирщик, полный усатый загорелый дядька, с веселыми глазами. Привет, красотка! Мое почтение кирия Катерина! Добрый вечер, молодой человек. Что хотите скушать?
   - Гафф! - раздалось из под стула Катерины.
   - О! И ты здесь, уголовник!? И тебе привет. А для вас, молодой человек, что принести? - Димитриос вежливо кивнул мне головой.
   - Вообще-то я котлетки из кальмаров люблю. Приготовите?
   Зоя быстро перевела.
   - Зачем тебе котлетки? Давай я тебе осьминога с вином принесу? Через пять минут будет. Очень вкусно! Я себе приготовил, только скушать не успел, тебе отдам. Ты голодный совсем! Я вижу!
   - Кириэ Димитриос! Я успел задолжать кириэ Монморанси полкило свежей печенки. Не поможете расплатиться с долгами?
   - Для нашей псаротаверны нет невозможного, хотя печенка и не наш профиль.
   Опаньки. Псаротаверна. Вероятно, псам вход разрешен. Недаром Морсик тут себя так вольготно чувствует. Зойка заулыбалась, как луна на небе.
   - Вита...ха-ха...лий! Ты не понял! У нас в Греции псаротаверна - это рыбная таверна. Но тут готовят и все остальное: и кальмаров и осьминогов и мидий и все такое. Хотя для русского уха звучит прикольно.
   Из под стула нагло блеснули глазенки:
   - А ты ничо, фраерок! Теперь по жизни мне печенку будешь должен.
   - А пенделя не хочешь, молодой военный? Обожаю наблюдать за фоксами, летящими по глиссаде в сторону моря. Муму тоскует в одиночестве.
   - Чо забыковал-то сразу? Совсем шуток не рубишь?
   - Слышь, салага, завтра в 14:00 явишься ко мне в апартамент. На тримингацию. Или на тримингование. Выбирай вариант по своему вкусу, что тебе больше нравится. А может, тебе дисбат устроить? Пора, пора тебя познакомить с воинской дисциплиной, что суть 'строгое и точное соблюдение всеми военнослужащими порядков и правил, установленных законами и воинскими уставами', обрати внимание.
   - Ну, ты точно охренел! - и Морсик сделал вид, что падает в обморок.
   Тут в нашу беседу вклинилась Зойка.
   - А что это вы там переглядываетесь, с этим киллером? Ты Виталя, с ним поосторожнее, Зверь, а не собака. Недавно к нам с Катериной албанцы здесь какие-то привязались, ой, сколько крови было! Ой, как он их драл! Ой, как они орали!
   Зойка мечтательно закатила глазки, но развить героический эпос не успела. Рядом со столиком возник Димитриос с двумя подносами, и с ним паренек, груженый аналогично. Они быстро рассортировали товар по потребителям и, пожелав приятного аппетита, бесшумно исчезли.
   А мы дружно от благ сих вкушать принялись. Судя по размеру тарелки, Димитриос точно свою порцию отдал. Немногим та тарелка до колеса от 'жигуленка' не дотягивала. Когда я первый азарт сбил и стал уже интересоваться окружающим, винца пригубил:
   - Зойка, а что хоть пьем-то?
   - Это 'Самена' с острова Самос. У Димитриоса его там родня делает, он самое лучшее закупает. Нравится тебе?
   Раз такое дело, надо тост сказать, а то как-то не по-русски. Подлил дамам, себе добавил, и таки сказал:
   - За прекрасных дам! За здоровье кириэ Димитриоса и его семейства. За прекрасную Грецию! - и мне даже похлопали. Когда Зойка перевела.
   Недоволен был только Морсик. Никак ему пайку его не несли. Запрыгнул он на свободный стул возле меня и принялся жарко и часто дышать, пристальным взглядом провожая и мысленно тщательно пережевывая каждый проглоченный мною кусок, и нервно же при этом облизываясь. И его печальный взгляд не оставлял сомнений в том, что считает он меня законченным подлецом.
   От самоубийства на почве нечистой совести спас меня телефон, заумиравший в кармане. Звонить он начинал звонко и радостно, затем постепенно терял тонус, и заканчивал уже на ноте почти трагической. Извинился я перед обществом, отошел в сторонку, разложил 'Моторолку' и услышал приятный мужественный голос -
   - Господин Ружейников? Виталий Николаевич?
   - Да. Это я.
   - С вами говорит Александр Бат. Я буду вашим инструктором. Вылетаю завтра рейсом LH5932 с прибытием в Салоники в 16:35 местного времени. Вы сможете меня встретить?
   - Да. Разумеется, Александр. Разумеется, встречу.
   - Прекрасно, буду рад с вами познакомиться. До свиданья.
   Отменно. А по-русски-то господин Бат не хуже меня говорит. Не успел я за стол вернуться, из ничего снова возник Димитриос. В руках он держал блюдо со свеженькой печенкой размерами сравнимое с моим. Тазик был поставлен в уголок, и Морсик стремительно, но аккуратно освободил столовый прибор от содержимого. Потом тщательно облизал блюдо, явив нам на дне собственный цветной лик, выполненный в стиле древнегреческой фрески, и окруженный греческими же письменами и удовлетворенно облизываясь, завалился под стул кирии Катерины. Зойка, заметив мое любопытство, перевела надпись - 'Победитель крыс, похититель осьминогов и убийца страусов - Монморанси с Хиоса, сын Ареса и внук Пирата'.
   Весь вечер Катерина была очень молчалива, односложно отвечала на Зойкины вопросы и иногда задумчиво поглядывала в мою сторону. Я чувствовал себя не в своей тарелке от ее взглядов и к общению тоже не особо стремился. Поэтому, как ни старалась Зойка, но растормошить нас или вытащить меня на танцульки не удалось ей. Зойка собралась обидеться, но вскоре подошли какие-то знакомые, числом с дюжину, и на танцульки утащили уже ее. Катерина сказала, что завтра хлопотный день, и что нам пора. Мы попрощались с обществом и уехали.
   На обратном пути я попросил Катерину помочь мне завтра встретить господина Бата. Катерина просьбе удивилась, и сказала, что это само собой разумеется. А как же иначе? И спросила, где тот собирается жить? И я решил, что будет лучше, если инструктор займет мой номер в 'Авалоне'. А то неудобно получится. И сам гость и других гостей сосватал, вроде как цыган с цыганятами.
   Морсик по дороге вел себя культурно, разговоров не разговаривал, свернулся калачиком у меня на коленях и сыто посапывал потихоньку. Когда к дому подъехали, он сразу проснулся и умчался в кустики. Эх хорошо быть кисою, хорошо соббаккою... где хочу - пописаю, где хочу по... Да. Катерина ушла к себе, а я в душ залез и остудился слегка. Все же непривычный климат и ночь слишком теплая. И вообще меня в жар и пот кидает, когда кирия Катя близко.
   Потом из окошка послышался всплеск, подошел я к нему да и выглянул посмотреть, что это там такое булькает. И встал столбом. Катя купалась в голубой воде небольшого бассейна, подсвеченного изнутри. Топлесс. И небольшие крепкие груди с черными сосками задорно торчали чуть в стороны. От цивилизации на ней оставался только черный лоскутик стрингов. Вероятно, дань трауру. И ничего на ней более не было. Удивительно светлая кожа, практически без загара. Это же оттого, что она по ночам купается, сообразил я наконец. И продолжил любоваться. Было чем. Сложена тетя Катя была канонически, в полном соответствии с заветами Ивана Ефремова. Ни намека на модную субтильность, от которой последние пятнадцать лет я шарахался как правоверный от буженины. И ни одного грамма излишнего веса. В Маки-Дональдсы она точно не забегает. Я любовался, а она все плавала, все ныряла. Плавала и ныряла она замечательно. Легко переныривала десятиметровый бассейн три раза, туда и обратно, и вынырнув, очень мило отфыркивалась. Не заметить меня на фоне освещенного окна было трудно и меня, естественно, очень быстро обнаружили. Катерина без тени смущения помахала рукой:
   - Виталос! Идите скорей, вода просто чудесная! Не надо стесняться. Просто идите сюда.
   Я человек дисциплинированный и командам подчиняться обучен без рассуждений о пользе или вреде оных. Сказано - бежать, бежим. Сказано - лежать, лежим. Сказано в бассейн - в бассейн! Принарядился я в плавки купальные, и устремился.
   Встретились мы у выхода на задний двор. Я открыл дверь, а там кирия Катерина, в чем мать родила, практически. Чуть не зашиб я кирию. Остановила она мой упругий бег, упершись ладошками мне в грудь, и проскользнула в дверь под лестницей. В подвал, наверное.
   А я в бассейн сходу нырнул, дабы одну бестолковую голову в чувство привести. Понырял, угомонился, а тут и Катя вернулась. В одной руке кувшинчик глиняный, оплетенный, немалого объема. В другой пакет. Поставила она кувшин на столик под тентом, из пакета стаканы узкие, стеклянные вынула и на стол выставила. Звякнули они певуче. Нет ребята, не стекло это. А как бы, и не хрусталь. Достала из пакета поснедать чего-то. Фрукты, сыры и всякое такое. Тоже все на столе разложила. И меня пригласила вина попить. Жестами и мимикой.
   И стали мы с Катюшей пить вино, на краю бассейна сидя и болтая в нем ногами. И разговоры разговаривать. О погоде поговорили. О видах на урожай маслин. Знатный будет урожай! Искупались. Снова вина попили. Поговорили про вино. Катя объясняла, что вряд ли я такое вино, где еще попробую, и рассказала, что это старинный хиосский 'Ариусиос', очень дорогой и на сегодня практически исчезнувший. Сейчас его пытаются восстановить на Хиосе, но производят пока очень мало, а она пользуется родственными связями. Выяснилось кстати, что родилась она на Хиосе, в Салоники приехала учиться на медсестру. Выучилась, работала до замужества в хирургическом отделении, где и подружилась с Зойкой. Искупались мы снова, и снова вино пить принялись. И опять беседу завели. Выяснили, почему парижские кафешки - 'Бистро' называются. Очень она удивилась, когда узнала, что русские, если бы хотели Европу к рукам прибрать, еще в 1814 году ее прикрутить могли бы, не особо напрягаясь. И вино попивали. Очень вкусное. И снова купаться полезли. Подал я ей руку, чтобы из бассейна помочь выбраться, а она меня обратно в воду сдернула, хулиганка. Я, натура мстительная, попытался в отместку поокунать ее с головой.
   Ускользала она и тоже меня притопить пыталась. Баловались мы так, да и не заметили, как поцеловались. И увлеклись. Да так увлеклись, что и не заметили, как случайно сделали ЭТО. А когда заметили, то из воды выбрались и снова ЭТО сделали. Уже преднамеренно. Потом опять вина попили и на звезды смотрели, до чего они яркие и какое их множество. Порассуждали, что в городе такого неба не увидишь, и опять сделали ЭТО. А потом пришел Монморанси, искупался вместе с нами и обломал весь кайф. И мы решили немного поспать, и в дом пошли. Только совершили тактическую ошибку, когда на лестнице затеяли немного поцеловаться, и вышло так, что снова мы ЭТО сделали. Прямо на ступеньках. Когда отдышались, то стали спорить к кому в спальню идти. И я победил в споре. Грубой физической силой. Взял ее на ручки и понес, как ребенка в свои апартаменты. В койку. Вот. А там мы еще несколько раз делали ЭТО. Пока не уснули наконец, на рассвете.
   А если вдруг кого любознательность одолевает без меры, бывает ведь, когда любознательность просто житья человеку не дает, то таким особо любознательным могу порекомендовать к просмотру очень познавательный польский фильм. Очень детальный и поучительный. Называется он "102 интимные позы". Там красочно и подробно показано и рассказано на прекрасном польском языке все, что мы делали. И гораздо больше в фильме показано того, чего мы не делали вовсе. Или делали не совсем так. Или совсем не так. Уверен, что просмотр этого шедевра киноиндустрии полностью удовлетворит любознательность даже самых-самых любознательных. С уважением... и т.д.
   Проснулся я от песен будильника выспавшимся и свежим. И спал-то всего ничего, а выспался на удивление хорошо. Катерина спала, прижавшись ко мне спиной, зарывшись головой мне под мышку и обнимая мою руку. В ногах тихо похрапывал Морс, валявшийся на спине и разбросавший конечности в разные стороны. Это он наш сон хранил, таким образом. Лежа на страже нашего покоя. Идиллия, ей Бо! Прихлопнул я крышку мобильнику, и потихоньку, стараясь никого не потревожить, выбрался на волю. Побрился-помылся, пребывая в некоем обалдении от произошедших со мной нежданных приключений. И поскольку спинной мозг сыто порыгивал и пытался удовлетворенно чесать задницу, то головной одновременно озадаченно чесал репу, внутри которой и пребывал в совершенном офигении.
   Но нашелся еще один недовольный орган, который толкнул меня на поиски "чегобызажевать". Поиски были недолги, в правом крыле на первом этаже обнаружилась прекрасно оснащенная кухня, а в ней - старательно и изобретательно набитый холодильник. Мама мне говорила, пока жива была, царствие ей небесное, что скромность украшает человека, и я ей всегда верил. Поэтому старику Лукуллу может быть то, что я изладил на сковородке из пятка яиц, зеленого лука и англицкого бекона, и показалось бы профанацией высокого искусства кулинарии, но в сочетании с хорошей порцией кофия, мне показалось вполне своевременным и достойным паллиативом его неумеренным излишествам.
   Разложил я глазунью по тарелочкам, засыпал свежим укропчиком и лучком, разлил сваренный кофеек по чашечкам, фарфоровым почти до прозрачности, водрузил на поднос и понес, имея целью подлизаться к кирии Катерине. А то кто знает, чем для нее утро отличается от вечера.
   Компашка еще спала. Подкрался я к лежбищу с Катиной стороны и подул на кофе. Носик кирии учуял, смешно зашевелился и потянулся в направлении источника запаха, увлекая за собой все остальное. Морсик тоже отреагировал моментально, размашисто зевнул и сунулся к тарелкам, однако бестрепетной рукой был за шкирку отправлен под кровать. Катерина распахнула глазки, поморгала, слабо улыбнулась, и завладев чашкой отхлебнула глоток. Потом сказала, что я ей приснился. Потом спохватилась и, смутившись своей милой наготы, прикрылась простынкой. Я хоть и старался не пялиться нагло, только плохо мне это удавалось. А Катерина смущалась все сильнее.
   Поэтому, видя такое дело, покидал во внутряной шкап по скоренькому яишню, выхлебал кофе и обратил, наконец, внимание на то, что с меня пока вежливо, но уже настойчиво пытаются стянуть штаны. Морс всем своим видом выражая негодование, вцепился в штанину, и явно собирался вправить мне мозги:
   - Слышь ты, командор хренов, а личный состав кто кормить будет? Гомер, на? Понаразвешал тут слюней, а верный собакен, на боевом посту глаз не сомкнувший, с голоду пухнуть должен? Короче, или мы немедля вместе идем принимать пищу, или ты идешь голым в Африку индивидуально!
   - Извини, старина. Моя ошибка. Пошли вниз, а то ты вишь, как хозяйку наглым своим взглядом засмущал, кобель бесстыжий! И не стыдно тебе, так вот на голую женщину пялиться? А еще, блаародный!
   - Ты тут с больной головы на здоровую стрелки не переводи. Кто хозяйку всю ночь кувыркал? Папа Карло с Буратиной? Я за ночь всю округу обрыскал, и как назло, ни одной течной подруги. Так бы и покусал тя, паразита! Че ухмыляесся? Думаешь не завидно?
   - Ох-ты ну-ты лапти гнуты! Твое дело собачье - караул нести, а не за влюбленными подсматривать.
   Пес, вприпрыжку скакавший вокруг меня по лесенке, остановился и укоризненно посмотрел мне в глаза:
   - Вот ни стыда у тебя начальник, ни совести нету.
   - Да, это так! - согласился я с Морсом. Теперь уже - нету. На том месте - перец вырос!
   Ведя задушевную телепатическую беседу, спустились мы на кухню, где на верхней полке холодильника лежали приготовленные порционные шматы телятины, грамм по четыреста. Покромсал я один ножиком на куски, чтобы Морс не давился, и предложил вниманию уважаемого кириэ. Оказать внимание мясу тот согласился весьма благосклонно и завтрак смел с аппетитом. А я себе еще порцию яишенки сварганил, и тоже употребил. Когда кирия Катерина к нам на кухню снизошла, мы уже с Морсом не разлей-вода были.
   - Нам пора собираться, Виталос - объявила Катя счастливым голосом. - В десять часов мы должны быть в моем банке - Black Sea Trade & Development Bank. Вас этот банк устроит?
   - Разумеется кирия Катерина, совершенно устроит. Поскольку мне глубоко фиолетово, через какой банк проводить платеж. А позвольте поинтересоваться, вы сказали в "моем банке"! Значит ли это, что Черноморский торговый и так далее, принадлежит вам?
   - Ну, что вы, Нет, конечно! Банк просто обслуживает мои счета. Мой счет, точнее. У нас с мужем была маленькая фирма, занимавшаяся морскими грузоперевозками, в которой ему принадлежало 67 процентов, и 33 процента - мне. И два небольших контейнеровоза. Впрочем, это уже неважно.
   Она плотнее запахнула короткий черный шелковый халат, по которому ползали красные китайские драконы, и зябко передернула плечами.
   - Может быть, позже я вам и расскажу, если вы не утратите интереса. Виталос, как долго вы рассчитываете пробыть в Салониках?
   - Уже прогоняете? Мне нужно пройти переучивание на новый для меня тип самолета. Думаю, это займет недели две - три. Вряд ли дольше.
   - Так мало? Но, все равно, эти недели вы будете жить здесь. Со мной! - и Катя нежно покраснела.
   Я взглянул на мобильник и поднялся:
   - Как скажете, кирия Катерина. Однако, если мы не хотим опоздать в банк, нам стоит поспешить.
   - Как вы звали меня ночью? Кать-ень-ка-Кать-ю-ша? Мне очень понравилось. Кирия Катерина - слишком сухо, когда мы вдвоем.
   - Как скажешь, Катенька-Катюша - и поднял ее на руки и понес... И как понес!..
   В банк мы чуть-чуть не опоздали. Катюха такой слалом устроила на дороге, что ей свистеть в след не успевали. И умудрилась ни разу не нарушить правила. Заметным образом. Мощно шла. На все 350 'мерсиковских' лошадей. Ее красный Mercedes-Benz SLK 32 AMG R170 проявлял чудеса маневренности и приемистости. Тормоза поражали хваткостью и краткостью тормозного пути. Все-таки пять секунд на разгон до ста км - это что-то! Да в умелых руках. Мотало нас с Морсиком в привязных ремнях, так только за челюстью следи, чтобы без языка не остаться. Но рано или поздно все кончается, и в 09:55 'мерсик' замер напротив входа в упомянутый банк, на ВИП-стоянке.
   Морс без сил завалился на сиденье, оставшись укарауливать тачку, а я слегка пошатываясь, попытался догнать кирию Катерину. Дабы двери ей отворить. Поднялись мы в лифте на третий этаж и в "кибенет" какого-то менеджера среднего звена зарулили. Встретили нас там менеджер этот и ее поверенный в делах при переводчике. Встретили приветливо, ничего не скажешь, принялись напитками угощать и делать Катерине комплименты.
   Показали бумаги, произвели среди нас разъяснительную работу, расставили над "i" все точечки, потом попросили меня рассчитаться и расписаться. Созвонились с моим российским банком, я сказал кодовую фразу, чем подтвердил трансфер. Отдал я банкирам карточку свою, повертели они ее, и так и сяк, и приборчику в щелку скормили. Приборчик мне передали и велели пин-код и сумму перевода набрать. Я и набрал. И кнопку Ентер надавил. Пискнул приборчик, и стал я обладателем,.. слушайте-слушайте и не говорите, что не слышали,.. вожделенной Цессны-208B, бортовой номер сякой-то. Вот и все. Сбылась мечта идиота. Как говорил великий Остап-Сулейман-Берта-Мария-Бендер-Бей. Теперь у меня есть личный самолет. И нету денег. На остатке 136600 евриков, с вычетом авиабилетов.
   Уважаемые господа убедились, что трансферт прошел, стали нам с кирией Катериной руки целовать и пожимать, кому что полагается, не забыв при этом слупить с кирии 2 процента "за услугу". Кирия тут же сумму еще куда-то загнала, и осталось на ее счету, я в распечатке приметить успел, 16500 евров. Не густо. Кирия победно и дерзко, всеми тридцатью двумя, ухмыльнулась своему поверенному и, подавая мне руку, сказала господам на прощанье:
   - Надеюсь, господа, на этом наши дела улажены. Все претензии ко мне сняты. Желаю здравствовать!
   Сцапал я бумаги, нам положенные, и повел милую на выход. Прочь из этого гнезда чистогана. Прочь! Вниз на лифте не поехали, пешком пошли. На бельэтаж спустились, и тут я Катю придержал:
   - Айн момент, майне фрау Катерина! Мне перевод сделать необходимо срочный. Я вчера немножечко нечаянно капельку наврал. Хочу немедленно исправиться. И к операционистке подошел. Вынул из кармана карточку с реквизитами получателя, и стал с ней взаимопонимания добиваться. Пяти минут не прошло, как все она поняла и с карточки моей на счет авиационного учебного центра в Эссене 6000 евро перевела. Вот и еще один шаг к цели. Вернул кредитку на место и обратно Катю за руку взял и вон повел.
   Пока мы в банке том раскидывались деньгами, Монморанси оклемался, и горделиво восседая на водительском месте, улыбался прохожим. Прохожих это почему-то слегка напрягало, и они обходили 'мерсик', стараясь держаться на приличном расстоянии от Морсика.
   - Ваши планы, Виталос, не изменились? Вы по-прежнему хотите посетить церковь?
   - Да, Катенька-Катюша. Я думаю, это будет правильно. Я к нему, к Теодору то-есть, чувство признательности испытываю. В том числе и за то, что встретил тебя.
   - Вы верующий, Виталос?
   - Не совсем простой вопрос, Катенька-Катюша. Скорее агностик и скорее да, чем нет. Кто-то из наших патриархов в телевизионной проповеди сказал по-моему так : "Если ты веришь в добро, значит, ты веришь в бога". В добро я верю, крещен по православному обряду, как всякий нормальный православный атеист. Вот и суди сама.
   - Не буду я тебя судить!
   - А и не надо. Поехали свечку поставим, да помолимся за упокой души кириэ Теодора.
   - Тогда я тебя в старинную церковь повезу, еще в византийские времена построенную. В храм святой Екатерины. Оценил? Пристегнулся? Поехали!
   Ехать оказалось недалеко. Сразу за банком Катерина свернула на уютную тенистую улочку, обозвав ее "Тсимиски и Вензелоу" и помчалась по ней, спотыкаясь на светофорах. Проскочили справа от Министерства Северной Македонии, вот так вот, почтенного вида здание в стиле нашего обкома. И чуть погодя свернули налево на Олимпийскую. Ну, блин как из дома не уезжал. Катя живет на Ανατολής - ул. Восточная. Очень мило и просто. Мама моя жила на улице Широтной, которая пересекается с улицей Олимпийской. И Восточный проезд - тоже есть. С Олимпийской свернула на улицу Тасмадос, и через минуту припарковала машину у храма.
   Да. Это не вчера построили, уж точно. Храм из красного кирпича, за века верами обточенного. Выглядел храм как-то простовато и одновременно величественно. Внушал, короче.
   - Морс на месте, остальные за мной - скомандовала Катерина, и мы зашли в храм. На колени бухаться я не стал, свечку купил и у какого-то угодника прилепил. Насчет молитв всяких тоже не копенгаген, только и помню, что символ веры. Вот его и прочел полушепотом. И отсебятины добавил, мол, прими Господь Теодора Фокаиди в царствие свое. Земля ему пухом. И веришь - нет, легшее на душе стало. Ну и за свои дела, тоже случай не упустил, у Господа поклянчить. Оно, конечно, ОН подсуживает тому, кто и сам, сложа руки не сидит, но ведь подсуживает же.
   Пока я халтурил, Катерина взялась за дело по-серьезному. Помолилась с толком и знанием программы и церкви деньжат подкинула. Ну и я не отстал. Тоже раскошелился на пару сотен. И вышли мы из храма как говориться "духовно возрожденные".
   Сообщил я Кате, что еще одно мероприятие мною на сегодня назначено и спросил, где тут специализированный магазинчик имеется. Для собачек. Нашелся такой магазинчик в собачьей парикмахерской. Сюда, в парикмахерскую эту, Морсика в молодости возили. А потом перестали. Уж больно кусаться стал горазд и парикмахеры тутошние связываться с ним отказались. Особенно после того, как Теодор преставился. Совсем пес запущенный сделался. Купил я инструмент нужный, и домой поехали. К Кате домой, разумеется.
   И там я первым делом, за фокса взялся. Эх, и давно я не брал в руки шашку! Почитай с детства, когда у меня свой такой же звереныш был.
   - Эй, салага, почему стрижка не уставная? Трендюлей захотел? Ну-тко пошли-тко в перукарню. Буду из тебя, охламона, человека делать. А то стоишь и ухом не моргаешь, смотреть противно. Молчать! Команды "чесаться" не было! За мной, шагом марш! Твою кровать!
   Морсик доверчиво проследовал за мной. Наивняк! Искупал я его с собачьим шампунем, просушил феном и привел в апартамент. Поставил на табурет по стойке "ровно", расчесал как барана, на два прохода. Еле продрался через колтуны. И ощипывать полегоньку принялся.
   - Эй, генералиссимус, ты это чего удумал? Это ты зачем? Что за комиссия, создатель! Да больно же, мать твою! Укушу! Падла буду, укушу!
   - А мы тебя за жвалы придержим. Терпи щегол! Бог терпел, и нам велел!
   - Вот ты сам себя и ощипывай, садюга! Раз тебе терпеть велели. А я не потерплю! Я вольный кобель! Айяяяя! Уюююроюю! Ну, а там-то зачем? Там же и не видно почти. Вот по-честному, укушу!
   - А я и намордничек припас! Выбирай - терпеть или унижаться! Зарос ты как слон. Хуже рядового Абашидзе. Стоишь тут попугаем и еще каркаешь! "Бакенбарды должны быть по верхнему срезу ушей". А у тебя? Ты в зеркало посмотри, нет, лучше не смотри! Потом посмотришь. Когда будет на что.
   - Да я и так был, хоть куда. Ой, больно, больно мне! Да не виноват я, что она из меня прет!
   - В армии виноват не тот, кто виноват, а тот - кого назначат. Так-то вот салага! Ну, вчерне, вроди ба... И еще вот здесь... немножко...
   - Прокляну!
   - Ну, наконец-то в тебе начинает просыпаться военный человек. То, что ты говоришь, понять совершенно невозможно.
   Отодвинул я его на середину табурета, осмотрел дело рук своих. А ничего вышло. Нормальненько. Морсик с недоумением разглядывал свой круп и возмущался -
   - И ты хочешь сказать, что вот эта щипаная курица и есть эталон боевого фокстерьера?
   - Ну, эталон, не эталон, но... зато не жарко. И грязи с тебя меньше будет.
   - А вот за это ты, командир, не кручинься. Грязи я те нанесу в любом виде.
   - Свободен, триммингованый! Щас искупаешься и поймешь, насколько тебе легче жить стало. Недельки через две - повторим.
   - Чо! Снова!?
   - Не журись, молодой военный. Уже легче будет. Или опять хочешь зарасти, а потом - чтоб как сегодня? Чтоб опять три часа с тобой мучались?
   - Это кто тут мучался?
   - Мы!
   В этом месте нас Катерина навестила. Осмотрелась с удивлением, руки мои на мне, не отгрызены, потолок и стены кровью не заляпаны, и Монморанси не узнать. Обозвала меня зачем-то волшебником.
   - "Та шо вы, я тильки вучусь..." - жаль, хвоста нет, повилять смущенно.
   - Пойдемте обедать, страдальцы. - Катя, соблазнительно вильнув попкой, исчезла за дверью.
   - Пошли, горемыка, награду вручу за долготерпение и кроткий нрав, - сказал я Морсу, распихивая "заготовленную" шерсть по пакетам. Ну, а как с такими нахалами еще обходиться? Приходится быть гораздо нахальнее. И награждать. Вкусным полезным сыром.
   Оказывается, кирия бывшая миллионерша неплохо готовит лично. И это радостное открытие привело меня в расстройство чувств. Уж больно все тут складно складывается. И встретили меня воистину, как родного. И крыша мне над головой комфортная. И трехразовое мне питание из хозяйских ручек. И сама хозяйка мне в придачу, в полном объеме полная страстной неги. А у кирии какие-то проблемы, это же очевидно. А кто эти проблемы будет решать? Как она на поверенного своего смотрела. Могла бы - убила взглядом. Ох, не нравится мне эта байда. Вот обласкали меня, пригрели. А потом попросят чего, совсем несложного. И скажут мне нежным голосом в романтической обстановке - мол, милый не окажешь пустяковую услугу? Мол, ты дружок, все равно завтра с утречка в Сибирь свою бескрайнюю улетаешь. Кокни, мол, на дорожку, адвоката этого противного. Чего, мол, тебе стоит? Это же такой пустяк! Кокнул гада, тушку в море утопил, и исчезнул в Сибири дикой. Кто тебя там найдет? А у нас тут одним жадным и подлым адвокатом сразу меньше станет. Уже польза для общества, и мне, кирии Катерине, мол, сразу хорошо сделается жить.
   Может так вопрос встать? Не исключено. Сколько подобных примеров в истории человечества? Сколько на женскую удочку дурачков отловлено? Мильен в прогрессии! Понятно, что пошлю я даму на хутор, за бабочками. Но это мне понятно. А ей, может быть, и нет. Паранойя? А и пусть побудет пока. Шоб була! "Не нравицца мне это. Мне вааще, ВСЕ, не нравиццо"! Да. Кроме Каравана и Катерины. Или, наоборот? Вот и сиди, и соображай пенящимся от гормонов мозгом.
   Покушали мы. Собрали со стола и помыли посуду, передавая друг дружке тарелочки, касаясь друг друга пальчиками и мило от того рдея. Оба вместе. Однако пришло время в "Македонию" ехать, господина Бата встречать.
   На звук заурчавшего 'мерсика', из бассейна примчался Морсик. И попытался с лету взгромоздиться ко мне на коленки. Мокрой своею задницей. Прямо на свеженькие вельветовые "ранглеры". И пришлось мне за пляжным полотенцем бежать. А куда ж без него, без Монморансика? Никак невозможно. Кто ж машину оберегать станет? Придется брать мерзавца с собой. Расстелил я на себе махровое белое полотенце, с надписью красивой - " Arts ritz carlton ". Знакомое такое полотенчико. Ну, точно, как мое... Красивый город, Барселона. Позапрошлой осенью погреться ездил. И спер полотенце. И халатик тоже спер. И как мне только, не стыдно. И ей. А еще госпожа, называется.
   В порту пришлось немного подождать. Рейс шел в расписании, но мы быстро доехали и сидели в маленьком полутемном баре, ожидая прибытия самолета. Я минералку пил холодную и покурить собирался, пока не спохватился. Вот, е! Я ж, сколько уже не курил? Это ж, как с из дому уехал! Это ж, вторые сутки уже идут. И не вспомнил ведь про курево, даже как-то. А может поднапрячься, да и потерпеть? Да бросить прямо сейчас? "Не курю - и не манит" - запричитал я про себя тантру-мантру - " А не манит - и не буду"! И сигарету вместе с пачкой смял, и в урну выкинул. А вдруг, сегодня как раз и получится бросить? И, чтобы отвлечься от никотиновой ломки, маленький допрос Кате учинил:
   - Катенька-Катюша, а муж твой, отчего помер?
   - Онкология. Поджелудочная железа. Ему сделали операцию, но слишком поздно. Он был очень здоровым человеком, а сгорел за полтора года.
   "Печальная история... По крайней мере, не насильственным образом отошел". - Это я про себя уже думал. И все равно, блудняк какой-то чую. Не все так просто у Катерины. Битва за наследство? А запросто может быть. И вообще, я ей не брат, не сват, и не родственник. Чего я изпереживался-то весь? Ну, встретились два одиночества, ну, по ходу пьесы костерчик развели. Бывает. Только костру-то моему потухаться не хочется, вот ведь, об чем разговор. С собой Катю позвать? Да ну, глупость, какая. Вон она, вся в шоколаде. Даже и не смешно. Ладно, допустим позову, и она откажет. Мне, что, хуже станет? Что так, что эдак. Не позову, так и не поедет. Или позову, а она не поедет. Я-то еду все равно по-любому. А вдруг согласится? Чем черт не шутит? Не! Чушь это полная. Поигралась она со мной в кувыркашки для разнообразия, и - "чао бамбино, сорри"!
   Объявление о прибытии рейса оборвало мои печальные раздумья, и мы отправились встречать дорогого гостя. Весьма дорогого.
  
  История шестая. Ночная жизнь в Салониках.
  
  
   В 16:50, сквозь пограничные и таможенные препоны, легкою походкой, одетый в легкую светлую рубашку и легкие летние брюки, сияя легкою улыбкой и легко помахивая "дипломатом" к нам играючи шел Александр Бат. В толпе прибывших пассажиров я его сразу опознал. Что-то в нем наше, российское сразу мне в глаза бросилось. И он меня тоже моментально вычислил. И плакатик заготовленный не понадобился. Оказался он крепким широкоплечим молодым мужиком, приятной наружности, с крепким рукопожатием. Высокий лоб с ранними залысинами, ясные серо-синие глаза, и все такое. Сразу мне этот парень понравился. Было в нем, что-то по-мужски надежное. И дружелюбное. Поручкались. Представились. Я даму представил. И о дальнейших планах с ним заговорил.
   - Номер в гостинице для вас, Александр Николаевич, забронирован. Однако если вы не устали, и у вас найдется желание, то прямо сейчас мы с кирией Катериной можем показать вам купленный мною сегодняшним утром, аппарат тяжелее воздуха, под названием самолет. Это рядом совсем, поскольку "Караван" прописан в местном авиационном клубе. Пойдемте?
   - Не может быть! Неужели он действительно настолько тяжелее воздуха? Как же он летает? - восхитился господин Бат. - Собственно, а почему бы и не посмотреть, с чем придется иметь дело. Время совсем детское. Ведите!
   Пока кирия Катерина вела нас знакомым уже мне путем к ангару, мы с Александром успели познакомиться чуть ближе. И с ходу перешли на "ты". Как оказалось - мы с ним земляки. Буквально. Родился Саня в Казанке, это райцентр такой, на юго-востоке Тюменской области. Село Казанское. Это мы в самые первые минуты знакомства выяснили. И прониклись симпатией взаимной. Когда пришли к ангару, я его уже Сашкой звал вовсю, а он меня... ну как обычно... Витамином. Судьба, однако!
   Что мне понравилось, так то, что когда мы мимо машины шли, Морсик свой пост не бросил. Сидел, смотрел унылыми глазами, как мы мимо проходим. Сжалился я, свистнул, и он весь радостный и счастливый примчался, обскакал кругом компанию, и с новым персонажем знакомиться стал.
   - Скажешь, поди, что этот тоже свой?
   - Свой! Нельзя его жрать!
   - Ну, я так не играю.... А жить он, где будет? При мне?
   - Нет. Сам по себе жить будет.
   - Значит и не друг и не враг, а так. И на фига он тебе нужен? Может, погрызть его маленько? Для вразумления? Не боись, командир, я его не сильно погрызу. Тяпну пару раз за икры, для профилактики, и отпущу...
   - Сказано тебе - нельзя его грызть! И что тебе неймется? Идет мужик, ни на кого не бросается, зачем его грызть? Сказано тебе - фу, значит - фу!
   - Ну, смотри сам... Но если он выступать начнет, только свистни. Махом угомоним...
   И умчался впередсмотрящим.
   - Самолета в ангаре не было. Самолет стоял на стоянке. Дверь в пилотскую кабину была распахнута, законтрена растяжкой. А из-под приборной панели торчала голубая задница синьора Чезаре.
   - Аве Цезарь!
   Задница волнообразно заколебалась, подалась назад, из под панели вынырнула седая голова, расплылась в радостном "чиииз" и сеньор спрыгнул на бетон.
   - Бон джорно! - поздоровался он с нашей компанией. А с кирией Катериной поздоровался отдельно, приложив руку к сердцу, совершив легкий поклон и шаркнув ножкой.
   - Мое почтение, кирия Катерина, счастлив Вас видеть!
   - Взаимно, Чезаро. Знакомься - это Александер, он будет пилотом-инструктором у господина Рюдж-ник-офф.
   - Бон джерно, синьоре Александер. Бон джерно, синьоре Витали.
   - И вам не болеть! - отозвались мы с Сашкой.
   - Самолет в порядке, к полету подготовлен. Только заправить осталось - доложился Чезаре.
   - Dio ti salvi Santa Maria Vergine Immacolata, caro signore, Cesare. Да хранит тебя пресвятая непорочная дева Мария, уважаемый синьор Чезаре. Видать давненько синьора Чезаре здесь и таким образом не благодарили, ибо в столбняк впал уважаемый синьоре. Не ожидал он от меня подобного. Я-то для хохмы выучил и ляпнул, а он, вишь ты, как близко к сердцу принял. Нет уж, тут на диком западе, поосторожнее шутками надо шутить... такой юмор тут не всегда уместен. "Такой хоккей - нам не нужен"! Мда...уж.
   Саня не обращая внимания на мои приколы, внимательно оглядел "Караван" снаружи и с сеньором разговор затеял. На немецком, что характерно. Даже завидно, все люди как люди, общаются между собой свободно и легко, невзирая на национальную принадлежность, и только я ни бе ни ме. Вот кто мне мешал, ну, хоть бы аглицкий выучить. Если по уму, то три месяца попыхтеть всего-то, и хоть на бытовом уровне, а все ж трендел бы. Бездарность ленивая!
   Саня ко мне обернулся и пальчики плотоядно потер -
   - А предъявите-ка документики, гражданин хороший! И на ероплан и на себя лично! Кто вы сей есть таковой, в авиационном смысле?
   - И паспорт проверить не забудь, и свидетельство о рождении тоже. А еще комсомольский билет с меня потребуй и уплату взносов проверь. Немчура несчастная.
   - Орднунг, есть орднунг! Гони бумаги, славянин.
   - Яволь, херр хауптман! - и поплелся я к машине за сумкой с ноутом, в которой документы держу. Принес, вынул, рассортировал и предъявил.
   - А ты откуда знаешь, что я капитан?!
   - А разве ты капитан?!
   - А чо, непохож?!
   - А дак, похож! Оттого и гауптман!
   Бумаги на самолет Сашка просмотрел быстро и без комментариев вернул мне. А потом уставился на мою летную книжку и свидетельство пилота-любителя на Як-18Т, как первый раз увидел. А может, так оно и было. И чем дальше смотрел, тем скучнее делался. Пока совсем хмурым не сделался.
   - И чо не так?
   - А все не так! Начать с того, что меня шеф изнасиловал, когда тебя учить отправлял. У меня жена с завтрашнего дня в отпуск уходит, и я с ней собирался. А меня сюда в приказном порядке отправили. Накрылся наш семейный совместный отпуск! Тазом из соответствующего металла!
   - Извиняй Саш, но это все-таки проблема больше твоя и твоего шефа. Я-то причем?
   - А проблема не в этом! Проблема в том, что мой приезд и связанные с этим семейные утраты не имеют смысла! Ты мне чего дал? Ты мне PPL дай! Private Pilot License. Где немецким, испанским, наконец греческим языком написано, или хотя бы английским по зеленому. А не русским по белому! С этой коркой ты здесь никто, и звать тебя никак! Документ должен быть валидирован в стране пребывания. Слышал такое слово "валидирован"? Я тебя с твоей ксивой даже в воздух не имею права выпустить самостоятельно. И как тебя учить? На пассажира? Это будет айнц! Теперь цвай! Мало мест для обучения более гадостных и сложных, чем аэропорт "Македония". Ты хоть представляешь себе, какое тут воздушное движение? Нет, ты не представляешь себе, какое тут воздушное движение! Тут такой трафик - мама не горюй! А вот и долгожданный драй! Можешь плюнуть мне в ухо, вот прямо тут, если ты владеешь радиообменом на аглицкой мове! Уразумел?
   Я слушал его и чувствовал, как мое сердце потихоньку валится куда-то в желудок. И далее.
   - И чо теперь делать?
   - А я те доктор? Соображать давай. Одно скажу - в Салониках делать нехрен. Надо искать место глухое и тихое, где к нам никакая падла не докопается, мля. Так-то вот, господин новорусскосибирский валенок!
   И Саня с досады совершенно некультурно плюнул мне под ноги. Обнаружив, что что-то идет не так в нашей беседе, в диалог включилась Катерина, и быстро перетерев на немецком тему с Сашкой, заявила -
   - Я знаю такое место!
   С этого момента у нас все поперло вдоль да наперекосяк, абсолютно непредусмотренным и незапланированным образом, обрастая по пути как снежный ком, всякого рода неожиданностями, но ко всеобщему таки удовольствию.
   - На Хиосе есть маленький военный запасной аэродром. Мы с Теодором иногда садились там, когда летали в гости к дяде. У дяди Димитриоса километрах в пяти большой дом на берегу. Он живет вдвоем с женой, его дети выросли и разъехались и как раз сейчас там никто не гостит. А дядя всегда рад меня видеть. Он меня очень любит и балует. И тетя Мария тоже.
   У меня как компьютер в голове сработал и я выдал:
   - Так. На Хиосе я знаю всего два аэродрома. Один так и называется 'Хиос', а в верстах двадцати другой, маленький. Называется Олимбой. Код ИКАО - LG56. Полоса - 10/28. Длина ВПП - 1015 метров, ширина - 27 метров, высота над уровнем моря - 200 метров. Покрытие - асфальт. Не освещается. И ничего кроме полосы там нет. Даже радио. Все.
   - А ты откуда все это знаешь? - изумился Сашка.
   - От верблюда. В этот год отдыхать там собирался, поближе к осени, вот и облетывал те места в симуляторе из любопытства. Я на Олимбой этот раз сто садился. Ну, и запомнил.
   - Так ты еще и 'симулянт' в придачу? Интересно. В стороне от трасс, никому не мешаем, никому глаз не мозолим, границ не нарушаем. А чо, годится. Когда перебираемся?
   И тут меня мысль посетила, умная - спасу нет. Вдохновение снизошло. Я немедленно возгордился, какой я умный, и раскомандовался. И меня все сразу стали слушаться. Сначала. Я в Сашку палец упер -
   - Так, ты сейчас звонишь жене, велишь ей трусы и плавки в чумаданы скидывать, все что нужно даме для культурного отдыха на морском побережье. Ну, и тебе пусть сандалики захватит. Потом договариваешься с диспетчерами, чтоб коридор дали... А где твою супругу удобнее подхватить будет? Ты ведь с Дюссельдорфа прилетел?
   - Да. От аропорта до Эссена 25 км всего.
   - Значит утрясаешь коридор до Дюссельдорфа и обратно. Или в Эссене тоже полоса есть? Оба вместе будете. Она отдыхать, а ты - вкалывать.
   Сашка иронически осмотрел мое одухотворенное тело и вылил на него ушатик освежающего:
   - Слышь, фюрер мирового авиапролетариата! Ты про границы между государствами слышал? Это такие линии на глобусе. И это тебе будет айнц! Самолет твой приписан к какому порту?
   - Аэроклуб города Фессалоники.
   - Правильно. И летает он под греческим флагом. Это будет тебе цвай! В воздушном пространстве Греции полеты частных самолетов производятся по упрощенной процедуре, то есть в уведомительном порядке. Подал флайт-план, уплатил за взлет-посадку, за услуги управления воздушным движением и валяй. Лети себе с богом. Но не дальше границы Греции. Это тебе будет драй. Ты пальчики-то не забывай загибать, а то со счету собъешся. А для международного перелета другая процедура. Чтобы до Германии долететь придется пересечь штук пять границ, если лететь над Евросоюзом. Болгария, Румыния, Венгрия, Австрия и Германия. Надо получить разрешение на пересечение каждой границы. Для этого опять же если у тебя есть шенген, а он у тебя есть, иначе бы в Грецию не пустили, подаешь флайт-план не позднее чем за два часа до вылета... и, наконец пройти таможенный и пограничный контроль. Это тебе будет фир. И при вложении некоторого ощутимого количества бабла можно такое разрешение получить. Кончились пальчики? А главное долго это. Рейсовым самолетом гораздо быстрее и проще получится. Все понял?
   - Все равно звони жене! - настырно сказал я. - К утру она сюда долетит из твоего Дюссельдорфа? Мы ее здесь подхватим и айда на Хиос!
   - Есть утренний рейс. К девяти утра сюда прилетает. - Сашка хмыкнул и достав мобильник отошел в сторонку.
   Тут на глаза мне попался сеньор Чезаре, и мой палец уперся в ему в живот:
   - Чезаре - ты с утра заправляешь птичку под пробки, а сейчас бежишь отпрашиваться у своего начальства в неоплачиваемый отпуск. В деньгах не потеряешь. Будешь отдыхать на Хиосе, присматривать за птичкой и наш договор исполнять. Все понятно? Исполнять!
   - Но, синьоре Виталис, у меня тоже жена... и дети...
   Полет моих валькирий прервала Катерина.
   - Виталос, синьору Чезаро не надо ни у кого отпрашиваться. Синьоре Чезаро мой служащий. Теодор нанял его специально для того, чтобы обслуживать 'Караван'. Синьоре Чезаро едет с нами. Не так ли, синьоре Чезаро?
   - Так. Ладно. Детей скока? Трое? Чтоб завтра к утру с заправщиком, багажом, супругой и детками был на этом месте. А сейчас домой - бегом марш! Исполнять!
  И с Катюхой надо бы устаканить до полной определенности...
  - Кирия Катерина! Как мне кажется, я невольно доставляю вам совершенно излишние хлопоты. И вношу в вашу жизнь элемент беспокойства. Полагаю это явной неделикатностью. Так ли уж необходимо, и не станет ли для вас тягостным пребывание в моей компании? Не будет ли благоразумнее для вас, кирия, остаться дома? Согласны?
   - Нет!
   - Как, нет?
   - Я лечу с вами!
   - А приличествующий знатной даме багаж?
   - А где ты изыскал знатную даму? Я вполне обойдусь одним чемоданом. Все необходимое для меня найдется у дяди Димитриоса. Дом на охрану возьмет полиция, я позвоню. Монморанси возьму с собой. Ты милый, видишь еще какие-то проблемы?
   - Кать, а Кать. Может все-таки останешься? Зачем тебе маяться с нами? Я там из самолета не буду вылезать. Почти.
   Совершенно неожиданно из прекрасного правого глаза Катерины выкатилась огромная горючая слезища. Потом следующая, из левого, и не хуже. Потом из обоих сразу по нескольку штук в бодром темпе.
   - Это не важно. Я хочу быть рядом. С тобой. Просто... возьми меня... с собой! Я вам кофе варить буду и гамбургеры стряпать. Должна же быть на борту стюардесса!
   По правде сказать, я растерялся. Едва с женщиной познакомился, как до слез довел бедняжку. Что ж я за слон-то такой, неуклюжий.
   - Да сколько хочешь, столько и поехали!
   Катя моментально просияла и бесстыжим манером зависла на моей шее изящно оттопырив ножку. Понятное дело, с поцелуями. Ладно бы только Сашка, он ее и не знает фактически. Но вот синьор Чезаре уронил челюсть столь низко, что по-моему на нее наступил. Взял я ее на руки, и в самолете спрятал от глаз нескромных, завидущих. Новый мне рекбус-кроксфорд разгадывать теперь. Да она че, ексель-моксель, влюбилась что ли?! Пипец! В меня! Ага! Прямо з пэршего взгляду! 'Я буду груб и смел с миллионершами, лишь дайте только волю, мужики!'.
   - Теперь, мое золотце, давай что-то с Сашкой решать. Отвезешь его в 'Авалон'?
   - Конечно. Это же совсем рядом с 'Македонией'.
   Вернулся Александр и сообщил, что жена его прилетит утренним рейсом. Сказал, что поругала его сначала, а потом обрадовалась, что вместе будут. Потом деловито залез в кабину, включил рацию и в нескольких словах обкашлял с диспетчерами утренний коридор на Хиос. Махнул мне рукой и объявил, что есть 'добро' на вылет. И меня сразу жаба придушила. Вот почему в России-то так нельзя? А? Потом мы в диспетчерскую службу с ним сходили. Сашка там быстро бланк полетного плана заполнил, отдал готического, что по раскраске, что по телосложению, вида девице, спросил где тут можно за керосин рассчитаться. Показали нам нужное окошко, я и проплатил за услуги и керосин. Когда шли назад, Сашка спросил:
   - А кто хоть она тебе? Фрау Катерина?
   - Продавщица. Я самолет у нее купил.
   - А мне показалось...
   - Крестись, если кажется, нехристь лютеранская!
   - Сам ты татаро-монгольский магометанин! Я в православной церкви крещен.
   - Ты ж тевтон!
   - И чо? Мы как при матушке Екатерине в Поволжье заселились, так вот с тех пор и православные.
   - А в Сибирь давно угодили?
   - А ты будто не знаешь. Да как Отец Народов решил, что нам в Поволжье нефиг отсвечивать, так мы и Сибирь освоили.
  Потом помолчав, тему сменил:
   - Нам если часов в десять с утра вылететь, то по прогнозу запросто можем в грозу угодить. Ее или обходить или перепрыгнуть можно попробовать. 'Караван' машина хорошая, одно плохо - салон не герметичный. Если на высоту погода загонит, придется в масках сидеть. Зря твоя продавщица с нами напросилась. И детки ещё...
   - А вот в этом месте могу тебя приятно удивить. Сей пепелац адаптирован для высотных полетов, ежели я правильно перевел с англицкого. И намордники нам не понадобятся вовсе, поскольку салон с наддувом. На шести тысячах давление в салоне как на трех.
   - Да ты че! Правда что ли?
   - Нет, это не есть правда. Я злонамеренно лгу тебе с целью извлечения профита из твоей доверчивости. Я тебе Мавроди из МММ? Чезаре! - завопил я, поскольку мы уже к самолету пришли. - Скажи ему, что зыс плэйн адаптид фор хай альтитьюд флай!
   - Си, синьор, хи ис адаптид! - и захихикал. Видно я, чо-то не так ляпнул. Да пошли они, басурмане эти.
   - Ну ты скажи! - Восхитился Сашка - слышал что такое делают, но не встречал. Это ж, лайнер, у тебя какой-то просто!
   - А тож! Фуфла не держим! - Горделиво ответил я и приосанился.
   - Это ж мы часа два выиграть сможем! Сразу тысяч на шесть залезем и если гроза не наваристая, то можем и над ней проскочить! Клево! - Сашка полез обратно в кабину осваиваться с нововведениями.
  
  А потом Катя его в 'Авалон' увезла, я самолет уже закрыл и сидел с Морсом на лавочке у ангара. Молчали. Мыслили позитивно. Вернулась Катя быстро. Уселись мы в машину, поехали в таверну к Димитриосу. Там и Зойка уже тусовалась, на месте уже. Я Сашке позвонил, узнать как он устроился. Сашке в 'Авалоне' одному было скучно. Зойка как про него узнала, оживилась необычайно и на 'Оппеле' своем за ним смоталась мухой. Не поленилась. Поужинали сами, накормили оглоеда шерстистого и отправили 'мерса' окарауливать. Он там на посту вверенном и придрых.
  А мы сидели в уюте, 'Самену' тянули полегоньку. Зойка меня расспрашивала обо всей моей жизни и Катерине перетолмачивала. Скрывать и стыдится мне нечего. Я все как есть и рассказывал, да байки авиационные травил. Зойка ржала в голос, Катя улыбалась, Сашка ей басни мои переводил, с комментариями. Потом тоже историю из авиационных хохмочк поведал. Теперь ржал я. Особенно потому, что был ее непосредственным наблюдателем. Поржал над тем, как все переврала народная молва, и Сашке фамилии действующих лиц уточнил. Он-то бомбер, а дело в нашем ТАПе происходило. Ну и правильную версию ему изложил. А Сашка насторожил ушки и уточнять полез:
  Ты мне лучше вот что расскажи. Ты по жизни вообще кто? В профессиональном смысле?
  - Ачинское АВТУ. Техник-лейтенант. Хотел в Барнаул поступать, да медики за повышенную лохматость бровей срезали. Ну, меня в Ачинск и сосватали, не отходя от кассы.
  - Да ты чо! А я как раз Барнаульское ВВАУЛ оканчивал. Командиром СУ-24М стал, до капитана дослужился.
  - А я думал ты и вправду - гауптман! А ты офицер Советской армии! И в Германии живешь!
  - Офицер Российской армии. В отставке. Значит, ты авиатехник? Ну и слава Богу! Хоть с теорией и матчастью проблем не будет. А то мне тут один инженер-лесовед, как-то попался. Вот это была песня!
  - Чо, неграмотный такой?
  - Нет, туповатый просто. Но с амбициями!
  - А чо из армии ушел? По Европам заскучал?
  - Нет, под сокращение влетел. Не нужны Расее боевые пилоты более. Ну и помыкался потом. Батя мой на Украине пенсионерствовал уже. Я к нему подался. С работой - голый васер. Там, на Украине с немкой познакомился. Она по линии ОБСЕ подрабатывала переводчицей. Ну, и поженились вскоре. Так вот при супруге в Германию и угодил. Переучиться пришлось на линейного пилота. Пятьдесят косарей истратил. Хорошо, родня немецкая отыскалась и помогла. Сейчас уже неплохо зарабатываю, и рассчитался с долгами. Ох, сколько я с языками намаялся, это мрак какой-то! Но преодолел! Хошь анекдот? В Эссене на симуляторе экзамены сдавал, в одном экипаже с пилотягой немецким. Он с "Торнадо" на пенсию вышел и тоже на гражданского пилота переучивание проходил. Вот мы с ним в один экипаж и угодили. Получилось кино и немцы! И вот уже пять лет тут летаю. На инструктора год назад обучение прошел. Теперь вас, балбесов обучаю.
   Я ему тоже поведал опупею мою, как из армии меня "ушли", как маршрут Владивосток - Новосибирск осваивал. Как по небу тосковал и на мотодельтике кувыркался с подружками-раскладушками. Как решил плюнуть на все и "Караван" купить. Да, типа, по северам порыскать в поисках приключений на ощущалово.
  Только про самое главное я умолчал. Про тот мир. Меньше знаешь - крепче спишь. Мы всей компанией долго еще сидели в таверне этой, винцо потягивая. Медленные танцы с Катериной танцевали. Ленив я для быстрого скока. И шептались с Катериной обо всем и ни о чем, понимая друг друга через раз на полтора, уточняя затем непонятное. И дотанцевались. Катенька, воровато оглянувшись на подружку, прижалась ко мне в танце со всей уже откровенностью и что-то важное мне на ушко зашептала, горячо и быстро. На греческом. Ничего-то я не понял, но она еще и ухо мое прицеловывала при этом. Кончился танец, я на место кирию проводил и сам сел. Сашка с Зойкой тоже подошли. Сашка веселится, как гиббон, анекдоты меня не веселящие выдает один за другим, вроде как зенитный автомат "Шилка". Зойку с хохоту ноги не держат уже почти. В Сашке она опору ищет. И, похоже, находит. Я же в глубокую задумчивость впал. Вот, сижу и гадаю - "ЧТО БЫ ЭТО ЗНАЧИЛО?!".
  Снова после хип-хопов медлячок залабали. Катя меня не дожидаясь проявила здоровую инициативу и вытащила в круг. Опять прижалась потеснее всем рельефом, и опять мне на ушко непонятное гонит. Руки мне на шею бубликом закинула и несдержался, нескромный я. Втихаря в угол потемнее утанцевали мы, и там целоваться с ней принялись. Вот в углу этом самом на ушко она мне и шепнула:
  - Мон амор!
  Вот по-французски я понял, приплыл, и в осадок тихо выпал. Простое такое французское слово она мне сказала, очень тихим голосом. Нихрена се! Она че, серьезно?! Ну все! Валидолу мне! Валерианны! Не откажусь и от корвалола. Инфаркт с миокардом отмачивать. Или мне лучше уже сразу аминазиньчика принять? Галопередольчику? Разрушает канал связи с космосом, блокирует чакры... способствует трезвости мышления... самое оно...
   Я ей на пальцах объясняю, что такого быть не может по определению. Кто она и кто я? Две сильно большие разницы! А она мои слабые попытки объяснить ей всю нелепость происходящего приняла за подлое недоверие, огорчилась страшно и тихо-тихо закапала на меня солененьким. Теперь мне еще и бюст промочить норовят. Переходим к водным процедурам, мои дорогие маленькие радиослушатели. Ой ты мама, мама дорогая! В самом-то деле! Проводить мелиорацию пришлось поцелуями, жаркими и страстными. Я по-французски-то не силен однако. По-русски ей сказал, что тоже, мол, души в ней не чаю. Аналогичным образом. И чувства питаю самые возвышенно-нежные к кирии Катерине. Потом для бащей доходчивости объявил Катюне английский эквивалент вышеизложенного. Едва успел я Катю в порядок слегка привести, только осушил ее горе, только убедил ее в полной взаимности чувств, только пуговку ей верхнюю на блузке застегнуть успел, как Сашка нам подвернулся.
  - Что голубки пригорюнились? Не поругались там?
  - Нет, мой заботливый! Мы, как бы наоборот! Уж так подружились... дальше некуда!
  На второй вечер объяснились. Это от неожиданности нахлынувших чувств. Не иначе. И ведь не соврал я ей. Имеются таковые. Но любовь ли это? Или же животное вожделение? Легко определить! Я от нее деток желаю иметь, или только на простынках кувыркаться в разнообразии? Да! Нет! Однозначно. Желаю с ней деток завести немедленно. Катать их на холке собственной, рассказывать им истории о добре и зле. По попке шлепнуть в случае провинности. Одеялко на ночь подоткнуть и все такое. Да я жить с ней желаю! Самым семейным образом. Наверное, не соврал. Ну да, поживем, увидим какой там у нее ко мне амур-тужур. Шутит поди. Или динамит по черному имея цель тайную. Сидим с кирией и молчим. Смотрим в глаза, улыбаемся.
  А Зойка с Сашкой отплясывают во всю дансы-шмансы быстрые. Пока не притомились вконец. Притомившись, они тоже на медляки перешли. И танцевали по долгу, очень вдумчиво и телесно тесно. В надежные руки Санька угодил. Не пропадет теперь в одиночестве. Если не попадется на горячем ловеласизме.
  Я Кате подмигнул, мы и смылись не прощаясь. Удивительно хорошо тут в Салониках южными ночами. Про комаров вообще молчу. Поехали мы с Катей на далекий дикий пляж. За город, где скалы и море. Где никого нет. Только море, только звезды и зарево огней над Салониками. Теплынь. Штиль. Вода, как зеркало. Тишина. Катя. Я. Шоб я так жил вечно! Мне хорошо с ней. Но спать домой все-таки поехали. Устала моя маленькая. Унес я ее к ней, раздел кроху, обцеловал всю и накрыл простынкой. И сам под бочок притулился не приставая. Морс опять попытался было в ногах пост занять, но безжалостно был с постели изгнан, выдворен вон, и двери я за ним запер. В полночь только уснули мы с Катей.
   Утречком опять я с кофейком подсуетился. Потом нагишом в бассейне окунулся, потом салатик настругал с маслицем. Легкий завтрак в постель любимой и к восьми утра были мы готовы к любым превратностям судьбы. Уложила Катя чемоданы, созвонились с Сашкой и поехали в аэропорт. Санек был уже у самолета, побрит-надушен и весь в светло-сером. С прозеленью. Бодрый и веселый. Занимался предполетным осмотром машины. Я хмыкнул и спросил про отель.
   - А чо отель? Рассчитался я с отелем. Держи счетец, гражданин воспитуемый.
   - Вот и славно. Чезаре видел?
   - Видел конечно. Мы предполетный осмотр уже провели. Все позиции по чек-листу. Спиногрызы его рассажены уже. Старшенькая у него, такая зажигалочка подростает... глаз да глаз за ней нужен. Сейчас заправщик пригонит.
   Чезаре приехал через минуту с заправщиком и под придирчивым взглядом Сашки принялся заливать тонну Jet-A1 в баки аэроплана. Шланг был толстый, дырка в заправочном пистолете широкая и дело быстро продвигалось. Топливо - это хорошо. Но и жратве подумать не помешает. Отозвал я Катю за самолет, под крылом с ней уединился:
   - Катенька-Катюша! Если ты в стюардессы записалась, то сгоняй-ка ты в буфет за харчами на дорогу? Не сочти за труд? Или, давай лучше, вместе сходим.
   - Да, надо обязательно каких нибудь гамбургеров взять!
   - Катенька-Катюша, если ты, записавшись ко мне в стюардессы, не позабудешь навеки слово 'гамбургер', то я немедленно тебя из стюардесс уволю! И буду бутерброды с карбонатом один кушать, а ты их кушать не будешь, потому, что ты будешь кушать гамбургеры вдали от моего самолета! Что, испугалась? То-то! Бойся меня! Когда я голодный! Съем!
  А она слушает и смеется, и знай себе целуется. Нацеловались мы по-быстрому воровским образом и скомкав финальный аккорд пошли продукты заготавливать. Бутерброды Катя покупать не стала, а зашли мы в служебное помещение и оплатили полетные рационы, что пассажирам стюардессы приносят. Набили добром этим два пятикилограммовых пакета и понес я их следом за кирией, идущей впереди гордо и легко. Носильщик, мля. Это дежавю? Или так уже было?
  Жена синьора Чезаре на Хиос не полетела, детишек ему сплавила и дома осталась, отдыхать от всех. Две девочки у Чезаре оказались 15 и 13 лет, Натали и Жули. И мальчишка, непоседа шебутной, брунет черноглазый по имени Бенито, четырнадцати лет от роду. Я в салон нос сунул и поплохело мне. Две кошченки тощих в юбочках до лобка, на месте не сидят, на триста шестьдесят градусов на шестистах оборотах в минуту на месте дырки сверлят. Мальчонка, братец ихный от них не отстает. И тарахтят все. Во главе с папочкой. Столько слов в минуту, с четырех сторон, одновременно... Ураган в сторонке курит. Они всегда так живут? Или временный приступ возбуждения у них? Связанный с предстоящим путешествием? Душновато в салоне стало и все наружу выскочили. А мы с Катей наоборот, взирать на духоту не стали, а стали продукты принесенные укладыват на хранение.
   Объявили прибытие рейса из Дюсселя. Хлынул ливень. Сашка убежал жену встречать, а мы перекидали все чемоданчики в 'собачий ящик' под самолетом. Минут через пятнадцать случилось явление господина Бата, конвоируемого стройной, очень симпатичной молодой дамой с зонтиком в полосочку в руках, приодетой в розовое легкое платице и красные туфельки на высокой тонкой шпильке. Сашка, толкал перед собой коляску с тремя чемоданами и большой сумкой. Два больших чемодана и один поменьше. Угадай-ка с трех раз, чей чемодан был маленьким? Подойдя к самолету, господин Бат с супругою деликатно постучали в распахнутую дверку.
   Подал я даме руку, чтобы помочь подняться в салон, однако торжественный момент знакомства был разрушен торпедой пролетевшей между наших с нею ног. Явился - не запылился. Что Морсик не запылился, это уж точно. Потому, что Морсик промок, как собака. И, как любой чистоплотный пес, попав в сухое помещение, он первым делом отряхнулся, как у них, у псов водится. Во все стороны полетели могучие грязные водяные струи. Нагло промок под дождиком и словил момент для жестокой мсти. И шерсти-то на нем осталось не бог весть сколько. Как он столько воды насобирал?
  Вот уж не предполагал, что немногословная, полная сдержанного достоинства кирия Катерина способна на столь звонкие проявления чувств! Возмущенный визг она завершила явно на верхнем ультразвуке. Однако же на виновника впечатления должного не произвела. По салону разошелся бодрящий аромат мокрой собачатинки. Приведя в порядок себя, и одновременно в полный беспорядок окружающих, лохматый бандит счел своим долгом обрычать гостей, зловеще выглядывая из-под меня и хищно выставив клыки на страх оккупантам.
   - Ну-ка, паренек горячий, уймись-ка по-доброму, пока обратно остывать на дождичек не улетел. Совсем мозги у тебя размокли? Облил тут мне всё и вся. И всех. Как с поролонового гуся, водищи-то с тебя. И порыкивает еще, как так и надо! А это мой самолет. Я в нем хозяин, а ты тут, вааще в гостях по блату. Может, ты хочешь нелегальным эмигрантом заделаться? Так мигом организуем! А кирии Катерине, я лучше котика подарю. Котики, они тихие, смирные. Водой не обтрухивают, на моих друзей зубы не скалят.
   - Нашел друзей! Э! Погодь! Как это твой самолет?! Всегда был мой, и на тебе! Теперь твой! С какой такой стати?
   - Так, я его купил!
   - Это, выходит, теперь ты, что ли главный? А нас с хозяйкой себе возьмешь или на мороз выкинешь? Е-мое! Дожили!
   - Да я и взял бы, если скандалить не будете.
   - Я не буду! Я согласный! Я послушный и верный! А Катерина, она, пусть сама решает, как захочет. Ты насчет котов только не шути больше. Не смешно. Ненавижу!
   - Тогда освободи проход. Дай зайти людям.
   - Пускаешь всяких, потом сервелат пропадет. А ну, как пожрут всё?
   - А кто это у нас тут был такой послушный?
   - Ну, сам смотри. Пожрут - так я не виноватый! Сам пустил.
   Морс, недовольно урча, поплелся на свое место, с которого был тут же Катериной изгнан, отчего недовольство его нисколько не уменьшилось. Я помог, наконец, даме подняться в самолет, принял у Сашки чемоданы, пропустил его и задраил люк. Повернулся и Катю рассмотрел. На Катю смотреть мне было, несмотря на скудное освещение, и печально и весело. Черный шелк платья промок спереди насквозь, облепил ее фигурку и оттенил все скрытые детали рельефа. Особенно удались скульптору острые вишенки на апельсинках. С Кати капало. Увидев и оценив непотребство, свежеприведенная дама решительно залезла в свою "мечту оккупанта". Выхватила оттуда красный купальный махровый халат и вручила кирии, и тем спасла мою хорошую от насморка, воспаления легких, менингита и, разумеется, лютой смерти от переохлаждения. Одновременно. Катя спряталась за шторкой в хвосте на переодевание, а мы с Сашкой в это время принайтовали баулы к бортам. Потом Катя вернулась в общество, и наконец, знакомство состоялось. Звали прекрасную незнакомку Корнелией.
  - Весьма к лицу мадам, Вам Ваше имя.
   Корнелия меня поняла, хотя по сути ничего удивительного в этом не было. Сашка же говорил, что она в Хохляндии переводчиком халтурила. Поблагодарила меня кивком за комплимент, и выслушать соизволила наши имена. В общем познакомились.
   Дама пребывала в состоянии некоей растерянной раздраженности. И, я ее понимал. Утро началось со скандала с милым по поводу угробленного совместного отпуска. Не успела дама привыкнуть к мысли об одиночестве, как на ночь глядя, милый звонит из неведомых далей и велит в упакованном виде к полуночи прибыть в аэропорт города Дюссельдорфа. Потом дама битый час ждет у моря погоды безо всякой определенности и в полной неизвестности. Потом появляется рассыльный как, чертик из шкатулки и, не говоря худого слова, преподносит в конверте билетик на ночной рейс в Салоники. По прилету ее на трапе перехватывает суженый и увлекает в недра служебно-аэропортовских закоулков. Потом непонятно за что отдает деньги непонятно кому, и продолжает марафон под дождем на улице. Попутно отняв у носильщика тележку, за пять евро - кешем. Потом, на вахте супруг долго доказывает дежурному полицаю, что никакие им билеты не нужны. И того, в смысле - полицая, совершенно не касается, почему он имеет лететь с супругою без билетов. Пока не догадывается произнести волшебное слово "частный чартер".
   - Всю ночь на нервах! Совершенно невозможный человек!
   Невозможный человек пытается чего-то даме разъяснить, косноязычно путаясь в причастных оборотах, но не преуспевает и запутывает дело еще больше. Спасение приходит от Кати. Катенька-Катюша усаживает разгневанную даму в кресло беспардонно отнятое у Морсика, вручает даме чашку замечательно горячей душистой "Арабики" и просто приглашает ту в гости к своим родным, на чудесный остров Хиос, для купаний и прочего приятного препровождения времени, в нашей теплой компании. Дама сбавляет обороты, вникает в ситуацию, тучи рассеиваются, и несмотря на плавно стихающее раздражение к нам на борт восходит солнце. Улыбка у фрау Корнели оказалась чудесная.
   Наконец к 09:45 по бортовым часам, все в лучшем виде устаканивается, Монморанси определен и водворен на разложенное раскладное кресло, и мы с Александром занимаем свои "чашки". А ведь мне от Морса тоже досталось - будь здоров! Пока стоял, особо не замечал, а как присел, все к тылу и прилипло. Мать его, собакена! Ладно, просохну потихоньку!
  
   В 10:00, наконец запустили двигатель. Уселся я в правое кресло, нацепил наушники и услышал -
   - Твое дело, курсант, сложить ручки на животике, ножки с педалек прочь убрать, сидеть тихо и следить за режимами. Запоминать. Я потом спрошу. И помалкивать в тряпочку, пока эшелон не займем. Второй, как понял, доложи?
   - Первый, вас понял. Выполняю.
  Прогрели движок, дали нам 'добро' на выруливание и покатили мы на тридцатьчетвертую полосу. В наушниках щелкнуло -
   - Второй, на рулении больше чем пятнадцать узлов, морских узлов, не веревочных, не допускай! Распну! А может быть и пару раз пну.
   - Принято! Не превышать пятнадцать!
   - Второй, повтори на английском!
   - Первый, у тебя штаны в полосочку, угостил бы папиросочкой!
   - Второй, не курю и не манит, и сроду не курил. Выполняй приказание, а то гальюн мыть сошлю. Тут есть, я видел.
   - Не курю и не манит, не курю и не манит, а если манит то не сильно, а если сильно то всех нахрен!
   - Второй, кто идет на хрен?
   - Первый, все желающие покурить!
   - Второй, все то же, но на английском!
   - Первый, в смысле фёрст! Ай ду нот вонт ту смокинг!
   - Второй, я от тебя уже плачу! Ладно, работаем.
   Выкатились мы на полосу, закрылки на десять в первое положение выпустили, получили со старта разрешение на взлет, РУД к панели, потом плавненько на себя, тормоза отпустили, вдавило нас в ложементы, потащило влево, выровнялись по полосе, разбегаемся. Сашка колесо триммера на себя немного крутнул, набрали 80 узлов, штурвал слегка пошел ко мне, отрыв! 10:20. Высота полста метров, штурвал от себя, скорость сто, закрылки взад, и сразу крен тридцать влево. На курсе 270 Саня выправил крен, и придерживая штурвал левой рукой, взялся за авионику. В навигаторе выставил код ИКАО "LG56", понажимал ентер, и на дисплее высветилась темно-синяя карта с красной полосой проложенного курса. Дистанция в верхнем правом углу -177 миль. Это он выходит, конечную точку маршрута сразу выставил. На дисплее автопилота накрутил 4100 метров, нажал на автопилоте кнопку ALT, нажал кнопку AP, переключил режим в положение NDB и повернул на HSI верньер выставляя курс. После чего сложил ручонки на коленочках, с видом удовлетворенным и собой вполне довольным. А самолет, ведомый автопилотом, слегка накренился влево, стремясь совместить проложенный курс с реальной траекторией полета, и продолжая при этом набирать высоту по 5 метров в секунду.
   - Саня, а чо ты напрямую, в Олимбой курс не проложил?
   - Чую, чую симулянта! Привыкли по прямой гонять! Тебе так охота над закрытыми для полетов зонами полетать? Я их тебе настоятельно рекомендую обходить. Иначе заставят сесть, а заупрямишся - свалят нахрен. Я потому вдоль побережья и не пошел, там закрытые для полетов зоны, базы военные сплошняком.
   - Да ну их в баню!
   - Вот и мне вояки эти триста лет не нужны. Мы 160 узлов по плану держать должны. Но тут все от ветра зависит.
   Сашка поговорил с диспетчером, оглядел горизонт и ткнул пальцем на 11 часов. Там километрах в шести помаргивал вращающимся красным маяком какой-то борт. Потом ответил диспетчеру что-то утвердительное и опять ко мне обратился, нажав кнопку внутренней связи -
  - Курсант! У меня в дипломате труд ночей моих бессонных лежит. Русско-английский разговорник для радиообмена. Чтобы через две недели от зубов отскакивало! Там немного, всего сорок листов мелким убористым почерком. Цени! На всем готовеньком будешь! Я там вообще все насущное собрал по авиационной тематике. А то ты и керосину-то купить не умеешь.
   Вот, зануда немецкая. А на хрена мне в земле обетованной-желанной английский разговорник? Хотя, с другого боку, там ведь не только русские заселились! Вот сажусь я, допустим, в каком нибудь местном Гондурасе. И что, мне совершенно по-русски скажут и ветер и давление? И цену на топливо. Ага, прямо с вологодским акцентом! А вот на английском, худо-бедно изъяснимся. Выходит и там мне язык понадобится, и потому - надо учиться. Пока дают на халяву! А то потом придется собственные шишки набивать.
   На 23 минуте после взлета забрались мы на 4100 метров. Сашка шагом винта вывел тому 1700 оборотов и газульку прибрал до 60 процентов мощности. В кабине стало ощутимо тише. И не орать уже, а разговаривать можно. Похоже, и тут Теодор руки приложил. Звукоизоляцию между двиглом и кабиной всандалил. Какой мужчина обстоятельный был! Вроде и мелочи, а тюнинг пепелацу вышел на загляденье. Скорость установилась в 128 узлов. Ветер встречный притормаживает, однако. Потянулся Сашок, заявил, что неплохо бы кофе хлебнуть и оглянулся -
   - О! Все как один спят. Доже эти, винтозадые. Ты глянь, и стюардесса спит наша, вместе с барбосом своим!
   - Ничего подобного. Они раздельно спят. Катя - на правом кресле, Морс на левом. Ты на стюардесску нашу, напраслину не возводи! Зоофилку он тут внезапно обнаружил!
   - Ну, я имел ввиду...
   - Оправдывайся теперь! Ладно, отработаешь косяк!
   - Вот! Сразу и прикрутить норовят. Слова уже не скажи. Испортились вы там все. Пропала Россия. Никакой либеральности на вас не снизошло. Все демократические страны на понос изошли, стремясь привить вам, диким скифам, либеральные ценности. А с нас, как с гуся вода. Не уважаем мы лиц нетрадиционной ориентации. Крайне подозрительны мы, и совершенно нетолеранты мы. Ужасно мы не толерантны. В любом либеральном слове мы пидорский подвох ищем и, что характерно, находим.
   - И это правильно. Чуть зазевайся - вмиг опустят. Задолбали пидоры!
   - Эк, ты их, нелиберально! Нетолерантно даже!
  И мы дружно и весело заржали.
   Морс потянулся лежа на спине, раззявил в зевке хлебальник и вскочил на кресле, виляя хвостом. На голове у него надета была шапочка на завязочках, защищавшая ушки от воя двигателя. Заметно было, что головной убор псу давно привычен и выглядел он в панамке своей донельзя забавно.
   - Морс! Колбаски хочешь? - виляние значительно ускорилось. Все что надо слышит, оболтус!
   - А дашь?
   - А то! Я бы и сам зажевал чего с кофейком. Конечно, дам, когда найду, куда добро хозяйка запрятала. В холодильнике пошарю, и дам.
   Отстегнул я ремни и встал с кресла. Морс одобрительно гавкнул и тем Катерину разбудил. Катя тоже зевнула, деликатно прикрыв ладонью рот, потом спохватилась, сообразила, что требуется, и бросилась суетиться. Закрепила на плитку кастрюльку побольше вчерашней джезвы, зарядила кофеем и холодильник открыла. Вынула вакуумную упаковку нарезанного сервелата. Отнял я у Кати сервелат, и между мужиками поделил. По честному. Себе половину и им половину. А Кате не дал. Фигуру, Катя, ее блюсти надо! Такую - особенно!
   Катя четыре рациона из холодильника достала, и три из них в микроволновку сунула. Морсик холодным обошелся. Десяти минут не прошло, как все мы дружно шевелили челюстями, прихлебывали кофе из больших пластиковых красных кружек "нескафе", ну кроме Морса, разумеется. Тот глядел на нас и облизывался, поскольку свою курочку слизнул, не глядя, и за нас теперь искренне переживал.
   Сашка, откушав, ушел осваивать удобства цессновские.
  
  Пока до острова Псара летели, везде тут собаки у них, Сашка рассказывал мне о содержимом кабины, подробно описывая приборы и органы управления. Вплоть до принципа работы трубки Пито. Подробно разжевал мне практическую работу с жпэс-навигатором. Оказывается в эту штучку запихали туеву кучу всякой наиполезнейшей инфы. Вот только польза от нее лишь на Земле присутствует. А в мирах неведомых - какой с нее прок? Спутников-то тю-тю! И выбрасывать - жаба не велит. Продам я вот цацку, и будет у меня вместо нее в панели дырка. Большая такая. И буду я той дыркой любоваться долгими-долгими перелетами. А вот не буду продавать! Из 10 килобаксов шубу конечно, сошьешь, а я вместо всяких Франкфуртов-на-Майне и прочих Манил с Каирами, впендюрю-ка туда фильмов всяких, и буду кино смотреть, пока автопилот рулит! И будет у меня шикарный 10 килобаксовый видеоплеер! Во-так-вот! Дурацкое это решение меня развеселило несказанно, и я заржал. Сашка прервался на полуслове и потребовал с меня объяснительную. Когда я ему рассказал в общих чертах, не вдаваясь в детали, основную идею использования Гармина, он ржал еще громче и дольше, чем я. Потом покрутил пальцем у виска и заявил, что пути богатеньких, придурочных буратин неисповедимы. И велел именно так и поступить, в надежде, что одним из таковых скоро в мире станет меньше. И поскольку я позволил себе вопиющую бестактность, размышляя во время урока верховного гуру о всякой ерунде, и пропуская мимо ушей ценные и полезные сведения, которыми он со мной столь щедро делится, то вчинил мне гуру экспресс-допрос по пройденному материалу. Напугал слона капустой! Тему я знал, разумеется, и принципы работы приборов и всяких ручечек-кнопочек-тумблерочков изложил обстоятельно. Сашка покивал головой и решив, что я все же не так безнадежен, каким с виду кажусь, продолжил прерванную речь.
   Саня решил, что пора применять полученные знания на практике, и велел настраивать навигатор самому. Повернул я верньерчик по часовой, и открылось мне окно с аэропортом назначения. Нажал кнопочку на малом верньере - замигало название 'OLIMBOI' тогда я малый закрутил и букву 'O' назначил первой, потом опять большой по часовой шевельнул, курсор на второй символ перескочил. Я опять маленьким букву 'L' назначил. Потом на третью перевел и уже 'I' выставил. И так, пока OLIMBOI не сложил. Теперь надо Ентер нажать, ага, код ИКАО 'LG56' и внизу надпись 'OLIMBOI', высветилась. Теперь кнопку со стрелочкой тыкнем и снова Ентер . Активировать? Само-собой! И еще раз в Ентер тыкнул. И птичка сразу на вираж пошла. Без спросу. За спиной что-то брякнулось, возмущенно тявкнуло и обратно в кресло забралось. Собачку на пол уронили!
   'Караван' улегся на курс 129 и крылышки выровнял. Катенька опять проснулась, и организовала нам снова кофейку. Хорошо быть пилотом международных линий! Сашка опять за теорию взялся и на этот раз рассказывал о практическом пилотировании 'Каравана'. Я слушал и помалкивал, поскольку Сашка подавал материал образно, с примерами из летной жизни, в том числе и личной. Открывал он мне давно известные и совершенно мне ранее неизвестные истины под неожиданными углами зрения. Талантливым учителем оказался капитан Александр Бат. Можно сказать, с огоньком и вдохновением учил. Потом экспресс-экзамен мне учинил по пройденному материалу. А потом море начало кончаться.
   - Шура! Ты летал над Нюрнбергом?
   - И че? Ну, летал, и дальше летать надеюсь. У тебя жена, в Нюрнберге брошенная? Че ты за Нюрнберг разволновался?
   - Не! Это я, ею брошенный, над Эгейским сейчас обретаюсь!
   - И че? Передать ей привет от тебя из Эгейского моря? След путаешь?
   - Заколебал с этим Нюрнбергом! Не в ем дело.
  - Ха! В Германии публика вообще на 'гробах' летать учится.
   - Не понял?
   - Чего тут непонятного? Фирма 'GROB' выпускает учебно-тренировочные самолеты. Вот на них люди и учатся летать. А вообще-то слово это переводится как 'брутто' или 'грубый'. Выбирай, что больше нравится.
   - Мне мой 'Караван' больше нравится!
   - Мне он тоже нравится!
   - Не отдам! И не проси!
   - Да мне не насовсем, мне только покататься! Ладно, шутник, дальше слушай.
   Сашка рассказывал, я слушал и старался запоминать. Минуты складывались в часы, часы превращались в пройденные мили и чашки кофе, которые нам периодически выдавала кирия Катерина, бесшумно возникавшая за нашими спинами. Когда до Псары осталось 50 миль, Саня приготовился снижаться.
  - Второй! Доложи, как рассчитать дистанцию снижения?
   - Первый! Ну, эта... А я только по ПВП, визуально садился и выше 1000 метров никогда не летал!
   - Нихрена-се! Как все запущено! Кто тебя только учил?
   - На Як-52 и Як-18Т - Володя Палей, 42 часа. На АН-2 - Верочка Сидорова, часов двадцать. Только я 'Аннушку' всего раза два сам сажал. А Як-12 вообще только раз. Такого козла отмочил будьте нате, не поломал, слава всевышнему.
   - Это в 'Ялте' что ли? Я же их всех там знаю! Я, как в четырнадцать на мопед "Верховина" сел, так с Ишимского аэроклуба до самого училища не вылезал. С тюменскими мы постоянно пересекались. И прыгали вместе часто на соревнованиях. И так общались.
   - Ну да. В ней, родимой. Где ж еще-то?
   - Так ведь грамотные все пилоты! Что ж не научили?
   - А на фига? Где ты в России больше тысячи наберешь? Низзя любителям мелкой авиации!
   - Слушай тогда. Делов-то. Мы на высоте 4100 метров. Какое время займет снижение до 600 метров? И какое расстояние пройдет птичка за это время? Не забудь учесть альтитуду ВПП. Ну, смекнул?
   - Так, скорость снижения зададим 5 метров в секунду. Это 12 минут потребуется. Идем на 140 узлах, и за 18 минут пройдем 42 мили.
  - Арифметик! Просто Архимед какой-то! Все проще - Высота в сотнях метров - дистанция до начала снижения в милях
  - Выходит, надо снижение начинать чуть раньше, миль за 45, чтобы запасец по высоте был, а там в горизонтали можно подтянуть. Вдруг диспечер на круг отправит.
  - Точно. Это они запросто. Внимане, подходим к Псаре!
  Пока снижались, опять разговор завели. Он мне лекцию по способам захода на посадку, применительно к 'Каравану' кратенько зачитал. Про боковой ветер целую речь задвинул, как со сносом бороться: лучше всего крен заложить и педалькой вираж компенсировать. И не надо бояться, что крылом земельку зацепишь, 208-я - высокоплан. Зато можно прямо по осевой машину вести, получается куда удобнее, чем под углом к полосе планировать и в момент касания пепелац доворачивать.
   Сашка мне разрешил за штурвал держаться и ноги на педали поставить. Чтоб, значит, вникал я потихоньку и память мышечную нарабатывал. Так, что 'и мы пахали'... и садили!
  
  
  
  
   Связался он с диспетчером аэропорта Хиос, объявил о намерениях, запросил погоду и, объявив о снижении, включил посадочные фары. Когда по показаниям навигатора до аэродрома осталось 24 мили, он отключил на автопилоте поддержание заданной высоты, подобрал газ до 40 процентов мощности, плавно воткнул сектор шага к панели, и пощелкал на штурвале триммером руля высоты вперед. Самолет резво пошел вниз, быстро набирая скорость. Разогнав машину до 135 узлов, Саня начал полегоньку подкручивать триммера обратно пока вариометр не показал скорость снижения 5 метров в секунду, потом чуть добавил газа и вывел стрелку измерителя скорости к 140 узлам. Вышло у него это ловко и быстро, не хуже чем у автопилота. Машина не рыскала, не раскачивалась по тангажу, шла ровно. Любо дорого смотреть. Мне бы так научиться!
   Тут и народ проснулся. Чезарята такой гай на борту устроили - пилорама рядом не стояла. Скакать по салону туда-сюда я им не позволил, так они голосом свое взяли. Папа мелких к порядку призывает, зашугать пытается, мелкие папе сообщают, что как послушные детки, вот-вот приказы папины в точности исполнят, а в целом... Куда там торговкам базарным. Только наушники и спасли нас.
   Прошлись мы на малой высоте над асфальтовой полосой, посмотрели, что и как. Полоса чистая. Нормальная полоса. С малой горбинкой. Погода миллион на миллион, чулок полосатый еле шевелится, две машины у дороги стоят. Не иначе, нас встречать приехали. Заложили мы 'коробочку', как полагается. Сашка чуть подрабатывая штурвалом и педалями удерживал курс. Точно на глиссаду встали.
   Немного подобрал РУД и работая тангентой триммера постепенно довел скорость снижения до полуметра в секунду, а скорость самолета до 90 узлов и выпустил закрылки на 10 градусов. Когда скорость снизилась до 70 узлов, перевел их в положение двадцать градусов, не трогая РУД. Вышел он почти на осевую ВПП, шевельнул педали и легонько взяв на себя штурвал на десятке метров выровнял машину.
Оценка: 6.49*193  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com С.Панченко "Мгновение вечности"(Научная фантастика) А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) Н.Любимка "Алая печать"(Боевое фэнтези) E.The "Странная находка"(Киберпанк) А.Верт "Нет сигнала"(Научная фантастика) А.Григорьев "Биомусор"(Боевая фантастика) М.Устинова "Их пленница"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность-5"(ЛитРПГ) A.Delacruz "Real-Rpg. Ледяной Форпост"(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"