Вереснев Игорь: другие произведения.

Дом на Комариной пустоши

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:

   Дом на Комариной Пустоши
   С трёх сторон пустошь окружал лес. Сосны с рыжими, пахнущими смолой стволами, толстая подстилка из прелой хвои, корявые берёзки и заросли боярышника вдоль опушки. В лесу обитали совы, иволги, дятлы, дрозды и много других птиц - все, какие мальчик нашёл в старых справочниках с пожелтевшими страницами. А ещё зайцы, белки, ежи, мыши-полёвки. Последние несколько дней в лесу жила рыжая лисица. Она смешно тявкала по ночам, но соваться к дому опасалась.
   От дома в лес убегала просёлочная дорога. Вернее, не дорога, а плохо наезженная колея. Несколько раз они пытались идти по ней. Безрезультатно. Колея сразу же начинала петлять между здоровенными лужами с чёрной затхлой водой, прыгала по холмам и оврагам, сталкивалась и перепутывалась с другими такими же колеями и просеками. Запомнить повороты и перекрёстки не получалось ни у мальчика, ни у мужчины, поэтому каждый раз просёлок вёл себя иначе, и непонятно оказывалось, в какую сторону ты идёшь. Или ни в какую, а бродишь по кругу, пока не собьёшься окончательно и не вывалишься обратно к пустоши? Лес не годился, чтобы идти сквозь него. Разве что собирать грибы, ежевику и тот же боярышник. И дрова, чтобы печь топить, если холода наступят. Но пока что на пустоши было тепло, и о печи они не думали. Мальчик даже не знал, как о ней правильно думать. Справочника по печам в доме не было.
   В отличие от просёлка, одноколейная железная дорога, что тянулась по дальней границе пустоши, была настоящей, твёрдо закреплённой на своём месте. Раньше мальчик каждое утро взбирался по лестнице на крышу сарая и проверял, на месте ли одноколейка? Пока не убедился, что дорога уплотнилась и никуда не пропадёт.
   По одноколейке можно было идти долго, далеко и даже в две стороны. В этот раз они шли на восток, навстречу солнцу. В этой стороне лес сначала вплотную подходил к насыпи с обеих сторон, и казалось, что она выкинет тот же фортель, что и просёлок. Но нет, лес отступал, не сумев пересилить железную прямолинейность и параллельность рельс, упрямую перпендикулярность пропитанных креозотом шпал.
   Затем дорога шла вдоль заброшенного каменного карьера. Отвалы щебня, буйно поросшие одуванчиками и чертополохом, растрескавшаяся бетонка, покосившиеся столбы с провисшими, а кое-где и оборванными проводами...
   - Па, глянь, глянь, вон там!
   Мальчик первым заметил неуклюжее сооружение, притаившееся за отвалом. Серые, сложенные из шлакоблока стены, крыша из такого же серого, местами проломившегося шифера. И одноколейка впереди теперь разветвлялась, словно споткнувшись о старую, побуревшую от ржавчины стрелку. Короткий рукав её широкой дугой убегал за сооружение.
   Мужчина приложил руку козырьком к глазам, всмотрелся.
   - Пакгауз, - сообщил. - Железнодорожный склад.
   - Пак-гауз, - мальчик покатал на языке новое для себя слово. - А почему у него ни окон, ни дверей нет?
   - Двери есть. С другой стороны, мы не видим.
   - А что там внутри?
   - Похоже, пока ничто.
   - Ты не придумал?
   - Я не знаю, что там должно быть, - мужчина развёл руками.
   - Жалко. Пойдём дальше?
   - А ты не устал?
   - Неа.
   - Везёт. А я притомился. Давай, на сегодня хватит? Итак, смотри, мы до конца карьера дошли. Передохнём, и домой.
   Мальчик насупился.
   - А завтра пойдём снова?
   - Если захочешь.
   - Захочу! Ладно, пусть будет привал.
   Мальчик перешагнул через рельс, уселся на насыпи. Мужчина устроился рядом, вынул из рюкзака флягу, завёрнутые в фольгу бутерброды. Протянул мальчику. Ели молча. Лишь когда от бутербродов остались одни крошки, мальчик вдруг хихикнул, спрятал руку за спину. Потом протянул кулачок мужчине, разжал. По ладони ползла божья коровка.
   - Молодец, - похвалил мужчина, - правильно получилось.
   - Я и комаров могу. Чтобы по взаправдашнему наша пустошь комариной была.
   - Нет, комаров не надо. Комаров я не люблю.
   - Я тоже... па, а куда ведёт та дорога? - мальчик кивнул на убегающую в ничто бетонку.
   Мужчина подумал немного.
   - В город, наверное. Здесь все дороги ведут в город.
   - А давай по ней завтра пойдём?
   - Можем и по ней, если хочешь. Ну что, отдохнули? Встаём?
   - Ага, - мальчик поднялся на ноги. - Эх, сейчас бы сразу дома оказаться! А то идти назад не интересно.
   Он сказал это так просто, не по-настоящему, не думая. Если думать такое, то и впрямь на пустоши окажешься. Но тогда и карьер, и бетонка - не говоря о пакгаузе! - пропадут. Придётся всё начинать заново.
   Однако мужчина неожиданно улыбнулся и кивнул:
   - Сразу оказаться не получится, но не идти можем. Я знаю, что там, в пакгаузе. Побежали, посмотрим?
   - Да!
   Двери в пакгаузе были. Вернее, ворота. Большущие, широкие. Рельсы забегали прямо под них, и там, на рельсах, стояла дрезина. Мальчик мигом догадался, что это за штука, хоть названия и не знал.
   С дрезиной пришлось повозиться, пока разобрались, как нею управлять. Вдобавок стрелка артачилась, никак не хотела передвигать рельс. Но зато когда справились, помчали почти с ветерком.
   - Не передумал завтра идти по бетонке? Может, поедем по железной дороге в другую сторону, на запад?
   - А что там есть?
   - Станция. Маленькая, но настоящая. Перрон, вокзал.
   - И город?!
   - Город... город мне пока не придумать.
  
   На пустошь они вернулись, когда солнце было ещё высоко. Мужчина остановил дрезину там, где от насыпи отходила узенькая, едва различимая в траве тропка. Петляла между крошечными овражками, бежала к дому. По ней они и пошли.
   Дом встречал их приветливо распахнутыми окнами, надтреснутой мелодией со старого магнитофона. Мальчик застыл на миг. Затем сорвался с места, бросился к крыльцу:
   - Ма! Мама!
   Мужчина попытался перехватить его, догнать - куда там! Мальчик влетел в дом, крик его заметался по комнатам:
   - Мама, мама! Ты где?!
   Мужчина вздохнул, поднялся на крыльцо. Из открытой двери кухни вкусно пахло жареной картошкой. Мальчик был там. Стоял у окна, смотрел во двор. Не оборачиваясь, спросил хмуро:
   - Почему она опять нас не дождалась? Приготовила всё и ушла!
   - Ты же знаешь, ей приходится экономить ресурсы.
   - Из-за меня?
   - Из-за всего. Потерпи. Станешь немножко старше, научишься думать...
   - Я и так умею!
   Мужчина не ответил. Подошёл к плите, разложил по тарелкам картошку, достал вилки, нож, нарезал хлеб.
   - Мой руки и садись обедать.
   Мальчик постоял немного. Потом молча подошёл к рукомойнику, сложил руки лодочкой, надавил на носик. Вытер полотенцем, сел за стол, ковырнул вилкой в тарелке.
   - Я умею думать, вот увидите... - буркнул под нос.
   Впрочем, хмурое настроение его продержалось недолго - до второго стакана компота:
   - Па, сегодня твоя очередь посуду мыть! Я на озеро побежал!
   - Осторожнее там. Оно ещё не уплотнилось...
   - Знаю!
   Длинное узкое озеро обхватывало пустошь с четвёртой стороны. Ближний берег его порос такой непролазной осокой, что воды и не видно. С одного края озеро постепенно переходило в болото и терялось где-то в лесу, обойти его там пока не получалось. Вторым - упиралось в железнодорожную насыпь. Собственно, лишь оттуда, с насыпи, и можно было увидеть его целиком: иногда неподвижную, иногда подёрнутую рябью поверхность, старую корягу, похожую на голову водяного, что торчит из воды у противоположного берега. И сам тот берег - такая же полоса осоки, и дальше ничто.
   Впрочем, это мужчина рассматривал озеро с насыпи. А мальчик разведал тропки, ведущие сквозь осоку. Где-то там было его секретное место, где можно думать, никому не мешая.
   Мужчина успел убрать со стола, помыть посуду, спрятать её в шкафчик, и уже взялся за совок и веник, чтобы подмести пол, когда услышал со двора не то изумлённый, не то испуганный вскрик. Шагнул к окну и замер. К дому бежал мальчик, а за ним по пятам...
   Мужчине захотелось зажмуриться, ущипнуть себя, чтобы наваждение рассеялось. Но всё было реально. Сминая осоку, из озера на пустошь шёл динозавр. Мужчина не очень-то разбирался в их видах, но судя по рядам острых зубов в раззявленной пасти, по когтям на коротких передних конечностях, травоядным он не был. И тут же низкий утробный рык развеял последнюю надежду, что это мираж.
   - За дом беги! Прячься! Быстрее! - заорал он мальчику.
   Тот и так бежал, что было духу. Но каждый шаг монстра, неторопливый пока, сводил на нет все старания. Минута - и динозавр будет возле дома. Нет, он снесёт дом!
   Бежать к двери времени не оставалось, мужчина неловко выпрыгнул в окно, не удержался на ногах, упал на четвереньки. Сообразил, что чудовище не остановить, нет у них оружия. Его можно только раздумать... и прорвать брешь в самой сердцевине их мира. Ничто только и ждёт этого. Брешь мгновенно расползётся, пожирая с таким трудом уплотнённую твердь, и чтобы залатать её, понадобятся ресурсы, ресурсы и ещё раз ресурсы. Значит, раздумать нельзя, нужно трансформировать, монстр не может быть чересчур плотным для этого.
   Он слишком медлил. Динозавр уже вытаптывал их огородики. Четыре великанских шага и он...
   Чудовище споткнулось. Голова его продолжала двигаться, но уродливый торс, мускулистые задние ноги, длинный массивный хвост посыпались, развалились. Миг - и перед домом выросла гора тяжёлого мокрого снега. Накрыла огород с недокопанной картошкой, кусты смородины. Докатилась до выточенной из мрамора статуи женщины, что стояла на пути динозавра, завалила её. И прежде, чем похоронить статую окончательно, теряющий очертания череп снёс женщине голову. Напрочь.
   Мальчик этого не увидел. Он обернулся, боязливо выглянул из-за угла, когда всё было кончено.
   - Мама... там же мама стояла? - растерянно указал он на серую кучу.
   - Не бойся, это снег. До завтра растает.
   - Ага... а ей не холодно?
   - Нет. - Мужчина подошёл к мальчику, обнял за плечи: - Зачем ты динозавра думал? Он же мог тебя затоптать.
   - Я... я не знал, что он такой большой получится. В книжке они не такие.
   - Такие, такие. Ты пока плохо ориентируешься в размерах. Давай лучше завтра котёнка попробуем думать?
  
   Ночь мужчина и мальчик думали вместе. Солнце послушно опустилось за кроны дальнего, нехоженого пока леса. Не солнце, разумеется, а жёлтый светящийся диск, прикреплённый к небосводу, - но какая разница, если похоже? Потом они гасили освещение мира. Медленно, с востока на запад сгущали синеву, добавляли в неё чёрную краску. Последним штрихом мужчина сделал небо прозрачным.
   - Здорово! Их так много. Когда ты успел все их придумать? - мальчик зачарованно уставился на вспыхнувшие разом звёзды.
   - Звёзды не надо думать, они и так реальны, - мужчина тоже посмотрел вверх. Они сидели на лавочке рядом с домом. Не там, где дотаивала снежная куча, с противоположной стороны. - К счастью, ничто поглотило только нашу планету. За её пределами мир остался структурированным, таким, каким был всегда, с момента Большого Взрыва.
   - Па, а откуда взялось ничто, если раньше его не было? И куда делось то, что было до него?
   - Куда делось... Понимаешь, люди всегда хотели понять, как устроена Вселенная. Придумывали различные теории, ставили эксперименты, чтобы доказать свою правоту. Одна из теорий, она называлась "Теория петлевой квантовой гравитации", утверждала, что пространство-время состоит из крошечных петелек, сцепленных друг с другом. Всё, что наполняет наш мир, что мы видим, слышим, ощущаем - это узор из таких петелек. Как ты думаешь, что случится, если петельки рассоединить?
   - Дырка!
   - Можно и так сказать. Крошечной прорехи хватило, чтобы узор начал расползаться, пространство-время потеряло структуру. Вместо красивой картинки на полотне получился бесформенный ком.
   - Ничто!
   Мальчик замолчал, обдумывая услышанное. На пустоши было тихо. Только гудел движок дезель-генератора в сарайчике за домом, перекликались сверчки, да изредка начинала ухать где-то далеко в лесу сова.
   Наконец мальчик снова заговорил:
   - Так мы должны соединить петельки заново? Все-все, сколько их есть?
   - Да. По-другому никак. Если ничто останется хотя бы в одном месте, оно опять разрастётся.
   - Тяжёлая работёнка.
   - И не говори, - мужчина улыбнулся, погладил его по голове. - А теперь пора спать. Чисть зубы и в кровать. Завтра у нас с тобой ответственный день. Мы должны съездить на станцию и найти там котёнка. Правильно?
   - Угу.
   Мальчик слез с лавки, ушёл в дом. Мужчина остался сидеть. Он был благодарен за то, что мальчик больше ничего не спрашивал.
   Из дому раздался приглушённый плеск воды, зажёгся и погас свет в угловой комнате. Мужчина подождал немного, затем встал, неспешно обошёл вокруг дома.
   Сугроб растаял более чем на половину, снег прикрывал статую едва по бёдра. В ночной темени он был таким же серым, как мрамор, и мужчина пожалел, что не прихватил фонарь. Голову пришлось искать чуть ли не на ощупь, хорошо, откатилась та недалеко. Он бережно приложил её к сколу. Время тянулась медленно, мужчина отсчитывал его по собственным вдохам.
   Камень под пальцами потеплел. Сделался мягким. Женщина шевельнулась.
   - Хватит держать меня за голову. Лучше помоги выбраться, ноги же мёрзнут!
   Мужчина поспешно подхватил её на руки, выдернул из сугроба. Отнёс к лавке, усадил.
   - Как ты себя чувствуешь?
   - Нормально. Он спит?
   - Да. Прости за динозавра. Я растерялся, не успел ничего сделать. Не ожидал, что мальчик способен создать такое.
   - И я не ожидала. Сообразила, что нужно трансформировать, когда он надо мной навис. А во что? В камень побоялась: рассыплется - осколками разнесёт и меня в крошево. А снег почему-то вспомнился мягким, пушистым, рыхлым. Закон сохранения массы совсем из головы вылетел. Потеряла голову во всех смыслах, - она усмехнулась неожиданному каламбуру.
   - Больно было?
   - Да нет, не больно. Страшно - показалось, что умираю. А потом неприятно.
   Женщина помолчала. Спросила тихо:
   - Ты уверен, что всё это реально?
   - Да. На пустоши свободных квантовых ячеек не осталось, сплошная твердь, так сказать. Вон, соляра у нас заканчивается, так я хотел бак пополнить, а не поддаётся. Завтра на станцию поедем, придётся оттуда везти.
   - Я не о том. Не могу до конца поверить, что это не игра моего воображения. Кажется, заснёшь, проснёшься - и нет ничего. Ни этой пустоши, ни дома. Ни...
   - Нет! Мы не имеем права думать такое, не имеем права спать. Пожалуйста, сосредоточься, работай. Иначе мы не справимся. Иначе...
   Он не договорил. Не произнёс вслух ответ на незаданный мальчиком вопрос. Женщина этот вопрос тоже не задала. Она ответила на него:
   - ...иначе мы - величайшие преступники в истории человечества.
  
   Они хотели всего лишь проверить гипотезу. Если спиновая пена содержит полную информацию о Вселенной, то и работать с ней можно, как с массивом информации. Они знали, как это сделать. Они опасались единственного - воздействие окажется слишком ничтожным, чтобы обнаружить его последствия. Эксперимент должен был затронуть крошечную область пространства-времени, не более десяти в шестидесятой степени квантовых ячеек. Но кое-что они не учли.
   Пятно пустоты в центре экрана он заметил первым. Зажмурился, решив, что это глаза устали. И тут же услышал не испуганный ещё, удивлённый вскрик:
   - Смотри, что это?! Что происходит?
   Он вновь взглянул на экран. И ничего не увидел. Вернее, увидел ничто. Не на экране - вместо него! Стены лаборатории, пол, потолок стремительно плавились, растворялись, исчезали. Пространство исчезало!
   Она взвизгнула, забралась с ногами на кресло. Но разве это поможет? Кресло тоже таяло.
   - Похоже, мы устроили Конец Света. Умудрились нарушили информационную структуру Вселенной.
   Фраза прозвучала по-дурацки, но ничего умнее в голову не приходило.
   - Что?! Невозможно! Хочешь сказать, риббоны находятся друг с другом в суперпозиции? Но тогда рухнет весь массив... Как это остановить?!
   - Не знаю... - он запнулся, не решаясь произнести то, что никому никогда не говорил. Но бесцветное ничто уже сожрало лабораторию, пульт управления, кресла. Готовилось сожрать их самих. Несколько секунд, и говорить будет поздно: - Знаю! Существуют резервные хранилища информации. По ним можно будет воссоздать структуру.
   - Резервные? Где?
   - Это мы, люди! Наше сознание, наша память...
   - Ты серьёзно?! Но это же ересь, метафизика. Шаманство!
   - А если нет? Для чего человеку разум такой мощности? Для чего способности к абстрактному мышлению? Не слишком ли щедро для случайного подарка эволюции? Что мы, собственно, знаем о себе?
   Они висели в пустоте, схватившись за руки, прижавшись друг к другу. Серое ничто давно должно было растворить их. Но почему-то медлило.
   И она сдалась:
   - Что нужно делать?
   - Сосредоточься на самом ярком воспоминании. Проговаривай всё, что видишь, усиль зрительный образ вербальным. Выдерни его в реальность. Если квантовые ячейки в суперпозиции, должно получиться.
   Она зажмурилась на миг. Обречённо тряхнула головой.
   - Нет, я не могу... Давай ты!
   - Хорошо. Так... так... пустошь... Комариная Пустошь! Деревянный домик, стена в два окна, ставенки. Крыльцо, рядом лавка. В сарайчике дизелёк тарахтит, а в траве - сверчки. Вокруг пустоши - лес. А с другой стороны - одноколейка к каменному карьеру. Ещё - озерце, берега заросли осокой. Мой дед лесником работал и жил в этом доме один на отшибе. В детстве родители меня часто к нему возили. Давно, до школы, а запомнилось... - он прикусил губу - пустота не отступала. Может быть, память подводила? Не хватало воображения? Или веры? Крикнул зло: - Помогай! Говори что-нибудь!
   - Я? Ладно... мальчик, сероглазый, курносый, на голове вихры. На нём джинсы, кроссовки, жёлтая майка. Латка на колене... Мой сын!
   - Сын? У тебя разве есть сын?
   - Он умер двухмесячным, порок сердца... Сейчас ему было бы восемь! Я его часто во снах вижу.
   - Нет, ты не поняла! Надо то, что действительно помни...
   И вдруг с пустотой что-то случилось. Будто ты мигнул, и уже перед глазами картинка, какой прежде не было. Правда, мигать не потребовалось.
   Они стояли, утопая по щиколотку в густой зелёной траве, в пяти шагах от дедовского дома. Окна со ставенками, крыльцо, лавка, дизельный генератор. Всё, как помнилось. И шелест леса вдалеке, и запах пропитанных креозотом шпал, что принёс тёплый летний ветер... Хотя ни леса, ни железной дороги пока не было. Комариная Пустошь висела, словно фантастический остров в океане небытия.
   Дверь в доме тихо скрипнула, отворилась. На крыльцо вышел мальчик. Курносый, вихрастый, в жёлтой майке и латаных на колене джинсах. Смерил гостей придирчивым взглядом.
   - Где вы так долго ходите? Ты мой папа, да?
   Мужчина растерялся от неожиданного вопроса. Хотел возразить. Не успел. Женщина рядом вскрикнула сдавленно, обмякла.
   - Он... он живой.
  
   Они всё так же сидели на лавке. Женщина запрокинула голову, посмотрела на звёзды. Совсем как мальчик недавно.
   - Ночь. Здесь постоянно ночь... Думаешь, мы сумеем воссоздать всю планету целиком? Сколько мы здесь торчим, на этой пустоши? Год? Больше? Я вначале считала дни, потом сбилась.
   - Не важно. Вон, видишь ту яркую звезду над горизонтом? Это Венера. Она не опускается, стоит неподвижно на одном месте. Уничтожена структура не только пространства, но и времени. Для внешнего наблюдателя катастрофа пока не произошла, эксперимент находится в критической точке. Всё, что было дальше, уместилось в один квант объективного времени. Им можно пренебречь.
   Женщина вздохнула, подвинулась ближе, положила руку мужчины себе на плечи. Прошептала:
   - Лишь бы наших субъективных жизней хватило на этот квант...
   Мальчик не слышал их разговора. Но он не спал. Глупости какие - спать! Ночь -лучшее время, чтобы думать, никто не мешает сосредоточиться, не отвлекает. Мальчик думал. Разумеется, не какого-то там котёнка. Зачем ему котёнок? Он уже сам сотворил лисицу и много всякой живности. Даже динозавра!
   Сейчас мальчик помогал думать маму, чтобы ей не тратить ресурсы на себя саму. Тогда она перестанет превращаться в холодную мраморную статую, и они вместе будут думать других людей. А те - ещё других. Всех! Ничто вернёт проглоченный им мир, исчезнет. Растает, как сотворённый нечаянно динозавр.
   Яркая вечерняя звезда светила ему прямо в окошко. Время у них пока было. Один квант. Более чем достаточно.
  
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"