Вереснев Игорь: другие произведения.

Рассеченное время

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:

   Рассечённое время
   Идея отправиться на ночь глядя к морю родилась в голове Славика Жуды. И удерживать её там он не собирался.
  -- Дяди, а махнем на Косу? Освежимся заодно.
   Называть друг друга "дядями" приучил всю нашу лабораторию достославный Евгений Райтман, её основатель и первый руководитель. Если хорошо подумать, то всё логично. Как нам ещё друг друга называть? "Пацанов" переросли. "Мужики"? Хм... Мужики на стройке вкалывают. Образованность и интеллект вроде как в этот эпитет не очень вписываются. А "дяди" - в самый раз.
  -- Так что? Не слышу ответа?
  -- А может, по домам? - Неуверенно возразил Антон Нерлин, поелозив очками по переносице. Попытался возразить, - спорить с напористым Славиком у него никогда не получалось.
  -- Как это, "по домам"?! - Тут же взвился наш инженер-системотехник. - Мы что, понимаешь ли, тяпницу очередную отмечаем? Да сегодня же такой день, такой день...
   Славик запнулся, не в силах подобрать достойное определение. Положим, в терминологии он немного путался. Был уже далеко не день, - без десяти одиннадцать вечера. Ровно в одиннадцать кафе закрывалось, так что официант не отходил далеко, бросая в нашу сторону красноречивые взгляды.
  -- ...Это ж событие мирового масштаба! Начало новой эры человечества, так сказать. Всё равно, что первый полёт в космос. Даже больше... Вот.
   Он перевёл дыхание и воззрился сурово на оппонента. Под напором такой пафосной речи наш физик-теоретик вконец стушевался. А я не выдержав, прыснул. Хотя, по существу, Жуда был прав. И про мировой масштаб, и про новую эру человечества. Вот только не ведало человечество ни о нас, ни о том, что мы сегодня открыли. Пока не ведало.
  -- Ты чего лыбишься? - перевёл на меня взгляд Славик. И не дождавшись ответа, уточнил: - Так едем?
  -- А кто за руль сядет? - Я щёлкнул пальцами почти пустую бутылку "Медоффа", красовавшуюся посреди столика. - Или такси предлагаешь вызвать? Ночью, до Косы, три стольника заломит, не меньше. У меня с собой столько нет.
   Жуда хитро улыбнулся.
  -- Зачем такси? Есть у меня один хороший знакомый... То есть, не один, конечно. Кхм... В общем, сам не пьёт, но компанию поддержит с удовольствием. И на колесах. Сейчас я его вызвоню.
  -- Ты что, поздно ведь... - попытался остановить Антон. Но Славик уже выудил из кармана мобильник.
  -- Алё? Виталя, привет! Не спишь, говорить можешь? Слушай, мы тут отмечаем, с ребятами из лаборатории... Что отмечаем? Ты не поверишь! Получилось, спрашиваешь? Ха, у нас такое получилось... Ладно, не по телефону подробности. Слушай, тут закрывается, так что мы решили махнуть на Косу. - Лакуны в Славиковой трескотне были такие короткие, что оставалось совершенно непонятно, как его собеседник успевает вставлять в них реплики. - Да, на Косу. Ну а чё, можно и до утра. В общем, нам твоя машина нужна. Вместе с водителем, ессественно. Приедешь? Отлично! Мы в "Трёх пескарях". Ждём-с.
   Теперь он смотрел на нас взглядом победителя.
  -- Машина будет. Виталя уже выезжает.
  
   Этот неизвестный мне Виталя оказался парнем проворным. Пока добили "Медоффа" на посошок, пока расплачивались, он успел примчаться. И когда мы вывалились из "Трёх пескарей", напротив кафе стояла маленькая тёмно-серая, - цвета "мокрый асфальт" как сейчас принято выражаться, - "шкода".
  -- Виталя, привет! - Заорал на всю улицу Славик и ринулся к вылезавшему из машины парню.
   Тот обернулся... И я с удивлением понял, что это вовсе не парень. Девушка! Среднего роста, худощавая, в простеньком джинсовом костюмчике, тёмные волосы обстрижены очень коротко. Со спины её действительно можно было принять за парня. Но только со спины.
  -- Знакомьтесь. - Жуда уже стоял рядом с машиной. - Это Тоха, наш мозг. А это... О, ты даже не представляешь, кто это. Новый Юрий Гагарин! Первый нуль-космонавт Земли.
   Девушка удивленно взглянула на него, но уточнять о космонавтах, невесть откуда взявшихся в НИИ Радиотехнических измерений, не стала. Повернулась ко мне.
  -- Очень приятно. Виталя. - И протянула руку.
   Я опешил.
  -- В каком смысле?.. Эээ... В каком смысле - Виталя?
  -- В прямом. Меня Виталия зовут. А вас?
   Девушка улыбнулась. Глаза у неё были тёмные-тёмные, почти чёрные. Или так показалось из-за слабого освещения? На миг возникло чувство, что где-то я уже видел этот взгляд. Встречались? Когда, как? Нет, глупости, девушка явно меня не узнавала.
   Она так и стояла с протянутой рукой, и Славику пришлось ткнуть меня кулаком в бок.
  -- Дядя, ты чего тормозишь? Вроде немного выпили. Сергеем его зовут.
  -- Ага. Сергей. Тоже приятно. Очень. - Я поспешно сжал руку девушке.
   "Ручкаться" мне и с парнями приходилось не часто. Не любитель я "близких контактов третьего рода". А уж с девушкой... Кажется, в первый раз. Ладошка у Витали была маленькая, но крепкая. И очень тёплая. А ещё показалось, что током слегка тряхнуло. Так бывает, когда статический заряд на теле собрался.
  -- Вот так лучше, дядя. - Засмеялся Славик. - Виталя, ты не думай, он не тормоз по жизни. Это на него сегодняшний... хм... полёт, так подействовал.
   Виталя кивнула, с готовностью принимая объяснение.
  -- Стало быть, полёт? Расскажите?
  -- Конечно! По дороге. Поехали, поехали. Купаться хочу!
  -- Тю на тебя! Вода холодная.
  -- А мы её подогрели. Температура воды, плюс сорок градусов локально, умноженные на ноль пять, делённое на троих, минус температура воздуха... Сколько получается, Тоха? Ладно, еще бутылку возьмем по дороге.
   Несколько минут пришлось повозиться, двигая переднее пассажирское кресло, чтоб уместить в маленькой "фабии" длинноного Антона. И - поехали!
  
   Дорога от города до Косы заняла полтора часа. И это притом, что мы делали две остановки. Сначала - у ночного магазинчика, где затарились "Немировым" в исполнении "professional edition", причем Славик порывался взять "enterprise" и его стоило труда урезонить, закуски к нему в виде банки соленых огурчиков, колбасной нарезки и полдюжины лавашей и, разумеется, пивком, по две банки на душу, включая непьющую Виталю. Затем - на трассе, когда всё тому же неугомонному Славику потребовалось незамедлительно "слить балласт". Карабкаться через канаву к проступающим из темноты кустикам нашему доблестному электронщику было лень, так что "сливал" он прямо на обочине, у заднего бампера "шкоды". Ни мало не смущаясь сидящих в салоне. Может он Виталю, в самом деле, парнем считал?
   Итак, нам понадобилось полтора часа, чтоб одолеть сотню километров, отделяющих душный, провонявшийся выхлопными газами, дымом, гниющим мусором и чёрт знает чем ещё город от Моря. За это время Славик успел пересказать Витале всё, что случилось в лаборатории с громким именем "Лаборатория новых типов связи". Всё, что начальник оной лаборатории к.т.н. Скляров Н.П. категорически запретил разглашать. Да пусть его. Я не возражал. Подумаешь, тайна! Сегодня тайна, а завтра всё человечество об этом кричать будет. Виталя слушала внимательно, не перебивая. Понимала ли, о чём речь идёт? Или не верила, списывала на пьяную болтовню? Что касается Антона, то этот и вовсе умудрился заснуть. Как только очки с носа не падали, приклеивает он их, что ли?
   Меня тоже начала убаюкивать гонка по пустынно-однообразному ночному шоссе. И лишь когда "шкода" свернула с трассы на узкую двухполосную ленту асфальта, круто изгибающуюся вокруг лимана, когда сидевший справа Жуда опустил стекло, тогда свежий, пахнущий весенней, не успевшей пожухнуть травой и - Морем! - ветер выдернул меня из мутной дрёмы.
   Мимо нас пронеслись спящие - курортный сезон пока не начался, - домики посёлка, пустующий рынок, запертая будочка "автовокзала", турбазы, виллы "новых русских", или каких там ещё "новых"? Затем всё это, включая асфальт под колесами машины, осталось позади. Фары теперь выхватывали из темноты только чахлые деревца, кусты дикой смородины, заросли осоки. И песок, в котором постепенно растворялась колея грунтовки.
  -- Дальше не поеду. Завязнуть можем. - Виталя убрала ногу с педали газа.
  -- Да мы тебя на ручках вынесем! - Тут же заверил Слава.
  -- Меня - да. А машину? - "Шкода" свернула с уже едва различимой грунтовки и остановилась. - -Ну что, приехали, научные работнички. Выгружайтесь.
  -- Тоха, подъем! Не спи, замерзнешь! - Славка отвесил нашему теоретику лёгкий подзатыльник, и, не дожидаясь, пока тот сообразит, как ответить обидчику, вывалился из салона. - Эх, хорошо то как! Свобода, свобода, свобода! Никакой тебе работы, никакой тебе заботы! Голый счастливый человек на голой земле!
   Думаю, его голос слышно было и в посёлке. Во всяком случае, пара собакевичей там проснулась, неуверенно тявкнула в ответ. А Славка уже претворял свой лозунг в жизнь, - сбросил с ног туфли, содрал рубаху, и, прыгая на одной ноге, стягивая брюки, мчался к берегу.
  -- Купаться, купаться, купаться! Всем купаться!
  -- Вода холодная, не лезь! - Крикнула вдогонку Виталя. - Застудишь чего-ничего.
  -- Мое "чего-ничего" закалённое. Я ж в молодости в Заполярье служил. А там... Ох!
   "Ох" совпал по времени с моментом соприкосновения морской водички и босых Славкиных ножек. И духу у него хватило забежать в воду едва по колено. Но и это был подвиг. Здесь, почти на краю косы, диффузия моря и суши тянулась на добрую сотню метров.
   Ухая, поднимая фонтаны брызг, Славик выскочил на берег.
  -- Нужно срочно температуру выше поднимать!
  -- Замерз?
  -- Неа. Но локальный градус катастрофически понижается. Вы чего тормозите?! Где пакеты? Где поляна? Даже Тоху не выгрузили!
   Виталя послушно открыла багажник, и я начал вынимать пакеты. А Тоха и сам выгрузился. Так что за пять минут "поляна" была накрыта. У предусмотрительной Виталии в багажнике нашлась и подстилка, сидеть прямо на успевшем остыть песке не пришлось. А вот нам предусмотрительности не хватило. Забыли прикупить что-нибудь безалкогольное для водителя. Хорошо, девушка не капризничала. Согласилась взять баночку пива, - "помочить губки".
  -- Так что, коллеги? Первый тост - за первого нуль-космонавта планеты Земля.
  -- Хватит тебе! - Возмутился я. - Заладил, - "космонавт, космонавт". Далеко слетал, - аж на семь этажей.
  -- Да какая разница, сколько этажей! Важен принцип.
  -- Сережа, Слава прав. - Тут же поддержала системотехника Виталя. - Важен принцип. Смог на семь этажей, сможешь... всё.
  -- Вот. Виталя самую суть схватила. Как это америкосы говорили? "Этот маленький шаг одного человека - огромный шаг для человечества". Не помню дословно.
  -- Близко к тексту. - Кивнул Нерлин.
  -- Вот. Да. Кстати, Тоха, ты можешь объяснить, что это мы открыли сегодня?
  -- Ну... телепортацию.
  -- Сказанул! Ты научное объяснение дай.
  -- Так... Разные есть гипотезы. Например, теория информационной Вселенной. Эвереттовская параллельных миров. Эн-мерных пространств. Черных микро-дыр или нуль-туннелей...
  -- Ребята, а давайте второй тост - за вас. - Перебила Виталя. - Пусть у вас в жизни всё хорошо сложится. Не смотря ни на какие... чёрные дыры. Слава, наливай.
  -- О, у нас теперь всё шикарно будет, будь спок. Вот ты кого перед собой видишь? Не догадываешься? Трёх нобелевских лауреатов. Без пяти минут. И все трое - не женаты. Так что можешь выбирать, пока время есть. Потом конкуренция начнется, сама понимаешь.
  -- Спасибо за предложение. Я подумаю. Пока время есть.
   Мы приняли по второй. Затем - по третьей. За милых дам в лице Виталии, как полагается. По четвертой - за Нобеля. Когда "professional edition" был освоен более чем на две трети, Жуда опять побежал купаться. Он звал с собой всех, но Антон уже вновь начал дремать, а я хоть и пошёл следом, но лишь до того места, где песок становится влажным. Во-первых, мой локальный градус явно уступал Славкиному. А во-вторых - не знал же я, что планируется купание в присутствии симпатичной девушки! Плавки, естественно, не брал. Намочишь трусы, а переодеваться во что? И где? У нас даже обтереться нечем, в конце то концов! Нет, трудностей с купанием было связано слишком много, чтобы их преодолевать. К тому же, кто-то должен развлекать нашу спутницу.
   И я пытался... развлекать. То есть, брёл рядом вдоль кромки воды. И предоставлял Виталии искать темы для разговора.
  -- Слава молодец, что позвонил. Здесь сейчас классно. Тихо, спокойно.
  -- Тихо. - Согласился я. И понял, - прислушавшись к окружающему миру, а не к вечному диалогу в собственной голове, - действительно, тихо. Никаких тебе техногенных звуков, привычного фона большого города. Только море шумит. Ну, еще Славик плещется, но он ведь тоже - не техногенный. Значит, создает естественный живой шум.
  -- Мне иногда хочется уехать из города подальше, поселиться где-нибудь в глуши. Где всегда так тихо, и суеты нет.
  -- Да... Виталя, а чем ты занимаешься? Кроме того, что пьяных мэнээсов по ночам купаться возишь.
  -- Я магиня.
  -- Как? - Сначала я не понял сказанное девушкой слово. А потом смысл его дошёл до меня. Вроде бы. - Колдунья, что ли?
   Сказал, и тут же прикусил язык. Грубовато прозвучало. Виталя это тоже заметила, хмыкнула.
  -- Можно и так сказать. Но слово "колдунья" сейчас приняло отрицательную окраску. А "волшебница" заезжено посредственными литераторами. Поэтому я обычно называю себя магиней. Хотя смысл один и тот же. Чтобы мэнээсу привычней было - специалист по прикладной магии.
   Она и сама фыркнула от такого определения. А я недоверчиво улыбнулся.
  -- Так ты что, заговорами лечишь, порчу снимаешь, будущее предсказываешь?
  -- И это тоже. Помогать людям по-разному можно. Они ведь, в большинстве, - ещё дети...
  -- А с Жудой где познакомились? Он что, гадать к тебе приходил?
   Вышло еще резче, чем "колдунья". Но что я мог поделать? Не люблю всех этих магов-ясновидцев, и прочих мракобесов, паразитирующих на человеческом невежестве.
  -- А почему ты решил, что мы с ним были знакомы до сегодняшнего вечера?
  -- Но как же...
   Ответить что-либо вразумительное я не успел. Из-за невидимых в темноте кустов вынырнули два желтых луча автомобильных фар. Вслед за ним - тихое урчание двигателя и скрип песка под колесами. Еще чуть позже - большой черный джип. Лучи скользнули по пустому салону "шкоды". По мирно дремлющему рядом с бутылкой, банками, пластиковой посудой Антону. По переставшему барахтаться, бредущему к берегу Славику. По нам. И остановились. Джип остановился.
  -- Ну вот... Этих только не хватало. - Досадливо сплюнул я. Моря им что ли, мало? Видят же - культурные люди культурно отдыхают. Так и езжайте себе дальше.
   Из джипа вылезло двое. Оба крепко сбитые, коротко стриженные, один моложе, второй постарше. Одетые во что-то, весьма смахивающее на камуфляж. Молодой, - шофёр, - остался у машины. Второй двинулся к нам.
  -- Который из вас Сергей Ружицкий?
   Кажется, вопрос был риторическим, потому как смотрел он на меня одного.
  -- Ну, я.
  -- Поедешь с нами.
  -- Это ещё куда?
  -- В город.
   То, что появление незваных гостей связано с сегодняшним экспериментом, я понял мгновенно. Никогда прежде за мной не приезжали люди в камуфляже на большом чёрном джипе. Значит, Пузан дал делу ход. И кто-то наверху им очень-очень заинтересовался.
  -- Вас Скляров прислал? - Уточнил я на всякий случай.
  -- Почти. По крайней мере, он в курсе.
  -- А до утра подождать не может?
  -- Не может. Поехали-поехали.
   Он уже был рядом со мной и теперь властно взял под локоть. Уверенно, ничуть не сомневаясь, что дозволено ему так поступать. Что вправе отдавать здесь приказы. Терпеть не могу, когда мною командуют!
  -- Но-но, без рук.
   Я попытался высвободиться. Куда там! Пальцы сжимали мой локоть железной хваткой. Пришлось подчиниться. Не драться же! Да и глупо драться при таком явном неравенстве сил.
   Я обернулся к ребятам.
  -- Придется ехать. Что-то срочное у них.
   У кого это, "у них", уточнять не стал. Сам не знал.
   Стриженный довёл меня до самой машины. Распахнул дверь. И прежде, чем втолкнуть на заднее сиденье, скомандовал шофёру:
  -- Зачисти.
   Тот молча нагнулся, вынул откуда-то из-под сиденья короткий автомат с набалдашником глушителя. А дальше... Мой мозг отказывался признать реальность происходящего. И вместе с тем фиксировал всё до последней мелочи.
   Шофёр стрелял короткими очередями. "Пук-пук-пук", дергался в его руках автомат. Но время внезапно стало медленным, вязким. "Пук..., пук..." И пули летели медленно. Я видел траекторию каждой из них, будто и не ночь вокруг стояла кромешная. Вот расплылись алые пятна на светлой курточке Антона, так и не успевшего спросонья понять, что его убивают. Вот опрокинулся назад в воду Слава. Вот...
   Виталя смотрела не на стрелявшего, на меня. И в глазах её пылало чёрное пламя. "Сделай! Сделай!" - требовал этот взгляд. Но что я мог сделать?! Уже всё произошло! Если даже удастся оттолкнуть стриженного, выбить автомат из рук стрелка, - поздно! Ничего не исправить! И чёрное пламя застыло, будто зрачки превратились в обсидиан. Зато что-то вспыхнуло в правой руке девушки.
   Больше всего это походило на меч. Прямой узкий меч без гарды. Меч, выплавленный из серебристого света. Магиня коротко взмахнула, - перед самым рыльцем первой из летящих в её грудь пуль.... И будто полотно с нарисованной на нём картиной рассекла. Гнилое, негодное полотно, с нарисованной дрянным художником картиной...
  
   Дверь лаборатории за моей спиной громко хлопнула. Я вздрогнул от неожиданности и, недовольно морщась, обернулся. Кого там принесло? Терпеть не могу, когда посторонние врываются в лабораторию во время работы, да ещё и дверью хлопают.
   Однако это были вовсе не посторонние. Антон вернулся от босса. Это что же ему Пузанок сказал, раз такой уравновешенный человек начал дверью хлопать?
  -- Что за шум, что за дела? Зачем босс вызывал?
  -- А никаких дел!
  -- Чего тогда хлопаешь?
  -- Потому и хлопаю. Что никаких дел у нас больше нет.
  -- Это как?
   Антон поправил на носу скособочившиеся очки.
  -- А так. С первого числа нашу лабораторию закрывают. Совсем. Расформировывают. Много мы денег жрём, а отдачи никакой. Палыч так и сказал: "Дармоеды".
   Он грузно упал на кресло, стоящее рядом с компьютерным столиком. Кресло жалобно скрипнуло и чуть откатилось в сторону. Антон выжидающе уставился на меня. А что я мог сказать? Собственно, к этому всё и шло последние года полтора. Одни мы верить в подобный финал не хотели. Романтики-идеалисты. Тьфу!
   Начиналась наша "Лаборатория новых типов связи" три года назад с гениальной идеи некоего Евгения Райтмана, сотрудника столичного НИИ Физики твёрдых тел. Это тогда она казалась гениальной, сейчас же многие считали её бредом. Идея базировалась на открытом не так давно удивительном свойстве монокристаллов. Если разделить кристалл на две части и в одной из половинок возбудить колебание кристаллической решетки, то иногда удаётся зарегистрировать самовозбуждение аналогичных колебаний во второй половине. Причём совершенно неважно, на каком расстоянии друг от друга они в этот момент находятся. Природа взаимодействия половинок кристалла была пока неясна, вернее, теорий, её объясняющих, возникло излишне много. Райтман, например, был уверен, что виновники всего - гравитоны. И хотел использовать открытый эффект для измерения скорости гравитационного излучения, да что там измерения, - для доказательства, что она выше скорости света. Ну и как следствие, - что общая теория относительности неверна.
   Естественно, для подобных измерений матушки-Земли Евгению было маловато, расстояния требовались космические. В родном институте нечего было и мечтать о подобном. И Райтман приехал к нам.
   И сумел пробиться к самому-самому высокому руководству. Чем он их взял? Так ни для кого не секрет, что одно из основных направлений деятельности "НИИ Радиотехнических измерений" это разработка командно-телеметрических комплексов космических аппаратов. А что такое командно-телеметрическая радиолиния? Когда речь идёт о висящих на земной орбите спутниках, всё работает отлично. Но чем больше расстояние, тем больше вреда от теории дедушки Эйнштейна. При полёте на Марс запаздывание сигнала измеряется минутами. А не сегодня-завтра автоматы полетят, скажем, на Плутон? Там уже - часы! В таких условиях ни о каком дистанционном управлении речь не идёт, операторы ЦУПа превратятся в зрителей.
   То ли дело - "бесконечно быстрые" гравитоны Жени Райтмана! И пусть современная физика не может подтвердить их существование. Она ж и опровергнуть не может! Значит, всего делов, - собрать аппарат, установить на космический корабль и отправить, например, к Луне. Еще лучше - к Марсу или Венере. Тем более, схема аппарата не намного сложнее, чем радио Попова.
   В общем, средства изыскали, лабораторию для Жени организовали. И приёмник с передатчиком собрали. Естественно, прежде чем приемник в космос отправлять, его требовалось в родных стенах опробовать. На этом бравурные марши и умолкли.
   Первооткрыватели эффекта не врали. Иногда удаётся зарегистрировать самовозбуждение колебаний в монокристалле. Но слово иногда оказалось ключевым. Чаще всего половинка, помещённая в контур приёмника, не реагировала никак. Гораздо реже она внезапно разрушалась, стоило включить высокочастотный магниторезонатор передатчика. И всего лишь несколько раз за всё время нам удалось принять сигнал. Самое плохое - никакой закономерности выявить мы так и не смогли. Что только не делали! Меняли частоту и амплитуду колебаний, напряженность магнитного поля, подбирали кристаллы с различными характеристиками решётки. Даже резали их по-разному! Безрезультатно.
   В космос наш гравитоприёмник так и не полетел. И Райтман охладел к своему детищу. А когда вдруг пришло интересное предложение из Штатов, бросил всё и уехал, особо не раздумывая. Покинутая создателем и вдохновителем "Лаборатория новых типов связи" начала хиреть, усыхать. На настоящий момент весь штат её состоял из четырех человек. Завлаб, к.т.н. Скляров Николай Павлович, "Палыч", между своими. Или "Пузанок" - за глаза, разумеется. Человек ординарный, скучный, и далеко не гениальный. Мэнээс Антон Нерлин, физик-теоретик, написавший лет пять назад диссертацию, не в пример скляровской, имеющую непосредственное отношение к науке. Но так и не защитившийся, по причине хронического отсутствия денег. Инженер-системотехник Слава Жуда, по совместительству просто инженер и просто техник широкого профиля, вплоть до "сан-", ведающий всем железом, числящимся на балансе лаборатории. И я, Сергей Ружицкий, инженер-программист, по совместительству - инженер по матобеспечению, по совместительству - лаборант...
   ...Я посмотрел на бесцельно теребящего компьютерную мышь Антона.
  -- И что нам теперь делать?
  -- Палыч сказал: "Не волнуйтесь, никого не уволят. Всех пристроят". Он мол, договорился с начальством.
  -- "Пристроят", - саркастически хмыкнул я. И помолчав, снова спросил: - А пока чем заниматься? До первого числа? Что с программой экспериментов делать?
   Нерлин дернул плечом.
  -- По-моему, ему уже безразлично.
  -- А тебе? Тоже не веришь, что нам удастся получить стабильный сигнал?
  -- Если даже и удастся, что с того? Кто сказал, что это именно гравитационное взаимодействие? А если и так? Скорость гравитационного излучения равна скорости радиоволн, поэтому смысла в нашем передатчике нет никакого.
  -- Райтман считал иначе...
   Антон скривился, будто уксуса попробовал.
  -- И где же он, этот Райтман? Тоже мне авторитет...
   И опять замолчал. Поняв, что ответ на поставленный вопрос так и не получен, я спросил уже напрямую:
  -- Так мы сегодня работать будем? Или я зря с расчётами возился?
   Антон перевёл взгляд с меня на стоящий перед ним монитор компьютера.
  -- Что, и программу составил?
  -- Конечно. Не ждать же, пока вы с Пузанком набеседуетесь.
  -- Ну... тогда ладно. Давай ещё пройдёмся, напоследок.
  
   Пятнадцать минут спустя напряженность магнитного поля резонатора достигла рабочей величины, и мы начали. Как сотни раз до этого. Антон нажал кнопку "активация", картинка кристаллической решетки на экране чуть дрогнула, расплылась едва заметно. И тут же вспыхнули датчики сканера, зафиксировав микродеформацию. В такой момент всегда ловлю себя на ожидании, что в ответ вспыхнет и второй ряд индикаторов, - от передатчика, стоящего сейчас в нашем "марсоходе", как невесело шутит Слава Жуда. В маленькой коморке-мастерской, забившейся в самый угол цокольного этажа здания. Мы дежурим там по очереди, хотя регистрирующая аппаратура вполне способна справиться со всем без человеческой помощи. Но мы всё равно дежурим, это уже ритуал. Сегодня как раз Славина очередь.
   Огоньки не зажглись. Вероятно, и не зажгутся до завершения сегодняшней, последней, судя по всему, серии тестов. Эта тайна Вселенной так и останется тайной... Во всяком случае мне, Сергею Ружицкому, приложить руку к её разгадке не суждено.
   Я почти машинально встал и пошёл к цилиндру резонатора. Там, внутри, мощное магнитное поле заставляет вибрировать атомы-узлы кристаллической решётки половинки монокристалла. И атомы второй половинки, отсечённой лучом лазера, но "помнящей" о своей цельности, ощущают эту дрожь. Я зажмурился, стараясь мысленно увидеть эти две половинки, то ли отделённые друг от друга, то ли нет. И увидел...
   Нет, не две половинки миниатюрного кристаллика. Взгляд! Чёрное пламя пылало в смотрящей на меня паре бездонных глаз!
  -- О! Ты откуда тут взялся, дядя?
   Я удивленно открыл глаза. Жуда сидел прямо передо мной, таращась через плечо.
  -- Как зашёл, что я не услышал?
  -- Я?! Это ты как...
   И осёкся. Славик имел полное право удивляться, в отличие от меня. Потому как сидел в своем "марсоходе", наблюдая за тёмными индикаторами гравитоприемника.
   Я медленно огляделся по сторонам. Да, "марсоход". А несколько секунд назад я был в нашей лаборатории на седьмом этаже. Тьфу, ерунда! Разумеется, за несколько секунд я бы не успел спуститься. Зачем, кстати? Тоже ерунда, - мало ли какая надобность возникла. А вот то, что мне память отшибло, - не ерунда. Совсем не ерунда.
  -- Не было сигнала? - Спросил, чтоб хоть что-то спросить.
  -- Неа. Да может еще запищит? Пару минут как начали.
  -- Пару минут?
   До конца удивиться я не успел. На столике затрезвонил телефон. Жуда степенно поднял трубку.
  -- Да? Станция "Марс-1" на связи.
   Антон на том конце провода кричал так, что и мне было слышно:
  -- Славка, срочно беги в лабораторию! Серёга исчез!
  -- Как исчез? - Жуда хитро подмигнул мне.
  -- А так исчез! Стоял возле магниторезонатора и - бац! Пусто. Как и не было.
  -- Слушай, Антон, ты когда траву курить начал?
  -- Ты... Ты... Я серьезно!
   Голос так дрожал, что чувствовалось, - еще чуть, и заплачет. И Славика проняло.
  -- Ладно, успокойся. Серёга здесь. Даю ему трубку.
  -- Серёга?! - Мне пришлось резко отдёрнуть трубку от уха, чтоб не оглохнуть. - Это ты? Ты там?
  -- Ну да.
  -- Как ты там оказался?!
  -- А я знаю? Не помню я ничего, помрачнение какое-то. Слушай, Тоха, ты видел, как я из лаборатории выходил?
  -- Ты не выходил, ты исчез!.. А внизу, значит, появился. - Антон резко перешёл с крика почти что на шепот.
  -- Когда это произошло?
  -- Да... минуты две-три назад. Мы только начали серию, ты вдруг встал, подошёл к резонатору и... Исчез. Я ж прямо на тебя смотрел, всё видел. - Антон помолчал. И тихо добавил: - Серёга, ты понял, что мы открыли?
   Понял ли я? По телу пробежала мелкая дрожь. Если это не коллективное выпадение памяти, не массовый гипноз, тогда... Я посмотрел на Жуду. Он тоже больше не улыбался. Начинал понимать неординарность происходящего. И я скомандовал:
  -- Антон, вызывай Склярова, я сейчас приду. Слав, а ты пока здесь побудь. И наблюдай за тем местом, где я... появился.
  
   Минут через двадцать мы втроем, - я, Антон и Пузанок, - стояли возле злосчастного магниторезонатора. На лице завлаба явственно читалась уверенность, - сочинённая нами история - это месть за сегодняшнюю новость о расформировании. Глупая детская месть.
  -- И что дальше было? - Скляров неприязненно поджал губы, разглядывая меня, будто диковинный экспонат кунсткамеры.
  -- Потом Сергей... - Начал, было, Антон, но я его перебил.
  -- Я подошел вот сюда. Постарался представить, как колебания распространяются в монокристалле. От передатчика к приемнику.
  -- И что?
  -- И представил... Вроде.
   Скляров хмыкнул. Презрительно так хмыкнул. Мол, он серьёзный учённый, занятый серьёзными делами, а мы отвлекаем глупостями.
  -- Так представил, или "вроде"?
   Я постарался вспомнить, о чём думал в тот момент. Что представил мысленно...
   ...Чёрный взгляд словно огнём полоснул. Глаза! Я же видел эти глаза! Нет, не сегодня, не в своём видении. Раньше, наяву!..
  -- Дядя?
   Тихий, чуть ли не испуганный голос Славика заставил открыть глаза. Я вновь был в "марсоходе".
  -- Дядя... Ты понимаешь, что ты сделал? Ты ж - телепортировался...
   Тут же затрезвонил телефон. Скляров.
  -- Сергей?! Вы внизу? В мастерской? - Хороший вопрос. Звонить в мастерскую, разговаривать со мной и спрашивать, там ли я нахожусь? Впрочем, в подобной ситуации особой сообразительности ни от кого ждать не стоит. - С вами всё в порядке? Как вы себя чувствуете?
  -- Да... Вроде нормально.
  -- Голова не кружится? Не тошнит? Хорошо, сейчас - бегом в медпункт. Пусть там давление померяют, и всё такое. По полной программе! И счётчиком Гейгера себя проверьте, на всякий случай. Только... о том, что произошло, никому пока не говорите. Понятно? И Жуду предупредите. А, дайте ему трубку, я сам скажу.
  
   Судя по всему, двойная телепортация прошла для моего организма безнаказанно. Наш фельдшер Шурочка так и не поняла, с какой радости я загрузил её внеплановой работёнкой. Брякнул, что первое в голову пришло, - мол, залез в магниторезонатор, а его включили по ошибке. Слопала. Откуда ей знать, что в колбу нашего резонатора разве что ладонь засунешь?
   Больше экспериментировать Пузанок не разрешил. Зато усадил всех троих писать подробный, чуть ли не посекундный отчёт о сегодняшнем эксперименте. Кто что делал, где стоял или сидел, какие кнопки нажимал. Я описал. Всё. Кроме взгляда горящих чёрным пламенем глаз. В конце концов, кто о чём думал, Скляров писать не заставлял.
   Ещё он нам строго-настрого запретил рассказывать о случившемся кому бы то ни было. "До особого распоряжения". Его распоряжения, надо понимать. И глаз с нас не спускал. Держал в своём кабинете до окончания рабочего дня. Он бы и после держал, - да права никакого на это не имел! Как только часики, висящие у него над столом, восемнадцать ноль-ноль высветили, мы встали, чинно распрощались, и ушли. Согласно трудовому законодательству.
   А едва проходную миновали, командование на себя взял Жуда. И уже в половине седьмого мы сидели за столиком в "Трёх пескарях".
  
  -- Дяди, а махнём на Косу? Освежимся как раз.
   Я вздрогнул. Какая-то нехорошая ассоциация возникла у меня, при слове "Коса". С чего бы? Коса, - узкая, меньше километра шириной полоска суши, уходящая в море. На самом конце - это просто дикий песчаный пляж, окружённый со всех сторон водой. Мы любили выезжать туда компанией на выходные. И прошлый раз были там втроем, совсем недавно... Нет, вру. С нами была девушка, знакомая Славика. Виталия. Необычное у неё имя, и сама она... Как она свою "профессию" обозвала? Магиня? Надо же...
   В памяти полыхнул взгляд тёмных глаз из моего сегодняшнего видения. Это же...
  -- А может по домам?
  -- Как это, "по домам"?! Мы что, понимаешь...
  -- Слав, - перебил я Жуду, - а ты давно с Виталей знаком?
  -- Чево? - уставился он на меня. - Не знаю я никакого Виталю. Это кто такой?
  -- Не такой, а такая. Девушка, чёрные короткие волосы, тёмные глаза. У неё ещё "шкода-фабия" тёмно-серого цвета.
   Жуда сделал взгляд задумчивым. Затем решительно качнул головой.
  -- -Неа, ты нас с ней не знакомил. А что, хорошая девушка? Аааа... - В глазах его вспыхнуло понимание. - Намекаешь, что нужно нам её с собой пригласить? А если она на колесах...
   Он продолжал развивать тему Косы, но я его не слышал. Стриженный в камуфляже уже вынимал короткий автомат из-под сиденья джипа, уже расплывались тёмные пятна на курточке Антона, опрокидывался навзничь Славик, нелепо растопырив руки...
  -- Нет! - Я обвёл взглядом вытаращившихся на меня приятелей. - Никуда мы не едем. И, Слав, насчет того, что Скляров говорил о секретности. Ты б меньше болтал?
  -- Да ну... - Жуда насупился обиженно. Но голос мой, должно быть, звучал так властно, что спорить он не осмелился. Вздохнул, покосился на официанта, на остаток жидкости в бутылке. - Ладно, по домам, так по домам. Я пока разолью на посошок, а ты, Тоха, такси вызывай.
  
   "Шкоду" цвета мокрого асфальта я увидел, едва вылез из такси. На миг возникла мысль быстро скользнуть в подъезд, но я сдержался. Стоял, ожидая, пока Виталия подойдёт ко мне. Да, это была она. В точности такая, как я запомнил во время поездки на Косу... привидевшейся мне в каком-то кошмаре? И взгляд тот самый. Разве что на тёмные круги под глазами я не обратил внимания прошлый раз.
   Решившись, я начал первым:
  -- Здравствуйте. Вас зовут Виталия? Мы ведь уже встречались?
  -- Да.
  -- Мы... Вместе ездили на Косу?
  -- Ездили.
  -- Когда это было?
  -- Сегодня. - Девушка поднесла к лицу руку с часами. - Как раз сейчас едем туда.
   Бред какой-то! Она что, издевается? Я закусил губу.
  -- Прямо сейчас едем? В это самое время? И когда приедем, там нас...
   Я не договорил, не посмел произнести дикую фразу до конца. И девушка молчала. Но во взгляде её и так читался ответ на мои вопросы. Один и тот же на все. "Да".
  -- Вы можете по человечески объяснить, что происходит? Откуда вы меня знаете, и откуда я вас знаю? И вообще...
  -- Могу.
   Кажется, я и вправду ожидал, что она начнет подробно все объяснять прямо здесь, у подъезда. Понадобилась пара минут, чтобы понять всю нелепость ситуации. Когда понял, кивнул на дверь подъезда.
  -- Пойдёмте ко мне, там поговорим. Если не возражаете. И если вам в самом деле есть что сказать.
  
   Она не возражала. И у неё было, что сказать. А мне было, что послушать. Мы сидели на кухне, и невыпитый кофе остывал в белых фарфоровых чашечках.
   Виталия называла себя магиней. Только это не профессия вовсе, даже не призвание. Это судьба, предназначение. Рок, если хотите. И маги, - это не совсем люди. Вернее, больше чем люди. И понять мага способен только другой маг. И Виталия говорила со мной, потому что я способен понять. Потому, что я - маг...
   Она так и сказала, - "Вы маг, Сергей, и этим всё сказано". Юный, пробуждающийся маг, ничего не знающий о своей силе, даже не верящий в неё. Но чем скорее я поверю, чем скорее научусь пользоваться силой, тем лучше будет для всех.
   И ещё она сказала, что выбора у меня нет. Таким я пришёл в этот мир, просто сущность моя дремала до поры до времени. А сегодня проснулась, - когда я попытался представить половинки кристалла, рассечённого и единого одновременно. Две точки пространства-времени, сколь угодно удаленные друг от друга, и сколь угодно близкие. Представить то, что недоступно для человеческого восприятия и понимания. Но я поверил, что это возможно. И сделал.
   У всех магов пробуждением приходит по-разному, нельзя предугадать, где и когда. И нельзя распознать будущего мага, пока он не проснётся. Но в момент пробуждения всё меняется. Это как всплеск в тихой заводи, как вспыхнувшая спичка посреди ночи. И если поблизости окажется способный видеть и слышать, он заметит, поймёт, что у него появился новый собрат. Меня заметила Виталия. И взяла под свою защиту.
   Власти предержащие среди людей знают многое и многое вожделеют. Но взрослый маг им не по зубам. Он словно отблеск света в этом мире, словно солнечный зайчик. Как поймать его, как удержать? То ли дело новорожденный несмышлёныш, вроде меня. Такого можно сбить с толку, одурманить, запугать. Чтоб так и не понял, кто он есть, и для чего в этом мире. Чтобы стал орудием утоления чужой алчности. И они ищут новорожденных магов. Не умеющие слышать всплеск в тишине, видеть вспыхнувшую искорку, они нашли иные способы поиска. Сотканная за тысячи лет огромная сеть соглядатаев, осведомителей, информаторов. Ловчая сеть, скрепленная человеческой слабостью, жадностью, подлостью. Безжалостная, смертоносная сеть.
   Я молчал, разглядывая свою странную гостью. Да, Виталия не врала, не ломала комедию, в самом деле верила тому, о чём говорила. Но смогу ли поверить я? Совместить опыт прожитых лет, свои прежние знания об окружающем мире с этим? Или совмещать как раз и не нужно? Не искать научные объяснения и доказательства, построенные на строгой логике причинно-следственных связей? Просто принять, как факт?
   Наверное, пить остывший кофе смысла не имело. Но я всё же сделал глоток. Чтобы смочить губы, чтобы ставший сухим язык не прилипал к гортани.
  -- Хорошо, предположим, всё это правда. На Косе... Это должно было произойти сегодня?
  -- Это произошло сегодня. Ты не успел разобраться в своей сущности. Они пришли за тобой, а ты не готов был противостоять ловчей сети. И тогда мне пришлось рассечь время, выбросить из твоей жизни сегодняшний день. Чтобы ты смог проснуться заново, попробовать ещё раз.
  -- Чтобы я второй раз прожил один и тот же день?
  -- Пятый. Первые три ты сумел полностью стереть из своей памяти. Ты упрямый. Говорят, это признак очень сильного мага.
   Кофе не помогал, - во рту опять пересохло.
  -- Ты утверждаешь, что умеешь поворачивать время вспять? Так запросто?
  -- Не поворачивать, только отсекать кусочки от него. И не запросто. Далеко не запросто! На это расходуется очень много сил. Потому я и пришла к тебе, потому и рассказываю, хотя это не принято. Маг должен ощутить свою силу и поверить в неё прежде, чем услышит от других. Иначе принять свою сущность ему будет трудней. Но у меня тоже нет выбора! Я буду за тебя драться до конца, но я совсем слабенькая магиня. И когда моя сила исчерпается... ты попадёшь к ловцам, так и не поняв предназначения.
   Насчёт "труднее поверить" я был с ней полностью согласен. Днём, после телепортаций, я действительно ощущал себя чуть ли не волшебником. Если бы я решился попробовать ещё несколько раз, поэкспериментировать, и если бы получилось перемещаться без всякого гравитопередатчика, из любой точки в любую... Тогда, как знать, кем бы я себя посчитал. А сейчас уже и результат эксперимента кажется нереальным, частью услышанной от ночной визитерши сказочки. Да полно те, а было ли что-то?..
   Додумать я не успел, - в дверь позвонили.
  -- Ловцы. - Почти беззвучно прошептала Виталия. И у меня мурашки по телу пробежали. Поверил я в рассказ или нет, неважно. Что-то неизвестное, необъяснимое, стояло за всеми сегодняшними событиями. Необъяснимое, и поэтому страшное.
  -- Сергей, откройте, это я. - Донесся из-за двери голос Склярова, едва я осведомился, кто там. Меньше всего я ожидал услышать его. Хотя, Виталия ведь говорила о соглядатаях и осведомителях. Пузанок на эту роль вполне годился.
  -- Николай Павлович? Что-то случилось?
  -- Да. Нужно срочно поговорить. Это связано с... сегодняшними событиями в институте.
   Еще бы не связано! Видимо, теперь всё в моей жизни будет так или иначе связано с этими "событиями".
  -- А до утра не может подождать?
  -- Нет, никак не может. Открывайте.
   Я потянулся, было, к замку. И остановился. Если бы Скляров не сказал "открывайте", я бы открыл. А так... С чего это он командует?
  -- Я уже спать лег, Николай Павлович. Устал очень. Давайте завтра поговорим, в институте.
  -- Ружицкий! Откройте дверь, я вам приказываю.
   "Да пошёл ты", - прошептал я, отступая назад к двери кухни. Теперь я точно не открою!
   Скляров еще пару раз надавил кнопку звонка. И всё стихло. Отступился?
  -- Сейчас они дверь вскроют. - Рассеяла мою надежду Виталия. Это "они" прозвучало очень зловеще. Девушка не сомневалась, что за дверью стоит не только Пузанок.
   И точно, в замке тихо заскреблось. Теперь не мурашки, слонопотамы забегали у меня по коже.
  -- Чёрт! А если милицию вызвать?
  -- Не успеешь. Да и не станет милиция в это ввязываться. Бежать нужно.
  -- Как? Чёрный ход в современных квартирах не предусмотрен.
  -- У тебя дверь на балкон есть.
   Она бросилась в комнату, увлекая меня за собой.
  -- Ты что?! Какой балкон?! Я на девятом этаже живу!
  -- Но ты же маг! - Она распахнула балконную дверь, и порыв ветра ударил в лицо холодной прохладой. - Ты же делал это! Посмотри вон туда, за реку. Представь, что ты уже там...
  -- Никакой я не маг! - Заорал я, не в силах остановить волну накатывающего ужаса перед чем-то непонятным и неминуемым, что уже с шумом распахивало входную дверь. - Я не могу так!..
  -- Стоять, не двигаться!
   Стриженный в камуфляже вырос в дверях комнаты. Чёрный пистолет с длинным набалдашником глушителя смотрел прямо мне в лоб. Я и не собирался двигаться. Только зажмурился, чтобы не видеть.
   ...Но Виталию я не видеть не мог. И серебристый меч, который вспыхнул у неё в руке. Более тусклый и узкий, чем я запомнил с прошлого раза. Но ещё не утративший силу...
  
  -- О! Ты откуда тут взялся, дядя? Как зашёл, что я не услышал?
   Славик вновь удивленно таращился на меня через плечо. Вновь? Почему мне кажется, что это уже было со мной? Почему я не удивлен, что стою в малюсенькой "кабинке" "марсохода", хоть секунду назад был в нашей лаборатории на седьмом этаже? Откуда я знаю обо всём, что произойдёт дальше? Вот сейчас зазвонит телефон, и Антон будет кричать не своим голосом...
  -- Славка, срочно беги в лабораторию! Серёга исчез!
   Славик, ничего не понимая, будет подтрунивать над ним:
  -- Слушай, Антон, ты когда траву курить начал?
   А я? Я понимаю, что происходит? Гравитопередатчик отправил не сигнал о колебаниях половинки монокристалла, а меня. Нет, Виталия сказала, что прибор не причем. Что это я сам... Виталия!
   Память захлестнула меня. Настоящее, будущее, предыдущее будущее и то будущее, которое было перед ним. "Три пескаря", Коса, остывший кофе, взламываемая дверь квартиры... Ловчая сеть.
   Я отобрал у Жуды телефонную трубку. Постарался говорить как можно спокойнее.
  -- Антон, всё нормально. Я здесь, внизу.
  -- Как ты там оказался?! Ты же не выходил! Ты исчез!..
  -- Я не исчезал, ты просто отвлёкся на пару минут. Всё нормально, забудь. Я сейчас приду.
  
   Виталия ждала у подъезда моего дома. В своем джинсовом костюмчике, худенькая, черноволосая, - я узнал её сразу. В этом моем настоящем она выглядела осунувшейся, нездоровой. И взгляд был уставший.
  -- Думаешь, сказал "забудь", и этим всё решил? Изменил ход событий? Это ведь было слово человека, не мага. Вячеслав и Антон уже обсуждали произошедшее. Через два дня информация попадёт в ловчую сеть. Через три - ребят заберут. Заставят рассказать всё, что им известно. И "зачистят". А затем придут за тобой.
   Она говорила тихо, монотонно. Но каждое слово било меня, словно пощёчина.
  -- Так что ты от меня ждешь?! Если ты магиня, сделай что-нибудь сама!
  -- Не в моей власти изменять судьбу другого мага. Я могу дать тебе шанс, но как воспользоваться им, знаешь лишь ты сам.
  -- Не знаю я, и не умею! И не хочу знать и уметь! Мне не нужно всё это, понимаешь? Я не хочу верить в твои сказки, и не буду!
  -- У тебя нет выбора. Быть магом - это твоя судьба. Твоё предназначение.
  
   Три дня ничего не происходило. Жизнь в "Лаборатории новых типов связи" текла скучно и сонно. Серию экспериментов мы забросили и коротали время за компьютерными играми и чтением беллетристики. Пару раз Славик порывался расспросить, что же произошло в тот день, но я уклонялся от разговора.
   А утром четвертого дня, когда я подошёл к воротам НИИ, оказалось, что меня ждут.
   Место большого чёрного джипа занял элегантный серебристый "мерс", и стриженный в этом "сегодня" нарядился в строгий костюм-тройку, белую рубашку и галстук. Но это была всё та же ловчая сеть.
  -- Сергей Александрович? Здравствуйте. Мне вас рекомендовал Николай Павлович как профессионала высшего класса.
   Я молчал. Стриженного это ничуть не смущало.
  -- У меня есть к вам деловое предложение. Думаю, оно вас заинтересует. Хорошая, высокооплачиваемая работа.
   Я молчал.
  -- Мы можем сейчас же проехать на место, чтобы вы детально ознакомились. С вашим руководством всё согласовано, прогул вам не засчитают. И они не будут возражать, если вы решите перейти к нам.
   Он улыбался открыто и хорошо, без малейшей тени иронии. И он был честен, абсолютно честен в каждом своем слове. Ловец человеков. Нет, ловец магов. И я улыбнулся ему в ответ.
  -- А что вы сделали с Антоном и Славиком? Куда вы их "пригласили"?
   Мой вопрос не застал стриженного врасплох, не смутил. Но улыбка его перестала быть искренней.
  -- Вас интересует судьба приятелей? Что ж, тогда нам тем более есть о чём поговорить.
   Маленькая игла скользнула из рукава в ладонь. Шаг навстречу, взмах руки...
   Ловец действовал молниеносно. Но не мгновенно. Он ведь был всего лишь человеком. Я видел стоящую на противоположной стороне улицы Виталию с едва заметным серебристым лучиком в руке. Хватило бы у нее сил ещё раз рассечь время? Не знаю. Я не собирался это проверять. Предназначение магов - беречь и защищать людей... от людей же.
  
   Дверь лаборатории за моей спиной громко хлопнула. Я вздрогнул непроизвольно. И улыбнулся. Всё получилось. Просто, буднично, обыденно. Захотел и сделал. И не было никогда трагедии на Косе, "зачисток", вламывающегося в мою квартиру и в мою жизнь ловца... Не было, и не будет.
   Я обернулся. Следовало хорошо сыграть эту сценку.
  -- Зачем босс вызывал?
   Антон поправил на носу скособочившиеся очки.
  -- С первого числа нашу лабораторию закрывают. Совсем. Расформировывают. Много мы денег жрём, а отдачи никакой. Палыч так и сказал: "Дармоеды".
  -- Дармоеды, значит? Ну-ну.
   Я встал, начал расстегивать халат. Антон растерянно смотрел на меня. Не такой он реакции ожидал.
  -- Серёга, ты куда собрался?
  -- В отдел кадров, куда же. Заявление писать.
  -- Подожди-подожди! Палыч сказал, что никого не уволят. Он договорился, всем работу в институте найдут. Всех пристроят в другие лаборатории.
   Я аккуратно повесил халат в шкаф, подошёл к Нерлину.
  -- Тоха, да плевал я на него. Закрывают лабораторию, и ладно, займусь чем-нибудь поинтересней. И поважнее.
   Антон ошеломленно уставился на меня.
  -- Как это понимать? Хочешь сказать, мы тут ерундой занимались? Время зря тратили?!
  -- Нет, почему же зря? Совсем не зря. Я вот с тобой познакомился, со Славиком... - Мысленно добавил: "...с Виталей. Понял, в конце концов, кто я". Ответить ему я не дал. Взял за руку, крепко сжал. - Пока, Тоха! Пусть у тебя в жизни всё хорошо сложится. Не смотря ни на какие... чёрные дыры.
   Кажущиеся выпученными за толстыми стёклами очков, глаза его открылись ещё шире. Наверняка не понял мою последнюю фразу. Объяснять я не стал. Просто развернулся и ушёл. Дел у меня теперь было много!
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"