Синюков Борис Прокопьевич: другие произведения.

Государство - людоед. часть 4. Суды - бандиты. Шестой бандит. Глава 1

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:


Государство - людоед

(Роман в письмах)

Часть четвертая

Суды - бандиты

  

Шестой бандит

Глава I. Судья Сухова

   По-моему, здесь не требуется введения, разве что сказать, что я обратился в суд в третий раз, причем на меня власть Лужкова тоже подала три иска. Я все три иска проиграл, в том числе и в Конституционном Суде, а Лужков - все иски выиграл. А я ведь и сам, до эпопеи описанной в настоящем романе, думал, что Лужков всегда и везде в Москве выигрывает все процессы по защите своей чести и достоинства потому, что кристально честный человек. Теперь-то я знаю, что он главарь мафии, орудующей не только в Москве, но и по всей России, не гнушаясь осуществлять свою власть не только в СНГ, но и в Европейском Суде.
   Итак.

"Зюзинский районный суд

   Председателю,
  
   Истец: Синюков Борис Прокопьевич, ветеран труда,
  
   Ответчик: Отдел службы судебных приставов по ЮЗАО г. Москвы Главного управления Министерства юстиции РФ по городу Москве
  

Заявление

о продлении процессуального срока

и принятии жалобы к рассмотрению

   Настоящее заявление имеет отношение к прилагаемой "Жалобе на неправомерные действия судебного пристава, приведшие к материальному и моральному ущербу нашей семье".
   11.12.02 судебный пристав-исполнитель произвел переселение моей семьи из квартиры N 9 по улице Грина, дом 16, принадлежавшей моей семье на правах частной собственности, в квартиру N 121 по улице Бартеневская, дом 13. Переселение было произведено по "Предписанию на выселение" Отдела службы судебных приставов по ЮЗАО Москвы на основании Определения Зюзинского суда (судья Ахмидзянова) от 04.12.02 о немедленном исполнении Решения Зюзинского суда от 19.11.02 "О выселении".
   При переселении моя семья испытала такой нервный шок, что дважды вызывалась скорая помощь к моей жене Синюковой Г.В. Поэтому мы вообще неадекватно воспринимали действительность, и только спустя время осознали всю беззаконность исполнения решения суда судебным приставом-исполнителем. Кроме того, как следует из самой Жалобы, вещи и мебель наша была в таком беспорядке, что нам - старикам-пенсионерам потребовалось много времени, чтобы как-то наладить свою жизнь на новом месте.
   Поэтому мы не могли воспользоваться установленным 10-дневным сроком на подачу жалобы на действия судебного пристава-исполнителя, который начался 10.12.02 в 19-00 часов, когда нам было вручено указанное "Предписание на выселение" судебным приставом-исполнителем Пркопенко Н.М.
   Кроме того, в оправдание задержки нами свыше 10-срока подачи Жалобы, привожу выдержку из Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 20 февраля 2002 года N 1076/01, рассмотревшего аналогичную задержку с подачей жалобы:
   "Судебные инстанции, отказывая в удовлетворении жалобы, сослались на статью 90 Федерального закона "Об исполнительном производстве", в соответствии с которой жалоба на исполнительные действия может быть подана в арбитражный суд в 10-дневный срок со дня совершения судебным приставом-исполнителем обжалуемого действия. Поскольку арест на имущество наложен 03.03.2000, а жалоба подана 15.03.2000, суд пришел к выводу о том, что пропуск срока, установленного законом для обращения в суд, является безусловным основанием для отказа в удовлетворении жалобы. Однако данный вывод судебных инстанций следует признать ошибочным. Федеральным законом "Об исполнительном производстве" не предусмотрены последствия пропуска 10-дневного срока, установленного для подачи жалобы на действия судебного пристава-исполнителя. По смыслу Закона указанный срок не является пресекательным, а несоблюдение его не может служить основанием к отказу в удовлетворении жалобы по существу. В случае пропуска срока на обжалование действий судебного пристава-исполнителя по уважительной причине этот срок может быть восстановлен судом по заявлению истца, обратившегося с жалобой".
   То есть, описан совершенно аналогичный нашему случай.
   На основании выше изложенного прошу процессуальный срок для подачи жалобы продлить, а саму жалобу - принять к рассмотрению.
   30 декабря 2002 г. Б. Синюков".

"Жалоба

на неправомерные действия судебного пристава, приведшие

к материальному и моральному ущербу нашей семье

   Настоящая жалоба основывается на Конституции РФ (статьи 5, 8, 35, 45, 46, 47, 52, 53, 55), Законе "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" (статьи 1, 2, 4), Федеральном законе "О судебных приставах" (статьи 3, 13, 19), Федеральном законе "Об исполнительном производстве" (статьи 7, 8, 9, 10, 17, 27, 31, 39, 44, 75, 90), ГПК РСФСР (глава 42), ГК РФ (статья 304).
   11.12.02 судебный пристав на основании Предписания на выселение Отдела службы судебных приставов по ЮЗАО Москвы от 06.12.02 N 22-407 произвел выселение нашей семьи из квартиры 9 дома 16 по ул. Грина и вселение в квартиру 121 дома 13 по ул. Бартеневская. Основанием Предписания на выселение явилось Определение Зюзинского суда, судьи Ахмидзяновой от 04.12.02 о немедленном исполнении Решения Зюзинского суда, судьи Ахмидзяновой от 19.11.02 "О выселении" нашей семьи.
   При этом исполнительном производстве допущены следующие нарушения закона, приведшие к тяжким материальным и моральным последствиям (ущербу) для нашей семьи.

Процессуальные нарушения

   Пристав работал на основании упомянутого Предписания на выселение, подписан-ного Симоненко Т.А. Это Предписание исполнено на основании Исполнительного листа суда, то есть Исполнительного документа по смыслу статьи 8 Закона об исполнительном производстве. Дело в том, что этот закон никак не упоминает о документе под названием "Предписание на выселение". Значит, это - незаконный документ. Этот незаконный до-кумент предъявлен нашей семье 10.12.02 в 19-00 часов судебным приставом-исполните-лем Прокопенко Н.М. накануне принудительного нашего выселения 11.12.02 в 10-00 ча-сов, то есть всего за 15 часов до самого начала акта выселения.
   Между тем, согласно закону "судебный пристав-исполнитель в трехдневный срок со дня поступления к нему исполнительного документа выносит постановление о возбуждении исполнительного производства" и "устанавливает срок для добровольного исполнения (не более 5 дней) и уведомляет должника (выделено везде - нами) о принудительном исполнении". Мало того, "копия постановления о возбуждении исполнительного производства не позднее следующего дня направляется должнику". Опять же, "постановление о возбуждении исполнительного производства может быть обжаловано в соответствующий суд в 10-дневный срок".
   Все перечисленные в предыдущем абзаце требования закона нарушены судебным исполнителем. "Предписание на выселение" не является Постановлением о возбуждении исполнительного производства. Постановление о возбуждении исполнительного производства нам не представлено, чем нарушен закон. Не являющееся законным документом "Предписание на выселение" представлено нам не "на следующий день", то есть 07.12.02, а только накануне выселения, 10.12.02, чем дважды нарушен закон, по сути и по сроку, так как мы были лишены судебным приставом возможности "добровольного исполнения". Мало того, мы лишены были судебным приставом-исполнителем возможности обжаловать это несуществующее для нас "Постановление" в 10-дневный срок. В Постановлении о возбуждении исполнительного производства должно быть указано о возможности обжалования, тогда как в "пустой бумажке" под названием "Предписание на выселение" ничего об этом не сказано, кроме запугивания нас штрафами и уголовной ответственностью.
   Рассмотрим немаловажное в данном случае выделенное слово "должник". Законо-датель прекрасно знает, что такое должник, и недаром употребляет это слово, твердо и точно характеризующее то лицо, в отношении которого возбуждается исполнительное производство. Наша семья никому ничего не должна, поэтому к ней при выселении не применимо слово "должник". Выселять по закону судебный исполнитель имеет право только "должника" и больше - никого. Ибо закон не допускает расширительного толко-вания слова "должник". И нас суд решил "выселить" не как должников, а как собственни-ков квартиры, никому ничего не должных. И если суд творит произвол, то это не означает, что судебный пристав-исполнитель должен делать то же самое. Судебный пристав-испол-нитель сегодня не входит в состав суда, он является самостоятельным государственным служащим и должен действовать по законам, написанным специально для него.
   В связи с этим рассмотрим статью 8 Требования, предъявляемые к исполнительным документам, в данном случае, к Исполнительному листу Зюзинского суда. В числе прочих требований там указаны: "наименование взыскателя-организации, его адрес", "резолютивная часть судебного акта". И это немаловажно. На основании этих данных судебный пристав-исполнитель, обязательно юрист по образованию, может судить о сути исполнительного производства, о его законности. Недаром в Законе есть статья 10 Последствия нарушения требований, предъявляемых к исполнительному документу, в которой черным по белому специально для судебного пристава-исполнителя написано: "Судебный пристав-исполнитель возвращает исполнительный документ..., в случае несоответствия его требованиям, предусмотренным статьей 8".
   Мало того, статья 17 гласит: "В случае неясности требований, содержащихся в исполнительном документе, судебный пристав-исполнитель вправе обратиться в суд, выдавший исполнительный документ, с заявлением о разъяснении соответствующего судебного акта, на основании которого выдан это исполнительный документ". Другими словами, судебный пристав-исполнитель не просто бездумный исполнитель воли суда как, например, палач, получивший команду "рубить голову". Судебный пристав-исполнитель согласно закону - дипломированный юрист, полностью отвечающий за свои действия перед законом и контролирующий свое поведение законом же, но не слепо исполняющий волю суда.
   И если бы судебный пристав-исполнитель в данном конкретном случае уважал закон, написанный для него, то он, прежде всего, спросил бы сам себя, а затем и суд - "должник" ли наша семья? Ибо только для должников предусмотрены его санкции (статья 45 Меры принудительного взыскания: изъятие, обращение взыскания на имущество должника, на заработную плату). Напомним также статью 75 Исполнение исполнительного документа о выселении должника. Никого другого кроме "должника" судебный пристав-исполнитель "выселять" не вправе. И толковать по своему усмотрению слово "должник" - тоже. Мы не являемся ничьими должниками. И мы уже приводили пример палача, уподобляться которому судебный пристав-исполнитель согласно закону не может.
   Но не только на это мы хотели бы обратить внимание суда. "Выселение производится в присутствии понятых... с обязательной описью имущества, производимой судебным приставом-исполнителем", "исполнение исполнительного документа о выселении должника оформляется судебным приставом-исполнителем актом о выселении", судебный пристав-исполнитель в необходимых случаях обеспечивает хранение имущества должника...".
   Понятых не было, акт о выселении нам не представлен, брошенную судебным приставом-исполнителем нашу мебель практически на улице - разворовали.
   Таким образом, ни одно требование Закона, как по инициированию, так и по самому исполнению "выселения" не выполнено. "Выселение" исполнено к тем, к кому ни при каких обстоятельствах применено быть не могло.
   В связи с этим, нам очень интересно узнать, как нарушивший все законы подряд Зюзинский суд по нашему "выселению", будет сейчас оценивать нарушения закона судебным приставом-исполнителем, которого тот же самый Зюзинский суд фактически вовлек в авантюру с исполнением своего произвольного Решения. Мы не сомневаемся в результате, но мы обязаны пройти это испытание прежде, чем писать жалобу "выше", уже на Зюзинский суд.
  

Последствия нарушений законов и должностных обязанностей

судебным приставом-исполнителем

в виде невосполнимого ущерба нашей семье

   Постановления о возбуждении исполнительного производства нет. Понятых нет, Акта о выселении нет, Постановления об окончании исполнительного производства нет. Зато наша семья оказалась выселенной из своей собственной квартиры и вселенной в квартиру, на которую у нас нет абсолютно никаких прав. То есть, исполнено не выселение, а переселение, которого в законе об исполнительном производстве тоже нет.
   Мы ни минуты не сомневаемся, что одно беззаконие (суда) влечет за собой другое беззаконие (пристава-исполнителя). Третье беззаконие, вытекающее из двух первых, состоит в том, что при "исполнении переселения" под руководством судебного пристава-исполнителя была переломана почти вся наша мебель и другие предметы и вещи длительного пользования, почти все достояние стариков-пенсионеров, потративших почти всю свою жизнь на приобретение утраченных ныне вещей.
   О методике переселения. Не сумасшедшие люди (добросовестность, разумность, справедливость - ст.6, п.2 ГК РФ) знают, что перед переселением корпусная мебель разбирается, детали и вещи упаковываются. Это знают даже в магазинах, на мебельных и других фабриках. Разборку и упаковку выполняют сведущие в этом вопросе люди. Выносить упаковки до автомобиля - тоже требует сноровки и опыта, укладка в автофургоне - тоже, ибо "верхние" вещи могут своей тяжестью раздавить "нижние". То есть, исполнять все это - профессия. И судебный исполнитель знает, где такие профессионалы есть. Вернее, его должностная обязанность государственного служащего - знать. И обязанность приглашать специалистов для участия в исполнительном производстве, вплоть до переводчиков, не говоря уже о мебельщиках (статьи 38, 41).
   Вместо всего этого судебный пристав-исполнитель созвал окрестных дворников под руководством истца, он же "взыскатель" - префектура. Разумеется, эти "специалисты" могут носить тяжести, но исключительно такие, как кувалды в ящиках или песок в мешках. Притом они нанимались на работу в префектуру улицы подметать, но не дорогостоящую мебель перевозить. Поэтому к дополнительной для себя работе отнеслись скептически, мы сами это слышали от них в момент "исполнительного производства". Более того, они были крайне недовольны своей дополнительной работой, не несли за нее никакой персональной ответственности по сравнению со случаем доставки и сборки мебели магазином. Они даже пытались посидеть среди лестничных маршей на том, что несли, не вникая в вопрос, а выдержит ли их тяжесть эта полка, это стекло и так далее.
   Самое замечательное в этом непрофессионализме то, что ни судебный пристав-исполнитель, ни грубая рабочая сила не догадались разобрать большинство мебельных гарнитуров на составные части и тащили их целиком на лестницу. И только тут оказывалось, что мебель не разворачивается с одного лестничного марша на другой марш, и предмет нельзя тащить ни вперед, ни назад. Труженики метлы, не связанные никакими обязательствами за сохранность того, что носят, варварски кантовали предметы мебели, а судебный исполнитель делала вид, что ничего не видит. Поворочав с боку на бок крупный предмет мебели и обломав ему углы, добивались того, что предмет сам начинал разваливаться на составные части, притом так, что металлические крепежные детали выворачивались с "корнем" из скрепляющих ими между собой "досок" мебели. Развалившиеся и погубленные навсегда "элементы" мебели, доносили до автомобиля и грузили в него как дрова.
   Таким образом было сделано три рейса автофургона от квартиры 9 дома 16 по ул. Грина (3 этаж) до квартиры 121 дома 13 по ул. Бартеневская (3 этаж). Все те предметы мебели, которые не влезали по габаритам в грузовой лифт на ул. Бартеневская, оставляли в лифтовом холле или в прихожей подъезда дома. Остальное заносили в квартиру 121 и складывали в кучу как дрова. О сборке и расстановке мебели и предметов уюта даже не заходило речи. Судебный пристав-исполнитель повторила нам неоднократно: "Я Вас не переселяю, а выселяю. Мне надо освободить от Вас и Ваших вещей квартиру N9 по ул. Грина, 16. Больше меня ничего не интересует".
   Самыми ценными деталями спального итальянского гарнитура были два 2,5-метро-вых зеркала платяного 2,6 х 2, 6 м шкафа. Их судебный пристав-исполнитель решила пощадить, оставив главе нашей семьи 67-летнему Синюкову Б.П. на "ответственное хранение" в бывшей нашей квартире по ул. Грина, где была та же самая минусовая температура что и на улице. Об этом Синюков Б. П. подписал какую-то бумагу судебному приставу, приписав, что будет "хранить, если дверь не будет ночью взломана злоумышленниками".
   О вымогательстве у нас денег. От стороны "взыскателя" - префектуры все время этой экзекуции, называемой не то "выселением", не то "переселением", присутствовали работница Управы Северное Бутово Оксана Евгеньевна и работница РЭП-29 Валентина Михайловна. Валентина Михайловна прямо спросила Синюкова Б.П. в присутствии своих дворников, ломавших нашу мебель: "Собираетесь ли Вы заплатить деньги моим рабочим за работу?" Синюков Б.П. ответил: "Нет, не собираюсь, ибо Вы нас переселяете насильст-венно из нашей законной собственности под руководством судебного пристава-исполни-теля. И если я заплачу деньги, то это будет факт "добровольности" переселения, которого от нас всячески добивается Оксана Евгеньевна, прося нас написать "заявление об оказании помощи при добровольном переезде". Рабочие слышали как вопрос Валентины Михайловны, так и ответ Синюкова Б.П. и ломка мебели значительно активизировалась.
   Несколько обескураженная Валентина Михайловна нашла выход навредить еще больше нашей семье. Дело в том, что мы хотели демонтировать нашу собственность в бывшей нашей квартире, стоящую больших денег, так как дом шел под снос, и взять на новую квартиру: итальянскую чугунную ванну, французский унитаз, итальянскую электрогазовую печь, остек-ление балкона, пять канадских межкомнатных дверей, подвесные потолки, входную ме-таллическую дверь, кафель от пола до потолка и т.д. Рабочие по просьбе Синюкова Б.П. потащили на выход электрогазовую печь. Но их тут же остановила Валентина Михай-ловна, сказав: "Печь принадлежит квартире, ванна и так далее, что Вы перечислили, вплоть до кафеля и канадских дверей, тоже принадлежность квартиры. Мы Вас выселяем из квартиры, как таковой, поэтому выносить и перевозить будем только мебель и вещи. Все остальное, я не отрицаю, - Ваша собственность, но оно не входит в состав вещей и мебели, от которых мы "освобождаем" квартиру. Поэтому, если хотите все это взять, то - платите". У Синюкова Б.П. было при себе только 800 рублей. Этого хватило только на демонтаж и погрузку ванны, французского унитаза и электрогазовой печи. Все остальное осталось в квартире. Синюков Б. П. оставил ключи от бывшей нашей квартиры у себя, хотя судебный пристав-исполнитель и требовала их ей выдать. Отсюда и следует исток выше описанного "принятия зеркал на ответственное хранение". Синюков Б.П. из-за отсутствия денег на оплату дворникам надеялся самостоятельно демонтировать и сохранить свое достояние, указанное выше. Тем более что двери в квартире на ул. Бартеневской не шли ни в какое сравнение с нашими канадскими дверями. Судебный пристав-исполнитель поддержал требование Валентины Михайловны без оплаты ничего из выше перечисленного не перевозить.
   В течение всего времени переезда (3 рейса автофургона) один пенсионер, Синюков Б.П., находился в "старой" квартире, другой пенсионер, Синюкова Г.В., находилась на "новой" квартире, наш сын... был на работе.
   Удостоверившись, что часть вещей в квартире на ул. Бартеневской в виде невообразимой кучи досок, узлов и мешков, а часть - в подъезде дома на ул. Бартеневской, судебный пристав-исполнитель посчитала свою работу по "выселению" законченной, и удалилась около 20-00 часов 11.12.02. Не подписав с нами никакого документа, за исключением упомянутого "ответственного хранения зеркал", оставшихся в "старой" квартире. Больше мы судебного пристава-исполнителя не видели.
   Мы позвонили по 02 в милицию и пожаловались, что часть наших вещей брошена судебным приставом-исполнителем практически на улице и вещи могут украсть. "02" дала нам номер телефона участкового милиционера. Участковый милиционер, узнав от нас, что вещи брошены судебным приставом-исполнителем, посоветовал нам к ней и обращаться, и повесил трубку.
   Весь следующий день 12 декабря 2002 г. - День Конституции, как насмешка над нами, мы пытались найти место в нашей "новой" квартире чтобы хотя бы на пол постелить матрац. Настолько квартира была завалена ломаной мебелью и вещами. В лифтовом холле и прихожей дома как попало валялись в собранном виде:
  -- антикварный диван от югославского кабинета;
  -- средняя часть (без антресоли и подиума) эксклюзивного 4-дверного платяного шкафа со шпоном красного дерева;
  -- прихожая с полутораметровым зеркалом и шпоном красного дерева;
  -- чугунная итальянская ванна с позолоченными ручками;
  -- "ширпотребовский" раскладной диван.
   Денег у нас было совершенно в обрез, поэтому мы смогли нанять рабочих затащить в квартиру только самое ценное для нас из того, что перечислено выше: дорогой диван, шкаф, прихожую. Заплатили оставшиеся 600 рублей.
   13 декабря 2002 г. мы поехали в нашу бывшую квартиру по ул. Грина, ибо нам обещала Оксана Евгеньевна привезти оставшиеся там зеркала от шкафа спального итальянского гарнитура, те самые, которые Синюкову Б.П. судебный пристав-исполнитель оставила "на ответственное хранение". Зеркала нам привезли и затащили в квартиру на Бартеневской. Ключи от бывшей нашей квартиры мы вручили Оксане Евгеньевне.
   Денег у нас больше не было, сил - тоже, мы их давно отдали Родине, один - в сибирской шахте, другая - в якутском здравоохранении. Надо было демонтировать 60 кв. метров подвесных потолков, 5 межкомнатных канадских и входную металлическую дверь, итальянский половой и стеновой кафель 30 кв. метров, балконное остекление, 68 кв. метров древесноволокнистых плит. Но, ни денег, ни собственных сил, сын на работе. Межкомнатные двери подарили бывшим нашим соседям, все еще вывозившим из соседних квартир дома свои вещи, и им же разрешили брать все остальное, что им пригодится, ибо сами мы ничего физически не могли забрать. В квартире осталась Оксана Евгеньевна и тут же вызвала свою мать, мужа и еще какого-то родственника, мы их видели перед своим уходом. Мы же ушли из нашей бывшей собственности навсегда.
   После нашего ухода пришли бывшие соседи забрать нами им подаренное. Однако Оксана Евгеньевна решила иначе. Владея ключами от нашей бывшей квартиры, она отдала соседям только межкомнатные канадские двери и больше - ничего. Со слов соседей, она сказала им уже в наше отсутствие следующее: "Все то, что в квартире N 9 сейчас осталось из собственности Синюковых, кроме канадских дверей, я забираю в счет оплаты за их переселение". Соседи отступили, несмотря на то, что мы лично им подарили все то, что Оксана Евгеньевна решила забрать себе "в счет оплаты".
   Таким образом, к вымогательству денег прибавилось "неосновательное обогащение" (ст.8, п.1, пп.7 ГК).
   Утром 14 декабря, спустившись в лифтовой холл, мы обнаружили, что дивана, валявшегося в лифтовом холле уже четверо суток, не было на месте, кто-то утащил. Ванна с позолоченными ручками еще лежала, опертая на перила лестничного марша. На пятые сутки и ее не стало, украли.
   Синюкову Б. П. - 67 лет, из них 17 лет уже на пенсии, так как более 15 лет непрерывно проработал под землей, сил совсем нет. У пенсионерки Синюковой Г.В. стажа только на Крайнем Севере - 12 лет. Сил - не больше, несмотря на более молодой возраст. Перед переселением, когда власти отключили все жизнеобеспечение дома, в котором мы жили, ей вызывали скорую помощь, был нервный криз. В ночь с 11 на 12 декабря, после переселения, скорую помощь вызвали вторично. Врач настойчиво рекомендовал увезти ее в больницу, но она отказалась, боясь оставить мужа одного в таком морально напряженном состоянии. И под роспись отказалась от больницы. Синюков Д.Б. только закончил институт и только что вышел на работу, и ему совершенно невозможно по морально-этическим соображениям отпрашиваться с работы "по личным причинам", а говорить, что нашу семью как каких-то БОМЖей выбрасывают из квартиры, стыдно. Так что совершенно никаких возможностей противостоять невзгодам, свалившимся на нас произволом судебного пристава-исполнителя, у нас не было.
   Мало того, мы совершенно не были в состоянии не только написать эту жалобу, но даже адекватно реагировать на окружающую действи-тельность (с 11 декабря по настоящий день) от сильнейшего нервного шока, последовавшего от почти месячных (весь ноябрь и на-чало декабря 2002 г.) пыток властей отключением воды, электроэнергии и отопления в бывшем нашем доме и пикового нервного шока в момент переселения судебным приставом-испол-нителем. Подробнее об этом сказано в Заявлении на продление процессуального срока для подачи данной жалобы.
   В результате неправомерных и несообразных с нормальной человеческой логикой действиями судебного пристава-исполнителя по нашему переселению мы потерпели фактический материальный ущерб:
  -- от югославского гарнитура "кабинет", состоящего из стенки, журнального столика, двух кресел и дивана, ценой в 5000 долларов не может быть восстановлена "стенка" в связи с невозможностью ее собрать (все детали сломаны), диван (собран с потерей вида), а без "стенки" и дивана фактически нет и самого гарнитура. Ущерб - 5000 долларов;
  -- брошенный практически на улице судебным приставом-исполнителем и украденный по этой причине диван ценой 3000 рублей. Ущерб 3000 рублей;
  -- брошенная судебным приставом-исполнителем практически на улице и поэтому украденная итальянская чугунная ванна с позолоченными ручками ценой в 10000 рублей. Ущерб 10000 рублей;
  -- мебель для ванной комнаты типа "мойдодыр" ценой 4500 рублей не может быть собрана из-за вывороченных из деревянных элементов скрепляющих металлоконструкций. Ущерб 4500 рублей;
  -- итальянский спальный гарнитур, состоящий из 6-дверного шкафа, комода, 2-спальной кровати и 2 тумб ценой 3400 долларов требует ремонта, оцененного приглашенным мебельным специалистом в 800 долларов. Ущерб 800 долларов;
  -- электрогазовая итальянская печь ценой 400 долларов не может быть использована, так как погнута самая видимая лицевая часть и разбита крышка-стекло. Ущерб 400 долларов;
  -- утрачены подвесные потолки ценой 6000 рублей. Ущерб - 6000 рублей;
  -- утрачена входная металлическая дверь стоимостью 400 долларов, вместо нее заказана и установлена новая металлическая дверь в "новой" квартире стоимостью 13200 рублей. Общий ущерб - 400 долларов и 13200 рублей;
  -- утрачено остекление балкона стоимостью 5600 рублей, предстоят новые затраты на остекление балкона в том же размере. Общий ущерб 11200 рублей;
  -- утрачены 30 кв. метров кафельной плитки по цене 460 рублей за кв. метр. Суммарный ущерб составил 13800 рублей;
  -- предметы итальянского кухонного гарнитура ценой 5000 долларов по оценке приглашенного мебельного специалиста требуют ремонта (выломаны ножки с "мясом", царапины, надломы досок) на сумму 600 долларов. Ущерб - 600 долларов;
  -- сборка и установка мебели (спального и кухонного гарнитуров) потребует по мнению специалиста 450 долларов. Ущерб 450 долларов.
   Общий прямой материальный ущерб составил 7650 (семь тысяч шестьсот пятьдесят) долларов и 61700 (шестьдесят одна тысяча семьсот) рублей.
   При виде того, что творит государственный служащий, наделенный непререкаемой властью вплоть до применения оружия, с нашим достоянием, мы испытывали сильнейшие моральные и нравственные страдания, ибо все это происходило на наших глазах 10 часов подряд. Еще большие моральные и нравственные страдания мы испытали когда "переселение" закончилось, когда мы разглядели, отойдя от шока, все то, что натворила судебный пристав-исполнитель с нашим достоянием, нажитым трудом почти все нашей жизни.
   Эти моральные и нравственные страдания мы оцениваем в 100000 (сто тысяч) рублей.
   Таким образом, общий прямой материальный и моральный ущерб от неправомерных и преступно небрежных действий судебного пристава-исполнителя составил 7650 (семь тысяч шестьсот пятьдесят) долларов и 161700 (сто шестьдесят одну тысячу семьсот) рублей.
  

Предмет жалобы

   Согласно ст.90, п.2 Федерального закона "Об исполнительном производстве" "вред, причиненный судебным приставом-исполнителем, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством".
   Согласно п.1, пп.6 статьи 8 ГК наши гражданские права возникают "вследствие причинения вреда...". Согласно п.1 ст.10 ГК "не допускаются действия, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред, а также злоупотребление правом в других формах", а п.3 этой же статьи "разумность действий и добросовестность предполагаются".
   Статьей 12 ГК "защита гражданских прав осуществляется путем:
   восстановления положения, существовавшего до нарушения права;
   возмещения убытков;
   компенсации морального вреда".
   Согласно ст.15 ГК "лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков". "Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях при обычных условиях гражданского оборота, если бы право его не было нарушено (упущенная выгода)". Здесь имеется в виду те вещи, которые остались в квартире и были взяты Оксаной Евгеньевной в "счет оплаты за наш переезд".
   Согласно ст.16. ГК "убытки, причиненные гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов... подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием".
   В данном конкретном случае в ущерб мою семью ввел государственный служащий Министерства юстиции - судебный пристав-исполнитель (фамилию ее мы не запомнили в шоке переселения, хотя она и представляла нам официальное удостоверение судебного пристава-исполнителя). Установить фамилию для суда не составит труда.
   Поэтому считаю, что материальный и моральный ущерб должна возместить Российская Федерация в лице Министерства финансов РФ и Казначейства РФ.
   30 декабря 2002 г. Синюков Б.П".
    []  []
  
  
   Не думаю, чтобы тут потребовались какие-нибудь комментарии, а поэтому сразу же привожу ответ.
  
  

Зюзинский Суд

Извещение от 13.01.03

   В Ваш адрес для сведения направляется копия определения об оставлении иска без движения...

Судья Сухова Н.И.

Определение (копия)

   10 января 2003 года судья Зюзинского районного суда г. Москвы Сухова Н.И., рассмотрев заявление Синюкова Бориса Прокопьевича на неправомерные действия судебного пристава-исполнителя по ЮЗАО г. Москвы,

Установила:

   Синюков Б.П. обратился в суд с указанным заявлением. Указанное заявление подлежит оставлению без движения, поскольку подано с нарушением ст.ст. 126-127 ГПК РСФСР, а именно: не конкретизировано: подается жалоба или исковое заявление о возмещении морального и материального вреда. Как усматривается из текста требований, Синюков Б.П. именует свое заявление жалобой. Вместе с тем, указывает себя как истца, а Отдел службы судебных приставов-исполнителей в качестве ответчика. Требования Синюкова Б.П. состоят в том, что он просит признать действия судебного пристава-исполнителя незаконными и взыскать материальный и моральный вред. Однако суд лишен возможности рассматривать в одном производстве требования искового и неискового характера.
   В соответствии со ст.ст. (ошибок я не исправляю) 130 ГПК РСФСР заявление, поданное с нарушением требований ст.ст. 126, 127 ГПК РСФСР или не оплаченное государственной пошлиной, подлежит оставлению без движения.
   Руководствуясь ст.ст. 130 ГПК РСФСР, судья

Определил:

   Исковое заявление Синюкова Бориса Прокопьевича оставить без движения.
   Известить заявителя о необходимости исправить недостатки заявления до 20 января 2003 года, разъяснить, что в противном случае заявление будет считаться неподанным и возвращено в адрес заявителя.
   На определение может быть подана частная жалоба или принесен протест в Мосгорсуд через районный суд в течение десяти дней.
   Судья: подпись.
   Копия верна: Судья (опять подпись, плюс печать)".
  
   Я прекрасно понимаю, что судья строит из себя дурочку, тем не менее, я ей пишу, вразумляю ее как малого ребенка:
  
  
   "Зюзинский межмуниципальный суд Москвы,
   Судье Суховой Н.И.
  

Заявление

"О продлении срока исправления

недостатков Жалобы"

   Ваше Определение от 10.01.03 с сопровождающим его Извещением от 13.01.03 Зюзинским судом отправлено мне согласно почтовому штемпелю на конверте 20.01.03 (фотокопия прилагается), то есть в день, когда я должен был представить "исправление недостатков" согласно Вашему Определению "оставить исковое заявление без движения".
   Получил я Ваше Определение согласно почтовому штемпелю 23.01.03, хотя фактически мне его вручила почта 24.01.03.
   Таким образом, я физически не мог составить и направить Вам "исправление недостатков" 20.01.03, то есть раньше, чем я получил Ваше Определение.
   На основании изложенного прошу продлить срок исправления недостатков моей "Жалобы на неправомерность действия судебного пристава..." до момента получения Вами настоящего письма и прилагаемого к нему Дополнения N1 к "Жалобе...".
   Приложение: фотокопия конверта Зюзинского суда.
        -- Б. Синюков".
  
   "Зюзинский межмуниципальный суд
   Москвы,
   Судье Суховой Н.И.
  
   Податель жалобы: Синюков Б.П., ветеран труда,
  
   Обжалуются действия: должностного лица Отдела службы судебных приставов по ЮЗАО Москвы Главного управления Министерства юстиции РФ по городу Москве
  

Дополнение N 1

к "Жалобе на неправомерные действия судебного пристава,

приведшие к материальному и моральному ущербу нашей семье"

   Настоящим Дополнением N 1 исправляю недостатки, указанные в Определении Зюзинского суда, судьи Суховой Н.И. от 10.01.03, и даю необходимые пояснения для рассмотрения Жалобы по существу.

Исправление недостатков

      -- Вместо "истец" называю себя подателем жалобы как в настоящем Дополнении N 1, и прошу то же самое отнести к самой Жалобе.
      -- Вместо "ответчик" называю "Обжалуются действия: должностного лица..." как в настоящем дополнении N 1, и прошу то же самое отнести к самой Жалобе.
  

Необходимые пояснения

      -- Надеюсь, что этого достаточно, чтобы принять и рассматривать мою жалобу именно как жалобу.
      -- В дополнение к ссылкам на законы в первом абзаце Жалобы ссылаюсь также на главу 24-1 ГПК РСФСР "Жалобы на действия государственных органов, общественных организаций и должностных лиц, нарушающих права и свободы граждан".
      -- Поэтому моя Жалоба не имеет никакого отношения к статьям 126, 127 главы 12 "Предъявления иска" ГПК РСФСР, которые указаны в Определении суда, судьи Суховой Н.И.
      -- Глава 24-1 ГПК РСФСР в отличие от главы 12 (статья 126) ГПК РСФСР не имеет четкой регламентации для "формы и содержания" жалобы. Поэтому она подается в свободной форме. И употребление слов "истец" и "ответчик" по аналогии с требованием главы 12 ГПК РСФСР не должно являться препятствием к ее рассмотрению. Эти слова в данном случае только помогают установить, кто, и на кого жалуется, но не определяют эти термины по главе 12. Заголовок - вот что определяет существо предмета. Тем не менее, я заменил эти слова.
      -- Согласно Определению основанием по оставлению жалобы без движения является статья 130 ГПК РСФСР, которая, в свою очередь, основывается на статьях 126 и 127 ГПК РСФСР. Но, если к моей жалобе не могут быть применены статьи 126 и 127, то не может быть применена и статья 130 ГПК РСФСР.
      -- В Определении указано: "суд лишен возможности рассматривать в одном производстве требования искового и неискового характера". Эта фраза не основана на законе. В Законе "О судебных приставах" (ст.19) сказано: "ущерб, причиненный судебным приставом гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством". Отсюда моя ссылка на ГК РФ и Закон "Об исполнительном производстве". Ущерб, причиненный приставом, от самих противозаконных действий пристава неотделим, если ущерб - прямое следствие действий пристава. Поэтому ущерб от действий пристава и сами действия пристава не могут быть рассмотрены раздельно, по "исковому" и "неисковому" производству. Тем более что статья 145 ГПК РСФСР судье прямо об этом напоминает: "всестороннее, полное и объективное выяснение всех обстоятельств дела".
      -- Я не могу переписать сюда все законы, мной упомянутые, как здесь, так и в первом абзаце самой Жалобы, но я их читал, и знаю. И ссылаюсь на них для установления судом нарушения их, или ненарушения в фактах данных конкретных обстоятельств дела (жалобы). Поэтому я должен получить четкий ответ у суда на эти мои заявления: да или нет. И если нет, то - почему?
   На основании изложенного и сделанных мной исправлений прошу рассмотреть мою жалобу по существу.
          -- Б. Синюков".
  
   Я думаю что и вы теперь поняли, судья Сухова прикидывалась дурочкой. Проглотив, не морщась кусок говна и делая вид, что она вовсе не оставляла беззаконно моего дела "без движения", вновь финтит.
    []

Определение

(орфографию, синтаксис, пунктуацию передаю как в оригинале)

о подготовке дела к судебному разбирательству

(копия)

   3 февраля 2003 года Судья Зюзинского районного суда г. Москвы Сухова Н.И., рассмотрев материалы гражданского дела по жалобе Синюкова Бориса Прокопьевича на неправомерные действия Отдела службы судебных приставов по ЮЗАО г. Москвы,
   нашел:
   По настоящему делу необходимо провести досудебную подготовку

Руководствуясь ст.ст. 40, 56, 111, 147, 148 ГПК РСФСР,

Определил:

   1) Направить заинтересованному лицу копию заявления, обязать его представить в суд возражение по жалобе, доказательства своих возражений (в случае, если возражения имеются), а также письменный отзыв по жалобе.
   2) Разъяснить сторонам процессуальные права и обязанности. Выяснить, не настаивают ли они на проведении предварительного заседания.
   3) Разъяснить заинтересованному лицу, что:
   - обязанность доказать наличие законного основания к невыполнению требований заявителя лежит на нем,
   - непредставление заинтересованным лицом в суд доказательств своих возражений в случае неявки в судебное заседание не препятствует рассмотрению судом дела по имеющимся в деле доказательствам (ч.2 ст. 150 ГПК РСФСР)
   - непредставление заинтересованным лицом доказательств своих возражений в случае неявки в судебное заседание дает суду основание установить, что он согласен с доводами и требованиями, изложенными в заявлении
   - 4) стороны на прием к 14 часам 10 февраля 2003 года
   - 5) Возложить на Синюкова Б.П. процессуальную обязанность доказать, что его гражданские права нарушены действиями судебного прситава-исполнителя (подчеркнуто автором определения).
   - 6) В соответствии со ст. 111 ГПК РСФСР продлить Синюкову Б.П. процессуальный срок для исправления недостаткой первоначально поданной жалобы.
   - 7) В свете ч. 3 ст. 39 ГПК РФ (заметьте, РФ вместо РСФСР написано судейскими ручками), поскольку Синюков изменил сущность требований, течение срока рассмотрения настоящего дела начать не с дат, указанных в тексте жалобы и в дополнительном заявлении, но с момента вынесения судом определения о назначении дела к судебному разбирательсту.
   - Судья-подпись
   копия верна: Судья- (закорючка)".
  
   На эту писульку, хотя она и противозаконна, я письменно пока отвечать не стал, так как к этой писульке была приложена повестка о моей явке в суд на 19.03.03. Я считал, что смогу сделать заявление на судебном заседании. Но заседание пошло так, что я вынужден был на следующем заседании суда представить заранее заготовленную мной следующую бумагу.
  
   "Зюзинский межмуниципальный суд
   Москвы,
   Судье Суховой Н.И.
  
  

Дополнение N 2 (Заявление N 1 в зале суда)

к "Жалобе на неправомерные действия судебного пристава,

приведшие к материальному и моральному ущербу нашей семье"

  
   Судебное заседание 19.03.03 началось с вопроса суда истцу предъявить и конкретизировать ущерб, причиненный исполнением судебного решения судебным приставом-исполнителем, несмотря на то, что в жалобе этот ущерб конкретен. Но не только в этом дело. Жалоба начинается не с ущерба, а с неправомерных, как я считаю, действий судебного пристава-исполнителя, а ущерб - это только следствие этих действий.
   Суд учел это обстоятельство и предложил истцу конкретизировать неправомерные, как он считает, действия судебного пристава-исполнителя. Истец устно кратко изложил то, что написано в жалобе, в том числе:
  -- предъявленное судебным приставом-исполнителем "предписание на выселение" не является "постановлением о возбуждении исполнительного производства", это "предписание" не предусмотрено законом, поэтому произвольно и не является обязательным для исполнения;
  -- "постановление о возбуждении исполнительного производства" ответчику не представлено, а в "предписании на выселение" нет ссылки на возможность его обжалования в 10-дневный срок;
  -- тем самым ответчик был лишен возможности на обжалование, то есть, лишен права на защиту;
  -- "предписание на выселение" представлено всего за 15, притом ночных, часов до начала самого акта выселения;
  -- тем самым ответчику не предоставлено 5 дней для добровольного исполнения исполнительного производства;
  -- "предписание на выселение" датировано 06.12.02, но не представлено "не позднее следующего дня", то есть, 07.12.02, оно представлено только 10.12.02 в 19-00 часов с датой принудительного исполнения 11.12.02 в 10-00 часов;
  -- тем самым ответчик был лишен времени для сбора и упаковки своих вещей;
  -- исполнительный лист ответчику не предъявлен;
  -- понятых не было;
  -- опись имущества не составлялась.
   В результате всего этого ответчик потерпел моральный и материальный ущерб, к конкретизации которого суд не приступал. Однако прерывал ответчика по исполнительному производству и подателя жалобы по настоящему делу следующими вопросами, процессуальными действиями и объяснениями.
   Вопрос суда: "Получили ли Вы исполнительный лист?"
   Ответ: "Не получил и не видел".
   Вопрос суда: "Вы утверждаете, что "постановление о возбуждении исполнительного производства" не получили?"
   Ответ: "Да, не получил".
   Объяснение суда: "По закону Вы должны доказать факты, которые предъявляете в жалобе (заявлении). Чем Вы их докажете?"
   Ответ: "Свидетелями".
   Процессуальное действие суда: "Назовите свидетелей".
   Ответ: "Моя жена...".
   Процессуальное действие суда, прерывая меня: "Ваша жена не может быть свидетелем, так как она уже присутствует в зале на судебном заседании".
   Продолжение ответа: "Следующие свидетели..."
   Процессуальное действие суда: "Вы можете вручить повестки названным Вами свидетелям?"
   Ответ: "Могу.
   Процессуальное действие суда: "Заседание закрыто, переносится на 02.04.03".
   Таким образом, судебное заседание 19.03.03 закончилось следующим:
  -- кратко озвучено то, что написано в жалобе (заявлении), о чем моя жена знала и без заседания суда;
  -- названы свидетели, которых моя жена и без суда знает;
  -- судом назначен вызов свидетелей.
   Согласно ст.172 ГПК РФ "рассмотрение дела по существу начинается докладом председательствующего. Затем председательствующий выясняет, поддерживает ли истец свои требования, признает ли ответчик требования истца..." Ответчик в судебное заседание не явился. Между тем, согласно ст. 246, п.2 в таких делах "не применяются правила заочного производства".
  
   В результате, судебного заседания как такового не было. Тем более что согласно ст. 150 ГПК РФ судья "разрешает вопрос о вызове свидетелей" при подготовке дела к судебному разбирательству, а не в процессе рассмотрения дела по существу, если об этом не заявят стороны процесса в ходе его.
   Начав процесс с материального и морального ущерба, а не с неправомерных процессуальных действий судебного пристава-исполнителя (что я исправил), суд сбил меня с толку, и я назвал свидетелей не процессуальных неправомерных действий пристава, а свидетелей исполнительных действий пристава, то есть ущерба.
   А вот свидетелей неправомерных процессуальных действий пристава вообще не требуется. И доказывать эти факты должен не я, а ответчик, то есть пристав должен доказывать суду, что я не прав, объявляя суду эти факты. Если, конечно, сможет это сделать.
   Во-первых, согласно ст. 249 "обязанности по доказыванию обстоятельств, послуживших основанием для принятия законности оспариваемых решений, действий (бездействия)... возлагаются на органы и лиц, которые приняли оспариваемые решения или совершили оспариваемые действия (бездействие)". То есть, это служба судебных приставов должна доказывать суду, что она, например, законно не представила мне в установленный срок постановление о возбуждении исполнительного производства, а не я.
   Во-вторых, абсурдно по самой своей сути требовать доказательств того, например, что не получено не доставленное почтой письмо от неизвестного отправителя. А с меня ведь суд потребовал доказать, что я не получил, например, исполнительный лист или упомянутое постановление. Для меня служба судебных приставов - тоже "неизвестный мне отправитель". Нет от него известий в форме постановления о возбуждении исполнительного производства, и я не знаю, что таковой вообще существует.
   Из изложенных фактов и объяснений следует:
      -- Судебное заседание не могло начаться из-за отсутствия ответчика, службы судебных приставов.
      -- Поэтому судебное заседание следует считать лишь подготовкой дела к судебному разбирательству.
      -- Исходя из этого моя жена Синюкова Г.В. может быть свидетелем, так как она не присутствовала на судебном заседании, которого фактически не было.
      -- Для начала судебного разбирательства в части процессуальных неправомерных действий судебного пристава-исполнителя не требуются свидетельские показания, но требуется сам ответчик - судебный пристав-исполнитель.
      -- Если не будут доказаны в суде процессуальные нарушения судебным приставом-исполнителем, то и следствия из этих якобы нарушений в виде материального и морального ущерба не могут быть предъявлены.
      -- Из этого следует, что свидетели ущерба от процессуальных нарушений судебным приставом-исполнителем потребуются только тогда, когда судом будут установлены сами процессуальные нарушения.
      -- Следствием процессуальных нарушений судебным приставом-исполнителем являются нарушения по производству исполнительных действий судебным приставом-исполни-телем, которые и будут доказаны свидетелями.
      -- Учитывая, что показания свидетелей не потребуются до установления судом процессуальных нарушений судебным приставом-исполнителем, а свидетели - занятые люди, которым попусту тратить свое время неразумно, их свидетельские показания вручены мне для передачи их в настоящее судебное заседание. Этого достаточно для того, чтобы у суда было представление о сути этих свидетельских показаний. В случае если процессуальные нарушения судебным приставом-исполнителем будут доказаны, и у суда возникнут сомнения в письменных доказательствах свидетелей, только тогда вызов свидетелей для устного подтверждения в судебном заседании своих показаний будут иметь смысл.
   Суд не может не знать упомянутых законов. Поэтому у меня возникают обоснованные сомнения в справедливости и беспристрастности суда.
   Прошу суд принять и учесть настоящее заявление и прилагаемые к нему свидетельские показания.
   Приложения:
      -- Свидетельские показания В.... и других (им названных) свидетелей.
      -- Свидетельские показания П...
      -- Свидетельские показания Н....
          -- Синюков Б.П".
  
   Эту бумагу с приложениями я попытался вручить судье Суховой в судебном заседании, как только она впервые закрыла рот, начиная его. Она взяла бумагу и спросила, будто не умеет читать: "Свидетельские показания заверены у нотариуса?" Она же ясно видела, что в письменных свидетельских показаниях стоят подписи свидетелей, но они не заверены нотариусом, что и не требуется, так как они все живые и могут быть вызваны в суд в любой день, когда они потребуются суду. Кстати, она же их и вызывала повестками, врученными мне для передачи им. Но свидетели не нужны до того времени пока в суд не явится ответчик и не станет опровергать заявленные мной нарушения им процессуального закона, например, отсутствие понятых и описи имущества при производстве исполнительных действий - переселения.
   Тем не менее, судья Сухова Дополнение N2 приняла, а приложенные к нему - показания свидетелей не приняла, возвратила мне. И на этом перенесла заседание суда.
   Далее пошла имитация суда. Мне назначали дату явки в суд, ответчик не являлся, суд переносился. Мне это надоело, и я написал следующее заявление.
  
   "Зюзинский межмуниципальный суд Москвы,
   Судье Суховой Н.И.

Заявление

о заочном для меня рассмотрении дела

по моей "Жалобе на неправомерные действия судебного пристава..."

   Жалобу я составил и направил в суд 30.12.02. Прошло два судебных заседания, 20.02.03 и 02.04.03, но они фактически не состоялись из-за отсутствия ответчика. Сегодня, 28.04.03 ответчик вновь не явился.
   Согласно статье 246, п.2 ГПК РФ "не применяются правила заочного производства, установленные главой 22 настоящего Кодекса".
   Согласно главе 22 ГПК РФ заочное производство касается только ответчика, но не подателя жалобы. Поэтому я и настаиваю на том, что три раза подряд судебное заседание не могло быть даже открыто из-за неявки ответчика.
   Мне неизвестно, принял ли суд к ответчику за трехкратную неявку какие-нибудь санкции согласно статье 246, п.4 ГПК РФ. Поэтому я могу являться в суд бесконечное число раз с тем же результатом, что и три предыдущих раза.
   Учитывая, что закон не запрещает подателю жалобы отсутствовать на процессе, а ответчику - запрещает, я прошу суд рассмотреть мою жалобу в мое отсутствие, и уведомить меня о своем постановлении согласно статье 236 ГПК РФ.
   Вручено в зале суда 28.04.03.
   Податель жалобы Б.П. Синюков 28 апреля 2003 г".
  
   Тем не менее, я в суд являлся и только лишь для того, чтобы узнать: явился ли ответчик? Ибо без него решать ничего нельзя, поэтому вполне вероятно, что суд мне откажет в удовлетворении жалобы, как в мое отсутствие, так и в отсутствие ответчика. Так оно и вышло, только отказано было не в мое отсутствие, а в отсутствие ответчика. Ответчик ни разу не явился в судебное заседание в течение всего процесса с 30.11.02 по 28.04.03. Естественно, никакого рассмотрения не было, так как каждое заседание суда начиналось с неявки ответчика и заканчивалось тут же переносом заседания на новую дату.
   Наконец, 28.04.03 судья Сухова в отсутствие ответчика устно произнесла свое решение: "В удовлетворении жалобы - отказать".
   Я прекрасно понимал, что судья Сухова будет всячески тянуть с допуском меня к делу для ознакомления с протоколами судебных заседаний и, главное, с ознакомлением с письменным мотивированным решением суда. Поэтому, чтобы не пропустить процессуальный срок в 10 дней из-за этого, я написал краткую кассационную жалобу.
   "Московский городской суд.
   Судебная коллегия по гражданским делам
  

Краткая кассационная жалоба

   28 апреля 2003 года Зюзинским районным судом, судьей Суховой Н.И., было вынесено Решение об отказе в удовлетворении моей жалобы на неправомерные действия судебного пристава-исполнителя, приведшие к материальному и моральному ущербу моей семье.
   С вынесенным Решением Зюзинского районного суда я не согласен.
   Полная кассационная жалоба будет подана после представления дела судьей Суховой Н.И. в канцелярию суда, ознакомления с решением суда, протоколом судебного заседания и формулирования частных жалоб по ходу судебного процесса.
   Прошу Решение Зюзинского районного суда отменить.
   30 апреля 2003 г. Синюков Б.П".
  
   Судья Сухова прекрасно знает, что по закону она обязана представить мне свое мотивированное решение не позднее пяти дней со дня его устного объявления. Но она этого не делает, чем прямо и явно нарушает закон. Мотивированное решение совместно с протоколами и самим делом она отправляет в канцелярию суда только 12 мая 2003 г., то есть спустя полмесяца вместо пяти дней. И в этот же день пишет следующее определение.

"ОПРЕДЕЛЕНИЕ

   12 мая 2003 года, федеральный судья Зюзинского районного суда Москвы Сухова Н.И. рассмотрев кассационную жалобу Синюкова Б.П. на решение суда 28.04.2003 года

УСТАНОВИЛ:

   Жалоба должна быть оставлена без движения, так как не выполнены требования ст. ст. 339, 340 ГПК РФ, а именно:
   кассационная жалоба не содержит требование Синюкова Б. П. а также основания, по которым она считает решение суда неправильным;
   кассационная жалоба подается в суд с копиями, число которых должно соответствовать числу лиц, участвующих в деле;
   Руководствуясь ст. 341 ГПК РФ, судья

ОПРЕДЕЛИЛ:

   Оставить жалобу Синюкова Б. П. без движения, разъяснив о необходимости устранить отмеченные недостатки сроком до 23 мая 2003 года, в противном, случае жалоба будет считаться не поданной и возвращена.
   Судья Сухова Н.И.  []
   Я понимаю, что вместо этой пустой бумажки с печатью судье Суховой лучше было бы поторопиться с самим мотивированным решением, ибо в моей краткой кассационной жалобе четко написано: "Полная кассационная жалоба будет подана после представления дела судьей Суховой Н.И. в канцелярию суда, ознакомления с решением суда, протоколом судебного заседания и формулирования частных жалоб по ходу судебного процесса".
   Так что судья вместо дела занимается его имитацией, что сильно похоже на онанизм.
   Итак, я дождался, теперь все у меня есть и я в три дня готовлю две бумаги: полную кассационную жалобу и замечания на протоколы судебных заседаний. Только с последней бумагой у меня опять случился идиотский казус, причем идиотом выглядит опять суд. Я написал следующее заявление.
  
   "Зюзинский межмуниципальный суд Москвы,
   Судье Суховой Н.И.

Заявление

О восстановлении пропущенного процессуального срока и

Замечания

на протоколы судебных заседаний по делу N 2-603/03

по моей "Жалобе на неправомерные действия судебного пристава..."

  
   Судебное Решение вынесено и оглашено 29.04.03.
   Дело поступило для моего ознакомления в канцелярию суда 12.05.03.
   Прошу продлить процессуальный срок для подачи Замечаний на указанные Протоколы.

На протокол от 19.03.03

      -- Заявитель возражал против заслушивания дела в отсутствие заинтересованного лица, мотивируя это пунктом 2 статьи 246 ГПК РФ, на что получил ответ суда: "Суд не рассматривает настоящее дело в порядке статьи 246".
      -- В протоколе не зафиксирован следующий диалог:
   Суд: Прошу конкретизировать ущерб от действий судебного пристава-исполнителя.
   Заявитель: Жалоба начинается не с ущерба, а с неправомерных, как я считаю, действий судебного пристава-исполнителя, а ущерб - это только следствия этих действий.
   Суд: прошу конкретизировать неправомерные действия.
   Заявитель: Конкретизирую:
  -- предъявленное судебным приставом-исполнителем "предписание на выселение" не является "постановлением о возбуждении исполнительного производства", это "предписание" не предусмотрено законом, поэтому произвольно и не является обязательным для исполнения;
  -- "постановление о возбуждении исполнительного производства" ответчику не представлено, а в "предписании на выселение" нет ссылки на возможность его обжалования в 10-дневный срок;
  -- тем самым ответчик был лишен возможности на обжалование, то есть, лишен права на защиту;
  -- "предписание на выселение" представлено всего за 15, притом ночных, часов до начала самого акта выселения;
  -- тем самым ответчику не предоставлено 5 дней для добровольного исполнения исполнительного производства;
  -- "предписание на выселение" датировано 06.12.02, но не представлено "не позднее следующего дня", то есть, 07.12.02, оно представлено только 10.12.02 в 19-00 часов с датой принудительного исполнения 11.12.02 в 10-00 часов;
  -- тем самым ответчик был лишен времени для сбора и упаковки своих вещей;
  -- исполнительный лист ответчику не предъявлен;
  -- понятых не было;
  -- опись имущества не составлялась.
   В результате этого заявитель потерпел материальный и моральный ущерб.

На протокол от 02.04.03

   Не зафиксированы два диалога:
      -- Заявитель: Ходатайствую о вручении суду Дополнения N 2 (Заявления N 1 в зале суда) к Жалобе.
   Суд: Предъявите (Предъявлены суду).
      -- Заявитель: Ходатайствую о вручении суду письменных свидетельских показаний, подтверждающих материальный ущерб. Но эти показания могут быть использованы только после установления судом фактов нарушения закона судебным приставом-исполнителем.
   Суд: Эти показания нотариально заверены?
   Заявитель: Нет. (Свидетельские показания не предъявлены).
   Зафиксировано несуществующее требование суда: "Обязать Синюкова Б.П. конкретизировать свои требования", так как эти "конкретизированные требования" в этом же судебном заседании предъявлены суду в виде Дополнения N 2 (Заявления N 1 в зале суда) к Жалобе по п.1, а "конкретные требования" судом были запрошены на предыдущем судебном заседании 19.03.03. Поэтому заявителем суду и предъявлено Дополнение N 2 в начале судебного заседания 02.04.03.
   В соответствии со статьями 230, 231, 232 ГПК РФ прошу суд в течение 5 дней удостоверить настоящие Замечания к указанным Протоколам судебного заседания и приобщить их к делу N 2-603/02.
   15 мая 2003 г. Б.П. Синюков".
    []  []  []
   Я прекрасно понимаю, что согласно закону продление процессуального срока и рассмотрение замечаний на протокол должно производиться судьей в открытом судебном заседании, притом тем судьей, который вел процесс. В данном случае это судья Сухова. Поэтому я и объединил просьбу о продлении (судья виновна, что я эту просьбу вынужден сделать) и сами замечания на протокол в одном заявлении. Это и логично, и законно. Однако это заявление не было принято канцелярией суда и меня заставили написать отдельно заявление о продлении процессуального срока (это я сделал прямо на прилавке окошечка) и исправить замечания на протоколы, что я тоже сделал. Свои страдания, вызванные явным издевательством суда надо мной, я опускаю и представляю, что из этого вышло.
   Но и это еще не все. Я объясняю, почему суд вроде бы идиотски заставлял меня разъединить заявление о восстановлении пропущенного срока и замечания на протокол по разным бумагам. Вы же сами видите, что это - идиотизм. Но он почему-то нужен судье Суховой.
   А дело оказывается в том, что судье Суховой во что бы-то ни стало нужно отклонить замечания на протокол, притом так, чтобы эти замечания в дело, идущее в кассационную инстанцию, не попали. Чтобы кассационная инстанция эти замечания не видела и даже не знала о них. Ибо эти замечания на протокол показывают, что судья Сухова не только беззаконно, а значит и несправедливо судит, но она просто-таки занимается подделкой судебного дела, произвольно изымая из дела документы, порочащие ее "честь" судьи.
   Если бы совместное заявление о продлении процессуального срока и о замечаниях на протоколы было ею принято к производству, то замечания на протокол автоматически были бы приобщены к делу, даже, если бы она отклонила часть заявления, касающуюся самих замечаний на протокол. Ибо, отклоняя протокол, она его все равно, даже отклоненный, по закону обязана приобщить к делу. С тем, чтобы кассационная инстанция его увидела. Но именно этого нельзя допустить. Почему?
   Потому, что в замечаниях на протокол стоит (см. выше): "Заявитель: Ходатайствую о вручении суду Дополнения N 2 (Заявления N 1 в зале суда) к Жалобе". Но ведь судья Сухова выбросила из дела это, врученное ей в руки, Дополнение. Его же больше нет и, вроде бы, даже не было, а я сообщаю в замечаниях на протокол, что было, и вручено прямо в руки судье Суховой.
   В итоге меня, во-первых, заставляют разделить указанные бумажки, что я и вынужден был сделать. Во-вторых, судья Сухова рассматривает не замечания на протокол как таковые, а всего лишь насильственно отделенное от замечаний заявление о восстановлении пропущенного процессуального срока. И, естественно, не восстанавливает его. Противозаконно, конечно, не восстанавливает, но, тем не менее, сейчас уже не надо приобщать к делу сами замечания на протокол.
   Прерываю эту эпопею на время, чтобы обратиться к своей кассационной жалобе. Я видел перед написанием кассационной жалобы, что в деле нет Дополнения N 2, оно выброшено судьей Суховой из дела, поэтому кассационная жалоба имела следующий вид. Замечу только, что в случае подачи кассационной жалобы решение суда не выдается на руки, оно выдается только, когда решение вступает в законную силу, то есть, если бы я пропустил срок обжалования. Поэтому я и не привожу сейчас решения суда, которое обжалую в кассационной инстанции, в Мосгорсуде. Я его только переписал себе в тетрадку.
  
   "Московский городской суд.
   Судебная коллегия по гражданским делам
  

Кассационная жалоба

(Дополнение к краткой кассационной жалобе от 30.04.03)

   28 апреля 2002 г. Зюзинский межмуниципальный районный суд ЮЗАО Москвы под председательством федерального судьи Суховой Н.И. вынес Решение об отказе в удовлетворении моей Жалобы на неправомерные действия судебного пристава-исполнителя по ЮЗАО Москвы.
   Краткая кассационная жалоба подана 30.04.02.
   Дело N 603 передано судьей в канцелярию суда для моего ознакомления 12.05.03.
   Замечания на протокол судебного заседания поданы 15.05.03.
   С вынесенным решением суда я не согласен по следующим основаниям.
   1. Суд не исследовал следующие факты, заявленные в Жалобе:
  -- предъявленное судебным приставом-исполнителем "предписание на выселение" не является "постановлением о возбуждении исполнительного производства", это "предписание" не предусмотрено законом;
  -- "постановление о возбуждении исполнительного производства" ответчику не представлено, а в "предписании на выселение" нет ссылки на возможность его обжалования в 10-дневный срок;
  -- тем самым ответчик был лишен возможности на обжалование, то есть, лишен права на защиту;
  -- "предписание на выселение" представлено всего за 15, притом ночных, часов до начала самого акта выселения;
  -- тем самым ответчику не предоставлено 5 дней для добровольного исполнения исполнительного производства;
  -- "предписание на выселение" датировано 06.12.02, но не представлено "не позднее следующего дня", то есть, 07.12.02, оно представлено только 10.12.02 в 19-00 часов с датой принудительного исполнения 11.12.02 в 10-00 часов;
  -- тем самым ответчик был лишен времени для сбора и упаковки своих вещей;
  -- исполнительный лист ответчику не предъявлен;
  -- понятых не было;
  -- опись имущества не составлялась.
   Без исследования этих фактов невозможно судить о неправомерности действий судебного пристава-исполнителя, на что я жаловался.
   2. Жалоба рассмотрена судом в порядке ст. 441 ч.2-я ГПК РФ при неявке судебного пристава-исполнителя, на что я категорически возражал. (См. Замечания на протокол судебного заседания от 19.03.03). Ибо, именно он должен был опровергнуть факты по пункту 1 настоящей жалобы. Никто другой этого не может документально сделать. Я настаивал на рассмотрении жалобы в соответствии со ст. 246 п.2 ГПК РФ. Тем более что согласно ч.3 ст. 245 ГПК РФ моя жалоба является заявлением "об оспаривании решений и действий (бездействий) органов государственной власти, должностных лиц, государственных служащих". А судебный пристав-исполнитель согласно п.2 ст.3 ФЗ "О судебных приставах" "является должностным лицом, состоящим на государственной службе". И согласно ст. 249 ГПК РФ "обязанности по доказыванию законности оспариваемых решений, действий (бездействия) должностных лиц, государственных служащих возлагается на лиц, которые приняли оспариваемые решения или совершили оспариваемые действия (бездействие)".
   Однако суд отклонил мою просьбу и самостоятельно не обратился к упомянутым законоположениям.
   3. Суд "установил", что я заявил только о нарушении требований ст. 8 и 17 ФЗ "Об исполнительном производстве", тогда как я также заявил о невыполнении судебным приставом-исполнителем ст., ст. 9, 44, 75 этого закона.
   4. Суд "установил", что "в материалах исполнительных производств, которые были истребованы судом", во-первых, "не усматривается каких-либо доказательств, подтверждающих доводы Синюкова Б.П., изложенных в жалобе" и, во-вторых, что "исполнительное производство содержит: постановление о возбуждении исполнительного производства, акт о выселении, постановление об окончании исполнительного производства".
   Однако никаких следов этих "материалов исполнительных производств" в деле N 603 нет. Согласно ст. 57 п.2 ГПК РФ "лицо, у которого находится истребуемое судом доказательство, направляет его в суд". Доказательства не направлены, так как согласно ст. 58 "Осмотр и исследование доказательств производится судом с извещением лиц, участвующих в деле". Ни в одном из судебных заседаний таких доказательств представлено не было, и они судом не рассматривались. И это подтверждено протоколами заседаний суда. Кроме того, согласно ст. 71 п.3 "копии письменных доказательств, представленных в суд лицом, участвующим в деле, или истребуемых судом, направляются другим лицам, участвующим в деле". И этого не сделано. Даже если эти "письменные доказательства" и были когда-либо в руках суда, то согласно ст. 72 "эти доказательства возвращаются судом после вступления решения суда в законную силу". Решение не вступило в законную силу, но и никаких следов в деле этих "доказательств" нет.
   5. Суд "установил": "заявителю известно, что при исполнении судебного решения осуществляется процедура выселения". Нет, мне это неизвестно. В решении Зюзинского суда, которое принудительно исполнял судебный пристав-исполнитель сказано: "Выселить, прекратить право собственности, предоставить в собственность" ту квартиру, куда нас фактически переселил судебный пристав-исполнитель. То есть решение суда состояло в том, чтобы переселить, а не только выселить. Однако в "предписании на выселение" судебного пристава-исполнителя значится только выселение. Выселение производится, так сказать, "в никуда", а судебный пристав-исполнитель перевез наши вещи в "новую" квартиру, половину бросив на улице, то есть, произвел фактическое переселение (выселение плюс вселение). Другими словами выполнил решение суда в полном объеме и вопреки своему же "Предписанию на выселение". Поэтому суд не мог "установить", что мне "известно...".
   6. Суд "установил", что "заявитель был посвящен в ход исполнительных действий". Это утверждение основано на том, что "Синюкову Б.П. было известно, что часть мебели была передана ему на ответственное хранение". Заявляю здесь и это подтверждается моей распиской, выданной судебному приставу-исполнителю, что это, так сказать, микроскопическая "часть мебели", всего лишь часть платяного шкафа, а именно два зеркала, каковые судебный пристав-исполнитель побоялась разбить при перевозке теми специалистами-доставщиками, которые разбили почти всю остальную мебель.
   Я не могу понять, почему суд вывел из этого факта, мной заявленного, мое "посвящение в ход исполнительных действий"?
   7. Суд "установил", что у судебного пристава-исполнителя не возникало вопросов" и он именно поэтому "не воспользовался действующим законодательством". Во-первых, в материалах дела нет ни одной бумажки, кроме расписки об уведомлении о заседании суда, исходящей из ОССП по ЮЗАО Москвы. Во-вторых, судебный пристав-исполни-тель ни разу не явился в судебное заседание. Откуда тогда все это "установил" суд?
   8. Суд "установил", что "требования, предъявляемые к исполнительным документам, предусмотренные ст. 8 ФЗ "Об исполнительном производстве" соблюдены". Откуда суд это "установил", если в материалах дела нет ни единого документа, свидетельствующего вообще о каком-либо общении судебного пристава-исполнителя с судом?
   9. Суд "установил", что "не основано на законе" мое утверждение, что я не являюсь должником, так как никому ничего не должен. И здесь же дал квалификацию "должника": "Должником является гражданин или организация, обязанная по исполнительному документу совершить определенные действия (передать денежные средства, иное имущество, исполнить иные обязанности или запреты, предусмотренные исковым документом) или воздержаться от их совершения". Но и эта квалификация судом "должника" голословна, не основана на законе, ибо закон не указан. И суду отлично известно, что такого закона нет. Иначе бы он его указал. А толковать закон суд не имеет права. Он может только использовать аналогии закона и права (ст.11 ГПК РФ). Но эти понятия как раз и говорят в мою пользу, о чем сказано в моей жалобе, на стр.2.
   Добавлю следующее. Если законом не установлено понятие термина, он существует в общеупотребительном понятии. Словарь Ожегова: "Тот, кто взял в долг у кого-нибудь, должен или обязан кому-нибудь чем-нибудь: считайте меня своим должником, я Вам очень обязан". То есть, долг выступает как следствие одолжения, даже и алименты. Кому-то сделано одолжение, например, родив его или родив ему ребенка, и он становится должником за этот акт: помогать отцу-матери или роженице содержать предмет одолжения. С материальными долгами совсем просто. Взял - должен отдать. И статью 75 "выселение должника" ФЗ "Об исполнительном производстве" именно так и надо понимать в общеупотребительном понятии: или не платит за нанятую квартиру, или должен что-то другое, а долг обращается на собственную квартиру. И "совершение определенных действий или воздержание от их совершения" тоже связано только с физическим долгом: запрет покупок или продаж, переуступка и принятие на себя долга другого лица и так далее.
   Именно поэтому я в своей жалобе обращал внимание суда на то, что судебный пристав-исполнитель - юрист по образованию должен был бы заинтересоваться решением суда, а не работать наподобие необразованного палача, не раздумывая.
   Человек, у которого суд "изъял" собственность (я не рассматриваю здесь: законно или незаконно), все равно никому ничего не должен, он не является должником даже нового владельца его бывшей собственности. И новый собственник (префектура) должен возбудить новый иск, уже "о выселении", если к этому будут причины, основанные на законе. Например, неуплата за съем квартиры у нового собственника. Тогда прежний владелец станет именно должником нового владельца. И можно применять ст. 75 "исполнительного производства о выселении должника".
   Поэтому я обращал внимание суда, что юридически образованный судебный пристав-исполнитель должен был заинтересоваться вопросом: должник ли я? Ибо ФЗ "Об исполнительном производстве" судебный пристав-исполнитель должен знать. И именно поэтому я настаивал в своей жалобе, чтобы судебный пристав-исполнитель на основании несоответствия исполнительного документа требованиям статьи 8 потребовал разъяснения у суда согласно ст. 17 ФЗ "Об исполнительном производстве".
   10.Исходя из изложенного:
   - Определение суда от 03.02.03 об оставлении моей жалобы без движения противозаконно, что следует из Дополнения N 1 к Жалобе на неправомерные действия судебного пристава-исполнителя..." от 23.01.03, находящемуся в материалах дела.
   - Определение суда в протоколе от 19.03.03 о рассмотрении моей жалобы в отсутствии заинтересованного лица незаконно, так как противоречит ст. 249 ГПК РФ. Тем более что в двух случаях (19.03.03 и 28.04.03) суд рассматривает дело в отсутствии заинтересованного лица, а в другом случае (02.04.03) - откладывает.
   - Определение суда от 19.03.03 об отклонении в качестве свидетеля Синюковой Г.В. незаконно, так как суд до этого не просил свидетелей покинуть зал. Об этом ничего нет в протоколе. (См. также Дополнение N 2 к "Жалобе..." и Замечания на протоколы).
   - Определение суда от 28.04.03 в отказе от рассмотрения дела в мое отсутствие незаконно, так как суд все время называет меня в протоколе заявителем и в то же самое время постановляет, что я "не являюсь заявителем". Заявление и жалоба - тождественны, ведь не называет же меня суд "жалобщиком"? Кроме того, согласно ст. 441 ГПК РФ я - "жалобщик", а согласно ст. 245, 246 ГПК РФ я - "заявитель".
   11.Суд утратил мое Дополнение N 2 к "Жалобе..." от 02.04.03, которое составлено мной по требованию суда от 19.03.03 "конкретизировать жалобу", что видно из Замечаний на протоколы судебных заседаний. Во всяком случае, этого Дополнения N 2 в материалах дела нет. (Прилагаю).
   Учитывая изложенное, прошу Решение Зюзинского районного суда отменить и Жалобу рассмотреть в кассационной инстанции по существу, притом по каждому изложенному здесь, в Жалобе и Дополнениях N 1 и N 2 факту, без исключения.
   Кроме того, вынужден заявить, что не доверяю Мосгорсуду, так как он пять раз подряд показал в других делах, косвенно связанных с настоящим делом, насколько он несправедлив, зависим от властей и пристрастен. Но у меня нет другого выбора. Я обязан получить постановление Мосгорсуда для дальнейшего движения дела.
   В связи с этим и опираясь на ст.350, 354 и 236 ГПК РФ, а также на то, что мне нечего больше добавить по этому делу, прошу рассмотреть мою кассационную жалобу в мое отсутствие.
   Приложение: Дополнение N 2 (Заявление N 1 в зале суда) к "Жалобе на неправомерные действия судебного пристава, приведшие к материальному и моральному ущербу моей семье" от 02.04.03.
   16 мая 2003 г. Б.П. Синюков".
   24 июня 2003 г. состоялось заседание коллегии Мосгорсуда. При первой же возможности я спросил коллегию: "Есть ли в деле мое Дополнение N2 к жалобе и замечания на протокол?" Председатель ответил, что "Нет, ведь Ваше заявление о восстановлении процессуального срока по поводу подачи замечаний на протокол отклонено определением судьи Суховой". Я, в свою очередь, удивился: "Как так? мне ничего не известно ни о каком определении судьи Суховой по поводу отклонения указанного восстановления процессуального срока по замечаниям на протокол. Меня в суд не вызывали и определения суда мне не высылали". "Ну, тогда мы прекращаем разбирательство, возвращаем Ваше дело в суд первой инстанции, чтобы Вы смогли ознакомиться с определением и подать, если хотите, частную жалобу на него", - ответил мне председатель коллегии Мосгорсуда, выразив на лице полнейшее равнодушие. Тогда как перед его глазами был факт подделки судебного дела судьей. И обязанность более высокого по рангу суда состоит в том, чтобы замечать такие факты, даже, если бы я сам не призывал Мосгорсуд к этому.
   Совершенно очевидно теперь, что судья Сухова преднамеренно, а значит - преступно, выбросила из дела мои Дополнение N 2 и замечания на протоколы, а на принудительно написанное мной заявление о продлении процессуального срока, несмотря на обязанность его продлить, ответила отказом. Причем этот необоснованный отказ утаила от меня в надежде, что все это ей пройдет как бы незамеченным, и мной, и Мосгорсудом. И это есть предмет и факт преступления.
   Не солоно хлебавши вернувшись домой из Мосгорсуда, я тут же написал судье Суховой следующее заявление.
   "Зюзинский межмуниципальный суд Москвы,
   Судье Суховой Н.И.
  

Заявление

о предоставлении определения суда

по замечаниям на протоколы судебных заседаний

   Судебное решение постановлено и оглашено 28.04.03. Дело поступило в канцелярию суда 12.05.03. 15.05.03 в сопровождении письма с этой же датой мной направлены замечания на протоколы судебных заседаний, о чем есть штамп экспедиции суда. До 24.06.03 никакого ответа на свои замечания на протоколы я не получил и поэтому считал их принятыми судом.
   16.05.03 мной направлена кассационная жалоба на указанное решение суда в сопровождении письма с этой же датой, о чем есть штамп экспедиции суда.
   28.05.03 мной получено письмо суда от 20.05.03 о назначении слушания дела в Мосгорсуде на 24.06.03.
   24.06.03, явившись на заседание коллегии Мосгорсуда, я обнаружил, что в деле, направленном Зюзинским судом в Мосгорсуд, имеется определение об отказе в утверждении моих замечаний на протоколы, и потребовал ознакомиться с этим определением Зюзинского суда. Однако коллегия Мосгорсуда не дала мне с этим определением ознакомиться, заявив мне, что возвращает дело в Зюзинский суд с тем, чтобы я мог получить это определение на руки и иметь возможность подать на него частную жалобу в составе кассационной жалобы.
   В связи с изложенным, прошу выслать мне указанное определение суда по указанному выше адресу и, соответственно, продлить процессуальный срок подачи на него частной жалобы. Срок продления: до получения от меня самой частной жалобы на это определение с соответствующим заявлением о направлении ее в составе повторного представления в кассационную инстанцию кассационной жалобы.
   25 июня 2003 г. Б.П. Синюков".
  
   Прождав почти месяц и не получив ни ответа, ни привета от судьи Суховой, я направил аналогичное заявление председателю Зюзинского суда.
  
   "Зюзинский межмуниципальный суд Москвы,
   Председателю суда
  

Заявление

о предоставлении определения суда

по замечаниям на протоколы судебных заседаний

  
   24.06.03, явившись на заседание коллегии Мосгорсуда для рассмотрения моей кассационной жалобы по указанному делу N 2-603/03, я обнаружил, что в деле, направленном Зюзинским судом в Мосгорсуд, имеется определение об отказе в утверждении моих замечаний на протоколы судебных заседаний, и потребовал ознакомиться с этим определением Зюзинского суда. Однако коллегия Мосгорсуда не дала мне с этим определением ознакомиться, заявив мне, что возвращает дело в Зюзинский суд с тем, чтобы я мог получить это определение на руки и иметь возможность подать на него частную жалобу в составе кассационной жалобы.
   Жалоба мной подана 30.12.02. Судебное решение судьей Суховой постановлено и оглашено 28.04.03. Дело поступило в канцелярию суда 12.05.03. 15.05.03 в сопровождении письма с этой же датой мной направлены замечания на протоколы судебных заседаний, о чем есть штамп экспедиции суда. До 24.06.03 никакого ответа на свои замечания на протоколы я не получил и поэтому считал их принятыми судом.
   25.06.03 я направил письмо судье Суховой о высылке мне указанного определения суда по указанному выше адресу и, соответственно, о продлении процессуального срока подачи на него частной жалобы. Срок продления: до получения от меня самой частной жалобы на это определение с соответствующим заявлением о направлении ее в составе повторного представления в кассационную инстанцию кассационной жалобы.
   До настоящего времени я не получил ни определения суда, ни ответа от судьи Суховой на мое письмо от 25.06.03.
   Обращаю Ваше внимание на нарушение статьи 6 Европейской Конвенции в части разумности срока судебного разбирательства и прошу ускорить представление мне указанного определения судьи Суховой.
   19 июля 2003 г. Б.П. Синюков".
   Прождав ответа еще 10 дней и не получив его, старик поплелся в суд и получил проклятое определение. Вот оно.
    []

Определение

   19 мая 2003 года Зюзинский районный суд г. Москвы в составе председательствующего - судьи Суховой Н.И. при секретаре Гурьяновой Е.Н., рассмотрел в открытом судебном заседании заявление Синюкова Бориса Прокопьевича о восстановлении пропущенного срока на подачу замечаний на протоколы судебных заседаний от 19.03.2003 г. и 02.04.2003 г.,

Установил:

   Синюков Б.П. обратился в суд с заявлением о восстановлении пропущенного срока на подачу замечаний на протокол судебного заседания от 19.03.2003 года и от 2 апреля 2003 года. В заявлении не указано в силу каких обстоятельств Синюков Б.П. не имел возможности ознакомиться с протоколами судебного заседания от 19.03.2003 г. и 02.04. 2003 г., не представлены доказательства уважительности причин, в силу которых Синюков Б.П. не имел возможности своевременно ознакомиться с названными выше протоколами судебных заседаний и подать на них замечания. Протокол судебного заседания от 19 марта 2003 года составлен в тот же день и сдан в канцелярию суда (л.д. 24-25); срок и порядок принесения замечаний на протокол заявителю разъяснялись. Протокол судебного заседания от 2 апреля 2003 года составлен в тот же день, дело сдано в канцелярию в день отложения судебного разбирательства; заявителю было разъяснено право ознакомиться с протоколом судебного заседания и подать на него замечания в течение пяти дней со дня подписания протокола. Из приложенных замечаний усматривается, что они подаются 15 мая 2003 года на протоколы судебных заседаний от 19 марта 2003 года и от 2 апреля 2003 года. В соответствии со ст. 231 ГПК РФ лица, участвующие в деле, вправе ознакомиться с протоколом и в течении пяти дней со дня его подписания подать в письменной форме замечания на протокол с указанием на допущенные в нем неточности и (или) на его неполноту. Поскольку замечания поданы с нарушением сроков, доказательств тому, что замечания в предусмотренные законом срок не поданы по уважительной причине заявителем не представлено, суд считает, что не следует восстанавливать пропущенный срок.
   На основании изложенного, руководствуясь ст. 231 ГПК РФ,

Определил

   В удовлетворении заявления Синюкова Бориса Прокопьевича о восстановлении пропущенного срока для подачи замечаний на протоколы судебных заседаний от 19.03. 2003 года и от 2 апреля 2003 года по делу N 2-603/2003 отказать.
   Судья: (закорючка и печать).
  
   Я только одно хотел бы знать, почему я эту бумагу смог получить только спустя 70 дней после ее написания судьей? И тем самым вновь пропустил процессуальный срок на ее обжалование в 60 дней, целых два месяца.
   Притом заметьте, в этом определении опять серьезнейшее нарушение закона. Нарушение закона судом, будто это бандит с большой дороги. По закону в определении должно стоять: "На данное определение может быть подана частная жалоба в соответствии со статьей такой-то Гражданского процессуального кодекса". Но вы же сами видите, что этих слов в определении нет. А что касается "забывчивости", то это совершенно невозможно, так как любое решение и определение суда должно по закону заканчиваться именно этой фразой. И "забыть" ее написать, это одно и то же что - забыть дышать.
  
   Поэтому я вновь начал со следующего заявления, написанного от руки:
   Зюзинский суд Москвы
   Синюкова Б.П.

Заявление

о восстановлении пропущенного процессуального срока

подачи частной жалобы

  
   Определение суда от 19.05.03 стало доступно мне по независящим от меня обстоятельствам 27.07.03.  []
   Прошу восстановить срок подачи частной жалобы и принять ее в приложении к настоящему письму.

01.08.03 Синюков.

  
  
   А уж потом дать ход следующему заявлению.
  
   "Зюзинский межмуниципальный суд Москвы,
   Председателю суда
  

Заявление

о повторном направлении кассационной жалобы в Мосгорсуд с

входящей в ее состав частной жалобой

   24.06.03 я был вызван в судебную коллегию по гражданским делам Мосгорсуда для рассмотрения моей кассационной жалобы на решение Зюзинского суда (судья Сухова) от 28.04.03 в отказе удовлетворения моей жалобы на неправомерные действия судебного пристава-исполнителя. Еще до открытия судебного заседания выяснилось, что в деле имеется определение судьи Суховой от 19.05.03 об отказе восстановить пропущенный срок для подачи замечаний на протоколы судебных заседаний. Об этом определении мне ничего не было известно. Наоборот, не получив никаких известий от суда (судья Сухова) на свои замечания к протоколам, я считал, что они приняты судом. На основании этого кассационная инстанция дело возвратила в Зюзинский суд, не рассматривая, с тем, чтобы я мог ознакомиться с указанным определением суда и подать на него частную жалобу.
   25.06.03 я обратился заказным письмом с уведомлением к судье Суховой с просьбой выслать мне упомянутое определение (приложение 1). По настоящий день никакой реакции не последовало.
   19.07.03 я обратился к председателю Зюзинского суда с просьбой выслать мне упомянутое определение (приложение 2), и тоже безуспешно.
   28.07.03 я, несмотря на преклонный возраст и недомогание, лично прибыл в Зюзинский суд и получил в канцелярии это определение на руки, о чем есть отметка в деле от 28.07.03.
   В настоящее время указанная частная жалоба подготовлена мной, я прошу присоединить ее в состав кассационной жалобы и повторно направить в Мосгорсуд.
   Приложение: частная жалоба в 2-х экземплярах.
          -- Синюков Б.П".
  
   А уж к этому письму приложить частную жалобу.
  
   "Московский городской суд.
   Судебная коллегия по гражданским делам
  

Частная жалоба

(Дополнение к кассационной жалобе от 16.05.03)

   24.06.03 я был вызван в судебную коллегию по гражданским делам Мосгорсуда для рассмотрения моей кассационной жалобы на решение Зюзинского суда (судья Сухова) от 28.04.03 в отказе удовлетворения моей жалобы на неправомерные действия судебного пристава-исполнителя. Еще до открытия судебного заседания выяснилось, что в деле имеется определение судьи Суховой от 19.05.03 об отказе восстановить пропущенный срок для подачи замечаний на протоколы судебных заседаний. Об этом определении мне ничего не было известно. Наоборот, не получив никаких известий от суда (судья Сухова) на свои замечания к протоколам, я считал, что они приняты судом. На основании этого кассационная инстанция дело возвратила в Зюзинский суд, не рассматривая, с тем, чтобы я мог ознакомиться с указанным определением суда и подать на него частную жалобу.
   25.06.03 я обратился заказным письмом с уведомлением к судье Суховой с просьбой выслать мне упомянутое определение (приложение 1). По настоящий день никакой реакции не последовало.
   19.07.03 я обратился к председателю Зюзинского суда с просьбой выслать мне упомянутое определение (приложение 2), и тоже безуспешно.
   28.07.03 я, несмотря на преклонный возраст и недомогание, лично прибыл в Зюзинский суд и получил в канцелярии это определение на руки, о чем есть отметка в деле от 28.07.03.
   Все выше изложенное дает мне основание подозревать, что Зюзинский суд намеренно не представлял мне указанное определение суда.
   С указанным определением суда от 19.05.03 я не согласен по следующим основаниям.
      -- В своем заявлении о продлении пропущенного процессуального срока я указал: "Судебное решение по делу N 603 вынесено 28.04.03. Дело поступило в канцелярию суда 12.05.03". Разве это не является основанием для продления процессуального срока? Тем более что замечания на протоколы я представил 15.05.03, то есть через три дня как протоколы стали мне доступны. Суд же в своем определении пишет: "В заявлении не указано, в силу каких обстоятельств Синюков не имел возможности ознакомиться...". Разве суду было не понятно, что я не могу ознакомиться с делом, которого в канцелярии до 12.05.03 не было в наличии?
      -- В определении суда установлено: "В заявлении не представлены доказательства уважительности причин, в силу которых Синюков не имел возможности своевременно ознакомиться с протоколами...". Разве не является уважительной причина, что я не мог ознакомиться в силу того, что мне не с чем было ознакомиться до 12.05.03 в канцелярии суда? Поэтому выделенная мной фраза "...решение ... вынесено 28.04.03. Дело поступило в канцелярию суда 12.05.03" абсолютно все объясняет суду, и "силу обстоятельств", и "уважительность причин".
      -- Рассмотрим следующие даты. Устное решение суда вынесено 28.04.03. Краткая кассационная жалоба в целях резервирования процессуального срока мной подана 30.04.03. Определение суда на эту краткую жалобу постановлено 12.05.03: "оставить без движения до 23.05.03". То есть, если бы дело было в канцелярии до 12.05.03, то судье не имело бы смысла оставлять краткую кассационную жалобу без движения именно в день 12.05.03. И именно 12 или 13.05.03 (точно не помню) я получил это определение на руки при ознакомлении с протоколами и письменным решением суда в канцелярии в полностью сброшюрованном деле. Поэтому раньше 12.05.03 дело (без сброшюрованного в нем определения от 12.05.03) в канцелярии не могло просто быть. От этой временной точки 12.05.03 и стали исходить все мои дальнейшие действия.
      -- 16.05.03 мной подана полная кассационная жалоба в сопровождении "заявления в порядке статьи 341 ГПК РФ" от этой же даты 16.05.03. А заявление о продлении процессуального срока в сопровождении замечаний на протоколы подано 15.05.03, то есть на день раньше. Я знал, что делаю. Сперва - замечания на протоколы 15.05.03, затем уже - полная кассационная жалоба 16.05.03 с тем, чтобы замечания на протоколы обязательно вошли в состав дела до отправки его в кассационную инстанцию. Поэтому факты совокупной подачи мной указанных документов практически сразу же за датой 12.05.03 (15 и 16.05.03) свидетельствуют, что до 12.05.03 протоколов в канцелярии суда не было. Но, не только эти факты.
      -- Зная о наступлении полосы сплошных выходных и праздничных дней начала мая (решение суда, повторяю, вынесено 28.04.03), я 07.05.03 прибыл в суд лично. В канцелярии дела не было. Тогда я пошел к судье Суховой - ее на месте не было, была одна секретарь суда Гурьянова Е.Н., которая сообщила мне, что судьи Суховой "сегодня не будет". Тогда я обратился к секретарю с вопросом: "Почему нет дела в канцелярии?" Секретарь ответила: "Я написала протокол и дело должно быть в канцелярии". Я возразил ей: "Но, его там нет, проверьте сами". Тогда она предположила: "Значит, оно у судьи" и вошла в пустующий кабинет судьи. Затем вернулась и сообщила: "Да, дело у судьи на столе". Я предположил: "Может быть, мне завтра прийти, 08.05.03?" Секретарь ответила: "Вы же понимаете, в какое время Вы попали, приходите лучше после праздников, 12.05.03" (с 9 по 11 - праздники).
      -- Теперь предположим, что судья все-таки передала дело в канцелярию 08.05.03. Но, тогда возникает вопрос: как в сброшюрованное нитками дело попало определение от 12.05.03? Ведь с 9 по 11 включительно - праздничные дни. Это - важный момент. Судья знает, что протоколов и письменно оформленного решения суда в канцелярии до 12.05.03 нет, а краткая кассационная жалоба уже находится в деле с 30.04.03. Именно поэтому она была вынуждена написать свое определение от 12.05.03 об оставлении краткой кассационной жалобы без движения и дать срок до 23.05.03, заведомо покрывающий будущее представление дела в канцелярию суда в полном составе, с протоколами. Иначе определение суда от 12.05.03 теряет весь свой смысл.
      -- Призываю статистику. Ни с одним постановлением суда в письменном виде из шести дел, рассматриваемых Зюзинским судом с моим участием в течение года, я не мог ознакомиться в срок, определенный для этого законом: по "старому" ГПК - 3 дня, по "новому" - 5 дней. Судьи Ахмидзянова, Пименова, Сухова ни разу не уложились в установленный законом срок для письменного оформления своих решений. По делу N 2390/02 судья Ахмидзянова представила свое решение спустя 13 дней после провозглашения (10 дней опоздания). По делу N 2882/02 судья Ахмидзянова представила свое решение спустя 12 дней после провозглашения (9 дней опоздания). По этому же делу по второму его рассмотрению судья Пименова представила свое определение спустя 18 дней (15 дней опоздания). По делу N 3416/02 судья Ахмидзянова представила свое решение спустя 27 дней (24 дня опоздания). По делу без номера, которое судья Сухова так и не начала рассматривать, представила свое определение спустя 38 дней (35 дней опоздания). На фоне приведенных данных разве можно поверить, чтобы в обычные, непредпраздничные дни у тех же судей Зюзинского суда были опоздания в письменном оформлении постановлений, а именно в данном случае, в дефиците времени из-за праздников судья Сухова уложилась в срок?
      -- Первоначально я очень пугался таких опозданий, у меня как сердце чувствовало, что я с этим еще столкнусь. Поэтому я ходил ежедневно на почту и отправлял судьям заказные письма с уведомлением о вручении (приложения 3, 4, 5, 6), дескать, поторопитесь, у меня срок заканчивается. Потом я устал от всего этого и перестал писать напоминания. И тут же меня пытается "поймать" судья Сухова: "протокол составлен в тот же день и направлен в канцелярию суда". Как будто я не знаю, что никогда этого не бывает на практике. Во всяком случае, со мной, шесть судов подряд набиравшем только что упомянутую статистику.
   Итак. Суду не нравится мое Дополнение N 2 к жалобе, поданное в руки судьи на втором судебном заседании 02.04.03 по результатам первого судебного заседания 19.03.03. Это дополнение и не могло понравиться, так как протокольно восстанавливает события первого заседания и обращает внимание суда на процессуальные нарушения, допущенные судом. Поэтому суд выбрасывает из дела упомянутое Дополнение N 2 и в таком виде представляет его 12.05.03 в канцелярию суда для моего ознакомления. Но, так как дела не было в канцелярии до 12.05.03, суд постановляет определение от 12.05.03 о продлении срока подачи полной кассационной жалобы до 23.05.03.
   Я же, вместо того чтобы ограничиться только подачей полной кассационной жалобы в продленный судом срок, предварительно подаю мотивированное заявление о пропущенном сроке для замечаний на протоколы в сопровождении самих замечаний на протокол. И самое главное: с упоминанием утраченного судом Дополнения N 2 к жалобе. Замечания на протокол трудно оспорить, так как все это происходило в присутствии свидетеля - моей жены. Но можно оспорить саму возможность подачи этих замечаний, отвергнув заявление о продлении процессуального срока. Именно так поступил суд, постановив определение от 19.05.03.
   Мало того, это определение мне не было представлено с 19.05.03 до 24.06.03 - дня заседания коллегии Мосгорсуда. Наверное, для того, чтобы я о нем вообще не знал, ибо я уже сообщил выше, как трудно мне было его получить и после 24.06.03.
   О манипуляциях с делом после подачи мной замечаний на протоколы и полной кассационной жалобы говорит тот факт, что номер листа дела с обжалуемым определением суда неоднократно менялся, тогда как этого не должно было быть, потому что этот лист должен быть - последним в деле.
   Учитывая, что настоящая частная жалоба является составной частью кассационной жалобы, я настаиваю, чтобы кассационная инстанция, отменив определение Зюзинского суда от 19.05.03, рассматривала кассационную жалобу совместно с замечаниями на протоколы (приложение 7) и Дополнением N 2 к жалобе (в составе кассационной жалобы).
   Приложения:
      -- Письмо судье Суховой от 25.06.03.
      -- Письмо председателю Зюзинского суда от 19.07.03.
      -- Письмо судье Ахмидзяновой от 04.09.02.
      -- Письмо судье Ахмидзяновой от 05.09.02.
      -- Письмо судье Ахмидзяновой от 06.09.02
      -- Письмо судье Ахмидзяновой от 21.10.02.
      -- Замечания на протоколы, которые, я думаю, также отсутствуют в деле.
          -- Синюков Б.П".
  
   Что же было делать Московскому городскому суду? Только и оставалось, что принять следующее определение.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

   4 сентября 2003 г.
   Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего Жбановой Т.И., судей Васильевой И.В. и Жбановой Э.А.
   Рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу Жбановой Э.А. дело по кассационной жалобе Синюкова Б.П. на решение Зюзинского районного суда г. Москвы От 28 апреля 2003 г., которым постановлено:
   В удовлетворении жалобы Синюкова Бориса Прокопьевича на неправомерные действия судебного пристава-исполнителя по ЮЗАО г. Москвы отказать,

УСТАНОВИЛА:

   06.12.2002 г. судебным приставом-исполнителем ОССП по ЮЗАО г. Москвы Симоненко Т.А. было возбуждено исполнительное производство N22-407 в отношении должников Синюкова Б.П., Синюковой Г.В., Синюкова Д.Б. о выселении из квартиры 9 по адресу: г. Москва, ул. Грина, д. 16.
   11.12.2002 г. состоялось принудительное выселение семьи Синюковых Б.П., Г.В., Д.Б.
   Синюков Б.П. обратился в суд с жалобой на действия судебного пристава-исполнителя ОССП по ЮЗАО г. Москвы Симоненко Т.А, ссылаясь на то, что последним без законных к тому оснований вынесено предписание о выселении Синюкова Б.П. и его семьи из занимаемого жилого помещения; не выполнены требования ст.8,9,17,44,75 ФЗ "Об исполнительном производстве": ему не была вручена копия постановления о возбуждении исполнительного производства; не предоставлен срок для добровольного исполнения решения суда, напротив он был поставлен в такие условия, что не смог своевременно подготовиться к освобождению жилого помещения, собрать и упаковать вещи, которые вследствие их недобросовестной транспортировки и хранения потеряли свой внешний вид и предназначение.
   Указывал, что при выселении отсутствовали понятые, акт о выселении ему не представлялся. Судебный пристав- исполнитель не обратился за разъяснением решения Зюзинского районного суда г. Москвы от 04.12.2002 г.
   Суд постановил приведенное выше решение, об отмене которого просит Синюков Б.П. по доводам кассационной жалобы, полагая его неправильным.
   Проверив материалы дела, выслушав объяснения Синюкова Б.П., обсудив доводы жалобы, судебная коллегия приходит к выводу о том, что решение постановлено судом в нарушение требований закона и материалов дела и подлежит отмене.
   Отказывая в удовлетворении жалобы, суд пришел к выводу о том, что заявителю было известно, что при исполнении судебного решения осуществляется процедура выселения, тем более что Синюков Б.П. не отрицал, что накануне выселения ему было вручено предписание. Заявитель участвовал при проведении исполнительных действий, поскольку часть мебели ему была передана на ответственное хранение (л.д.8). Материалы исполнительного производства, обозревавшиеся судом, содержат все необходимые документы: постановление о возбуждении исполнительного производства, акт о выселении, постановление об окончании исполнительного производства.
   Однако данный вывод не является достаточным для отказа в удовлетворении жалобы Синюкова Б.П.
   Согласно требованиям ч.3,4,5 ст.9 ФЗ "Об исполнительном производстве", в постановлении о возбуждении исполнительного производства судебным приставом-исполнителем устанавливается срок для добровольного исполнения содержащихся в исполнительном документе требований, который не может превышать пять дней со дня возбуждения исполнительного производства, и уведомляется должник о принудительном исполнении указанных требований по истечении установленного срока... либо судебный пристав- исполнитель одновременно с вынесением постановления о возбуждении исполнительного производства вправе произвести опись имущества должника и наложить на него арест, о чем указывается в постановлении, если сочтет это необходимым в целях обеспечения исполнения исполнительного документа по имущественным взысканиям. Копия постановления о возбуждении исполнительного производства не позднее следующего дня после его вынесения направляется взыскателю, должнику, а также в суд или другой орган, выдавший исполнительный документ.
   Синюков Б.П. в своей жалобе указывал, что копия постановления о возбуждении исполнительного производства ему вручена не была, срок для добровольного исполнения судебного решения предоставлен не был.
   Судом данные доводы Синюкова Б.П. проверены не были и не нашли своей оценки. В силу ст.39 ФЗ "Об исполнительном производстве", присутствие понятых обязательно при совершении исполнительных действий, связанных со вскрытием помещений и хранилищ, занимаемых должником или другими лицами либо принадлежащих должнику или другим лицам, осмотром, арестом, изъятием и передачей имущества должника. Судом также не проверено и не дана оценка заявлению Синюкова Б.П. о том, что понятые, указанные в акте о выселении, отсутствовали.
   В заседании судебной коллегии Синюков Б.П. заявил, что суд не обсуждал необходимость вызова в качестве свидетелей понятых, указанных в акте от 11.12.2002 г. Из протокола судебного заседания от 28 апреля 2003 г. не усматривается, без участия каких свидетелей выразил согласие Синюков Б.П. закончить судебное разбирательство.
   Основанием для отмены решения суда в кассационном порядке является согласно ч.1, п.1,2 ст.362 ГПК РФ неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела и недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела.
   При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует устранить изложенные выше недостатки и постановить решение в соответствии с установленными обстоятельствами, имеющими значение для дела.
   Руководствуясь ст.360, 361 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

   Решение Зюзинского районного суда г. Москвы от 28 апреля 2003 г. отменить, дело возвратить в суд первой инстанции на новое рассмотрение в ином составе судей.
   Три закорючки.
    []
   На первый взгляд решение это справедливо, а если подумать хотя бы чуть-чуть, то - не совсем, и даже напоминает троянского коня, возведенного коллегией Мосгорсуда на ниве правосудия.
   Во-первых, непонятно кто "обозревал материалы исполнительного производства". Судья Сухова или же судебная коллегия Мосгорсуда?
   Во-вторых, где эти "материалы" хоть Мосгорсуд, хоть судья Сухова достали? Ведь я же Мосгорсуду сообщал, что ни разу представители Службы судебных приставов-исполнителей в заседания суда не явились. И даже ни одного письма или даже конверта от письма из Службы судебных приставов-исполнителей в деле нет, и никогда не было. Или судья Сухова и Мосгорсуд общались со Службой судебных приставов-исполнителей за моей спиной, вне зала судебного заседания? Значит, не общались? ибо это нарушение закона? Тогда почему в определении стоит: "Материалы исполнительного производства, обозревавшиеся судом, содержат все необходимые документы: постановление о возбуждении исполнительного производства, акт о выселении, постановление об окончании исполнительного производства"? Их же просто нет в сшитом, прошнурованном и пронумерованном судебном деле, как поступившем в Мосгорсуд, так и вернувшемся из Мосгорсуда в Зюзинский суд.
   В третьих, коллегия Мосгорсуда в своем определении делает вид, что я не подавал частной жалобы на определение судьи Суховой, отказавшей мне в продлении процессуального срока в части подачи замечаний на протокол. Ибо о моей частной жалобе в составе кассационной жалобы нет в этом определении ни единого слова. Но я же подавал частную жалобу, и вы сами только что видели ее со всеми печатями и подписями. Тогда почему Мосгорсуд ее не рассмотрел и не выразил к ней своего мнения?
   Впрочем, это - предмет следующей главы, где на арену выступает вновь судья Пименова, только уже по данному, шестому судебному делу.
   10.08.04.
  
  
  
  
  
  
   23
  
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) В.Лесневская "Жена Командира. Непокорная"(Постапокалипсис) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"