Сизов Николай: другие произведения.

S.T.A.L.K.E.R. Рыцарь в сияющих доспехах

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 7.44*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    - Или рыцарю в сверкающих доспехах, - он глянул на меня коротко и остро, - не с руки в гражданских стрелять?

  
Пролог
  
   Пакет с остатками шампиньонов запотел изнутри, а сами грибы потемнели и сделались скользкими. Еще в холодильнике обнаружился сиротский кусочек масла. Больше там ничего не было, и я со спокойной душой и чистой совестью оставил дверцу открытой и выдернул вилку из розетки. Кинул масло на сковороду, покрошил туда грибы, посолил и накрыл миской. Вода из дуршлага тем временем стекла, ком сваренных рожков осел и походил теперь на мозги в каске после разрыва шрапнели; для полноты картины не хватало лишь ложки желе от тушенки да пары капель кетчупа.
   Глубокомысленное созерцание прервали крики во дворе. Я отодвинул штору - и в кухню ворвался жаркий августовский полдень, неся с собой аромат готовящейся где-то по соседству остро пахнущей снеди - кажется, это была долма - и свежесваренного кофе. Я сглотнул слюну. Оно, конечно, можно было бы напрячься, одеться - при этой мысли внутри что-то противно екнуло! - и сходить в магазин. Разморенное духотой сознание встрепенулось и запротестовало, прислав мерзкое ощущение липнущей к спине рубашки и, заодно, подходящую отговорку - тогда, мол, разморозку старенькой "Бирюсы" придется снова отложить, а коробки с пельменями и так уже пару недель в морозилку не лезут.
   Щурясь от яркого света, я посмотрел во двор... В песочнице, напротив, два карапуза сражались за право обладания яркой пласмассовой игрушкой, а две рыхлые молодые тетехи, громко переругиваясь, пытались их растащить. За сварой, склонив голову набок и высунув от жары язык, лениво наблюдал дворовый пес Кекс.
   Я отпустил штору, и тотчас, будто только и дожидался этого момента, зазвонил телефон. Я поднял трубку. Звонил Егорыч, мой бывший командир.
   После обмена приветствиями Егорыч сказал, что надо срочно увидеться и он будет у меня через час; голос казался озабоченным. Вернувшись к плите, я вывалил рожки на сковороду, в притворившиеся червячками грибы, и аккуратно все перемешал. Выглядело неплохо, даже аппетитно.
   Прихватив сковороду, я вернулся в комнату и вновь уселся перед монитором. "Плохиши" снова забегали за бруствером из мешков с песком, иногда постреливая из "калашей" и бросая гранаты. Меня они достать не могли - я укрылся за автопогрузчиком - но продвижение к покоям бигбосса, здоровенного жлоба с рогами и копытами, застопорилось. Гранат к подствольнику осталось всего три, и тратить их не хотелось. А могло бы, пожалуй, неплохо получиться - если запузырить в грузовичок, что у них за спиной... Всех бы разом и накрыло.
   Поев, я вымыл посуду, послонялся по квартире - играть больше не тянуло - и, наконец, принялся заваривать чай, попутно размышляя - что такого могло приключиться, чтобы Егорыч в будний день оставил свою контору?
  
   - Так почему дома-то сидишь, друг любезный? - спросил Егорыч, наблюдая как я разливаю по чашкам дочерна настоявшийся чай. - Надоело бодигардом быть? Или наследство получил?
   - Как тебе сказать, Егорыч... - Я подвинул к нему сахарницу. - Работа как работа... Только босс очень уж сволочным мужиком оказался. Смотрел как на прислугу, на советы огрызался - не твое, мол, собачье дело где, с кем и как мне встречаться... Не удивлюсь, если скоро у него возникнут проблемы со здоровьем. В общем, решил я уйти... пока сам ему в репу не въехал. Да бог с ним, с дураком... Ты-то как, командир? Случилось чего?
   Егорыч пригубил чай и поставил чашку на блюдце.
   - Такое дело, Серый... У Николая, приятеля моего, дочь похитили. Она журналистка... Свободная... Фрилэнсер, если на западный манер. Недавно с напарником в Чернобыль отправилась, в Зону. Слышал про Зону?
   Я кивнул.
   - Так вот... Неделю назад Николаю позвонили - дочь ваша, мол, находится в безопасном месте. За освобождение - сто тысяч зелеными. И два фото на комп сбросили: на одном Елена - на природе, со связанными руками, на другом - в темном помещении, возле ноутбука; на экране - страница "Яндекса" с датой того дня. Звонивший говорил спокойно, не пугал и расправой не угрожал... Просто сказал куда деньги перевести, назвал срок - три дня - и отключился. В общем, все просто и по-деловому. Ничего личного, что называется.
   Егорыч вопрошающе посмотрел на меня. Я пожал плечами.
   - Верно... История по нашим временам обычная, - согласился он. И продолжил: - Николай - человек не бедный. Не олигарх, но не бедный. Сделал все как сказали: не в милицию же идти. Стали ждать когда Елена объявится... А сегодня утром - опять звонок. И тот же голос... Ваша дочь, говорит, ввела меня в заблуждение по поводу масштаба вашей коммерческой деятельности, так что размер выкупа увеличивается до миллиона. И называет срок - десять дней. Ну, Николай принялся объяснять, что собрать еще девятьсот тысяч за десять дней нереально, нужно хотя бы три недели. И что деньги отдаст только в обмен на дочь. В общем, вел себя так, как я ему и советовал. Короче говоря, сошлись на двух неделях.
   - И что? - спросил я. - Денег стало жалко?
   - Нет, Сергей, дело не в деньгах. Ради Елены он бы все отдал. Только вот что меня насторожило... Под конец разговора тот, кто звонил, крутить стал... ну, мне так показалось. До этого все говорил четко, а как коснулись условий обмена - заюлил: условия, мол, потом обсудим, когда деньги соберешь. Очень мне это не понравилось.
   - Думаешь, прибили девчонку?
   - Не должны бы... Какой смысл? Звонивший - точно не идиот, он же понимает, что без гарантий никто ему такие деньги не отдаст. Думаю, что-то непредвиденное произошло. Может, сбежала Елена... может, еще что-то... С другой стороны, если сбежала - зачем звонить? Ведь день-два, - и доберется она до людей, сообщит о себе... Так что не знаю что и думать...
   - А спецов твой друг не пробовал подыскать? - поинтересовался я. - Каких-нибудь специалистов по переговорам... есть ведь такие, наверное?
   Егорыч посмотрел на меня укоризненно:
   - Фильмов насмотрелся? Какие специалисты?! Своих пленных из Чечни вытащить не можем, попы-батюшки ездят и просят отпустить за христа ради. Есть, конечно, как и во всяком прибыльном деле, "черные" посредники... только это, в основном, мошенники и аферисты. Такого проверить - время требуется, а тут каждый день на счету! К тому же - Зона... особая специфика...
   - В общем, срочно потребовался рыцарь в сияющих доспехах. Так? - спросил я, усмехнувшись.
   - Так, Сережа... - тихо сказал командир. И умолк.
   Усмешка сползла с моей физиономии. Я увидел бывшего командира будто по-новому - немолодой грузноватый мужик с отечным лицом, под глазами мешки - видно, сердце барахлит. И еще - чего я раньше никогда не замечал - будто тоска в глазах. Сидели бы мы не здесь, а в каком-нибудь окопчике, - я бы только головой покачал.
   - Я ведь Елену знал, когда она еще ребенком была... Мы с Николаем раньше соседствовали... квартиры на одной площадке были. - Он помолчал. - Только как я пойду? Сам видишь...
   - Ладно прибедняться-то, Егорыч! - сказал я так бодро, как мог. - Давай лучше о деле! Что-то я не врубился - почему ты решил, что девицу в Зоне держат?
   - В Зоне, точно! - Поняв, что я согласен, командир немного приободрился. - После первого звонка Николай разыскал спеца из института, где изучают материалы из Зоны. Показали фото... Он четко сказал, что снимок оттуда: на березах, на дальнем плане, "жгучий пух" висит.
   - А еще что-нибудь?
   - Больше ничего... Вертикальный кадр, без панорамы. Только эти березки за спиной. Я уж и увеличивал - отражение в глазах посмотреть... Нет, больше ничего.
   - Нет так нет... Главное, границы поиска определены. А там как всегда... кто-то что-то видел... или слышал. Два человека - не иголка. Найду.
   - Три, - поправил он. - Минимум один проводник с ними был.
   - И все-то ты знаешь, Егорыч... - удивился я. - Может, это ты девушку-то умыкнул? А? Колись давай!
   - Спец из института дал мне адресок один... - не обращая внимания на подначку, сказал он. - Бывший сталкер, много интересного порассказал. Сведу тебя с ним... чтоб из первых рук. Обстановку, так сказать, почувствовать.
   - А проводником он не согласится?
   - Он-то, может, и согласится... Только вряд ли ты сам захочешь. Три ноги на двоих - маловато будет... - Егорыч помолчал в задумчивости, потом спросил: - Может, кого из наших позвать? Без напарника-то - не здорово.
   Я вспомнил вечно смеющегося Хета, настоящего мастера рукопашного боя, виртуоза клинка... Вспомнил здоровяка Сома, пулеметчика, запросто орудовавшего с рук девятикилограммовым ПКМ.
   - Некого больше звать, командир... Сом опять уехал, по контракту, - не смог дома работу найти. Ахмет какими-то темными делами занялся, из-за речки что-то таскает. Недавно звонил, звал. Я отказался. С тех пор как в воду канул. А остальные давно уже - кто куда...
   Егорыч повел подбородком, будто ворот сорочки стал ему тесен.
   - Ладно, Серый... Если команда понадобится, подберешь на месте - там, как я понял, бойцов хватает. Кстати, Сергей... Раз уж ты согласен, надо бы съездить к Николаю - финансовые вопросы решить, договор заключить и все такое...
   - Нет, Егорыч. Не хочу с ним встречаться. Во-первых, пойду я не ради него и не ради девицы, а потому что ты попросил. Во-вторых, не хочу эмоций в деле - потом мешать будет, сам знаешь. В-третьих - не люблю я этих "новых русских". А что до финансовой части... Сложность задачи ты представляешь, степень риска - тоже. Так что сам с ним обсудишь и решишь - что и как.
   Он кивнул - как знаешь, мол.
   - Что с оружием и снаряжением, Егорыч? - продолжил я. - У меня ведь ничего нет. Ничего подходящего, я имею в виду.
   - Оружие есть. Не супер, но приемлемо: АК-104 с ПНВ и "Стечкин" с глушителем. А ближе к вечеру заедем в одно место. За доспехами... сияющими. - В первый раз за время разговора командир улыбнулся. - Комбез и прочие дела себе подберешь.
  
  
Глава 1
  
   Стемнело только к девяти часам. Дождавшись проезда патрульного БТРа, я подхватил рюкзак и рванул к дороге. Теперь на все про все у меня не более пятнадцати минут.
   Две сотни метров до проселка заняли около полутора минут, столько же - вторые две сотни метров, до спирали Бруно. Дальше, в трех метрах, - ограда из такой же ржавой, как и спираль, колючей проволоки.
   Скинув рюкзак, я снял с пояса штык-нож и принялся за работу. Полминуты - и проход готов. Теперь ограда... Пожалуй, хватит пары разрезов внизу, между опорным столбом и стяжкой... Скрежет стали, резкий щелчок. Так... Еще раз... Готово!
   Пропихнув рюкзак в дыру, я вернулся и сцепил кольца спирали, убирая прореху. На спине прополз под оградой... вернул на место отогнутые концы проволоки. Все, пожалуй... Пробежка, конечно, оставила след в траве - чуть более темная полоса протянулась от проселка к месту проникновения - но тут уж ничего не поделаешь. Может, и не заметят. А если и заметят - вряд ли станут шум поднимать: как ни крути - сами прощелкали. Теперь полкилометра вглубь, вон в ту рощицу... и ищите меня! Я надел рюкзак и рысцой двинулся через луг.
   БТР появился через пару минут после того, как я укрылся за деревьями. На броне - двое: один у пулемета, второй - сзади, курит; в "ночнике" кончик сигареты выглядел яркой, почти белой точкой. Не снижая скорости, патруль миновал опасное место. Вот и ладушки... Я убрал ПНВ в карман разгрузки и пошагал на северо-запад, наискось к дороге, ведущей от южного блокпоста внутрь Зоны.
   Заходить в лагерь сталкеров, в двух километрах к западу, в мои планы не входило: наверняка там есть "наседки" от группировок, а засвечиваться без крайней необходимости не хотелось. Идеальным вариантом было бы добраться за ночь до укрепрайона долговцев: обширная территория, полно народу, затеряться - легче легкого. Одна только неприятность - я не сталкер. Ни разу. В том смысле, что в Зоне я - впервые.
   На нормальную подготовку времени не было, на поиск надежного проводника - тоже, а искать "знатоков" в интернете - я не псих. В городках вблизи Зоны, как я слышал, есть бары, куда заходят сталкеры, но в таких заведениях появление чужого человека, да еще и проявляющего активный интерес к местным делам... короче, неприемлемый вариант.
   Впереди среди деревьев показалась дорога. Та самая, на блокпост. Пора оснащаться всерьез: стреляться с военными я не собирался, но если что, пистолета - кобура со "стечкиным" была пристегнута на левом бедре - может оказаться недостаточно. Присев, я достал из рюкзака завернутые в полотенце детали АК-104, собрал автомат и присоединил ПНВ. Вставил магазин и, дослав патрон, поставил калаш на предохранитель. Оставшиеся четыре магазина распределил по карманам разгрузки, застегнул и надел похудевший рюкзак. Вроде бы - все.
   Повесив автомат на шею, я встал и через прицел оглядел дорогу - в обе стороны было чисто. Старый, весь в трещинах асфальт в лунном свете казался светлосерым, заметно светлее моего камуфляжа. Чтобы не маячить, я сошел на обочину - и пошагал на запад.
  
   Карта Зоны, сделанная со спутника и выложенная кем-то в интернете, прочно отпечаталась в памяти, и, подходя к тропе в лагерь "вольных" сталкеров, слева, я перешел на другую сторону шоссе и спустился по насыпи, чтобы не напороться на охрану. До поворота дороги на север, к мосту, где находился второй блокпост военных, осталось два километра.
   Карта не врала: вскоре показался ориентир - вагончик строителей с левой стороны шоссе и внизу, под откосом, стопка железобетонных плит. Удобное место для наблюдения. Возле вагончика я остановился. В ПНВ хорошо просматривался железнодорожный мост. В момент Второго Взрыва через виадук шел длинный товарняк - вагоны и платфомы с плитами и гравием уходили, казалось, в бесконечность. Картинка выглядела настолько безопасной, что невольно возникла мысль наплевать на инетовские страшилки и пойти в обход поста, поверху, через железку. Видимо, такая мысль посетила не меня одного: на лугу, на полпути к насыпи, возвышался холмик с деревянным крестом.
   Размышления о пользе страшилок прервал звук шагов. Я перевел прицел вправо.Со стороны лагеря сталкеров шли двое. Шли спокойно и уверенно, посередине шоссе, будто на прогулке. Оба - в коже, у обоих - автомат за плечом. И не оглядываются, и по сторонам не смотрят... Может, напрасно я осторожничаю?
   Интересно, что за публика... Если верить одноногому сталкеру, эти двое - братки: по его словам, длинные кожаные плащи - самая точная примета. Местный шик, так сказать. Да и походка у ребят - лениво-шаркающая, враскачку... характерная такая походка.
   Я спустился вниз и пристроился за плитами. Пусть себе шагают пока. Заодно погляжу, как они через блокпост пойдут...
   Но дальше "кожаные" не пошли, остановились возле вагончика.
   - Слышь, Ржавый... - услышал я хриплый голос. - Может, лучше под мостом? Там блоки...
   - Не успеем... - Голос второго был ниже и такой же хриплый. - Когда пахану сообщили, он уже Свалку прошел.
   - Может, перекурим тогда? У меня немного травки осталось.
   - Потом перекурим. - В голосе второго прозвучало раздражение. - Значит, так... Я остаюсь здесь. Ты спускаешься на откос с той стороны и продвигаешься на десять метров. Берем в перекрестный. Я начинаю. Понял?
   - Понял... Чего не понять.
   Послышались удаляющиеся шаги.
   Новость мне понравилась: выходит, никакого блокпоста у моста нет, нечего теперь и голову ломать. А вот как быть с намечающейся войнушкой - непонятно. Правильнее всего было бы не встревать в чужие разборки и уйти по-тихому: мне и своих забот хватает. Только вот уходить некуда. Дорога к мосту теперь под наблюдением. Обходить лугом, что у меня за спиной, - так я еще не забыл холмик с крестом. Отходить назад - тоже нездорово: когда начнется стрельба, навстречу могут ломануться сталкеры. Да и с первого блокпоста услышат... и через пяток минут здесь может оказаться пара джипов с автоматчиками. Оно мне надо?
   Положив калаш на плиту и скинув рюкзак, я достал пистолет и привернул глушитель. Выглянул за край штабеля - клиент стоял с правой стороны вагончика, точно напротив меня, и смотрел в сторону моста.
   Колебаний по поводу предстоящей "зачистки" я не испытывал: бандиты для меня - не люди, что бы там ни говорили о правах "человеков" некоторые штатские, если когда и видевшие настоящих бандитов, то, по большей части, лишь при организованном посещении тюрем, находясь под защитой дюжих охранников с дубинками.
   Конечно, старшего лучше бы живым взять - глядишь, и рассказал бы что-нибудь интересное. Если хорошо попросить. К сожалению, обстановка не располагала: неслышно подобраться по осыпи - я не фокусник. Ладно... может, со вторым удастся.
   Я поднял пистолет... Негромкий хлопок - и я кинулся вперед, чтобы подхватить сползающее по стенке тело и не дать автомату грохнуться об асфальт. Придерживая за плечи, тихонько положил труп на землю. Прислушался - тихо: второй клиент либо не расслышал, либо не понял. Ладно, полдела сделано...
   Однако следовало поторапливаться: на сером фоне дороге, метрах в трехстах, уже обозначилась темная фигура. Рассудив, что внимание напарника покойного сейчас направлено на ходока, я осторожно, стараясь не шуметь отошел немного назад, пересек шоссе и спустился с откоса на траву. Ползать в мокрой траве - не самое любимое мое занятие... Лучше бы - вареники с вишней... или, как пел один военный, - "кушать грушевый компот".
   Неожиданно мне пришла в голову ("Только вот не надо смеяться!" - одернул я несуществующих зрителей) мысль, что когда я объявлюсь перед ходоком, то нимба он может не заметить и ангела-хранителя во мне не признать... И пристрелить. Ну, если не пристрелить - не будем о грустном! - то попытаться пристрелить точно может. Пропустить его мимо тоже не выйдет: нельзя пройти в двух метрах от трупов и не заметить. А скромно удалиться мне по-прежнему некуда.
   Наконец, я увидел клиента. Почти наверху откоса, в кустах. Опять невезуха! Не подобраться!
   Хлопок... Тело почти не дернулось, только как бы осело. Да негромко стукнулся о землю автомат.
   Я чуть приподнялся... И ходок тут же остановился. Между нами было полсотни метров. Я перехватил пистолет за ствол, поднял обе руки и вышел на дорогу... готовясь в любой момент нырнуть обратно.
   Промедлив не более пары секунд (Молодца! Быстро соображает!), он двинулся мне навстречу. Я медленно опустил руки и остался стоять возле куста, украшенного трупом. Или наоборот.
  
   - И что здесь происходит? - спросил он, взглянув на тело.
   Голос мне понравился. Низкий и спокойный.
   - Понятия не имею, - признался я. - Они собирались убить тебя, я убил их. Такое вот кино.
   - Они?..
   - А чего мелочиться-то? Второй вон там лежит. - Я кивнул в сторону вагончика.
   Он наклонился и перевернул тело. Пригляделся:
   - Нет. Никогда не встречал.
   - Ну... может, они и не тебя поджидали... - сказал я задумчиво. - Может, здесь так принято - ходить ночью мимо Свалки.
   - Пойдем поглядим второго? - хмыкнув в ответ на мое замечание, предложил он.
   И двинулся с места лишь вслед за мной. Молодца!
   - Этого знаю, - сказал он, едва взглянув на лицо. - Ржавый. Редкостный подонок.
   - Ну хоть с ним угодил! - заметил я скромно. - А то стараешься, стараешься... а "спасибо" так никто и не скажет.
   Он засмеялся:
   - Ну, считай, за мной должок. Я - Кир.
   - Это как древний царь, что ли? Родственник твой? Польщен. - Я принялся свинчивать глушитель. - А я - Серый.
   Он снова засмеялся:
   - Нет. Кир это от Кирилла. А ты, Серый, давно тут? Не видел тебя раньше.
   - Да уже больше часа, пожалуй, - признался я, убирая пистолет в кобуру.
   - О как! - вроде бы удивился он. Помолчал. - Пистоль у тебя, конечно, классный... Но для здешних мест, как говорится, - маловато будет. Нет?
   - Спасибо, напомнил! - Я дурашливо поскреб затылок. - Погоди секунду. Пойду погляжу. Может, найду чего.
   Я спустился вниз, забрал рюкзак и автомат.
   - Совсем другое дело! - сказал он, когда я вернулся. Посмотрел на прицел... - Не впервые здесь?
   - Впервые, - сказал я. Смешливый настрой - реакция на стрессовую, с отвычки, ситуацию - помаленьку уходил, ерничать уже не тянуло.
   - О как! - На этот раз он действительно удивился. - Впервые в Зоне, и вот так вот, ночью, без проводника?
   Я задумался. Мужик мне нравился. Интуитивно я чувствовал, что ему можно доверять. В определенных границах, разумеется.
   - Такое дело, Кир... - начал я. - Мне нужно как-то легализоваться в Зоне. В смысле - сойти за обычного новичка. Пришедшего не позже чем четверо суток назад, - этот момент крайне важен. Собирался дойти за ночь до расположения "Долга" и там затеряться. Мне говорили, если с дороги не сходить, - речь шла об обычных, хоженых местах, - то пройти можно... А тут - засада. Ни туда, ни сюда. Вот и пришлось пострелять маленько.
   - Понятно... - Кир помолчал. - В общем-то, верно тебе говорили... Если на арты - артефакты, я имею в виду, - не зариться... Даже если покажется, что совсем рядом, только руку протянуть... Арты, они ведь обычно вблизи аномалий появляются, после выброса... Пару штук я возле Свалки видел, прямо на краю шоссе. Так, ерунда грошовая. А бывает и наоборот: вроде чисто все, ни артов, ни свечения, а аномалия - вот она. Зацепит - и привет! Кстати, одна такая - гравиконцентрат - перед лагерем долговцев раскинулась, аж до середины дороги достает. Стационарная... в смысле - не исчезает после выброса. И мощная... вовремя не заметишь, затянет и - в лепешку. Днем-то заметить проще - по ошметкам ворон да псевдособов. А ночью можно и не углядеть.
   Он еще помолчал.
   - А так, пройти можно... До Свалки чисто... Ну, если только псевдособы или кабаны привяжутся, не без этого. За Свалкой долговцы могут встретиться - тогда оружие сразу дулом вниз опускай: они ребята нормальные, но резкие... Ну, и перед самым постом обычно псевдособов полно - считай, что двух рожков как и не было.
   - А с блокпостом что? - Я кивнул в сторону моста. - Он у меня на карте отмечен.
   - Это же когда было... Это до Второго Взрыва граница проходила по железке. Тогда и блокпост стоял. А теперь-то, когда Зона расползлась, кому он нужен? Пусто там, только пара бараков осталась.
   - Ясно... - Я задумался. Слепые собаки и псевдокабаны меня особо не пугали, а серьезные твари - контролеры, псевдоплоть, кровососы, химеры - в обжитой, если можно так выразиться, части Зоны не появляются. Бюреры и снорки, те и вообще, как я понял, только в подземельях встречаются. А вот в аномалию вляпаться...
   - Знаешь, Серый, - прервал мои размышления Кир, - не стоит тебе одному идти. Да еще ночью... Идти будешь медленно, хорошо если к утру доберешься. Все равно ведь потом проспишь до полудня. Может, у сталкеров переночуем? Я там свои дела утрясу, а утром пойдем к долговцам. По времени то же на то же и выйдет. Заодно, как ты выразился, и легализуешься: скажу, что ты мой напарник уже неделю. И к долговцам придем как напарники. Что скажешь?
   - Отличный план, Кир. А с этими что делать будем? - кивнул я на труп.
   - Ничего. К утру от них и костей не останется, псевдособы растащат. Брать ничего не будешь? Если что-то действительно нужно - возьми, здесь это за мародерство не считается. Другое дело - когда жадничать начинают... Тогда и Черный Сталкер может пожаловать. - И Кир вроде бы усмехнулся.
   - Нет, пожалуй... Оружие и патроны есть... А что за Черный Сталкер?
   - Да что-то наподобие легенды. Хотя некоторые утверждают, что действительно его видели. Считается, что это призрак одного из тех немногих сталкеров, которым удалось добраться до Монолита - есть якобы в глубине Зоны могучий артефакт, который желания исполняет.
   - Читал в детстве что-то похожее, - заметил я. Только там, если не ошибаюсь, о золотом шаре говорилось.
   - Верно. Только разве в названии дело? Ведь люди испокон веков мечтали об исполнении желаний. Причем, заметь, непременно чудесном. Тут и джины из бутылки или из лампы, и Золотая рыбка, и щука из проруби, и исцеления божественные... Да...Так вот... И будто бы этот сталкер загадал себе бессмертие. Ну, а поскольку для обычного человека вечная жизнь невозможна, Монолит подарил ему вечную жизнь, сделав призраком. Вот он и бродит по Зоне. Говорят, иной раз может и помочь какому-нибудь бедолаге... или об опасности предупредит... А если приходит и молчит, то это, мол, как остережение... неправильно, значит, себя ведешь.
   - Красивая легенда, - сказал я. - Слушай, Кир... Ты не хочешь полюбопытствовать, кто этих ребят на тебя навел?
   - Каким образом? - удивился он.
   - Ну, я так понял, Ржавый сообщение получил, что ты прошел Свалку. Может, на его мобиле - или что тут у вас - какие-то концы остались?
   - А-а... Нет, не получится: мы здесь пользуемся ПДА - это что-то вроде миникомпьютера, как наладонник сделан. Там и карта Зоны, и местоположение владельца и его компаньонов, и переговоры - частные и на общем канале. Там же и сугубо личная информация: места схронов, номера банковских счетов... Так что паролятся ПДА серьезно. Если, конечно, владелец не полный идиот. А взломать пароль...
   - Ясно. Ну, что тогда? Пошли?
   Кир пробежал по мне взглядом.
   - Не похож ты на новичка, Серый... Убрал бы ты свой пистоль в рюкзак. Вместе с кобурой. Да и прицел тоже. Не новичка эти вещи. А пистоль - вон у него возьми. - Он кивнул на труп.
   Я последовал совету, хоть и не хотелось. С другой стороны - ему виднее. Забрав у Ржавого кобуру с "Макаровым", повесил спереди на поясной ремень. Достал пистолет, выщелкнул магазин - полный. Но один магазин... нет, так дело не пойдет! Я обыскал труп - в кармане куртки нашелся еще один. Снаряженный. Ну, хоть так...
   Закончив, я посмотрел на Кира. Он хмыкнул:
   - Получше, только... военный, он и есть военный, этого не спрячешь. Так ведь?
   - Так, - согласился я. Не уточняя, к чему именно мое "так" относится.
   - Ладно... Среди сталкеров и бывшие военные есть... Пошли?
  
   - Сам-то давно здесь? - поинтересовался я.
   Мы удалились от места засады уже на полсотни метров. Кир шагал не торопясь, но разговора не начинал. Это можно было понять - вероятно, уже навидался новичков. Зато мне было не безразлично, что за напарник, пусть и временный, у меня появился. Может, и удастся разговорить...
   - Года три уже... - И он снова замолчал.
   - А эти двое откуда взялись? - попробовал я зайти с другого конца. - Из сталкерского лагеря?
   - Нет. Бандиты к нормальным сталкерам не ходят. Отдельно кучкуются. Скорее всего с хлебозавода пришли. - Он кивнул влево.
   - Комбинезон на тебе интересный... - заметил я.
   - Средний... 5.45 из калаша со ста метров держит, псевдособы тоже не прокусывают... немного и от радиации защищает. И не тяжелый. В общем, для обычных ходок - самое то. Если воевать собрался или в опасное место какое - тогда, конечно, лучше взять что-то посерьезнее.
   - Ты так говоришь, будто здесь военные склады.
   - Как посмотреть. На складе если чего нет - значит, нет. А тут если чего и нет - заказать можно. Были бы деньги.
   - И где этот чудо-магазин?
   - Один - там. - Он кивнул по ходу. - Хозяин - ушлый мужик, хоть что достанет. Еще один магазинчик на базе "Долга". Ну, и у научников, на Янтаре. Они, правда, просто так не торгуют... только с теми, кто в работе им как-то помогает. Зато и вещи у них... Особенно защитные костюмы хороши. Научники-то - западники, для них безопасность превыше всего.
   Дальше шли молча. Показавшаяся из-за облака бледная луна залила окрестность мертвенно-белым светом, и листва деревьев вдоль обочины стала серой, как на черно-белой фотографии. Прозрачную тишину нарушали лишь наши шаги. Хотя - нет, откуда-то справа донесся едва слышный перебор гитарных струн. Вскоре показались окраинные домики брошенной деревеньки - полуразрушенные, с черными дырами оконных проемов. Будто после чудовищной силы урагана, насмерть перепугавшего и прогнавшего людей, словно птиц с гнездовий.
  
  
Глава 2
  
   У поворота к лагерю из тени ограды выступила темная фигура.
   - Ствол убрал!
   Манера говорить и интонация - типичные сержантские. Я снял автомат с шеи, повесил на плечо. Других замечаний, равно как и вопросов, не последовало, и мы с Киром спустились с шоссейки и направились вглубь деревни.
   И тут я сообразил, что намечается небольшая проблемка. Комбез я, конечно, вымачивал, чтобы убрать складки, а сегодня днем еще и по земле поползал, так что совсем уж новеньким он не казался. Котелок тоже нормальный - местами побитый и в меру закопченный. А вот со жратвой дело обстояло хуже. "Зоновской" еды у меня не было, а провизии "оттуда" у новичка спустя неделю остаться не могло.
   Я поделился соображениями с Киром.
   - Да без проблем, Серый. Зайдем к Сидоровичу - это торговец, о котором я говорил, - у него и отоваришься. Мне-то все равно к нему идти... Заодно и тебя представлю. Кстати, ПДА тебе по-любому нужен: по общему каналу и о Выбросе предупредят, и о другом всяком, что полезно знать.
   Темная улица казалась пустой. Если охранение, помимо сержанта у входа в деревню, и существовало, то я его не заметил. Что меня крайне бы удивило. Но, скорее всего, деревенька и вправду находилась в безопасном месте.
   - Военные, что, совсем не беспокоят? - поинтересовался я.
   - А зачем им? Торговля с внешним миром через них ведь идет. Левые грузы вперемешку с грузами для научников, врачей, неофициальных помощников вроде "Долга". Военным с контрабанды - навар. На моей памяти всего-то пара пострелушек и была. И оба раза - при смене командира на блоке. Так что тихо здесь. Ну, если только бандиты наедут... Место-то удобное.
   - И что тогда?
   - Ну, тогда воевать приходится... Здесь хоть и новички, в основном, но отпор дают. Да и бандюки - бойцы те еще: обычно нахрапом взять пробуют да на "ура". Это когда их много. А проредишь через одного - так и откатываются. Чаще-то они из засады норовят. Вон как давеча...
   - Слушай, Кир! Извини за любопытство, но... зачем ты так рисковал? Могли и уложить.
   - Так не уложили ведь! - По голосу я понял, что он улыбается. - Я ведь их заметил, Серый... Метров за четыреста.
   - Правда? - сказал я осторожно, не зная как отнестись к такому заявлению.
   Вместо ответа Кир снял с плеча свой 104-й. Мы остановились, и Кир посветил фонариком, чтобы я мог разглядеть прицел. Прибор был очень хороший. И очень дорогой - раз в пять, а то и в десять дороже моего. Вероятно - второго или даже третьего поколения. С контрастной картинкой и практически без "мушек" от шумов усилителя.
   - Я и тебя заметил. Только не мог взять в толк, зачем третий по асфальту ползает, - продолжил экзекуцию Кир. - У меня ведь, Серый, тоже особого выбора не было. - Он засмеялся. - Обходить лугом - можно на псевдокабанов напороться, а отбиваться разом и от кабанов, и от бандитов - это уже перебор. Пережидать тоже не имело смысла: в темноте-то у меня преимущество. Ночники у бандитов не водятся... у них вообще приличные вещи не держатся: все на наркоту уходит.
   - И что ты собирался делать? - спросил я с интересом.
   - Как раз уже думал на откос спрыгнуть... До того-то стрельбы можно было особо не опасаться. Бандюки стреляют неважно, а по корпусу и вообще вряд ли стали бы палить: они же за артами охотились. Так что скорее всего хотели с близкого расстояния приголубить, в голову. А риск... - Кир убрал фонарик, повесил автомат на плечо. - Это ведь Зона, Серый. Тут везде риск.
  
   В конце улицы возле крайних построек горел костерок. Над огнем, на перекладине из арматурного прута - несколько котелков. Варевом не пахло - наверное, уже поужинали и теперь собирались чаевничать. Четверо молодых парней, сидевших вокруг костра, негромко разговаривали. Пятый, с гитарой на коленях, тихонько перебирал струны, задумчиво глядя на огонь. Недалеко от костра, прислонившись к бревенчатой стене уцелевшего пятистенка, стоял еще один - высокий мужик лет тридцати пяти в таком же, как и на Кире, комбезе.
   При нашем приближении парни прервали разговор. Узнав Кира, дружно поздоровались - по тону было понятно, что напарник пользовался здесь уважением. Ответив на приветствия, Кир направился к мужику в комбезе - видимо, тот был в лагере старшим - и, обменявшись с ним несколькими словами, позвал меня.
   - Это Серый, мой напарник, - представил меня Кир. - В Темной Долине встретились, за заводом.
   - Приветствую, Серый. Я - Волк, старший здесь. - Волк внимательно и бесцеремонно оглядел меня с ног до головы. - Как тебя на Темные Земли занесло? Места-то там опасные...
   - Да чего там опасного? Подумаешь, дело какое - собаки слепые! - Я собрался было изобразить новичка-придурка, но поймал холодный взгляд Волка и тут же перестроился: - Шучу! Просто у Восточного кордона пробраться было проще.
   - Потому и проще.
   - Кстати, на шоссе, возле вагончика, два калаша валяются, - вмешался в разговор Кир, и я мысленно поблагодарил напарника. - Мелкие. Если есть нужда, пошли кого-нибудь.
  - Бандюки, что ли? - безо всякого удивления спросил Волк.
  - Ржавый с напарником.
  - Ржавый - это хорошо. - Он помолчал. - Ладно, мужики... Отдыхайте... Ты, Кир, - Волк повернулся к напарнику, - подходи потом, как с делами закончишь... Новости расскажешь, а то я с этими молодыми уже зверею от скуки.
   - Договорились. - Кир кивнул и, обращаясь ко мне, предложил: - Ну что, пошли в чудо-магазин?
  
   Магазин располагался в подвале на окраине села.
   - Сидорович тут капитально устроился... - в голосе Кира прозвучало одобрение. - Никакой Выброс не страшен. В деревне тоже, конечно, подвалы в домах есть. Только тесновато в них, когда публики в селе много случается, - как сельди в бочке. А тут - хоромы!
   В "хоромы" вела узкая каменная трехмаршевая лестница. Внизу - маленький тамбур с массивной стальной дверью, какие бывают в бомбоубежищах. Интересно, как она сюда попала?
   - Солдатики привезли, на "Камазе", - отозвался Кир в ответ на мой недоуменный взгляд. - Не бесплатно, конечно.
   Хозяин, видимо, счел посетителей достойными доверия или, что вероятнее, узнал моего напарника: в углу, под низким потолком светился индикатор видеокамеры наблюдения. Послышалось натужное гудение электромагнита, и тяжелая дверь чуть приоткрылась, будто приглашая войти.
   "Торговый зал" был перегорожен решеткой с запертой на висячий замок дверью и небольшим проемом над стоящим по ту сторону столом. Сидящий за столом пожилой мужик оторвался от экрана ноутбука и посмотрел на нас поверх старомодных очков - с круглыми стеклами и в дешевой пластмассовой оправе.
   - Сколько раз говорено - не заходить скопом, - проворчал он недовольно. - Ты ведь не пацан, Кирилл... Понимать должен...
   - Извини! - улыбаясь, сказал Кир. - Хотел лично напарника представить. Это Серый. - Он кивнул на меня. - Прошу любить и жаловать.
   - Не девка, чтоб его любить... А жаловать пока не за что... Скидку, ее заслужить надо. Так что, Кирилл, ты эти свои закидоны брось... - Сидорович перевел на меня подслеповатый взгляд. - Так что желаете, молодой человек?
   - Двухлитровую бутылку воды, упаковку пива, четыре банки тушенки и батон, - перечислил я, заприметив все нужное на стеллаже у стены. - А из вещей - ПДА.
   - И контейнер, - добавил Кир. Заметив удивление старика, пояснил небрежным тоном: - Серый - новичок, всего неделю как пришел... А у "долговцев" останавливаться не стали: хотелось до ночи сюда добраться.
   Сидорович коротко посмотрел на меня - на этот раз сквозь толстые стекла очков - и на миг мне почудилось, будто на меня акула уставилась: глаза казались безжизненными, словно нарисованными на белом фарфоре.
   Ничего не сказав, он поднялся со стула и занялся подбором заказа. Пока я через окошко в решетке перетаскивал и складывал в рюкзак продукты, Сидорович вышел через боковую дверь и вскоре вернулся с наладонником и металлическим пеналом размерами сантиметров десять на сорок и сантиметров пяти толщиной. Пенал оказался увесистым. Вероятно, со свинцовой прослойкой.
   - Под каким именем будешь на общем канале? - спросил Сидорович, подсоединив ПДА к ноутбуку тонким кабелем.
   - Серый.
  Он пробежал пальцами по клавиатуре ноута. Затем, не отсоединяя кабель, через окошко протянул наладонник мне:
   - Набери пароль. Десять знаков. Никаких глупостей вроде фамилии и даты рождения. Впрочем, дело твое.
   Я быстро набрал свой обычный пароль, дополнив его двумя семерками.
   - Готово.
   - Повтори, - сказал Сидорович. Я повторил.
   Он щелкнул пальцем по кнопке ноута и взглянул на экран. Удовлетворенно кивнул, отсоединил кабель и вернул ПДА мне:
   - Владей. Как пользоваться, Кирилл покажет.
   После чего назвал цифру, услышав которую, я едва удержался, чтобы не произнести, подобно Кисе Воробьянинову, его знаменитое "Однако!" Сдержав эмоции, достал деньги и отсчитал нужную сумму.
  Сидорович взял пачку и, не пересчитывая, бросил в ящик стола.
   - Вот и хорошо, - подвел итог Кир. - А теперь...
   - Я наверху подожду, - перебил я, избавляя напарника от необходимости извиняться.
  
   Снаружи было прохладно. Луна почти скрылась в низких облаках, и стало совсем темно.
   Я огляделся. Там, где в заграждении из "колючки" находился проход в деревню, белым пятнышком маячил фонарик на каске или шлеме охранника. Дальше - еще один. Мда-а... видать, давно их тут не наклоняли. Мое мнение о Волке резко ухудшилось... Впрочем, это их дела.
   Слева, далеко за окраиной, изредка появлялись непонятные бледно-розовые всполохи. Внезапно ночную тишину разрезал донесшийся с той же стороны, с луга, жалобный собачий скулеж. Скулеж перешел в вой - долгий и тоскливый, его подхватило еще несколько псов. В деревьях позади меня что-то зашуршало, и оттуда раздалось совиное уханье.
   Я снова подумал о Волке... Может, я и заблуждаюсь насчет него... Он-то здесь давно, и то, что для меня выглядит непрофессионализмом, на самом деле может иметь вполне рациональное объяснение. Ведь ошибся же я вначале насчет Кира, даже вроде как спасителем себя почувствовал. А мужик, выходит, собрался в одиночку с парой-тройкой бандитов разделаться. И это при том, что ему уже прилично за сорок и он явно не военный, не то что спец. Собственно, чего тут удивляться, раз он три года в Зоне и до сих пор жив. Наверное, тут все-таки есть своя специфика. В общем, надо бы впредь поаккуратнее в оценках...
   - Что, приветствие Зоны слушаешь? - спросил Кир, поднимаясь уже по последним ступенькам. - Небось, тоску нагоняет?
   - Нагоняет, - согласился я.
   - А меня этот вой, наоборот, успокаивает. Когда вдалеке. По следу-то они молча идут... - Кир затворил дверь. - Ну, что? Пойдем ужинать?
   - А чего эти ребята фонариками-то светят? - спросил я, когда мы уже подходили к проему в ограде.
   - Это ты к тому, что с четверкой спецов за пятнадцать минут зачистил бы деревеньку? - в голосе напарника мне послышалась насмешка.
   - Ну, вроде того... - сказал я осторожно.
   - Во-первых, это не так просто сделать, Серый... В деревне обычно и опытные сталкеры есть. Просто они не толкутся с молодыми у костра, а в домах отдыхают. Так что спецы могли бы быть неприятно удивлены. Но дело не в этом... Просто спецам здесь, в деревне, нечего делать. Говорят, когда-то, после Второго Взрыва, действительно приходили спецы. И много... К эпицентру шли... Да только обломались они. Почти никто, говорят, так и не вернулся оттуда. А потом и поле, мозгодробилка эта, появилось.
   То, что говорил Кир, сходилось с рассказом увечного сталкера, с которым мы с Егорычем беседовали.
  - Что же до военных и бандитов, то с ними тактика иная... - продолжил Кир. - Возле блокпоста и Хлебозавода сталкеры наблюдателей держат. Если что, они предупредят. Так что посты на задах деревни - от тварей, в основном. Потому и с фонарями.
   Выйдя к пятачку с костром, мы устроились для ужина на толстом бревне возле штакетника вокруг полуразобранного - видимо, на дрова - дома. Я перелил половину воды из бутыли в котелок и повесил его над огнем. Потом мы открыли по банке с тушенкой, я выставил пиво, а Кир достал стеклянную банку с маринованными огурцами.
   - Долговцы подарили. - Он наколол кинжалом пупырчатый огурчик с приставшим к нему синим колечком лука. - Угощайся.
   Пока мы ужинали - вдумчиво и неторопливо - я размышлял над тем, не стоит ли попросить помощи у Кира. В плане добычи информации. Если вопросы стану задавать я, то неизвестно, чем это может обернуться. Если же поинтересуется он - аккуратно, само собой - это совсем другое дело... Судя по всему, Кир - нормальный мужик, не продаст.
   - Кир, не поможешь мне выяснить кое-что? - решился я наконец.
   - Может, и помогу... - сказал он, подчищая банку кусочком хлеба. - Что тебя интересует?
   И я рассказал ему всю историю с начала и до конца.
   Потом я принес котелок с кипятком, засыпал чай, закрыл крышкой и накинул сверху полотенце.
   - Здесь вряд ли можно узнать что-то действительно полезное, - сказал он, когда я снова уселся рядом. - Разве что - через этот блокпост они вошли или не через этот. Прихватили-то их наверняка не здесь... До долговцев они тоже, скорее всего, дошли... Думаю, искать надо оттуда. Впрочем, я спрошу у Волка, конечно. Ему доверять можно, на этот счет не беспокойся.
   После чаепития - опять же вдумчивого и неторопливого - Кир отправился искать Волка, а я занялся чисткой котелка. Публика возле костра травила анекдоты.
   - Заблудился, значит, мужик в лесу. Темно-о... Стра-ашно... - Конопатый парень в зеленой куртке с капюшоном смешно потряс руками, показывая, как было страшно. - Ну, стал он орать, с перепугу-то. Тут, значит, появляется контролер. Ты чего, говорит, орешь, мужик? Ну, тот отвечает: "Так, может, услышит кто!" "Ну, я услышал, - говорит контролер. - И что?"
   Ребята заржали... Анекдот был старый. Я слышал его давным-давно, еще до Взрыва. Тогда к мужику выходил медведь.
   - А вот еще... Cтучит, значит, сталкер в дверь к Болотному Доктору: "Эй, Доктор!" Дверь открывается, а на пороге - Контролер. "Нет больше Доктора! Приказал долго жить!" "Кому приказал?" - опешил сталкер. "Ну не тебе же! Да ты заходи..."
   Ребята снова захохотали...
   Анекдот мне понравился, раньше я его не слышал.
   Спустя полчаса появился Кир.
   - Здесь они вошли, журналисты твои. Официально. С разрешением. Было это дней десять назад. Насколько Волк помнит, собирались сходить к научникам на Янтарь. Сюда их военные довели, а проводить к долговцам Хрис подрядился - он все равно уже собирался туда идти. Потом приходил оттуда к Сидоровичу кто-то из сталкеров. Волк поинтересовался - как, мол, журналисты. Сталкер сказал, что видел девицу в баре. Это все.
   - В баре?
   - У долговцев. Бар "100 РЕНТГЕН".
   - Спасибо, напарник. Хоть зацепка появилась.
   - Не за что, напарник. Придем на место, еще поспрошаю. - Кир поднял рюкзак. - Пошли баиньки, пока хлопцы у костра сидят. В доме матрацы есть. Тут ведь так - кто успел, того и тапки.
  
  
Глава 3
  
   Завтрак ничем не отличался от ужина. Разве что чаем на этот раз озаботился Кир.
   Попрощавшись с Волком и ребятами у костра, мы прошли казавшуюся вымершей деревню и пошагали к мосту. Плотный белый туман покрывал лощины по обе стороны шоссе. Низкое серое небо раскинулось над унылым, лишенным деталей пейзажем. Сырой воздух приглушал звук шагов.
   До места вчерашней засады шли молча: на разговор с утра не тянуло. Трупов возле вагончика не оказалось - остались только обрывки одежды на бурых пятнах вдоль обочины. Возле стопки бетонных плит, где я прятался накануне, валялся черный ботинок с торчащим фрагментом кости. Автоматов тоже не было: видимо, сталкеры решили их прибрать.
   - Все хотел спросить - почему тут все мелкими калашами пользуются? 104-й я только у Волка видел.
   - Так здесь ведь только с псевдособами да с бандюками воевать приходится. Ну, иногда с кабанами... В одиночку молодые не ходят - Волк не разрешает, а в два ствола 5.45 на кабана - нормально. Бандиты комбезы не носят - западло. На фарт надеются, на везение. - Кир усмехнулся. - Так что тоже нормально.
   - А там? - Я кивнул в сторону проступившего сквозь туман моста.
   - По-разному... Много западного оружия. В общем, на любой вкус есть. Кто получше стреляет - бывает, что и пятеркой пользуются... с оптикой, конечно. Опять же смотря для чего... Под землю с пятеркой лезть - самоубийство, с "Валом" на бандитов идти - на боеприпасах разоришься: какие здесь цены, ты вчера уже понял... - Кир рассмеялся. - А если, скажем, с "монолитовцами" кто постреляться задумает, тогда, наоборот, что-нибудь серьезное требуется: семеркой - даже бронебойными - их прошибить трудно.
   - Что за звери такие? Не слышал о них.
  Тем временем мы подошли к мосту. Видимо, когда-то шоссе здесь собирались перегородить: на это указывали и штабели железобетонных плит, и брошенный посреди дороги трактор.
  Мы поднялись на груду окаменевшего цемента. С минуту Кир вглядывался в белесую муть за мостом.
   - Давай-ка, Серый, переждем здесь немного, - сказал он, наконец. - Нехорошее место впереди. Пусть туман разойдется.
   Спрашивать, почему место - "нехорошее", я не стал, и Кир вернулся к моему вопросу.
   - "Монолитовцы" тогда же, говорят, появились, что и "Долг", и "Свобода". Только проявились позже. Дорогу, что к Припяти ведет, оседлали. Вместе с заводишком. В центре зоны не появляются, но и на север не пускают. В общем, оборону держат. Считается, что они фанатики, святыню свою - "Монолит" - защищают от посягательств.
   - Что значит - "считается"? Сами-то они что говорят?
   - В том-то и дело... Никому еще не удалось взять монолитовца. Ни живого, ни мертвого. Хотя и "Долг", и "Свобода" такую награду объявили, что... Вот и находятся порой желающие. Думаю, заказчики-то повыше сидят. Ну, с долговцами более или менее ясно: скорее всего - российские спецслужбы... или украинские. А может, скооперировались... хотя, это вряд ли... А вот кто за "Свободой" - трудно сказать. То, что западники - это понятно, а вот кто именно... Опять же - правительство или частная корпорация?
   - И зачем им?
   - Зачем, говоришь? Ты фильм "Терминатор" видел? Или "Робокоп"?
   - Видел, конечно... А при чем тут?..
   - При том!.. Я вот однажды пошел с командой желающих куш сорвать. Не из-за денег, а так... любопытство заело. Ну, и видел их через бинокль. Одеты в экзокостюмы - с механизмами снаружи то есть. Двигаются медленно, зато усилие, видимо, могут развить огромное. Оружие - я такого и не видел раньше: какие-то странные винтовки, стреляюшие во-от такими пулями... - Кир развел большой и указательный пальцы сантиметров на восемь. - И бесшумно к тому же.
   - Бесшумно?
   - Именно. На стволе - длинный цилиндр миллиметров 100-120 диаметром. Здесь эти винтовки "гауссовками" называют. С легкой руки какого-то любителя научной фантастики.
   - Считаешь - нереально?
   - Может, и реально... Если таскать за собой танковый аккумулятор... а разгонную обмотку поливать жидким азотом.
   Я взглянул на Кира - шутит, что ли?
   - Никаких шуток, Серый, - тут же сказал он. - Тот заводик, что на их территории, мне знаком: бывал там когда-то. Неплохое производство, приличное оборудование... Но не более того. Опять же - выходит, у них там целый коллектив классных специалистов трудится? Ведь такой костюм - с замкнутым циклом дыхания, с механикой и гидравликой, да еще и пуленепробиваемый вдобавок - разработать и изготовить ничуть не проще, чем космический скафандр... скорее даже намного сложнее. Ну, допустим на минуту, что нашлись умельцы, исхитрились, сделали один образец, что называется, на коленке. Но ведь их, "монолитовцев", не меньше десятка тогда было. - Он покрутил головой. - А об оружии и вообще не знаю что думать.
   - Хотелось бы надеяться, что моя подруга не у этих "космических пиратов", - заявил я, стараясь не засмеяться.
   - Хотеть и надеяться - здесь это бесплатно, - отозвался Кир. - Пойдем... похоже, развиднелось.
  
   Мы вышли из-под моста, и Кир распорядился:
   - Держись за мной в двух шагах слева. Левая сторона - твоя. Без крайней необходимости не стреляй. Что скажу - делай без вопросов, объяснения потом. Лады?
   Я кивнул и отстал на пару шагов. Дальше шли молча.
   Туман почти рассеялся. Шоссе проглядывалось метров на триста. Слева, на взгорке, виднелась пара длинных одноэтажных построек, что-то вроде скотного двора. Справа от самой насыпи тянулся луг с редким кустарником; немного дальше, почти у дороги - два кирпичных дома. Один - целый, от другого остались лишь стены. Я снова взглянул налево, и на этот раз заметил какое-то движение между дальним строением и деревьями.
   - Слева, за дальним домом, - сказал я негромко.
   - Псевдоплоть. - Кир остановился, достал из кармана маленький складной бинокль и протянул мне. - На, полюбуйся.
   Тварь напоминала огромную, с теленка, свиную рульку на коротких ножках. Спереди, на будто срезанном торце - чередующиеся по цвету белые и розовые концентрические кольца.
   - Там, где кольца - пасть с зубами по кругу. За один укус может ползадницы отхватить, - прокомментировал Кир. - И живуча неимоверно. Иной раз и полного рожка с семеркой оказывается недостаточно. Имей это в виду.
   - И что будем делать? - спросил я, не отрываясь от бинокля. Тварь неспешно спустилась по травянистому склону, выбралась на шоссе, и теперь стали видны копытца.
   - Подождем, когда уйдет. Мы же не на охоте. - Кир помолчал. - Дальше псевдособы могут встретиться. Здесь они редко нападают: на лугу "карусели", так что живность на самообеспечении, можно сказать, находится. Если только уж прямо на нас попрут - тогда не медли.
   Рулька повертелась на месте, словно не могла решить куда ей надо. Наконец, смешно взбрыкнула задними ногами и галопом поскакала к лугу.
   - Забавно, - поделился я впечатлением, возвращая бинокль.
   - Куда уж забавнее, - отозвался Кир. И мы пошагали дальше.
  
   Вскоре зеленый взгорок слева сменился высоким и крутым глинистым холмом, а луг плавно перетек в редкую березовую рощицу. Размышления о том, что прогулка выглядит скорее приятной, прервал собачий лай. Кир обернулся на ходу, но я уже перестроился и шагал вслед за ним. Ничего не сказав, он продолжил движение, часто поглядывая теперь вправо.
   Лай скоро прекратился, но стоило мне подумать, что стая ушла, как среди стволов берез показались светло-коричневые тела. Псевдособы - я насчитал с полдюжины - устремились было к шоссе, но, не добежав десяток метров, словно бы передумали и принялись беспорядочно носиться вдоль дороги.
   Не останавливаясь, Кир стал понемногу смещаться к левой обочине, увеличивая расстояние до стаи.
   Внезапно одна из псин резко изменила направление и бросилась ко мне. Машинально, я дал навскидку короткую - в три патрона - очередь ей в голову, и псина, срезанная в прыжке, рухнула у края дороги.
   Инстинктивно, я остановился, ожидая нападения всей стаи...
   - Не стой! - рявкнул Кир.
   Не отрывая взгляда от продолжавших резвиться собак, я пошагал за напарником. Поведение псевдособов выглядело для меня совершенно неестественным и непонятным. Видимо, Киру оно таким не казалось: он шел по-прежнему быстро и уверенно.
   Дорога стала подниматься. Впереди показался уходящий вправо от шоссе выкрашенный в ядовито-зеленый цвет забор из стального листа, вход на территорию бывшего КПП преграждал опущенный шлагбаум. Я обернулся. Псевдособы уже не носились по лесу - теперь они сгрудились вокруг убитого сородича и дружно рвали его на части.
   - Хорошо стреляешь, Серый! - не оборачиваясь заметил Кир.
   Выделываться и говорить дежурное "Случайно получилось!" или "Дуракам везет!" я не стал.
   - Стреляю как научили. Ты мне лучше объясни, почему эти псины так странно себя ведут.
   - А я откуда знаю? - удивился он. - Давно уже перестал задумываться на эту тему. Привык, наверное... Попробуй научников спросить при случае.
   На подходе к КПП Кир замедлил шаг и молча указал мне рукой на бетонное основание фонарного столба у левого конца шлагбаума. Пригнувшись, я перебежал открытое пространство и укрылся за столбом. Осторожно выглянул. В конце небольшого двора - закрытые двустворчатые ворота, примыкающие справа к одноэтажному домику. В разбитом боковом окне - темно. Фронтальная сторона дома закрыта стоящим перед ней грузовиком. Я кивнул Киру, и он, обойдя шлагбаум справа, перебежал к грузовику и присел за колесом. Выглянул и, не оборачиваясь, сделал знак рукой. Я рванул мимо грузовика к окну в левой стене. Мгновение постоял, прислушиваясь - внутри было тихо. Быстро заглянул в окно... Никого. Стол, стул, большой сундук... Обогнув угол дома, я медленно, с автоматом наизготовку направился к настежь распахнутой входной двери. Вторая комната, побольше, тоже оказалась пустой.
   - Иногда бандюки засаду тут устраивают, - сказал Кир, заходя в дом следом за мной. - Приходится осторожничать.
   - Лучше перебдеть, чем недоблюсти, - ответил я одним из любимых изречений Егорыча.
  
   Шоссе за воротами КПП с обеих сторон было забито автомашинами всех марок и возрастов, и лишь посередине оставался двухметровой ширины проезд, отмеченный высохшими кучками конского навоза. Несмотря на годы стояния под открытым небом, техника выглядела так, будто ее здесь оставили только вчера. Казалось, вставь ключ в замок зажигания - и двигатель послушно заурчит, и тогда можно будет не сбивать себе ноги, а ехать - неторопясь и с комфортом, наслаждаясь легким ветерком в открытое окно.
   - Может, поедем? - предложил я, когда мы проходили мимо новенького "жигуленка".
   Кир похлопал себя по карманам.
   - Вот беда - ключи дома оставил! - сообщил он огорченно. - Придется пехом идти, Серый... Ты уж не серчай.
   - Ну, пехом так пехом. - Я вздохнул - шумно так вздохнул, чтобы напарник услышал и проникся осознанием своей вины - и двинулся вслед за Киром вниз по шоссе.
   Метров через пятьсот мы оказались у развилки. Слева раскинулась огромная площадка, окруженная высоченными отвалами строительного мусора. Вперемешку валялись крупные фрагменты кирпичных стен, мятые жестяные короба, обломки бетонных труб и куски ржавой арматуры. Кое-где, несмотря на то, что теперь было светло, я заметил такие же всполохи, что и вчера, только разноцветные - оранжевые, голубые, серебристые...
   За проволочным ограждением в центре тянулись длинные ряды старой автотехники - легковушки, грузовики, автобусы с выломанными дверьми.
   У входа на автомобильное кладбище стояли трое мужиков в таких же куртках, что я видел на парнях в лагере сталкеров. Один из них, узнав, видимо, моего напарника, приветственно помахал рукой. Кир ответил. Не останавливаясь, он повернул направо, и мы пошли в обход Свалки.
  - Что они там делают? - спросил я.
  - Арты ищут... Аномалии - ну, и арты, соответственно - любят такие вот места, с техногенным мусором. Жалко ребят...
  - Почему?
  - Грязно там... Счетчик зашкаливает... Я бы туда даже в своем комбезе не пошел. Хотя у меня и защитные арты имеются.
  - Что же они, не знают?
  - Знают, конечно... Быстро разбогатеть хотят... А тут и рядом, и в смысле тварей не очень опасно.
  
   Вскоре дорога повернула к северу, и территория Свалки скрылась за горой мусора, подступающей к шоссе почти вплотную. В нескольких метрах от обочины я заметил в траве неяркое розовое свечение.
   - Вот и твой первый арт, Серый, - остановившись, сказал Кир. - Забирай игрушку. Ерунда, но на обед в Баре, считай, заработал.
   - У меня есть деньги.
   - И все-таки возьми. Будет повод с барменом потолковать. - Кир подмигнул.
   Он был прав. Сняв рюкзак, я достал контейнер и, сдвинув крышку, осторожно приблизился к артефакту на расстояние метра. Счетчик в кармане начал часто потрескивать...
   - Не обращай внимания, - подбодрил Кир. - Когда действительно опасно, счетчик трещит как бешеный. А это - мелочи, всего раз в пять или десять к фону.
   Арт слегка колыхался в светящемся облачке сантиметрах в десяти над землей и напоминал маленький темнокоричневый кекс. Я подцепил его контейнером - отделение пенала оказалось как раз по размеру - и свечение погасло.
   - С почином, сталкер! - произнес Кир. В его голосе прозвучали какие-то странные нотки. В нем мне послышалось и будто приветствие новому члену клана, и в то же время сожаление о чем-то...
  
   Когда мы дошли до края отвала, в моем контейнере лежали уже три арта. За отвалом высился окруженный бетонным забором длинный ангар. Одна из створок выходящих к шоссе ворот была приоткрыта.
   - Вагоноремонтные мастерские. С той стороны - подъездные пути, - сообщил Кир. - "Долг", он ведь на территории железнодорожного узла обосновался.
   - Дальше к западу, - я кивнул в сторону ангара, - должно быть еще два блока зданий. На карте видел. Не знаешь, что там?
   - В паре километров, за тоннелем, - "Агропром". А еще дальше - какой-то военный институт бывший. Это уже на краю Зоны. Военные и сейчас там сидят. Только, думаю, тебе не туда. "Агропром" вот уже месяц "вольные сталкеры" держат. Ни они, ни военные похищениями не занимаются.
   - Хорошо, если так.
   - Видишь? - Не останавливаясь, Кир указал рукой на заросший газон справа от ворот.
   Присмотревшись, я заметил периодически возникающие тонкие, почти незаметные при дневном свете фиолетовые разряды.
   - Молнии?
   - Нет, я не о "Шокере"... Правее смотри.
   Справа от разрядов в воздухе кружилось несколько листьев. Вроде маленького смерча.
   - Листья? - спросил я с недоумением. - И что?
   - "Карусель". Небольшая, правда... Но вещь неприятная. И неизвестно, куда швырнет... Здесь вот, к примеру, в "Шокер" можно влететь.
  
   Небо чуть посветлело, серые полосы облаков на востоке, справа от шоссе, приобрели желтоватый оттенок и напоминали пласты ваты, надерганные из старого одеяла. Ландшафт в той стороне выглядел для здешних мест вполне обычным: недостроенное и потом, видимо, частично разрушенное здание, левее и дальше - красновато-коричневые взгорки с зарослями кустов у подножий. И все же у меня при виде этой картины почему-то возникло неприятное, тягостное ощущение.
   - Нехорошее место, - нарушил молчание Кир. - Там, за холмами - Темная Долина... точнее, южная ее часть. Оттуда частенько собы и кабаны набегают. После выбросов - прямо-таки волнами прут. Потому долговцы и стоят тут.
   Впереди шоссе было перегорожено двустворчатыми воротами, темнозелеными, какие бывают на входе в войсковую часть. Боец в черном с красными вставками спецкостюме и черной вязаной шапочке молча посторонился, освобождая узкий проход между створками.
   Дальше, метрах в двадцати, дорогу перекрывали такие же ворота, примыкающие с обеих сторон к крутым взгоркам. Справа от ворот стоял вагончик, через открытую дверь виднелись заправленные двухярусные койки. От луга с недостроенным домом территорию поста отделяли несколько штабелей строительных плит.
   Трое бойцов, пристроившихся с автоматами у штабелей, коротко оглянулись, услышав наше приветствие, и тут же вернулись к наблюдению.
   - Привет, Кир! - отозвался за всех стоявший возле вагончика боец. Окинул меня жестким, неулыбчивым взглядом. - Кого ведешь?
   - Напарник мой, Серый, - сказал Кир. И тут же сменил тему: - Как тут у вас?
   - Сегодня пока тихо...
   Пожелав бойцам удачи, мы прошли мимо вагончика и вышли за ворота поста.
   Шагов через пять Кир внезапно остановился:
   - Помнишь, я говорил о гравиконцентрате?
   И показал на дорогу. Правая сторона шоссе впереди и подножие склона были покрыты бурыми пятнами с будто впечатанными в землю и асфальт перьями, фрагментами костей и обрывками шкур. Словно по куче останков птиц и животных проехали гигантским катком.
   Поднявшись выше по склону, мы обогнули опасное место и вновь спустились на дорогу.
  
   Вскоре шоссе вышло на открытое место, огороженное с обеих сторон сетчатым забором. Невдалеке, с левой стороны шоссе стоял хлебный фургон с распахнутой задней дверью. На асфальте валялось несколько пустых ящиков. Вдали желтели корпуса промышленных зданий.
   Возле фургона Кир остановился и достал бинокль.
   - Почти пришли. - Несколько секунд он рассматривал дорогу, затем протянул бинокль мне. - Осмотрись. Потом некогда будет.
   - Откуда они тут? - удивился я, заметив в траве слева и справа от дороги желтокоричневые спины. Псевдособов было не меньше десятка.
   - Основную массу долговцы отстреливают. Но некоторые через холмы пробираются.
   Метров через триста шоссе заканчивалось рвом с узким, в две доски, мостком. С другой стороны, между мостком и глухой стеной здания справа, стояла пара больших контейнеров. Вплотную к ним лежало несколько труб сантиметров в шестьдесят-семьдесят диаметром.
   Еще дальше, в полусотне метров за контейнерами, дорогу преграждали бетонные плиты, за которыми лениво прохаживалось несколько бойцов в черном. Слева от поста находилась серая коробка ДОТа с длинной амбразурой. Оттуда, нормально, должно было торчать дуло пулемета, однако сейчас там было пусто.
   - А что, долговцы не помогают? - поинтересовался я, возвращая бинокль.
   - Да ты что! Для них сталкеры - проходимцы и паразиты. Хорошо хоть, что терпят. - Кир ухмыльнулся. - Правда, добрая половина долговцев - бывшие сталкеры. Решившие, что лучше находиться на довольствии, чем каждый день рисковать шкурой.
   - Мда... Что-то мне это напоминает, - ответил я философски, меняя магазин на полный.
   - Да неужели? - Кир весело засмеялся. - Ладно, сталкер... Готов пробежаться? До мостка лучше не останавливаться, но... В общем, по обстоятельствам.
   Мы прошли еще метров тридцать... И тут Кир рванул... Трудно было даже предположить, что мужик его возраста может так бегать. Да еще с увесистым рюкзаком за спиной.
   Сначала я сдерживал шаг, стараясь держаться вровень с напарником, и только озирался по сторонам. Затем, рассудив, что это неверная тактика, обогнал Кира и побежал уже во всю силу... проскочил мосток и в четыре прыжка оказался на контейнере. Киру оставалось до рва еще метров шестьдесят, когда псы рванулись вдогонку. И все же он успевал, пожалуй... На пределе, но успевал.
   Вдох... Выдох... Я задержал дыхание и короткими очередями принялся отстреливать самых резвых тварей.
   Когда Кир оказался по эту сторону рва, вдоль дороги уже валялись три псины. Теперь, в два ствола, дело пошло веселее... Секунд через десять все было закончено. Магазина хватило впритык.
   - И все-таки человек - царь природы! - провозгласил я, состроив важную мину.
   - Спускайтесь, ваше величество! - ответил Кир и рассмеялся. - Ночной горшок на обычном месте.
  
   На подходе к посту долговцев я последовал примеру напарника: включил предохранитель и повесил автомат на плечо. Бойцы на блоке, все в таких же шикарных костюмах, что я уже видел, пропустили нас без единого вопроса, будто и не было только что никакой стрельбы. Заметив, видимо, как я смотрел на чужую экипировку, Кир с улыбкой сообщил, что это не самый изюм, а вот, мол, у свободовцев костюмчики - это да-а...
   Мы прошли десяток метров по асфальтированной дорожке, свернули налево и оказались перед входом в низкое здание. Надпись крупными буквами на листе фанеры оповещала:
  
ТЕРРИТОРИЯ "ДОЛГА"
   Применение оружия в пределах лагеря
   ЗАПРЕЩЕНО!
   Нарушителей ждет
   РАССТРЕЛ!
  
   - Добро пожаловать в цивилизованный мир, сталкер, - сказал Кир. И засмеялся.
   - Давно пора! - ответил я бодро. - А то все эти да эти...
   И мы вошли внутрь.
  
  
Глава 4
  
   Миновав темный ангар со скучающим охранником, мы оказались на территории промкомплекса, скорее всего - химического: за постройками виднелись огромные вертикально стоящие цистерны с подводящими трубами.
   На высоком кирпичном строении без окон метровыми буквами красовалось: "АРЕНА".
   - Местный клуб? - поинтересовался я.
   - Вроде того, - отозвался Кир. - Туда любителей подраться отправляют. Мириться.
   - И что, помогает?
   - На сто процентов. - И Кир почему-то засмеялся.
   Я огляделся. Слева, над темным проемом в пристройку к стоящему позади двуэтажному зданию, висела табличка с надписью: "БАР "100 РЕНТГЕН". Справа, невдалеке, дорогу к большому, похожему на управленческий корпус желтому дому преграждал пост - два бойца в черном.
   - Долговцы сталкеров к себе не пускают, - пояснил Кир. - В крайнем случае - тех, кого знают, и только по делу.
  Пристройка оказалась проходом во внутренний дворик; оттуда в подвал вела каменная лестница.
  - Давай-ка, напарник, сначала ко мне зайдем. И вещи оставим, и умыться с дороги не мешает...
  За углом дома оказался вход с лестницей на второй этаж. На верхней площадке возле окна сидел молодой парень с книжкой в руках. Услышав шаги, поднял голову:
   - Привет, Кир! Как жизнь?
   - Привет, Славик! Твоими молитвами... Как служба?
   - Нормально... Только скучно. - Парень скорчил жалобную гримасу.
   - Ничего-ничего... Лучше книжки читать, чем по помойкам шастать, - назидательно сказал Кир.
   - Сам-то, небось, шастаешь... - донеслось нам уже вдогонку.
   В длинный коридор выходило десяток дверей. У дальней Кир остановился и достал ключ.
   - Заходи, Серый.
   Комната была небольшая. Возле окна - застеленный клеенкой стол и два табурета. У стены - железная кровать, постель аккуратно застлана. У стены напротив - большой, полутораметровой длины темнозеленый яшик. В углу - полка с книгами. На вешалке у двери - пара рубашек и махровое полотенце, на полу - домашние шлепанцы. Голая лампочка под потолком довершала картину рядовой общаги.
   Кир снял рюкзак и поставил на край ящика.
  - А что молодой-то? Не нашел другого места книги читать? - поинтересовался я, скидывая рюкзак.
  - Собы ногу повредили... Вот и нанялся сторожить, пока не зарастет. Кстати, две крайние двери - туалет и умывальная с душем. Вода тут своя, из скважины. Пить не рекомендуется, а умыться и постираться вполне годится.
  
   Сполоснувшись, мы отправились в бар.
   - Кир! А нельзя связаться по ПДА с кем-то из научников, узнать, приходили к ним журналисты или нет? - спросил я, когда вышли наружу. - И если приходили, то куда потом отправились?
   Ответ я предвидел, но... как говорил один персонаж - попытка не пытка.
   - Можно, конечно. Только это ведь придется по общему каналу разговаривать: я же не знаю ни частот, ни кода для личного контакта. А ты, как я понял, не хочешь, чтобы о твоих поисках вся Зона знала. Так?
   - Так...
   Мы спустились по четырехмаршевой лестнице в подвал. Мрачный тип за решеткой закутка на промежуточной площадке молча кивнул Киру. В оружейной стойке позади него стояли два калаша - 102-й и 104-й. Видимо, заходить в бар с серьезным инструментом было запрещено.
   Заведение оказалось небольшим: примерно шесть на шесть метров, три столика вдоль левой стены и столько же - у дальней. Справа, за стойкой, скучал толстый мужик в рубашке с засученными рукавами. Посетителей было двое: за ближним столиком тощий юнец ковырял сосиску алюминиевой вилкой, второй - широкоплечий мужик в таком же, как у моего напарника, сером костюме - увлеченно орудовал ложкой за столиком в дальнем углу.
   Привет, Бармен! - сказал Кир, подходя к стойке. - Как дела? Что новенького?
   Привет, Кирилл! - меланхолично отозвался тот, едва скользнув по мне взглядом. - Дела так себе... Все больше мусор тащат... или оружие с помойки.
   - Ладно прибедняться... - Кир засмеялся. - Я не фининспектор. Дай нам с напарником чего-нибудь горячего похлебать. - Он положил на стойку пару купюр.
   Тип в углу обернулся:
   - Здорово, Кир! То-то слышу - голос знакомый.
   - Привет, Петюня! - Кир заулыбался и, обернувшись ко мне, попросил: - Займись по хозяйству. Лады? Я недолго...
   Бармен смахнул деньги куда-то под стойку, отправился в заднюю комнату и вскоре вернулся с подносом, на котором сверкали нержавеющей сталью два исходящих паром судка. На тарелке лежал уже порезанный толстыми ломтями батон. На бумажной салфетке - две ложки, опять же из нержавейки. Определенно, Кир пользовался здесь уважением.
   Перетащив поднос на столик рядом с тем, где измывались над сосиской, я вернулся к стойке, вытащил из сумки контейнер с артами, положил на прилавок и сдвинул крышку.
   Бармен скептически посмотрел на содержимое пенала, придвинул калькулятор и пробежал толстыми пальцами по кнопкам. Повернул машинку, чтобы я мог видеть результат. Итог впечатлял: на обычной работе мне пришлось бы неделю горбатиться за такие деньги.
   Я попросил четыре банки тушенки и две бутылки воды, загрузил все в сумку вместе с пустым контейнером и, получив разницу, вернулся к столику. Юный мучитель уже ушел.
   В судках оказался густой картофельный суп с тушенкой. Приправленный луком, морковью и сельдереем, с лавровым листом и размолотыми горошинами черного перца. Вооружившись ложкой, я принялся за еду. Минут через десять, когда я уже начал подумывать, не взять ли еще порцию, подошел Кир. Предупреждающе посмотрев на меня, придвинул судок и занялся едой.
   - Неплохо вы тут зарабатываете, - заметил я.
   Он взглянул на содержимое стоящей на полу сумки и хмыкнул.
   - Ты еще не покупал боеприпасы, Серый. Кстати, как у тебя с этим?
   - Четыре магазина полных, один пустой и две сотни патронов. Обычных. К Стечкину - три обоймы и полсотни обычных, две "Эфки", - перечислил я негромко.
   - Нормально, - одобрил Кир.
   Он закончил с едой, и мы поднялись наружу.
   - Петр сказал, что видел журналистов в баре, - сообщил Кир. - За одним столиком с Федором. Куда пошли - не знает.
   - Так, может, бармена спросить?
   - Нет. К бармену - это в крайнем случае. Есть другой вариант. Федор мой приятель. И живем рядом. Так что сначала попробуем со Славиком поговорить.
   Парень скучал и с радостью воспользовался возможностью потрепаться. Когда Кир сказал, что ему срочно нужен Федор, Славик изобразил на физиономии глубокую задумчивость, затем поинтересовался - для чего Киру так срочно потребовался Федор и что он, Славик, будет с этого иметь, если скажет. Кир принял вид не менее задумчивый и сообщил, что его любимое занятие - ломать ноги малолетним жлобам. После чего Славик доложил, что Федор согласился проводить двух журналистов к свободовцам, а потом - к научникам на Янтарь. И что мужик-журналист - он, Славик, видел их в баре, когда ходил ужинать - выглядел "так себе", а вот тетка была красивая. Старая - "лет двадцать пять, а то и больше" - но красивая.
  
   В процессе чаепития, получасом позже, мы решили отправиться для начала к свободовцам. Вернее, это я так решил, поскольку территория "Свободы" находилась заметно ближе, чем Янтарь. Я предполагал отправиться один, но Кир сказал, что все равно ничем сейчас не занят, так что может пойти со мной. Тем более что судьба Федора ему не безразлична.
   Мы снарядили пустые автоматные магазины. Затем я осмотрел взятый у бандита ПМ - и порадовался, что не пришлось из него стрелять: было очень похоже, что пистолет никогда не чистился. Ни слова не говоря, Кир сунул руку под свисающий со стола край клеенки - и протянул мне новенький ПМ.
   - А бандюковский по дороге выбросишь... Чтобы в баре не позориться.
   От моего предложения заплатить за пистоль Кир отказался:
   - Пустяки, Серый... Ты же видел - эта машинка у меня специально для гостей припасена.
  
   Выйдя к "Арене", мы свернули налево, прошли пару ангаров, где возле костров кучковались ребята в куртках, миновали блокпост... Впереди проход между двумя строениями перегораживал забор, сваренный из стальных листов. Над узким проходом - надпись: "Дикая Территория".
   - Дальше подъездные пути, склады, локомотивное депо... - пояснил Кир. - Там же и дорога на Янтарь. А к свободовцам - это туда. - Он указал направо, на неширокую асфальтированную дорогу, уходящую на север.
   За пределами промзоны потянулась унылая череда холмов. Через пару километров на высоком пригорке справа показалась обширная территория, огороженная забором из серых плит. Сторожевые вышки указывали на военную принадлежность объекта.
   - Бывшие военные склады, - пояснил Кир. - Говорят, еще и сейчас кое-что осталось...
   Впереди, за скоплением машин, послышалась стрельба. Сначала негромко простучали очереди из двух "Валов", им тут же огрызнулся 104-й. Еще одна короткая очередь из "Вала" поставила точку в диалоге "конфликтующих сторон".
   Из-за грузовика вышел боец в черном костюме долговца. Завидев нас, помахал рукой: подходите, мол, не стесняйтесь. Мы вновь повесили автоматы на плечо и последовали приглашению.
   - Привет, Кир! Куда путь держите, если не секрет? - спросил он, снимая вязаную шапочку с прорезями.
   Из-за машины выглянул еще один в черном, мельком глянул на нас и снова скрылся.
   - Привет, Василий! На склады идем... С кем воюете?
   - Парочку мародеров прищучили. - Боец сплюнул.
   - А-а... Ну, что ж... Святое дело.
   - Слушай, Кир! - оживился вдруг боец. - Раз вы к свободовцам...
   - Осади, Василий! - перебил Кир. - Меня ваши игры не интересуют. Пора бы знать.
   - Да я так спросил... На всякий случай. - Боец ухмыльнулся. - Нет так нет. Счастливого пути, Кир!
   Позади грузовика в луже крови лежали два трупа. Один из мародеров, теперь уже бывших, так и не успел снять с плеча автомат.
   Шоссе тянулось вдоль подножия холма со складами. У автобусной остановки было заметно свечение, а асфальт странно бугрился.
   - Грязно там, - сказал Кир, сворачивая на обочину. - Фонит сильно. Давай-ка лучше поверху...
   Мы поднялись по склону и свернули к складам. Тропинка вдоль забора вела ко входу на территорию "Свободы".
  
   Бойцы у ворот, в серых костюмах, похожих на долговские, но с воротом под герметичный шлем, пропустили нас без замечаний. Один из них на вопрос Кира о Федоре ответил, что уже с неделю его не видел, и посоветовал расспросить сталкеров.
   Дорога вглубь территории проходила по мосту над жедезнодорожными путями. Слева за мостом тянулись в два ряда унылые складские помещения и казармы. Впереди показалось двухэтажное желтое здание с парой бойцов у входа - скорее всего, там находился штаб.
   Не доходя до здания, мы свернули направо и через сотню метров оказались перед лагерем сталкеров. В дальнем углу бывшей воллейбольной площадки стояли брезентовые палатки, перед ними, на месте распасовывающего, горел костер. Вокруг огня на оружейных ящиках сидели парни в уже примелькавшихся коричневых и зеленых куртках.
   Поздоровавшись, мы недолго постояли, слушая анекдоты. Затем Кир поинтересовался насчет приятеля, и один из парней сообщил, что с неделю назад Федор приводил двух журналистов - мужика и девицу. После посещения штаба - там они, кажется, намеревались взять интервью у командира - журналисты собирались отправиться на Янтарь. Только Федор куда-то пропал, и они, не дождавшись, на следующий день ушли к научникам с другим проводником - Крюгером.
   Выслушав сообщение, мы повернули обратно. Уже перед мостом нас догнал парень.
   - Слушай, Кир! Я как раз ведь в тот день Федора видел... У самых ворот, снаружи... Я с болот возвращался, хотел потрепаться, новости узнать, а он сказал, что торопится - надо, мол, в деревне кое с кем встретиться - и что скоро придет... тогда, мол, и поболтаем... Потом гляжу - так и не появился. Ну, думаю, наверное, к долговцам решил вернуться.
   До ворот мы шли молча. Здесь стояли уже другие ребята: видимо, произошла смена.
   - Вот что, Серый... - нарушил молчание Кир. - Схожу-ка я в деревню, пожалуй. Не нравится мне эта история. Федор не тот человек, чтобы вот так, безо всякого предупреждения оставить клиентов, которых нанялся сопровождать. Подожди меня здесь или около костра. Я недолго.
   Торчать у ворот или слушать у костра старые анекдоты мне не хотелось, и я сказал напарнику, что предпочел бы пойти с ним, если он не возражает. Кир не возражал.
   Мы спустились к шоссе. Грунтовая дорога с колдобинами и лужами, по другую сторону полотна, уходила на северо-запад, к холмам. Через пару километров показалась деревенька; по правую сторону дороги тянулись старенькие пятистенки, почерневшие от времени и дождей. Огороды на задах деревни упирались в почти отвесный склон глинистого косогора, поросшего по краю, наверху, низким кустарником.
  
   Возле второго дома мы остановились. На обочине были разбросаны клочья серого комбеза и объеденные почти дочиста кости. Здесь же валялся растерзанный рюкзак с раскиданными вокруг вещами. Чуть дальше, в траве у забора, лежал 104-й калаш.
   - Бритва Федора, - сказал Кир, подняв с земли желтоватую, под слоновую кость, коробочку из пластмассы.
   Я огляделся. То, что я видел, мне не нравилось. Я поднял брошенный автомат и, не передергивая затвор, нажал на спуск. Длинная очередь ушла в серое небо, в траву посыпались гильзы. Автомат был исправен.
  Как опытный сталкер мог так оплошать и подпустить стаю собов, не сделав ни единого выстрела - других гильз вокруг я не видел - казалось совершенно необъяснимым.
   Через настежь распахнутые ворота я вошел во двор и направился к дому. В сенях стояла рассохшаяся бочка с толстым слоем паутины внутри. "Совсем как в моем холодильнике после возвращения из командировки", - почему-то подумал я. В первой комнате было практически пусто - лишь у окна, выходившего на огороды, стоял непокрытый стол с двумя табуретами. На столе - литровый термос и кружка. У левой стены - печь, за ней - открытая дверь в горницу.
   Я постоял немного, привыкая к полумраку... и шагнул к столу. Над левым табуретом синие обои на уровне головы сидящего человека были испачканы бурым пятном. Характерным таким пятном.
   Послышался скрип ступенек крыльца, забухали шаги в сенях...
   - Что тут?
   Не оборачиваясь, я показал на пятно.
   Кир подошел и встал рядом.
   - И как тебе это... - начал было я, поворачиваясь к напарнику.
   На лицо Кира упал светлый блик...
   Не размышляя, я ухватил его за разгрузку и резко дернул на себя, одновременно подбивая в подкате ноги. Наше падение сопроводил громкий хлопок выстрела - стреляли из СВД или чего-то похожего - и звон разбитого оконного стекла.
   - Цел? - спросил я, пытаясь выбраться из-под рухнувшего на меня напарника.
   - Вроде бы, - отозвался Кир, скатываясь с меня. - Предупреждать надо!
   - В следующий раз - непременно! - Я поднялся на четвереньки и под прикрытием стола перебежал к стене. - Давай за мной! По стеночке - и на улицу.
   Когда перебегали двор, вдогонку хлестнул еще выстрел. Мы выскочили на улицу и остановились. Здесь клиент уже не мог нас видеть: мешали дом, густые кроны лип во дворе и высокие кусты непонятно чего вдоль забора..
   - Мы теперь как тот охотник... - сказал я, прокачав ситуацию.
   - Какой охотник? - спросил Кир, неторопливо снимая рюкзак.
   - Не слышал? Это диалог такой... "Медведя поймал!" - "Веди сюда!" - "Да нейдет!" - "Так сам иди!" - "Да не пускает!"
   Ситуация сложилась действительно похожая. Уйти теперь, после неудачной попытки, клиент не мог: даже если мы не станем догонять, то вычислить его через бойцов у ворот и объявить имя по общему каналу труда не составляет. Уйти к бандитам - дорога в один конец, да и все равно дело рискованное: можно ведь и не успеть объясниться. Так что скорее всего клиент постарается нас прикончить. Тем более что я для него новичок: недаром первой целью он выбрал Кира.
   Но спускаться вниз он наверняка не будет, во всяком случае - до наступления темноты... да и то еще вопрос. Если у него есть ночной прицел, то безопаснее нас караулить, оставаясь наверху. Днем - тем более. Спрыгивать в огород или спускаться по склону к началу улицы он не рискнет: в два ствола мы его сделаем по-любому. Так что будет караулить...
   Что до нас, то и нам отсюда не уйти, пока он наверху. С дальнего конца деревни на косогор не взобраться: слишком крутой подъем, отсюда видно. Если бы даже и удалось взобраться - к себе не подпустит, пристрелит раньше. С ближнего конца, с начала улицы, - тем более: и дорога, и подъем как на ладони. Обойти по большой дуге - тоже не выйдет: стоит пересечь дорогу и отойти метров на двадцать-тридцать, и деревья перестанут служить защитой. А до холмов - не меньше ста пятидесяти метров.
   Долгие в разговоре рассуждения пронеслись в голове секунд за десять. Я снял рюкзак, достал футляр с обычным прицелом и занялся установкой.
   - Слушай, Кир... Попробую его оттуда достать. - Я кивнул на дом слева. - Если будешь держать его в напряжении и он станет тебя выцеливать, то меня вряд ли заметит.
   Я повесил автомат на плечо, оторвал от забора штакетину и пошевелил куст за забором в стороне от нас. И тотчас грохнул выстрел.
   - Вот таким образом. Потревожь его ровно через десять минут.
   Мы засекли время. Я отдал штакетину Киру и побежал к соседнему дому.
  
   Люк на чердак находился в сенях. Взобравщись на лавку, я сдвинул крышку люка и залез наверх. На мою удачу, в стене, выходящей на огороды и косогор, обнаружилось небольшое окошко. Как говорится - пустячок, а приятно: стрелять с крыши, конечно, было бы удобней, но там, на фоне неба, я представлял бы собой очень уж заметную мишень. А отсюда - совсем другое дело.
   Чтобы не светиться, я раскатал и опустил на физиономию края шапки. В метре от стены опустился на колени и осторожно выглянул наружу. И тут же дернулся корпусом в сторону: клиент как раз осматривал правый сектор. Я восстановил в памяти картинку: место, где он залег, находилось метрах в ста от меня и метра на три выше. Посмотрел на часы: осталось три минуты. Я перевел рычажок на стрельбу одиночными, положил автомат на колени и постарался расслабиться, не думать о том, что попытка - только одна: если промажу, клиент откатится назад, и второй раз застать его врасплох уже не удастся.
   Пятнадцать секунд... Вдох... Выдох...
   Снаружи грохнул выстрел. Я поднял автомат и выглянул в оконце... Клиент, опершись на правый локоть, через прицел винтовки наблюдал за тем, что происходит у второго дома. Я прицелился и плавно нажал на спуск...
   Клиент выронил инструмент и уткнулся физиономией в землю.
   Черт!
   Спустившись с чердака, я выскочил на улицу и подбежал к Киру:
   - Пошли!
   Мы подхватили рюкзаки и рысью погнали в начало улицы.
   Поднявшись на косогор, мы увидели неподвижное, лежащее ничком тело. Под правой рукой - СВД-С, поодаль - тощий рюкзак.
   Носком ботинка я перевернул тело. Пуля вошла в правую скулу.
   - Лихо ты его! - одобрительно произнес Кир.
   - Промазал, - признался я, хотя признаваться не хотелось. - Я ведь в плечо целил. Побеседовать собирался. По душам.
   - Оно, конечно, было бы интересно... - согласился Кир. - Такое чувство, что уголовная история с похищением превращается в прямо-таки шпионский роман.
   - Мне только шпионского романа не хватало для полного счастья! - Я осмотрелся. - Что с клиентом делать будем? Собакам оставим?
   - Кремируем. - Кир кивнул вниз. - Чтобы с концами.
   Немного дальше под обрывом светилась бледнооранжевая сфера. Мы подняли труп, протащили с десяток метров и сбросили вниз. Там полыхнуло.
   В поклаже покойного оказалась коробка бронебойных патронов для СВД и снаряженный магазин. Я переложил их к себе, а пустой рюкзак скинул в огонь.
   - Ну, что? На Янтарь? - Я подобрал винтовку и сложил приклад. - Или у тебя другие планы?
   - Вадим, - Кир кивнул вниз, на уже обуглившийся труп, - был приятелем Крюгера. Так что к Крюгеру у меня есть вопросы. - Он помолчал, что-то прикидывая. - Только давай отложим прогулку на завтра, если не возражаешь. На Дикой Территории всяко случается, до темноты можно и не поспеть. Да и не хватит ли приключений на сегодня?
   - Как скажешь, напарник! Тогда - домой?
  
  
Глава 5
  
   - Вот что, Серый... - Кир поставил рюкзак на ящик. - Схожу-ка я поспрошаю знакомых ребят о Крюгере. Отдыхай пока. Я недолго.
   Через несколько минут после ухода напарника появился Славик. Не переступая порога, прислонился к дверному косяку:
   - Чего это Кир мрачный такой? Нашли Федора?
   - Федора? - Я сделал удивленное лицо. - А он что, пропал разве? - Парень смешался, не зная что сказать, и я тут же сменил тему: - Что читаешь? Фэнтези, небось?
   - Не-е... - Славик показал обложку книги, где был изображен суровый мужик в черном комбезе с непонятным значком на рукаве; щеку супермена украшал розовый шрам. - Это про диверсантов...
   И пацан с жаром принялся рассказывать какую-то невероятно глупую историю с засадами и ловушками. Мне вспомнилась старая шутка: "А из унитаза на него глядели умные глаза майора Пронина" - и я рассмеялся.
   - Ты чего? - обиженно сказал Славик.
   - Да это я так... Не обращай внимания. Продолжай.
   Освободившись от разгрузки и сняв куртку, я достал воду, заварку и занялся по хозяйству...
   Славик вдруг замолк на середине фразы... потом присвистнул:
   - Ну ты даешь, Серый!
   Я оглянулся - пацан с восхищением разглядывал мои бицепсы.
   - А-а... Ешь побольше, качайся подольше - и у тебя такие будут... Со временем. МышцА - дело наживное. - Я включил чайник и сел на табурет. - А зачем тебе? Хочешь диверсом стать?
   - А что? - Он посмотрел на меня с подозрением.
   - Да ничего... Только людей убивать - не так просто, Славик.
   - Так то ж - врагов! - возмутился он. - Или бандитов.
   - С врагами, Славик, должна воевать армия. А с бандитами - милиция.
   - Ага! А снайперку, - он кивнул на СВД-шку, - ты случайно на дороге нашел!
   - Это совсем другое... Владелец винтовки собирался нас пристрелить.
   - Так я же об этом и говорю!
   - Об этом, да не совсем, - возразил я. - Ты мне вот ответь - ты готов убивать мирных, ни в чем не повинных людей? Стариков, женщин, детей... все равно кого.
   - Ты чего, Серый? - опешил пацан. - Что за фигня?
   - Это не фигня, Славик... Совсем не фигня... Представь, что на чужой территории отряд встретил мирных жителей. Спрятаться негде: узкая дорога в ущелье и скалы с обеих сторон. Не нравится ущелье - пусть будет мост через пропасть... И вдруг навстречу - автобус с мирными людьми. Отпустить нельзя - сообщат властям и тогда боевая операция накроется медным тазом... вместе с отрядом. Имей в виду, Славик, - я не придумываю, такие случаи известны, - добавил я, заметив, что пацан собирается что-то возразить. - И вот командир отряда подзывает тебя и говорит: "Разберись-ка, Славик, по-тихому с этими гражданскими!"
   - А почему обязательно я? - возмущается пацан.
   - А кто, Славик? - спрашиваю я, ласково так. - Или ты думаешь, что в отряде будут специально выделенные "убивцы гражданских"? Типа - они в дерьме, а ты весь в белом? Не-ет, родной... Придется и тебе окунуться! С головой! Вот я и спрашиваю - ты к этому готов? Способен на такое?
   Возвращение Кира позволяет Славику уклониться от ответа и незаметно слинять.
  
   - О чем это вы тут? - Кир проводил Славика взглядом. - Физиономия-то у парня... какая-то странная.
   - Пофилософствовали маленько...
   - Да?.. И о чем? - рассеянно спросил Кир, выкладывая на стол два батона. Я пощупал - хлеб был теплый, испеченный совсем недавно.
   - Так... Пустяк тема... О цели и средствах.
   - Неслабо!
   Кир переоделся в домашнее и подсел к столу:
   - Ну, что? Попьем чайку?
   Я достал штуку сырокопченой, располовинил, и мы принялись счищать сухие шкурки.
   - Практически впустую ходил, - сообщил Кир. - Никто о них ничего толком не знает. Базировались у свободовцев, часто исчезали... Но это, как сам понимаешь, для сталкера дело обычное. Сказали еще, будто ходили слухи, что они мародерством не брезговали. Но, как говорится, не пойман - не вор. В общем, парочка та еще... Из тех, к кому в пустынном месте спиной лучше не поворачиваться.
   - Что за мародеры? Уже второй раз слышу.
   - Типы, которые на сталкеров охотятся. Ради артов. Бандюки могут и отпустить: для них сталкер вроде дойной коровы. А мародеры всегда убивают: им важно неузнанными остаться. Такого и не распознаешь, пока на горячем не попадется. Опасная публика. Особенно, если бывшие военные.
   - Выходит, журналистов Крюгер взял? - спросил я. - Что-то мне эта версия не очень... Его ведь при свидетелях нанимали.
   - Ну и что? Миллион долларов - вполне достаточно, чтобы уйти отсюда навсегда.
   Я напомнил Киру, что первоначальная сумма была на порядок меньше. И услышал вполне резонное замечание: откуда, мол, нам знать, какую сумму Крюгер счел бы достаточной, чтобы покинуть Зону? Может, надоело ему здесь до чертиков. А требование миллиона возникло уже потом, когда увидел, с какой легкостью получены деньги.
   Объяснение казалось правдоподобным. И все же мне оно не нравилось: слишком непохожими выглядели два Крюгера, возникшие в моем воображении.
   Первый Крюгер - действует быстро и точно: моментально вытаскивает из сети информацию об отце девицы, устраивает ловушку для Федора, нанимается проводником.
   Второй Крюгер - полный идиот: нанимается проводником при свидетелях, а значит - отрезает себе путь назад, хотя и не может быть заранее уверен в успешном исходе операции. А ведь чего проще - грохнуть Федора на маршруте и забрать журналистов. Оставаясь при этом в тени и с полной свободой действий: получилось - свалил с кушем из Зоны, не получилось - ликвидировал обоих и забыл.
   - Что-то здесь не так... - И я поделился с Киром своим видением ситуации.
   - Хорошая колбаса. Вкусная, - внимательно меня выслушав, глубокомысленно изрек напарник. - Почем теперь такая?
   Он был прав: гадать можно до посинения.
   - Ладно... Может, завтра что-то прояснится.
   Кир согласно кивнул, и мы принялись за бутерброды.
  
   Когда чаепитие пошло по третьему кругу, я не удержался:
   - Слушай, Кир... Вот гляжу на тебя и понять не могу - тебе-то все это зачем? Человек ты здесь известный... видимо, удачливый... стало быть - не бедный... Ну, те, что помоложе - ладно... Разбогатеть быстро хотят... или книжек начитались, игрушек компьютерных насмотрелись... и решили, что они - крутые. Сталкеров из бывших военных тоже можно понять: другой работы не нашлось, а воевать - дело привычное. А если еще и прибыльное... в общем, с ними ясно. О бандитах и мародерах уж и не говорю, Зона для таких - самое оно: "Закон - тайга, медведь - хозяин". Но тебе-то зачем?
   - Сам не знаю, Серый... Хочешь верь, хочешь не верь, не могу я отсюда уйти. Будто околдовала Зона. - Он помолчал, будто собираясь с мыслями... или раздумывая, говорить или нет. Наконец, продолжил: - Я ведь не из-за денег пришел. Просто захотелось самому взглянуть, что за чудеса здесь такие. Вначале-то никто ничего толком и не знал об этих артефактах - ну, штучки, мол, разные встречаются возле опасных мест. Это только потом уже понемногу стали понимать что да как. Тогда и ученые здесь объявились, и цены на арты подскочили до небес. Ну, и повалил народ... как на Клондайк. Хотел я уйти, Серый... Насчет "не бедный" - это ты прав: денег у меня - на две жизни хватит... Только не отпускает она, Зона-то. Два раза уходил - нет, не получается: походишь-походишь дома, послоняешься из угла в угол - да и обратно сюда. Нет, видно, на роду написано, что не в постели помирать буду... Да и старый я уже.
   - Какой же ты старый?! Ты чего, Кир?! - возмутился я. - Бегаешь, как лось... Не всякий молодой угонится!
   Помедлив секунду, он поставил чашку и задрал синюю байковую рубаху. Справа под ребрами еле заметно пульсировали два полупрозрачных нароста. Словно небольшие, чуть поменьше ладони, медузы. Только с отростками по кругу.
   - Это "Вспышка". - Кир опустил рубаху. - Два года назад хватало одной. Скоро, чувствую, третью придется ставить... А три - предел, практически. - Говорил он спокойно, без эмоций, будто врач о больном. - Организм-то привыкает, включает арты в систему. Содрать один еще можно... тяжело, но можно. Два одинаковых - уже чревато... бывало, что и калеками становились. А третий... его и ставить-то дело рискованное.
   - И что она делает, "Вспышка" эта?
   - Помогает организму вырабатывать молочную кислоту - сырье для производства лактата, "быстрого топлива". Выводит ионы водорода... это то самое, от чего мышцы болят после перегрузок. В общем, пациент, - Кир слегка улыбнулся, - становится быстрее и выносливее. Ну, и по мелочи... Немного ускоряет заживление ран, например. Для этого, правда, другой арт есть - "Ломоть мяса". - Он потянулся к рюкзаку и достал контейнер. - Вот, гляди...
   Один из артов в пенале действительно походил на кусок сырой говядины.
   - Любые раны залечивает. Регенерация тканей - фантастическая. Пацан, - он кивнул на дверь, - через пару дней прыгал бы. Потом, конечно, приходится долго отдыхать: реакция организма на форсированную работу. Не подумай, что я пожадничал, - опередил мой вопрос Кир. - Он молодой, у него и так заживет. Просто хотелось, чтобы посидел подольше на своем стульчике да поразмыслил как следует - надо ли ему все это.
   Кир закрыл пенал и сунул обратно в рюкзак.
   - А что, только раны лечит?
   - Все лечит! И раны, и болезни любые... На внешнем рынке идет нарасхват, хоть и стоит безумных денег. Да только попадаются они редко... Я всего два "Ломтя" и нашел за три года, и это еще, считай, повезло! Здесь, конечно, дают меньше... но все равно деньги огромные. Ты вот спрашивал - зачем, мол, сюда народ приходит. Многие как раз за "Ломтем" и приходят. У жены или ребенка раковая опухоль, допустим... или еще что. А купить - где ж такие деньги взять. Вот и идут...
  
   Когда, сполоснув посуду, я вернулся в комнату, койка для меня уже была готова - Кир составил в угол два табурета, придвинул ящик и накрыл все листом поролона.
   - Не шибко удобно, зато в тепле. - Он критически оглядел импровизированную лежанку. - Можно, конечно, снять комнату - свободные есть - но тогда станет известно, что у новичка достаточно средств, чтобы заплатить за месяц вперед. А такие сюда редко приходят. Так что...
   - Нормально, Кир. Прямо-таки королевское ложе.
   Я подложил под поролон рюкзак в изголовье и принялся снимать ботинки.
   Кир щелкнул выключателем у двери и вернулся к кровати; заскрипели пружины. Он недолго поворочался и затих.
   Раздевшись, я посидел еще немного - свежий ветерок из приоткрытого окна приятно обдувал натруженное тело - и наконец улегся. Закрыл глаза и...
  
   ...И снова оказался перед тем проклятым двориком. Помня обо всем, что должно произойти, но не в силах ничего изменить. Как и всегда.
   Почему Леха считал восьмерки числом несчастливым, я не знал. Вернее, не то чтоб не знал, а просто не очень верил: в ответ на вопросы он отводил глаза и нес какую-то чушь о змеях, змеиных кольцах и прочее в том же духе, хотя к "нормальным" приметам - черной кошке через дорогу или, скажем, числу тринадцать - относился равнодушно. С наступлением августа Леха совсем затосковал: "Не, ты только подумай, Серый! Три восьмерки кряду!" Постоянные его причитания меня сначала смешили, потом стали всерьез раздражать. Ну, однажды я и не выдержал. "Слушай, - говорю, - Леха... Допросишься ведь! Услышит тебя Аллах!" Чёрт меня тогда за язык дёрнул!
   ...Позади загрохотало, и взвод рассыпался по сторонам дороги. В реве двигателя и лязге гусениц, поднимая клубы пыли, мимо пронесся Т-72. Грохнул орудийный выстрел, и левая половина глинобитного дома впереди, на окраине кишлака, перестала существовать. Не снижая скорости, танк повернул направо, юзанул и кормой снес дувал, остановился, долбанул снарядом по соседнему двору и погнал дальше.
   Когда я подбежал к остаткам дувала, развалины уже полыхали. Внезапно из двери в уцелевшей части дома выскочил дух. Он что-то кричал, что - я не понял, среагировал только на автомат в руке - и, не раздумывая, срезал его очередью из калаша. Достал из разгрузки лимонку, чтобы швырнуть в проем...
   И в этот момент оттуда раздался крик. Пронзительный такой... То ли женский, то ли детский - не разобрать.
   - Серый! Стой! - заорал за спиной Леха. И, сиганув через обломки стены, кинулся к двери. Едва он достиг порога, грохнул ружейный выстрел. Сразу из двух стволов. Резко, словно налетев на невидимое препятствие, Леха остановился, выронил автомат и, прижав руки к животу, стал медленно опускаться на колени, будто собрался молиться. Выстрелов больше не было. Еще две или три секунды, пока я бежал к нему, он стоял на коленях, потом мягко завалился набок.
   Подбежав, я глянул внутрь дома. Напротив двери, прислонившись спиной к стене, на полу сидел пацаненок лет семи-восьми. В черных глазах на замурзанной физиономии - страх и ненависть, как у попавшегося в капкан дикого зверька. Тонкие ручонки сжимали двуствольное ружье; над срезом стволов еще вился дымок. Словно зачарованный, я смотрел на дульный срез, на эту дьявольскую восьмерку...
   Леха слабо шевельнулся, попытался что-то сказать, и я присел возле него. Тканый коврик возле двери уже пропитался кровью, и красная лужа продолжала расползаться.
   - Не... трогай... его... Серый... - медленно, через вздох выговорил Леха. - Он... не... виноват... Это... мы... - Леха вздохнул еще раз - и затих.
   Я поднялся, выдернул из рук пацана ружье, размахнулся и разнес его о косяк.
  
   Внезапно меня словно толкнул кто-то. Я открыл глаза - в проеме двери стояла непонятная фигура в черном. Я схватил лежащий на краю стола ПМ и сдвинул предохранитель. В окно светила полная луна, но лицо незнакомца под капюшоном черной сталкерской куртки оставалось неразличимым.
   Он медленно отступил на два шага, поднял руку и указал на что-то в конце коридора. И исчез. Будто и не было его.
   Опаньки! Ни хрена себе! Я больно ущипнул себя за ляжку - нет, не сплю. Вспомнилась рассказанная Киром легенда о Черном Сталкере. История, конечно, безумная, но... чем черт не шутит? Лучше перебдеть, чем недоблюсти.
   Я поднялся с койки, вышел из комнаты и пошлепал босиком по коридору, представляя, насколько глупо буду выглядеть, если встречусь сейчас с кем-нибудь из постояльцев.
   Славик сидел на лестничной площадке, запрокинув голову и свесив руки. Горло от уха до уха пересекал черный шрам, цементный пол под стулом и вокруг был залит кровью.
   Морок длился не более пары секунд.
   Парень всхрапнул во сне, поднял голову и открыл глаза.
   Внизу тихонько скрипнула дверь, и я ладонью зажал Славику рот. Но он, то ли не узнав меня спросонок, то ли от неожиданности, судорожно завозил ногами, пытаясь встать; задел прислоненный к перилам калаш, и тот грохнулся на пол. Входная дверь негромко хлопнула в ответ, и наступила тишина.
   - Ты чего, Серый?! - возмущенно воскликнул пацан, едва я его отпустил.
   Не отвечая, я немного спустился по лестнице и осторожно глянул вниз - там было пусто.
  
   Если ночной гость - профи, то сейчас, после неудавшейся попытки, он должен уходить. Хотя, если успел услышать возглас пацана, мог и задержаться ненадолго, посмотреть - хватит ли у меня глупости выскочить следом. Но задержаться именно ненадолго - секунд на пять, не больше, поскольку должен понимать, что выход со двора только один.
   Изображать Брюса Уиллиса, прыгающего в белой майке под пулями, мне не хотелось. Но и выжать из ситуации максимум того, что возможно, было необходимо.
   - Не выпускай никого, - приказал я Славику. И погнал обратно.
   На пороге уже стоял Кир - в семейных трусах и с автоматом.
   - Броник подай, - кинул я на ходу. Подскочил к окну и выбрался наружу, на крышу пристройки. Под ногами скрежетнули листы кровли, и я порадовался, что на территории нет собак.
   - Держи...
   Не оборачиваясь, я взял бронежилет, прошагал к краю навеса и, опустившись на колени, принялся облачаться.
   Ночную тишину разбавляло лишь негромкое треньканье гитары из ангара слева. Площадка между пристройкой и "Ареной" была пуста. Клиент - или клиенты - либо успел удрать, либо притаился где-то внизу, подо мной.
   В ожидании прошла пара минут. Справа послышались неторопливые шаги, и появились два долговца - ночной патруль, вероятно.
   Я пригнулся и замер: привлекать их внимание было и опасно, и бессмысленно. Опасно - потому что ребята могли начать пальбу, едва увидев человека на крыше. Бессмысленно - потому что если даже и удалось бы прихватить кого-то с их помощью, то совсем не факт, что им оказался бы именно мой клиент. Не говоря уже о невозможности в этом случае экстренного "потрошения". Тот, кто мне нужен, мог проявиться только в действии.
   Наконец, долговцы скрылись за ангаром, и я мягко соскочил на землю. На сером фоне стены вход в пристройку выглядел черным пятном. Стремительный кувырок - и я распластался внутри, в темноте.
   Тихо... и пусто. Видимо, клиент все-таки успел слинять.
   Я поднялся и аккуратно, на одно мгновение, выглянул во дворик бара. Никого. Больше для очистки совести, чем надеясь на успех, я спустился до площадки с "камерой хранения". "Кладовщик", тот же мрачный тип, что и утром, при виде необычного клиента - в бронежилете и трусах, босиком, но зато с пистолетом - выкатил глаза от изумления.
   - Сейчас кто-нибудь заходил? - вежливо спросил я.
   - Э-э... Нет... - выдавил тип. - Ночь ведь...
   - Правда? - удивился я. И пошлепал наверх.
  
   Славик выглядел смущенным.
   - Серый! Не говори Бармену, что я заснул... Ладно? - пробормотал он, когда я уже ступил в коридор.
   Тьфу! Вот дурак-то!
   - Славик! Спать на посту вредно для здоровья, - сказал я мягко, обернувшись к юному диверсанту. - Есть риск увидеть себя со стороны. И боюсь, тебе это не понравится.
   - Как это - "со стороны"?
   - А так! Голова будет лежать у тебя на коленях, а ты будешь держать ее за уши. Обеими руками. Чтоб не упала.
  
   - ...Вот такие пироги! - завершил я рассказ. Снял бронежилет и повесил на створку окна. - Только не думай, что все это мне приснилось.
   - Я так и не думаю, - отозвался Кир. - Наборот... Полагаю, нам повезло, что Зона тебя приняла.
   - Зона?
   Кир молча кивнул. Похоже, напарник не хотел говорить о Черном Сталкере. Впрочем, он опять был прав - о чем тут, собственно, говорить? Я посмотрел на часы - три часа пополуночи.
   - Ну, что тогда? Баиньки?
   Кир опять кивнул.
   Не прошло и часа, как я заснул.
  
  
Глава 6
  
   Перед забором с коряво сделанной надписью "Дикая Территория" Кир остановился.
   - Там, - он кивнул на проход в заборе, - уже настоящая Зона.
   Мне показалось, напарник хотел сказать еще что-то, но Кир вдруг махнул рукой, пробормотал: "А-а... ладно...", повернулся и шагнул в темный проем.
   За забором оказался неширокий длинный двор. Дорогу перегораживал грузовик.
   - Прикрой меня, Серый. - Через окна кабины Кир разглядывал замыкающее двор двухэтажное здание. - Вообще-то засады быть не должно: пустые идем... Правда, теперь уже и не понять - где и чего опасаться.
   Задача выглядела несложной. Типичная тренировочная площадка. Слева - ряд строений без окон, справа - кирпичный забор с несколькими рядами колючки поверху. До дома в конце двора около двухсот метров. Во втором этаже - три раздолбанных окна; похоже, туда не раз кидали гранаты. В первом этаже, слева, широкий проем без дверей. Справа, у забора, зеленый фургончик с приставными ступеньками.
   Прислонив автомат к подножке грузовика, я снял с плеча винтовку и откинул приклад.
   - Только, Кир... Вагончик контролируй сам. На тот случай, если внутри кто.
   Оперевшись о капот, я приложился к оптике, пробежал по двери и окнам - пусто. Взял в прицел крайнее окно справа, чтобы видеть весь двор.
   Кир обогнул грузовик и пошагал вперед... Спокойно и уверенно, как и вчера. Разве что в походке появилась какая-то особая пружинистость. Сейчас он напоминал матерого зверя, идущего по следу добычи. Опасной добычи.
   Вот уже пройдено две трети пути... Если за окнами засада, пора бы и объявиться... Нет... Чисто...
   Подойдя к дому, Кир обернулся и махнул мне рукой - давай сюда, мол...
   ...И тут же бросил руку на цевье и выдал две короткие очереди в сторону фургона. Сначала мне показалось, что цель в вагончике. Большое увеличение мешало видеть общую картину, и я глянул поверх окуляра. Третью, уже длинную, в десяток патронов очередь Кир выпустил правее фургона, в сторону забора - и на зеленом фоне вагона будто что-то мелькнуло, хотя я мог бы поклясться, что секундой раньше там было пусто. Снова глянул в прицел... Опять что-то мелькнуло - и я тут же нажал на спуск. Хлесткий звук выстрела наложился на автоматную очередь. И в перекрестии внезапно, словно ниоткуда материализовалось нечто похожее на двухметровую обезьяну с щупальцами на морде. Кровосос!
   Тварь повернула голову в мою сторону... И я выстрелил еще раз, целясь промеж красных глаз. Кровососа отбросило, он ударился о стенку фургона и рухнул на землю.
   Кир мгновенно заменил магазин, постоял недолго, глядя на лежащее тело, и снова махнул мне рукой.
  
   - Не ожидал здесь встретить... Да еще в такое время... - сказал Кир, споро набивая магазин. - Обычно они ночью промышляют.
   Вблизи кровосос выглядел еще более отвратительно. Рубинового цвета глаза твари остались открытыми, и большие белые с голубоватым отливом зрачки напоминали бельма. Особенно неприятное впечатление производили длинные темнобагровые щупальца вокруг пасти с торчащими оттуда двумя парами изогнутых, будто крючья, клыков.
   Кир сунул рожок в карман комбеза:
   - Ну что? Пошли?
   Миновав темный коридор, мы выбрались наружу, под прикрытие двух контейнеров с узким проходом между ними. Кир на мгновение выглянул за край ящика, достал бинокль и выглянул еще раз:
   - Вроде бы чисто.
   Мы вышли из-за укрытия. В левой части широкого двора находился гараж для грузовых машин. Через распахнутые створки боксов виднелись смотровые ямы, заполненные чем-то зеленым.
   Справа, до караульной вышки возле закрытых ворот в конце двора, тянулся забор из крупноячеистой рабицы, за ним вдаль уходили две железнодорожные колеи.
   С самого утра было пасмурно. Серая пелена затянула небо до горизонта, до едва заметной рыжей полосы леса далеко за путями.
   Легкий порыв ветра поднял над асфальтом и погнал вдоль двора ворох желтых листьев... Непонятно отчего, внезапно я ощутил какое-то внутреннее спокойствие, даже умиротворение; такое чувство испытываешь, когда в сумерки приходишь на старое заброшенное кладбище. Я оглянулся на Кира - он смотрел на меня с едва заметной понимающей улыбкой.
  
   Тишину нарушило донесшееся вдруг стрекотание легкого вертолета. Вскоре машина показалась над гаражом, на небольшой, не более пятнадцати-двадцати метров, высоте.
   - Похоже на английскую "Газель"...
   Кир безразлично кивнул:
   - Она и есть... Научников возит. У них вертолетная площадка на крыше.
   - А я думал, техника здесь не работает...
   - Почему не работает? - удивился Кир. - На окраинах Зоны - работает... Только опасно... Почему, думаешь, они так низко-то? Как раз на тот случай, если гравиконцентрат зацепят или двигатель отка...
   Договорить он не успел: небо наискось прочертила белая полоса. Вертолет - он был уже над территорией, скрытой от нас забором - тряхнуло, а еще через пару секунд за ним потянулся черный шлейф дыма. Стреляли откуда-то слева, из-за складских строений. Машина стала резко снижаться, потом ее начало закручивать... наконец, она клюнула носом и боком скользнула вниз. Послышались грохот и скрежет металла об асфальт.
   Кир выругался и рванул к вышке, я погнал следом, чувствуя как винтовка колотит меня по заднице.
   Возле вышки он скинул рюкзак на землю.
   - Действуй, Серый. А я от вагонов зайду.
   И исчез в узком проходе.
   Я сбросил рюкзак, положил на него калаш и полез наверх, чувствуя себя на ржавой лестнице до неприличия голым и незащищенным.
   Веселье началось, когда до площадки осталось метра три-четыре. Сначала застрочил автомат, через секунду к нему присоединились еще два; раскатисто громыхнули выстрелы из пистолетов - минимум из двух разных. Но стреляли определенно не по мне - иначе ферма сейчас звенела бы от щелчков. Вероятно, клиенты, сбившие вертолет, уже осмотрелись и на вышку больше не обращали внимания.
   Выбравшись, наконец, на помост, я достал СВД-шку и опустился на колено...
   Все происходящее на пространстве между воротами автохозяйства и локомотивным депо, метрах в трехстах от меня, сверху выглядело предельно ясно и понятно. Чадящий вертолет лежал, сильно накренившись на правый борт и упершись в землю покореженной лопастью. Тело пилота свешивалось наружу из открытой дверцы. Чуть дальше, под лопастью, недвижно лежало еще одно тело - в комбинезоне нелепого яркооранжевого цвета. Еще двое "оранжевых" отошли к зданию возле депо и укрылись в маленьком закутке за кирпичным забором.
   Трое автоматчиков - все трое в зеленых комбезах - уже подходили к вертолету. Одновременно я заметил и Кира - напарник пристроился у колесной пары длинного товарняка с другой стороны ворот. Кир обернулся, поднял голову, и по губам я прочитал: "Давай!"
   Я поймал в прицел шедшего впереди - он как раз остановился - и собрался уже выстрелить, как вдруг он присел возле "оранжевого", лежащего под лопастью, и принялся возиться с его шлемом. Дальше выжидать я не стал, и клиент растянулся рядом с "оранжевым".
   Тут же подключился Кир, и ближний к нему тип завалился набок. Третий от неожиданности присел, не поняв, видимо, откуда стреляют и что делать, - и мы с Киром положили конец его сомнениям. Напарник показал мне знаком - "ОК", приглашающе махнул рукой и полез под сцепкой вагонов на другую сторону полотна.
   Прежде чем спускаться, я осмотрел территорию. Вокруг было чисто, ничего подозрительного ни вдоль товарняка, ни у складских строений, ни возле трехэтажного недостроя слева... Зато на путях, с правой стороны, появились черные фигурки. Пока еще далеко, километра два. В прицел я разглядел ребят в черных куртках. Бандиты. Наверное, заметили падение вертушки и торопятся поживиться. Три... шесть... девять... одинадцать, половина с автоматами. Многовато.
   Я достал ПДА и нажал кнопку вызова. Кир - он стоял у вертолета - полез в карман...
   - Что, Серый?
   Я изложил ситуацию. Кир думал не дольше секунды:
   - Слишком много. Научники не бойцы. Слезай, Серый. Уходим.
   Спустившись с вышки, я подобрал калаш, рюкзаки и погнал к вертолету.
   - Знакомься, Серый, - сказал Кир, когда я подбежал. - Это Николай, - он указал на пожилого коренастого дядьку с ПМ-ом в руке. - А это Анатоль.
   - Спасибо за помощь, Серый! - поблагодарил Николай. - Мы уже думали - все, конец.
   - Merci! Grand merci! - присоединился, радостно улыбаясь, Анатоль, высокий парень с щегольскими усиками.
   - Пилот успел сообщить на базу о ситуации. Спасательный отряд прибудет через полчаса, - сказал Кир, надевая рюкзак. - Если, конечно, не задержится... Бандиты подойдут раньше. Так что - пошли-ка мы отсюда, мужики... Пока есть чем идти.
  
   - А почему долговцев не позвали? Ближе ведь... - спросил я, когда мы уже выбрались из закутка и на рысях двигались к недострою в конце станции.
   - Да позвали! - отозвался Николай. - Ответ был такой: "Как соберем свободных людей, так и подойдем." - Он зло сплюнул. - Соотечественники, мать их!
   - Долговцы западников терпеть не могут, - увидев мое удивление, пояснил Кир. - Те исследованиями занимаются, а "Долг" считает, что артефакты надо уничтожить. Вместе с Зоной. Вплоть до бомбежки. - Подмигнул мне и добавил: - Официально считает, конечно.
   - Так ведь речь о жизни шла!
   - Вот именно что - о жизни... - неопределенным тоном заметил Кир. И поинтересовался у Николая: - Ты ведь по контракту работаешь? - Уже запыхавшийся от бега ученый утвердительно кивнул, и Кир весело продолжил: - Выходит, Серый, мы с тобой спасли гнусного наймита западного империализма! Стыд нам и позор! - И они с Николаем захохотали.
   Наконец, станция осталась позади. Мы обогнули строящийся дом с навсегда застывшим подъемным краном, прошли мимо нескольких вагончиков для строителей и оказались перед входом в тоннель.
   Кир остановился:
   - Так, мужики... У Серого одежка слабовата. Так что идем в таком порядке - я первый, за мной Николай, потом Серый, Анатоль - замыкающий. Если что - прикроете.
   Николай и Анатоль кивнули и опустили зеркальные полусферы шлемов.
   - В тоннеле - "жарки". Много, - пояснил мне напарник и, достав из рюкзака, надел шлем с прозрачным щитком. Затем протянул мне бутылку с водой. - Полей шапку... И опусти на лицо...
   Когда подошли ближе, в дальнем конце левого коридора тоннеля, уже почти на выходе, вдруг забушевало пламя. Как если бы под асфальтом заработала гигантская паяльная лампа. Присмотревшись, я заметил и в правом коридоре подозрительное колебание воздуха: очертания светлого квадратика выхода искажались и "плавали".
   Кир шел обычным шагом точно по середине шоссе. Дойдя до начала тоннеля, поднялся на разделительный бортик с опорными колоннами... Дальше мы так и двигались - цепочкой, от столба к столбу. Слева над асфальтом колыхалось несколько багровых, с яркими красными прожилками шаров размером с крупный мандарин, но ни Кир, ни Николай на арты даже не взглянули.
   - Пара шагов влево или вправо - и ты покойник, - будто угадав мои мысли, не оборачиваясь сказал Кир. И, вероятно, чтобы мне не было скучно, уточнил: - Жареный.
   Возле третьего от конца столба он остановился:
   - А вот и кандидат на должность жареного покойника.
   По левому краю шоссе к тоннелю шел человек в коричневой сталкерской куртке. То ли раненный, то ли с ним приключилась еще какая-то беда, но двигался он медленно, неровной спотыкающейся походкой. Ружье сталкер держал за край ствола, и приклад волочился по асфальту.
   - Кир! Он же слепой, наверное... прямо в огонь идет. Помочь бы надо! - сказал я, не понимая, почему напарник не двигается с места.
   - Ему уже не помочь, Серый. Это мертвяк. Зомби. - Через плечо Николая Кир протянул мне бинокль. - Заметит - стрелять начнет... если патроны остались. А то и с ножом может кинуться...
   Увеличенное оптикой лицо мертвого сталкера казалось совершенно бесстрастным. В темных глазах уже отражался отблеск огня дьявольской горелки, но покойник упрямо продолжал идти вперед.
   Ступив в круг ревущего пламени, он замер. Конечно, было понятно, что первым делом сгорели мышцы ног и двигаться мертвец теперь просто не мог. И все же неподвижная, объятая пламенем черная фигура производила странное и жуткое впечатление: казалось, покойник остановился намеренно, словно решил, что достиг финальной точки своего путешествия. Наконец, он окончательно превратился в головешку и опрокинулся на асфальт.
   Оставшаяся часть тоннеля была пройдена без приключений. Мужики убрали щитки шлемов, и Кир с Анатолем - оказалось, что француз неплохо говорит по-русски - затеяли спор: "жареный покойник" - это должность или звание? В итоге оба сошлись на том, что в данном случае подходит термин "врио" - временно исполняющий обязанности. А раз - "обязанности", то "жэпэ" - скорее все-таки должность.
   Пользуясь передышкой, я спросил Кира насчет живых мертвецов - откуда, мол, они взялись и все такое.
   - С севера идут, из эпицентра, - ответил он. - Только там, говорят, эти покойники тихие и спокойные... От нескольких сталкеров слышал даже, будто им и разговаривать случалось с некоторыми из мертвых. Что они вроде как заторможенные и с памятью не очень, но если видят кого-то знакомого, то разговаривают почти осмысленно... Зато здесь - агрессивны до предела. Бывало, им и руки отстреливали, так они укусить пытались. - Кир помолчал, словно припоминая что-то... - Один сталкер - сейчас его нет уже - любопытную историю мне рассказал... Будто встретил он здесь приятеля пропавшего, в смысле - бывшего прятеля, мертвяка... Ну, пристрелил, конечно... потом голову отделил, похоронил... в общем, сделал все как положено... А спустя месяц или два снова его встречает... и голова у покойника опять на плечах. Вот такие дела, Серый.
   Я посмотрел на "оранжевых" - лица обоих были серьезны, глянул на Кира - нет, непохоже, чтобы шутил... Видимо, я действительно пока, как теперь говорят, "не въезжаю". Хотя... Ночной визит Черного Сталкера - уж это-то мне не приснилось!
   - Ладно, мужики... Передохнули малость - и хватит. Пошли дальше, - скомандовал Кир. - Серый и я - впереди. Прочие гражданские убирают пистолеты в карман и идут в двух шагах сзади.
   Я повесил калаш на плечо, достал СВД-шку и вставил свежий магазин. Кир одобрительно кивнул:
   - Верно... Близко их лучше не подпускать.
   Дальше шагали молча. Дорога пролегала между холмов. С одной стороны - это было хорошо: появившийся на фоне неба мертвяк - легкая мишень; с другой стороны - не так уж и хорошо: если появятся собы или, скажем...
   - Кровососы здесь не водятся, - словно опять прочитав мои мысли, сказал Кир. - Солдаты за пределы базы в одиночку, тем более ночью, не выходят, сталкеры бывают нечасто, а с мертвяков кровососам взять нечего.
   За холмом справа раздались автоматные очереди. По звуку - М16. Вот, стало быть, и королевская конница подоспела... Когда на дороге показались восемь дюжих ребят в темнозеленых комбезах, мы с Киром, переглянувшись, одновременно расхохотались и на всякий случай опустили оружие: очень уж решительными и суровыми выглядели эти парни.
   Солдаты подошли ближе, и Анатоль принялся с жаром рассказывать одному из них - видимо, старшему - историю чудесного спасения. Тот несколько раз кивнул, потом жестом прервал говорливого рассказчика и подал команду. Солдаты взяли нас "в коробочку", и отряд двинулся обратно.
  
   База ученых располагалась в котловине. Большущая территория, окруженная трехметровой стеной из железобетонных плит с колючкой поверху. В середине - темносерое мощное строение высотой метров в шесть с вертолетной площадкой на плоской крыше. Сейчас там прогуливались два автоматчика. Внутри стены, по периметру, стояло несколько металлических ангаров - вероятно, склады.
   - Раньше здесь озеро было. Давно. Янтарь называлось. А как институт построили, - Кир показал на комплекс зданий справа от котловины, - озеро и ушло... Только болото от него осталось. Это там, позади базы...
   При нашем приближении створки ворот медленно разъехались в стороны. Мы прошли внутрь, и ворота тут же закрылись. Отворилась могучая дверь базы, и отряд зашел в коридор, нечто вроде переходной камеры. Дюжине вооруженных людей здесь было тесновато, но внутренняя дверь оставалась закрытой. Затем лязгнул замок входной двери, и сверху нас обдало потоком воздуха с неприятным запахом какой-то химии.
   - Это они вшей травят, - с ухмылкой сообщил Кир.
   Через минуту открылась вторая дверь, и мы вошли внутрь базы.
  
  
Глава 7
  
   Других формальностей, кроме принудительной дезинфекции, не последовало, и солдаты тут же разошлись, справедливо посчитав свою миссию завершенной. Анатоль еще раз поблагодарил нас с Киром за спасение и пригласил всех к себе - есть, мол, бутылочка отличного коньяка. Настоящего, французского! Мы пообещали зайти позже, и, немного потоптавшись, он тоже ушел.
   - Между прочим, мужики, за спасение сотрудников фирма выплачивает премию. И немаленькую, следует заметить. - Николай хитро улыбнулся. - А поскольку я отвечаю за все дела, связанные с наймом сталкеров и всяким таким в этом роде, то могу самолично и выплатить.
   - Мне ничего не надо, - сказал Кир, - а вот Серому не помешало бы сменить костюмчик. На тот, что ваши солдаты носят. Как, укладывается в сумму?
   - Ну... почти. - Забыв, что на нем шлем, Николай попытался почесать в затылке, и мы с Киром рассмеялись. - Ладно... Считайте, что сделано. А теперь вот что, мужики... Я пойду доложу руководству - два человека погибли, не хрен собачий! Отдохните пока, в столовую сходите... В общем, Кир, сам все знаешь. А через полчасика жду вас у себя. - И Николай скрылся в коридоре.
   - Пошли, Серый... Вещички положим... Тут для гостей комната отведена. - Кир направился в конец вестибюля. - С оружием дальше нельзя.
   В небольшой комнатушке, вся мебель которой состояла из четырех коек и четырех шкафчиков, мы оставили рюкзаки и оружие и отправились в столовую. Время завтрака давно прошло, и здесь было почти пусто - только за одним из столиков пожилой мужик в белом халате задумчиво ковырял ложкой кусок пирога.
   - Не будем привередничать, - весело сказал напарник. - Тем более что пекут здесь замечательно.
   Пирог и в самом деле оказался вкусный, с яблоками. Закончив с едой, я налил себе еще молока, посмотрел на неторопливо жующего напарника.
   - Кир, тебе не показалась странной история с вертушкой ? Или в Зоне ходить со "стингером" - обычное дело?
   - В Зоне, Серый, ходят с тем, что сумели раздобыть, - дожевав кусок, спокойно ответил Кир. - Интересно, конечно, откуда у них "стингер" взялся: никто из торговцев не стал бы выполнять такой заказ. А достать самостоятельно... - Он с сомнением покрутил головой.
   - Почему - не стал бы? А если заплатить сколько надо? Ты же сам говорил, что здешние торговцы хоть что достанут.
   - Так оно и есть. Только не "стингер". Сбить вертушку - все равно что объявить войну. Либо западникам - а они финансируют и "Свободу", и эту базу, либо "Долгу" - а за ним стоят украинские и российские спецслужбы. Короче говоря, взять такой заказ - лучше уж сразу застрелиться. - Он помолчал. - Меня больше другой вопрос интересует - зачем понадобилось вертушку сбивать. Пацан вроде Славика сказал бы, что мародеры, мол, груз артов хотели забрать. Но нельзя же торчать на станции неизвестно сколько времени, тем более что станция не лучшее место для стоянки, - надо знать хотя бы день перевозки. А для этого нужен сообщник на самой базе.
   - Считаешь, невозможно? - Я отхлебнул из стакана, чтобы скрыть невольную улыбку.
   - В принципе, возможно. Только вот какая штука... Никакого груза - ни артов, ни другого чего ценного - в вертушке не было. Я поинтересовался, пока ты к нам бежал... Обычный пассажирский рейс. Николай летел на научную конференцию, Анатоль - в отпуск, третий - который погиб - домой возвращался: срок контракта закончился.
   В свете сказанного действия мародеров выглядели крайне непонятно: раз сообщника не было, получалось, что "стингер" они носили с собой просто так, на всякий случай... И по вертушке влупили тоже - на всякий случай... А ведь "стингер" - не "эфка", он денег стоит. И немалых.
   Мне опять вспомнилась картинка - я прицеливаюсь, а клиент внезапно присаживается возле "оранжевого"... Зачем? Убедиться, что тот мертв? Так проще пальнуть еще раз... Тем более что двое оставшихся продолжали представлять опасность, и следовало бы сначала с ними закончить, а не досмотром заниматься... Нет, не понимаю... Ерунда какая-то.
   - Пошли к Николаю? - прервал мои размышления Кир, поднимаясь из-за стола. - Вообще-то, я бы и на обед остался. Здешний повар такие блинчики с вишней делает - ты не поверишь!
  
   - Заходите, мужики... - Николай посторонился. - Усаживайтесь кому где нравится. - Он развернул кресло-вертушку возле столика с компьютером и сел.
   Мы с Киром устроились на диване, напротив.
   - Насчет комбеза, Серый, я уже распорядился. Зайдете потом к оружейнику - он подберет нужный размер. А сейчас, - Николай подмигнул, - как насчет водочки с груздочками? - Он кивнул на холодильник в углу. - У меня и селедочка есть...
   - Спасибо, Николай. В другой раз... - В голосе напарника прозвучало сожаление. - Нам еще обратно идти. Мы ведь здесь по делу. Журналистов пропавших разыскиваем.
   - Журналистов пропавших? - Веселость исчезла с лица ученого, будто стертая губкой. В глазах появилась настороженность. - Почему - пропавших? И кто, собственно, разыскивает?
   - Пропавших - потому что пропали, - терпеливо пояснил Кир. - Серый разыскивает, по просьбе отца журналистки. Знаешь что-нибудь? Они сюда приходили?
   - А почему отец решил, что они пропали? - не ответив, спросил Николай.
   Я рассказал всю историю, начиная со звонка Егорыча.
   - Думаете, бандиты? - задумчиво спросил ученый.
   - Или мародеры, - сказал я. - А кто еще стал бы требовать выкуп? Правда, ночное приключение... как-то слишком замысловато для такой публики. В общем, первоочередная задача - отследить маршрут. Думается, журналистов взяли недалеко от схрона или базы, чтобы долго не вести и никому глаза не мозолить. Возможно, все и не так, - но надо же с чего-то начинать.
   - С маршрутом все одновременно и просто, и сложно... - немного помолчав, сказал Николай. - В Темную Долину они ушли.
   - Откуда известно? - недоверчиво спросил Кир. - Ты с ними разговаривал?
   Ученый кивнул:
   - Они ведь ко мне и приходили. Елена до того, как журналисткой стать, закончила биофак. А я там лекции читал... Вот и зашла новости узнать, чтобы из первых рук. А то, говорит, пишут о Зоне разное, и не понять - где правда, а где э-э... наоборот.
   - Ничего себе - в Темную Долину! - удивился Кир. - А зачем - не знаешь? В смысле - где их там искать?
   - Елена хотела к эпицентру поближе подойти... насколько возможно. Для съемок. Их Крюгер сопровождал - я его мало знаю, но человек он, как мне показалось, опытный. Сказал, что отведет на базу сталкеров. Ту, что на территории бывших авторемонтных мастерских. А дальше, мол, видно будет.
   - Неслабо... - Кир покачал головой. - И как они собирались дальше идти? Ты что, не сказал им о мозгодробилке?
   - Они и сами знали. От Крюгера. Только Елена - девушка упрямая... Ей, видишь ли, позарез были нужны кадры с "мотолитовцами"... Хотя бы издали. Обещала остановиться, если вдруг опасно станет. Ну, а напарник ее - тот все молчал больше. Видно, под каблучок попал... - Николай засмеялся. - Елена-то - девка видная...
   - Вот, Серый, и маршрут известен... - довольно сказал Кир. - Пошли, костюмчик заберем - и домой. Если...
   Он не договорил: в коридоре послышались торопливые шаги, дверь открылась и в комнату вошел мужик в халате - тот самый, из столовой.
   - Извини, Николаша, что без приглашения... - Он окинул нас рассеянным взглядом. - А-а... Спасатели... Привет, Кир! - И, видимо, тут же забыв о нашем существовании, продолжил: - Солдат прорезался! Послушай запись!
   "Белохалатный" нажал кнопку ПДА.
   - Степан, здесь Солдат! Извини, что долго молчал: ПДА барахлит. Ночь на крыше провел, мертвяки загнали. Только утром удалось спуститься. Теперь по делу... Установку в подвале выключил. Повторяю: установку выключил. Документацию нашел. То или не то - не знаю, забрал все, что было похожего. Полрюкзака папок. Сейчас попробую выйти. Тут полно гоблинов, буду пробиваться. До встречи.
   Голос умолк. Николай хотел было что-то сказать, но "белохалатный" поднял руку - помолчи, мол.
   Несколько секунд тишины... И вновь тот же голос - теперь уже тихо, как если бы говоривший отошел от передатчика:
   - Вот зараза! Когда же вы кончитесь?!
   Одна за другой прозвучали четыре короткие автоматные очереди. Что-то загремело - будто пустая железная бочка ударилась о стену или об пол. Затем раздался громкий хлопок - и наступила тишина.
   - Несущая пропала, - сказал "белохалатный". - Скорее всего, поврежден ПДА.
   - Откуда передача шла, Степа? - спросил Кир.
   - Из института на горке.
   - А поподробнее?
   - Хочешь пойти? - Степан неуверенно посмотрел на Кира, потом - на Николая.
   - Выкладывай, не тяни резину! - рявкнул Кир.
   - Хорошо... Если коротко, дело обстоит так... Из здания института шел радиосигнал с очень необычными и своеобразными характеристиками. Возникло предположение, что именно по этой причине сюда стягиваются зомби. И по этой же причине люди не могут подойти близко к институту: теряют сознание. В общем, мы с Николашей сделали э-э... защитное устройство в виде подшлемника, а Солдат взялся его испытать и, если получится, пробраться в институт, отключить излучатель и поискать документацию.
   - Ясно. - Кир вздохнул, встал и посмотрел на меня. - Пойду я, Серый. У меня перед Солдатом должок, так что...
   - Вместе сходим. - И я тоже встал.
  
   В коридоре Кир направился в обратную от вестибюля сторону:
   - Пошли в оружейку. Боеприпасов прикупим.
   - Мне показалось, мы торопимся... - заметил я. - Ты так на Степана рявкнул...
   - Мешкать, конечно, не следует... Но и торопливые здесь долго не живут, - назидательным тоном сказал Кир. Засмеялся и добавил: - Со Степой это я так, для ускорения процесса... Чтобы не ходил полчаса вокруг да около... А с Солдатом... Для долгого боя ему по-любому не хватило бы боеприпасов: ты ведь слышал - он перед спуском мертвяков отстреливал. Остается шанс, что забаррикадировался где-нибудь... Или сбежал... Тогда мы его встретим. Если разминемся - нам сообщат.
   Оружейный склад располагался в самом конце базы. От коридора склад отделяла, как и в бункере Сидоровича, решетка с проемом и прилавком.
   - Хэллоу, Арчи! - поприветствовал Кир розовощекого толстяка в синем рабочем комбинезоне.
   - Здравствуйте, Кир! - радушно ответил толстяк. - А вы, вероятно, Серый. - Он приветливо кивнул мне. - За костюмом пришли?
   - Нет, Арчи. Костюм Серый позже заберет. А сейчас мы возьмем шесть рожков для 104-го калаша и пару коробок патронов.
   - Шесть? - удивленно спросил толстяк.
   - Под землю идем... Там перезаряжать магазины некогда.
   - О'Кей! Сейчас принесу... - И толстяк скрылся в проеме двери в соседнее помещение.
   - Кир! А почему не пошлют спасательную команду? Пять-шесть бойцов - и никаких проблем!
   - Шутишь? Они здесь для охраны базы, максимум - наземные спасательные операции вроде сегодняшней. Спуск под землю контрактом не предусмотрен - для этого сталкеры существуют. И недорого, и отчитываться, в случае чего, ни перед кем не надо: сгинул - и ладно, другой найдется!
   Замечание напарника резануло ухо: в словах Кира - впрочем, нет, не в словах - скорее в тоне, каким они были произнесены, - послышались знакомые с детства и теперь вновь ставшие расхожими жлобские причитания на тему "Вихри враждебные веют над нами, темные силы нас злобно гнетут". Видно, недаром говорят, что история повторяется дважды: первый раз в виде трагедии, второй - в виде фарса.
   Спустя несколько минут торговец принес картонную коробку и выложил на прилавок заказанные вещи плюс четыре гранаты МК-1 - американский аналог "эфки".
   - Гранаты за счет заведения! - улыбаясь, объявил толстяк. - Слышал о вашем сегодняшнем подвиге, считайте, что это - премия. - Он посерьезнел и покачал головой. - Странный вы народ - русские!
   - Правда? - спросил я, стараясь сохранять нейтральный тон.
   - Да! - убежденно покивал он. - Всегда почему-то все делаете наоборот?
   - Это вы о чем? - поинтересовался я.
   - Идете под землю - и не хотите заменить комбинезон! А если вообще, то о ваших пере... - он запнулся на трудном слове, - перестройках. - Когда хорошо работал капитализм, вы его поломали. А когда всем уже стало понятно, что скоро капитализму каюк, вы снова начали его строить.
   - Каюк? - спросил я, приняв озадаченный вид.
   - А что? - забеспокоился толстяк. - Неправильно сказал? Каюк! - Он чиркнул себя по горлу ребром пухлой ладошки. - Конец! Финиш!
   - То есть вы отдаете нам товары бесплатно? Долой капитализм?! Вот спасибо! - Я обрадованно заулыбался и сделал движение, будто собрался забрать уже выложенные на прилавок купюры.
   - Эй, эй! Stop it! - Он накрыл деньги рукой. Поднял на меня глаза и, сообразив, что я шучу, расхохотался. - А вы хитрец, Серый! - Он наставил на меня указательный палец. - С вами надо... как это по-русски?.. держать ушки настороже!
   - И быть на макушке! - дополнил я.
   - Кому быть на макушке? - удивленно спросил толстяк.
   - Всем! - сказал я твердо.
  
   Когда мы выбрались из котловины на шоссе, оказалось, что до институтского комплекса осталось не более полукилометра. Небо продолжало хмуриться, но - странное дело! - сумрачность Зоны начинала мне нравиться.
   Внезапно в голове словно тренькнул предупреждающий звоночек.
   Я огляделся еще раз - чисто. Кир продолжал спокойно вышагивать рядом и, видимо, ничего опасного не замечал. Что за черт! Или причина в чем-то другом?
   Звоночек не умолкал...
   И тут до меня дошло, что неприятное ощущение возникло раньше, еще на базе... какое-то невнятное беспокойство, будто я упустил из виду, не придал значения чему-то очень важному. Я перебрал в памяти события и разговоры... Николай, похоже, темнил: вместо нормального опасения за судьбу журналистов - странная настороженность и не совсем уместный - во всяком случае, в качестве первоочередного - вопрос о том, кто именно их разыскивает. Непонятно? Да. Опасно? Пожалуй, нет... Оружейник? Вспомнились широкая улыбка и прощальный жест пухлой ладошкой... Нет, тоже не то... Хотя... Точно! Ладошка! Рука, прижимающая деньги к прилавку!
   - Кир! Тебе уже случалось отовариваться у Арчи?
   - Конечно. А что?
   - Помнишь, как он деньги к стойке припечатал? Сразу видно - любит денежки... А гранаты - подарил.
   - Ну и что? Он же торговец. - Кир помолчал. - А подарок... Возможно, обычный рекламный трюк... А может - и от души. - Он с любопытством посмотрел на меня. - Западников не любишь?
   - Это-то здесь причем! Запад, не Запад... какая разница! Есть нормальные люди, а есть уроды - вот и все деление. Вопрос в другом: он что, всегда приносит гранаты с уже ввернутым запалом?
   - Понятия не имею... Не доводилось у него гранаты брать... - Кир снова посмотрел на меня, на этот раз - с недоумением. - А в чем дело?
   - Сам не знаю... Если бы их Сидорович в таком виде принес, я бы и внимания не обратил. Но чтобы профессиональный оружейник, тем более - западник, - и допустил такую небрежность?.. Странно.
   Кир засмеялся:
   - Тебя, часом, не Джеймсом зовут? Кстати, мы почти пришли.
   Слева потянулась глухая стена, огораживающая территорию института. Вход находился дальше, метрах в двухстах, напротив автозаправки с несколькими бензоколонками. Еще немного мы прошли по шоссе и свернули к заправке.
   - И правда, отключил... - сказал Кир. - Раньше-то уже здесь голова начинала кружиться... Ты как, ничего такого не чувствуешь?
   - Нет... Все нормально.
   - Вот и хорошо. - Он кивнул на трех мертвяков в глубине двора, в сотне метров от настежь распахнутых ворот. - Бей в голову - тогда почти наверняка больше не встанут.
   - Ладно... Только давай сначала по-другому попробуем. - Я снял рюкзак и достал подаренную гранату.
   - Да ты что, Серый! Они же не чувствуют боли! Только вдвое злее станут!
   - Вот и поглядим... - бормотнул я: спорить с Киром мне не хотелось.
   Когда я достал кружок липучки и бечевку, напарник улыбнулся:
   - Вон оно что! Значит, подозреваешь все-таки ?
   Не вступая в бесполезную дискуссию, я отдал Киру винтовку, а сам погнал через дорогу. Поглядывая на покойников, липучкой примотал гранату к левой стойке ворот и привязал к кольцу бечевку, другой конец подвязал к правой стойке, напоследок разогнул усики чеки. Клиенты продолжали лениво топтаться во дворе.
   Уже не торопясь, я вернулся обратно, к продолжающему улыбаться напарнику.
   Потребовалась пара коротких очередей, чтобы покойники нас заметили и двинулись к воротам. Мы укрылись за углом автозаправки и стали ждать. Наконец, самый резвый из троицы оказался в нескольких метрах от ворот. Рискуя поймать осколок, мы все же высунулись: настал, как говорится, момент истины.
   Момент оказался негромкий и совсем не музыкальный, зато впечатляющий... В том смысле, что положенные три секунды отсчитывать не пришлось: граната рванула сразу, как только невнимательный покойник зацепил бечеву и выдернул чеку.
   Хлопок прозвучал так же негромко, как и от "эфки". Осколки отбарабанили по воротам короткую дробь, со звоном посыпались стекла окон на фасаде заправки. Но герой праздника - судя по зеленой куртке, когда-то он был сталкером - даже не упал. Остановившись, он принялся тупо оглядываться по сторонам, словно так и не понял, что произошло и откуда весь этот шум. Двое других - оба с калашами - и вовсе не обратили внимания на взрыв и, обойдя приятеля, продолжили двигаться к шоссе.
   Тремя выстрелами в голову я закончил нелепое представление.
   Сторожко оглядев дважды покойников, Кир недоуменно помотал головой:
   - Ну и мерзавец! И зачем ему понадобилось?
   - Похоже, кто-то охотится за документацией... - Я надел рюкзак и подобрал винтовку. - Возможно, Солдат вчера отоваривался у Арчи... сказал, что в институт собирается идти... Если его сегодняшнее сообщение перехватили, было бы логично постараться, чтобы и мы с тобой не вернулись... А потом послать кого-нибудь за документами. Надеюсь, Арчи нам все расскажет... И подробно!
   - Сомневаюсь... База - неподходящее место для допроса: там все под наблюдением. И с доказательствами у нас слабовато... Начальник базы - мужик нормальный, но в данном случае вряд ли он будет на нашей стороне.
   - Ладно, Кир... Давай решать вопросы по мере поступления. Нам еще вернуться надо...
  
  
Глава 8
  
   Отследить путь Солдата было несложно: мертвяки валялись и на аллее, заметенной опавшей листвой, и на заросших травой газонах вдоль корпусов; уже на первой сотне метров я насчитал не менее полудюжины тел.
   - Те чудики, у ворот... какие-то странные попались, спокойные... - сказал Кир, внимательно оглядывая на ходу окна первых этажей. - Обычно-то они сразу палить начинают... как только увидят.
   - Излучение?
   Кир пожал плечами:
   - Может быть...
   Вспомнился зомби, бредущий в пламя "жарки". Тогда все выглядело торжественно и мрачно, как теперь говорят - готично... А если без мистики? Излучение - стимулятор агрессивности? Но зачем?
   Широкая площадка впереди, в конце аллеи, походила на поле битвы: мертвяки лежали и перед бензовозом, стоящим на выходе из аллеи, и на всем пространстве от машины до ангара слева. Видимо, покойники шли оттуда и Солдат отстреливался, прячась за грузовиком. На его счастье, цистерна была пуста: асфальт остался сухим, несмотря на множество пулевых пробоин в серебристом металле.
   - Кстати, Кир... Почему твой приятель сказал: " Тут полно гоблинов"? Кого он имел в виду?
   - Понятия не имею. Солдат всю двуногую местную фауну гоблинами.называл. Включая бандюков и мародеров. Привычка, наверное.
   - Стало быть, неизвестно - на кого внизу наткнемся?
   - Да как сказать... Могут быть бюреры... Или снорки... И неизвестно, кто хуже.
   - Снорки - это прыгуны в противогазах? Не путаю?
   - Не путаешь... - Кир рассмеялся. - Именно что - прыгуны... Метров на восемь сигануть могут. С места. А когти - упаси боже, комбез словно бритвами полосуют. И зубы, как у крокодила...
   - Так они же в противогазах... - удивился я.
   - У них маска к носу задрана, так что пасть свободна, - пояснил Кир. - И не спрашивай, зачем им противогаз, - все равно не знаю... И никто не знает... - Напарник снова рассмеялся. - Может, они и сами не знают.
   - А спросить не догадались, конечно, - заметил я снисходительно, начальственно-фамильярным тоном.
   - Ага... Вот ты и спросишь... при случае. - Кир аж всхрапнул от удовольствия: видимо, представил себе картину чинной и обстоятельной беседы со снорком. - Если успеешь.
   - Успею... Я шустрый... Расскажи мне лучше, что за бюреры такие. Слышал, что они телекинезом пользуются и даже будто бы говорить могут... И, кстати, почему - "бюреры"?
   - Не знаю, Серый. Сам их не видел, а врать не хочу... Они, по слухам, только под землей встречаются, а я вниз ходить не люблю. Так что не знаю... И почему их бюрерами назвали - тоже не ведаю.
   - Да что за дела, напарник! - притворно возмутился я. - Что ни спрошу - ты все одно... "не знаю" да "не ведаю"!
   - А ты у Славика поинтересуйся... Он тебе подробно объяснит - и про бюреров, и про снорков... И про Зону расскажет - откуда она взялась и зачем...
   - Ну, откуда она взялась - не секрет. А насчет "зачем" - сама постановка вопроса в таком ключе...
   - Это для тебя не секрет, - перебил Кир. - А вот Славик с младые сотоварищи, они полагают, что Зона - дело рук пришельцев. Тут тебе сразу и "откуда", и "зачем".
   - О как! - искренне удивился я. - И зачем?
   - Ну ты и правда темный! - изобразил возмущение Кир. - Да Землю завоевать, конечно! Неужто непонятно?!
   - А-а-а... Инопланетные завоеватели! И как я сразу не допер?!
  Кир ухмыльнулся:
   - Не веришь в завоевателей?
   - Не верю. Тем более - в инопланетных. От глупости это... или менталитет уж такой: к чему клиент сам склонен, того и от других ожидает. Если готов слабого обобрать или прихватить, что плохо лежит, - того и от соседа ждет. Это что касается пацанов... и тех, у кого с возрастом ума не прибавляется. А что до политиков и военных - здесь причина тоже ясна: угрозой вторжений можно оправдать и прикрыть все что угодно... не вчера придумано. Знаешь, мне на эту тему такая картина представляется... Пока толпа первобытных с дубинками носится по поляне перед пещерой, отпугивая мифических врагов, в самой пещере вожди да шаманы уминают в три горла из общественной кормушки. Аналогия простенькая, но по сути, думаю, верная.
   - Шаманы с дубинками, говоришь? - пробормотал Кир, разглядывая на ПДА карту, куда Степан поместил маркер нужного нам места.
   - Наоборот. С дубинками - вожди, а шаманы - те с мегафонами.
   - Не возражаю... Пусть будут с мегафонами. - Кир убрал наладонник и повел стволом вправо по ходу, на серое трехэтажное здание с антенной на крыше. - Нам туда.
   Вскоре стало понятно и то, почему Солдат провел всю ночь на крыше, и замечание Кира насчет боезапаса: трупы мертвяков - интересное словосочетание! - вокруг корпуса и особенно возле пожарной лестницы насчитывались уже десятками, а автоматные магазины на земле свидетельствовали о проведенном шмоне.
   - Пяток тут, пяток там... - прокомментировал Кир. - На пару рожков вполне мог насобирать.
   - Не лучше было на базу вернуться?
   - Кто ж его знает, что лучше... Возможно, Солдат рассчитывал пробежать по этажам, взять что надо - и домой по-скорому, пока чисто... А потом, когда понял, что надо вниз спускаться, уже поздновато было планы менять: снаружи-то другие могли поджидать, свеженькие. Опять же, одно дело - уходить, когда заказ выполнен, и совсем другое - когда уходишь с пустыми руками и знаешь, что придется возвращаться в разворошенное гнездо. Моральный фактор, так сказать.
   Доводы напарника были понятны, хотя, на мой взгляд, и неубедительны: профессионал не полез бы незнамо куда без надлежащего боезапаса, а моральные факторы для профи - дело десятое. С другой стороны, с чего я решил, что Солдат - профи? Стрелял он, судя по всему, неплохо, но просто хороший стрелок и профи - совсем не одно и то же. С третьей стороны, равно как с четвертой, пятой и всех прочих, у него могли быть и свои причины... Впрочем, какая теперь разница.
   Мы обошли здание кругом. Все три входа в несоразмерно высокий, без окон, отделанный серой крошкой цокольный этаж оказались закрыты. И мысль о том, чтобы попытаться их открыть, энтузиазма не вызывала - у меня, во всяком случае. Солдат вполне мог устроить ловушку - если и не в расчете на нечувствительных к боли покойников, то хотя бы для того, чтобы не прозевать нежелательных гостей. Похоже, Кир думал так же: мельком глянув на центральный вход, он принялся разглядывать разбитые окна верхнего этажа.
   - Полезли? - Я вытащил из рюкзака бухту нейлонового тросика.
   Кир молча кивнул, и мы вернулись к пожарной лестнице.
   Наверху, вдоль невысокого бордюрчика по краю плоской, залитой гудроном крыши, гильзы валялись россыпью, причем не только автоматные, но и ружейные - от двадцатки, и даже револьверные.
   - Похоже, твой приятель любит крутые пушки... - Я пнул ботинком гильзу. - Это ведь сорок пятый... Не каждому по руке. Что, крупный мужчина?
   - Да вроде тебя... может, чуток повыше. - Кир подошел к вентиляционной трубе метрах в трех от края. - Пожалуй, это подойдет.
   Я обернул трубу тросиком, дернул пару раз - держится, - и скинул концы с крыши.
   - Ну что, погнали? - Я снял винтарь и рюкзак, перекинул калаш на брюхо и подошел к краю.
   Спустя минуту я уже завис, упираясь подошвами ботинок в простенок возле окна третьего этажа. Комната была пуста, если не считать четырех канцелярских столов, стульев да книжного стеллажа вдоль стены; дверь в коридор - распахнута настежь.
   Стволом калаша я почистил раму от остатков стекла, шагнул на подоконник и, не мешкая, соскочил на пол. Уже не торопясь, выглянул в коридор. Пусто. Покрытый коричневым линолиумом пол запорошен побелкой - должно быть, здание когда-то изрядно тряхнуло. По побелке - из комнаты напротив - следы рифленых подошв. Свежие. Размерчик эдак сорок пятый. Под стать гильзам...
   Вернувшись к окну, я кликнул напарника и уже через минуту принимал рюкзаки и винтовку. Затем спустился и Кир.
   Сматывая тросик, я сообщил о следах. Кир вышел в коридор, глянул и довольно кивнул:
   - Он самый.
   Сюрпризы за спиной - вещь неприятная, так что мы прошли, заглядывая в комнаты, весь коридор, то же самое повторили этажом ниже и наконец спустились в цоколь. Ничего интересного на глаза так и не попалось - ни в комнатах, ни в лабораториях, ни в помещении охраны. Если что-то полезное здесь и было, Солдат не пропустил - повсюду виднелись рубчатые следы.
   Лестницы в торцах здания заканчивались на уровне цоколя. Двери наружу, на нижних площадках, были закрыты изнутри парой коротких, наспех сделанных сварных швов. Центральные двери, все четыре створки, блокировались тяжелой тавровой балкой, заложенной на коряво приваренные скобы. В общем, стартовая, в смысле начала поисков, позиция выглядела вполне защищенной.
   На этом, однако, приятности закончились: лестницы, ведущей из холла вниз, в подземные этажи, больше не существовало, от нее осталось лишь несколько фрагментов ступенек на покореженных прутьях арматуры. Лестницу, определенно, взорвали. Видимо, тогда и штукатурка с потолка осыпалась.
   Я посветил фонариком вниз... Обрушилось не менее четырех пролетов, и теперь дно колодца представляло собой сплошной завал из кусков бетона, арматуры и кирпичного крошева, без малейшего намека на какой-то проход или лаз. Двери в стене колодца - на минус первый и минус второй этажи - были закрыты.
   - Заварены, скорее всего... - поделился я соображением с Киром. - Иначе зачем было лестницу сковыривать?..
   Рассужденьице было так себе: когда рискуешь собственной шкурой, на домыслы полагаться вредно. Что и было отмечено Киром - в ответ он только недовольно мотнул головой.
   - Давай оставим эту хрень на потом, - предложил я. - Если Сопдат шел здесь, то наверняка оставил бы дверь открытой. И веревку не стал бы снимать. Так что...
   - Ладно... Пойдем поищем лифт - не на горбу же оборудование вниз носили...
  
   Лифтов в незамеченном прежде тупичке оказалось два: пассажирский и грузовой. Вернее, не лифтов, а лифтовых шахт: сами кабины, если и сохранились, то находились далеко внизу. Неизвестные вредители постарались и здесь: тросы в обоих колодцах отсутствовали, равно как и технические лесенки: в стенах остались только дыры от кронштейнов.
   Зато перед проемом шахты пассажирского лифта лежал двухметровый отрезок швеллера с подвязанным тросиком - привет от Солдата, если судить по следам.
   - Оставлю-ка я винтовку тут, пожалуй... - Я снял СВД-шку и положил у стены. - Если общественность не возражает.
   - Не возражает, - откликнулся Кир. - Даже настаивает.
   - Жалко, однако. Хороший нструмент.
   - Не убивайся так. Общественность, если захочешь, достанет тебе другую игрушку. Не хуже этой.
   - Ладно. Не буду убиваться, - пообещал я. - Только кто ж тогда вниз полезет?
   - Угадай с одного раза, - предложил Кир, подходя к краю шахты.
   - Легко, - нахально заявил я - и отодвинул напарника в сторону.
  
   Спускаясь, я насчитал четыре двери, нижняя была пятой. Минус пятый уровень, до поверхности - около двадцати метров.
  В узком луче света трудно было разглядеть в деталях разгром, устроенный здесь Солдатом. Оставалось только догадываться о том, как все происходило. Скорее всего, Солдат залез в кабину через люк в потолке. То ли дверь кабины оказалась закрыта, то ли закрытой оказалась наружная дверь, но дальше ему пришлось воспользоваться взрывчаткой. Маловероятно, чтобы можно было так все разгромить, бросая сверху гранаты.
   Сняв калаш с предохранителя, я выбрался из шахты лифта в небольшой вестибюльчик. Темно и тихо. Вернувшись обратно, я два раза колыхнул волной тросик, и через пару минут Кир оказался рядом.
   В вестибюль сходились три коридора.
   - Откуда начнем? - спросил я шепотом. - Что думает общественность?
   - Общественность в затруднении.
   - Тогда по часовой стрелке, - предложил я. - Неоригинально, зато надежно.
   Я поправил обруч с фонариком и пошагал в левый коридор.
   - Не так резко, Серый, - шепнул Кир, притормаживая меня за плечо. - Не забывай, здесь тоже Зона. И аномалии, соответственно. - Он подвинул меня в сторону и медленно, совсем не так, как наверху, пошел вперед.
   Работать в узких местах в группе, не слаженной длительными тренировками, - хуже нет.
   - Слышь, Кир, - наконец не выдержал я, - давай двигаться, как тогда, у моста. Держись поближе к правой стене, а я возьму левую сторону... Если что, сразу на колено опускайся, а то как бы мне тебя не зацепить.
   Кир, не отвечая, сместился вправо, и мне стало поспокойнее.
   Метров через десять Кир остановился:
   - Дальше не пройти. "Шокер". - Он помолчал с полминуты. - А может, и "Электра".
   - Нихрена не вижу, - признался я.
   - А ты выключи фонарик, - сказал Кир и щелкнул кнопкой на своем шлеме.
   Я последовал примеру напарника... и в наступившей темноте заметил впереди тонюсенькую фиолетовую молнию.
   - Ну ты и глазастый!
   - Не в этом дело, Серый... Встань рядом.
   Я сделал пару шагов и уткнулся в плечо Кира.
   - А теперь прислушайся... И принюхайся...
   И действительно... Через пару секунд я различил еле слышное потрескивание электрического разряда и едва уловимый запах озона. Если бы я шел впереди, и обычным шагом, то наверняка не успел бы среагировать.
   - Ты сказал - "Шокер" или "Электра"... В чем разница? - поинтересовался я.
   - После "Шокера", бывает, выживают... если повезет вовремя отскочить. А "Электра" - это, считай, как электрический стул. Стопроцентная гарантия.
   Я поднял автомат. В мутной зелени ночника разряд был почти незаметен. Устроилась аномалия практически посередине коридора, метрах в двух от его конца. Дальше просматривалось обширное помещение. Столы в два ряда, тарелки, стаканы...
   - А по стеночке протиснуться? Никак? - спросил я машинально: когда речь идет о безопасности, лишней информации не бывает.
   - "Протиснуться" - это когда до аномалии не меньше полутора метров. А тут и метра нет. Да и не нужно нам туда... Если мы не можем пройти, значит, и Солдат не мог. Так что...
   Мы включили фонарики и двинулись обратно к лифту.
   - Эй! Кто тут? Помогите!
   Голос был слабый. Зов шел со стороны столовой.
   Мы развернулись.
   - Ты кто? - тихо спросил Кир, и мне показалось, что напарник испуган.
   - Кузьма я. Помогите христа ради. У меня нога сломана.
   Голос звучал жалобно и тоскливо.
   - Тут аномалия посреди коридора, - все так же тихо сказал Кир. - Не пройти.
   - Наверху в стене воздуховод. За решеткой.
   Я огляделся. Действительно, чуть дальше слева в стене была решетка. Если рюкзак снять, пролезть можно, пожалуй.
   - Кир, есть что-нибудь подходящее, решетку сковырнуть? Жалко нож уродовать.
   Напарник молчал.
   Что за хрень! Оглох он, что ли?
   - Слушай, Серый... - торопливо зашептал Кир, прежде чем я успел повторить вопрос. - Это может быть ловушка. Помнишь, мы говорили о бюрерах? Они, по слухам, вот так и заманивают: то ранеными скажутся, то еще что-нибудь в этом роде.
   - Да ты что, Кир! Какой, нахрен, бюрер! Ты что, не слышал? Человеку помощь нужна!
   - Да слышал я! Только... - Кир замялся, шумно вздохнул, и наконец сказал: - Ладно... - Он снял рюкзак, порылся и достал небольшую фомку. Инструмент был на удивление легкий, видимо, из какого-то титанового сплава.
   Освободившись от рюкзака, я в два движения сковырнул решетку и, вернув фомку Киру, снял с шеи калаш:
   - Держи. Мне и "стечкина" хватит, если что.
   - Ты совсем псих, Серый?! - Кир уже не шептал, а говорил чуть не в полный голос. - Нельзя здесь без автомата! Пропадешь! Поверь старому!
   Подтянувшись, я влез в короб и протянул руку назад:
   - Ладно, давай... старый.
   Кир сунул мне в руку автомат, и я пополз... Поворот направо, к столовой, - вернее даже, не поворот, а ответвление, - оказался совсем недалеко, метрах в трех. Дальше, метрах в шести, высветилась выходная решетка. Каблуком я бы ее вышиб как нечего делать, но - увы. Пришлось вышибать ладонью. Подхватить решетку мне не удалось, и она с грохотом - упс! прощай, конспирация! - свалилась на пол.
   - Тут я! Туточки! - донесся непонятно откуда слабый голос.
   Подтянув автомат, я приподнялся на локтях и огляделся.
   Справа, в дальнем конце столовой, луч фонаря высветил темный прямоугольник - продолжение коридора. Слева, за невысокой перегородкой, блеснул металлом длинный стол - видимо, кухонный.
   Я свесился по пояс и, немного поерзав, мягко вывалился наружу.
   - Сюда! - вновь раздался голос.
   Поднявшись, я повесил автомат на шею и выключил предохранитель. Затем медленно обошел перегородку.
  
  
Глава 9
  
   Сидевший на полу мужичонка в черном пальто и кепке вскинул руку, прикрывая глаза от света.
   - Я уж думал - помру тут совсем, - сказал он все тем же жалобным голосом, не опуская руки - до черноты грязной, в потеках и пятнах запекшейся крови.
   Он сидел, откинувшись на перегородку. На полу вокруг - темная, отсвечивающая багровым лужица. Торчащая из неровно обрезанной штанины левая нога неестественно вывернута в двух местах - в колене и в середине голени, мышцы икры разодраны. Штанину мужик, видимо, пустил на перевязку - бедро над коленом замотано тряпками и стянуто узким брючным ремнем.
   - Давно сидишь, Кузьма?
   - Не знаю... Часа два... может - три.
   - Нога-то как? Болит? - спросил я, соображая из чего бы сотворить лубок.
   - Сейчас поменьше... - Он опустил руку на повязку. - Колено вот только... страсть как болит, двинуться невозможно.
   Мда-а... Из стульев, что ли, лубок сделать? Хотя, какой, к чертям, лубок... с лубком я его через короб не протащу. А медлить нельзя... Нельзя медлить... Два часа уже... Без ноги мужик может остаться.
   Я достал из внутреннего кармана аптечку и вынул шприц-тюбик с промедолом. Присел и воткнул иглу чуть ниже перетяжки. В отсутствие кровотока подействует, скорее всего, слабо. Но все же лучше, чем ничего.
   - Кто тебя так? - спросил я, прикидывая, как буду засовывать его в короб.
   - Прыгуны, едрит их налево... - Он еще больше нахлобучил кепку и опустил на глаза козырек. - Яшу убили... а я мертвым притворился... а потом уполз.
   - И где они, прыгуны эти?
   - А кто ж их знает? Может, к себе упрыгали... а может, по коридорам бродют... - Он глянул из-под козырька. - Ты ж не бросишь меня тут? А?
   - Не брошу, не переживай...
   Я вернулся в зал и из трех столов соорудил помост под дырой в стене.
   - Эй, Серый! Ну что там? - раздался из коридора обеспокоенный голос Кира.
   Я выглянул за угол - разряд, потрескивая, плясал метрах в двух. За ним, еще в паре метров, топтался напарник.
   - У мужика нога сломана. Говорит - прыгуны. Два или три часа назад. Сейчас буду вытаскивать.
   Оглянувшись на помост, я вспомнил про лубок.
   - Кир, у меня в рюкзаке тросик... Отрежь метра полтора.
  
   - Придется тебе потерпеть, Кузьма, - сказал я, вернувшись обратно.
   Располовинив тросик, я подвязал сломанную ногу к здоровой - сначала в колене (мужичок дернулся от боли, но не закричал), затем в лодыжке. Подхватил страдальца на руки и отнес к помосту. Уложив мужика на верхний стол, забрался туда сам и приступил к цирковому номеру, состоящему в том, чтобы забраться в дыру короба - метром выше - ногами вперед и не перевернуть при этом стол с пациентом.
   Когда Кузьма оказался уже в трубе, из столовой донесся шум - похоже, там уронили стул.
   - Не поднимайся, Кузьма, - шепнул я и придавил его голову вниз. Снял калаш с предохранителя и поднялся на локтях.
   Застучал автомат Кира - две короткие по три и пятерка.
   На выходе короба мелькнула тень, и я нажал на спуск. В узком пространстве очередь прозвучала оглушительно. В нос ударил едкий запах сгоревшего пороха, перебивший вонь, исходящую от моего подопечного.
   Наступила тишина.
   - Кир, ты как? - крикнул я. - Живой?
   - Живой. Давай быстрее, пока еще не набежали.
   Я ухватил Кузьму за воротник пальто и пополз уже не очень заботясь о его удобстве.
   Перед поворотом я остановился чуток передохнуть.
   - Как считаешь, Кузьма, ползать ногами вперед - хорошая примета?
   Не то чтобы меня интересовало его мнение - просто хотелось убедиться, что мужик не откинулся.
   - Чего?
   - Ничего. Это я так...
   Поворот дался на удивление легко, и вскоре я почувствовал, что ноги повисли в пустоте. Я подтащил Кузьму поближе и вылез из воздуховода.
   Кир на мгновение обернулся:
   - Ну, что?
   У его ног лежало скрюченное тело в зеленом комбезе и с противогазом на голове. Еще один прыгун распластался возле пляшущей молнии.
   Я вытянул Кузьму из короба и посадил на пол, спиной к стене.
   - На Янтарь его надо, в санчасть.
   - Не надо в санчасть, - вскинулся Кузьма. - Мне домой надо. Дома у меня лечилка есть.
   - И в какой гостинице ты остановился? - поинтересовался я. - Может, такси вызовем?
   - Ладно насмехаться-то, - обиженно сказал Кузьма. - Я туточки живу. Близко.
   - Кузьма! Слушай сюда! - Я наклонился к мужику. - Ногу ты пережал два часа назад. Если тебя не отнести к врачам - загнешься от гангрены. Понимаешь, нет?
   - И ничего не загнусь, - запротестовал мужик. - Я ж говорю - у меня дома лечилка есть. Первый раз, что ли?
   Я оглянулся на Кира - напарник стоял, не отрывая глаз от дальнего, за столовой, конца коридора. И молчал.
   Я вновь повернулся к мужику:
   - Ну, и где ты живешь, Монте-Кристо?
   - Так я ж и говорю - тута рядышком. В другом коридоре, за лифтом, - зачастил Кузьма. - Отнеси, а? Тут недалеко.
   Разбираться было некогда. С другой стороны - все равно к лифтам возвращаться.
   Я надел рюкзак, повесил калаш на плечо, чтоб под рукой, и, взяв Кузьму в охапку, позвал:
   - Пошли, Кир.
  
   В лифтовой Кузьма вдруг дернулся:
   - Слышь, мужик... Может, свет включишь? Вам потом способнее идти будет... И прыгунов, если объявятся, заметить легче.
   Мда-а... Час от часу, что называется...
   - Ну, давай, родной, не томи, - подбодрил я Кузьму, - где твои прожектора? Показывай.
   Коробка с рубильником обнаружилась в начале среднего коридора, на стене. Я поднял рычажок, и под подолком зажглись лампы в решетчатых колпаках. Слабенькие, ватт по пятнадцать - видимо, аварийное освещение, от аккумуляторов.
   - Нам туда. - Кузьма указал на дальний коридор.
   Мы прошли метров десять, свернули налево и оказались перед тяжелой стальной дверью со штурвалом. Кузьма стукнул по двери кулаком, и секунд через пять колесо пришло в движение. Затем дверь открылась. Сама собой - за ней никого не было.
   Я перешагнул порожек - и остановился в изумлении.
   Справа у стены на полу сидели, съежившись, три копии Кузьмы - такие же маленькие и замурзанные, в таких же черных пальто и кепках, разве что у этих штаны были целыми. Но еще больше изумлял висящий под потолком крюк - огромный и тяжеленный. Такой крюк привычно видеть на тросе под стрелой экскаватора. Но здесь! И дело было не столько в крюке, сколько в том, что висел он ни на чем. Висел сам по себе.
   - Бюреры! - выдохнул за спиной Кир.
   - И никакие не бюргеры, - заволновался Кузьма. - Ты чего, мужик! Какой я тебе бюргер? Я всю жизнь в Припяти прожил.
   - Так! Тихо! - приказал я, и шагнул в комнату. - Кир, заходи. А ты, Кузьма, вели им дверь запереть, пока нас тут прыгуны не накрыли.
   Кузьма неразборчиво пробормотал что-то, и дверь неспешно затворилась, подтолкнув остановившегося на пороге Кира. Штурвал крутанулся на полтора оборота и застыл.
   - А теперь пусть крюк опустят, пока не уронили, - мягко посоветовал я.
   Крюк с грохотом упал на пол. Будто невидимый трос оборвался.
  Я одобрительно кивнул.
  Помещение смахивало на комнату в общаге: восемь железных кроватей - по четыре справа и слева, тумбочки, в середине - длинный, обставленный табуретами стол с мисками и кружками. В углу - несколько больших серых ящиков. На одном из них сверкал нержавейкой электрический чайник фирмы "BОSCH".
   Я уложил Кузьму на кровать.
   - Значитца, так, Кузьма... Сейчас я твою рану промою и почищу, а дальше - ставь свою лечилку. Лады? - Мне уже было понятно, о какой "лечилке" он толковал.
   - Лады, мужик... Только эта... не надо чистить, оно все само очистится... Ты только грязь смой водичкой. И все. - Он кивнул на кровать в дальнем углу. - Там в уголку коробка железная. В тумбочке.
   В тумбе, как я и предполагал, оказался пенал. Открыв крышку, я присвистнул - внутри лежали три "ломтя" и еще пять незнакомых мне артефактов.
   Я положил коробку на стол:
   - Глянь-ка, Кир. Выходит, мы с тобой на миллионера наткнулись. Корейко во плоти, так сказать.
   - Какая еще корейка? - опять заволновался Кузьма. - Это не корейка, это лечилка. Не видали никогда, что ли?
   - Видали, видали... Лежи спокойно.
   Кир обогнул стол и сел в дальнем его конце, чтобы видеть всю комнату; покосившись на артефакты, мотнул головой:
   - Однако!
   И опять замолчал.
   Я достал из рюкзака бутылку с водой, бинт...
   - Слышь, Кузьма... - Я снял с его ног веревки, намочил кусок бинта и принялся смывать грязь вокруг раны. - Скажи своим, чтоб не боялись... И пусть чайку сообразят, что ли...
   Кузьма приподнялся на локте и указал мужикам на чайник. Один из них поднялся и, сняв крышку с ящика, достал трехлитровую бутылку с водой и занялся по хозяйству.
   Очистив рану, я как мог аккуратно сложил порванную мышцу, наложил сверху артефакт и замотал все бинтом. Затем взял с соседней койки подушку и, согнув вдвое, подсунул под колено. Глянул на Кира - сюда тоже класть?
   - Не надо. Одного достаточно. - Кир немного подумал. - Только ремень лучше снимать не сейчас, а через полчасика. Пусть сначала затянется.
   - Это да, это правильно, - закивал Кузьма. - Сначала затянуться должно. - Он посмотрел на меня и в первый раз за все время улыбнулся щербатым ртом. - Спасибо, мужик... как звать-то тебя? Чтоб знать, за кого свечку ставить.
   - Серый меня звать. - Я сполоснул руки. - Ну что, будем обедать? Тебе сейчас поесть надо, лучше чего-нибудь мясного, и чаю крепкого с сахаром. Да и нам не помешало бы, заодно уж.
   - Щас сделаем! - Кузьма помахал рукой, привлекая внимание мужиков, и громко произнес: - Ням-ням.
   Один из них кивнул и принялся доставать из ящика банки консервов и плитки шоколада. Когда я подошел, чтобы заняться банками, он слегка отшатнулся и, глянув на меня с опаской, вернулся на прежнее место.
   - А чего они такие пугливые? - спосил я, открывая банки - в них оказались консервированные сосиски. Баварские. Я взглянул на шоколад - производитель "Duk d'O". Бельгия. Не слабо, однако! - Кучеряво живешь, Кузьма. Где отовариваешься?
   Кузьма довольно заулыбался:
   - Да туточки рядышком. База в котловане. Вы ведь оттудова пришли? Ихняя провизия, бывает, что и во дворе лежит. Ну, пока внутрь не затащут. Вот мои ребятушки и сделали дырку под забором. Подкоп, значит. Ничо... у тех, у военных-то, не убудет. У них полно всего, а нам много не надо. - Он помолчал. - А то, что пугливые... Так они ж людей-то не просто так ведь боятся. Нас ведь чуть кто увидит, так сразу и стрелять начинает... - Он перевел взгляд на Кира и, мне показалось, хотел что-то сказать, но передумал. Потом продолжил: -Я их научил некоторым словам, вроде "Солдат, не стреляй!" - так еще хуже стало. Вот и боятся.
   Я поставил возле кровати Кузьмы табуретку, положил туда банку с сосисками и плитку шоколада. Заложил в кружку три пакетика с чаем и восемь кусков сахара, залил кипятком. Положил рядом вилку и ложку. Все, вроде бы. Теперь можно и присесть.
   Утолив первый голод (сосиски оказались просто изумительными, даже Кир выглядел уже не таким мрачным), я повернулся к Кузьме:
   - А теперь, друг любезный, расскажи-ка нам все с самого начала. Как ты здесь оказался, кто эти мужички, ну, и все такое... Если не секрет, конечно.
   Кузьма неторопливо доел последнюю сосиску, после чего шумно и с удовольствием выпил сок из банки.
   - А какой тут секрет? Нету никакого секрета.
   Ему определенно нравилось быть в центре внимания. Интересно, когда он в последний раз с кем-то разговаривал? Если не считать этих близнецов.
   Рассказ обещал быть длинным, и я подумал, что сначала надо бы о насущном.
   - Только прежде скажи нам, Кузьма, что тут сегодня стряслось. Мы, видишь ли, приятеля ищем. Несколько часов назад слышали его через приемник, а потом звук пропал. Не знаешь, что с ним случилось?
   - Знаю. - Кузьма взял кружку, подул на чай и снова поставил кружку на табурет. - Нету его больше, приятеля вашего.
   - Прыгуны?
   - Не... Он сам.
   - Что - сам? Кузьма, говори яснее.
   - Так я ж и говорю - застрелился он. В смысле - Сема его застрелил... Ну, то есть велел застрелиться.
   - Какой, нахрен, Сема? Ты что несешь, Кузьма!
   - Ничего я не несу... - обиженно пробурчал он. - Сам-то я не видел, мне Семен сказал. Ему-то зачем врать... А тело я видел, да... Крупный такой мужик. И дырка в голове. Вот тут. - И Кузьма приставил грязный палец к правому виску.
   Я обернулся к Киру.
   Напарник поднял на меня глаза и очень медленно и почти беззвучно, словно ему было трудно говорить, сказал что-то - и я скорее догадался, чем услышал произнесенное им слово - "Контролер".
  
   По спине пробежал холодок, и в голове будто чей-то голос сказал с насмешкой: "Что, испугался?"
   Я поежился. Ерунда какая-то! Бред!
   - Кузьма! Давай по порядку, - сказал я. - А то это больше на бред смахивает.
   - Так я и рассказываю, - по-прежнему обиженно сказал он, - а ты меня только сбиваешь.
   - Ладно, больше не буду, - пообещал я. - Говори.
   - Ну, так эта... - И он замолчал в растерянности. - О чем это я? Совсем памяти не стало, едрит ее... Ах, да! Приятель ваш! Ну, так вот... Мы с ребятушками завтракать как раз сели. Вдруг слышим - стрельба началась. Да надолго так... А это ведь что значит-то - если надолго? А это значит, что опять какие-то военные пришли... да и попали на прыгунов. Потревожили их, значит. К нам-то прыгуны не лезут, знают, что по мордам получат... да... А военные для них - ежли один или двое - самая добыча. Но этот мужик, видно, крепкий попался. Долго стрелял. Не знаю, как там у них вышло, но похоже, прыгуны мужика от колодца отрезали и он стал другой путь выискивать. И ненароком к Семену забрел, на верхний этаж. Ему бы сбечь оттудова подобру-поздорову, а он, вишь, стрелять стал... Это мне Семен сказал. Потом уже.
   Кузьма опять замолчал, потеряв, повидимому, нить рассказа. Я терпеливо ждал.
   - Ну, значит, эта... когда она закончилась, стрельба-то, я с одним из ребятушек поглядеть пошел... Надо было двоих взять, да недотумкал я, дурак старый. Ну, прошли по этажам... Штук восемь прыгунов этот мужик положил, не меньше... да... И электричество зачем-то отключил. И зачем отключил, спрашивается? Мешало оно ему?! Приходят тут всякие и командовать начинают... Хорошо, мы с ребятушками в темноте видим... не так, как на свету, конечно, но все ж лбом в стены не тычемся. И чем ему свет помешал, дуболому? Не выключил бы - может, и живым бы остался... да... Ну, а как до Семы дошли, глядим - мужик этот лежит. Семен сказал, что пытался его остановить, а тот ни в какую - сначала из автомата палил, потом гранату бросил. Гранату Семен, конечно, откинул, - но осерчал... Ну, и... того, значит... приказал мужику застрелиться.
   Кузьма взял кружку и стал прихлебывать остывший чай.
   Картина более-менее вырисовывалась, если не считать пары деталей, о которых Кузьма знать не мог.
   - Ясно... А ногу тебе когда покалечили?
   - Это уже на обратном пути... - Поставив кружку, Кузьма взял плитку шоколада. - Я-то посчитал, что упрыгали они... ну, которые уцелевшие... Ан нет... Два из тех, что колодец стерегли, возле столовой притаились. Одного, который мне в ногу вцепился, Яша об стену шмякнул, головой... только другой-то за горло его ухватил, да и порвал в один момент. И утащил... Ну, я выждал маленько, потом на кухню пополз.
   Кузьма помолчал немного в ожидании вопросов, и принялся за шоколад - медленно и осторожно, откусывая маленькими кусочками: видимо, с зубами у него было совсем плохо.
   - Ладно, Кузьма... Давай-ка мы ремень снимем... наверное, уже можно. - Я снял с его ноги ремень и размотал тряпки. Кожа под ними была синюшного цвета. - Помассируй... только осторожно... И молись, чтоб твоя лечилка сработала.
   - Сработает! Не впервой! - бодро отозвался Кузьма и принялся разминать бедро. - Меня уж и подстреливали, и ломали - и ничо, живой!
   Прошло несколько минут - бинт оставался белым. Похоже, Кир не преувеличивал возможности артефакта.
   - Что будем делать? - спросил я, обернувшись к напарнику. - Пойдем посмотрим? Или как?
   - Пойдем, - чуть помолчав, сказал Кир.
   Выглядел он спокойным и сосредоточенным. Мда-а... Хотел бы я знать, о чем он сейчас думает. Честно говоря, я не рассчитывал, что он согласится. Солдата нет - стало быть, и долг закрыт. И можно вернуться, не нарываясь на неприятности. Что же до меня, то мне не давала покоя одна мыслишка - взять у Солдата подшлемник. Если защита от психополя сработала здесь, то подшлемник может пригодиться и в будущем, в дальнейших поисках журналистов. Если, конечно, он не находился на голове Солдата в момент самоубийства. Могло быть по-всякому. Солдат сообщил на базу, что отключил установку. Я бы на его месте наверняка попробовал снять подшлемник, чтобы убедиться, что излучения нет. Допустим, Солдат так и поступил. Но что он сделал дальше - убрал подшлемник в рюкзак или снова надел? Если надел, то почему поддался внушению при встрече с Контролером? Разная природа воздействия?
   - Кузьма, как полагаешь - не прибьет нас твой приятель? - поинтересовался я.
   - А я с вами Яшу пошлю... - заулыбался Кузьма. - Тогда точно не прибьет. Опять же - не заблудитесь.
   - Яшу? Ты же сказал, он погиб!
   - Так эта... Они ведь все Яши. Ты что, не понял? Все - Яши, потому что они - это я.
   Нет, это просто дурдом какой-то!
   - Ладно. Тогда командуй. - Я встал и надел рюкзак.
   Кузьма поманил рукой одного из мужичков, и когда тот приблизился, показал на меня и громко сказал: "Хороший!", показал на Кира и повторил: "Хороший". Потом указал на дверь и сказал: "Идти. К Семену".
   Мужичок кивнул, колесо на двери завертелось, и она распахнулась.
   - Вы за Яшей приглядывайте, мужики! - сказал Кузьма.
   - Не беспокойся. Вернем в целости и сохранности, - пообещал я. - Отдыхай пока.
   Мы вышли из комнаты, и дверь тотчас закрылась.
  
  
Глава 10
  
   В вестибюле мы вслед за Яшей свернули направо, в центральный коридор. Двери в комнаты с обеих сторон были открыты настежь, и свет фонарей выхватывал из темноты лабораторные столы с приборами, стеллажи с оборудованием, белые халаты на вешалках... Никаких следов поспешной эвакуации, как наверху, - похоже, здесь работали до последнего.
   Коридор закончился огромным, во все пять подземных этажей, круглым залом, в середине которого высилась махина какой-то установки - вертикально стоящий, опутанный змеевиками труб цилиндр и над ним - высоко наверху, на уровне примерно третьего этажа - гигантских размеров шар. Невысокая загородка из пластиковых щитов тянулась по периметру зала, оставляя пару метров для прохода вдоль стены. Свет ламп аварийного освещения - здесь они были расположены на стенах - не доставал до конструкции в центре, и ее более мелкие детали оставались неразличимыми.
   - Интересно, чем они тут занимались? - приостановившись, спросил я Кира.
   Он пожал плечами:
   - Мне-то откуда знать. Хотя... Видел я когда-то в интернете фотографию экспериментальной установки для изучения гравитации... В общем - похоже. Только там вся конструкция размещалась на столе.
   Впереди показалась трехмаршевая металлическая лестница на второй этаж. За ней, в нескольких метрах, лежали трупы двух прыгунов. Мне хотелось взглянуть на них поближе, но наш провожатый уже ступил на лестницу, и оставить его без прикрытия я не решился. И хорошо сделал! Едва я поднялся на первую площадку, как раздался гортанный крик Яши: "Пры-ы! Пры-ы!" Мельком глянув на Яшу - он стоял, обернувшись к залу и угрожающе выставив перед собой согнутые в локтях руки - я развернулся и вскинул автомат.
   Прыгунов было трое. Двое появились из темноты слева от цилиндра и теперь, по-лягушачьи припадая на руки, быстро, в прискочку двигались к лестнице. Третьего, длинными прыжками огибавшего зал по коридору между стеной и ограждением, готовился принять Кир - он уже выцеливал прыгуна, дожидаясь, видимо, сокращения дистанции, и я сосредоточился на первых двух.
   Поймав ближнего прыгуна в перекрестие прицела, я нажал на спуск. И опоздал - на долю секунды, но опоздал! Словно подброшенный катапультой, снорк взмыл в воздух... Оторвавшись от ПНВ, я поднял автомат и, навскидку, выпустил в летящую мишень длинную очередь. Внизу застучал автомат Кира, и зал наполнился жутким грохотом. Уже зная, чувствуя, что попал, я перенес огонь на второго снорка. В то же мгновение над ухом у меня раздался короткий визг, тело подстреленного прыгуна дернулось в полете, будто по нему ударили кувалдой, и рухнуло на ограждение площадки. Второй клиент прыгнуть так и не успел - и остался лежать метрах в пяти за барьером. Вся стычка продолжалась от силы пятнадцать секунд.
   - Ну и как тебе? - спросил Кир, подходя к лестнице. - Представляешь теперь, как оно бывает, когда ты один, а снорков хотя бы трое или четверо? А Солдат ведь, по словам Кузьмы, восьмерых положил.
   - Да, видно, силен был мужик, - сказал я. Что я мог еще сказать? Что нехрен было лезть сюда в одиночку? Что напрасно пытался при встрече с контролером все решить силой?
   Я снял с поручня тело снорка и опустил на площадку. Нижняя часть маски, как и говорил Кир, была задрана к носу, и обрывок шланга напоминал бы смешной хоботок слоненка, если бы не трехсантиметровой длины зубы, вернее - клыки, торчащие из открытой пасти существа. Я попытался снять маску, но она будто приросла к скулам снорка.
   - Напрасный труд, - глядя на мои потуги, сказал Кир. - И до тебя находились желающие на его физиономию посмотреть. Да только оказалось, что маску можно снять разве что вместе с кожей.
  
   На втором этаже, кроме трупов еще двух прыгунов, ничего интересного не оказалось. Зато недалеко от лестницы между третьим и четвертым этажами я заприметил красивый, похожий на мандарин артефакт, вроде тех, что попались нам в туннеле по пути на Янтарь.
   - "Огненный шар". Помогает при укусах, - прокомментировал Кир. - Возьми, может пригодиться. Только осторожно: обычно они возле "жарок" образуются.
   И действительно, едва я подошел к артефакту, как в паре метров дальше раздался хлопок и зашипела синим пламенем невидимая горелка. В лицо полыхнуло нестерпимым жаром, и я отскочил.
   - Ы-ыы, - засмеялся Яша, приседая и хлопая себя ладонями по ляжкам. - Ы-ыы.
   - Не так нахально, Серый! Поаккуратнее надо, не грибы собираешь, - укоризненно сказал Кир. Забрал у меня пенал и, выждав, когда "жарка" погаснет, присел, протянул руку с пеналом и подцепил артефакт. - Вот, держи.
   При обходе четвертого яруса мы опять наткнулись на место стычки Солдата с прыгунами. Солдат, видимо, пытался укрыться в лаборатории - дверь была разнесена в щепки, а под выходящим в зал длинным проемом окна в груде битого стекла валялись три прыгуна. Похоже, здесь Солдат пользовался сорок пятым калибром, и головы снорков не разлетелись на куски только из-за резиновых масок.
   Посмотрев на оборудование на столах, я понял, что ошибся - это была не лаборатория, а пункт связи. Видимо, отсюда Солдат и передал последнее сообщение: на одном из столов лежала опрокинутая набок старая армейская рация. На полу, рядом, - труп прыгуна.
  
   Когда мы поднялись на пятый ярус, я остановился.
   - Кир, давай определимся... Мне нужен подшлемник Солдата. Мстить я не собираюсь: Солдат сам виноват. Так что никакой пальбы... Если несогласен - я пойду один.
   С минуту Кир молчал.
   - А если он и с нами так же? - наконец, произнес он, глянув на меня исподлобья.
   - Вряд ли... Но если вдруг... тогда другое дело.
   Кир кивнул, и мы пустились догонять Яшу.
  
   Тело Солдата лежало в самом начале выходящего в зал коридора. Это был действительно крупный мужик, из тех, о ком говорят - "шкафчик" или "амбал". Левая половина коротко стриженой головы отсутствовала, а оставшаяся ее часть выглядела так, будто кто-то, забавы ради, выложил на полу барельеф. Туго набитый рюкзак остался на спине покойного - видимо, контролера пожитки не интересовали. Рядом валялся и пистолет - Кольт .45
   - Сымон, - пролопотал Яша.
   Откуда появился контролер, я так и не понял, поскольку не переставал удерживать в поле зрения и ярус, и коридор. Еще секунду назад все было чисто, и все-таки он уже стоял здесь, в глубине коридора, метрах в шести от нас.
   Краем глаза я заметил, как рука Кира дернулась к калашу...
   - Стоять! - крикнул я и метнулся к напарнику...
   По счастью, Кир вовремя опомнился и опустил руку.
   - Вот именно. Иногда лучше стоять, чем лежать. - В голосе контролера звучала насмешка. - Фонари-то уберите, что ли...
   Прежде чем мы выключили фонари, я успел его разглядеть - высокий, худой, лысый, в сером комбезе и армейских ботинках - в общем, ничего необычного... Только вот голова выглядела как-то странно: верхняя ее часть, над висками, сильно раздавалась вширь. Из-за этого голова походила на грушу, серую, с красными прожилками грушу.
   - Что, нравится? - спросил он. Спросил вроде бы равнодушным тоном, но что-то в его голосе заставило меня вздрогнуть.
   - Так чего надо-то? Зачем пришли? - вновь спросил он, не дождавшись ответа на предыдущий вопрос. - И кто вы такие, собственно? Вот ты, например. - И он уставился на меня в упор.
   Сначала это было как легкое головокружение, потом я почувствовал, что меня словно затягивает в какую-то невидимую воронку, исходящую из его глаз... Я попытался встряхнуть головой, чтобы прогнать морок, - и не смог шевельнуться. В памяти замелькали обрывки чьих-то слов, какие-то картинки, следующие одна за другой - да так часто, что я даже не успевал их разглядеть. Ощущение было такое, будто я несся с гигантской горки в парке с аттракционами...
   Внезапно все прекратилось, и я услышал лениво брошенное: "Так... С тобой понятно", и, вспомнив свою реплику "Но если вдруг... тогда другое дело", понял сколь опрометчивым было мое суждение.
   - А вот это - правильно, - сказал Семен и засмеялся, негромко и незлобливо. Затем перевел взгляд на Кира. - А ты что за гусь?
   Несколько мгновений он молча вглядывался в Кира, потом снова засмеялся - на этот раз с издевкой:
   - Так-так... Хитрый, значит?.. Думаешь, от меня стишком можно закрыться? Да я тебя могу вскрыть, как...
   - Слышь, Семен... - перебил я. - Мы ведь с миром пришли... Если бы воевать собирались, взяли бы винтовку - она тут недалеко осталась - да и вмазали бы с той стороны зала.
   - Ну так и вмазали бы, - сказал он как-то безразлично и отрешенно, отворачиваясь от побледневшего Кира. - Или рыцарю в сверкающих доспехах, - он глянул на меня коротко и остро, - не с руки в гражданских стрелять? Или рыцарь уже позабыл, как это делается?
   В лицо будто опять плеснуло жаром горелки.
   - Гражданский с калашом - уже не гражданский. В меня стреляли - и я стрелял, - медленно, стараясь четко выговаривать слова непослушными вдруг губами, сказал я. - И ты не господь бог, чтобы меня судить.
   - Верно, не господь... Будь я боженькой, стер бы весь этот поганый мир к свиньям собачьим. Напрочь. Как неудавшийся эксперимент.
   - Не слишком? Насчет всего мира-то...
   - А это все - не слишком? - внезапно заорал он, взметнув кверху руки. - А это - не слишком? - И он с остервенением ударил себя кулаком по голове. - А это? - Он кивнул на перепуганного криком Яшу. - А психотронные генераторы, поднимающие покойников, - не слишком? - Он умолк, переводя дух, потом указал на отсвечивающий медью шар в зале. - А это как? Я ведь слышал ваш разговор о гравитационной установке. А если это правда и Второй Взрыв как раз из-за этой штуки и случился? Как тебе такая идея?
   - Я не знаю, Семен... Не знаю, - сказал я.
   - Ну да, конечно... Все как всегда... Ты не знаешь, я не знаю - никто не знает... а стало быть - никто и не виноват. Вранье! Кто-то знает... Какие-то мерзавцы все прекрасно знают! Знают - и молчат!
   Вспышка гнева сменилась апатией, он опустил руки, сгорбился - да так и остался стоять, глядя потухшим взглядом в пол.
   Продолжать разговор не хотелось. Я чувствовал себя усталым и опустошенным; казалось уже, что поход на Янтарь начался не этим утром, а месяц назад.
   Я присел возле Солдата и открыл рюкзак. Подшлемник - серая трикотажная шапочка, прошитая тонкой серебристой проволокой, с двумя плоскими коробочками из пластика - лежал сверху. Под ним - груда папок с документами. Забрав подшлемник, я посмотрел на Кира.
   - Что с бумагами будем делать?
   - За них неплохие деньги можно получить, Серый, - сказал Кир. - Очень неплохие.
   Семен, за спиной, фыркнул и громко сплюнул.
   Я задумался. Для кого, собственно, могли представлять интерес эти документы? Для Николая и Степана? Допустим... Но откуда у них такие деньги? Не может быть, чтобы Николай решился оплатить личный интерес деньгами компании - ему пришлось бы объясниться, и тогда документы стали бы собственностью его нанимателей - другими словами, стали бы собственностью неизвестно кого. Хочу я этого? Точно нет! С другой стороны, простачком Николай не казался... да и темнил он в истории с журналистами. Предположим, Николай имеет отношение к спецслужбам - украинским или российским... Их интерес понятен: во-первых - предотвращение утечки информации на Запад, во-вторых - получение результатов экспериментов. Гадать, почему документация осталась в институте, не имело смысла: тому могла быть масса самых разных причин. Если работает вариант "во-вторых" - тогда что? Тогда получение информации может ускорить воссоздание установок - где-нибудь под Харьковом или на Урале: люди, здесь работавшие, - они-то ведь остались. Живут где-то, детей растят, жизни радуются...
   - Знаешь, Кир... не хочется мне уносить отсюда это дерьмо, - сказал я.
   - Ну... давай здесь оставим... - недолго помолчав, отозвался он.
   - И оставлять не хочется... Мало ли кто еще сюда заявится.
   - Так что ты предлагаешь?
   - Давай похороним рюкзак вместе с Солдатом. В "жарке".
   Не дожидаясь ответа, я снял с Солдата калаш, двустволку и положил их рядом с кольтом. Затем мы с Киром подхватили Солдата подмышки.
   - Прощай, Семен, - сказал я.
   И мы поволокли тело к лестнице.
   - Прощай, - негромко донеслось в ответ.
  
   Когда мы вернулись в бункер, Кузьма спал.
   - Эй, Кузьма... - Я легонько похлопал его по плечу. - Извини, что тревожу...
   - А? Чего? - вскинулся он спросонок. - А-а, это ты... А Яша? - Он беспокойно оглянулся. - А-а... Вот и ладно. А я задремал тут маненько...
   - Как нога-то? Получше?
   - Да почти не болит уже.
   - Слушай, Кузьма... - Я присел на табурет возле койки. - Не расскажешь, как оказался здесь? Не хочется уходить, так ничего и не узнав: приятель-то твой неразговорчивым оказался.
   - Семен? Это да, не любит он с людьми говорить... Только ты не думай, он это не со зла, он и со мной иной раз... Голова у него сильно болит, когда люди рядом. А со своими, когда близко, так и совсем, говорит, спасу нет... Вот и живет один. Ребятушки ему продукты носют, он от прыгунов помогает оборониться... так и живем.
   - Понятно... Ну, а с тобой что стряслось?
   - Со мной-то? - Он почесал под кепкой. - Ну, могу рассказать, коли интересно. Я в Припяти на окраине жил... Работал тоже там, слесарем в автохозяйстве. Да... Когда оно рвануло, все туда и побегли скопом... посмотреть, значит. Ну, и я побёг... Глядим - а там уже оцепление вокруг и солдатики с автоматами стоят. И горит чего-то... Чего горит - не видно: далёко. Ну, стоим, значит... А тут снова - ка-ак шарахнет! Пыль столбом, ничего не видно... а в голове вдруг гудёж начался! И такой тут страх на меня напал - и сказать не могу. Вокруг все бегают, орут... солдатики автоматы побросали - и врассыпную, кто куда... А потом мне будто память отшибло. Когда в себя пришел, гляжу - никого вокруг. И куда я забёг - понять не могу... На другой день на это место наткнулся. Во дворе люк был открытый - я и спустился... отдохнуть, значит. Наверху-то оставаться уже страшно было: собаки появились... ну эти, слепые которые... А тут холодильник, еды полно... Через пару дён наверх поднялся, гляжу - мужичок идет, ну точь-в-точь я, как в зеркале, аж страшно сделалось. Тут две псины набежали... Так он их в момент порешил. Одну псину головой о стену шмякнул, а другую подбросил - и об асфальт. Потом гляжу - а он собачатину есть прилаживается. Кое-как уговорил его вниз спуститься, сахаром заманивал - сейчас даже вспомнить смешно. Ну, а потом и другие появились... Тогда и здание в котловане строить начали. Мы как-то раз попробовали туда сунуться - а они в нас из автоматов! Еле ноги унесли. Еще недели через две сюда мертвяки поперли, так что наверх и совсем уже боязно стало подниматься. В котлован за едой теперь через сточную трубу ходим. Как Семен говорит - грязно, но безопасно. - И Кузьма засмеялся.
   - Что дальше-то делать собираешься? - спросил я. - Может, прийти за тобой, когда ходить сможешь? Ты ведь богатый человек теперь, Кузьма. На одну твою лечилку, если продать, можно дом построить. Что скажешь?
   - Насчет лечилки не знал... А думать - думал... Только с ними-то как быть? - Он с тоской посмотрел на своих двойников. - Их ведь либо сразу убьют, либо докторам сдадут да в клетку посадют. А здесь оставить - так ведь снова одичают... Думаешь, почему твой приятель молчит да смотрит косо? Они ведь, когда дикие-то, небось, не только собачатиной кормились. Понимаешь, нет? Как же я их оставлю-то? Они ведь как дети малые. Нет, Серый... Спасибо тебе, конечно, за предложение... да только останусь я. А там уж как судьба.
   Я смотрел на него и думал о том, что всего за несколько лет этот мужичок такого навидался и натерпелся, что иному и на три жизни хватило бы. И не ожесточился, не озлобился...
   - Ладно, Кузьма... - Я поднялся и взял рюкзак. - Тогда пойдем мы... Выздоравливай.
   - Погодь, Серый! Возьми лечилку в подарок! Пригодится!
   - Это очень дорогой подарок, Кузьма...
   - Это он там дорогой. Мне, если надо будет, ребятушки еще принесут... Возьми, не обижай!
   - Спасибо, Кузьма! - Я переложил "ломоть" в свой пенал. - Прощай. Удачи тебе.
  
   Подъем с двадцатиметровой глубины оказался делом утомительным, несмотря на сделанные на веревке узлы. Отдышавшись, мы отправились на второй этаж, к окнам. То ли новые мертвяки не успели набежать после утренней зачистки, то ли это здание их больше не привлекало, но снаружи было чисто.
   Я присел на один из столов возле окна, снял винтовку, калаш и положил их рядом.
   - Кир! У меня к тебе вопрос... - сказал я. - Ты в каком ведомстве трудишься? СБ? Или ВР?
  
  
Глава 11
  
   Если вопрос и застал Кира врасплох, то внешне это никак не проявилось - он оставался спокойным и невозмутимым.
   - Давно догадался? - спросил он.
   - Сегодня. Слишком хорошо стреляешь для бывшего инженера или бухгалтера... И решения принимаешь быстро... Подготовка чувствуется.
   - И всего-то? - спросил он насмешливо. - В Зоне, Серый, учатся быстро.
   - Не гони, Кирилл... Чтобы так стрелять, надо не одну тысячу патронов спалить, - уж я-то знаю... И очень уж хотелось тебе документы забрать... Да и от Семена ты не просто так закрывался. Будь ты обычный сталкер, чего тебе скрывать-то? Так что - колись!
   - А иначе что? - по-прежнему насмешливо спросил он. - Допрос с пристрастием?
   - Можно и с пристрастием... Если здесь - могу спиртику предложить, если на базе, то блинчики с вишней. За мой счет.
   - Запомнил? - Он рассмеялся. - Ладно, Серый... На все вопросы ответить не обещаю, но - валяй, спрашивай.
   - Зачем вниз-то пошел? Из-за документов?
   - Нет, Серый. У меня действительно был должок перед Солдатом: как-то раз меня бандюки на болотах прижали... плотно так прижали, думал - все, хана. А тут Солдат... Вот и образовался должок. А документы - это уже так, по ходу... Не хотелось их там оставлять. Ну, а поскольку прямой задачи не было, то и твое решение меня устроило.
   - А насчет нашей с тобой встречи что скажешь?
   - В каком смысле?
   - Случайно или нет?
  Кир расхохотался.
   - Ну ты даешь, Серый! Случайно, конечно. Наоборот, это я тогда задумался... Сначала-то твоя история мне сомнительной показалась: идти на поиски одному, не зная Зоны - это, знаешь ли... На другой день попросил пробить - оказалось, правда.
   - Когда ж ты успел?
   - Да пока ты со Славиком беседовал.
   Выглядело правдоподобно.
   - Выходит, ночью по твою душу приходили?
   - Скорее всего - да. Кто-то понял, что историю с Федором я просто так не оставлю.
   - И что теперь с нашим партнерством? - спросил я. Ответ был предсказуем, но спросить все-таки следовало.
   - Так ничего ведь не изменилось, Серый. Ты ищешь журналистов, я - Крюгера. Совпадают они, дорожки наши. Да и надежнее вдвоем.
   - Ну что ж... Тогда пошли? - Я встал и забрал со стола оружие.
   - Не так быстро, партнер... Вряд ли у нас получится беспрепятственно вернуться на базу: гранатами Арчи мы могли воспользоваться, а могли и не воспользоваться...
   - Да понимаю я все, Кир! Или ты предлагаешь опять лезть вниз и ползти через канализацию? Типа - грязно, зато безопасно? Что-то мне такая перспектива не очень...
   - Тогда давай прикинем, где нас могут прищучить. Есть идеи?
   - Ну, при спуске, само собой... могут с крыши пальнуть. Или гранату бросить. За цистерной - тоже удобно подождать... Хотя, нет - тогда пришлось бы постоянно дергаться: вдруг мертвяки или снорки рядом окажутся. Нет, за цистерной - это вряд ли. С ангаром, из которого мертвяки шли, - то же самое. А вот за бензоколонкой - отличная позиция: и укрытие хорошее, и вокруг все просматривается, и ворота как на ладони. Дальше по дороге - уже маловероятно: там можно спрятаться только за углом ограды, на виду у охранников. Вряд ли нас станут убивать у них на глазах.
   - Согласен. - Кир кивнул. - Какие предложения?
   - Сначала надо с крышей подстраховаться. А там видно будет...
  
   С калашом наизготовку я соскользнул по тросику вниз и тут же опрокинулся на спину, подняв ствол к срезу крыши. Выждав десяток секунд, поднялся на ноги и махнул рукой Киру. Один за другим на землю шмякнулись два рюкзака. Затем в окне показался Кир. Когда он спустился, я сдернул тросик с рамы, и, забрав вещи, мы двинулись к лестнице на крышу. Скорее всего, там было пусто, но проверить не мешало. К тому же я никак не мог вспомнить, видна оттуда заправка или нет.
   Возле лестницы я оставил калаш Киру, забрал у него винтовку и полез наверх. До чего же я не люблю эти лазания по открытым лестницам! Высунув голову над парапетом, я осмотрелся - чисто! - и, шагнув на крышу, тут же улегся на бок. Когда неприятный зуд между лопаток прошел, я снял со спины винтовку и перевернулся на живот.
   Автозаправка - до нее было около двухсот метров - хорошо просматривалась над оградой комплекса. На шоссе возле ворот два ворона клевали трупы мертвяков.
   Я поднял винтовку и оглядел здание. Ни вокруг, ни в окнах ничего подозрительного.
   - Ну, что там? - раздался из ПДА голос Кира.
   - У ворот вроде бы чисто. Только давай не будем спешить, Кир...
   - Как скажешь, начальник! Тебе сверху виднее.
   - А что за стишок-то у тебя был? - спросил я в отместку, разглядывая разбитые окна автозаправки.
   - Стишок-то? - Он хмыкнул. - Хороший стишок. Длинный. Про попа и собаку. Не слыхал? Могу рассказать.
   - В другой раз как-нибудь расскажешь.
   - Почему это "как-нибудь"? - обиженно спросил Кир. - Я хорошо могу рассказать. С выражением. - И помолчав, добавил: - С неприличным.
   Внезапно обе птицы оторвались от кормежки, и, сделав несколько подскоков, поднялись на крылья, а еще через пару секунд я увидел того, кто их потревожил. Позади здания появился боец в сером комбезе. Мне он был виден по грудь. Вероятно, клиент вышел отлить. Я аккуратно прицелился в середину шлема и, задержав дыхание, мягко нажал на спуск. Приклад толкнул в плечо, картинка на миг сбилась, но я был уверен, что не промазал.
   - Чего шумим? - секунд через пять поинтересовался Кир.
   - Угадали мы с автозаправкой. Один клиент, думаю, готов.
   - А всего сколько?
  Сделав еще круг, вороны начали снижаться.
   - Не знаю. Думаю, где-то от одного до двух.
   - Полтора, что ли? - неуверенно спросил Кир, и я подумал, что из него мог бы получиться неплохой артист.
   - Ты майор, тебе виднее.
   Вороны сели и вновь занялись мертвяками. Никакого движения в окнах я так и не заметил.
   - С чего это ты решил, что я майор? - снова обиделся Кир.
   - С того! Слушай, Кир... Двигай налегке к воротам, а я пока подержу домик под прицелом. Из ворот не высовывайся, просто не давай сбежать. И по пути поглядывай: та аллея, по которой шли, отсюда не видна.
   - Понял, Серый, - уже серьезным тоном отозвался Кир.
   Через пару минут я увидел, как он подошел к воротам, глянул в щель между створкой и стеной и, обернувшись, махнул мне рукой. Я сунул ПДА в нагрудный карман и полез вниз.
  
   - Ну и как тут? - спросил, я подходя к воротам.
   - Тихо.
   Я опустил поклажу на асфальт. Достал из рюкзака "эфку" и сунул в карман.
   - Прикрой, Кир. - Я снял винтовку и взял калаш.
   Он кивнул, и я, пригнувшись, рванул через шоссе. Вороны захлопали крыльями и с хриплым карканьем взлетели над дорогой. Добежав, я прижался спиной к простенку между окнами и вынул гранату. Выдернул чеку и бросил "эфку" в левое окно, через плечо. Хлопок, внутри что-то звякнуло, и наступила тишина. Я осторожно заглянул в комнату - пусто. В другой комнате, с дверью на улицу, тоже никого не оказалось. На полу под окном валялись две смятые банки из-под пива и полдюжины сигаретных окурков. Я позвал Кира и уже не торопясь направился в обход дома.
   Клиент лежал в траве ничком, и носком ботинка я перевернул тело на спину. Лицо было сплошь залито кровью. На шее у покойника висел "Вал".
   - Да-а... - протянул Кир. - Нам бы не ругать Арчи, а благодарность вынести. Если б не история с гранатами, лежать нам вон с теми рядышком.
   - Вынесем, - сказал я. - С занесением.
  
   На обратном пути обошлось без приключений. Оставив в гостевой рюкзаки и оружие, мы отправились к Николаю. Посмотрев на наши с Киром физиономии, он понял, что чуда не произошло. Когда пришел Степан, я рассказал, что Солдат погиб, нарвавшись в подземельи на колонию снорков, а рюкзак с документами сгорел в "жарке" - видимо, случайно упал в нее с верхнего яруса. И выложил на стол черную от нагара пряжку рюкзака и подшлемник.
   - Николаша, мужикам за спуск причитается... - сказал Степан. И за подшлемник, кстати, тоже: труда на него ушло - вспомнить страшно.
   - Само собой. - Николай кивнул.
   Он достал из холодильника бутылку "Столичной", и мы помянули Солдата.
   - Ну что, Кир... Сходим к Арчи за костюмчиком? - предложил я после паузы.
   - Теперь уже не к Арчи, теперь там Джонсон всем заправляет, - сказал Николай.
   - Неужто проворовался толстяк? - Кир засмеялся.
   - Помер он. Врач сказал - остановка сердца. - Николай покачал головой. - Несчастливый какой-то день сегодня.
   Новость мне не понравилась. Розыск журналистов и сам по себе был непростой задачей, а тут еще и целый клубок каких-то непонятных шпионских историй. Если отдельные фрагменты головоломки - борьба за информацию из института и смерть Арчи - теперь как-то объяснялись, то ни странное поведение Крюгера, ни утреннее нападение на вертолет в общую картину по-прежнему не вписывались.
   - Давайте музычку, что ли, послушаем... - Я подошел к столу, включил приемник и пробежался по эфиру... Комната наполнилась звуком гитарных аккордов. "...Ты много на себя взяла... - раздался знакомый хриплый баритон. - Теперь расплачиваться поздно, посмотри на эти звезды..."
   Игнорируя удивленные взгляды, я вернулся к дивану и спросил Кира шепотом:
   - Как думаешь, здесь есть прослушка?
   Кир пожал плечами, затем достал из внутреннего кармана небольшой, похожий на мобильник приборчик и, вытянув из него короткий штырек, стал обходить помещение.
   "Гоп стоп, у нас пощады не проси..." - продолжал запугивать певец.
   Закончив обход, Кир вернулся и, сев рядом, прошептал:
   - Вроде бы чисто, но гарантировать нельзя. Бывают фокусы с периодической посылкой, пакетом.
   Жестом я попросил недоумевающих Николая и Степана взять стулья и сесть поближе. Когда они устроились, я рассказал о подаренных гранатах и засаде у ворот института. Затем настал мой черед спрашивать. Оказалось, что об установке с шаром ученые ничего не знали, их интересовал только излучатель, и скрывать полученную информацию они не собирались. Тем более что измерения для изготовления защитного подшлемника проводились вполне официально, в рамках утвержденной руководством программы по изучению влияния излучения на живые и неживые организмы.
   - Возможно, есть и кто-то третий. Какая-то третья сторона, - высказал я предположение.
   - Да, но зачем потребовалось убивать Арчи? - спросил Николай. - Ведь послали же наемника... Могли и двоих послать, нет?
   - Спасибо за доброту, Николай, - сказал я и, перебив его извинения, пояснил: - Послали столько, сколько нашлось. К тому же работал фактор времени. И если бы не глупая затея Арчи с гранатами, мы бы с Киром тут не сидели: из "Вала", да бронебойными, да на двадцати метрах - в общем, хватило бы и одного стрелка. Только наемник - он и есть наемник: заказчика он мог и не знать. И что с ним станется, заказчика вряд ли интересовало. А вот Арчи, видимо, другое дело. Мы бы с Киром его точно раскололи - база, там, или не база. Вот его на всякий случай и убрали.
   - И что теперь? - спросил Николай. Было видно, что ему не по себе.
   - Не торопись, это еще не все, - сказал я. - Сдается мне, кто-то и на тебя охотится.
   Не дожидаясь вопросов, я обернулся к Киру:
   - Помнишь, мы удивлялись, откуда у тех троих "стингер" взялся и что они вообще на станции делали?
   Кир кивнул, и я продолжил:
   - Наверняка их Арчи навел. Он же, небось, и стингером обеспечил. На базе Николая ликвидировать, видимо, не хотели, чтобы ненужной шумихи не было, - вот и устроили спектакль с нападением мародеров. Перед тем как я выстрелил в того, который впереди шел, он присел возле убитого в оранжевом комбезе. Тогда я не понял, что ему нужно, просто смотрю - он к шлему потянулся. А сейчас вдруг осенило: он ведь собирался с покойного шлем снять, для опознания. Гоняться за остальными эти ребята, скорее всего, и не собирались. Если бы покойником оказался Николай, они сразу бы и ушли... Ну, может, порылись бы немного в вертушке, для виду.
   - А почему именно Николай? - спросил Кир. Тон отдавал скепсисом, хотя я видел, или, лучше сказать - чувствовал, что напарник с моим выводом согласен.
   - Ну ты и фрукт, партнер! - сказал я с деланным возмущением. - Хорошо, давайте рассмотрим другие кандидатуры, недоверчивые вы мои. Пилота предлагаю в расчет не брать. Кто убитый? И чем занимается Анатоль?
   - Убитый работал механиком, - сказал Николай. - А Анатоль - инженер, занимается охранными системами и связью.
   - Думаю, Серый прав, - после недолгого молчания согласился Кир.
   - Но почему я? - патетически, забыв об осторожности, в полный голос воскликнул Николай, и мы с Киром расхохотались. Секундой позже к нам присоединился и Степан.
   - Извини, Николай! - пытаясь сдержать смех, выговорил Кир. - Очень уж забавно у тебя получилось. Как в кино. - Он повернул покрасневшее от смеха лицо к Степану и сказал: - А ты, Степа, напрасно смеешься. Не исключено, что и ты в списке числишься.
   Степан выпучил глаза - то ли от неожиданности, то ли от испуга - и мы с Киром вновь зашлись в хохоте.
   - Но, мужики... ей-богу, не понимаю, в чем дело! - сказал Николай, когда мы успокоились.
   - Подумай хорошенько, Николай! - сказал я. - Либо ты знаешь что-то очень важное, что хотят скрыть, не допустить разглашения, либо кто-то уверен, что ты знаешь это самое что-то очень важное. Подумай.
   - Да что тут думать! Не знаю я ничего такого.
   - А что за доклад ты собирался делать на симпозиуме? - спросил я.
   - Доклад как доклад. О морфологии фауны Зоны. Это уже третий... нет, четвертый доклад по этой тематике. Ничего секретного...
   - А Крюгер, когда ты с Еленой разговаривал, он что, при этом присутствовал?
   - Конечно... И он, и коллега Елены.
   - Ты говорил, они знали насчет мозгодробилки... Ты не пытался их отговорить?
   - Пытался, конечно... Но это надо знать Елену - упрямая, как не знаю кто... Ну, один подшлемник я ей дал на всякий случай. И предупредил, чтобы особенно на него не рассчитывала, поскольку излучение мозгодробилки не обязательно имеет те же параметры, что и здесь.
   - О подшлемнике ты нам не рассказывал, - заметил я.
   - Тогда как-то к слову не пришлось. Да и не думал, что вам это интересно. - Помолчав, он спросил: - Может, уйти нам со Степой отсюда по-тихому? Вы ведь проводите нас к "долговцам"?
   - Да это как раз не проблема, Николай! Проводим, конечно... Только дальше-то что?
   - Как - что? Найдем проводников - и домой. С администрацией фирмы, думаю, проблем не возникнет. Там ведь поймут, что если поднимут вопрос о выплате неустойки, то мы можем рассказать о подозрительных смертях. Зачем им это?
   Излагая свой план, Николай успокоился, а в конце даже хитро улыбнулся. А я смотрел на него и думал - вроде бы взрослый человек, ученый - и такую чушь мелет...
   - Совсем не обязательно бежать отсюда "по-тихому", Николай... Вы можете дождаться очередного рейса - второй атаки на вертолет наверняка не будет: слишком уж нахально. Так что ты можешь отправляться на свой симпозиум или куда там собирался. Только пойми одну вещь: тот, кто на тебя нацелился, не отступится, и до симпозиума ты не доживешь. Если тебе решили заткнуть рот - это будет сделано. Там это даже проще, чем здесь. На тебя наедет машина, или на улице ткнут булавкой, или зарежет в подворотне обалдевший от ломки нарк.
   Я посмотрел на побледневшее лицо Николая, в его запавшие вдруг глаза и почувствовал себя последней сволочью. Но дело следовало довести до конца, иначе мужики и впрямь могли рвануть по домам, и я продолжил:
   - То же самое и с побегом домой. Если ты предпочитаешь, чтобы все произошло не на рю де Камбон, а на какой-нибудь 3-ей Конноармейской, - тогда, конечно, лучше домой.
   - И что делать? - тихо спросил он.
   - Самое лучшее - оставаться здесь. Никаких симпозиумов, никаких журналистов... Просто продолжайте работать, как если бы ничего не случилось. Другого совета сейчас дать не могу, извини. Возможно, со временем что-то прояснится.
   Николай взглянул на Кира, и тот кивком подтвердил, что согласен с моим мнением.
   - Николай, у меня к тебе две просьбы... - перешел я к насущным делам. - Первая - договориться с новым каптенармусом насчет комбинезона, чтобы не послал он меня куда подальше. Вторая - мне бы приятелю позвонить надо.
   - С Джонсоном я уже говорил, а насчет позвонить - это без проблем: я предупрежу Анатоля. Прямо сейчас и идите - Кирилл знает куда.
   Улыбающийся француз встретил нас в коридоре и отвел в свои владения. Там он попросил дежурного пойти покурить и, взяв у меня мобильник, подцепил его шнуром к аппаратуре. После чего отошел в сторонку и деликатно отвернулся. Я набрал номер Егорыча...
   - Есть новости? - спросил я, не представляясь.
   - Нет. Как у тебя?
   - Нормально. До связи. - И я выключил мобильник.
   Выходит, Елена так и не объявилась... Ну что ж, отсутствие новостей - тоже неплохая новость.
   Джонсон, молодой рыжеватый парень в комбезе, на должность каптенармуса был назначен, видимо, временно и к новым обязанностям отнесся с удивительным пофигизмом: он просто снял замок с двери и, пригласив нас жестом в соседнюю комнату, указал на стеллаж с амуницией.
   С новым обмундированием мы с Киром вернулись в гостевую. Переодевшись и разложив вещи по карманам комбеза, я скатал старый костюм в рулон и кинул на кровать - глядишь, и пригодится какому-нибудь новичку.
   - Ну что, пойдем с мужиками попрощаемся? - спросил я, взглянув на часы.
   - Скажи уж - блинчики решил зажать! Думаешь, я забыл? - Кир неодобрительно покачал головой. - Жмот ты все-таки, Серый.
   - Напрасно обижаешь, начальник, - оскорбился я. - Я не жадный - я экономный!
  
  
Глава 12
  
   К вечеру погода испортилась. Поднявшийся ветер нагнал с юга, из-за котловины, облака, и буквально за несколько минут сумерки превратились в потемки: похоже, надвигалась нешуточная гроза. Мы ускорили шаг. Порыв ветра подхватил с асфальта сухие листья и погнал их ко входу в туннель, будто указывая дорогу. Наконец, за спиной раскатисто громыхнуло, и я почувствовал, как на лицо упали первые капли. Едва мы успели зайти в тоннель, хлынул ливень.
   - А могли бы в тепле вечерок провести, - сказал Кир, глядя на пенящиеся потоки воды снаружи, - за коньячком. - Он посмотрел на меня и засмеялся. - Шучу я... Хороший дождь - как раз то, что надо: ни собов, ни кровососов, ни бандюков.
   - Ни наемников с пушками, - продолжил я в тон.
   - Размечтался!.. Пойдем уж...
   Мы опустили стекла шлемов и двинулись гуськом - так же, как и утром, не торопясь, по центру, от опоры к опоре.
   На выходе из тоннеля остановились.
   - Интересно, почему никто не догадался поставить на них дворники, - проворчал Кир, вновь поднимая щиток..
   - С ручным приводом или от батарейки? - поинтересовался я.
   Я смотрел на Кира и размышлял над тем, что из рассказанного им правда, а что нет. Скорее всего, как это обычно и бывает с рассказами о самом себе, правда мешалась с полуправдой, а иногда и с ложью. О том, что в Зону он пришел из интереса, Кир, конечно, соврал: получил задание, вот и пришел. О том, что ему здесь нравится, - пожалуй, правда: иначе давно плюнул бы на все и отправился на пенсию, возраст позволял. Да и выражение лица утром, во дворике... да, нравится ему Зона, точно. Что еще? Наверняка одинокий: вспомнились слова: "...походишь-походишь дома, послоняешься из угла в угол - да и обратно сюда". Скорее всего - майор: был бы полканом, сидел бы в кабинете да чаи гонял. А раз до сих пор майор - стало быть, не любит начальство вылизывать. Что он здесь делает - вот вопрос! Если сбор документации не является, как он выразился, "прямой задачей" - тогда что?
   - Пошли, скоро дождь закончится, - внезапно сказал Кир, хотя лило по-прежнему как из ведра.
   Мы поднялись к станции и пошагали по гравию вдоль полотна. Вскоре показалась площадка со сбитой вертушкой; трупов уже не было - видимо, собы все подчистили. На этот раз обошлось без ползанья под вагонами: мы прошли немного дальше и, обогнув локомотив, направились к караульной вышке. Перед тем как зайти во двор автобазы Кир - он шел впереди - долго осматривал территорию в ПНВ. Затем, не оборачиваясь, сделал знак рукой - пойдем, мол.
   Во втором дворике, с вагончиком, процедура повторилась. Здесь тоже оказалось чисто. Чудеса, однако... Неужто отвязались?
   Возле блокпоста на территорию "Долга" было пусто. Лишь подойдя ближе, я увидел в проеме сарая прячущихся от дождя двух бойцов в черных полиэтиленовых накидках. Один из них вышел нам навстречу и посветил фонариком. Видимо, узнав Кира, молча развернулся и поспешил обратно в укрытие.
  
   На этот раз караул на втором этаже гостиницы нес небритый мужик лет сорока с красным, лоснящимся от мази лицом и забинтованными руками.
   - Привет, Мишаня, - поздоровался Кир. - Что, с "жаркой" поручкался?
   - С ней, будь она неладна!
   Мы прошли коридор и остановились перед дверью. Кир полез в карман за ключом, а я уставился на пол: из-под двери в коридор выступал узенький потек, выступал совсем немного, сантиметра на три, не больше.
   - Стой, Кир! - сказал я севшим вдруг голосом, когда напарник уже протянул руку с ключом к замочной скважине. - Гляди! - Я показал на потек. - Утром окно было закрыто - я с него броник снимал, так что хорошо помню.
   Чуть помедлив, Кир кивнул. Мы скинули рюкзаки и отправились обратно на улицу. Охранник проводил нас удивленным взглядом, но промолчал.
   Снаружи стало чуть светлее, гроза уходила на север, и ливень перешел в обычный мелкий дождик.
   Возле навеса у входа во двор бара мы остановились, Кир подставил руки, и я залез наверх.
   - Эй, вы чего тут? - раздался оклик.
   Я обернулся - к нам направлялись два долговца.
   - А-а... Это ты, Кир... - уже спокойно сказал окликнувший, опуская ствол. - Случилось что?
   - Да ключ где-то потерял... - досадливым тоном отозвался Кир. - А дома запасной лежит... вот и приходится, понимаешь...
   Патруль удалился
   Я подошел к окну. Стекло левой створки было аккуратно выдавлено; обломки лежали тут же, на полотне, составленном из ряда широких коричневых полос липучки. Я внимательно осмотрел подоконник, стол... Вроде бы - чисто. Распахнув обе створки, я спустился в комнату и подошел к двери.
   На правой боковине дверной коробки красовалась полоса пластита. Граммов около двухсот. Из сероватой массы торчал электрозапал, тут же были закреплены батарейка и контактная пара. Пластмассовая пластинка, вставленная между контактами, суровой ниткой подвязана к дверной ручке. Все, как говорится, простенько, но со вкусом.
   Я включил свет и аккуратно отсоединил батарейку.
   Зайдя в комнату, Кир с полминуты разглядывал подарок, затем подошел к окну. Посмотрел на обломки стекла и покачал головой.
   - Вот мерзавцы! Где ж я теперь новое-то возьму?
  
   Спустя полчаса мы уже сидели возле стола и ужинали. Пока я убирал с пола лужи, Кир раздобыл где-то лист фанеры, прикрыл окно, и теперь в комнате было относительно уютно.
   - Думаю, прав я был вчера... что-то с этим Крюгером нечисто, - сказал я. - Никакой он не похититель. Не стали бы из-за обычного похищения подключать ресурсы, которые по затратам могут превысить выкуп.
   - И кто тогда похититель?
   - Мародеры или бандиты - в этом я как раз не сомневаюсь. Только Крюгер, думаю, из другой компании. Из той, что на Янтаре орудовала.
   - А зачем тогда он к журналистам прилепился? - лениво спросил Кир, доедая бутерброд с колбасой.
   - Это ты мне скажи - зачем.
   Кир с сожалением посмотрел на опустевшую тарелку, не торопясь допил чай и поставил кружку на стол.
   - Помнишь, я рассказывал о "монолитовцах"? - медленно и будто нехотя спросил он. - Сдается мне, Крюгер туда нацелился... Возможно, по какой-то причине решил, что с журналистами попасть в те места будет проще.
   - Думается мне, туда не только Крюгер нацелился... - сказал я, глядя на Кира.
   - Очень может быть. - Сделав вид, что не понял намек, он поднялся из-за стола. - Пойду-ка я баиньки. Что-то устал я сегодня.
  
   Утром мы позавтракали в баре - на этот раз подавалась вкуснейшая солянка, с сосисками и грибами - и, прикупив консервов, свежего хлеба и воды, отправились в путь. В Темную Долину можно было попасть двумя путями: либо через южный пост долговцев и пустырь с псевдособами, либо через северный - мимо базы "Свободы". Кир выбрал второй вариант.
   Мы миновали блокпост, свернули направо и пошагали по шоссе, обходя оставшиеся после дождя лужи. Возле скопления машин, где позавчера долговцы расстреляли двух мародеров, было пусто. Вдоль опоясывающего базу забора мы дошли до входных ворот и вновь спустились к шоссе.
   - Нам туда. - Кир указал на торчащий из-за рощицы, метрах в пятистах на восток, недострой - неполные и без стен три этажа из поднятых на столбах серых плит.
   Вскоре шоссе свернуло к северу, и последние триста метров нам пришлось пробираться сквозь мокрые кусты вдоль глинистой, с заполненными водой рытвинами грунтовки. Выйдя из рощицы, мы миновали два строительных вагончика и пересекли огибающую стройку дорогу.
   - Давай наверх. - Кир показал на ведущую на второй этаж двухпролетную лестницу. - Оглядимся.
   Едва я поднялся на площадку второго этажа, как снизу, из-за вагончиков, раздалась автоматная очередь и с опорного столба, рядом, посыпались кусочки бетона. Мы отступили от края. Из рощицы к стрелявшему торопились еще двое - один в черной куртке, другой - в сером комбезе. Прежде чем я успел достать винтовку, оба скрылись за вагончиками.
   Я прикинул расстояние - метров тридцать... и всего второй этаж... если у них есть гранаты - могут и достать.
   Сбросив с себя рюкзак, я выудил из него подарок Арчи и швырнул на крышу правого вагочика. Граната стукнулась о шифер, подскочила и упала с другой стороны бытовки.
   - Граната! - завопил гнусавый голос, и наступило молчание.
   Тишина длилась секунд пять, затем кто-то из клиентов расхохотался.
   - Не, пацаны, вы видели? - раздался тот же голос, и клиент весело заржал. - Эй, салага! - Теперь он, видимо, обращался ко мне. - Хочешь, научу гранату бросать? Бесплатно научу! - Он опять заржал. - Гляди сюда! Берешь гранату в правую руку, левой разжимаешь усики, выдергиваешь чеку.... и...
   Раздался громкий хлопок, и из-за бытовки донеслись крики и вопли.
   Не теряя времени на спуск по лестнице, я просто сиганул вниз и рванул к правому вагончику. Прижавшись к стенке, осторожно выглянул за угол... Двое - один в комбезе, другой в куртке - валялись на земле. Третий - тоже в черной куртке - сидел, прислонившись спиной к бытовке и левой рукой сжимал запястье правой, с оторванной кистью; кровь из культи ручьем стекала ему на ноги. Я сдернул с шеи страдальца калаш и отбросил в сторону. Осмотрел лежащих - мужик в комбезе был мертв, осколок угодил ему в переносицу, второй, прижав ладони к лицу, корчился и тихонько скулил, - оба, видимо, наблюдали за броском и огребли прямо в физиономию.
   - Этого я знаю. - Кир указал стволом на покойного. - Вольный, с Агропрома. На природе несколько раз встречались, здоровались... Надо же...
   Кир присел возле бывшего знакомца и принялся обыскивать карманы комбеза. Внезапно он хмыкнул.
   - Глянь-ка, Серый, что я нашел! - Кир протянул мне небольшой моток синего провода - точно такого же, каким было смонтировано устройство с пластитом, и я подумал, что очередной этап гонки с преследованием закончен.
   Добивать раненых было неприятно, только ведь эти ребята знали, на что шли... А на войне как на войне! Или, как еще говорят, - кто к нам с чем и зачем, тот от того и того... Покончив с бандюками, мы вернулись к оставленным вещам, и я подошел к краю площадки, чтобы осмотреться.
  
   К востоку тянулся заболоченный луг с частыми проблесками воды, метрах в четырехстах от нас его перерезала шоссейная дорога. С ближней стороны шоссе было что-то вроде скотофермы - огороженная дощатым забором территория с двумя длинными одноэтажными зданиями с полуразвалившейся крышей.
   Слева шоссе уходило к мосту через то ли болото, то ли цепочку озер, справа - скрывалось за деревьями подступающего к дороге леса. За мостом сквозь густые испарения с болота смутно прорисовывался корпус какого-то промышленного здания.
   Оглядев картину в целом, я обратился к частностям. Их было три - три веселые розовые частности, свиные рульки на ножках. Псевдоплоти резво носились по лугу перед фермой, словно играя в догонялки.
   - Глянь-ка. - Кир протянул мне бинокль. - На крыше.
   Я осмотрел ближнее здание фермы, затем дальнее... снова вернулся к ближнему... и наконец разглядел - через широкую прореху между уцелевшими листами кровли виднелось лежащее под стропилами тело в зеленом комбезе.
   - Пойдем посмотрим? - предложил я, возвращая бинокль.
   - Пойдем... Только не сразу. - И Кир кивнул влево, на болота.
   Приглядевшись, я увидел среди бурых кочек коричнеые спины собов. Они шли от моста. Четыре... шесть... десять собов. Я поднял калаш и осмотрел процессию через прицел. Впереди стаи шел крупный пес более темного, по сравнению с остальными, окраса.
   - Чернобыльский волк, - прокомментировал Кир, опуская бинокль.
   - И что это значит?
   - Это значит, что нам повезло: будь мы там, на открытом месте, - кисло бы пришлось. Волк, в отличие от собов, зрячий. К тому же умеет морок наводить... В общем, волк-контролер, если коротко. Его в первую очередь валить надо.
   Я снял с плеча винтовку и откинул приклад...
  - Погоди стрелять, - остановил меня Кир. - Пусть сначала животины между собой разберутся. А пока подготовь рожок на смену. И запомни... твоя цель - только контролер, лестницу я беру на себя. В атаку вместе с остальными контролер обычно не ходит, управляет издали. Так что, Серый, ты уж постарайся.
  
   Дойдя до середины луга, стая изменила направление и двинулась к плотям. Когда до них осталась сотня метров, вожак остановился. Стая обтекла его и продолжила неторопливое движение к играющим рулькам. Еще десяток метров... и собы бросились в атаку. Заметив псов, плоти заверещали и кинулись было наутек, но тут же остановились, словно натолкнулись на невидимое препятствие; повизгивание сменилось угрожающим хрюканьем. Стая мгновенно окружила плотей, и началась драка. Собы пытались с прыжка вцепиться в загривок плоти и повалить; либо, припав на передние лапы, норовили вцепиться в ногу. Рульки в свою очередь старались отхватить подвернувшемуся собу голову - огромная пасть с круговым рядом зубов вполне позволяла это сделать! - или вгрызться в хребет и перекусить позвоночник.
   Исход драки, как и в большинстве случаев, решила численность. Спустя пару минут две плоти, судорожно подергивая ногами, лежали на земле вместе с тремя мертвыми собами. Третья рулька, с висящим на загривке псом, крутилась на месте, еще пытаясь обороняться от окружившей ее стаи. Наконец, два пса почти одновременно вцепились в задние ноги плоти и несколькими рывками опрокинули ее на землю. Драка закончилась.
   - Пора, Серый, - выдохнул Кир.
  До волка-контролера было двести пятьдесят метров - не так уж и далеко даже для непрофессинального снайпера, и я был уверен, что попаду. Прицелившись в голову, я положил палец на спуск... и тут случилось что-то непонятное: будто почувствовав мой взгляд, волк повернул голову и посмотрел прямо в прицел, словно точно знал, где я нахожусь. Голова закружилась - и картинка в окуляре сначала раздвоилась, а спустя миг - разтроилась. Преодолевая головокружение, я прицелился в среднюю картинку и нажал на спуск - в нескольких метрах позади цели взметнулся фонтанчик воды. Промазал! В тот же миг краем глаза я уловил движение слева и, оторвавшись от прицела, увидел, как с лестницы, ведущей наверх, на третий этаж, на меня бегут сразу три соба. Позабыв о предупреждениях, я машинально дернулся за висящим на плече калашом, не понимая - почему Кир не стреляет? ослеп он, что ли? Собы прыгнули - и прошли сквозь меня!
   - Вали его! Чего ждешь?! - крикнул Кир.
   Окрик привел меня в чувство, и я снова взялся за винтовку. Изображение волка по-прежнему продолжало то двоиться, то троиться, и я решил не раздумывать, а просто стрелять наугад. Следующие три выстрела оказались такими же недачными, как и первый. За спиной короткими очередями застучал автомат Кира, и я удивился тому, как быстро собы домчались до лестницы. Я на мгновение оглянулся - нет, на лестнице было пусто. Видимо, Кир палил по призракам.
   - Стреляй! - вновь заорал Кир.
  Еще четыре выстрела ушли впустую, и, меняя магазин, я вдруг подумал, что дело может закончиться худо... Я прицелился в правую картинку - на этот раз волков было два - затем, словно по наитию, перевел перекрестие на левую и выстрелил. Правая картинка пропала, а волк завалился набок. Еще не веря в удачу, я всадил в лежащее тело еще пулю.
   - Порядок, Серый! Фантомы исчезли! - продолжая стрелять короткими очередями, крикнул Кир. - Двигай сюда. У меня рожок на исходе.
   Без поводыря собы на лестнице оказались беспомощны: на площадке между маршами псы не успевали или просто не могли сообразить, что надо развернуться, - и сваливались вниз. Через несколько минут все было закончено.
   - Однако! - только и сказал я, меняя магазин.
  
   Мы спустились вниз и пошагали через луг, стараясь выбирать кочки посветлее. Забор вокруг скотофермы в нескольких местах был сломан. Пробравшись через пролом, мы подошли к распахнутым воротам ближнего строения. Внутри, справа от входа, крутая деревянная лестница вела к открытому люку на чердак. Едва я поднялся до середины лестницы, как из ПДА раздался предупреждающий треск. Я поднялся еще на две ступеньки и просунул голову в люк.
   Метрах в двух от меня лежал мужик в зеленом комбезе. Глаза его были закрыты, заросшее многодневной щетиной лицо выглядело изможденным. Я осмотрелся в поисках источника радиации, но ничего подозрительного не заметил: если не считать лежащего типа, чердак был пуст. Сделав знак Киру подниматься, я взобрался наверх - треск участился - и отошел подальше от спящего. Через минуту ко мне присоединился Кир.
   - Эй, Крюгер! - внезапно произнес напарник. - Просыпайся!
  
  
Глава 13
  
   После третьего оклика клиент открыл глаза. Некоторое время он продолжал лежать недвижно, глядя в прореху крыши над головой... затем с трудом приподнялся и сел, опершись спиной об опорный столб крыши... наконец медленно повернул голову и обратил к нам странный, невидящий взгляд.
   - Кто здесь?
   - Конь в пальто! - зло сказал Кир.
   Крюгер слегка наклонил голову, словно прислушиваясь.
   - Знакомый голос... Я тебя знаю? - Он вновь поднял голову, и я понял, что клиент слеп. Или почти слеп.
   - Хватит и того, что я тебя знаю! - сказал Кир и щелкнул предохранителем.
   - Кирилл? - неуверенно спросил Крюгер, будто и не слышал щелчка. - Вычислил все-таки? - Он качнул головой. - Говорил ведь этому придурку, чтобы аккуратно все сделал.
   - Слушай, Крюгер! - вмешался я, сделав знак Киру опустить ствол. - Где журналисты?
   - Журналисты?.. - вяло переспросил Крюгер. Облизнул пересохшие губы. - Водички дадите? И покурить бы...
   - Покурить ему! - рявкнул Кир. - Может, еще и бабу привести?!
   Я собрался было вновь попросить напарника угомониться, как вдруг он мне подмигнул - и я едва не расхохотался: напарник, конечно же, предлагал сыграть в "злого следователя" и "доброго следователя".
   - Да ладно тебе, Кир... - сказал я успокаивающим тоном. - Не видишь разве - худо ему совсем.
   Я достал из рюкзака бутылку с водой и отправил ее по полу Крюгеру. Порывшись, вытащил и припасенную на случай "задушевной беседы" пачку сигарет, бросил Крюгеру на колени.
   Схватив бутылку, клиент отвинтил крышку и припал к горлышку. Пил он жадно, взахлеб, словно не видел воды уже не один день.
   - Ночью дождь шел, а набрать не во что... - сказал он, оторвавшись, наконец, от бутылки.
   Я огляделся - действительно, рюкзака не было. Возле клиента лежал только калаш.
   - И давно ты здесь?
   - Не знаю... Какое сегодня число?
   - Пятнадцатое.
   - Значит, шестой день уже... - Крюгер открыл пачку и достал сигарету.
   - Терпение мое испытываешь, гнида? - гаркнул Кир.
   Крюгер вытащил из кармана зажигалку и закурил... сделав несколько глубоких затяжек, сказал - негромко и без эмоций:
   - Перестань, Кирилл... Я ведь не вчера родился... эти фокусы не хуже тебя знаю.
   - Что с журналистами? - вновь спросил я.
   - Парень мертв, а девушку бандиты забрали, - ответил Крюгер. И рассказал, как все произошло.
   Говорил он медленно, с длинными паузами, порой сбиваясь с мысли или уходя в ненужные подробности, а иногда и просто обрывая на середине начатую фразу. Тем не менее общая картина вырисовывалась вполне отчетливо.
  
   По уговору с Еленой он должен был проводить обоих журналистов к автохозяйству, где обосновались свободовцы. Сначала все шло хорошо: обратный путь с Янтаря к базе "Долга" удалось пройти без помех, если не считать небольшой стычки с собами на станции. Останавливаться и ждать до утра наниматели не захотели, и группа, не заходя к долговцам, сразу отправилась в Темную Долину. На третьем этаже недостроя сделали привал и пообедали. На лугу все было чисто, и они, минуя скотоферму, двинулась напрямую к шоссе. Здесь все и началось...
   На другой стороне луга, в сотне метров от дороги, обнаружилась стая псов. Не очень большая - голов семь. Попытка уйти по-тихому успехом не увенчалась: как только группа поднялась на шоссе и двинулась к мосту, собы ее учуяли и кинулись в атаку.
  Добежав с журналистами до моста, Крюгер приказал девушке гнать галопом на другую сторону, предупредив, что на мосту сильно фонит и останавливаться нельзя, а сам вместе с парнем занялся отстрелом набегающих собов. Когда с псами, наконец, было покончено и Крюгер с парнем обернулись, то на другой стороне моста увидели Елену в окружении трех бандитов.
  Ситуация неприятная, но не безвыходная: захват заложников в Зоне не практиковался, поскольку дело это хлопотное, а выгода сомнительна; и для начала можно было попробовать договориться с бандитами, предложить артефакты - у Крюгера в пенале лежали неплохие вещи. Если бы бандюки согласились отпустить - хотя бы с одним калашом на всех - то инцидент можно было на этом и закрыть: до базы свободовцев оставалось не более полутора километров. Не отметал Крюгер и силовой вариант - но для этого надо было подойти к бандитам. И если бы парню-журналисту удалось нейтрализовать хотя бы одного бандюка, то с двумя другими Крюгер наверняка бы справился.
   К сожалению, объяснить журналисту ситуацию и варианты ее разрешения Крюгер не успел: завидев девицу в руках у бандитов, парень заорал что-то матерное и рванул через мост, стреляя на бегу из калаша. Удивительно, но при всей абсурдности сцены парню все же удалось зацепить одного из бандюков - тот схватился за плечо. На этом лимит везения ковбоя оказался исчерпан, и он растянулся на асфальте, не пробежав и трети дистанции.
   Разделавшись с журналистом, обозленные бандиты перенесли огонь на Крюгера, и ему не осталось ничего другого, как спрыгнуть вниз, на берег водоема. Там было грязно, грязно во всех смыслах: ПДА трещал как пулемет, предупреждая о зашкаливающем уровне радиации.
   Через пару минут все три бандита показались на пригорке, напротив Крюгера, и ему пришлось лезть под мост, под прикрытие бетонных опор. Ни идти поверху, ни спускаться к грязной воде бандиты не захотели и, поняв, что Крюгера им не достать, вернулись на шоссе. Наемник оказался в ловушке. ПДА не умолкал, и Крюгер достал из пенала "Морского ежа" и засунул артефакт под рубашку, к печени.
   А бандиты между тем развлекались: перекрикивая друг друга, они то интересовались, не слишком ли громко трещит ПДА, то поздравляли с тем, что теперь беглецу не придется тратиться на женщин, то высказывали соболезнования по этому поводу. Минут через десять Крюгер перестал различать слова: артефакт подключился к организму, и из носа и ушей пошла кровь, выводя часть накопленной радиации. Еще минут через десять наемник осторожно выбрался из-под моста и огляделся. Ни бандитов, ни девушки... Видимо, похитителям надоело ждать, и они ушли, посчитав, что сбежавший все равно не жилец.
   Кровотечение не останавливалось, и Крюгер уже ощущал слабость и головокружение, во рту пересохло, и язык сделался шершавым, как наждачная бумага. Единственным спасением было немедленное возврашение на базу "Свободы". Он вколол себе дозу "антирада", переложил в карманы комбеза последние два рожка к калашу, допил остатки воды и, бросив рюкзак, пошагал через луг к месту недавней стоянки.
   Однако на этом злоключения наемника не закончились. Едва он прошел треть пути, как из рощицы, за недостроем, появилась стая собов - видимо, луг возле шоссе был для них привычным местом охоты - и Крюгеру пришлось свернуть к скотоферме, чтобы переждать на чердаке . И снова наемнику не повезло: среди псов оказался волк-контролер, и стая, по команде хозяина, бросилась вдогонку за легкой добычей.
   Уже выбиваясь из сил, наемник все же успел добраться до ближнего строения. Взобравшись на чердак, он захлопнул крышку люка и в изнеможении растянулся на досках. ПДА потрескивал, но кровотечение прекратилось, и Крюгер подумал, что, может быть, все и обойдется... и в более сложные ситуации попадал - и ничего, жив! Да, девицу упустил - ну и плевать! Главное - сам уцелел!
   Лай собов внизу раздражал и сбивал с мысли. Крюгер поднялся, открыл люк и дал по беснующимся псам длинную очередь. Два соба остались лежать, остальные с визгом бросились наружу. Вколов вторую - последнюю - дозу "антирада", Крюгер расстегнул комбез, поднял рубашку - и его будто обдало холодом: "Морской еж" изменил цвет с жемчужного на грязно-серый. Это означало, что полученная под мостом доза оказалась слишком велика и артефакт "умер", полностью исчерпав свои возможности. Крюгер отодрал пропитанный радиацией комок, бросил в люк и опустил крышку.
   Наемник задумался. Раз уж с полученной дозой не справился арт, то рассчитывать на введенный "антирад" просто глупо... да, глупо. Надо срочно выбираться... Если б только удалось свалить контролера...
   Через прорехи в скатах крыши Крюгер осмотрел территорию - и не увидел ни псов, ни контролера: скорее всего, собы караулили у торца здания, перед воротами - там, где их нельзя было достать.
   Крюгер включил ПДА. Зеленая точка - место пребывания напарника - высветилась на территории "Свободы". Крюгер нажал кнопку вызова... Прождав впустую несколько минут, бессильно выругался. Вероятно, убрав Федора, Вадим счел свою миссию законченной и, по обыкновению, ушел в запой. Теперь не оставалось ничего другого, как просить помощи у босса.
   Искаженный скрэмблером голос ответил почти сразу. Крюгер коротко доложил, что журналистка у бандитов, ее напарник мертв, а ему самому нужна помощь. После недолгого молчания голос спросил, почему трещит ПДА, и наемнику пришлось сказать - почему. После очередной паузы голос сообщил, что через три часа за Крюгером придут, и спросил, где точно его искать. Сам не зная зачем, Крюгер соврал, сказал, что находится на третьем этаже недостроя. И добавил, что на лугу собы и спасателям лучше бы прихватить винтовку. На этом разговор закончился.
   Наемник перекусил плиткой шоколада и почувствовал себя немного лучше. Спустя полчаса собы потеряли осторожность, и как только один из псов оказался в поле зрения Крюгера, наемник срезал его двумя короткими очередями. Спустя час ситуация повторилась, и еще одним собом стало меньше. Теперь их оставалось голов пять или шесть плюс контролер - совсем немного для троих стрелков.
   На исходе третьего часа возле недостроя появился человек. Один. Крюгер посмотрел через прицел - и понял, что интуиция его не подвела и рассчитывать на помощь нечего: с этим типом - кличка его была Тихий - Крюгеру несколько раз приходилось работать. Тихий выполнял функции "ликвидатора" и "чистильщика".
   Поднявшись на третий этаж, Тихий поднес к глазам бинокль - и Крюгер отпрянул от прорехи в крыше.
   Станет искать или нет? Хорошо, если б стал... Перестрелял бы собов... а тогда уж он, Крюгер, и о нем самом позаботится... А там, глядишь, и до босса доберется.
   Крюгер осторожно выглянул наружу... Тихий спускался по лестнице.
   Мать его! Что за невезучий день!
   Недолго постояв на площадке второго этажа, чистильщик сошел вниз и скрылся за зданием.
  
   Крюгер замолчал, глотнул воды и сунул в рот очередную сигарету.
   - И что было дальше? - спросил я.
   - Дальше-то? - Он чиркнул зажигалкой и глубоко затянулся. - Отключил ПДА, чтобы через Вадима не нашли... На другой день собов караулил - они ведь так и не ушли... хи-итрые сволочи оказались. Еще двух положил... Потом патроны кончились. К вечеру жар начался, выворачивать стало... Наутро очнулся - будто в тумане все... В общем, дальше неинтересно. - Он опять замолчал.
   - Почему у тебя кличка такая? Или это фамилия? - спросил я.
   - Фамилия моя Круглов. А Крюгер... это из прошлой жизни. В отделе, где служил, так было принято... Если понимаешь, о чем я.
   В ответ на признание Кир поморщился: его покоробила принадлежность клиента, пусть и в прошлом, к элите разведки.
   - Кто босс? - спросил Кир. Голос звучал спокойно и по-деловому.
   - Не знаю: связывались только через ПДА. Знал бы - сказал, уж можешь мне поверить. А вербовщик... его все равно здесь нет... да и дело это давнее.
   - Ладно. А от журналистов тебе что понадобилось?
   Услышав вопрос, Крюгер неожиданно засмеялся. Смех перемежался хрипением и кашлем.
   - Да то же, что и вам! - наконец успокоившись, сказал он.
   - Слушай сюда, Крюгер! - сказал я. - Загадки мне разгадывать некогда. Я здесь, чтобы найти журналистов. Раз парень погиб - значит, чтобы найти Елену. Предлагаю следующее... Ты излагаешь все, что знаешь, и я делаю тебе подарок - один патрон. Станешь темнить - подарка не будет. Думаю, в твоих интересах закончить все быстро и без мучений.
   - Да не собираюсь я темнить. Просто решил, что вы с Киром из одной конторы... Значит, Кирилл ничего тебе не сказал?
   Я посмотрел на Кира - напарник только пожал плечами: не знаю, мол, о чем речь.
   - А? Что скажешь, Кирилл? - Крюгер чуть помолчал, и, не получив ответа, спросил: - Или тебя на это дело втемную наладили? - Он снова засмеялся. - Ладно... расскажу, что знаю... Только вы все одно не поверите. Я ведь тоже, когда услышал, не очень-то поверил.
   - Ты излагай! А мы уж сами решим... - сказал я.
  
   За те полчаса, что Крюгер излагал сюжет, мы с Киром не один раз переглянулись - морочит он нас, что ли? что за бред! - но перебивать не стали. Когда он закончил рассказ и поднял голову, на его лице играла насмешливая улыбка.
   - Ну и как оно вам?
   Мы молчали, не зная что сказать.
   - Я же говорил - не поверите!
   - Как я понимаю - другого объяснения не будет, - сказал я наконец, чтобы определить ситуацию.
   - Не будет, - подтвердил он. - Или у вас есть другое объяснение всему этому? - И он повел рукой вокруг.
   - Ну допустим! - сказал я. - А причем здесь журналисты?
   - По словам босса, произошла утечка: кто-то слил информацию Елене, и она отправилась проверять. А тут еще и встреча с ученым на Янтаре... Специалист по морфологии мог и сам прийти к тем же выводам. Опять же - подшлемник. - Он помолчал. - А широкая огласка в этом деле - она ведь никому не нужна. Ни тем, ни другим. Верно?
   На левом бедре Крюгера была пристегнута кобура с таким же, как и у меня, "Стечкиным". Стараясь не замечать недовольный взгляд напарника, я вынул из кармана запасную обойму, выщелкнул патрон и бросил его Крюгеру на колени. Будто милостыню нищему...
   Нашарив патрон, Крюгер поднял голову и улыбнулся - счастливо и жалко.
   - Спасибо, брат!
   Ничего не ответив, я подошел к люку и спустился вниз. Когда мы с Киром уже выходили из коровника, за спиной прозвучал выстрел.
  
  
Глава 14
  
   У пролома в заборе мы остановились.
   Небо после вчерашней грозы так и не очистилось, вновь начал моросить мелкий холодный дождик. Я высунулся наружу и огляделся. На лугу было пусто, во всяком случае - по нашу сторону шоссе.
   - Что собираешься делать? - спросил Кир.
   - В какой-то мере это зависит от тебя... - Я повернулся и посмотрел Киру в глаза. - Ты ведь понимаешь - между напарниками не бывает доверия наполовину.
   - Серый! Ты только не подумай, что я что-то скрываю. Если Крюгер сказал правду - значит, меня действительно использовали втемную. Моей задачей было найти место и способ проникновения на территорию монолитовцев. Все! Об остальном я и понятия не имел! И о монолитовцах я тебе рассказал... под другим соусом в смысле мотивации интереса - но рассказал...
   - Да верю я, Кир... Только дальше-то что?
   - А хрен его знает... - сказал он задумчиво. - С одной стороны, хорошо бы послать всех... да и подать в отставку - рукамиводители до печенок уже достали. С другой стороны... Ты представляешь, Серый, какая это мощь?!
  Последняя фраза прозвучала настолько по-детски, что я невольно улыбнулся.
   - И зачем она тебе, эта мощь? Царем горы стать?
   - Да не мне! - Кир поморщился. - Не делай вид, будто не понимаешь.
   Конечно, я понимал... Кириллу не хотелось произносить затертые слова о долге, о присяге... Только беда в том, что Кир не видел, или не хотел видеть, или его приучили не видеть разницу между интересами тех, кого он обязался защищать, и тех, на кого работал на самом деле. Желавших стать царем горы и любой ценой подгрести весь мир под задницу хватало во все времена. Всего полсотни лет назад весь мир находился в минутах от начала третьей мировой - тогда один любитель попользоваться мощью обещал показать буржуям "кузькину мать"; и хорошо, что от того инцидента остались только шутки насчет "техасщины" и "оклахомщины", а не выжженные земли рязанщины и тамбовщины.
   И что самое странное, самое удивительное и самое страшное, - рядовой обыватель с шутками и прибаутками неизменно выражал готовность поддержать любой бред - шла ли речь об освоении целинных земель "оклахомщины" или о мытье российских сапог в Индийском океане. Ему, обывателю, нравилась сама идея - что-то у кого-то оттяпать, и он совершенно не желал задумываться не то что о морали, но даже и о том, что похоронки могут прийти и в его семью. Видимо, слишком коротка человеческая память, и смены двух поколений уже достаточно, чтобы забыть об ужасе войны, о миллионах погибших, о вернувшемся вдруг из глубины веков каннибализме.
   - Поиски мощи меня не интересуют, Кир. Моя задача скромнее - найти человека и помочь ему отсюда выбраться. Если еще не поздно.
   - Ну что ж... - помолчав, сказал он. - Давай попробуем.
   - Вот еще что... Если удастся найти и вытащить Елену, ее отец заплатит приличные деньги. Половина - твоя. Хотя, честно сказать, и не знаю, сколько это будет.
   - Как это - не знаешь? - удивился Кир. - Неужели не договаривался?
   - Нет, - признался я.
   - Ну ты и правда чудной! - Кир засмеялся. - Ладно... С чего начнем?
   - Для начала поищем информатора, чтоб вслепую не тыкаться, а там видно будет.
  
   По другую сторону шоссе, метрах в трехстах от дороги, разгуливала четверка псевдокабанов. При нашем появлении поведение зверюг никак не изменилось: вероятно, они были так же подслеповаты, как и их прототипы.
   По очереди мы осмотрели в бинокль мост, пригорок на другой стороне, деревья, кустарник - все чисто.
   - Погнали? - Я посмотрел на Кира.
   Он кивнул, и мы побежали.
   Вот и мост. ПДА затрещал.
   - Держись по центру... там чище! - задыхаясь от быстрого бега, крикнул сзади Кир.
   Проскочив мост, я рванул, не останавливаясь, на пригорок и, добежав до вершины, плюхнулся на брюхо под укрытие здоровенного дуба слева от дороги. Шоссе уходило вдаль, слева тянулся такой же, как и перед мостом, заболоченный луг, справа, невдалеке, высились заводские корпуса за серым бетонным забором.
   Минуту спустя подошел Кир, сел рядом и прислонился спиной к дереву. Отдышавшись, протянул мне бинокль:
   - Вот, глянь-ка... На заводе бандюки обосновались, это уже давно их территория. Вход - напротив автобусной остановки. Видишь?
   - Вижу. - Я оглядел окрестности. - А что там за канава вдоль забора?
   - Забудь! Если не хочешь, как Крюгер, в светлячка превратиться.
   Да-а... Днем, пожалуй, не подобраться... Если бы не шпионская хрень, можно было бы нанять полдюжины сталкеров из бывших военных да и разнести это гнездо к свиньям собачьим... Тоже, конечно, опасно: если девица у бандитов - всякое может случиться...
   - Кир, а много их там?
   - По словам местных сталкеров - человек двадцать. Если деньги есть, можно со свободовцами переговорить... Только как бы себе дороже не вышло.
   - Почему? - спросил я наивным тоном: было любопытно, как видит ситуацию Кир.
   - Не строй дурачка, Серый! Ты же понимаешь, что охота не закончилась. И кто-то из тех, кого ты наймешь, запросто может в суматохе пристрелить нас обоих.
   - Скажи уж - жалко наградой делиться! - сказал я лениво.
   - Да ты что, Серый!.. - хотел было возмутиться Кир, посмотрел на меня... и мы расхохотались.
   - Так что делать-то будем? - отсмеявшись, спросил напарник.
   - Предлагаю перекусить. Может, когда дождь закончится, кто-то и вылезет... У них ведь тоже, так сказать, работа.
  
   Примерно через час дождь прекратился, а еще минут через десять из ворот вышли двое - один с калашом, другой с обрезом. Перебежав по широкому мостику через ров, братки вышли на шоссе и направились в нашу сторону.
   Я достал "стечкин" и привернул глушитель.
   Метрах в двадцати они остановились, закурили и принялись о чем-то болтать... наконец, снова двинулись. Новый комбез настолько хорошо совпадал по раскраске с припорошенной листьями травой, что бандюки, пожалуй, так и прошли бы в пяти метрах, ничего не заметив.
   Первым выстрелом, в голову, я уложил шедшего впереди, вторым - прострелил локоть бандюку с калашом, и он, вскрикнув, сложился от боли. Прежде чем клиент смог опомниться и перейти к осмысленным действиям, я приподнялся и, наставив на него ствол, очень спокойно сказал:
   - Не дергайся, мужик, и останешься жив. Обещаю. Попытаешься крикнуть - убью.
  Прижимая простреленную руку к животу, тот молча кивнул.
   - Иди сюда... - Я поднялся, продолжая держать бандита под прицелом. - Кир, забери второго с дороги, пока не натекло.
   Я сдернул с раненого автомат и, дождавшись Кира со жмуриком на плече, указал на трактор метрах в двухстах от шоссе:
   - Туда.
   Когда подошли к укрытию, Кир не стал оттаскивать покойника в сторонку, а опустил на землю в нескольких шагах от трактора, на виду у раненого. Психолог!
   - Бинт есть? - спросил я клиента.
   Он кивнул.
   - Тогда лечись пока.
   Когда с перевязкой было закончено, я приказал клиенту сесть. Парень был совсем еще зеленый, лет двадцати или чуть старше, так что проблем с ним я не ожидал.
   - Как звать?
   - Рыба... Алексей Рыбников.
   - Сколько людей на заводе?
   - Двадцать три. - Бандит посмотрел на мертвого напарника и поправился: - Двадцать один.
   - Кто главарь?
   - Паша Гомельский.
   - Шесть дней назад вы захватили девушку. Что с ней?
   - Сбежала... На второй день.
   - Давай поподробнее, Алексей, - сказал я.
   - Закурить можно?
   - Нет. От тебя за версту коноплей несет, а мне наркотный бред никчему. Потом покуришь.
   Он покорно кивнул и начал рассказывать.
   История оказалась короткой и бесхитростной. Когда трое ходивших "на охоту" вернулись с неожиданной добычей, главарь после пары часов разговоров с девицей самолично вывел ее за ворота, чтобы, как он сказал, "пофоткаться на природе". По возвращении пахан вновь закрылся с девицей у себя в комнате, а когда вышел, то с довольным видом объявил, что за нее дают большой выкуп. И предупредил, что если кто-то из братвы вздумает ее хоть пальцем тронуть, то он, Паша Гомельский, самолично уроет гада. Угроза была реальной: не так давно один из братков скрысятничал, не отдал долю в общак - так пахан отвел пацана на луг, прострелил колени и оставил на съедение собам.
   У входа на завод постоянно находилась пара людей, так что девице было позволено свободно ходить по территории - правда, под присмотром кого-то из пацанов. А на второй день, вечером, девка сбежала: долбанула караульщика сковородой по голове - и сбежала. Поскольку мимо входной охраны девица пройти не могла, стали обыскивать территорию. Наконец, кто-то заметил, что дверь в подземную часть завода, где находились лаборатории и бомбоубежища, разблокирована.
   Пахан попытался было наладить туда братву, да обломался: пацаны отказались наотрез. Там, внизу, по слухам, и бюреры, и снорки, и барабашки какие-то... и численность команды ничего не решала - наоборот, в узких коридорах, если бы началась какая-то заваруха, пацаны только постреляли бы друг друга. Короче, пахан отступил. И велел к тем двум люкам, что на лугу позади завода, хлопушки приделать. Сказал, что если девку не сожрут, то поголодает и сама назад попросится, а если, мол, доберется вдруг до одного из люков, то услышим и догоним.
   - И что? Так и не объявилась?
   - Нет.
   - Ладно... А теперь рассказывай о постах, распорядке, кто где в какое время обычно находится... Потом можешь отдыхать.
  
  Под вечер снова зарядил дождь. В восемь мы поужинали, затем я занялся приготовлениями: вырезал из куска мыла четыре пробки, а в целлофановый пакет набрал несколько пригоршней земли, срезал с куста пару веток. Наблюдая за манипуляциями, Кир хмыкнул, но спрашивать ничего не стал: видимо, понял.
   К девяти, когда стемнело, мы перебрались к автобусной остановке, последние полста метров - ползком. Здесь я оставил на попечение Кира рюкзак, шлем, оружие, надел поверх комбеза длинный, почти до земли, кожаный плащ убитого и повесил на плечо его обрез.
   - Теперь, Алексей, твоя жизнь - в твоих руках, - шепнул я бандюку-отмычке. - И помни: если что-то сделаешь не так, первая пуля - тебе. - Я глубоко вздохнул - как же мне не хотелось туда идти! - натянул на голову капюшон и скомандовал: - Начали!
   Мы выбрались на шоссе и направились к воротам, громко шлепая ботинками по мокрому асфальту. Собственно говоря, ворот как таковых не существовало, в стене был просто трехметровой ширины проем. За пару метров перед мостиком через канаву Рыба громко чертыхнулся, сделав вид, что ступил в лужу.
   Из-за края проема показалась темная фигура то ли в плаще, то ли в накидке. Вспыхнул фонарь.
   - Рыба, ты, что ль?
   - Не-е... Это за тобой, Крюк, кровосос пришел, - замогильным голосом произнес Рыба.
   - Тю, дурной! Опять накурился.
   Фонарь погас.
   Рыба перебежал через мостик, я - следом.
   - Гляньте, мужики, что я нашел, - сказал Рыба, и достал из-за пазухи пенал. - Ни разу такого арта не видал... Может, знаете, что это?
   В проеме появился второй охранник:
   - Чего там у тебя? Показы...
   Два негромких шлепка из "стечкина" закончили первую фазу операции. Подхватив падающих охранников, мы вытащили их наружу и сбросили в канаву. Теперь важно было добраться до пулеметчика на третьем этаже здания прежде, чем он заметит отсутствие охраны. Мы рванули направо, вдоль фасада, и свернули за угол - с торца здания наверх вела наружная лестница с площадками на каждом этаже. Стараясь не греметь ступеньками, поднялись на третий этаж.
   - Медленно и спокойно, Алексей, - напомнил я. - Открывай.
   Дверь отворилась с негромким скрипом. Внутри было темно. На фоне окна с левой стороны чернел силуэт установленного на треногу ПКМ-а. В паре метров от окна, возле столба, светился огонек сигареты.
   - Ну, и чего надо? - лениво осведомился лежавший на матрасе курильщик.
   На этот раз вмешательства Рыбы не потребовалось. Еще один шлепок из "стечкина" завершил вторую фазу операции. Вернее, почти завершил. Теперь следовало обезопасить выход из подземелья - хотя бы на время.
  Я подошел к пулемету и достал заготовленные прутья и мешочек с пробками и землей. Расстелил на полу плащ и развернул пулемет.
  Первую пробку я загнал до середины ствола. Затем засыпал в ствол горсть земли и загнал вторую пробку. Развернул ПКМ в прежнее положение. Готово.
  Свернув края плаща, я отошел вглубь зала и вытряхнул просыпавшуюся землю.
  С правой стороны зала в простенке между окнами, выходящими на луг за заводом - где-то там находились запасные выходы из подземелья - обнаружился и второй инструмент - винтовка СВД с ночным прицелом. Рядом на полу лежали два магазина. Рассовав их по карманам, я занялся винтовкой. Спустя пару минут все было закончено.
   Мы спустились вниз и вернулись к воротам. Теперь предстоял самый ответственный на этом этапе момент: ликвидация охранника у заблокированной двери в подземелье. Обычно там, по словам Рыбы, было пусто, но после бегства девицы пахан распорядился установить пост - на тот случай, если девица вдруг надумает вернуться и станет колотить в дверь. Неприятность заключалась в том, что спуск в подвальный коридор находился рядом с двухпролетной лестницей на второй этаж, где жили братки. Кроме того, коридор был хорошо освещен. И если на пути встретится хотя бы один любопытный, все может кончиться плохо.
   Отогнав дурные мысли, я легонько ткнул пацана в спину - пошли, мол. Обогнув стопку плит, мы подошли к распахнутым воротам цеха. Лестница находилась в нескольких метрах справа, и было слышно, как наверху с силой грохают по металлу костяшками домино.
   Едва мы сделали шаг внутрь, на лестнице послышались шаги. Я дернул Рыбу за куртку, и мы отступили во двор и присели за плитами. Гремя ступенями, клиент неторопясь спустился вниз, вышел наружу... затем мы услышали вжиканье молнии. Помочившись, мужик все так же неторопливо отправился обратно. Выждав минуту, мы проскользнули внутрь и, обойдя широким полукругом опасное место, устремились к лестнице в подземный коридор.
   На площадке после первого пролета я придержал Рыбу:
   - Так, Алексей... Осталось совсем немного. Помнишь, что делать?
   Он кивнул, достал сигарету. Размяв, закурил... пальцы слегка подрагивали.
   - Успокойся, Алексей... - сказал я тихо, вложив в голос максимум спокойствия и уверенности. - Все хорошо... Помнишь, что я говорил? Улыбку понахальнее... И чтоб походка... как положено блатному. Ну?!
  Он глубоко затянулся... закрыл глаза, словно прислушиваясь к чему-то... затянулся еще раз. Пальцы теперь почти уже не дрожали. Он открыл глаза, изобразил кривую улыбку и, развернувшись, пошел вниз неровной вихляющей походкой.
  Спустившись еще на один марш, мы оказались в начале длинного ярко освещенного коридора. И я вздохнул с облегчением: охранник ужинал! На ящике перед ним красовалась уже наполовину пустая бутылка водки и лежала какая-то закусь, на полу, рядом, стояла коробка с баночным пивом. Завидев Рыбу, он заулыбался и приветственно махнул рукой - вероятно, одному ему было скучно.
   Шагая следом за Рыбой по коридору, я оценил ситуацию и подумал, что план надо менять. Появилась возможность устроить все так, чтобы в ближайшие двенадцать часов бандиты не смогли догадаться о причине нападения.
   Когда мы подошли, я ухватил охранника за горло и, запрокинув голову клиента назад, зажал ему нос, вынуждая тем самым открыть рот.
   - Лей! - приказал я Рыбе. - И смотри, чтоб не мимо.
   Пока пацан заливал в охранника водку, я глянул на коробку - там было еще не меньше десятка банок. Не забыть бы с собой взять, воды осталась одна бутылка.
   После водки наступила очередь пива. Мужик уже не сопротивлялся, более того - глотал с видимым удовольствием: возможно, теперь ему казалось, что это просто шутка, просто кто-то из друзей решил над ним подшутить. И ему эта шутка нравилась!
   После третьей банки я отпустил клиента и, придерживая, чтоб не свалился с ящика, погладил по голове. Браток счастливо улыбнулся, не открывая глаз, и что-то пробормотал. Еще через пару минут он стал похрапывать, и я поднял его с ящика и усадил на пол спиной к стене. Посмотрел на Рыбу - на бледном лице парня блуждала совершенно уже безумная улыбка, и я подумал, что парень на пределе. Не дай бог, сорвется... Видно,боится, не верит, что я его отпущу.
   - Спокойно, Алексей... Еще чуток... Сейчас вещи принесем - и ты свободен!
   Мы поднялись наверх и тем же широким полукругом обойдя лестницу, вышли наружу. Дождь не прекратился. Мы перебежали шоссе и подошли к остановке.
   Вопросов Кир задавать не стал: раз вернулись без пальбы - значит, все нормально.
   Забрав вещи - Рыбе я доверил нести свой рюкзак - мы вернулись обратно. Здесь все было по-прежнему спокойно, сверху все так же доносился стук костяшек. Спустившись в коридор, подошли к двери. Выдернув из запорного колеса лом, я крутанул колесо и медленно потянул на себя тяжелую стальную дверь. Скрежет несмазанных петель резанул по натянутым нервам. Из темного коридора за дверью потянуло сыростью и запахом плесени.
   Я забрал у Рыбы рюкзак и переложил в него оставшиеся банки с пивом... Кир уже возился в темном коридоре, готовясь минировать дверь подаренной покойным Арчи гранатой.
   - Вот и все, Алексей, - сказал я, глядя на парня. - Смотри не облажайся. Вставишь лом - и сваливай. Сам понимаешь - тебе лучше помалкивать. Что до этого, - я кивнул на храпящего братка, - то он, скорее всего, ничего не вспомнит. А если и вспомнит, болтать не станет.
   Парень кивнул.
  Я перешагнул высокий порожек и закрыл дверь. Повернул до упора колесо. Тут же раздалось негромкое звяканье: парень устанавливал на место лом. Наконец, все стихло.
  
  
Глава 15
  
   Закончив минирование, Кир поднялся:
   - Готово... Если откроют - услышим.
   Мы надели рюкзаки и, посвечивая нашлемными фонарями, двинулись по коридору.
   Обычно в бомбоубежищах, как я помнил, где-нибудь поблизости от входа висела схема подземного сооружения. Хорошо бы найти... Правда, теперь к правилам, стандартам, инструкциям и прочей атрибутике прежних времен относились наплевательски, однако новым здание не казалось, так что... Похоже, и Кир думал о том же: луч его фонаря методично шарил по стенам коридора.
   Через десяток метров мы вышли к уходящей вниз лестнице, и здесь, на площадке, нас ожидал подарок - на стене в деревянной рамочке висел план эвакуации со схемой подземной части завода.
   - В ПДА есть фотокамера? - спросил я, стирая ладонью пыль со стекла.
   - А то! Фирма веников не вяжет!
   Взяв у меня наладонник, Кир сделал снимок и показал как вывести изображение на экран. Картинка получилась на удивление ясная и четкая. Как следовало из схемы, подземелье служило не только бомбоубежищем - здесь находились также лаборатории, складские помещения и электрохозяйство с двумя дизельными генераторами. Выходов было два - видимо, те самые, на лугу за заводом; левый - за одной из лабораторий, правый - за дизельной. Оттуда же, от дизельной, еще один отросток уходил направо, к болоту, - сточная труба, скорее всего.
   - Здесь, - Кир ткнул пальцем в отросток, - нам не пройти. Наверняка радиация, как и на болоте. Тут только эти могут...
   Не успел он закончить фразу, как снизу донесся далекий то ли крик, то ли вопль... затем раздался треск, будто где-то ломали деревянный забор.
   Черт! Аж мороз по коже... Лучи фонариков, мечущиеся по стенам, уходящая в темноту лестница, странные и непонятные звуки - все это напоминало кадры из какого-нибудь фильма ужасов или компьютерной игры. Того и гляди скелеты с железяками из-за угла вылезут.
   - Ну что, пойдем помолясь? - спросил я и, не дожидаясь ответа, ступил на лестницу.
   Двумя маршами ниже находился коридор с небольшими комнатами с обеих сторон - на схеме они значились как склады. Сквозь металлические дверные решетки были видны пустые стеллажи у стен, пара ведер, швабра...
   Я сделал еще шаг - и застыл на месте: во второй слева комнате клацнул затвор автомата.
   - Елена, - позвал я негромко. - Не стреляй. Меня... нас то есть... нас твой отец прислал.
   - Ага! И вы всех бандитов наверху перебили! Пошли вон, уроды! Подойдете - буду стрелять! - Голос звучал слабо, но в нем чувствовалалась решимость. - Или хотите, чтобы сюда монстры сбежались?
   - Елена! Меня Егорыч прислал, - поправился я, выругав себя за необдуманные слова: конечно же, бандиты знали всё об отце.
   - Какой еще Егорыч? - На этот раз в голосе слышалось осторожное сомнение. И - краешком, еле слышным намеком - надежда.
   - Иван Егорыч, приятель твоего отца. Мой бывший командир.
   - А ты кто? Подойди к двери... только медленно.
   Я повесил автомат на плечо, выключил фонарь и, знаком показав Киру, чтобы посветил мне на лицо, подошел к решетке.
   - Меня зовут Серый, - сказал я, щурясь от света. - Мы с Егорычем вместе...
   - Сергей? - оборвала Елена. - Неужели ты?! Не может быть!
   - Почему это - "не может быть"... - растерянно сказал я. - Очень даже э-э... может. А мы что, знакомы?
   За решеткой началась какая-то возня... через несколько секунд Елена с отчаянием прошептала:
   - Нет, не могу... сил не хватает.
   Я включил фонарь. Дверь была забаррикадирована изнутри металлическими стеллажами.
   - Так... Отойди-ка в сторонку.
   Я уперся в дверь и, поднатужившись, медленно отодвинул створку вместе со стопкой железа.
   Девушка бросилась ко мне, обхватила за шею... и я едва успел подхватить обмякшее тело.
   - С голодухи, наверное, - флегматично заметил Кир. Он распахнул дверь комнаты напротив и положил на пол один из стеллажей. - Укладывай.
   Скинув рюкзак, Кир достал нашу последнюю бутылку с водой:
   - Держи. Я пока в коридоре покараулю.
  
   - А я уже думала - все, конец! - сказала Елена, оторвавшись от горлышка бутылки. - Вода три дня назад кончилась, как ни экономила. - Она с нетерпением посмотрела на открытую банку с тушенкой. - Есть хочется - жуть! Нет, ты правда меня не помнишь?
   - А должен? - Я протянул ей вилку и ломоть хлеба. - Ешь... Только не торопись, а то вывернет.
   - Не помнишь, конечно... - Она отправила в рот кусок тушенки. - Ммм... вкусно как! - Прожевав, засмеялась. - Я ведь тебя подкарауливала на лестнице, когда ты к дяде Ивану приходил. Сколько же мне тогда было? Лет тринадцать, наверное... или четырнадцать... А ты был уже лейтенант, серьезный такой... и одеколоном от тебя пахло...
   Рассеянно наблюдая как она ест, я пытался вспомнить то время... В памяти всплыл маленький летний дворик, прохлада гулкой лестничной клетки в подъезде старого дома, обитая черным дерматином дверь... Маленькая кухня с зашторенным от солнца окном... Егорыч, крепкий еще мужик с седым ежиком волос, неторопливо прихлебывающий дочерна заваренный чай...
   - Знаю, Сергей, знаю... Я ведь сам на тебя характеристику писал... Только вот что я тебе скажу, друг любезный... Для той работы совсем другие люди нужны, не твое это...
   ... - А на другой день подслушала разговор главаря - жуткий такой мужик, глаза мертвые, как у покойника - с кем-то из подручных... - перебил воспоминания голос Елены. - И он сказал, что когда выдоит лоха - это он папу так назвал, представляешь? - тогда и отдаст меня браткам... пусть, мол, потерпят... Вот я и решила...
   Закончив с тушенкой, Елена облизала вилку и посмотрела на меня комично-жалостным взглядом. Я достал плитку шоколада и отломил четверть.
   - Вот... И больше не проси.
   - Спасибо, дядя Сережа! - пропищала она детским голоском. - Ты до-о-обрый.
   Мы рассмеялись.
   Доев шоколад, Елена удовлетворенно вздохнула:
   - Ну вот... Теперь можно и поголодать... часика два.
   Она попыталась встать - и плюхнулась обратно на стеллаж.
   - Ой! Что-то ноги совсем не держат!
   - Ничего страшного... Нам торопиться некуда, - Я снял плащ и укрыл девушку. - Поспи часок-другой, тогда и пойдем.
   - Ладно... - Она свернулась калачиком. - Только... если увидите летающий огонек - красненький такой - не стреляйте... он хороший... он меня охранял...
   Последние слова она произнесла уже с закрытыми глазами, и переспрашивать я не стал: просидев почти неделю в темноте в подземелье с монстрами, можно и вообще ума лишиться, не то что... А глюки - это не страшно... выспится - и забудет.
   Порывшись в рюкзаке, я достал свечу и приладил ее в комнате напротив; позвал Кира: торчать в коридоре не имело смысла. Мы притворили дверь и подперли одним из стеллажей, другой положили у противоположной стены. Получилось достаточно удобно: зарешеченный светлый проем позволял держать оборону без опасения подстрелить друг друга.
   Мы уселись на импровизированное сиденье, и я вдруг с беспокойством подумал - а действительно ли это был глюк? И повторил Киру слова Елены о "красном огоньке".
   - Не знаю, Серый... - помолчав, сказал Кир. - Иногда действительно встречаются блуждающие аномалии... правда, очень редко. Как-то раз и мне встретилась блуждающая "электра", еле убежал... Если "красненький огонек", то речь, надо думать, идет о "жарке". А насчет - "охранял"... - В голосе напарника мне послышалась усмешка.
   - А Черный Сталкер в гостинице? - напомнил я. - Тоже ведь, можно сказать, охранял. Если б не он, кто знает, как бы все вышло.
   - Тоже верно... - согласился Кир и шумно зевнул. - Может, посменно подежурим? чего обоим-то... девушка теперь часов шесть проспит, а то и больше... Так что - давай по три часа... лады?
   - Добро, Кир... Отдыхай, через три часа разбужу.
  
   Спустя несколько минут Кир уже похрапывал, и у меня, наконец, появилась возможность спокойно и ни на что не отвлекаясь обдумать рассказ Крюгера о сбитом три года назад под Чернобылем инопланетном космическом корабле.
   История на первый взгляд совершенно фантастическая... Хотя... почему, собственно, фантастическая? Ведь сама возможность существования иных цивилизаций никем не отрицается... Возможность контакта - вопрос более сложный... но - почему бы и нет? Более того, многие специалисты-уфологи уверены, что такой контакт уже состоялся, причем - довольно давно, а насмешки и нежелание серьезно воспринимать их доводы - результат специально организованной кампании по дезинформации населения, своего рода "промывки мозгов". Механизм прост: например, сначала в газете появляется заметка о пришельцах с фотографиями этих самых пришельцев, а затем "вдруг" выясняется, что села Гребешки, жители которого якобы видели пришельцев, в указанном месте не существует, а если и существует, то гребешковцы ни о каких пришельцах и слыхом не слыхивали. То же и с фотографиями - "вдруг" оказывается, что все фото - более или менее искусная подделка.
   Неудивительно, что после множества таких специально изготовленных "липовых" историй рядовой обыватель готов поверить в любой бред, будь то слухи о покойниках, воскресших с помощью заклинаний бабки Мани, говорящих мышах в туннелях московского метро, или, скажем, о конце света осенью будущего года, - только не в появление инопланетян. Наверное, если бы в ходе инаугурации президента над многотысячной толпой появился вдруг НЛО, то об этом посудачили бы денек-другой, сочинили парочку анекдотов да и забыли бы.
   Выжившие "чужие" сумели быстро организовать оборону: солдаты, прибывшие на место падения аппарата, подверглись воздействию психотронного излучателя и в панике разбежались. Присланные спецы тоже не достигли цели - они попросту исчезли. Затем в месте падения появились непонятные фигуры в пуленепробиваемых костюмах и с необычным, но могучим оружием; вряд ли это были сами пришельцы - скорее роботы или киборги. Возникла патовая ситуация: взять "чужих" живьем не получалось, а бомбить - значило распрощаться с надеждой на мгновенный научный и технологический прорыв и, как следствие, военное превосходство над любым противником.
   Операцию с самого начала, естественно, засекретили. Через СМИ, чтобы успокоить общественность, было сообщено, что так называемый "Второй Взрыв" и последовавшие за ним "Выбросы" - хорошо изученные и не представляющие никакой опасности локальные физические эффекты, а появляющиеся в желтой прессе заметки об аномальной "Зоне", артефактах и чудовищах сочиняются недобросовестными журналистами и газетчиками, зачастую - с корыстной целью: для создания нездорового ажиотажа и, соответственно, повышения цены на так называемые артефакты.
   И вот в Зоне появляется журналистка... причем - свободная, не работающая на издания, входящие в тот или иной пул олигархических, повязанных с властью корпораций, и известная целым рядом громких расследований. Настораживала официальная цель посещения - сделать репортаж о таинственных "монолитовцах". Не называя источник, хозяин Крюгера сообщил также, что журналистка несколько раз встречалась с высокопоставленным чиновником, симпатизирующим оппозиции и имеющим доступ к секретной информации по Зоне. Возникло подозрение, что произошел "слив"... Возможный скандал был не нужен ни российской стороне, в основном контролирующей Зону, ни западникам, также успевшим создать в Зоне агентурную сеть: пока держалось равновесие, пусть и шаткое, у каждой из сторон сохранялась надежда добраться до "чужих" раньше соперника.
   Желание Елены посетить научную базу на Янтаре вызвало еще большую тревогу, когда выяснилось, что там работает по контракту бывший преподаватель журналистки. Ученый-биолог и раньше высказывал в ходе научных конференций сомнение в том, что населяющие Зону формы жизни - мутанты, поскольку удачные мутации чрезвычайно редки, а за столь короткое время - и вообще вряд ли возможны. И если Елена поделится с ученым информацией, у того появится веский довод в пользу искусственного происхождения населяющих Зону существ.
   Для контроля над ситуацией Крюгеру было приказано наняться к журналистам проводником, что он и сделал. Узнав о защитном шлеме, шеф Крюгера перепугался: у него возникло вдруг подозрение, что аналитики ошиблись, что на самом деле Елена - сотрудник российской спецслужбы и ей поручено проверить шлем как защиту от "мозгодробилки". О покушении на ученого Крюгер не знал - видимо, решение устранить возможного...
  
   Размышления прервал непонятный шум в коридоре - даже не шум, а едва слышное потрескивание, будто кто-то ломал тонкие сухие прутья. Звук шагов я бы не пропустил - значит, дело не в тварях... На ум пришли слова Елены о красном огоньке. Будить Кира не хотелось, но не будить... все равно ведь услышит и проснется, а от неожиданности и пальнуть может.
   Я слегка толкнул Кира в бок. И тут же услышал щелчок предохранителя.
   - У нас гости... - шепнул я. - Возможно, тот самый "красный огонек". Давай без стрельбы, ладно?
   - Шутишь? Какая стрельба по аномалии! Плохо... мы тут, как в ловушке.
   - А решетка?
   - Если это "жарка", решетка не спасет. Факел бьет на...
   Кир умолк: в проеме, справа, показался светящийся шар. Полупрозрачная оранжевая сфера размером с крупный апельсин медленно плыла метрах в полутора над полом. Перед решеткой шар остановился, будто раздумывая... или принюхиваясь... и я подумал вдруг, что он напоминает мне пса... заблудившегося, ищущего хозяина пса.
   Тонкие голубовато-белые прожилки на поверхности шара стали ярче, потрескивание сделалось громче и участилось... и шар поплыл к нам, точно и не было никакой решетки. Посреди комнаты он вновь остановился... словно не мог решить, что предпринять.
   В памяти возник горящий под мостом зомби - и по спине потекла тонкая струйка пота.
   - Кир! Нельзя бояться! Думай о нем как о друге! - торопливо прошептал я. - Представь, что это заблудившийся щенок!
   Я попытался изгнать картинку с обугленным мертвяком и вспомнить что-нибудь веселое... соседского пса, например... как он носится по двору, смешно забрасывая вбок задние лапы, как крутит хвостом, выпрашивая ломтик колбаски у расположившихся на скамейке мужиков...
   Спустя несколько долгих, безумно долгих секунд треск утих; шар проплыл к спящей Елене, опустился чуть ниже, будто хотел удостовериться, что с ней все в порядке, - и вернулся обратно.
   - Все в порядке, Рыжик! - сказал я негромко. - Мы друзья. Вот посидим, отдохнем - и пойдем дальше... А ты погуляй пока.
   Еще несколько секунд - и шар поплыл к двери, прошел сквозь решетку и скрылся за углом.
   - Ну дела-а-а!.. - протянул Кир. - А почему - Рыжик?
   - Само как-то вырвалось... Из-за цвета, наверное.
   - И что это было, по-твоему?
   - Не знаю... Может, душа? Душа какой-нибудь погибшей собаки, например?
   Кир в ответ только хмыкнул, и вскоре я вновь услышал размеренное похрапывание.
  
   Подивившись железным нервам напарника, я вернулся к размышлениям над рассказом Крюгера. Если все, что он говорил, - бред, то бред, надо признать, вполне логичный и убедительный. Оставалось, правда, непонятным - откуда взялись монстры, аномалии с артефактами, что такое "Выбросы"? Впрочем, Крюгер мог этого и не знать...
   Вспомнив Кузьму с его Яшами, я вдруг подумал, что здесь может оказаться ключ к разгадке происхождения монстров... Ведь Яши - определенно не клоны: вряд ли можно за несколько дней вырастить клона того же возраста, что и оригинал. Опять же одинаковая до мелочей одежда... Скорее уж Яши - результат копирования. Как там у фантастов эта штука называлась? Репликатор, кажется? Точно, репликатор!
   Словно гончая, почувшая горячий след, мысль понеслась через кочки и овраги... Ну конечно же - репликатор! Видимо, Кузьма - да и не он один, надо полагать - в какой-то момент оказался достаточно близко от упавшего аппарата, и с него были сняты необходимые для копирования характеристики, а затем заработал репликатор. То же и с Семеном... С той лишь разницей, что Кузьма - оригинал, прототип многочисленных Яш, а Семен - одна из копий, оригинал которых то ли погиб, то ли до сих пор мыкается где-то в Зоне. Или наоборот, пьет сейчас чай с малиновым вареньем где-нибудь за тысячу километров отсюда.
   Точно так же можно объяснить и происхождение снорков: судя по обмундированию, прыгуны - это изуродованные, лишенные разума копии пропавших спецов. Что же касается разных "псевдо" - тут и говорить не о чем: на месте падения могли оказаться - или прийти туда позже - и бродячие псы, и волки, и кабаны. В базе данных репликатора вполне могла храниться информация и об инопланетных существах - отсюда и кровососы, и, возможно, какие-то другие создания, о которых я не знаю.
   Оставалось непонятным - зачем все это? Нельзя же всерьез полагать, что репликанты сделаны "чужими" для защиты. Пси-излучение и роботы, или кто они там, оказались весьма эффективны, значительно более эффективны по сравнению с десятком кровососов или двумя десятками прыгунов, которые даже стрелять не умеют. Скорее можно предположить, что при падении аппарата репликатор "свихнулся" и в результате поломки стал как-то объединять, комбинировать файлы с данными разных существ. В итоге Яши получили дар телекинеза, но потеряли память и превратились в трехлетних по разуму детей, Семены обрели дар внушения и способность читать мысли, а псевдособы лишились глаз, но стали "слышать" мысли и лоцировать их источник.
   Воодушевленный успехом, я с разгона попробовал придумать объяснение и для мертвяков - и не сумел. Нет, в том, что мертвяки - реплики забредших к месту падения военных, сталкеров и бандитов, сомнений не было: подтверждением служила рассказанная Николаем история о сталкере, встретившем похороненного месяцем раньше приятеля.
  Но как может двигаться мертвое тело? Нет, это мне не по зубам... с этим лучше обратиться к знатокам вуду, специалистам по живым мертвецам... или, еще лучше, к "чужим". При случае.
   Я посмотрел на часы - начало второго, смена закончилась, пора баиньки.
   Кир отозвался сразу, будто и не спал:
   - Что? Опять?
   - Не опять, а снова, - сказал я и с удовольствием растянулся на стеллаже. - Спокойного дежурства, напарник!
  
  
Глава 16
  
   Ровно через три часа я проснулся. Кир уже открыл банки с тушенкой и теперь резал хлеб.
  - Думаю, придется все же девушку будить, - сказал Кир, заметив, что я не сплю. - Лучше бы нам убраться отсюда до рассвета, а до выхода еще...
  - Девушка выспалась, - раздался веселый голос, - и снова хочет есть.
  Я достал банки с пивом, и мы приступили к завтраку. Пока ели, я рассказал, к какому выводу пришел насчет монстров.
   - Значит, вы уже знаете о корабле? - удивленно спросила Елена.
   - Да, вчера один клиент поделился секретом. - И я вкратце пересказал версию Крюгера.
   - Ну что ж... все сходится. - Она энергично кивнула. - Могу добавить только пару деталей... По словам того человека, от которого поступила информация, история контакта - технических подробностей, извините, не знаю - насчитывает уже более полувека. Пришельцы тогда сообщили, что земная цивилизация находится под угрозой самоуничтожения и что они готовы помочь, но только в том случае, если народы Земли объединятся. Главы правительств, которым было адресовано послание, ответили категорическим отказом.
   - Кто бы сомневался! - заметил я.
   Елена вновь кивнула и продолжила:
   - Взрыв на ЧАЭС, видимо, встревожил пришельцев: после многолетнего молчания от них было получено сообщение с просьбой не препятствовать проведению исследований в месте катастрофы. Согласие было дано. А когда их аппарат завис возле ЧАЭС, по нему ударили ракетами. Чтобы не допустить эвакуации уцелевшей части экипажа, вокруг места падения поставили части ПВО с приказом сбивать любые неопознанные летающие объекты. Вот, собственно, и все детали.
   - Да-а... Не хотел бы я оказаться рядом с этими ПВО, когда прибудет спасательный корабль, - сказал Кир. - Настоящий корабль, я имею в виду. Не шлюпки Гринписа, а тяжелый авианосный крейсер.
   - Не думаю, что они станут мстить... - сказал я. - Только не случилось бы кое-чего похуже.
   - Похуже? - недоуменно спросил Кир.
   - Заберут своих - и улетят. Все! И не останется здесь ни шлюпок, ни крейсеров... И когда мы одумаемся, уже некого будет звать на помощь.
   - А по мне - так лучше бы и улетели, - убежденно сказал Кир. - Мы и сами тут разберемся.
   - Не дороговато ли они обходятся, ваши "разбирательства"? - неожиданно жестко спросила Елена. - Первая мировая - десять миллионов жизней, вторая - больше пятидесяти... Если так и дальше пойдет, скоро в пещеры вернемся! - Она в упор посмотрела на Кира. - Неужели происходящее в Зоне не кажется вам предупреждением, живой картинкой возможного финала этих самых "разбирательств"?
   - И какова альтернатива? - угрюмо осведомился Кирилл.
   - Обнародовать всю эту историю и вступить с пришельцами в диалог. А там видно будет.
   В комнате повисло тягостное молчание.
   - Ладно... Давайте собираться, - наконец сказал Кир.
  
   В конце коридора, перед входом в зал насосной станци, мы перестроились: Кир как спец по аномалиям остался впереди, а мы с Еленой поменялись местами, и теперь я замыкал цепочку. Путь через дизельную Кир забраковал: слишком близко к сточной трубе, можно нарваться на снорков, а то и на кровососов, - и мы свернули налево, к жилым помещениям, за которыми находились лаборатории.
   Однако уже во втором по счету отсеке - со столами, стульями и деревянными, в два яруса, топчанами вдоль стен - пришлось остановиться: на выходе, сразу за настежь открытой стальной дверью, с громким треском бился разряд - ярко-синий, ветвистый, от пола и до потолка. На пороге лежали чьи-то обгоревшие до углей останки.
   - Вот это и есть "Электра", - сказал Кир. - Теперь через дизельную придется идти...
   Мы двинулись обратно. Луч фонаря зацепил бледное лицо Елены, и я понял, что ей не по себе. Конечно, сейчас она думает - а если, мол, и там тоже?..
   - Не переживай раньше времени, - сказал я бодрым тоном. - Прорвемся!.. В крайнем случае - вернемся назад и перебьем бандюков.
   Елена не ответила.
   - Стрелять-то умеешь? - спросил я, чтобы отвлечь девушку от неприятных мыслей.
   - Умею... Иван Егорыч научил.
   - О как! - удивился я. - Так, может, это тебя Егорыч имел в виду, когда говорил, что у него для меня невеста есть?
   - Врешь ты все! - Елена засмеялась.
   - Почему это - вру?! - сказал я обиженно. - Я не всегда вру... Вот вчера, например, я...
   - Стоп! - шепнул Кир и остановился.
   Я замер на полушаге, и Елена уткнулась мне в спину.
   В зале насосной станции по-прежнему было пусто и тихо... хотя - нет: из дальнего коридора - того, что вел в дизельную - донеслось знакомое потрескивание.
   - Наверное, твой огонек! - шепнул я Елене. - Я его Рыжиком назвал, так что не удивляйся...
   Оранжевый шар проплыл по залу и остановился в паре метров. Немного повисев, описал вокруг нас небольшой круг и медленно поплыл обратно.
   - Кир, мне кажется, он хочет, чтобы мы пошли с ним.
   - Мало ли кто чего хочет... - проворчал напарник, недовольно крякнул и двинулся следом за шаром.
   На выходе из зала Кир замедлил шаг:
   - Похоже, горелым тянет...
   Теперь и я почувствовал запах горелого мяса.
   Вслед за Рыжиком мы свернули за угол коридора - и остановились: на подходе к дизельной коридор был усеян обгоревшими почти дочерна телами кровососов, снорков и собов. Стараясь не наступать на трупы, мы пробрались в зал. Здесь картина оказалась еще более жуткой: счет трупам шел уже на десятки, тут были не только обгоревшие монстры - эти, в основном лежали сверху, - но и обглоданные скелеты; запах стоял такой, что завтрак стал проситься наружу. А над двумя генераторами в центре зала слегка раскачиваясь и довольно потрескивая висел Рыжик.
   Из зала выходили две трубы полутораметрового диаметра - наклонная сливная, через которую сюда проникали монстры, и вторая, эвакуационная, с небольшим уклоном. Теперь цепочку возглавил я. Через сотню метров подъем закончился квадратной площадкой и вертикальной трехметровой врезкой такой же трубы. К люку вела стальная лестница.
   Когда все оказались в сборе, я напомнил порядок действий и полез наверх. Отодвинул задвижку и прикладом калаша откинул крышку люка - и тут же раздался громкий хлопок: сработал сигнальный взрывпакет.
   Я погасил фонарь и выбрался наружу, снял с плеча автомат и прильнул к ночнику.
   Через пару секунд в окне третьего этаже наметилось движение, и я отправил туда короткую очередь. Через секунду - еще одну. Наконец, клиент меня заметил: раздался негромкий взрыв. Если стрелок оказался везучим и остался жив после разрыва ствола, впереди у него масса времени, чтобы... Впрочем, неважно. Теперь у нас около пяти минут, чтобы убраться подальше.
   Я помог выбраться наверх Елене. Следом вылез Кир.
   - Неужто сработало?
   - А то! Фирма веников не вяжет! - повторил я недавнее изречение напарника. - Куда теперь?
   - На восток - болото, там не пройдем. Так что - на север, в обход.
   Бег по заболоченному лугу удовольствия не доставил, зато через пять минут мы уже оказались в зарослях кустарника, примерно в километре от завода.
   - Все... Больше не могу... - Елена в изнеможении опустилась на траву.
   - Кажется, оторвались... - задыхаясь, выговорил Кир. - Братки, скорее всего, западнее будут искать, в направлении автохозяйства.
   Он сел рядом с Еленой и откинулся на рюкзак.
   - Оторвались, говоришь? - сказал я тихонько, скорее для самого себя.
   В той стороне, откуда мы пришли, показалось светлое пятнышко. Оно быстро увеличивалось - и вот уже Рыжик, радостно потрескивая, завис рядом с Еленой.
   Начало светать. Через пару минут справа от заводской ограды показались яркие точки - фонари бандюков. Точки быстро двигались вдоль шоссе. Кир оказался прав: братки перекрывали путь к базе свободовцев.
  Достав из рюкзака разбитую на квадраты карту Зоны, я сравнил ее с картой на ПДА, где зеленой точкой высвечивалась наша позиция. До края болота чуть меньше двух километров, оттуда до периметра на востоке - еще четыре. С учетом состояния Елены - часа полтора ходу. Пусть два: на непредвиденные задержки.
   Я набрал номер Николая.
   - Здесь Серый, - сказал я, услышав заспанный голос. - Слушай и не перебивай. Возьми бумагу и карандаш... Готов записывать? Хорошо. Сейчас поднимешь Анатоля, пройдешь с ним в его хозяйство и позвонишь... - Я назвал номер сотового. - Скажешь, что у тебя сообщение от Серого, и продиктуешь серию цифр... Записывай - Я продиктовал цифры. - Теперь повтори начиная с номера мобильника... Так... Да, все верно. Очень на тебя рассчитываю, Николай! Не подведи!
   Не дожидаясь вопросов, я отключился. Может, и не успели запеленговать. А если успели и пошлют кого-нибудь с базы свободовцев, то посланцам не миновать братков. С южной базы, той, что на Складах, - и вовсе не успеть: слишком далеко.
   Я достал из рюкзака две банки пива для нас с Киром и отдал Елене оставшийся шоколад:
   - Еще десять минут отдыхаем - и вперед!
   - Жалко, Рыжику нечего дать, - сказала Елена, и шар, будто поняв ее слова, чуть колыхнулся.
  
  Спустя полчаса болото сошло на нет. Чтобы не лезть в камыши с риском напороться на кабанов, мы прошли еще метров триста. Затем свернули на восток, к периметру. Впереди показалась рощица - удобное место для очередной передышки, дальше - финишная прямая.
   На опушке за рощей мы остановились. На восток, до горизонта, расстилался поросший редким кустарником луг. Утро выдалось пасмурным, начал накрапывать мелкий дождь - обычная погода для Зоны.
   - Ну что ж... От братков мы, пожалуй, оторвались окончательно... Здесь они искать не станут, - сказал Кир. И передернул затвор калаша.
   Я с недоумением посмотрел на напарника - лицо Кирилла было необычно бледным.
   - Не могу я вас отпустить, Серый, - сказал он с вымученной улыбкой. - Извини. Как говорится - ничего личного.
   Понимание приходило тяжело и болезненно. Вот тебе и Кир... Провел-таки, старый лис! Провел, как сопливого пацана!
   На мгновение я оглянулся на Елену. В широко распахнутых синих глазах не было ни страха, ни ненависти - девушка смотрела на Кира с жалостью и какой-то усталой безнадежностью.
   Что же делать-то? Скинуть автомат я не успею - нечего и пытаться. Зато рукоять стечкина почти под ладонью. Нужна лишь доля секунды...
   - И что дальше? - спросил я.
   - Вызову вертушку... Отвезут вас, куда надо... поговорят... возьмут подписку о неразглашении...
   - Какую подписку?! Что за бред, Кир! Шлепнут нас с Еленой - вот и вся подписка... Сам подумай!
   - Нет, это ты подумай! - краснея лицом заорал Кир. - Это вам обоим надо было подумать, гуманисты хреновы! Людей им, видите ли, жалко... В кои-то веки появился шанс обрести мощь, заставить весь мир нас уважать...
   - И бояться, - подсказал я. - Договаривай, не стесняйся.
   - Да! И бояться! - Кир упрямо мотнул головой. - И вы хотите этот шанс угробить?! Нет уж!
   Не сводя с меня дуло калаша, он достал ПДА - и внезапно замер, прислушиваясь.
   Из-за рощи донесся мерный рокот вертушки.
   На лице Кира появилось удивленное выражение, но обернуться и посмотреть, что происходит, он не решался: понимал, что такой случай я не упущу...
   Над верхушками деревьев показался вертолет. Только это был не МИ-2, на который, вероятно, рассчитывал Кир, а совсем другая машина, значительно более серьезная. Если я не ошибся, это был MH-60G Pave Hawk.
   Вертушка слегка развернулась правым бортом в нашу сторону, и в окошке между дверью и кабиной я увидел направленный на нас ствол пулемета.
   - Прилетели не совсем те, Кир... - сказал я. - Я бы даже сказал - совсем не те.
   - Не надо, Серый! - Кир улыбнулся. - Такие хитрости я еще в детстве...
   Из-за рокота двигателя выстрел был едва слышен. Голова Кира дернулась вперед, и во лбу у него будто открылся третий глаз. Стрелял снайпер из открытой уже двери вертушки.
   Я сбросил с плеча винтовку и откинул приклад...
   Пулемет дробно застучал, и слева в метре от меня пробежали черные земляные фонтанчики. И тут же, через секунду, справа. Видимо, это предупреждение. Пилот развернул машину на меня и задрал нос, подставляя бронированное брюхо. Затем вертушка слегка наклонилась вправо и боком пошла к лугу. Из открытой двери выбросили два каната.
   - Беги в лес! - не оборачиваясь, крикнул я Елене.
   - Нет! - Голос прозвучал совсем рядом, у меня за спиной, и в нем слышалась та же решимость, что и при первой встрече, в подвале завода.
   Времени на споры не было, и я просто снял с плеча автомат и протянул назад:
   - Свой брось, возьми этот... Вот еще два рожка... И отойди в сторону шагов на пяток.
   Вертолет завис над лугом метрах в двухстах от нас, и на одном из канатов появилась фигурка десантника.
   Я опустился на колено и прицелился... Нет, поздно... он уже набрал скорость.
   На другом канате появилась еще одна фигурка... и я нажал на спуск. Клиент выпустил канат и, раскинув руки, полетел вниз.
   Вновь застучал пулемет, и цепочка фонтанчиков пробежала между мной и Еленой. Это была уже стрельба на поражение. Надо уходить под деревья: какая-никакая, а защита. Однако крикнуть об отходе я не успел: Рыжик громко затрещал, теплое апельсиново-оранжевое свечение перешло в ослепительно белый свет, и Рыжик словно живая ракета устремился к вертолету.
   Удар пришелся в бронированное днище. Взрыв буквально разорвал вертушку на части, он был такой силы, что от грохота заложило уши. Потрясенные жутким, поистине фантастическим зрелищем, мы молча смотрели как на землю падают бесформенные куски того, что еще несколько секунд назад было грозной боевой машиной.
   - Ты как, цела? - наконец опомнившись, спросил я.
   - Рыжика жалко... - невпопад ответила Елена.
   Я подобрал автомат Кира, и мы двинулись через луг. Говорить не хотелось. По-прежнему моросил дождь, словно Зона оплакивала погибших, и я вдруг подумал, что так ничего и не знаю о Кире. Просто - Кир... Кирилл... И даже похоронить времени нет: скоро сюда прилетят... не те, так эти. Или сразу и те, и другие... И будут обмениваться претензиями и подсчитывать единицы потерь.
   - Единицы потерь... - машинально повторил я вслух.
  
   Через сорок минут мы уже подходили к периметру. Странно, но за последние полчаса по грунтовке на той стороне не прошло ни одного патрульного БТРа.
   Когда до ограды осталась сотня метров, послышалось басовитое урчание мощного двигателя, и на дорогу выполз черный джип. Выбравшись из машины, Егорыч приветственно помахал нам и не торопясь пошагал навстречу.
   - Что с патрулем? - крикнул я, когда мы оказались у ограды.
   - Хлопцы БТР чинят. И будут чинить, - Егорыч посмотрел на часы, - еще сорок восемь минут. А что там за дым?
   - Вертушка в аномалию попала... Или наоборот. Зона, Егорыч, дело такое... - Я достал штык-нож и примерился к проволоке возле столба. - В общем, по дороге расскажем. Только ты не поверишь!
  
  октябрь, 2010 г.
  
Оценка: 7.44*6  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ) Т.Ильясов "Знамение. Вертиго"(Постапокалипсис) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) Н.Олешкевич "Инициация с врагом, или Право первой ночи"(Любовное фэнтези) А.Ефремов "История Бессмертного-1 Поврежденный мир"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список