Семенов Василий Александрович: другие произведения.

Глава 3. Сомнения и решения.

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Виталий не стал нападать. Сначала он решил покрасоваться перед соперницей, рисуя мечом затейливые узоры в воздухе, ловко подбрасывая и перекидывая его из одной руки в другую. Ольга же спокойно стояла, со скучающим выражением на лице смотря на него. Ратник решил, что девчонка опешила от его мастерства, и в следующий миг нанес могучий удар сверху вниз, грозя проломить ей голову. Однако, она не подняла меча для защиты - лишь отступила в сторону, в самый последний момент. Неудавшийся убийца не ожидал такого подвоха и рухнул на четвереньки. Не мудрствуя лукаво, сестра Серого от души пнула его в зад. - Вставай, воин! - под всеобщий смех, потребовала она. - Не позорься!

  Глава 3.
  
  Сомнения и решения.
  
  Тьма, кромешная тьма. И с каждым мигом она сгущается все сильнее и сильнее, неукротимо наступая, стараясь поглотить все без остатка. Казалось бы, как черное может стать еще чернее? Но сейчас происходило именно это. И вот крылья тьмы сомкнулись, словно каменные своды пещеры, куда свет не проникал со дня сотворения мира.
  Земляной пол под ногами. Теплый. Почему? Обычно он прохладен даже в разгар лета, а теперь, ранней весной, должен обжигать, но холодом, а не жаром. Да, именно обжигать. Пол становился все горячее и горячее, и вскоре сделался словно угли, что остались от жаркого костра. От погребального костра...
  Душно, ужасно душно. Трудно дышать.
  Несколько шагов, превозмогая боль и духоту.
  Стена.
  Пальцы чувствуют грубые, неотесанные бревна. На них еще оставалась кора. Дальше! Надо идти дальше - на ощупь. Заноза. Больно...
  Но что это?
  Бревна теплеют! Миг, и пол становится нестерпимо горячим, точно жаровня. Бревна дымят, готовые в любой момент вспыхнуть безжалостным пламенем.
  Ужас, паника, страх!
  Дышать совсем трудно. Горло сдавил кашель. Сухой, надсадный - заставляющий согнуться и вывернуться наизнанку. Боль в груди. Вкус гари и горечи во рту. Здесь невыносимо. Сделать вдох больше нельзя...
  Нет! Последний!
  Вдох, и ужасный, хриплый выдох.
  Все. Сознание меркнет.
  Пламя. Рев пламени.
  Падение вниз, в пустоту...
  Голоса. Далекие, неразборчивые голоса. Надежда!
  Вздох! Еще и еще!
  Холод. Резкий, сильный холод. Снежинка на щеке. Настоящая зимняя стужа. Но сейчас она бодрит, заставляя очнуться, возвращая жизнь.
  Смутные силуэты перед глазами.
  Бездна сна...
  Снова тьма. Но на сей раз не кромешная. Смутно видны очертания комнаты. Вот только ясно их не разглядеть, как ни старайся.
  Запах дыма! Неужели огонь?
  Нет. Все та же тьма. Она успокаивает. В ней нет огня. Здесь даже маленький язычок пламени сразу обнаружит себя.
  А как же дым?
  Взмах рук перед лицом. От одежды, кожи и волос пахнет дымом. Тем самым - сладковатым дымом тления! Все пропахло им насквозь. Но и только...
  Кашель и тошнота.
  Опять? Ну, уж нет! Надо перетерпеть!
  Прошло.
  Остался лишь хрип в горле. Сдавленный хрип.
  Тишина...
  И вот в ней послышались голоса. Один громкий и настойчивый, а другой уверенный, но низкий - не разобрать слов.
  - Да, была на торгу! Все знаем, все поняли!
  - Спит еще.
  - До полудня, не раньше.
  - Пусть отдохнет. Не тревожь!
  - Слава Спасителю!
  - Будем ждать.
  Звук удаляющихся шагов. Скрип подтаявшего снега под сапогами. Вдалеке, встречая хозяина, приветливо заржал и зафыркал конь. Чавканье копыт по раскисшей дороге.
  Тяжелые, старческие шаги. Шарканье лаптями.
  Свет! Ослепляющий утренний свет!
  
  - Проснулась?
  Ольга щурилась и часто моргала, утирая слезы, текущие из воспаленных глаз. Нужно было время, чтобы они снова привыкли к свету, который теперь казался до боли ярким. Поняв это, хозяйка закрыла дверь и отодвинула волок окошка. Горница погрузилась в легкий, приятный полумрак - девушка наконец-то смогла нормально видеть.
  Хмыкнув, старуха медленно сняла свой ветхий зипун и, отдышавшись, повесила его на крючок возле входа. Новый пуховый платок она бережно свернула, спрятала в сундук, который стоял неподалеку от оконца. Сгорбившись, шаркая ногами, подошла к грубо сложенному очагу. Начала ворошить угли кочергой, но поняв, что они давно выгорели, скорбно вздохнула, сгребла золу и принялась разжигать огонь снова. Вскоре уже весело трещали дрова, а вода в котелке закипала.
  Опомнившись, Вольга поспешила на помощь сердобольной хозяйке, приютившей ее. Только сейчас девушка заметила большую корзинку со снедью на лавке.
  Проследив за взглядом, бабка сказала:
  - На рынок сходила. Добрый завтрак будет!
   Ольга кивнула в ответ.
  - Как ты? Получше, маленько? - участливо справилась хозяйка.
  - Да. Спасибо.
  Молчание.
  - Что случилось?
  - Баят на торгу много. Южане к нам пожаловали! Ночью пришли. Мы теперь под Красногорским князем будем. Но те не буянят. Смирные. А это главное. Князь-то: сегодня - один, завтра - другой, - махнула рукой она. - Лишь бы не трогали! Но этот - авось, неплох будет. От податей освободил. Вот только, не пускают ныне на север...
  Девушка кашлянула, прерывая словоохотливую бабку. Языком старая сплетница молола живо, не то что ногами ходила.
  - Теть Нюр, я хотела спросить... Что со мной случилось?
  - Ах, это... Тогда слушай! Вчера ночью был пожар! Дом сгорел дотла, и ты сгорела бы вместе с ним, если не воины. Они были недалече - вытащили тебя из огня и принесли ко мне. Гривну дали, - сделав священный круг, степенно поклонилась та. - Свет не без добрых людей!
  - Все-таки не сон...
  Не слушая бормотание Вольги, хозяйка помешивала варево и продолжала:
  - Вот, давеча во дворе с ним и встретилась. Тот витязь снова приходил. Спрашивал все про тебя. Но я его спровадила куда подальше, от греха... Нечего ему тут больше делать! - зачерпнув ложкой, попробовала. - Похоже готово.
  Через миг перед девушкой уже стояла полная миска похлебки. Старуха старательно подсовывала ей лучшие куски.
  
  В полдень, едва только женщины покончили с домашними делами, раздался громкий, настойчивый стук в дверь. Хозяйка сразу поняла, кто пожаловал к ним в гости, даже не выглянув в оконце. Накинув душегрейку, вышла на улицу. Пускать воина в дом она явно не собиралась.
  Теперь голоса слышались ясно, говорившие стояли совсем близко.
  - Добрый... - начал было ратник.
  Но старуха живо перебила его и затараторила:
  - И тебе того же! А у нас все хорошо! Поправляемся. Позавтракали намедни. В дом не пущу - уборку затеяли. Все кверху ногами тепереча. Так что - доброй дороги тебе, витязь! Легкой службы!
  - Но все-таки...
  - Ни о чем и не думай! - двусмысленно воскликнула она. - Уходи отсель - по добру, по здорову! Не гневи Спасителя...
  Ольга, тем временем, рассматривала воина в окошко.
  Среднего роста, русоволосый, серые глаза. Увидишь такого, да забудешь через миг. Не к чему глазу зацепиться, и запечатлеть в памяти. Самый обычный человек. Но вот лицо, взгляд... Есть в них что-то знакомое. Что-то далекое...
  Неужели?
  Нет, вздор!
  Хотя... Почему бы и нет? Все сходится!
  Теперь сомнений не осталось.
  Девушка повелительно крикнула:
  - Пусти его!
  Дверь чуть приоткрылась.
  - Так ведь это... - попыталась возражать упрямая старуха, успевшая вообразить себе невесть что гадкое об этом человеке.
  - Я сказала. Пусти его в дом! - сейчас в голосе Вольги слышалась невиданная прежде уверенность и грозные нотки. - Не дури!
  Дверь отворилась, и в лучах яркого весеннего солнца в горницу вошел Николай. Его кольчуга и шлем ослепительно сверкали, не скрытые более плащом. Десница покоилась на рукояти полуторного меча, но вовсе не готовая ударить, а в силу привычки. Он открыто смотрел на девушку, ничего не утаивая в своих мыслях.
  - Он мой брат!
  Хозяйка замерла у входа в свое жилище с открытым ртом.
  - И я ухожу вместе с ним!
  - А если? - начинала та снова.
  Ольга покачала головой и твердо ответила:
  - Нет! Это не обсуждается! Прощай, добрая тетя Нюра, - уже мягче добавила она. - Ты все сделала правильно. Не тревожься обо мне более...
  Пожилая женщина тяжело осела на сундук.
  - Как хочешь. Держать силой не стану... Вот только шубейку мою возьми, не откажи. Застудишься ведь...
  Брат и сестра ушли, а старая вдова беззвучно плакала. В Ольге она видела свою дочь, которая так же, в свете лет, наперекор всему, ушла из родного дома и никогда более не вернулась. Отец, быть может, смог бы ее удержать, но его кости уже тогда белели на далеком безвестном поле. И вот теперь: где она, что с ней - знает только Бог...
  
  - Как ты меня узнала? - после долгого молчания спросил Серый.
  Вольга лукаво улыбнулась и взяла брата под руку, обходя по краю большую лужу. Сегодня сильно потеплело, дороги превратились в кашу из мокрого снега. Солнце светило совсем по-весеннему, в шубе становилось жарковато.
  - Лицо отца, глаза матери. Как можно ошибиться? Хоть я и была мала, когда... Когда все случилось, но я их помню. Они мне часто снились, и снятся по сей день. И каждый раз они старались что-то сказать, о чем-то предупредить... Вот только я не слышала их слов, не могла разобрать. Теперь понимаю...
  Воин кивнул и отвернулся в сторону, будто бы разглядывая окрестности.
  - А ведь вчера я приняла тебя за призрака. Но ты спас меня, брат! - девушка крепко держала Микулу за руку, словно боялась, что он снова исчезнет.
  - Любой поступил бы так же, - спокойно сказал он, посмотрев на Ольгу. - Мы всего лишь проходили мимо и поспели первыми. Случайность.
  Прищурившись, рыжая произнесла:
  - Это неважно. Важно, что мы вместе. Навсегда!
  - Скажи лучше, как ты оказалась в Озерках.
  Холодность брата обижала, но виду она не подала.
  - Меня подобрал воин. Один из тех... Сжалился над маленькой девочкой, которая плакала в кустах на куче опавшей листвы. Но я, словно дикая кошка - закричала, стала кусаться и дралась, едва только он протянул ко мне руки! Однако, пожилой ратник все же взял меня с собой, воспитал как родную дочь. Со временем я присмирела и полюбила его, - улыбнулась девушка. - Он заменил мне отца! Научил всему, что знал сам. Месяц назад мой отчим заболел, а неделю назад болезнь победила его...
  Серый покачал головой.
  - Прости.
  - Пустое, - проглотив ком в горле, сказала сестра. - Он наконец-то обрел покой. А ты нашел меня. Вот это совпадение! - уже веселее добавила рыжая.
  - Пожалуй.
  - А теперь моя очередь задавать вопросы! Куда мы идем?
  - К сотнику. Буду просить, чтобы позволил тебе остаться. Принял в отряд. Добрыня хороший человек, он поможет, - уверенно сказал Николай. - Или, ты против? Война, грязь, пот, смерть - не женское это дело. Решай сейчас.
  Не задумываясь, Вольга твердо ответила:
  - Вместе навсегда! Или ты забыл? Я ничего не боюсь - ни боли, ни смерти. Все это я видела и испытала еще ребенком.
  - Значит, будет так, - улыбнулся десятник.
  
  Старшина и часть следопытов остановились на гостином дворе, который был почти пуст. Только две комнаты внизу занимали постояльцы - купцы из Верайа. Сперва они опасались воинов, нагрянувших среди ночи, но теперь поняли, что до них никому дела нет, и продолжили заниматься своими прежними делами. О закрытой дороге на север купцы лишь посетовали и, недолго думая, решили двинуться в ближайшие дни на юг - искать удачи в Междуречье.
  У входа, на крыльце, стояли двое часовых. Вернее, стоял только один, а другой спал, внаглую развалившись на лавке. Не удержавшись, Ольга прикрыла рот рукавом шубы и зычно крикнула:
  - Подъем!
  Спящий воин мигом вскочил и вытянулся по струнке, ожидая наказания сотника. Уж очень похожим ему показался голос спросонья.
  Девушка звонко засмеялась.
  - Иди отсюда!
  - А вот и не пойду! - твердо сказала она. - Нечего спать!
  Ратник раскраснелся от гнева и схватился за меч.
  - Да я сейчас тебя...
  - Она со мной, - спокойно сказал десятник. - По делу.
  Лицо "сторожа" расплылось в довольной, сальной улыбке.
  - А после его дел, зайдешь ко мне?
  Вольга ничего не успела сказать в ответ, пораженная таким предложением.
  - Это моя сестра. Держи язык за зубами. Или отрежу вместе с головой. Надеюсь, Виталий, мы поняли друг друга?
  Тот закивал, пытаясь оправдаться:
  - Я же не знал...
  Не слушая его, Серый толкнул дверь и пропустил сестру внутрь.
  
  В трактире было мрачно, дымно и шумно. Хозяин прятался за дубовой стойкой, делая вид, что протирает кружки, а сам, тем временем, с опаской наблюдал за столом возле камина, где сидели воины. Судя по крикам и стуку кружки, они играли в кости. Причем, довольно давно - осколки на полу красноречиво говорили сами за себя. Но шум стоял именно веселый, а не злобный или пьяный.
  Самым громким игроком оказался сам Добрыня. В пожилом, но статном богатыре, девушка сразу узнала старшину. Было в нем что-то особенное: мудрое, надежное, доброе - как в дядьке Туре. Едва подняв взгляд на Николая и Ольгу, он сразу все понял. Хмыкнув, следопыт бухнул кружкой об стол и прогремел:
  - Все, хорош! Ободрали вы меня, ребята, как липку! Пусть Воик с вами теперь играет. Ко мне Серый с сестрой пришел.
  Игра остановилась. Ратники удивленно загудели. Сестра у Микулы? Вот это новость! Но шум стал еще сильнее, когда Вольга твердо, без предисловий произнесла:
  - Ты примешь меня в отряд к брату!
  Сотник аж крякнул.
  - Девка-следопыт? Такого еще не бывало! - хохотнул он.
  - Тогда испытай меня!
  Проведя рукой по седой голове, Добрыня встретился взглядом с Николаем и, задумчиво помолчав, ответил:
  - Хорошо. Но, ты сама напросилась. Пощады не жди. Идем на улицу!
  Следом за старшиной и девушкой во двор поспешили все следопыты, кто оказался поблизости. День сегодня был щедр на события.
  
  - Начнем со стрельбы.
  Девушка решительно кивнула.
  - Иван, подай нашей воительнице лук и стрелы!
  Молодой ратник, стоящий на охране у дверей трактира вместе (и вместо) с Виталием, подчинился и подал Ольге свое оружие.
  - Снарядить? - участливо предложил он.
  Та отрицательно покачала головой.
  - Сама справлюсь.
  Сестра Серого сняла шубейку старухи и, аккуратно положив ее на крыльцо, достала из налучья оружие. Зажав нижний рог лука между стопами, она всем весом налегла на верхний, и живо накинула петлю тетивы.
  Воины одобрительно зашумели. Не каждый мужчина способен снарядить чужой лук, а тут это сделала девушка.
  Накинув на плечо тул со стрелами, она подошла к сотнику.
  - К стрельбе готова!
  Тем временем, один из отроков пристроил на ветке дерева, что росло на другом конце двора, сморщенное красное яблоко, оставшееся с осени.
  Добрыня махнул рукой.
  Такое расстояние для Вольги было пустяковым. Миг, и стрела угодила в забор, а рассеченное пополам яблоко лежало на снегу неподалеку от дерева.
  Покручивая в руках еще одно яблоко, старшина откусил от него и сказал:
  - Неплохо. А если так?
  И он метнул недоеденный плод ввысь.
  Девушка выхватила новую стрелу из тула, резко натянула лук на разрыв и отпустила ее в полет.
  Несчастное яблоко разлетелось в воздухе!
  Следопыты захлопали в ладоши, поддерживая сестру товарища. Не всякий из них мог повторить подобное, да и еще с первого раза.
  - Красиво, - хмыкнул в бороду сотник. - А теперь - бой!
  Иван подал два деревянных меча. Ольга смело взяла один из них.
  А старшина подзадоривал ратников, явно смеясь над ними:
  - Кто же вызовется в противники? Ну, мужики... Это ведь девчонка! Что, коленки трясутся? Боитесь, что она вас по ристалищу гонять будет?
  - И буду! - лихо выкрикнула она.
  Мужчины улыбались, и драться с девушкой явно не собирались. Пусть даже в шутку. Все, кроме одного - успевшего затаить обиду. Под свист и насмешливые голоса товарищей, Виталий отстегнул пояс с оружием и отдал кому-то из своих. Сняв броню, взялся за деревянный меч.
  Добрыня пристально посмотрел на этого воина. Он никогда не нравился старому следопыту, который умел разбираться в людях. Слишком зол и безжалостен этот человек. Другие от него страдают. Но изворотлив, как мерзкий, скользкий червь - взять его за руку и выкинуть из отряда пока не удавалось. Его боялись, и о бесчинствах, которые он творил вместе со своими дружками, шептались лишь по углам.
  - Бой!
  Виталий не стал нападать. Сначала он решил покрасоваться перед соперницей, рисуя мечом затейливые узоры в воздухе, ловко подбрасывая и перекидывая его из одной руки в другую. Ольга же спокойно стояла, со скучающим выражением на лице смотря на него. Ратник решил, что девчонка опешила от его мастерства, и в следующий миг нанес могучий удар сверху вниз, грозя проломить ей голову. Однако, она не подняла меча для защиты - лишь отступила в сторону, в самый последний момент. Неудавшийся убийца не ожидал такого подвоха и рухнул на четвереньки. Не мудрствуя лукаво, сестра Серого от души пнула его в зад.
  - Вставай, воин! - под всеобщий смех, потребовала она. - Не позорься!
  Обезумев от злобы, Виталий нанес молниеносный удар сбоку, еще оставаясь стоять на коленях. Девушка с трудом отвела меч от себя и попыталась ответить. Тщетно. Он сделал кувырок назад и резво вскочил на ноги.
  Оба противника тяжело дышали, стоя напротив друг друга.
  Первым вновь ударил следопыт. На сей раз он бил снизу вверх, стремясь попасть в грудь воительницы и выбить из нее дух. Мечи с гулким стуком столкнулись. Девушка, не имея сил противостоять мужчине, резко отпрянула в сторону, заставляя свое оружие соскользнуть с клинка противника. Пользуясь моментом, Ольга нанесла подплужный удар справа. Однако Виталий разгадал эту уловку и сбил меч. Рыжая выронила оружие. Он схватил соперницу в охапку и приставил деревянный клинок к ее горлу. Ратник не сомневался в своей окончательной победе.
  - Проси пощады!
  - Не за что!
  Девушка сильно ударила мужчину в причинное место. Тот сразу ослабил хватку и согнулся от боли. Сейчас воин даже ругаться не мог - только стонал. Сжалившись, Вольга оттащила его за воротник в ближайший сугроб.
  Злорадно посмеиваясь, Добрыня объявил:
  - Ты принята!
  Рыжая скромно улыбнулась.
  
   Подплужный - диагональный удар снизу.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"