Смелик Эльвира Владимировна: другие произведения.

Тот, кто что-либо знает

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:

  Машину немного занесло на повороте. Андрюха не выдержал и набросился на брата:
  - Ты что, совсем рехнулся! Устроил гонки! Думаешь, на автостраде?
  - Все равно же никого нет! - оправдался Тёма, так и не сбавив скорость. - Кто ж в такой мороз будет по улице шляться?
  И они, поднимая снежную пыль, промчались вдоль ряда одинаковых блочных домов.
  Вокруг, действительно не было ни души. Темно, холодно. Никто добровольно не покинет дом в такую погоду. Да и время уже позднее.
  - Все равно! - настаивал Андрюха.
  Мало ли выскочит из подъезда какой-нибудь собачатник, решивший выгулять на ночь любимого питомца, или поздний прохожий вывернет из-за угла.
  - Да не боись ты! - усмехнулся Тёма.
  Большое шоссе его не привлекало: гладко, прямо, светофоры ни к месту понатыканы. А еще хуже - попадется патрульная машина. А между домов - полный экстрим! Неожиданная трасса, частые повороты, и ни черта не видно за высокими сугробами, насыпанными вдоль тротуаров. Только Андрюха, хоть и младший брат, а зудит занудливо в самое ухо, как последний старикан.
  - Слушай, сбавь скорость! - опять слышит Тёма с соседнего кресла, но по-мальчишески назло давит на газ.
  Он так долго ждал! Ждал, когда отец наконец-то решится и купит себе новую машину, а старенькую видавшую виды "Ладу" отдаст ему.
  Да, не супер тачка, не крутая иномарка. Исторический драндулет на предпоследнем издыхании. Но зато свой собственный! А водить и Тёма, и даже Андрюха, умели уже давно. Только Тёма, отпраздновав совершеннолетие, получил водительские права. А Андрюха - еще маленький. Не дорос пока до "баранки". Хотя чисто внешне он и выше и крупнее старшего брата.
  Тёме весело. Ему даже хочется зажмурить глаза и, плюнув на опасность, отдавшись в руки судьбе, вести машину вслепую. Он уверен: ничего плохого с ним не случится. Судьба любит дерзких, любит рисковых. Вызывающая улыбка не сходит с Тёминых губ. И вдруг...
  - Стой!
  Внезапно появившийся темный силуэт на фоне голубых сугробов. И глухой удар по капоту. И тихий вскрик.
  - Стой, урод! Стой! - орет Андрюха, пытаясь отобрать руль.
  - Нет! Ты чего! Нет! - заглушая его, вопит Тёма.
  Мышцы сводит, и он застывает в одном положении, не способный пошевелиться и что-то изменить.
  Главное, подальше! Подальше от того, что произошло!
  Машина испуганно несется, не разбирая дороги, и непослушно стремится вперед, даже когда Тёма изо всех сил давит на тормоза.
  Обоих братьев сильно мотнуло вперед. Андрюха чуть не врезался головой в лобовое стекло, а Тёма с размаху навалился на руль, так что дыхание сперло.
  - Давай назад! - требует Андрюха, но Тёма смотрит на него огромными испуганными глазами.
  - Ты что? Зачем?
  - Надо же узнать, что случилось! Надо помочь! - Андрюхин голос громкий и уверенный. В нем ни тени сомнения. И страх в нем совсем другой, не как у Тёмы.
  - Да ты что? Тогда же сразу узнают, что это я! Тогда же меня... Нет!
  - Трус! - зло бросает Андрюха и чувствует, как резкое слово впивается в него самого. Потому как где-то возле виска назойливо бьется мысль: "Хорошо, что не я был за рулем!"
  Андрюха распахивает дверь, жадно вдыхает ворвавшийся внутрь салона морозный воздух. В машине душно, в машине дышать нечем!
  - Ну и сиди здесь!
  Тёма отчаянно цепляется за его куртку:
  - Дюха! Ну не ходи! Не надо! А вдруг узнают!
  В неестественном сумеречно-электрическом свете зимней ночи не разглядишь, какого цвета у него лицо. Кажется, бецветное. Прозрачное, как у привидения. Только глаза, обычно светло-голубые, потемнели и смотрят, смотрят на Андрюху, не отрываясь, с мольбой и ужасом.
  Несмотря на отчаянную Тёмину хватку, Андрюха выбирается из машины. Брат волочится следом и, понимая, что решительный Андрюхин порыв ему все равно не остановить, повторяет снова и снова:
  - Только не говори никому про меня! Ладно? Никому-никому! Не говори! И родителям не говори! Иначе отец тачку отберет! Не говори ему! Хорошо? Хорошо?
  "Хорошо"?
  И дальше невозможно ни слушать, ни видеть. А еще хуже ощущать пригибающий к земле вес здорового тела, раздавленного горем: "Иначе отец тачку отберет".
  - Сволочь!
  Андрюха ударил не глядя и почти неосознанно. Разум в обход воли послал свой сигнал. А, может, не разум? Может, что-то другое? Андрюхина совесть? Андрюхины понятия о справедливости и чести?
  Тёма разжал пальцы, рухнул на промерзшую дорогу, спрятал неживое лицо в оставленной колесами машины снежной колее. А Андрюха поспешил прочь, хотя толком еще не знал, куда идти. Заблудился в знакомых местах, ставших неожиданно чужими и странными.
  Потом он услышал вой сирены, и поспешил на ее зов. Видимо, уже кто-то вызвал неотложку, и, значит, пострадавший не лежит совершенно один, беспомощный и бездвижный, на холодном грязном снегу. И идти уже нет смысла.
  Андрей прибавил шаг. И сердце застучало еще быстрей, и от его мощных толчков стало больно в груди.
  Может, лучше пойти домой, отгородиться от случившегося толстыми бетонными стенами и прочной металлической дверью? Вдруг там, куда несется по скользкой дороге "Скорая", "уже поздно"?
  Возле одной из многоэтажек толпились люди. Все одеты кое-как. Заметно, что наспех.
  Вон бабулька в длинном пальто, на ногах - шлепанцы. Старательно вжимает голову в плечи, стараясь натянуть на уши меховой воротник. Рядом - женщина в огромном пуховом платке, накинутом поверх домашнего халата.
  "Неотложка" уже на месте. Рыча не выключенным мотором, подрагивает, будто от холода. Задние двери жадно распахнуты, готовы заглотить добычу прямо вместе с металлической каталкой.
  - Да жива! Жива! - нарочито громко произносит бабулька в шлепанцах, спеша сообщить вновь прибывшим оптимистичную весть. - Но без сознания. Пока ничего сказать не могут. Осмотр тщательный нужен. - И заканчивает опять более радостным: - Да вроде бы ничего особенно страшного нет.
  "Жива, - чисто автоматически отмечает Андрюха. - Значит - она. Женщина".
  А бабулька не умолкает.
  - Вот же, заразы! Гоняют даже по дворам! Никакие законы им не писаны! Уселись за руль и себя царями считают. Что хотят, то и воротят! Ни стыда, ни совести! Сбили девчонку и укатили, как ни в чем не бывало. Нелюди!
  - Скоты! - поддерживают старушку из толпы, и кто-то добавляет еще пару определений. Непечатных.
  Андрей в который раз повторяет про себя: "Жива!" И больше не хочется думать про "уже поздно". А если бы... Нет! Не надо! Она же жива.
  А слова из толпы все еще витают в морозном воздухе: "Нелюди! Скоты! ...".
  
  Утром в школе первым, что услышал Андрей, войдя в класс, были возмущенные слова Ерыгиной, делившейся новостями с Юлей Бухтой:
  - Представляешь, Машку Сурикову из десятого вчера машина сбила! Прямо возле дома! Ты подумай! Сбил и сразу укатил! Вот гад!
  Юля согласно кивнула и что-то тихонько прибавила от себя.
  - Она сейчас в больнице лежит. У нее сотрясение, чего-то там поломано. В общем, в жутком состоянии.
  Андрей плюхнулся на место и попытался отгородиться от девчачьего разговора. Сделать это оказалось очень сложно - Юля сидела прямо перед ним, а Ерыгина гневно подпрыгивала на соседнем стуле и говорила почти в лицо Андрею:
  - Нет, ну надо же! А? Скотина какая! Чуть не угробил девчонку и смылся! Морду бы ему набить! - Ерыгина заметила Андрея и обратилась к нему: - Согласен, Зорин?
  - Да! - с трудом выдавил он и отвернулся к окну.
  Поскорей бы прозвенел звонок! Тогда Ерыгина заткнется и отвалит на свой средний ряд, а Юлька развернется к нему спиной.
  Между окошком и партой остановилась Алла Березина, уставилась на Андрея.
  - Зорин, с тобой все в порядке?
  У Алки глаза - темно-темно-коричневые. Возможно, из-за насыщенности цветом ее взгляд кажется таким осязаемым, проникающим до самых внутренностей. Точнее до тщательно скрываемых потайных мыслей. И выдержать его очень сложно.
  - В порядке, - глухо отвечает Андрей затертой деревянной столешнице.
  - Как знаешь, - хмыкает Березина, бросает сумку на свою парту и спокойно топает на место.
  А Андрей по-прежнему видит перед собой ее глаза. Темные, пронзительные, вопросительные. Но вроде бы это и не Алкины глаза, а той... Маши Суриковой из десятого. Андрей даже не помнит такую.
  
  Отец долго не решался поменять свою старенькую, но верную "Ладу" на что-нибудь новое и более солидное. Сроднился с ней, сросся душой. Словно и не машиной она была, а давней подругой, с которой промчались бог знает сколько километров, с которой прошли и огонь, и воду, и несколько разномасштабных ДТП. Может, они даже как-то общались. На своем, только им понятном языке. Потому что дня не прошло, а отец, сидя за обеденным столом, спрашивал, одновременно иронично и озабоченно:
  - Во что это ты уже успел въехать?
  Спрашивал у старшего сына, а смотрел на младшего. Он прекрасно знал: от Тёмы не добьешься сразу прямого честного ответа, будет выкручиваться до последнего, а Андрей юлить не станет.
  - А? - откликнулся Андрюха, не оборачиваясь. Как будто не слышал, о чем идет речь.
  - Во что этот оболтус врезался, спрашиваю! - громко и четко произнес отец.
  - А я откуда знаю? - по-прежнему не оборачиваясь, равнодушно протянул Андрей.
  - Я думал, вы вместе были.
  Младший только головой мотнул, неторопливо поднялся из-за стола и ушел в свою комнату.
  - Мне еще уроки доделывать.
  Тёма появился где-то через полчаса, раскрасневшийся, вспотевший, взъерошенный. Словно вагоны разгружал, а не врал, не оправдывался. Посмотрел на Андрея с признательностью, с горячей благодарностью.
  - Спасибо, Дюха, что не заложил.
  Андрея передернуло от его слов.
  - Я в долгу не останусь. Если что...
  Тёма попытался по-братски положить руку на Андрюхино широкое плечо, но тот брезгливо отшатнулся.
  - Лучше уйди! - процедил сквозь зубы.
  Тёма недоуменно приподнял плечи.
  - Ну, ладно.
  А что такого? Отчего брат бесится? Случись все наоборот, окажись Андрюха на его месте, а он - на Андрюхином, без лишних напоминаний прикрыл бы младшенького. Даже под пытками никому бы ничего не выдал. Все-таки не чужие!
  Дверь закрылась за Тёминой спиной, и Андрюха бросил на нее тяжелый, мрачный взгляд.
  Он ничего не сказал отцу. И никогда не скажет. И остальным тоже не скажет. Никому. Он не будет судить Тёму. Потому что Тёма - брат. Но и защищать его тоже не будет. Потому что тот виноват, и Андрею трудно отыскать для него оправдания. И еще труднее согласиться с тем, что Тёма выйдет сухим из воды, и будет радоваться, что счастливо выкрутился. Ведь брат у него - скала, надежный человек, и прочее, и прочее.
  Почему же Андрюхе так паршиво? С его-то невиновностью! С его-то стойкостью и благородной братской солидарностью! Почему тяжело удержать обличающие слова? Разве рассказать кому-то, ни значит - предать брата? А он - не предатель, не стукач! Но Тёма...
  Тёму пугает не то, что он едва ни убил человека. Больше всего на свете Тёма боится, что об этом узнают. Главное, узнает отец. И отберет тачку. И Тёме нет никакого дела до десятиклассницы Машки Суриковой, лежащей в больнице. Он даже не спросил у Андрея - жива она или нет?
  
  Черт его дернул подойти на автобусной остановке к стенду с объявлениями! Поверх всех этих мелких столбиков с полезной информацией о рабочих местах, домашних питомцах, мечтающих попасть в хорошие руки, и ждущих продажи вещах в отличном состоянии разместился большой лист с фотографией смущенно улыбающейся весьма симпатичной девчонки.
  "Тех, кто что-либо знает о ДТП, произошедшем 28 января возле дома 45, корпус 2 по улице Московской, в котором пострадала моя пятнадцатилетняя дочь, очень прошу позвонить по телефону..."
  Маша Сурикова улыбалась Андрюхе, ничего не требуя. Просто улыбалась. Словно случайно встретила мальчика, который ей нравился, и немного смутилась, немного растерялась и застыла в ожидании. И Андрюха подумал: лучше бы уж он оказался в тот день за рулем. Тогда бы он пришел в больницу к этой Маше, и честно бы во всем признался, и попросил бы прощения. И пусть бы она делала с ним, что хотела: писала бы заявление, вызывала бы полицию или жаждущего отмщения отца. Без разницы. В любом случае, так ему было бы легче.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"