# Конец рабства Андрея Ильича

Александр Валерьевич Смирнов

Рассказ опубликован в "Литературном альманахе-2019", в журнале "Инвожо" #4 за 2021 год.

- Ты будешь моим рабом, - сказал Генка.


Андрей Кокоулин. "Раб"


Андрей Ильич подтянул пояс и, не совладав с собой, вернулся к столу и взял чистый лист.


Андрей Кокоулин. "Конец Андрея Ильича"


- Дунька! Сегодня никого не принимаю! - крикнул Андрей Ильич и в негодовании скомкал газетный лист.

Что за гнусный пасквиль! "Кто он - Андрей Ильич?" И эпитеты: "подёнщик", "литературный негр" - это только самые безобидные. Вот награда за десять лет трудов во благо отечественной культуры. Разве знали бы вы без меня такие имена как Чернокотов или Серомышинский? Да даже сам Лайкин-Собакин у меня зачины покупает! Андрей Ильич в отчаянии взялся за виски?. Бронзовый медведь на столе утешительно подмигнул.

Андрей Ильич был убеждён, что его карьера рухнула, ведь столь тщательно создаваемый и лелеемый образ покровителя литераторов, начинающих и не очень, под едким пером газетного писаки превращался в образ алчного дельца.

Но, вопреки ожиданиям, поток клиентов не уменьшился в воспоследовавшие дни, и даже наоборот. Да, отношение к Андрею Ильичу изменилось: презрителен стал Кобыляев, насмешлив Коровёнкин, и общение с писателями порой смахивало на банальную куплю-продажу. Однако, относясь к зачину как к товару, литераторы гораздо охотней расставались с деньгами.

А ведь Андрей Ильич всерьёз верил в свою избранность. Его редкий талант позволит литературе достичь невиданного ранее расцвета - в этом его миссия. Он был рабом - рабом литературы и трудился на её галере, не покладая рук.

Всё началось давным-давно - Андрей Ильич тогда учился в младших классах. Как-то на перемене его укусил одноклассник Генка (по прозвищу Крокодил, естественно). Ну, укусил и укусил, с кем не бывает, на то он и Крокодил. Но на Андрея Ильича это подействовало странным образом. Всякий раз, как только он видел пустой листок бумаги, неведомый зуд поднимался внутри. Ему хотелось писать, писать, писать, заполнять стройными строками белую безликую поверхность. Но стоило сложить лишь пару предложений, как зуд пропадал и вдохновение уходило.

В школе Андрей Ильич предлагал свою помощь в написании сочинений нерадивым одноклассникам, но, бросая начатое спустя полстраницы, бывал частенько бит. Только став значительно старше, он смог обратить свою страсть в профессию.

В минуты творчества реальность вокруг менялась - время уплотнялось, а воздух сгущался, и с лукавым прищуром глядел бронзовый медведь. Но если раньше завершение зачина оставляло радость победы и предвкушение дальнейших подвигов, то теперь, после той передовицы, всё ушло, и Андрей Ильич чувствовал лишь опустошение.

Но он не мог не писать. Он пытался избавиться от этого, запираясь на весь день в кабинете, выбросив из него все письменные принадлежности, однако к вечеру уже любая ровная поверхность вызывала нестерпимый нутряной зуд, а друг-медведь лёгким покусыванием напоминал Андрею Ильичу о его предназначении.

Всё чаще Андрей Ильич писал просто для себя, зачин за зачином, писал и сжигал в камине. Мысли о благе, что он несёт, уже практически не посещали Андрея Ильича, а образ галеры неотступно висел перед внутренним взором.

Так минул год. Свыкшись с рабством, Андрей Ильич безвольно плыл по течению, выполняя заказ за заказом, словно автомат.

Книги с его зачинами тиражировались, росло число поклонников авторов, созданных его гением. Но чем больше людей читали начатые Андреем Ильичом произведения, тем более странным становился мир вокруг. Казалось, зачины Андрея Ильича придавали книгам какую-то мистическую силу, способную перекраивать реальность.

Так, известный литератор Слонович, постоянный клиент Андрея Ильича, вплёл в свой роман совершенно посторонние псевдофилософские рассуждения о природе воздуха. Тем не менее, книга стала бестселлером. И вот однажды на Земле не осталось ни одной птицы. Кроме Андрея Ильича этого, похоже, никто не заметил - с кем бы он ни говорил, собеседник не мог даже понять, что значит "птица".

Подобное происходило с каждой популярной книгой, если к ней приложил руку Андрей Ильич.

В конце концов, безумство мира достигло апогея - Андрей Ильич обнаружил, что Земля больше не круглая, и все вокруг воспринимают сей факт как должное. И причиной этому лишь то, что некогда безвестный Гориллин пересказал в своём опусе миф о плоской Земле. А ведь зачин был для любовной истории!

Его дар стал его проклятием. Андрей Ильич разорвал все контакты в литературной среде, сжёг всю бумагу в доме, но не сочинять зачинов он не мог. Он бросился наводить справки и разыскал, наконец, Генку Крокодила.

За прошедшие годы тот растолстел, обрюзг и смахивал скорее на бегемота, нежели на крокодила. Старого знакомого он встретил прохладным вальяжным кивком.

- Что тебе нужно?

- Освободи меня, я не могу больше быть рабом.

- Оковы ты можешь снять только сам. Ступай к концу мира и не тревожь меня больше, - вялым взмахом руки Генка показал, что не хочет долее лицезреть Андрея Ильича.

Злой на себя, злой на Генку, Андрей Ильич вернулся домой. Всю ночь он проворочался без сна, пока не понял, что означают слова о конце мира. Наутро, ни с кем не простившись, он отправился в путь.

Сейчас он стоит на самой границе плоской Земли, там, где кончается твердь. Впереди - обрыв, за которым пустота. На самой кромке чьей-то услужливой рукой высечено в камне: "КРАЙ". Андрей Ильич подходит и наступает на чёрточку над "Й".

"КРАИ" - так правильно. "КРАИ" - "конец рабства Андрея Ильича".

Андрей Ильич усмехается и делает шаг за горизонт.


25.01.2019