Смирнова Светлана Валерьевна: другие произведения.

Любововь во мраке. Книга 3. Сердце во тьме

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
Оценка: 8.13*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Аннотация: Когда любимый человек рядом - это ли не счастье? Казалось, все беды и испытания закончились, Маркус признался в чувствах к Кате и теперь они вместе. Но долго ли продлится спокойствие? Один раз вступив за порог привычного обыденного мира, в мир, наполненный сверхъестественными существами, тяжело вернуться к нормальной жизни. Тьма становится вечным спутником, она всегда рядом, сулит опасность или смерть. Катя и не подозревала, что обычная поездка на природу в компании Маркуса и его друзей - однокурсников, обернется очередным кошмаром. При полной луне зверь начнет кровавую охоту, уйти с которой непросто - ведь ты жертва. Вскоре в школе, в которой учится Катя, убивают ее одноклассницу Нину Снегову. Полиция ищет маньяка, но Катя уверена, что замешана сверхъестественная сила, ведь накануне убийства ей приснился жуткий сон, в котором она видела Нину и человека, который давно мертв. Сможет ли она докопаться до правды и самой не оказаться в лапах убийцы? А главное - может ли она до конца доверять вампиру, которого любит всем сердцем?.. ЧЕРНОВИК!За обложку спасибо Марине Рубцовой.ЗАКОНЧЕНО.ВНИМАНИЕ! РАЗМЕЩЕНА ОЗНАКОМИТЕЛЬНАЯ ВЕРСИЯ! ПОЛНЫЙ ВАРИАНТ МОЖНО СКАЧАТЬ на Призрачных мирах, Feisovet

  Аннотация: Когда любимый человек рядом - это ли не счастье? Казалось, все беды и испытания закончились, Маркус признался в чувствах к Кате и теперь они вместе. Но долго ли продлится спокойствие? Один раз вступив за порог привычного обыденного мира, в мир, наполненный сверхъестественными существами, тяжело вернуться к нормальной жизни. Тьма становится вечным спутником, она всегда рядом, сулит опасность или смерть. Катя и не подозревала, что обычная поездка на природу в компании Маркуса и его друзей - однокурсников, обернется очередным кошмаром. При полной луне зверь начнет кровавую охоту, уйти с которой непросто - ведь ты жертва. Вскоре в школе, в которой учится Катя, убивают ее одноклассницу Нину Снегову. Полиция ищет маньяка, но Катя уверена, что замешана сверхъестественная сила, ведь накануне убийства ей приснился жуткий сон, в котором она видела Нину и человека, который давно мертв. Сможет ли она докопаться до правды и самой не оказаться в лапах убийцы? А главное - может ли она до конца доверять вампиру, которого любит всем сердцем?..
  
  

Истина заключается в том, что существует лишь одна высочайшая ценность - любовь. Хелен Хэйес.

  
  

Любовь сильнее смерти и страха смерти. Только ею, только любовью держится и движется жизнь. И. Тургенев.

  
  
  

Лишь тот что-то значит, кто что-то любит. Не быть ничем и ничего не любить - одно и то же. Людвиг Фейербах.

  
   Глава 1
  - Как насчет страшных историй? - спросила Женя, протягивая руки к тихо потрескивающему костру, оставлявшему замысловатые, таинственные блики на ее лице.
  - Я не знаю ни одной... - протянул Борис, сделав глоток пива из стеклянной бутылки и потянувшись к пластиковой тарелке, на которой лежали румяные, поджаренные на огне кусочки мяса.
  - Мы вроде вышли из того возраста, в котором любят рассказывать глупые детские страшилки, - ядовито бросил Маркус, приобнимая Катю за талию. Она улыбнулась уголками губ и положила голову ему на плечо, смотря на красно-желтые языки пламени, охватившие собранные для костра ветки. Переплела с Маркусом пальцы, наслаждаясь теплом его тела и приятно щекотавшим ноздри древесно-цитрусовым ароматом духов, смешанным с легким запахом горьковатого дыма. Рядом с Маркусом было тепло и спокойно. Он словно наркотик, которым она наслаждалась последние месяцы, не боясь получить передозировку. Маркуса никогда не было слишком много и никогда не будет. Катя понимала, что нельзя так любить, особенно вампира, коим и являлся этот иностранец. Высоко взлетать - больно падать. Но она ничего не могла поделать с чувствами к нему, хотя столько раз пыталась выкинуть их из сердца. Но они прочно засели внутри, глубоко пустив корни. Катя встречалась с Маркусом и до сих пор до конца не верила в свое счастье. Они пара. Катя жила настоящим и не думала о будущем, боялась заглядывать в туманную неизвестность, ведь там она могла оказаться одна, без него.
  Катя слегка мотнула головой, отгоняя непрошенные мысли и возвращаясь к реальности.
  Снова потрескивавший костер, оранжевые языки пламени, высокие сосны, уходившие далеко вверх, к темному вечернему небу, на котором среди редких облаков висела полная луна, заливавшая местность холодным серебристым сиянием.
  - Я предлагаю рассказывать не выдуманные истории, а основанные на реальных событиях. Так интереснее и страшнее... однокурсница Маркуса таинственно улыбнулась. - Одну я знаю. Причем события происходили в нашем городе, в одной из школ. В той, в которой ты учишься, Катя. История о призраке Павла Адеева, - Женя пристально посмотрела на нее. Катя почувствовал, как по коже пробежал холодок, принесший с собой мелкую дрожь. Она теснее прижалась к Маркусу и сильнее сжала его пальцы. Еще в начальных классах она много слышала от старшеклассников о призраке убийцы, который неупокоенный обитал в стенах школы. Правда, никто ни разу не видел его. К душещипательным рассказам учеников, которые якобы встречали призрака в коридорах Катя относилась с недоверием и считала выдумкой. Но раньше, до знакомства с Маркусом она не верила в мистику. Теперь многое изменилось. Катя знала - мир полон сверхъестественных существ, опасных хищников, питающихся людьми. Вампиры далеко не единственные. Существуют твари куда кровожаднее и безжалостнее.
  Когда Женя произнесла имя Павла, сердце йокнуло, запнулось и пропустило удар. Внутри шевельнулась тревога и необъяснимая паника. Катя и раньше слышала это имя, но оно не вызывало подобных чувств. Может это предупреждение? Должно случиться что-то страшное, связанное с Павлом Адеевым?
   Еще несколько месяцев назад Катя не обратила бы на это внимания, посчитав проснувшимися детскими страхами, ведь в начальных классах она жутко боялась встречи с призраком. Но после всего, что произошло с ней, Катя стала больше прислушиваться к предчувствиям и снам. Ведь многое сбывалось, слишком много для простого совпадения.
  - Ты напряжена, твое сердце колотится быстро и беспокойно. Что с тобой? - шепотом спросил Маркус, обжигая кожу дыханием и нежно почти несомо целуя в висок. Немного отстранился и прибавил с насмешкой:
  - Неужели во всем виновата страшилка, которую рвется рассказать Женя?
  - Нет... все хорошо, - растерянно улыбнулась Катя, бросив на него взгляд и встретившись с бездонной чернотой его таинственных и холодных глаз.
  Губы иностранца скривились в усмешке, но он промолчал и в ожидании обещанной истории посмотрел на однокурсницу.
  - Трави, давай уже свою байку, - голос прозвучал небрежно.
  - Все началось в 1984 году. Тогда Павел Адеев был учеником сто двадцать пятой школы, и когда все случилось, перешел в десятый класс, - начала рассказ Женя, откидывая упавшую на лоб русую прядь волос. - Он всегда был изгоем, с самого первого класса. Тощий, нескладный, очень скромный, не способный дать отпор обидчикам. Дети могут быть жестоки и способны в этом легко переплюнуть взрослых. У него не было друзей. Он оставался всегда один. Павлу сильно доставалось изо дня в день, все годы обучения. Но он терпел и держал все в себе. Но никто не знал, что у всего есть предел. Грань, переход за которую вызовет взрыв ядерной силы, способный убить всех кто так сильно ненавистен. Тех кто мешал нормально существовать, дышать, разрушил все планы и надежды, испортил много лет жизни. Паша был хорошим мальчиком, но с годами его сердце чернело, в нем копилась ненависть и однажды она переросла в желание отомстить обидчикам. Заставить их мучиться и страдать, так же как они заставляли его. Павел стал одержим местью и начал вынашивать страшный план. Он не считал обидчиков людьми, только мразью, отравившей его жизнь. Уродов, которых нужно наказать, чтобы стало легче дышать, чтобы освободиться от вечных задеваний, выставлений на посмешище перед классом и всей школой. Паша устал. Ему надоело приходить домой в синяках, образовавшихся после избиения одноклассниками. Надоело причинять боль родителям, заставлять их переживать и волноваться. Он придумал план и вскоре, будто подарком судьбы, появилась возможность воплотить его в жизнь. Близился день учителя, и класс должен был выступить на посвященном ему концерте. Обидчики Адеева участвовали в нем. Паша все тщательно продумал. Накануне концерта, выступающая с номером группа одноклассников, допоздна задержалась на репетиции. Школа уже опустела. Не осталось никого кроме кучки учеников и дремавшего в своей коморке охранника. Все складывалось как нельзя лучше. Павел пробрался в здание школы и затаился, из укромного места, наблюдая за репетицией одноклассников. Когда один из них отошел в уборную, Адеев подкрался со спины и ударил его молотком по голове, потом затащил тело в подвал. Одноклассник был еще жив, тогда Павел избивал его своим оружием до той поры, пока он не перестал дышать. После одна девушка собралась домой и Паша настиг ее в коридоре... Оставшиеся двое, устав ждать, ушедшего в уборную друга, пошли его искать и также были убиты... Все тела Адеев перетащил в подвал. Ходят слухи, что он рыдал там над мертвыми одноклассниками. Не потому что жалел о совершенном. Совсем нет. Павел был рад, что обидчиков больше не существует. Размазывая по лицу слезы, смешанные с чужой кровью, он рыдал, потому что из-за них стал чудовищем, убийцей. Он повесился на трубе в том же подвале. Ходит легенда, что он теперь и живет там, из-за страшного преступления и греха самоубийства, застрявший между мирами живых и мертвых. А с приходом темноты его можно увидеть в школьных коридорах. Говорят он способен убить того, с кем столкнется. Ударить молотком и затащить в подвал...
  Женя замолчала и обвела взглядом расположившихся вокруг костра друзей.
  Под тихим ветром заколыхались и зашелестели деревья, словно разговаривая друг с другом. Хлопанье крыльев где-то невдалеке и карканье ворона показались Кате дурным предзнаменованием. Холод прошелся по телу и на сердце стало еще тревожней.
  Но может после всего пережитого она просто стала мнительной и суеверной? Ведь не все предчувствия и странности объясняются мистикой. Потусторонний мир существует, но нельзя всегда все сваливать на него. Чаще все кроется в самом человеке, в затаенных в глубине души страхах, переживаниях, а нечистая сила оказывается совершенно не причем.
  Дурное предчувствие могло просто быть обманом сознания, вызванным внутренним переживанием, что все хорошее когда-нибудь заканчивается. Ведь уже около пяти месяцев Катя встречалась с Маркусом, и никто не пытался их убить, похитить или принести в жертву. Пусть она и встречалась с вампиром, порождением тьмы и ночи, но снова чувствовала себя обычной девушкой, которая любит, общается с друзьями, учится, потихоньку готовится к выпускным экзаменам. Все опасности, проблемы преодолены и остались позади. Чем дольше длилось спокойствие, тем сильнее крепло чувство, что судьба просто дала передышку, затишье перед бурей.
  - Как история? Неужели не жуткая? - с интересом спросила Женя, проведя ладонью по немного курчавым русым волосам Артема, положившего голову ей на колени.
  - Сойдет для баек у костра, - пожал плечами Борис и сделал очередной глоток пива.
  - Банальный, неинтересный рассказ про слабого, никчемного придурка, не способного за себя постоять и в итоге сошедшего с ума, - саркастично ухмыльнулся Маркус и презрительно скривился:
   - Стало даже противно. Павел как был бесхребетным трусом, так им и остался. Пусть и нашел смелости, чтобы отомстить. Это должен заметить, вызывает микроскопическую долю уважения. Но как ты упомянула, он подкрался к одному из обидчиков со спины. Что-то подсказывает, что и к остальным также. Павел хотел мести, но нервничал, боялся заглянуть мучителям в глаза, боялся показаться, ведь ему могли дать отпор. Ничтожный слабак. Это мое предположение, но думаю так и было... А вообще отличная тема для дешевого, избитого вдоль и поперек сюжета ужастика. Напиши сценарий, Евгения, авось какому-нибудь чокнутому режиссеру понравится. Знаменитой станешь, денег заработаешь.
  - Ты невыносим, Маркус, - бросила Женя беззлобно с долей иронии. - Порой удивляюсь, как удается не только общаться с твоей персоной, но и учиться в одной группе?
  - Загадка природы, - насмешливо ответил он и, бросив взгляд на Катю, шутливо прибавил:
  - Не задерживайся в школе допоздна, иначе можешь встретить в полутемных коридорах призрака шизанутого ботаника и убийцы. Он тюкнет молоточком по голове и затащит в подвал. Наверно там у вас уже горы трупов накопились.
  - Как ты его терпишь, Катя? - вздохнул Борис и иронично произнес, подмигнув:
   - Так и хочется вырвать тебя из лап этой ехидной сволочи.
  - Протянешь хоть руку, пожалеешь, - усмехнулся Маркус, сузив глаза. - Можешь считать меня жадным, но своим я делиться не стану.
  - А что сделаешь, морду начистишь? - с вызовом осведомился однокурсник.
  - Горло перегрызу, - таинственно улыбнулся иностранец, обнажив ровные белые зубы. Голос звучал весело, но слышались едва заметные угрожающие и холодные нотки. Катя знала, что если переступить ему дорогу, он с легкостью выполнит сказанное. Когда-то человеческая жизнь ничего не стоила для него. Не стоит и сейчас. Пускай многое изменилось в его жизни, но злить Маркуса не следовало.
  Он никогда не был смертным, родился вампиром, но это не значило, что он сильно отличался от людей. Внешне Маркус выглядел как обычный человек и не являлся живым мертвецом. Его сердце билось также как и у смертных, и он также нуждался в кислороде. Правда действительно испытывал жажду человеческой крови и чтобы жить, держать себя в форме, должен был ей питаться. Такова его природа. Радовало, что Маркус последние несколько лет не убивал людей ради крови, а употреблял лишь донорскую. Катя бы никогда не смогла быть с ним, если бы это было не так. Она ведь тоже смертная и жизни людей дороги ей.
  Истинную сущность Маркуса могли выдать глаза - холодные, кружащие голову, словно бездонная пропасть. Самое интересное черного цвета, не темно - карего, а именно черного, совершенно нельзя было понять, где заканчивается радужка и начинается зрачок. Суеверный человек сказал бы - дьявольские глаза, и оказался бы прав. Даже у вампиров подобный цвет радужки являлся редкостью. Глаза чернели, но лишь при проявлении истинной сущности. Маркус как-то со смешком упоминал, что одна знакомая его матери, сказала, что в нем много тьмы, даже для вампира, поэтому они черные, причем с самого рождения. Но, по его мнению, это суеверная ерунда. А цвет глаз достался ему от прадеда - старейшины, одного из самых древних вампиров, живущих на земле. У тех, кто был ближе к самым первым представителям их вида, у всех были черные глаза. А в случае Маркуса просто сыграла роль наследственность. Но он опасен и Катя никогда не забывала об этом, пусть и не боялась, зная, что ей он не причинит вреда. Он сам говорил это и она верила. Если раньше сомневалась, теперь уже нет. Катя доверяла ему и надеялась никогда не пожалеть об этом.
  - Зверюга, - хмыкнул Артем, выпрямляясь и лениво потягиваясь. - Тебе нужно не адвокатом становиться, а следаком. С таким лютым характером только преступников колоть. Увидев лишь один твой жуткий взгляд, признаются во всех злодеяниях и даже в тех, которые не совершали. Раскрываемость дел у тебя будет отменная, уж поверь мне.
  - Я подумаю над этим, - уголки губ иностранца вздернулись.
  Прохладный ветер коснулся кожи, заставил Катю вздрогнуть и обхватить себя руками.
  - Замерзла? - с участием спросил Маркус, немного склонив голову на бок.
  - Немного, - честно призналась она.
  - Тогда перебирайся ко мне на колени, - на губах иностранца вновь появилась полуулыбка.
  Катя пересела к Маркусу и, прижавшись к его груди, ощутила ровные удары сильного сердца. Ей всегда нравилось слушать его сердцебиение. Оно дарило покой и умиротворение. Рядом с Маркусом всегда будто электричество повисало в воздухе. Катя сама ощущала себя вампиром. Правда которому не нужна кровь, чтобы жить. Она питалась энергией, которую дарили присутствие иностранца и чувства, которые испытывала к нему.
  - Уже поздно, - заметил Артем, посмотрев на экран мобильного телефона. - Думаю пора закругляться и ехать домой баиньки.
  - Согласна, да и все холоднее становится, - поежилась Женя.
  - И выпить больше нечего, - протянул Борис, задумчиво повертев пустую бутылку.
  - Вечно только об этом и думаешь, - тоном полным сарказма бросил Маркус. - Сопьешься скоро и сдохнешь под забором.
  - Не беспокойся, - сухо ответил Борис, одарив иностранца мрачным взглядом.
  - А я и не беспокоюсь, мне плевать, ведь твоя жизнь, не моя. Просто сказал очевидное.
  Они не часто собирались с однокурсниками Маркуса, но Катя давно заметила, что к Борису он относится хуже, чем к остальным. Женя говорила, что раньше эти двое пусть и не были лучшими друзьями, но их общение протекало легче. Она догадывалась, почему они стали прохладно относиться друг к другу. Все началось еще тогда, когда жизни Кати и Маши угрожала 'не-мертвая' вампирша Софья. В один из вечеров Маркус привез в клуб и познакомил с друзьями, с которыми учился в одной группе университета. Тогда Катя не встречалась с ним, но чувства уже зародились. Иностранец поступил, мягко говоря, не красиво. Оставил ее с друзьями, а сам ушел якобы поговорить с Анжелой, однокурсницей. Колкой и неприятной девицей модельной внешности, по уши влюбленной в Маркуса. Их долго не было, и тогда Борис составил Кате компанию. Неизвестно просто он пожалел ее или клеил. Маркус сильно разозлился, увидев их вдвоем. И теперь Кате казалось, что Борис странно смотрит на нее. С интересом что ли... Это замечал и Маркус. Как говорила Женя, он ревновал и видел в Боре соперника. Правда Катя думала по-другому. В целом Женя права, но Маркус не видел в Борисе соперника, его просто злило, что кто-то посмел посягать на принадлежащее ему. Иностранец слишком самоуверен и знает силу и нерушимость ее чувств к нему.
  - Вы едете? - начав собирать мусор в большой пакет, спросила Женя, окинув Катю и Маркуса взглядом.
  - Да, но немного попозже, - ответил иностранец, чем заставил Катя недоуменно посмотреть на него. Она думала они поедут все вместе.
  - Ну как знаете, - многозначительно ухмыльнулся Артем, подмигнув ему и, достав из кармана куртки ключи от машины. - Бывай тогда, увидимся в понедельник в университете.
  - Пока, - бросил Маркус, обняв Катю за талию обоими руками.
  Друзья попрощались и двинулись, к стоящей рядом, по соседству с черным 'Ниссаном' Маркуса, машине Артема. Последним шел Борис, прежде чем скрыться в салоне автомобиля, бросил на Катю тяжелый взгляд, словно говоря: 'Зря ты с ним связалась'.
  Катя сама знала, что вступила на шаткий непрочный канат, под которым разверзлась глубокая бездна, но она любила и ничего не могла с этим поделать. Маркус превратился в целую вселенную, в которой Катя отныне жила.
  - Почему мы остались? - спросила она, когда остальные уехали.
  - Просто захотелось немного посидеть здесь с тобой вдвоем, в тишине, возле костра, - ответил, немного нагнувшись и бросив в начавший затухать огонь, несколько веток. После чего выпрямил спину, посмотрел в глаза, и нежно скользнув кончиками пальцев по Катиной коже, заправил за ухо прядь волос. От этого простого ненавязчивого жеста кровь тут же прилипла к вискам, а сердце зашлось в бешеном стуке. Красивые четко очерченные губы иностранца растянулись в едва заметной улыбке. Он прекрасно знал, какую власть имеет над Катей и наслаждался этим. Она словно марионетка в его руках и не в силах противится этому.
  - Не холодно? - спросил с иронией, обхватив ее лицо ладонями и приблизившись так, что она ощутила на коже его теплое дыхание.
  - Ты же знаешь что нет... - ответила, чувствуя как пересохло во рту. Кожу покалывало, словно от легких разрядов тока, по позвоночнику проносились нервные импульсы, пульс громко стучал в висках. Катя сделала судорожный вздох, вдыхая вместе с воздухом кружащий голову аромат духов иностранца. Маркус постоянно будил ощущения, которых она не понимала... Точнее понимала причину их возникновения, но они никогда не возникали до знакомства с иностранцем, поэтому казались чем-то новым, плохо изведанным. Она еще только начала прощупывать эту почву под ногами и поэтому чувствовала себя немного неуверенно и слегка боялась, не решаясь... Между нею и Маркусом дальше поцелуев и прикосновений еще не заходило, но подобное не может продолжаться долгое время. Маркус не настаивал, не давил. Он терпеливый, сдержанный, но все же не железный.
  Иностранец накрыл губы Кати поцелуем. Отчего сердце вмиг затрепетало, словно пойманная птичка. В груди разлилось тепло, дыхание участилось. Катя обхватила Маркуса за шею и придвинулась ближе, прижимаясь к твердой груди.
  Она всегда удивлялась. Маркус далеко не ангел. Но способен быть нежным, способен любить. Его прикосновения поцелуи всегда были ласковыми, иногда немного дерзкими, но никогда жесткими или грубыми. Это давало странный контраст и слегка будоражило. Ангел и демон в одном лице. Раньше Катя была уверена, что в Маркусе больше тьмы. Теперь считала, что тьма и свет поделили душу поровну. Чернота никогда не покинет его полностью, она слишком глубоко въелась в сердце, и навсегда останется вечной спутницей.
  Маркус оторвался от губ Кати, скользнул легкими горячими поцелуями по шее, отчего по телу пробежала дрожь, и жаром опалило щеки. Сердце билось так сильно, что казалось, выскочит из груди. Как вдруг почувствовала, что мышцы иностранца будто окаменели, налились свинцом. Он отстранился и бросил напряженный взгляд в темноту деревьев.
  Сердце Кати кольнуло острой иглой беспокойства.
  - Что случилось? - взволнованно спросила, оглядываясь и судорожно сжимая пальцами рукав пальто иностранца. Ей показалось, что она почувствовала на спине чей-то пристальный взгляд. - Кто-то здесь кроме нас?
  - Тихо! - шикнул на нее Маркус, нахмурившись.
  Катя услышала, как за спиной хрустнула ветка. По телу прошелся липкий холодок. Она обернулась через плечо. Ей показалось, что за деревьями мелькнула тень. Сердце пропустило удар. Бросила испуганный взгляд на Маркуса.
  - Только не паникуй... Ничего не спрашивай и делай, как говорю, - ровным голосом произнес он. - Медленно встань с моих колен...
  Почти не дыша от волнения и страха, Катя поднялась на ноги. Маркус тоже поднялся, крепко сжал локоть Кати и, делая осторожные, тихие шаги, повел к машине.
  Сердце едва не остановилось, когда ночную тишину разорвал оглушительный волчий вой, слышавшийся совсем рядом. Липкое удушающее чувство коснулось спины, воздух стал неимоверно тяжелым и легкие едва принимали его. Кате казалось, она задыхается.
  Предчувствие не обмануло. Спокойная жизнь без опасностей оказалась недолгой и рядом вновь притаилась смерть.
  
  - Нельзя делать резких движений, иначе мы спровоцируем его на нападение... - тихо, но отчетливо произнес Маркус, протягивая руку к дверце машины и нажимая на ручку. - Садись в салон, под водительским сиденьем лежит пистолет, дай его мне.
  Он открыл дверцу и Катя села внутрь автомобиля. Дрожащей непослушной рукой принялась искать под сиденьем оружие. Сердце колотилось громко и неприятно отдавалось в ушах, будто в висках стучали в барабаны. Ладони вспотели, во рту пересохло.
  - Он ведь понимает, что мы делаем, почему до сих пор не напал. Вервольф дает тебе шанс спрятать козырь в рукаве, получить возможность дать отпор?! - удивилась она, нащупав прохладный тяжелый металл и, протягивая пистолет Маркусу.
  - Я чувствую его запах, это обращенный оборотень, - прошептал иностранец. Его лицо было непроницаемо и спокойно. Если он и волновался, то внешне этого не показывал. Как всегда в подобных ситуациях - собран и хладнокровен. Катя жалела, что не обладала такой же сдержанностью и невозмутимостью. - Вервольфы, превращенные с помощью укуса - дикие звери, не обремененные человеческим разумом. Ими движут только животные инстинкты, жажда крови и плоти... Сейчас он оценивает опасность. Оборотень чувствует во мне хищника, поэтому колеблется. Но он нападет, - уверенно заявил Маркус. Проверил обойму и прибавил:
  - Сиди тихо и не высовывайся.
  - Мы можем просто уехать! - взмолилась Катя, схватив иностранца за локоть. - Давай просто уедем... Пожалуйста...
  - Черта с два, он нас не отпустит, да и я не хочу отпускать его... - сухо бросил Маркус, убрал руку Кати и захлопнул дверцу машины.
  Катя в волнении припала к окну и затаила дыхание. Горло сдавило, и удушающее кольцо страха сомкнулось на груди. Она панически боялась за жизнь Маркуса, один раз она уже едва не потеряла его и не хотела повторения. А он конечно же не мог упустить шанс убить оборотня. Испытывал к ним отвращение и жгучую черную ненависть. Эти звери слишком много страданий принесли его роду. Из-за них был уничтожен его клан. Пусть здесь в лесу притаился оборотень другого вида, по сути, просто голодный дикий зверь, которому наплевать на вампиров, но Маркус не мог отпустить его. Для иностранца эта та же тварь, как и остальные вервольфы.
  Сердце пропустило удар и на кожу спины, будто пролили что-то липкое и холодное, когда Катя увидела через стекло машины, как оборотень вышел из леса. Она раньше не видела их и лучше бы не видела никогда. Пугающая тварь под два метра ростом. Нечто среднее между человеком и волком. Его острые большие клыки и когти идеально подходили для убийства. Маркус на фоне этого зверя смотрела невыигрышно даже с пистолетом в руках.
  Зверь рычал, подкрадывался к иностранцу, но нападать не спешил. Его глаза ярко горели насыщенным желтым цветом, а длинные клыки поблескивали в свете тусклых лунных лучей. Маркус действовал быстро, собрано и хладнокровно. Вскинул пистолет, прицелился и выстрелил. Тишину лесной местности прорвал дикий вой и скулеж. Оборотень пошатнулся, но не упал. Тогда Маркус выстрелил снова. Вервольф зарычал, его шерсть на груди местами окрасилась в красный, но он снова устоял и даже нашел силы для атаки. Прыгнул на иностранца, тот быстрым движением, за которым Катя не смогла проследить, слишком быстро он перемещался, увернулся от удара. Снова раздался выстрел, но Маркус похоже промахнулся. Катя вскрикнула и в ужасе закрыла рот рукой, когда оборотень ударил его лапой в грудь и Маркус, отлетев на несколько метров, стукнулся о дерево, упал на землю и затих, не подавая признаков жизни.
  Зверь приблизился к нему и, скалясь, стал обнюхивать.
  Сердце едва не остановилось. Дыхание стало тяжелым и прерывистым, руки липкими и скользкими. Катя знала, что последствия удара вряд ли смертельны для вампира. Но он без сознания и неизвестно когда придет в себя. Вервольф добьет его, если догадается, что он жив или захочет плоти и крови Маркуса. Ведь так питаются эти твари. Черт возьми!
  Катя в отчаянье взялась за ручку, чтобы выбраться из машины и добраться до пистолета иностранца. Она понимала, что оборотень может легко убить ее. Удар подобный тому, который достался Маркусу, способен переломать ей кучу костей и нанести другие тяжелые повреждения, а то и сразу отправить на тот свет... Но она не могла оставаться в стороне и просто смотреть как убивают Маркуса.
  Приоткрыла дверцу и замерла, боясь сделать вздох. Оборотень смотрел прямо на нее огромными волчьими глазами. Он потерял интерес к иностранцу, найдя другую жертву, и бросился к машине. Катя едва успела захлопнуть дверцу. Закричала, когда вервольф разбил окно и просунул когтистую лапу в салон. Катя в панике отползла к другой дверце, дрожащей рукой нащупала ручку, нажала на нее и буквально вывалилась из 'Ниссана'. Вскочила на ноги и понеслась прочь в глубину леса, слыша за спиной треск веток и рычание оборотня. Вскоре в боку закололо, дыхание начало вырываться из груди рваными сипами, в горле пересохло, оно начало саднить и болеть. Сердце как безумное колотилось в груди, что казалось просто разорвется на части. Катя устала, но бежала все дальше и дальше, понимая, что если остановится, оборотень разорвет ее на части. Запнулась о какую-то корягу, но чудом не упала. Послышался шум и журчание воды, и она увидела совсем рядом реку. Побежала вдоль нее.
  Рычание раздалось совсем рядом, казалось будто над самым ухом. Катя увидела мелькнувшую тень вервольфа, вскрикнула, обернулась. Но тут оступилась, потеряла равновесие, беспомощно взмахнула руками и упала в обжигающе холодную воду.
  В ушах стало глухо, тянуло вниз к темному дну реки. Катя в отчаянье попыталась рвануться вверх, выплыть на поверхность, но тело оцепенело и не подчинялось, его словно кололи ледяные иголки. Легкие начали невыносимо болеть, воздух заканчивался. В глазах темнело. Это конец... Это смерть... Она все-таки настигла ее...
  Сознание уже почти покинуло Катю, как она почувствовала, как кто-то обхватил ее за талию и потянул вверх. Закашлялась и тяжело задышала, жадно хватая ртом воздух, когда ее вытянули на поверхность и вынесли на берег. Когда в глазах прояснилось, она увидела перед собой Маркуса. С коротких иссиня - черных волос иностранца капала вода, также как и с его одежды. Он был не на шутку обеспокоен и в обычно холодном колючем взгляде читался самый настоящий страх.
  Иностранец быстро стянул с Кати куртку и накинул на плечи, поднятое с земли драповое пальто, которой предусмотрительно снял, перед тем как прыгнуть в воду.
  Возможно от шока Катя не сразу почувствовала холод или просто вначале не замечала его. Но вскоре он резко, будто ледяным коконом опутал тело. Ее всю затрясло, застучали зубы. Мокрая одежда неприятно прилипала к телу, забирая остатки тепла. Катя схватилась за подборта пальто и свела их вместе в надежде согреться.
  - Ты в порядке? Эта тварь не ранила тебя? - обеспокоенно спросил Маркус, обхватив ее лицо прохладными ладонями.
  - Нет. Он не успел... я упала в воду... - выдавила Катя.
  Иностранец облегченно вздохнул.
  - Мы должны скорее уехать отсюда, - он взял ее за руку и повел по узкой тропинке. - Тебе нужно срочно согреться и переодеться, иначе можешь получить охлаждение...
  - А ты? Ты сам мерзнешь...
  Губы Маркуса тронула ухмылка.
  - Я ненавижу холод за то, что он вызывает ассоциации с близостью смерти, но я хотя бы не заболею. Твой организм очень слаб по-сравнению с моим.
  - Ты убил оборотня? - спросила Катя, с опаской оглянувшись. Ей казалось, что зверь может в любой момент выскочить из темноты и разорвать их обоих.
  Взгляд иностранца стал мрачен, а губы сложись в тонкую жесткую полоску.
  - Я выстрелил в него и попал, он скрылся из вида. Не понимаю одно... Я не смог попасть ни в сердце, ни в голову, хотя всегда стрелял метко. Да, мог промахнуться, но не два раза подряд, после точного прицеливания! Будто какая-то неведомая, незримая сила мешала мне... Или я просто потерял сноровку... - Маркус горько усмехнулся. - Тихая жизнь среди смертных пагубно влияет на мои способности владения оружием и технике ведения боя.
  - Боюсь, что все твои способности глубоко въелись в кожу, так что сноровку ты не потеряешь никогда, - улыбнувшись, произнесла Катя. - Сегодняшнее просто случайность. От неудач не застрахован никто, и ты прекрасно об этом знаешь. Главное мы живы.
  Маркус ничего не ответил, лишь сильнее стиснул Катину руку. Резко остановился, когда они дошли до машины и опасно сузил глаза. Помимо разбитого окна на правом боку 'Ниссана' красовалась серьезная вмятина.
  - Из-за этой твари теперь придется везти автомобиль в ремонт! Посидели блин на природе. Как всегда все через задницу! - яростно выплюнул Маркус. Подвел Катю к передней пассажирской дверце и спокойнее, как можно теплее прибавил:
   - Садись, - он открыл дверцу. - Я сейчас заведу мотор и включу печку. Правда не знаю, насколько прогреется машина с разбитым окном. За задним сиденьем где-то лежал плед...
  Катя села в салон и обхватила себя руками в тщетных попытках согреться. Маркус захлопнул дверцу. Открыл заднюю и быстро нашел плед и заботливо укутал Катю. Стало немного теплее.
  После чего Маркус завел мотор и включил печку. Пока машина прогревалась, иностранец залил тлеющий костер водой из бутылки, специально приготовленной для этого. Затем сел на водительское сиденье и обхватил пальцами руль.
  - Ну и напугала ты меня, Кэти... - произнес, не моргая, смотря вперед, и усмехнулся:
  - Никогда не думал, что буду бояться потерять смертную... Также никогда не думал, что буду встречаться с человеком, да и вообще с кем-то встречаться... До сих пор не могу привыкнуть...
  - Я тоже никогда не думала, что мы будем вместе. Еще пять месяцев назад наши отношения казались несбыточной мечтой, - тихо ответила Катя. - Мне теперь все время кажется, что все разрушится...
  - Не думай об этом, иначе подобные мысли станут слишком навязчивы и не дадут спокойно жить.
  Маркус надавил на педаль газа, и автомобиль плавно двинулся с места.
  Иностранец бросил взгляд на Катю.
  - Если в таком виде я отвезу тебя домой, твоя мать меня убьет, а она итак меня плохо переносит.
  - Я напишу ей сообщение, что останусь у Саши. Ты не против, если я переночую у тебя?
  Уголки губ иностранца насмешливо вздернулись.
  - Конечно же нет. Я даже рад сему факту. Только думаешь твоя мама поверит? Лично я сомневаюсь.
  - Выбора нет. Уж лучше она завтра устроит допрос с пристрастием и заявлениями, что я ее обманываю, чем сегодня узнает, что я едва не утонула, - Катя вздохнула и потянулась к заднему сиденью, сверху которого лежала ее сумка. Хорошо, что она оставила телефон в ней, иначе после купания в холодной апрельской воде уже бы никому не смогла отправить с него сообщение.
  Глава 2
  - Проходи, - Маркус пропустил Катю в спальню, залитую лунными лучами. Включил ночник, подошел к шкафу, открыл дверцу и склонил голову на бок, изучая его содержимое. - Снимай мокрую одежду. Надень это, - протянул серый с высоким горлом свитер тонкой вязки.- Потом под одеяло.
  Катя взяла свитер, положила его на кровать и начала непослушными, замерзшими руками расстегивать джинсы. Насквозь сырые они прилипли к ногам, отчего снять их оказалось непростой задачей. Холод не оставлял тело. Катю всю трясло и знобило. Она стянула кофточку, хотела надеть свитер, как Маркус ее остановил:
  - Мне кажется, ты согреешься быстрее, если снимешь верхнюю деталь туалета. Она ведь тоже сырая. Нижнюю так и быть можешь оставить. Я отвернусь. Хотя... чего я там не видел, - уголки властных губ иностранца вздернулись.
   - Отвернись, пожалуйста, - смутившись, попросила она. Пускай они пара, но от неловкости и стеснения Катя убежать не могла.
  Иностранец хмыкнул и повернулся к окну. Он уже переоделся, сменил промокшую одежду на новые джинсы и рубашку.
  Катя завела руки за спину в попытках расстегнуть бюстгальтер, но пальцы плохо слушались, и у нее ничего не получалось.
  - Катя, я не собираюсь стоять у окна всю ночь, - с глубоким вздохом протянул Маркус. - Чего ты там так долго возишься?
  - Сейчас... Я почти все... - но похоже крючочек зацепился за ткань, из-за чего справиться с поставленной задачей становилось еще сложнее. Мысленно Катя проклинала, сложившуюся ситуацию и чувствовала еще большую неловкость.
  - Так быстрее, поверь мне, - Катя не поняла, как Маркус оказался за спиной, так молниеносно он переместился. Иностранец убрал ее руки. Секунда и застежка оказалась расстегнута. Маркус осторожно касаясь кожи кончиками теплых пальцев, стянул бретели и откинул бюстгальтер к ее остальной одежде. Катя замерла не в силах пошевелиться и затаила дыхание, лишь сердце забилось слишком быстро, не в силах сдерживать бешеный ритм.
  - Что ты делаешь? - прошептала она, чувствуя как пересыхает во рту, а кожу словно покалывает миллионами иголок.
  - Ничего преступного, просто помогаю тебе. Я не смотрю. Подними руки.
  Она молча подняла и он осторожно надел на нее свитер. Стало намного теплее, запах Маркуса, смешенный с ароматом духов, защекотал ноздри, даря приятные ощущения и заставляя сердце биться еще чаще.
  - Вот и все, а ты боялась, - усмехнувшись, Маркус развернул ее к себе лицом, и она оказалась в таинственном лабиринте его завораживающих гипнотических глаз. - А сейчас в кровать!
  Но Катя так и осталась стоять на месте, не в силах отодвинуться от иностранца. Но и он не спешил отходить, просто стоял и смотрел.
  - Сегодняшнее нападение оборотня... Ты собираешься чего-нибудь предпринимать? - тихо спросила она.
  - Да, - голос Маркуса прозвучал немного жестко и резко, а в глазах промелькнул лед. - Зверь умрет. Завтра я позвоню Диме и все расскажу. К тому же он мог слышать что-то об этом оборотне и поэтому оказаться полезным. Вервольфу нужно питаться, поэтому должны быть свидетельства его охоты. То есть человеческие жертвы, а Дима не пропускает мимо сообщения о подобных убийствах.
  - Но... - Катя хотела сказать, что под шкурой оборотня скрывается человек, который возможно и не подозревает о своей второй страшной ипостаси, и что нельзя охотиться на него как на бешеное животное и без суда и следствия лишать жизни, как Маркус положил палец ей на губы, не давая продолжить:
  - Молчи, не надо говорить о жалости к человеку, которому не повезло стать оборотнем. Кто бы ни был этот смертный, мне плевать на его жизнь. К тому же этот человек навечно обречен несколько дней в месяц обращаться в жаждущее убивать животное. Лекарств от этого проклятья не существует. Выход один - смерть. Невозможно спасти всех, Кэти. Так устроен мир. Ты лучше подумай о тех людях, которые могут погибнуть, если не остановить вервольфа.
  Она опустила глаза, нехотя принимая его правоту, но на душе маленькими коготочками заскребли кошки.
   Маркус обхватил Катино лицо руками, приподнял и нежно провел кончиками пальцев по щекам. Пол словно начал уплывать из-под ног, по телу пробежала дрожь, и стало трудно дышать.
  Господи, как же сильно она любила Маркуса. Он стал неотъемлемой частью ее жизни, без которой Катя просто не могла существовать.
  Иностранец наклонился и поцеловал ее. Нежно, медленно, но потом более дерзко и напористо. Обнял за талию и сильно прижал к себе. Катя обхватила его затылок руками, она начинала задыхаться, но была не в силах прервать поцелуй, чтобы глотнуть воздуха. Рука Маркуса скользнула под свитер, и Катя почувствовала нежные прикосновения теплой ладони к коже. Новая волна мурашек пронеслась по телу. Кровь прилила к щекам, стало неимоверно жарко, сердце бешено грохотало в груди, норовя вырваться наружу.
  Иностранец оторвался от ее губ и тяжело, прерывисто дыша, произнес низким немного хриплым голосом:
  - Еще немного и я не смогу остановиться.
  - Так... не останавливайся... - несмело прошептала в ответ, сжав пальцами воротник его рубашки. Она волновалась, даже немного боялась, но знала, отказ ему не понравится. Да и нельзя откладывать на потом то, что рано или поздно должно случиться. К тому же Катя действительно хотела Маркуса. Это чувство было новым, неизведанным, но до боли сильным.
  - Тогда назад пути нет, - прошептал иностранец, оставляя на шее легкий поцелуй, от которого по телу будто пробежали разряды тока. Уложил спиной на кровать и осторожно пристроился сверху. Катя напряглась, сглотнула и крепко, судорожно стиснула пальцами одеяло. На губах Маркуса мелькнула ироничная улыбка. Он нагнулся над ее ухом и прошептал, щекоча кожу дыханием:
  - Я не убивать тебя собираюсь. Расслабься, не думай ни о чем, кроме того что мы вместе и нам хорошо. Ты веришь мне?
  - Да... - тихо ответила Катя, смотря в его угольные дьявольские глаза.
  - Тогда доверься.
  Он снова поцеловал ее в губы - глубоко и настойчиво. Скользнул левой рукой поверх свитера от талии к груди и до подбородка. Катя дрожала под его прикосновениями, сердце сбилось с ритма месте с дыханием. Низ живота словно скручивало в тугой узел. Катя приподнялась немного вперед и, не разрывая поцелуй, сплела пальцы на его шее. Почувствовала как руки иностранца, нежно скользя по коже, приподнимают свитер. Потом он аккуратно, не спеша освободил ее от него. Оторвался от губ, скользнул по шее, немного прикусил мочку уха и стал опускаться все ниже, провел кончиком языка вокруг соска, заставив немного выгнуться вперед и запустить пальцы в волосы Маркуса. От его нежных касаний, близости, дурманящего запаха, тело опутал непривычный жар, будто по венам вместо крови бежал огонь. Катя почувствовала, как рука иностранца скользит по бедру, затаила дыхание, когда он стянул с нее трусики. Волнение снова болезненно укололо острой иголкой.
  - Катя, ничего не бойся, расслабься...- вполголоса произнес Маркус, касаясь губами ее губ и лаская руками ее грудь, вызывая сладкую мучительную дрожь и заставляя страх отступить, отдаться на волю чувств и ощущений.
  Резкая боль заставила вздрогнуть и вцепиться в плечи Маркуса.
  - Все хорошо, - прошептал он, ласково проводя рукой по ее волосам и нежно целуя в губы. Боль постепенно проходила. Маркус начал двигаться в ней, медленно, аккуратно, потом немного быстрее, увеличивая ритм. В первые секунды Катя ничего не ощущала, но потом почувствовала наслаждение, которое никогда ранее не испытывала. Она сильнее вцепилась в твердые плечи Маркуса, закусив губу. Сердце безумно грохотало в груди, судорожное дыхание с хрипом вырывалось изо рта. Невообразимо было ощущать Маркуса внутри себя. Ее тело казалось стало неотделимо от него. Они стали единым целым. Это было совершенно новое и до сладкого безумия приятное чувство. Мир вокруг не просто сузился до маленьких размеров, а перестал существовать, остались лишь они вдвоем.
  Яркая вспышка наслаждения, поразила словно молния. После чего Катя почувствовала, как Маркус вздрогнул всем телом и, переводя сбившееся дыхание, лег рядом.
  Катя, натянув одеяло до самого подбородка, лежала, смотря в потолок, боясь пошевелиться. Пытаясь привести мысли и чувства в порядок. Да еще начали одолевать вопросы. Вдруг Маркусу не понравилось? Вдруг она сделала что-то не так?
  Маркус повернул голову в ее сторону, Катя робко посмотрела на него. Он улыбнулся, не холодно, не ехидно по обыкновению, а с какой-то хитринкой. Молча обнял за талию и бережно прижал спиной к себе.
  - Давай спать, - прошептал чуть слышно.
  - Все хорошо? - с опаской и замиранием сердца спросила Катя.
  - Все отлично.
  
  Сейчас слыша и чувствуя кожей шеи мерное, теплое дыхание Маркуса, тяжесть его руки на талии, Катя ощущала себя еще более счастливой, чем в последние пять месяцев. Ведь сегодня они стали еще ближе друг к другу.
  
  Глава 3
  
  Пентаграмма, нарисованная на полу темно-красной, будто кровью, краской... Горящие черные свечи... Фигура в черном балахоне, лицо которой скрыто тенью капюшона... Неизвестный стоял на коленях, нараспев произнося заклинания на незнакомом языке... Достал нож, вытянул руку и глубоко порезал ладонь. По коже тоненькой струйкой резво побежала кровь. Поднес руку к центру пентаграммы, туда, где лежала небольшая фотокарточка. По телу пронесся холод, внутри все натянулось подобно струне, сердце замедлило бег, делая удары через силу. На фото Катя узнала себя. Фотография постепенно утопала в крови, а неизвестный продолжал читать заклинание. Потом замолчал, приподнял голову, в тени капюшона стали видны глаза - неестественно синие, они сверкали, словно подсвеченные лампой изнутри. Колючие, прожигающие в душе огромную дыру и вытягивающие жизненные силы.
  - Ты скоро умрешь, - произнесла фигура, будто видела и знала, что Катя наблюдает за ее действиями.- Ты моя и никто не поможет, даже твой вампир... Если он сунется, то погибнет вместе с тобой.
  Дальше раздался громкий торжествующий злобный хохот, гулко отдававшийся от стен помещения и высокого потолка.
  Ощущая в груди липкое неприятное чувство надвигающейся угрозы, Катя попятилась, и тьма накрыла со всех сторон...
  - Катя, Катя, проснись, - она почувствовала, что кто-то настойчиво трясет ее за плечо. Открыла глаза и увидела немного обеспокоенного Маркуса.
  - Что случилось? - тяжело дыша еще не до конца отойдя ото сна, спросила она, приподнимаясь на постели, судорожно стискивая влажными пальцами одеяло, которое натянула до плеч.
  - Ты металась по кровати, словно в бреду... - между бровей Маркуса пролегла глубокая морщина. - Плохой сон?
  Катя, глубоко втянув ноздрями воздух, и сильнее вцепившись в одеяло, кивнула.
  - Все казалось, происходило так реально, будто наяву и подобное я уже видела... - она задумалась вспоминая. - Да. Точно видела, давно, еще до того как познакомилась с Андреем и последующих событий, связанных с демонами...
  При упоминании о демоне, притворявшимся в школе практикантом по географии, иностранец скривился и плотно сжал губы. Глаза стали непроницаемы и пусты.
  - Вдруг это неспроста? Ты же знаешь, что мои сны и предчувствия часто сбываются, - взволнованно продолжила дальше.
  - Что тебе приснилось?
  - Пентаграмма, горящие свечи, человек в балахоне. Он читал заклинание, порезал себе руку, и кровь капала на фото, лежащее в центре пентаграммы, мое фото. Что это значит? Этот человек накладывал на меня заклятье?
  - Возможно ничего не значит. Ты через многое прошла и счастье, что не повредилась рассудком, но сознание выдает подобные кошмары,- со вздохом ответил иностранец, устало прислоняясь к спинке кровати. Только голос его прозвучал недостаточно уверенно. - Мы живем в мире, где сверхъестественное реально, но это не значит, что оно всегда замешено, порой все объяснятся с точки зрения науки и психологии.
  - Ты не знаешь наверняка. Тем более во сне, приснившимся пять месяцев назад кроме человека в балахоне, присутствовал оборотень. Я смутно помню, но я видела его и местность, залитую лунным светом... Эта часть сбылась, Маркус, - тревога и волнение сильнее закололи изнутри. Тело покрылось гусиной кожей и часто застучало сердце.- Может исполниться и остальное...
  - Если начнут происходить негативные события, которые можно отнести к проклятью, мы с этим разберемся, - пообещал он, посмотрев в глаза. Наклонился и поцеловал в лоб и нежно пробежался по волосам Кати. - Я не позволю обидеть тебя.
  - Во сне фигура сказала, что если ты вмешаешься, то умрешь... - Катя прижалась к груди Маркуса и стиснула его плечи.
  Он засмеялся.
  - Не представляешь, сколько раз мне уже угрожали смертью и ничего, еще брожу по земле живой и здоровый. Я слишком люблю жизнь, чтобы позволить себя убить. К тому же враги должны не забывать - я тоже умею убивать, - последние слова прозвучали зловеще и с прохладцей, и по телу Кати вновь прошла дрожь. Да, он способен легко лишать жизни других, для него это не сложнее чем дышать.
  - Ты ведь не принимаешь мои слова, сны всерьез, - укоризненно ответила она, заглянув в темные, словно гладь ночного озера, глаза. - Но ты знаешь, что они часто сбываются.
  - Заметь, не все, - произнес иностранец и прибавил, немного отстранившись и не дав Кате вставить и слова. Его слова прозвучали резко и не терпели возражений. - Хватит об этом! Как я уже сказал, если заметишь, что-то подозрительное, связанное с темной магией, то сообщишь, и мы разберемся. А сейчас одевайся, иди в душ, а я пока сварю кофе и посмотрю, есть ли в моем холодильнике что-нибудь съедобное для тебя. Потом отвезу тебя домой, иначе твой телефон начнет разрываться от звонков матери, к тому же нужно отвезти машину в ремонт...
  - Маркус... - немного неуверенно начала Катя, опустив глаза. - Между нами все в порядке?
  Он коснулся теплыми пальцами ее подбородка и приподнял его. На красивых, четко очерченных губах играла ироничная улыбка.
  - Ты такая забавная, Кэти, - усмехнулся он. - Но это одно из качеств, которое нравится в тебе. Запомни, если когда-то после совместно проведенной ночи, или нескольких ночей я терял всякий интерес к девушке, то сейчас все по-другому. С тех пор много воды утекло. После того, что случилось с кланом... Внутри все будто перевернулось, перемешалось, образовав огромное кучу из различных чувств - скручиваемой внутренности боли, горечи, неверия в случившееся, злости, жажды мести, а после пустоты и апатии. Мне стало не до развлечений с девушками. Со временем стало легче на душе, но я изменился. Во мне будто что-то навсегда умерло. А если взять Анжелу. Она сама полезла в огонь, сама раздвинула ноги и знала, что между нами ничего серьезного не выйдет, по крайней мере, мне так казалось. А я просто воспользовался тем, что дают довольно настойчиво. Против природы не попрешь. Но с тобой, Катя, все по-другому и ты сама это прекрасно понимаешь и осознаешь. Прости, но я не привык говорить много всяких глупых сентиментальностей. Ты это уже давно должна была уяснить. Я чувствую себя странно рядом с тобой, до сих пор не могу привыкнуть к нашим отношениям, но не хочу тебя отпускать. Подобное выше моих сил.
  Сердце радостно пустилось в галоп. Пускай Маркус не любил говорить о чувствах, не любил всяких красивых слов и если употреблял их, то очень редко, но сейчас его слова звучали сродни признанию в любви. Своеобразному, но признанию. Прошлая ночь, ее не опытность не оттолкнули его. Он все еще хочет быть рядом с ней, а это несказанно радовало и давало сил дышать дальше.
  - Одевайся, - прошептал Маркус ей в губы и поцеловал. После чего встал с кровати и прибавил:
  - Пойду, сварю кофе и позвоню горячо любимому представителю защитников смертного рода от чудовищ, подобных мне. В народе названному простым русским именем - Дмитрий Арсеньев, - последние слова иностранец произнес с нескрываемой долей ядовитого сарказма. - Если этого урода еще никто не ухайдакал, пойдем ночью охотиться на оборотня.
  
   * * *
  Катя, закутанная в белое махровое полотенце, зашла в кухню, где за столиком, положив ногу на ногу, прислонившись затылком к стене и скрестив руки на груди, сидел Маркус. В воздухе витал изумительный пряный аромат свежесваренного кофе. Рядом с иностранцем и напротив его, стояли две чашки, наполненные этим благородным напитком. Между ними стояла тарелочка с бутербродами, состоящими из белого хлеба, сыра и ломтиков бекона.
  - Не густо, все что есть. Нашел в машине, немного не тронутых продуктов, которые предназначались для наших посиделок на природе. Не беспокойся все свежее, испортиться не успело, - прояснил Маркус, окидывая Катю заинтересованным взглядом. На красивых губах появилась усмешка:
  - Тебе идет полотенце, но без него ты еще лучше.
  Катя смутилась, опустила глаза. Заправила за ухо, прядь влажных после душа волос, села на металлический стул и обхватила теплую чашку руками.
  - Твоя скромность меня даже умиляет, - иронично произнес Маркус и сделал глоток кофе. Катя тоже пригубила терпкого напитка. - Бери бутерброды, не стесняйся, - он придвинул к ней тарелку. - Не первый день знакомы.
  - Ты звонил Диме? - задала волнующий вопрос Катя, подняв глаза на иностранца.
  - Да.
  - Как он и что сказал?
  - Я особо не интересовался о его состоянии, но если разговаривал со мной, значит жив... к сожалению, - уголки губ Маркуса вздернулись. - Вечером он приедет, мы обговорим детали дела и поедем на охоту.
  - А я?
  - Что ты? - угольная бровь насмешливо взметнулась. - Ты, Кэти, с нами не поедешь, и это не обсуждается. Не спорю, ты показала чудеса храбрости в борьбе с адской нечистью и многим меня удивила, но сама понимаешь, война не твоя стихия. Рисковать тобой я не стану, ни при каких обстоятельствах.
  Катя промолчала, понимая его правоту. Но на душе острыми коготочками заскребли кошки, а сердце будто опутало липкой, холодной и плотной паутиной. Она волновалась за Маркуса и Дмитрия. Непростой оборотень напал вчера. Катя знала, что ее друг и парень, опытные бойцы, но все равно тревожилась. Сегодня предстояла бессонная ночь.
  Вот и пришел конец спокойной, размеренной жизни. Да еще сон тревожил мысли... Кто же этот человек в балахоне и почему хочет ее смерти? Или все же сон просто напросто кошмар, а не предупреждение о надвигающейся опасности?
  - Ты побледнела... - заметил Маркус, озабочено сдвинув брови.
  - Мне страшно... Я так боюсь тебя потерять... - выдала свой главный страх Катя.
  Иностранец вздохнул, придвинулся ближе и приобняв за плечи, прижал к груди и нежно провел кончиками пальцев по волосам.
  - А ты не бойся. Не думай об этом, иначе подобные мысли станут чересчур навязчивы и сведут с ума, - прошептал он и осторожно коснулся губами затылка Кати. - Пока ничего плохого не случилось. Мы живы. А опасность слишком неопределенна и не стоит преувеличивать ее масштабы, возможно мы быстро справимся с ней. Подумаешь оборотень или какой-то не внушающий доверия сон.
  - Уменьшать масштабы тоже не нужно, - философски заметила Катя. - Ты сейчас специально меня успокаиваешь?
  Маркус тяжело вздохнул и сильнее прижал ее к себе.
  - Не выноси мне мозг, пожалуйста. Ты стала слишком мнительна.
  - Просто с момента как Женя упомянула Павла Адеева, я ощущаю дурное предчувствие, которое камнем давит на душу. Оно гложет, жжет изнутри...
  - На данный момент у нас все хорошо, - Маркус заставил ее повернуться к нему лицом. Коснулся губами лба и шеи Кати, вызывая дрожь во всем теле и заставляя сердце биться чаще. - А любой, кто попытается разрушить это, пожалеет.
  Иностранец, придерживая затылок Кати рукой, поцеловал ее. Голова моментально закружилась и внутри разлилась сладостная истома. Вдоль позвоночника прошли разряды тока, тело окутал жар. Катя положила ладони на гладко выбритые щеки Маркуса и, не прекращая поцелуя, пересела ему на колени. Иностранец усмехнулся ей в губы, но ничего не сказал, лишь углубил поцелуй, сделав его более настойчивым и властным.
  Вибрация, раздававшаяся с холодильника, где Катя на случай маминого звонка оставила телефон, заставила их отстраниться друг от друга. Катя вскочила с колен иностранца и взяла мобильный.
  'Мама', - прочитала на дисплее, мигавшую надпись, посмотрела на вальяжно, откинувшегося на спинку стула иностранца и с обреченным видом нажала кнопку принятия вызова.
  - Я слушаю, - произнесла как можно бодрее и уверенее.
  - Время полдень! Ты домой собираешься или остаешься жить у подруги? - голос матери звучал недовольно и резко. Дурной знак. Она похоже сегодня весьма в плохом расположении духа. - Пока вы с Сашей шляетесь и занимаетесь не пойми чем, я волнуюсь!
  Катя вновь взглянула на лениво слушавшую разговор, прикрывшую глаза и откинувшую голову назад, 'подругу'.
  - Мы же в порядке. С нами все хорошо. Я же не первый раз остаюсь у... Саши.
  - Но я все равно переживаю! Особенно после того как сегодня увидела в газете статью, в которой написано, что в городе завелся не то маньяк, не то дикий зверь, нападающий на людей! Нашли несколько ужасно изуродованных тел. Полиция настойчиво просит быть осторожнее, находясь вечером на улице, а по возможности лучше вообще оставаться дома!
  По телу Кати пробежал холодок, сердце пропустило сразу несколько ударов. Она сильнее сжала телефон разом вспотевшими влажными руками.
  Теперь понятны причины беспокойства матери.
  Но Катю заботило больше другое. Оборотень охотится и убивает. Если не остановить его, погибнут еще люди. Это нужно прекратить в ближайшее время, чем сегодня и собрались заняться вампир и охотник. Она встретилась взглядом с Маркусом. С его лица сошло ленивое, расслабленное выражение. Взгляд стал напряженным и серьезным.
  - Как все не вовремя... - немного неясно пробормотала мать.
  - Что именно? - недоуменно сдвинула брови Катя, не понимая о чем она.
  - Давай быстро домой! - проигнорировала вопрос мама. - Нам нужно серьезно поговорить.
  - Хорошо, - обреченно выдала Катя, нажала на отбой, вздохнула и с грустью, смешенную с недовольством, произнесла, сев на стул рядом с иностранцем. - Теперь она устроит мне более жесткий комендантский час и заставит приходить домой до темноты или вообще посадит дома, разрешая посещать только школу. Ты для нее явно не залог моей безопасности, а наоборот угроза. Тебе она не доверяет, и честно сказать едва терпит наши отношения... Она в связи с угрозой нападения 'маньяка' может свести наши встречи к минимуму.
   - Не бывает безвыходных ситуаций, Кэти, мы что-нибудь придумаем, - глаза Маркуса потеплели, и в них отразилась ирония.
  Они виделись далеко не каждый день. Виной тому загруженность в школе, подготовка к ЕГЭ, загруженность учебой, личными делами и самого Маркуса. В прошлом месяце иностранец уезжал проходить практику в Москву, поэтому они не виделись четыре недели. Обменивались сообщениями, но переписка не способна заменить живое общение, поэтому Катя скучала, сильно скучала. Мир без Маркуса терял краски. А если мать возьмется за безопасность дочери, то действительно урежет время встреч с иностранцем. Этот факт сильно удручал, хотя Катя понимала причины беспокойства матери и ее не любовь к Маркусу.
  Мать конечно же не знала, что возлюбленный дочери вампир. Но красивый, состоятельный, двадцатитрехлетний парень не внушал доверия. Мать боялась о том, что Маркус падок на женское внимание, и удержать такого красавца возле себя практически невозможно. Ему скоро несомненно захочется 'новую жертву', а старая станет вдоль и поперек изученной и оттого больше неинтересной и не достойной внимания. Она прожужжала все уши Кате, о том какой ей видится Маркус. Плюс ко всему заявила, что парни при деньгах всегда избалованы и привыкли, что весь мир стоит перед ними на коленях. На что Катя ответила, что Маркус пусть и состоятельный, но далеко не миллионер. В ответ мать парировала, что он опасен, это становится ясно стоит лишь заглянуть в его демонические глаза. Мама пыталась вразумить непутевую дочь, но Катя знала Маркуса куда больше ее и понимала, на что идет, встречаясь с ним, и принимала это, потому что любила.
  
   * * *
  
  Маркус остановил машину возле Катиного подъезда. Катя вышла наружу, холодный промозглый воздух коснулся кожи и заставил вздрогнуть и спрятать руки в карманы куртки. Хорошо, что предусмотрительный Маркус позаботился о ее одежде. Проснувшись раньше, сунул ее промокшую, после купания в лесном озере, одежду в стиральную машину с сушкой.
  Не глуша мотор, иностранец вышел из салона и, подойдя к Кате, обнял за талию.
  - Я позвоню, - произнес и нежно поцеловал в лоб. Она сильно прижалась к его груди, ощущая как под кожей, ребрами бьется сердце Маркуса.
  - Будьте осторожны сегодня ночью, - попросила она. Так не хотелось его отпускать.
  - Само собой, - ровным голосом ответил он, кончиками пальцев ласково, поглаживая Катю по голове. Внезапно мышцы иностранца словно одеревенели. - Твою мать, - чуть слышно процедил он сквозь зубы. Катя подняла голову и проследила за его взглядом.
  Сердце буквально ушло в пятки. Возле двери подъезда, наблюдая за ними, стояла мама.
  - Как же изменилась твоя подруга Саша, - ядовито произнесла она, неспешно, подойдя ближе и окинув Маркуса взглядом. - Стала выше на целую голову, подстриглась, перекрасилась, сделала пластическую операцию, причем изменила не только внешность, но и пол.
  - Ты не правильно все поняла... - выдавила Катя, но мать резко перебила:
  - Только не надо говорить, что он просто подвозил тебя от подруги! Настоящая правда итак читается в твоих глазах, - Елена Николаевна перевела негодующий взгляд на Маркуса:
  - Что скажете, юноша?
  - Да, ваша дочь ночевала у меня, - твердо ответил Маркус, полностью выдержав ее жесткий взгляд.
  - Что и требовалось доказать! Моя дочь врет мне! - мать всплеснула руками и вновь посмотрела на Катю:
  - Похоже я слишком распустила тебя! А если ты не забыла, тебе еще семнадцать, восемнадцать будет только через полгода, поэтому я имею полное право тебя наказать!
  Катя виновато опустила взгляд, испытывая угрызения совести оттого, что обманула мать и этим обидела ее, и въедливое в сердце острыми зубами чувство того, что возможно мама теперь и вовсе запретит встречи с Маркусом.
  - Елена Николаевна, послушайте, - ровным и спокойным тоном начал иностранец. - Я понимаю ваше негодование и ярость. Пусть это прозвучит банально и не ново для подобной ситуации, но это я попросил Катю отправить вам сообщение.
  Тут мать опустила глаза и обвела взглядом 'Ниссан' иностранца. Она увидела вмятину, что еще больше усугубило ситуацию.
  - Вы попали в аварию? - глаза Елены Николаевны сузились, и в них отразилось беспокойство.
  - В нас врезался какой-то лихач. Виноват он, - по сути Маркус не соврал. Пусть и не водитель авто, а оборотень, но машина оказалась повреждена благодаря его действиям.
  - Ты не пострадала? - тревожно спросила мать.
  Катя покачала головой.
  Мама несколько долгих и томительных секунд буравила тяжелым взглядом дочь и иностранца, после чего произнесла:
  - Пойдемте в квартиру. Я хочу поговорить с вами обоими, особенно с тобой, Маркус.
  Глава 4
  Они расположились в зале. Катя и Маркус сели на диван, мать на кресло напротив.
  - Вот чай, сахар, конфеты, угощайтесь, - Елена Николаевна расставила чашки с терпким напитком на полированном темном журнальном столике, придвинула к дочери и иностранцу сахарницу и вазочку со сладостями. - Маркус, не стесняйся.
  Иностранец добавил в чай одну ложку сахара и аккуратно размешав, пригубил напитка. После чего поставил чашку на стол и внимательно посмотрел на Елену Николаевну.
  - Вы хотели поговорить, так начинайте. Простите, что тороплю, но у меня сегодня не так много свободного времени. Нужно везти машину в ремонт и уладить некоторые дела, - как можно более вежливо произнес Маркус. Катя знала, что сложившаяся ситуация не нравится ему и давит на душу. Мать явно собиралась пройтись по их отношениям, а расспросов касаемых этого иностранец не любил до скрежета в зубах. А зная мать, Катя понимала, что та будет задавать прямые или довольно заковыристые вопросы, чтобы понять подходит Маркус ее дочери или нет. Своего рода экзамен, на котором нельзя ждать поблажек и невозможно подкупить преподавателя. Оставалось надеяться на благоразумие иностранца, чтобы он не наговорил матери резкостей. Сердце грела его сдержанность и хладнокровие. К тому же он должен понимать волнения Елены Николаевны и последствия собственной грубости, поэтому обязан отвечать спокойно и рассудительно. Катя надеялась на это.
  - Как ты относишься к моей дочери, Маркус? - последовал первый вопрос.
  - Трепетно и с нежностью,- его губы тронула едва заметная улыбка. Катя накрыла его ладонь своею и слегка сжала, как бы поддерживая и прося уважительно относится к матери. Затаила дыхание в ожидании нового вопроса, а еще больше ответа иностранца.
  - Серьезны ли ваши отношения, много ли они значат для тебя, или это баловство? Очередное увлечение? - буравя Маркуса колючим, сканирующим, будто рентген взглядом, продолжила Елена Николаевна.
  - Поверьте много, - не моргнув глазом, ровным тоном невозмутимо ответил он. - Я никогда ничего не делаю просто так и если встречаюсь с Катей уже около полугода, то это определенно что-то значит для меня и совсем не малое. Я отношусь к Кате со всей серьезностью и не морочу ей голову, ведь так звучит ваш вопрос, если задать его более прямо? Я... люблю вашу дочь, в человеческом обществе чувства, которые я испытываю к ней, вроде так называются, - последнюю фразу Маркус произнес нехотя, но твердо и уверенно.
  - Меня волнует еще один вопрос... - протянула Елена Николаевна, посмотрев на иностранца более внимательным прожигающим взглядом, словно боялась чего-то упустить и не отличить правду ото лжи или наоборот. Сердце Кати замерло. Она начала догадываться, о чем хотела спросить мать. - Сегодня ночью вы ночевали под одной крышей и возможно не только сегодня. Я хочу знать вступали ли вы в интимную связь?
  Кате едва удалось сохранить внешнее спокойствие, сердце заколотилось громко и беспокойно. Во рту пересохло, шею будто опутало плотной липкой паутиной, перекрывая кислород. По спине холодом проползла змейка, пославшая в душу укол страха. Катя сильнее сжала руку иностранца. От его ответа сейчас зависело очень много. Если скажет правду, последствия слишком непредсказуемы. Если соврет, мать потащит к гинекологу, и не к какому-то незнакомому, которого, если представится такая возможность можно купить, а к своей давней подруге Таисии Ивановне. Мама узнает правду не в зависимости от ответа Маркуса. Но если он соврет, то упадет в ее глазах настолько, насколько подняться больше не сможет никогда.
  - Да, - коротко ответил иностранец. Он оставался спокойным, красивое лицо не выражало не единой эмоции. Но сжимая его руку, Катя почувствовала, как напряглись мышцы Маркуса.
  - И часто? - Елена Николаевна нервно застучала пальцами по столешнице.
  - Один раз... Вчера... - впервые за время разговора голос Маркуса дрогнул, и в нем проскользнула растерянность. Иностранец явно чувствовал себя не в своей тарелке. Но лицо так и осталось бесстрастно и равнодушно.
  От стыда щеки Кати вспыхнули, и она приложила ладони к пылающей коже. Мама не чужой человек, но Кате стало неловко, будто подробности ее отношений с Маркусом раскрыли и выставили напоказ перед огромной толпой народа. Хотелось провалиться сквозь землю или убежать, чтобы не видеть осуждающего взгляда матери.
  - Ей еще нет восемнадцати, ты хоть понимаешь... - жестко начала мать, опасно сузив глаза.
  - Да, я все прекрасно осознаю.
  - А если она забеременеет!
  - Исключено. Я не вчера родился и довольно сведущ в этом вопросе, в том, как избежать этого последствия, - уверенно ответил Маркус.
  - Мама, он ни к чему меня не принуждал! Я сама согласилась! - Катя не могла больше молчать. - Тем более я уже практически взрослая, мне исполнится восемнадцать через каких-то полгода!
  - Но еще не исполнилось и рано говорить о своей независимости! - сурово бросила Елена Николаевна.
  Катя опустила глаза и бездумно уставилась на свои колени. Наступила звенящая и давящая, гнетущая тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем настенных часов, будто тяжелыми молотками, ударявшим по перепонкам.
  - Знаешь, Маркус... я буду говорить честно и прямо, - наконец заговорила Елена Николаевна. Катя подняла на нее взгляд. Выражение лица матери немного смягчилось и стало задумчивым. Это дало маленькую надежду, что наказание не будет сильно жестоким. - Я давно пытаюсь изучить тебя и понять. Ты производишь приятное, располагающее к себе впечатление. Умный, серьезный, думающий о будущем, желающий построить замечательную карьеру, а не бездумно прожигающий жизнь. Немного резкий, с непростым характером, но это нельзя полностью отнести к недостаткам. За таким как ты, как за каменной стеной. Но в тебе есть что-то необъяснимо отталкивающее, даже пугающее, заставляющее остерегаться и при возможности держаться на расстоянии. Я не могу объяснить причину возникновения этого чувства... - Мать вдруг улыбнулась и кивнула в сторону чашек. - Чай стынет, пейте, ешьте конфеты. Не зря же я чайник ставила.
  Маркус нахмурился, но протянул руку к хрустальной вазочке. Когда взял шоколадную конфету, снял шуршащую обертку, откусил часть конфеты и, запив чаем, медленно прожевал, Елена Николаевна перестала сканировать иностранца цепким, настороженным взглядом, и даже как-то сразу расслабилась.
  - Вы боитесь, переживаете за дочь и возможно, поэтому испытываете ко мне отталкивающие эмоции, - начал Маркус внимательно смотря на Елену Николаевну. - Боитесь доверить мне Катю, потому что для вас я чужой человек. Я не хочу, чтобы мои слова показались чересчур многообещающими, пустыми, или просто способом получить ваше доверие и уважение. Я просто скажу, так как есть. Я не позволю никому причинить Кате вред, если ей будет угрожать опасность, сделаю все что возможно в моих силах, чтобы ее спасти. Я привык защищать все, что мне дорого любыми возможными способами.
  - Ты наверно хотел сказать допустимыми способами?
  - Нет, именно возможными.
  Мать вздохнула и откинулась на спинку кресла.
  - Я хотела сообщить тебе одну новость, Катя, - она посмотрела на дочь. - Новость нехорошая. Но паниковать не нужно, потому что как говорят врачи, кризис миновал и все обойдется...
  Тело разом прошиб сильный озноб, в груди разлился холод, и сердце пропустило несколько ударов. Катя немного поддалась вперед.
  - Что произошло? С кем? - спросила дрожащим голосом.
  - Не волнуйся, дорогая, - тепло и успокаивающе произнесла мать. - У твоей бабушки был инфаркт, но все уже хорошо. Просто мне нужно поехать на несколько недель в Воронеж, чтобы навестить и помогать ей, пока она не поправится окончательно, - факт о болезни бабушки расстроил и заставил все внутри сжаться в болезненный тугой комок, но слова матери, что она идет на поправку успокоили и уняли тревожную дрожь в теле. - Мне бы не хотелось оставлять тебя на это время здесь, особенно сейчас, когда в городе гуляет маньяк. Но ты в выпускном классе, у вас много подготовки к экзаменам и занятия желательно не пропускать, чтобы не отстать и в будущем не нагрузить себя еще больше. Но... я не уверена, что могу оставить тебя одну... Маша сейчас большую часть времени проводит у Миши и сомневаюсь, что твоя старшая сестра сможет следить за тобой. Я могла бы положиться на тебя, Маркус. Ведь ты можешь устроить так, чтобы она не гуляла по ночам, не добиралась до дома одна. Но ведь я знаю, как вы воспользуетесь данной свободой. Будете чаще вместе, никто не будет ничего запрещать и ставить ограничения, когда появляться дома. А Кате нужно думать об учебе...
  - Не беспокойтесь, Катя и дальше продолжит заниматься, как и раньше. К тому же я тоже учусь и мне тоже надо постепенно готовиться к экзаменам, да еще желательно начинать писать курсовую работу. Я не буду мешать учебе, и портить оценки вашей дочери, - заверил Маркус.
  Мать колебалась и дело конечно не только в оценках. Ни они одни заботили ее. Иностранец немного подался вперед и заглянул ей в глаза.
  - Вы можете спокойно ехать, с Катей все будет хорошо, - протянул он.
  Мать застыла, не отводя от него слегка затуманенного взгляда.
  Да он ее гипнотизирует! Катя понимала, что иностранец делает это для их пользы, но все равно подобное показалось неправильным.
  Елена Николаевна несколько раз моргнула, дотронулась до виска и нахмурилась, будто потеряла цепочку разговора.
  - Простите... Что-то я... - она сделала глоток чая и продолжила уже более осмысленно:
  Я уеду одна и положусь на твою порядочность, Маркус, и надеюсь, ты меня не разочаруешь, и в итоге Катя не будет из-за тебя лить горькие слезы. Не хочу после ваших отношений собирать ее по крупицам.
  Иностранец кивнул.
  - Спасибо за чай. Я пожалуй пойду, мне пора, - поднялся на ноги. - До свидания.
  - До свидания, - ответила мать.
  Маркус вышел в прихожую, Катя поспешила за ним.
  - Ты применил гипноз! - прошептала она немного возмущенно.
  - Она не могла принять решения, я всего лишь немного подтолкнул ее к нужному нам с тобой, - тихо ответил Маркус, надевая пальто. - Это даже полноценным гипнозом назвать нельзя.
  Он толкнул дверь и вышел на лестничную клетку.
  - Иди сюда, - позвал, устало облокачиваясь на перила. Она прикрыла дверь и прижалась спиной к ее твердой деревянной поверхности.
  - Такое чувство, что побывал на допросе в гестапо, - криво усмехнулся Маркус. - С пистолетом в руках с минимальным количеством патронов против стаи оборотней я бы увереннее чувствовал себя, нежели перед твоей матерью. Я не испугался, просто от подобных расспросов стало не по себе. Непривычно.
  - Но похоже ты сумел завоевать толику ее доверия, - Катя подошла ближе и обняла его. - Несмотря на то, что она о нас узнала... Странно мама ничего особого не высказала на этот счет. Неужели приняла как должное...
  - Может, вспомнила себя в твоем возрасте, - Маркус улыбнулся уголками губ и нежно провел пальцами по шее и ключице Кати. - Или поняла, что подобное неизбежно.
  - Надеюсь, что когда ты уедешь, она не станет кричать на меня, - высказала опасение Катя. Так приятно было прижиматься к Маркусу, чувствовать его тепло и ровное дыхание, едва касающееся затылка. Так бы и стоять вечно.
  - Думаю, не станет. Она смирилась с тем, что между нами произошло и с нашими отношениями. Я видел это в ней, - иностранец коснулся губами Катиной щеки и прошептал:
  - Я должен идти.
  Катя вцепилась в отвороты его драпового пальто. Она не хотела его отпускать. Вдруг он не вернется и она в последний раз видит его?
  - Может наплевать на оборотня, пусть его поймают другие охотники? Да и почему именно сегодня? У вас даже плана толкового нет. Вы ничего не знаете об этом звере.
  - У Димы есть некоторая информация. Сегодня полнолуние, Кэти...
  - А вчера...
  - Вчера луна не была полной до конца. Обращенный оборотень охотится подряд три дня в месяц. Последний из дней - полнолуние. Самый пик активности и силы зверя. Если не прикончим его сегодня, придется ждать до следующей возможности целый месяц. Не бойся, ничего с нами не случится.
  Она прижалась лицом к груди Маркуса и глубоко вдохнула древесно-цитрусовый аромат его духов.
  - Все мне пора, - иностранец мягко отстранил ее и поцеловал в губы. - Я позвоню завтра. Пока, - поцеловал Катю в лоб, после чего отошел и, повернувшись спиной, начал спускаться вниз по лестнице.
  Катя зябко поежилась и обхватила себя руками. Маркус ушел, и вместе с ним ушло тепло. Мысленно она пожелала им хорошей охоты и вошла в квартиру. Сегодняшняя ночь обещала быть бессонной.
  
   * * *
  - Проходи, - небрежно бросил Маркус, окинув охотника беглым взглядом. Отступил от двери, пропуская внутрь. Дмитрий Арсеньев вошел в дом, держа в руке черную средних размеров спортивную сумку. Маркусу не нравилось их затянувшееся перемирие, но против сложившихся обстоятельств не попрешь. Руки чесались прикончить охотника, ведь он продолжал убивать его собратьев, а закрывать на это глаза было нелегко. Но уж слишком через многое они прошли вместе, не раз спасали друг другу жизни, из-за чего не поднималась рука убить его и этим исполнить долг перед совестью и вампирами. Маркус презирал себя за это подобие дружбы с охотником на сверхъестественных существ, но не мог отрицать, что помощь Дмитрия иногда полезна и необходима. Когда-нибудь им вновь придется встать по разные стороны баррикад и вновь поднять оружие друг против друга, но не сейчас.
  - Давно не виделись, вампир, практически полгода точно, - иронично протянул Дима, проходя мимо.
  - Не видеться бы еще целую вечность. Ты же знаешь, меня тошнит от одного твоего вида, - сухо произнес Маркус, закрывая дверь и хмуро взирая на охотника. - А в сумке что? Целый арсенал притащил?
  - Все самое необходимое, - Дима прошел в гостиную и поставил сумку на журнальный столик. Открыл молнию и достал оттуда дробовик и деревянную коробку. - С помощью этого легче убить вервольфа, чем из пистолета.
  Охотник направил ружье в висок Маркуса.
  - Не представляешь, как хочется нажать на курок и потом смотреть, как твое тело сотрясается в агонии.
  Маркус, словно не замечая смертоносного дула возле своей головы, невозмутимо открыл крышку коробки. Даже сердце не ускорило ритма, продолжая биться спокойно и ровно, хотя одно нажатие Дмитрием спускового крючка, грозило опасностью остаться без большей части мозгов, а значит путешествием на тот свет. Но Маркус знал - Дмитрий не выстрелит. Просто хочет поиграть на нервах, увидеть страх на его лице. Не дождется.
   В специальных ячейках коробки лежали пули и патроны.
  - Слушай... - прищурился Маркус, достав одну пулю, с интересом начал рассматривать ее. - Это ведь не чистое серебро... Посеребряная или сплав со свинцом...
  - Именно это - чистое, - охотник опустил дробовик и положил его на стол. - Сам знаешь против таких тварей как вы лучше использовать серебро без всяких примесей. Так надежнее, вы довольно живучие ублюдки. Но есть и посеребренное оружие... - он достал из сумки нож с частично стершимся серебряным напылением.- Но даже с помощью его можно убить вампира. Точный удар в сердце, который отправит кровососа в коматозное состояние, а дальше отрезать башку, и дело сделано. Тут даже обычный стальной нож подойдет.
  - Главное сначала в сердце правильно попасть, - ядовито бросил Маркус и продолжил, иронично прищурившись и склонив голову на бок:
  - Интересно... Давно волновал этот вопрос. Серебро не золото, но все же не дешевое удовольствие. Откуда берешь средства? Ведь занимаешься чем - то помимо охоты, кушать то надо. Подрабатываешь, да? Только вряд ли зарплаты хватит на оружие из этого металла. Ведь деньги нужны на еду, оплату жилья и шмотки с китайского рынка. Уверен ты воруешь ценности у убиенных тобой вампиров. Я ведь прав?
  - Тебя это так сильно волнует? Это вообще не твоего ума дело, Марк. Но насчет подработки ты прав и знаешь, что мне предстоит сделать в ближайшее время?
  - Понятия не имею, туалеты почистить? - хмыкнул Маркус, возвращая пулю обратно в коробку.
  - Отремонтировать одну машину с до боли знакомыми номерами. Ты ведь сегодня привез в автосалон свой помятый 'Ниссан'. Я как его увидел, сразу решил взяться за ремонт, всегда рад помочь такому ДРУГУ как ты. Вначале думал тормоза немного подпортить, чтобы ты разбился на хрен. Но передумал. Ведь не факт что авария убьет тебя. Смертельный случай гарантирован, если только башку оторвет или провернет тело, словно через мясорубку. Короче мне стало жалко автосалон, который ты бы потом сравнял с землей, да и мало ли Катя могла быть с тобой, а ей причинять вреда я не хочу, она не опасная, не хитрая, не расчетливая и не сверхъестественная тварь в отличие от тебя.
  - Я тебе сейчас хребет сломаю, - пообещал Маркус со зловещей ухмылкой. - Автомеханик значит? Да еще такое совпадение, что мой автомобиль попал к тебе. Судьба смеется над нами, охотник. Чудны дела.
  - Кстати о деле, - Дима посерьезнел и, достав из сумки карту, разложил на столе. - Видишь красные точки, в этих местах нашли разорванные тела жертв. Всего совершено два убийства - вчера и позавчера.
  - То есть в период активности оборотня, - Маркус склонился над картой и задумчиво нахмурился, осматривая нанесенные маркером пометки на месте нахождения трупов. - Оба убийства произошли в близлежащих районах. Рядом с лесом, в котором мы отдыхали. Значит, оборотень живет неподалеку.
   - Но где именно определить нереально, участок не такой маленький, каким может показаться. Остается только патрулировать местность и надеяться на удачу, да на твое умение чувствовать этих тварей.
  - Тогда поехали. Луна на пике и скоро зверь выйдет на охоту. Мы не должны его упустить.
  Глава 5
   - Вы здесь сидели? - спросил Дима.
  Маркус обвел взглядом небольшую поляну, освещенную мертвенно-бледным холодным светом полной луны и лучом от фонарика охотника. Увидел знакомые бревна, кучку пепла от костра, смешенную с опаленными ветками.
  - Да, - кивнул, всматриваясь в темноту высоких деревьев и глубоко вдыхая свежий воздух, приправленный лесной сыростью. - Но оборотня я не чувствую. Все равно, что искать иголку в стоге сена... Но если он поблизости, то скоро узнает о нашем присутствии. Обоняние обращенного вервольфа сильнее моего. Пойдем, прогуляемся дальше.
  - Дежавю не ощущаешь? - спросил Дмитрий, когда они двинулись между деревьями по узкой тропинке, усеянной влажной прошлогодней листвой, освещая дорогу фонариком.
  - Ты имеешь в виду, когда полгода назад мы блуждали по лесу в другой стороне города, также в поисках обращенного оборотня? Согласен сейчас схожая ситуация и обе твари странные. Убитый нами оборотень был способен обращаться и днем, а новый объект охоты пуленепробиваемый и заговоренный. Необычно, не правда ли?
  - Думаешь эти оба случая связаны?
  - Возможно, только не понимаю как... - задумчиво протянул Маркус. Впереди показалось озеро, его темная непроницаемая гладь блестела в тусклом лунном свете, над водой клубился туман, и веяло холодом.
  - Или ты просто разучился стрелять, - ухмыльнулся Дима.
  - Возможно, - спокойно кивнул Маркус, криво усмехнулся и прибавил с сарказмом:
  - Давай проверим меня на меткость, ты станешь мишенью. Представь, с каким садистским удовольствием я спущу курок.
  - Не сомневаюсь, - в тон ему ответил охотник. - Я пожалуй откажусь от подобной роли.
  - Трусишка! - ехидно бросил Маркус, губы тронула кривая и холодная улыбка. - Ведь знаешь же, что попаду в яблочко. Не хочешь умирать.
  - Да иди ты к черту, упырь! - беззлобно отозвался Дмитрий.
  Они прошли вдоль озера, больше углубляясь в лес. Маркус резко остановился и нахмурился. Ноздри защекотал знакомый металлический запах, но отдававший тошнотворной горчинкой.
  - Ты что-то почувствовал? Оборотень рядом? - спросил Дмитрий.
  - Нет, - покачал головой Маркус. - Пахнет не вервольфом, пахнет смертью.
  - Может белка сдохла?
  - Слишком сильно воняет для белки, - он, отодвигая ветки, двинулся через кусты. Охотник следом. Маркусу по большому счету было плевать, кому принадлежало, источающее противный запах тело, но он надеялся, что его хозяином окажется вчерашний вервольф. Смерть зверя лишила бы их с охотником всех проблем. Вчера Маркус несколько раз попал в оборотня. Пусть не попал в сердце или голову, но серебро для них еще больший яд, чем для вампиров. Если пуля не выйдет, застрянет, им кранты. Она сожжет оборотня изнутри.
  С каждой секундой запах разложения становился острее, аж в носу засвербело. Маркус прижал ладонь к лицу. Приятный запах перчатки, сделанной из натуральной кожи хоть немного перебивал ужасную вонь. За спиной раздался отборный мат Дмитрия. Охотник тоже почувствовал зловоние.
  Отодвинув очередную ветку, Маркус увидел резиновые рыбацкие сапоги, а подойдя ближе, их обладателя, точнее то, что от него осталось... Им оказался мужчина средних лет в куртке и брюках цвета хаки. Его остекленевшие глаза были широко открыты, а лицо искривлено в дикой гримасе боли. Грудь и живот представляли собой сплошное кровавое месиво. Виднелись кости, сухожилия и внутренние органы. Запекшаяся, застывшая кровь везде - на одежде мужчины, на земле, ветках, на только распускающихся молодых листьях. Ее также заляпана, валяющаяся нескольких метрах от тела, поломанная удочка и небольшая спортивная сумка с оторванной ручкой.
  - Вот и еще одна жертва оборотня... - хмуро протянул Дмитрий. - Похоже рыбак... Пришел на озеро рыбу половить и загрызли беднягу...
  - Пойдем отсюда, если вервольф появится, из-за этой вони я его не почувствую, - бросил Маркус. Где-то невдалеке хрустнула ветка, заставив напрячься и прислушаться. Похоже уходить поздно. В темноте между деревьями, что-то промелькнуло. Маркус достал пистолет и спустил предохранитель, внимательно всматриваясь во тьму и ожидая нападения.
  - Он здесь, - прошептал охотнику.
  - Я уже понял, - отозвался Дима, держа палец на спусковом крючке дробовика. - Только где именно?
  - Не знаю... Эта тварь может напасть с любой стороны, будь наготове, - Маркус напряг чувства до предела и даже перестал дышать. Но ничего не слышал кроме тихого шелеста деревьев и спокойных, но сильных биений сердец - собственного и охотника. Странно. Неужели оборотень ушел?
  В этот момент почувствовал сильный удар в правый бок, не удержался на ногах и полетел в кусты. За спиной раздались выстрелы, но разом стихли. Немного оглушенный, тяжело дыша и цепляясь за колючие ветки, Маркус поднялся на ноги. Тут же левое плечо опалило жаром, и по телу разлилась боль от укуса оборотня. Стиснув зубы, Маркус завел руки за спину, чтобы достать до зверя, почувствовав шерсть и теплоту живого тела, с силой вдавил пальцы в него, прорывая кожу вервольфа. Животное взвыло и разжало клыки, сжимавшие плечо. Маркусу этого хватило, чтобы отскочить в сторону. Оглядевшись, он увидел лежащего в паре метров, без признаков жизни Дмитрия, а рядом с ним дробовик. Пары секунд хватило, чтобы добраться до оружия. Прицелившись точно в голову оборотня, Маркус спустил курок. Но вместо того, чтобы выбить ублюдку мозги, пуля попала в плечо зверя. Вервольф дико зарычал от боли. Маркус выстрелил еще раз и нечеловеческий рык, разнесшийся по всему лесу, едва не разорвал барабанные перепонки.
  Зверь, ломая ветки кустов, скрылся в темноте между деревьями.
  Маркус бросился за ним, но вскоре потерял след. Оборотень словно испарился в воздухе. Исчез, будто бы его не существовало, а все остальное являлось галлюцинацией. Правда боль в плече доказывала обратное. Маркус посмотрел на светлеющее небо. Рассвет совсем скоро, о продолжение охоты бессмысленно. Грязно выругался и вернулся обратно, на место где они с Димой нашли труп. Оборотень ушел, они облажались и это раздражало до скрежета в зубах. Злость жаром клокотала внутри, настойчиво ища и требуя выхода, и едва удалось не дать ей вырваться наружу и остаться более или менее спокойным. Посмотрел на Дмитрия. К счастью или, скорее всего к несчастью охотник дышал.
  Маркус нашел на земле, свой обороненный пистолет и услышал сзади короткий стон. Дима очухался.
  - Он тебя не укусил? - спросил обернувшись.
  - Нет, - Дмитрий поднялся на ноги и поморщился, дотронувшись до головы. - Только ударил. В черепушке теперь играет колокольный звон. Эта тварь чересчур сильна и быстра. Я выстрелил в нее пару раз, а ей хоть бы что. Оборотень пер на меня словно терминатор, мать его. Что произошло после того как я вырубился?
  - Я прицелился точно в голову ублюдка, а попал в плечо, потом выстрелил снова, попал, но не убил. Я же сказал он какой-то заговоренный. Ни черта не понимаю, - Маркус раздраженно нахмурился и пнул носком ботинка сухую корявую ветку.
  - Или заговоренный или у тебя развилось косоглазие.
  Маркус опасно сузил глаза и одарил охотника тяжелым взглядом. Резко поднял пистолет, прицелился аккурат возле виска Димы и спустил курок.
  - Мать твою, ты что делаешь?! - зло прошипел охотник, вытирая с виска тонкую струйку крови, оставленную пулей.
  - Проверяю себя на меткость. Сегодня все-таки тебе было суждено стать мишенью, - ровным и беззаботным тоном ответил Маркус, криво усмехнувшись. - Я хотел, чтобы пуля просвистела прямиком возле твоего уха и пожалуйста - так и получилось. Прости за царапину, она совсем не глубокая, быстро заживет. Не смертельно.
  - Мстительная сволочь, - пробормотал Дмитрий, подошел ближе и вырвал из левой руки Маркуса свой дробовик. - Еще раз так сделаешь, я тебе осиновый кол в задницу затолкаю! Или лучше сделаю так... - он приставил оружие к его сердцу. - И нажму на курок. Я понимаю. Начинает светать. Оборотня ловить уже поздно. Он уже наверно далеко, зализывает раны. Ты бесишься из-за неудачи, хоть стараешься этого внешне не показывать. Но осторожнее с поступками. Держи, мать твою, себя в руках и не вымещай злобу на других, иначе кто-то из нас умрет!
  - Испугался, да? - нагло поинтересовался Маркус, чуть склонив голову на бок. - Я ведь мог убить тебя, если бы захотел.
  - А вот сейчас поимей совесть и не зли меня, - с угрозой посоветовал Дмитрий. - Или курок теперь спущу я. Только не стану стрелять мимо.
  - Хорошо, давай прекратим эту идиотскую перепалку. К тому же у меня в руке пистолет и выстрелить я успею. Если мы не остановимся, то перестреляем друг друга, - устало произнес Маркус, отодвигая от груди дуло дробовика и убирая пистолет за пояс джинсов. - Мы должны подумать, что делать дальше с оборотнем, как его искать. Есть надежда, что он сдохнет где-нибудь, но она мала. С этим оборотнем что-то не так, неправильно. Он слишком живучий... И что за чертовщина, почему мы не можем просто разнести ему мозги, как это делали со многими.
  - Он еще и появляется ниоткуда. Может он призрак? - усмехнулся Дмитрий, опуская оружие.
  - Это многое бы прояснило, но не призрак же меня цапнул, - Маркус кивнул на свое раненое плечо и поморщился. Если несколько минут назад он мог шевелить левой рукой, то теперь это удавалось с трудом. Она онемела, рана дико ныла.
  - Духи бывают разные. Некоторые способны обретать плоть и причинять вред людям. Ты сам это прекрасно знаешь.
  - Но от них веет холодом и смертью, а от этого вервольфа исходил жар, такой же, как и от любого живого оборотня. Здесь что-то другое... - задумчиво протянул Маркус. Не простая загадка попалась им. Но они найдут ответ. Зверь сдохнет рано или поздно.
  Маркус кивнул на труп:
  - Что с ним будем делать? Помимо следов борьбы, здесь следы нашей обуви, стреляные гильзы и прочее свидетельство нашего пребывания и драки с оборотнем. Не факт что полиция сможет выйти на нас, но кто знает, сколько они раскопают. Я привык прибираться за собой.
  - В машине есть лопата, придется подстраховаться и скрыть улики, - сказал Дмитрий и небрежно прибавил:
  - Ты истекаешь кровью, поэтому вначале нужно заняться тобой, не хочется потом возиться с трупом рыбака одному. И только не вздумай терять сознание пока мы не добрались до машины. На своем горбу я тебя тащить не собираюсь... Ты хоть как себя чувствуешь?
  Маркус посмотрел на плечо. Из раны, по кожаной куртке вниз бежали ручейки крови. Ощущалось легкое головокружение.
  - Нормально. Пустяки, заживет. Идем к машине, - ответил Маркус, прижимая ладонь к плечу.
  
   * * *
  Дверной звонок пронзил тишину квартиры и Катю словно подбросило. Она молниеносно выскочила из комнаты и с гулко бьющимся сердцем кинулась в прихожую, моля Бога, чтобы на лестничной площадке стоял Маркус. Переживая за иностранца, Катя не спала практически всю ночь, лишь на короткое время, забываясь беспокойным сном, потом просыпаясь и судорожно сжимая одеяло или край подушки, смотрела в темный потолок или в окно, через щелку между шторами которого виднелась бледно - желтая полная луна. Ей даже чудился протяжный волчий вой, разносящийся по темным улицам и отдававший в голову болезненными спазмами.
  Катя дрожащими руками повернула ключ в замке, ручку и открыла дверь. Облегчение укутало, словно теплым одеялом, когда она увидела иностранца. Дышать стало легче и свободнее. На душе стало спокойнее, словно штиль образовался на море после бури.
  - Слава Богу ты жив. Я так волновалась, - она переступила порог квартиры, сначала дотронулась до иностранца, будто убеждаясь, что он настоящий, а не галлюцинация, навеянная воспаленным сознанием. Почувствовав теплоту кожи Маркуса, обняла и прижалась к груди. Его шипение сквозь стиснутые зубы заставило отстраниться. - Что с тобой? - спросила тревожно, и сердце пропустило удар. - Ты ранен?
  - Оборотень слегка покусал, но не смертельно, - красивые, точеные черты лица иностранца слегка исказились от боли. Он дотронулся ладонью до левого плеча.
  - А почему еще не зажило? - Катя обеспокоенно оглядела Маркуса с ног до головы. Ей показалось, что он чересчур бледный, усталый, изможденный. В глазах отражался нездоровый блеск. Сердце сжалось в комок.
  - Укусы вервольфов долго затягиваются, намного дольше, чем раны от серебра, - пояснил иностранец.
  - Сильно болит? - с сочувствием спросила Катя, дотрагиваясь кончиками пальцев до его щеки и нежно проводя по гладкой коже.
  - Нет. Терпимо. Рана пустяковая, - Маркус перехватил ее запястье и слегка сжал. - Я в порядке.
  - А Дима как? - придирчиво смотря в его лицо, спросила Катя. Пускай Маркус говорил, что волноваться не о чем, но вид его ей не нравился. Иностранец казался больным. Возможно действительно ничего серьезного. Он просто не выспался, да и рана пускай и не опасна для жизни, но давала о себе знать.
  Властные губы иностранца искривила усмешка.
  - Живее всех живых. Дима как таракан, которого травишь, а он не дохнет.
  - Вы убили оборотня?
  Маркус отпустил ее запястье. Глаза иностранца стали пусты и холодны, будто зимнее ночное небо. Катя почувствовала озноб и обхватила себя руками. Неужели они упустили зверя?
  - Он сбежал. Этот урод не простой оборотень, в нем что-то не так. Он словно родился в рубашке или под счастливой звездой. Пули, которые должны были убить его, летели либо мимо, либо оставляли не смертельные раны. Хотя по сути ранения должны были сильно ослабить его и даже убить, пусть и не сразу. Вервольфы переносят серебро хуже, чем мы. Но мы с Димой после того как оборотень скрылся, обследовали лес, зверь словно в воду канул, - голос прозвучал сухо и отстраненно. Маркус злился из-за неудачи.
  - Что вы теперь будете делать?
  - Дима сказал, у него есть знакомая, которая возможно сможет прояснить ситуацию, а именно рассказать, откуда у оборотня появились необычные способности. Но это еще не точно, эта женщина возможно и не сможет помочь, - Маркус устало привалился к гладкой поверхности стены. - Помимо этого мы постараемся узнать, кто скрывается под шкурой оборотня. Если не выйдет, то придется ждать целый месяц до следующей охоты вервольфа.
  - Но время есть, также, как и шансы поймать его до следующего полнолуния. Если успеете, то спасете кому-то жизнь.
  - Меня меньше всего волнуют жизни смертных, - протянул Маркус, прикрыв глаза. - Я хочу лишь убить блохастую тварь, на остальное, а именно на потенциальных жертв оборотня, мне плевать.
  - Кто бы сомневался, - хмыкнула Катя и услышав, как скрипнула дверь, обернулась через плечо.
   Из квартиры, волоча чемодан на колесиках, вышла мама. Сегодня она должна уехать к бабушке и предоставить обеих дочерей самим себе на целых две недели. От осознания будущей свободы Катя ощущала легкую эйфорию.
  - Здравствуй, Маркус, - окинув его взглядом, поздоровалась она.
  - Здравствуйте. Давайте помогу, - он отошел от стены и указал на чемодан. Потом взял за ручку, поднял его и направился вниз по лестнице. Елена Николаевна поспешила за ним.
  Катя, захватив из прихожей куртку и захлопнув дверь квартиры, двинулась следом.
  Они вышли из подъезда и прохладный ветерок, бесцеремонно пробежался по коже и взъерошил волосы. Катя, откинув, упавшие на лицо пряди, встала возле матери и иностранца.
  - Вы на такси поедете? - спросил Маркус.
  - Нет, Маша должна довезти меня до вокзала, - мать посмотрела на него и нахмурилась:
  - Неважно выглядишь, бледный сильно, ты не заболел?
  - Просто не выспался.
  Во двор завернула и остановилась красная 'Хендай' Маши. Старшая сестра, не глуша мотор, вышла из машины. Увидев Маркуса, в знак приветствия махнула рукой. Он коротко кивнул, открыл багажник и положил туда чемодан.
  Мать посмотрела на Катю и, буравя внимательным взглядом, произнесла:
  - Деньги я оставила, знаешь где. Приготовить еду сможете, не маленькие. Звони и только попробуй не ответить, когда я буду звонить тебе, - крепко обняла Катю. Она немного нервничала. Было видно, что ей тяжело оставлять дочерей одних на целых две недели.
  - Я все поняла. Все будет хорошо, не беспокойся, - Катя обняла в ответ.
  - Надеюсь, - мать искоса посмотрела на иностранца и чмокнула дочь в щеку.
  - Передавай привет бабушке.
  Мама кивнула, затем села в машину, за ней Маша и вскоре 'Хендай' плавно сдвинулась с места и исчезла из виду.
  Катя повернулась к иностранцу.
  - Зайдешь в гости?
  - Куда же я денусь, - таинственно улыбнулся Маркус.
Оценка: 8.13*7  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Б.лев "Призраки Эхо"(Антиутопия) Б.Толорайя "Чума-2"(ЛитРПГ) Д.Черепанов "Собиратель Том 3"(ЛитРПГ) Р.Прокофьев "Стеллар. Инкарнатор"(Боевая фантастика) Л.Мраги "Негабаритный груз"(Научная фантастика) Д.Сугралинов "Мета-Игра. Пробуждение"(ЛитРПГ) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) Е.Флат "В пламени льда"(Любовное фэнтези) М.Снежная "Академия Альдарил: роль для попаданки"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"