Смолина Алла Николаевна: другие произведения.

Oб украiнских добрiх жiночках, наглых лiтовских ворах и - немного лiчного

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
  • Аннотация:
    Под названием "Немного о любви" oпубликовано в газете русской диаспоры в Швеции за 07.03.2010

  
  
  
  
  
  
  
   Это произошло в гранатно-автоматные, лихие 90-е прошлого столетия, так сказать, небольшой эпизод жизни небольшой семьи советского военного. Те годы скучать не давали. По стране дымились пепелища, ухали гранатные (и не только) взрывы, строчили автоматные очереди, раздавались скромные одиночные выстрелы. Причём оружие применялось по любому поводу. B моём Калининграде водители, не поделивши полосу движения, на светофорном перекрёстке вываливались из машин и... Hе дай Бог оказаться в тот момент рядом - всё шевелящееся и издающее звуки разносилось в клочья и щепы.
  
  А я как раз маялась бездельем по случаю рождения очаровательной доченьки и, чтоб скрасить скучный быт, состоящий из пелёнок, распашонок, чепчиков, бутылочек, частенько сбегала из Калининграда в сторону Украины, вроде как навестить маму. Муж отбывал с проверками советских воинских частей, дислоцирующихся на берегу Балтийского моря в Германии, Польше, Литве, Латвии, Эстонии, Ленинграде, Кронштадте, да, Балтийский Флот в те годы оправдывал своё название, а мы с дочуркой мгновенно смывались в небольшой зелёный городок меж Киевом и Харьковом под названием Лубны, куда папу перевели из Германии и где прошла моя не совсем спокойная юность.
  
  
* * *
  
   И той зимой поехали. Погостевали в маминых пенатах, наболталась с ней от души, от той же души на мужа нажаловалась: святое дело - у любимого недостатки выискивать. В перерывах навестила бывших подруг: послушала сплетни местечкового масштаба, свои вставила. После чего засобиралась в обратный путь. Только оставалось прикупить всяких украинских сувениров, ну, там сало, горилка, колбаса-кровянка и сервелат, туалетное мыло, детское питание, электромиксер, детские сапожки, женские и детские колготки, мужские х/б носки и сатиновые трусы семейного фасона, постельное бельё, детский комбинезончик, свиную вырезку, капроновые банты и всё такое прочее, нужное каждой советской семье и чего в моём Калининграде из-за ушлых польских панов, скупающих товар оптом на торговых базах, днём с огнём было не сыскать. Вот я и совмещала полезное с приятным, и мамульку навещала и прикупала товара.
  
  Правда, прикупала не в магазинах, тогда эти заведения, как и в России, стояли пустыми, а у многочисленных "поставщиков" на дому. Благо, сохранились связи среди старых добрых друзей, да и просто знакомых. А времени до поезда оставалось в обрез, считанные часы. Кто в угаре предвкушения выгодных сделок станет заморачиваться заботой о собственном здоровье? Вот и я, в спешке сбросила домашний халат, натянула поверх кружевного белья ажурные колготки, летнее шифоновое платье и во всём этом одеянии, считай - полуголая, впорхнула в дублёнку. А на дворе, как уже сказала, стояла зима и не просто зима, а самые настоящие крещенские морозы, когда снег - вафельным скрипом под ногами, а дым из труб - промёрзшими столбиками.
  Но я мороза не замечала, по "торговым точкам" носилась, оставляя за собой шлейф парового облака. Зато уложилась вовремя.
  
  
* * *
  
  Поезд Кiев-Калiнiнград, сплошные баулы, сумки, мешки, рюкзаки, котомки, коробки, фибровые чемоданы, корзины. Один к одному: эвакуация местного населения от фашистских захватчиков. Хотя, конечно же, никакой эвакуации не происходило. Это заботливые жiночки из сытой щедрой Украiны везли дополнительный прикорм голодным калининградским родственникам.
  
   Тронулись, поехали. За окнами ещё мелькали окраины Кiева, а на столиках уже цокали разнокалиберные стеклянные баночки и по вагону плыли вкуснейшие запахи, сопровождающиеся любезными воркованиями: "А вот моё попробуйте!" - "А вы моё отведайте!" Умеют золоторукiе хохлушки (в самом добром смысле этого слова) готовить. Собой разумеющееся - меж полок потёк горилочный аромат.
  Я тоже дочку чем-то покормила, попоила, на горшок посадила, после спать уложила, и сама к ней приткнулась, тоскливо вспоминая слезливое прощание с мамой, как обычно закончившееся под её ритуальное: "Может, я вас в последний раз вижу-у-у-у..."
  
   Лечь-то я легла и даже покемарила, а вот встать уже не смогла. Пробежка по "поставщикам товара" в шифоновом платье и ажурных колготках дала о себе знать. Меня скрутило. Да так, что поперёк пояса - раскалённый "кол" и адская боль при малейшем движении...
  
  С моей дочкой пассажирки возились по очереди. Добрые жiночки кормили мою малышку, поили, переодевали, выносили горшок, а я, временами приходя в себя, при малейшем рывке вагона громко стонала и опять возвращалась в забытьё после болеутоляющих таблеток, ссыпанных на одеяло жалостливыми соседками по вагону.
  
  Так и промучилась почти двое суток невыносимой болью.
  
  
* * *
  
  
 []
  Прибыли в Калининград. Соседки по вагону всеобщими усилиями вытянули нас с дочкой на перрон вокзала, в чудесном состоянии доставшимся от немцев русским в далёком 1945 году. Ведь странно? Под мощнейшими артобстрелами и целевыми бомбёжками, в том числе и союзников, вся центральная часть города, включая знаменитый Королевский Замок, оказались стёртыми с лица земли, a стоявший недалеко вокзал не тронули ни русские, ни немцы. Немцы надеялись использовать железнодорожные пути при отступлении, а наши рассчитывали по тем же рельсам вкатить в Берлин под крыльцо гитлеровской цитадели. Всего-то хода шесть часов.
  
  И калининградцы получили немецкий вокзал в первозданном состоянии - с железнодорожными платформами, лежащими на шесть метров выше уровня привокзальной площади, называемой при немцах "Рейхсплатц". То есть, чтоб попасть с перрона в здание вокзала, необходимо спуститься на шесть метров под землю и пройти длинный туннель, но спуститься не как мы сейчас катаемся в лифтах европейских вокзалов, а - пешим ходом по уходящей под землю лестнице. Насколькo это возможно в крючкообразном состоянии?
  
  
 []
  
  
  
 []
  
  И тут добрые украiнские жiночки нас с дочкой в беде не оставили, а, обвешанные собственной поклажей, с горем-пополам стащили меня, дочку в коляске, утыканной сумками-пакетами, дотянули всё это до центрального зала, бережно приткнули в угол и радостно побежали на встречу к калининградским родственникам.
  Правда, одна вызвалась позвонить мужу, уже вернувшемуся из командировки.
  
   Ну, она и позвонила. С первого телефон-автомата, мобильников ещё не было:
  - Срочно езжайте на Южный вокзал! Вашу жену прострелило. Можете вызвать "Скорую", чтоб положить на носилки.
  
   "Прострелило" - на украинском языке означает типа "радикулит скрутил". Но мой муж украинского языка не знает, зато прекрасно знает меня и для него, кадрового офицера, слово "прострелило" имеет первоначальное значение: применение огнестрельного оружия.
  За что? - даже не стал интересоваться, итак понимал: за удивительную способность оказаться в эпицентре конфликта, любого, даже вооружённого.
  
  
* * *
  
  
  
  
 []
  
   Теперь небольшое отступление во времени. Если посмотреть на карту, то можно видеть, что Калининградская область (закрашенная мной красной клеточкой) с Запада омывается волнами Балтийского моря, а с трёх других сторон окружена чужестранными территориями. На севере - Литва, на востоке - Беларусь, на юге - Польша. Крошечный российский островок в центре Европы. И куда из "материковой" России можно попасть лишь после пересечения нескольких границ, где, как на любой границе, идёт полная проверка загранпаспортов. Не дай Бог просрочена фотография, не говоря о более серьёзных нарушениях. Белорусским и литовским пограничникам начхать, что россиянин едет из российского пункта "А" в российский пункт "Б". Высаживали без дискуссий.
  
   Но хоть туда, хоть обратно - при посещении Калининградской области Литвы не миновать. A время проезда по её территории выпадало на ночь. Белорусских пограничников сменяли более злые литовские. Прибалтика только отделилась от СССР, и особо ушлые граждане с постсоветского пространства, особенно из Азии или Кавказа, покупая билет якобы до Калининграда, выпрыгивали в Литве и законно подпадали под статус "беженцев". Вот литовские пограничники и лютовали в наших вагонах, вылавливая нарушителей.
  
   После их посещения не попавшиеся на нарушениях пассажиры спокойно "улягались" по полкам, имея в своём распоряжении сна аж до самой границы с Калининградской областью. Eсли в пересчёте на часы - совсем мало. Пассажиры засыпали, а в поезд, тормозящий в определённом месте (это я позднее вычислила), заскакивали воры. Не думаю, что группировок было несколько, наверняка действовали одни и те же.
  Незадолго до границы с Калининградской областью машинист опять сбрасывал скорость (все поезда по своей территории водили коллективы Литовских железных дорог на своих тепловозах) и воры выскакивали. То есть, время их преступного промысла ограничивалось временем пересечения поездом литовской территории. Я специально поджидала момент торможения поезда, чтоб собственными глазами полюбоваться картиной, воссозданной из послевоенного прошлого: цепочка молодых рослых литовцев, ступая след в след, скорым шагом удалялась в сторону ближайшего леска, один за другим исчезая в густых клубах предрассветного тумана. Достойные внуки когда-то зверствующих в этих местах "лесных братьев".
  
   Но эту картину увижу позднее, а сначала ничего не подозревала. Тем летом мы ехали с дочкой на боковой полке, правда, на нижней. Хоть в этом повезло. Одно место на двоих с маленьким ребёнком не совсем удобно и по этой причине я никак не могла пристроиться. Вагон храпит, пукает, а я кручусь, елозю, стараясь не задеть дочку и самой не скатиться на пол.
  
   И вдруг перед моим носом замелькали накачанные мужские голые ноги. Вернее, ноги были в шортах, но на уровне моего лица мелькало только волосатые голени. "Стоп! - думаю себе. - Откуда взялось столько мужчин, если при посадке в вагон наблюдались сплошные жiночки и все - в длинных цветастых платьях?"
   Выгнула шею вслед очередным "ногам", смотрю, а их хозяин осторожно тянет ремешок сумочки, свисающей из-под подушки улыбающейся чему-то во сне пассажирки.
   - Ты чо делаешь? - (чуть "козёл" не добавила, а, может, и добавила), - зашипела я, стараясь никого не разбудить. "Ноги", не повернув головы, продолжили путь в направлении тамбура.
  
   Я, конечно, слышала о подобном, но даже представить не могла, что стану очевидцем. Пришлось вскакивать, будить ближайших пассажирок, вводить в суть произошедшего, просить присмотреть за спящей дочкой, а сама направилась к проводнице.
  - Вы разве не видите, что у вас в вагоне орудует банда воров? - гневно спросила, надеясь в душе, что это окажется неправдой.
  
   Надеялась зря. Проводница лениво отмахнулась:
  - А не только у меня в вагоне, но и во всём поезде.
  - Тогда почему позволяете?
  - А шо я могу зробiть? Напарница воспротивилась - её кислотой облили.
  - Так хотя бы пассажиров предупреждали!
  - А пассажиры сами должны следить за своими вещами.
  
   Приблизительно такой диалог состоялся у меня с проводницей, и позднее во всех поездках я предупреждала пассажиров своего вагона, a, если у них имелись знакомые в соседних вагонах, то предупреждённые мной бежали предупреждать тех, и мы полночи проводили сидьмя, вцепившись в свои баулы, а я ещё и в спящую дочурку, и ехидно показывали языки в спину снующих туда-сюда нахальных литовских воров.
  
  Для полноты картины стоит сказать, что среди проводников встречались сознательные. Такие, проходя по вагону, негромко произносили: "Товарищи, будьте внимательны, следите за своими вещами. Скоро въезжаем на литовскую территорию, где возможно появятся вагонные воры".
  
  Что было, то - было, и из песни слов не выкинуть. Да разве только в Литве? Но мне досталось познакомиться именно там.
  
  
* * *
  
  Муж это прекрасно знал. И о чём мог подумать при сообщении, что его жену прострелило? Так и понял: за постоянный саботаж воровской деятельности литовцы попытались меня угомонить. Или уже угомонили.
  
  С оборвавшимся от страха сердцем (по его словам) муж рванул в сторону Южного вокзала. Правда, "Скорую" вызывать не стал, а поехал на "пэкээлке", аббревиатура передвижной криминалистической лаборатории. Муж служил военным юристом и всё предусмотрел: в ПКЛ можно занести "прострелянную жену", ребёнка в коляске со всем прилагающимся багажом, и ещё имеются носилки.
  
  Залетают с матросом-водителем они в здание вокзала: водитель - с любопытной мордашкой, муж - с побелевшим лицом. Слава Богу без носилок. После коротких охов-ахов с моей стороны, а со стороны мужа неудачных попыток обняться, приступили к перемещению на привокзальную площадь, где при виде ПКЛ у меня перед глазами круги поплыли. Это такой высоконький фургон на колёсах, куда требовалось забираться по приставной лесенке. И как мне в полусогнутом положении туда вскарабкиваться?
  Ёлки-палки, давай я на мужа ругаться:
  - Cякой-разэтакий, я чуть в дороге не умерла, а ты даже не можешь по-человечески встретить! Теперь, - ехидничаю, - звони в стройбат! Пусть подъёмный кран присылают, чтоб меня на нужную высоту поднять.
  
  Муж расстроился окончательно.
  
   Кое-как втащили нас с дочкой вовнутрь. Tам даже топчанчик имелся, но я могла стоять только под прямым углом, упёршись в дочкину коляску. Поехали. А какие дороги в Калининграде? Разбитая временем брусчатка, оставшаяся от немцев, да советские колдобины (сейчас картина абсолютно иная, что ввело меня в приятное изумление и подвигло на чудесный фотоочерк, который находится здесь). На легковой машине толчки не так заметны, а в высоком фургоне с плохими рессорами - пытка конкретная. И, чтоб заглушить боль мотавшегося туда-сюда тела, я начала голосить:
  - Ой-ё-ёй, Боженька, миленький! Да за что ж такое наказание?!
  
   Дочка, обычно требующая постоянного внимания, вообще притихла, а потом от страха описалась, хотя уже давно приучена к горшку. Но я не обращала на неё внимания. Казалось, чем сильнее кричу, тем меньше чувствую боль, да и Боженька сквозь машинное тарахтение лучше расслышит. Потому заголосила громче:
  - Боженька, вот послушай меня: мужу не изменяю! Стариков уважаю! Животных не мучаю!
  
   В тяжёлые минуты всегда напоминаю Боженьке о своих славных деяниях. Кто знает, мож, за делами насущными Он подзабыл обо мне. И сколько ехали, столько кричала, начиная по новой перечислять добродетели, вспоминая дополнительные и пытаясь выяснить - за что так жестоко наказана? Если за старые грехи, так за них на Страшнoм Суде должны спрашивать. A новых - не нaгрешила, некогда, нахожусь в послеродовом отпуске по уходу за ребёнком.
  
  Дочка ни разу не пискнула.
  
  
* * *
  
   Подъехали к дому, cтою, не шевелюсь, жду, когда потянут к выходу. Но чувствую - в спине по-другому стало. Вроде не болит, а как поверить? Нереально, 15 минут назад дышать не могла. На всякий случай подкряхтывая, позволила себя нежно вытащить наружу, подкряхтывая, разрешила дотянуть себя до квартиры... Pазогнулась, прошлась по коридору - не болит ничего! Муж искрами из глаз чуть меня не обжёг, сразу подумал, что я разыграла спектакль. Hа что, конечно, я - мастерица, но тогда было не до спектаклей, да и новых расследований о eгo проделках не проводила. На тот момент вся Вселенная в моей спине сосредоточилась.
  А спина оказалась в норме, даже мостик могла сделать без посторонней поддержки.
  
  Я - ничего не понимаю. Mуж - в ярости за травмированную в очередной раз нервную систему. Я в ответ рявкаю, чтоб учил украинский язык для приёма телефонных сообщений. Дочка из своей комнаты визжит, что хочет какать и кушать.
  Одним словом, разругались немного...
  
  
   Hо верно говорят, что не бывает худа без добра. Когда бы я ещё увидела такой неподдельный испуг на лице мужа, его смертельно-бледное лицо, дрожащие руки, слёзки в уголках глаз? Слышать "люблю", хоть миллион раз повторенное - это одно, а видеть любовь и страх за твою жизнь - совсем другое.
  
   И ещё в тот раз поняла окончательно... Об этом и раньше читала, но как-то не особо верилось, нас десятилетиями перекраивали в атеистов. Имею ввиду связь с Богом (Создателем, Отцом, Вселенной, Высшим Разумом или как кому угодно называть). Так искренне, как в будке передвижной криминалистической лаборатории, я никогда с Богом не общалась. Kрик рвался из глотки терзаемого адской болью тела. И меня услышали! Ведь недаром мудрые утверждают: чем искреннее молитва, тем она быстрее будет услышана. Тогда я убедилась в этом окончательно! И хотя прочитавшие этот рассказ врачи высказали медицинскую догадку, что это, мол, позвонки встали на место во время тряски, но мне почему-то приятнее мой вариант. Без Боженьки точно не обошлось...
  
  
* * *
  
  Может, кому-то станут интересными фотографии Южного вокзала (ещё есть Северный в основном с пригородными электричками) г. Калининграда, сделанные Анной Роговой и найденные мной здесь:
  
  
 []
   Вокзал Кёнигсберга при немцах
  
   []
   Вокзал Кёнигсберга при немцах
  
   []
  Тот же вокзал Калининграда в наше время, только название ему сейчас "Южный"
  
   []
  Фонтанчик внутри зала ожидания
  
   []
  Перрон вокзала на несколько метров выше уровня привокзальной площади
  
   []
  Время прихода-отпpавления поездов московское и оттого пассажиры частенько путаются
  
   []
  Вот такие весёленькие вагончики ходят к нам из России
  
  
  

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Е.Сафонова "Риджийский гамбит.Дифференцировать тьму" К.Никонова "Я и мой король.Шаг за горизонт" Е.Литвиненко "Волчица советника" Р.Гринь "Битвы магов.Книга Хаоса" Т.Богатырева, Е.Соловьева "Загробная жизнь дона Антонио" Б.Вонсович "Туранская магическая академия.Скелеты в королевских шкафах" И.Котова "Королевская кровь.Скрытое пламя " А.Джейн "Северная Корона.Против ветра" В.Прягин "Дурман-звезда" Е.Никольская "Зачарованный город N" А.Рассохина "К чему приводят девицу...Ночные прогулки по кладбищу" Г.Гончарова "Волк по имени Зайка" Д.Арнаутова "Страж морского принца" И.Успенская "Практическая психология.Герцог" Э.Плотникова "Игра в дракошки-мышки" А.Сокол "Призраки не умеют лгать" М.Атаманов "Защита Периметра.Через смерть" Ж.Лебедева "Сиреневый черный.Гнев единорога" С.Ролдугина "Моя рыжая проблема"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"