Смолина Е.А.: другие произведения.

Инира. Проклятая невеста

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Маменька с детства внушала, что моя судьба - король Аркана. Но она никак не могла знать, что в день его долгожданного сватовства меня похитит человек, в преданности которого не сомневался никто. Как снять проклятие? Как приручить дикого лесного зверя? Какие секреты как зеницу ока хранит беспощадный мастер-мечник? Я найду способ вернуться домой, и с честью выйду из любой ситуации. Лишь бы правда не оказалась горче проклятия...

  ПРОЛОГ
  Алые капли стекали с его шеи на снег. Почти цветы... Во рту было солоно, зубы вязко слипались.
  Вставай! - зло качнула безвольное тело. - Не смей умирать! Я всё исправлю, только открой глаза!..
  Горло стянуло от обиды и боли. Я не верила в то, что это закончится вот так. Мы ведь почти победили, почти нашли эти глупые артефакты!.. Оставалось совсем чуть-чуть. Он не может, не имеет права бросить меня сейчас!..
  - Дело сделано, - сжали сзади мою холку. - Кровь за кровь. Ты ведь этого хотела?..
  ГЛАВА 1
  С самого вечера весь замок Орив затаился в напряжённом ожидании. Каменные полы начищены до блеска, блёклые от солнца стяги дома Вингенса заменены на новые. Синие, с белым крестом по центру. В воздухе витали запахи съестных заготовок и чудесных духов.
  - Рада вас видеть в нашем доме, сир, - тихонько шепнула я своему зеркалу и почтительно присела в глубоком реверансе.
  И тут же гордо распрямилась и убрала руки за спину, понизив голос.
  - Благодарю, леди Вингенса. Надеюсь, этот путь я проделал не зря, и ваша сестра родит мне первенца!
  В мрачном свете двух лун моё отражение в старинном зеркале казалось привидением.
  Глупые страхи и мечты, и не менее глупые законы. Мари была бы прекрасной партией для короля, если бы не право рода. Жаль, что всё давно переопределено. Может, и впрямь притвориться нездоровой?
  Антей, всё это время удивлённо наблюдая за мной, заскулил, и накрыл лапой морду.
  - Тсс! - испуганно прижала я палец к губам.
  Я прислушалась к шорохам в коридоре замка, но, к счастью, ничего не услышала. За день домочадцы и прислуга изрядно устали, даже любимая сестрица давно спала в комнате напротив этой. Вряд ли кто-то не спит ещё, кроме меня.
  А красивое всё же платье. Жемчужинки на корсете так и поблескивают бледным сиянием. Искусная вышивка была достойна звания произведения искусства, а вуаль и вовсе делала из меня загадочную незнакомку!
  Тяжёлый вздох вырвался из груди, а привидение в зеркале мрачно мне усмехнулось.
  Сегодня утром прибыл долгожданный гонец, отчего в замке начался грандиозный переполох. Вздохи, восторги, поздравления... А значит, ещё два дня, и всё изменится навсегда. К этому событию весь род Вингенса готовился долгие, долгие годы. Шпионаж, ничего не значащие улыбки, подарки и услуги королю в любое время суток. Мы победили!
  Но отчего-то с появлением гонца страх то и дело накатывал волнами, а предательский сон и не думал приходить. И если бы не преданный Антей в моей спальне, то я бы точно двинулась рассудком!
  - Инира, ты не спишь? - раздалось вместе со скрипом двери.
  Вздрогнув, я поняла, что попалась, и даже попыталась стащить с пальца матушкин фамильный перстень. Но было поздно снимать платье и украшения. Ровно, как и прятать питомца. Против ожиданий маменька лишь укоризненно качнула головой, улыбнувшись хвосту, нырнувшему под кровать. Кажется, нас с Антеем сегодня ругать не будут?
  - Мама... - повернулась, расправляя неловко платье. - А если он не приедет? Что если он передумает и сосватает другую ксаталини? Ведь он может?..
  - Девочка моя, - грациозно раскрыла она объятия, откровенно любуясь мною. - С чего ты решила, что король будет менять решение накануне своего приезда? Месяц назад вы виделись во дворце, и насколько я помню, Генрих остался заинтригован тобой. Отец не стал бы тратить столько денег на пустой дружеский визит его величества, пусть они и добрые друзья. Значит, всё уже решено. Генрих из всех ксаталини выбрал именно тебя, дорогая. Разве ты не рада?
  Вспоминая лучистые, добрые глаза его величества, и внимание, которым он удостоил меня месяц назад, на душе стало светлее. Конечно, я была рада! Столько лет ожидания, столько споров и труда, чтобы понравиться Генриху Амальтийскому. Король был не намного моложе моего отца. Мезальянс, - шептали бы при дворе завистники. Но это то, к чему я стремилась всю жизнь. И если я смогу родить ему наследника, то он возьмёт меня в жёны, и я стану королевой Аркана! Первая из рода Вингенса на троне!
  Два жёлтых глаза следили за нами из-под кровати. В конце концов, Антей не выдержал долгого добровольного изгнания, и подполз ко мне, ткнувшись мокрым носом в ладонь. Я небрежно погладила пса, и зябко поёжилась.
  - А что, если я не смогу родить сына его величеству? А если полюблю короля, как единственного мужчину в своей жизни? - задумчиво шагнула в сторону, подобрав воздушный подол. - Ведь если не будет наследника, то он отошлёт меня назад и возьмёт другую ксаталини... А я?.. Что буду делать я? Без мужа, с нежеланной принцессой на руках... А если он не захочет оставить её в живых?!
  - Инира, успокойся, - обняла она меня за плечи и заглянула в глаза. - Мы ведь не раз обсуждали эти вопросы, и с тех пор ничего не изменилось. Стать королевой - один шанс из восемнадцати. Никто не требует от тебя чуда, но мы все верим в удачу рода Вингенса. И даже если будет девочка... Ты знаешь, что делать, и к кому обращаться. Помни: всё можно исправить. И что бы там ни случилось, от этого я не стану меньше тебя любить.
  Не сдержав эмоций, я обняла её так, как делала это только в детстве.
  - Спасибо, мама... - шепнула тихо.
  С помощью нянюшек и служанок маменька помогла мне раздеться и лечь спать. Чашечка подогретого молока, тёплое одеяло в рюшах и любимая тканевая кукла успокоили мятущуюся душу. Против правил, Антей остался в комнате, и тут же, не веря своему счастью, устроился в ногах.
  Счастливый кожаный нос и бархатные уши! Как же я буду скучать по тебе...
  Засыпая, я даже улыбнулась, вспоминая умный взгляд Генриха-Солнце. Его улыбку и обходительные манеры... Прочь сомнения! У меня всё получится.
  И я буду счастлива, во что бы то ни стало!
  Утром мы дурачились с сестрицей, швыряясь подушками. Под чопорное квохтанье нянюшек это вдвойне весело! Перья всё равно приберут, а у нас отличное настроение на целый день и разминка перед конной прогулкой! "У невесты короля должны быть розовые щёчки!" - с такими словами она разбудила меня утром, сдёргивая одеяло и уворачиваясь от сбитой за ночь подушки.
  - Инира, Мари!.. - пророкотал на весь коридор папенькин громовой голосище. - Как не стыдно? Что я скажу Генриху, если его жена будет вести себя, как мальчишка?! А ну прекратили, и живо завтракать!
  Как покорные лебёдушки мы опустили очи долу, и просеменили каждая в свою комнату, на радость ворчащих нянюшек. Но уже через несколько секунд в мою спину врезалась подушка, прилетевшая явно из двери напротив!
  - Мар-ри! - вскипела моя нянюшка, топнув ногой. - Кто-то хочет остаться дома, без прогулки и ужина?
  - Папенька не допустит! - показала она язык из комнаты.
  - Ещё одна такая выходка, - пробасило из коридора, - и папенька допустит и не такое.
  Обречённо вздохнув, моя красавица-сестра наконец сдалась в руки своих служанок. Спорить с папенькой не имело никакого смысла. Его слова никогда не расходились с делом. И если уж говорил "накажу", то можно было не сомневаться: наказание будет, и провинившаяся об этом пожалеет.
  Взбираться в седло после плотного вкуснейшего завтрака - не такое простое дело! А учитывая подтаявший на поляне снег и вовсе противно. Мари возилась со своей серогривой любимицей, гладя её шею. А я в который раз засмотрелась на удивительно величественные горы. Красота перестаёт быть заметной и яркой, когда видишь её каждый день на протяжении всей жизни. Но сегодня был особенный день. Эти снежные шапки горных вершин, так похожие на утренний десерт из сливок, лишний раз напомнили о том, что мы увидимся с ними нескоро.
  Там, рядом со столицей, из дворца их совсем не видно. Я проверяла.
  - Антей, рядом! - скомандовала я любимому псу. - Ну-ну, Антеюшка!
  Пёс радостно прыгал у моей ноги в стремени, норовя лизнуть руку.
  - Поймаешь мне сегодня зайца на ужин, Антей?..
  Я засмеялась, наблюдая, как мой охотник изображает готовность добыть любую дичь, какая только попадётся на пути! Гончих сегодня брать не хотели. Только его, любимца, и только потому, что я отказалась без него ехать. Какой праздник для ручного зверя и без прогулки по лесу с хозяйкой? Он так заливисто радовался хорошей погоде и предстоящей гонке! Но многоголосый лай говорил о том, что папенька всё же дал слабину. А значит, последний день на воле будет жарким и полным азарта!
  Встревоженный и немного грустный взгляд отца испортил весь задор. К чему печалиться? Я ведь замуж выхожу, а не на эшафот отправляюсь! К тому же, не сегодня...
  - Инира, - требовательно накрыл он мою ладонь своей, в перчатке. - Смотри в оба. Не гоняйся за дичью, я запрещаю.
  - Но папа!.. - воскликнули мы хором с Мари удивлённо.
  - Генрих не простит нам, если на тебе будет хоть царапина. Не ради себя запрещаю. Ради нашей семьи.
  - Со мной всё будет хорошо, - обняла его крепкую шею, свесившись из седла. - Что с нами может случиться? Мы просто прогуляемся.
  - И никаких зайцев! - хмуро проворчал папенька.
  - Пусть его величество знает, что женщины из рода Вингенса умеют не только красиво приседать и сверкать декольте на балах! - возмутилась Мари, гордо вскинув подбородок. - Если настанет голодный год, то с такой женой как Инира ему голодать не придётся! Пара зайцев к праздничному столу лишними точно не будут...
  Отец смотрел на меня, не отрываясь. От напряжения на его виске вздулась синяя жилка, а дыхание сделалось тяжёлым. Сколько им было выпито сердечных капель за эти дни? Спал ли он вообще?..
  - И никаких зайцев, - покорно улыбнулась я.
  - Скучная ты, сестрица! - насупилась Мари. - И как только сам король на тебя внимание обратил?..
  - Не завидуй, - рассмеялась я звонко. - Будь ты на моём месте, - долго бы ты выдержала без охоты и проказ во дворце? Уверена, и дня бы не продержалась!
  - Вот ещё, было бы чему завидовать! Догоняй!..
  Снежные облака поднимались из-под копыт наших лошадей. Антей с трудом поспевал за нами, ныряя в сугробы. Ветер морозил щёки и губы, но мы с сестрой только и ждали одного: чтобы низина, полная свежевыпавшего снега, наконец сменилась проторённой дорогой. И тогда...
  - Гой! Го-йя!.. - захлестала я по бокам своей крепкой лошадки.
  Словно стрелы, пущенные из арбалета, мы летели вместе с Мари наперегонки! Это была наша любимая забава - обогнать сестру на повороте у того столба. Затрубили рога, созывая гончих. Егерям охотиться не запрещали, а мы хоть понаблюдаем издалека! В последний момент перед поворотом случилось страшное: Мари обошла меня, но наткнулась с разбега на торчащую сухую ветку. Рванулась из седла, и потеряла поводья!
  А её любимица, испугавшись, понеслась вскачь, норовя сбросить наездницу...
  - Мари, держись!..
  Моя лошадь рвала жилы, послушно прибавляя скорости, но за лошадью Мари нам было не угнаться. Ей вслед поскакали двое из нашей свиты, но мне казалось, я могла бы попытаться... Если бы только у меня была другая лошадь!.. Но один из егерей намертво вцепился в мои поводья, остановив нас и не давая двинуться с места. А Мари тем временем неслась, неслась, собирая без разбора весь лапник, торчащий у дороги...
  Щелчок взводимой тетивы арбалета я узнала из тысячи. Резко обернулась, ища глазами арбалетчика, но было уже поздно. Мягкое шипение пущенной стрелы, глухой стон егеря... И мои поводья освободились. А дальше - как во сне: ощерившиеся мечи стражи, сбившиеся в кучку нянюшки, команды старшего... Новый свист арбалетов с другой стороны. Хрип старшего, изо рта которого толчками вырывалась алая пена... Паника...
  Я сорвалась с места в сторону дома. Пригнулась к холке лошади, и нахлёстывала её что есть сил. Но после пробежки она изрядно сдала в скорости, хотя мы и вырвались вперёд. Мне всё это казалось страшным сном. Мари, мёртвые егеря, засада и нападение... Так не бывает! Не бывает!.. Не должно быть...
  До низины со взбитым снегом я так и не добралась. Трое всадников вылетели мне наперерез из леса, по небольшой тропке. Лапником больно хлестнуло по лицу, рвануло поясницу от припустившей в сторону лошади, сдёрнулись с ног стремена. Лука чужого седла больно и с размаху впилась в живот.
  - Быстрее, уходим! Ты прикрываешь!.. - услышала я, с трудом балансируя на галопе, почти вываливаясь. Горло перехватило до хрипоты.
  Засвистели арбалетные болты вслед, но лошадь уверенно двигалась вперёд, а всадник жёстко держал свою добычу, вцепившись словно хищник! И лишь Антей, моя умница, в ловком высоком прыжке вцепился в ногу похитителя! Всадник вскрикнул, зло выругался, придерживая меня, и наотмашь ударил собаку мечом.
  - Нет!!! - завизжала хрипло, пытаясь замедлить или отвести удар, но...
  Антей, кажется, даже не успел понять, что случилось, и за что с ним так поступили. Преданный друг детства упал вместе с мечом на снег, который с каждой секундой становился всё алее и дальше, и смотрел мне вслед, провожая навсегда застывшим взглядом.
  - Тварь!.. - с сожалением выругался всадник.
  Но вряд ли он жалел о содеянном. Такие люди жалеют только об утраченном имуществе!
  Несмотря на подступающую тошноту и слёзы, я лягнулась снова, пытаясь сорваться с седла, упасть, сбежать. Но на очередном манёвре была обругана и получила неприличный злой шлепок.
  - Отпустите немедленно! Я ксаталини Вингенса, невеста короля Аркана! Вы не знаете, с кем связались!..
  - Ошибаешься, отлично знаю, - с придыханием от гонки ответил всадник. - Заткнись.
  Звуки погони смешались с тьмой в глазах. Я пыталась дотянуться до подпруги и ослабить её, но сил не хватило, а скачка сбивала руку с намеченной цели. Засапожный метательный нож, который я заметила только что, тут же улетел в сторону преследования, даже сделать ничего не успела. А потом яркое свечение подобия зеркала посреди леса, вспышка!..
  ***
  - Только посмей!
  Хриплое предупреждение повисло в тишине. Жёлтые блики камина подрагивали на спинке кровати, мужском обнажённом плече и соломенных волосах, и, да - на кончике второго засапожного ножа, который Инира сжала в руке. Этот предатель не зря так любил потайное оружие, вот и пригодилось. Прижавшись спиной к стене, - дальше отступать было попросту некуда, - она была готова драться до конца.
  Мужчина был намного выше и крупнее неё, и похищенная ксаталини короля Аркана прекрасно понимала, что нож - всего лишь отсрочка неизбежного. Стоящий перед ней веймистр Эридан не раз намекал на симпатию во время её визитов во дворец. Но она не придала этому никакого значения. Мало ли хорошенькой девушке делают комплиментов? Пусть даже и лучший маг во всем Аркане. Король ведь важнее, особенно если тебе с детства внушают к нему уважение.
  Он сделал шаг к ней. Осторожно скрипнули половицы, и от этого звука похолодело в животе. Не о таком муже мечтала знатная девушка, не так себе представляла первую брачную ночь. Да и какая это к черту брачная ночь, если ты пленница, заложница обстоятельств?!
  - Меня уже ищут, и всё равно найдут! Тебе это так с рук не сойдёт!..
  - Вот как? Неужели? - притворно изумился веймистр. - К тому времени твоему отцу будет проще оставить всё, как есть, - мрачно усмехнулся он. - Инира, я ведь не раз давал понять, что вы мне дороги. Разве нет? Ах, да!.. Генрих. Как же без него... Но, увы, моя маленькая леди, королю ты не достанешься. Я не позволю этому зарвавшемуся чванливому глупцу забрать у меня такой дивный, одарённый цветок. А без своей женской чести ты ему будешь не нужна.
  - Веймистр Эридан, как вы можете так низко поступать с теми, кто вам верил? Мой отец, король... Разве вы не были друзьями? Отпустите меня, и я обещаю, что вам заплатят выкуп...
  Хватка у веймистра оказалась мёртвой. Нож в зажатой руке с размаху ударился о стену и со звоном выскользнул, а похититель оказался намного ближе.
  - Всё золото мира не окупит мою тоску по нормальной жизни, Инира Вингенса. - Прорычал над ухом. - Только твой дар поможет мне искупить мою вину. Одна ночь, и ты сможешь уйти. Но не раньше.
  - Нет! - рванулась.
  - Ты будешь иметь всё, Инира. Этот дом, эти шахты будут принадлежать тебе. Но сглупишь... Впрочем, боюсь, у тебя нет выбора.
  - Никогда! Лучше лишиться жизни, чем стать женой предателя!
  - Инира, не вынуждайте меня применять силу. Будет хуже. Обычно я не бью женщин, но для вашего же блага готов сделать исключение.
  Они смотрели друг на друга, как хищники. Два представителя разных миров и интересов. Слишком разные, слишком непримиримые. В какой-то момент Инира решилась и сделала отчаянную попытку прорваться к выходу, но тут же оказалась стиснута в руках похитителя. Крик, короткая борьба... Она отлетела на кровать, держась за полыхающую от боли щёку. Сжалась, стала отползать на спине назад, умоляюще глядя на мужчину, чьё лицо и тело и раньше не вызывало у неё симпатии. Сейчас же веймистр был просто зол. Маги, состоящие на службе у короля не любят ждать, а зубки маленькой наследницы замка Орив всегда были остры.
  - Дикая аруха, чтоб тебя!.. - прорычал Эридан сквозь зубы, шипя и посасывая закровившую на предплечье ранку. - Отдайся, Инира, я всё равно это сделаю! - навалился сверху, пресекая её неумелые попытки отбиться.
  Инира в отчаянии посмотрела на плеть, лежащую неподалёку. Кончиками пальцев до плетёной рукояти, терпя унижение от разорванной блузы и нетерпеливых властных поцелуев. Красота не всегда способна творить добро, но именно в этот момент она дала шанс на то, чтобы свершить справедливость.
  Боль, выворачивающая наружу суставы, крик веймистра, несколько коротких вспышек. Личная плеть мага восстала против него самого в руках маленькой прекрасной иритийки. Но только он знал, что это быть не могло, ведь шаори слушается только хозяина!
  ***
  Сквозь холод и снег я брела на свет одинокого домика вдалеке, на склоне холма. Следом кровавой змеёй извивалась по ледяной дороге и плеть шаори. Бросить её там, в доме, я не смогла. А о причинах такой внезапной привязанности сил думать не было.
  Нужно добраться до поселения. В этих землях правит другой вассал короля, но они дружны с отцом и здесь мне наверняка помогут. Только бы не замёрзнуть в колючем от холода сюртуке и разорванной блузке поверх мужских штанов, и... сообщить. О предательстве, похищении, обо мне.
  Живот, куда попал сгусток заклятия, болезненно пульсировал. Но временами казалось, что только эта боль и не даёт упасть на снег. А может, даже, и подпитывает усталые, надорванные в борьбе мышцы?
  "Будешь дикой арухой ночами, пока не приползёшь ко мне умолять взять тебя! И не вздумай обращаться к магам, если не хочешь быть волчицей ещё и днём!"
  В борьбе за жизнь тёмный маг открыл портал, но не шагнул в него сам. Кто бы мог подумать, что защищаясь, Инира Вингенса способна на силу и жестокость, равную лишь бывалым воинам? Рука, которая поднялась на Антея, больше никогда не совершит дурного. А если повезёт, то и сам маг сгинет во тьме веков!
  Торжество и боль на лице Эридана запомнились навсегда в тот момент, когда я упала от пощёчины. Портал послушно лизнул плечи, грузной ношей раздавливая сзади, и проклятый веймистр остался где-то в другом месте со своими амбициями и немыслимыми желаниями.
  А Мари... Как же Мари? Её тоже похитили? Как там сейчас дома, и что стало с папенькой, который пил сердечные капли все эти дни? Пульсирует живот, словно живой. Холодно. Колет кожу снег. Хрустит под бесчувственными ногами голодная зима. Обжигающий воздух врывается в горло, сковывая всё сильнее изнутри. Господи, пусть у сестрицы всё будет хорошо!..
  А дом с печной трубой ближе так и не стал. Да и станет ли?
  Ноги едва шевелились. Мёрзлая кочка, другая... Падать больно, только если чувствуешь. Сейчас же снежное одеяло казалось ничуть не хуже, чем дома. Свернуться, поджать колени к груди.
  В памяти мелькали воспоминания, как Мари гладит свою лошадь, как лихо ездит на ней верхом. Никто не мог соревноваться с ней в выездке. Она и мне всегда подыгрывала, давала фору! Как же так вышло, что она не справилась с лошадью?..
  Волчий вой раздался из глубин леса. Один раз. Второй, третий. Многоголосье лесной обители раздражало и пугало одновременно. Но думать не хотелось. Только спать.
  Распахнуть глаза меня заставили грубоватые похлопывания по щекам. Я почти не ощущала прикосновений. Скорее, отголоски боли. Надо мной, на фоне белоснежных гор нависал мужчина. Мех на его капюшоне и одежде немного колыхался от ветра, но это было последним, что я увидела, прежде чем снова закрыть глаза и провалиться в подобие сна.
  - Эй, эй, не спать! Быстро глаза открыла, ну? - обеспокоенно приказал он. - Эй, леди, давай, давай, просыпайся!
  Его прикосновения были обжигающе горячими, но тепло распахнутой дохи манило сильнее.
  - ...а-исе... - прошептала хрипло, пытаясь двинуться и поняла, что язык опух, а тело одеревенело. - П...са..са...
  - Чё? - переспросил, хмурясь. - Эх, кроха, и как тебя сюда занесло? - подхватил он меня на руки и прижимал к своему раскалённому торсу. - Что с тобой случилось? - грянул в вырез разорванной блузы.
  - Ц-ц-ц... - заклацала зубами, не в силах совладать с накатывающим приступом судороги.
  - Ладно, разберёмся, - накрыл меня полой, сколько хватило. - Только держись.
  В полубеспамятстве и плохо понимая, что происходит, я уткнулась лицом в плечо под дохой. Это больно, но за меховым пологом, на руках этого незнакомца я впервые ощутила, что у меня есть шанс. Судороги накрывали с головой одна за другой, но он не останавливался. Руки и ноги, казалось, вот-вот лопнут, но жаловаться и скулить я не решилась. Он и так делал что мог, чем бы он мне помог ещё?
  - Плеть! - прошептала.
  И ещё не раз пыталась попросить взять с собой плеть мага, испытывая непреодолимое беспокойство. Но незнакомец меня не понимал.
  - Не рыпайся, - стиснул сильнее. - А не то здесь оставлю, арухам на поживу.
  Горы плыли и покачивались в такт шагам странника. Окровавленная точка становилась всё дальше, а мне - всё хуже. Отчего-то важна мне была эта вещь. Словно бы частью меня она стала.
  А странник молча шёл, крепко держа свою ношу, щурил мудрые глаза в заиндевевших ресницах, и иногда, совсем изредка, перехватывал девушку иначе. Словно в тягость ему было напрягать левую руку, и оттого Инира то и дело оказывалась головой почти внизу. Она пыталась ему помочь, цепляясь за развитые плечи горбоносого мужчины, но сил не хватало.
  В огромном сугробе на небольшом плато я даже не сразу распознала дом. Издалека он выглядел огромным оплотом тепла и уюта, а на деле оказался маленькой норой в горе. Не менее тёплой и уютной, надо признать. Молодая простоволосая женщина изрядно растерялась, встречая нас. Видимо, не ожидала увидеть на пороге кого-то кроме своего знакомого.
  - Ромерн?.. Что случилось? Кто эта девица?.. Боги, что случилось?...
  Ромерн... вот как зовут путника с мудрыми тёмными глазами. Я запомню. Имена друзей нужно помнить всегда.
  - Не злись, - хлопнул дверью, протиснувшись со мной внутрь. - Свидание сегодня не получится, как видишь. Боги хотят, чтобы мы помогли этой девочке.
  Здесь было чисто и светло. Ей чудились рога на голове мужчины, его глаза казались алыми, а кожа куда темнее, чем была... Нелепое сочетание демонического облика и недорогой, но добротной мебелью, вязаными салфеточками, скатертями... На одном из полотен она мельком заметила обережную вышивку и уцепилась за её ускользающий образ. Внизу, в деревнях много кто вышивал обереги на полотенцах или одежде. Но никто толком не знал, что каждый элемент рисунка должен быть строго на своём месте. Ни переставлять, ни добавлять вензелёчки, как это любят женщины, нельзя. И вот, кажется, впервые увидела ту, что старательно и очень умело вышила оберег. Ведунья? Вздрогнув от боли, Инира попыталась что-то сказать, но тут же провалилась в беспамятство на несколько минут.
  Голова кружилась, сердце билось медленно. И вдох... Так хотелось вдохнуть полной грудью, но вместо этого получалось лишь короткими рывками ухватить воздух и тут же его вытолкнуть.
  Мужчина аккуратно положил девушку в кухне на лавку с подобием льняного матраса. Они долго спорили и ссорились, но женщина в итоге сдалась. Принесла свечи и масло, мази и какие-то травы, явно не для квашни припасённые камушки. Внутри всё похолодело от этого набора.
  "И не вздумай обращаться к магам, если не хочешь быть волчицей ещё и днём!"
  - Н... Нес... а... - получилось вместо "нельзя". На морозе говорить было проще. - Не..да!
  - Подержи её, - приказал женский голос из-за пелены. - Роми, ну? Чего стоишь?
  На лоб и кисти легли болезненно горячие, шершавые ладони.
  - Не тро-гай... - застонала я, уворачиваясь от рук. Язык ворочался с трудом. - Я не ару-ха! Ару-у-ха... Не х..чу...
  - Она бредит, Мира, - с сожалением шепнул бархат голоса. - Поторопись.
  Я зажмурила глаза, ощущая, как по щеке скатывается бессильная слеза. Сил нет. Назад дороги нет. С того момента, как Мари понеслась на лошади, с того момента, как предатель веймистр Эридан отнял у меня мою жизнь, моё будущее... Если эти люди увидят меня арухой - убьют. Любой бы с радостью убил самую кровожадную в здешних местах тварь! Шкура арухи стоит немалых денег, а в качестве трофея ценится не меньше.
  И всё же, в сердце теплилась надежда, что проклятие не сработает, а угрозы веймистра - всего лишь дань страху.
  Сначала закололо иголками кончики пальцев на ногах. Затем кисти рук. Голени, предплечья, бёдра, плечи... Воздух врывался в лёгкие всё чаще, от волнения казалось, можно задохнуться! Я ощутила всё тело прежде, чем хрустнули между лопаток позвонки и зачесалось лицо, обрастая белоснежной шерстью.
  "Нет, нет, нет!!! Будь проклят веймистр так же, как он проклял меня!"
  Жуткий девичий визг оглушил излишне чувствительный теперь слух. Разозлил! Глупая ведунья испугалась и прервала свой ритуал! Отшатнулась, ещё и камнем в меня швырнула!.. Вот только я уже стояла позади неё и щерила клыки на блестящую сталь клинка в руке Ромерна. Рванулась раз, другой в его сторону, чтобы обозначить своё право на жизнь, увернулась от ответного выпада.
  - Мира, что ты натворила?! - вскрикнул он, тыча в меня остриём меча.
  Женщина дрожала и не могла вымолвить ни слова. И только тогда я поняла, что же было не так.
  Там, на лавке, лежало бездыханное тело. Моё тело! И оно с каждым мгновением становилось всё прозрачнее, словно талая вода по весне. Только нелепая белая прядь в чёрных призрачных волосах казалась чужеродной.
  Громко и зло залаяв, я кубарем бросилась под ноги горе-ведуньи. Там откуда родом моя семья, не принято открыто ругать кого бы то ни было, но сейчас выдержки попросту не хватило. Глупая, бездарная кухарка, а не ведунья! Мира закричала, мгновенно оказалась на столе... но её жизнь в данный момент мне была не интересна. Упёршись когтистыми лапами в лавку, я в панике облизывала длинным языком бледное женское лицо, скулила и рычала! Но что я могла? Чувствуя запахи втрое лучше прежнего, слыша звуки словно гончая, я была навсегда теперь лишена главного дара жизни: быть счастливой. Но принимать это отказывалась.
  Обернувшись на застывшего мужчину, я не нашла ничего лучше как заскулить. Если люди зачем-то помогают однажды, значит у них доброе сердце. Помогите мне, вы же видите, как это страшно? Впервые стоять на четырёх лапах и махать хвостом, которого у тебя никогда в жизни не было - что может быть хуже? А потом и вовсе припала и поползла по дощатому полу, остро пахнущему дикими травами. Ромерн напрягся и снова было встал в боевую стойку. Но в мудрых глазах мечника на секунду скользнуло сострадание, и занесённый надо мной меч так и опустился к полу, минуя мою голову. Остановилась и я, искренне, истово веря в то, что этот мужчина поможет мне, как не помогал никто другой!
  - Мира, прекрати верещать, - рыкнул и нахмурился он. - Ты можешь вернуть ей тело?
  - О, боги! Ромерн! Тебя разве зря прозвали в гильдии Монахом? Разве не молитвы шепчут твои враги перед смертью?! Убей эту тварь немедленно, или ноги моей больше в этом доме не будет!
  От тела на лавке почти не осталось и следа. Только призрачный силуэт, словно чужое видение, постепенно растворялось в бытие.
  - Помоги, помоги мне! - попросила я жалобно. Но вышло, конечно, совсем иное. - Пожа-алуйста!
  Стол заходил ходуном от топотания её ног, а комната наполнилась новыми визгами и проклятиями. И эти самые ноги мне очень захотелось разорвать до белой кости! Ты когда училась ведовству, ведь знала, что нельзя прерывать обряд? А когда подносила свои побрякушки к лавке - могла хотя бы в глаза мои ясные заглянуть, убедиться, что они человеческие? Могла?! Да кто тебя, неуч такую, к ведовству и знахарству допустил, если ты проклятого оборотничеством человека не почуяла, ведьма ты бестолковая!
  Снова и снова я кидалась на женщину с разных концов стола, уворачиваясь от рук мужчины, тянущихся к холке. Один раз он всё-таки ухватил мой загривок, но тут же поплатился, едва не лишившись руки, в которой так и остался клок белой шерсти... Не трогайте отчаявшуюся женщину!
  В какой-то момент Мира не смогла увернуться от моих зубов и поскользнулась на тарелке. Сердце пело и ликовало, когда глупая ведунья упала со стола на пол! А я, в пылу гнева, всё-таки рванула человеческую плоть сквозь юбку и вылетела на мороз под крики проклятий и свист клинка...
  Ветер рвал снега, выл в ушах и сбивал с ног. Между подушечками лап и на морде давно смёрзся лёд, глаза слезились от вьюги и немилосердно хотелось пить. Растерянная, злая и раздавленная я брела сквозь бурю без особой цели. Больно терять едва обретённых друзей. Больно было видеть на лице Ромерна гнев и разочарование. Очередная порция проглоченного снега лишь ненадолго облегчила жажду. Но совесть было не унять.
  Там, позади, остались моё прошлое и будущее. Вера, надежда и любовь разом. Кто я теперь без человеческой сущности? Просто волчица без рода и племени, которой лучше даже не показываться среди стаи истинных арух? Чужачка для лесного зверья. Лютый зверь для людей. Хороша невеста, теперь если только поохотиться, затравить на королевской охоте...
  До сих пор не веря в случившееся, я не слишком признавала безнадёжность ситуации. Выход должен быть. Он обязательно найдётся. А сейчас... Что бы сделал дикий зверь в непогоду? Я огляделась, щуря глаза от ветра со снегом. Сейчас нужно вот в том сугробе выкопать ямку с подветренной стороны и переждать бурю. Выспаться. Подумать. Матушка всегда уверяла, что утро вечера мудрее. Жаль только не научила, что же делать, когда ты аруха, а под рукой нет ни заботливых нянюшек, ни тёплого молока, ни озорной сестрицы?..
  ГЛАВА 2
  - Инирушка, вставай, солнышко!
  Мамин голос и ласковое касание растрёпанных за ночь волос были и приятными и раздражающими одновременно. Хотелось поспать, понежиться в кровати. Где тут выспаться, если Мари приснился удивительный сон, и она в тревоге тайком прибежала ко мне им делиться? Полночи пролетели за разговором, словно дикий ястреб на охоте.
  - Маменька, ещё полчасика, умоляю!.. - проворчала сонно.
  - Личико не опухнет? - рассмеялась она. - Хорошо. Велю накрыть завтрак попозже.
  - Спасибо, матушка ...
  Сон подкрался дикой рысью снова, и уже через несколько минут я блаженно посапывала в своей постели. Мне снился сон, где реальность сложно отличить от вымысла. Слишком всё материально, слишком настоящее!
  Деревенский, но добротный дом с камином. Запахи трав и поскрипывающие доски под ногами. Веймистр Эридан был ужасен в гневе! Маг не сдерживался в высказываниях и всё сильнее стискивал окровавленными руками моё горло, а я едва балансировала на пальцах ног, чтобы окончательно не задохнуться и хватить ещё хоть глоток воздуха!
  - Хотя бы здесь, сейчас... - пригвоздил он меня к стене, прижимая мои руки над головой. Освобождённая шея запульсировала и голова тут же закружилась до звёзд. - Должно же быть для меня что-то хорошее в этой гнилой истории?! - прорычал, задирая юбку.
  - Нет!.. - хрипло прорычала и дёрнулась. - Умоляю, не надо!
  Но он не слышал. Только напряжённое сопение раздирало беспомощную тишину и звуки борьбы. Противные, грязные мужские руки скользили и сжимали моё тело. В панике я отыскала взглядом зачарованную плеть, и, ни на что не надеясь, просто жалобно шепнула:
  - Шаори!
  Маг дёрнулся, закричал. А на пол упали на этот раз обе кисти мужских рук...
  Когда я открыла глаза, буря давно стихла. Соль запеклась в уголках глаз, и веки разлепились с трудом. Темно в снежном мешке, тепло. Даже душно. Дурной сон набатом бился в голове, и никак не желал покидать память. Мотнув мордой, я отругала себя за слабость. Найду способ вернуть всё, как было раньше, выйду замуж за Генриха, если успею, и тогда... тогда можно будет и позволить себе всплакнуть разок-другой.
  Хуже, чем есть, мой облик уже не будет. И не единственный же веймистр маг в королевстве!
  Горы. Даже ребёнком я восхищалась ими, разглядывая издалека белые макушки. Маменька шутила, что когда я вырасту, то с этих вершин к нам спустится прекрасный рыцарь, и обязательно влюбится в меня. Но к тому времени я уже буду замужем, потому что такую красавицу сложно спрятать от глаз императора, тем более, если она одна из восемнадцати по праву крови может родить королю наследника.
  Облака пара вырывались изо рта и таяли в звёздной вышине. В животе урчало, а снежные макушки дальних гор некстати напоминали о нянюшкиных пирогах с сахарной глазурью. Вот бы сейчас оказаться дома, за столом с родными!..
  Я представила себе, как захожу во двор родного поместья, демонстрируя дружелюбный оскал и виляя толстым аруховым хвостом, и сникла. Дальше ворот с охраной я просто не пройду. Не зря же отец им деньги платит!
  Идти в любую из деревень или город - тоже не лучшее решение. Единственное место, где по представлениям людей, арухи могли позволить себе власть и свободу, был лес. Не слишком приятная перспектива, прожить бок о бок с волками, даже если научиться охотиться.
  Куда идти? Где искать помощи? И, главное, как её получить так, чтобы меня не убили прежде, чем хоть один маг поймёт, в чём дело?..
  Ответ неожиданно пришёл сам собой, пока я трусила по кустам обратно на север, к домику ведуньи. В меховой одежде и обуви я не сразу признала недавнего знакомца. Снег под его сапогами поскрипывал, разнодлинные мечи, прикреплённые сзади, немного обледенели. Но я узнала. Вспомнила его крепкие руки, и своё бесчувственное состояние, и как он пытался помочь...
  Сердце сладко затрепетало радостью и горькой досадой. Стоит ли подойти? А вдруг не узнает среди других арух?..
  Длинные каштановые с серебром пряди Ромерна выбились из-под капюшона и немного обледенели. На задумчивом лице застылое хмурое, а мне стало очень стыдно за вчерашний поступок. Никогда Инира Вингенса не платила за помощь злобой и увечьями. Никогда не заходилась в таком истеричном крике, - леди с детства учат сдержанности, что бы ни случилось! Но теперь, когда вся ссора позади, перед Ромерном хотелось провалиться сквозь землю. Даже учитывая не слишком умелую помощь его женщины... Но мечник был единственным человеком, который попытался понять меня, даже когда я потеряла свой облик. И, пожалуй, это стоило того, чтобы побороться за его прощение. Только...
  Как бы ему аккуратно это всё преподнести?
  С хитрой мысли сбило голодное урчание в животе. Невольно уловив тонкую поволоку ароматов, я зажмурила глаза и сглотнула. Из сумки знакомца вкусно потянуло вяленой ветчиной и луком. Большая сумка. И я, конечно, леди, ксаталини, и воспитанная девушка... Но если осторожно идти следом, то...
  Ромерн замер. Теперь уже он водил взглядом по сугробам, подозрительно щурил глаза и, кажется, прислушивался. Стало страшно, когда он медленно, неуверенно потянулся за плечо, нащупывая один из мечей. О, боги, боги!..
  Быть сугробом, стать снегом!
  Не заметил. Захрустел снегом, пошёл дальше.
  Всю дорогу я размышляла над тем, как подружиться с Ромерном и пара идей у меня нашлись. Оставалось только раздобыть нужные вещи. Утро нас встретило у подножья горы, здесь расстелилось пёстрым ковром небольшое поселение. Крупные дома, перехваченные тёмными балками поперёк и наискось светлых стен, покатые черепичные крыши. В одном из подобных домов веймистр лишился руки. Но тот ли город, место? Не знаю. Вечер похищения я помнила смутно.
  Мечник скрылся за воротами, куда мне хода не было.
  ***
  За последний час-два я перепробовала на вкус горьковатые мёрзлые шишки разных пород, пыталась охотиться и даже почти поймала нерасторопную белку. И дело было не в том, что белка проворнее. Нет. Пищащий рыжий комок вертелся в снегу над мёрзлыми корнями дерева, придушенный лапами. Но убить я так и не смогла. Дикая белая волчица, кем движут хищные инстинкты, точно бы не пожалела маленького бельчонка. А я - разумное существо, одной из древнейших рас Аркана! Неприкосновенная.
  И пусть первый, кто коснулся моих губ и близко не имел родства с королевской династией, я всё равно не какая-то там... аруха!..
  Под сугробами незнакомый лес казался одной большой ловушкой. Шагнёшь - провалишься? Ударишься? Неизвестно. И лапы у волков, против всех чаяний, ещё как мёрзнут. И вот, в растерянности вывалившись на утоптанную кем-то поляну, я отряхнулась и... замерла.
  Он наблюдал за мной. Хищный взгляд ловил каждое моё движение, белоснежная шерсть на холке вздыбилась, а сам волк был намного крупнее меня! Сглотнув, я попятилась. Что мне делать? Сражаться? Убьёт! Бежать? Я и сюда с трудом пробралась, а он выше и матёрее, - вон какое ухо драное и морда! Не выйдет. Волк зарычал. Негромко, но очень убедительно. Довольно, чтобы по моей собственной холке пробежались колкие мурашки. Ужас накрыл с головой и парализовал конечности. Хотелось закричать, завыть, убежать! Только не видеть это чудовище, не слышать грозного рыка!.. Жёлтые глаза зверя раздавливали, от них хотелось спрятаться, прогнуться...
  ...И я отвернулась, чуть припав к земле.
  Рык продолжился, но стал тише, а потом и вовсе прекратился. Морозец колко щипал нос, глаза болели от бесконечного белого полотна в искрах света трёх лун. Где-то вдалеке встревоженно ухнула притихшая на время сова. От напряжения мои уши немного подрагивали от едва различимого хруста снега.
  Волк ушёл.
  Ещё очень долгое время я не решалась сдвинуться с места. Оглядывалась, принюхивалась к снегу. Слушала. И всё же, решилась уйти. Если бы не одно "но"...
  Запах. Я ощутила его издалека, но узнать не смогла. Он был настолько острым и притягательным, что внутри всё сладко сжалось, а в животе громко заурчало. Превратившись в один сплошной нос, я быстрой рысью огибала деревья, и меньше всего думала о сугробах, ямках и преградах. Просто шла, шла, шла, предвкушающе сглатывая слюну. Яркий запах был моей единственной дорогой. Он усиливался с каждым мгновением, и лапы сами меня несли к цели всё быстрее, почти скачками!
  Стая показалась издалека. Они все сгрудились возле аппетитной туши оленя, и с наслаждением лакомились заслуженным ужином. Потянув ноздрями воздух, я словно опьянела. Мне захотелось немедленно вонзить свои острые, непривычные клыки в ещё парящую от тепла на холодном воздухе оленью тушу. Как следует утолить голод, рвущий нутро!
  И мне было совершенно не интересно, поделятся ли со мной арухи добычей добровольно. В глазах стояла оленья туша, а живот сводило от урчания. И... лапы сами шагнули в сторону еды! На меня рычали и скалились, но куда там!.. Пусть скалятся. Я быстро. Только один кусочек!
  Звук хриплого рычания и белоснежный волк, летящий на меня в оскале, заставили очнуться, но было поздно. Тот самый матёрый аруха, что напугал меня только что в лесу, теперь нависал надо мной, наступив лапами на мою грудь, и дышал в лицо! Огромный, тяжёлый... И шея болит немилосердно от предельно понятных теперь предупреждений. Острые клыки не только у меня.
  Я заскулила и постаралась отвернуться. В прошлый раз ему ведь это понравилось!
  Господин волк, только не ешьте меня! Невинные иритийки совсем не вкусны, а приправленные проклятием - ещё и вредны для вашего желудка! О вас же пекусь, господин аруха!..
  Рваноухий сделал ещё несколько рыков и ложных выпадов, больно и страшно щипая зубами. Мне же показалось, что это никогда не закончится. Как понять - это он только показывает своё недовольство, или живой мне отсюда не выбраться?
  Взвизгнула, оскалилась, испугалась собственного поведения и быстро притворилась мёртвой. За несколько секунд! Несколько других арух двинулись в нашу сторону. И судя по их глазам, кто-то на этом пиршестве был лишний. А арухи едят себе подобных? А они понимают, что я не волчица?.. Мамочка, я не хочу быть съеденной!..
  Один из арух подошёл к нам вплотную, рыча, и я уже приготовилась к лютой расправе. Но рваноухий неожиданно развернулся, и, стоя прямо надо мной, страшно ощерился на того, из стаи!
  "Это не может быть правдой", - носились мысли в голове. - "На самом деле я сплю дома, в своём любимом и цветущем замке Орив. Просто нянюшка забыла закрыть окно, и потому так холодно... Наверняка ведь забыла. А утром приедет король, я надену своё лучшее в жизни платье с жемчугом и..."
  - Ррррр-ха-рыррр!!! - кинулся рваноухий, зло клацнув зубами.
  Достаточно, чтобы ощутить разницу и ответить себе на один из последних вопросов: да, меня только что громко, больно, и унизительно - но воспитывали. А вот молодому любопытному арухе явно грозило нечто посерьёзнее, если тот не уймётся...
  ***
  Когда мастер Ромерн вышел за ворота с котомкой свежего хлеба и куском печёной птицы, уже рассветало. Он постоял немного на дороге, выпуская пар изо рта и приглядываясь к кустам. И на что было надеяться, когда уходил так надолго? Чего сейчас ещё ждать, высматривая, как последний дурак, снежную волчицу с чёрной стрелкой на лбу? И ведь сама увязалась за ним от самого Тюмора, - никто не принуждал! А это неблизкий путь. Но стоило ему раз-другой остановиться ненадолго, как она снова растворялась в заснеженных сугробищах.
  Мирке здорово досталось от неё: рваная, укушенная рана заживёт ещё не скоро. Эти воспоминания не принесли ничего хорошего, кроме раздражения и пустоты. И если только удастся встретиться с этой иритийской сукой, он ей покажет, как пасть разевать и клыки щерить в ответ на помощь! Он-то её научит хорошим манерам, пусть только обернётся снова девчонкой!..
  Мастер-мечник никогда не видел ничего подобного за свою долгую жизнь. Были заварушки, награды от самого короля, бабские интриги. Даже с гильдией магов успел поработать, когда тем понадобился его опыт. Наслышался россказней про оборотней. Но чтобы оборотень терял своё человеческое тело?.. Если бы только знакомый маг не предположил, что это проклятие, а второй не подтвердил, то давно бы плюнул и забыл. Оборотней в Аркане давно не случалось, но и они новостью не были. Только ни один из них ещё не имел два тела сразу.
  Не смотря на злость за Миру, Ромерн запретил хоронить иритийку, хотя оба мага утверждали, что теперь ей ничто не поможет: тело истлеет, а одной дикой тварью в Аркане станет больше. Только, разве что с ней поделится теплом какой-нибудь человек, и проклятая волчица не успеет забыть свою человеческую суть. Больше эти два умника ничего внятного не сказали. Только и кивали головами, будто болванчики с востока и сетовали, "какой высокий уровень проклятия, и как странно, что оно не отразилось на самом, столь одарённом, маге!.."
  Холодало. Мороз щипал впалые небритые щёки мастера, а горбоносый профиль то и дело подсвечивался одной из лун. Смотря в какую сторону вглядывался мастер в этот раз. На секунду ему даже послышался вдалеке характерный вой, но звук был слишком далеко и быстро скрылся за треском покачивающихся деревьев. Ромерн удручённо покрутил в руках мешок с провизией. Местное птичье мясо он не слишком жаловал, но для голодной, наверняка, арухи разницы бы не было.
  И зачем мужчине, имеющему седину в белобрысых висках, дом и сытую жизнь в не самой бедной гильдии, пускаться в опасный путь ради незнакомой девчонки из чужого народа? Ромерн уже несколько дней терзался этим вопросом. Неужто в сорок лет ещё есть глупая жажда спасать слабых? Или девчонка была и впрямь так уж хороша? Да нет, вряд ли. Иритийка была молодой и сочной, с этим не поспоришь, а малышек из этого строптивого народа не так уж часто можно было встретить среди рабынь. За таких на чёрном базаре дают немалую сумму чистым золотом, а если ещё и девственница, так можно было бы и вовсе забросить неблагодарную работу мастера меча и жить в роскоши хоть до смерти. Ещё и отпрыскам останется!
  Но в который раз Ромерн вспоминал невесомую, беззащитную иритийку, когда нашёл её неподалёку от дома Миры. Белый локон в тёмных волосах смотрелся чудно, но когда там разглядывать? Руки ледяные, глаза мутные, губы синие. Завернул, во что было, своей же дохой прикрыл и понёс к лекарке, не раздумывая. Некогда было глаза таращить да мозгами раскидывать. У Смерти слишком дряхлые ладони, чтобы удержать в них бесценные песчинки жизней.
  Вот уж Мира была "рада"... Всякое женщины от Ромерна видали, но чтоб на свидание полуживую девицу приносил? Такое было впервые.
  Но дело было, конечно же, не в красоте, и не в жажде подвигов. Сколько их было, подвигов, по молодости? Очерствел мастер за столько лет. Как-то всё равно стало, что там с кем случается. Каждый должен сожрать своё дерьмо сам. Единственное, чему мастер меча остался верен с годами, так это собственному чутью. А оно говорило изо дня в день одно и то же: важно помочь. Хоть умри, хоть землю ешь, но помоги! Это тебе нужно, Ромерн. Очень нужно. Спать не будешь ночами и корить себя всю жизнь, что не пошёл за девчонкой, не помог в беде.
  Ночь тлела в предрассветном алом мареве. Слева - синь от двух лун, справа - жёлто-алый восход. Иритийской волчицы всё не было.
  ***
  За эту ночь я много узнала о жизни горных волков. Например, у них несколько что стай, и в каждой есть вожак. Охотились они и впрямь вместе, но если добыча оказывалась в интересах обоих кланов, то охота превращалась в кровавую резню. На моих глазах арухи всё время что-то делили между собой, дрались. Младшие волки доказывали старшим, что сильнее и проворнее. Волчицы вели охоту и решали, кого выбрать в жертву. Но если вожак был против, то никто не мог перечить самому сильному волку клана.
  И только рваноухий оставался для меня загадкой.
  Он не был вожаком ни одной встреченной нами стаи, но отчётливый страх и ненависть к нему любой арухи чувствовались без труда. Особенно его не любили молодые волки. Я старалась оторваться от него, сбежать, и пару раз мне это даже удалось. Но, так или иначе, я вновь и вновь натыкалась на его внимательный взгляд неподалёку.
  Конечно же, к утру я уже была готова взвыть от такого настырного внимания! Я же девушка, понимаете, господин волк? Девушки, попавшие в беду, не собираются становиться частью аруховой стаи! А даже если мне никогда не удастся вернуть человеческий облик, то я никогда, ни за что, ни за какие блага не стану вашей волчицей, что бы вы себе ни возомнили!..
  В очередной раз оторвавшись от волка, я искала путь обратно в деревню. Ту самую, где мы расстались у ворот с Ромерном, у которого в котомке была настоящая еда, а не тёплая плоть с кровью, от которой дурнеет голова и путаются мысли! Но вместо этого я снова увидела суровый волчий взгляд возле дороги и рваное, практически откушенное ухо. И так печально стало, так тоскливо, что я забралась на пригорок, и...
  - У-у-у-у-у-у!.. - протянула от души всю печаль ситуации. - У-у-у-у-у-у!.. - дополнила.
  Рваноухий смотрел на меня, словно понять пытался. А потом... Потом это бессовестное животное стало мне подвывать!..
  Да как он посмел издевался надо мной в моём горе? Снежное чудище, да как его глаза бесстыжие не ослепли смотреть в сторону ксаталини, - самой невесты короля?! Я припала на передние лапы и рычала, скалилась в его сторону. Меня словно прорвало! Но волк только раз дёрнулся в сторону, и то - скорее от неожиданности. И нисколько не страшно было бессердечному снежному псу, о чём рыдает волчица.
  А я ненавидела всей душой веймистра с его эгоистичным поступком, с его злым, чёрным сердцем, в котором не было и капли света. Не зря говорят, что чёрная магия выжигает души и сердца своих адептов! Если бы не он, то сегодняшняя ночь, возможно, была бы уже брачной, и на ложе короля... Да, ксаталини - лишь одна из невест, не жена. В назначенный день король принимает решение, кого из дочерей севера он увезёт в свой замок. А кого - позже, если захочет любовницу. Если выбранная девушка вдруг не сможет подарить ему наследника... Но я бы смогла, обязательно смогла! Это мой долг, честь и совесть! К этому меня готовили с детства, - к этому, а не к шкуре арухи!
  Вдоволь настрадавшись, я с тоской уставилась вдаль, через дорогу, где резвилась с добычей очередная стая. Этих я даже видела сегодня несколько часов назад. Но при взгляде на вещи, и на тело, которое обгладывали арухи, сердце похолодело. К этому я не была готова. Олень - это ещё понятно. Это жертва леса, дань его постоянным обитателям. Но... человек?..
  Шатнувшаяся фигура на верхушке дерева придала злости и бодрости мыслям. Довольно с меня арух! Надоело! Эй, господин рваноухий, вы со мной? Вот и чудненько...
  Как и в прошлый раз он поддержал мою серенаду предрассветным сумеркам. На двоих вышло тоскливо и жутковато, даже сама немного впечатлилась. А уж стае и вовсе долго объяснять не пришлось. Господин аруха как минимум двоим из них сегодня чуть жизни не укоротил за то, что посмели приблизиться ко мне. Тогда я не знала, как на это реагировать, а теперь... Теперь я с уважением взглянула на своего лесного защитника и ухажёра. Разумеется, шансов у него никаких, но в качестве охраны - расцеловала бы!
  Парень оказался стойким. Знакомиться с нами он не хотел ни в какую, а потому нам с рваноухим пришлось некоторое время ждать. Когда он потерял сознание, и всё-таки упал с дерева, я, не раздумывая, бросилась к нему. Терпкий запах крови дразнил и пьянил, волчик нервничал, и пришлось не раз рыкнуть на него... Подцепила носом руку, подлезла под тело... Ох, и тяжелы же вы, молодой человек! На лицо вам лет двадцать, может чуть больше, и выглядите худощаво... а весите, как добротно вскормленный боров!..
  Надо сказать, моих потуг рваноухий не одобрил с самого начала. Ходил кругом, тыкался носом в мой бок, и даже за ухо пытался оттащить! Но как бросить парня здесь? Как после это верить в добро, если здесь и сейчас просто пройти мимо? Отец говорил, что в этом мире всё закономерно. Если ты делаешь людям зло, то не стоит ждать от них добра. А равнодушие хуже яда. Яд хотя бы убивает быстро.
  Парень повис бесчувственной поклажей на моей спине. Тяжело идти... лапы подгибаются, в животе урчит. Если бы кто-нибудь увидел, как аруха тащит на себе парня, а второй снежный волк плетётся рядом и недовольно рычит, то упал бы без чувств, или пить бы бросил!..
  ***
  Волчьи следы Ромерн знал неплохо, и легко бы понял, куда направилась девчонка. Оставалось только понять, который из следов - её. Но одна цепочка всё же выделялась среди прочих. Арухи не ходят такими петлями, если только не хотят запутать охотника. И уж точно не ломают веток в прыжке, в попытке выбраться из сугроба. Дальше он не пошёл. Какой дурак попрётся в пасть к арухам в одиночестве, по сугробам? На дороге хоть есть шансы отбиться, да и то... Не слишком много. Лучше уж вернуться к Мирке, а там видно будет. Арухи хорошо запоминают запахи, значит, найдёт, если захочет.
  К полудню он увидел странную пару волков, и ту, что со стрелкой, узнал сразу! Дыхание мастера замерло, он был готов произнести матерную тираду на всех языках, которые только знал. Но мертвенно бледное лицо парня с выбритыми висками и окровавленная дорожка, тянущаяся за ними, заставила забыть любые слова вообще.
  - Дион?! Твою ж мать...
  Он сделал несколько быстрых, резких шагов в сторону арух, но замер, когда рваноухий матёрый волк ощерился и вышел вперёд, заграждая собой волчицу и её добычу. Скрипнула на морозе сталь, рванувшаяся из ножен. И если бы не злой и отчаянный визг и рычание сучки со стрелкой, то завязалась бы драка. А она оставила тело Диона на дороге, и уже через несколько секунд рваноухий был оскорблён, зол и нависал над ней. Кто бы не обозлился, если бы твоя волчица так непочтительно себя ведёт и смеет кусаться, даже в процессе воспитания?
  Ромерн не слишком ждал особого приглашения. Если девчонка обзавелась другом, то это не его сложности. Главное, что она его контролирует, и сама, похоже, не лишилась ещё человечности. Это хорошо.
  - Мало я тебя на арене гонял... - проворчал, взваливая парня на себя. - Эх, ты, душонка с костями... И только посмей умереть сейчас!
  Она смотрела им вслед, отчего-то не решаясь сдвинуться с места. И мастер, словно почуяв её пронзительный взгляд, басовито выдохнул с паром:
  - Дружка оставь в лесу, я ревнивый. Идёшь?
  ***
  У камина было тепло. Огненные блики и силуэты теней танцевали на обшарпанных дощатых стенах и грубоватой на вид мебели. Пахло старым деревом и почему-то прелой листвой, а жареная курочка и хлеб приятно оттянули живот. Ромерн возился с раненым, и от его грубоватых словечек поначалу становилось неловко. И всё же, я была рада, что смогла быстро проскочить за ним в таверну. Заодно от рваноухого отвязалась!
  Смотреть на мужчину, который в одних брюках расхаживает по комнате было стыдно. Но очень интересно! Знать, что он не представляет никакой угрозы и при этом без страха и стеснения рассмотреть каждую мышцу тренированного тела - ух!.. И ведь неприлично воспитанной девушке даже находиться в одной комнате с мужчинами, без нянюшек или компаньонки... Но так интересно!
  Седые виски и горбоносый профиль добавляли ему возраста. Левая рука Ромерна была покрыта белёсыми шрамами и выглядела неестественно, словно не раз ломалась в бою. Но в каждом его движении чувствовалась сила и опыт, которых я никогда не видела ни в одном мужчине раньше. Может, потому что не присматривалась? А ещё... В отличие от Эридана, который стал первым обнажённым мужчиной в моей жизни, Ромерн не вызывал во мне такого резкого отторжения. На него можно было смотреть вполглаза из-под лапы, и даже, наверное, подойти ближе при необходимости. Он пах мускусом и пряными травами, и отчего-то от этого запаха приятно вибрировало в животе.
  Наконец, он закончил возиться с мальчишкой. Старая тряпка служила ему и полотенцем и ветошью, о которую удобно вытереть скользкие от мазей руки. Странный взгляд. Оценивающий. Словно ещё сомневается во мне. Меховая доха на старом разваленном кресле манила своим уютом. Она напоминала о том, что люди носят шкуры лишь для тепла и статуса, и в любой момент могут их снять. А ещё невольно вспомнилось, как замечательно она укрывает от холода и страха. Но пока я с терпением истинной леди ожидала своего часа.
  - Ну что, волчица, поговорим, так? - присел он рядом на край кровати. - Очень мне интересно, как же ты влипла в такую историю, и кому насолить успела, что тебя прокляли.
  Я вздохнула и печально заглянула в выразительные глаза мужчины. Начало разговора мне более, чем нравилось. Даже страшно представить, как он узнал, что меня именно прокляли!
  - Для начала я должен понять, кому помогаю и что могу сделать. Согласись, глупо тратить время на затею, не имеющую смысла. Так?
  Едва заметно кивнула, тут же отметив, с каким облегчением вырвался из его груди воздух.
  - Чудненько. Отвечать можешь - уже проще. Итак, чтобы не было недоразумений, давай сразу определимся кое в чём.
  С интересом слушаю.
  - Когда я нашёл тебя, на тебе было хоть и мало одежды, но и она не была дешёвой. Длинные волосы и руки без морщин в твоём возрасте не может себе позволить обычная селянка. Значит, ты из знати...
  А он умный. Намного умнее, чем я думала!
  - ...На твоей руке было кольцо с печаткой, жаль, разглядывать было некогда. Но фамильные печатки есть только у знати, приближенной к королю. И скажи мне, что ты не из его окружения!..
  Что, не любите знать, уважаемый? Это плохо. Придётся изменить ваши представления о нас.
  Некоторое время он молча смотрел на меня, с выражением лица, полным брезгливости. Никто и никогда не смотрел на меня так унизительно! Словно я спившаяся прачка! Невозможно это терпеть. Отошла, отвернулась.
  - Уж простите, леди, не люблю знать, - просипела тишина. - Особенно тех, кто служит королю.
  Мы оба замолчали, и теперь тишина действительно стала тишиной, а не голосом с сипловатыми тёплыми нотками. Как же так вышло, что кто-то может не любить знать? Почему? В голове не укладывалось. Деньги, власть... Разве это определяет суть человека?
  Я растерянно взглянула на ссутуленную спину и горбоносый профиль. Несколько прядей длинных волос упали на не слишком красивое лицо. Не слишком...
  - Мне жаль, - произнёс он вдруг холодным тоном, а я вздрогнула. - Но на мою помощь можешь не рассчитывать. Проблемы Генриха и его вассалов - это проблемы Генриха и его вассалов.
  Не выругалась - ощерилась! Зачем тогда было играть в героя? Оставил бы сразу там, в горах! Ещё пара часов, и искать было бы некого!
  Лязг ножен, очередная брань. Я не стала дожидаться, когда Ромерн нападёт, а прямиком направилась к двери. Замок легко подался, а встретившаяся по пути служанка отделалась визгом и обмороком. Злость и очередное разочарование рвали грудь и болью отзывались в животе. Но на улицу совсем не хотелось. Аккуратная стопка свежего белья в приоткрытой каморке первого этажа выглядела слишком уж соблазнительно, чтобы променять её на холодный сугроб. Но и улечься прямо здесь было бы совсем уж глупо. А потому, пользуясь полумраком ночи и отсутствием хозяйки, я бессовестно утащила столько белья, сколько поместилось в зубах.
  Красть - плохо, плохо, плохо... Недостойно гордого рода Вингенса и звания ксаталини.
  Но ведь я и не краду! Всего лишь пользуюсь услугами... Временно... К тому же, в углу просторного подвала того же здания! Просто пе-ре-ме-ща-ю!
  Мне снился незнакомый замок, где я отдавала распоряжение слугам. Человек, который принял мою волю по строительству больницы специально для рабочих моих шахт. Деньги, наряды, украшения, статус. Всё это было. А ещё...
  Это было странно, но я совсем не боялась хозяина замка. Он был строг, как всегда, и его магические штучки мне было не понять. Но веймистра Эридана я скорее презирала, а не боялась. Странное ощущение, когда чувствуешь себя спокойно рядом с собственным же врагом. И, тем не менее, так и было.
  - Инира... - заглянул он в лицо. Его жёсткие непослушные волосы цвета соломы были убраны в хвост на этот раз, и, надо признать, так он выглядел намного мужественнее. - Моя маленькая волчица, - огладил пальцем мой подбородок. - Не связывайся с этим старым лисом. Ромерн Маготри плохой помощник, особенно красивой леди. От его руки люди гибли сотнями, неужели ты решила, что он будет помогать тебе за твои красивые глаза?
  - Хорош советчик, - увернулась я от его губ и отошла. - Только где же взять столько совести, чтобы покрыть ею лично ваши поступки?
  Он обнял сзади за плечи.
  - Было мало времени, чтобы объяснить. Каждая секунда на вес золота. Но поверьте, юная леди, ночь со мной - это меньшее из зол, что вас ожидали. Будь вы тогда сговорчивее, то ни вам, ни мне не пришлось бы примерять на себе дикий облик арухи...
  - При чём здесь вы?..
  Вздрогнув, я проснулась. В узкое стрельчатое окошко брезжили лучи утреннего солнца и немного слепили сонные ото сна глаза. Что-то мне снилось важное... Шорохи таверны были слишком громкими, чтобы не понять: отсюда пора уходить. Скоро сюда нагрянут служанки, а то и сам хозяин, и тогда проблем не миновать!
  Волнение сказывалось во вздыбленной холке. Слишком много людей ходили мимо этой двери. Как теперь отсюда улизнуть? От запахов сладкой сдобы и курятины с чесноком казалось, что живот стянуло досуха. Насколько же проще быть человеком! Но вот, улучив момент, я уже была готова просочиться через приоткрытую дверцу подвала, как вдруг...
  - Рамиса, - крикнул кто-то совсем рядом, и от неожиданности я вжалась в стену. - Что ты там застряла, дурёха? А ну живо тащи на кухню свой зад! И прихвати с собой мяса! Господин из третьего номера желает взять с собой припасов.
  - Иду!..
  Доски позади меня предательски скрипнули. Кто-то замер рядом с дверью, прислушиваясь. Всё пропало! Теперь мне точно придётся драться!..
  Но в подвал так никто и не вошёл. Вот только и моё сердце замерло, но уже по иной причине. Совсем рядышком я увидела ещё одну дверь. Она была заперта, но перекошена, и запахи... Припав носом к щели, я мгновенно позабыла об опасности! Копчёное мясо, колбасы, курица и специи... Море упоительных запахов завладели разумом!..
  Вопрос теперь был не в том, как отсюда выбраться. Гораздо больше меня занимала эта щель и комната со съестными припасами! Рванувшись раз, потом другой, дверь немного поддалась. Вот только мои формы оказались куда внушительнее прежних. Но ещё несколько толчков, и со скрипом ломаемых щепок я всё же оказалась в своём минутном раю! Вонзённые в колбасу зубы ранили нежную мякоть, и теперь из неё сочился ароматный сок.
  - Странно... Почему здесь дверь открыта? - спросил женский голосок в задумчивости.
  Я прижала уши, и наверняка бы залилась краской со стыда. Но колбасу из зубов не выпустила. Это было выше моих сил!
  - Мисси, это ты, воришка? Мисси, кис-кис-кис!
  Сглотнув стекающий по подбородку мясной сок, я отозвалась максимально ласково и тонко:
  - Ррр!..
  Вышло не слишком похоже на кошку, но девушка поверила. И радостно направилась в моё райское логово, судя по шагам! Быстро кусая и стараясь прожевать как можно больше, мне так и не удалось осилить всю колбасу. Поэтому попросту сдёрнула её с верёвки и бросилась под ноги закричавшей от ужаса служанке!
  - Аррру-у-ух-а-а-а! Спасите! Помогите!..
  Никогда не умела открывать с разбега тяжёлые дубовые двери. Теперь умею, да ещё и уворачиваясь от града кастрюль и сковородок!.. Казалось, я снова дома и проказливо убегаю от нянюшек. Весело и быстро!
  ГЛАВА 3
  - Инира Вингенса, сто-ять! - скомандовал знакомый голос так, что уши прижались сами собой.
  Стою. Смотрю, как господин Ромерн спешивается с лошади рядом... А откуда он знает моё имя?! Строгий хмурый взгляд и облако пара из его рта заставляют вспомнить, что я кое-что натворила. Стыдно. Наверное, ещё и расплачиваться пришлось за вкусную колбасу и бельё...
  - Отлично, - неожиданно улыбнулся он. - Значит, я не обознался.
  На предъявленной мне хрустящей бумажке вполне похоже был начертан мой портрет, имя и солидная сумма за возвращение королю. От ликования я даже подпрыгнула на месте. Король меня ищет, я нужна ему!..
  - Знаешь, я решил, что готов тебе помочь. С одним маленьким условием...
  Что? Какое ещё условие?! Неужели этой огромной суммы мало?
  - Не смотри на меня так, леди Вингенса. Деньги короля меня мало волнуют, хотя не скрою, это отличный куш. Заманчивый. И всё же, есть вещи куда лакомее.
  В его взгляде сейчас куда больше коварства, чем в глазах Мари, замышляющей шалость.
  - Ты поможешь мне уничтожить Генриха.
  Что?..
  - До дворца отсюда путь неблизкий. Но я знаю дорогу и смогу доставить тебя в целости и сохранности. Его маги наверняка неплохо ведают в проклятиях вроде твоего. Помогут, никуда не денутся. Как только обретёшь свой облик - поможешь мне отомстить этому... "Солнцу". И да, тебе ничего не угрожает, если будешь делать всё, как я скажу. Это - моя единственная и окончательная цена.
  Мир перевернулся с ног на голову. Зачем убивать короля? В чём так провинился мой наречённый, чтобы я, собственноручно... Почему?
  Но господин Ромерн внимательно вглядывался в мои растерянные глаза, и ни капли иронии на его лице больше не было. Только серая, холодная жестокость.
  - Прежде чем ты откажешься, подумай о том, что твой любимый король-солнце много лет назад приказал убить моих родителей. И я ни одному человеку в мире не пожелаю узнать, каково это, трёхлетнему пацану наблюдать из шкафа, как насилуют его родных сестёр. Такие вещи не прощают, леди Вингенса. С тобой, или без тебя, я найду, как уничтожить этого ублюдка.
  Не верю. Генрих не мог быть таким жестоким. Если он приказал убить, значит, на это были причины! Война, или проступок!.. А вот вас, господин Ромерн, стоило бы наказать за измену королю.
  - Стать через несколько дней человеком, - донеслось мне вслед, - или навсегда остаться арухой, выбор за тобой. Я единственный, кто видел тебя и знает, как помочь.
  Но снежные сугробы оказались роднее, чем предложение предать короля. Белое хрустящее полотно и сизые деревья быстро менялись, и ещё один предатель всё быстрее оставался позади.
  - Если передумаешь, приходи к дому Миры.
  Он сказал негромко, но я услышала. Волчий слух чуткий, и помогает слышать даже то, что слышать не хочется.
  Не прошло и нескольких часов, как мою компанию разделил рваноухий. Он тащил в зубах какую-то короткую палку, и стоило мне остановится, как этот предмет был положен у моих ног. Антей обожал играть в такие игры, и я с горечью вспомнила его весёлый лай и задорный блеск глаз. Мой верный пёс отдал за меня жизнь, но так и не смог мне ничем помочь. И вот, снова палка...
  Я обошла игрушку и потрусила в лес. По моим предположениям, если идти прямо, можно было попасть прямиком ко дворцу. Как и что я буду делать там, пока оставалось загадкой. Но на размышление была впереди ещё масса времени. А там как-нибудь справлюсь.
  Но через несколько метров пришлось вновь остановиться. Рваноухий настойчиво рычал с палкой в зубах, и, убедившись, что я не убегаю снова, положил игрушку на землю и начал выразительно её грызть, нарочито медленно пережёвывая оторванные волокна.
  Вы это серьёзно, господин аруха? Благодарю покорно, но я пока не настолько голодна. Да и предпочитаю кушать нормальную колбасу с чесночком или курочку, а не... это. На четвёртой попытке заставить меня отведать экзотическое блюдо, рваноухий сдался. Но я ничуть не пожалела на этот раз, что он оказался рядом. Его опыт лесного жителя помог мне обходить опасные препятствия, видеть заметённые тропки и даже научиться чуять под снегом мышей! Пару раз он мне показал, как охотиться на мелкую дичь, но сам есть их не стал. Добыча вновь была предложена мне, и даже неудобно стало отказываться.
  Но мыши?.. Вот уж нет!
  К вечеру я немного устала, а лес, казалось, стал только гуще. Стоило поискать ночлега в укромном месте. К счастью, рваноухий прекрасно понял меня без слов и уже через полчаса мы вдвоём вырыли уютную нору в огромном сугробе. Снег летел во все стороны, и несколько раз попадал рваноухому в глаза. И я уже было ожидала очередного воспитательного демарша, но вместо этого господин волк, поддев мордой снег, ловко дал сдачи неумелой волчице! Так, что отряхиваться пришлось!..
  Это было странно, но за целый день мне ни разу не пришло в голову, что я брожу по лесу с диким волком. Слишком он был понятливым и сообразительным для животного. И теперь, в нерешительности, стоя у входа вырытой норы, я впервые заколебалась. Спать вместе с волком, пусть даже и самым умным было несколько унизительно. И пусть об этом никто никогда не узнает, но об этом буду знать я сама. Как мне тогда жить? Леди не спят в норах с животными. Никто не спит.
  Наблюдая за мной, волк первым сделал шаг в нору, но остановился рядом. Вас когда-нибудь лизали в ухо? Тыкались носом? Ласкались мордой о щёку? А это очень приятно, оказывается. Щекотно. Даже шерстинки на затылке вздыбились!
  Чуть прикусив мою щёку, он улёгся в нашем временном логове и больше не пытался приободрить. А мне больше было и не нужно. Я попросту устала, и рыть ещё одну нору не было сил. В конце концов, чем я рискую, оставаясь здесь, наедине с обитателем леса? Пусть он и не похож на заботливую нянюшку и наше общение в прошлом доставило мне много хлопот. Зато с ним безопасно. И тепло.
  ...Его смех подобен раскатистому грому, что бывает поутру над шпилями замка Орив. И даже тембр голоса сильно напоминал отцовский. Только внешне Эридан всё же был иной. Мы дурачились на поляне, догоняя друг друга. Смеялись... "Не поймаешь, не поймаешь!.."
  И всё же маленькая Инира Вингенса попалась. Взгляд, улыбка, жаркий поцелуй. Всё было реально.
  - Инира... - огладил он мой подбородок ласково. - Будь моей.
  - Потерпи до свадьбы, - улыбнулась, глядя в затуманенные глаза. - Мы и так позволяем себе слишком много, папенька увидит - заругает.
  Бархатные раскаты смеха.
  - Папенька заругает?.. - вытер глаза. - Инира, ты очаровательна! Папенька, надо же...
  Растерянно наблюдая за ним и втайне любуясь преобразившимся лицом, я вдруг вспомнила о нас множество неприятных, реальных деталей. И в одно мгновение яркая зелёная лужайка превратилась в горное заснеженное плато, где гуляет одинокий ветер, и нет места тёплому солнцу. Мгновенно повзрослевший веймистр шагнул ко мне, убирая с лица развевающиеся на ветру волосы. Отступила назад, на безопасное расстояние.
  - Инира, выслушай! Это был мой единственный шанс. Думаешь, я стал бы устраивать похищение, будь у меня выбор? Тебе ли не знать, каково это, жить в шкуре волка! Что такое пара дней жизни маленькой глупой волчицей, по сравнению с бесконечностью? Годы... Если бы не магия, мне бы не удавалось поддерживать человеческий облик столько лет. Но всё же ночи были слишком одиноки и голодны, чтобы не завыть от тоски на луну, верно? Для того, чтобы остаться таким навсегда, я должен был забрать невинность женщины со спящим даром мага...
  - Я?.. - растерянно уставилась я на веймистра. - Я - маг?..
  Было чему удивляться. Магия - дар особенный, и не каждый может просто взять и назваться таковым. Один ребёнок из тысячи других может быть немного талантливее, немного очаровательнее и способнее только потому, что в нём уже есть искра. И если не узнать её вовремя, не научить пользоваться своими видениями и чарами, он вырастет обычным человеком и ничем не будет выделяться среди других. Маги же даже от фамилий отказывались по традиции, подчёркивали тем свою уникальность. И вот... Неужели... Я?..
  - Нет, - хитро прищурился. - Пока нет. Чтобы стать магом, нужно учиться, но и это не всегда даёт желаемый результат... - На секунду он задумался и помрачнел. - Как жаль, Инира, что всё вышло именно так!.. Обрати вы на меня внимание тогда, во дворце, и всё бы было иначе! Разве я мало дарил подарков, или они были не хороши, что вы не приняли ни один? Или я был груб и скуп на ухаживания, терпя вздорное квохтанье ваших нянюшек?
  - Но ведь я - ксаталини коро...
  - Глупая кукла вы... - зло прошипел, отвернувшись и сложив руки на груди. Полы его тёмного плаща, с золотыми рунами на окантовке, развевались на ветру, но холода не было. Как и страха... - В вашу хорошенькую головку с детства вбивали мысль, что иначе быть не может. Только король, только Генрих! И что теперь? Что ты будешь делать, Инира Вингенса? Может, побежишь на своих четырёх лапах к обожаемому королю? Поскулишь и пожалуешься на жестокого веймистра и старого друга?!
  Я сглотнула, стиснув кулаки. Он прекрасно знал, что сейчас мне никуда не деться. Сны магов - такая же реальность, только бог в ней - сам маг.
  - Я не обязана была вам помогать. И не обязана слушать вас и сейчас!
  - Не люблю повторяться, - произнёс он в сторону, скучая - но у тебя нет выбора. Даже если бы я хотел снять своё проклятие, то не смог бы. Теперь оно одно на двоих. Способ избавиться от него есть, и ты его знаешь. День, два... Я подожду, пока ты привыкнешь к этой мысли.
  Привыкнуть? Вы плохо знаете род Вингенса, дорогой мой враг. Крыс на корабле либо травят, либо забивают каблуком при случае. И всё же, меня терзала масса вопросов.
  - Так за что же вас прокляли, веймистр Эридан?
  Его суровое лицо исказила печальная ухмылка.
  - Вам, в самом деле, интересно? Это просто. Нужно всего лишь оказаться не в том месте и не в то время... - помолчал и продолжил. - По молодости и глупости.
  - Вас прокляла женщина? Не удивительно!
  - А вот это не ваше дело!
  ***
  Когда я открыла глаза, в логове было намного светлее. Пахло мокрой псиной и еловыми шишками. Рваноухий лежал рядом, задумчиво глядя на меня. Тот же тяжёлый взгляд...
  Несколько минут мы молча смотрели друг на друга, и каждый думал о своём. Я вспоминала мельчайшие детали этого сна, и не могла поверить. Неужели веймистр Эридан - рваноухий аруха? Неужели единственный способ обрести былой облик для него - это я?
  На несколько секунд, глядя в эти строгие, чуть раскосые глаза белого волка, мне стало жаль мага. Потому что если всё так, как он рассказал во сне, а сон - не выдумка, то у него нет ни шанса. И единственная причина, по которой я жаждала нашего разговора вновь, это запоздалый вопрос о том, что же случилось с Мари. Была уверена - он знает.
  В безветрие в проёме входа можно было легко увидеть, как тихо ложатся пушистые снежинки на вытоптанное вчера нами белое полотно. Заглаживают следы, залечивают дорожные раны.
  Нет выбора? Глупость. Выбор есть всегда. Только никто и никогда не обещает, что альтернативой чему-то отвратительному не станет нечто ещё более ужасное. А потому стоило отправляться в путь уже сейчас. Уж как-нибудь объясню королю, кто я и что случилось. Не бросит же он меня в такой беде!
  Целый день пути. Я забегала на пригорки, вдыхала запахи снежного леса, чтобы уловить малейшие отголоски человеческого жилья. Мне казалось, снег и голубоватая дымка леса уже никогда не закончатся, а запах гари мне просто мерещится. Но на пустыре я пожалела о своём желании. Он был чёрен от копоти и пах тленом. Здесь точно бывали и мои сородичи, но вряд ли нашли чем поживиться. После такого пожара - разве что угли остались. По прямоугольному остову на земле, я догадалась, что горел дом.
  И всё же, неприятное предчувствие не давало мне покоя. Обследовав поляну вдоль и поперёк, а так же вдоволь начихавшись до слюнотечения, я так и не смогла понять, что в этой картине мне больше всего не нравилось.
  - Арр... - зарычали тихо неподалёку.
  В том, что рваноухий последует за мной, я ни капли не сомневалась. Но теперь он смотрел на меня с таким снисхождением, что можно было подумать, я сдаю первый экзамен по дворцовому этикету! Убить взглядом, как и положено леди, увы, не вышло. Господин аруха только голову набок склонил пытливо. Мол, давай, давай. Думай.
  И было над чем: выжженная от края до края поляна, посреди которой располагалось обгоревшее основание дома, в окружении заледенелых деревьев, привычных для этого леса. Ну, колодец, неподалёку, нетронутый огнём. Ну, прудик с сарайчиком обгорелым... Стоп.
  Дом сгорел, сарай сгорел. А колодец даже не обуглился и... несколько деревьев прямо возле дома тоже были целыми! Поджог? Если так, то почему деревья целы? Так не бывает!
  И тут я услышала плеск воды и плач со стороны неопалённого колодца.
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Енодина "От судьбы не уйдёшь?" (Короткий любовный роман) | | Д.Сугралинов "Level Up 2. Герой" (ЛитРПГ) | | М.Махов "Бескрайний Мир" (ЛитРПГ) | | Е.Флат "Замуж на три дня" (Любовное фэнтези) | | В.Крымова "Порочная невеста" (Любовное фэнтези) | | Е.Кариди "Седьмой рыцарь" (Любовное фэнтези) | | А.Минаева "Академия Галэйн. В погоне за драконом" (Приключенческое фэнтези) | | Н.Самсонова "Жена мятежного лорда" (Любовные романы) | | И.Смирнова "Проклятие мертвого короля" (Приключенческое фэнтези) | | Д.Вознесенская "Игры Стихий. Перекресток миров." (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"