Билли стоял в дверном проеме - в своем дверном проеме. Пакеты шуршали; целых пять штук висели у него на пальцах.
- Принес еще еды. - Он неловко закрыл дверь. - Тот шоколад, который тебе нравится. Знаю, его не было в списке, но... Еще зашел в аптеку, купил бинты получше.
Билли-Пакетные-Руки отнес покупки к кухонной стойке.
Джет сидела на полу, скрестив ноги. На столе стоял открытый ноутбук. Девушка снова уставилась в экран. Веб-страница вдруг расслоилась, раздвоилась, хотя Джет ничего не трогала - она могла поклясться в этом. Она потерла глаза, моргнула, и изображение снова сплавилось воедино, возвращаясь в норму.
- Ладно, я тут разузнала побольше об этом молотке. - Голос Джет перекрывал шуршание пакетов Билли. - Оказывается, его нельзя купить отдельно. Он продается только в наборе. Идет в комплекте из шестидесяти предметов в черном кейсе для инструментов.
Она пролистала изображения на экране.
- Разные отвертки, куча всяких насадок, напильник, какая-то маленькая штучка вроде ключа, рулетка, нож, небольшая пила, плоскогубцы или типа того. Ну, ты понял. Значит, у убийцы где-то припрятан этот полный набор. Или он был у него раньше.
- Понятно. - Билли поставил пакет молока в холодильник.
- И еще кое-что, - продолжила Джет. - Этот набор продается только в Северной Америке. В разных торговых сетях вроде "Хоум Дипо", "Лоус" или на "Амазоне" (примечание переводчика: Home Depot и Lowe"s - крупнейшие американские розничные сети по продаже инструментов и стройматериалов). Так что... ну, то есть, это нам ни капли не помогает.
Билли выудил из пакета буханку хлеба.
- И теперь мы думаем, что это кто-то связанный с компанией твоего отца. Кто-то, кто мог знать о проекте на Норт-стрит и о том, когда будут заливать фундамент.
- Именно. - Джет подтвердила его догадку. - Они не могли не знать. Просто жду список от Люка Мейсона, тогда я смогу вычислить, кто знал об участке на Норт-стрит. А потом пойду и спрошу их, молотки какой марки они предпочитают.
Джет уставилась на монитор. На чистую, блестящую новую версию той самой штуки, которая её убила.
- Может, мы слишком воодушевились из-за того волоса от рыжего парика, но это все еще может быть Эндрю Смит - у него есть эта связь.
Джет бросила взгляд на входную дверь, мысленно воссоздавая пространство за ней. Тот узкий коридор, который расходился к двум квартирам: 1А - там, за стеной, и здесь - 1В. Надо же - жить в каких-то шести метрах от одного из подозреваемых в собственном убийстве (примечание переводчика: в оригинале 20 футов - это примерно 6 метров).
- Окей. - Билли быстро смял пустые пакеты.
Шуршащий звук напоминал шепот их общих секретов. Билли повернулся, чтобы проверить свое отражение в дверце закрепленной на стене микроволновки. Он принялся поправлять прическу - один упрямый локон никак не хотел укладываться.
- Мне пора спускаться в бар.
Джет откинулась на спинку дивана. Она наблюдала за тем, как Билли пересекает комнату и берет у дальней стены чехол с гитарой.
- Ты сегодня работаешь?
Он пожал плечами, пряча от неё лицо.
- Вроде того. - Его голос звучал неуверенно. - Тот... тот вечер живой музыки, о котором я тебе говорил. Я и есть музыка. И я... живой.
- О... - Джет приподняла бровь. - Это сегодня?
- Ага. Вторник - единственный день, когда Эллисон разрешает мне это.
- Когда начало?
- Буквально десять минут. - Билли снова бросил взгляд на микроволновку, на маленькие часики. - Мне уже пора быть внизу, настраивать аппаратуру. Люди ждут.
Он наконец посмотрел на неё, пристроив футляр на носках своих ботинок.
- Но я могу всё отменить. Могу остаться, если ты...
- Нет-нет. - Джет перебила его. - Иди. Не хочу, чтобы у тебя были неприятности с Эллисон. Со мной всё в порядке.
Билли закинул гитарный чехол за спину, нахмурившись. Возможно, у него тоже ныли руки: руки Джет просто отваливались. Ладно, ладно, она всё поняла.
- В смысле, - Билли заговорил тише, теперь уже совсем неуверенно. - Ты могла бы спуститься, е-если хочешь. Это недалеко.
Он попытался улыбнуться, но улыбка не затронула его бледных глаз.
- Ты и так часами пялишься на этот молоток. Небольшой перерыв пойдёт тебе... ну, не знаю, на пользу.
Джет открыла рот, но не успела вовремя придумать оправдание. Понятие "занята" уже не котировалось, она это знала, и Билли тоже. Она не могла сказать "позже" или "в следующий раз", потому что таких вариантов больше не существовало. Больше нет.
Билли наблюдал за ней и поспешил заполнить тишину.
- Твоя мама велела мне проследить, чтобы ты достаточно отдыхала, и... она меня пугает. - Он рассмеялся, прикрыв рот кулаком. - Я не... я не ужасен, если ты переживаешь именно из-за этого.
- Я и не думала, что ты ужасен. - Ложь.
Билли улыбнулся, будто всё понял. Ох, чёрт возьми, Билли Финни со своими печальными голубыми глазами; Джет почувствовала, как в груди шевельнулось тёплое чувство вины и опустилось в живот.
Она поднялась с пола; мышцы на задней стороне рук тут же заныли. Эта боль не отпускала её, пока она шла в спальню. Ну, не могла же она пойти в бар в трениках? А сегодняшняя одежда была практически безнадёжно испорчена.
Она натянула чистые джинсы и принялась искать в рюкзаке рубашку. Хм, да уж, вот почему не стоит собираться в спешке или когда ты зла как чёрт. В рюкзаке не нашлось ничего подходящего для бара. Взгляд Джет скользнул к шкафу Билли. Она распахнула дверцы. Фланелевые рубашки почти всех мыслимых цветовых сочетаний: в клетку, в полоску и снова в клетку. Билли был настоящим деревенским парнем и знал это. Скорее всего, он не будет против, если она одну одолжит. Скорее всего. Джет вытянула одну - тёмно-синюю с кремовым - и застегнула пуговицы.
В ванной Джет брызнулась дезодорантом Билли, достала косметичку и принялась изучать своё лицо.
Волосы превратились в сущий кошмар. Стоило ли вообще пытаться вымыть голову, учитывая раны? Был ли в этом хоть какой-то смысл? Она попыталась провести по волосам расчёской; вокруг повязок они всё ещё были свалявшимися, но придётся довольствоваться этим.
Затем лицо. Кожа у виска была синеватой и немного припухшей - синяк выползал прямо из-под бинта. Немного тонального крема, чтобы скрыть это и круги под глазами. Румяна на щёки и чуть-чуть на нос. Гель для бровей - уложить их так, как ей нравилось. Бледно-розовый блеск на губы, подчеркнуть острые линии "лука Купидона" (примечание переводчика: "лук Купидона" - изгиб верхней губы).
Джет наклонилась ближе к зеркалу с тушью в руке. Мотнула головой. Правый зрачок всё ещё был расширен - тёмная бездна посреди глаза, совсем не похожая на левый зрачок. Тут тушь была бессильна. Но, эй, для умирающей девчонки она выглядела не так уж плохо.
У Джет был свой столик - тот, что рядом с лампой в виде перевёрнутых ведьминых ног. Она обхватила ладонями холодную бутылку пива; холод обжигал саднящую, дочиста отмытую кожу ладоней.
В баре было людно, на удивление людно - человек сорок. Шарканье ног и гул голосов заполняли всё тесное пространство. Это был совершенно иной мир по сравнению с тем, что Джет видела здесь раньше, когда в зале были только она, Билли и Эндрю Смит.
Толпа начала одобрительно кричать, послышались взрывы аплодисментов. Джет наблюдала за тем, как Билли выходит из двери за барной стойкой, сжимая рукой гриф гитары. Он трусцой направился к импровизированной сцене, где его уже ждал микрофон на стойке. Хлопки усилились, группа женщин средних лет восторженно заулюлюкала, а какой-то грузный мужчина в задних рядах издал восхищенный свист.
- Спасибо. - Билли произнес это прямо в микрофон, вызвав резкий визг обратной связи. - Спасибо, Стив.
Джет вцепилась в край стола снизу. Она так нервничала за друга, что не могла усидеть на месте и постоянно перекрещивала ноги.
- Я Билли, и для меня большая честь играть для вас сегодня вечером. - Он взял один аккорд, перебрасывая ремень гитары через голову. - Начну с песни, которую, скорее всего, никто из вас раньше не слышал.
Он начал играть. Пальцы так и летали по струнам. Первый же рифф вызвал смех в толпе, а когда он запел, хохот усилился.
Это была песня, которую знали все. Та самая, про Вермонт и "палки" (примечание переводчика: речь идет о песне "Stick Season" уроженца Вермонта Ноа Кана, ставшей неофициальным гимном штата. Название относится к унылому времени года в Вермонте после того, как листва опала, но снег еще не лег). Она была невероятно популярна в этих краях, особенно в это время года, когда сезон "голых палок" был уже на пороге.
Толпа притихла. Билли продолжал куплет. Джет вцепилась в стол еще крепче и... Секундочку. Какого черта?! Билли был хорош. Даже более чем хорош. О боже, он действительно умел петь. В его голосе появилась хрипотца, которой не было в обычной речи; он брал высокие ноты так легко, будто это было самым простым делом на свете.
Джет почувствовала, как на её ноющих руках зашевелились волоски. Она обхватила себя руками. Билли, чертов Финни, а? Кто бы мог подумать?
К припеву присоединились все присутствующие. Люди безбожно фальшивили и не попадали в ритм. Джет хотелось, чтобы они заткнулись - она хотела слышать, как поет её друг.
Глаза Билли сканировали толпу, словно он искал кого-то. И вот он нашел её - сидящую за столиком в одиночестве.
Джет подняла свою бутылку пива. Билли подмигнул ей в ответ. Он перешел к следующему куплету, но улыбался так широко, что ему, должно быть, было трудно петь.
- Это мой друг, - сказала Джет парню за соседним столом.
- Билли - друг для каждого.
"Ну и пошел ты, приятель", - подумала она.
Песня закончилась под очередной свист из глубины зала.
- Окей, следующая - любимая песня Стива, - Билли усмехнулся в микрофон. - Иначе он начнет меня задирать.
Он откашлялся и ударил по струнам. "Teenage Dirtbag" (примечание переводчика: популярный хит группы Wheatus). Еще одна песня для разогрева публики - и Стив в конце зала выглядел более чем довольным.
Джет сделала еще глоток. Она чувствовала, как пузырьки газа покалывают слизистую щеки, а изнутри разливается теплое сияние. Точнее, это чувствовала только одна щека; вторая не ощущала ровным счетом ничего. Обычно люди вообще чувствуют свои щеки? Джет сделала еще глоток, допивая бутылку, и посмотрела на бар, намечая путь через толпу. Там был свободный проход, прямо к одному из барных стульев, на котором сидела женщина. Джет узнала её мгновенно. Её звали не Ноэль, как в песне, которую сейчас пел Билли, но имя было близким. Нелл Янковски. Жена начальника полиции.
Джет поднялась на ноги и пошла зигзагами через зал. Все взгляды были прикованы к Билли.
- Можно мне еще одну? - Джет поставила пустую бутылку на стойку.
Она стояла вплотную к Нелл. Волосы женщины отливали бронзой, а на висках проступала седина. Она пила белое вино; бокал запотел, сохранив на себе призрачные отпечатки пальцев.
- Привет. - Сказала Джет. - Я Джет.
Нелл взглянула на неё. Глаза в цвет волос смягчились, когда они встретились со взглядом девушки.
- Привет, милая. - Женщина выпрямилась. - Я знаю, кто ты. Лу рассказывал мне о... Он хорош, правда?
Нелл указала бокалом в сторону Билли.
- Лучший, - без запинки ответила Джет. - А что Лу рассказывал тебе?
Нелл замешкалась, вдыхая аромат вина.
- Я просто хотела сказать: мне очень жаль, что ты оказалась в такой ситуации. То, что случилось - это действительно ужасно. Ты как, в порядке? Если я могу чем-то помочь до того, как...
- Я чувствую себя отлично, - соврала Джет. - Никакой разницы. Оказывается, умирать - это почти то же самое, что жить.
- Прости. - Нелл уставилась в свой бокал.
Она поморщилась, когда толпа дружно подхватила припев. Джет дождалась, пока шум немного стихнет, и спросила прямо:
- Это правда? Что мой отец планирует продать вам "Мейсон Констракшн"?
Нелл поперхнулась вином.
- Он тебе рассказал?
- Кто-то другой.
Подбородок Нелл дернулся вверх, в глазах застыл немой вопрос.
- Эндрю Смит, - ответила Джет. - Так это всё-таки правда?
Нелл кивнула.
- Он не должен был этого делать.
- Наверное, есть много вещей, которые Эндрю Смиту не следовало делать.
- Иногда я плачу ему за мелкую работу по дому, - сказала Нелл. - Он один из первых, с кем я познакомилась в этом городе. Здесь же и познакомилась, кстати.
Она огляделась по сторонам, но Эндрю в зале не было.
- Я переживаю за него, он очень одинок. Мы иногда болтаем. Не думала, что он... Ему не стоило тебе говорить. Твой отец пока не хочет, чтобы кто-то об этом знал.
- Вы собираетесь её купить? - спросила Джет. - Компанию.
Нелл обвела пальцем край бокала.
- В этом есть смысл. У меня свой строительный бизнес, базирующийся в Хартленде и Хартфорде (примечание переводчика: Хартленд и Хартфорд - города в штате Вермонт, расположенные неподалеку от Вудстока). Мы жили там, пока Лу не получил эту работу. Теперь мы обосновались здесь, и расширяться в Вудстоке - логичный шаг. Мы не совсем "чужаки", как думают люди. Лу на самом деле жил здесь полгода, когда ему было за тридцать.
- Спасибо, - сказала Джет парню за стойкой, когда тот протянул ей открытую бутылку пива.
- Я заплачу. - Нелл вмешалась, потянувшись к карточному терминалу раньше, чем Джет успела среагировать.
- Спасибо. - Джет сделала глоток. - Вообще-то, было бы логично, если бы мой отец оставил компанию Люку Мейсону, когда уйдет на покой. Он проработал там больше десяти лет. Мы все думали, что так и будет.
Нелл снова уставилась на свое вино.
- Твой отец не хочет этого делать. У него двое детей. Он считает, что отдавать компанию Люку будет несправедливо по отношению к тебе.
- Ну, Люку повезло - думаю, это больше не будет проблемой. К концу недели у отца останется всего один ребенок. - Джет сделала еще глоток. - Прошу прощения - кажется, кто-то пытается украсть мой столик.
Джет двинулась назад, сверля взглядом мужчину, который уже тянулся к её стулу, пока тот не отступил.
- Спасибо, спасибо всем, - произнес Билли, его дыхание щекотало микрофон. - Окей, следующую песню я написал сам.
В толпе послышалось восторженное "о-о-о".
- Знаю, знаю. Я написал её довольно давно, так что, возможно, вы её уже слышали. Она называется "Для неё".
Пальцы Билли заскользили по струнам, перебирая аккорды. Глаза он опустил в пол.
- Если спросишь сердце: "Как долго?", оно ответит лишь: "С давних пор", - запел он. - А я спрошу тебя в ответ: как можно не любить этот её опасный оскал? Она смеется, словно умирающий старик, и я должен держать себя в руках, я правда стараюсь. Любил её с самого начала, с первого дня, но этот первый день никогда не станет единственным, потому что...
Билли ударил по струнам сильнее. Гитара зазвучала мощнее перед припевом, голос Билли тоже изменился - в нем появилась хрипотца, скрытая за основными нотами. Он запел:
...Она может никогда не полюбить меня в ответ,
Может, время не то, или место, а может - и вовсе нет.
Но она смотрит на меня своими глазами цвета земли,
И я не уверен, что смогу дышать, черт возьми.
Не думаю, что это предначертано картами или звездами,
Мы на разных страницах, разминулись путями неброскими.
Но, черт возьми, я сыграю это до конца,
Потому что я написал эту песенку... для неё...
Билли сглотнул и отступил от микрофона. Он выглядел взволнованным - Джет это видела по тому, как он всё еще не поднимал взгляда от пола.
- У-у-у-у! - Джет закричала, сложив ладони рупором и хлопая в ладоши. - Давай, Билли!
Толпа подхватила её крик.
Улыбка вернулась на лицо Билли. Его взгляд ожил, он обвел глазами бар, явно входя во вкус.
- Она - то, что мне нужно, моя половинка, да-да, я смотрел британский "Остров любви" (примечание переводчика: Love Island - популярное британское реалити-шоу об отношениях), к чему вопросы?
Джет рассмеялась.
- Нет, хватит спрашивать, мы просто друзья, не отвлекайтесь, мне еще петь и петь. Она - королева, но я не король, я просто чертовски влип, простите за крепкое словцо.
Все засмеялись, и щеки Джет вспыхнули еще ярче. Там, на сцене, был её настоящий друг.
- Принес тебе пива.
Билли занял место напротив, прислонив чехол от гитары к подлокотнику.
- Спасибо.
Джет помолчала, глядя на него.
- Ну? - Спросила она.
- Ну? - Билли переспросил, сжимая бутылку.
Он вздернул брови, отчего на лбу собрались мелкие складки.
- Ты не ужасен. - Джет улыбнулась.
Улыбку она чувствовала только одной стороной лица.
Билли рассмеялся.
- Я же говорил тебе, что я не ужасен.
Он сделал глоток. В уголках его рта собрались морщинки. Он едва не пролил пиво, но вовремя вытер подбородок рукавом.
- Я бы никогда тебе не солгал. П-почему ты так тычешь себя в лицо?
- Я не чувствую щеку. - Джет вонзила палец в кожу, целясь ногтем. - А ты чувствуешь свою щеку?
Билли потянулся через стол, вытянув пальцы.
- Нет, не мою щеку, твою. Ты что-нибудь чувствуешь, когда я нажимаю?
Вместо этого Билли забрал у Джет бутылку пива.
- Сколько ты уже успела выпить?
- Ты хорош, Билли. - Сказала Джет. - Больше чем хорош. Чертовски хорош.
- Перестань.
Он натянул футболку на нос, полностью закрывая лицо. Джет потянулась к нему и дернула ткань вниз. На материи остались следы её пальцев и складки.
- Почему ты это скрывал?
- Я не скрывал. - Ответил Билли. - Я приглашал тебя раз пятьдесят. Ты вечно была занята.
- Вечно занята. - Пробормотала она.
Выдох был похож одновременно на вздох и смешок; Джет и сама не понимала, что это, и Билли Финни, судя по всему, тоже.
- Но, Билли, ты мог бы этим заниматься, понимаешь? Писать песни, исполнять их, получать за это деньги.
- Не-а. - Отозвался он. - Звук эхом отозвался в его бутылке пива.
- Нет, серьезно, ты мог бы. - Джет говорила совершенно искренне. - Тебя просто должны заметить, и тогда всё действительно начнется.
- Что начнется?
- Жизнь, Билли. - Она хлопнула ладонью по столу. - Не верится, что ты всё это время скрывал такой талант. Ты никогда не думал о том, чтобы з-з-за... заняться этим? Заняться всерьез?
Билли Финни пожал плечами.
- Не думаю, что я этого хочу. Я пишу песни просто потому, что мне это нравится, вот и всё. Это делает меня счастливым.
Она посмотрела на него: неужели он шутит?
- Но какой смысл что-то делать, если не стремиться к чему-то великому?
- Может, в этом и нет никакого смысла.
Джет почувствовала, как шею обдало жаром раздражения. Она выпрямилась.
- Но смысл должен быть! Иначе ты просто тратишь время впустую.
Билли Финни снова пожал плечами.
- Разве это пустая трата времени, если я наслаждаюсь каждой минутой?
Джет закусила губу, изучая его лицо.
- Да, Билли. Ты только что буквально описал определение "траты времени впустую".
Он рассмеялся прямо в свою бутылку пива.
- Это не смешно. - Джет выдохнула в свою бутылку. - Тебе повезло найти то, в чем ты хорош. Я свое призвание так и не нашла. Хотя очень старалась.
- О чем ты говоришь, Джет? Ты поступила в Пенсильванский университет, на один из лучших юридических факультетов в мире (примечание переводчика: UPenn - частный исследовательский университет Лиги плюща в Филадельфии).
- ...И бросила его после второго семестра.
- Потом ты работала в том престижном банке в Бостоне.
- ...И уволилась, потому что рабочий день был слишком длинным. У меня никогда не было времени даже воды попить, так что я постоянно мочилась кровью, а это, судя по всему, не очень полезно для здоровья. - Она протянула свою бутылку к бутылке Билли Финни, стоявшей на столе, и чокнулась с ней.
Улыбка Билли Финни угасла, уголки его губ опустились.
- Думаю, ты слишком строга к себе.
Джет покачала головой.
- Недостаточно строга. Да, я фактически не довела до конца ни одно дело, которое начинала... никогда. - Она потерла глаз рукавом - рукавом Билли Финни - и снова ухмыльнулась, используя эту улыбку как щит. - Вообще-то, это неправда. Когда мне было десять, я заняла первое место на окружном конкурсе по правописанию, обойдя всех подростков.
Глаза Билли Финни блеснули.
- Разве это не в тот же день, когда...
- ...Когда Эмили утонула, ага. - Джет перебила его. - Забыла, что ты был там в тот день.
Билли Финни оставил пиво и принялся грызть большой палец.
Интересно, слышит ли он до сих пор крики её матери, если покопается в своей памяти достаточно глубоко?
Джет откашлялась.
- Знаешь, после того дня мне больше никогда не разрешали отращивать длинные волосы. Мама заставляла меня стричься коротко, хоть я это и ненавидела. Наверное, я просто привыкла. - Джет теребила кончики волос, едва касавшиеся плеч.
- Я помню. - Сказал Билли Финни. - В ваш бассейн нельзя было заходить, если рядом не было двоих взрослых, которые постоянно следили бы за водой. И нырять было запрещено, особенно рядом со сливным отверстием.
Джет шмыгнула носом.
Посмотрела в полные слез глаза Билли Финни.
Она могла бы просто рассказать ему.
Она никогда и никому об этом не говорила - ни Люку Мейсону, ни Софии, ни Джей-Джею Лиму - и если не скажет сейчас, эта тайна, скорее всего, умрет вместе с ней.
- Знаешь, я... - Она осеклась, фальстарт.
Заставила себя попробовать снова.
- Мама... она винит меня в смерти Эмили. Говорит, что это была моя вина.
Билли Финни моргнул.
- О чем ты говоришь? Тебя там даже не было.
- Вот именно. - Ответила Джет. - Это была моя вина, что в тот день родители ушли из дома, чтобы смотреть мое выступление на конкурсе.
- Если бы я не прошла в финал, мама и папа остались бы дома, и Эмили бы не погибла.
Джет опустила голову, пряча подбородок за воротником Билли Финни.
- Я подслушала, как мама говорила об этом отцу, сразу после похорон. Что это по моей вине Эмили умерла.
Билли Финни заерзал, прижимая свои ботинки к её ногам.
- Это безумие.
- Твоего отца она тоже винит. - Джет шмыгнула носом. - Всегда же нужно найти крайнего.
- Моего отца? - Билли переспросил, явно озадаченный.
- Ага. - Джет сделала небольшой глоток. - Видимо, они проезжали мимо него по дороге на конкурс, и мама попросила твоего папу заглянуть к Люку и Эмили через пару часов. Эмили было шестнадцать, Люку - тринадцать, и, боже, как же они постоянно цапались. Наверное, она боялась, что они поубивают друг друга, пока родителей не будет дома. И, похоже, твой отец так и не зашел проверить.
Билли покачал головой.
- Смерть Эмили была нелепой случайностью. Никто не виноват, что её волосы запутались в...
- Я знаю. - Джет резко перебила его. - Но мама этого не понимает. Думаю, она наказывает меня за это с тех самых пор.
Джет постучала ногой, легонько подтолкнув носок ботинка Билли. Наступил момент для признания, которого она никогда и никому не доверяла.
- Знаешь, ведь это всё были планы Эмили. - Джет отвела взгляд. - Это она хотела поступить в Дартмут, а потом в Пенсильванский университет на юрфак (примечание переводчика: Дартмутский колледж и Пенсильванский университет - престижные вузы элитной "Лиги плюща"). Я пыталась, но...
Действительно ли она пыталась? Выжила в Дартмуте - так и не почувствовав себя там как дома, не заведя настоящих друзей, которые могли бы заполнить дыру, оставленную Софией. Она просто стиснула зубы, не сводя глаз с "сияющего будущего". И вот оно наступило, Джет получила всё, о чем мечтала, и бросила юридический колледж при первом же удобном предлоге. Словно просто ждала повода сбежать. Почему так вышло?
- Ты ведь помнишь, какой была Эмили? - Джет посмотрела на Билли. - Такая крутая, уверенная, умная... ей даже стараться не приходилось. Всё давалось само собой. Я хотела быть в точности как она. Знаешь, она ведь тоже выиграла тот конкурс по правописанию, когда ей было десять. Быть Эмили для неё было естественным. А для меня - нет. Видимо, я так и не смогла до неё дотянуться, да?
Билли прижал свои пальцы ног к её ступне. На его лице появилась вымученная полуулыбка.
- У тебя просто ножки маленькие.
Джет фыркнула и шутливо отпихнула его ногу.
- Я знаю, что твоя мама строга к тебе. - Билли заговорил серьезнее, и улыбка исчезла. - Но она ведет себя так, потому что ей не плевать.
- Серьезно? - Джет скептически приподняла бровь.
- Ну, она по крайней мере не собрала вещи и не свалила в закат, когда тебе исполнилось восемнадцать. - Билли запустил пальцы в волосы, разрушая свои кудри. - Моя прислала две открытки на день рождения, а про остальные забыла. Ни одного звонка, никаких объяснений, я даже не знаю, где она сейчас. Вот это, Джет, - мать, которой плевать.
Джет поймала его взгляд. Внутри зашевелилось теплое чувство вины.
- Мне жаль, что так вышло с твоей мамой, Билли.
- А мне жаль, что у тебя такая. - Он вздохнул. - Матери, а?
- Да уж, матери.
Они чокнулись бутылками пива.
- Так, ладно, хватит о депрессивном. - Сказала Джет. - А то ведем себя так, будто тут кто-то умер.
- А вот сейчас ты это специально сказала. - Билли укоризненно посмотрел на неё.
- Давай лучше вернемся к разговору о том, как ты станешь знаменитым певцом.
- Давай лучше не будем.
- Это что, трекер Tile на твоем гитарном чехле? - Джет указала пальцем на небольшое устройство (примечание переводчика: Tile - популярный бренд Bluetooth-трекеров для поиска вещей).
- Ага. - Билли нежно провел по нему пальцами. - Это моя крошка.
- Ой, да ладно тебе. - Она снова фыркнула.
- И нечего тут "ладнокать", ты со своим грузовиком носишься точно так же.
- Этот грузовик - мой ребенок. - Отрезала Джет. - Тебе никогда не будет позволено сесть за его руль.
- А тебе не будет позволено играть на моей гитаре. - Парировал Билли.
- Ладно.
- Тем более.
- Та-а-ак... - Джет перегнулась через стол и ткнула Билли в плечо. - Та песня, которую ты написал... она ведь о девушке, которая тебе нравится, верно?
Она наклонилась еще ближе и прошептала:
- Кто она?
Билли откинулся на спинку стула.
- Ни о ком. - Сказал он. - Эта песня не о ком-то конкретном, я её просто выдумал.
- Ой, да ладно тебе. - Отмахнулась Джет. - Мне-то ты можешь признаться. Я знаю тебя целую вечность. Кто может быть лучшей "свахой", чем я? Позволь мне помочь - считай, это моё предсмертное желание. Она работает в баре?
Билли принялся вертеть пальцами, слишком пристально их изучая. Его поведение было странным и совсем не похожим на обычного Билли.
Это было то самое "да", которое и требовалось Джет.
- Она там работает, верно? - Прошипела девушка. - Это Эллисон? Это ведь она, да? Ты написал песню о ней?
- Нет. - Он закашлялся. - Вовсе нет. Эта песня ни о ком. Просто песня.