Доктор Ли вошла в палату, позволив двери захлопнуться за спиной. Стук каблуков по отполированному полу; в воздухе висел тяжелый запах хлорки.
Джет выпрямилась. Больничный халат собрался складками у её колен, правая рука безжизненно свешивалась с койки. Доктор Ли действительно извинялась за ожидание, или за что-то другое?
Билли Финни сидел рядом с Джет. Тонкий матрас негромко "вздохнул", когда парень поднялся и склонил голову.
- Мы с радиологом изучили снимки вашей КТ (примечание переводчика: КТ - компьютерная томография). - Произнесла доктор Ли, сжимая в руках папку. - И...
Она осеклась и откашлялась.
- Можно мне взглянуть? - Спросила Джет.
Доктор Ли кивнула. Её веки отяжелели, а губы были плотно сжаты. Она открыла папку и вытащила тонкий пластиковый лист. Обойдя койку, врач поднесла его к свету, льющемуся из окна.
Перед глазами предстала еще одна сетка бледно-голубых снимков - содержимое головы Джет. В этот раз она была в сознании и осознавала каждую секунду, пока её задвигали в этот гигантский металлический круг, а аппарат жужжал вокруг неё, препарируя мозг.
В этот раз на снимках было кое-что новенькое.
- Видите вот эту белую массу? - Доктор Ли обвела её пальцем.
- Это аневризма?
- Это аневризма. - Подтвердила врач.
Джет сглотнула. В пересохшем горле было слишком липко; сердце будто оставило там глубокие борозды.
- Похоже, вы были правы, док.
Неужели Джет всерьез надеялась на ошибку? На то, что она всё-таки не умрет? Не стоило даже спрашивать себя об этом, потому что... потому что, возможно, вчера вечером в баре с Билли Финни она начала в это верить. Совсем чуть-чуть, когда на несколько минут забыла о смерти, отвлеченная самой жизнью. Раньше это было лишь гипотетическое "а что, если", теоретическая бомба с часовым механизмом, а теперь всё стало реальным и осязаемым - белое пятно на фоне серой массы мозга. Джет снова сглотнула, проглатывая последнюю крупицу надежды.
- Выглядит огромной. - Сказала она.
Доктор Ли кивнула.
- Это крупная аневризма. Двадцать три миллиметра в поперечнике (примечание переводчика: 23 миллиметра - это чуть меньше 2,5 сантиметров). Всего два миллиметра отделяют её от классификации "гигантской аневризмы".
- Ну, хоть в чём-то успех. - Джет шмыгнула носом. - По крайней мере, моя аневризма - отличница.
Доктор Ли не улыбнулась. Билли Финни тоже - его глаза заблестели от слез.
- Другие симптомы, которые вы описывали - головные боли, боль над глазом, двоение в глазах, расширенный зрачок, - перечислила врач. - Всё это типичные признаки неразорвавшейся аневризмы такого размера. Вы можете столкнуться и с другими: слабостью, потерей равновесия, трудностями с концентрацией, онемением одной стороны лица.
Джет посмотрела на Билли; она забыла упомянуть щеку. Еще один пункт, который можно вычеркнуть из списка.
- А её рука? - Спросил Билли.
Он уставился на руку девушки так, словно надеялся оживить её одним лишь взглядом. Доктор Ли замялась.
- Что с ней? - Джет провела пальцами по своей обнаженной руке.
Она ничего не почувствовала. Рука казалась чужой, принадлежащей даже не близкому человеку, а совершенно постороннему.
- Снимок показывает, что аневризма подтекает. - Доктор Ли постучала по снимку, и пластик зашуршал. - Мы называем это "сигнальным кровотечением". Возможный побочный эффект заключается в том, что это внутреннее кровотечение давит на один из ваших нервов, прерывая сигналы. Это и объясняет потерю функций в руке.
- Она восстановится? - Спросил Билли.
Выражения лица доктора Ли было достаточно для ответа: нет, не восстановится.
- Мне очень жаль, Джет.
Она вовсе не извинялась за ожидание. Она извинялась за всё остальное, и за то, что ей снова пришлось стать тем, кто произнес эти слова.
- Почему она подтекает? - Спросила Джет. - Что это значит?
Доктор Ли кивнула, будто ожидала этого вопроса. А может, просто хотела оттянуть момент ответа.
- Сигнальное кровотечение также известно как "предупреждающее". Обычно оно происходит всего за несколько дней до серьезного разрыва.,,,,
Джет вздохнула, выпуская ту последнюю крохотную крупицу надежды, которой ей изначально не следовало иметь. Девушка смотрела, как эта надежда растворяется в тяжелом, пропитанном хлоркой воздухе.
- Значит, вы были правы во всём. - Сказала она врачу. - У меня была неделя, и половину я уже растратила.
Половина. Середина пути. Наполовину мертва. Пути назад нет. Решение не отменить. Выбор не изменить.
- Мне так жаль, Джет. - Произнесла доктор Ли.
Билли Финни рухнул на стул и схватил руку Джет - ту, которую она всё ещё чувствовала. Он крепко сжал её, и Джет ответила тем же.
Внутри всё перевернулось. Кислота снова подступила к самому сердцу; в груди стало пусто, будто оно провалилось куда-то вниз.
- На ч-что это будет похоже? - Джет подняла взгляд на врача. - Когда она лопнет? Когда я умру?
Доктор Ли прижала папку к груди, прямо над сердцем.
- Пациенты, выжившие после разрыва аневризмы мозга, описывают это как самую страшную головную боль в жизни. Как внезапный удар грома.
Врач смотрела Джет прямо в глаза. Словно чувствовала, что обязана поддерживать этот зрительный контакт, пока описывает её смерть.
- Другие симптомы проявятся внезапно из-за стремительного кровоизлияния в мозг. Возможна скованность в шее, тошнота, резкая слабость в конечностях. Могут начаться судороги, когда электрическая активность в мозге резко возрастет. Вы начнете то приходить в сознание, то терять его, по мере того как кровь будет лишать клетки мозга кислорода. А затем...
- А затем, - повторила за ней Джет.
Все они знали, что будет после этого "затем".
Билли Финни погладил большим пальцем тыльную сторону ладони Джет. Его кожа была грубой там, где её оставалась мягкой.
- Я оставлю вас двоих на минуту.
Дверь за доктором Ли закрылась с негромким шипением. Впрочем, в этом не было нужды - в палате и так стояла гробовая тишина.
Джет высвободила руку и с её помощью поднялась с кровати. Босые ноги коснулись холодного кафеля.
- Пойдем. - Бросила она, направляясь к стулу в углу, где лежала стопка её сложенной одежды.
- Джет. - Голос Билли Финни звучал тихо, слишком тихо для него. - Мы можем поговорить об этом, если ты...
- Нам не нужно об этом говорить. - Джет перебила его. - Мы и так всё это знали. Ничего не изменилось.
Она взяла свои джинсы левой рукой, ухватилась за пояс и встряхнула их, чтобы расправить штанины. Просунула правую ногу и чуть не упала.
- Тебе помочь? - Спросил Билли Финни.
Он говорил осторожно. Будто знал, что она сейчас сорвется.
- Я справлюсь одной рукой. Я не беспомощная.
Джет просунула вторую ногу и нащупала пол. Подтянула джинсы до колен; её левая рука двигалась из стороны в сторону. Девушка извивалась, натягивая ткань на бедра, задыхаясь от усилий. Задница оказалась самой сложной частью, но она ни за что не попросила бы Билли Финни о помощи - она в ней не нуждалась, она справится сама, она не будет бесполезной. Джет подоткнула больничный халат и рывком натянула джинсы до конца, задев при этом свою мертвую руку. Та беспомощно качнулась.
- Вот и всё. - Выдохнула она. - Я сделала это.
Девушка посмотрела вниз, на пояс. Ширинка зияла пустотой.
Черт.
- Я не могу... - Начала она, запинаясь. - Я не... Можешь ты...
- Застегнуть пуговицу?
- Да. - Сказала она.
Теперь её голос стал ещё тише, чем его.
Билли Финни шагнул вперед. Джет отвела взгляд, пока он наклонялся к ней. Он застегнул молнию, затем пуговицу; его пальцы коснулись кожи на её животе. Сердце девушки теперь колотилось не где-то в глубине, а прямо в ушах - горячо и гулко.
- Готово. - Сказал он, не дожидаясь благодарности.
И это было к лучшему - Джет всё равно не собиралась его благодарить. Но если уж и приходилось выставлять свою беспомощность перед кем-то, она бы в любом случае выбрала Билли Финни. Раньше она не возражала, когда расшибала коленку, упав с велосипеда, а он "лечил" её.
Джет вздохнула. Она подняла свой бюстгальтер, стараясь не смотреть на Билли. Тот тоже отводил глаза.
Нет, это уже чересчур.
Она просто запихнула белье в карман куртки вместе с футболкой и набросила саму куртку на одно плечо. В больнице наверняка полно этих халатов. Да и что они ей сделают - арестуют за кражу?
- Джет, ты в порядке? - Спросил Билли, всё еще глядя в сторону.
- Нормально. - Буркнула она. - Как я и говорила, ничего не изменилось. Я всегда знала, что умираю. И у меня всегда была в запасе неделя. Пошли, нам пора. Моё убийство само себя не раскроет.
Джет остановилась на верхней ступеньке, упираясь левой рукой в стену. Правая рука безвольно качалась вдоль туловища.
- Что вы все здесь делаете? - Спросила она, прищурившись.
Перед квартирой Билли стояла целая толпа. Слишком много голосов, заполнивших тесный коридор. Детектив Джордж Эккер, Джек Финни, начальник полиции и родители Джет.
- Вот ты где! - Мать выдохнула с облегчением. - Мы тебя ищем. Где ты была?
- В больнице. - Ответил Билли Финни, стоя на ступеньку ниже, прежде чем Джет успела вмешаться.
Она бы предпочла, чтобы мать об этом не знала, потому что та обязательно...
- В больнице? - Дайан Мейсон резко обернулась, её глаза округлились. - Почему? Что случилось?
Ну вот, сейчас начнется драма. Спасибо, Билли.
- Ничего. - Отрезала Джет, легонько толкнув Билли локтем - тем, который работал. - Аневризма начала подтекать, и я больше не могу шевелить рукой.
Джет указала на ту самую руку, которая висела плетью в рукаве куртки.
- Что значит "не можешь шевелить рукой"? - Голос Дайан стал на октаву выше. - Покажи.
Джет моргнула.
- В том-то и дело, мам, что я не могу ничего "показать". Она просто выглядит как рука, которая не двигается. Смотреть особо не на что.
- Врачи тебе что-нибудь выписали?
Джет поджала губы.
- Ага, парочку магических таблеток, от которых отрастает новая рука.
- Мне следовало быть там, Джет. Ты никогда не задаешь правильных вопросов...
- Что вы все здесь делаете? - Это был единственный правильный вопрос на данный момент.
Взгляд Джет переместился на полицейских, а затем на отца Билли. Его лицо она знала лучше всех и пыталась прочесть на нем ответ.
Детектив Джордж Эккер сделал шаг вперед.
- Нам нужно поговорить. Мы можем войти?
- Запасного ключа под ковриком больше нет. - Сказал Джек Финни, глядя на сына поверх головы Джет.
- Он у Джет. - Билли выудил свои ключи из кармана, пробираясь сквозь толпу к двери квартиры 1В.
Он отпер замок и придержал дверь, пропуская всех внутрь. Его отец замешкался. Проходя мимо, он положил руку Билли на плечо.
- В воскресенье игра "Патриотов". - Сказал Джек Финни натянуто, не убирая руки (примечание переводчика: речь об американской футбольной команде "Нью-Ингленд Пэтриотс"). - Правда, обещают дождь. Будешь смотреть?
- Не знаю, пап, - тихо ответил Билли Финни, поймав взгляд Джет в коридоре.
Билли на самом деле не любил смотреть футбол - он лишь притворялся ради отца, чтобы тому было с кем скоротать время после ухода матери Билли. Или же дело было в том, что игра "Патриотов" была запланирована именно на тот день, когда Джет должна была умереть.
Но Джек Финни, видимо, ничего этого не прочел в глазах сына; он не умел видеть в них то же, что видела Джет. Он лишь откашлялся, убрал руку с плеча Билли и прошел внутрь.
Мама Джет принялась хлопотать над ней, как только они переступили порог. Она нарочно коснулась её безжизненной руки - будто проверяла или ждала какой-то реакции. В маленькой квартирке стало слишком тесно; люди буквально стояли плечом к плечу, зажатые в четырех стенах.
- Сядь, Джет. - Мама проводила дочь к дивану и устроилась рядом, почти вплотную.
Отец занял другой край дивана, оставив Джет чуть больше пространства, чтобы та могла дышать.
- Кто-нибудь хочет кофе или... - предложил Билли Финни, застыв у кухонной зоны.
- Не сейчас, Билли. - Осадила его Дайан Мейсон. - У детектива важные новости.
Джордж Эккер занял стул напротив. Шеф полиции и Джек Финни расположились за его спиной - настоящая живая картина из копов: рты плотно сжаты, взгляды предельно серьезны.
- Кто умер? - спросила Джет, пытаясь разрядить обстановку.
Шутка не сработала. Атмосфера лишь стала тяжелее, буквально придавливая её грудную клетку.
Эккер сложил пальцы "домиком", два указательных направил вверх и прижал их к губам, словно пистолет, сделанный из плоти и костей.
- Джет. - Его голос прозвучал слишком громко, отдаваясь эхом в голове девушки. - Мы арестовали Джей-Джея Лима по подозрению в нападении на тебя.
Джет подалась вперед. Мать вцепилась в неё, поглаживая по спине.
- Джей-Джей? - переспросила Джет. - Вы его нашли?
- Он вернулся в город несколько часов назад. - Эккер убрал свой "пальцевый пистолет", и его руки упали на колени. - Он говорит, что брат прислал ему сообщение и объяснил твою ситуацию. Поэтому он и вернулся.
- Вы с ним говорили? С Джей-Джеем Лимом?
- Мы допросили его один раз сразу после ареста, да.
- И? - Джет понизила голос. - Что он говорит?
Джордж Эккер сглотнул.
- Ну, на данный момент он всё отрицает. Но у нас было достаточно улик для ордера на арест.
- Улик? - уточнила Джет.
Эккер кивнул.
- Красный синтетический волос на месте преступления совпал с париком, который был на Джей-Джее Лиме в Хэллоуин.
- Хорошо, но вы же сами говорили, что он мог просто перенестись на одежде?
- Есть ещё его сообщение с текстом "Прости", отправленное тебе уже после времени нападения. И тот факт, что у него нет алиби, а в ту ночь он поспешно покинул город.
- Но зачем Джей-Джею меня убивать? Вы не знаете его так, как я.
- Это ещё не всё. - Эккер продолжал. - У нас есть теория насчет мотива. Нам сообщили, что несколько месяцев назад ты отклонила его предложение руки и сердца.
- Да. - Джет шмыгнула носом. - Потому что мы не подходили друг другу. Но это не повод для...
- Мужчины причиняли вред женщинам и за гораздо меньшее. - Эккер перебил её. - И это не единственный наш потенциальный мотив.
Он вытащил из кармана письмо, которое Джет дала ему ранее - то самое, от кредитной компании.
- Этот заём на тридцать тысяч долларов, оформленный на твое имя под залог твоего грузовика (примечание переводчика: 30 000 долларов США по текущему курсу составляют примерно 2 800 000 рублей). Банковский счет, на который были перечислены деньги, принадлежит Джей-Джею Лиму.
У Джет перехватило дыхание; комок застрял в горле.
- Это был Джей-Джей? - произнесла она, скорее обращаясь к самой себе.
- Он совершил кражу личных данных и обналичил деньги на твое имя. До этого он уже брал несколько кредитов на себя и окончательно обрушил свой кредитный рейтинг. А потом он просто не смог вносить ежемесячные платежи по этому новому займу.
Эккер потряс листом бумаги.
- Просрочил их. Наша теория такова: он запаниковал, поняв, что ты вот-вот узнаешь о его махинациях. Он почувствовал, что у него нет другого выхода, кроме как...,,,,,
- Убить меня?
Эккер не ответил - по крайней мере, не прямо.
- Прокурор настаивает на том, чтобы мы продержали его подольше, - заговорил он. - Хочет посмотреть, удастся ли добиться признания. Но это веское дело, Джет, пусть и основанное на косвенных уликах. Их достаточно, чтобы предъявить обвинение.
Джет не знала, что сказать. Похоже, её убийство только что раскрылось само собой. И что, чёрт возьми, ей теперь прикажете делать?
- Я хочу заверить тебя, - продолжил Эккер, - что обвинения... после того, как ты... когда ты...
- Когда я умру, - закончила она за него.
Эккер наклонил голову.
- Обвинения против Джей-Джея будут переквалифицированы в предумышленное убийство первой степени. Я знаю, как важно для тебя было получить ответ до того, как... ну, теперь он у тебя есть.
В животе у Джет что-то сжалось, скрутилось узлом. Она сама должна была найти своего убийцу, а не полиция. В этом был весь смысл. Ей нужен был этот последний шанс - на самом деле что-то сделать, довести дело до конца. А теперь они сидят тут и заявляют, что финал уже наступил? Предлагают ей "лёгкий путь". Джет всегда выбирала лёгкий путь, сдавалась, когда становилось слишком трудно. Но в этот раз всё должно было быть иначе - она не должна была отступать. И по какой-то причине мысль о том, что это сделал Джей-Джей, казалась капитуляцией. Это было неправильно. Её нутро было согласно с этим, как и её разбитая голова.
- А как насчёт молотка?
Она подалась вперёд.
- У Джей-Джея есть остальная часть того набора инструментов "Коулби"? Это набор из шестидесяти предметов. Остальные пятьдесят девять нашлись у него дома?
Джек откашлялся.
- Мы провели обыск по месту жительства Джей-Джея. Пока ничего не обнаружили.
- Ну, дом у него крошечный, - парировала Джет. - Если вы их до сих пор не нашли, то они уже не найдутся. Так откуда вам знать, что молоток принадлежал ему?
- Вообще-то, мы не знаем, - ответил Эккер. - В таких делах не всегда удаётся связать все концы с концами.
- Ну, простите мою придирчивость, но если я собираюсь подыхать, мне бы хотелось, чтобы все эти концы были связаны. И связаны, чёрт возьми, намертво.
- Как я уже сказал, мы надеемся надавить на Джей-Джея, чтобы он при...
- А что насчёт фундамента на Норт-стрит?
Джет перебила его, глядя прямо в лицо этому "лёгкому пути", который маячил между копами. Она не сделала ни шага навстречу ему.
- Откуда Джей-Джей мог знать, что бетон будут заливать именно на следующее утро? Он никак не связан с тем местом. Вы хотите сказать, ему просто повезло?
- Он мог проезжать по той дороге, когда уезжал из города. Заметил стройку и решил рискнуть.
- И что в итоге?
Голос Джет сорвался на крик.
- Вы закончили? Больше не ведёте расследование?
Эккер покачал головой.
- Мы ведём расследование. Мы будем укреплять доказательную базу против Джей-Джея, чтобы прокурор...
- А если это был не Джей-Джей?
- Пап, - подал голос Билли. - Я думаю, тебе стоит послушать...
- Джет, - прервала его мать.
Она повернулась к дочери, приблизив лицо слишком сильно.
- Это был Джей-Джей. Они бы не арестовали его без причины. Всё кончено, милая.
Ничего не было кончено. Только не для Джет. У неё всё ещё было время, и она не собиралась тратить его впустую. Она и так потратила зря достаточно - всю свою жизнь. Это было испытание, и она не собиралась его провалить. Не в этот раз. Даже с одной работающей рукой.
- О, ну конечно, - отрезала она. - Спасибо большое за вашу службу, офицеры. Передавайте Джей-Джею привет.
- Я знаю, как тебе сейчас непросто, Джет.
Джек провел пальцем по своей щетине.
- Но теперь, когда мы его взяли, ты сможешь хотя бы спокойно насладиться оставшимся временем.
Джет могла бы вернуться. Она уже поступала так раньше, когда становилось слишком тяжело - в прошлый раз, когда её собственное тело ополчилось против неё. Она могла бы, понимаете? Вполне могла бы.
Но однажды она уже сделала трудный выбор, и теперь пришло время для следующего.
- Прости, не могу. - Отрезала Джет. - У меня ещё слишком много дел. И мне нужно "наслаждаться оставшимся временем". Приказ полиции, как-никак.
У мамы дернулась губа.
- Тогда не будем вам мешать.
Детектив Эккер поднялся, и стул под ним скрипнул.
- Дайте знать, если возникнут вопросы. Мы сообщим вам, когда Джей-Джею официально предъявят обвинение.
Джет кивнула, провожая его взглядом.
Эккер помедлил и повернулся к отцу Джет.
- Скотт, сможешь встретиться с нами на стройке на Норт-стрит? У нас есть ещё пара вопросов, которые нужно прогнать.
Отец Джет хлопнул себя ладонями по коленям.
- Конечно. - Ответил он. - Мы сразу за вами. Дайан?
Мать встала, но тут же замерла. Она наклонилась и запечатлела один единственный поцелуй на макушке Джет. Было больно - болело вообще всё. Но тот узел в животе наконец ослаб, отпустил.
Шеф кивнул у двери. Джек ушел с грустной улыбкой, адресованной сначала Джет, а затем Билли. Эккер вышел последним, вслед за родителями Джет, и закрыл за собой дверь с негромким щелчком.
Билли подошел к двери и прильнул к глазку, наблюдая, как они уходят. Голоса затихали где-то внизу на лестнице.
Он обернулся. В его глазах вспыхнул новый огонек, прибереженный только для неё.
- Мы ведь не думаем, что это был Джей-Джей, верно?
Он прислонился затылком к двери. Его голос зазвучал где-то на грани между смирением и азартом.
- Нет, не думаем.
Джет улыбнулась - на этот раз по-настоящему, не слишком скалясь.
- Я не говорю, что это точно не Джей-Джей, но я хочу получить ответы на все свои вопросы, прежде чем смогу спокойно сдохнуть. Я не собираюсь делать это спустя рукава, Билли. (примечание переводчика: в оригинале используется сленговое "half-asser" - человек, который делает всё не до конца или небрежно). Ты же знаешь, я не из тех, кто бросает дела на полпути. Был ли у Джей-Джея доступ к этой марке молотков, и где тогда остальные инструменты? Откуда он мог знать про заливку бетона на Норт-стрит? Кто ещё контактировал с Джей-Джеем и Эндрю на ярмарке и мог перенести тот красный волос? Мог ли это быть Эндрю Смит? Почему брат Джей-Джея притворяется, что никогда не работал в "Мейсон Констракшн"? И почему мои родные лгут мне о том дне, когда я умерла?
Она хрустнула шеей.
- Давай начнем с Софии.
Билли кивнул с кривоватой ухмылкой.
- Ты ведь даже не думала останавливаться, да?
- Может, на секунду и мелькнула такая мысль.
Джет встретилась с ним взглядом.
- Но я должна это сделать. Мне осталось жить всего три с половиной дня, и я обязана сама найти своего убийцу. Да и в любом случае - неужели ты хочешь всё прекратить? Крушить всё вокруг кувалдами, бесить Люка, вести себя как полная задница просто потому, что я подыхаю и мне можно... Глядеть в дула пистолетов, в конце концов. Мне весело, а тебе?